close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

19 chervesti 28

код для вставкиСкачать
№ 19 (11415), 8 мая 2015 г.
28
творчество наших авторов
Майя Александровна
Пузынина.
с. Сергеевка,
– Да что же я, прости, Георгий,
Кыштовский район.
Так сразу не привыкну я,
1991 г.
Да вы не стойте на пороге,
I
Входите, ведь изба твоя.
В году победном 45-ом,
– Теперь твоя, Прасковь Иванна,
Со славой
Вся во владении твоём,
завершив бои, А мы у брата, у Степана,
Все уцелевшие солдаты Пока с Наташей поживём.
В село родимое пришли.
III
И лишь Прасковье от Егора
Паруня вёдра подхватила,
Вестей уже полгода нет,
Гостей оставила одних,
Она с бедой своим и горем
Не раз ходила в сельсовет.
Потом солдатка к военкому
Сама поехала в район,
Сказали: скоро будет дома,
Пока же, в госпитале он.
Дни в поле, в каторжной работе,
А ночи чёрные – без сна:
Писать он, правда, не охотник,
А может быть, не в том вина?
Вдруг он безрукий, иль безногий?
Пусть хоть какой вернулся б в дом,
Он мне, а я ему подмогой,
Вот так, Бог даст, и заживём.
Мне без него не сладко было,
Сама не знаю, как смогла,
Я всё хозяйство сохранила
И ребятишек сберегла,
Не я одна с тяжёлым возом
И трудно так не мне одной,
Мы всем народом, всем колхозом
Сражались с общею бедой.
II
И вот настала та минута:
В начале осени в колхоз
Шофёр полуторки попутной
Егора к вечеру привёз.
В окно Паруня увидала, –
Что с нею было, Боже мой!
Ждала, а вот не угадала,
Покуда ей хватило силы
Что нынче будет он домой.
Скрыть слёзы горькие от них.
Раскинула не руки – крылья,
А по деревне слух пронёсся:
Лишь только ветер за спиной,
Явился, мол, Егор... с женой!
Летит к нему дорогой пыльной:
Судачат бабы у колодца,
– Егорушка! Егорка мой!
Захлёбываются слюной.
Как сладко после слёз и муки
Паруня же скрывает слёзы
Прижаться к мужниной груди.
Глаза сухие, в горле ком.
Он с плеч своих её снял руки:
У сердобольных баб расспросы, –
– Прасковь Иванна, погоди.
И не уйти от них молчком.
К себе прижал он ребятишек,
Спешит соседка тётка Фрося
Поцеловал и приласкал,
Надёжный выход подсказать,
У Мишки, меньшего сынишки,
Шипит:
Кудрявый чубчик растрепал.
– Вцепись ты ей в волосья,
Потом шагнул назад к машине,
Наплюй в бесстыжие глаза!
Кого-то ласково зовёт
– Нет, тётка, сбить меня не пробуй,
И девушку в берете синем
Хоть горький праздник у меня.
К Паруне за руку ведёт:
Ни мужа, ни его зазнобу
– Знакомься, это вот – Наташа,
Ни словом не обижу я.
Теперь она жена моя.
Молилась я, чтоб был живой он.
– Да успокойся! Что ты, Паша?!
Молитву ту услышал Бог,
– Она – жена? А кто же я?
А то, что с новой он женою,
– Была ты мне женой, Прасковья.
Знать, по-другому он не мог.
Но жизнь быльём уж поросла.
Пришла и мне бы похоронка,
Был ранен, истекал я кровью,
И я бы вдовая была,
Наташа жизнь мою спасла.
Ведь эта тихая девчонка
– А как же Люба, Надя, Мишка?
На фронте жизнь ему спасла.
Как мне одной их поднимать?
Да как язык мой повернётся
– Да я не брошу ребятишек,
Её за это наказать?
Тебе я буду помогать.
Притихли бабы у колодца,
– Егор, словам твоим не верю,
И что могли они сказать?
Хоть ты не врал до этих пор,
– Не скрою, больно мне и горько,
Как эту мне снести потерю?
Стыда признаться в этом нет,
Скажи, что шутишь ты, Егор!
Мы до войны с моим Егоркой
– Прасковь Иванна, ты Егором
В ладу прожили восемь лет.
Теперь меня не называй,
Детей ему я нарожала,
Жена зовёт меня Георгий,
Солдаткой верною была,
И ты к культуре привыкай.
Егора не виню, мне жалко,
Обиду молча проглотила
Что нас война с ним развела.
И сила пошутить нашлась:
Нас не Наталья разлучила,
– Я в школу ползимы ходила,
А разлучила нас война.
Где б я культуры набралась?
И в том, что всё так получилось,
Ну что ж, Георгий – так Георгий,
Повинна лишь она одна.
Я это имечко люблю.
IV
Егор, давайте вам с дороги
Уж в бане печка догорает,
Я быстро баню протоплю?
Корову надо подоить,
– Прасковь Иванна, что такое?
И слёзы в молоко стекают:
Георгий я, а не Егор.
Как теперь, Паруня, быть?
А банька – дело неплохое, –
Когда корову подоила,
И оглядел хозяйски двор.
Утёрла фартуком лицо,
В ГОД ПОБЕДЫ
Опять спокойная на диво
Она ступила на крыльцо.
– Совсем гостей я заморила!
Наталья, молочка испей,
Вот утиральник, вот и мыло,
Иди-ка в баню поскорей.
Сама открыла дверь, оттуда
Жар так и полыхнул в лицо.
– Вот веник, парься, я ж покуда
Нарву на ужин огурцов.
Сметаны и груздей достала,
Квасок холодный в туеске,
Картошки свежей накопала,
В большом сварила чугунке.
Раздула угли в самоваре,
Вот уже готов – кипит.
Пришла Наталья.
– С лёгким паром! –
Приветливо ей говорит.
– Георгий, париться ты будешь?
Там веничек лежит в тазу.
Таких вязала, как ты любишь, –
Украдкой вытерла слезу.
Наталью ж оставляют силы:
Уже слипаются глаза,
Так после бани разморило,
Что удержаться и нельзя.
– Знать, тяжело далась дорога,
Давай тебя я уложу,
На койке ты вздремни немного,
Придёт Георгий – разбужу.
V
Сама детишек накормила –
Дала картошки с молоком,
Да на полу им постелила
И уложила всех рядком.
Уже стемнело, как из бани
Егор, распаренный, пришёл.
– Ты молодец, Прасковь Иванна!
Как после баньки хорошо!
– Давай, буди свою Наталью, –
Ему Паруня говорит.
Сама на стол посуду ставит.
– Да ладно, пусть она поспит.
Паруня села у окошка,
В глаза Егору не глядит.
Поели, выпили немножко,
Да уж какой тут аппетит.
Наталья тихо спит, как мышка,
Детишки на полу вповал,
Егор присел возле сынишки,
Его грудного оставлял.
Кудряшки, лоб, глаза и брови –
Сомненья никакого нет,
Как будто кто-нибудь с Егора
Подробный срисовал портрет.
Лежит, посапывает носом
И крепко спит его портрет,
Живым укором и вопросом,
Которому решенья нет.
Егор вздохнул со всхлипом, тяжко
И снова подошёл к столу,
Плеснул вина в стакан из фляжки,
Другой Паруне протянул:
– Прасковь Иванна, за детишек,
За их здоровье, счастье пьём,
Не проклинай меня уж слишком,
Что нам их не растить вдвоём.
– Давай уж, помолчи, Георгий,
Что разговоры говорить?
Тебя уже не держат ноги,
Постель-то где тебе стелить?
Ты знаешь, здесь в избе так душно,
А ты сегодня подустал,
Вот одеяло и подушка,
Иди-ка спать на сеновал.
VI
Лежит Егор, как на перине,
Сна нет, хоть выколи глаза.
Как объяснить всё дочкам, сыну?
Ох, повернуть бы всё назад.
Под крышей звякнула литовка…
Уж не случилась ли беда?
К чему идёт там подготовка?
– Прасковь Иванна, ты куда?
– Георгий, тут такое дело,
Ты спи спокойно, я прошу,
В кустах траву я приглядела,
Сейчас пойду её скошу.
Ночами часто я косила,
Колхоз коня на вечер дал,
Всё с ребятишками свозила,
Гляди, уж полон сеновал.
С утра-то в поле мы выходим
И там горбатимся весь день,
За это трудодни выводят,
Да он пустой, наш трудодень.
Мы все там бабы-одиночки,
Чтоб ребятишек прокормить,
Урывками и косим ночью,
Ведь без коровы не прожить.
И хлынули тут бабьи слёзы –
Плотину будто прорвало.
Егора обдало морозом
И скулы судорогой свело.
А душу нежность затопила,
И сердце жалость обожгла,
И вновь ему Паруня милой,
Опять желанною была.
– Повесь литовку ты на место,
Косить не дело при луне,
Косить с тобой мы будем вместе.
Парунюшка, иди ко мне…
VII
Паруня утром рано встала,
Печь истопила, прибралась,
Что делать дочкам наказала
И на работу собралась.
Наталью солнце разбудило,
Она Егора позвала,
И хоть ещё раненько было,
Им завтрак Люба собрала.
Егор молчит, вздыхает тяжко,
Не до еды ему сейчас,
Молчит встревоженно Наташка,
С него не сводит грустных глаз.
Он с духом наконец собрался
И вот такую речь повёл:
– Я, знаешь, гадом оказался,
Тебя я здорово подвёл.
Я помню, чем тебе обязан,
Обязан жизнью я тебе,
Но крепко я с семьёю связан,
Зачем врать самому себе?
Наташа, друг ты мой хороший,
Пожалуйста, пойми меня,
Ну как я ребятишек брошу?
Паруню как оставлю я?
Придётся нам с тобой расстаться,
Надеюсь, ты меня поймёшь,
Тебе, Наташа, только двадцать,
Ещё судьбу свою найдёшь.
Иначе думал я вначале…
Кто знает, чья тут боль больней?
Мы жизнь с Паруней начинали –
И доживать мне надо с ней.
Сидит Наташа бледной тенью,
И влагой полнятся глаза,
Хотела встать – дрожат колени,
И убежать никак нельзя.
– Ты не пугай меня, Наташа,
Сидишь белее ты, чем мел.
Тебя, певунья, радость наша,
Счастливой сделать не сумел.
– Георгий, я не буду плакать
И в обморок не упаду,
Не буду разводить здесь слякоть –
Живи с семьёй. А я уйду.
Собой Наташа овладела:
– Здесь не останусь я ни дня.
Сюда я ехать не хотела, –
Ты зря уговорил меня.
Не изводи себя, Георгий,
Спасла я многих из огня,
Ты что, считаешь, это многим
Брать замуж надобно меня?
Мне благодарности не надо,
Ну а любви, как видно, нет.
А если так, зачем быть рядом?
Ты помоги уехать мне…
VIII
Случилось это в год Победы,
Но говорят, что до сих пор,
Деля все радости и беды,
Живут Прасковья и Егор.
Их дом в деревне пятый с краю,
Ждут в гости внуков и детей.
Судьбы Натальи я не знаю
И вам не расскажу о ней.
Автор
zhuravlyov
Документ
Категория
Советская
Просмотров
19
Размер файла
6 007 Кб
Теги
chervesti
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа