close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Сила Мечты

код для вставкиСкачать
Книга Тимофея Нагорного "Сила Мечты"
Киев
«Форзац»
2012
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 1
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 1
03.12.2011 15:25:22
03.12.2011 15:25:22
ББК 84 Н 16
Нагорный Т.
Н 16 Сила мечты. –
Киев: Форзац, 2012. –
224 с.
ISBN 978-966-97148-2-4
Книга «Сила мечты» – это история человека, который, родив-
шись в шахтерском поселке в многодетной семье, сумел не только преодолеть многочисленные жизненные трудности, пре-
одолеть самого себя, добиться успеха и известности, но и со-
хранить чистоту души.
ББК 84
© Тимофей Нагорный, 2012
ISBN 978-966-97148-2-4 © Форзац, 2012
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 2
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 2
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
ОТ АВТОРА 5
МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ 7
ДЕТСТВО 11
АРМИЯ 46
БИЗНЕС 73
ДМИТРИЙ ХАЛАДЖИ 95
ЗОЛОТАЯ ЛИЛИЯ 119
РУССКАЯ БЕРEЗКА 144
МИКА НЬЮТОН 173
ТВОРИТЕ ДОБРО! 202
ЛЮБОВЬ 219
СОВЕТЫ ВОЛОНТЕРУ 222
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 3
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 3
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 4
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 4
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
5
От автора
Идея написать автобиографическую историю появилась у меня уже давно. Но, на-
верное, мне просто необходимо было не только пройти в жизни определенный путь, но и осмыслить его. Да и порой просто не хватало времени. Часто бывало так: только я сажусь за рабочий стол к компьютеру, чтобы записать свежие мыс-
ли, раздается телефонный звонок – нужно срочно решать какие-то деловые во-
просы. И все – приходится переключаться. Поэтому и писал я свою книгу больше года. Но наконец работа над ней завершена, и я представляю ее на ваш суд.
Я благодарен всем, кто помогал мне подготовить мою «Силу мечты» к изда-
нию: журналистам, фотографам, редакторам, сотрудникам типографии. Я благода-
рен всем людям, встреченным мной в жизни и помогшим окончательно понять мое предназначение в этом мире: творить добро на благо других, не ожидая и не требуя ничего взамен. Я благодарен всем моим близким, друзьям и знакомым – именно они, а не я, главные герои моей истории. Я благодарен всем деткам-сиротам из дет-
ских домов и школ-интернатов, благодаря которым я в период личностного кризи-
са снова сумел обрести веру, силу и надежду. Именно им я и посвящаю свою книгу. Мне очень хочется, чтобы каждый ребенок, подросток, молодой человек, прочи-
тавший «Силу мечты», обратил внимание не столько на имена известных людей, ко-
торыми пестрят ее страницы, сколько на примере этих людей пришел к осознанию того, что все в жизни зависит лишь от Бога и от нас самих, от нашего желания доби-
ваться поставленных целей.
И, конечно же, свою книгу я посвящаю Маме.
Мамочка! Как жаль, что тебя уже нет рядом! Но ты всегда жила и будешь жить в моем сердце! Мама! Ты – светлейший, святой человек! Ты дала мне жизнь и на-
учила меня мечтать, верить, дерзать, творить и никогда не отчаиваться! И я вечно буду благодарен тебе за это!
Я посвящаю свою книгу Маме и моим любимым Вадимке и Каролинке. Дети мои! Вы – мой Свет и моя отдушина в жизни! И я всей силой своей души мечтаю о том, чтобы вы выросли здоровыми, добрыми, смелыми и сильными! Сча-
стья вам!
Вот, пожалуй, и все, что я хотел сказать в этом кратком предисловии.
А теперь, уважаемые читатели, я предлагаю вам отправиться вместе со мной в путь по волнам моей памяти.
Ваш Тимофей Нагорный
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 5
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 5
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
«Это невозможно», – сказала Причина. «Это безрассудно», – заметил Опыт. «Это бесполезно», – отрезала Гордость. «Попробуй...» – шепнула Мечта.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 6
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 6
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
7
МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ
Зачем я написал эту книгу? Наверное, затем, чтобы лучше осмыслить пройденный путь. Затем, чтобы понять, всегда ли верно я отвечал на вопросы, которые ставила передо мною Жизнь: зачем? для кого? как? куда? с кем? Почему люди часто боятся быть добрыми? Причем иногда не поймешь, чего они страшатся больше: сами тво-
рить добро или чужой доброты, не веря в искренность благотворителя? Всегда ли правильно я выбирал путь к своей Мечте? А еще я написал эту книгу затем, чтобы в очередной раз сказать то, что повто-
ряю журналистам почти в каждом своем интервью: всем, что у меня есть в жиз-
ни, я обязан тому, что еще в самом раннем детстве у меня появилась Мечта, и я ей неустанно следую вот уже сорок с лишним лет. Затем, что мне очень хочется, что-
бы подросток, юноша, молодой человек (да и взрослый, но все еще не определив-
шийся в своих целях), прочитав эту книгу, на моем примере, на примере людей, о которых я рассказываю, постарался найти путь к собственным успеху, счастью и гармонии. Чтобы он осознал: даже если того, о чем он мечтает, еще нет в природе, вполне возможно, он сумеет создать это сам. А может, это «что-то» уже давно суще-
ствует, просто раньше никто не мог увидеть его, разглядеть. Знайте, как писал когда-то известный голландский астроном Марсел Миннарт: «От вас самих зависит прозрение – вам стоит лишь дотронуться до своих глаз ма-
гическим жезлом под названием „Знай, на что смотреть“». Помните, все, что вы можете представить себе, вы можете достичь!
Верьте, Мечты сбываются!
У меня нет никакого желания ввязываться в дискуссию с философами и психо-
логами всех времен и народов в книге личного, биографического характера. Но, приступая к повествованию, я хотел бы предварить его некоторыми размышлени-
ями. Ведь, назвав свою книгу «Сила мечты», я не могу избежать ответа на вопрос: «Так что же такое Мечта?»
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 7
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 7
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
8
Думаю, мало сказать, что мечта – это заветное желание, идеализированная цель. Я считаю, понятие «мечта» не может ограничиваться постановкой цели, же-
ланием ее достичь и надеждой. Для меня Мечта и поиск путей ее достижения – это нечто большее. Я считаю, что это, скорее, потребность. Потребность реализо-
вываться, самовыражаться, самоутвержаться. Я даже сказал бы, потребность не только все силы направлять на достижение Мечты, но и потребность совершен-
ствовать свою Мечту. Я – живой человек, с присущими мне, как и всем людям, амбициями, страстями и желаниями. Но никогда моя Мечта не сводилась к тому, чтобы стать финансово успешным. Зарабатывание денег никогда не было для меня самоцелью. Никогда это не было для меня навязчивой идеей, страстью, затмевающей другие помыс-
лы. Мне встречались подобные люди – люди, в глазах которых только жажда на-
живы, жажда власти, жажда подчинять себе других любыми способами, лишь бы «мое было сверху». Что я могу сказать? Многим свойственно считать себя лучше и значительнее других, даже тогда, когда для этого нет ни малейших оснований. Да, навязчивая идея «разделять и властвовать», подкрепленная природной силой убеждения, часто помогает таким людям приобрести настойчивость в действиях, которая, как им кажется, исключает возможность поражения. Но так ли это? Нет. Потому что «достижения» таких людей – это самые что ни на есть пирровы побе-
ды. Потому что Бог все видит. Потому что придет время предстать перед Ним и от-
вечать за помыслы и поступки. На чужом горе и беде счастья не построить. Я знаю людей, которые всю жизнь шли, что называется, по костям, расталкивая окружа-
ющих локтями. Эти люди не выбирали средств для достижения цели. Они плели интриги, манипулировали, они даже самых близких людей обливали грязью, если могли извлечь из этого пользу, они готовы были с пеной у рта взахлеб взывать и призывать к чему угодно ради личных интересов. Для удовлетворения алчности и амбиций такие люди готовы были выдавать свои личные потребности за потреб-
ности сотен, а то и миллионов людей. Да, они добивались своих эгоистичных це-
лей. Да, они взбирались на вершины собственных пирамид. Но что ждало их там? Счастливы ли они? Я знаю тех, кто, имея миллионы в банках, тысячи поклонников по ту сторону сцены или экрана, забыл, когда улыбался в последний раз не потому, что того требует ситуация, а оттого, что радостно на душе. И я знаю, что эти люди чувствуют себя очень одинокими и глубоко несчастными, хотя всячески скрывают это. Причина несчастья этих людей кроется в том, что цели их не были благими. Да, без желания победить невозможно достичь успеха. Но никогда нельзя за-
бывать о том, что вокруг нас другие люди. Вокруг нас другие живые существа. Во-
круг нас родная страна. Вокруг нас целый Мир. Я считаю, счастливая страна – это та страна, в которой счастлив каждый человек. Я хочу жить в счастливой стране. Я всей душой мечтаю об этом. Я хочу, чтобы моя страна процветала и благоден-
ствовала. В детстве я мечтал не просто стать успешным человеком, а добиться успеха для того, чтобы помогать другим людям. Сила детской мечты позволила мальчиш-
ке из многодетной семьи, у которого было далеко не сытое детство в горняцком поселке, стать тем, кем я есть сегодня: не просто героем светских хроник, а по-
настоящему сильным, состоявшимся человеком. На мой взгляд, всегда сбывается та мечта, которая в корне своем Благочестивая. И я благодарю Господа за то, что он всегда помогал мне в стремлении творить добро!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 8
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 8
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
9
Вспоминая собственный опыт, могу сказать, что я искренне мечтал о Фонде волонтеров Украины и сильно, от всего сердца желал, чтобы эта мечта осуще-
ствилась. Я стал основателем этого фонда, и сегодня он существует уже во всех областях Украины и насчитывает тысячи людей. Нам нужно возобновить связь с Духовным Миром, с этой великой сокровищницей, откуда черпают силы наши воля, интуиция и разум.
Мы должны мечтать. Но, мечтая, мы не должны предаваться лишь фантазиям и отрешенному созерцанию. Нужно понимать, что для осуществления Мечты по-
рой придется стискивать зубы, прилагать усилия до порванных от напряжения му-
скулов, до боли, до хрипа, до сотого пота, идти на риск, преодолевать лишения до затянутого на крайнее отверстие ремня. Мы должны пробудить в себе всю силу воли. Но самое главное – мы должны пробудить в себе всю силу Души. Силу, кото-
рая позволит нам не только мечтать, но и творить во имя заветной Мечты, сози-
дать подобно Творцу.
Потребность мечтать и осуществлять свои мечты – маленькие и великие, даже такие, как мечта о Новом, лучшем человеке, – заложена в основу филосо-
фии Фонда волонтеров Украины. Именно она дает нам силу и способность во-
плотить наши мечты, реализовать их в конкретной форме. Потому что в нас жи-
вет Великая Сила Мечты! Я такой же живой человек, как и каждый из вас, читающих эту книгу. Я не идол, не оракул, не пророк и не мессия. Да, я всего лишь человек. Но я – Человек, и я горжусь этим!
В одном произведении невозможно описать всю жизнь человека, даже если этот человек – ты сам. Человек, которого ты знаешь лучше всех. Я старался расска-
зать о самых важных, самых интересных, на мой взгляд, этапах своей жизни. И на каждом из них меня сопровождали люди – люди из самых разных социальных сло-
ев. Естественно, описывая свою жизнь, я не мог избежать повествования о них, о том, что меня связывало и связывает с ними, о том, чему я учился у них и чему они, возможно, научились у меня. Не исключаю, что кто-то обидится, не найдя сво-
его имени в этой книге. Кто-то, наоборот, может вознегодовать, узнав, что ему по-
священа целая глава… Уважаемый читатель! Я открываю перед тобой дверь в свой мир, описывая его без преувеличений и без сглаживания неоднозначных моментов моей биографии.
Дорогие мои близкие, родные, друзья! Я всегда всех вас любил и буду любить. Я пишу о вас в своей книге не потому, что хочу опорочить чье-то имя. Я это делаю лишь затем, чтобы на нашем примере, на наших успехах и промахах, на наших уда-
чах и разочарованиях, на наших ошибках и образцах правильных решений другие люди смогли бы лучше разобраться в самих себе.
У меня была, есть и остается Мечта. Мечта о Новом человеке. О Новом че-
ловеке, который, совершенствуясь сам, будет помогать совершенствоваться другим. Сила этой Мечты такова, что она позволяет мне и моим единомыш-
ленникам достигать успеха там, где, казалось бы, сделать это просто невоз-
можно. Сила этой Мечты такова, что она порой позволяет людям достигать таких запредельных высот, которым дивятся даже видавшие виды представи-
тели Книги рекордов Гиннесса. Сила Зова этой Мечты такова, что она застав-
ляет меня преодолевать, казалось бы, непреодолимые препятствия на пути к ней. Благодаря своей Мечте:
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 9
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 9
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
Я – Знаю!
Я – Хочу!
Я – Могу!
Я – Добьюсь!
Я – Верю!
Я – Надеюсь!
Я – Люблю!
А у вас есть такая Мечта?
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 10
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 10
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
11
ДЕТСТВО
Господь – Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться.
Пс. 22:1
1
Я родился под грозовые раскаты и шум дождя. Природа приветствовала меня гро-
мом, молниями и барабанным боем капель о шиферные крыши окрестных домов. Роды были тяжелыми, мама время от времени приходила в себя и спрашивала, как я. Еще в период беременности врачи предупреждали, что ребенок может родиться очень слабеньким. Никто из них особо и не верил, что впереди у меня долгая жизнь. И долгая борьба за свое место под солнцем в ней. Акушерка, маленькая сухонькая старушка, проворно взяла меня на руки – и я засмеялся. Все младенцы заливаются криком, а я смеялся, словно радуясь, что те-
перь передо мной – огромный мир, в котором я найду свое призвание, свою цель. Тогда она посмотрела в мои глаза и сказала тихо-тихо, чтобы ее голос могла услы-
шать лишь Вселенная, из неизведанных глубин которой я только что пришел: – Ты будешь счастлив. Гроза всегда предвещает счастье и дает благословление.
Немного позже, когда мама уже смогла подняться с больничной койки и взять меня на руки, она те же слова повторила и ей. Ведь, если верить давним приметам, дождь во время рождения – это всегда к удаче. Итак, я родился 31 июля 1969 года. Местом моего рождения стал пригород Ма-
кеевки – небольшой шахтерский поселок – грязный, депрессивный, но для меня по-своему красивый и родной. Мы на всю жизнь остаемся связаны невидимыми духовными нитями с малой родиной – землей, где мы родились и росли, а значит, где бы я ни был, в каком бы городе ни жил, все равно часть меня всегда остается здесь. Это и есть мое место силы, место надежды и утешения. – Посмотрите, какие у него добрые голубые глаза! – сказала мама, когда вся се-
мья впервые увидела меня. – Мне кажется, этот малыш принесет нам счастье!
Старший брат Андрей отвернулся, пытаясь скрыть невольные слезы. Он-то знал, что в нашем поселке «счастье» у всех одинаковое: провести детство на пыль-
ных пустырях, окончить школу, пойти учиться в ПТУ, затем – служить в армию, вер-
нуться домой, жениться и всю оставшуюся жизнь работать на шахте. К тому же я был седьмым ребенком в семье, а значит, у меня не было никаких шансов разо-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 11
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 11
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
12
рвать этот замкнутый круг поселкового «счастья». Отец грустно посмотрел на Ан-
дрея, затем на меня и тоже не удержал скупую слезу. Все мужчины в нашей семье были шахтерами, так что отбойный молоток был предопределен мне еще с мла-
денчества. Но сестры увидели во мне нечто необычное, им показалось, что у этого голубоглазого малютки все будет по-другому, и решили назвать меня Тимофеем – в честь одного из апостолов и моего дедушки-генерала. – Он – Тимофей, маленький Фей, другого имени у него и быть не может! – щебе-
тали, склонившись надо мной, наши маленькие женщины.
Мама лишь улыбалась, ведь мое имя приснилось ей задолго до моего появле-
ния на свет, и она считала, что это знак от Бога, а значит, моя судьба уже предначер-
тана в огромной Книге жизни. 2
Я помню себя лет с трех, хотя вспоминаются лишь отдельные эпизоды: не всегда безобидные шалости и, наоборот, добрые поступки. Говорят, многие не помнят своего детства, – по правде сказать, мне жаль таких людей. Ведь в детстве мы от-
крыты миру и абсолютно искренни. Говорим то, что на самом деле думаем. Просто-
душно выражаем свое мнение о человеке, который нам кажется злым. Странно, но дети никогда не ошибаются в людях.
Когда я вспоминаю себя маленького, лет четырех от роду, я вижу наш двор, старые деревья, погреб-чулан, в котором хранились, по моему представлению, несметные богатства, ведь мне туда категорически запрещалось ходить, и наше-
го старого дворового пса – Босого, который тоже разделял мой интерес к погре-
бу. Я был очень впечатлительным мальчиком, родители с младенчества читали мне Библию, рассказывали доступные детскому пониманию истории, и я почему-
то решил, что чулан – это место, в котором можно найти потайную дверь, веду-
щую в рай. Босый всем своим видом показывал, что готов стать моим провожатым, и однажды я, оседлав его, словно коня, отправился в запретное место. Дорога к чу-
лану вела через кусты крыжовника, которые, разумеется, проще было обойти по тропинке, но я никогда не боялся преград, поэтому мы с Босым пошли напрямик. На полпути пес зарычал и сбросил меня на землю. Меня это ничуть не смутило: ис-
пачканный и возбужденный, я взял его за загривок, и мы снова двинулись на по-
корение неведомого рая. Чулан, увы, меня разочаровал. Там не было ничего таинственного и интерес-
ного – только бочки с солениями, банки с консервацией, подгнившие доски, ин-
струменты отца, кухонная утварь и старая панцирная сетка от кровати. Босый тем временем, обнюхивая незнакомое место, опрокинул пару банок на пол, они раз-
бились, и я стал весело бросаться в него консервированными помидорами – на-
шим зимним запасом.
Через полчаса в погреб вошла мать. Она молча взяла меня за руку, вывела на-
верх и поставила в угол, так и не проронив ни слова. Мне в углу не стоялось, и я решил завершить начатое, ведь Босый разбил не все банки, но мама, догадавшись о моих намерениях, остановила меня. Странно, но она меня не ударила и даже не стала ругать, она просто сказала:
– Тимофей, ты помнишь историю об Адаме и Еве? Думаешь, зачем Бог запре-
тил им вкушать плоды с одного-единственного древа? Он хотел послушания.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 12
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 12
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
13
Я молчал. Тогда еще слово «послушание» в моем сознании было неразрывно связано с вещами, которые мне нельзя было брать, и местами, куда нельзя было ходить. И, как любого любознательного ребенка, меня это очень расстраивало. Бо-
сого тоже наказали – посадили на цепь, отпуская гулять только на ночь. А месяц спустя Босый умер. Он поранил лапу осколком банки, и у него разви-
лась гангрена. Пес мучился, а мы не могли хоть как-то облегчить его страдания. По-
этому у нас не оставалось другого выхода, кроме как умертвить своего домашнего любимца. Но ни у кого не поднималась рука это сделать, и мы попросили местно-
го охотника. Он забрал Босого, вывез на заброшенный завод и там пристрелил, не-
взирая на слезы, которые текли по морде пса. Ведь животные все чувствуют так же, как и люди. Я не мог поверить, что Босого больше нет. И тогда мама сказала, что для всех нас однажды приходит время и мы уходим в другой мир, где наше ме-
сто зависит от нашей жизни. Если мы были грешными, то будем гореть в аду, а если творили добрые дела – нас ожидает рай, в котором нет ни холода, ни болезней, ни темноты. Я с надеждой спросил ее:
– Мама, а Босый в раю?
Она промолчала, а я в своем воображении нарисовал счастливый собачий рай, в котором он беззаботно бегает по саду, бьет банки с консервацией, лает на соседскую ребятню и его никто не наказывает. Это помогло мне хоть как-то смяг-
чить боль потери. Ведь это была моя первая утрата в жизни. Моя семья
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 13
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 13
03.12.2011 15:25:23
03.12.2011 15:25:23
14
3
Время – словно вода в ладонях. Только что она была, но не прошло и несколь-
ких минут, как, просачиваясь сквозь пальцы, исчезла, не оставив и следа. Так и со временем: в молодости мы думаем, что впереди у нас много-много дол-
гих лет, но позже оказывается, что годы уходят несправедливо быстро, а мы так и не успеваем сделать самого важного, ради чего, собственно, и появи-
лись в этом мире.
Когда мне было шесть лет, я впервые начал думать о Боге не как о далеком бла-
гообразном старце с икон, а как о родном Отце, заботящемся обо мне и моей се-
мье. Каждое воскресенье мы собирались в Доме молитвы – слушали проповеди, молились, обсуждали христианские истины и читали запрещенную в СССР Библию. Это и стало причиной моего одиночества. Соседи подсмеивались над нашей се-
мьей, обсуждали нас:
– Верующие, богомольные, нарожали кучу детей, а теперь живут в нищете.
– Христиане, а детей заставляют пахать наравне со взрослыми.
– Нагорные всегда оборванные, голодные, с ними лучше дружбу не водить.
Эти разговоры вокруг нас не утихали, и однажды я не выдержал, вскипел и ввя-
зался в драку с соседскими мальчишками. Я защищал честь своей семьи и дрался не на жизнь, а на смерть, не обращая внимания ни на содранные колени, ни на разбитый нос. Мне казалось, что любой спор эффективнее решать силой, и все то, чему меня учили с детства, начало терять смысл, потому что я не был готов под-
ставлять левую щеку, когда ударят по правой. После драки мне стало мучительно стыдно, я не хотел показываться на глаза маме, не хотел огорчать ее и решил, что лучше всего спрятаться. Я выбрал тот путь, по которому пошел Адам, осознав гре-
ховность своего поступка.
Перед глазами проносились картинки из Ветхого Завета, грозный Моисей со скрижалями, покорный Иов… Я боялся, что Бог увидит меня и накажет. Ведь Бог большой, а я совсем маленький. Но не настолько маленький, чтобы не понимать своей вины. В пылу драки я ударил одного мальчишку по голове подвернувшимся булыжником и теперь боялся наказания больше, чем своего преступления. К со-
жалению, нас всегда сдерживает наказание, а не моральный запрет.
Местом моей добровольной ссылки стала старая, любимая мной Груша. Она была очень высокой, ветвистой, и в ее кроне можно было легко спрятаться. Я уже нафантазировал, что смогу построить себе домик в ее ветвях и буду есть ее плоды, а когда похолодает – я умру, и родители будут обо мне плакать, забыв о том, что я ввязался в драку, забыв обо всех моих шалостях, о сгущенке, которую я периоди-
чески воровал, прокалывая на донышке банки дырки, о бродячих кошках, кото-
рым я цеплял на хвост жестянки, о мимолетной лжи во спасение, к которой я из-
редка прибегал. Мне хотелось побыть в тишине, избавившись от чувства стыда, обиды за семью и душевной боли. Ствол моей Груши был крепким, массивным, казалось, он вобрал в себя все силы мира и стал надежным хранителем тайн Вселенной. Меня нелегко было най-
ти там, наверху. Однажды бабушка рассказывала, что в послевоенные годы наша груша спасала от голода всю родню. Не знаю, насколько это было правдой, но я видел в ней своего избавителя и тайного сообщника. Всегда, когда я хотел при-
надлежать только самому себе, я ловко и быстро взбирался на самые высокие ветки дерева.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 14
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 14
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
15
Это была моя Груша. Она преданно принимала меня разного – то резвого и ве-
селого, то напуганного и обиженного. И верно хранила мои радости и разочаро-
вания, мои тайны, шалости и истории. А в истории я попадал постоянно – иногда сестры говорили, что я просто магнит для авантюрных ситуаций.
Пока я сидел и жалел себя, мысленно завещая свои нехитрые сокровища (ластик, бумажный кораблик, руль от машины, обертки шоколадных конфет, блокнот, стопку старых открыток, конверт с немецкой маркой, ржавый гвоздь, дохлого майского жука, спичку с желтой серной головкой, осколок подкоп-
ченного стекла и деревянную перьевую ручку) своим братьям и сестрам, ко-
леблясь, стоит ли оставить им жука или забрать с собой в могилу, мама искала меня по всему поселку. Я слышал ее голос то на одном, то на другом конце ули-
цы и мысленно радовался, что это отвлечет всю семью от затеянной мной дра-
ки. У меня даже появилась мысль, что я смогу спокойно выйти к ужину и меня примут, как в той притче о блудном сыне. Но радость быстро сменилась горе-
чью, когда я вспомнил свой предыдущий грех. О да, это было связано с пресло-
вутой сгущенкой.
Однажды я не выдержал и жадно съел целую банку, приготовленную для торта по случаю особенного дня – дня рождения мамы. Купить вторую не было возможности, потому что деньги уходили четко по назначению. Бывало, я при-
ходил на кухню, открывал шкафчик и подолгу смотрел на банку. Казалось, я мог ощутить вкус ее содержимого, просто глядя на нее. И как-то, вновь тайком про-
бравшись к заветной сгущенке, я, сам того не ожидая, схватил банку, аккурат-
ненько проколол в ней два почти незаметных отверстия и на одном дыхании выпил все содержимое. Затем перевернул банку донышком вверх, чтобы отвер-
стий не было видно, и поставил ее обратно. Когда же приблизился день рождения и мое плутовство было раскрыто, я спрятался на Груше, выжидая, пока гнев взрослых поостынет. Моя Груша приня-
ла меня спокойно и даже радушно. Казалось, у меня какая-то мистическая связь с этим мудрым деревом. Летом я ел самые лучшие плоды, растущие на верхних ветвях, – открытые лучам солнца, они наливались сладким соком раньше тех, что росли пониже, ближе к земле. Зимой я прибегал к ней, чтобы просто побыть ря-
дом, прислонившись к грубой древней коре ее ствола. Осенью я мчался к Груше хоть на короткий миг, чтобы поваляться в ее опавших листьях. А весной возле нее погружался в детские наивные мечты…
Как-то я порезал ткань, из которой мама хотела пошить платье в подарок старшей сестре. Я тогда был увлечен автомобилями и решил смастерить чех-
лы для сидений – точно такие, какие я видел по телевизору. Сиденья я соору-
дил из дров, заготовленных на зиму, а подушки – из ткани... Груша и тогда меня спрятала.
А совсем в раннем детстве я решил помочь маме посчитать цыплят – полови-
на из них, увы, погибла.
Прошло много времени, мой желудок от голода уже сжимался в спазмах, а я все вспоминал свои прегрешения. Мама тем временем искала меня, заглядывая под каждый куст и выкрикивая мое имя.
И вот…
– Тимофей, Тимоша, слезай, я тебя вижу! Ох, сорванец, нашкодил, а теперь прячешься!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 15
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 15
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
16
Я проворно спрыгнул на землю и опустил голову. Мне нужно было срочно при-
думать что-то, что избавило бы меня от наказания, но мысли, как назло, плясали в моей голове и нашептывали неразумные речи.
А потом я вспомнил насмешки соседей, мальчишек, их оскорбления и удары, и я – маленький, голодный, беспомощный, окровавленный – начал плакать. Так горько я плакал всего лишь несколько раз в жизни, и у меня до сих пор все сжима-
ется внутри, когда я вспоминаю тот разговор.
– Что с тобой? – мама вытирает мне слезы и гладит по голове. – Что с тобой, ма-
ленький? Я рассказываю ей о Боге, о ребятах, о своих переживаниях. И все мои слова и эмоции заключаются в одном-единственном вопросе: «Почему?»
– Почему они говорят, что Бога нет?
– Почему мы богомольные?
– Почему нас называют нищими?
– Почему? Почему? Почему?
Мама плачет вместе со мной. Ей жаль меня, а возможно, и себя. Ведь мы жи-
вем в маленьком старом доме, где такой большой семье, как наша, тесно: я – седь-
мой ребенок, а после меня родились еще три сестры. И нашу жизнь действитель-
но можно назвать нищей. Отец работает на шахте забойщиком. Мама воспитывает нас, заботится, ухаживает, ведет дом. Она часто болеет. Многочисленные роды ис-
тощили ее тело. А всех нужно одеть, обуть, накормить, выучить.
И тогда она говорит мне: – Тимуля, Бог есть любовь. Помнишь, Он сказал: «Посмотри на полевые ли-
лии. Разве они плохо одеты?» А птички?.. Неужели они умирают с голоду? И мы – неужели мы живем так плохо? Есть люди, которым хуже нас. Не гневи Бога, Тима. Благодари его за жизнь, за то, что у тебя есть мы, и никого не слушай. И никог-
да ни с кем не дерись. Твоя сила не в ударах, твоя сила – в добрых помыслах, словах, поступках. Докажи им, что ты не слабак. Что ты сможешь поставить пе-
ред собой цель и достичь ее. Ведь многие из них будут жить без цели. Покажи своим примером, что Бог – это не только защитник юродивых, но и помощник сильных.
Я вздыхаю. Вытираю слезы. Мне сложно понять ее. Мне сложно понять детей, которые меня постоянно дразнят. Так же, как мне нелегко понять соседских муж-
чин, избивающих своих жен и проводящих вечера за картами и водкой. Я был еще совсем ребенком и не знал, что жизнь – это баланс света и тьмы, борьба противоположностей, соотношение чистого и грязного, боже-
ственного и дьявольского. В этом балансе, борьбе и соотношении не всегда есть возможность играть честно, следуя общепринятым правилам. Но! Всег-
да есть возможность отказаться от игры. Именно это я и делал, когда стал постарше.
В тот день мама вселила в меня уверенность или, возможно, посеяла ее семя, которое окрепло и выросло в стойкий стержень веры в себя и свои силы. Теперь я понимаю это – ведь она не направляла мои детские обиды против людей. Она ни-
когда не учила меня ненавидеть тех, кто был против меня и моей семьи. Она всег-
да, при любых обстоятельствах, искренне верила в Бога и каждым своим словом и взглядом передавала мне свою веру. Она умело подбирала нужные слова. Ее и меня вела ее вера. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 16
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 16
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
17
4
В детстве я был очень болезненным и капризным мальчиком. Это неудиви-
тельно, ведь я родился хиленьким, питание у нас было скудное, да и эколо-
гические условия Макеевки не благоприятствовали здоровому румянцу. Угольная пыль, дым из заводских труб, выбросы вредных веществ, о которых жители даже не знали, потому что в Союзе подобная информация держалась в строжайшем секрете.
С каждым вдохом загрязненного шахтерской гарью воздуха мои легкие и сердце слабели. Вместе с ними слабел и я, физически разительно отличаясь от сверстников. Они не хотели дружить со мной и публично выгоняли из своих игр. Я знал, что меня презирали. Этого никто и не скрывал. Я был объектом всеобщих насмешек: маленький, тощий, неуклюжий. Но не это было для меня самым обид-
ным. Больше всего меня ранило, когда оскорбляли мою семью, особенно сестер, говоря, что они некрасивые, потому что плохо одеты. В такие моменты я чувство-
вал себя униженным и беззащитным.
Будучи еще совсем маленьким, но переживая взрослые эмоции, в душе я по-
взрослел очень рано – у меня был не по годам серьезный взгляд. Ведь те условия, в которых мы жили, выдержит не всякий взрослый: мы все спали рядом, тесно при-
жавшись друг к другу, и среди ночи, по маминой команде, переворачивались на другой бок, чтобы не затекало тело. Но даже эти бытовые трудности не смогли сломить во мне данный Богом внутренний стержень. У меня уже в пять лет была мечта. И все свои мысли я на-
правлял к ее достижению. Мне хотелось, чтобы все сложилось именно так, как сло-
жилось в итоге, много лет спустя. Вся моя жизнь – это еще одно подтверждение того, что наши мысли и мечты имеют колоссальную силу, и, если наполнять по-
ложительными эмоциями даже самые трудные свои дни, наша мечта обязательно сбудется – стоит только захотеть.
Мне вспоминается одна история, которая стала семейной легендой.
Мне было пять лет. Я садился на табуретку-«хромоножку», мы называли ее так, потому что одна ее ножка была немного короче остальных, брал в руки руль от машины и делал вид, что еду. Я мечтал уехать от проблем, скудной пищи, одежды с чужого плеча. Я мечтал умчаться туда, где я здоров, весел и счастлив. Я с гордо-
стью заявлял старшим, что у меня будет самая красивая машина и я всем буду по-
могать.
Однажды, когда я так играл – других игрушек у меня не было, – к нам зашла со-
седка – маленькая, тучная, всегда веселая тетя Галя. Она часто забегала к нам одол-
жить спички или соль, чтобы потом посудачить с товарками о нашей семье. Как сейчас помню тот разговор:
– О, Тима! Шо ж ты ото робыш?
– Еду.
– Едешь? Куда едешь?
– Просто катаюсь.
– То ты у нас космонавт, наверное, а это ракета, да?
– Нет, это машина.
– Машина? А кем ты хочешь стать? Шофером?
– Нет, я хочу стать сильным.
– Тю… Нет такой профессии – «быть сильным».
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 17
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 17
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
18
Я улыбался. Я тогда не понимал значения своих слов, но для меня, крошечного мальчика без детства, это было лучшей профессией, лучшим призванием. Я знал, что я буду сильным.
– Есть! Я буду сильным и буду всем помогать, – отвечал с гордостью я.
Тетя Галя смеется, обращаясь к маме: – Он у вас странный какой-то.
Мама улыбается, убирает с лица прядь волос, выбившуюся из-под косынки, и с нежностью говорит: – Да нет, не странный. Просто мечты у него другие – особые.
Соседка вдруг почему-то краснеет и поспешно уходит. Ее сын – мой ровес-
ник – никогда ни о чем не мечтал, у него попросту все было: и игрушки, и одежда, и сладости. Ему незачем было придумывать для себя нечто другое, особое, ведь он жил как все. И только потом, в юности, у него появится первая мечта – стать космонавтом. Это тогда было модным. Помню, как девочки говорили, что будут балеринами или актрисами, а мальчики все сплошь хотели быть пилотами, капи-
танами или пиратами.
Я о таком не мечтал. Мне тогда было не до этого: я недоедал, мой сон был не-
полноценным, что сказывалось на ослабленном детском организме. Восстанав-
ливать и укреплять здоровье я не мог – у нас не было на это средств, поэтому ча-
сто болел. Сейчас могу сказать, что болел я не только телесно. Болел я и душой: в постоянных переживаниях за маму, я боялся, что папа от нас уйдет, мы останем-
ся совсем одни и никто нам не поможет. Я жил одной мыслью, что, когда вырасту, я буду зарабатывать деньги для нашей семьи. И первым делом куплю квартиру в центре – нет, не Макеевки, а Донецка. Ведь с самого детства у меня была меч-
та жить там. Вероятно, у вас закралась мысль о том, что я был прагматичным и мечтал толь-
ко о материальных благах? Но это не прагматичность – нет! Это обратная сторона моей вынужденной детской аскетичности, отсутствие радостей, привычных для других детей, и страстное желание восполнить упущенное. Детские желания по-
степенно перерастают во взрослые планы. Мальчики и девочки моего возраста мечтали об игрушках и домашних питомцах, они верили в Деда Мороза. А я меч-
тал стать взрослым ради моей семьи и ради лучшей жизни для них – той, о кото-
рой они не могли и мечтать. Я просто был ребенком с четко сформулированными желаниями – как у взрослых. Думаю, отсутствие игрушек, конфеты только по боль-
шим праздникам, полупустые миски с едой – все это требовало от меня взрослой рациональности. Я рано повзрослел. Я знаю.
Быть космонавтом или авиаконструктором, балериной или актрисой – это прекрасные мечты. Но они навеяны престижностью профессии в обществе в кон-
кретный период. Поэтому не каждый ребенок, мечтающий о чем-то модном и ста-
тусном, исполняет свою мечту, когда вырастает. Ведь это не были его истинные же-
лания, идущие из сердца, по зову души.
Уже в более зрелом возрасте приходит понимание, что в мире все взаимосвя-
зано и сбалансированно: зачем обществу такое количество балерин, космонавтов и капитанов? Осознав это, люди идут работать туда, где они могут применить свои навыки, знания и стремления. Быть сильным – значит исполнить свой долг. Хотя нет, не долг. Быть сильным – это значит всегда осознанно следовать выбранному пути. И я стал сильным…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 18
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 18
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
19
Пока взрослые разговаривали, я ехал на своей самодельной машине, пред-
ставляя себя сильным и успешным. Я видел себя помогающим родным и всем, кто в этом нуждается. Я видел себя счастливым. Я просто верил, что у меня обязатель-
но будет красивый, а главное – собственный автомобиль. И когда через 20 лет я действительно приеду в родной поселок на своей пер-
вой машине, мои сестры будут плакать. И соседка, помнившая меня маленьким бо-
соногим мальчишкой, который что есть силы тащит на спине мешок с огурцами, – тоже будет плакать…
Так проходило мое детство. И каким бы сложным оно ни было, я думаю, дет-
ство каждого человека – это самая незабываемая, волшебная пора, в которой всегда есть светлые, радостные моменты. Став успешным бизнесменом, я не зря начал помогать детям, потому что они должны ощутить всю прелесть своего воз-
раста, и самая маленькая радость, которую я смогу им принести, устроив благо-
творительный концерт, подарив компьютерный класс, сладости или игрушки, – останется с ними на всю жизнь. Ведь для маленького человека самое главное – это внимание, общение, теплота, забота, осознание того, что в мире, где тебя броси-
ли все, даже родители, остаются люди, которым ты небезразличен, люди, готовые помочь тебе, невзирая ни на какие препятствия. Еще в детском возрасте я нашел свое призвание, и это призвание стало делом моей жизни, но прежде чем я осо-
знал это, увы, потребовались годы. 5
Однажды меня спросили: «В чем секрет вашего успеха? У вас есть какой-то се-
крет?» Я, не колеблясь, ответил: «В послушании». Журналистка – еще юная и не-
опытная – вопросительно посмотрела на меня. И я принялся рассказывать исто-
рию, произошедшую со мной в раннем детстве. Я часто погружаюсь в прошлое, чтобы найти ответы в настоящем…
В детстве мир казался мне огромной Тайной, которую нужно разыскать, узнать, прочесть между строк и уловить ее тонкий смысл, как это делали фи-
лософы разных эпох. Я безудержно стремился познать каждую вещь в этом мире. Я словно губка впитывал рассказы родителей и священника, я искал Бога, я питался его любовью, я открывал себя, а вместе с собой и весь мир. И все, что я совершал тогда, так или иначе отражается на моем сегодня. Итак, о послушании.
Вспоминая детство, я погружаюсь в несколько хаотичный мир. Ведь мое серд-
це заполняет множество переживаний, эмоций и людей. Я вновь становлюсь ре-
бенком, смотрящим на мир глазами взрослого. Я вновь переживаю за тех, кто был рядом со мной тогда и кого сейчас уже нет…
Мы расположились на диване: я с мамой. Я очень любил такие моменты, по-
тому что они были нечастыми. Мама – только моя и для меня. Я наслаждался каж-
дой секундой, проведенной с ней наедине. Я помню, как каждую клеточку моего детского тела нежно наполняло счастье оттого, что мама рядом и готова выслу-
шать меня.
Я плачу. Она обнимает меня за плечи и вытирает слезы своей огрубевшей от домашней работы рукой:
– Тима, что с тобой?
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 19
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 19
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
20
Я молчу и еще сильнее всхлипываю. У меня случилась трагедия – конечно же, это не вселенская трагедия, а моя личная, детская трагедия, но в том возрасте я воспринимал ее почти как вселенскую. Я еще не умел рисовать, читать стихи, де-
лать аппликации и поделки: никаких творческих навыков у меня не было, то есть не было выявлено. На это ни у кого не было ни времени, ни средств.
Приближался мамин день рождения. Мама всегда была моей главной ценно-
стью, моим ангелом-хранителем. Поэтому мне было очень важно поздравить ее по-особенному, чтобы она поняла, как сильно я ее люблю. Я мечтал удивить ее каким-то подарком. Но купить ей что-то у меня не было возможности. Ведь нако-
пить денег я не мог – их попросту неоткуда было взять. Я всегда стремился делать добро и, когда мне это не удавалось, очень страдал, болезненно воспринимая по-
добные «мелочи». Подарок для самого любимого человека на свете, несомненно, был добром! Очень важным для меня добром. Поэтому я не решался признаться в этом маме. Но все же я это сделал, и это был мой маленький подвиг. Подвиг ма-
ленького человечка, искренне любящего свою маму.
– Мам, я… очень… хочу… сделать тебе что-то очень приятное, ну… чтобы по-
казать, как я тебя люблю. Что я могу сделать для тебя?
– Тимулечка, солнышко мое, подари мне послушание. Для меня это будет са-
мым ценным подарком.
Я понял ее слова по-детски прямолинейно: если послушание, то во всем. Мне казалось, что послушание – это готовность помочь. Опять же, во всем.
В ту же секунду я надел теплые вещи, обулся и вышел во двор. Как сейчас пом-
ню: зима в тот год выдалась холодной, мороз царапал кожу и пробирал до костей. За ночь намело столько снега, что сугробы были выше меня. Я, окрыленный иде-
ей послушания и подарка ко дню рождения, невзирая на то, что был маленьким и щупленьким, словно незаметным, беру огромную лопату, сжимаю ее в крошечных руках, спрятанных в шерстяные варежки, и начинаю расчищать двор от снега.
Да, не скрою, мне нелегко, то есть очень нелегко. Я едва удерживаю лопату. Она предательски выскальзывает из рук. Я много раз падаю, но поднимаюсь и про-
должаю начатое. Мне хочется плакать. И в один момент слезы, вопреки моим уси-
лиям, начинают течь ручьем. Мой нос забивается. Слезы колют лицо. Ртом я вды-
хаю холодный воздух. Он напоминает мне стекло. Я ощущаю, как с каждым вдохом в меня забрасываются тонны мелкобитого стекла, режущего мое горло. Когда моей детской коже становится неимоверно больно от мороза и соленых слез, я за-
ставляю, просто приказываю себе остановиться. Вытерев в очередной раз лицо уже примерзлой от слез варежкой, постояв немного и насунув на нос широкий шарф, я вновь берусь за лопату. Потому что знаю, ради чего это нужно. Это было мое добровольное решение.
Мысленно повторяя мамины слова о послушании, я испытывал необъяснимую радость. Я представлял, как мама увидит чистый двор и похвалит меня. А папа, придя с работы, похлопает меня по плечу и скажет, что я – настоящий мужчина. В порыве, на радостях я наносил дров и угля, убрал в доме. Я был счастлив, что смог быть полезным, а главное – послушным.
Мама оценила мои старания. Она действительно похвалила меня. С тех пор она ставила меня в пример братьям и сестрам. А я начал понимать, как можно по-
лучать удовольствие от того, что делаешь кому-то приятно, даришь частичку сво-
его сердца и любви.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 20
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 20
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
21
Правда, позже она объяснила мне, что послушание – это готовность помочь не только когда у нее праздник, но и желание помогать и поддерживать ее всег-
да, несмотря ни на что, при любых обстоятельствах и соблюдении Божьих за-
поведей.
И тогда я дал слово, что никогда не огорчу ее. Но очень скоро его нарушил. К сожалению, нам часто по каким-либо причинам приходится нарушать дан-
ное слово. У меня была веская причина – море. 6
Море будоражило воображение детей Нагорных с самого рождения. Мы много слышали о нем, даже видели по телевизору у соседей, но, увы, наше материаль-
ное положение было незавидным, а значит, море оставалось недостижимой меч-
той. Я с дикой завистью и восторгом в глазах слушал рассказы одноклассников о том, как они ездили отдыхать к морю, и понимал, что зависть – это плохое, низмен-
ное чувство, но она изъедала меня изнутри. Мне тоже хотелось выйти на песчаный берег, подойти к теплым, ласкающим волнам моря, потихоньку, как легкий парус-
ник, войти в его воды, плавать, нырять, ловить медуз и смотреть, как они будут та-
ять в лучах солнца. Мне тоже хотелось насобирать много красивых ракушек, а потом с гордостью продавать одноклассниками: мол, я тоже был на море, я тоже собирал ракушки, ныряя на дно. Меня очаровывала панорама необъятной морской шири в лучах за-
ходящего солнца. Я слушал рассказы о лунных дорожках, о странных всплесках и звуках, о рыбаках, плывущих в ночь на лодках, о рыбе и креветках, продающихся поутру почти даром, о сочных персиках, о горластых торговцах мидиями, о ко-
раблях, маячащих на горизонте, о духе беззаботного веселья, царящего там. И так повторялось из года в год. Пока однажды не случилось следующее. Мне было десять лет. Я только что перешел в четвертый класс, и наша учитель-
ница дала простое задание: написать сочинение о том, как мы провели лето. Мое сочинение оказалось самым грустным. Я написал, что с восьми лет рабо-
таю в колхозе ради моих родителей и сестер, а также о том, что мне сделали уже одну операцию по удалению грыжи, появившейся от постоянных физических пе-
регрузок. Я рассказал о том, что хочу скорее стать взрослым, окончить школу и пойти работать. Я писал о том, что никогда в жизни не был и не буду в пионерском лагере, потому что не могу не помогать родным мне людям, да и одежды, кроме школьной формы и домашнего тряпья, у меня нет. Я написал, что мечтаю соста-
риться, выйти на пенсию и совершить поездку к морю. Каждая строка, написан-
ная мной, была мокрой от слез, и учительница плакала, читая мое сочинение. Но это было лишним, ведь я тогда испытывал радость – я помогал своей семье. Все деньги, заработанные на колхозных работах, я отдавал родителям.
На самом деле в глубине души я радовался, что могу работать. Труд меня дис-
циплинировал. Он был теми девяносто девятью процентами успеха, которого я до-
стиг. И лишь один процент моего таланта дополнял стремления к мечте. Именно труд сделал их не напрасными, воплотил в жизнь те идеи, благодаря которым я впоследствии стал героем светских хроник.
А мои одноклассники писали о летних лагерях, о лесах и море. И последнее было моей ахиллесовой пятой…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 21
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 21
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
22
Мне очень сильно хотелось выйти на берег, дотронуться до волны, собрать ра-
кушки, найти самую большую и послушать шум прибоя. Это желание так прочно засе-
ло в моей голове, что я начал продумывать все варианты путешествия к Мариуполю.
Уже тогда моими поступками руководил не здравый смысл, а мечта. Я был из тех мальчишек, чьи мечты были намного больше преград, возникающих на их пути. Я просто не видел препятствий.
Думаю, у вас тоже бывают такие состояния, когда какая-то мысль прочно посе-
ляется в голове и так греет сердце, наполняя его радостью, что ее ни за что не от-
пустишь, пока не воплотишь в жизнь. Древние индейцы майя называли это Силой Мечты. Так случилось и со мной. Сила моей Мечты увидеть море сотворила чудо. Она вела меня к поставленной цели. В этом мне помог стойкий и неугомонный ха-
рактер: я всегда был верен своей Мечте и всегда достигал желаемого.
Я уже умел кататься на велосипеде и, воодушевленный радостью от предстоя-
щей встречи с морем, отправился в первый самостоятельный путь длиной 150 км от Макеевки до Мариуполя. Но, проехав 40 км, я понял, что на самом деле все сложнее, чем я думал. Силы быстро иссякли: меня хватило лишь на то, чтобы вы-
ехать за Донецк. Я остановился. Дальше ехать уже не мог: ноги отказывались кру-
тить педали огромного тяжелого велосипеда для взрослых. Я понял, что море – мое испытание на прочность. Но отказаться от мечты я не мог. Это было сильнее меня. Это был зов сердца. Сообразив, что мне не откажут водители грузовиков, я в три этапа добрался до Мариуполя.
Помню одного из них – рыжеволосого смешливого парня, который не рас-
ставался с сигаретой и все учил меня жизни. Говорил, что самое главное для меня – определиться, чего я хочу достичь и зачем. Я по наивности своей рас-
сказал ему о своей Мечте: стать сильным и помогать другим. Он рассмеял-
ся, подкурил очередную сигарету и сказал, что я, очевидно, начитался бур-
жуйских книг о благородных и смелых рыцарях. А потом добавил, что нужно перестать парить в облаках и стать более приземленным. Конечно, с полной уверенностью и знанием дела подчеркнул, что лучше всего быть дальнобой-
щиком и жить в дороге.
Это был последний раз, когда я доверчиво поделился своей Мечтой. Больше я никому не рассказывал о том, чего я хочу и чего достигну в жизни. Я оставил это для себя и решил рассказывать о чем-то лишь постфактум. Я увидел, как люди, вместо того чтобы поддержать Мечту, «разрезали» ее грандиозность на кусочки, подвергая жесткому прессингу их примитивного мировоззрения. А затем «мари-
новали» в своей однобокости и «консервировали» в жестяной банке трусости. Я решил оберегать мою Мечту. Я не мог позволить, чтобы в нее вторгались дру-
гие. Потому что для меня она была великой.
Подъезжая к Мариуполю, я чувствовал нетерпение. Город встретил меня солн-
цем. Уже там я считал минуты, а потом секунды, и после долгой дороги, с замира-
нием сердца, я наконец-то увидел долгожданное море – мое Море!
Первым делом я надел плавки и побежал к морю. Я бежал к нему, и не было бо-
лее счастливого мальчишки, чем я. Я прыгнул в волны. Море казалось мне самым чу-
десным, что только может быть на этой планете. Я ловил водоросли рукой, нырял, со-
бирал ракушки. В тот момент я хотел, чтобы мама и папа, братья и сестры веселились вместе со мной, и уже представлял их радость оттого, что я видел своими глазами, как солнечные лучи играют с волнами…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 22
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 22
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
23
А мама тем временем пила валерьянку и смотрела на часы. Ведь я никого не предупредил о том, что уезжаю – один и так далеко. До этого меня не отпускали дальше Макеевки.
Меня часто спрашивают о том, что для меня значит счастье. И я затрудняюсь с ответом. Ведь в каждые периоды жизни оно кажется разным. Но тогда – без ро-
дителей, без еды, без денег и крыши над головой – я был самым счастливым на Земле! Я сам решился на это, сам одолел неизвестную дорогу и сам исполнил свою мечту. Я увидел море и смогу теперь написать о нем самое красивое сочине-
ние. Я плавал и загорал, играл со сверстниками и общался с незнакомыми людь-
ми. Мне нравилась свобода, мне нравилось, что мое желание исполнилось!
Тогда я познал важную истину – не из книг, а на собственном опыте, – что нуж-
но не только думать и мечтать о чем-то, но и прилагать усилия, чтобы это «что-то» ощутить в своей жизни. Таковы законы мироздания: мысли остаются всего лишь мыслями до тех пор, пока не подкрепляются реальными действиями. Об этом пи-
сали индейцы майя.
У моря я был три дня. Первую ночь провел на пляже. К вечеру поднялся сильный ветер, и я очень замерз, поскольку пляж обдувался со всех сторон. Мне негде было укрыться и спрятать велосипед. В ту ночь я почти не спал из-за пронизывающего холода и страха открытого пространства. Утром, конечно же, book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 23
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 23
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
24
все страхи ушли, и я вновь окунулся в счастье моей уже реализованной Мечты, жадно наслаждаясь каждой минутой, как будто собирая эмоции воедино, чтобы их хватило на долгое время. Возможно, до моей следующей встречи с морем. Правда, я не мог представить, когда она произойдет вновь.
Во вторую ночь я решил выспаться. Для этого нашел надежное укрытие. Когда пляж опустел, ушел последний автобус и наступила темнота, я удобно устроился на ближайшей остановке. Она была железобетонной и хорошо защищенной от не-
погоды. Давно где-то прочитав, что на траве спать приятнее, я еще днем, когда она была сухой, нарвал достаточное для меня количество и, расстелив ее на простор-
ной скамейке, мгновенно уснул. Считается, что для засыпания здоровому человеку необходимо несколько ми-
нут. Я заснул, как только закрыл глаза. Мгновенно! Крепким сном! Мне было тепло. Велосипед я спрятал в укромном месте – в густых кустах за остановкой. Я рассла-
бился. Мне даже ничего не снилось. Тело было приятно истощено путешествием и двумя днями, проведенными рядом с моей Мечтой.
Утром на остановке ко мне подошла молодая женщина с чудным мальчуганом лет четырех-пяти. Она оказалась очень приятной и доброй. Мы разговорились, и я рассказал ей свою историю, не раскрывая большой Мечты быть сильным. Я же по-
обещал себе держать ее в секрете.
Она подумала, что у меня нет семьи, но, узнав подробности, с облегчением вздохнула. Мне было очень приятно, когда она пригласила меня к себе в гости, но я хотел провести еще один день на море и не променял бы его ни на какой обед, даже самый сытный и вкусный. Поэтому мы договорились об ужине, а днем она привезла мне бутерброды с помидорами. Ее забота тронула меня до глубины души. Мне вполне хватило того, что она принесла. Я был непривередлив в еде, привыкнув кушать мало или не кушать вообще.
Мне было хорошо там, и я с удовольствием остался бы еще. Но нежность и вни-
мание этой женщины напомнили мне о маме.
Переночевав в теплой комфортной постели третью и последнюю ночь, я со-
брался уезжать. Но женщина не отпустила меня тем же путем, что я приехал. Она не позволила ехать в грузовиках и посадила меня на электричку. Счастье, которое я испытал от реализованного желания, поменяло мир вокруг меня. В поезде меня никто не беспокоил, и я благополучно доехал до Донецка. От вокзала мне остава-
лось проехать те же 40 км. В этот раз дорога до окраины Макеевки на гигантском велосипеде показалась мне незаметной. Я забыл о расстоянии и о возрасте. На крыльях радости я мчал-
ся домой, чтобы поделиться восхищением с близкими, особенно с мамой – ведь я увидел море моей Мечты.
Но дома радостных возгласов я не услышал…
Я – дома. Открываю калитку и вижу заплаканную маму. Она смотрит так, слов-
но я воскрес из мертвых. Мне стало не по себе. Я понял, что буду наказан, и начал было оправдываться, но…
Самое страшное – это когда тебя не хотят слышать. Просто захлопывают дверь прямо перед тобой и молчат. Мама не кричала на меня и даже ни разу не ударила меня. Она просто молчала. И это молчание вызвало у меня дрожь.
Мама была единственным человеком, перед которым я мог бы стать на ко-
лени. Единственным после Бога. Но я не стал на колени. Уже тогда у меня были book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 24
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 24
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
25
принципы. А сейчас… Сейчас я обнял бы ее и попросил прощения. Но тогда мне казалось, что я совершил правильный поступок, что она не понимает меня и все обижаются на меня несправедливо.
На семейном совете решили, что моей энергией нужно управлять, и постано-
вили, что теперь, во избежание сумасбродных мыслей, я буду больше загружен до-
машней работой. А в конце отец добавил:
– Ты стал колючим, словно куст крыжовника. Вот и будешь ухаживать за кры-
жовником.
Я согласился, хотя это было самое противное занятие из тех, которые можно было поручить. Мои знали, как наказать. Крыжовник ела тля, и он покрывался се-
рыми пятнами. Мне приходилось отдирать этот гадкий серый налет. Я подрезал ку-
сты, окапывал, поливал и, когда пришло время, собирал плоды своей ответствен-
ности в виде щедрого урожая.
Но в мыслях я возвращался к моему Морю: ласковому, теплому, нежно-
голубому. Переливающееся под солнечными лучами, оно зовет меня куда-то вдаль, за горизонт и выше… 7
– Тим, Тимофейчик, что это у тебя? – спрашивает смешная конопатая девочка. – Грифель, – я верчу в руках небольшой темно-серый прямоугольник. – О, а им можно рисовать?
Я провожу четкую линию на парте. Грифель оставляет след. И в моей голове появляется гениальная идея.
– Конечно, можно. И в тетрадке, и на парте, и на асфальте. Им везде можно ри-
совать. А еще он охраняет от дурного глаза.
– Ой, Тим, я тоже хочу такой!
– Купи. Я недорого продаю. Всего за пять копеек штуку. – Ну… я не знаю.
– Не купишь – пожалеешь. Его сейчас нигде не продают. В стране дефи-
цит грифеля.
И она берет у меня сразу четыре куска. Ей невдомек, что грифель валяется в любом троллейбусном депо. Я стал специально ездить в макеевское депо и эти-
ми прямоугольниками набивал полные карманы. А потом продавал их в шко-
ле. Когда спрос на грифель вырос, мне пришлось увеличить поставки. Карманы нужно было заменить чем-то большим. Тогда я раздобыл картонные коробки из-под мороженого. Точнее, я их выпросил у одной знакомой продавщицы, вос-
пользовавшись своим невинным печальным взглядом. Дома я проводил тща-
тельный осмотр «продукции» с последующей ее сортировкой на целые и отби-
тые кусочки. Кожа рук от постоянного контакта с грифелем и хозяйственным мылом пересыхала и трескалась, но меня это не заботило. Я был всецело погло-
щен интересным делом, организованным мной от начала до конца.
В школе я сначала предлагал «высокосортный» грифель по более высокой цене. А побитый продавал за копейки. Мои продажи сопровождались красноре-
чивой рекламой: «Он замечательно пишет по любой поверхности и вообще дол-
жен быть в обиходе каждого уважающего себя пацана». И ребята покупали – они же себя уважали!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 25
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 25
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
26
Очень скоро мой грифель стал одним из самых модных атрибутов школьной жизни: не было ни одного мальчишки, который не купил бы его у меня. Благодаря созданному мной ажиотажу среди местной шпаны первые месяцы грифель рас-
ходился на ура. Образовалась даже своеобразная очередь. Через время грифель был у всех. Потом пришло «грифельное пресыщение», и вскоре всем надоело. Да и мне самому тоже. Я открыл свой талант. Мне нужен был размах. Накопленные деньги я инвести-
ровал в более прибыльный бизнес: марки, значки, календарики, старинные моне-
ты, этикетки от жвачки. Несмотря на мои далеко не идеальные, как мне тогда каза-
лось, данные роста, веса и материального положения, я чувствовал себя сильным и достойным жить лучше. Ярко выраженное чувство собственного достоинства все-
ляло в меня уверенность и стимулировало к изменениям. Я начал искать различ-
ные источники финансового благополучия и возможность быть «не хуже других». Такая не совсем благотворная мотивация – «быть не хуже других» – вдохновляла меня недолго. Ведь я мечтал быть сильным. А сильному нет нужды сравнивать себя с другими. Поэтому уже тогда я перестал равняться на окружение.
Совсем скоро слава обо мне разошлась по всему поселку – слава «коммерсан-
та». Я коллекционировал марки, монеты, значки, календарики. Проводил сложный многоразовый обмен, покупал, перепродавал. Я стал популярен. У меня появля-
лось все больше и больше заработанных денег. Я чувствовал гордость и радость от того, что тоже могу внести финансовую лепту в семейный бюджет. Вырученных денег вполне хватало на сладости для сестер и мелкие расходы. А немного позже я стал отдавать всю выручку маме, чтобы покрыть ее долги. Ведь мы всегда были кому-то должны, потому что денег катастрофически не хватало.
Иногда, чтобы скрасить серые будни в шахтерском поселке, я позволял себе купить какие-то сладости. Я возвышался в собственных глазах. Так постепенно, шаг за шагом, я осваивал самую лучшую для меня профессию – быть сильным.
В тот торжественный день, когда я сам, за свои деньги (не подаренные роди-
телями, а заработанные лично) купил себе школьную и спортивную форму, мама расплакалась. А потом с улыбкой сказала, что у меня большое будущее. Отец, как обычно, повторил, что меня ждет лопата в шахте и не стоит забивать себе голо-
ву глупостями. Я огрызнулся, словно волчонок, и ушел из дому. Мне было обид-
но, что в меня не верят. 8
Воспоминания о школе для меня одни из самых болезненных. Многие мои учите-
ля были уверены, что из меня может выйти лишь мелкий хулиган. Они с презрени-
ем смотрели на меня, занижали оценки и язвили по поводу моей семьи. Но одна учительница прониклась ко мне уважением, милосердием и состраданием. Ее зва-
ли Тамара Давыдовна. Она преподавала географию, и каждый ее урок превращал-
ся в увлекательное путешествие.
Однажды она рассказывала нам о далеком Таити, красивейшем острове во Французской Полинезии. Конечно же, она понимала, что шанс побывать в этом не-
вероятно красивом месте у нас – детей из шахтерского поселка – невелик, но она хотела, чтобы у каждого из нас была мечта. Пусть даже недостижимая. И мой одно-
классник сказал:
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 26
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 26
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
27
– Вот вы говорите, что когда-нибудь мы увидим все своими глазами. Неужели и Нагорный полетит на Таити? Он же как бомж.
– Я более чем уверена, что Тимофей там побывает первым. У него целеустрем-
ленный характер, он трудяга и чистюля. Кроме того, зря ты так говоришь, я очень уважаю семью Нагорных. И дом у них красивый, опрятный, все побелено, вычище-
но, убрано.
Мое лицо вспыхнуло, словно факел. Мне было очень стыдно, ведь на самом деле она была у нас дома и видела, что все далеко не так. У нас не было идеаль-
ной чистоты и порядка. Мама, загруженная домашней работой, просто физиче-
ски не могла успеть сделать все, отец и братья были на работе, сестры, конеч-
но же, помогали маме, но их усилий не хватало. После того разговора на уроке я стал заниматься уборкой, ремонтом, и в результате наш дом стал уютным и опрятным. Бедным, но опрятным. Во дворе все было аккуратно сложено, дере-
вья подбелены, сорняк весь вырван. Чтобы соответствовать словам Тамары Да-
выдовны, я стал каждый день гладить школьную форму, чистить ботинки и тща-
тельно следить за своим внешним видом. Но школа – это еще не самое главное в моей жизни.
Я верю, что каждый человек обладает стержнем, который формируют ро-
дители, школа, друзья, улица, телевидение. Все это называется обществом. Мой стержень начал формироваться еще в первые годы жизни благодаря родителям. На него я опираюсь до сих пор. Еженедельные посещения церкви, участие в по-
мощи тяжелобольным и нуждающимся – это зерна добра, которые посеяли во мне родители. Это самое дорогое для меня наследство. Ведь когда-то я – пяти лет от роду – пообещал быть сильным и помогать людям. Это обещание я помню и держу до сих пор…
Я гордился своими родителями. Горжусь ими и сейчас. Несмотря на то что нас было десять детей, я всегда чувствовал их внимание, теплоту, заботу и ласку. Да, я был любимчиком! Мне всегда доставалось лучшее, особенно от мамы: она чув-
ствовала во мне силу и уверенность. Думаю, именно мама увидела во мне Божью искру, которая со временем развилась в мои таланты. Помню, она защищала меня, когда все остальные смеялись и говорили, что из меня ничего не получится. Мама верила в меня! Ее вера переросла в веру в моем сердце.
Люди, окружавшие нас, были по своей сути добрыми и безобидными. Но ми-
зерные зарплаты, депрессия, социальная несправедливость не могли не сказать-
ся на человеческих отношениях. Я рос в то время, когда все верили в светлое бу-
дущее и дружно строили коммунистический мост, по которому мы дойдем к нему. Это было время, когда слухи и сплетни друг о друге распространялись в секунды. Жизнь всех была на виду. Это было время тотальной публичности.
На фоне других семей мы выделялись религиозностью и сплоченностью. По-
этому каждому в нашем поселке хотелось как-то съязвить по поводу нашей се-
мьи. Еще бы!
Маме в Москве вручил наградную книжку матери-героини сам Брежнев. Это событие наши соседи обсуждали полгода. Мы же очень гордились мамой. Это был торжественный и знаменательный момент не только для нее, но и для всей семьи. Но не более. Особых привилегий мы не имели. В стране только на словах восхва-
лялись семейные ценности. Да, правительство раздавало почетные звания, но ре-
альной материальной поддержки наша семья не получала. Поэтому соседи посто-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 27
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 27
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
28
янно нас обсуждали. Их крайне раздражало то, что девизом нашей семьи были слова: «Даст Бог день, даст и пищу».
Отец работал забойщиком на шахте. По воскресеньям он воодушевленно про-
поведовал в церкви. Это был его талант. Его предназначение. Члены церковной общины и случайно зашедшие люди вслушивались в каждое его слово – так заво-
раживающе он умел говорить.
На шахте отцу платили триста рублей. Мама, подрабатывая на трех-четырех работах, приносила двести рублей. А так как они были верующими, то десятую часть – пятьдесят рублей – отдавали в церковь. Это было принципиально и не под-
лежало обсуждению. Нам объясняли, что десятая часть дохода не принадлежит нам, ее нужно жертвовать на благо тех, кто слабее нас.
По тем временам и социальным меркам мы жили более чем скромно, если не сказать бедно. Наш каждодневный рацион состоял из вермишели с морковкой и жареной картошки. Чувство голода мы заглушали семечками. Мясо в нашем меню практически отсутствовало.
Правда, раз в месяц родители устраивали нам настоящий праздник. Это был дол-
гожданный момент. Вся семья собиралась, чтобы насладиться пиршеством – супом с потрошками. Мы с нетерпением ждали появления на столе вожделенного яства. Мне доставалась куриная лапка – сплошная косточка и хрящи. Точнее, она не доста-
валась – я ее себе «отвоевывал»! А затем медленно сгрызал, не оставляя ни кусочка. Это был момент истины. Я испытывал высшее наслаждение! Теперь ни одно экзоти-
ческое блюдо не может меня насытить так, как роскошный мамин суп с потрошками.
Еще тогда – лет тридцать тому назад – я пообещал себе, что мои дети никогда в жизни не узнают подобного: как это – засыпать и просыпаться с чувством голода. Я был мал и глуп. Наивно считал, что если у меня ничего не получится и я не стану сильным, то никогда не женюсь. Я просто боялся обрекать кого-то на такую жизнь, которая была у меня. Мы ведь даже по праздникам не всегда видели конфеты.
Один год для моей семьи выдался особенно тяжелым. Я тогда учился в шестом классе. И так все трагично сложилось, что в одно время старшая сестра заболела воспалением легких, а мама подорвала спину. Она целый месяц лежала, не в силах подняться. А сестру обкалывали болезненными уколами. Болезни всегда были не-
предвиденными статьями расхода. Поэтому если они случались, то ужимались по-
требности всей семьи, чтобы ускорить процесс выздоровления.
Близился Новый год. Мы, дети, уже знали, что Дед Мороз – это мифический персонаж и чуда не произойдет. В доме царила грусть. У нас ведь даже телевизо-
ра не было, а старый радиоприемник сломался. Я тихо злился на себя за то, что не могу сделать что-то существенное. Я лишь помогал маме по дому, разгребал снег во дворе, носил воду, убирал. Мне казалось, что моя поездка к морю серьезно по-
дорвала маминое здоровье. Ведь пока я плескался в теплой воде и знакомился с приезжими, она изматывала себя мыслями обо мне, не находя себе места. Сколь-
ко бы детей ни было у мамы, за каждого она переживала так, будто он был един-
ственным ребенком в семье. И хотя мама уверяла меня, что простила мне ту поезд-
ку, меня по-прежнему терзали муки совести.
Наконец-то 31 декабря. Мы накрываем праздничный стол: картошка в мунди-
рах, соленые помидоры и килька. Причем последняя вызывала у нас, детей, вели-
чайший восторг!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 28
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 28
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
29
Но в тот праздничный день… праздника не было. Он куда-то исчез, а может, за-
блудился по дороге к нам. Мы не надеялись найти игрушки под елкой, потому что елки в том году у нас тоже не было. Не было ни конфетти, ни гирлянды, ни празд-
ничной одежды.
Мне тогда стало так тоскливо, так обидно за себя и всю мою семью, что слезы выступили сами. Я обвел взглядом родных и сказал:
– У всех праздник, а мы… Почему мы живем впроголодь? Чем мы хуже?
– Что ты себе позволяешь? Выйди из-за стола! – возмущенно отреагировал отец.
– Папа, по-твоему, я не прав? Мама, мы не голодаем? Тебе не надоело давить-
ся картошкой? Не надоело жить без телевизора? Работать на трех работах? Это во-
обще жизнь? Зачем учиться в школе, чтобы потом пахать забойщиком, как отец? Да над нами же все смеются!
– Тысячи людей работают забойщиками на шахтах и живы. Сними розовые очки, сынок, ты не изменишь в одиночку этот мир. Вот пойди работать на шахту, зарабатывай деньги и учись на вечернем отделении. Докажи, что ты взрослый! Трудолюбивая пчела должна собрать нектар с четырех миллионов цветков, чтобы потом получилась литровая банка меда. Учись у нее и не думай о будущем, живи настоящим, – сказала мама, и я увидел в ее глазах слезы. – Я, по-вашему, не работаю? Да я с детства целое лето таскаю мешки в колхозе! Сорвал спину, заработал грыжу. Я стараюсь. Я приношу домой все до копейки. Вам постоянно все не так!
В моем голосе звенела обида, обозленность на мир, который я не мог изме-
нить. Я был в том возрасте, когда видишь только черное и белое, а других оттенков не различаешь, их для тебя не существует.
Не став продолжать разговор, я хлопнул дверью и вышел на улицу. Помню, в ту новогоднюю ночь снег падал хлопьями, было красиво, словно в сказке. Я стоял во дворе – замерзший и голодный – гордость не позволила мне доесть.
Тогда я твердо решил: когда-то они мне поверят.
Я уже представлял, как построю свой дом, куплю машину и женюсь на самой красивой спортсменке страны… 9
С моим отцом, Александром Тимофеевичем, в детстве случилась печальная история. Она повлияла на него так сильно, что после нее уже не было прежнего Сашеньки, а появился совершенно другой человек.
Шли голодные послевоенные годы. Однажды голод овладел им настолько, что подкашивались ноги, и он… украл булку и хлеб. Его посадили на 20 лет. В тюрьме к нему пришло ясное осознание необходимости служения Христу, поэтому он по-
обещал Богу в сердце, что если он получит свободу, то сохранит религиозность и веру не только в душе, но и в жизненных ситуациях. Его отпустили через три с по-
ловиной года в 1950-х годах – по амнистии, работать в трудовой армии на шахтах Донбасса.
Он был верен своим словам. Поэтому и нас предостерегал от недобрых по-
ступков: «Зарубите себе на носу: кража – это преступление. Это тюрьма! Не приве-
ди Господи всю молодость провести в тюрьме».
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 29
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 29
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
30
Не помню момента, чтобы мы всей семьей вдоволь наелись. Еды всегда не хватало, а бывали дни, когда кушать вообще было нечего. Я так любил маму, что у меня сердце разрывалось при виде ее слез: она постоянно молилась: «Бо-
женька, помоги!»
Однажды и я, как отец в свое время, не сдержался и незаметно стащил в магазине булку за девять копеек. Просто взял, не заплатив за нее. В тот момент я не подумал, что нарушаю Божью заповедь, я думал только о том, как пода-
рю ее маме.
Прихожу домой счастливый, протягиваю в ручонке булку. – Мама, это тебе! – довольно улыбаюсь.
А сам, тоже голодный, смотрю на булку и хочется хоть кусочек от нее от-
кусить. Живот нагло выдает меня своим урчанием, я смущенно опускаю глаза: «Вдруг поймет?»
– А где ты взял деньги?
– Нигде! Украл. Булку.
– Ты украл? – ее лицо становится каменным.
Она говорит спокойным голосом, но я чувствую, что вместо обычного тепла от нее веет холодом. А глаза блестят. Кажется, в душе она плачет, но не хочет показать мне своей слабости. Ведь она понимает, почему я осознанно совершил грех. Она понимает меня лучше всех, мы с ней связаны невидимой духовной пуповиной, ко-
торая становится тоньше, когда я отдаляюсь от нее.
Я молчу. Мне нечего сказать. Наверное, то же состояние испытывают грешники во время Страшного суда, когда доказательства против них неоспоримы.
– Сейчас же отнеси обратно, – строго произнесла мама, развернулась и ушла, вытирая кончиком кухонной тряпки уголки глаз. Она плакала. И эти слезы оста-
лись в моем сердце, словно невыводимое пятно. Мне до сих пор стыдно, что я – ве-
рующий в Бога, в любовь, милосердие, доброту – смог так поступить. Я выбежал за калитку. Мне стало страшно. Вспомнилась история из Ветхого Завета, когда перед грешниками разверзлась земля и поглотила их. Я чувствовал себя таким же грешником, ведь даже голод не может служить оправданием воров-
ству. Во времена Сталина за такое могли расстрелять.
Я подбежал к магазину. Сердце ускорило ритм, потому что я бежал и вол-
новался. Возле двери магазина помялся минут десять. Ведь признаться в со-
вершенном преступлении – это не снег расчищать лопатой, глотая колючий воздух. Это больше чем подвиг, особенно когда знаешь, что продавщица лю-
бит распространять сплетни. Ведь в поселке все друг друга знают. Правду го-
ворят в народе: «Не успела каша закипеть, как на другом конце села услыша-
ли запах».
Дрожащей рукой, но, сохраняя спокойствие и решительность во взгляде, я от-
крываю дверь и захожу в магазин. Продавщица – миловидная блондинка с хитры-
ми, чуть прищуренными глазами – приветливо улыбается. И я чувствую еще боль-
ший стыд, чем раньше.
– Теть Нин, я украл булку для мамы и пришел ее вернуть. Извините, – выдавил из себя и опустил голову.
Продавщица растрогалась:
– Я знаю Надежду Макаровну и дарю ей эту булку. Бери!
– Нет, не возьму! Спасибо. Это ваше… – а слезы текут и текут.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 30
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 30
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
31
Я кладу на прилавок булку и убегаю, не оглядываясь. Мне стыдно. Прихожу до-
мой и вижу, что вся семья обсуждает мой проступок. Мне стало обидно. В голове родился план: убежать, исчезнуть, умереть. Ведь самый легкий способ – уйти и на-
чать все заново. Но это и самый сложный вариант.
Старшая сестра с укоризной посмотрела на меня:
– Зачем ты это сделал?
Она всегда умела сказать простые вещи с такой интонацией, что мне станови-
лось не по себе. По спине пробежала дрожь. Я хотел спрятаться. Просто спрятать-
ся, убежать, забыться, умереть и попасть в Рай.
– Потому что я смелый человек.
– Это ты смелый? Ты сегодня проявил слабость. Будешь продолжать в таком духе – попадешь в колонию. Смелый он!..
– Да, – утвердительно говорю я. – Да! И докажу это. Прощайте! Счастливо оставаться!
10
Я хлопнул дверью, сел на велосипед и поехал в сторону Донецка. Мне хотелось что-то изменить…
Любую перемену нужно начинать с себя – иначе все останется по-прежнему.
В какой-то момент я развернулся, слез с велосипеда, присел на корточки и стал размышлять: «Хорошо, ладно, вот я уеду – и что изменится? Здесь у меня есть жилье, семья, друзья, работа как-никак… А там? Что я найду в другом городе в мои-то годы? Нужно просто умереть». И я стал думать о смерти. Мне казалось, что она решит проблемы. Это был единственный в моей жизни раз, когда я почув-
ствовал себя «лишним ртом». Мне было очень обидно, грустно и одиноко. Каза-
лось, что весь мир ополчился против меня.
И я медленно поехал к дому.
Домашние меня игнорировали. Говорили между собой так, словно меня и не было. Я еще больше расстроился, и мысль о суициде укрепилась во мне, на-
целившись на холодные бритвенные лезвия. Как сейчас помню, отец пользо-
вался только «Невой», они стоили дешевле. И мне казалось, что новенькие лез-
вия пахнут льдом. Я взял одно, чтобы унестись в небытие. Я уже представлял, как мама найдет меня, лежащего возле груши, бледного, холодного, с огромны-
ми порезами на руках. И земля, и одежда будут залиты кровью. Я хотел умереть им назло. Я искренне верил, что смогу наслаждаться, видя, как они плачут.
В итоге смелости хватило исполосовать четыре раза одну руку. И… успеть осознать, что мамины страдания не сделают меня счастливым, что я пришел в эту жизнь ради жизни, а не ради уничтожения ее, когда что-то пошло не так, как мне хотелось. Успел по-
думать, что у меня в жизни много дел и я на самом деле нужен, ведь у меня большая се-
мья, моя мама, отец, сестры с братьями – и это ценно само по себе. Тем более я – «ком-
мерсант» поселка, да и на следующих выходных меня ждут на рынке. Успел вспомнить о сказочной принцессе, моей однокласснице, которой некому будет носить портфель, потому что все ее бывшие кавалеры будут продолжать меня бояться, даже если меня не станет… Успел взвесить все за и против и… принять тот факт, что я нужен.
И, если я живу, значит, моя жизнь бесценна!
И… я остановился! Ради ЖИЗНИ! Ради ЛЮБВИ!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 31
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 31
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
32
Я подошел к сестре. Той, которая так сурово со мной говорила. И молча пока-
зал ей руку. Она, увидев, что я истекаю кровью, побежала за бинтом, перевязала неглубокие порезы и надавала мне подзатыльников.
Она стала рассказывать мне о том, что самоубийц не хоронят на кладбище, не отпевают в церквях, потому что лишать себя жизни – это значит не верить в Бога. Души таких людей не могут найти себе пристанище, поэтому обречены скитаться по миру в обличье приведений, наводя ужас на людей.
Разве я единственный, кто приходил в отчаяние от жуткой бедности? Нет, да-
леко не единственный. Я прочитал тогда, что сильный и известный человек, ака-
демик, чье имя занесено в Книгу рекордов Гиннесса, – Валентин Дикуль – от тяже-
лой жизни в детстве хотел повеситься. Но он выстоял. И я восхищен им. В армии он был для меня примером для подражания. Я восторгался его силой воли и на-
стойчивостью.
После армии я его нашел, подружился и помогал его Центру для больных ДЦП и детей со спинномозговыми травмами.
Многие в какой-то момент теряют силы идти дальше. Но потом все же подни-
мают поникший взгляд к небесам, наполняя сердце верой, и принимают решение ЖИТЬ! Пусть это не самое легкое решение. Пусть не все в этот момент прекрасно. Но Вселенная даровала нам жизнь, чтобы мы дарили ее другим. Нашим детям, на-
шим проектам, нашей любви. 11
– Граждане-товарищи, не проходите мимо, а подходите ближе! – Морковка-огурцы-помидоры!
– Подходим, выбираем, не стесняемся!
– Рубь – кучка, а в кучке – три штучки! Подходим, подходим!
Бойкий мальчуган в залатанных штанах и старенькой, застиранной футболке шуточно рекламирует свой товар. Это была моя первая публичная пиар-акция. Или не первая? Мне кажется, я едва ли не с самого рождения начал заниматься раскруткой товара, иногда со-
вершенно бесполезного. Например, того же грифеля. Моя торговля – эта целая история. Для меня никогда не было самоцелью заработать как можно больше денег. Я всегда рассматривал их как ценный атрибут жизни, но не более. Я старался да-
рить своим покупателям как можно больше позитива. Поэтому всегда улыбался, шутил – и меня любили. У меня всегда раскупали весь товар.
Мои сестры тоже продавали овощи. Мы всегда были вместе. Но у них покупали не так охотно, как у меня, потому что они стеснялись. В те годы торговля на рынке многим казалась постыдным занятием. Такое же отношение было и у моих сестер, поэтому радости от работы на рынке они не испытывали. А значит, радости не чув-
ствовали покупатели и шли за радостью ко мне.
Мне нравилось работать на рынке. Во-первых, я не чувствовал усталости, как бывало в колхозе, когда я таскал мешки и ящики, в два раза превышающие мой вес. Я помню, сравнивал себя с неутомимым муравьем-трудягой, правда, за труд мне платили гроши. Поэтому и трудяга, поэтому и неутомимый! Во-вторых, у меня тогда сильно болела спина, а на рынке я мог отдыхать. В-третьих, мне очень нрави-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 32
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 32
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
33
лось общаться с людьми, дарить им хорошее настроение, заводить новые знаком-
ства. Иногда даже опасные. На первый взгляд.
Места в первых центральных рядах, где был больший поток посетителей и шла бойкая торговля, можно было получить только за деньги. Распоряжалась всем «базарная мафия» – цыганская группировка. Жила она «по понятиям» и пользова-
лась у местных почетом и уважением. Потому что ее боялись. Это были самые от-
петые ребята в нашем городе. Они собирались по вечерам у костра, пели шансон под гитару, пили разливное пиво (тогда другое было дефицитом) и курили «Кос-
мос», а кто покруче – «Опал» или «Мальборо» (рубль за пачку, а на черном рынке и три, и пять – ведь там продавали американские). Познакомиться с ними считалось очень круто, и все наши мальчишки с замиранием сердца смотрели на счастливчи-
ков, которые гуляли в их компании.
Платить нам с сестрами за удачное место было нечем, поэтому гоняли нас то на последние ряды, куда доходили лишь бабушки-пенсионерки, то вышвыривали да-
леко за рынок, не позволяя продать принесенное.
Но я все равно становился в первые ряды. Бывало, увижу кого-то из «мафии» на горизонте, пригнусь под прилавок и жду, пока уйдут. Я мелкий, места занимал совсем мало.
Однажды мне все-таки сделали последнее предупреждение. Я в очередной раз стою в первых рядах со своим товаром, разложенным на газетке, и насвисты-
ваю какую-то мелодию из кинофильма. Людей ко мне подходит много. Меня уже знают. И в этот момент приближается один из мафиозной компании. Он одет в мод-
ные джинсы и футболку с надписью на английском.
– Эй, мелочь, кто тебе тут барыжить разрешал? – спросил он, лукаво прищу-
риваясь.
– Я не барыга, чтобы барыжить. Я семью кормлю.
– Отойди-ка. Погутарим!
Я гордо оставил свое место сестрам и пошел с ним. Мы завернули за угол, к складам. – Тебя предупреждали, что платить надо?
– Я семью кормлю, – дерзко ответил я, сжимая от ненависти губы.
– Семью он кормит! – злобно сказал он, замахиваясь.
Удар пришелся по голове. В ушах зашумело, все поплыло, и я упал.
– Я… семью… кормлю… – приглушенно повторил я, вставая с земли.
Я отбивался со всей силой, что во мне была. Конечно, пройдись он еще разок-
другой по мне – и валялся бы я там без сознания. Он был сильным, большим и взрослым. А я? Маленький, болезненный и ослабленный. Но принципиальный!
Я отбивался. Не защищался, а дрался. Кровь текла из носа, и мне было слож-
но дышать.
– Будешь платить – будешь жить!
Походкой вразвалочку, зная, что не получит никакого наказания за избиение и насилие над младшим, он ушел по своим делам. А я посидел немного, отдышался, вытер футболкой кровь и пошел за сестрами.
Маме я не признался. Сказал, что расцарапал лицо на рынке. Наивный. Мама все поняла и без моих признаний. И сестры не могли сдержать слез. С тех пор меня с трудом удерживали дома. Мама не позволяла ходить на рынок. Я все равно ухо-
дил. На свое центральное место. Место моей активной торговли.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 33
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 33
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
34
Как только я появился, кто-то донес «мафии», что я опять на рынке и опять на платном ряду. Подходит ко мне один из главных. – И много вас в семье?
– Достаточно. У меня мама – мать-героиня. – Ты младший Нагорный?
– Да. – Во как вырос пацан! Уважаю, – сказал выходец из нашего района. – Помню, я в восьмом классе был, когда ты в Мариуполь мотался. Нам училка тебя в пример ставила. Говорила, что ты четкий пацан, знаешь, чего хочешь. Нам такие люди нуж-
ны. Пойдем, я тебе хорошее место дам. Не обижу.
Я уверенно пошел за ним. С того дня у меня появилась поддержка и защита. Но я попал в плохую компанию. Нет, не скажу, что ребята были плохими, просто наша юность пришлась на эпоху перемен. Цензура стала менее строгой. В магази-
нах стали появляться грампластинки западных музыкантов. Нас привлекало все запретное, неведомое, тайное.
Помню, как доставали деньги, порой нечестно, покупали у спекулянтов жур-
налы с обнаженными девушками, смотрели на них с вожделением, сравнивали с ними скупые прелести наших девчонок из поселка и все же сходились на том, что наши-то покрасивее будут. Тогда у меня было много соблазнов, но я сдерживал себя. И в те минуты, ког-
да, казалось бы, искушения не избежать, я молился, говоря Богу: «Господи, покажи путь, по которому мне идти». И он оберегал меня от пагубного влияния. Я боялся пробовать наркотики, хотя в нашей компании начали появляться парни, которые курили, пили, кололись и нюхали. Они недолго дружили с нами – уходили в «ширку», «траву», «соломку». Со временем их даже выделяли из толпы по стеклянному взгляду, небрежной манере одеваться, растягиванию слов во вре-
мя разговора и заторможенности. Эти люди выпадали из реальности, создавая ей виртуальный аналог. Сначала они получали кайф от наркотиков, потом наркоти-
ки становились их жизненной необходимостью. Это называлось «системой», под-
сев на которую, тяжело снова стать свободным. Особенно жаль было девчонок, которые, став наркоманками, выходили на трассу. У меня сердце сжималось, ког-
да я видел эти живые трупы, стеклянную пленку их глаз и то, как они идут на все ради дозы. Особенно страшно было видеть бывших знакомых и узнавать их лишь по чертам лица. Наркотики сжигали молодежь. Но, увы, наркоманы вначале казались нам сме-
лыми, модными, крутыми. Многие ребята хотели доказать свою храбрость, подда-
вались искушению, а потом умирали от передозировки, СПИДа или гепатита. Ведь зачастую кололись одной иглой с общего котла. Мама очень боялась за меня, переживала. Она всегда молилась за меня, и я, слава Богу, не пошел навстречу медленной смерти. Я увлекся спортом и начал по-
свящать ему все свободное время. А парень, измотанный физическими нагрузка-
ми, уже не думает о том, как «оттянуться». Сейчас я убежден, что все проблемы в нашем обществе возникают именно из-
за боязни родителей дать возможность своим детям окрепнуть морально и фи-
зически в спортивных секциях. Спорт дисциплинирует человека, направляет на истинный путь, в котором нет таких «прелестей» взрослой жизни, как курение, ал-
коголизм, наркомания и игромания. Вместо того чтобы распивать пиво на заднем book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 34
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 34
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
35
школьном дворе, дети должны идти в спортзал и побеждать. В первую очередь – побеждать себя. Ведь любой спорт требует победы прежде всего над собой, над своими страхами и ленью. Любой спорт заставляет человека обдумывать каждый свой шаг, каждое движение, каждую пагубную привычку. Я воплотил в жизнь более 300 спортивных проектов ради того, чтобы лучшие из лучших в мире спорта по-
казали подрастающему поколению, что ради результата порой необходимо отдать значительную часть жизни и свободного времени. Что здоровое, сильное, краси-
вое тело не дается человеку просто так – это плод многолетних тренировок, работы над собой, а не игры в бездумные стрелялки на компьютере. Говорят, в наше время культ тела стал ответом на культ товаров, столь распространенном еще в прошлом веке. И мне кажется, это довольно мудрый культ. Ведь только гармоничное, натре-
нированное тело может возвысить человека в его же глазах. Мы не нужны другим, когда мы, будучи слабыми и физически несовершенными, не стремимся изменить-
ся к лучшему. Моя жизненная позиция неразрывно связана со спортом, ведь толь-
ко спорт смог сделать из меня сильного, уверенного в себе человека, способного на Поступок. 12
Иногда мне кажется, что в разные периоды жизни мы разные. И мы умираем помногу раз, переходя в другие состояния и наполняясь новыми переживани-
ями. Такого, каким я был в пятнадцать, уже не вернуть. Да и стоит ли возвра-
щать щуплого низкорослого подростка, который искал утешения не в церкви, а на улице? В моей жизни появилась улица, точнее, я попал в ее щупальца. Она была чу-
довищной и страшной. И ее влияние было сильнейшим. Многие подростки того времени, в стремлении подражать сомнительным лидерам и желая быть «сво-
ими» среди сверстников, начинали курить, употреблять алкоголь и принимать наркотики. Да, я изменился. Я перестал посещать церковь. Это отдаляло меня от семьи. У меня появились грязные мысли, сжигающие меня изнутри. Я начал грубить взрослым и врать маме. Я позволял себе возвращаться домой далеко за полночь, курить и играть в карты на деньги. Меня привлекала эта клоака. Она открывала мне другой путь, лицемерно и подло рисовала мне новые пер-
спективы. А я, считая себя взрослым и самостоятельным, был уверен, что сде-
лал правильный выбор. И я его стойко придерживался. Некоторое время. Правда, губительным для меня было страшное разочарование в самом себе – я перестал верить в свой талант, смирился с мыслью, что высшего обра-
зования мне никогда не получить. Поэтому свое будущее с тех пор видел в ар-
мии и на шахте. Я ступил на обычную дорогу обычного парня обычного шах-
терского города. Я отрекся от своей уникальности. Да и о какой гениальности могла идти речь, если «всезнающие» соседки утверждали, что гении рождаются только зимой, а я – летний?
Я понимал, что тогда мне нужно было быть «своим» среди подростков – таких же заблудших овечек, как и я сам. Более того, я всегда стремился занять ведущие позиции, не быть пешкой. Ведь когда ты просто чей-то инструмент, ты теряешь все человеческое, ты превращаешься в робота, который не живет, а существует, ис-
полняя приказы других. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 35
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 35
03.12.2011 15:25:24
03.12.2011 15:25:24
36
Чтобы влиться в коллектив, я должен был принять правила этого коллекти-
ва и следовать его ритму жизни со всеми его сомнительными радостями. Я падал в пропасть. Тихо. Не спеша. Уверенно. В нашем поселке не было спортивных секций и тренажерных залов. Для нас спорт был чем-то сверхъестественным и недоступным. Мы ограничивались уроками физкультуры. Почему так? Ведь в Советском Союзе, казалось бы, забо-
тились о здоровье детей и молодежи. Но эта забота была ничего не значащими словами. Условия для развития спорта были только в городах. И я, несмотря на желание быть сильнее и выносливее, не знал, как можно себя занять. И продол-
жал бесцельно проводить время с местной шпаной. Я и сейчас уверен, что только благодаря молитвам родителей и искренней маминой вере я не стал наркоманом и не попал в тюрьму. Только семья давала мне поддержку даже тогда, когда ее нельзя было пощупать или увидеть. Сила моей семьи оберегала меня. Поэтому, к счастью, ко мне быстро пришло пони-
мание, что такой образ жизни не для меня и не это моя истина. Слава Богу, я не зашел, правильнее сказать, не успел зайти далеко в своих экспериментах. Пото-
му что мне повезло.
Да, мне повезло. Или, скорее всего, меня спасла моя Мечта – быть силь-
ным. В удручающей, засасывающей атмосфере появился луч света. Я обра-
тил внимание на одного своего соседа, который не вписывался в привычный для большинства мир алкогольных посиделок и карточных игр. Он выделялся улыбкой, хорошим настроением и прекрасной физической формой. Знаком-
ство с Сергеем произвело на меня неизгладимое впечатление. Именно он из-
менил тогда вектор моей жизни. Он работал на шахте, но, в отличие от всех, занимался спортом – класси-
ческой борьбой. У него был отличный пресс и мускулистые, сильные руки. Три раза в неделю Сергей ездил в центр города, чтобы тренироваться в большом спортзале. Тренировки продолжались и дома. Он достиг своей цели – сдал нор-
матив 1-го взрослого разряда. Это казалось мне чрезвычайно крутым. Я восхи-
щался им.
И я понял, что в жизни есть вещи, намного полезнее и интереснее посиделок с друзьями. Влияние улицы исчезало, потому что мною вновь овладела моя Меч-
та. Мне захотелось изменить окружение и войти в захватывающий мир спорта и изнурительных тренировок. Так я шел к своей Мечте – быть сильным и спортив-
ным, чтобы моему телу завидовали и мной восхищались. А еще я очень сильно хо-
тел понравиться одной девочке, которой я с первого класса носил портфель. Она казалась мне сказочной принцессой, которую нужно покорять и восхищать. Вол-
шебная девочка Марина…
Сергей посоветовал мне сделать в лесополосе спортивный городок, устано-
вить там перекладины, брусья и канаты. Он подробно рассказал, как и что должно выглядеть. Он был главным идеологом этого городка, который я назвал «Олимпий-
ской деревней». С заданием я справился быстро и с головой отдался тренировкам. Так у меня появился личный тренажерный зал. Я собой гордился. И ждал первых результатов. Вначале было непросто. Я тогда много курил, мало ел, был слабым, поэтому первые результаты мне приходилось выжимать из себя силой. Затем я принял ре-
шение бросить курить. В этом вопросе я был решителен: просто выбросил пачку book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 36
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 36
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
37
сигарет и пообещал себе, что больше никогда не буду курить. Так и произошло. Впоследствии я позволял себе выкурить сигарету не больше раза в год. За это ре-
шение и его стойкую реализацию я очень горд собой. Это моя Сила духа. По мере того как организм восстанавливался после курения, он наполнялся силой. Тренировки давались мне намного легче. И радости они приносили все больше и больше. Спортивный городок теперь был для меня самым любимым местом, куда я приходил при первом удобном случае. «Олимпийская деревня» стала популярной и среди моих друзей. Она принимала всех желающих, таких же просветленных и обновленных атлетов, как и я.
13
Самым главным праздником моей родины был День шахтера. Он отмечался по-
вальной пьянкой, битьем стекол, скандалами, приездами скорой помощи и мили-
ции, вытрезвителями и, конечно же, официальным концертом.
Помню, в честь профессионального праздника директор одной из шахт Васи-
лий Иванович Ционенко организовывал спортивные состязания и за победу в них награждал ценными подарками. Главным призом была стиральная машина. Ее да-
рили тому, кто больше всех подтянется на перекладине. Именно она была моей целью. Я целый год провел, тренируясь в «Олимпийской деревне», чтобы стиральная машина досталась моей маме. Она тогда подрабатывала тем, что вручную стирала халаты продавцам трех магазинов. И мне очень сильно хотелось сделать ей такой подарок, поэтому мне просто необходима была эта стиральная машина. Это был заветный приз для мамы. Для меня же не только это. Победа в подтяги-
ваниях будет победой над самим собой. Как сейчас помню: после работы в колхозе я мчусь в «Олимпийскую деревню» и подтягиваюсь там до темноты… Был жаркий август, последние его числа. Больше сорока человек записались на соревнования по подтягиванию. Честная жеребьевка определила меня… тринадцатым. Казалось бы, даже цифра не располагала к удаче, но… Результа-
ты первых участников меня не напугали. Только один старшеклассник подтя-
нулся под аплодисменты 18 раз. Я понимал, что после меня будут выступать еще три десятка желающих, поэтому точно знал, что обязан быть первым.
– Тринадцатый. Тимофей Нагорный, – объявляет судья, и выхожу я – невысо-
кий, щупленький, невзрачный мальчик. – Э, кто выпустил этого доходягу? – острит какой-то грузный мужчина. Заранее решив, что я слаб, публика не ожидала моей победы, поэтому не обратила на меня никакого внимания. Я подошел к перекладине. От злобы за те слова я стиснул зубы и начал подтя-
гиваться... – Двадцать!
Толпа удивленно ахает. – Двадцать три!
Многие начали кричать и свистеть. – Двадцать пять! Все присутствующие сконцентрировались только на моих руках. Они вслух ве-
дут счет, они меня подбадривают.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 37
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 37
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
38
– Двадцать семь!
– Двадцать восемь!
– Двадцать девять!
– Тридцать… Крики и возгласы умолкают. Наступает тишина. Потом все от удивления начи-
нают считать шепотом.
– Тридцать три!
– Тридцать четыре!
Считают они, почти не дыша. Я, словно приклеенный к турнику, не могу спрыг-
нуть и, уже не чувствуя рук, как на автопилоте, продолжаю подтягиваться. – Тридцать шесть!
– Тридцать семь!
– СТОП!
От переутомления я всем телом грохнулся на землю. Руки были настолько тя-
желыми и непослушными, что я не мог на них рассчитывать, вставая с колен…
Мои соперники напряженно следили за мной и из зависти докладывали судье о малейших неточностях в выполнении упражнения. Поэтому четыре подтягивания из 37 не засчитали. Я отошел и молился, чтобы никто не смог меня победить. Больше 23 раз никто в тот день не подтянулся, и я получил за-
ветный приз.
Я победил себя. Победил усталость и сомнения в том, что мне трудно будет до-
стичь своей мечты, как этому учил Платон. Сила Мечты сработала и в этот раз. Моя мечта сбылась! Но не только потому, что я в нее слепо верил, а потому, что я понимал, как ее достичь. Я осознавал: что-
бы получить желаемое, надо пройти непростой путь. Я понял, какое это удоволь-
ствие – преодолеть все испытания и преграды ради того, чтобы кто-то любимый почувствовал, что ты можешь все преодолеть именно ради него. Я сделал это ради мамы и во имя добра. Потому что когда-то на потертой обложке моей любимой кни-
ги пообещал себе жить ради добра. Потому что знал, что мама будет счастлива по-
лучить такой подарок именно от меня и именно таким путем. И знаете, я верю и сей-
час, что тогда со мной рядом был Бог. Сам я никогда не подтянулся бы столько раз: у меня просто не хватило бы сил. Сначала мама не поверила мне. Она подумала, что я ее разыгрываю. Но ког-
да соседи рассказали ей о моем подвиге – она расплакалась. У нее не было слов – только слезы счастья. Но на этот раз ее молчание придавало мне силы. Я победил себя благодаря настойчивости и упорству!
14
Самая большая афера в моей жизни – это победа на областной олимпиаде по био-
логии. Хотя я не видел различий между ДНК и РНК и память порой меня подводила, в классе меня считали лучшим «биологом». У меня всегда были пятерки по бота-
нике и зоологии, ведь моя ежегодная работа на каникулах в колхозе приносила необходимые знания, а главное – опыт. Кроме того, я отличался усидчивостью и желанием познавать новое. Поэтому не скажу, что плохо знал биологию. Тем бо-
лее что мне нравился этот предмет.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 38
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 38
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
39
Как главного агронома и зоолога, да что там скромничать – генерального био-
лога класса, меня торжественно отправили побеждать на районной олимпиаде. Получаю я свои вопросы…
Ха! – и мне, как самому «везучему», попадаются такие, представление о кото-
рых я имею достаточно смутное. Сижу я за партой, смотрю в потолок, словно пы-
таюсь прочесть там нужные ответы. И вдруг две подружки незаметно подсовыва-
ют мне шпаргалки с ответами. Что интересно – девочки специально написали свои ответы неправильно, чтобы я занял призовое место. Так и случилось. Победа! Мо-
жете себе представить?
Я до сих пор не пойму, что тогда находили во мне девочки? Я же был самым обычным парнем. Хотя нет, не обычным. У меня всегда возникали разные идеи, Мне 16 лет
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 39
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 39
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
40
я организовывал внешкольные праздники, собирал ребят, мы гуляли, играли в какие-то игры, пели у костра. В такие минуты я чувствовал себя настоящей звез-
дой. Еще бы – внимание всех девчонок приковано ко мне! Я еду на городскую олимпиаду отстаивать честь школы. Перед началом эк-
замена, вместо того чтобы заучивать то, что не заучено, я со всеми знаком-
люсь. Мы разговорились, веселились, шутили и смеялись. Напряжение ушло. ...И тут мне достаются вопросы, ответы на которые я не знаю. Но непонятно поче-
му, и в этот раз мне помогли девочки. Городскую олимпиаду выиграл я! Когда в школе меня поздравляли с победой, я покраснел и признался в том, что это не моя заслуга. – Как это не ты писал? А кто же тогда?
– Ира и Лена. Мы втроем писали. Я с ними познакомился, и два задания, кото-
рые не знал, они дали мне списать.
– Молодец, Нагорный, ты правильно сделал, что признался. Но! Я считаю, что это твоя победа. Ты молодец. Смог познакомиться и понравиться девчон-
кам из других районов, прославил нашу школу на весь город. Я горжусь твоим поступком! Да и не каждому хватило бы духу признаться, – сказал учитель.
Однако меня все равно мучила совесть перед девочками. Ведь кто-то из них мог бы занять мое место. И они это место заслужили больше, чем я. Нет смысла занимать чужое место, ведь однажды кто-то нагло посягнет на твое. И так нару-
шается гармония. У каждого есть свое предназначение и свое место под солн-
цем. Поэтому на олимпиады я больше не ездил. С тех пор я никогда не стремился к успеху за счет других. Правда, и от других ожидал честности и искренности. 15
Любовь – это самая мощная сила на Земле. Она, только она, управляет миром. Она – сущность жизни и сущность нас самих. В ней причина пребывания нас на этой планете. Это она оправдывает любые поступки и преображает человека, при-
носит радость и все земные блага, защищенность, свободу и гармонию. Именно в любви утверждается сильная и неповторимая личность. И в своем путешествии в другой мир, единственное, что мы сможем взять с собой, – это любовь. И един-
ственная ценная вещь, которую мы оставим на Земле после себя, – это любовь. Больше ничего!
Я счастлив, что ко мне она пришла еще в далеком детстве. Точнее, юности. Я был уже подростком, а она… превратилась в настоящую красавицу. Да, то была девочка, которой я носил портфель с первого класса, – моя сказочная принцесса, моя чудесная Марина. Она была очень красивая, чем-то похожа на молодую Грету Гарбо. Утонченная, спокойная, благородная… В ней отсутствовал даже намек на вульгарность. Ее голос был тихим и уверен-
ным. Речь – грамотной и сдержанной. Стиль – утонченным и аристократичным. Она во всем была истинной принцессой. Она была благородной не только по про-
исхождению и воспитанию, она была такой по рождению. Она возвышенно несла свое благородство и была солнечным светом моей жизни. Не только для меня. Для всех мальчиков нашего класса, да и всего поселка. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 40
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 40
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
41
Ее родители были богатыми и влиятельными, поэтому надеяться на их распо-
ложение, а тем более – благословение отношений дочери с парнем из многодет-
ной семьи мне не приходилось. Но я все равно часто приходил к ее дому и остав-
лял там охапку полевых цветов. Марина выходила ко мне, и мы могли часами говорить ни о чем. Я любил цитировать понравившиеся мне книги, она слушала и улыбалась такой завораживающей улыбкой, за которую я готов был отдать все, что у меня было и что могло быть. Однажды в детстве я рассказал ей миф об Атлантиде, о котором вычитал у Пла-
тона. И мы решили, что когда-то оставим все, что есть в этой жизни, и отправимся на поиски древних сокровищ. Пройдем все испытания и найдем их. Тайно прода-
дим то, что нам не нужно (драгоценности оставим себе), и непременно станем бо-
гатыми. Так начнется наша новая жизнь. Я настолько увлекся этой идеей, что начал чертить карты, указывать на них стрелочкой путь, по которому нам нужно будет плыть, представлял, как куплю для нас остров. И мы будем жить одни во всей Все-
ленной, наслаждаясь любовью и сокровищами. Она часто вспоминала мои глупые детские фантазии, и мне становилось не-
много стыдно. Ведь я был почти взрослым, а она во мне видела того же ребенка, что и раньше. Перед тем как уйти в армию, я сделал ей предложение. Это было предложе-
ние любви, потому что я искренне был в нее влюблен. Я любил ее еще с первого класса. – Прости, Тим, но моя мама будет против.
– Почему?
– Ты очень хороший, Тим, правда, но… У тебя нет ни перспектив образования, ни денег. Ты уходишь в армию, а там разное может случиться. Сейчас парней заби-
рают в Афганистан, там война. Пойми, ты мне нравишься, я даже люблю тебя. Но с тобой мне страшно думать о будущем. Родители будут против нас. Давай просто останемся хорошими друзьями. В ту минуту земля ушла из-под моих ног. Я любил ее. Мне казалось, что я знаю о ней больше, чем она сама. Мне хотелось постоянно быть рядом с ней, слушать ее голос – неважно, что она говорит. Ее голос был настолько красив, что звучал для меня словно музыка. Я любил ее. Да, я любил. Я дорожил ею. Бо-
ялся обидеть. Боялся, что она может не понять меня. Я готов был горы свер-
нуть ради нее.
– Марина, давай уедем? Только ты и я!
– А что я скажу папе? Да и мама будет волноваться. Нет.
– Почему? Почему ты не хочешь сбежать? Ты же меня любишь… Да и оставать-
ся друзьями глупо, ведь мы намного больше, чем друзья.
– Прости, Тим, мне правда очень тяжело, но так будет лучше. – Ты уверена?
– Да. – Я ухожу. Но я вернусь и докажу тебе, что я достоин тебя. – Прощай, Тим!
– Прощай!
После этого разговора я был готов ее возненавидеть. Она казалась мне чер-
ствой богатой девочкой, которая предпочла любви холодный расчет. Я просто не знал, что отец избивал ее из-за меня, запрещал ей встречаться со мной, угро-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 41
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 41
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
42
жал ей, что со мной может случиться «что-то непоправимое». Она молча терпе-
ла и объясняла синяки своей неосторожностью. Если бы я знал! Ведь все можно было исправить – изменить. И тогда я ушел бы в армию с одним лишь желанием вернуться к девушке, которая меня ждет. А вместо этого я уходил на службу с не-
навистью в сердце и невероятной гордыней, овладевшей моим разумом.
Я хотел грандиозности, яркости и веселья в день моих проводов в армию. Я отчаянно просил у мамы разрешения устроить большой праздник с алкоголем. Наконец мама уступила моей настойчивости, сдалась, единственный раз в моей жизни позволила устроить все, как хотел я. Я был счастлив. Из местного ночно-
го клуба, где я успешно подрабатывал диджеем, ведущим и организатором вече-
ринок, я принес аппаратуру и установил у себя дома цветомузыку. Из окон моего дома громыхала музыка, зазывая всех желающих. Я хотел размаха. И я его полу-
чил. Пришло огромное количество людей. Было веселье. Я старался…
Перед началом вечеринки я шел по поселку в компании местных девиц – раз-
вязные, веселые, смеющиеся и легкодоступные – полная противоположность моей благородной Марине. Уже приближаясь к своему дому, где все было подго-
товлено к празднику, на автобусной остановке я увидел ЕЕ.
Она была прекрасна! Я помню этот момент и сейчас, спустя столько лет. Пом-
ню ее новое черное пальто из замши, красивую норковую шапку и… букет желтых цветов в руках. Было довольно прохладно, но она не надела перчатки. Она теплом своих рук согревала букет, который выбрала и купила для меня. Мое сердце бешено стучало. Оно выстукивало ритм ее имени. Оно кричало ей: «Я люблю тебя!» Оно рвалось к ней. А незрелый разум толкал в гордыню. Я чувство-
вал себя обиженным, отвергнутым. Идиот!
Она стояла там, на остановке грязного и страшного района, как всегда, наряд-
ная, утонченная и светящаяся любовью, с цветами в руках, спрятав в них лицо, буд-
то не хотела, чтобы я ее увидел. Она пришла ко мне. Она готова была сбежать со мной. Только бы быть моей. Но… не осмелилась подойти. Она лишь стояла и жда-
ла. Она желала, чтобы я был мужчиной и проявил смелость. Моя душа стремилась к ней. Она хотела обнять ее и остаться с ней навсегда, оберегая ее… восхищаясь ею… заботясь о ней… и любя. Любя мою принцессу с длинными темными волосами и красивыми карими глазами, смотрящими на меня взглядом Греты Гарбо.
Но разум, переполненный обидой и тщеславием, заставил меня пройти мимо, будто я не заметил ее…
Так я прошел мимо своей любви, сделав вид, что ее нет в моей жизни. Я не про-
явил мужественности, не боролся за свою любовь. Я просто позволил другим, веч-
но «мудрым доброжелателям» управлять моей жизнью. Я поддался их влиянию. Я не доверился сердцу и прошел мимо…
Бывают случаи, когда за любовь нужно бороться. И побеждать. Потому что лю-
бовь – это сила. А сила – это мужское качество. Мужчина, который отпускает свою любовь, лишает себя мужественности и силы. Такие чувства, как обида, злоба и гордыня, уводят его вдаль и заслоняют горизонт любви. Только в мужественно-
сти и активности мужчина проявляется как мужчина. Но, увы, настоящим мужчи-
ной я тогда не был…
Вскоре, по твердому настоянию отца, Марина вышла замуж за парня из хоро-
шей семьи, родила сына и назвала его Тимофеем. Но их семейное счастье не сло-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 42
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 42
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
43
жилось, вскоре они развелись. Потом в жизни Марины случилась двойная траге-
дия: ее родители рано ушли из жизни, один вслед за другим, оставив ее одну с сыном в этом непростом мире. 16
Мое детство закончилось вместе с выпускным вечером и рассветом, проведен-
ным с одноклассниками. Я понимал, что Тайна Вселенной, которую необходи-
мо разгадать каждому ребенку, ушла в прошлое. Также я понимал, что уже дав-
но мыслю как взрослый и у меня нет денег на то, чтобы продолжить обучение, на дорогие подарки любимой девушке. Но у меня была внутренняя сила, мой стержень, который не давал ни малейшей возможности сломаться. Я понимал, что у меня должна быть другая жизнь, что я особенный, что моя уникальность предопределена еще с момента моего зачатия и мне нельзя отступать от сво-
ей Мечты. Я знал, что спустя годы стану самым богатым человеком в поселке – и духовно, и материально. Я знал, что сейчас мне придется заняться физиче-
ским трудом, уйти в армию, чтобы там возмужать и окрепнуть. Я даже готов был пойти на войну, в Афганистан, чтобы испытать себя, испытать свое отношение к жизни, проверить, сломаюсь ли я, смогу ли я остаться прежним или все-таки поддамся соблазнам свободной жизни вдали от отчего дома. Даже в армии я видел свои плюсы, ведь уныние – это удел слабых, а мне ни за что нельзя было унывать.
…Однажды я проводил благотворительный концерт в детском доме. Жур-
налистка стала расспрашивать меня (не люблю я журналистов, они всегда пы-
таются изображать из себя психотерапевтов – войти в твои воспоминания, а потом пытаться ими манипулировать) о моем детстве. В частности о том, почему я занимаюсь благотворительностью, зачем мне это. И я рассказал ей историю, связанную с моим детством и решением служить в армии. У меня было протестантское воспитание, и, по моральным законам, которые оно предписывало, я не должен был даже думать о том, что могу взять в руки ору-
жие. Но… Мой дед – Тимофей – был генералом, фронтовиком, прошедшим всю войну до Берлина. Он был для меня примером для подражания. Меня охватывала гор-
дость за то, что он – мой дед, и я ни в чем не мог его подвести. Пару раз, до семи лет, я с отцом приезжал к нему в Одессу погостить. Я помню только разговоры с ним на кухне после обеда, когда он становился добрым и разговорчивым... Как-
то он подарил мне костюм морячка и сказал, что хотел бы видеть меня бойцом. Бесстрашным, как и он сам. Тогда же он признался мне, что удочерил тетю Софию. И я сказал, что когда-то поступлю так же. Ведь для сироты обрести семью – это огромное счастье. А потом ему стало хуже: во время войны он подорвался на минном поле, и возле головного мозга у него застряли осколки, которые давали о себе знать мучительными болями. Медицина тогда была бессильна справиться с этой про-
блемой, операция прошла неудачно, и он ушел от нас в другой мир – туда, где нет ни войн, ни болезней, ни страданий. Мальчиком я верил, что на небе есть специальное окошко, в которое он приглядывает за мной, и мне хотелось по-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 43
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 43
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
Мой дед – Тимофей Данилович Нагорный
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 44
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 44
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
следовать его примеру. Поэтому я решил, что тоже буду настоящим мужчиной и пойду служить… Сегодня, спустя годы, я иногда приезжаю на могилу деда. Он похоронен на центральной аллее Одессы – как настоящий воин. Я всегда очень волнуюсь в те минуты, когда нахожусь там. Потому что вспоминаю не только своего дедуш-
ку – генерала Тимофея Нагорного. Я вспоминаю всех, кто отдал свою жизнь за то, чтобы сейчас у нас было мирное небо над головой и росли счастливые дети, не вкусившие яда войны. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 45
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 45
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
46
АРМИЯ
Лукаво сердце человеческое, более всего и крайне испорчено; кто узнает его?
Я, Господь, проникаю в сердце и испытываю внутренности, чтобы воздать каждому по пути его и по плодам дел его. Иер. 17:9,10
1
Однажды мой сын спросит меня об армии. Возможно, он и сам захочет испытать себя, ведь служба в армии – это серьезная проверка на прочность. В какой-то мере она формирует характер и отношение к будущему.
Не знаю, насколько будет интересен и полезен людям, читающим эту исповедь о моей жизни, рассказ об армейской молодости. Особенно в наши дни, когда сроч-
ная служба в вооруженных силах утратила в глазах современной молодежи свое прежнее значение. Я даже знаю, что многие молодые парни призывного возраста стремятся любыми способами избежать службы, еще не столь давно считавшей-
ся почетным долгом каждого гражданина. Более того, мне известны случаи пре-
небрежительного отношения к тем ребятам, которые сегодня идут исполнять этот долг: мол, либо сам дурак, либо родители «не отмазали». А во времена моей моло-
дости все было наоборот: о парнях, по каким-либо причинам не прошедшим ар-
мейскую школу жизни, говорили: «Да кто он такой вообще – он же не служил!»
Впрочем, ни один человек на Земле не может похвастать тем, что он все зна-
ет и понимает. Я вот, к примеру, до сих пор не знаю и не понимаю, как говорить на светских тусовках о том, что на самом деле творится в душе, потому что там это ни-
кого не интересует. Но я, собственно, никогда и не страдал от этого. В этом мире меня смогли понять только некоторые люди, ставшие мне родными как по крови, так и по духу. Это моя семья, моя бывшая жена и немногочисленные близкие дру-
зья. Они меня никогда не предавали, наоборот, всячески поддерживали и – глав-
ное – умели слушать, когда мне нужно было, чтобы меня услышали. Ведь всем нам хочется быть услышанными, и нет ничего страшнее, чем безразличие и равноду-
шие других.
Все началось осенью… Мрачной, унылой и далеко не «золотой», как на зна-
менитом полотне Левитана. Было в той моей памятной осени что-то, напомина-
ющее армейскую форму и пахнущее казармами: стоял туман, было серо, сыро и холодно. Все это создавало ощущение какой-то обреченности. Мне тогда каза-
лось, что над шахтерскими поселками довлеет злой рок. Проклятое место. За-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 46
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 46
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
47
колдованное человеческой жаждой угля, стремлением обогреть свое жилище. Но какой ценой?..
Я стоял на поселковом перекрестке и вдыхал в себя удушливый запах деше-
вого табака, который, смешиваясь с пронзительным ароматом жженых листьев, долго висел в воздухе за проходившими мимо меня односельчанами с угрюмы-
ми лицами. Жизнь в наших краях не радует разнообразием: и вчера, и позавчера, и много лет назад шахты бесперебойно выполняют планы партии по добыче угля и отгружают его миллионами тонн. Партия гордится Донбассом, его высокими по-
ставками ценного сырья. При этом, кажется, проблемы моего родного региона сознательно игнорируются. Условия труда шахтеров не обеспечивают им ника-
кой безопасности: ежедневно спускаясь под землю, они находятся между жизнью и смертью, и каждый из спустившихся в забой не может быть уверен в том, что после смены поднимется на поверхность. Об авариях умалчивают, смерть стано-
вится данностью, которой ни избежать, ни предупредить. Да и зачем это делать – ведь все мы рано или поздно умрем… Да, обреченность. Но тем не менее каж-
дому хочется отсрочить эту данность, особенно когда ты молод и здоров. Важно дать себе шанс.
Но тогда, стоя на поселковом перекрестке, я думал о том, что, похоже, каких-
либо шансов у меня нет. Потому что родная страна и «горячо любимая всем совет-
ским народом КПСС» уготовили мне участь, к которой я – совсем молодой парень, только начавший становиться на ноги, – был не готов: мне предстояло практиче-
ски со стопроцентной вероятностью погибнуть в далекой горной стране. Это на-
зывалось «исполнить свой интернациональный долг». И я стоял тогда на пере-
крестке и думал о том, что абсолютно не желаю этой участи: «Кому и что я должен? Долг? Подвиг во имя страны? А дальше что – смерть, забвение или в лучшем слу-
чае инвалидная коляска?» Вот уже много дней после получения повестки из во-
енкомата душа моя была опустошена, а разум стремился к полной отрешенности от мира.
«Все суета сует», – говорил Екклесиаст, взирая на древний город с вершин хол-
ма. «Все суета», – повторял я, стоя возле военкомата. А ведь на самом деле у меня тогда действительно было огромное желание убежать в самую горячую точку. Но не от тех, кого я любил, кем восхищался и ради кого готов был на многое. Я хотел убежать от себя самого. Раньше я убегал от мира, прячась в густой кроне моей верной Груши. Но сейчас, когда я вырос, она не могла дать мне утешения. Потому что, когда убегаешь от себя, утешение можно найти только в самом себе. А внутри души у меня тогда была лишь темная воронка абсолютной пустоты. Черная дыра. Разве можно было обрести там утешение?
Афганистан. Горы. Пыль. Палящее солнце. Жара. Во всем этом – взрывы снаря-
дов, автоматные очереди, разбавленный спирт, маты, пот. Во всем этом – обречен-
ность, глаза матери на пожелтевшей фотографии и теплящаяся надежда на воз-
вращение домой. Афганистан… Он тогда казался мне близким и реальным. Ведь я уже неоднократно видел «груз-200», доставляемый безутешным вдовам, матерям, сестрам. Афганистан тогда был для меня гораздо ближе, чем страна «в подбрюшье СССР» на политической карте мира, чем кадры новостей и уверения диктора, что все хорошо и победа в очередной раз будет за нами. Я понимал, что, если я туда попаду, моя жизнь всецело будет принадлежать лишь Богу и Его милости. Но я не знал, сколько времени Господь отвел мне… book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 47
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 47
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
48
Военкомат. Рядом кольцо дороги. Перекресток. Мысли путаются. Я хотел пе-
реосмыслить прошлое. Сравнить с тем, что мне предстоит. Меня не пугала смерть. Не знаю… Возможно, тогда я даже желал ее благодаря назойливой советской про-
паганде. Война открывает глаза людям, и они по-новому начинают смотреть на мир и на свое место в нем. Оружие – самое совершенное из всех произведений искусства, которое когда-либо создавал человек. И его совершенство заключается в его аб-
солютной однозначности: его назначение – убивать. И здесь уж – или ты, или тебя. Оружие – прокурор и адвокат. Оружие – горькая истина. Оружие – мерило невы-
носимости бытия.
Да, партийные лозунги тогда сделали свое дело. Я был искренне уверен, что в этой далекой стране злобные враги-империалисты хотят уничтожить наших друзей – гордый афганский народ. И, едва выйдя из военкомата, я уже был го-
тов взять в руки АКС и открыть огонь по этим врагам. Тогда я не задумывался о том, что за каждой смертью стоит горе и боль, что именно я могу быть исполни-
телем смертельного вердикта, принятого без суда. В тот момент я был готов за-
нять и принять сторону смерти. Призыв 12 декабря. Назад пути нет. Кто-то разбил лампу в конце туннеля. И свет исчез. Только кромешная темнота. Темноту часто рисуют черной. Но она бесцветна, как горе, одиночество или страдания. Потому что нет такого цвета в жизненной палитре, чтобы передать темноту. Она – отсутствие света. И я нахо-
дился в этой темноте. Мне оставалось только молиться и верить, верить и молить-
ся. Только это. «Религия – опиум для народа, к которому он прибегает в тяжелые для себя времена, – писал Карл Маркс, – оставляя в своей душе место для веры». Но автора «Капитала» в СССР трактовали в угоду советской идеологии. Поэтому в учебниках было только начало этой фразы. Спасающую ее суть запретили и вы-
марали из учебников.
Все-таки – Афган…
Я подошел к калитке и остановился. Долго не мог войти во двор, а потом в дом. Я вдруг осознал, каким ударом станет эта новость для мамы. Я стоял там, представ-
ляя мамины глаза, которые наполнятся слезами тревоги за сына.
Войдя в дом и увидев маму, понял, что не стоит ей говорить правду. Нет, врать, конечно, тоже не стоит. Но это не ложь. И не ложь во спасение. Пусть это будет правда, но не вся.
Подойдя к маме, я посмотрел в ее глаза. Какие же прекрасные у нее голу-
бые глаза! Они излучали свет даже в самые трудные моменты. Сейчас, казалось, был именно такой. Маме было плохо. Последние пять лет она уверяла нас, что все хорошо, но сама часто беззвучно плакала, лежа на кровати. Когда мы спра-
шивали, что с ней, она повторяла привычную для нас фразу: «Устала, голова бо-
лит немного, все пройдет». И мы верили. Мы разрешали себе верить в силу сво-
ей неопытности. – Ну как, сынок? – с глубоким вздохом начинает разговор мама.
– Все хорошо, мама, в декабре еду служить.
– Куда? – поникшим голосом продолжает она.
– Куда Родина пошлет, – отшутился я и вышел во двор. Конечно же, мама знала, что тысячи парней со всех концов Советского Союза отправляют служить в Афганистан. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 48
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 48
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
49
Война… «Солдаты – это всего лишь инструмент, которым пользуются диплома-
ты для разрешения созданных ими же конфликтов», – говорил мой сосед, списан-
ный в тыл из-за полученных травм. У него была обожжена половина лица и вместо ноги – металлический протез. Он медленно спивался, потому что утратил смысл жизни. Он ушел в мир обид, поскольку в этом мире не видел перспектив. Инвалид в нашей стране – не человек, а условная единица, от которой пытались избавить-
ся. Можно и откупиться ничтожной пенсией. И мы, солдаты, тоже были такой еди-
ницей.
– Сынок, помни, пути Господни неисповедимы, – говорит мне мама, когда я снова возвращаюсь в дом.
– Я вернусь, мама. Обязательно вернусь, – обещаю я, не будучи уверен в этом. – Отслужу, как все, два года – и вернусь.
Мама молчит. Думает о чем-то. Зачем-то проводит тряпкой по и без того чисто-
му столу и говорит тихо:
– Тима, я не уверена, что доживу до твоего возвращения. Мне уже совсем плохо.
– Ты была у доктора? – озабоченно спрашиваю я.
– Да, была, – отвечает она и отводит глаза в сторону. Так она делает всегда, ког-
да мы упоминаем о докторе. Она не хотела беспокоить нас своей болезнью. И мы тогда еще не знали, что ей и всей нашей семье доведется пережить.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 49
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 49
03.12.2011 15:25:25
03.12.2011 15:25:25
50
– Что доктор говорит, мама? – спрашиваю я, пытаясь заглянуть в глаза самого родного человека на свете.
– Не бери в голову, сынок, – отвечает она, поднимая на меня взгляд. – Тима, я тебя очень люблю. И что-то подсказывает мне... Я не уверена, но… Я думаю, что ты будешь самым счастливым из Нагорных. И я благословляю тебя.
Мама произнесла эти слова так, словно прощалась со мной. Словно она знала и чувствовала то, чего мне еще не суждено было познать. – Мам, ну не начинай, а? – говорю я. – Ты будешь жить долго-долго и счастливо, еще и внуков нянчить будешь. – Я люблю тебя, сынок, – снова говорит мама и как-то поспешно уходит. Она ре-
шила не продолжать начатый мной разговор о ее состоянии. Мама нечасто говорила, что любит меня и моих братьев и сестер. Но, когда она произносила эти слова – вроде бы простые и обычные, – они звучали для нас так нежно и убедительно, что у меня не было никаких сомнений, что это так.
– Я тебя тоже, мамуля, – отвечаю я уже вслед маминой спине, скорее, маши-
нально. Тогда я был уверен, что все наладится…
Вышел на улицу. Прошел по местам, где проходило мое детство, формировался характер, проверялись мои чувства, где я терял друзей. Они просто уходили в нику-
да, словно фантомы, частицы чего-то бесконечного, мне не подвластного. Но вме-
сто них приходили новые – те, загадку которых мне еще предстояло разгадать. Но-
вые знакомства, новые истории жизни. Новые соприкосновения с моей историей. Одни произойдут мгновенно, как вспышка фотоаппарата. Другие останутся в моей жизни навсегда…
Период взросления у каждого из нас проходит настолько быстро, что мы это-
го даже не замечаем. Кажется, еще только вчера мы были детьми, а сегодня уже… Я думаю, когда мы меняемся, взрослеем, становимся сильнее и значимее, всякий раз в нас что-то умирает. Ребенок, который жил в нас, часто теряется в потоке вре-
мени, в нашем стремлении подражать общественным кумирам, соответствовать общепринятым стандартам успеха, красоты и важности. И я полагаю, что главное для каждого из нас – не забывать оставить в своем сердце место для той крошеч-
ной славной девочки, которая мечтала быть балериной, а стала рекламным аген-
том. Или для заводного непослушного мальчугана, который хотел стать летчиком-
испытателем, а во взрослой жизни превратился в скучного клерка, монотонно выполняющего указания руководства. Это очень важно – оставить место для ре-
бенка, живущего внутри каждого взрослого человека. Этим мы объединяем неви-
димой связью наше прошлое с будущим. И потому часть моей души всегда будет принадлежать маленькому мальчику, который носил мешки с овощами на кол-
хозном поле и, мечтая стать сильным, завороженно смотрел на школьный глобус и верил, что совсем скоро все изменится. Для маленького Тима, который выбрал ЖИЗНЬ и не прогадал… 2
12 декабря 1987 года.
Ночь накануне… Мне снится лестница. Я стою перед ней, манящей своей не-
известностью и величественностью. Я делаю первое движение, потом второе, третье. Чем выше я взбираюсь, тем больше у меня желания подняться еще выше. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 50
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 50
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
51
Я уверенно поднимаюсь по ней вверх, к небу. Не знаю, зачем я это делаю. Ступень-
ки кажутся бесконечными, но неотвратимое желание дойти до конца подталкива-
ет меня. И я продолжаю взбираться вверх. Ступеньки этой волшебной лестницы ведут меня к облаку света. Но, очутившись в этом облаке, я чувствую страх. Мне хо-
чется кричать, но я не могу произнести ни слова. Казалось, весь мир онемел вме-
сте со мной…
А утром пошел первый снег. Словно в сказке, белые хлопья кружились в возду-
хе и, достигнув земли, не таяли, а укрывали ее тоненьким аккуратным слоем. Ма-
ленький Тим в такой день наверняка прогулял бы школу. Он предпочел бы урокам валяние в снегу и захватывающие стрелялки: стал бы обстреливать снежками слу-
чайных прохожих, стены макеевских бараков и проезжающие автобусы. И кто-то обязательно выругал бы нагловатого мальчишку в куртке с чужого плеча...
Я вспоминал детство, и мне становилось страшно. Наверное, я окончательно стал взрослым в день призыва. И детство мое осталось там, куда нет обратной до-
роги. Детство осталось в прошлом. Одежда, переходившая по наследству от отца к братьям, от братьев – к младшим братьям. И маленькая красивая Маринка с тя-
желым портфелем и двумя тугими косичками (почему-то я хотел запомнить ее ре-
бенком и позже никак не хотел верить в то, что она становится старше и мудрее). Дом, который я обещал отремонтировать. Все это и многое другое осталось в про-
шлом. Детство… подарившее мне неугасаемое стремление быть лучше, чем я есть сейчас, неистребимое желание стремительно подниматься вверх по моей лестни-
це, следуя зову моей Мечты...
На перроне собралось так много провожающих, что я не сразу отыскал взгля-
дом свою семью, когда нас привезли на вокзал из сборного пункта и стали рас-
пихивать по вагонам матерящиеся во всю мощь легких офицеры и прапорщики. Я с трудом разглядел в толпе родные лица. Вот они – пришли. Друзья, сестры. А вот и мама. Я искал ее глаза. Вот она – моя мамуля. «Ма-ма!» – кричу я и машу рукой из окна. Я тогда не знал, что для меня будут значить эти слова: «моя мама»… Я вижу ее глаза, словно сканирующие вагоны, и с еще большим усердием машу рукой. И кри-
чу что есть силы: «Мам, я здесь! Я вернусь!» А потом, чтобы смягчить напряжение и сдавливающую мамино сердце печаль, кричу еще громче: «Я буду писать пись-
ма и слать телеграммы!» – и при этом всем своим видом пытаюсь изобразить, что армия – это всего лишь очередная игра. Просто любимый мамин мальчик немно-
го вырос и сменил игрушки.
Переполняла ли меня тогда гордость? Еще бы – я ведь уже такой сильный, меня уважают «реальные пацаны», а девочки плакали на проводах и обещали ждать. «Интересно, сколько писем я от них получу? Одно? Два? Пачку?»
Марина тоже пришла к поезду. Но стоило мне вспомнить момент, когда она держала букет желтых цветов, а я прошел мимо, сделав вид, что не заметил ее, как меня накрыло стыдом, грустью и сожалением. И я рванул к дверям вагона. Мне хо-
телось подбежать к Марине, сказать что-то теплое, доброе, нежное, обнять, но…
– По вагонам! Всем призывникам немедленно занять свои места! – громкий мужской голос безжалостно вернул меня в реальность.
Новобранцы разбегаются по вагонам, докуривая на ходу сигареты и махая рукой родным, столпившимся на перроне. Для многих из них это будет разлу-
ка навсегда. Потому что они не вернутся в родной город, в семьи, где их ждут. Они оставят свои жизни под пулями, в горах, опаленных солнцем. Их доставят book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 51
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 51
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
52
в цинковых гробах в виде «груза-200» – символе принесенной в нелепую жерт-
ву молодости.
Я огляделся… Нет мамы, нет Марины, нет вообще ничего из того, чем еще вче-
ра была наполнена моя жизнь. Есть старый поезд и дряхлые вагоны. И есть я – «пушечное мясо», которое будет доставлено через несколько дней на территорию смерти – Афганистан. Вот моя реальность.
– Будь сильным! Ты – номер один! – кричит брат Андрей с такой уверенностью, что я и сам удивился. – А то! Я же Нагорный! – с бравадой кричу я в ответ.
– Тимофей, напиши сразу! По приезде! – кричит мама. Ее голос дрожит. Она волнуется. Волнуется ее сердце, которое уже тогда все знало… На лице мамы чи-
тается тревога и усталость. Она всю ночь молилась за меня, все время, что я гулял с друзьями, – проводы все-таки.
– Напишу, не волнуйся, мама! Ты будешь гордиться мной! – кричу я.
«Ты будешь гордиться мной! – эхом проносится в моем мозгу. – Да зачем маме нужны мои армейские подвиги?! Ей нужен сын – живой, здоровый и счастливый!» – Сыночек, относись ко всем с уважением и любовью. Помни о Боге!
Это были последние слова мамы, которые я расслышал сквозь лязг вагонов и стук колес. Поезд ускорял движение. Мама тогда была уже очень слабой и не могла бе-
жать или даже идти ускоренным шагом вслед за уходящим поездом. Для меня она на всю жизнь так и осталась неподвижно стоять там, посреди перрона, прово-
жая самый печальный поезд в ее жизни. Маленькой фигуркой, которая уходит все дальше и дальше от меня, пока не исчезает из поля зрения…
Первые сутки пути я не осознавал, что происходит. Шум, гам, предвкуше-
ние перемен, противоречивые чувства. С одной стороны, мы, молоденькие пар-
ни, наконец-то вырвались из-под опеки родителей. Мы называли это «свободой». Нас ожидал собственный путь и выбор: как устроить свою жизнь, найти место под солнцем, отвоевать свою позицию. Но, с другой стороны, нас везли в армию – своеобразную тюрьму со своими казарменными «понятиями», уставом и унифор-
мой. Разница только в причине нахождения в этой тюрьме – долг перед Отчизной, а не приговор суда. В таких раздумьях я провел ночь. На вторые сутки поезд переезжал через Вол-
гу. Я понимал, что впереди меня ждет нечто страшное. Вспомнил, как встретил зна-
комого в автобусе. Он держался за поручень одной рукой, поскольку вторую ему оторвало снарядом в Кабуле. Мы перекинулись парой фраз. Автобус резко затор-
мозил, и он упал. Я хотел помочь ему подняться, но он отстранил меня. Встал, зло посмотрел и сказал: «Теперь ты понимаешь, куда ты едешь, дурак?» Но, несмотря на это, я все еще надеялся, что Афган не так страшен, как о нем говорили.
Третьи сутки в поезде. Никуда не выйти, чтобы сделать пару глубоких глотков свежего воздуха – а в вагонах нечем дышать, потому что почти все курят, окна при этом не открываются – зима ведь. Этот поезд – передвижная тюрьма. Есть только твои камера и сотоварищи. Здесь нет места твоим личным желаниям. Шаг вправо-
влево равносилен побегу и расстрелу…
Я начал сравнивать свое положение с русской рулеткой. Никогда не знаешь, кому достанется единственный патрон, заряженный в барабан. Родные зеленые ландшафты сменили угрюмые, безмолвные пески. Время от времени сквозь за-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 52
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 52
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
53
мызганные стекла окон можно было увидеть верблюдов. Они плыли, гордо неся свои горбы над песками, словно корабли в бесконечном океане. Для них не было препятствий, им неведом страх, они счастливы в своем безразличии к познанию себя во Вселенной. Они не боятся ни боли, ни смерти. А я так не мог.
– Нагорный, ты че дрейфишь? Завтра уже будем стрелять моджахедов! – прокричал мне низкорослый паренек, похожий скорее на сына полка, чем на солдата.
– Дурак ты... Пока прицелишься, они разорвут тебя на части, – почему-то со злостью сквозь зубы процедил я в ответ. – А где боевой дух, солдат? Мы – Советская армия! Лучшая в мире!
– А ты автомат вообще в руке удержишь? Силы хватит? – ухмыльнулся я.
– А че ты читаешь? – не унимался парень. – Библию? Смотрите, пацаны, Нагор-
ный богомоль...
Он не успел закончить фразу. Я вырубил его одним ударом. Кто сказал, что кро-
тость и смирение свернут горы? Да, они могут многое. «Но в сочетании с оружи-
ем. Пусть даже и с кулаком», – подумал я, вспоминая слова Виктора Цоя о том, что «иногда важны не тысячи слов, а крепость руки».
Парень с трудом поднялся на ноги, утирая рукавом окровавленный рот.
– Я тебя прощаю. Иди, – сказал я и отвернулся. Почему-то стало стыдно…
К нам подошли двое здоровенных парней. Они пожали мне руку в знак под-
держки. Вышли в тамбур покурить. Один из здоровяков заговорил первым:
– У меня друг детства в Афгане погиб. А он про силу Советской армии... Мал еще, чтобы рассуждать. – Да... Знаешь, у меня сосед вернулся оттуда, – ответил я. – Половина лица обо-
жжена. Да и ходит с банкой, к ноге привязанной. Искалечили его. Жаль мужика. Вот сейчас стою и понимаю, что бессмысленно все. Мы долго курили. И каждая затяжка сближала нас в едином понимании того, что война в Афгане – жестокая и бесполезная игра. Ни у кого из нас троих не было глупой жажды доказать миру свою силу. Каждый из нас, глубоко в душе, хотел вернуться домой. Открыть дверь и увидеть истосковавшуюся маму, которая от неожиданной радости заплачет и присядет на табуретку, не в силах от счастья подбежать к сыну. Вернуться, чтобы подойти к ней и обнять, задержать на вре-
мя в объятиях, благодаря за терпение. И сказать ей то, чего не успел сказать на гражданке…
Я вспомнил о Библии, подаренной мне бабушкой, вернулся в холодный вагон, залез на третью полку и начал читать: «Живущий под кровом Всевышнего под се-
нью Всемогущего покоится, говорит Господу: прибежище мое и защита моя, Бог мой, на которого я уповаю...» Эти слова не раз помогали мне в жизни. Но помогут ли они мне теперь?
Я молился сутки. В тамбуре, в туалете, на третьей полке... Наизусть мысленно твердил 90-й псалом и «Отче наш». Бог казался мне близким и добрым. Он меня слышал. Да, слышал! Я это чувствовал. И вдруг показалось, что я снова в моих род-
ных местах – пусть временами серых от смога шахт, но таких родных. Там, где сто-
ит наш почти развалившийся дом (я верил, что он смог устоять только благодаря молитвам мамы), там, где ждет меня моя семья. Там, где растет моя Груша, готовая принять меня в любое время и любую погоду…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 53
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 53
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
54
На четвертые сутки поезд резко затормозил. – Нагорный, с вещами на выход! – прозвучало неизвестно откуда и пронзило душу холодным страхом.
Я вышел на станционную платформу твердой походкой, хотя сердце мое вы-
прыгивало, а руки подрагивали мелкой дрожью. Но я все равно верил, что со мной Бог. «Он избавит тебя от сети ловца, от гибельной язвы. Перьями Своими осенит тебя и под крыльями Его будешь безопасен…»
Я и еще трое ребят очутились тогда на платформе станции Тюра-Там Кзыл-
Ординской области Казахстана. А страшный поезд смерти помчался дальше: везти новобранцев на исполнение «интернационального долга». Мне оставалось толь-
ко молиться за них…
Со временем я пришел к осознанию сути сна, приснившегося мне накану-
не дня призыва. Сны служат нам мостиком в подсознание – туда, куда нет до-
ступа в состоянии бодрствования. Лестница символизировала мой жизненный путь. Ступеньки – действительно бесконечны, как и жизнь души. Они – словно небольшие остановки на пути или же двери в новые варианты жизни на Земле. Я могу передохнуть, перевести дух, постояв на одной из ступенек, а потом про-
должить свой путь. Могу соскочить с нее и задержаться на одном из облаков на некоторое время – на столько, сколько потребуется для осознания того опыта, которое дает мне конкретно это облако. Могу перепрыгнуть с одного облака на другое, отдалив себя от моего истинного пути – моего предназначения. Но мой сон и пребывание на том особенном облаке показал мне только один из эпизо-
дов моей жизни. Тот, который уже нельзя было изменить, потому что он точно должен был произойти. Это был тот случай, когда говорят: без вариантов. Сон хотел подготовить меня к страшному испытанию, которое уготовила мне судь-
ба. Испытанию, которое оставит безмолвным весь мир.
Но ведь только тяжелые, тернистые пути могут привести нас к мечте, дать нам необходимую закалку, воспитать мужество – и я в это верил. Страстно, как в дет-
стве, когда верил в покровительство своей Груши и в то, что Босый после смерти отправился в чудесный собачий рай, где можно бить банки и не пораниться, где можно топтать огороды и за это никто не накажет. Да, я верил в это.
3
Байконур был первым и самым крупным в мире космодромом. Он занимал площадь 6 717 км2. Нам говорили, что равных ему нет. США не зря опасались СССР, ведь с Байконура был возможен запуск всех типов ракет-носителей. На Земле было только три космодрома, которые могли осуществить запуск раке-
ты с космонавтами на борту: мыс Канаверал (США), Цзюцюань (Китай) и наш Байконур. Орбита Международной космической станции была тщательно по-
добрана с учетом широты Байконура, с которого осуществлялись основные запуски. Ни я, ни мой земляк Вова Шпичка (который позже женился на моей сестре Люде) в учебку не попали – сразу в часть. Это было наибольшее воинское подраз-
деление на космодроме, в котором служили более тысячи солдат. Мы обслужива-
ли самую мощную взлетную полосу и посадочный комплекс 251 – последнюю пло-
щадку космодрома.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 54
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 54
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
55
Казарма. Нас встретили деды – они презрительно смотрели на новобранцев, словно проверяли на прочность, считая себя вправе вершить судьбы новоиспе-
ченных, еще зеленых солдатиков любыми методами, точнее единственным – при-
менением силы и психологической обработки.
– Духи, вешайтесь! – кричат из разных окон казармы.
– Наконец прибыли, – с облегчением прошептал кто-то в толпе. – В тело дашь или мать продашь? – спрашивает невысокий паренек и презри-
тельно ухмыляется. – Тело не дается, мать не продается, – процедил я сквозь зубы, делая шаг в на-
правлении этого «дедушки». – Ты че, салага? – возмущенно рявкнул он.
– Ничего себе духи борзеют! – крикнул второй.
«Там, где словесный спор неразрешим, нужно применить силу», – это был де-
виз моей армейской молодости. И неважно, что ты будешь один против толпы. Не-
важно, что эта толпа из тех, кто на гражданке, возможно, ничего собой не представ-
ляет – толпа неудачников. Когда стоит вопрос уважения в мире, где господствует физическая сила, – статус и жизненные заслуги человека уходят на второй план. Мудрость восточных единоборств состоит в том, что силой кулаков управляет разум в сочетании с сильным духом. На Востоке никогда не учат нападать первым, а развивают умение чувствовать ситуацию. И там, где бой неизбежен, с достоин-
ством и смелостью принимают его. Принимают, но не начинают первыми.
Философия восточных единоборств очень близка моему пониманию мира. Я не посягал на территорию других людей, но не позволял им вторгаться на мою. К тому же я всегда был уверен, что кулаками можно пробить путь только в перво-
бытном обществе. Но как раз в такое общество я и попал. В армии нас не воспри-
нимали как личностей – мы были стадом. Все грани между нами стирал неписаный закон самосохранения.
И я начал свой бой. Мы дрались насмерть, не жалея тел и одежды. Я уже не был тем Тимофеем, который мирил дворовую шпану словом. Я был мясом. Суррогатом человека, который изначально бесстрашен, потому что непобедим. Главное – сто-
ять до последнего, не признавая себя побежденным. Потому что побежденный приравнивается к униженному. Здесь умели унижать самыми изощренными спо-
собами. Поэтому я играл ва-банк, ставя на кон все свои возможности и желание до-
стигнуть цели – стать сильным. Все остальное здесь не имело смысла. Человек может прочесть все труды Ницше сквозь призму Фрейда, с легкостью говорить на пяти языках, читать Платона в оригинале, но, если он не может посто-
ять за себя и за своих дорогих людей, он – никто. И не имеет значения, армия это или обычная жизнь. Всегда нужно отстаивать свою честь и честь своей семьи.
Очутившись в казарме, я четко осознавал свои преимущества и недостатки. Я использовал весь свой физический и духовный потенциал, чтобы выйти из боя непобежденным. И у меня это получалось. Сила тела, исходящая из силы духа, по-
могла мне в этом.
– Как зовут, салага? – спрашивает меня дед после нашей с ним драки, прикла-
дывая мокрое полотенце к наливающемуся синяку на скуле.
– Тимофей Нагорный. – Ты откуда, парень? – Из Макеевки, а тебе-то что?
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 55
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 55
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
56
– Чего в драку полез? Мы же без всякого ничего.
– Вы приняли меня за девочку, да? К чему тупые пробивки? Неужели не ви-
дишь, что я не лох? – Ну, порядок такой, брат, – с долей смущения ответил «дедушка», явно пребы-
вая в недоумении. – Таких борзых, как ты, среди духов я еще не встречал.
Он называет избиение новобранцев порядком. Оскорбление и унижение лич-
ности – здесь, оказывается, такой порядок! После такого порядка многие оста-
вались со шрамами и на теле, и в душе. Некоторые ребята ломались, их психика становилась опасней, чем у разъяренного льва. Они вспыхивали в секунду, не за-
думываясь о последствиях. Позже, на гражданке, они могли избить жену, ребенка или случайного прохожего за «неправильный» взгляд.
«Порядок», – говорит он мне? Ну-ну!
– Да не брат ты мне, – отвечаю я. – По понятиям пробить хочешь? Идейный, блин, – пренебрежительно заканчиваю я.
– Ты на кого рот открываешь?
– Рот открывать будет твоя Сулико, а я разговариваю. С тобой разговариваю, суперджигит, – с еще большим презрением говорю я.
– Повтори, что ты сказал? – цедит он в ответ, зверея.
– Сильные мужчины не повторяют. Они всегда отбивают удар…
Так начиналась моя армейская молодость. Мне было плевать, что снова могу получить два-три наряда вне очереди. Я ненавидел несправедливость. И я не мол-
чал. Мой характер закалялся вместе с тем, как мои мышцы приобретали рельеф, а лицо становилось взрослее.
Начало службы на Байконуре было адом. Только вдумайтесь: представители более 30 национальностей, дедовщина, землячества, каждое из которых пыталось навязать другим свои порядки. Все это было почвой для неуставных отношений. Драки, скандалы, ругань, а порой и поножовщина стали нормой существования в части. Любое неосторожное слово могло вмиг превратить тебя в изгоя. Да и кли-
мат здесь не благоприятствовал: нехватка кислорода, холодная зима, жаркое лето. Все это еще больше озлобляло солдат. Эффект озоновых дыр доставлял немало хлопот руководству части. Ему приходилось подстраиваться под климатические условия и разрешать непозволительную для армии военную форму. Форма одеж-
ды «трусы, майка, ботинки и фляга» была только у нас на весь Советский Союз. Ведь летом жара достигала 70 градусов по Цельсию. В радиусе 50 км не было женщин, и самые циничные из нас искали слабых, чтобы использовать их для мерзких, про-
тиворечащих природе человека, сексуальных контактов. Я с брезгливостью смо-
трел на то, что меня окружало, но, к сожалению, в этой звериной стае каждый был сам за себя. Нужно было думать только о себе, и я даже не старался никого защи-
тить. Я воевал за свои позиции в этой стае, потому что здесь не могло быть друзей. Но даже в этой помойке я помнил о том, что у меня есть Мечта, есть Цель, которую я в конце концов достигну, и все мои сегодняшние испытания перед испытаниями будущего казались ничтожными.
4
В части нам запрещали уведомлять о месте нашей службы. Даже родные не знали правды. Секретный, стратегически важный объект. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 56
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 56
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
57
Поэтому наши письма мы вкладывали в незаклеенный конверт, их перечиты-
вали в роте, затем в штабе и только потом отправляли родным. Мы знали, что каж-
дое слово проверяется, поэтому нужно было аккуратно подбирать слова. Призна-
юсь, мерзко осознавать, что нет места, где можно быть самим собой. Даже письма, которые всегда имели статус интимности (неписаное правило для любого воспи-
танного человека – чужих писем не читают), были достоянием общественности. Перечитанное много раз чужими людьми письмо утрачивало тот первичный тре-
пет, который в него вкладывал автор. Наши семьи читали письма, измусоленные чужими руками. Первые полгода службы тянулось особенно долго. Это самое сложное вре-
мя, когда связь с прошлой жизнью еще сильна, а новая жизнь не успела стать привычной. Мы были «между двух жизней». Тело находится здесь, а сердце оста-
лось там, в родном доме. Каждая ночь казалась мучительной, потому что все мы ждали, когда придет тот заветный день, от которого возьмут начало счастли-
вые сто дней до приказа. Я привык спать три-четыре часа в сутки. Когда выпа-
дал шанс поспать пять-шесть часов, это воспринималось как подарок судьбы. Наряды, учения, кроссы. Мне нравились физические нагрузки – они укрепля-
ли тело и закаляли характер. Я становился сильнее и выносливее. Я стал четко осознавать, что мне нужно, а что будет лишним. Мне не нужно было материть других солдат для того, чтобы чего-то от них добиться. Я понял, что не криком, а спокойным ровным голосом, сказанным с четким пониманием того, что ты хо-
чешь получить, можно свернуть горы. Наверное, поэтому меня заметило руко-
водство части, когда к нам прислали новый призыв. Я ведь добился своего – искоренения прежних «тюремных» испытаний, драк, унижения и оскорбления, этнических распрей и междоусобицы. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 57
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 57
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
58
Но в то самое время, когда во мне начал расцветать талант лидера, я стал заме-
чать, что почерк моей мамы становится каким-то неуверенным. Каждое очеред-
ное письмо было все короче и короче. Я чувствовал, что с ней что-то не так. У меня появились подозрения, что ее болезнь намного серьезнее, чем она говорила. Что это не просто усталость и мигрень, а… Я не знал диагноза болезни, которая мед-
ленно убивала маму. И я по-прежнему верил, что все наладится и мое обещание, данное маме накануне отъезда в армию, будет исполнено – она поправится и бу-
дет нянчиться с внуками.
Однажды я ехал в город по поручению командира части. Для меня такие по-
ездки превратились в спасательный круг, они были единственной возможностью уйти в личный мир через одиночество и размышления о будущем. Да, именно о будущем. Потому что я знал: наше будущее начинается уже сегодня! Ведь служба в армии – это не вечно. Нужно двигаться дальше, искать работу, овладевать каким-
то ремеслом, налаживать быт, достигать стабильности. А еще у меня была мечта, даже не мечта, а цель – купить машину. Белые «жигули», шестерку. Чтобы въехать в ней во двор. Уверен, что у мамы потекли бы слезы радости. Она ведь всегда ве-
рила в меня и мой успех. А еще я хотел организовать спортивные секции в Ма-
кеевке, помогать детям. Удивительно, я сам еще вчера был школьником, а сегод-
ня уже строил грандиозные планы по спасению мира. Впрочем, я всегда мечтал о спасении мира. Еще ребенком я думал не о себе и своих игрушках, а о семье и род-
ном городе. Со временем масштабы расширились, и я задумывался о всей стра-
не. Глобальность помыслов не приходит вдруг, на пустом месте. Она прорастает из зерен маленьких идей. «Подавая человеку милостыню, ты ему не помогаешь, – думал я. – Но, научив его зарабатывать самостоятельно, ты оказываешь ему реаль-
ную помощь и совершаешь добрый поступок. Каждый труд должен оплачиваться достойно». А еще я думал о том, что недаром капитализм, по сути, придумали про-
тестанты, ведь он дарит каждому человеку возможность получить по заслугам.
Погружаясь в размышления, я часто терял ощущение дороги. Вот и в тот день я задумался и вел машину, что называется, на автопилоте. Ничто не предвещало беды. Дорога была свободной, видимость – четкой, все под контролем. Но вдруг из-за угла по встречной вылетела пожарная машина. Я мог просто отвернуть вле-
во, но тогда я подставил бы под удар борт с солдатами, которых я вез. Поэтому в моей голове моментально родился дерзкий план. На обдумывание не было даже секунды. Я резко свернул в кювет, понимая, что только так никто из ребят не по-
страдает. Так и случилось. Мои пассажиры остались в целости и сохранности. Ма-
шина на скорости врезалась в столб электропередач, и я потерял сознание. Что было дальше, я уже не помнил.
...Запах хлорамина, адская боль, окровавленные бинты. Уставшие медсестры. Чьи-то шаги в коридоре. Беспричинный страх.
Кажется, я наблюдаю за собой со стороны, словно смотрю сверху и вижу… жалкое существо в гипсе.
В палату входит доктор – лукавый старичок, похожий на Ленина. – Так-так, молодой человек. Идем на поправку, а?
– Что со мной? – спрашиваю я, пребывая в полном неведении.
– До свадьбы заживет, боец, – улыбается в ответ доктор. – Смотрите на руку. Сколько пальцев?
– Два. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 58
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 58
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
59
– Теперь следите за пальцем. Так… Ага… Замедленная реакция, – разговари-
вает доктор сам с собой. А потом, обращаясь ко мне, подводит итог: – Ничего, сол-
дат, скоро будешь как новенький! Отдыхай.
Черепно-мозговая травма, переломы ребер, руки, пальцев, ссадины и гемато-
мы – я жалок. Лежу, смотрю в потолок, даже двигаться нельзя. Только думать, вспо-
минать, мечтать. Именно сила Мечты вновь спасает меня. Вдруг меня озаряет мысль: а что, если собрать команду спортсменов и общи-
ми усилиями сделать спорт модным и престижным? Я уже представляю школь-
ников, которые идут заниматься на спортплощадку, вместо того, чтобы пить паленый самогон, купленный у тети Нины по дешевке. Сам я, конечно, до само-
гона не опустился, но иногда баловался с пацанами «чернилом», которое мож-
но было купить у той же тетки. Помню, она постоянно ходила в ночной рубашке и синем халате поверх нее – грязная, непричесанная, неопрятная. Полный анти-
под женщины и женственности. Я желал другой жизни новым поколениям, же-
лал, чтобы таких теток, как эта, становилось меньше, а появлялось больше пре-
красных девочек, которые со временем превратятся в роскошных женщин. Тех, в которых потом влюбятся вчерашние мальчишки и успешные мужчины сегод-
ня. Дети, школьники – наше будущее.
Я загорелся этой идеей и постоянно возвращался к ней. Мне казалось, что только в здоровом теле закаляется воля противостоять мирским соблазнам.
Заместитель командира части пришел в госпиталь не для того, чтобы поддер-
жать меня, а с тем, чтобы выразить негодование в связи с нанесением ущерба го-
сударственному имуществу. Войдя в палату, он стал на ходу вынимать из папки со-
ответствующий приказ, но, увидев меня, в ужасе произнес:
– Нагорный, Бог ты мой, я не думал, что все так серьезно. Как ты?
– Хорошо. Только больно немного. Но мужчины не плачут.
– Все плачут, Нагорный! Только по-разному. Чего на столб поперся-то? Жить надоело?
– Ребят спасти хотел.
– Ребят спасти хотел он, – ворчит полковник, но глаза его теплеют: – Что бу-
дешь на гражданке делать?
– Хочу детям помогать, спортсменов будущих растить, – гордо отвечаю я.
– Уважаю. Благородная цель. Если бы только это не оказалось словами! – гово-
рит подполковник, опустив глаза, словно сомневаясь. Но через секунду, уверенно произносит: – Знаешь, Нагорный, есть в тебе что-то гуманное, человечное. Верю тебе! – Я слова на ветер не бросаю. Я – человек дела!
Переводя разговор в другое русло, подполковник показывает мне стопку пи-
сем и говорит:
– Тебе вот письма пришли. Я смотрю – много девушек тебе пишут. Влюблены в тебя?
– Не знаю, может быть. Они – просто мои подруги. У меня много друзей на гражданке.
– Хороший ты человек, Тимофей, но слишком дружелюбен, что ли, – снова гу-
дит басом подполковник. – Фильтруй людей, не подпускай всех подряд слишком близко. Все должно быть в меру.
– Все под контролем, – заверяю я.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 59
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 59
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
60
В тот день замкомандира сказал мне важные слова. Кажется, я впитал их сразу и оставил для себя в качестве «карманного путеводителя по чужой стране». Я дей-
ствительно легко сходился с людьми. Открывал им себя, свои мысли, стремления, сильные и слабые стороны. Они реагировали по-разному. Некоторые пользова-
лись моей открытостью. Часто бывали моменты, когда я понимал, что нужно быть тверже и жестче. И я был таким. Хотя куда жестче? Меня ведь и так боялись. Я всег-
да лез в драку, если мои интересы были под угрозой.
Передавая мне долгожданные письма, среди которых были и самые ожида-
емые – от мамы и Марины, подполковник передал мне и некие зашифрованные знания. И позже я осознал ценность его слов. А в тот момент он у меня на глазах разорвал документ о материальном ущербе и впоследствии ходатайствовал пе-
ред руководством части и 6-го Научно-исследовательского управления о награж-
дении меня медалью «За отвагу» за спасение солдат.
Господь и в этой ситуации помог мне. Потому что моя вера была сильной и не-
поколебимой. Потому что моя Мечта была важной для Вселенной.
Просто однажды необходимо понять, что все, о чем мы мечтаем, может стать одним из вариантов нашей судьбы. И я думаю, если мечты подкреплять действия-
ми, то они сбудутся. Ведь вера без дел мертва. 5
Воспоминания – словно длинные коридоры, ведущие в неизвестность. Открывая одну дверь, ты подходишь к другой, и так без конца. Каждый шаг, каждое слово от-
ражается на будущем. Иногда мне кажется, что в мире существует взаимосвязь между совершенно разными вещами. Когда-то в детстве я играл в войну с друзьями, мы бежали по широкой, усыпанной щебнем дороге, размахивали палками, словно автоматами, и время от времени «убивали» друг друга. – Тим, я убил тебя, падай! – кричит мальчуган в зеленой футболке. А потом, увидев, как я смиренно грохнулся на землю, театрально изображая последний вздох и смертельные муки, он свернул в сторону длинной посадки деревьев, что-
бы с воодушевлением продолжать «убивать». Как только мой «противник» исче-
зает из поля зрения, ко мне направляется смешная девчонка в розовом платьице. Почти крадясь, в полусогнутом состоянии, она осматривается по сторонам и, удо-
стоверившись, что никого из «вражеского отряда» поблизости нет, быстро рас-
кладывает какие-то баночки с водой и травами. Тщательно осмотрев меня, дело-
вито говорит:
– Он тяжело ранен, но его можно спасти.
К ней подбегает еще пара девочек. Они совершают «медицинские манипуля-
ции» и ведут беседы: они меня лечат. Проводят «лечение» быстро – на счету каж-
дая минута. Я лежу у обочины под надзором маленьких медсестер, смотрю в небо, пытаясь различить облака и найти в них сходство со знакомыми мне предметами. – Знаешь, мелкая, – говорю я главной, – а я вот когда-то стану настоящим сол-
датом и у меня по правде будут травмы и ранения – станешь тогда меня лечить?
Она улыбнулась и утвердительно кивнула головой. А потом скомандовала все сложить, и «медсестры» спешно удалились с «поля боя». Девочки играли book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 60
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 60
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
61
важную роль в мальчишеских играх в войнушку. Они всегда появлялись в нуж-
ное время в нужном месте, при этом никогда не путались под ногами, когда мы, «мужчины-солдаты», вели военные действия. Правда, через полгода эта девоч-
ка куда-то уехала, и нас так умело уже никто не лечил. Я не знаю, стала ли она доктором, но что-то внутри подсказывает мне: она осталась такой же внима-
тельной и доброй, а это главнее всех профессий. С тех пор промчались годы. Вот я – настоящий солдат, и у меня по правде трав-
мы и увечья. Словно дежавю. Только нет той смешной девочки в розовом платьи-
це, и я лежу не на обочине дороги, а в военном госпитале. Лежу на тонком матраце скрипящей койки и думаю о том, что тогда, в детстве, армия казалась мне чем-то романтическим, возвышенным.
В школе нам не рассказывали, чем пахнут казармы, почему молодые ребята заканчивают жизнь самоубийством. Зато мы видели стройных, высоких парней в форме на военных парадах. Они отдавали честь, их сапоги сверкали на солн-
це, начищенные до блеска, и мне казалось, что быть солдатом, защитником своей страны, – великая честь. Увы, мое отношение к этой чести изменилось. В ложную веру и глупые убежде-
ния жизнь всегда вносит либо коррективы, либо окончательную ясность. Она ред-
ко оставляет человека в полном заблуждении. А если так случается, то, скорее все-
го, только по крайней необходимости – для получения личного опыта и урока.
Вспоминая об армии, я все чаще и чаще возвращаюсь к самым первым дням, проведенным в казарме…
В день, когда меня доставили в часть, я подрался со старослужащими. Точнее, я сам ввязался в драку, поскольку мое обостренное чувство справедливости тре-
бовало защищать обиженных. Но тогда я еще не знал, что подобное проявление смелости и силы со стороны духов-салаг в армии жестоко наказывается. И деды решили дать мне заслуженный и справедливый, по их мнению, урок.
Как сейчас помню затхлый воздух в кладовке, куда меня завели для объясне-
ний. Я вошел, посмотрел на них снисходительным взглядом.
– Нагорный, ты че, сильно борзый? – начал самый мелкий из них, тот, который никогда не дрался сам. Он только «вел беседы». Дипломат, видимо.
– Я – справедливый. Это разные вещи. – Ну-ну, справедливый, а справедливо дедам ночью голодными быть?
Я молчу в ответ, еще не понимая, куда клонит этот «дипломат». – Ну тогда, боец, давай, иди, устраняй несправедливость, – приказным тоном распорядился он.
– Куда идти? – В столовую. За рыбой. – Как? В белье? – переспросил я.
– Да. – Вы че, с ума сошли? Мороз на улице за 30 градусов, – с негодованием огрыз-
нулся я. – Приказ есть приказ, солдат. И в мороз пойдешь, и в белье. Или слабо? – под-
стегнул он меня.
– Мне? Слабо? Да не вопрос, пойду, – меня действительно задело это «слабо».
– Одна нога, душара, здесь, другая – там! Давай дуй! – с довольным выражени-
ем лица поставил точку в разговоре «дипломат». book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 61
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 61
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
62
Я открыл дверь казармы, и в лицо ударил колкий мороз. Я решил не медлить и не раздумывать, а быстро добежать до кухни, чтобы не околеть почти голым на лютейшем морозе. Закрыл за собой дверь и, съеживаясь от холода, помчался в столовую. Помню, от мороза больше всего пострадало лицо, потому что деды, чтобы резко меня разбудить, выплеснули мне на голову кружку холодной воды. А разговор с «дипломатом» оказался быстрым, поэтому мне пришлось выбегать на холод с мокрой головой.
Дежурным в столовой был сержант-старослужащий, многое повидавший и многое знавший. Я нахально подошел к нему. – Доброй ночи, я за рыбой.
– За какой рыбой? – с искренним удивлением переспросил сержант.
– Как вы думаете, это справедливо спать голодным? Вот я думаю, что это несправедливо. А в детстве меня учили любую несправедливость искоре-
нять, – уверенно произнес я речь, думая, что она произведет на него сильное впечатление.
– Не борзей, салага, иди спать, – пытаясь сбить мой пыл, ответил он.
– Я восстанавливаю справедливость, – стоял я на своем.
Он ударил меня в грудь. Очень больно. Главное, в эту минуту досчитать до де-
сяти и не подать вида, что больно. Я спокоен, словно буддийский монах во время медитации. Краски – резче, звуки – четче, в мир приходит гармония.
Отделаться тихим «извините» и уйти? Нет, это не в моем уставе. Возвращаться в роту без рыбы я тоже не мог. Это означало бы трусость, а трусом я не был никог-
да – ими рождаются, а я родился с верой в себя и справедливость. Значит, нужно действовать иначе, найти другой путь. И вдруг – прозрение: я заметил в столовой открытое окно и, цепляясь за по-
доконник окоченевшими руками, заглянул внутрь. Мне повезло – молодые воен-
нослужащие мыли посуду, значит, у меня был шанс вернуться не с пустыми рука-
ми. Да и рыба уже подрумянивалась на огромной сковороде. – Здоров, бойцы, а как можно взять рыбу? – Да как ты возьмешь? Там сержант и повар. Хотя дождись, пока они отой-
дут от плит и котлов, зайдешь, а мы сделаем вид, что не видели тебя. Но если попадешься…
– Все под контролем!
Ожидание. Десять минут ожидания. Всего лишь десять минут! Целых долгих и мучительных десять минут. Они тянулись словно вечность. Я перестал ощущать свое тело. Мне казалось, мои клетки потихоньку отмирают, потому что я уже поч-
ти не чувствовал холода, и вдруг – счастье: повар и сержант покинули кухню. Я, не теряя ни секунды, пролез внутрь и жадно стал хватать рыбу прямо с огромной сковородки, обжигая руки горячим маслом. Набрав рыбы в «бацильник» – ар-
мейскую кастрюлю, я решил раздобыть дедам еще и хлеба. Постучавшись в хле-
борезку ногой, я убедительно попросил пару буханок. Солдаты смекнули, в чем дело, и быстро протянули мне хлеб.
Мне было бы удобнее прижать «бацильник» к себе, обхватив его руками. Но он нагрелся от горячей рыбы, и его прикосновение причиняло мне сильную боль. А руки покрылись волдырями, поэтому удерживать кастрюлю я не мог. В итоге я понес ее в запястьях, вытянув руки, а хлеб зажал под мышками. Через пару минут торжественно внес в роту и рыбу, и хлеб. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 62
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 62
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
63
– Нагорный, да ты не тормоз, ты – молоток! Не думали, что справишься! Иди, поешь с нами, заслужил! – одобряюще сказал «дипломат».
Я потянулся за уже остывшей рыбой и отломил себе громадный кусок хлеба. Я ел спешно, почти не жуя. Обычная мойва в этот момент показалась мне просто восхитительной… Я понимал, что предстоит пройти еще через многие трудности, чтобы завоевать влияние, авторитет, уважение. Я знал, что ради этого мне придет-
ся вынести многие испытания тела и души, отстаивать свою честь и доброе имя в жестоких драках и вот таких чудовищных проверках на прочность. Но я точно знал и то, что сохраню себя как целостную сильную личность. Чтобы быть мужчи-
ной в животных условиях, всегда нужно стоять до конца.
Так на прочность духа и плоти проверяли многих молодых солдат. Деды часто повторяли: «Дух, если ты не тормоз, ты не пропадешь». Одни молодые ребята сда-
вались сразу, стоило «дипломату» и его банде лишь сделать шаг в их направлении. Другие сначала пытались сопротивляться прессингу, но не выдерживали побоев и готовы были забыть о чести ради небольшой передышки. Третьи – к счастью, не-
многие – решались на самое страшное: самоубийство. И были, конечно же, такие, как я, – редкие парни, которые проходили испытание за испытанием, отстаивая свою честь.
Я никогда не забуду того, как нас встретила казарма: скрученные простыни в виде виселиц, спущенные из окон, и фраза, нацарапанная на ватмане: «Духи, вешайтесь!» Это и была настоящая армия. Не та красивая, глянцевая, которую показывали по телевизору и воспевали в прессе. Это была тяжелейшая школа выживания, где даже во сне нужно было зарабатывать себе авторитет, а утром, проснувшись, воевать за него вновь. И мне нравилась эта борьба. Так закаля-
лась моя личность. 6
Три недели в госпитале мне по расписанию давали витамины «Ревит». Я шел на поправку и, признаться, даже заскучал немного. Мне хотелось вернуться об-
ратно в часть – там у меня уже был собственный, созданный мной мир, появи-
лись друзья и интересы. Мне искренне хотелось служить, а не лежать в палате, считая минуты и шаги, доносившиеся из коридора… Скука, грусть, воспоми-
нания, из которых меня вырывала только книга Валентина Дикуля «Разорван-
ный круг».
Неожиданно пришла телеграмма из Макеевки и сообщение от командования части о том, что меня срочно отправляют в отпуск по семейным обстоятельствам. Я решил, что это связано с моей травмой, поэтому особо не переживал, считая, что родители просто хотели вызвать меня из армии, чтобы я побыл дома несколько дней и восстановился окончательно.
Время в поезде пролетело незаметно, потому что всю дорогу я предвкушал радость от предстоящей встречи с родными. Но радоваться, к сожалению, не довелось… Как только я увидел скорбные лица братьев и сестер, меня охватил холодный страх. Наверное, нет тяжелее чувства, чем беспомощность, когда в твоей семье случается горе. Позже я не раз сталкивался с этим чувством скорби, посещая при-
юты для детей-сирот. Но этим детям я мог помочь, у меня были деньги, была под-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 63
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 63
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
64
держка единомышленников и, главное, желание. Единственное, что я был не в си-
лах сделать, – это заменить им самых важных людей – родителей.
Семья всегда была для меня самым важным звеном в жизни. Ради счастья се-
мьи я был готов на большие жертвы. А тогда я не сразу расспросил сестер о причинах их озабоченности. Я был увлечен собой, ведь приехал я – такой успешный военнослужащий. Они мало го-
ворили, больше молчали. Когда я рассказывал им о ракетах, уникальных самоле-
тах, вертолетах, казалось, они не слушали. Я хотел, чтобы они разделили радость и горечь пережитого мной, хотел передать им свое чувство гордости – ведь я слу-
жил на самом Байконуре. Но они были крайне сдержанны. Они молчали. Каза-
лось, в те минуты я для них не существовал.
После семейной молитвы и скромного обеда брат наконец-то начал меня го-
товить к встрече с мамой:
– Тимофей, ты уже взрослый мужчина, многое пережил, и было бы несправед-
ливо скрывать от тебя правду. Маме очень плохо. – Что с ней? –заволновался я.
– У нее рак. Мы вызвали тебя только для того, чтобы ты успел с ней про-
ститься… Молчание. Тишина.
Я замер.
«Живу ли я?
Есть ли я сейчас?
Нет меня.
Есть только боль в сердце и смятение чувств. Есть страх смерти, нависший над нашей семьей. Есть непреодолимое желание бегства. Но куда? Стоп! Где я? Я ненавижу жизнь! Я ненавижу себя за то, что меня не было рядом! Я не-
на-ви-жу!
Нет, это сон! Это не может быть правдой! Маме просто нездоровится! Она поправится! Она обязательно поправится!»
Мои мысли путаются. Я пытаюсь собрать их воедино. Я хочу переспросить при-
тихшим, еле-еле слышимым голосом, точен ли этот диагноз, – а вдруг ошибка? – но дрожь в горле не дает мне произнести ни слова.
Увидев мое смятение, сестра Аня подошла ко мне, обняла и сказала так печаль-
но, так проникновенно, что я больше не сомневался: – Уже ничего не поделаешь, Тим. Это – конец.
Я присел на корточки и закрыл лицо руками. Солдаты не плачут, они – рыдают.
– Ты в порядке? Будь сильным, пойди к ней, – говорит сестра. – Она так ждет тебя! Ты ей нужен!
– НЕТ! Я не могу, не могу, не могу! – закричал я и выбежал во двор.
Курить. Опять курить. Дрожащей рукой я пытаюсь прикурить сигарету. После нескольких попыток делаю первую затяжку. Но сигарета не спасает от реальности. И эта реальность здесь, совсем рядом – стоит лишь зайти в дом и пройти в мами-
ну комнату смерти.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 64
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 64
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
65
Она уже давно не ходит. Даже не встает. Ее тело разучилось делать обычные движения. Все ее дни, вся ее жизнь сосредоточилась здесь, в этой крохотной спальне, где стоит маленькая кровать. Мама уже не занимала много места, ей не нужна была просторная двуспальная кровать, потому что болезнь съела ее тело. Она высохла и превратилась в травинку.
Мои мысли и прежде, и сейчас подобны сложным чертежам новейших ракет, покоряющих просторы космоса. Я одновременно держу в голове множество идей и проектов, обдумывая уже существующие и планируя новые. Мой мозг быстрее и мощнее реактивных двигателей. Но в тот момент кто-то стер все чертежи и отклю-
чил двигатель. В тот момент у меня осталась лишь одна мысль. Мысль о маме: «Как она там? Почему там? Она – здесь!» Я не нахожу сил поднять свое отяжелевшее от горя тело и проделать всего несколько шагов к ее кровати…
«Это ее жизнь делает последний вдох перед последним выдохом. Это она от-
казалась от облегчающего муки морфия, чтобы не стать зависимой и встре-
тить меня в здравом уме. Это она понимает свою обреченность в страшнейшей болезни и беззащитность перед наступающей смертью и не пользуется обезбо-
ливающим. Это она с трудом открывает утром глаза в надежде увидеть меня. Это она чувствует, что я здесь и не решаюсь войти к ней. Боже, это она умира-
ет, а я просто сижу под ее окном. Я просто бессилен перед своим страхом увидеть ее. Увидеть ее другой – в чужом, исхудавшем и измученном сильнейшими болями теле. Все, что нам предначертано, становится линиями на ладони, и, когда эти линии исчезают, человек, вслед за исчезнувшими линиями, постепенно умирает сам. У него нет перспектив, нет шанса на жизнь. Раньше на ее руках были длинные четкие линии жизни, но теперь? Что с ее линиями? Что с ней?»
Мысли мечутся в страшной пляске, сигарета обжигает пальцы. Мелькает на-
дежда на то, что выход есть, что она не умрет, что мне только нужно увидеть ее. Увидеть и понять, что шансы… «Да какие уже могут быть шансы?!» – Господи, она умирает? Моя мама? Моя мамулечка умирает! – повторил я не-
сколько раз, чтобы вернуть себя в действительность. – Она умирает, а я здесь рас-
сиживаюсь! Да к ней бежать нужно, лететь, мчаться, как я мчался к морю! Ведь я могу больше ее никогда не увидеть! Боже, как же страшно это принять!
Я поднялся с корточек, затушил сигарету и вошел в дом.
Все молчали. Так вся семья выражала свое единство с мамой. Со мной никто не разговаривал, чтобы не нарушить лишними словами мой контакт с мамой.
Я приблизился к ее комнате. И остановился. Где-то я читал, что крокодилы гло-
тают камни, чтобы погружаться на большие глубины. Сейчас и я решил прогло-
тить мою боль и дикую, разрывающую меня печаль, чтобы войти к маме и пред-
стать перед ней ее озорным и веселым сыном, который повзрослел и возмужал. Я не мог себе позволить разрыдаться у нее на глазах, потому что ей нужна была моя поддержка, а не жалость. Я поднял голову вверх, чтобы слезы не застали меня врасплох, – и открыл дверь…
Все, что было для меня важным, вмиг разрушилось. – Мама! Мамочка, мамулечка!
«Да что же такое творит с нами жизнь? Зачем? Почему?» Я не понимал, где прошлое, где настоящее. Увидев резко состарившуюся маму, мне показалось, что мы были в разлуке целых 30 лет. Рано ей было так стареть, рано она уходит из жизни.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 65
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 65
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
66
Я не понимал, где моя мама, которая провожала меня ласковым взглядом на службу. Она ли эта старая женщина, чьи руки беспомощно свисали с кровати и ма-
ленькая головка едва удерживалась на подушке? Где моя нежная и всегда улыбчи-
вая мама?
«Знаешь, я люблю тебя, я сильно люблю тебя, но видеть тебя в таком состоя-
нии – удар!» – пронеслось в голове от безысходности.
Мне стало плохо. Жутко! Я стоял у двери и не знал, что могу сказать, кроме «ма-
мулечка». Казалось, все слова исчезли, оставив по себе пустоту. И эта пустота ста-
новилась невыносимой. Я был похож на человека, попавшего в дыру между двумя измерениями. Я растерялся. «Прости, мама, пожалуйста, прости. Просто кивни в ответ, если прощаешь. Просто кивни в ответ. Прости меня, блудного сына своего. Помнишь, когда я был маленьким, ты читала мне притчу о двух сыновьях? Она мне так нравилась. И вот сейчас я чувствую себя потерянным, но уже не нашедшимся вновь…» Мама была настолько постаревшей и исхудавшей, что мне было больно на нее смотреть. Нет, это не было отвращением. Это было страданием. Напоминанием о том, что жизнь быстротечна и далеко не все зависит от нас. «Но Бог – он же милосердный, почему он не спасет добрую, святую женщину, мать-героиню, верную дочь свою? Почему?!» – Мам, прости, я не готов… Прости…
Я громко хлопнул за собой дверью.
Я был тогда жесток по отношению к маме. Она никогда не жаловалась, никем не манипулировала, ссылаясь на свою болезнь. Тихо жила, стараясь скрыть ее, по-
тому что семья не могла позволить себе дорогостоящее лечение. Она лишь хоте-
ла увидеть меня перед своим уходом, услышать мой голос, прикоснуться ко мне и попрощаться. Она просто хотела, чтобы я обнял и принял ее такой, какой она ста-
ла из-за болезни.
Одно простое движение рук – обнять родного человека – может изменить со-
стояние его души в одну секунду. Просто обнять того, кого любишь, и передать свою любовь. Показать любовь не словами…
Я был жесток. Я ехал в поезде, радуясь, что вырвался из армии, в уверенно-
сти, что телеграмма была предлогом. Я радовался своему возвращению в семью. И тут – ШОК! Такое страшное слово «смерть». Оно парализует мысли, чувства и действия. Я был абсолютно не готов…
Я пулей выбежал во двор – рубить дрова. Я вспомнил мамину фразу, сказанную мне еще в детстве, что любить нужно не словами, любить нужно поступками. И мне казалось, что, услышав звук топора, она меня поймет. Поймет и простит.
Вот и тогда я бросил на маму всю тяжесть решения – пусть она поймет, пусть она простит. Я жалею до сих пор, что в тот момент не я понял ее и не я простил ее.
В последние два года перед армией я забыл о том, что нужно помогать по дому. Меня влекла улица, шумные компании, шашлыки у костра. А она уже тогда боле-
ла, не говоря нам ни слова. Лекарства были дорогие, и, покупая их, она просто не смогла бы поднять на ноги младших детей. А для нее было самым важным забо-
титься о нас.
Я рубил дрова с неистовством, с какой-то неконтролируемой яростью. Но в действительности – это был крик о помощи. Я пытался хоть на миг отсрочить неизбежное. Мне хотелось, чтобы умер я, а не она.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 66
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 66
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
67
Я менялся… Менялся к лучшему. Что-то новое входило в меня. Настолько но-
вое, что у меня еще даже не было ему определения…
К вечеру руки превратились в кровавое месиво. Я буквально задыхался от зло-
сти и отчаянья и все рубил, рубил… Родные боялись подойти ко мне, чтобы пред-
ложить поесть или попить.
Темнело… Больше всего я боялся ночи. Потому что мне предстояло прожить ее в одиночестве – меня ждала встреча с самим собой. Кто я? Зачем я живу? Я пы-
тался найти ответы. Та ночь была для меня самым страшным душевным испытани-
ем. Я понимал, что поступаю неправильно, но ничего не мог изменить. Страх пере-
ступить порог маминой комнаты был сильнее меня.
А утром я узнал всю правду.
Лечащий доктор мамы – женщина средних лет в белом, тщательно отглажен-
ном халате, от которого пахло медикаментами и какой-то тайной угрозой, – при-
ветливо улыбнулась мне. Но ее приветливость не могла скрыть сочувствия в ее глазах. Она работала с раковыми больными. И ежедневно видела людей в состо-
янии обреченности, в предчувствии смерти, живущих каждый день как послед-
ний. К ней приходило много родственников больных, и всех их нужно было вы-
слушать, поддержать, обнадежить. Но она была не из тех, кто умел врать. Даже ложь во благо она считала непростительным поступком. Поэтому, открыв карточ-
ку мамы и пригласив меня присесть, она вздохнула, посмотрела на меня, потом от-
вела взгляд и сказала:
– Положение катастрофическое. Готовьтесь к худшему.
– Как? Мама умрет?
Доктор кивнула.
– Ей больно сейчас?
– Метастазы пошли в позвоночник. Рак уничтожил молочную железу и жизнен-
но важные органы. Медицина бессильна. Мы можем только облегчить страдания, но излечить ее даже Богу не под силу.
В кабинете повисла пауза. Казалось, что вся моя жизнь, словно видеоклип, пробежала перед глазами.
– Она отказалась от морфия? – с ужасом переспрашиваю я.
– Да.
Все! Дороги обратно нет! Умом я понимал это, но сердцем не верил. Отказы-
вался верить.
– И как она это объяснила? – спрашиваю я.
– Сказала, что хочет сохранить ясность мысли. – Сколько ей осталось?
– Не нам судить. Сколько Бог даст. Знаете, ваша мама – удивительная женщи-
на. Она восхищает меня своим терпением и выдержкой. Это первый случай в моей практике. Она изгрызла губы изнутри, экономя деньги для своих детей. Такое я встречаю впервые. Говорит, что ей помогает Библия и вера в Христа.
Теперь я все знал. Я был единственным в семье, кто узнал всю правду только сейчас. Я думал, как я поступил бы, если узнал бы раньше? Я смог бы подготовить-
ся? Хотя к такому нельзя подготовиться. Это самообман. Никто и никогда не может быть готов к таким страшным поворотам в судьбе. Никто и никогда. И я не мог…
Я снова у двери в одинокую мамину комнату. Неспешно открываю дверь, тихо-
тихо подхожу к маме. Мое тело дрожит. Я прячу свою скорбь и боль в нелепой book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 67
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 67
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
68
улыбке. Я хотел отдать маме всю свою заботу и нежность, которые она дарила мне многие годы. Я упал на колени перед ней. Мы некоторое время смотрели друг на друга. Потому что никто из нас не мог заговорить первым. Мама – из-за истощив-
шей ее болезни, я – из-за съедающей меня скорби…
– Мама, я приехал вчера. Прости, что не осмелился поговорить с тобой сразу. Прости, что оставил тебя в одиночестве этой ночью. Я знаю, что должен был про-
вести ее с тобой и спать у твоей кровати – только бы продлить время с тобой. Но я не смог! Я испугался.
– Ты всегда был искренним, мальчик мой, я прощаю. Нелегко тебе видеть меня в таком состоянии, – медленно шевеля губами, прошептала она.
Я наклонился к маме, чтобы услышать ее, – это был уже не голос, а полушепот.
– Мам, почему ты страдаешь? Неужели Бог слеп? Ты ведь всегда была такой светлой, такой доброй – святой! – не сдерживая негодования, воскликнул я.
– Не говори так, сынок. Бог посылает испытания только тем, кто может их пре-
одолеть. Помнишь историю покорного Иова? – проговорила она тихим, таким родным, таким долгожданным голосом. – Мама, что Иов?! Даже Иисус Христос мучился всего лишь три дня, а ты – пять лет! Пять лет без медикаментов! Мамуля, зачем?! Неужели ты думаешь, что сдела-
ла нам лучше?! Как мы будем жить без тебя?!
– Сынок, без меня ты свернешь горы. Я буду тем толчком, который заставит тебя сделать серьезные и важные шаги. Знаешь, моя смерть будет твоим благом и мой ангел-хранитель будет всегда с тобой.
– Господи, мам, о чем ты говоришь? – я испугался, что у мамы начался бред. – Каким благом? Это боль и страдания! Это несправедливо! Нет! Не говори так, мама! Я люблю тебя!
– Сынок, ты ведь мой любимый. Я тоже люблю тебя. Ты не можешь себе пред-
ставить – насколько сильно. И поэтому хочу попросить: научись отдавать, а не принимать. Помогай тем, кому хуже, чем тебе. И еще… Я не уверена в твоем отце. Сердце мое подсказывает, что он оставит вас и уйдет к другой. Ну а братья твои да-
леко. У них уже своя жизнь, свои семьи. А девчонок моих мне жаль. Я волнуюсь о них. У них же и достойного приданого нет…
Я слушал и не верил своим ушам. Она, моя мама, погибает, ее скоро не станет, а она преданно любит нас всех и только о нас и думает!
И тогда я принял для себя важное решение – решение всей моей жизни:
– Мама, обещаю тебе, что пока не выдам всех наших девчонок замуж, я не же-
нюсь сам и не уйду из дому. Я обещаю тебе, что все теперь будет по-другому. Я обе-
щаю тебе, что буду честен и открыт, что буду творить добро. Да-да, и начну с того, что брошу курить, пить и перестану лезть в драки. Я обещаю: я буду добром и све-
том, – склонив голову, произнес я эту клятву у смертного одра мамы.
– Я верю в тебя, сынок. Ты будешь самым мудрым и справедливым из Нагор-
ных. Благословляю тебя.
Мама заплакала. Слезы текли по ее иссохшим щекам. Я тоже плакал вместе с ней – так, словно мне снова стало пять лет. И я не стыдился этих слез…
– Высшая сила на Земле, Тимоша, – ЛЮБОВЬ, – говорит мама. – Она побежда-
ет все. Чаще читай Евангелие, Первое послание к Коринфянам, 13-ю главу – и все поймешь. Руководствуйся Любовью и побеждай в Любви. Ты – Нагорный, и все от-
веты для себя найдешь в Нагорной проповеди Иисуса Христа.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 68
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 68
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
69
Я задумался.
– Мама, зачем ты пошла на такие жертвы и страдания?
– Я спокойна за твою душу. Это будет уроком для тебя. Ты сможешь многое, только поверь в Бога и свои силы. Посмотри мне в глаза, – просит мама.
– Я не могу, – сознаюсь я. Мне было больно видеть ее помутневшие от чудо-
вищных мук глаза.
– Посмотри, – снова просит мама. – Совсем скоро ты снова будешь смотреть в них.
– Мам, я хочу обнять тебя, помнишь, как в детстве? Ты ласково обнимала и це-
ловала меня.
Я попросил ее об этом, не подозревая, что у нее парализована левая сто-
рона. Правой рукой мама подняла левую, и две ее иссушенные руки упали на мою шею.
Я был здоров и силен, но в ее объятиях пережил все ее чувства – адскую боль, отчаянье, беспомощность, надрыв души… А мама продолжала говорить медлен-
ным, срывающимся голосом о любви и Боге. И говоря о добре, она никого не осуж-
дала. Это был пример безграничной любви к детям.
В безмолвии я вышел на улицу. В безмолвии закурил. Это была последняя си-
гарета в моей жизни.
…Мой отпуск закончился, и я уехал. Позже сестры сказали мне, что после мо-
его отъезда мама не произнесла больше ни слова. Я знаю: тогда, когда она обняла меня, она попрощалась с жизнью. Через месяц ее не стало…
– Нагорный, тебе телеграмма! – орет дневальный, стоящий «на тумбочке».
«Мама умерла приезжай». Три слова без точек и запятых.
В части мне оплатили авиаперелет из Ленинска до Харькова. Из Харькова я до-
ехал до Донецка на автобусе.
Я вышел из него потерянным, жалким. Ко мне подошел таксист:
– Куда ехать, молодой человек?
– В Макеевку.
– Садись. А что у тебя случилось? На тебе лица нет.
– Да вот телеграмма, мама умерла. Сегодня похороны, а я могу опоздать.
– Да, брат, соболезную. Держись!
Мы разговорились. Оказалось – он из Афгана вернулся. Но разговор с ним не смог отвлечь меня от моих мыслей: самого любимого, самого важного человека в моей жизни, возможно, сейчас хоронят без меня. Возможно, я не успею попро-
щаться с мамой.
Я опоздал на час. Увидел дома траурные ленты, цветы на дороге и накрытый стол. Мне стало горько. Обида переполняла меня.
Всю ночь я просидел на кладбище, возле ее могилы – свежего холмика земли…
С тех пор страх кладбищ перестал для меня существовать. Он ушел вместе с мамой. Или она его забрала с собой, как и страх продолжать жизнь без нее.
Все просто: моя мама была, есть и будет ВСЕМ для меня! Мама подготовила меня к великому пути и показала направление на этом пути! Она умела меня вдох-
новить. Она учила меня верить в Бога и в себя. Она учила меня не только с помо-
щью слов или Библии, она учила всей своей жизнью, она учила каждым добрым поступком, своей жертвенностью ради десяти детей, своим отношением к болез-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 69
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 69
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
70
ням и смерти. Своим терпением, смирением, глубокой мудростью и своей безу-
словной, абсолютной любовью.
Мама и сейчас со мной. Она не зря перед смертью попросила, чтобы я по-
смотрел ей в глаза. Когда родилась моя Каролинка и я впервые взял ее на руки, ее глазки были закрыты. Но я уже знал, я был уверен: когда она их откроет – это будут глаза моей мамы! И когда сегодня дочь смотрит на меня, я вижу мамин взгляд… Так мама оставила мне маяк Света в жизни! Потому что ЖИЗНЬ ПРО-
ДОЛЖАЕТСЯ!
И теперь только я должен решать, как мне распорядиться этой жизнью, что мне оставить своим детям, какие ценности им внушить, чтобы это были настоящие ЛЮДИ, а не просто мои сын и дочь, привыкшие с пеленок улыбаться в объективы папарацци. Сейчас передо мной очень сложная задача: не просто быть дарителем, но и заботиться о своих детях, участвовать в их воспитании, наставлять их и под-
держивать в трудную минуту.
Но тогда, сидя на кладбище, я еще не знал, что стану отцом малышки с мамины-
ми глазами. Я был молод, глуп и одинок. Отчаянно одинок. Но нужно было как-то продолжать жить дальше, дослужить срок и определяться с будущим. Я ведь по-
обещал маме позаботиться о сестрах после ее смерти. Меня одолевали раздумья и сомнения. Раздумья о том, что сделать, чтобы не впасть в депрессию, и сомнения в том, смогу ли я вынести все испытания судьбы.
7
Я вернулся на службу. На могиле мамы я дал себе обещание добиться успеха в ар-
мии и уволиться старшиной, отличником ВВС, мастером 1-го класса с медалями на груди. Каждое утро я просыпался с мыслью, что мама видит меня и чувствует мою любовь к ней не через слова, а через поступки.
Я сдержал слово – самое большое обещание, данное маме той ночью у ее кро-
вати и данное самому себе: быть добрым. У меня не было никакого права на ошиб-
ку. Теперь мне оставалось идти только вперед, не оборачиваясь.
Уже через полгода отцу начали приходить благодарственные письма от руко-
водства части. Я был примером для сослуживцев. Я был командиром оцепления при взлете ракетоносителя «Энергия» и при посадке орбитального корабля «Бу-
ран». Смертельная опасность взрыва меня не страшила – я хотел быть полезным своей воинской части, своей стране. И когда пришел срок, командир части уволил меня в запас с почестями и высшими наградами в звании старшины. Но до этого мне предстояло пережить зиму 1988 года. Той зимой меня назна-
чили старшиной роты. Помню, морозы стояли ядреные, столбики ртути в термо-
метрах часто опускались ниже 30 градусов. В такие дни командир части отменял зарядку, физические и строевые занятия на улице. Но не для нашей роты – мы все равно долгие часы оставались на морозе. И если солдат говорил, что ему холод-
но, я снимал китель и отдавал ему. А сам, содрогаясь от холода, продолжал само-
отверженно тренироваться.
Летом, даже когда жара достигала 60 градусов, состояние солдат игнорирова-
лось. Люди теряли боевой дух. Я понимал, что его нужно закалять, поэтому всег-
да поддерживал высокий эмоциональный настрой в роте. Состояние духа важнее приказов и команд. Дух управляет телом. Дух – это сила. Его нельзя купить ни за book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 70
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 70
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
71
миллион, ни за миллиард. По химической тревоге все надевали специальные за-
щитные комбинезоны ОЗК и в полном боевом комплекте делали марш-бросок на десять километров, обливаясь потом и еле дыша. Я часто забирал автоматы у фи-
зически слабых солдат и бежал с тремя сразу. Такие тренировки были действи-
тельно необходимы, потому что взрыв мог произойти в любых погодных услови-
ях, следовательно, воины должны быть готовы к худшему. Мы жили в постоянном страхе за свою жизнь.
В конце октября 1989 года моя служба закончилась. Я оглядываюсь назад и по-
нимаю, как много мне удалось сделать, изменить и создать. Я смог совершить не-
возможное. К концу службы я объединил всех солдат со славянскими корнями. Закончились противостояния с представителями других национальностей – были поделены «сферы влияния». Я мог контролировать ситуацию в части, особенно во взаимоотношениях с новобранцами. Закончился беспредел, прекратились случаи самоубийства среди вновь прибывших солдат.
Я помню день своего увольнения. Это был день почестей и грусти. Проща-
ние… Ставшие родными лица солдат и офицеров. Сослуживцы дарят мне блок-
нот с адресами и искренними словами благодарности за школу жизни и человеч-
ное отношение к ним.
Поезд везет меня в родной город. Я счастлив. Я горд тем, что попал имен-
но в эту часть и имел честь служить именно с теми людьми, которые открылись мне в том блокнотике. Я осознал, что мое участие в их судьбах имело значение и для них, и для меня. Мы влияли друг на друга, и наш внутренний мир менялся. Орбитальный корабль «Буран»
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 71
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 71
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
Я научил их молиться и верить в себя и свою мечту. Своим примером я им по-
казал: все, во что я верил, сбылось. Я первым получил воинское звание старши-
ны и добился высших государственных наград в мирное время. А они показали мне другой мир – мир дружбы, ответственности и самоотдачи. Тот мир, который не виден и не ощутим в одиночку.
Моя армейская жизнь запомнилась мне знакомством и общением со мно-
гими космонавтами и присутствием на стартовых площадках во время запуска всех ракет. Самым знаменательным событием за время службы стало мое участие во взлете ракетоносителя «Энергия» и посадки орбитального корабля «Буран». Наши конкуренты спустя 23 лет не смогут запустить беспилотный орбитальный корабль, а мы это сделали 15 ноября 1988 года. И садился «Буран» на самую боль-
шую в мире взлетную полосу, 251-ю площадку космодрома Байконур, где мне по-
счастливилось служить.
Когда я уезжал домой, меня спросили:
– Тимофей, что ты будешь делать дальше? – Жить. Я буду просто жить, – ответил я.
И я не солгал.
Самое увлекательное в моей жизни ожидало меня впереди. Мне предстояло заняться бизнесом и адаптироваться в новых условиях новой страны – независи-
мой Украины, которая появится лишь через несколько лет.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 72
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 72
03.12.2011 15:25:26
03.12.2011 15:25:26
73
БИЗНЕС
Укажи мне, Господи, путь уставов Твоих, и я буду держать его до конца.
Пс. 118:33
1
Завершение одного этапа развития обычно означает начало следующего. Но бы-
вают моменты, когда человек словно зависает между этими этапами, потому что либо не в силах отпустить предыдущий, либо пребывает в растерянности перед новым уроком жизни.
Так случилось и со мной. Я был морально раздавлен смертью мамы. После армии мне не хотелось возвращаться домой. Мне было больно вновь увидеть мамину кровать и вернуться в мыслях в недавнее, еще свежее прошлое. Мне ка-
залось, что, как только я войду в родной двор, сразу появится ощущение того, что мама где-то рядом. А потом через несколько секунд я увижу ее ситцевый ха-
лат и глаза изумительной красоты, напоминающие по цвету то ли небо, то ли ти-
хое манящее море. Я подбегу к ней… и вдруг окажется, что это не она, а лишь печальный мираж.
Меня поймут те, кто терял дорогого человека. Ведь даже после ухода из жиз-
ни он живет в нашем сердце – любовь никуда не исчезает. Поэтому-то и кажется, что этот человек совсем рядом и, стоит только выйти на улицу, повернуть за угол, – и вы встретитесь. Но там, за углом, нет того, кого так сильно любит ваше сердце. Это только мираж. Мираж, который создает наша любовь, рисующая в сознании такие встречи.
Чем больше я думал о маме, тем чаще она приходила ко мне во сне. Молодая, красивая, излучающая здоровье и источающая запах полевых цветов. Как сейчас помню: я шел ей навстречу, а она отдалялась, отдалялась, отдалялась… Как и в детстве, я по-прежнему продолжал грезить морем. Мне хотелось бо-
роздить моря и океаны, знакомиться с разными странами, обычаями, людьми, рас-
ширять кругозор, прикоснуться к тому неизвестному, которое раньше я мог ви-
деть только по телевизору. Поэтому я решил стать моряком. У меня для этого были все данные. Я был в хорошей спортивной форме, любил физические нагрузки и труд, меня не пугали препятствия и привлекало все новое и неведомое. К тому же я мечтал учиться и впитывать знания, чего я был лишен в детстве из-за постоянной борьбы за выживание.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 73
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 73
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
74
Судьба улыбнулась мне, подарив шанс кардинально изменить свою жизнь. Я осмелился вступить в новый ее этап: принял решение уехать в Одессу к бабушке Раисе и поступить там в мореходное училище. Я ведь хотел продолжить учебу по-
сле школы еще с детства. Это была моя Мечта.
И вот она почти в моих руках. Одесса! Город моря. Я родился с необъяснимой связью с морем. Оно ма-
нило меня – и вот я здесь. Какое же это было счастье! Я влюбился в Одессу с первого взгляда: она была такой веселой и радостной по сравнению с угрю-
мой и пыльной Макеевкой. Одесса покорила меня своими чарующими звука-
ми. Она жила в голосах уличных продавцов сувениров, хриплых гудках букси-
ров, тепловозов, лязге перегружаемого металла, репликах железнодорожных диспетчеров – этот огромный порт жил своей жизнью, независимо от других городов и стран.
Мы прогуливались с бабушкой – Раисой Моисеевной Нагорной – по При-
морскому бульвару. Она степенно, порой, как мне казалось, слишком медленно и подробно рассказывала мне о прошлом, об истории города. А я время от вре-
мени отключался от ее историй и уходил в собственные воспоминания. Мой дедушка, муж Раисы Моисеевны – Тимофей Данилович, в честь кото-
рого меня назвали, прожил в Одессе остаток лет. Он дослужился до звания ге-
нерала, прошел Вторую мировую войну, получил множество наград. Он всегда говорил, что главное предназначение человека – творить добро. Когда я был маленьким, он усаживал меня к себе на колени и повествовал захватывающие истории о людях, которые гордились не своими военными заслугами, а тем, что имели возможность спасти чью-то жизнь. Однажды он сказал, что человек оста-
ется человеком только тогда, когда он внимателен к другим, когда чужая жизнь для него дороже своей. Я помню эти его слова до сих пор. Дед был справедливым и милосердным. Он всегда с большим воодушевле-
нием делился всем с нуждающимися в его помощи. Его огромным талантом было умение общаться с детьми. Он их любил, поэтому удочерил мою тетю Софию. Она была его приемной дочерью, но он никогда не делил детей на чужих и своих.
Пример деда стал для меня самым сильным толчком в детстве, и я очень хо-
тел быть похожим на него. Когда я спрашивал у дедушки об истории нашей фами-
лии, он, как и мама, говорил, что Нагорный – это в память о Нагорной проповеди Христа. Поэтому я мог избрать только тот путь, который вел бы меня к милосер-
дию и доброте. К сожалению, дедушка преждевременно ушел из жизни из-за полученных на войне ранений. Бабушка Рая часто вспоминала о нем. В нашей семье гово-
рили, что она ходила каждое воскресенье на его могилу, подолгу сидела воз-
ле нее, о чем-то говорила с дедом. Именно разговаривала, вела диалог, потому что, глядя со стороны, можно было подумать, что он ей отвечает. Возможно, так и было. Ведь сильная духовная и физическая связь людей не прерывается – она сохраняется в тайниках души. А у моих бабушки и дедушки была, несомненно, такая связь. Они были для меня примером настоящей любви, выдерживающей жизненные перипетии и испытания временем. Бабушка всегда подчеркивала, что за всю совместную жизнь они с дедушкой ни разу не поругались. И хотя они прошли войну, голод и разруху, дедушка ни разу не позволил себе оскорбить ее ни словом, ни поступком. Он был воспитан в традициях высокой культуры.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 74
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 74
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
75
Дни, проведенные тогда в Одессе, я не могу вспоминать без тоски и сожале-
ния. После службы в армии я впервые имел возможность просто отдыхать и полу-
чать радость от того, что принадлежу самому себе. Я видел свою цель, она пред-
ставлялась мне такой яркой и такой реальной. Но Бог распорядился иначе… Я на отлично сдал экзамены в мореходное училище. Дело оставалось за ма-
лым – предоставить справку с места жительства. И я отправился в Макеевку. Я сел в поезд, но что-то внутри меня говорило, что я не вернусь больше в Одес-
су – город своей мечты. Я чувствовал, что в тот момент, когда я ступил на его зем-
лю – сухую, выжженную солнцем, вытоптанную огромным количеством ног, за-
ложенную асфальтом и брусчаткой, видевшими столько человеческих радостей и разочарований, – я уже совершил ошибку. Это всегда огромная ошибка – пытать-
ся отречься от своего прошлого, бежать от собственных переживаний и потерь, доверять изменчивому, преходящему, как соленый морской воздух. И я совершил эту ошибку – доверился городу, которому суждено будет остаться моим только в мыслях. Потому что мои корни, мое «Я» по-прежнему там – в задымленной Маке-
евке, рядом с отчим домом, рядом с родными, рядом с могилой матери.
Да, мама... Мне на миг снова показалось, что она совсем рядом, она со мной. Смотрит, как отправляется мой поезд, и улыбается. Секунда – и мне почудилось, что я вижу ее маленькую фигурку на перроне. Вот она стоит и машет мне рукой. И пасмурное небо после дождя, каким я его видел, когда садился в вагон, стано-
вится светлее.
Домой! Взять справку и быстро вернуться назад, ни о чем не думая, никого не жалея! Но смогу ли я? Смогу ли?..
2
Макеевка встретила меня дождем. Поезд мчался, вонзаясь в рельсы, словно лез-
вие бритвы, которым я когда-то изранил руку. Мне кажется, в движении поезда есть своя музыка, свое звучание. Скрежет. Вот-вот – и случится что-то непоправи-
мое, но, что именно, я еще не знал…
Поезд остановился. Я вышел из вагона. Меня никто не встретил, хотя я до по-
следнего надеялся, что сестры получили телеграмму и кто-то из них обязательно будет меня ждать. Увы, только теперь я осознал, что предал их. Вместо того чтобы исполнить обет, данный перед матерью и Богом, я его нарушил. Ведь мое предна-
значение – заботиться о них и оберегать, а не уезжать ради своих амбиций в чужой город. И теперь мне было стыдно. Я даже не знал, стоит ли мне ехать домой, стоит ли мне встречаться с ними.
«Там ведь отец, он – глава семьи, он обязательно поддержит их. Зачем там я?» Отец... Я еще ничего не знал… Дорога домой была мучительно долгой. Я стоял в переполненном автобусе и смотрел, как мелькали улицы за окном, то моросил, то утихал дождь, а в сердце... Сердце предательски ныло. В висках пульсировали мысли, которые окончательно испортили настроение. «Это грешно, неправильно. Сейчас ты появишься и скажешь им, что поступил в мореходку, что приехал домой только из-за клочка бумаги со штампом, что на са-
мом деле у тебя не было никакого желания возвращаться. Или нет – ты соврешь, что соскучился, а потом это скажешь...» book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 75
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 75
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
76
Стоп. «Лукаво сердце человеческое...» И нет в мире никакой меры, чтобы измерить эту лукавость. Я начинал блефовать с самим собой. Ведь на самом деле все это время я думал о своих родных. Да и поступая в училище, я хотел получить про-
фессию, которая позволила бы мне найти свое место в мире, устроиться работать на хорошее судно и помогать семье. Тогда я не понимал, что иногда моральная поддержка близкого человека намного важнее. Мне было только 20 лет, и я не мог осознать этого.
Выйдя на нужной остановке, я облегченно вздохнул. Наверное, не зря я всег-
да рвался к морю – тому морю, которое меня волновало с детства, ради которо-
го я заставил нервничать маму и потерял доверие семьи. Стал одиноким волком, блудным сыном. Но ведь в конце притчи блудный сын все же возвратился домой. Так и я. Где бы я ни был, я все равно возвращался туда, где меня ждали, где я был нужен. И тогда я понял, что роднее дома, роднее сестер и братьев, у меня никого не осталось.
Увы, мой дом перестал быть тем домом, в котором я вырос. Забор, сараи и за-
росшие грибком ставни покосились. Я открыл калитку, вошел во двор, но меня ни-
кто не встретил. Воздух пахнул прошедшим дождем и гнилью. Дрова сырели пря-
мо посреди двора, накрытые старой клеенкой. Чувствовалось, что здесь давно не ступала нога мужчины. Не было хозяина, который привел бы все в порядок. Но отец... Где он? Что с ним? От этих мыслей мне стало дурно. Я не смог бы выдержать еще и этой утраты. А может, это опять видение? Может, на самом деле все хорошо? Сейчас ко мне выйдет отец, обнимет меня и скажет, что... Что он мне скажет? Я не был так близок с отцом, как с мамой, он занимался моим воспитанием поверхност-
но, впрочем, не только моим – всех нас. Конечно же, он любил нас, но целыми дня-
ми работал в шахте, а по выходным проповедовал слово Божье. Порой мне каза-
лось, что нам даже говорить не о чем.
– Тимофей? Ты, что ли? – прервала мои раздумья соседка. – Да вот, вернулся.
– Насовсем?
– Не знаю. Я в мореходку поступил. За справкой приехал. – А дома знают?
– Я высылал телеграмму, но меня никто не встретил. Да и дома, похоже, нико-
го нет.
– Постучи, они калитку запирают, боятся. Думаю, кто-то должен быть.
Я постучал. Мне открыла младшая сестра Валя. Она была не по годам серьез-
ной. Еще бы – мама умерла, когда ей было двенадцать, а с тех пор прошло мень-
ше года. – Привет, как ты? – с показным оптимизмом спросил я, пытаясь скрыть тревогу.
Она молча бросилась ко мне и повисла на груди, крепко обняв за шею. Я тоже не знал, что сказать. Слезы лились по моим щекам. Я гладил ее волосы и плакал. Кто сказал, что мужчины не плачут? Они плачут. Даже самые смелые. У мужчин тоже есть сердце.
– Валя, ты что – одна дома? Где все? – наконец бодрым голосом спросил я.
– Кто-то на работе, кто-то дома… Мы тебя так ждали! Где ты был?
– К бабушке ездил, в Одессу. Поступил в мореходку. А вы телеграмму не полу-
чили? – смущенно спросил я.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 76
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 76
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
77
– О, станешь моряком… Поздравляю! – искренне порадовалась Валюшка. – Ку-
шать будешь?
– Да.
Я зашел на кухню, сел за старенький столик, посмотрел на нищету вокруг. В гла-
за бросились покосившиеся окна, сырость, протекающая крыша. У меня сжалось сердце. А когда сестра приготовила мне все ту же вермишель с морковкой, я твер-
до решил пожертвовать карьерой ради них. – Когда ты едешь? – с грустью в голосе спросила сестра.
– Никогда. Я остаюсь.
– Но как? А учеба? – вскрикнула она, не понимая, что происходит.
– Я остаюсь. Я не брошу вас. Все наладится, обещаю. Отучился уже. – Что-то не так? – приписывая себе вину за мое решение, спрашивает Валя.
– Все хорошо. Маленькая еще, не поймешь. Лучше скажи, где отец.
– А он ушел. Мы не писали, чтобы не расстраивать тебя.
– Куда ушел?
– К другой женщине. В Авдеевку уехал. Через пять месяцев после смерти мамы…
Кажется, именно в такие минуты говорят: «Земля ушла из-под ног».
Для меня это было ударом. Я еле сдерживал гнев, переполняющий меня. Гнев и ярость. Тогда в моей голове было только одно слово, только одно – «предатель-
ство». Отец предал маму, предал моих сестер – так я думал тогда. Как он мог уйти, оставив дочерей в горе и бедности, без мужской поддержки и силы? Я был зол и оскорблен. Тогда…
Сейчас уже поздно что-то доказывать или кого-то осуждать. К сожалению, отца уже нет среди нас. Я долго винил его, хотя понимал, что мы, его дети, создадим наши семьи и оставим его – таков закон природы, – а он действительно заслужи-
вает счастья. Пусть даже и с другой женщиной.
В последнее время я все чаще думаю о том, что его уход из семьи стал частью Божьего плана. Возможно, я не смог бы ничего достичь, если не оказался бы на-
едине с горем, постигшим мою семью, и если бы мне, совсем молодому парню, не передали полномочия главы семейства и не повесили на меня груз отцовской от-
ветственности.
Но тогда я не хотел общаться с отцом.
– И он считает себя верующим после этого?! Да он!.. – как-то раз выкрикнул я, не выдержав захлестывающих меня эмоций.
– Тим, прекрати, – приказным тоном сказала одна из моих старших сестер Рая, хотя она и сама испытывала неуверенность и боль.
– Ты что, простила его?! Он ведь бросил вас! – продолжал я на повышен-
ных тонах.
– Тим, Бог все видит. Ушел – значит, так нужно, – смиренно ответила сестренка.
– Что нужно? Ты только посмотри на наш дом: крыша протекает, туалет на ули-
це развалился, входная дверь не закрывается, ставни покосились! Над нами сме-
ется весь поселок! Представь, как они злорадствуют! – не сдерживая возмущения, разошелся я.
– Тим, ты в детстве хотел быть сильным? Так и докажи, что ты мужчина! – с вызо-
вом ответила сестра. – Помоги нам. Вместе мы преодолеем любые трудности. Лег-
че всего сейчас обижаться на отца и обвинять его во всем.
– Теперь у меня нет отца! И не упоминай при мне о нем! – резко перебил я book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 77
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 77
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
78
и поставил жирную черную точку в этом разговоре: – Я вычеркнул его из сво-
ей жизни!
Долгие месяцы я отказывался видеть отца. Хотя именно от него я перенял мо-
ральную стойкость и способность выживать при любых обстоятельствах, преодо-
левая все преграды на пути.
Его жизнь не была легкой и безоблачной. Она проверяла его на прочность и требовала доказательств его веры. Он прошел через многое, и это многое измени-
ло его. Возможно, именно в силу постоянных лишений он утратил необходимость проявлять любовь к детям. Возможно, его сердце огрубело, и он не считал нуж-
ным поддерживать нас из-за состояния здоровья. Он полагал, что мы сами долж-
ны справляться с ситуацией, не ожидая от него помощи. Да, его часто не было ря-
дом, он большую часть времени проводил под землей, работая на смертельно опасных участках шахт. Да, нам его не хватало. Но благодаря ему в пять лет я при-
нял решение быть сильным – и стал им. Благодаря ему я нашел в себе стойкость и мужество. Он многому меня научил, и я до сих пор помню советы, которые он да-
вал мне в детстве. Они и сейчас исправно мне служат.
Сегодня прошло более двух лет со дня его смерти, но я все еще не могу про-
стить себе, что упустил драгоценное время, когда имел возможность общаться с родным человеком. Да, я обижался и обвинял его во всем, что случилось. Просто тогда я еще не понимал самого важного: все это было частью моей судьбы.
3
1990-е годы. Привычный мир исчезал на глазах. Диего Марадону дисквалифици-
ровали на 15 месяцев за употребление кокаина. Инфляция становилась неуправ-
ляемой и составляла до 35% в месяц. Космодром Байконур стал собственностью Казахстана. 23 февраля перестал быть праздничным днем на долгие годы – преж-
ние идеалы разбивались вдребезги.
Люди не сразу смогли оценить происходящее и принять новую реальность. То, что раньше считалось запретным и аморальным, вдруг стало доступным, и этому способствовали все телеканалы страны. В моду входили алкоголь, курение и нар-
котики. Молодежь начала уничтожать себя, подражая западным кумирам, кото-
рые вели подобный образ жизни и умирали от героина. Бывший Советский Союз, в котором целые поколения детей воспитывались на «Буратино» и «Чебурашке», пытался равняться на заграничные идеалы «каждый сам за себя», навязываемые в открывшихся повсюду видеосалонах примитивными боевиками. Между нами и Западом произошел разрыв в несколько десятков лет. То, чем морально перебо-
лели там, вызывало ажиотаж здесь.
Мир менялся, и я менялся вместе с ним. В мое сознание постучалось время перемен. Мечта быть моряком сменилась глобальной и благородной – популя-
ризировать спорт, нести в общество идеи здорового образа жизни, физического возрождения нашей нации, увлекать спортом детей, чтобы улица с ее пороками перестала быть интригующей и значимой… Я мечтал сделать спорт искусством. Но мечту от ее воплощения в действительности разделяло несколько лет.
Еще до армии я получил диплом подземного электрослесаря. Для этого не только нужно спускаться в подземные глубины, но и решать проблемы, связанные с электричеством. Это работа на опасных для жизни участках шахты. Хотя в шах-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 78
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 78
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
79
те платили больше, но риск, которому я собирался подвергнуться, не оправды-
вал этого.
Шахтеры-ветераны не знают покоя даже на пенсии. Днем они часто задыхают-
ся от удушливого кашля, а ночью ноги выкручивает профессионально заработан-
ная боль – многие из них на коленях выстаивают смены. На коленях! Они не могут спать на боку, поэтому их колени невыносимо ноют.
Одна из моих старших сестер Рая до сих пор работает в шахте маркшейдером. Она рассказывала, что многие шахтеры умирают от туберкулеза и рака легких. Это, как ни печально, профессиональные болезни. Да я и сам знал об этом. Мой сосед – уже немолодой мужчина – рано ушел на пенсию. На рентгенограмме его легкие были черными от угольной пыли. Он двад-
цать пять лет отдал шахте, с каждым годом все больше кашляя и худея. Но бросить работу не мог – в Макеевке не особо богатый выбор вакансий. Когда мы встреча-
лись, он всегда говорил, что нужно бежать из поселка в поисках лучшей судьбы.
Однажды я рассказал ему, что хочу учиться в Одессе. Он по-отцовски похло-
пал меня по плечу, прослезился и сказал: «Тимофей, мама тобой гордилась бы. Ты умный парень. Шахта убивает! А ты живи!» Позже, узнав, что я отказался от тако-
го шанса, сосед при встрече лишь с сожалением опустил глаза. Он понял, почему я решил остаться, понял, что теперь меня ждет незавидная участь, и промолчал.
Только я не считал это незавидной участью. Я верил в себя. Я знал, что то, что плохо сегодня, – завтра может оказаться благом. Так всегда говорила мама. Она знала, что за каждым препятствием меня ждет победа и радость. Я сам в это ве-
рил. Потому что мамины слова были для меня пророчеством. К тому же я загорел-
ся идеей изменить к лучшему жизнь моих сестер. Ко мне пришла гордость за то, что судьба доверила мне заботу о них, – ведь теперь я был настоящим мужчиной. И единственным. До тех пор пока они не нашли своих мужей…
Как когда-то в детстве, я решил не медлить, мечтая и фантазируя, а действо-
вать, потому что только в действиях мечта превращается в реальность. Вернув-
шись в Макеевку и взяв на себя бразды правления семьей, я мысленно сам себе дал команду: «На старт! Внимание! Марш!» С этого и начался мой забег длиною в 20 лет. Я соревновался с самим собой за победу в моей жизни! Сегодня этот мой бег, пройдя рубеж в 20 лет, продолжается. Он будет длиться всегда. Он меня вдохновляет, вселяет силы. Потому что я знаю: остановка в пути мо-
жет лишить меня самого пути. А что это такое, я, увы, убедился на личном опыте.
Мой мозг работал без остановок и перерывов на обед, в ночные смены и лю-
бую погоду. Он, как конвейер, не останавливаясь, поставлял мне разные идеи, спо-
собы заработать денег для сестер и исполнения детских грез.
Правильное планирование – залог успеха. Большую драгоценную мечту, то есть главную цель жизни, нужно всегда держать как путеводную звезду и прибли-
жаться к ней через реализацию меньших целей. Эта драгоценность должна вдох-
новлять и манить, она должна греть в ненастную погоду и поддерживать в момен-
ты неудач. Только так у человека будет неугасимое желание достичь ее.
Постигнув эту истину, я наметил большой план последовательных задач мень-
шего масштаба и важности. Я решил, что для начала нужно отремонтировать дом, чтобы мои девчонки жили в благоприятных для здоровья и развития условиях. Печное отопление, прогнивший пол, сырость могли серьезно подорвать их здоро-
вье. Это было маленькой целью номер один. Она переходила в цель номер два – book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 79
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 79
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
80
получение квартиры в Макеевке по праву того, что мы – многодетная семья с не-
сколькими несовершеннолетними детьми, которые после смерти мамы считались наполовину сиротами. К тому же мы более 25 лет состояли в шахтерских списках на получение нового жилья.
Еще в детстве я стал читать Платона, и моя жизнь существенно изменилась. Я научился прислушиваться к себе и окружающему миру, брать извне положитель-
ную энергию, чтобы отдать ее в двойном размере. Мне казалось, что каждое мое слово и мысль материальны. Поэтому я учился не разбрасываться словами, а по-
казывать поступками то, что я могу и хочу сделать во имя своей Мечты. Удивитель-
но, но моя Мечта помогала мне во всем.
Иногда мне кажется, что Божье провидение напрямую зависит от помыслов человека. Если они не сходятся – человек не достигает желаемого. Чтобы понять этот мир и принципы его взаимосвязи, нужно просто прислушаться к себе, к тому, что пульсирует внутри нас – в самом сердце. 4
Я подумал – и написал письмо своему ротному Алексею Алексеевичу Никитину в Казахстан. К моему удивлению – он ответил. К еще большему удивлению – рот-
ный связался с Александром Ивановичем Гуровым, командиром части, и они лично обратились к мэру Макеевки с ходатайством о выделении квартиры быв-
шему отличнику ВВС, награжденному правительственными грамотами, благо-
дарственными письмами, медалями «За отвагу» и «За посадку орбитального ко-
рабля „Буран“». Мое сердце подсказывало, что вопрос с жильем будет решен. Поэтому я со спокойствием, свойственным либо глупым, либо слишком юным, добился аудиен-
ции у мэра города. – Так это вы – Тимофей Нагорный? – лукаво посмотрел на меня мэр Макеевки.
– Да!
– Слышал о вас. Старшина запаса, герой, отличились на Байконуре, прослави-
ли Родину. Что у вас произошло? – сменил он восторженный тон на заботливый.
– Жилищные условия совсем непригодны для жизни: дом рушится, сыро, кры-
ша течет, а денег на ремонт нет. Я только из армии пришел, еще на работу не устро-
ился, поступил в Одесское мореходное училище, но учиться не поехал – не могу оставить семью в таком положении, – вздохнул я и продолжил: – Отец на шахте от-
работал 33 года и около 25 лет состоит в списках на получение квартиры. Но он ве-
рующий и не мог себе позволить попросить директора об улучшении жилищных условий. Вот! – я протянул мэру письмо от лечащего врача матери. – У меня мама умерла от рака, врач тоже написал ходатайство, просил повлиять на ситуацию. Я – старший в семье, буду сестрам за отца и за мать и добьюсь того, что нам положено. Ежедневно буду сюда приходить, пока вы не войдете в положение.
Мэр молчал. Ни один мускул не дрогнул на его лице, казалось, что он тоже что-
то вспоминал.
– Что, отец ушел к другой женщине? – осторожно спросил он.
– Да. Это его выбор, – не желая обсуждать личную ситуацию, многозначитель-
но ответил я.
– Сам-то справишься?
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 80
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 80
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
81
– Я – сильный. Попробую, постараюсь. Мой дед всегда говорил: «Плохая попыт-
ка лучше бездействия». Мэр попросил меня выйти на десять минут в приемную. К нему слетелись его подчиненные из разных отделов: одни вбегали, другие выбегали со взволнованны-
ми лицами. Из кабинета доносились резкие крики начальника города. Я нервни-
чал, потому что все, зависящее от меня самого, я уже сделал, теперь ожидание раз-
дражало меня. Но я верил, что все получится. Это было больше, чем мечта иметь свою квартиру. Я знал, что это будет моя первая важная победа после армии.
Меня пригласили в кабинет. Я боялся поднять глаза и услышать отрицатель-
ный ответ. Шептал про себя: «Господи, помоги!» Но, увидев взгляд мэра, я понял, что вопрос решен положительно, и это решение принесло радость и моральное удовлетворение и ему тоже. Мэр сказал с улыбкой:
– Есть одна квартира. Думаю, она вам подойдет. – Я… я… буду молиться о вас! У меня ничего нет пока, но я буду молиться о вас! Спасибо… – от радости я не нашелся, что ему еще сказать.
Я был тронут, удивлен, шокирован… Он видел мои искренние эмоции и поже-
лал удачи и такой же настойчивости и уверенности в себе, которые я проявил в его приемной, в дальнейшем. Признаюсь, тогда я испытал первые позитивные эмоции с момента проводов в армию. И я был абсолютно счастлив. Одна из моих маленьких целей на пути к той – наиболее важной – была достигнута. Я стал на одну ступень ближе к главной мечте о развитии спорта в регионе и стране.
Так у нас появилась новая квартира. Если бы мне в десять лет сказали, что моя семья будет жить в центре Советского района города Макеевки, да еще и в кир-
пичной девятиэтажке, я бы ни за что не поверил. Тогда это казалось далекой, даже несбыточной мечтой. Да что там говорить! Никто в нашей семье об этом и не меч-
тал! И вдруг… Мои тогдашние чувства, наверное, можно сравнить лишь с чувства-
ми человека, неожиданно получившего крупный выигрыш в лотерею.
Сестры сразу переехали в четырехкомнатную квартиру. Я своими руками сде-
лал кухонную мебель и купил самое необходимое. Постепенно я отремонтировал отчий дом, поставил новый забор, установил ворота. И все, кто проходил мимо нашего дома, останавливались, чтобы посмо-
треть на Геракла у входа в калитку. Я нарисовал его специально, чтобы каждый день, заходя домой, говорить себе: «Я сильный! Я все смогу!» 5
Великое дело начинается с первой мысли о нем. Затем она конкретизируется, включается правильное планирование и четкое действие, подпитываемое силь-
ным желанием и верой в успех. И вот мысль создала Великое!
На шахту я пошел не сразу – до этого устроился плотником в строительном управлении. Я хотел научиться держать молоток в руках и мастерить рубанком, стамеской, отверткой. Мне это казалось мужским занятием. Поэтому «общение» с деревом мне доставляло радость. Мне было интересно работать на станках, чув-
ствовать дерево, работать с ним, словно с живой материей, даже если результатом моей работы был скромный предмет интерьера. Я жаждал вдыхать запах стружки. Мне казалось, что он как-то сближает людей, делает их равными.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 81
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 81
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
82
Все, чему я учился в мастерской ремонтно-строительного управления «Маке-
евуголь», сразу применялось в нашем старом доме, чтобы обновить не только его фасад, но и внутренний вид. Со временем я заменил оконные рамы, затем двер-
ные блоки, полы, плинтусы, наличники... Наш отчий дом приобрел вполне прилич-
ный вид.
Это была не просто работа от звонка до звонка. Я наслаждался ею. Я знал, что создаю полезное и нужное. А когда работаешь для других, получаешь двойную ра-
дость. Помимо этого, работа разнообразила мою жизнь. Тоска по Одессе рассея-
лась, когда я приобрел новых друзей – молодых, спортивных, амбициозных пар-
ней. Многие из них прошли армейскую службу и учебу – кто-то в училище, кто-то в институте, кто-то в школе. Многие, как и я, стремились к другой – самостоятель-
ной и независимой – жизни, чтобы реализовать свои мечтания, а не трудиться ради чьей-то мечты.
Однажды в бурных обсуждениях нашей жизни у нас родилась идея созда-
ния маленькой фирмы. Мы назвали ее тогда модным словом «кооператив», а для большей важности добавили «строительный». Основной услугой нашего строи-
тельного кооператива были ремонтные работы в бараках (современный аналог – общежитие, только бараки были одноэтажными, в редких случаях – двухэтажны-
ми постройками) и домах шахтеров, которых в Макеевке на то время было еще огромное количество.
Но я мечтал, отчаянно мечтал о том, что в будущем у меня все будет по-другому, что я смогу заставить людей поверить в Мечту, поверить в то, что в этом мире нет ничего невозможного.
А пока мне приходилось заниматься тем, что я умел. Работа плотника была ин-
тересной и даже прибыльной. Но она не могла открыть мне путь к моей главной Мечте и той жизни, к которой я стремился. Мне хотелось жить насыщенно, задей-
ствовать в спортивных шоу детей и восстановить мою «Олимпийскую деревню». К тому же и строительный кооператив не приносил достаточного дохода – у людей попросту не хватало денег на ремонты. Страна погрузилась в депрессию и апатию. Прошлое ушло, а для будущего в нашем государстве еще не созрела почва. Поэто-
му нужно было искать альтернативу ремонтам… И я ее нашел!
6
Шахта «Советская», объединение «Макеевуголь». Я захожу в кабинет к директо-
ру – Василию Ивановичу Ционенко. Он удивительный человек. Я таких больше не встречал. Василий Иванович заслуженно стал украинским рекордсменом умелого руководства шахтами и наверняка мог бы быть занесен в Книгу рекордов Гиннес-
са. Более 50 лет управляя различными шахтами, в свои 76 он по-прежнему занима-
ет должность директора шахты. Он оптимистичен и с легкостью «несет» как свою должность, так и свой возраст.
Увидев его вновь спустя годы, мне вспомнился тот волнительный момент, когда Василий Иванович на публике возле Дворца культуры объявил меня по-
бедителем в подтягивании и вручил стиральную машину, которая предназнача-
лась маме, – ради нее я тогда неистово тренировался. Дело в том, что Василий Иванович в прошлом был тяжелоатлетом, мастером спорта. Спортивный дух во-
одушевлял его на поддержку спортивных состязаний. Часто он сам выступал book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 82
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 82
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
83
инициатором проведения соревнований, как те, например, на которых мы и по-
знакомились.
Возмужав после армии, здесь, в его кабинете, я веду себя сейчас по-другому. Я уже не тот щуплый мальчишка, который пришел соревноваться за стиральную машину. Я пришел ради большей Мечты. У меня нет ни робости, ни сомнений. Мой голос стал тверже. Я рассказываю о проведении спортивных праздников, о детях, которые записались в спортивные секции, о планах на будущее, о том, что нуж-
ны помещение и тренажеры. Он внимательно меня слушает и лукаво улыбается. Я знаю, что мои идеи ему по душе, ведь мы – единомышленники, мы следуем од-
ним и тем же идеалам и целям. Поэтому мне, без сомнений, важно его мнение.
– Значит так, Тимофей, – говорит директор шахты. – Я тебя помню еще оборван-
цем, но с характером. Хорошо тогда показал себя. Маленький, худенький, а смог подтянуться больше всех и – главное – не хитрил. Я всегда уважал рвение. – Оста-
новившись на секунду и взглянув мне прямо в глаза, он продолжает: – Понимаешь, за мечтами должна быть реальная почва. Вот ты готов творить добрые дела без-
возмездно? А готов ли ты трудиться безвозмездно? – увидев блеск в моих глазах, он уверенно развивает свою мысль дальше: – Помещение под спортклуб я тебе дам. Но с одним условием. Нет, даже с двумя условиями: ты берешь своих ребят и работаешь у меня. Вы – парни спортивные, выносливые, мне такие нужны. Рабо-
тать будете на опасных, загазованных, затопленных участках, с риском для жизни, правда, и зарплата у вас будет выше, чем у других шахтеров. За это я дам вам по-
мещение. Но! Его нужно будет полностью отремонтировать. Собственно, это и есть второе условие. Потянешь? – с интересом спросил Василий Иванович.
– Конечно, я согласен! – без раздумий ответил я.
– Не дури, Тимофей, я сам не уверен, что из этого что-то толковое получится, – словно проверяя меня, парировал он.
– Посмотрите! Я докажу, на что способен! – чувствуя азарт соревнования, сме-
ло пообещал я.
Василий Иванович улыбнулся:
– Хорошо, доказывай. А для начала – подними штангу. Вон ту, что лежит в углу. Я быстрым шагом подхожу к штанге весом 50 кг и пытаюсь поднять ее одной рукой. Василий Иванович с улыбкой наблюдает за мной. А потом и сам подходит, забирает ее у меня и поднимает, словно перо. Я пытаюсь повторить его движе-
ние – получается с третьего раза. – Что ж, Тимофей, – задумчиво говорит Василий Иванович. – Когда отремон-
тируешь помещение – куплю вам спортивные тренажеры. Даю тебе полгода. Ну, будь здоров!
Мы попрощались, и я приступил к делу. Мы с ребятами пошли работать на его шахту – я сдержал обещание, потому что не привык разбрасываться словами. Не скрою, работа действительно была опасной. Но также не буду скрывать и того, что она приносила больше денег, чем строительный кооператив. К тому времени наш первый маленький бизнес начал постепенно терять позиции, и в конце кон-
цов конкуренты нас окончательно вытеснили, поскольку предложить разнообра-
зие тех услуг, которые предлагали они, мы не могли. К тому же работа на шахте была посменной, нам не всегда удавалось совмещать основную работу с дополни-
тельной. Поэтому мы честно признали, что наш строительный, точнее ремонтный, кооператив завершил свою историю.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 83
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 83
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
84
И тогда мы, освободившись от прежних обязательств, полностью посвяти-
ли себя «отработке» нашего помещения на шахте и с усердием взялись за его ремонт. А все свободное время мы полностью посвящали общению с детьми. Потому что именно они были нашей главной надеждой – мы рассчитывали, что им будет интересно участвовать в наших еще скромных на тот момент спор-
тивных мероприятиях. Мы понимали, что наши мероприятия должны быть бес-
платными. Что зарабатывать нужно на другом. И мы с друзьями приняли окон-
чательное решение: наши спортивные шоу станут для меня и моих друзей и целью, и возможностью проявления добра – это будет благотворительная де-
ятельность.
В таком важном деле, как благотворительность, цель всегда выходит на пер-
вый план, отодвигая средства, необходимые для ее достижения, на второй. Благо-
творительность – это не столько помощь, сколько возможность показать, заявить или закричать о проблеме, которую не слышат и не видят. И даже если твой труд во всем саду принес плоды только с одного дерева, это не значит, что ты старал-
ся зря. Это всего лишь возможность показать свою любовь всем деревьям, чтобы однажды и они полюбили тебя, вернули твою любовь щедрыми плодами. Благо-
творительность – это плоды любви всего сада. Но она всегда начинается именно с одного дерева.
1989 год стал знаменательным для нас. Потому что именно в этот год коман-
да моих друзей-спортсменов создала молодежную организацию. Тогда же поя-
вилось и первое ее детище – спортивное мероприятие «Здоровье поколений». Мы недолго раздумывали над названием, – интуитивно зная о силе слова, этим названием мы заявили о нашем стремлении к здоровью нации, которое заклады-
вается еще в детстве.
Наш первый спортивный праздник собрал около пяти сотен детей и их ро-
дителей со всей округи в местном Дворце культуры. Каким же было наше удив-
ление, когда приглашенные детишки на следующий день массово пошли запи-
сываться в наши спортивные секции! Моей радости не было предела – ведь это было огромным достижением! Я об этом так мечтал! Я верил, что наш труд при-
несет плоды. Первое дерево откликнулось на мою любовь! Мое, точнее наше, первое шоу было удачным! Нам удалось подарить детям радость, задействовав самых сильных спортсменов, танцоров, артистов цирка Донбасса, которые согла-
сились на общественных началах принять участие в пропаганде здорового обра-
за жизни. На сцене каждый из них демонстрировал свое искусство и делился сво-
ей историей. Я рассказывал о проблемах молодежи, о Байконуре, об испытаниях, которые мне пришлось преодолеть, о том, как появилась идея создать наш спор-
тивный клуб, о людях, которые его создавали, о своем детстве и о Мечте. О силе, которую она несет в себе.
Нашими гостями в основном были дети, а они, как никто другой, нуждаются во внимании и опеке. Их родителям приходилось туго, ведь в основном это были сы-
новья и дочери шахтеров, а шахтерам тогда не платили зарплаты, в некоторых се-
мьях порой даже кушать было нечего.
В конце выступления я еле сдержался, чтобы не прослезиться. Кажется, в то время я умел чувствовать как никогда. Будто бы боль всего мира отозвалась в моем сердце.
Василий Иванович после увиденного шоу приехал к нам – в помещение, кото-
рое сам выделил под спортивный клуб. Вместо старой развалюхи он увидел мно-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 84
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 84
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
85
гопрофильный спортзал, с боксерскими грушами, матами, теннисными столами, перекладинами, брусьями, штангами, гантелями и подаренными им новейшими тренажерами. Его сердце окончательно растаяло, и он сделал нам предложение, которое изменило мою жизнь.
7
Все-таки интересное это время – время перемен. В те годы можно было делать деньги даже из воздуха. Создавались различные финансовые пирамиды, с помо-
щью махинаций обворовывающие огромное количество людей. Многие ездили челноками в Польшу, Турцию или Китай, закупали там тоннами некачественный товар по дешевке и перепродавали его в несколько раз дороже уже на родине. Страна тогда поглощала и потребляла все, что ей давали.
Но я так вести дела не мог и не хотел – давало о себе знать мое воспитание. Честный капитализм пропагандировал честно заработанные деньги. О да, это же философия, даже больше чем философия. Это – американская мечта: чем больше ты трудишься, чем больше вкладываешь в развитие своего труда, тем эффектив-
нее результат. Хорошая философия, честная, по принципу «что посеешь, то и по-
жнешь». Поэтому я, не отвергая варианта создания своего бизнеса, хотел, чтобы все было честно и легально. И, уверяю вас, Бог действительно слышит наши мыс-
ли. Потому что он подарил мне возможность открыть и вести бизнес честно и ле-
гально.
Как обычно, моя бригада выполняла самую трудную работу там, где шах-
теры отказывались работать. На добычном участке сгорел электродвигатель, а это значило только одно: неделю ждать новый и не добывать уголь. Есте-
ственно, такие неполадки приводят к невыполнению плана, низкой зарплате, голоду в семьях.
Я решил уточнить, кто производит двигатели, посмотрев на надпись на нем. О Господи, благодарю тебя за гениальную мысль! Даже не мысль, а целый план: «А что если поехать и приобрести двигатель для шахты?» Я решил рискнуть. Все же лучше предпринять действия (пусть по личной инициативе) и потом за них нести ответственность, чем сидеть и просто ждать. Я взял с собой кусок угля для презента и уговорил соседа с машиной в выходной день поехать за 800 км от Макеевки.
К моему удивлению, стоимость двигателя была в три раза ниже, чем про-
давал шахте Техснаб «Макеевугля», чьим официальным подразделением она была. Мне удалось купить двигатель без очереди и за наличные. Когда сотруд-
ники завода увидели меня, с черными кругами вокруг глаз и углем в руке, они все оформление взяли на себя. Через час я приехал с коробкой конфет, бумаги были оформлены, и мы погрузили двигатель в прицеп легковой машины, чтобы довезти его на шахту.
Эта поездка заняла ровно сутки. На следующее утро я примчался в приемную директора с предложением купить у меня двигатель для участка добычи. Он был приятно удивлен, если не шокирован, что я так оперативно сработал и при этом просил более скромную цену, чем в Техснабе. По доброму совету Василия Ивано-
вича я зарегистрировал частное предприятие и начал заниматься техобеспечени-
ем легально, но в свободное от основной работы время.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 85
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 85
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
86
Затем последовали заказы и от других угледобывающих предприятий. Ва-
силий Иванович рекомендовал меня своим друзьям – директорам других шахт.
Так я, увеличивая цену двигателя в два раза, вместо принятых трех, а то и четырех раз, заработал свои первые «большие» деньги. Они и стали стартовым капиталом для больших побед, постепенно приближая меня к моей драгоцен-
ной Мечте. 8
Время шло. Жизнь менялась. Она преображалась. Вместе с ней преображался и я: постепенно становился на ноги, закалялся, взрослел. Дарованное мне Бо-
гом чутье на прибыльные дела направляло меня к успешным сделкам и биз-
несу. На том месте, где ребенком я продавал овощи, теперь у меня был киоск. Позднее я открыл еще два ларька и в Советском районе, недалеко от наше-
го дома. Сестры устроились на работу, некоторые учились, мы жили дружной большой семьей. С отцом я потихоньку налаживал отношения, помогал, чем мог… Да, я его простил.
Кстати, сейчас на том месте, где стояли мои ларьки, вырос большой рынок, но он принадлежит не мне. Впрочем, я никогда не мечтал о своем рынке. Каждый получает то, о чем мечтает.
Я был доволен тем, что у меня было. Обеспечение шахт двигателями, успешная торговля в ларьках, работа на шахте – все это в совокупности приносило хороший доход, ощутимо больший по сравнению с работой в мастерской и ремонтными услугами. Я был доволен, потому что занимался тем, что доставляло мне радость. А радость поддерживает желание продолжать начатое. А желание продолжать укрепляет стремление к развитию. Чтобы добиться успеха в любом занятии, нуж-
но делать то, что нравится, к чему зовет сердце.
На шахте я много работал. Работал в выходные, часто внеурочно. Накопив отгулы, я добавлял их к отпуску и ездил летом в подшефный шахте детский оздоровительный лагерь. Я был старшим вожатым. Да-да, именно вожатым. Тут нет ничего странного и экзотичного. Я люблю детей. Они живые и гибкие чело-
вечки, они легко обучаются новому, при этом сами – хорошие учителя. Я мно-
гому учился, общаясь с ними. И именно они вдохновляли меня на то, чтобы ор-
ганизовывать местные развлекательные шоу. Я прислушивался к их мнению, изучал их вкусы, ориентировался на их возраст и интересы. Ведь знать и чув-
ствовать аудиторию – это уже половина успеха. Опыт, приобретенный в лаге-
ре, я использовал в организации более масштабных мероприятий, которые по-
явились чуть позже.
Большой радостью для меня был наш спортивный клуб, к 1996 году став-
ший знаменитым в округе. Более трех тысяч молодых ребят состояли в моло-
дежной организации и постоянно занимались в нашем спортзале. И это проис-
ходило не на принудительной основе, не по «партийному заданию» школ. Это было их сознательное решение, они тренировались с высокой самоотдачей и ярым желанием.
Заниматься интересным делом и иметь цель в школьном возрасте крайне важ-
но не только для самих школьников, но и для страны в целом. Так растут здоровые дети, не поддаваясь пагубным искушениям и влиянию улицы.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 86
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 86
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
87
Тем временем моя жизнь постепенно налаживалась. Я пытался сделать все, чтобы исполнить свои детские мечты. Теперь у меня было две машины: одна – «де-
вятка», другая – иномарка. Хотя не все было так безоблачно, как хотелось бы. Бог постоянно испытывал меня на прочность.
В 1996–1998 годах деньги шахтерам платили с большими задержками. Как правило, задолженность достигала шести месяцев. Случалось так, что в сен-
тябре человек получал зарплату за март. Деньги выплачивали частями, суммы которых были мизерными – пять-десять долларов за неделю работы. А цены в стране росли. Нередко горняки приходили на работу голодные, без тормозков с едой. Шахтерские смены – жесткие, по восемь часов под землей без солнечно-
го света, при постоянной нехватке кислорода. Для такой изматывающей физи-
ческой работы нужны сильные, выносливые и смелые мужчины. И естественно, им следует правильно питаться. А в то время они не могли позволить себе даже скромного бутерброда с докторской колбасой, салом и яйцом. Вместо сытной, восстанавливающей и дающей силы полноценной еды, взрослые крепкие муж-
чины обедали дома жареной картошкой с чаем. А когда приходилось совсем туго и не хватало денег на чай, пили просто кипяток с малиновыми или вишне-
выми веточками. Многие падали в голодные обмороки, а это означало, что па-
дала и эффективность труда. Да и о каком труде могла идти речь? Голод ведь сводит людей с ума.
Я оценил эту ситуацию не с позиции «жалующегося», а с позиции «решающе-
го». И пришла идея организовывать с другими предприятиями бартерные обмены угля на продукты, чтобы потом выдавать их шахтерским семьям в счет зарплаты.
Я успешно договорился с агропромышленными предприятиями Кировоград-
ской, Одесской, Николаевской областей о взаимозачете продовольствия на уголь. Директора нашей шахты – Василия Ивановича Ционенко – несложно было угово-
рить отдать часть угля, который все равно грузили на склад: его добыча и продажи катастрофически падали, казалось, что страна в нем уже не нуждается. Этот уголь я менял на крупы, тушенку, овощи. Ведь питание было самым необходимым для людей в то время. В магазинах появились невиданные ранее деликатесы, а позво-
лить их себе могли лишь единицы.
Я тогда сравнивал капитализм с социализмом. Капитализм давал возможность каждому реализовать себя, свою мечту, добиться того, чего заслужил своим тру-
дом. А при социализме человек часто был лишен стремлений, поскольку жизнь была распланирована на десятилетия вперед. У советского человека социализм украл не только мечты и желание развиваться, но и саму индивидуальность. Де-
вушки Казахстана пользовались теми же духами, что и девушки Белоруссии. У всех женщин были на выбор голубые тени и морковного цвета помада. Мебель и ее расположение в квартире Тбилиси были идентичны мебели и ее расположению в квартире Саратова. Все одинаково одевались, одинаково отдыхали, все годами стояли в очереди на «запорожец» или «москвич».
Да, соглашусь, капитализм был жестоким, в нем выживали либо сильные и цепкие, либо бескомпромиссные и расчетливые. Но вместе с тем он давал возмож-
ность проявить себя и свои возможности. Перемены, произошедшие со страной, новые условия жизни мне нравились больше, чем прежние.
Мне самому приходилось ездить в спальнике КамАЗов с дальнобойщика-
ми – тогда-то я и познал радость длительных путешествий по стране. Мне был book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 87
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 87
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
88
знаком каждый участок трассы, каждое придорожное кафе. Я учился договари-
ваться с гаишниками, чтобы они нас быстро пропускали. Мне везло – как толь-
ко я говорил, что везу продукты шахтерам, они давали нам зеленый свет. Это и был мой капитализм.
Да, я умел зарабатывать деньги. Да, я умел договариваться с людьми, нахо-
дить выход из любых сложных ситуаций, урегулировать конфликты, убеждать и стоять на своем. Но это не приносило удовольствия. Мне хотелось приумно-
жать духовность – это гораздо ценнее и важнее денег. Мне хотелось объединять людей ради одной цели. Мне хотелось дарить им добро и позитивные эмоции на моих мероприятиях, чтобы они возвращались домой с улыбкой и в хорошем настроении. Именно к этому у меня лежала душа. 9
Социальные проекты – вот, что меня привлекало, вот, что открывало во мне вто-
рое дыхание. До сих пор помню всплеск эмоций и воодушевление после органи-
зованного мной и моей командой праздника в честь 40-летия детского оздоро-
вительного лагеря «Макеевугля». На его финансирование я выделил огромные деньги. Общими усилиями мы пошили костюмы, построили сцену, сделали кра-
сивые декорации. В результате получилось настоящее шоу с участием артистов, спортсменов, самих детей шахтеров. И те позитивные эмоции, которые я дарил другим людям, приносили мне ни с чем не сравнимое удовольствие.
Начиная с 1 декабря 1989 года я старался по мере своих возможностей соз-
давать и финансировать спортивные и развлекательные мероприятия. Но это никогда не было моим основным бизнесом. Это было всего лишь активной об-
щественной позицией, выражением того, что меня волнует и интересует. Я из-
учал глобальные проекты спортивной индустрии и шоу-бизнеса. Мне хотелось сделать нечто подобное и в Украине – возможно, даже лучше, чем за границей. Поэтому в 1999 году я принял решение создать компанию, которая могла бы во-
плотить в жизнь мои амбициозные идеи. Так появилась моя первая серьезная компания – ООО «Спорт-сервис».
Спортивная индустрия оказалась увлекательней, чем я предполагал. В ней были свои законы и правила. Мне хотелось раскрыть свои способности. Я стре-
мился стать хорошим организатором. Поэтому постоянно читал специальную зарубежную литературу, сравнивал то, как это делали на Западе, с тем, как раз-
вивался шоу-бизнес в Украине. Больше других меня впечатлила империя Марка МакКормака, который продвигал Олимпийские игры и зарабатывал на этом мил-
лионы. А потом я узнал и об империи Ги Лалиберте – создателя Cirque du Soleil – самого известного цирка в мире. Также Лалиберте создал целый ряд эффектных шоу – например «Мистерия», «О», «КА Экстрим», «Зуманити», «Алегрия», – каж-
дое из которых стоило сотни миллионов долларов. И тогда я понял, что любой успешный спортивный продукт – это бизнес, посему он тоже развивается по зако-
нам бизнеса. Например, чемпионат мира по футболу или Уимблдонский турнир, боксерские бои или бейсбольные и баскетбольные матчи. За этими солидны-
ми проектами стоят профессионально прописанные стратегии, крупные биз-
несмены и спортивные менеджеры экстра-класса. Поэтому эти чемпионаты и турниры получаются такими зрелищными, эффектными, завоевывают интерес book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 88
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 88
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
89
зрителей и становятся престижными. Их главной целью является активная про-
паганда здорового образа жизни, спорта, культа тела.
Малое дает начало большому. Поэтому я начал с локального уровня. Не-
большие, но яркие проекты имели успех, стимулируя мое желание продолжать. Уже тогда я находил время и возможность заниматься предложениями между-
народного уровня. Я видел, что мои проекты вызывают общественный интерес и внимание СМИ. В силу этого я становился публичным человеком. В Донецке меня уже узнавали на улицах те, кто интересовался спортом и общественными движениями. Моя команда зарабатывала деньги, создавая социально ориенти-
рованные спортивные проекты, после которых тысячи мальчишек и девчонок бежали записываться в спортивные секции.
Проекты «Спорт-сервиса» никогда не имели для меня статуса работы. Это было мое вдохновение, которое делало жизнь осмысленной. Творчество компании по-
буждало меня к большому размаху и высокому полету. С самого детства я ощущал потребность в бескорыстной заботе о ближнем, порой в ущерб себе и своим же-
ланиям. Во взрослой жизни такой альтруизм перерос в меценатство, в чем я видел и вижу свое высшее предназначение.
Однажды меня спросили о том, откуда «Спорт-сервис» имеет свой капитал. И когда я говорил, что все началось с маек и пищевых добавок, на меня смотрели как на сумасшедшего. Но на самом деле все происходило именно так.
В 1991 году я познакомился с замечательным человеком Владимиром Тур-
чинским, который многим больше известен как Динамит. Он работал тренером в самом престижном спортивном клубе Москвы – «Марке Аврелии», который на-
ходился в гостинице «Измайлово». Я приехал туда специально, чтобы с ним позна-
комиться. Помню, мы сидели в фитобаре, пили травяной чай, и я обсуждал воз-
можность его выступления на празднике, посвященном Дню шахтера. – А что за шоу? – спросил Владимир.
– Благотворительный праздник для детей шахтеров. Я пытаюсь приобщить их к спорту, ставлю в пример сильных спортсменов, – ответил я. – Не поверите, но мы флаеры пишем от руки и собираем при этом как минимум пять тысяч детей. Мно-
гие из них остаются бесплатно заниматься в нашем спортзале. Владимир задумался.
– Интересно, – сказал он после продолжительной паузы в разговоре, во время которой, наверное, сверялся со своими мыслями и прикидывал, что я собой пред-
ставляю на самом деле. – Давно я не встречал таких людей.
Когда я завел речь о гонораре, Владимир Турчинский наотрез отказался брать какие-то деньги. Наоборот, он предложил мне еще одно направление бизнеса.
Пообщавшись с Владимиром и все обдумав, я начал заниматься продажей спортивной одежды и пищевых добавок для спортсменов. Я покупал мелким оптом товары в Москве на тысячу долларов, а в Украине этот же товар продавал за две тысячи долларов. Причем мой товар был сертифицирован и на нем вырос-
ло целое поколение тех, кто не боялся экспериментировать со своим телом, не боялся физических нагрузок и хотел стать сильнее, чтобы защитить себя и свою будущую семью.
Так и создавался капитал – базис для моей фирмы и моих благотворительных мероприятий. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 89
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 89
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
90
10
Иногда мне кажется, что истинное богатство можно оценить, только пройдя через испытание бедностью, граничащей с нищетой. Возможно, я ошибаюсь. Возможно, родиться в богатой семье – уже есть подарок Божий. Да, я могу ошибаться. Но все же думаю, что все мои успехи в бизнесе – это вознаграждение за прошлую жизнь в нищете. И в то же время это некий аванс судьбы – не дав мне все возможности сразу, на каком-то этапе она подталкивала меня этим авансом к новым благород-
ным и нужным для нации свершениям.
Возможно такое? Думаю, вполне возможно, потому что неисповедимы пути Господни и помыслы Его. Бедность нашей семьи и испытания, выпавшие на мою долю, дали мне толчок к стремительному росту и были для меня, как говорила моя мама, настоящим БЛАГОМ.
Мое первое предприятие поставляло шахтам Донбасса не только электро-
двигатели, но и различные пускатели, транспортерные ленты, конвейеры, ком-
байны. Благодаря рекомендациям список обслуживаемых шахт разрастался, бизнес развивался. Мое финансовое положение укреплялось. Я легко мог по-
зволить себе любую иномарку. И наконец наступил день, когда я купил свою первую роскошную квартиру в центре Донецка. Так осуществилась моя детская мечта. Я стал сильным и успешным. Поднявшись еще на одну ступень, я чувство-
вал, что все ближе подхожу к своей главной Мечте – возможности целиком по-
святить себя служению Добру на благо других…
Когда я впервые переступил порог своей квартиры, мне хотелось расплакать-
ся. То же чувство я испытывал несколькими годами ранее, когда снял маленькую однокомнатную квартиру, с крошечной кухонькой и совместным санузлом. Ведь мне всегда хотелось жить отдельно, иметь личное пространство. Не скажу, что мне приятно одиночество, но в то время я жаждал его так, как странник в пустыне жаж-
дет воды. И наши оазисы в некоторых смыслах были похожими, с тем лишь разли-
чием, что странник видит воду, а я видел свою квартиру – место, в котором можно спрятаться от окружающего мира и немного помечтать.
Но в моем новом просторном доме не хватало ее – моей женщины – и детско-
го смеха. Я не был готов к женитьбе, мне казалось, что Бог сам подаст мне знак, ког-
да я встречу ту единственную, предначертанную мне судьбой. И позже я понял, что любовь – это чувство, которое невозможно перепутать ни с чем. Она неждан-
но приходит в твое сердце, и ты готов разделить со своей женщиной и горе, и ра-
дость – все, только бы вместе.
Но пока такого знака от судьбы я не видел. И потому тогда я просто наслаж-
дался одиночеством. Мне нравилось делать то, к чему лежала душа. Я помо-
гал детским домам, церквям и тяжелобольным. Детский оздоровительный ла-
герь «Макеевугля» я взял под свое шефство. Я заботился о том, чтобы там всегда было хорошее питание, интересная развлекательная программа и удобные комнаты. Я поменял старые, продавленные советские кровати на новые, дере-
вянные. Установил спортивный комплекс на улице. Мне хотелось, чтобы дети шахтеров могли оздоровиться и отдохнуть, ведь мое тяжелое детство нависало надо мной, словно тень. Я помнил о своих корнях, потому что забыть свое происхождение – значит от-
казаться от поддержки родины и той энергии, которой она питает каждого свое-
го сына и дочь.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 90
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 90
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
91
Ежегодно я набирал группу молодых ребят и ездил с ними ремонтировать ла-
герь. Этот труд был мне необходим, потому что он вырабатывал во мне смирение и укрощал гордыню. Ух, а с гордыней у меня все в порядке – у меня ее хоть отбавляй! Но я знаю точно: горделивый человек никогда ничего не достигнет. Гордыня подло награждает человека уверенностью в несуществующих у него способностях. Она уводит его в сторону самолюбования, чувства превосходства над другими и зави-
сти. Гордыня и сотрудничество с людьми, в частности с детьми, несовместимы по определению. Они противопоказаны друг другу. Иисус Христос учил, что тот, кто возвышался над другими, унизится, а тот, кто был мал, возвысится.
Я помогал не только слабым, но и сильным. Ведь спорт в Украине был тогда не-
востребованным, и я финансировал спортсменов силовых видов спорта, едино-
борств, гимнастики. Одна гимнастка мне сразу понравилась: ее грация, внутрен-
няя сила и безупречное выполнение самых сложных акробатических элементов. Было в ней что-то завораживающее, что-то, что не давало мне покоя, когда я смо-
трел ее выступления по телевизору. И особенно меня поразили ее глаза в слезах во время награждения на Олимпиаде 1996 года. Я просматривал эти кадры по мно-
го раз и радовался, что она моя землячка. Запись выступления дал мне журналист из облспортуправления, так как прямую трансляцию я пропустил и даже не знал, что спортсменка с Донбасса. И мне захотелось сделать какой-то проект специаль-
но для нее. Но у этой гимнастки был очень крутой, шахтерский характер. Она от-
В шахте с Владимиром Турчинским
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 91
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 91
03.12.2011 15:25:27
03.12.2011 15:25:27
92
вергала ухаживания, поэтому возможность покорить ее сердце казалась мне не-
выполнимой задачей. И я решил действовать иначе… На все нужно время. И мне пришлось заняться другими делами. 11
Лучший путь к сердцу ребенка – доверие, готовность и умение слушать и по-
могать. Я проработал вожатым в подшефном лагере четыре года. В течение этого времени не раз становился свидетелем личных драм, происходящих в жизни маленьких людей. Чья-то душа исстрадалась от безответной любви, чье-то сердце болело от равнодушия родителей, а чье-то тосковало за лю-
бящей семьей. Я волей-неволей был для них психологом, выслушивая каждо-
го, давая совет, отвлекая от дурных мыслей и показывая позитивную сторону жизни. Часто я рассказывал о своем детстве. О том, что в нашей семье не хва-
тало денег даже на постельное белье и нам приходилось спать на штопанных-
перештопанных простынях. Да и спали мы кто на кресле, кто на полу, а шесть сестер – на двух спаренных кроватях, поворачиваясь ночью по команде мамы. И еда была скудной, и крыша протекала, а зимой – проснешься утром, а в ве-
дре вода заледенела…
Дети слушали меня и не верили.
– Как так? Что, и телевизора у вас не было? – с широко раскрытыми глазами не-
доумевал какой-то паренек.
– Не было, да и некогда мне было телевизор смотреть. Я работал с детства, – спокойно говорю я.
– Но дети не должны работать! – подключается к разговору одна славная де-
вочка.
Я улыбаюсь:
– Вот потому я и работал, чтобы дети в моей семье никогда больше не ра-
ботали.
Малыши меня не поняли, а те, кто постарше, опустили глаза. Мне удавалось достучаться до их маленьких, но уже многое понимающих сердец.
И дети, и их родители, хорошо знавшие меня, часто обращались ко мне за со-
ветом, делились переживаниями и проблемами. Я всегда пытался помочь им най-
ти выход, стараясь уходить от прямого совета. Мне хотелось в разговоре вывести ребенка на его собственное видение проблемы, чтобы он сам нашел правильное решение. В обсуждении ситуации открывается ее понимание. В моем лагере была строгая дисциплина – даже самые отъявленные хулиганы проникались идеей до-
бра и воздерживались от курения и сквернословия. Особенно детей сближали различные мероприятия, к которым они готовились так, как театральные актеры готовятся к первой в их жизни премьере.
Наш лагерь выигрывал межлагерные конкурсы массового танца, вожатско-
го мастерства, КВН. Мы показали, что, независимо от материальной базы лагеря, можно создать лучший коллектив вожатых. Так я получил звание лучшего старше-
го вожатого Украины. Кроме того, за период работы меня признавали лучшим во-
жатым Святогорья и Донецкой области.
Однажды, когда в макеевском Театре юного зрителя с минуты на минуту должен был начаться праздник, организованный нашей командой в честь Дня book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 92
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 92
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
93
молодежи, я от волнения решил выйти на улицу – я всегда волнуюсь перед каж-
дым своим мероприятием так, словно оно первое и последнее в моей жизни. На улице – прекрасная погода. Стою, привожу мысли и нервы в порядок. И тут я увидел молодого человека, который уверенно направлялся ко мне. Он отвел меня в сторону, представился Виталием Хомутынником, сказал, что занимается бизнесом, и попросил разрешения выступить перед молодежью. Я согласился.
Виталий выступил хорошо: говорил искренне, доступным языком излагая свои мысли о будущем Украины. Он поразил меня своей уверенностью и краси-
вым спичем. Завершив речь, Хомутынник предложил мне встретиться и обсудить возможность нашего сотрудничества.
На следующий день я пришел к нему в офис, и он посвятил меня в свои планы: – Я собираюсь стать народным депутатом. Будешь в моей команде? – безо вся-
ких околичностей предложил он.
– Хм… Самый молодой народный депутат в Украине? – усомнился я. – Сме-
лость, конечно, города берет, но здесь нужна поддержка руководства города, об-
ласти. Она у тебя есть?
– Нет, но будем договариваться, – он сказал это с такой уверенностью, с какой, наверное, молодые неизвестные писатели говорят о своей гениальности и в итоге получают всемирное признание. Пример подобной благой уверенности в себе – слава Марка Твена. – Что ж, Виталий, – подытожил я. – Ты – молодой, амбициозный, Лев по горо-
скопу, как и я. Мне нравится твоя дерзость и нахрапистость. Давай попробуем. Ду-
маю, мы можем победить. И я готов применить все свои связи и таланты для твое-
го продвижения.
– Я в долгу не останусь, обещаю. Заплачу как положено.
– Деньги – это просто деньги, – отвечаю я. – Мне нравится сам проект и работа!
Изучив конкурентов – бывших партократов, «красных директоров» и про-
чих кандидатов, я понял, какую стратегию нужно выбрать. Инновационных идей в голове родилось множество. И я сам увлекся новой темой и новым проектом. Меня интересовал результат, ведь я дал обещание – слово Тимофея Нагорного. Я работал не ради денег, а ради победы. Когда во мне загорается огонь и я пред-
чувствую победу, то есть вижу ее, я все мысли, все силы отдаю на то, чтобы под-
держивать огонь пылающим, пока победа еще не стала реальностью. Я собрал всех наших спортсменов для агитации и пиар-акций. Нашими из-
бирателями были ветераны, инвалиды, пенсионеры, молодые люди, а значит, нам нужно было ориентировать предвыборную программу именно на них. Из-
брание самого молодого народного депутата в истории Украины было для меня больше чем мечтой. Это был мой очередной экзамен, испытание моих талантов и умелого стратегического планирования.
У нас получилось.
Мы победили.
И я рад, что Виталий Хомутынник стал народным депутатом уже второго созы-
ва, добился влиятельности и успеха.
«Это должно быть? Да, это должно быть!» Кажется, песня с подобными слова-
ми была у Бетховена…
Я всегда шел вверх, делая невозможное, достигая нереального. Идти вверх, стремится ввысь, создавая добро, – это и есть мой жизненный путь. Помню мамины book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 93
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 93
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
слова: «То, что сейчас кажется провалом, завтра будет Благом». Уметь идти по жизни и видеть во всем Благо – это бесценное наследие, которое мама оставила мне.
Я всегда чувствовал тесную духовную связь с мамой и все это время верил, что иду по верному пути. Но иногда в душе возникали сомнения. Мне казалось, что нужно изменить образ жизни, что люди с каким-то недоверием относятся ко мне – человеку, любящему детей, но не создавшему своей семьи. Поэтому я решил во что бы то ни стало жениться на девушке своей мечты. А мечты у меня всегда ме-
нялись с возрастом. И я встретил Ее... Ту самую, которая, наверное, никогда не уй-
дет из моего сердца. Ту самую, лицо которой я никогда не смогу забыть. Ту самую, которую я буду помнить хотя бы потому, что она никогда не спросит: будешь ли ты меня помнить? Ведь ближе и роднее человека, чем она, я, наверное, никогда уже не встречу. Она стала моим учителем, образцом для подражания, моим идеа-
лом. Это была настоящая Любовь. Когда невозможно надышаться человеком. Ког-
да в груди все замирает... Это была Лилия.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 94
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 94
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
95
ДМИТРИЙ ХАЛАДЖИ
Человек мудрый силен,
и человек разумный
укрепляет силу свою.
Пр. 24:5
1
Один из первых проектов, которые я реализовал в шоу-бизнесе, назывался «Са-
мый сильный в Донбассе». По разным городам Донецкой и Луганской областей мы выбирали спортсменов силовых видов спорта и единоборств, и в День шахте-
ра они боролись за титул самого сильного. Ко мне обращалось много атлетов, же-
лавших принять участие в этом турнире. За самыми титулованными мастерами я охотился сам. Уговаривал, находил аргументы и добивался их участия. Идея мое-
го шоу-проекта состояла в том, чтобы силовики посостязались в честной борьбе и чтобы это было зрелищно, разнопланово и интересно зрителям. Поэтому в шоу участвовали не только представители тяжелой атлетики и пауэрлифтинга, боди-
билдинга и армрестлинга, но и спортсмены из таких видов, как американский фут-
бол, сумо и даже легкоатлеты. Чем масштабнее проект, тем больше в нем моментов, требующих внимания. В профессиональном шоу-бизнесе мелочей не бывает. Работы было много. От бес-
конечных переговоров, согласований и телефонных звонков просто раскалыва-
лась голова. В разгар подготовки шоу, когда я спал всего по пару часов в сутки, ко мне об-
ратились мои друзья Евгений Гольдберг и Виталий Хомутынник, пригласив посмо-
треть на очередного спортсмена-силовика. Я был очень занят и не горел желани-
ем встречаться, но доводы друзей были вескими. Они уверяли, что парень просто уникален.
Приехал на встречу… Выглядел молодой человек – потенциальный участник моего шоу – так, как мог бы выглядеть мифический молодой Геракл: хоть в ту же секунду бери и скульптуру ваяй. А то, что у парня, родившегося в городе Комсо-
мольское, была еще и греческая фамилия Халаджи, лишь усиливало впечатление. Скромный и добрый взгляд Дмитрия поразил меня даже больше, чем его внуши-
тельные габариты и стальное рукопожатие. Так я и познакомился с героем этой главы. С человеком, который в четы-
рехлетнем возрасте получил сильнейшие ожоги, перевернув на себя чан с ки-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 95
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 95
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
96
пятком: ожог поразил 37% кожных покровов тела, вследствие чего Дмитрий пережил семь сложнейших операций и двенадцать переливаний крови. С че-
ловеком, который в семь лет заново учился ходить, настолько были атрофиро-
ваны мышцы после болезни. С человеком, которому после случившейся с ним трагедии врачи категорически запретили любые физические нагрузки. И кто бы мог подумать, что этот слабый здоровьем мальчишка сможет не только зани-
маться спортом, но и стать всемирно известным силачом. Силачом, которому удастся побить самый древний рекорд планеты, установленный легендарным греком Бибоном еще в VI веке до н. э. – более двух тысяч лет назад. Силачом, в котором гармонично соединились культ силы и культ духа.
2
Я – человек очень эмоциональный. Даже если это не всегда проявляется внешне, в душе у меня порой начинает все бурлить от встреч с новыми людьми, от ситуа-
ций, в которые я попадаю. Причем я говорю о ситуациях, которые большинству могут показаться весьма обычными. Мол, ну подумаешь, новое лицо на жизнен-
ном пути – не более. Я же считаю, что ни одна встреча с кем-то или с чем-то в жиз-
ни не бывает случайной. Все, что происходит с нами, уже давно кто-то заплани-
ровал для нас. И этот кто-то – Он, Всепонимающий и Всепрощающий. А еще все новое в жизни всегда вызывает в моем сознании определенный ассоциативный ряд. И когда я сравнил Диму Халаджи с молодым Гераклом, то сделал это не для красного словца, а лишь потому, что именно такая ассоциация возникла у меня при нашем знакомстве. Яркие моменты в жизни, яркие ассоциации и эмоции не забываются. Поэтому я помню, как смотрел на молодого мощного парня, а в голове в течение буквально нескольких секунд всплыли целые пласты информации. Мне иногда кажется, что в такие моменты время для меня останавливается. Вполне возможно, что с первых секунд нашего с Дмитрием знакомства я интуитивно почувствовал, что наши судь-
бы переплетутся. Что нам очень многое предстоит сделать вместе, через очень многое пройти.
Это действительно продолжалось всего лишь несколько секунд. Нет, я, ко-
нечно же, не вспомнил все мифы и легенды Древней Греции. Но ассоциация с Гераклом, очевидно, и вызвала воспоминание о том, что зарождение Олим-
пийских игр древнегреческие историки, философы и поэты связывают имен-
но с этим мифическим героем – полубогом-получеловеком, сыном самого Зев-
са, свершившим бесчисленное количество невероятных подвигов. Я вспомнил, что, согласно легенде, Авгий приказал Гераклу за один день вычистить царские конюшни, которые не убирались целый год. Что Геракл изменил русла двух рек и направил их через конюшни, чтобы вода помогла ему сделать работу в срок. А когда Авгий отказался выполнить свое обещание и отдать Гераклу часть сво-
их лошадей, он убил и царя, и членов его семьи, а затем устроил в честь этого большие состязания, посвященные Зевсу. Эти состязания и положили начало Олимпийским играм. А еще я вспомнил, что победу на Олимпийских играх древние греки считали знаком доброго расположения богов к атлету и к городу, откуда он был родом. Что олимпиоников – победителей Игр – венчали в храме Зевса оливковой ветвью, сре-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 96
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 96
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
97
занной золотым ножом в священной роще. О том, что в Элладе политический пре-
стиж города зависел от числа атлетов-победителей…
Я смотрел на Диму и видел в нем одного из таких героев древнего мира, одно-
го из олимпиоников.
Так действительно было. Я сейчас рассказываю об этом лишь для того, что-
бы подчеркнуть впечатление, которое произвел на меня Дмитрий при нашем знакомстве.
3
– Как тебя зовут? – спросил я после возникшей минутной паузы и происходив-
шего в это время взаимного сканирования взглядами.
– Дмитрий Халаджи, – застенчиво ответил атлет.
Продолжая вглядываться в глаза парня, я, подталкиваемый вызванными впе-
чатлениями, спросил:
– Грек, что ли?
– Да, по отцу, – Дмитрий, как мне показалось, почему-то стушевался, что аб-
солютно не вязалось с его внушительной фигурой, а затем, пожав плечами, доба-
вил: – Я из города Комсомольское, там много греков.
О Комсомольском я слышал. Там действительно с незапамятных времен живет много потомков эллинов.
– Это у вас соревнования по борьбе проходят за барана?
– Да. И я их не раз выигрывал, – спокойно ответил Дмитрий, словно речь шла не о победах в турнирах по борьбе, а о чем-то совершенно незначительном.
– Здорово! – сказал я. – Давно хотел побывать на этом действе.
– А вы приезжайте в конце лета. Приглашаю, – добродушно улыбнулся Дмитрий.
Наверное, только по-настоящему отзывчивые и открытые люди способны так искренне улыбаться. Еще в детстве я понял, что улыбка очень многое говорит о че-
ловеке. Я помню улыбки соседей, судачащих о нашей многодетной набожной се-
мье. Некоторые из них искренне нам сочувствовали, но были и такие, которые при встрече широко улыбались детям Нагорных, но в то же время запрещали собствен-
ным отпрыскам общаться с нами. Я помню улыбочки отдельных учителей в школе, вызывавших меня к доске. Они это делали вроде бы и в порядке очередности, со-
гласно отметкам в классном журнале, но я читал в глазах этих педагогов непонят-
ное моему неокрепшему сознанию злорадство. И я не только молча терпел это, но и… Мне тогда доставляло особое удовольствие выйти к доске, отчеканить вы-
ученный урок и увидеть, как гаснут ехидные ухмылочки на лицах одноклассников, вторивших своим родителям и некоторым учителям в том, что ничего путного из меня получиться не может. Более того, могу сказать, что тогда я научился каким-то образом предугадывать, что именно завтра меня вызовут отвечать, и тщательно готовился к уроку. Еще в детстве я начал учиться считывать информацию в глазах людей, в их мимике, жестах. Это умение в дальнейшем я постоянно совершенство-
вал, и оно очень помогало мне в жизни. В юности я прошел серьезное испытание улицей, со всей ее жестокостью, подлостью, грязью и предательством. В армии за улыбками офицеров, пра-
порщиков и старослужащих я научился видеть их истинные мысли. Я научился book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 97
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 97
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
98
чувствовать подвох даже там, где люди всячески демонстрировали мне пол-
ную его невозможность. И почти всегда в таких ситуациях я оказывался прав. Это позволяло мне быть готовым к провокациям и осложнениям: предупре-
жден – значит, вооружен. В дальнейшем искусство физиогномики и основы биоэнергетики я постигал не по мудреным текстам из учебников, а на прак-
тике, когда делал первые шаги в бизнесе. Негативную энергетику, исходящую от кого-то, я чувствую буквально физически. Но, научившись читать и преду-
гадывать по лицам людей тайные и не самые добрые помыслы в отношении меня, я также научился чувствовать и искренность людей. По-настоящему от-
зывчивые, добрые люди буквально с первых секунд знакомства притягивают меня к себе. От них теплыми волнами расходится светлая энергия, которую я, к сожалению, научился распознавать гораздо позже, чем негативную. Да оно и понятно – очень уж нелегкую школу мне пришлось пройти, прежде чем я по-
настоящему утвердился в мысли, что миром правит Любовь и именно она са-
мая мощная Сила. Слишком редко в детстве и юности мне приходилось ожи-
дать от других людей добра, за исключением моей мамы и семьи. Поэтому моя, тогда еще не столь развитая, интуиция была настроена прежде всего на распознание негативных проявлений человеческой природы. И когда я, сам того не ожидая, вдруг чувствовал по отношению к себе искреннее внимание и доброе расположение, это становилось для меня откровением. Такие люди, как, например, женщина, приютившая меня во время побега к морю в детстве, навсегда остались в моей памяти.
Моя детская мечта стать сильным с опытом привела меня к осознанию того, что по-настоящему сильный человек – это не просто тот, кто может постоять за себя. Сильный человек – тот, кто всегда придет на помощь более слабому. Силь-
ный человек всегда чувствует, что кто-то нуждается в его помощи. Сильный чело-
век – это всегда добрый человек. И нет иных признаков превосходства, кроме доброты. Такой человек всегда все делает искренне. Он не способен на подлости. Он никогда не ударит исподтишка. А если и вызовет кого-то на поединок, то сде-
лает это открыто. Так, как в свое время это делал князь Святослав, посылавший противнику гонца с известием: «Иду на Вы!» Улыбка и глаза таких людей никогда не таят подвоха. За их улыбкой всегда читается внутренний стержень, выкован-
ный превратностями судьбы. И именно такой искренней, доброй улыбкой улыбал-
ся мне Дмитрий Халаджи, когда приглашал в Комсомольское посмотреть традици-
онные соревнования по борьбе за барана. – Посмотрим, как у меня сложится со временем, – ответил я на приглашение Димы – не потому, что хотел продемонстрировать свою значительность, а потому, что действительно часто даже не предполагаю, в какую точку Земли меня может неожиданно забросить работа и Судьба.
Изрядная доля скепсиса в моем отношении к этому парню все-таки присут-
ствовала. Я сам много лет отдал спорту и знал ребят, выглядевших гораздо внуши-
тельнее Димы. Ведь в моем шоу-проекте «Самый сильный в Донбассе» хилым лю-
дям делать было нечего.
– Ладно, показывай свои, как мне друзья сказали, уникальные способности. Я не очень представлял, чем меня может удивить этот пусть и не слабый, но скромный и добродушный человек. То, что произошло дальше, превзошло все мои самые смелые ожидания.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 98
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 98
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 99
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 99
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
100
Вместо штанг и гирь Дмитрий использовал цепи, ломы, арматуру, камни. В общем, сказать, что он произвел на меня сильное впечатление, – это ничего не сказать. Дима жонглировал тяжелыми предметами, разбивал их, гнул арма-
туру и ломы, рвал цепи. Все это он делал с легкостью и удовольствием. Когда си-
лач лег на гвозди и помощники стали разбивать на его груди природный камень весом более ста килограммов, я заметил ожоги на его спине и руках.
Закончив демонстрацию, Дмитрий поднялся с помоста с гвоздями и подо-
шел ко мне.
– Это замечательно! Невероятно! – не скрывал я своего восторга. – А где об-
горел?
– В детстве еще, – вытирая пот, ответил Дима.
– Ну и как, старые раны дают о себе знать? – сочувственно спросил я.
– Напоминают о прошлом, – отвернувшись в сторону, ответил силач. Чувство-
валось, что ему не хочется развивать эту тему. – Напоминают о прошлом и о том, что нужно верить в себя, несмотря на диагнозы и прогнозы врачей. Мы помолчали. Не знаю, о чем в это время думал Дмитрий, а я думал о том, как порой причудливо переплетаются пути людей. О том, что судьбы у всех раз-
ные, конечно, но бывает так, что судьба одного человека очень похожа на судьбу другого. И еще я думал о том, что Господь посылает испытания людям не для того, чтобы покарать их, а с тем, чтобы еще сильнее укрепить их волю и дух. Непости-
жимы помыслы Его, но я верю, что, посылая нам испытания, Господь всегда сле-
дит за испытуемым и никогда не оставит его…
Тогда я еще не знал всей истории Димы Халаджи. Но увидев следы ожогов на его теле и явное нежелание откровенничать на эту тему, я сразу интуитивно почувство-
вал в этом сильном молодом парне мощный духовный стержень. Я вспомнил, через что мне самому пришлось пройти в армии. Я вспомнил физические и душевные стра-
дания, которые пережил после автокатастрофы и после смерти мамы. Я вспомнил о том, что выдержать все это, не впасть в депрессию и не озлобиться на жизнь мне по-
могла случайно попавшаяся тогда в руки книга «Разорванный круг» Валентина Ива-
новича Дикуля – человека с потрясающей волей и жаждой жизни. Я уже читал и перечитывал эту книгу в детстве. Даже больше, мечтая стать сильным, помогать своей семье и другим людям, я, маленький мальчик Тима, за-
сыпал с «Разорванным кругом» под подушкой, сумев тогда еще неокрепшим со-
знанием почувствовать в авторе личность, на которую следует равняться, вос-
принимая этого мужественного человека как незримого друга и наставника. Уже точно не вспомню, кто дал мне эту книгу в армейской медчасти, где я лежал после автомобильной аварии с тяжелыми травмами, в гипсе и бинтах. То ли лечащий врач, то ли кто-то из сослуживцев… Но, получив возможность сно-
ва соприкоснуться с «Разорванным кругом» Валентина Дикуля, я уже никогда не расставался с этим поистине потрясающим учебником жизни, ставшим для меня откровением и источником, из которого я всегда черпаю силы в тяжелые минуты. Я перечитывал эту книгу в армии много раз, как только выпадала сво-
бодная минута. И буквально в каждой строке всегда находил для себя что-то но-
вое, сокровенное. А после смерти мамы я поставил себе цель: когда-нибудь не только побывать на цирковых представлениях Дикуля, но и обязательно позна-
комиться, сблизиться с ним. Задать ему уйму мучавших меня в армейской моло-
дости вопросов о превратностях человеческой судьбы. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 100
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 100
03.12.2011 15:25:28
03.12.2011 15:25:28
101
Господь всегда предоставляет нам шанс исполнить наши сокровенные жела-
ния. Пришло время – и я действительно не только познакомился с автором «Разо-
рванного круга», но и подружился с ним. А в дальнейшем получил возможность посильно помогать Валентину Ивановичу в его благих деяниях. – Дмитрий, у меня есть один хороший друг, – сказал я, чувствуя, что пауза в раз-
говоре затянулась. – Он – академик и самый сильный человек планеты. Его имя Ва-
лентин Дикуль. Он покорил меня силой воли и желанием выступать на сцене цир-
ка, несмотря на то, что был семь лет прикован к кровати – после того как разбился, упав с тринадцатиметровой высоты.
– Я читал о нем и давно мечтаю познакомиться, – ответил Дима. – В детстве я тоже не ходил три года. Валентин Иванович был для меня одним из примеров для подражания.
– Тогда как-нибудь я тебя обязательно с ним познакомлю. Он удивительно до-
брый, человеколюбивый и многому меня научил. Научил, как помогать тяжело-
больным и обреченным людям.
– Спасибо, – сказал Дмитрий, и его добрые глаза блеснули радостью.
Помня о том, что впереди у меня большой проект, я спросил:
– А слабо тебе поучаствовать в соревнованиях со спортсменами?
– Почему слабо? – удивился Дима. – Не слабо, конечно. Просто ребята эти ча-
сто принимают вспомогательные препараты, а мне они категорически противопо-
казаны. Да я не стал бы их принимать и по личным убеждениям. Но попробовать посоревноваться можно. Я не боюсь экспериментов. И потом, есть упражнения, в которых стероиды не помогут.
– Какие?
– Ну, например, упражнение, популярное еще в древние времена: удержание веса в разведенных руках. Его использовали как тест на абсолютную силу. Дельто-
видные мышцы практически невозможно накачать анаболиками.
– Что ж, тогда готовься на День шахтера выступать. Жду на соревнованиях.
Я уехал в приподнятом настроении. Поблагодарил друзей за то, что познако-
мили нас, и предложил им поучаствовать в продвижении этого уникального дон-
басского богатыря с греческой фамилией, поскольку уже тогда смог разглядеть в нем потрясающий потенциал и считал, что о Дмитрии Халаджи должны узнать не только в нашем регионе, но и во всем мире.
4
Турнир «Самый сильный в Донбассе» готовился очень тщательно и на высоком уровне. Во-первых, я максималист по жизни и если принимаю какое-либо решение, то сначала всесторонне обдумываю и взвешиваю реальные возможности, а за-
тем делаю все с предельными усилиями. И если привлекаю людей к реализа-
ции своих идей и проектов, то ожидаю от них такой же отдачи. Я приверженец того, что людям нужно давать «удочку» для «рыбалки», а не подавать готовую «рыбу» к столу. С детства я сам привык ЗАРАБАТЫВАТЬ деньги, а не получать их в виде подарков и призов в лотереях. Того же я ожидаю ото всех, кого задей-
ствую в своих проектах. И еще я привык доверять людям, которых приглашаю в команду. Да, естественно, без контроля не обойтись. Более того, реализацию book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 101
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 101
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
102
наиболее важных элементов проекта я всегда беру на себя. Но точно так же не обойтись и без взаимного доверия между всеми игроками команды. И имен-
но понимание людей, умение подобрать их и расставить на наиболее подходя-
щие для них направления, позволяя наилучшим образом раскрыть потенциал, равно как и заложенные в меня природой лидерские качества, позволяют мне браться за осуществление действительно масштабных, сложнопостановочных, высокотехнологичных проектов с большим числом участников, что в дальней-
шем выливается в яркие, интересные зрителям, незабываемые шоу. Моя макси-
мальная самоотдача, равно как и самоотдача коллег и партнеров, – вот одна из главных составляющих успеха моих проектов. Во-вторых, руководство Киева после продолжительного этапа согласований и утверждений впервые дало нам разрешение провести такое шоу на главной пло-
щади столицы Украины. Плотно соприкоснувшись с бюрократической машиной киевской мэрии, которую в то время возглавлял Александр Омельченко, и изряд-
но потолкавшись по всем инстанциям, где пришлось получать разрешающие под-
писи и печати, – в пожарной службе, экологической, милиции и других, я отдавал себе отчет: это шоу должно пройти на самом высоком уровне, иначе я просто пе-
рестану себя уважать. Это как раз тот случай, когда «взялся за гуж, не говори, что не дюж». Я прекрасно понимал, что должен провести турнир силачей так, чтобы о нем еще долго говорили и журналисты, и самые обычные люди. Поэтому для более масштабной реализации проекта «Самый сильный в Донбассе» я сумел привлечь генерального спонсора в лице мобильного оператора. Также я обра-
тился за помощью к Владимиру Турчинскому, и мой большой и верный друг сра-
зу согласился в очередной раз меня поддержать в качестве ведущего и главно-
го консультанта. Он таких турниров провел уже сотни, сам участвовал в самом престижном мировом шоу силачей – «Бои гладиаторов», поэтому я знал: уча-
стие Владимира придаст нашему шоу дополнительный лоск и зрелищность.
Время летело быстро. Процесс подготовки мероприятия требовал моего по-
стоянного внимания. Не было и речи о том, чтобы снять руку с пульса событий и позволить себе отдых хоть на несколько часов. И вот наконец наступил долго-
жданный день проведения турнира… Майдан Независимости был переполнен. Народу такие богатырские заба-
вы очень нравятся. Приятно смотреть на больших парней, вес которых превы-
шает 120 кг. А тут еще и элементы театрализации, специальные приемы акти-
визации зрителей, вовлекающие их в интересную игру, грамотная режиссура, продуманное музыкальное сопровождение, в нужное время подчеркивающее самые драматические моменты соревнований… На осуществление этого гран-
диозного шоу потрачено много сил и энергии. Но в итоге все прошло так, как я изначально и задумывал.
Мне было очень интересно, как выступит Дмитрий Халаджи, и, если честно, я переживал за него. И он меня не разочаровал. Дмитрий составил достойную кон-
куренцию самым сильным спортсменам страны и в некоторых упражнениях был на голову выше титулованных силачей. По сумме баллов он выиграл, с чем я его искренне поздравил.
После победы и церемонии награждения Дмитрий сразу стал объектом повы-
шенного внимания со стороны журналистов. Он вежливо отвечал на самые раз-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 102
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 102
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
103
ные вопросы о своей жизни, о секретах успеха. Мягко улыбался в ответ на пусть и немногочисленные, но порой крайне некорректные вопросы желтой прессы. Зная об излишней скромности Дмитрия, его искренности и открытости, а так-
же имея уже достаточный и далеко не всегда позитивный опыт общения с жур-
налистами (вернее, с теми, кто себя к таковым причисляет, не являясь, по моему мнению, ими), мне пришлось несколько раз вмешаться в ход интервью Халаджи. Потому что, когда человек уже несколько раз ответил, что стероиды и анаболики не употребляет категорически, что это противоречит его убеждениям, а его про-
должают расспрашивать о том, например, насколько негативно такие препараты влияют на его, Дмитрия, мужскую силу, я не мог стоять в стороне. Я никогда не опускаюсь до хамства и грубости в ответ на откровенные провокации журнали-
стов, однако всегда могу дать вежливый, но вполне однозначный комментарий. Да и потом, никогда не любил дилетантов. И это касается не только журналистики, но и других сфер деятельности, будь то политика, экономика, бизнес или музыка, литература или спорт. Если уж человек называет себя профессионалом, он должен соответствовать этому званию. В противном случае ему нужно играть в «любитель-
ской лиге» до тех пор, пока он действительно не станет профи в своем деле. После многочисленных интервью, праздничного приема и ужина мы с Халад-
жи наконец-то остались вдвоем. Сидели, пили чай, и каждый из нас думал о сво-
ем, оценивая прожитый день, наполненный столькими событиями… Дима не вы-
глядел физически уставшим, но я чувствовал, что непривычное для него внимание со стороны публичных персон и журналистов его утомило. Поэтому я не торопил-
ся приступить к интересующему меня разговору о перспективах, давая Дмитрию возможность расслабиться.
Наконец я спросил:
– Дима, скажи, пожалуйста, о чем ты мечтаешь?
Силач ответил не сразу. Видимо, мой вопрос оторвал его от раздумий, и Дмитрию потребовалось некоторое время для того, чтобы вернуться к дей-
ствительности.
– Спорт меня мало интересует, – подумав, ответил он. – А вот о чем я действи-
тельно мечтаю, так это побить рекорды силачей прошлого. Когда я лежал в ожого-
вом центре, первая книга, которую я проглотил, едва научившись читать, называ-
лась «Былины». Вот представь: лежит маленький мальчик, не встающий на ноги, в больнице и узнает о русском богатыре Илье Муромце. Как тот на печи провел 30 лет и 3 года. Вот я себя и представлял на его месте и думал: настанет тот час, когда я встану и совершу такие же подвиги, как былинный богатырь. Только ждать этого 30 лет я не собирался… А когда мне было восемь, я увидел выступление богатыря Юрия Артемова, который демонстрировал потрясающую силу: рвал цепи, жонглировал гирями, гнул подковы. На меня это произвело такое впечатление, что я поставил себе цель: стать похожим на него. Знаешь, Тимофей, думаю, при правильной под-
готовке я многое смогу.
Неожиданно я действительно представил себя этим мальчиком в больнице. Сделать это мне было легко, потому что во мне все еще продолжает жить малень-
кий Тима, который взбирался на свою Грушу. Взбирался не для того, чтобы уйти от мытарств, а для того, чтобы собраться с мыслями и силами. На какое-то мгновение я просто перевоплотился в мальчика, прикованного к больничной кровати, а за-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 103
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 103
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
104
тем в мальчика, который, преодолевая немыслимую боль, учится ходить, потом начинает делать физические упражнения, постоянно увеличивая нагрузку на из-
раненное, изувеченное тело, отказывающееся выполнять команды сознания, в ко-
тором живет Великая Мечта. – И сколько рекордов планируешь побить?
– Двадцать-тридцать, как Бог даст. Забегая вперед, скажу, что на сегодня Дмитрий Халаджи установил более 40 ре-
кордов. Из них три международных, остальные входят в Книги рекордов Украины и России. На его счету больше десяти рекордов мира по гиревому спорту, титул чемпиона Украины по пауэрлифтингу.
– Знаешь, атлеты прошлого добивались феноменальных результатов без до-
пинга, – развивал свою мысль Дмитрий. – До сих пор трюки Заикина, Поддубного, Кащеева и других не повторил никто.
– А с какого рекорда ты хотел бы начать? – поинтересовался я. Причем поин-
тересовался абсолютно искренне, без какой-либо корыстной цели, поскольку был просто восхищен и очарован мечтой Дмитрия, теми грандиозными задачами, ко-
торые он ставил перед собой.
– Ну, есть один рекорд, – выдержав паузу, ответил Халаджи. – Был такой грек Бибон. Он одной рукой поднял камень весом 143 килограмма, который сейчас, кстати, находится в Музее Олимпийских игр в Лозанне. Рекорду этому уже больше двух тысяч лет. Бибона никто не превзошел. Даже и не пытались. – 143 кило… одной рукой?.. – хотя я уже знал о возможностях Димы, у меня за-
кралась тень сомнения. Я не хотел его обидеть, но все-таки спросил: – И ты дума-
ешь, у тебя получится?
– Я давно мечтаю об этом и верю, что смогу побить этот рекорд. И потом, я ведь тоже грек. Я уже размышлял над тем, как это сделать.
Я задумался, потому что понимал глобальность задач, которые необходимо решить, чтобы Дмитрий смог реализовать свою Мечту.
– Мне нужно посоветоваться с Валентином Дикулем, – наконец сказал я. – Ду-
маю, он подскажет, как правильно тренироваться для подготовки к штурму тако-
го рекорда. Он поднимал невероятные веса и устанавливал немыслимые рекорды силы. Я спрошу, когда ему будет удобно принять нас в Москве, и мы поедем к нему. Ну, если ты, конечно, готов к этому.
– К этому я давно готов, – спокойно парировал Дима. – Для меня очень важно пообщаться с ним – живой легендой и великим человеком.
5
Я сразу понял, о чем мечтает Дмитрий, поскольку давно увлекаюсь историей древ-
него мира, его мифами и легендами. Еще в Древнем Египте воины для определения физически сильнейшего ис-
пользовали каменные или железные балки. Это были одни из первых тяжело-
атлетических снарядов, прародители современной штанги. Древним грекам принадлежит первенство в изготовлении гантелей, применяемых для развития силы у молодых людей. Гантели весом 1,5–2 килограмма были сделаны из кам-
ня, железа, свинца. Кроме гантелей, в качестве спортивных снарядов эллины ис-
пользовали каменные гири и блоки. Действительно, самая крупная гиря, если book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 104
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 104
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
105
ее можно считать таковой в современном понимании, хранится ныне в Олим-
пийском музее. Она весит 143,5 кг. Ее размеры – 68х39х33 см. На камне сохра-
нилась надпись: «Я, Бибон, сын Фола, поднял над головой этот камень и швыр-
нул прочь». С тех пор никому не удалось побить этот рекорд. Все спортсмены, пытавшиеся это сделать, осиливали лишь 118 килограммов – и то в виде штан-
ги, но никак не камня.
6
Я несколько раз звонил Валентину Ивановичу Дикулю и просил выкроить время для встречи. Он не сильно верил в уникальные возможности Дмитрия Халаджи. К нему приезжали многие спортсмены, силачи, но особого впечатления на него не производили. Как-то для любителей пауэрлифтинга он побил мировой рекорд в book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 105
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 105
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
106
силовом троеборье. Этот рекорд активно обсуждали в СМИ и спортивных кругах. Некоторые журналисты даже снимали передачи о его невероятном достижении.
Так сложилось, что в это время в Москве в Лужниках как раз проходил тур-
нир «Самый сильный человек планеты». И я во время одного из наших телефон-
ных разговоров предложил Валентину Ивановичу поехать посмотреть на яркое богатырское зрелище, а заодно – познакомиться с Дмитрием Халаджи. Дикуль со-
гласился. Я тут же сообщил эту новость Диме, и мы начали готовиться к поездке. Обсуждали, как нам лучше построить разговор с Валентином Ивановичем. Дума-
ли над тем, какие из своих возможностей Диме нужно продемонстрировать в пер-
вую очередь… Готовясь к встрече с Дикулем, наверное, я волновался намного сильнее, чем Дима. Потому что уже взял на себя груз ответственности за судьбу этого парня. И дело было не только в том, что я поставил перед собой задачу помочь Диме ре-
ализовать его Мечту. Речь шла о более тонких материях, которыми пронизаны вза-
имоотношения людей, ставших друзьями.
Мы приехали в Москву рано утром. Причем надо признаться, что поездка была для нас весьма своеобразной. Неожиданно мне пришлось вспомнить о том, что Халаджи у нас «мальчик» очень не маленький, и понять, что спальные пол-
ки даже в вагонах СВ не рассчитаны на таких богатырей. Но Дмитрий, нимало не смутившись, сбросил матрац с постелью на пол и, улыбнувшись, сказал: «Я здесь посплю». А затем, увидев удивление на моем лице, добавил: «Не волнуйся, я уже привык к этому. Вот только проводники иногда неправильно это понимают», – и рассмеялся своим добродушным смехом. Я старался всегда приходить на встречи с Дикулем задолго до его появления в реабилитационном центре возле Останкино. Помимо выступлений в цирке, де-
монстрации феноменальных трюков и установления рекордов силы, Валентин Иванович посвятил свою жизнь лечению и реабилитации больных с травмами по-
звоночника и церебральным параличом. Его центры работают в нескольких стра-
нах мира. Он поднял на ноги тысячи людей, в лечении которых традиционная ме-
дицина была бессильна.
За час до появления Валентина Ивановича начали привозить тяжелобольных. В колясках завозили детей и взрослых. В их измученных лицах читалась радость ожидания встречи с удивительным человеком и надежда на то, что добрый док-
тор обязательно вылечит их и поможет встать на ноги.
…Мы ждали приезда руководителя реабилитационного центра уже больше часа. Время тянулось невероятно медленно – так, словно кто-то хотел, чтобы мы подольше пробыли в обществе этих обреченных людей и прониклись их страда-
ниями за чьи-то грехи. Пару раз я помог завезти больных детей в большую светлую комнату с огромным количеством тренажеров, которые изготовил сам Дикуль.
Я смотрел на тяжелобольных людей с печатью обреченности на лицах и ду-
мал: как легко порой представители рода человеческого проходят мимо чужого горя, стараясь не замечать его. Чего боятся люди в такие моменты? Сопричастно-
сти? Они боятся того, что, уделив несколько минут внимания сиротам, больным, нищим, убогим, разуверившимся и разочаровавшимся в жизни, могут позволить мыслям, непривычным для прагматичного сознания, погрузить их в глубины соб-
ственного «Я»? Того, что такие мысли могут нарушить привычный, размеренный уклад их бытия? book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 106
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 106
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
107
Очень жаль, что при этом люди, заботясь лишь о собственном спокойствии, от-
казываются видеть простые и понятные вещи: мгновение нашего искреннего вни-
мания и участия для нуждающихся значит гораздо больше той горсти медяков, ко-
торые мы машинально достаем из кармана и небрежно бросаем в протянутую руку пенсионерки, отдавшей все свои силы на служение мифическому долгу и сегодня вынужденной нищенствовать без средств к существованию. Чего люди добивают-
ся этим? Покупают таким образом право спокойно шествовать дальше? Пытают-
ся этой горстью медяков прикрыть, как броней, собственное сердце, в которое (не дай Бог!) может вонзиться заноза сопричастности и сочувствия? Но можно ли таки-
ми небрежными подачками откупиться от себя и своей совести? Я не большой лю-
битель крылатых высказываний, пословиц и поговорок, но оброненная однажды одним моим знакомым фраза: «В пустыне мысли могут быть только свои, поэтому многие и страшатся пустыни» – применительно к ситуации, в которой мы находи-
лись с Димой Халаджи, ожидая Дикуля в окружении тяжелобольных людей, стала для меня очевидной и понятной. Люди не должны бояться сопереживать. Люди не должны бояться собственных мыслей. Люди не должны никогда и никого лишать Веры и Надежды. Мы всегда, в любых ситуациях, должны оставаться людьми. По-
тому что не только снаружи, но и внутри мы – люди. Потому что, если даже внешне мы сильны, успешны, независимы, человеколюбивы и крепко стоим на ногах, сле-
дуя собственным целям, а внутри продолжаем испытывать низменные чувства – ненависть, страх, зависть, ревность, алчность и злобу, – то останемся на маскараде жизни животными, переодетыми в человека. Не людьми, а их подобиями. Машина-
ми без чувств и эмоций, сжигающими биологическое топливо на том отрезке пути к бессмертию наших душ, что отводится Богом между стартом и финишем нашего существования в физических оболочках. Наконец машина руководителя подъехала ко входу в реабилитационный центр. За рулем был сам Валентин Иванович. Он поздоровался со всеми, выслу-
шал доклад дежурного и поднялся на второй этаж в свой кабинет. Я успел сказать ему пару фраз и поблагодарить, что он нашел для нас время. Он улыбнулся и ска-
зал: «Первым делом – обход больных, затем – чаепитие с гостями из Украины». Все, кто сидел в очереди на прием, были не против нас пропустить, зная, что мы пер-
выми приехали в центр.
Минуты тянулись, я немного нервничал. Дима с невероятным спокойствием ходил по центру, рассматривал фотографии и читал какие-то стенгазеты. Я не вы-
держал и зашел в зал с тренажерами, где доктор делал обход вместе со своими по-
мощниками. Я понимал, что, пока Дикуль не уделит внимания каждому больному, говорить ни с кем он не будет. Но времени у нас было мало, поскольку до турнира оставалось всего три часа.
Когда мы проходили мимо красивой бронзовой гири, я, пользуясь случаем, спросил у Валентина Ивановича:
– А сколько такая гиря весит?
– Около 85 килограммов, – ответил Дикуль.
– И что, ее кто-то смог поднять?
– Я ею даже жонглировал в цирке, – улыбнулся Дикуль.
– А из спортсменов, которые часто у вас бывают, кто-то поднимал?
– Нет, – задумался Дикуль. – Может, у нее ручка неудобная или вес слишком большой.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 107
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 107
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
108
– Как вы думаете, а Дима поднимет?
– Мне кажется, нельзя его ставить в неловкое положение. Для поднятия тяже-
стей нужно размяться, разогреться, хорошенько отдохнуть, восстановиться. Вы же только с поезда.
– Но вы не будете возражать, если он попробует? – настаивал я.
– Я – нет. Да ты спроси у своего протеже сначала, – ответил Валентин Ивано-
вич. – Я понимаю, что удивить меня торопишься, но тут дело такое, что и связки не-
разогретые порвать можно.
Я тотчас побежал за Димой. Он не сразу понял, чего я от него хочу: нервничая, я говорю очень быстро и эмоционально. В общем, с третьего раза с горем попо-
лам Дима уловил суть: нужно поднять гирю хотя бы раз, чтобы Дикуль понял, что он настоящий силач.
Без разминки и особой подготовки Дима подошел к гире, вытащил ее из-за тренажера и одним движением взвалил на плечо. Я даже не успел подозвать Ди-
куля, а только крикнул: «Смотрите!» Все, кто находился в тренажерном зале, за-
мерли и посмотрели на Диму. Он поднял гирю раз десять – будто специально го-
товился к испытанию.
Дикуль закончил обход и пригласил нас в кабинет. Я понял, что Халаджи стал интересен Валентину Ивановичу и мои заготовленные спичи были уже не нужны, равно как и не нужны были запланированные нами с Димой этапы разговора, ка-
завшиеся мне до этого такими продуманными. Думаю, Дикуль сразу увидел в Ха-
ладжи настоящего атлета. Валентин Иванович, вспоминая то, что я ему рассказы-
вал, начал сам задавать вопросы:
– Так ты в детстве обгорел?
– Да. Чан с кипятком на себя вылил. Мне и четырех лет тогда не было.
– Ну, вылечили доктора?
– Помогли, чем могли. Три года по больницам. Не ходил, тяжело болел. Офор-
мили инвалидность первой степени… Слава Богу, все обошлось, и я постепенно встал на ноги. Начал ходить. Восстанавливать здоровье, тренироваться, хоть вра-
чи и запретили мне физические нагрузки.
Валентин Иванович задумался о чем-то, затем предложил выпить чаю и по-
смотреть видео. Он показал нам телевизионную передачу Кирилла Набутова «Один день с Валентином Дикулем» – демонстрируя, что с силой у него все в по-
рядке и после 60 лет. Начал расспрашивать Диму о тренировках, о его методике. Я понимал, что Дикуль изучал Дмитрия. Проверял, присматривался. И невоору-
женным взглядом было видно, что Халаджи ему понравился.
После третьего напоминания о международном турнире стронгменов в «Луж-
никах» мне наконец удалось прервать разговор двух силачей о богатырях про-
шлого и о том, как Дикуль выступал в цирке и придумывал силовые трюки.
Была прекрасная погода. В Москву приехали лучшие стронгмены планеты: Ма-
риуш Пудзяновский из Польши, наш Василий Вирастюк, Хьюго Жирар из Канады, Эльбрус Нигматулин из России, Жидрунас Савицкасс из Литвы, Раймондс Бергма-
нис из Латвии, Свен Карлсен из Норвегии и Марк Филлиппи из США. На то время это были лучшие представители силовых видов спорта планеты. Над входом в ад-
министративное здание «Лужников», где переодевались атлеты, электронное таб-
ло высвечивало дату: 04.07.2004.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 108
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 108
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
109
При появлении Дикуля журналисты активизировались. Валентина Ивановича фотографировали, брали у него интервью. Мы с Димой отошли в сторону и стара-
лись не привлекать к себе внимание, чтобы не мешать Дикулю общаться с прес-
сой. Когда ажиотаж утих, он сам нас позвал и посадил рядом с собой.
Соревнования были яркими и зрелищными. Ведущий Игорь Петрухин подо-
шел поздороваться к Дикулю, пообщаться. Я его попросил объявить конкурс сре-
ди зрителей в одном из упражнений силачей. Валентин Иванович поддержал меня и сказал, что у него в гостях настоящий богатырь, который может бросить вызов прославленным стронгменам. Петрухин пообещал посодействовать. Мы просидели на солнцепеке около двух часов, ожидая, когда же начнется этот конкурс. Дима из-за полученных ожогов плохо переносит жару, и для него это было не лучшее время для выступления. Наконец возникла пауза, и ведущий при-
гласил желающих попробовать поднять три гири – весом 200, 225 и 250 кг – и за-
нести их на пирамиду. Дима вышел и сразу – после непродолжительного отбора среди желающих – оказался в центре внимания зрителей. Для зрелищности орга-
низаторы поставили ему в оппоненты чемпиона мира по пауэрлифтингу. После команды Дима поднял и занес все три гири так быстро, что чемпион сконфуженно покинул площадку, не дожидаясь слов ведущего, поскольку за это время смог занести только одну гирю. Очевидно, его самолюбие было задето: как же, он чемпион мира, а тут – мало кому известный парень из Украины!.. Но не это главное. Во время соревнования для зрителей Халаджи побил ре-
корд… чемпиона турнира «Самый сильный человек планеты». Дима поднял гири и занес на пирамиду на шесть секунд быстрее победителя. В завершение С академиком Валентином Дикулем
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 109
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 109
03.12.2011 15:25:29
03.12.2011 15:25:29
110
выступления Халаджи подошел к машине и поднял ее одной рукой. Стронгмены же, участвовавшие в турнире, поднимали ее двумя руками.
Дикуль радовался как ребенок. Общаясь с журналистами, он назвал Диму сво-
им сыном. И, находясь под впечатлением шоу, пригласил нас к себе домой. Мы пару дней погостили у Валентина Ивановича. По вечерам в своем тренажерном зале он показывал Диме особые тайны тренировки силы. Он лично разработал несколь-
ко уникальных тренажеров, дающих возможность глубоко проработать вспомога-
тельные мышцы, которые очень важны при форсировании рекордов. А когда мы уезжали из Москвы, Дикуль благословил Диму на установление рекорда, пообе-
щал поддерживать и лично присутствовать во время его фиксации.
7
Мы приехали в Донецк. Дима сконцентрировался на тренировках и подготовке к установлению рекорда. Я же начал вести переписку с центральным офисом Кни-
ги рекордов Гиннесса. Фиксация рекорда – достаточно сложная процедура. Я об-
щался с менеджерами этой структуры в течение трех месяцев и выполнял все их требования. Они, конечно, до конца не верили, что подобный рекорд возможен, и просили больше доказательств. Это раздражало. Видео- и фотоотчеты трениро-
вок Дмитрия Халаджи мы отвезли к ним в Лондон. Они долго не давали оконча-
тельного ответа. Наконец местом проведения мероприятия с фиксацией заявлен-
ного рекорда представители Книги рекордов Гиннесса выбрали Москву.
Условия англичане нам выставили еще те, конечно. Фиксацию установления рекорда должно сопровождать зрелищное Гиннесс-шоу. На мероприятии долж-
ны присутствовать как минимум пять рекордсменов Книги Гиннесса. Кроме того, в райдере, присланном из Лондона, были такие требования, как посещение храма Христа Спасителя, Кремлевского дворца и Третьяковской галереи. На мои сооб-
щения о том, что Третьяковка сейчас закрыта на ремонтные работы, менеджеры центрального офиса Книги рекордов вообще никак не отреагировали. Мол, хо-
тим – и все тут!.. 7 апреля, в день Пресвятой Богородицы и во Всемирный день здоровья, в Мо-
скву прилетела Сьюзанн Мориссон. Надо сказать, что за всю историю СССР и СНГ подобное произошло впервые: с официальным визитом для регистрации рекор-
да к нам прибыл высокопоставленный представитель международной Книги ре-
кордов Гиннесса. Сразу после прибытия мы повезли госпожу Мориссон в храм Христа Спасителя. Там в алтаре Патриарх Московский и Всея Руси Алексий ІІ бла-
гословил Дмитрия Халаджи на подвиг, для которого требовалась не только бога-
тырская физическая сила, но и сила духа.
А до этого были бессонные дни и ночи, когда казалось, что будь в сутках не 24 часа, а вдвое больше, то и их будет мало. Я мотался между Москвой и Донец-
ком, между Киевом и Лондоном. Убеждал одних людей помочь с финансирова-
нием предстоящего события, других – найти время для участия в мероприятии. Бесчисленная череда консультаций и согласований. Зачастую абсолютное неже-
лание менеджеров Книги Гиннесса понимать объективные реалии жизни в стра-
нах бывшего Советского Союза… Я взвалил на себя, казалось, непосильный груз и тащил его, тащил. Некоторые, в том числе самые близкие, друзья начали сомне-
ваться в успехе проекта. Кто-то даже говорил: «Тимофей, может, лучше отказать-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 110
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 110
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
111
ся от этой затеи пока не поздно? Да и существовал ли на самом деле этот мифи-
ческой Бибон с его рекордом?» Но если кому-то и казалось, что не только побить самый старый рекорд планеты невозможно, но и вообще организовывать и про-
водить Гиннесс-шоу не следует, то этот кто-то был не я. Потому что для меня поня-
тие «невозможно» вкладывается в четкие временные рамки, которые имеют свои границы и пределы. Всегда наступает момент, когда это «невозможное» становит-
ся возможным благодаря Воле и Силе Духа людей, взявшихся за то, чтобы прекра-
тить существование этого «немыслимого» и «недосягаемого». Потому что Мечты сбываются! Потому что именно Сила человеческой Мечты и позволяет нам дости-
гать невиданных доселе высот!
Для установления рекорда мы выбрали один из старейших цирков России, ко-
торый сейчас называется Цирк Юрия Никулина на Цветном бульваре. Ведь имен-
но здесь в свое время на манеже выступали Поддубный, Заикин, Дикуль, чьи ре-
корды мечтал покорить Дмитрий Халаджи.
Столько знаменитостей этот цирк в своей новейшей истории еще не видел. В от-
вет на наши приглашения специально приехали олимпийский чемпион, 80-кратный рекордсмен мира тяжелоатлет Василий Алексеев и его коллега-супертяж – олим-
пийский чемпион Андрей Чемеркин. Космонавты Леонид Попов и Александр Вол-
ков. Самая титулованная олимпийская чемпионка Лариса Латынина. Все эти люди являются рекордсменами Книги Гиннесса. Олимпийские чемпионы Александр Ка-
релин, Михаил Мамиашвили, Светлана Хоркина, Алексей Немов. Приехал на цере-
монию открытия и награждения посол Российской Федерации в Украине Виктор Черномырдин, народный артист России и Украины Иосиф Кобзон, Тамара Гверд-
цители и начинающий свое восхождение Стас Михайлов. Ведущими шоу были Вла-
димир Турчинский и Тина Канделаки. В результате наш титанический труд по организации мероприятия увенчался успехом. Сьюзанн Мориссон невероятно понравились и шоу, и спецэффекты, и те-
лесъемка. Довольна она осталась и посещением Третьяковки, которую по нашей просьбе открыли специально для нее – нашлись люди, с пониманием отнесшие-
ся к сложившейся ситуации. Сомнения у госпожи Мориссон вызывал только вес камня. Она даже попросила привезти три вида весов – от электронных до меди-
цинских. Перевешивали несколько раз. Сьюзанн Мориссон даже сама пробовала приподнять камень и, убедившись, что вес действительно превышает 150 кг, раз-
решила начать шоу и установление рекорда.
Диме нужно было поднять камень и зафиксировать вес на пару секунд в вы-
прямленной руке. Помимо представителя Книги рекордов Гиннесса при фиксации рекорда присутствовали Валентин Дикуль, президент клуба рекордсменов «Ин-
терстронг» Олег Горюнов и представитель Русского клуба рекордов «Левша». В семье Иосифа Давидовича Кобзона в этот день хоронили брата, но он нашел время приехать – поддержать земляка и спеть песню о Донбассе «Спят курганы темные». Стас Михайлов спел песню о Руси, церкви. Пел от души – так, что Виктор Черномырдин заинтересовался артистом и дал задание своим помощникам ока-
зать содействие его творчеству. В общем, можно сказать, что мы, пригласив Стаса на Гиннесс-шоу, помогли ему в продвижении на музыкальном рынке.
Помню, как я стоял за кулисами, ожидая выход Димы на манеж, и у меня вну-
три все просто замерло. Помню какие-то блиц-комментарии, которые я давал российским и украинским СМИ с таким видом, словно пребывал в летаргическом book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 111
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 111
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
112
сне. Помню спокойную сосредоточенность на лице Дмитрия – ведь он до этого во время тренировок уже фиксировал заявленный рекордный вес. А еще помню, как я в очередной раз просматривал сценарий шоу, уже абсолютно не восприни-
мая написанного. Более того, я не мог разобрать даже отдельных слов – не то что фраз: буквы просто сливались в черную кашу. Помню, как я невпопад отвечал на вопросы артистов, участвовавших в шоу, их менеджеров. Помню, как со мной пы-
тались любезничать девушки из шоу-балета, а я говорил им что-то вроде «следует не забывать об акустических особенностях цирка и о том, что все номера пишутся на видеокамеры». Помню сочувственный, по-отечески добрый взгляд Валентина Ивановича Дикуля, который, понимая мое состояние, не пытался втянуть меня в разговор. Помню, как из этого оцепенения меня пытался вывести Владимир Тур-
чинский, который ощутимо хлопнув меня по плечу своей тяжелой рукой, просто прорычал: «Тимофей! Ты что, совсем очумел?! Оглох, что ли?! А ну, выходи из нир-
ваны – ты нам здесь нужен!» Конечно, он это сделал от широты души, но все-таки зря: я ни на секунду не забывал о необходимости контроля над ситуацией. Про-
сто, я думаю, в минуты наивысшего напряжения мой разум, мое сознание, мой дух потому и пребывают в таком отрешенно-созерцательном состоянии, чтобы быть готовыми в нужный момент высвободить пружину всей моей энергии, всей моей силы и направить ее именно туда, где это наиболее необходимо. Да и потом, что еще я мог сделать тогда, кроме уже сделанного? Разве что самому выйти на манеж вместо Димы и поднять эту 150-килограммовую глыбу?
И вот наконец… Поддержка как со стороны знаменитостей, приглашенных нами на шоу, так и со стороны зрителей была колоссальной. Такую поддержку всех этих и многих других людей Дима долго не забудет. Зрители в зале с замиранием сердца следи-
ли за происходящим. Дима поднял подготовленный камень и держал его на вы-
тянутой руке семь секунд. Эта своеобразная гиря была сделана из стальной ар-
матуры и бетона. Затем глыбу покрасили в черный угольный цвет. Ведь именно с углем у всех ассоциируется Донбасс… Когда Дима зафиксировал поднятый вес над головой, Владимир Турчинский крикнул: «Хватит! Бросай!» Халаджи выпол-
нил команду и отбросил 150-килограммовую глыбу в сторону от себя. Весь зал, и без того вскочивший на ноги, взорвался овациями. Володя Турчинский пытался шутить: «Ты чего в меня булыжниками швыряешься?» Затем Халаджи в перерывах между выступлениями звезд эстрады и цирка еще два раза выходил на бис и установил еще пару рекордов, чтобы все убедились в его феноменальной силе. Особенно Дима гордится рекордом под названием «Чертова кузня». Он лег спиной на помост с гвоздями, и шесть крепких парней-помощников с огромным трудом взгромоздили ему на грудь три бетонные плиты, вес каждой из которых превышал 200 кг. Общий вес плит был равен 700 кг. Два помощника разбивали их на Диме кувалдами. Тогда же Дмитрий побил еще один рекорд. Он голой рукой в течение мину-
ты забил в доску 16 двадцатисантиметровых гвоздей. Прежний рекорд составлял 11 забитых гвоздей за то же время. Володя Турчинский объявил:
– Мы тут с Димой общались за кулисами, и он мне сказал: «Ну, чего они хотят, чтобы я гвозди просто в доску вогнал? Давай я их по самую шляпку заколочу».
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 112
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 112
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
113
Дима после этого ладонями обеих рук заколотил уже вбитые в древесину гвоз-
ди по самые шляпки!
А затем состоялась церемония вручения Дмитрию Халаджи Сертификата ре-
кордсмена Книги Гиннесса. Многие известные люди говорили Диме приветствен-
ные слова. Свой подарок сделал и представитель корпорации «Индустриальный Союз Донбасса», без поддержки которой было бы ой как нелегко организовать и провести запланированное действо. Диме вручили статуэтку силача, держащего над головой кусок антрацита. В конце Гиннесс-шоу, после ярких выступлений артистов и спортсменов, Тама-
ра Гвердцители исполнила песню «Виват, король!». Вместе с ней пел и аплодиро-
вал весь зал…
Что я испытывал при этом, кроме усталости и гордости за Диму Халаджи? А что может испытывать человек, который помог другому человеку воплотить в жизнь его заветную мечту? Еще в детстве я понял, что счастье сиюминутно. Ведь у каждого в жизни были моменты, когда, подобно Фаусту, хотелось воскликнуть: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!» Это как первый поцелуй с любимым человеком, который в ответ на твое признание в любви, произнес: «И я… Я тоже тебя очень люблю». Это как пер-
вое услышанное тобой из уст ребенка слово «папа» или «мама». Это как ощущение свободного полета, когда ты, преодолев природный страх, впервые совершаешь прыжок с парашютом. Что мы испытываем в такие мгновения? Наверное, это со-
стояние можно образно назвать «ощущением дыхания Бога» – если вообще воз-
можны какие-то слова для описания состояния счастья.
В тот момент, глядя на Диму, смущенно отвечающего на поздравления от мно-
гих известных, состоявшихся людей, глядя на Диму, мягко улыбавшегося в мно-
гочисленные объективы камер и что-то говорившего в ответ на вопросы журна-
листов о его планах на будущее, я был по-настоящему счастлив. Ведь я не только помог осуществить Диме его мечту. Потому что мечта этого сильного человека с потрясающей волей, которая, вопреки всем неутешительным прогнозам, подняла его на ноги, стала и частью моей Большой Мечты. Ведь я еще раз сумел убедить-
ся в том, что светлые, добрые мечты всегда сбываются. Да, это было счастье!.. Сча-
стье чувства выполненного обязательства перед другим человеком, добровольно взятого на себя. В те минуты маленький Тима, по-прежнему живущий в моей душе, просто ликовал: «Я добился того, о чем мечтал. Я не только стал сильным – я помо-
гаю другим людям совершать грандиозные поступки!»
На праздничном банкете, устроенном в честь Дмитрия Халаджи, все, кто об-
ращался к нему, говорили: «Виват, король силы!» Прибывший на праздник со-
трудник Администрации Президента России передал Диме подарок от Вла-
димира Владимировича Путина – золотые часы. Все восхищались мужеством атлета и силой его Мечты. А в завершение Василий Алексеев пригласил главно-
го рекордсмена планеты Земля по тяжелой атлетике Дмитрия Халаджи к себе домой на мастер-класс.
8
Что было дальше? Пришло время возвращаться в Украину, в родной Донбасс – для того, чтобы готовиться к новым свершениям…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 113
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 113
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
114
Когда Дима ехал домой, с ним случился забавный казус, закончившийся, к сча-
стью, как говорится, улыбками договаривающихся сторон и крепким рукопожати-
ем. Дело в том, что после побития Димой рекорда Бибона представители одной известной российской компании подарили ему огромный телевизор. Я вынужден был еще на несколько дней задержаться в Москве, чтобы закрыть целый ряд фи-
нансовых и других вопросов, поэтому Дима отправился в Донецк сам. Когда он пе-
ресекал российско-украинскую границу, то с опозданием понял, что в спешке мы забыли задекларировать это «чудо бытовой техники». Пограничники и таможен-
ники проявили бдительность, и, естественно, у них возникли вопросы на пред-
мет не совсем законного ввоза дорогого телевизора в Украину. Собственно, они и должны были это сделать – служба у них такая. Как мне потом рассказывал Дима, он уже совсем было растерялся и в поис-
ках спасительного выхода из неприятной ситуации даже начал предлагать погра-
ничникам забрать телевизор себе в качестве подарка для их красного уголка. Но вызванный пограничниками офицер, возглавлявший пограннаряд, неожиданно узнал Дмитрия. «О, Боже! – воскликнул он. – Вы – Дмитрий Халаджи? Я же только вчера смотрел по телевизору Гиннесс-шоу! То, что вы сделали, – просто невероят-
но! Мой сын после этого тут же заявил: „Все, папа, завтра я иду в спортзал“ – хотя до этого никак не реагировал на все мои уговоры по этому поводу». В общем, после этого, вместо задержания и участия в унизительной процедуре конфискации «незаконного» телевизора, подписания всевозможных актов и про-
чих документов, Дима Халаджи начал раздавать автографы. Люди в зеленых бе-
ретах даже на час задержали отправление поезда, чтобы вручить нагрудный знак «Почетный пограничник», отметив таким образом его достижение... Сегодня, ког-
да Дима разглядывает у себя дома огромную коллекцию всевозможных призов и наград, он всегда улыбается, видя эту «медаль» от пограничников и вспоминая те события. Через несколько дней вернулся в Донецк и я. Здесь меня ждал весьма не-
ожиданный, но очень приятный сюрприз. Оказалось, что Арнольд Шварценеггер тоже посмотрел новости о Гиннесс-шоу в России, которые показывали во мно-
гих странах мира, и весьма быстро отреагировал на это. Помимо поздравитель-
ного письма Дмитрию Халаджи, он прислал предложение организовать в честь Димы специальное шоу. Также мы получили запрос от известнейшего журнала IRONMAN с просьбой разрешить поместить фото главного рекордсмена плане-
ты Дмитрия Халаджи на обложке своего издания и сделать интервью с ним. Есте-
ственно, такое разрешение мы дали и вскоре специальной почтой получили экземпляры журнала IRONMAN, на обложке которого во всей своей мощи красо-
вался Дима Халаджи.
Я прекрасно понимал, что для дальнейшего продвижения Дмитрия нужно, что называется, ловить момент и ковать железо, пока горячо. Предложение организо-
вать в честь Димы специальное шоу IRONMAN я воспринял как личное задание и тут же приступил к реализации проекта. Большую помощь в этом мне оказал мой надежный друг Анатолий Залеский и участники его акробатической труппы, чьи потрясающие выступления знали уже во многих странах мира.
Местом проведения этого мероприятия я выбрал родной Донецк. И снова на-
чался этап напряженной работы, вылившийся в итоге в грандиозное по размаху IRONMAN-шоу в донецком Дворце спорта «Дружба». Дмитрий Халаджи и в этот раз book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 114
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 114
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
115
был на высоте. Выступая на шоу, Дима несколько раз устанавливал новые, немыс-
лимые, казалось бы, рекорды силы, которые во время последующих выходов на сцену сам же и бил. Праздник IRONMAN сопровождался потрясающими спецэф-
фектами, яркими цирковыми акробатическими номерами в исполнении труппы Анатолия Залеского и выступлениями звезд эстрады. На шоу присутствовали все руководители Донецкого региона, политики, чиновники самого высокого ранга, известные бизнесмены. После его окончания губернатор Донецкой области про-
шел за кулисы и лично поздравил Дмитрия Халаджи, отдавая тем самым долг му-
жеству и силе воли своего земляка.
У выхода из Дворца спорта Диму ждала огромная толпа восторженных по-
клонников с цветами… Наверное, больше часа мы с Дмитрием находились в окру-
жении радостных людей, которые пожимали нам руки, хлопали по плечам, желали успехов, просили автографы, хотели сфотографироваться рядом с Гераклом со-
Дмитрий Халаджи. Рекорд тысячелетия
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 115
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 115
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
116
временности. Когда мы наконец смогли пройти сквозь плотное кольцо к ожидав-
шей нас машине, Дмитрий пожаловался: «Тимофей, рука разболелась». Я решил, что он поранил руку во время забивания гвоздей в доску или, чего доброго, связ-
ки потянул, когда работал на сцене со снарядами большого веса, но Дима сказал: «Нет, с гвоздями и прочим железом все в порядке. Кисть от авторучки разболе-
лась – ты видел, сколько я автографов раздал?» После этого слава о нашем герое шагнула далеко за пределы Украины. Был организован и с большим успехом проведен тур с уникальными представле-
ниями Дмитрия Халаджи по странам СНГ. Его новые друзья организовали вы-
ступления Димы в стационарных цирках в Баку, Бишкеке, Алма-Ате, Ижевске, Казани, Оренбурге, Караганде. Представления также успешно прошли в Мо-
сковском цирке на воде.
Можно долго описывать нескончаемую череду рекордов силы, установлен-
ных Димой. Например, не так давно Халаджи во время шоу в Донецке поднял ку-
сок трубы весом больше тонны (!) и продержал его 12,5 секунды – это еще одно уникальное достижение.
Со времен описанных мной событий прошло уже достаточно времени. Дима женат. У него прекрасная супруга, с которой они воспитывают дочь. Дима говорит мне, что родные уже не переживают так сильно, как раньше, когда он устанавли-
вает очередной рекорд, – привыкли. Дмитрий Халаджи давно стал самостоятель-
ным человеком. Тем не менее он, в очередной раз затевая что-то действительно грандиозное, всегда обращается ко мне за советом и помощью. И я всегда иду ему навстречу, потому что друзьям, с которыми я прошел весьма серьезный отрезок пути в жизни, я не отказываю никогда. Уверен, что в 2012 году состоится поездка Дмитрия Халаджи с выступлениями в США. После продолжительных переговоров Диму пригласила провести тур по Америке компания «Ринглинг». Если быть более точным – Цирк братьев Ринглинг, Барнума и Бейли (Ringling Brothers And Barnum & Bailey). Этот цирк потрясает мас-
штабом и размахом. В свое время, в конце XIX века, пятеро братьев Ринглинг были цирковым артистами-самоучками. Они были настолько успешными, что в один прекрасный день выкупили крупнейший цирк Барнума и Бейли, положив нача-
ло новой эре циркового перформанса. Впрочем, по словам его современников, Барнум был еще тем фруктом. Изобретательный и ловкий, он снискал титул «коро-
ля веселого надувательства», так что… Говорят, что именно Барнуму принадлежит фраза: «Каждую минуту в мире рождается еще один простак».
Но дело, конечно, вовсе не в Барнуме и не истории этого цирка. Не это главное. Главное то, что приглашение в Америку, поступившее от известнейшей в междуна-
родной шоу-индустрии компании, свидетельствует о том признании, которое по-
лучил силач из Донбасса во всем мире. А разве не об этом и я, и Дмитрий Халаджи мечтали с самой нашей первой встречи? Разве не эту цель мы ставили себе? Раз-
ве не для того мы прошли наш совместный путь, чтобы любой мальчишка, любой подросток на примере Димы смог понять: нет таких целей, которые человек не в состоянии реализовать. Смог понять, что нет преград для тех, кто имеет свою не-
повторимую Мечту...
Цирк Ringling Brothers And Barnum & Bailey прославился тем, что зрители могут наблюдать одновременно за семью аттракционами, демонстрируемыми на трех манежах и четырех помостах. Здесь, на этих аренах, Дмитрию Халаджи и предсто-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 116
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 116
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
117
ит продемонстрировать американским зрителям свои уникальные возможности. Тур с выступлениями Димы пройдет по всем штатам США.
9
Не зря сказано: «Господь пропускает к себе через узкие врата». Наверное, по-
настоящему понять силу мысли, заложенную в книге «Разорванный круг» Валенти-
на Дикуля, способен лишь тот, кто сам волею судьбы побывал в подобном круге и сумел найти выход из него, сбросив оковы кажущейся неизбежности. Для меня Дмитрий Халаджи – яркий пример человеческой силы и воли к жиз-
ни. У этого, большого во всех смыслах, человека – широкая и добрая душа. Он пе-
редает свой опыт детям и молодежи – как и я, Дима очень много внимания уделяет сегодня подготовке молодых спортсменов. Потому что, как и я, Халаджи понимает: дети, подростки, молодежь, которых нам удается увлечь идеей укрепления физи-
ческих и духовных сил, уводя их с улиц и подворотен в спортивные и тренажерные залы, уже никогда не увлекутся алкоголем, наркотиками, порнографией, прости-
туцией и другими негативными явлениями, увы, все еще процветающими в нашем обществе. Ведь не зря народная мудрость гласит: «В здоровом теле – здоровый дух». Воспитанию молодежи, проведению различных благотворительных акций мы с Дмитрием сегодня посвящаем значительную часть нашей жизни. Мы часто бываем в детских домах, интернатах. Естественно, привозим с собой подарки. Но в любом случае (и сами дети подтверждают это) для них более важно встретиться и пообщаться с по-настоящему сильными, состоявшимися людьми, научившимися максимально рационально распоряжаться заложенным в них природой потенци-
алом для реализации своей Мечты. Дети всегда с большим интересом спрашивают и у меня, и у Димы о том, как нам удалось стать теми, кем мы есть сегодня. Не знаю, как другие, но я после таких встреч с детьми долго не могу прийти в себя. Тем, кто не понимает, о чем я сейчас говорю, настоятельно советую: отложите в сторону обыденные дела и отправляйтесь в ближайший к вам детдом или интер-
нат. Посмотрите в глаза этих детей. Детей, многие из которых никогда не знали ро-
дительской ласки. Детей, живущих в замкнутом круге. Детей, для которых весь мир поделился на две части: «до забора» и «за забором». Посмотрите им в глаза и по-
могите разорвать этот круг обреченности. Внушите им веру в собственные силы. Помогите им поверить в силу их Мечты. Не дайте умереть Светлому и Доброму в их детских душах, которые могут очерстветь в этом «замкнутом круге», в который они брошены волею судьбы. Помогите им с честью пройти испытание. Помоги-
те этим детям понять: осуществлять мечты нелегко. Именно поэтому они должны учиться упорству и настойчивости. Им нужно учиться не видеть непреодолимых преград при достижении заветных целей даже тогда, когда кто-то будет внушать, что осуществить задуманное невозможно. Что, мол, им, таким маленьким и незна-
чительным, никогда не удастся достичь своей Мечты, потому что для этого сейчас нет реальных предпосылок – ни конкретных средств, ни конкретных условий. По-
могите понять этим детям, что искренне мечтающий и верящий в Мечту, всегда су-
меет создать эти предпосылки, изменить условия и найти необходимые средства. Расскажите им простые истины: для того чтобы осуществилась Мечта, нужно, по-
добно Дмитрию Халаджи, без устали тренировать волю и силу духа. И обязательно трудиться. Трудиться постоянно – из года в год, из месяца в месяц, изо дня в день, book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 117
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 117
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
из часа в час, из минуты в минуту. И если в вас самих теплится искра Божья, вы смо-
жете помочь этим детям найти что-то такое, что помогло бы им переосмыслить свою не очень радостную жизнь и устремить путь вверх, к Небу, к Богу. Туда, где и живут наши мечты, дарующие нам силу быть настоящими людьми!
Я не помню ни одного случая, когда бы Дмитрий Халаджи в ответ на мою просьбу принять участие в очередной благотворительной акции сослался на какие-то срочные дела и занятость. Единственный вопрос, который Дима задает мне в таких случаях, звучит просто: «Когда едем, Тимофей?» – и при этом часто он даже не спрашивает, куда нужно ехать. Дима всегда готов прийти на помощь тем, кто нуждается в этом. Он всегда готов отдать даже то, что завоевал по праву, если этим он может поддержать кого-то, дать шанс реализовать свою Мечту. Только по-
настоящему сильные люди способны на это.
Достаточно вспомнить, как Дмитрий, являясь фаворитом, отказался от борьбы за миллион гривен в шоу «Украина имеет талант»: он добровольно отдал свое ме-
сто в финале акробатическому дуэту «АртВан» – двум молодым акробатам из Киев-
ского циркового училища. Достаточно вспомнить, что сказал тогда Дима: «Сейчас я могу назвать себя состоявшимся известным человеком. А ребята действительно очень талантливы, и я искренне расстроился, когда они не попали в финал. Поэто-
му и решился на этот поступок. Мне приятно, что я помог ребятам, которые имеют свои светлые цели, веру в людей, в удачу». Достаточно вспомнить, что сами моло-
дые акробаты тогда просто не могли поверить в это и с трудом нашли слова, что-
бы выразить свой восторг: «Мы не то что не ожидали от Димы такого подарка, мы были просто ошарашены, когда он нам позвонил и предложил! – говорили они. – Дима действительно дал нам огромный шанс. Даже сил и стремления к победе ста-
ло вдвое больше!»
У Дмитрия Халаджи в детстве была Мечта – не только восстановить здоро-
вье и заниматься спортом, но и повторить подвиг одного из первых греков-
олимпийцев – Бибона, сумевшего поднять над головой камень весом 143 кг. Тра-
гедию, подобную той, что произошла с Димой в детстве, наверное, многие просто не смогли бы пережить, а кто-то озлобился бы на всю оставшуюся жизнь. В таких ситуациях человек чаще всего принимает ситуацию как неизбежную и превраща-
ется в существо, которому нужна постоянная опека. Но только не в случае с Дми-
трием Халаджи. Несмотря на все запреты докторов и специалистов, он начал са-
мостоятельно тренироваться, читать литературу о былинных богатырях и каждый день устанавливать рекорды силы духа. Сила Мечты Дмитрия Халаджи была тако-
ва, что она помогла ему сделать, казалось бы, невозможное. Я сейчас говорю не только и не столько о феноменальных достижениях силы этого донбасского бо-
гатыря с греческой фамилией. Я говорю о достижениях духа Дмитрия. О том све-
те, который живет в нем и которым он так щедро делится с другими. И я счастлив, что Всевышний свел меня с Дмитрием, позволив принимать участие в его судьбе. Я считаю, что такие люди, как Дмитрий Халаджи, – это маяки, которые так нужны в темные, смутные времена истории человечества. На таких людей с большой бук-
вы, как Дмитрий Халаджи, должны равняться дети, которым предстоит стать бу-
дущим нашей страны. Будущим, которым лично мне хотелось бы гордиться. Буду-
щим, в котором предстоит продолжить мои деяния на благо других людей моим сыну и дочери. Тогда, возможно, у последней своей черты я смогу, оглянувшись назад, сказать себе: «Все это было не напрасно».
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 118
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 118
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
119
ЗОЛОТАЯ ЛИЛИЯ
Какая польза человеку, если
он приобретет весь мир, а душе своей повредит?
Мф. 16:26
1
В Эдемском саду было два особых дерева: Древо Жизни и Древо познания Добра и Зла. Всем хорошо известна эта библейская история об Адаме и Еве. Является ли ис-
кушение Евы Змием доказательством того, что женщина дальше от Бога, чем муж-
чина? Нет, конечно. Женщина и мужчина в семье – звенья единого целого. Причем я склонен полагать, что именно женщине отведена главная функция в семье: она – хранительница очага. Так было во дни Адама, так есть и сейчас. И уж точно не сле-
дует вторить «умникам», с важным видом рассуждающим о том, что семьи рушатся в большинстве случаев по вине прекрасной половины человечества. Мое мнение было и остается неизменным: если брак распадается, в этом всегда виноваты оба.
…Я любил Лилию Подкопаеву. Я гордился ее победами, харизмой, ее способ-
ностью с неудержимой настойчивостью преодолевать любые трудности. Мне нра-
вилось угадывать ее желания, делать ей сюрпризы, предвосхищать мечты. Меня всегда волновала и умиляла ее улыбка. Я готов был на любое сумасшествие, толь-
ко бы она была рядом. Не зря на Востоке говорят: за каждым сильным мужчиной стоит сильная жен-
щина. Лилия сделала многое, чтобы я стал таким, каким я есть сейчас. Она привила мне хороший вкус. Благодаря Лиле я создавал свой имидж, появлялся на светских мероприятиях, организовывал различные проекты, где и она могла себя проявить не только как спортсменка, но и как красивая, самодостаточная женщина. Мне хо-
телось весь мир положить к ее ногам и сказать, что это все только для нее и ради нее. Но жизнь непредсказуема: мы не знаем, где можем обжечься, хотя и продумы-
ваем каждый ход, словно шахматист, сидящий часами у шахматной доски. Однако семейная жизнь – это не игра. Случилось то, что случилось. И я, и Лиля – взрослые, состоявшиеся люди. Просто, что называется, не судьба.
Нужно быть честным во всем, прежде всего – перед самим собой. Да, в момент нашего разрыва я на какое-то время позволил себе проявить неприсущую мне слабость. Но не потому, что вдруг утратил жизненную силу и выработанную года-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 119
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 119
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
120
ми деловую хватку. Наверное, в жизни каждого человека бывают минуты, когда он чувствует, что вот-вот может сломиться под напором обстоятельств. Слава Богу, я не сломился – я смог подняться и начать все заново… Печально не то, что все пришлось начинать с нуля. Жаль, что это пришлось делать уже без нее, без детей, без того, ради чего я возвратился к жизни, – без семьи!
Я не имею права и не собираюсь осуждать Лилию. Мне до сих пор больно и обидно, что не удалось сохранить семью, не удалось удержать такого человека, как Лилия, не удалось сберечь нашу любовь.
Разрыв семейных отношений – это всегда тяжело. Но во стократ тяжелее, когда это выносится всевозможными таблоидами на всеобщее обсуждение. Когда жур-
налисты и причисляющие себя к таковым, не зная реальных фактов, коверкая и ис-
кажая их, стремясь сделать себе имя за счет известных в обществе людей, вылива-
ют ушаты грязи, вкладывая в наши с Лилей уста то, что ни один из нас никогда не позволил бы себе сказать.
Я благодарен Лилии за каждую совместно проведенную минуту. Я благодарен ей за то, что мы усыновили Вадимку из донецкого Дома малютки. Я благодарен Лиле за то, что она родила нашу дочь Каролинку. Я благодарен ей за то, что сей-
час наши отношения нормализовались. За то, что у меня были и остаются прекрас-
ные взаимоотношения с ее мамой. За то, что я всегда имею возможность общаться с детьми – и это самые счастливые минуты в моей жизни!
2
Публичность – это почти всегда лишь тщательно замаскированное одиночество. Мне кажется, многие известные женщины, волею судьбы ставшие публичными персонами, на самом деле очень одинокие, хрупкие и ранимые. Живя, что называ-
ется, на виду у всех, когда каждый любитель «светских хроник» считает себя вправе активно комментировать их личную жизнь, любой их жест и слово, такие женщи-
ны вынуждены демонстрировать силу, уверенность и оптимизм. Почему? Да пото-
му, что таковы правила игры в этом мире. Ведь считается, что публичными персо-
нам нельзя быть слабыми, поскольку мир, в котором они живут (а зачастую – сами себе придумали), несправедлив и жесток.
…Мое знакомство с Лилией. Когда я вспоминаю тот день, мне всегда становит-
ся тепло и в то же время немного грустно на душе. Каждая маленькая девочка мечтает о том, что в ее жизни когда-то случится чудо и она встретит своего принца. И вот эта девочка, подрастая, понимает, что принцы бывают только в сказках, из которых она давно выросла. А во взрослой реальной жизни она встречает обычного мужчину, по тем или иным причинам выделяюще-
гося для нее из общей массы человеческих лиц и характеров. Так случилось и в на-
шей семейной истории. Лилия, как и любая другая девочка, представлявшая себя в детстве прекрасной принцессой в кринолинах, которая вот-вот спустится со сво-
их заоблачных высот и станет мечтой, к которой нельзя подходить ближе, чем на шаг, чтобы не спугнуть ее, встретила меня – обычного трудолюбивого парня дале-
ко не царского происхождения, который всего в жизни привык добиваться своим трудом. И который даже сам себе не смел сказать, что он принц из сказки. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 120
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 120
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
121
– Здравствуйте, Тимофей. Я тронута вашим вниманием, но все это было лиш-
ним и неуместным, – ее голос в момент нашей встречи прозвучал для меня хру-
стальными звуками горного ручья. …Я стою у выхода из аэропорта с букетом лилий. Она как-то отрешенно смо-
трит на цветы, в честь которых ее назвали родители. Я же в этот момент абсолютно искренне считаю, что цветы названы именно в Ее честь. В этот момент Она кажется мне прекраснее всех цветов на свете.
Я не раздумывал долго, выбирая букет золотистых лилий, чтобы встретить Ее. Тогда мне это казалось весьма символичным, чем-то таким, что может произвести впечатление на эту известную спортсменку. Но понравились ли эти цветы ей?
– Я отвезу вас в лучший отель Донецка, – говорю я, пытаясь угадать на-
строение девушки, в которой для меня сейчас неожиданно сфокусировался весь мир.
– Спасибо, но не стоит беспокоиться. У меня есть где остановиться в Донецке. К моему горлу подкатывает комок ревности: «Кто у нее здесь? Мужчина? Дру-
зья?» Оказалось, Вадим Писарев – народный артист Украины, один из лучших тан-
цовщиков планеты, художественный руководитель Донецкого театра оперы и ба-
лета, близкий человек. – Тогда давайте я вас просто подвезу. У меня подготовлены машины представи-
тельского класса и сотрудники ГАИ в сопровождение, – осторожно предлагаю я.
– Мне очень приятно ваше беспокойство, но Вадим Писарев прислал за мной транспорт. Сейчас я тороплюсь к нему в театр. Мне нужно подготовиться, собрать-
ся с мыслями перед мероприятием. Так что до встречи. И… спасибо за цветы! – произнесла она, словно не запомнив моего имени. Этого короткого диалога мне хватило для последовавших долгих тревожных ночей, во время которых я безрезультатно боролся с бессонницей. Она – абсо-
лютная олимпийская чемпионка – отказалась от предложенного мной номера в престижном отеле, от обеда в пафосном ресторане, отказалась от гонорара, от ли-
музина с машинами сопровождения и уехала на «волге» в обычную гостиницу, за-
резервированную ей другим.
Впрочем, от гонорара Лилия отказалась еще во время нашего телефонного разговора, когда я приглашал ее принять участие в нашем мероприятии. Ей ис-
кренне хотелось помочь спортсменам, и она была готова поработать в жюри бес-
корыстно. Поэтому Лилия приняла участие в пресс-конференции и торжествен-
ном открытии спортивного конкурса по фитнесу, наотрез отказавшись принять от организаторов денежное вознаграждение.
После шести лет триумфальных побед Лилю начали забывать. Приглашая ее принять участие в нашем спортивном мероприятии, я планировал сделать ее по-
явление в жюри стартом нового отсчета в ее жизни. Потому что считал, что Лилия Подкопаева, как никто другой, заслуживает публичного признания и уважения. Что она должна стать образцом для подражания для тысяч и тысяч начинающих спортсменов – мальчиков и девочек, которых мамы и бабушки впервые привели в гимнастические залы. И я рад, что моим планам суждено было сбыться.
Мне настолько нравилась манера Лилии подавать себя, ее учтивость, вежливость, что я решил помочь ей снова стать узнаваемой и интересной как для журналистов, так и для широкой публики. Но для этого нам пришлось проделать очень длинный book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 121
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 121
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
122
путь. И мы преодолевали его сообща. Этот путь не был для меня настолько труден, как может показаться на первый взгляд, потому что он был озарен любовью. Тот мой шоу-проект по фитнесу испортила одна участница. То ли она плохо по-
няла заявленные условия соревнований, то ли рассчитывала произвести опреде-
ленное впечатление на мужчин, но костюм, в котором она вышла выступать, был излишне эротичным и мало подходил для спортивного проекта. И именно из-за этой участницы, из-за ее наряда, на меня обрушился шквал критики. Меня обви-
няли в непрофессионализме и некачественном подборе участниц. Слышать это было неприятно и обидно, потому что я вложил в этот проект весь свой организа-
торский талант и душу, было потрачено немало времени и сил на поиск креатив-
ных решений. Помимо негативных отзывов, почетные гости, приглашенные мной на мероприятие, демонстративно проигнорировали банкет, и я тогда почему-то решил, что это самое худшее из всего, что могло произойти. Пребывая в угнетен-
ном состоянии духа, я думал: «Все, это провал! Теперь мне придется заново бо-
роться за публику и завоевывать авторитет».
Странно, но Лиля пришла на банкет. Она вела себя так, словно ничего не про-
изошло. – Тимофей, не расстраивайтесь, все было чудесно, – утешала она меня. – Мне очень понравились спортивные номера, показательные выступления. Вы хорошо продумали программу. Я благодарна вам за декорации и со вкусом оформленную сцену – давно не видела такой талантливой работы. Ваши декораторы – настоя-
щие профессионалы. И аппаратура новейшая. А такое редко встретишь сейчас на спортивных турнирах – с вами приятно сотрудничать. – Шоу вышло не совсем таким, как я планировал, – смущенно сказал я. – Воз-
никло много несуразностей, неожиданных мелких недостатков. Но я обещаю, что следующее мероприятие вам понравится еще больше. – Вы хороший организатор, Тимофей, – снова похвалила меня Лиля. – И людей было много – полный аншлаг. А зрительский интерес к событию – это самое главное. Вы показали то, что нравится людям. Это было по-настоящему ярко и слегка эпатаж-
но. Мне понравилось… Тимофей, наверное, у вас большая надежная команда? – Моя команда – это я сам, – ответил я. – Лилия, я с детства привык к тому, что хорошего результата можно добиться только тогда, когда полагаешься в первую очередь на самого себя. – Да… Вы очень целеустремленный человек, – Лиля задумалась. – Я тоже меч-
тала о подобном проекте, только связанном с гимнастикой. Но, увы, у меня ниче-
го не получилось.
– Гимнастика? Это интересно, – ответил я тогда, не подозревая, во что может вылиться мой интерес не столько к гимнастике, сколько к Золотой Лилии, просла-
вившейся в этом виде спорта.
А потом было прощание в аэропорту… После разговора во время банкета я долго взвешивал все за и против. Думал о том, сколько денег смогу потратить на ее проект и кому он будет нужен. Я влюбился в нее с первых секунд знакомства. Нет, еще не как в единственную в мире женщину, а как в друга, близкого мне по духу. Меня сразили ее мягкость, женственность и красота. Но самое главное, что было в ней – это очень доброе сердце. Думая обо всем этом, я решил: такому че-
ловеку, как Лилия, не жаль посвятить часть своей жизни и подарить возможность реализовать мечту. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 122
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 122
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
123
– Я думал о вашем проекте, – говорю я, когда мы прощаемся в аэропорту.
– Да? Это интересно, – в ее голосе проскальзывают нотки надежды. – Это вполне реально, Лилия, – говорю я. – Более того, через полгода я сделаю международный турнир по гимнастике. – Мне сложно в это поверить, – отвечает она, недоверчиво глядя на меня. – Гу-
бернатор и мэр обещают мне такой турнир уже шесть лет.
– Можете не верить, но я вам докажу, что это реально.
Лилия пожимает мне руку на прощание: – Что же, поживем – увидим. До свидания, Тимофей Нагорный, – с женским ко-
кетством поддразнила она меня. И… в этот момент я решил действовать. Мне захотелось покорить ее сердце. И покорять его я решил, помогая Лилии реализовать ее цели, желания и надежды. 3
Подготовка к проведению любого спортивного турнира начинается со стратегиче-
ского планирования. Если ты четко не представляешь, чего хочешь, у тебя ничего не получится. Поэтому, берясь за реализацию проекта, необходимо в первую оче-
редь для самого себя ответить на два вопроса: первый – «зачем я это делаю?», вто-
рой – «для кого я это делаю?». А сила и упорство в достижении цели – это главные инструменты в любом бизнесе. Я помнил об этом и решил действовать достаточно агрессивными методами. Во-первых, для популярности проекта нужно было за-
действовать в нем людей, чья известность привлекала бы внимание как зрителей, так и бизнесменов, финансирующих турнир. Во-вторых, учитывая незаслуженное забвение Лилии, ушедшей из большого спорта, мне захотелось, чтобы о ней снова заговорили. А главная моя цель в этом проекте заключалась в том, чтобы показать ей: в этой жизни есть место чуду.
Наступило время активных действий. Мы записали интервью с Лилией и сде-
лали качественную фотосессию. При этом я не жалел времени на уговоры, объяс-
няя Лиле, что это очень важно для турнира.
Нужно ли рассказывать, что те фото были развешены по всей моей квартире? Я любовался ею. Но тогда она казалась мне недостижимой. Я думал, что эта девуш-
ка никогда не посмотрит в мою сторону – как на настоящего, сильного, преданно-
го мужчину. И от этих мыслей становилось грустно.
Уже на следующей неделе высказанные Лилей мечты, желания и помыслы превратились в красивую статью, а лучшая фотография была размещена на об-
ложке журнала. Эту обложку разместили на бордах и лайтбоксах по всему Донец-
ку. А сам журнал мы адресно разослали бизнесменам, чиновникам и политикам. Так моя команда напомнила шахтерскому региону, что ему есть кем гордиться, что у него есть своя абсолютная олимпийская чемпионка.
– Я тронута, – говорила мне Лиля. – Это то, о чем я мечтала всю свою жизнь. Это больше, чем победа на Олимпиаде, ведь там я побеждала как спортсменка, при-
ложив все свои силы и возможности. А здесь я победила как человек. Человек, ко-
торый мечтал создать маленькое чудо в жизни начинающих спортсменов и тысяч зрителей. Она не скрывала слез радости, когда присутствовала на генеральных репети-
циях турнира. Мы с Лилей верили: у нас все получится.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 123
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 123
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
124
Увы, тогда я потерпел финансовое поражение. Власть имущие не сдержали своего обещания и профинансировали турнир лишь частично – очевидно, наш проект показался им недостаточно интересным и привлекательным. Поэтому основные затраты мне пришлось взять на себя. Я слишком многое тогда поставил на карту. Но, проиграв в материальном плане, выиграл в моральном. Потому что улыбка на лице девушки, чье сердце я хотел завоевать, стоила того.
Международный турнир «Золотая Лилия» был грандиозным. Мне удалось за-
действовать в нем чемпионов со всех континентов, легендарных спортсменов, звезд эстрады, танца, цирка. Кроме того, присутствие на турнире самого богатого человека страны Рината Ахметова придало нашему проекту соответствующий ста-
тус. В тот вечер я и команда моих единомышленников чувствовали себя победи-
телями, сделавшими невозможное возможным. Лиля тоже выступила на турнире с произвольной программой, и, естественно, ей аплодировали больше всех. Она была душой, сердцем и звездой этого шоу. И я был просто очарован и околдован ее грацией и красотой.
Узнаваемость и популярность Лилии росла. Она стала частым гостем различ-
ных светских мероприятий и телевизионных передач. Глянцевые журналы на-
перебой брали у нее интервью. Она покоряла всех своей искренностью, непо-
средственностью и вниманием к окружающим. Ее начал интересовать не только собственный проект, но и другие проекты нашей компании. Лиле понравились наши идеи дарить позитивные эмоции и счастье людям, вносить в их жизнь эле-
менты чуда и волшебства. 4
Я знал, что Лиля мечтала иметь пусть маленький, но свой собственный автомо-
биль. И вот однажды я пригласил ее в автосалон, чтобы она сама выбрала свою машину – села за руль и поняла, что это то, что ей нужно. В автосалоне Лилия уви-
дела спортивный джип, и ей захотелось прокатиться на нем. И все. Другая маши-
на меня уже не интересовала. Поэтому я перекупил джип у его владельца – прямо в салоне. Мне хотелось, чтобы она ездила на самом красивом авто. Мне верилось, что каждое исполненное желание согреет Лилино сердце.
Увы, Лиля недолго радовалась новому приобретению. Произошло страшное. Не прошло и месяца с того момента, когда она впервые села за руль своего авто, как ее на улице, рядом с прокураторой Киева, жестоко избили какие-то ублюд-
ки и угнали джип… Когда я узнал об этом, земля ушла из-под моих ног. Потерять Лилю для меня теперь было бы так же страшно и горько, как потерять маму. В тот вечер я был в Донецке, а Лиля – в Киеве. Мой друг сообщил мне эту тревожную весть в полночь. Целую ночь я провел без сна. В голову лезли пугающие мысли – мне было страшно. Первым же утренним рейсом я вылетел в столицу и через не-
сколько часов увидел Лилю. Чувства сострадания, жалости и любви переполняли мое сердце. Она казалась мне такой маленькой, такой беззащитной. «Как у этих не-
людей могла подняться на нее рука? Как вообще мужчина может бить женщину? Ведь каждая женщина – это чья-то дочь, сестра, настоящая или будущая мать»… От этих мыслей мир стал казаться мне суровым и жестоким. Я с радостью поменял-
ся бы с Лилей местами. Я винил себя за то, что не смог уберечь ее, и готов был по-
ложить весь мир к ее ногам. Сделать все что угодно, лишь бы только уменьшить ее book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 124
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 124
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
125
душевные и физические страдания. Для меня случившееся стало очень жестокой проверкой моих чувств.
Через три дня, преодолевая телесную боль, Лиля вышла на сцену. Она была ведущей на концерте, проводимом на площади Независимости в День Киева. Все прошло великолепно. И никто тогда даже не подозревал, что после выступления Лилия вернулась в больницу, потому что травмы, нанесенные ей, были очень се-
рьезными и она нуждалась в постоянном наблюдении докторов.
Я сделал все возможное для того, чтобы Лилия прошла курс лечения и реаби-
литации в разных странах и ей помогли лучшие специалисты. Когда она вернулась после реабилитационного курса из Америки, в аэропорту ее ждал не только букет ее любимых цветов, но и новый автомобиль, который я оформил на ее имя.
Но мое сердце продолжало рваться на куски. Я хотел поймать и наказать обид-
чиков. Мне казалось, что, только отомстив им, я обрету спокойствие. В течение года мы искали людей, избивших Лилию, по всей России. Иногда я, отчаявшись, начинал думать, что все это бессмысленно. Но я с детства привык не сдаваться и не останавливаться перед трудностями. Я встречался с криминальными автори-
тетами, которые были не просто «в законе», а являлись живыми легендами этого мира – людьми, одного слова которых было достаточно для решения определен-
ных вопросов. Нанимал частных сыщиков, милиционеров… И наконец мы нашли обидчиков Лилии. Помню, как я пришел к этим негодяям вместе со своим другом Сергеем Лев-
ченко. Мы готовы были просто растерзать их. Но в самый последний момент по-
звонила Лилия, сказала, что давно их простила, и попросила, чтобы мы отпустили этих людей. Ей не хотелось отвечать пощечиной на пощечину. Лиля была уверена, что время все поставит на свои места, а Бог рассудит по справедливости. Но пре-
жде чем свершился Небесный суд, земной суд приговорил виновных к лишению свободы. А машина… машина Лилии до сих пор так и стоит на стоянке транс-
портной прокуратуры города Таганрога Ростовской области. Закон оказался на стороне перекупщиков краденого.
Лилия очень сильно переживала. Когда ее избили, она думала не только о сво-
ем здоровье, но и о том, что будет с теми, кто поднял на нее руку.
– Почему ты так переживаешь за этих негодяев? – спрашивал я. – Я ведь пообе-
щал, что накажу виновных. – Мне посоветовали за них помолиться. Отвези меня в Лавру. – Нет, тебе сейчас нужен покой. – Тимофей, неужели ты не понимаешь: как я могу быть спокойна, испытывая обиду? Мне нужно помолиться. Я хочу их простить, тогда мне станет легче.
Я отвез Лилию в Лавру. Она молилась, ставила свечи перед иконами за здра-
вие людей, едва не лишивших ее жизни, и во время молитвы по ее щекам текли слезы. В эти минуты она была Лилей, которая так умела сострадать. Ни доктор, ни я не смогли излечить ее так эффективно, как это сделала церковь. Здесь она обре-
ла душевный покой. Лиля всегда считала грех непрощения одним из самых страш-
ных грехов. Время не стоит на месте. Нам с Лилей предстояло забыть о случившейся траге-
дии и все усилия направить на добрые дела. Этот жестокий случай подтолкнул нас к еще более активному участию в судьбах тяжелобольных и просто нуждающихся book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 125
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 125
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
126
людей. Мы начали помогать детским домам, интернатам, людям, больным раком, СПИДом, заключенным. Моя молодежная организация превратилась в Между-
народный благотворительный фонд Лилии Подкопаевой «Здоровье поколений». Я настоял на том, чтобы соучредителями фонда стали верующие люди, и пообе-
щал быть самым активным волонтером. «Мы не имеем права потреблять Любовь, Добро, Счастье, не производя их» – эти слова стали нашим девизом, они помогали нам в трудные времена, укрепляли нашу веру, убеждали в правоте наших поступ-
ков. Так мы жили… И я верю, что всем, кто принимал участие в благотворительных программах фонда «Здоровье поколений», их деяния зачтутся и всем им воздаст-
ся, когда придет срок.
Шел третий год существования нашего проекта «Золотая Лилия». Три года мы вместе создавали мечту – и результаты превзошли все наши ожидания. Турнир трансформировался в международный фестиваль. Его начали показывать на глав-
ных телеканалах страны. Зрители со всех уголков Украины приезжали в Киев, что-
бы посмотреть на лучших представителей мира спорта и искусства. Дети после увиденного записывались в спортивные секции, танцевальные студии, цирковые кружки и балетные школы, чтобы быть похожими на своих героев.
Однажды ко мне подошла женщина и поблагодарила за шоу. Она сказала:
– Вы – настоящий волшебник. Вы смогли принести в мой дом надежду. Мой сын связался с плохой компанией, начал убегать из дому, а ведь ему всего лишь двенадцать лет. Наверное, он совсем сбился бы с пути, если бы не ваш проект. Я не знаю, что именно его впечатлило, но он стал серьезно заниматься современными танцами, записался в спортивную секцию. Спасибо!
Вот именно в этом и заключалась главная цель нашего проекта. Именно об этом мы мечтали, создавая его: чтобы подрастающее поколение брало пример с талантливых людей, которые своим упорством и настойчивостью добились ми-
рового признания.
Слава фестиваля «Золотая Лилия» триумфально ширилась по всей стране. Дети одного из оздоровительных лагерей Святогорска назвали так свое учреждение. У турнира появились свои гимн, журнал, сайт и даже одноименные конфеты. Пра-
вильно выработанная стратегия дала свои результаты: успешный продукт, с кото-
рым ассоциировалась Лилия Подкопаева, принес ей широкую популярность. Она стала послом доброй воли ООН, послом по спорту в Совете Европы. Ей посвящали стихи, песни, картины, сняли мультфильм и несколько документальных фильмов.
Казалось, мечты Лилии воплотились в жизнь. Но это было не так. Потому что главной мечтой Лили была крепкая семья и дети – мальчик и девочка. А я в то вре-
мя еще не был готов к тому, чтобы настолько радикально изменить свою холо-
стяцкую жизнь. И дело было вовсе не в штампе в паспорте. Не скрою – мне тогда действительно очень хотелось, чтобы Лиля вышла за меня замуж, но я не спешил с предложением. 5
У каждого человека есть своя половина, возможно, мы просто не знаем, по какому принципу Бог разделил людей.
Решение создать семью пришло к нам неслучайно. Между мной и Лилей уже возникали разговоры о совместной жизни. Но я не столько Лиле, сколько, на-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 126
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 126
03.12.2011 15:25:30
03.12.2011 15:25:30
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 127
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 127
03.12.2011 15:25:31
03.12.2011 15:25:31
128
верное, самому себе часто говорил, что не создан для семьи. Хотя в то же время я, конечно же, мечтал стать достойным мужем Лилии.
Почему я говорил, что боюсь создавать семью? Потому что считал, что Ли-
лия Подкопаева была слишком хороша для меня, а я на 99% плохой (так я ей по-
стоянно твердил). Что она могла бы с легкостью выйти замуж за человека по-
богаче и интереснее, но почему-то из сотни поклонников выбрала меня. Это и внушало мне страх.
Как-то в солнечный летний день мы сидели в одном из любимых донецких ре-
сторанов с нашим большим другом, который был для нас как отец. Мы называли его папой. По окончании обеда он с улыбкой сказал:
– Все! Ставлю вас перед фактом! У вас зимой будет свадьба! Дата – 25 дека-
бря. Это очень серьезная дата – дата рождения великих и святых людей. Вот пусть в этот день и родится самая интересная семья нашей страны. Я считаю, что вы созданы друг для друга. Хватит вам уже приглядываться да принюхи-
ваться. То, через что вам пришлось пройти вместе, и то, чего вы добились за последние три года, говорит о том, что вместе вы сделаете многое. Этот брак будет одним из самых крепких браков, если не сглупите. Тем более к этой дате откроется самый красивый отель страны, и я надеюсь увидеть самую краси-
вую свадьбу.
Да, Валерий Григорьевич всегда говорит емко, кратко и аргументированно. Но мы с Лилей и без чьих-то советов уже готовы были сделать этот шаг, поэтому предложенную нашим большим другом идею приняли с радостью и воодушев-
лением. Чтобы никому не подражать и быть оригинальными, в свадебное путе-
шествие мы поехали перед бракосочетанием. Франция, Аргентина, Чили, Остров Пасхи и конечная наша цель – острова Французской Полинезии: Таи-
ти, Муреа, Бора-Бора. Там же и случилось то, о чем я до сих пор вспоминаю с радостью.
Райские места и потрясающая компания друзей располагала к чему-то экс-
траординарному и необычному. Чтобы все запомнили это путешествие, мы ре-
шили сыграть свадьбу по местным обрядам. Старейшина племени сказала, что здесь еще никогда не обручались люди из стран бывшего соцлагеря, но нас это только порадовало. Приятно быть первыми. Мы выдержали все испытания и проверки и уже вечером, в качестве настоящих супругов, танцевали вместе с непревзойденными мастерами танца из «Таити-балета».
Я до сих пор люблю пересматривать фотографии, на которых запечатлены те наши с Лилей путешествия. И кто бы мог подумать тогда, что брак, который так красиво начинался, будет разрушен четыре года спустя.
По приезде на родину я начал готовить грандиозную свадьбу и должен от-
метить, что даже президентские выборы не помешали нам создать волшебную атмосферу. Красная дорожка, салют, тысячи поклонников, выездная церемония и самые дорогие гости – все это стало невероятно красивым праздником, запе-
чатлевшимся в наших душах. Нам подарили королевский номер, дорогое шам-
панское и торт, изготовленный американским кондитером. Это было похоже на волшебную сказку и настоящее чудо. Это был мой звездный час. Разве мечтал мальчик из пригорода Макеевки о том, что женится на настоящей принцессе? Вряд ли – подумаете вы.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 128
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 128
03.12.2011 15:25:31
03.12.2011 15:25:31
129
А на следующий день мы отправились в Москву уже на другой праздник. Нашей легендарной покровительнице, маме для нашей семьи, феноменальной спортсменке Ларисе Латыниной исполнялось 70 лет. Меня переполняла гор-
дость за то, что она участвовала в нашей судьбе, и это было большой честью – оказать помощь в праздновании ее юбилея. Как в Москве, так и в Киеве царили радушие, уважение и любовь к ее заслугам. Я сказал Лиле, что и ей желаю, что-
бы к ней так относились на протяжении всей жизни. В праздничном концерте «Легенда по имени Лариса», организованном нашим фондом, все артисты уча-
ствовали бескорыстно. 6
Да, так свершилась еще одна моя детская мечта: я, как и говорил в детстве отцу, же-
нился на самой красивой спортсменке страны!
Начало нашей семейной жизни было наполнено радостью и счастьем, кото-
рые мы с Лилей старались дарить друг другу каждую секунду. Одно лишь омра-
чало нас: мы оба мечтали о том, что наш дом вскоре наполнится веселыми дет-
скими криками и топотом маленьких ножек, но… Долгие годы, проведенные Лилей в спорте, высочайшие физические и нервные нагрузки на грани челове-
ческих возможностей привели к тому, что врачи поставили моей любимой су-
пруге неутешительный диагноз: вероятность бесплодия. Это нас просто ужас-
нуло! Мы не верили. Мы не хотели мириться с этим. Мы обращались к самым разным специалистам. Но время шло – и… Я все чаще замечал след печальных, скорбных мыслей на лице Лилии. А что говорить обо мне – человеке, выросшем в многодетной семье и всегда мечтавшем воспитывать собственных детей?.. Нет, это не оттолкнуло нас друг от друга. Наоборот, мы еще больше сблизились, если только это было возможно, в единой мечте – стать родителями. Мы прохо-
дили вместе испытание за испытанием. И наконец я принял решение, о котором никогда не жалел и никогда не пожалею ни на секунду, потому что это мое ре-
шение дало толчок Чуду…
Я всегда мечтал о том, что буду воспитывать приемного ребенка. Ведь мой дедушка – генерал Тимофей Нагорный – на войне, при освобождении Болга-
рии, спас девочку и удочерил ее. Сейчас тете Софии уже далеко за 60 лет и она до сих пор живет в Одессе, там, где жили и похоронены мои дедушка и бабуш-
ка. Мой дед всегда был примером для меня, и я решил продолжить семейную традицию.
Но не только это подтолкнуло меня к решению усыновить ребенка. Я сам познал, что такое голодное, нищее детство. Я познал, что это такое – не иметь возможности в полной мере ощущать отцовское тепло. Уже во взрослом воз-
расте, общаясь с самыми разными детьми, я понял одну простую истину: глав-
ное, чего может не доставать всем детям Земли, – это родительское тепло. А об-
щаясь во время наших благотворительных акций с детьми-сиротами, я понял: главное, о чем они мечтают, – это обрести семью. Обрести папу и маму… Каж-
дый ребенок в любом детском доме больше всего на свете мечтает именно об этом. Я видел сотни рисунков, на которых эти детки изображают самый радост-
ный момент в их жизни: к ним в детдом приходят «потерявшиеся» папа и мама и находят их. Находят – и забирают жить к себе, в семью… Когда во время обще-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 129
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 129
03.12.2011 15:25:31
03.12.2011 15:25:31
130
ния с сиротами я видел их светящиеся глаза в момент рассказов об этих своих мечтах, я просто не мог сдержать слезы и дал себе обет: «Я сделаю все для того, чтобы как можно больше детей-сирот нашли приемных родителей и обрели на-
стоящие семьи, которые им никогда не смогут заменить казарменные условия жизни в детдомах, даже при всей самоотверженности и доброте работающих в них людей!» Я вспомнил слова матери: «Вера без дел мертва» – и решил действовать. Ре-
шил своим собственным примером привлечь внимание общественности к этой страшной беде нашего общества: в отличие от Украины, в цивилизованных стра-
нах с устойчивыми демократическими нормами и в мусульманском мире пробле-
мы сиротства не существует! Например, в той же Америке семьи выстраиваются в очередь, чтобы усыновить осиротевших по каким-либо причинам детей. Тыся-
чи бездетных семей в США вынуждены искать возможность усыновить ребенка в других странах и каждый год усыновляют по всему миру более тридцать тысяч си-
рот! Так чем мы хуже американцев? Мы что, из другого теста слеплены? Из такого, в котором нет места любви и милосердию?!
«Вера без дел мертва». Я решил: коль уж нас с Лилей называют «самой извест-
ной парой страны», то мы должны быть первыми не только в наших помыслах и стремлениях творить добро и милосердие, но и в благих деяниях. Я верил в то, что, как только мы с Лилей сделаем первый шаг к усыновлению ребенка, это послужит сигналом для многих других семей совершить такой же богоугодный поступок.
Обдумав все это, я поехал в донецкий Дом малютки.
Он находился напротив моего офиса, и я часто хотел зайти туда, но не решался. Ограничивался передачами сладостей и одежды. Когда я подъехал к нему, четы-
рехлетние детки играли на улице, катались на качелях и о чем-то спорили между собой. Меня никто не остановил, и я попросил разрешения посмотреть на самых маленьких. Зайдя в комнату для грудных – отвергнутых и никому, кроме Бога, не-
нужных малышей – я сразу увидел взгляд больших мудрых глазенок. Он настоль-
ко притягивал меня, что я перестал замечать детские крики и разговоры окружав-
шего меня персонала. Подойдя к малышу, я сказал: «Привет, вот мы и нашли друг друга»… И почему-то из моих глаз хлынули слезы. Но слезы не напугали ребенка, и я почувствовал, как мое сердце открылось миру новой, неожиданной для меня самого стороной. Врач зачем-то начал рассказывать мне, сколько этот малыш перенес болезней за шесть месяцев жизни, и пытался показать мне других деток. Но я прервал его словесный поток одной-единственной фразой:
– Это – мой сыночек!
Я считаю, что настоящие родители – это не те, кто осуществил процесс зачатия, а те, кто воспитал ребенка. Я молю Бога, чтобы мой мальчик не унаследовал пло-
хие гены от биологических родителей, а взял все самое лучшее от мамы, папы и ба-
бушки. Чтобы он брал пример с сильных, добрых, искренних людей.
Должен признаться, я был приятно удивлен, когда и жена, и теща сразу под-
держали меня в моем решении. На семейном совете никто из нас не выказал даже тени сомнения в необходимости усыновить маленького глазастенького ангела, которого мы уже успели полюбить – задолго до того, как он попал в наш дом. Это было наше общее желание. Никому из нас не нужны были лишние слова и аргументы для того, чтобы понимать: каждый ребенок, появившийся book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 130
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 130
03.12.2011 15:25:31
03.12.2011 15:25:31
131
на свет, должен иметь семью! Он не должен проходить через все те унижения, через которые неизбежно проходит сирота! Ни одни детские глаза не должны преждевременно стареть от слез, выплаканных во время выглядывания из окна детдома «потерявшихся» папу и маму!
Унизительная процедура выполнения глупых формальностей, связанных с усыновлением, бюрократические преграды и сам суд забрали у нас достаточно времени. Но наше решение осталось неизменным! Говорят, когда в доме появляется сирота – дом наполняется радостью. Сына мы назвали Вадимкой, а крестили Матфеем, что означает «Божий дар». А в том, что Вадимка-Матфей нам с Лилей был действительно послан Богом, я никогда не усомнюсь ни на секунду! Потому что, несмотря на неутешительные для нас прогнозы врачей, Лиля забеременела, когда мы оформляли документы на усы-
новление малыша! И разве это не чудо, дарованное нам Господом?! Лиля скрывала от меня начало беременности некоторое время, а от мамы – почти полгода. Мы еще не могли до конца поверить в это, но в то же время пони-
мали, что даже грозные вердикты врачей ничего не значат перед Божьим про-
мыслом!
После медицинского осмотра в Америке мы поделились своей радостью со всей Украиной. А учитывая мировой опыт усыновления, решили сделать это публично, несмотря на шквал критики злопыхателей. И будущее показало, насколько мы были правы. Ведь благодаря нашему примеру сотни сирот об-
рели семьи и нашли своих мам и пап. В тот год, когда мы с Лилей забрали Ва-
димку из Дома малютки, показатель национального усыновления вырос боль-
ше чем на 12%!
Но даже это не заставило злые языки умолкнуть. Некоторые позволяли себе делать заявления вроде: «Это все только пиар! Им вовсе не нужен этот маль-
чик!» Тогда мои друзья по моей просьбе разместили в Интернете рекламу: «Усы-
новление – это пиар, давайте пиариться вместе!» Многие сразу успокоились.
В ответ завистникам я всегда говорю: «А кто и что мешает вам усыновить ре-
бенка? Ведь каждый ребенок-сирота мечтает о полноценной семье! И если бы мы не хотели иметь сына – у нас не было бы и дочери! Так почему вы сами бои-
тесь сделать подобный шаг? Не потому ли, что только любящий человек может создать семью и наполнить свой дом детским смехом, улыбками и радостью?»
Так осуществилась самая большая мечта Лили – растить в своей семье род-
ных детей – мальчика и девочку. Малышку мы назвали Каролиной, в честь на-
шей большой подруги Ани Лорак, а крестили – Надеждой, в честь моей мамы, которая задолго до рождения внучки знала, что у девочки будут ее глаза.
Я раздражаюсь, когда какие-то люди начинают делить моих детей на при-
емного и родного. Глупо спрашивать у меня, кого из них я люблю больше, по-
тому что и сына, и дочь я люблю равной любовью и не отделяю их одного от другого. Для меня и Вадимка, и Каролинка – самые родные человеческие су-
щества в мире! Ни одного из них я не отделяю от себя! За них я готов вынести все, что преподнесет мне жизнь, лишь бы они выросли здоровыми и счастли-
выми! Хочется дать им все самое лучшее – то, чего не было ни в моем, ни в Ли-
лином детстве! Я мечтаю, чтобы в будущем они добились успеха и стали при-
мерами для других людей – так же, как это сумели сделать мы с Лилей, – их отец и мать. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 131
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 131
03.12.2011 15:25:31
03.12.2011 15:25:31
132
7
В самые лучшие годы нашей совместной жизни Лилия была ангелом-хранителем для меня. Так, на пятом месяце беременности она поехала в Николаев и по просьбе боль-
ных СПИДом оплатила операцию за рубежом тяжелобольному мальчику, и этим спасла ему жизнь. На седьмом месяце беременности Лилия узнала, что моего друга детства, ко-
торый был мне близок по духу, хотят уничтожить. И Лиля поехала к отцу человека, который осмелился на самый тяжкий грех, и коленопреклоненно просила не до-
пустить непоправимого. А должен заметить, что до этого она никогда ни перед кем не становилась на колени.
– Пожалуйста, скажите вашему сыну, чтобы он одумался. Пусть мирно погово-
рят, рассмотрят ситуацию и найдут решение без кровопролития. Потому что лю-
бое кровопролитие порождает лишь новое кровопролитие. У него ведь тоже есть отец, и он тоже будет страдать. Вы ведь страдали бы без вашего сына? – так тогда сказала Лилия этому человеку.
Не знаю, насколько страдал бы за сыном-убийцей этот мужчина, но его сердце смягчилось. Он пообещал, что сделает все возможное. И наш друг остался жив.
8
К сожалению, на каком-то этапе жизни я перестал чувствовать тепло, которое мне дарила счастливая семейная жизнь. Вероятней всего, из-за того, что нача-
лись серьезные финансовые проблемы. Испытывая колоссальные психологи-
ческие и физические перегрузки, я заставлял себя работать еще больше, чтобы выбраться из финансового тупика. Увы, гнев и раздражительность стали тогда моими постоянными спутниками. Я стал роптать и возмущаться по мелочам. Бы-
вало, не спал больше двух-трех суток напролет… Но, к сожалению, никакая ра-
бота не могла разгрузить мой мозг, и я медленно, но уверенно взобрался на пик нервного срыва. Почему-то стало казаться, что меня никто не хочет понять, под-
ставить плечо, поговорить по душам. К своему ужасу, я стал думать, что никому не нужен, что меня используют только в своих корыстных целях. Я представлял больничную койку и горькое одиночество. Делился своими опасениями с близ-
кими друзьями. Лиля, будучи беременной, улетела в Америку. И мне морально стало еще тяжелее. Мне стало безумно одиноко. Я начал выпивать спиртное, надеясь та-
ким образом облегчить душевные страдания. Сначала понемногу. Почувство-
вал временное облегчение. Затем начал напиваться до беспамятства, и мне ста-
новилось еще хуже… Как-то я пропьянствовал несколько дней. Встал утром с перепоя, чувствуя себя совершенно разбитым, и сказал себе: «Все! Хватит!» – после чего принял душ и на-
чал собирать спортивную сумку, готовясь к тренировке. Я ведь всегда считал себя сильным, поэтому и решил наказать себя за то, что позволил собственному разуму и телу поддаться слабости. Выпив три чашки кофе, я отправился в спортклуб. Тело не слушалось, руки дрожали, но я приказал себе: «Соберись, размазня!» Через полчаса физических нагрузок я почувствовал катастрофическую слабость. Я уже не мог не то что тренироваться – не мог передвигать ноги. По стеночке пошел к book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 132
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 132
03.12.2011 15:25:31
03.12.2011 15:25:31
133
врачу-массажисту. Кабинет был открыт, но врача не оказалось на месте. Безумный страх и паника охватили меня. Собрав остатки воли, я заставил руку дотянуться до телефона. Кто-то поднял трубку, я прошептал: «Умираю» – и рухнул на пол… Оч-
нулся от жуткого удара в грудь. Несколько врачей что-то мне кричали, а я не мог произнести ни звука в ответ. Мне было холодно до такой степени, словно меня об-
ложили льдом. Тело закоченело, и я не мог пошевелить даже пальцем. Какие-то люди задавали мне десятки вопросов, которые я уже практически не слышал: – Тебе холодно?
– Д-да, – с хриплым свистом выдохнули мои губы.
Мне начали делать инъекции, капали какую-то жидкость в рот… А потом была больница… Это произошло 06.06.06. Страшное дьявольское число…
Я чувствовал себя словно живой труп: перепады давления, анемия, невралгия, дистония. Постоянные обследования, и каждый новый врач выносил свой вер-
дикт. Целители использовали все средства народной медицины, чтобы вернуть мне здоровье, но все было малоэффективно. Малейшая физическая или нервная перегрузка – и я падал в обморок, покрываясь холодным потом.
Но все же, преодолевая боль, я нашел в себе силы, чтобы полететь в Америку к жене и поддержать ее во время беременности. Показать, что я не трус, не сла-
бак, не размазня.
Лиля, увидев, в каком я состоянии, тоже подставила мне плечо: водила малень-
кими шагами на приемы пищи и всевозможные процедуры.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 133
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 133
03.12.2011 15:25:31
03.12.2011 15:25:31
134
9
После долгожданного рождения дочери у меня появилась надежда вернуть прежнюю физическую форму и восстановить душевную гармонию. Малыши ра-
довали и умиротворяли меня, вселяли уверенность в завтрашнем дне и настра-
ивали на плодотворную творческую работу. С грудного возраста они заботились друг о друге как кровные братик и сестричка. Вадим в годик, еще сам не умея тол-
ком ходить, уже пытался качать на качелях и в коляске Каролину. Казалось бы, гармоничная семья, красивые, мудрые детки, просто золотая теща – что еще нуж-
но для счастья?
2007 год – «Лучшая пара года», «Мама года», «Женщина года» – какие только титулы ни присуждали различные издания и общественные организации Лилии и нашей семье. Благотворительные проекты нашего фонда стали еще более вос-
требованными и популярными. Соответственно – мы получили больше возможно-
стей для оказания адресной помощи нуждающимся в ней. Росло доверие к нашей деятельности со стороны обычных людей, представителей малого и среднего биз-
неса. Мы объединяли граждан из разных уголков страны, вне зависимости от их материального положения, вероисповедания и политической принадлежности. На наши проекты приходили представители всех политических сил, а одна из пар-
тий внесла Лилю в свой список под номером два на выборах в областной совет – перед ней был только председатель облсовета.
На Лилю начали обращать внимание не только как на общественного деяте-
ля, но и как на преуспевающую красивую женщину. На нее сыпались предложения сняться в рекламе разных брендов, на обложках модных журналов. Как и всякой женщине, Лиле нравилось быть в центре внимания. Она обслуживалась в дорогих салонах, ездила на престижных автомобилях, лучшие дизайнеры шили ей одежду, появились дорогие украшения и аксессуары. Правда, несколько омрачил этот, по-
жалуй, самый счастливый год в нашей семейной жизни один не очень приятный момент: постоянные посещения светских мероприятий принесли Лилии не самый лицеприятный титул – «Тусовщица года».
10
Мне очень тяжело вспоминать те годы, которые мы прожили с Лилей вместе. Я бо-
юсь что-то забыть, о чем-то не написать. Каждое слово, каждая вещь, связанная с Лилей и ее жизнью, отзывается болью в моем сердце. Мне хотелось сделать все возможное и невозможное для ее счастья. Если бы я мог, я достал бы все звезды с небосвода, только бы видеть ее улыбку…
Когда наша семья начала разваливаться, я чувствовал только одно: страда-
ние и сильную печаль. Страдание – потому что не мог ничего изменить. Печаль – потому что мы больше не были единым целым. Мир семьи – мир очень личный, очень хрупкий. Все, что думают окружающие о чужой семье, никогда не бывает истинно верным. Потому что только двое – муж и жена – знают все причины и следствия. Только они, и никто более, понимают суть всего, что происходит в их семье. Только они могут чувствовать и понимать все реалии своей семьи. Наверное, наш развод начинался с того, что я потерял непререкаемый автори-
тет в глазах Лилии. Слишком уж много времени я уделял работе, своей болезни, от которой хотел уйти благодаря этой работе… Более того, в какой-то момент я даже book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 134
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 134
03.12.2011 15:25:32
03.12.2011 15:25:32
135
для самого себя перестал отделять семью от работы. Я перестал «переключаться», принося работу, свои проблемы со здоровьем в семью, обременяя ее этим. Оче-
видно, в какой-то момент мои нравоучения и наставления стали если не раздра-
жать, то уж точно утомлять Лилю. И, увы, я вовремя не заметил этого. Наверное, поэтому Лиля все чаще стала менять мое общество на общество «светских львиц», с которыми я избегал общения, ссылаясь на физическое состояние. Да, я действи-
тельно не хотел появляться на тусовках в тот период. Боли в сердце наталкивали на неприятные мысли, усталость ломала меня на части, словно я был не челове-
ком, а пластилиновой игрушкой. Порой я начинал думать о самом худшем… Иногда я все же появлялся на каких-то мероприятиях и от увиденного на них позволил себе допустить, что чистая сердцем Лилия утрачивает те качества, кото-
рые мне так в ней нравились, что духовный мир Лили в опасности. Нет, я, конеч-
но же, не верил наушничавшим мне «доброжелателям», что Лиля превращается в стервозную женщину с непомерными амбициями. Я по-прежнему видел в ней до-
брую девушку, которую я любил и которая не раз выручала меня в трудную минуту. Но не зря говорят: вода камень точит. Особенно – если эта «вода» пропитана ядом желчи и зависти. А завистников, прикрывающихся маской добродетели, и у меня, и у Лили всегда хватало. Нет, я не верил слухам и сплетням. Но… не знаю, как вода, а злые языки действительно способны подточить даже самую крепкую скалу.
Если бы не дети – я вряд ли выжил бы. Они отвлекали меня от душевной боли. Ради них я старался не думать о том, что мое сердце и сосуды требуют лечения. Мне хотелось дать нашим малышам самое лучшее – то, чего не было в детстве ни у меня, ни у Лили.
Но в то же время меня начало преследовать ощущение ненужности. На семей-
ных праздниках, тусовках я чувствовал Лилин холод, не понимая того, что холод в наших отношениях вызван в первую очередь мной самим. Меня преследовала мысль о том, что Лиля перестала меня понимать. И в сердцах я позволил себе об-
винять ее в этом. Лиля терпела сколько могла, но затем и сама начала обвинять меня: дескать, я не такой, как все, я не настолько сильный и успешный, как ей этого хотелось бы. Отношения наши ухудшались с каждым днем. Нам все чаще приходи-
лось сдерживать эмоции, чтобы не скатиться до банальной грубости. И я закрыл-
ся. Я с головой ушел в работу, все чаще погружаясь в мысли о том, что вот, мол, те-
перь мне приходится работать в одиночку, разрушая себя и жертвуя собой ради успеха супруги. Начало високосного 2008 года было удачным для жены, ведь ее пригласили во Всемирный зал спортивной славы в США, где в присутствии мамы вручили оче-
редную награду. Сегодня, по прошествии времени, я, конечно же, не думаю, что вновь обре-
тенная тогда Лилей слава и публичность начали губительно действовать на ее личность. Вполне возможно, что Лиле на том этапе ее жизни действительно тре-
бовалась плата в виде всевозможных атрибутов публичности – за спортивное дет-
ство и юность, когда на алтарь гимнастики было положено все. Но тогда мне каза-
лось, что супруга перестала считаться со мной, и от этих мыслей мне было горько и обидно. Мне казалось, что для Лилии перестало существовать слово «нет», что супруга поставила себе цель переплюнуть по количеству платьев в шкафу Екате-
рину ІІ, у которой их было больше пятнадцати тысяч. Ко всему этому у нас начались финансовые проблемы.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 135
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 135
03.12.2011 15:25:32
03.12.2011 15:25:32
136
Проект 1 июня в День защиты детей стал финансово невыгодным. Мне при-
шлось взять несколько кредитов. Но это не остановило нашу подготовку к празд-
нованию 30-летия Лилии Подкопаевой. Я настоял на проведении юбилея в присут-
ствии детей-сирот, детей шахтеров и металлургов в Святогорске Донецкой области. Во-первых, за последние 70 лет ни одна звезда украинской эстрады в этом насе-
ленном пункте не выступала, хотя там находится более 30 детских оздоровитель-
ных учреждений. Во-вторых, местом проведения концерта выбрали мы лагерь «Золотая Лилия», названный в честь жены. И, в-третьих, годом раньше Лиля поо-
бещала, что будет постоянно отмечать свой день рождения в этом лагере. А я всег-
да считал делом чести выполнять данные обещания. Когда приехали наши звезды и начали петь для деток, танцевать вместе с ними и фотографироваться, я снова на какое-то время почувствовал себя по-настоящему счастливым. Казалось, это было то, ради чего я жил и живу. Ведь никто из десят-
ков миллионеров – не юридических, а фактических собственников детских лаге-
рей – не счел нужным доставить такие позитивные эмоции детворе и подросткам. Для празднования юбилея были заказаны отель и ресторан. Сюрпризы и веселье продолжались до утра… Но я заметил, что Лиля не испытывала особой радости и мероприятие, подготовленное мной в честь супруги, показалось ей скучным и неинтересным. И я в очередной раз позволил себе подумать, что все чаще натал-
киваюсь на ее непонимание.
Утром Лиля улетела, а я снова остался один с мыслью, что опять сделал что-то не так. Последние несколько месяцев я постоянно жил с этой мыслью. Мне было очень больно и грустно. Я чувствовал, что кому-то из нас придется уйти. Но кто сделает первый шаг?..
По возвращении в Киев была поставлена очередная цель – Лилия должна до-
стойно выступить на танцевальном «Евровидении» в Шотландии. Изучив все за и против, мы начали активно готовиться к очередному проекту. Пара Подкопае-
ва – Костецкий стали призерами, и я был горд собой за приложенные усилия и всестороннюю поддержку, оказанную жене. Но Лиля внешне не проявила особой признательности и благодарности. Я вполне допускаю, что этим она хотела не усу-
губить и без того шаткое равновесие в наших отношениях, а исправить его. Оче-
видно, ей казалось, что если она будет демонстрировать некоторое безразличие ко мне, это принесет более эффективные результаты. Что это заставит меня пред-
принять какие-то очередные шаги для сохранения нашей семьи. Но на каждом из двух берегов реки всегда могут быть свои легенды. В те минуты мне просто хоте-
лось собрать вещи, забрать детей и хлопнуть дверью.
Груз финансовых обязательств после проведения 1 июня концерта «Звезды де-
тям» не давал мне морального права не предупредить Лилю о возможном прова-
ле главного нашего совместного детища – фестиваля «Золотая Лилия». Слишком много средств пришлось одолжить, слишком много потерь мы понесли. Мировой экономический кризис непосредственно коснулся и наших постоянных мецена-
тов, практически все из которых отказались от участия в фестивале. Да, его можно было перенести, отложить на какое-то время. Но мне очень уж хотелось доказать Лиле свою любовь и преданность. То, что ради нее я готов пойти на все. Я решил: проект должен состояться, несмотря на все трудности.
В условиях отсутствия денег я использовал в качестве залога свое имя и репутацию, что позволило мне уговорить технических подрядчиков, партне-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 136
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 136
03.12.2011 15:25:32
03.12.2011 15:25:32
Мое продолжение – Каролина и Вадим book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 137
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 137
03.12.2011 15:25:32
03.12.2011 15:25:32
138
ров делать все в долг, с отсрочкой платежа. И проект был реализован. При этом эксперты высказали однозначное мнение: этот сезон фестиваля «Золотая Ли-
лия» был лучшим. После заключительного номера мой друг детства Игорь Беседин едва ли не выносил меня из зала на руках. Я был разбит морально и физически. Тело не слу-
шалось меня, а душа рыдала от боли, потому что мне вновь показалось, что Лилия восприняла все произошедшее как должное. В этот момент мне захотелось уйти в никуда, как когда-то Лев Толстой, бросив все, ушел из Ясной Поляны… Я поговорил со своим отцом и попросил его помолиться за меня и мою семью. Высказал свои опасения о том, что могу не справиться с таким положением дел и таким состоянием здоровья. Отец искренне хотел мне помочь, говорил, что об-
звонит всех христиан-бизнесменов, напишет письма верующим людям в Амери-
ку и Европу, но…
Жизнь его оборвалась так внезапно для меня, что я не мог поверить в то, что произошло. Семейная скорбь, похороны – и через несколько дней я с трудом пе-
редвигал ноги. Я пытался пожить один в лесу, пытался разобраться в себе и в от-
ношении ко мне.
День рождения малышей заставил меня вернуться в Киев. Мне в очередной раз показалось, что мое присутствие раздражает жену, а я тогда так хотел ощутить ее поддержку.
Мне больно вспоминать те дни, мне страшно вспоминать их, и я рад, что они никогда не возвратятся. С Божьей помощью не возвратятся.
Человек всегда остается заложником обстоятельств, хочет он того или нет. А меня тогда придавил такой тяжелейший моральный груз, что… Наверное, именно потому, что я тогда находился на пике душевного кризиса, нервного сры-
ва, я и не смог пересмотреть свое отношение к сложившейся ситуации. Сегодня, оглядываясь в прошлое, я никогда не смогу простить себе те недопустимые мыс-
ли о любимом человеке, о матери моих детей, которые я себе позволил. И сейчас, стыдясь самого себя, честно скажу, о чем я думал тогда. Мысли мои были темны-
ми и безрадостными. Я думал о том, что, может быть, Лилия не смогла мне посо-
чувствовать из-за того, что с полутора лет не видела своего отца, и поэтому ей неведомо, как это – ходить за руку с папой, мастерить с ним воздушного змея, слу-
шать его истории. Я думал о том, что она выросла эгоисткой, потому что ей с само-
го раннего детства приходилось постоянно думать только о себе – жизнь на спор-
тивной базе, вдали от мамы, оставила отпечаток на ее личности. Я думал о том, что, да, Лилию воспитали хорошие тренеры, но они не дали ей того, что могли бы дать мама и отец. О том, что Лиля привыкла быть первой скрипкой в гимнастике – очень индивидуальном виде спорта – и потому, наверное, пыталась проециро-
вать эту модель отношений на все другие стороны жизни, не до конца понимая, что семья – это, образно говоря, командная игра, в которой игроки становятся единым целым. Да! Именно так думал я в то время! И я жутко стыжусь тех своих мыслей сегодня! Но тогда… Я попросил друга отвезти меня в Донецк. Преследуемый темными мыслями, я страстно захотел перечеркнуть годы нашей совместной жизни и начать все зано-
во. Но по дороге к Донецку у меня случился сердечный приступ, после чего смер-
тельный страх сковал меня окончательно. Мысли загнали меня в угол, из которо-
го я уже не видел выхода.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 138
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 138
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
139
Сергей Левченко сумел доставить меня живым в отделение реанимации. Левая сторона моего тела отказывалась двигаться, онемели подбородок и губы. После об-
следования врачи назначили мне 12 препаратов. По два раза в день ставили капель-
ницы. А я не мог не то чтобы встать и сходить в туалет, даже пошевелиться не мог.
Усилия врачей принесли положительный результат, и с помощью интенсив-
ной терапии я поднялся на ноги через десять дней. Кроме Сергея, за те две неде-
ли, что я провел в больнице, никто ко мне не приехал. Только к концу лечения я получил от жены SMS: «У нас все ок, надеюсь, и у тебя тоже»... Я был еще очень слаб, но мне так хотелось сделать сюрприз жене и приехать на четырехлетие нашей свадьбы и семилетие совместной жизни. 25 декабря мы встретились и немного пообщались. Я все понял... и Новый год встречал в До-
нецке один. Разговоры о разводе уже звучали из наших уст, но теперь я был уве-
рен, что все усилия сохранить семью тщетны. Я чувствовал себя лишним в на-
шем доме. Дети ничего не понимали, тянулись ко мне, плакали, но… было уже поздно пытаться склеить разбитый сосуд. Друзья пытались сохранить нашу семью. Они уговорили меня приехать в Киев на Крещение. Они говорили мне: «Через подобные кризисы проходит практиче-
ски каждая семья. У вас все еще наладится, и вы снова будете во всем друг другу помогать, как и прежде». Я поддался на эти уговоры и приехал. За день до Креще-
ния я снова почувствовал себя счастливым. Дети наполнили меня любовью, и я хотел частичку этой любви подарить Лилии. Мне было хорошо с ней, как никогда. Лиля плакала ночью и говорила какие-то теплые слова. Я признался ей в том, как мне было тяжело в больнице, что больше не хотел бы оставаться один и что бо-
юсь этого больше всего в своей жизни. Утром мы отвели деток в садик, я пытался ее обнимать и шутить. Я был в хоро-
шем настроении, ведь появилась надежда на примирение. Мы поехали на служе-
ние к митрополиту Владимиру. В машине Лиля задумчиво молчала. Позже было два праздничных застолья, и она, как всегда, была в центре внимания. А затем мы приехали домой. И вдруг…
Стоя у нашего подъезда, Лиля неожиданно сказала: – Знаешь, Тимофей, думаю, я тебя никогда не любила. Наверное, в какой-то момент мне просто показалось, что ты перспективен. Прости, но это так. Форму-
ла наших отношений такая: мы остаемся друзьями.
После этих слов жены весь мир для меня рухнул…
Я решил пройтись и успокоиться, готовя себя к очередному разговору с Ли-
лей. Набрав своего врача, я вкратце рассказал ей о происшедшем. Доктор в приказном тоне попросила меня максимально быстро переехать в гостиницу. Собирая вещи, я не мог скрыть ни эмоций, ни слез. Пусть простят меня малыши за то, что их слезные просьбы: «Папа не уходи» не остановили меня.
Через два дня я подал заявление на развод. Все имущество я всегда оформлял на жену и претензий к совместно нажитому у меня не было, да и быть не могло. На что я надеялся, когда в присутствии ее адвоката эмоционально высказал все, что думаю о нашей семейной жизни, о своей болезни, о многом другом, не знаю. Наверное, на то, что Лиля услышит меня и сделает попытку вернуть все на свои места. Но этого не произошло. После подачи мной заявления и этого последне-
го разговора Лилия поехала получать награду от Президента – так, словно ничего важного в ее жизни не произошло. Так – будто ею кто-то управлял…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 139
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 139
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
140
Наш бракоразводный процесс получил широкое освещение в СМИ. Лилия продолжала появляться на светских мероприятиях, избегая при этом отвечать на вопросы обо мне. А потом вышло ее эксклюзивное интервью в одном из глянцевых журналов. Комментировать то, что тогда было написано от ее имени, я просто не хочу. Уверен: основная масса людей не поверила лжи и грязи, выли-
той на нас, с помощью которой кто-то, очевидно, решил сделать себе имя в жур-
налистике. Но разве так делают имя?
Давайте просто обратимся к фактам: никому в нашей семье не был ведом страх, что завтра будет нечем кормить детей. Раз в неделю я старался привозить лучшие продукты и покупать детям одежду известных брендов, не жалел денег на игрушки для них, книги, фильмы. У нас в доме всегда была хорошая техника. Лилия редко занималась уборкой – мы приглашали домработницу. Я знал, что Лиле нужны особые условия – и я мог себе позволить создать их. Я знаю, что от кризисов никто не застрахован. Но, пока я жив, я буду делать все, чтобы мои дети ни в чем не нуждались. Я очень сильно люблю Вадимку и Каролинку и го-
тов отдать все, только бы они были счастливы! 11
Шло время. Моя жизнь начала потихоньку входить в нормальное русло. Состояние здоровья улучшалось, кредиторы дали отсрочку по платежам. Появились новые дру-
зья и масса выгодных предложений. Я оживал, как цветок, который начали старатель-
но поливать и удобрять заботливые руки. Наконец, постоянно увеличивая участие в благотворительности и социальных проектах, я окончательно утвердился в том, что смогу развиваться творчески самостоятельно. И сегодня мне становится страшно за тех, кто материальные и виртуальные ценности предпочитает духовным.
Я продолжал мечтать…
В жизни бывают разные ситуации. Но даже тогда, когда ты по каким-либо при-
чинам остался один, без денег и завоеванных ранее титулов, ты должен понимать, что никто и никогда не бывает одинок. Потому что с тобой всегда остаются Бог, Все-
ленная и твои мечты. Я мечтал обрести новых друзей, новую работу, новую жизнь, новые возможно-
сти. Мне нужно было пройти критическую точку и доказать себе и обществу, что я все еще могу творить. ...Полный Дворец спорта, красивые декорации, потрясающие номера и уча-
стие звезд эстрады и спорта – все это уже мой новый проект, который я реализо-
вал самостоятельно. Полный зал благодарных детишек с родителями и первые автографы говорили о том, что мечты мои благие и я иду в верном направлении. Сразу после проведения этого судьбоносного благотворительного мероприя-
тия меня пригласили в самую крупную интернет-компанию страны и предложили должность директора по развитию. Через несколько дней мне также предложи-
ли сотрудничать с одним из самых успешных благотворительных фондов Украи-
ны. Переживая боль, я испытывал потребность откорректировать свои мысли и действия, понимая, что у каждого из нас есть все необходимые инструменты и ориентиры для лучшей жизни.
Теперь, оглядываясь назад, я вспоминаю, как постепенно избавлялся от невы-
носимой боли, которую чувствует отвергнутый человек. Как еще долго будоражи-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 140
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 140
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
Главная Мечта жизни – усыновление Вадима
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 141
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 141
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
142
ли мое сознание фантомы этой боли, заставляя судорожно сжиматься сердце. Как мне пришлось начинать жизнь с чистого листа.
Сегодня я уверенно стою на ногах, выплатил все долги и думаю о том, что вскоре создам семью с достойной женщиной, которая в первую очередь будет моим другом.
Я не искал красивую жену из «светского общества». Я вообще никого не искал. Мне кажется, что та, дарованная мне Богом, половинка сама постучалась в двери моего сердца.
12
Кто-то мечтает о власти, несметных богатствах, о славе, а кто-то хочет просто всег-
да оставаться самим собой. Я сумел снова стать самим собой и рад этому. А еще я рад тому, что мой прежний жизненный девиз: «Будь жесток к себе, и тогда к тебе не будут жестоки люди» – уже не актуален для меня и не соответствует духу времени. Теперь я говорю: «Я благодарен Богу за то, что желаю большего, чем могу достичь, и никогда не отступаю».
Мне снова захотелось мечтать и воплотить свой стратегический, масштабный, невероятный план, и, к счастью, я уже вижу конечную цель. Если только это будет угодно Богу.
Теперь моя жизнь всегда будет посвящена самой главной моей Мечте – делать добро людям. Благотворительность стала моим вторым дыханием. В ней я нашел себя. И за это я тоже благодарен Лилии Подкопаевой. Человеку, который навсег-
да останется для меня не только матерью моих детей, но и сильной, целеустрем-
ленной личностью, сумевшей реализовать свою мечту сначала в спорте, став аб-
солютной олимпийской чемпионкой, и продолжающей успешно решать новые задачи, которые перед ней ставит жизнь.
Сейчас, когда наши взаимоотношения с Лилией нормализовались, для меня очень важно остаться ее другом, если уж нам не суждено быть вместе до конца дней наших. Потому что я не хочу и не могу позволить себе потерять человека, столько давшего мне для моего личностного роста.
Когда-то я был потрясен до глубины души случаем, произошедшим в дни наших первых встреч в Киеве. Я тогда пробыл в столице на несколько дней дольше запла-
нированного, и у меня не осталось денег на обратную дорогу в Донецк. Мне было стыдно просить у нее, а обратиться было не к кому. Я готов был идти пешком – толь-
ко бы не просить. И вот когда мы попрощались и я вышел к остановке маршрутного такси, у меня оставалась смутная надежда найти в карманах хоть какие-то копейки, чтобы доехать до вокзала, а там – хоть на электричках, хоть на перекладных, хоть к проводникам проситься. Странно, но в карманах что-то зашуршало. Я нашел но-
венькие бумажки, которых хватило бы на десяток поездок в Донецк. После этого случая я пообещал себе всегда быть рядом с этим добрым и отзыв-
чивым человеком. И я всегда буду помнить ее такой: живой, милосердной, беско-
рыстной, искренней, настоящей. Я благодарен Лилии за тот опыт, который мне довелось пережить вместе с ней. За трудности и испытания, выпавшие мне на пути к моей Мечте. За то, что я нашел в себе силы подняться после тяжелого падения. И я не верю в то, что она меня ни-
когда не любила. Просто любовь не смогла надолго удержаться в ее сердце.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 142
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 142
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
Я благодарен Лилии за то, что она была в моей жизни. За тот свет, который она пролила на мое существование. За все наши дни, наполненные радостью, любо-
вью и счастьем. Я безумно благодарен Лилии за то, что она помогла мне воплотить в жизнь мою главную Мечту и продолжить семейную традицию Нагорных – усыновить ре-
бенка! Я благодарен Лилии за то, что усыновив Вадимку, мы тем самым дали при-
мер для подражания многим людям! За то, что благодаря нашему примеру сотни детей-сирот обрели свои семьи! За то, что никогда уже больше эти детки не по-
чувствуют себя брошенными и никому не нужными! За то, что они уже никогда не узнают, что такое нищета, боль, лишения, пороки и грязь жизни на улице! За то, что нашим с Лилией примером мы сотворили благо для этих детей! А не это ли есть наивысшее счастье для людей, стремящихся творить добро?! Я хочу, чтобы Лилия была счастлива! Я всегда буду рядом и поддержу ее в трудную минуту! Я пообещал быть для нее другом – и я выполняю это обещание! book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 143
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 143
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
144
РУССКАЯ БЕРEЗКА
Доброе имя лучше большого богатства,
и добрая слава лучше серебра и золота.
Пр. 22:1
1
Я всегда любил родной Донецк. Город, который из небольшого поселка на берегу степной речушки Кальмиус вырос в огромный промышленный центр крупнейше-
го индустриального региона. Город, началом истории которого послужил щедрый дар природы – каменный уголь.
Мой родной город старше меня ровно на сто лет. В 1869 году английский техник-металлург Джон Юз за 24 тысячи фунтов стерлингов выкупил у князя Ко-
чубея концессию на постройку завода по изготовлению железных рельсов из местных материалов. Летом 1869 года он поселился на берегу Кальмиуса и начал строительство будущего металлургического завода. Рядом со стройкой возник по-
селок, который слился с шахтерским селением Александровского рудника и был назван Юзовкой по имени самого англичанина Джона Юза.
Мне нравился областной центр Донбасса, который был трижды переимено-
ван, пройдя путь от Юзовки и Сталино к Донецку. Я всегда любил город, которому суждено было познать все перипетии трудовой жизни, перетерпеть нужду и бес-
правие, пережить революцию, ужасы гражданской войны и самую разрушитель-
ную в истории человечества войну 1941–1945 годов.
Я люблю свой родной город и людей, живущих в нем. Я всегда ими восхищался. Ведь именно благодаря донетчанам наш город с честью прошел все испытания, вы-
стоял и продолжает развиваться. Во все времена Донецк славился не только свои-
ми Стахановыми, но и научными и культурными деятелями, спортсменами. Кто-то из них, родившись на Донбассе, так и прожил здесь всю жизнь. Многих знамени-
тых донетчан судьба разбросала по всему земному шару. Чьи-то имена мы помним, а кого-то несправедливо забыли, так, словно этих людей никогда и не было. Увы, память человеческая бывает весьма коротка. Мы очень часто забываем своих вчерашних кумиров, героев, всенародных любимцев еще при их жизни и в лучшем случае вспоминаем лишь тогда, когда они уходят в мир, из которого нет возврата. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 144
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 144
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
145
2
Я горжусь знакомством со многими выдающимися людьми, причастными к совре-
менной истории Донецка и нашей страны в целом. Обо всех них невозможно рас-
сказать в одном литературном произведении, потому что каждый из этих людей достоин того, чтобы ему была посвящена отдельная книга. Но есть человек, знаком-
ство с которым очень сильно повлияло на мое сегодняшнее мировоззрение и еще больше утвердило меня в стремлении творить добро и помогать людям. Этот че-
ловек – Полина Григорьевна Астахова – легенда советской спортивной гимнасти-
ки, пятикратная олимпийская чемпионка (а всего она завоевала девять олимпий-
ских наград), двукратная чемпионка мира и Европы, семикратная чемпионка СССР, кавалер орденов Трудового Красного Знамени и «Знак Почета», медали «За трудо-
вую доблесть». На пике славы ее во всем мире называли Русской Березкой, но ушла она из жизни, прозябая на нищенскую пенсию, будучи так несправедливо забытой в своей стране.
Русской Березкой Полину Григорьевну Астахову впервые назвали итальян-
ские журналисты во время римской Олимпиады 1960 года за особую, изысканную стройность и грациозность. Каждый выход Астаховой на спортивный помост был законченным высокохудожественным номером. Полина Григорьевна познала, что такое настоящая зрительская любовь. Стоило ей появиться во время церемонии закрытия Игр в Риме на трибуне, как весь сектор встал, ее окружили сотни людей, пытались дотронуться рукой, просили автограф. После римской Олимпиады уже под именем Русской Березки знаменитая гимнастка побывала во многих странах Европы, в Америке и на Кубе, где встретилась и познакомилась с Фиделем Кастро.
После завершения спортивной карьеры многократная чемпионка Олимпий-
ских игр, мира, Европы много лет отдала тренерской работе в сборной СССР по спортивной гимнастике. Полина Григорьевна была наставником и другом мно-
гих прославленных спортсменок: Людмилы Турищевой, Ольги Корбут, Нелли Ким, Стеллы Захаровой, Марии Филатовой, Елены Давыдовой, Натальи Шапошнико-
вой, Елены Наймушиной. Да и Лилия Подкопаева, завоевавшая олимпийское зо-
лото через сорок лет после первой победы Полины Астаховой, по праву считает себя одной из ее учениц.
Полина Григорьевна Астахова родилась 30 октября 1936 года. История ее жиз-
ни – это история человека, прошедшего все испытания судьбы на пути от голод-
ного, холодного, больного, исковерканного войной детства к вершинам мировой славы и… к такой же голодной, больной старости в забвении. Испытаний и лише-
ний, выпавших на долю легендарной гимнастки, с лихвой хватило бы на многих.
Полина Григорьевна выступала за спортивное общество «Шахтер» нашего родного Донецка. Навсегда ушла от нас 5 августа 2005 года. 3
Познакомиться с Астаховой я мечтал давно, но не имел такой возможности, по-
скольку Полина Григорьевна, выйдя на пенсию, снискала славу очень замкнуто-
го человека.
Я несколько раз приглашал участвовать в наших спортивных проектах леген-
дарную спортсменку Ларису Семеновну Латынину. Рекордсменка Книги рекор-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 145
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 145
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
146
дов Гиннесса, обладательница 18 олимпийских медалей – человек очень добрый, внимательный, отзывчивый и коммуникабельный. Я несколько раз бывал в го-
стях у Ларисы Семеновны и подружился с ней и ее мужем Юрием Израилевичем Фельдманом. Когда в России планировали отмечать 70-летний юбилей Ларисы Латыниной, я предложил организовать подобное мероприятие и в Киеве. Лари-
са Семеновна с радостью согласилась. После этого снова началась напряженная кропотливая работа над созданием очередного шоу-проекта. Я зарезервировал Октябрьский дворец, и мы вместе с режиссером Владимиром Лившицем нача-
ли разрабатывать сценарий яркого торжественного события. По нашей задумке в этом мероприятии должны были участвовать и звезды эстрады, и начинающие спортсмены, и родственники Ларисы Латыниной, и ветераны спорта. Долго спори-
ли с Лившицем, обсуждая возможность участия в проекте каждой кандидатуры, поскольку прекрасно отдавали себе отчет в том, насколько сложно собрать в одно время в одном месте огромное число знаменитостей. Режиссер настаивал на том, чтобы мы обязательно включили в список ветеранов спорта, участвующих в ме-
роприятии, пятикратную олимпийскую чемпионку Полину Григорьевну Астахову. И я, конечно же, согласился – ведь мечтал познакомиться с ней, а тут представился такой случай. Полина Григорьевна дружила с Латыниной, жила с ней в одной ком-
нате на сборах и соревнованиях и была ее главной конкуренткой в сборной Со-
ветского Союза по спортивной гимнастике. Но случай случаем, событие событием, а теперь предстояло главное: не только связаться с Астаховой, но и добиться того, чтобы она посетила наше мероприятие. Я обратился за помощью к президенту Фе-
дерации гимнастики Украины – олимпийскому чемпиону Игорю Коробчинскому. Игорь пообещал, что поможет пригласить действующих спортсменов, ветеранов спорта, но, когда я завел речь об Астаховой, сказал: «Тимофей, можешь забыть об этом. Ее пригласить невозможно. Астахова не идет ни на какие контакты и просто игнорирует всех».
Подобного рода препятствия меня только подзадоривают. Через знакомых я нашел номер домашнего телефона Полины Григорьевны и несколько дней подряд раз по пять названивал ей, пока она наконец не взяла трубку. Я назвал себя, пред-
ставился сотрудником фонда, который помогает ветеранам спорта, и сослался на Нину Бочарову, первую олимпийскую чемпионку Украины, которой ежемесячно платил стипендию. Заверил Астахову, что мы и ей будем выплачивать стипендию.
Полина Григорьевна была немногословной. Она выслушала мою сбивчивую от волнения речь, как-то недоверчиво хмыкнула в ответ на мой рассказ о нашей помощи ветеранам спорта и попросила перезвонить на следующий день, весьма иронично сказав при этом, что обязательно поинтересуется у Нины Антоновны Бо-
чаровой о том, «что же это за стипендии такие». Уж не знаю, за кого Астахова меня приняла тогда, но, уже зная о ее закрытости и необщительности, я вовсе не оби-
делся на ее иронию. Я позвонил Полине Григорьевне на следующий день, и она назначила мне встречу. Сказала: «Хорошо. Жду вас у себя через полчаса. Успеете?» Как я позже сообразил, она сделала это намеренно, чтобы я не успел специально подготовиться к встрече и не тратил время и деньги на внешние эффекты – цветы, подарки, еще что-то. Полина Григорьевна жила в старом доме на проспекте Побе-
ды. Когда я, боясь опоздать, примчался по указанному адресу (через весь Киев – с Левого берега, где находился во время звонка), Астахова ждала меня у подъез-
да на лавочке.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 146
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 146
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
147
– Здравствуйте, Полина Григорьевна!
– Добрый день, Тимофей! – сдержанно приветствовала меня легендарная спортсменка.
Я волновался и потому начал сбивчиво произносить заготовленный текст:
– Я очень рад знакомству со знаменитой землячкой, и мне очень приятно, что Вы учились в моем родном Донецке и выступали за мой любимый город…
Не знаю, сколько бы еще продолжалась моя весьма эмоциональная речь, сдо-
бренная активной жестикуляцией, но Астахова довольно резко прервала меня:
– Все это прекрасно, молодой человек. Да вот только руководство Донецка не чтит ветеранов спорта, и эти малоинтересные мне люди даже не знают о моем су-
ществовании, наверное.
Я смутился, хотя смутить меня весьма сложно, я бы даже сказал, сделать это практически невозможно, несмотря на мою некоторую «детскость» в глубине души.
– Полина Григорьевна, я не могу отвечать за этих людей. Могу говорить только от себя, своих друзей и партнеров. По мере сил и возможностей мы оказываем по-
мощь ветеранам спорта. Я думаю, Вам она тоже не помешает.
В ответ прозвучало уже знакомое мне по телефонному разговору недоверчи-
вое хмыканье. Астахова гордо подняла подбородок и, глядя словно сквозь меня, твердым тоном сказала: – Молодой человек, я вам очень благодарна за внимание и желание оказать поддержку. Да вот только выглядит все это, согласитесь, достаточно неожиданно и неправдоподобно. Простите, но я чувствую какой-то подвох. Тимофей, скажите правду: чего вы не договариваете?
Не врать людям меня еще в детстве научила моя мама. Да и понимал я тогда прекрасно, что, даже опустись я до «лжи во благо», ни к чему хорошему это не при-
вело бы. Поэтому сказал честно:
– Да, у меня есть к Вам маленькая просьба… Но, поверьте, мои телефонные звонки и сегодняшний приезд были продиктованы лишь искренним желанием по-
мочь Вам. И, независимо от ответа, который сейчас получу, я готов Вам помогать и буду это делать.
Астахова снова хмыкнула, на этот раз с каким-то удовлетворением, мол, что я, собственно, и подозревала. – Ну, и что там у вас за просьба?
– Полина Григорьевна, хочу Вас пригласить на юбилей Ларисы Латыниной, ко-
торый состоится сначала в Москве, а затем в Киеве в Октябрьском дворце, – выпа-
лил я, понимая, что, скорее всего, встреча не удалась, ожидаемый разговор не со-
стоялся и сейчас он вообще закончится. И я не ошибся.
– Тимофей, я очень благодарна и за желание помочь, и за приглашение. Но по разным причинам я не смогу присутствовать на празднике у Лары, – со стальной твердостью в голосе ответила Астахова.
– Если для этого что-нибудь нужно, я все выполню. Не проблема, – пытался на-
стаивать я.
– Все, – отрезала Астахова. – Не будем об этом больше говорить. Мне нуж-
но идти.
– Когда к Вам можно снова приехать? – уже ни на что не рассчитывая, спросил я.
– Созвонимся, – ответила Полина Григорьевна и поднялась со скамьи.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 147
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 147
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
148
Вот таким неоднозначным и неопределенным было мое знакомство с леген-
дарной Русской Березкой…
Возвращался я домой после этой встречи с мыслями о том, что, возможно, я чем-то расстроил Полину Григорьевну, может, даже разочаровал. Я ехал и думал о том, почему она отказалась принять меня в своей квартире, а спустилась вниз к подъезду (только позже, побывав у нее в доме, понял почему). Думал о том, по ка-
кой причине Астахова с Латыниной не общались лет 20. Рассуждал, почему, когда я предложил Ларисе Семеновне пригласить на ее юбилей Астахову, Латынина в ответ покачала головой и сказала: «Нет. Полина не приедет. Даже не пытайся. Она очень закрытый человек и нигде не бывает». Вспоминал слова Игоря Коробчинского о не-
желании Полины Григорьевны идти на какой-либо контакт и диалог. Грешным де-
лом у меня тогда даже мелькнула мысль: а не могло ли ранее произойти что-то в от-
ношениях этих двух великих спортсменок, что перечеркнуло их дружбу?
Немногим позже я понял: никаких конфликтов между ними не было. Астахова бесконечно уважала Латынину. Но Лариса Семеновна, в отличие от Полины Гри-
горьевны, очень коммуникабельный человек. Она всегда умела шагать в ногу со временем, невзирая на возраст. Латынина умеет общаться на равных и с прези-
дентом, и с рядовым гражданином страны. Где бы она ни выступала, аудитория всегда слушает ее с открытым ртом. А Полина Григорьевна слеплена из другого теста. Может, в глубине души она по-хорошему и завидовала Латыниной – ведь ту всюду приглашали, она была на виду, а Астахову забыли, вычеркнули из жизни. Она очень болезненно переживала забвение, а многие думали, что гимнастка про-
сто стала нелюдимой, отгородилась ото всех. Когда я ехал с нашей первой встречи с Астаховой, не будучи еще знаком с ней близко, я этого не знал и не понимал. Возможно, в глубине души я и был немного разочарован отказом Полины Григорьевны принять участие в нашем мероприя-
тии, но тем не менее я дал себе слово помогать ей, несмотря ни на что. Через пару дней я снова позвонил Астаховой и попросил назначить встречу. Полина Григорьевна не отказала, но по тону ее ответов я почувствовал, что осо-
бым желанием встречаться она не горела. Я снова издалека начал подводить теле-
фонный разговор к идее пригласить Русскую Березку на юбилей Латыниной. От-
вет Астаховой был резким и однозначным: «Тимофей, я не люблю возвращаться к уже сказанному ранее. Какие торжества? Я очень плохо себя чувствую. Да и вооб-
ще, вы меня видели? Последний раз я покупала себе одежду лет 25 назад!» Готовясь к новой встрече, я внимательно изучил все достижения Астаховой. Поговорил со многими ветеранами спорта о ней. Втайне от Полины Григорьевны расспросил ее соседей о состоянии ее здоровья…
На встречу я приехал с медикаментами, продуктами и небольшим букетом полевых цветов. Когда легендарная спортсменка спустилась из своей квартиры к подъезду, то, увидев меня с пакетами и цветами в руках, она несколько секунд просто не могла произнести ни слова.
– Тимофей, что это? – с дрожью в голосе спросила Астахова и украдкой бросила взгляд на окна соседей, так, словно боялась, что кто-то может увидеть эту сцену.
– Это мое внимание к Вам. Мое отношение к Вам, уважение, если хотите...
Полина Григорьевна присела на скамью.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 148
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 148
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
149
– Тимофей, я не готова к такому вниманию. Последний раз цветы в руках дер-
жала лет двадцать назад.
Я сел рядом.
– Если Вам не нравится, больше цветов не будет. Я их тоже не люблю дарить. Больше люблю, когда они в горшочке растут.
Полина Григорьевна улыбнулась и смущенно сказала:
– Тимофей, простите, но я не могу пригласить вас домой. Обстановка там до-
вольна мрачная. Не могу позволить себе сделать ремонт.
Только представьте себе – эта великая гимнастка, которая имела высочайшие награды разных стран, к которой многие мировые лидеры когда-то приезжали только ради того, чтобы постоять с ней рядом, сегодня стеснялась пригласить до-
мой самого обычного человека, искренне желающего ей помочь, только потому, что ей было стыдно! Не за себя стыдно, а за государство, бросившее больного по-
жилого человека, столько сделавшего для славы отечественного спорта, влачить несносное существование на нищенскую пенсию! Человека, которого в свое вре-
мя, после того как она стала чемпионкой мира, огромный переполненный стоты-
сячный стадион на одном из матчей чемпионата СССР по футболу вместе с самим Хрущевым приветствовал стоя!
– Полина Григорьевна, я вырос в бедной семье, и меня удивить довольно слож-
но, – мягко сказал я, а затем стал рассказывать ей о своей семье, о том, в каких жи-
лищных условиях провел детство и юность.
Не знаю, почему, но мне очень захотелось тогда поделиться с этой потря-
сающей женщиной, чем-то напоминавшей мою маму, историей моих достиже-
ний и разочарований, радостей и огорчений. Захотелось просто поговорить о жизни с тогда еще практически незнакомым человеком, в котором я безо-
шибочно распознал что-то близкое и до боли родное. Я рассказывал о том, что вырос в доме без фундамента, в сырости, что сестры спали вшестером на двух кроватях, что одежда в нашей семье покупалась крайне редко, переда-
валась от старших детей младшим и носилась годами... От этих воспоминаний у меня слезы наворачивались на глаза, и Полина Григорьевна плакала вместе со мной.
– Ладно, Тимофей, – прервала мой рассказ она. – Чувствую, разговор нам пред-
стоит длинный и нелегкий. Пойдемте, пожалуй, ко мне чай пить, коль уж удивлять-
ся ничему не собираетесь.
Вот так и началась наша дружба.
Когда я увидел, в каком состоянии находилась квартира олимпийской чемпи-
онки, мне стало не по себе. Я готов был на другой же день прислать сюда строите-
лей и начать делать ремонт – и тут же предложил это Астаховой. Но Полина Григо-
рьевна отказалась. Я уже знал, что не столь давно к ней приезжали иностранные журналисты, снимали документальный фильм о Русской Березке. И мне было не-
выносимо стыдно за то, что они увидели. Стыдно за свою страну, которая так «по-
могает» своим легендарным олимпийским чемпионам…
Полина Григорьевна заварила чай и открыла коробку конфет, которую я привез. Ее трудно было разговорить. Астахова мне еще не доверяла. Я интере-
совался деталями ее биографии, спортивной карьеры, ее общением с власть имущими. Она неохотно отвечала на мои вопросы и старалась не слишком углу-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 149
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 149
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
150
бляться в тему. Я осторожно подошел к вопросу здоровья. Спросил, что ее бес-
покоит. Полина Григорьевна мягко улыбнулась в ответ и сказала, что легче рас-
сказать, что ее не беспокоит. Тогда я предложил ей ежемесячную финансовую помощь на приобретение лекарств. Астахова внимательно посмотрела на меня, несколько секунд помолчала и лишь потом дала согласие все с тем же сомнени-
ем в голосе.
А для сомнений у легендарной гимнастке были причины. Ведь спортивные чиновники знали, что Астахова живет в нужде, потому что она несколько раз об-
ращалась в Министерство по делам спорта, и там ей каждый раз отвечали, что возможности помочь нет. Что, мол, очередь из бывших спортсменов, которым требуется лечение и операция, огромная. В общем, никто не выделил даже ко-
пейки. А вот известная румынская гимнастка, пятикратная олимпийская чемпи-
онка Надя Команечи, присылала Астаховой из Америки деньги на лечение. По-
лина Григорьевна страдала астмой, и только на лекарства требовалось минимум сто долларов в месяц. Несколько позже, когда мы уже познакомились ближе и Полина Григорьевна стала мне доверять, нам с Лилей Подкопаевой удалось уговорить ее отправиться в санаторий и пройти полное медицинское обследование. Профессор, доктор ме-
дицинских наук, после тщательного осмотра Астаховой сказал мне: «Знаете, проще назвать хворь, которой у нее нет: больны сердце, суставы, позвоночник. У нее по-
чечная и печеночная недостаточность, астма – полный набор. Все это последствия огромных спортивных и нервных нагрузок и того, что передалось генами от роди-
телей». Что я мог тогда ответить врачу? Ведь Русская Березка положила свое здо-
ровье ради престижа родины, только об этом все забыли почему-то… Там, в сана-
тории, я пообещал Полине Григорьевне, что вылечим ее. Она в ответ проворчала: «Тимофей, я еле-еле спускаюсь к тебе по лестнице, когда ты приезжаешь, а ты за-
ставляешь меня по врачам ходить»… А через полгода мы с Полиной Григорьевной уже гуляли по Киеву.
Но это было позже. А тогда, когда я впервые переступил порог квартиры Рус-
ской Березки, я позволил себе пригласить ее пообедать.
– Что Вы любите? – спросил я. – Устрицы, лобстеры?
Полина Григорьевна улыбнулась: – Что ты, я их и не ела никогда. Мой желудок эти деликатесы не усвоит, навер-
ное. Знаешь, я бы поела домашнего борща.
Я обрадовался и предложил Полине Григорьевне на выбор любой из рестора-
нов Киева. Астахова мягко улыбнулась и сказала:
– Тимофей, далеко от дома я давно уже боюсь отходить – ноги слабые. Но раз уж я согласилась пообедать с тобой, то здесь рядом на проспекте Победы в гастро-
номе есть кафе. Вот там ты меня и можешь борщом угостить. Только не торопи со-
бытия, пожалуйста. Мне еще подумать нужно.
4
К сожалению, на юбилей Латыниной (в декабре 2004 года ей исполнилось 70 лет) ни в Москву, ни в киевский Октябрьский дворец Астахова не приехала. Здоровье book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 150
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 150
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
Легендарная Лариса Латынина
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 151
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 151
03.12.2011 15:25:33
03.12.2011 15:25:33
152
не позволило ей это сделать, хотя Полина Георгиевна уже оттаяла к тому времени и склонна была принять мое приглашение. В Москве Ларису Семеновну Латынину наградили орденом «За заслуги перед Отечеством». Это был очень трогательный вечер. Награду легендарной спортсмен-
ке вручал Президент России Владимир Путин. Кого на чествовании Латыниной только ни было! Звезды спорта, эстрады, представители посольств и консульств, высшие государственные чиновники Российской Федерации… И только наши политики и полевые командиры «майданов», как всегда, отличились. В то время в Украине шли памятные всем президентские выборы, но ни один из кандидатов на чествование Латыниной не явился. В тот вечер Александр Градский вышел на сце-
ну со словами: «Ничто на Земле не проходит бесследно. Ваш вклад в имидж Совет-
ского Союза бесценен». Зал аплодировал стоя, легендарные спортсмены плакали. И Лариса Семеновна плакала – от радости и от обиды одновременно.
Накануне организованного нами в киевском Октябрьском дворце меропри-
ятия в честь Ларисы Семеновны я обратился к ней с просьбой: «Можете позво-
нить Астаховой? Я набираю номер, поговорите с ней!» Латынина была уверена, что Полина Григорьевна бросит трубку: «Нет, Тимофей, Полина – очень гордый человек». И все же я убедил Латынину пообщаться с Астаховой. И они поговори-
ли. Говорили недолго. Это был тяжелый разговор, и я во время него даже где-то винил себя в присущей мне порой излишней инициативности. Но я благодарю Бога за то, что это общение состоялось. Потому что, когда я на следующий после праздника день заехал к Астаховой, она просто светилась от радости, и я понял, что тяжелый груз обиды она сбросила. Полина Григорьевна призналась мне, что на душе ей стало легче. Мы еще не догадывались тогда, что это был последний разговор двух великих спортсменок, – Латынина потом легла в больницу с переломом бедра, а Астаховой вскоре не стало.
5
Я тщательно готовился к обещанному Полине Григорьевне обеду. В гастроно-
ме, на который мне указала Астахова, и кафе как такового не было. В этой забе-
галовке, где местные любители алкогольных напитков по-быстрому выпивали и по-легкому закусывали, стояло лишь несколько шатающихся столов. И когда я спросил у здешних продавщиц, могут ли они сварить настоящий борщ с мясом, они сначала приняли меня за городского сумасшедшего и сказали, что здесь от-
родясь таких блюд не готовили. Я познакомился с заведующей этого заведения. Рассказал ей о том, что в соседнем доме живет пятикратная олимпийская чемпи-
онка, легенда спортивной гимнастики Украины, о которой все забыли. Услышав эту историю, заведующая так растрогалась, что пообещала все сделать в лучшем виде и даже отказалась от денег. Она выразила готовность приготовить борщ и купить свежие мясные деликатесы. Деньги за приготовленный обед она действи-
тельно не взяла, и мне потом пришлось долго уговаривать продавщицу принять в знак благодарности сто долларов – я ведь понимал, что и у самих работниц за-
ведения финансовое положение незавидное.
Когда я привел Полину Григорьевну в кафешку на обед, она была удивлена бе-
лой скатертью, цветами на столе, красивой посудой и… отсутствием привычного book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 152
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 152
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
153
здесь контингента. Я сам достаточно неплохо готовлю и понимаю, что можно по-
ложить все ингредиенты и три вида мяса в борщ, но если он будет приготовлен без любви, то того исключительного вкуса, которым так славится во всем мире наше национальное блюдо, в нем будет ноль целых и ноль десятых. Обед, приготовлен-
ный нам с Полиной Григорьевной в кафе, я не забуду никогда.
Астахова ела с удовольствием, да и мне, честно говоря, даже в самых дорогих и именитых ресторанах редко удается насладиться таким вкусным борщом. После обеда Полина Григорьевна была в приподнятом настроении и разговорилась:
– Тимофей, а ты всех ветеранов приглашаешь в ресторан?
– Нет, на самом деле это впервые, – сознался я. – Мне очень хотелось сделать Вам приятное, чтобы Вы почувствовали себя нужной и близкой людям. И потом, Вы же моя землячка.
– Можно подумать, что других земляков в Киеве у тебя нет, – засмеялась Аста-
хова. – Телевизор вон включаешь, какой канал ни смотри – сплошные земляки.
– Полина Григорьевна, таких земляков, как Вы, у меня здесь действительно нет. И я так говорю не потому, что Вы пятикратная олимпийская чемпионка.
Астахова посмотрела на меня как-то совсем уж по-матерински и спросила:
– Ну а зачем столько внимания к моей персоне? Финансовую помощь я и так согласилась от тебя принимать. Юбилей Латыниной уже прошел, и я, если честно, думала, ты и не заедешь ко мне после праздника Лары.
– Полина Григорьевна, я дал себе слово помогать Вам. А себя не обманешь.
После обеда в кафе я проводил Астахову домой, и она пригласила меня зайти к ней в гости, еще посидеть, поговорить. Чувствовалось, что она уже давно отвык-
ла от внимания, довольствуясь общением только с самыми близкими ей людьми – дочерью, внуком, зятем, – и что именно внимания ей и не хватало после выхода на пенсию.
Поднялись в квартиру. Полина Григорьевна приготовила чай. Сели за стол.
– Ты знаешь, Тимофей, а ведь это именно я в свое время напророчила твоей Лилечке олимпийское золото, – неожиданно сказала Астахова.
Я знал это. Лилия рассказывала мне, что в 1992 году на сборах в Одессе Поли-
на Григорьевна первой сказала: «Подкопаева станет олимпийской чемпионкой». Лиля тогда очень удивилась этому пророчеству, поскольку ничто еще не предве-
щало такого поворота в ее судьбе. Но именно Астахова разглядела в совсем еще юной девочке чемпионский характер, внутренний стержень. Это лишний раз под-
тверждает, что Полина Григорьевна была настоящим профессионалом. Она сказа-
ла тогда Лиле: «Главное – это спортивный дух, внутреннее содержание и трудолю-
бие. А мастерство придет, нужно только пахать». В личном архиве Лили хранится фотография с тех сборов в Одессе. На ней Астахова в том же пальто, в котором я ее впервые увидел почти 15 лет спустя.
Я рассказал Полине Григорьевне о том, что Лилия всегда помнила ее слова, сказанные задолго до восхождения на олимпийский пьедестал.
– Неужели? – оживилась Астахова. – Приятно и странно это слышать. Потому что память людская обычно очень короткая. Знаешь, Тимофей, коль уж у нас с то-
бой «пошла такая пьянка», то… Нет, не пугайся, пить и огурец последний резать я не предлагаю, но… Помнишь, как в том анекдоте: «А поговорить?» Потерпишь раз-
глагольствования разболтавшейся старухи?
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 153
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 153
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
154
– Ну, что Вы, Полина Григорьевна, какая же Вы старуха! Зачем Вы такое говори-
те! Я Вас с удовольствием слушал и готов слушать всегда.
– Брось, Тимофей, – проворчала Астахова. – Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что моя молодость, слава и известность давно утекли в песок. Все забы-
вается… Я уж и так думала, и эдак, с чего это ты ко мне отнесся с таким внима-
нием, и все никак в толк не возьму, зачем мы тебе – давно списанные со счетов спортсмены-пенсионеры. Странно как-то. Приятно, но действительно странно. Особенно сейчас, здесь, в этой стране… Не привыкла я к такому.
Полина Григорьевна немного помолчала, о чем-то задумавшись, а затем сно-
ва оживилась.
– А ты знаешь, в гимнастику, да и в спорт вообще, я ведь случайно попала.
Дальнейший наш разговор приобрел форму своеобразного интервью, в ко-
тором Полина Григорьевна отвела мне роль внимательного исповедника, что ли (я бы так сказал за неимением лучшего определения), который лишь запол-
нял возникавшие в монологе легендарной спортсменки паузы короткими ре-
пликами. И эту исповедь Русской Березки я не забуду никогда…
– Тимофей, до войны наша семья жила в Донецке. А когда немцы на нас напали, в наш дом попала бомба, и мы остались на улице. После этого мы с мамой поколе-
сили по свету: жили в Черкесске, Теберде, Североуральске.
– Очень тяжело пришлось? – учтиво спросил я.
– Всякое бывало, – ответила Астахова. – В детстве я была болезненной очень. Когда жили в заполярном Североуральске, врачи обнаружили у меня открытую форму туберкулеза. Потом пошло осложнение на ноги и я почти перестала ходить. Врачи сказали маме, что если она хочет, чтобы я встала на ноги, то мне нужно сменить климат и уехать в другой город. И мы переехали в Донецк.
Полина Григорьевна задумалась о чем-то, вспоминая, а затем, словно оч-
нувшись от не самых радостных мыслей, тень от которых пробежала по ее лицу, вздохнула и сказала:
– Не помню я уже многих вещей – действительно старой стала. Помню, что, когда в Донецк с мамой вернулись, к началу учебного года я опоздала и реши-
ла идти туда, куда возьмут. Потому и пошла в техникум физкультуры, где объя-
вили дополнительный набор. Мне дали комнату в общежитии. Платила я за нее 70 копеек в месяц – это я хорошо запомнила. Мне лет 13, по-моему, было, ког-
да я впервые увидела настоящие соревнования гимнастов – это было на чем-
пионате Донецка. И меня так поразили тогда выступления спортсменов! Мне казалось, это необыкновенные люди! И захотелось научиться всем элементам, которые они исполняли. Я начала заниматься и спортивной, и художественной гимнастикой, и акробатикой – всем сразу.
– И что, первые успехи сразу пришли? – поинтересовался я, потому что пони-
мал: заняться спортом в 13 лет, будучи абсолютно неподготовленной, и уже че-
рез три года получить приглашение выступать за сборную СССР – для этого нужно было обладать сверхъестественным талантом.
– Что ты! Бог с тобой! Какие там успехи?! – Полина Григорьевна заулыбалась. – Ой, Тимофей, когда тренер дал задание на лето научиться делать стойку на голо-
ве, все три месяца простояла во дворе вверх ногами. А я была тогда такая дохлая, не дай Бог! Жили ведь мы с мамой впроголодь. Что говорить, первый раз я кефир book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 154
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 154
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
155
попробовала на сборах украинской сборной, причем долго не решалась его вы-
пить, потому что не знала, что это такое… Да… Полина Григорьевна замолчала.
– Так вот, – после паузы продолжила она, – тогда, тем летом, стояла я во дво-
ре на голове вверх ногами до тех пор, пока сознание от головокружения не те-
ряла. Затем очухаюсь, водой холодной обольюсь – и снова на голову брык и ноги вверх… А какими-то особыми гимнастическими талантами, как ты, Тимофей, на-
верное, думаешь, меня Господь не наградил. Трудом и потом всего добивалась. Всю свою жизни через «не могу, но надо». Ломалась столько раз на тренировках, соревнованиях – и снова в строй… – Да, но в 1954 году Вы уже первый раз выступали на чемпионате СССР в соста-
ве украинской команды, – возразил я.
– Выступала. И заняла аж 28-е место, – снова заулыбалась Астахова, вспоминая те времена. – Ой, как я разревелась тогда от обиды – ты себе не представляешь просто! Забилась в раздевалке в угол, сижу, реву. Готовилась ведь и в мыслях уже даже присматривала себе место на союзном пьедестале. И такое было… А на том первом моем союзном чемпионате я впервые увидела наших знаменитых гимна-
стов: Машу Гороховскую, Нину Бочарову, Лару Латынину, Витю Чукарина, Юру Ти-
това, Борю Шахлина. Ребята приехали после чемпионата мира в Италии. Как сей-
час помню, все они были в мутоновых шубах. И решила для себя: я должна стать такими, как они. После того первенства провального я стала пахать на износ, до седьмого пота. И через год меня уже включили в состав сборной СССР. Начала подготовку к сво-
ей первой Олимпиаде.
Великая спортсменка снова задумалась о чем-то, и я позволил себе вопрос:
– Первую свою Олимпиаду, наверное, лучше всего помните? – Ну, в Мельбурне меня переполняло одно чувство – восторг, – оживилась Астахова. – Мне нечего было бояться, и потому казалось, что я могу свернуть горы. Это уже на следующих – римской и токийской – Олимпиадах меня угнетал груз от-
ветственности. Я ведь была первым номером команды и не имела права высту-
пить хуже – чего тогда вообще было ехать? На своих третьих Играх в Токио хорошо выступила. Так же, как и в Риме, завоевала две золотых медали, серебро и бронзу.
Полина Григорьевна замолчала, чтобы отхлебнуть из кружки давно остывший чай, и я спросил:
– Что в Мельбурне особо запомнилось?
Астахова улыбнулась.
– Много чего было. И до Игр, и во время них, и после. Из Мельбурна мы воз-
вращались в Союз на теплоходе «Грузия». Это в середине декабре уже было. По-
грузились, поселились и отправились в путь. Двадцать дней нас качало по морям и океанам… Полина Григорьевна снова улыбнулась собственным мыслям, а затем сказала:
– Я помню, пресной воды на теплоходе было очень мало – опреснители не справ-
лялись, и нам часто приходилось мыться морской водой. А на экваторе ливни шли стеной. И мы купались и мыли голову прямо на палубе под дождем. Ребята дурачи-
лись, хулиганили: тех, кто подходил к бассейну в одежде, тут же швыряли в воду. На-
строение у всех было прекрасное – и у спортсменов, и у чиновников. Как же, мы ведь тогда заняли первое командное место, завоевали кучу олимпийских наград! book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 155
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 155
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
156
Полина Григорьевна снова задумалась. – Не помню уже точно, сколько и каких, – давно это было. Но помню, что мы тогда намного опередили и американцев, и австралийцев – хозяев Олимпиады, которые третьими стали. От них у нас вообще отрыв был едва ли не втрое. В об-
щем, мы тогда хоть в спорте не только догнали, но и перегнали Америку, о чем так мечтал Хрущев, – рассмеялась Астахова. – Вот потому и веселились. Пьянствова-
ли все поголовно.
– Пьянствовали? – удивился я, потому что спортсменов, добивавшихся наивыс-
ших достижений, я никогда не мог представить со спиртным в руке.
– Еще как! – ответила Астахова. – Все пили. Вся наша делегация. Начальство, правда, закрывалось в своих каютах-люксах и выходило из них опухшее лишь за очередной порцией спиртного. Нам на каждого спортсмена ежедневно выдавали по бутылке вина. Да и в барах выбор спиртного на любой вкус – пей не хочу. Все-
го в советской делегации было человек 500, и из них только 30 или 40 – девушки. Футболисты – они тоже тогда олимпийскими чемпионами стали – затащили в нашу каюту ковер и все время проводили с нами. Ребята без конца играли в карты, шу-
тили, время от времени кто-то из них бегал к завхозу, чтобы обменять футболки и бутсы на еду и спиртное.
Полина Григорьевна вынула из коробки конфету и стала вертеть ее в пальцах, не разворачивая.
– Из Мельбурна теплоход, насколько я помню, во Владивосток прибыл? – уточ-
нил я, чтобы заполнить затянувшуюся паузу. Я подсознательно чувствовал, что вряд ли мне скоро еще раз удастся вызвать Полину Григорьевну на столь откро-
венный разговор. Потому и старался наводящими вопросами и репликами под-
талкивать ее к продолжению исповеди, стремясь узнать и запомнить как можно больше об этой легендарной сильной женщине.
– Ага, – снова оживилась Астахова. – Во Владивостоке нас пересадили на поезд, и мы еще две недели до Москвы добирались. На каждой станции поезд встречали толпы народа. Прямо через окна сибиряки передавали нам корзины с пирожка-
ми, соленьями, громадные бутли с самогоном. В каждом купе стояли украшенные елки – Новый год мы так в поезде и встретили.
– Полина Григорьевна, а как в Америку первый раз попали, помните? – спросил я после того, как Астахова снова замолчала, погрузившись в воспоминания. Оче-
видно, они были приятными, потому что взгляд и лицо легендарной спортсменки в это время часто озарялись улыбкой.
– А, это уже после Олимпиады-60 в Риме было. Мы тогда всю Америку про-
ехали, – ответила Полина Григорьевна и нарисовала чайной ложечкой в воздухе круг. – Знаешь, Тимофей, в то время… этот, как его… – она защелкала своими стар-
ческими пальцами, вспоминая. – Точно, Микоян налаживал тогда с кубинским руко-
водством дипломатические отношения. Вот они там у себя в Кремле и решили от-
править нашу гимнастическую сборную – пять девочек и пять мальчиков – на Кубу. Понятно, что одних нас никто не отпустил бы – кагэбиста какого-то очень важного к нам приставили. Прилетаем ночью на Кубу, а в аэропорту пушки стоят, люди с ав-
томатами ходят… Поселили нас на 20-м этаже гостиницы. Пустой совершенно. По-
сле тамошней революции все американские туристы уехали с Острова свободы, как его стали называть. Каждому из нас выделили персональный автомобиль с во-
дителем и охранником.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 156
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 156
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
157
– Куба Вам понравилась?
– Как тебе сказать, Тимофей… Для нас, советских спортсменов, которые, каза-
лось бы, и по миру уже поездили, многое тогда было в диковинку. Например, на Кубе мы впервые посмотрели эротические кинофильмы, посетили варьете с по-
луобнаженными девицами. Естественно, каждый день мы давали показательные выступления. – А с Фиделем Кастро Вы как познакомились? – спросил я, уже зная из книг и Интернета о том, что, по слухам, которым я склонен был верить, лидер кубинцев в свое время был более чем просто расположен к Русской Березке.
Полина Григорьевна задумалась.
– Как-то после одного из выступлений мы ужинали и отдыхали в ресторане, и туда вдруг часа в два ночи зашел Фидель Кастро в сопровождении вооруженных охранников. Каждому из нас он вручил подарки – по две сумки из крокодиловой кожи и чучело маленького крокодильчика. А через несколько дней Фидель Кастро выделил нам свой самолет для путешествия на Озеро 1000 крокодилов. Ну, слета-
ли, посмотрели. Честно говоря, не очень понравилось – не нравятся мне ящерицы, тем более такие большие…
– Полина Григорьевна, а с кем еще из лидеров государств Вам довелось встре-
чаться? – полюбопытствовал я.
– Ой, Тимофей, со многими. И за рубежом, и у нас дома. Нашу сборную гимна-
стов часто на приемы разные на самом высоком уровне приглашали – мы ведь тогда всегда первыми на соревнованиях международных были. А однажды я даже с Брежневым целовалась, – рассмеялась Астахова. – Как с Брежневым? – не смог я скрыть удивления.
– Что, не веришь? – улыбнулась Полина Григорьевна. – Нет, ты не подумай, что это было что-то такое из ряда вон, – сказала она и снова рассмеялась, увидев, что я все еще смотрю на нее с удивлением, не представляя, что могло связывать Рус-
скую Березку с тогдашним генсеком КПСС.
– Он, что, пригласил Вас куда-то? – осторожно спросил я, поскольку мне при-
ходилось читать воспоминания некоторых бывших соратников Леонида Ильича, в которых они говорили, что многолетний глава СССР был еще тот любитель жен-
ского пола.
– Да нет, конечно же, – спокойно ответила Астахова. – Городу Киеву вручался какой-то орден, и на торжество из Москвы приехал сам Брежнев, – он тогда уже Хрущева на почетную пенсию отправил и ЦК КПСС возглавил. Вечером вместе с Владимиром Щербицким прибыл на Республиканский стадион на футбольный матч. По этому поводу под трибунами в приемной экстренно собрали украинских спортсменов, а мне поручили произнести перед почетным гостем речь. Полина Григорьевна снова задумалась, а затем сказала:
– Нет, не вспомню уже, кто точно из ребят наших был. Но не в этом дело. Слу-
шай, в общем! Там другое было интересно! – заверила меня Астахова с видом сплетницы, готовой ошарашить слушателя неожиданной информацией, и стала поудобней усаживаться на стуле. – Там, в соседней комнате, где намечался бан-
кет, был накрыт шикарный стол. Брежнев вышел к нам оттуда, и по его не очень уверенной походке я поняла, что он уже хорошо принял на грудь. Но это было их личное дело, и я, получив отмашку от какого-то партийного чиновника, во всю мощь легких начинаю: «Дорогой Леонид Ильич!» – и все. После этого «дорогого book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 157
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 157
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
158
Леонида Ильича» все зазубренные слова из головы вылетели, и я стою, как рыба, воздух ртом глотаю. А Брежнев смотрел-смотрел на меня и вдруг говорит: «Да я ж тебя знаю! Ты – гимнастка, Русская Березка!» Я растерялась еще сильнее, и от испуга снова бубнить начала: «Дорогой Леонид Ильич! Украинские спортсмены с огромной гордостью...» – после «гордости» у меня снова возник пробел в памя-
ти, хотя часов пять кряду речь эту зубрила. Генсек удивленно приподнял брови, подошел и, похлопывая меня по плечу, сказал: «Ты что, речь собралась говорить? Да брось ты! Дай-ка я тебя лучше поцелую»… Я обомлела просто – вокруг спор-
тивное начальство, корреспонденты, а Брежнев лезет ко мне целоваться... Мне потом эти мои «поцелуи» с Брежневым подружки по сборной долго вспоминали и всегда от хохота едва на пол не валились. Дразнили: «Дорогой Леонид Ильич! Дай-ка я тебя поцелую!»
– И что, кагэбистов не боялись? Они ведь наверняка всегда рядом с вами вер-
телись?
– Как-то не очень мы боялись их тогда. Да и что они руководству своему об этом доложить могли? Мы первыми всегда на всех международных соревновани-
ях были. Знали нас все. Почти в каждой советской газете о нас писали. И потом, не я к Брежневу целоваться полезла, а он ко мне. Не генсека же кагэбистам обвинять в чем-то?
Астахова снова рассмеялась. От всех этих воспоминаний ее бледное лицо даже слегка разрумянилось, глаза заблестели молодым задором, и в них заиграло кокетство – все-таки женщина всегда остается женщиной:
– Тимофей, я знаю, что нравилась многим в молодости. Можешь не верить, но Фидель Кастро действительно в любви мне признавался. Да-да, он приехал в Мо-
скву с визитом и сказал нашим руководителям о том, что хочет повидать Русскую Березку. А когда узнал, что я в Киеве, настоял на том, чтобы и в Украину визит на-
нести, – Астахова снова рассмеялась. – Мне потом досталось на орехи едва ли не от самого Щербицкого – корили, что, мол, предупреждать надо. А я что, знала, что там в голове у Фиделя Кастро? Я с ним и виделась-то на Кубе всего два раза. Тогда в его честь в Киеве был устроен правительственный прием. Во время ужина мне на туфельку капнул крем от пирожного. И что ты думаешь? Один из руководите-
лей Украины (не хочу имя называть) наклонился и вытер крем с туфельки рукавом пиджака. И такое было…
Астахова снова о чем-то мечтательно задумалась.
– Полина Григорьевна, а членам сборной СССР по гимнастике тогда хорошо платили? – поинтересовался я, в очередной раз разглядывая старые, вылиняв-
шие от времени обои на стенах квартиры, в которой практически отсутствова-
ла мебель.
– Когда меня включили в состав сборной СССР, назначили госстипендию 800 рублей. В те времена это были приличные деньги. Помню, когда принесла до-
мой первую стипендию, мама сначала расплакалась, а потом ругать начала – не по-
верила, что мне дали их за спортивные выступления. А потом я получала две с по-
ловиной тысячи рублей. Правда, за соревнования не платили ни копейки. Только за чемпионат СССР и Спартакиаду народов СССР давали что-то, если выиграешь или призером станешь. Во время поездок за рубеж нам выдавали какой-то ми-
зер. На Олимпиаде в Австралии по 50 долларов вручили. На них я купила голу-
бое нейлоновое платье – надевала его потом на правительственный прием. Все book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 158
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 158
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
159
наши спортсмены, выезжавшие за рубеж на соревнования, брали с собой продук-
ты, чтобы сэкономить суточные и что-нибудь купить за границей.
– Полина Григорьевна, я читал интервью Ларисы Латыниной. В нем она гово-
рит, что в советской сборной была очень острая конкуренция за высшие награды, и даже призналась, что спорт сделал ее жестокой по отношению к соперницам.
Зря я это сказал. Потому что лицо Астаховой после этих моих слов снова обре-
ло привычные усталые грустные черты. – Тимофей, я никогда не встревала ни в какие ссоры и интриги, – жестко от-
ветила Полина Григорьевна. – С Ларой мы практически все время находились ря-
дом: жили в одной комнате, вместе выступали. Но никогда я не испытывала по отношению к ней зависти. Все ее победы не были случайны, хотя частенько ей по-
просту везло. Она всегда была очень общительным человеком, любила себя по-
казать, ходила на все вечеринки. Я же предпочитала побыть в одиночестве. Когда на сборах выпадали свободные минуты, я шила платья себе и подругам по коман-
де. Хотя, честно говоря, никакого удовольствия мне это не доставляло… У меня никогда не было проблем с весом, всегда весила не больше 50 кг. И вот в этом девчонки наши мне действительно завидовали. На сборах те из них, кому нужно было вес сбросить, всегда просились сесть в столовой рядом со мной: мол, гля-
дя на тебя, меньше соблазна съесть лишний кусочек. В столовой-то они не куша-
ли, но потом ходили с полными карманами конфет и очень удивлялись при этом, что я не ем сладкого.
– А ведь с вашей внешностью и фотогеничностью Вы вполне могли бы сделать карьеру кинозвезды.
– Тимофей, в 60-е годы мне действительно предлагали сниматься в художе-
ственном кинофильме о гимнастке. Но я отказалась. Карьера артистки меня не привлекала. Мне почему-то казалось малоинтересным корчить рожи перед ка-
мерой.
– От поклонников тогда у Вас, наверное, отбоя не было?
– Да не обращала я на поклонников внимания. Другое тогда в голове было – пахать нужно было: «не могу, но надо». А симпатизировали мне многие. Итальян-
ские журналисты на Играх в Риме называли меня Мадонной, Русской Березкой. Но мне было не до того: чтобы пройти три Олимпиады, надо было постоянно на-
ходиться в прекрасной физической форме. Вот личная жизнь и не состоялась из-
за того, что все некогда было. Так уж сложилась моя судьба – только гимнастика. За год было не меньше 12–15 соревнований. К тому же круглый год проходили сборы на спортбазах. На тренерскую работу перешла – та же история… Что такое дом, я по-настоящему узнала только на пенсии. Какая там личная жизнь!
В это время со двора примчался запыхавшийся внук Астаховой и, присев ря-
дом с бабушкой, стал набивать рот печеньем из вазочки.
Полина Григорьевна нежно обняла внука, печально вздохнула и сказала:
– Вот моя личная жизнь. Сережа и есть главный мужчина в моей жизни, я его просто обожаю. Правда, Сережка? – обратилась она к внуку, который в ответ что-то довольно промычал набитым ртом. – Уроки вместе делаем… Се-
режа любит рассматривать мои фотографии, приговаривая: «Ой, бабушка, где ты только ни была!» Часто достает Большую советскую энциклопедию и чита-
ет статью обо мне.
Полина Григорьевна замолчала, а затем сказала внуку:
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 159
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 159
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
160
– Сережа, ты пойди пока к себе, родной. Забирай печенье, а мы тут с Тимофеем посидим еще немного, поговорим. Тимофей, ты еще никуда не торопишься? Я тебя от дел не отрываю? – заволновалась Астахова и вздохнула: – Прости, действитель-
но разболталась, выговориться захотелось. Но, если я тебя задерживаю, можем и в другой раз. Доживу, надеюсь.
– Ну, что Вы, Полина Григорьевна, – торопливо заверил ее я, хотя, если чест-
но, у меня на тот вечер было запланировано еще две встречи, а за окном уже дав-
но стемнело. Украдкой во время продолжительного повествования легендарной гимнастки я отправил SMS партнерам о том, что задерживаюсь на неопределен-
ное время. Я просто не мог сегодня, после обеда в кафе, после того, как Полина Григорьевна впервые за время нашего знакомства настолько открылась передо мной, встать, попрощаться и уйти, сославшись на занятость.
Когда внук Астаховой ушел в свою комнату, она сказала:
– Тимофей, ты думаешь, я не вижу, как ты мое жилище разглядываешь? Дума-
ешь, не понимаю, почему ты предложил мне ремонт сделать, как только впервые порог сюда переступил? Понимаю я все… Да, понимаю… Собственная квартира у меня появилась только после моей второй Олимпиады. После Мельбурна началь-
ник совнархоза Засядько приказал выделить мне в Донецке комнату в коммуналь-
ной квартире. Позже я получила двухкомнатную квартиру. – А в Киеве когда квартиру получили? – не удержался я от вопроса, заметив, что Астахова снова готова погрузиться в длительные молчаливые воспоминания.
– Та еще история, – ответила Полина Григорьевна. – Однажды в 1960 году позд-
но вечером ко мне домой пришел человек в военной форме и передал сообщение о том, что меня приглашают переехать в Москву. На следующее утро часов в де-
вять утра во время тренировки меня вызвали к донецкому начальству. Как толь-
ко я вошла в кабинет, мне без слов передали телефонную трубку. Оказалось, что со мной желало побеседовать еще более высокое начальство из Киева… Ой, на-
слушалась я тогда! Меня долго корили за непатриотизм, обвиняли в отсутствии комсомольской дисциплины, в несоблюдении субординации и завершили этот разнос обещанием выделить мне квартиру в Киеве, с условием, чтобы я не поки-
дала Украину и продолжала выступать за общество «Шахтер». Хочешь не хочешь, пришлось пообещать, что в Москву я не уеду, хоть и хотелось, если честно. Но что можно было еще ответить, когда тебе звонят из идеологического отдела ЦК КПУ? И вот после Олимпиады в Риме мне и моему тренеру – Владимиру Александрови-
чу Смирнову – таки дали в Киеве жилье. Вот в этой трехкомнатной квартире с кро-
шечной кухней я и живу уже больше 30 лет.
Полина Григорьевна снова тяжело вздохнула:
– Тимофей, не смотри на меня так жалостливо. У меня был трудный путь даже к этим стенам, но я никогда не жалела о годах, проведенных в большом спорте. Я не принадлежала к числу талантливых спортсменок. Но моей сильной стороной всегда было профессиональное отношение к гимнастике и любовь к ней. Готовясь к ответственным стартам, я всегда ставила перед собой задачу выступить так, что-
бы понравиться... себе. Ты можешь судить сейчас о правильности такого прицела в спорте. Но в моей спортивной карьере ни разу не было случая, чтобы, понравив-
шись себе, я не понравилась судьям. – А ведь Вы могли поехать и на четвертую свою Олимпиаду в Мехико, я читал о том, что Вы готовились к ней, – сказал я. – Что-то не получилось?
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 160
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 160
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
161
Полина Григорьевна грустно вздохнула.
– Да, Тимофей, я серьезно готовилась к этим Играм, хотя на мировом помосте тогда появились новые лидеры и тенденции, а мне в 1968 году было уже за 30. Но я еще чувствовала в себе силы и не утратила вкус к победе.
Астахова снова попыталась занять руки так и не развернутой конфетой, лежав-
шей перед ней на столе.
– Тогда на отборочном турнире в Ленинграде я заняла третье место. Мне оставалось исполнить вольные упражнения, но перед выходом у меня случился сердечный приступ. Когда приехала скорая, я уже вышла на ковер. Пока делала упражнения, мой тренер спросил у доктора: «Что с ней может произойти?» На что врач ответил: «Если вы сейчас же не прогоните ее оттуда и мы ею не займемся, она может умереть прямо на ковре». Тогда все обошлось, и я заняла третье место… Но это было мое последнее выступление в большом спорте… Да, как и каждому спортсмену, мне хотелось эффектного ухода с олимпийского помоста в зените сла-
вы. Но здесь уж каждому свое… Помаялась немного и ушла на тренерскую работу. И никогда больше старалась не вспоминать о так и не состоявшейся в моей жизни четвертой Олимпиаде.
– А свои лучшие выступления часто вспоминаете? – спросил я, чтобы отвлечь Астахову от этих не самых приятных ей воспоминаний.
– Честно говоря, нет. Да и кому они интересны – мои воспоминания? Тебе вот разве что зачем-то это понадобилось да Сережке моему… Обидно очень – прав-
ду говорю, – что, вкалывая на страну нашу всю жизнь, не заработала на нормаль-
ную пенсию… Плечи Полины Григорьевны неожиданно поникли, а в ее глазах заблестели слезы, но она твердым голосом продолжила:
– За призовые, полученные после последних своих Игр, купила «волгу». А не-
давно вот пришлось продать ее почти за бесценок, потому что за квартиру платить было нечем, не за что лекарства купить. Пришлось продать и медали свои, потому что и самой кушать хочется, и внука кормить нужно, а у дочери с зятем тоже зара-
ботки копеечные – не умеют они воровать и бандитствовать, воспитание у них не то, честным трудом жить привыкли. Но разве сегодня у нас честным трудом c зар-
платами бюджетников можно себя и детей своих нормально обеспечить? А мне только на лекарства в месяц не меньше ста долларов нужно. Когда я обратилась в Министерство по делам спорта с просьбой помочь с лекарствами, мне ответи-
ли: «Нет денег». А дочь моя, Леночка, сколько раз пороги за меня обивала? И что? Тишина в ответ. Как там фамилия министра этого – Павленко? Что-то не слышала я раньше о таком выдающемся спортсмене. Так кого я, многократная олимпийская чемпионка, должна просить еще о помощи в родной стране? Все мои победы в прошлом не значат для нынешних чиновников от спорта ровным счетом ничего. А вот простые люди относятся ко мне хорошо. Даже все алкоголики во дворе здо-
роваются, помнят меня молодой и знаменитой. Лицо Полины Григорьевны помрачнело еще сильнее, и она с болью в голосе сказала:
– Тимофей, я вот недавно узнала, что для Музея восковых фигур сделали фигу-
ры Бубки и Подкопаевой. Я ничего не имею против Сережи и Лили. Господи, пусть они там стоят! Заслужили! Но почему же не вспомнить истоки наши – Виктора Чу-
карина или, к примеру, первую советскую олимпийскую чемпионку Марию Горо-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 161
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 161
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
162
ховскую? Не началась же, в конце концов, украинская гимнастика с твоей Лилии, при всем моем добром к ней отношении. Вспомни, каких успехов добились укра-
инские олимпийцы в Хельсинки, Риме, Токио! Сколько медалей мы завоевывали для Родины! Только гимнасты наши выиграли тогда больше наград, чем две с по-
ловиной сотни наших спортсменов на последней Олимпиаде! Но никто о нас не вспоминает! Так, словно мы динозавры какие-то, которые по всем расчетам вы-
мереть давно должны были, но все еще живы почему-то и только то и делают, что мешают и надоедают таким занятым чиновникам, сидящим в уютных кабинетах и получающим зарплаты немалые! А мне на пенсии пришлось продать свои меда-
ли, мебель и одежду, чтобы выжить! Так что же это такое, Тимофей?! Как будто пя-
тикратной олимпийской чемпионки Полины Астаховой в Киеве вообще нет?! Ис-
парилась?! Буквально прокричав последние слова, Полина Григорьевна горько заплака-
ла, закрыв лицо руками.
Я сидел рядом и не мог пошевелиться, глядя на эту легендарную сильную женщину, которую не смогли сломить ни война, ни голодное детство, ни тубер-
кулез, ни долгий тяжелый путь в спорте высших достижений, но которую про-
сто растоптало неблагодарное отношение к ней родной страны, на алтарь кото-
рой она положила всю свою жизнь. Я смотрел на сгорбившуюся на стуле когда-то стройную Русскую Березку и понимал, что уже никогда не смогу забыть ни слова из этой ее исповеди. Я понимал, что мое утешение сейчас бесцельно, что Полине Григорьевне нужно избавиться вместе со слезами от боли и скорби. Ведь слезы очищают, облегчают и утешают. Но стоит ли нечеловеческое отношение спортив-
ных чиновников к живой (тогда еще) легенде, вся их пресная закулисная возня в борьбе за кресло, кабинет, сытую кормушку хотя бы одной слезинки Полины Аста-
ховой? Не думаю… Постепенно Полина Григорьевна стала успокаиваться. Ее сгорбленные пле-
чи перестали вздрагивать от горестных рыданий, она выпрямилась и вытерла по-
красневшие от слез глаза рукавом старой, видавшей виды кофты.
Так мы сидели и молчали еще достаточно долго. Астахова невидящим взгля-
дом смотрела в темноту за окном квартиры, а я неотрывно смотрел на нее, боясь пошевелить хоть пальцем.
Наконец Полина Григорьевна отвела глаза от прямоугольника окна без штор, вздохнула и, повернувшись ко мне, сказала:
– Ладно. Что это я в самом деле? Первый день, что ли, живу я со всем этим? При-
выкла уже. Прости, Тимофей. Так все хорошо у нас с тобой сегодня началось, а те-
перь я все испортила…
Нет, я не стал в ответ уверять Астахову в том, что на самом деле жизнь прекрас-
на и теперь все будет замечательно, поскольку я – такой красивый, умный и успеш-
ный – теперь рядом с ней. Вместо этих, никому не нужных слов, которые прозвуча-
ли бы в этой ситуации весьма банально, я задал вопрос, который привык задавать только действительно нравящимся и близким мне людям:
– Полина Григорьевна, скажите, пожалуйста, о чем Вы мечтаете?
Она с удивлением посмотрела на меня широко открытыми глазами.
– Тимофей, ты чего это? Уж не собрался ли на Канары к чертям отправить ста-
рушку, чтобы утешилась? Так я не поеду никуда. Здесь в Украине родилась, здесь и помереть хочу.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 162
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 162
03.12.2011 15:25:34
03.12.2011 15:25:34
163
– Полина Григорьевна, я же серьезно.
– И я серьезно.
– Но все-таки, о чем мечтаете? Чего бы Вам хотелось больше всего?
Астахова задумалась.
– Ну, о том, что пройдут все болезни, я уже не мечтаю. В волшебство никогда не верила, так что даже тебе, добрый мой молодец, это не под силу. За все нужно пла-
тить – временем, личной жизнью, здоровьем. Но вот чего бы мне действительно хотелось, так это попасть на олимпийскую базу в Конча-Заспе. Хочется подышать воздухом, пропитанным потом и магнезией, пообщаться с начинающими и состо-
явшимися уже гимнастами. Думаю, это и есть моя сегодняшняя настоящая мечта.
– А мне говорили, что Вы закрытый человек и не хотите ни с кем общаться. А одна весьма авторитетная в спорте особа даже сказала: «Астахову уже больше никто и никогда не увидит».
– Не хочу гадать, кто эта твоя «авторитетная особа», но рано ей еще меня хо-
ронить. И коль уж ты спросил, о чем я мечтаю, так вот об этом я как раз тоже меч-
таю: напомнить всем этим «авторитетным» о себе, что жива еще, – ответила Полина Григорьевна, и в глазах ее заблестел какой-то озорной и даже, как мне показалось, немного хищный вызов судьбе. Думаю, именно с таким блеском в глазах Русская Березка и выходила в свое время на гимнастические помосты по всему земному шару, чтобы в очередной раз доказать и себе, и судьям, и многомиллионным ауди-
ториям зрителей и телезрителей, что она здесь действительно «номер первый».
Я сразу воодушевился мечтой легендарной спортсменки, и в голове мгновен-
но созрел не такой уж сложный план, как ее осуществить. – Что же, прекрасно, Полина Григорьевна, – уверенным тоном произнес я. – Ду-
маю, все это у нас с Вами получится. Поэтому, если не возражаете, завтра за Вами приедет машина и будет ждать Вас у подъезда. А я завтра с утра все постараюсь подготовить для осуществления этой Вашей мечты.
– Какой ты, однако, резвый, Тимофей, – заулыбалась снова Полина Григорьев-
на. – Коль уж действительно решил помочь мне в этой авантюре, то давай, дру-
жочек, делать все не так быстро и не все сразу. Старовата я уже для таких гонок. Поэтому не завтра, а в понедельник – все новые дела нужно начинать именно в по-
недельник. Да и не в ближайший понедельник ты за мной машину присылай, а че-
рез недельку.
– Как скажете, Полина Григорьевна, – ответил я.
– Ну вот и хорошо, Тимофей. Считай, что мы договорились. Тогда давай будем прощаться уже, а то я и так задержала тебя. Позвонишь, когда ты все сможешь под-
готовить. И не кори себя, если что-то не получится. 6
Уехал я тогда от Астаховой в приподнятом настроении. Она мне поверила. Она мне доверилась. Я не до конца понимал, почему после многих неудачных попыток дру-
гих спортсменов вступить с ней в контакт Полина Григорьевна выбрала для обще-
ния именно меня. Не думаю, что ее подкупила предложенная мной ежемесячная стипендия. Возможно, ее действительно тронул рассказ о моем детстве и юности. А может быть, причина ее столь неожиданной открытости была значительно про-
ще – в то время я был супругом олимпийской чемпионки по спортивной гимнасти-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 163
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 163
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
164
ке Лилии Подкопаевой, которой Астахова в свое время напророчила славу и кото-
рую она по-прежнему продолжала считать своей ученицей. Впрочем, все это было тогда не столь уж важно. У Полины Григорьевны была мечта. И я пообещал ей по-
мочь ее исполнить.
«Если что-то у тебя не получится…» – сказала мне она. «Ну нет уж! Все у меня получится! И даже более чем!» – решил я, поскольку максимализм мой в принятии решений и их осуществлении всегда помогал добиваться поставленных целей.
Я позвонил Полине Григорьевне. И не «через недельку», а на следующий день. К этому разговору я подключил Лилю, и нам вдвоем удалось уговорить Астахову принять у себя модельера. Тем же вечером известный киевский дизайнер одеж-
ды посетила Полину Григорьевну, сняла мерки, после чего позвонила мне и по-
обещала за неделю пошить платье, в котором легендарная спортсменка и поедет на олимпийскую базу в Конча-Заспу. В этом наши с Лилей стремления полностью совпали: мы очень хотели напомнить всем, что Астахова жива, и показать, что она открыта для общения. И что ей необходимо только самое обычное человеческое внимание и участие.
А до звонка Астаховой я созвонился с президентом Федерации гимнастики Иго-
рем Коробчинским, кратко изложил ему свою идею и попросил сделать просмотр олимпийской сборной в тот день, когда на спортбазу приедет Полина Григорьевна, чтобы ей было на кого посмотреть и вспомнить свои тренировки. И еще попросил пригласить ветеранов спорта на это событие. Услышав о том, что мне удалось устано-
вить такой контакт с Астаховой, Коробчинский на все мои просьбы ответил полным согласием и пообещал сделать все от него зависящее, чтобы визит на олимпийскую базу в Конча-Заспу стал для Полины Григорьевны по-настоящему памятным. Также я созвонился с несколькими знакомыми журналистами и попросил их пообщаться с Астаховой, взять у нее интервью, чтобы она снова почувствовала себя нужной, вызы-
вающей интерес у представителей СМИ. И, конечно же, ребята, услышав, с кем я про-
шу их встретиться, какое мероприятие предлагаю посетить, сразу согласились.
И вот он наступил – обещанный мной Полине Григорьевне день осуществле-
ния ее мечты. Я сам забрал ее из дома и привез на базу. Нужно было видеть, как Астахова искренне радовалась возможности снова побывать в своем родном, та-
ком знакомом ей мире. Глаза ее горели от возбуждения. Она просто не ожидала та-
кого внимания к себе. Несколько часов пробыла в гимнастическом зале, наблюда-
ла за разминкой спортсменов, за выполнением отдельных упражнений на разных снарядах, выступлениями членов национальной олимпийской сборной команды. А после этого Астахова с нескрываемым удовольствием общалась с молодым по-
колением гимнастов, представляющих нашу страну на международном уровне, и с ветеранами спорта. Дала пару интервью журналистам, щеголяя в новом, специ-
ально сшитом для этого дня платье. Наконец Полина Григорьевна вспомнила обо мне и помахала рукой, подзы-
вая к себе.
– Все, Тимофей. Ошибалась я – ты настоящий волшебник. Ты сделал для меня то, о чем я, если честно, уже даже не мечтала и очень сомневалась, прости, что тебе все это удастся.
– Полина Григорьевна, сам бы я ничего не смог сделать. Все, кого Вы видели сегодня здесь, все, с кем Вы общались, помогали мне в этом. Видите, а Вы говори-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 164
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 164
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
165
ли: «Забыли Астахову». А может, это просто Вы сами не хотели или боялись напом-
нить о себе раньше?
– Так, ты мне проповеди не читай! – со знакомым мне уже, отработанным за долгие годы тренерской работы, металлом в голосе ответила легендарная спор-
тсменка. – Ладно, не злись. Это я от переизбытка эмоций.
– Да я и не злюсь. Отчего мне злиться? Наоборот, я очень доволен и рад, что Вам все понравилось.
– Да, Тимофей, очень понравилось. И я, знаешь, теперь вот думаю, что, навер-
ное, не нужно было быть такой гордой, закрываться ото всех. Спасибо тебе боль-
шое, дружок. И ребят всех, кому не успела спасибо сказать, поблагодари от моего имени. А сейчас отвези меня домой, пожалуйста. Устала я очень. Отвыкла уже дав-
но от всего этого. И голова сейчас от счастья просто кругом идет. В машине она молчала. Смотрела в окно. На ее лице появлялись то улыбка, то выражение досады, а однажды даже по щеке скатилась одинокая слеза. О чем тогда думала Полина Григорьевна – я могу только догадываться. Наверное, вспо-
минала о том, как сама выступала, как побеждала, как ради нее вставали стадио-
ны, как признавались ей в любви лидеры стран, как потом тренировала молодых гимнастов и вместе с ними ковала их победы. Вспоминала о том, как переживала забвение. Как министры спорта отвечали: «Нет средств на лечение, нет денег на отдых, нет финансов на реабилитацию». Наверное, вспоминала, как от обиды за-
крылась ото всех, как с надеждой ждала внимания к себе, как начала приклады-
ваться к бутылке. Временами становилось легче – ее даже приглашали на какие-то события… Но только не у нас в стране. В Америку, во Всемирный зал спортивной славы, ее пригласила олимпий-
ская чемпионка Надя Команечи. Несколько раз Астахову приглашали в Россию на международные турниры. В Европу – гостьей на Олимпийские игры. Но и это уже осталось в прошлом. А в Украине она была нужна только своей дочке Елене с зятем и внуку Сергею, который был ее отдушиной и надеждой. Астахова мечта-
ла, чтобы он занимался спортом, водила его на стадион. Однако там никто даже не подозревал, что это внук пятикратной олимпийской чемпионки. Так проходит земная слава.
7
После поездки на олимпийскую базу Полина Григорьевна воспряла духом. Во вре-
мя наших встреч она шутила и даже начала намекать, чтобы я и ей подготовил празднование 70-летнего юбилея, как Латыниной.
Я убедил Полину Григорьевну написать автобиографическую книгу – начали записывать на диктофон ее воспоминания, планировали отыскать фотографии, опубликованные в разные годы в различных изданиях мира. Хотя Астахова, ког-
да я впервые заговорил с ней о книге, не очень верила в то, что это будет кому-то интересно.
Она прошла медицинское обследование и начала принимать нужные лекар-
ства. Цвет ее лица изменился, на щеках появился румянец. Я часто заезжал к Поли-
не Григорьевне, и мы прогуливались по Киеву. Она строила планы, говорила о том, что мечтает дать мастер-класс для молодых гимнастов.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 165
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 165
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
166
Мне удалось помочь ее друзьям организовать в Донецке гимнастический турнир на Кубок Полины Астаховой. Полина Григорьевна внимательно следила за его подго-
товкой, требовала от меня, чтобы я рассказывал ей обо всем подробно, возмущалась, что турнир ее имени проходит очень скромно, без должного финансирования и вни-
мания со стороны властей Донецка. Обещала мне, что осенью обязательно поедет на турнир, потому что хочет сама встретиться с руководством города и области, обсу-
дить с ними многие вопросы. Увы, всему этому не суждено было сбыться.
Летом 2005 года во время одной из наших встреч Полина Григорьевна в оче-
редной раз стала расспрашивать меня о моем детстве, о семье, о маме. Вздыха-
ла, когда я рассказывал о своих «подвигах» во время торговли овощами на база-
ре, о том, как выиграл соревнования по подтягиванию на перекладине и подарил маме свой приз – стиральную машину. Астахова спросила:
– Тимофей, у тебя 31 июля день рождения, – что я могу тебе подарить – так, что-
бы это запомнилось надолго?
– Полина Григорьевна, я не люблю этот праздник, – ответил я. – В детстве ни разу не отмечал его так, как хотелось бы. Одноклассники меня элементарно «забы-
вали» поздравить – у меня ведь не было возможности принести несколько кило-
граммов конфет и раздать их. А сейчас день рождения отмечать и вовсе не хочет-
ся. Может, из-за того, что это мне в очередной раз напомнит о не всегда радостном детстве, а может… Не люблю я, в общем, праздник этот, Полина Григорьевна.
– Тимофей, ты это брось! – твердо сказала Астахова. – День рождения должен быть памятным днем в жизни каждого человека, даже если на его организацию и нет денег. Я, когда у Сережки моего день рождения приближается, всегда стара-
юсь выкрутиться как-то, сэкономить, перезанять, но подарок внук мой обязатель-
но получит. А к тебе я уже как сыну отношусь. Так неужели ты меня обидеть хочешь и откажешься подарок принять? – Полина Григорьевна лукаво улыбнулась.
– Ну, с такой постановкой вопроса отказаться от подарка будет невозможно, – улыбнулся я в ответ. – Только я Вас прошу, не нужно выдумывать ничего сверхъ-
естественного, хорошо? Мне достаточно будет телефонного звонка, чтобы в оче-
редной раз услышать Ваш голос. О лучшем подарке от Вас я и мечтать не смею.
– Ну, вот и хорошо, дружок. Считай, что договорились. Конечно же, я обя-
зательно тебе позвоню. И не только позвоню, – загадочным тоном закончила Астахова.
Увы, я никогда так и не узнаю, какой же подарок ко дню рождения готовила мне Полина Григорьевна…
Через несколько дней после этой памятной для меня встречи у Астаховой слу-
чилась банальная простуда. Но банальной и легко излечимой простуда бывает для здорового, полного сил человека. А когда тебе под 70 лет и ты страдаешь от астмы и кучи других недугов…
Мы с Лилей поддерживали с Полиной Григорьевной связь по телефону, наве-
щали ее, покупали лекарства, но... В день моего рождения Русская Березка мне не позвонила. Не позвонила она и на следующий день. Я не хотел тревожить больного человека звонками, надоедать ей. Знал, что рядом с ней сейчас ее дочь Лена, которая, в случае чего, обязательно позвонит. Но время шло, а мне никто так и не звонил.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 166
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 166
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
167
5 августа мы с Лилей гуляли в парке Шевченко. Я не выдержал и сказал супруге: «Знаешь, что-то меня беспокоит. Давай, наверное, я позвоню Полине Григорьев-
не». – «Конечно, звони, – ответила Лиля. – Что-то и мне на душе тревожно». Я по-
звонил. Ответила мне дочь Астаховой. «Что там у вас?» – спросил я. «Плохо, – отве-
тила Лена. – Маму с двусторонней пневмонией госпитализировали в центральную больницу. Она в отделении интенсивной терапии. Я только на минуту домой забе-
жала, вещи какие-то взять и в аптеку сходить нужно».
Больница – недалеко от парка Шевченко, и через пять минут мы уже были там. Лиля тогда была в положении, и врач, взглянув на ее живот, сказал: «Я вас, мо-
лодые люди, пустить к больной не могу!» Я возмутился: «Как? Полина Григорьев-
на нам как мать! Как вы можете? И потом, это же Лилия Подкопаева! Она ученица Астаховой!» Лиля стала о чем-то расспрашивать вышедшую из реанимационного отделения медсестру, а доктор поманил меня рукой в сторону: «Я знаю, кто вы. Но ее, – он кивнул головой в сторону Лили, – я точно не пущу к больной. Вы можете зайти в палату ненадолго. И сами все поймете. Поймете, почему я не могу пустить к Астаховой беременную женщину». Я набросил на плечи больничный халат и бук-
вально влетел в палату. И сразу все понял: Полина Григорьевна умирала. Она была еще в сознании, но уже не могла говорить. Врач позволил мне побыть рядом с ней лишь несколько минут… Я держал Полину Григорьевну за лишенную сил, горячую от высокой температуры руку и по глазам Русской Березки, силящейся одними гу-
бами прошептать что-то, понял, что она прощается со мной.
– Полина Григорьевна, позвольте, я Вам молитву прочитаю, – тихо попро-
сил я. – Мама меня в детстве научила так делать. Мне всегда легче становилось по-
сле нее. Позвольте?
Умирающая согласилась одними глазами, на секунду прикрыв их.
Я по памяти стал читать «Отче Наш»… Затем 90-й Псалом…
Полина Григорьевна слушала, устремив взгляд куда-то вверх, к Господу. Я за-
кончил… По телу Астаховой пошли судороги, она стала задыхаться. Медсестра, стоявшая рядом со мной, мгновенно вставила в пересохшие губы умирающей за-
губник кислородной подушки. Молчавший во время моей молитвы доктор так же молча стал подталкивать меня к выходу из палаты. Когда я у двери обернулся, По-
лина Григорьевна перестала задыхаться. Она с благодарностью смотрела на меня ожившими на несколько секунд глазами. По ее щеке скатилась одинокая слеза… Я понимал: уже нет времени приглашать священника. Но, возможно, я и стал для легендарной Русской Березки тем исповедником, в котором она так нуждалась на старости лет и перед смертью?.. Не знаю… Возможно, ответ на этот вопрос я узнаю лишь тогда, когда и мне придется уйти в мир иной. Но не ради какого-то «зачета» я делал все это для Полины Григорьевны. А потому что искренне ее полюбил… Когда доктор и медсестра буквально вытолкали меня из палаты и реанимаци-
онного отделения, ожидавшая меня Лиля начала меня о чем-то расспрашивать, а я и слова не мог вымолвить в ответ. Все плыло перед глазами. Лиля ждала ребен-
ка, и я даже не знал, как ей сказать о состоянии Полины Григорьевны. Я молча взял ее за руку и повел к выходу из больницы, не замечая ничего вокруг. На улице ска-
зал: «Все. Нагулялись уже сегодня. Сейчас домой поедем… Водку пить». Лиля зна-
ет, что я крайне редко пью спиртное, и по моему тону, по моим глазам все поняла. Мы сели в машину и поехали домой. Через 40 минут я позвонил дочери Астаховой Лене, и она, с трудом сдерживая рыдания, сказала: «Тимофей, мама умерла».
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 167
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 167
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
168
Вот так и ушла от нас Русская Березка, не успев дать свой последний в жизни мастер-класс молодым гимнасткам. Так и не успев побывать на празднике в честь собственного 70-летнего юбилея, который мы уже готовили и до которого она не дожила всего чуть больше двух месяцев. Так и не успев хотя бы в конце жизни на-
сладиться заслуженным вниманием – если уж не со стороны министров и чинов-
ников от спорта, то хотя бы от нас – близких ей людей. Она ушла туда, откуда нет возврата, унеся с собой боль и обиду, горести и разочарования, болезни и нищен-
скую старость. Она ушла от нас навсегда, обретя наконец заслуженный покой, ко-
торого так и не смогла познать в родной стране, хотя во имя ее славы и престижа отдала всю себя, все жизненные силы без остатка.
8
Если вы думаете, что после смерти пятикратной олимпийской чемпионки все наши спортивные чиновники засуетились (ведь у нас любят воздавать почести по-
смертно), то вы глубоко заблуждаетесь. Если хотя бы посмертно в Министерстве по делам спорта решили отдать дань памяти Русской Березке, наверное, не было бы столь обидно. Но… Дочь Полины Григорьевны Лена сразу сказала: «Тимофей, нам не на что маму хоронить. Давайте выберем место на отдаленном кладбище». Но я был уверен, что подключится Министерство спорта и Полину Григорьевну похоронят достойно, в подобающем ее статусу месте. Стал звонить высокому начальству: «Умерла По-
лина Астахова!» И что, вы думаете, я услышал в ответ? «Мы такой не знаем!» Го-
споди, прости меня, но, кто знал бы вообще об этих людях, не стань они, в силу какого-то исторического недоразумения, министрами спорта или их замами?! Кто вспомнит об этих людях завтра? Что сделали они для своей страны, кроме мелька-
ния на экранах с громкими, никому не нужными лозунгами на устах?
Я решил: Русская Березка должна быть достойно похоронена на Байковом кладбище. Но я впервые хоронил в Киеве близкого человека и не знал, что даже место последнего пристанища стало у нас объектом коммерции. Когда я приехал на кладбище договариваться, какие-то шустрики целыми стаями ви-
лись вокруг меня, предлагая места захоронения одно другого престижнее. Даже, к ужасу моему, предлагали «выкопать „квартиранта“ какого-то, если будет нуж-
но» – представляете, что способна сотворить с людьми алчность?! Да и люди ли это?! В итоге с меня запросили такую немыслимую сумму в американской валю-
те, что… Спасибо Петру Буркацкому, тогдашнему главе Киевского управления по спорту, – помог, «выбил» место для могилы бесплатно. Дочь Астаховой Лена была в шоке от всего этого. Зная, как страдала мама от забвения при жизни, она никак не могла успокоиться: «Зачем мы хороним ее здесь? Это же такое дорогое кладби-
ще! А мы не сможем на могилу даже крест поставить!» Нужно было организовать еще вечер памяти ушедшей из жизни Русской Бе-
резки. Мы стали обзванивать руководство Донецкой области и города, где на-
чиналась спортивная карьера Астаховой. В ответ – молчание. Обращались еще к каким-то людям, облеченным властью в стране, – результат тот же. Тогда Лиля решила позвонить нашему земляку – народному депутату Равилю Сафовичу Са-
фиуллину, который в то время был одним из руководителей парламентского Ко-
митета по вопросам молодежной политики, физической культуры, спорта и туриз-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 168
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 168
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
169
ма. Равиль Сафович сразу сказал ей: «Сейчас все решим. Просить нужно у тех, кто действительно может помочь. Номер мобильного телефона Рината Ахметова у вас есть? Вот ему и звоните, да и я попрошу»…
Нам нужна была не такая уж большая сумма денег. Просто действительно хо-
телось похоронить Полину Григорьевну по-человечески. В лакированном де-
ревянном гробу с ручками. Заказать венки. Достойно проводить легендарную спортсменку в последний путь. Организовать поминальный вечер. В общем, мы посчитали, что нам на все это не хватает тысяч семь долларов. Об этой сум-
ме Лиля и сказала Ринату Леонидовичу во время телефонного разговора. Ахме-
тов, услышав, что умерла Астахова, сразу сказал: «Дадим столько, сколько нужно, не волнуйтесь». После этого Лиля лично полетела в Донецк и встретилась с Рина-
том Леонидовичем. И он сразу же выделил на похороны не семь тысяч долларов, а значительно большую сумму, чтобы хватило на все. А что же наши чиновники, спросите вы? Как же, проснулись, когда узнали что к проводам Русской Березки в последний путь уже все готово. Мне и Лиле начали названивать из Министерства спорта. Дескать, вы все равно уже потратились, так закажите венки и от нашего имени. О чем здесь еще можно говорить?!
А вот футбольный клуб «Шахтер» никому ничего не перепоручал – его руково-
дители передали через своих представителей огромный венок, и чувствовалось, что люди испытывают искреннюю скорбь и сочувствие. Бюджет поминального вечера действительно увеличился раза в три. Прово-
дить Русскую Березку в последний путь захотели прийти не 25 человек, как мы рассчитывали, а 250, поэтому нужно было еще и автобусы заказывать. Помянуть Астахову приехали ветераны спорта даже из России. Разве можно было им отка-
зать? Проститься с Полиной Григорьевной решила сборная Украины по гимнасти-
ке в полном составе. Нам было уже неудобно еще раз обращаться за помощью к Ринату Ахметову, который и так помог весьма серьезно, поэтому на семейном совете мы с Лилей приняли решение покрыть недостающую сумму из собствен-
ных средств. На вечер памяти Астаховой пришли не только гимнасты – присутствовали и борцы, и пловцы, и другие спортсмены. Было очень грустно от потери, но я ра-
довался, что профессионалы собрались вместе. Они-то ведь понимают: когда-то с каждым из них может случиться то же самое – болезнь, равнодушие, предатель-
ство, забвение.
Ровно через год на могиле Полины Григорьевны Астаховой мы установили памятник. Замечательный, сделанный с любовью. Да, поставили… Только какой ценой? Я имею в виду не деньги, а те разочарования и унижения, через которые снова пришлось пройти дочери Полины Григорьевны Лене и которые стоили ей здоровья и жизни… Лена умерла, не намного пережив свою легендарную мать...
Мы нашли художника, который сделал очень интересный эскиз памятника: Полина Астахова – словно в полете, и над ней склонил голову белый лебедь. Ря-
дом – березка и пять олимпийских колец. Из уважения к памяти великой гимнаст-
ки скульптор запросил лишь половину гонорара – 20 тысяч долларов. Мы с Леной и Лилей разослали три тысячи писем по многим предприятиям Донецкой и За-
порожской областей (ведь Астахова родилась в Запорожье), в областные админи-
страции. Но нам не ответил никто.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 169
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 169
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
170
Мы с Лилей рассчитались за памятник сами. Правда, две тысячи гривен выде-
лил Национальный олимпийский комитет, и руководство нашего региона пообе-
щало нам в дальнейшем возместить затраты. Мол, вы пока сделайте все, что нуж-
но, заплатите, а мы потом… Да, Бог с ними, с этими людьми! Поймите, не в деньгах дело! Ни я, ни Лиля не расстроились оттого, что нам так и не возместили эти 20 ты-
сяч долларов. Наоборот, мы рады, что судьба оказала нам великую честь – поста-
вить памятник легендарной Русской Березке. Если кто-то не хочет склонить голову перед памятью Астаховой – это его проблемы. Пусть тех чиновников гложет со-
весть! Если она у них, конечно, есть…
Я предложил Лене участвовать в организации традиционного турнира по гим-
настике на Кубок Полины Астаховой, на который приглашают девочек со всей Украины. Лена загорелась, начала оживать после смерти мамы, после неприят-
нейшей оскомины от общения со спортивными чиновниками во время изготовле-
ния и установки памятника на могиле Полины Григорьевны. Она стала рассылать письма, надеялась, что найдет поддержку в лице руководителей больших пред-
приятий, которые могли бы возглавить оргкомитет этого гимнастического турни-
ра. В ответ – тишина. Лена не смогла этого пережить. Ее похоронили тихо, на дальнем кладбище Ки-
ева. Овдовевший муж позвонил мне накануне похорон: «Тимофей, прости, Лены нет… Совсем нет… Ушла Лена…» – «Как ушла? Куда?» – «Хороним Лену, если есть возможность, помоги»… Лена пережила свою мать всего на полтора года… Я считаю, что она умерла от самого страшного недуга, которым насквозь заражено наше современное обще-
ство: название этой болезни – равнодушие.
9
Зачем я пишу обо всем этом? Затем, чтобы каждый, кто читает эти строки, вспомнил сейчас о следующем: гимнастика – это вид спорта, который дал нашей стране мак-
симальное количество олимпийских медалей. Самые титулованные спортсмены на Земле – Латынина и Шахлин – представители спортивной гимнастики. Вспом-
нили? А теперь давайте еще и о таком вспомним: у нас была абсолютная олимпий-
ская чемпионка Татьяна Гуцу. Где она сейчас? В США! Где Рустам Шарипов? Там же! Мировая звезда гимнастики Олег Остапенко, тренер от Бога, воспитавший десять олимпийских чемпионов, – где он? Успешно работал по контракту в Бразилии, сей-
час – в России. Почему не вернуть его в Украину, не создать условий? Ведь таких людей «цепями нужно к дому приковывать»! И вложений особых не надо: чтобы оплатить работу тренера по гимнастике, достаточно одного процента от зарплаты футболиста одного из украинских клубов-грандов! В Донецке, где воспитывалась Лилия Подкопаева, была раньше отличная школа гимнастики. Но почему в моем родном регионе нет больше олимпийских чемпионов? Почему не создать условия и для тренеров, и для спортсменов? Специалисты по гимнастике уезжают, чтобы иметь возможность обеспечить себя и свои семьи. Тренер Лилии Подкопаевой Га-
лина Лосинская работает в США – готовит нашей сборной конкурентов.
Почему мы стыдливо умалчиваем о судьбах выдающихся спортсменов про-
шлого, забываем их имена? А ведь на помощь каждого из нас рассчитывает не book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 170
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 170
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
171
меньше сотни бывших спортсменов, и половина из них нуждается в дорогосто-
ящих операциях, в лекарствах. Здоровье спортсменов-профессионалов с годами все больше нуждается в поддержке. Я знаю это по опыту Лилии Подкопаевой, ко-
торая за время, проведенное в большом спорте, ломала ребра, ноги, пальцы. И все это дает о себе знать, хотя ей всего лишь 33 года. А что же говорить о ветеранах? Не грозит ли сегодняшним спортсменам лет через 20 незавидная участь Полины Астаховой?
Время, когда смолкают фанфары, очень трудное для каждого человека, посвя-
тившего свою жизнь спорту высших достижений. Политикам и чиновникам нужны победители, чтобы поставить очередную галочку в какой-то графе. Чтобы сверка-
ла медалька на шее. Чтобы прилюдно обняться, сфотографироваться. Чтобы отчи-
таться за потраченные деньги из государственного бюджета, наконец. А ветераны спорта, как оказывается, не нужны никому. Во всяком случае, сегодня. Именно по-
этому спортсмены, все здравомыслящие люди, в ком еще не угасла искра добра, должны объединяться, чтобы помогать тем, кто отдал спорту все свои силы, здо-
ровье, всю свою жизнь.
Я мечтаю и делаю все для того, чтобы спорт стал одной из важнейших состав-
ляющих жизни детей в нашей стране. Чтобы у нас множились не сети аптек и боль-
ниц, а сети спортивных школ. Чтобы как можно больше молодых людей поняли, что алкоголь, наркотики, другие негативные явления, увы, процветающие в обще-
стве, еще никому не принесли ни морального, ни физического, ни умственного удовлетворения. Чтобы дети, молодежь поняли наконец: еще ни один алкоголик, наркоман, одурманенный моральный лишенец никогда не смог добиться в жизни чего-то значительного. Никогда никто из таких людей не становился успешным че-
ловеком. Никто из таких людей, которых во всем цивилизованном мире справед-
ливо считают отбросами общества, не достиг финансового благополучия и высо-
кого статуса, о которых мечтает любой молодой человек, делающий первые шаги во взрослой жизни.
Сегодня все свои силы, каждую свободную минуту я устремляю на то, чтобы наши дети, молодежь смогли увидеть очевидное: именно спорт позволяет любо-
му человеку открыть свой талант всему миру и стать благодаря трудолюбию та-
ким же знаменитым, как Андрей Шевченко, братья Кличко, Лилия Подкопаева, Яна Клочкова. А ведь все они – дети из простых семей. Им никто не прокладывал доро-
гу к успеху, никто не делал протекции. Их воспитал спорт, который каждому дает равные возможности. И сегодня их имена известны любому человеку на Земле, каждый из них не только достиг высочайших вершин в спорте, но и стал финансо-
во независимым человеком. И с каждым из них сегодня почитают за честь встре-
титься и отдать дань уважения наивысшие руководители как нашей страны, так и других государств. Потому что у каждого из этих людей еще в детстве была сокро-
венная Мечта и каждый из них сумел ее реализовать. А разве не это является ис-
тинным примером для подражания?
Сегодня принято говорить, что ничего хорошего в Советском Союзе не было. И при этом мы забываем, что в советской системе существовали целые отделы пропаганды, активно продвигавшие в массы примеры из жизни героев того вре-
мени – Гагариных, Стахановых, Латыниных, Ангелиных... Людей, которыми восхи-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 171
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 171
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
щались и на которых равнялись. Потому что подрастающему поколению во все времена нужны образцы поведения. А разве Полина Григорьевна Астахова – Рус-
ская Березка – пятикратная олимпийская чемпионка, многократная чемпионка мира и Европы, не является таким примером? Вся ее жизнь – это яркий пример преданности своей Мечте и своему Делу. Увы, страна наша сегодня чтит и чествует других героев. Каких-то доморощен-
ных политических «звезд» – выскочек, большинство из которых не прочли в своей жизни и трех книжек и которые мало чем отличаются от тех воров и бандитов, ко-
торых они обличают. Каких-то гламурных жен, племянниц, внучек и прочих персо-
нажей, именующих себя светскими львами и львицами, но имеющих о светскости весьма отдаленное представление. Каких-то «поющих мэров», чье психическое здоровье вызывает серьезные опасения. Каких-то отпрысков-мажоров, лихача-
щих на дорогущих автомобилях и лишающих людей здоровья и жизни… О, люди! Что случилось с нами?! Долго ли мы собираемся двигаться по этому пути?! Искрен-
не надеюсь, что нет. Потому что такой путь ведет в пропасть.
Я всегда любил родной Донецк. Город, которому было суждено из небольшо-
го поселка на берегу степной речушки Кальмиус стать огромным промышленным центром крупнейшего индустриального региона. Город, началом истории которо-
го послужил щедрый дар природы – каменный уголь.
Я люблю свой родной город и людей, живших, живущих и тех, кто будет жить в нем. Я всегда любил родной регион и свою страну, в Государственном Гимне ко-
торой есть такие красивые слова:
Душу й тіло ми положим за нашу свободу,
І докажем, що ми, браття, козацького роду.
И я искренне верю в то, что придут политики с христианскими ценностями и никто больше в нашей родной стране никогда не будет несправедливо забыт. Ис-
кренне верю в то, что ни одного из сегодняшних наших кумиров, героев, всена-
родных любимцев не постигнет завтра бессилие, бесславие, нищета и забвение. Что никого из них не постигнет судьба Русской Березки – Великой Женщины, пе-
ред которой во всем мире склоняли колени такие же великие государственные деятели своего времени. Вечная Ей светлая память!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 172
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 172
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
173
МИКА НЬЮТОН
Итак увидел я, что нет ничего лучше, как наслаждаться человеку делами своими: потому что это – доля его...
Еккл. 3:22
1
За долгие годы моей общественной деятельности я приобрел весомый опыт ра-
боты в области шоу-индустрии, и меня неслучайно называют одним из наиболее успешных в стране организаторов массовых мероприятий различной направлен-
ности. В моих проектах всегда принимали участие известные спортсмены, кото-
рым я всячески помогал в продвижении и развитии карьеры. Положительный опыт работы в этом направлении c олимпийскими чемпионками Лилией Подкопа-
евой, Яной Клочковой, с самым сильным человеком планеты Дмитрием Халаджи давал мне все основания полагать, что точно так же я могу раскручивать и арти-
стов на музыкальном рынке, делая из них настоящих звезд шоу-бизнеса. По большому счету, нет особой разницы, кто твой заказчик – спортсмен, те-
леведущий, киноактер, вокалист. Нужно лишь четко знать и понимать механиз-
мы его продвижения на рынках, рассчитанных на массовую аудиторию. А главным механизмом, диктующим правила игры в шоу-бизнесе, является сам рынок. Кто правильно выбрал имидж и репертуар, кто интуитивно чувствует зрителя и раз-
бирается в массовой культуре, тот и обеспечивает успех исполнителю. Людей, ко-
торые находят финансирование и правильно распоряжаются бюджетами, продви-
гая и рекламируя артиста в медиапространстве, называют продюсерами (от англ. produce – производить). Успех продюсера в шоу-индустрии напрямую зависит от его умения находить таланты, развивать их и продвигать, а затем – грамотно про-
давать созданный творческий продукт и зарабатывать на эксплуатации популяр-
ности исполнителя.
Многие люди в Украине, да и за рубежом, уже давно называли меня успеш-
ным продюсером, хотя ранее я стремился избегать тесного сотрудничества с му-
зыкантами, вокалистами, другими представителями музыкальной индустрии, и на то были свои причины. Но это не мешало моим знакомым весьма часто обращать-
ся ко мне с просьбами «посмотреть талантливого новичка» и принять участие в его дальнейшей карьере. Да и некоторые известные уже исполнители в приват-
ных беседах как бы невзначай предлагали мне возглавить их проект, помочь в пи-
аре и т. п. Не скрою, еще будучи женатым на Лилии Подкопаевой, я несколько раз задумывался о возможности взяться за раскрутку какого-то эстрадного исполни-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 173
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 173
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
174
теля, но уважение к супруге всякий раз ставило точку в таких мыслях. Даже когда наша кума Ани Лорак разорвала деловые отношения со своим продюсером и нуж-
далась в поддержке, я не мог себе позволить помогать ей официально, переведя наши добрые с Каролиной отношения еще и в плоскость бизнеса. Я тогда думал, что рано или поздно это может вызвать ревность у Лилии, и потому счел это невоз-
можным для себя, поскольку семья для меня всегда стояла на первом месте.
2
Предложений и просьб становилось все больше. Естественно, я никогда не отка-
зывал людям и всегда посильно помогал обращавшимся ко мне артистам советом, финансированием, не заключая с ними при этом каких-либо контрактов, а они по-
том с радостью участвовали в моих благотворительных проектах. Конечно же, я следил за событиями, происходящими на отечественном музыкальном рынке, отслеживал мировые тенденции в развитии шоу-индустрии с тем, чтобы приме-
нять эти знания во время реализации своих проектов, привлекая к участию в них новых ярких личностей. Однажды, когда приближался очередной день рождения моей супруги, устра-
ивая праздник по этому случаю, я решил пригласить выступить в концертной про-
грамме Тину Кароль, к тому времени выигравшую популярный конкурс «Новая волна» в Юрмале. Тина не отказала. Она спела и произвела на меня неизгладимое впечатление позитивной энергетикой и яркой манерой исполнения. Мы пообща-
лись, и из разговора я узнал, что она мечтает попасть на конкурс «Евровидение». Больше всего меня тронули улыбка Тины и бившая из нее ключом жизненная энер-
гия. И я решил помочь этой, безусловно, очень талантливой девушке.
Через некоторое время я уже сидел за одним столом с Евгением Каленским, Тиной Кароль и ее продюсером Олегом Черным и уговаривал Женю помочь ар-
тистке в прохождении отбора на «Евровидение» в Афинах. В результате нашей встречи были достигнуты положительные для Тины договоренности. Они с про-
дюсером нашли необходимое финансирование, и началась серьезная работа по продвижению артистки. Я с радостью наблюдал, как стремительно росла популяр-
ность Тины Кароль. Она успешно прошла отбор и достойно выступила в Греции на «Евровидении». Тина становилось самой узнаваемой и востребованной артисткой в стране. Она давала по два-три концерта в день, участвовала в различных телепередачах, ее фото украшали обложки журналов. Тина мне всегда нравилась как артист. Ее песню «Ноченька» я до сих пор слушаю с удовольствием.
Шло время. До меня начали доходить слухи о капризах Тины Кароль, о ее воз-
росших до неприличия амбициях, о скандалах, которые она устраивала органи-
заторам концертов и близким людям. Я старался не обращать на подобные слухи внимания, потому что понимал, насколько изматывающим не только физически, но и морально является труд артиста. И даже когда я сам стал свидетелем того, как Тина Кароль потребовала изменить время ее выхода на сцену в нашем благотво-
рительном концерте в Одессе на более удобное для нее (по каким-то ее особым соображениям), я счел это сущим пустяком. Те, кто занимается производством масштабных массовых мероприятий с большим числом участвующих в них арти-
стов, сталкиваются с подобным поведением очень часто. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 174
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 174
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
175
Это в мировой шоу-индустрии вряд ли возможны случаи, когда артист, при-
глашенный в большую сборную концертную программу, после всех предвари-
тельных согласований вдруг, ни с того ни с сего, начинает требовать отдать ему гримерку другого участника, переиграть время его выхода на сцену или выки-
дывает другой фортель. У нас же подобное все еще продолжает происходить – ну, очевидно, ментальность такая. Да, с одной стороны, это, возможно, свиде-
тельствует, что отечественный шоу-бизнес все еще далек от цивилизованного развития. Но, с другой стороны, необходимо учитывать ранимость и излиш-
нюю мнительность артистов. Особенно, когда в концерте участвуют артистки примерно одного статуса, каждая из которых считает, что она заслуживает бо-
лее трепетного к себе отношения и внимания со стороны организаторов, жур-
налистов и прочих. Я всегда старался закрывать глаза на такие вещи: жесткая конкуренция, апломб, амбиции, какие-то комплексы – все это можно понять. И если уж я прощал подобное другим, то почему должен был иначе реагиро-
вать на поведение Тины Кароль, в развитии творческой карьеры которой сам принял участие?
Нелестные слухи о Тине, ее конфликте со своим продюсером ширились. Од-
нажды Олег Черный попросил меня о встрече. Я согласился. Неожиданно для меня Олег начал жаловаться на Кароль, ссылаясь на какие-то факты, приводя какие-то аргументы. Я слушал Олега, вглядываясь в его напряженное лицо, и понимал, что их сотрудничество с Тиной действительно заходит в тупик.
Вскоре и сама Тина попросила меня встретиться с ней. Я ее выслушал и по-
нял, что должен помочь человеку, находящемуся на грани физического и ду-
шевного срыва. Мало кто знает, но в этой истории противостояния артиста и продюсера я принял сторону Тины Кароль, подставив ей плечо в трудную ми-
нуту. Я с уважением относился к Олегу Черному и понимал, что он вложил в раскрутку Тины весь свой талант, опыт и связи. Но она была девушкой одино-
кой, беззащитной... Нет, я не стал продюсером Тины Кароль. И даже мысли об этом гнал от себя, хотя мой заместитель Богдан Филоненко уговаривал меня заняться ее продюсированием и даже разработал стратегию ее дальнейшего продвижения. Но я ограничился посильной дружеской помощью и «точечной» поддержкой. Очевидно, Тина считает оказанную мной поддержку настолько не-
значительной, что ни в одном интервью даже не вспоминает обо мне.
Я не в обиде на Тину. А вот если на меня в обиде Олег Черный, то приношу из-
винения, но поступить по-другому я не мог. Потому что, если меня просят о помо-
щи, я помогаю даже в тех случаях, когда сам нуждаюсь в помощи больше просяще-
го. Так меня воспитали.
3
Начав работать в лучшей интернет-компании страны директором по развитию, я снова стал часто общаться по деловым вопросам со звездами шоу-бизнеса. И мне снова начали предлагать сотрудничество как молодые талантливые ис-
полнители, так и старожилы шоу-индустрии. К тому времени я уже был в раз-
воде. Жизнь потихоньку налаживалась, и я стал рассматривать новые направ-
ления для бизнеса, для приложения своих сил, знаний и опыта. Мои раздумья book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 175
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 175
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
176
все чаще приводили меня к мыслям о продюсировании какого-то конкретно-
го артиста. В мае 2010 года ко мне пришла певица Марта со своим директором Олегом Ба-
рабашом и попросила помочь ей в продвижении нового клипа в Интернете. По-
сле этой встречи мы начали видеться с Мартой чаще. Она намекала на возмож-
ные перспективы нашего сотрудничества, но я ограничивался словами «подумаю» и «возможно». Не потому что не видел в этой артистке таланта. Просто для себя я еще не принял окончательного решения, да и, если честно, тогда я был просто завален делами в компании.
В то же время я стал все чаще наталкиваться в СМИ на статьи и интервью о скандале продюсера Юрия Фалесы и певицы Мики Ньютон. С Юрой мы обща-
лись часто, и пару раз он говорил мне о своем очередном разочаровании в жиз-
ни, о том, что Мика не благодарна ему за его труды. Я обещал при удобном случае поговорить с ней.
Эта артистка мне очень нравилась тем, что, когда бы я ни попросил ее при-
нять участие в моих гуманитарных инициативах, она никогда не отказывала. Она постоянно ездила в детские дома, школы-интернаты и участвовала в благо-
творительных концертах. Мика была одной из самых активных наших волонте-
ров. Я начал к ней присматриваться еще с момента ее посещения Макеевского детского дома для ВИЧ-инфицированных детей. Мика очень искренне обща-
лась и играла с больными сиротами. На протяжении последних пяти лет она неоднократно выступала на наших благотворительных концертах. Она добрый, открытый и жизнерадостный человек. Я не хотел выступать инициатором встречи с Микой по столь щекотливо-
му вопросу, потому что понимал, какими сложными могут быть взаимоотноше-
ния артиста с его продюсером и сколько в таких взаимоотношениях нюансов не только делового, но и личного характера. Но мы часто виделись с Микой на светских мероприятиях, и во время одного из них я позволил себе вскользь за-
дать девушке несколько вопросов о ее конфликте с Юрой. У артистки была своя точка зрения на сложившуюся ситуацию, и она убежденно стала доказывать, что отработала по контракту семь лет и уже просто не видит перспектив для продолжения сотрудничества с Фалесой.
Страсти, которые тогда кипели в душе Мики, напомнили мне мое расставание с Лилией Подкопаевой. Так же, как и Мика Ньютон, семь лет я отработал по «семей-
ному контракту» и ушел жить в однокомнатную квартиру после достаточно дли-
тельного бракоразводного процесса.
Мика тогда жила в маленькой съемной квартирке, ездила на такси и пыталась объяснить своему бывшему партнеру и общественности, что достойна большего. Кто-то жалел эту талантливую яркую девушку, кто-то втайне злорадствовал, а кто-
то радовался открыто.
Все это я уже прошел. Я помнил, как звонил приятелям и знакомым и просил даже не о помощи, а просто о встрече. Помнил, как все, к кому я обращался, просто игно-
рировали мою просьбу, ссылаясь на какие-то мифические дела. Никто в период мое-
го личностного кризиса не откликнулся на мой зов, на крик моей растерянной души о помощи. Никто не изъявил желания встретиться со мной хотя бы для того, чтобы выслушать. Все это я прекрасно помнил. Потому что тот, кто хоть один раз оказался в роли льва-одиночки, изгнанного из прайда, не забудет об этом никогда.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 176
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 176
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
177
4
Вскоре после нашего разговора на том светском рауте Мика позвонила мне:
– Привет, Тимофей! Это Мика… Тебе удобно говорить?
– Привет! Что-то случилось? – если честно, я в тот момент с трудом сумел пе-
реключиться с только что закончившихся деловых переговоров на разговор с де-
вушкой.
– Да как тебе сказать… Скорее, не случилось, – попыталась пошутить Мика, но я почувствовал, что вряд ли она при этом улыбается. – Тимофей… – она произнес-
ла мое имя так, что я буквально физически ощутил ее смятение.
– Да, я слушаю тебя, Мика. Говори, если что-то наболело – ты же знаешь, я всег-
да готов тебя выслушать и помочь. Все, что будет в моих силах, я…
– …можешь найти время, чтобы встретиться со мной? – прервала меня артистка. В голосе девушки слышалось такое отчаянье, что… У меня была прекрасная работа. Каждая минута была просто на вес золота. Я был востребован, жизнь нала-
дилась, появилась масса новых перспектив и возможностей... Но отказать челове-
ку, в голосе которого звучит плохо скрываемый крик о помощи, я не мог.
Встретились мы с Микой в ресторане Goodman на улице Жилянской. – Привет! – улыбаясь, сказал я, хотя понимал психологическое состояние де-
вушки и не рассчитывал на какие-то радостные эмоции с ее стороны. И я в этом не ошибся.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 177
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 177
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
178
– Привет! – грустно ответила Мика, разглядывая пуговицу на моем костюме с отрешенным видом.
– Что, на войне как на войне? – убрав с лица улыбку, спросил я.
– Ой, Тимофей, и не говори, – вздохнула Мика.
– Ладно, война войной, а обед – по распорядку, – без каких-либо шутливых но-
ток сказал я, понимая, что нам предстоит нелегкий разговор.
Мы прошли в обеденный зал ресторана и сели за столик. Официантка положи-
ла перед нами меню и застыла в ожидании заказа. Я предложил Мике ни в чем себя не ограничивать. Она, даже не взглянув в меню, попросила подать ей какой-то лег-
кий бульон. Я заказал чай и, когда официантка удалилась, спросил у Мики:
– Долго мучилась, прежде чем позвонила мне?
Девушка зачем-то начала протирать салфеткой и без того идеально чистую ложку и, не поднимая на меня взгляд, сказала:
– Если честно… даже не знаю, с чего начать… Понимаешь, Тимофей, чувствую, что оказалась в тупике, из которого не вижу выхода… И я просто не знала, к кому обратиться, с кем поговорить… Прости, что от дел оторвала.
Мика выглядела уставшей и разбитой. Ее лицо пугало неестественной бледно-
стью и вызывало сострадание.
– Так, – сказал я. – Во-первых, перестань волноваться. Я сам побывал не в са-
мой приятной в жизни ситуации и знаю, насколько нелегко происходит разрыв от-
ношений между людьми. Ты позвонила мне – я пришел. И пришел не затем, чтобы наблюдать сейчас, как ты дырку в ложке пытаешься протереть, а затем, чтобы вы-
слушать и помочь. Я не мог не прийти. Потому что в моей истории никто ко мне не пришел, и… В общем, давай попробуем разобраться в твоей ситуации и найти раз-
умный выход из нее. Нет таких проблем, которые нельзя было бы решить. Ты ведь боец! И я, и ты знаем об этом!
Что-то похожее на улыбку мелькнуло на лице девушки. Она в очередной раз тяжело вздохнула и проворчала:
– Боец… Только сейчас от бойца мало что осталось.
Нам принесли заказ. Постепенно мне удалось разговорить Мику. Я выслушал ее сбивчивый эмоциональный рассказ и пообещал поговорить с Юрой Фалесой, попробовать решить ее проблемы.
Нашу встречу прервал телефонный звонок из офиса моей компании. Возникла форс-мажорная ситуация, требовавшая моего немедленного вмешательства. Я из-
винился перед Микой, попросил официантку принести счет, рассчитался и… оста-
вил девушку заканчивать обед в одиночестве. Увы, бизнес есть бизнес.
5
После этой встречи я все чаще думал о Мике Ньютон. Ведь я пообещал помочь ей, а пустых обещаний я не даю. Такому человеку, как Мика, просто нельзя было отка-
зать в помощи в тяжелый для нее период жизни. К тому времени я уже выбрался из собственного психологического кризиса, состояние здоровья значительно улучшилось, но меня по-прежнему периодиче-
ски преследовала бессонница. В такие периоды я предпочитал не предпринимать попыток погрузиться в сон с помощью каких-то медицинских препаратов, дурма-
нящих сознание, а шел в Голосеевский парк, где совершал долгие прогулки в оди-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 178
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 178
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
179
ночестве. Я бродил по ночным аллеям, освещенным лишь редкими фонарями, до которых еще не добрались руки вандалов, радуясь тишине, отрешаясь от дневной суеты и погружаясь в размышления о своей жизни и о жизни других людей… После обеда и разговора с Микой Ньютон я еще несколько раз встречался с певицей Мартой, все более активно предлагавшей мне сотрудничество, и срав-
нивал двух этих девушек-артисток: «У одной жизнь рушится, творчество заморо-
жено, отношения испортились. У другой – все прекрасно: квартира, машина, ни-
каких долгов и обязательств. Но ведь я никогда не искал легких путей?.. Чтобы сделать исполнителя популярным, нужно найти средства и составить план его продвижения на рынке. Успех артиста зависит от соответствия его имиджа и ре-
пертуара изменчивым вкусам зрителей и виртуальным культурным ценностям. Нужна правильная раскрутка – как принято говорить в шоу-бизнесе. Мне не по-
наслышке знакомы законы продвижения, и я знаю, как сделать артиста успешным и популярным…» Наконец во время одной из своих ночных прогулок в парке я принял для себя окончательное решение: «Буду помогать Мике!»
Принять решение – значит начинать действовать. Решение помогать Мике привело меня к принятию еще одного решения: «Прежде чем инвестировать в творчество Мики Ньютон, я должен рассчитаться с Юрой Фалесой». Да, это реше-
ние было связано с существенными финансовыми затратами, но я решил показать обществу, что и в отечественном шоу-бизнесе есть место для цивилизованных от-
ношений. И потом, я просто не мог поступить иначе с Юрой – талантливым продю-
сером и моим другом.
Утром, только зайдя в свой рабочий кабинет, я сразу же позвонил Юрию и до-
говорился с ним о встрече. Тем же вечером приехал в его офис на Подоле. Гово-
рили долго. Обсуждали и финансовую сторону, и человеческий фактор… Нако-
нец нам удалось найти компромиссное решение: Мика Ньютон освобождалась от дальнейшего выполнения условий контракта, а я погашал существующую, по мнению Фалесы, финансовую задолженность артистки перед ее бывшим продю-
сером. Юра, назвав сумму «сделки», установил и дату окончательного расчета. На все эти условия я согласился.
Из офиса мы вышли вместе. Я попрощался, сел в машину и сразу же позвонил Мике:
– Добрый вечер, звезда! Не спишь еще?
– Нет, Тимофей, не сплю, – как-то робко ответила девушка. – Знаешь, я почему-
то чувствовала, что ты мне позвонишь, потому и не пошла с подругой на премье-
ру фильма. Что-то случилось? Есть какие-то новости? – в голосе Мики слышались нотки тревожного ожидания.
– Да, новости есть. И это хорошие для тебя новости, – с улыбкой ответил я.
– Не томи, Тимофей! Не тяни! Что там? – выпалила Мика.
– С этой минуты ты – артист, освобожденный от каких-либо обязательств по предыдущему контракту. Суды ваши закончились. Конфликт исчерпан. Я только что с Юрой встречался и…
– …много он с тебя запросил? – перебила меня девушка.
– Это неважно, Мика. Это уже совершенно для тебя неважно, – спокойно от-
ветил я.
– Как неважно? – вспыхнула девушка. – А деньги где предлагаешь мне искать?!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 179
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 179
03.12.2011 15:25:35
03.12.2011 15:25:35
180
– Мика, я же сказал: ты свободна от любых обязательств! Я обо всем догово-
рился!
– А деньги? – продолжала настаивать девушка.
– Что деньги? – ответил я. – Я с Юрой сам рассчитаюсь.
В разговоре повисла пауза. Наконец Мика строго спросила:
– И что я тебе за это буду должна, Тимофей?
– Кроме того, что пообещаешь мне сейчас стать звездой мирового уровня, – ровным счетом ничего. Так, сущий пустяк, – пошутил я.
Снова повисла пауза.
– Так не бывает, – наконец тихо сказала артистка. – Мне еще никто в жизни та-
кие подарки не делал.
Я не стал развивать эту тему, а сказал следующее:
– Не услышал от тебя слов обещания – того «сущего пустяка», о котором я упо-
мянул. Обещаешь «порвать» мировой шоу-бизнес, а не просто нашу внутреннюю тусовку? Взрослая девушка уже – хватит для сериалов о кадетах песни петь! Обе-
щаешь?
Наконец я услышал в телефонной трубке смех.
– Надеюсь, кровью расписываться нигде не нужно? – весело произнесла Мика.
– Обидеть хочешь? – возмутился я. – Ты же знаешь, что я человек верующий, поэтому…
– ...прости, пожалуйста! – прервала меня она. – Это я от радости просто сама не пойму, что говорю… Тимофей... – на этот раз в моем имени слышался вопрос.
– Что?
Снова молчание в трубке. Наконец:
– Тимофей, я обещаю тебе это, – твердо сказала Мика. – Но ты сам понимаешь, что без помощи и финансирования я не смогу этого сделать. Поэтому я обещаю, но с одним условием…
– С каким еще условием? – удивился я.
– Условие тоже очень простое. Сущий пустяк, как ты говоришь. Ты мне помо-
жешь в этом. Идет?
Теперь уже рассмеялся я.
– Считай, что договорились. Встречаемся завтра в обед в ресторане «Арена».
Пожелав девушке доброй ночи, я поехал в свою съемную квартиру – навстре-
чу одиночеству и бессоннице, навстречу прогулкам по ночному парку, навстре-
чу мыслям о будущем, навстречу воплощению в жизнь мечты другого человека, ответственность за судьбу которого я добровольно взвалил на себя. Сколько раз в жизни я уже делал это, не ожидая ничего взамен?..
6
А дальше была работа. Очень серьезная работа по созданию фактически совер-
шенно новой Мики Ньютон. И начал я эту работу с того, что не просто отдал Юрию Фалесе нужную сумму, но сделал это на месяц раньше установленного срока.
Никаких контрактов с Микой Ньютон мы подписывать не стали, посколь-
ку никто из нас не сомневался в порядочности своего партнера. Но, начав ра-
ботать с Микой, я понял, что все намного сложнее, чем казалось на первый взгляд. Дело в том, что Мика Ньютон хотела участвовать в самом масштабном book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 180
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 180
03.12.2011 15:25:36
03.12.2011 15:25:36
181
песенном конкурсе планеты – «Евровидении». Я прекрасно понимал, о чем мечтает артистка, равно как понимал и то, что цель девушки идет вразрез с моими планами покорения мирового шоу-бизнеса и достижения таких вер-
шин на международном музыкальном Олимпе, о которых в Украине мало кто даже мечтал.
Конечно, победа на «Евровидении» весьма престижна. Да вот только редко кому из артистов, успешно выступивших на этом конкурсе, удавалось стать дей-
ствительно мегазвездами мировой шоу-индустрии. Как правило, победа на «Ев-
ровидении» способствует взлету популярности исполнителя только в его родной стране, да и то лишь на какое-то время. В мировых же масштабах о победите-
лях этого конкурса забывают весьма быстро. Например, вы можете сейчас сходу вспомнить, кто был победителем «Евровидения» в 2003 году, когда в нем прини-
мал участие Александр Пономарев – первый участник этого конкурса от Украины в ее независимой истории? О чем еще нужно говорить? Я с огромным уважением отношусь к народной артистке Украины Руслане Лыжичко, победившей на «Евро-
видении» с песней «Дикі танці». Но удалось ли ей закрепить свой успех на миро-
вом уровне? Выиграть «Грэмми»? Нет, не удалось. И я просто не хочу сейчас вни-
кать детально в причины этого.
Я сказал, что редко кому из артистов – победителей «Евровидения» удава-
лось стать мегазвездами мирового шоу-бизнеса. Внесу поправку: не просто редко, а мне известны лишь два случая, которые только подтверждают общее правило, – это знаменитый шведский квартет «АВВА» (да и то, победивший в «Евровидении» лишь со второй попытки, когда он был на гребне мировой сла-
вы) и канадка Селин Дион. А еще мне известны слова знаменитого английско-
го продюсера Брайана Роллинга, занимавшегося раскруткой таких музыкаль-
ных гигантов, как Тина Тернер, Энрике Иглесиас, Бритни Спирс и той же Селин Дион: «„Евровидение“ – это конкурс, рассчитанный на кухарок и домохозяек». Вот так… Можно, конечно, не соглашаться с Брайаном, но, как говорится, фак-
ты – вещь упрямая. Я же, решив работать с Микой Ньютон, изначально поста-
вил перед собой максимально возможную цель: забраться на такую вершину, куда до этого не смог дойти ни один эстрадный исполнитель нашей страны. Да, попытки были, но все знают, чем закончились все эти попытки различных артистов и их продюсеров, при всем моем к ним уважении. Но я всегда ставил перед собой невероятные цели и достигал их, мечтал и воплощал самые дерз-
кие мечты в жизнь.
После продолжительных раздумий я принял решение помочь Мике Ньютон попасть на «Евровидение». Я просто не мог не помочь человеку в воплощении его мечты. Для себя же решил рассматривать этот конкурс лишь в качестве ступеньки к той вершине, к которой мы пойдем вместе.
7
Когда Мика Ньютон позвонила мне и сообщила, что объявлено начало подачи за-
явок на участие в отборе на «Евровидение», я играл со своими детьми Каролиной и Вадимом в парке. – Ну, что ты мне скажешь на это? – спросила артистка.
– Ты действительно хочешь туда поехать? – в свою очередь спросил я.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 181
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 181
03.12.2011 15:25:36
03.12.2011 15:25:36
182
– Да, Тимофей. Очень хочу. Я просто мечтаю об этом, – ответила девушка. – Так что делать будем? Подавать мне заявку? Я понимаю, что сложностей будет много, но… Мы ведь справимся со всем вместе? – с надеждой в голосе спроси-
ла артистка.
Так, чтобы слышала Мика, я задал вопрос дочери:
– Что скажешь, Каролинка, – будем ли мы помогать талантливой тете?
Каролинка долго не раздумывала:
– Да, папа! Конечно, нужно помочь тете, если она хорошая и добрая!
Я сказал в трубку Мике: – Ты все слышала. Подавай заявку. Я прямо сейчас начинаю искать финансиро-
вание на продвижение этого проекта, а ты подумай со своей стороны, что нам нуж-
но для успеха в этом. Хорошо? А завтра встретимся и все обсудим.
На протяжении нескольких дней мы строили планы и разрабатывали стра-
тегию участия Мики в национальном отборе на «Евровидение». Встречались мы ежедневно, а длинные разговоры по телефону в вечернее время уже превра-
тились для нас в привычку. Наконец после долгих обсуждений всех возможно-
стей мы коллегиально приняли решение подготовить совершенно новую пес-
ню и снять на нее клип. В клипе мы решили задействовать самого титулованного акробата и эквилибриста нашей страны Анатолия Залевского. Новую песню было решено представить на суд зрителей в большом красочном шоу в главном кон-
цертном зале страны. Почему-то мне захотелось назвать спектакль «Ангелы сре-
ди нас» – именно так я представлял образы, в которых Мика и Анатолий должны предстать перед зрителями: ангелы на нашей Земле, дарующие людям свои та-
ланты, добро, радость, милосердие. А в том, что эти два творческих человека как нельзя лучше отвечают идеям, которые я хотел воплотить через эти образы, я не сомневался ни секунды.
Любой творческий продукт, чтобы понравиться широкой публике, должен быть представлен с элементами шоу. Его презентацию всегда нужно стараться превратить в яркое, незабываемое событие. Для старта нового этапа в карье-
ре Мики Ньютон я попросил Руслана Квинту написать для нее песню «Ангел». Руслан быстро проникся моими задумками, и вскоре песня была готова. Толик Залевский поставил на песню прекрасный номер, в котором принимали уча-
стие дети из его школы циркового мастерства. Сняли клип. Презентацию клипа я решил превратить в большой красочный спектакль, в котором мы пригласи-
ли участвовать артистов всемирно известного цирка «Дю Солей» из Канады, та-
лантливых детей, вокалистов, танцоров. Работа была проделана большая, мас-
штабы меня не только не пугали, а наоборот, очень радовали. Каждый вечер я проводил встречи, связанные с вопросами дальнейшей рас-
крутки Мики, а с утра, часто не выспавшись, бежал в офис моей интернет-компании, куда ни разу за два года не опоздал к началу рабочего дня.
В итоге для нового старта Мики Ньютон все было готово и продумано. Я ставил перед собой задачу не просто вызвать интерес к творчеству Мики, а сразу создать разумный ажиотаж вокруг ее имени. Для пиара на этом этапе как нельзя лучше подходила ее песня «Ангел», которую мы начали активно представлять в радио-
эфирах с параллельной ротацией на телевидении клипа с участием Залевского. По завершении первого этапа, который я рассматривал лишь в качестве яркого book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 182
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 182
03.12.2011 15:25:36
03.12.2011 15:25:36
Мой ангел-хранитель Мика Ньютон
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 183
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 183
03.12.2011 15:25:36
03.12.2011 15:25:36
184
старта для Мики, я запланировал поездку в Лос-Анджелес, где мы и должны были записать песню для «Евровидения» у великого композитора современности Уол-
тера Афанасьева.
8
На презентацию клипа «Ангел» пришли звезды шоу-бизнеса, политики, бизнесме-
ны, журналисты. Мика Ньютон блистала в тот вечер, представ перед зрителями, коллегами по музыкальному цеху, журналистами в новом образе. Я пришел на ме-
роприятие в футболке с изображением артистки и надписью «Мика Ньютон – моя жизнь!».
Девушка действительно за столь короткое время прочно вошла в мою жизнь и стала весомой ее частью, может, даже настоящим ангелом-хранителем. И я про-
сто горел желанием выиграть отборочный тур на «Евровидение», оставив позади всех конкурентов Мики Ньютон.
– Что скажешь? – спросил я у нее по завершении презентации и банкета.
Перед этим мы еще долго прощались с гостями, знакомыми, выслушивая их красивые пожелания. Насколько искренними были все эти люди, говорившие добрые слова? Не знаю… Могу ошибаться, конечно (и лучше бы я ошибся), но почему-то думаю, что многие на том мероприятии улыбались нам с Микой, испы-
тывая при этом зависть, ревность и, возможно, втайне желая нам провала. Только вот не дождутся они этого! Не для того я взялся за это дело, чтобы потерпеть фиа-
ско! У нас с Микой есть мечта, и мы ее обязательно достигнем! Мы сделаем все воз-
можное и невозможное для этого!
Наверное, Мика к тому времени научилась чувствовать мои мысли. Я не ого-
ворился. Именно чувствовать, а не читать по лицу, потому что последнее сделать просто невозможно: я давно научился внешне не показывать своих эмоций и ис-
тинных мыслей. Выходя сейчас в свет после всего того, через что я прошел после развода с Подкопаевой, я уже никогда не забуду о том, в каком мире живу.
– Тимофей, ты тоже думаешь, что многие сегодня улыбались нам, держа при этом булыжник за пазухой? – спросила девушка.
– А ты еще к этому не привыкла? – Привыкла, к сожалению, – сказала Мика и вздохнула.
– Журналисты не утомили? – поинтересовался я.
– Как тебе сказать? – улыбнулась девушка. – С ними тяжело, но и без них обой-
тись в нашем деле невозможно.
Мы посмотрели друг другу в глаза и рассмеялись.
– Что бы там ни думали наши недруги и завистники, мы должны работать, – ска-
зал я. – Ты сегодня сделала серьезную заявку, открыто сказав, что собираешься по-
бедить в национальном отборе на «Евровидение». Так что теперь грязи на нас ой как много может быть вылито.
Сказав это, я еще не предполагал, насколько окажусь прав и с какой человече-
ской нечистоплотностью нам с Микой придется столкнуться. Ни я, ни Мика Ньютон, родившаяся в городе Бурштыне Ивано-Франковской области и выросшая в самой обычной семье, никогда не жили по принципу «для достижения цели – все средства хороши». Но, увы, в нашей стране им руковод-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 184
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 184
03.12.2011 15:25:36
03.12.2011 15:25:36
185
ствуются многие. Поэтому главное при покорении новой вершины – это правиль-
но выбрать маршрут и тех людей, с которыми отправишься в поход. И всегда нуж-
но помнить: чем выше цель, тем меньше преданных людей будет оставаться рядом с тобой и тем больше будет появляться тех, кто станет плевать тебе в спину.
После успешной ротации песни и яркой презентации клипа Мика Ньютон в рейтингах Интернета быстро вошла в первую пятерку основных претендентов на победу в национальном отборе на «Евровидение» и прочно обосновалась там. Иногда она поднималась на третье, второе места и только раз – на первое. На са-
мом деле мне – специалисту в продвижении людей, который к тому же тогда был директором по развитию самой крупной интернет-компании страны, – не состав-
ляло особого труда сделать так, чтобы Мика Ньютон возглавила все эти рейтинги. И для этого мне – человеку, прекрасно знающему законы пиара, – абсолютно не нужно было прибегать к какому-то мухляжу, подтасовке голосов и другим неэтич-
ным приемам. Просто на том этапе я считал, что сразу показывать всю силу арти-
ста, столь стремительно вошедшего в мою жизнь и ставшего его частью, было бы глупо и преждевременно. Я анализировал продвижение конкурентов Мики Нью-
тон, их возможности и ошибки, читал все их интервью и понимал внутренний мир конкурсантов. Все артисты эгоцентричны, они хотят блистать, хотят быть первы-
ми во всем, но при этом мало кто из них хоть немного понимает вселенские зако-
ны развития. И я был уверен в том, что всем им суждено проиграть Мике Ньютон – при всем их раздутом эго.
9
Еще со времен Александра Македонского всем известна крылатая фраза: «Все до-
роги ведут в Рим». Но для тех, кто мечтает достичь наивысших вершин на музы-
кальном Олимпе, существует другое правило: все пути ведут в Лос-Анджелес – центр мирового шоу-бизнеса. Среди моих друзей нашелся человек, который зажегся моими идеями, понял масштабы моих целей и предложил организовать встречу с великим продюсером современности Рэнди Джексоном. Произошло это в Москве.
Мы с Микой полетели туда на пару дней. Москва считается центром шоу-
бизнеса на постсоветском пространстве, и я хотел представить Мику Ньютон в но-
вом образе своим друзьям и знакомым, имеющим прямое влияние на развитие музыкальной индустрии. Я не посвящал девушку во все свои планы в отношении ее продвижения. Не потому что не доверял ей. Просто, уже зная о тонкости и рани-
мости ее души, не хотел, чтобы она разочаровывалась в случае, если что-то у нас с ней не получится сразу. Слишком уж высокая конкуренция в шоу-бизнесе. Слиш-
ком уж сильно ударил экономический кризис по нему. Слишком уж развита кла-
новость в постсоветской шоу-индустрии, семейственность, если хотите. И каждый руководитель «семьи» всегда старается проталкивать только своих. Я не хочу на-
зывать имена этих людей, поскольку всем и без меня хорошо известно, в чьей сфе-
ре влияния находятся конкурсы «Новая волна», «Крым Мьюзик Фест» и прочие, кто сидит в жюри на этих конкурсах.
После целого дня встреч со многими влиятельными фигурами шоу-индустрии Мика Ньютон приняла участие в конкурсе караоке в самом модном развлекатель-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 185
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 185
03.12.2011 15:25:36
03.12.2011 15:25:36
186
ном центре российской столицы и очень понравилась московскому бомонду. Вот там и состоялся памятный разговор с моим другом, закончившийся его обещани-
ем организовать нам встречу с Рэнди Джексоном. Причем сама Мика тогда даже не подозревала, что в этот день решается ее судьба. Когда мы вернулись в Киев, я стал названивать своему другу и напоминать об обещании связать нас с его американскими партнерами. Однажды он пригласил меня с Микой за город. Но моя протеже была простужена, у нее болело горло, под-
нялась высокая температура. Поэтому на встречу я поехал один. Мой друг почему-
то расценил это как неуважение со стороны Мики и даже начал корить меня: за-
чем, мол, я прошу его помочь в продвижении артистки, которой это, как он решил, совсем не интересно. Что сказать?.. Все мы люди, и все мы разные. Пришлось битый час в очередной раз объяснять человеку, как я все это вижу, какие пути для продвижения намече-
ны и какие перспективы в партнерстве предлагаю. Наконец он набрал номер те-
лефона исполнительного продюсера J.K. Music Group Олега Шмелева и попросил его поговорить со мной.
Мой разговор с Олегом был не слишком продолжительным. Мне не пришлось долго рассказывать свою историю и в чем-то убеждать его. Он практически сразу проникся масштабами задач, которые я поставил, и предложил свои возможности для раскрутки Мики Ньютон на американском музыкальном рынке. В конце разго-
вора Олег пригласил нас с Микой в Лос-Анджелес для записи новой песни к фина-
лу отборочного тура «Евровидения». 10
В январе 2010 года мы с Микой полетели в Город ангелов. Там мы встретились с Уолтером Афанасьевым – великим композитором, музыкальным продюсе-
ром, двукратным обладателем премии «Грэмми». Долгие годы этот выдающий-
ся человек, ставший в 1990 году генеральным продюсером Sony Music, работал с Уитни Хьюстон, Лайонелом Риччи, Майклом Джексоном, Джорджем Бенсоном, Барбарой Стрейзанд, Селин Дион, Андреа Бочелли, Ларой Фабиан и другими. Он участвовал в создании саундтреков к таким известным голливудским филь-
мам, как «Титаник», «Лицензия на убийство», «Красавица и Чудовище», «Алад-
дин», «Телохранитель», «Только ты», «Геркулес», «Игра», «Другая сестра», «Го-
спожа горничная». А самую большую известность Уолтеру принесла работа с Мэрайей Кэри, для которой он писал музыку и выступал как ее продюсер на-
чиная с самого первого альбома певицы. В частности, Афанасьев написал для артистки популярнейшую во всем мире песню All I Want for Christmas Is You, ко-
торая и по сей день по числу проданных записей – более четырех миллионов – является рекордной для Мэрайи. Мика понравилась Уолтеру сразу. Он прослушал ее, пообщался с нами, выслушал наши пожелания и тут же предложил некоторые свои коррективы. Естественно, мы на них согласились, поскольку не доверять человеку с таким опытом работы в миро-
вом шоу-бизнесе, с таким чутьем, было бы просто нелепо.
Уже на следующий день после нашего прилета Уолтер приступил к записи но-
вой песни Мики Ньютон для «Евровидения». Кроме того, он предложил написать балладу специально для Мики – настолько она ему понравилась. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 186
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 186
03.12.2011 15:25:36
03.12.2011 15:25:36
187
Работали мы очень плодотворно. Мика проводила у него в студии целый день. Когда выпадали короткие часы отдыха, мы отправлялись на прогулки по горо-
ду, бродили по набережной, любуясь видами на Тихий океан, ездили в Голливуд, в Беверли-Хиллс, на «Юниверсал Студио»…
Во время одной из прогулок я спросил у Мики:
– Ты довольна?
– Тим (с некоторых пор Мика предпочитала называть меня моим детским име-
нем), ты же знаешь, что я первый раз в Америке и никогда не чувствовала такого внимания к себе. Никогда не работала с такими великими музыкантами. Все, кого мы с тобой здесь встречали, не просто профессионалы, а… У меня нет слов! И при этом никто понты не колотит, как это принято в Украине и России.
– Ну а чего ты хотела? – улыбнулся я. – Мы же с тобой оба знаем, чего хотим до-
стичь и о чем мечтаем?
Помолчав немного, я спросил:
– Жить здесь не хочешь остаться?
У Мики округлились глаза от удивления.
– Что-о? Тим, ты что, бросить меня здесь решил?!
– Успокойся! – строго сказал я. – Я сказал лишь то, что сказал.
Мика задумалась.
– Знаешь, Тим, – наконец сказала она, – жить здесь… Надо попробывать. Рабо-
тать – точно да. А жить и в Украине, и в Америке можно?
– Что, Родину не выбирают и ей не изменяют? – улыбнулся я.
– Это ты в самую точку! – сказала Мика, рассмеявшись.
– Ну, тогда работай усерднее, чтобы домой быстрее вернуться. Там нас зажда-
лись уже, наверное, твои конкуренты по отбору на «Евровидение», – пошутил я.
– Ага, ждут не дождутся, – проворчала девушка. – И что значит, «работай усерднее»? Вроде я стараюсь...
– Пашешь, пашешь, – примирительно сказал я.
Мы спустились с набережной на пляж и побрели среди продавцов сувениров, молча вслушиваясь в звуки океана и вглядываясь в причудливые пенные узоры, кото-
рые накатывал на берег прибой. После длительного и очень уютного в такие минуты молчания Мика зачем-то толкнула меня локтем в бок и как-то неуверенно спросила:
– Тим, как думаешь – у меня получится?
– Что именно? – не сразу понял я, погрузившись в раздумья, навеянные созер-
цанием волн.
– Выиграть отбор на «Евровидение», – уточнила Мика.
Я остановил ее, взяв за руку, затем повернул за плечи к себе, посмотрел в гла-
за и сказал:
– Я уверен: мы с тобой обязательно победим!
– Правда? – тихо спросила девушка, опуская взгляд.
– Если мы с тобой верим в это – у нас все обязательно получится! Иначе и быть не может! – уверенным тоном сказал я.
Я не знаю, чем тогда была вызвана неуверенность Мики в своей победе. Ско-
рее всего, причиной тому была слишком высокая физическая и эмоциональная нагрузка, обрушившаяся на нее с первых же дней нашей совместной работы. Но в том, что она настоящий боец, я не сомневался ни на секунду. И не только я. Сам Уолтер Афанасьев, когда во время перерыва мы с ним и Олегом Шмелевым book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 187
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 187
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
188
общались в студии, увидев, что Мика направляется в сторону бытовых помеще-
ний, внимательно глядя ей вслед, сказал: – Не знаю, парни, что думаете вы, но я таких трудоголиков, как Мика, редко в жизни встречал. А уж я-то артистов повидал – сами знаете.
– Уолтер, ты считаешь, она действительно может стать тем артистом, каким я ее мечтаю видеть в скором будущем? – спросил я, внимательно посмотрев в гла-
за друга.
Афанасьев обернулся к Шмелеву и сказал:
– Олег, вот, может, ты объяснишь Тиму, что, если бы я не верил в это, то его по-
допечная не провела бы в моей студии ни секунды?
Олег с улыбкой хлопнул меня по плечу:
– Тимофей, мы все здесь в нее поверили. У Мики действительно характер на-
стоящего бойца и огромный творческий потенциал. У нас здесь это ценится нарав-
не с талантом.
Вскоре после того памятного для меня разговора работа над новыми песнями Мики в студии Уолтера была закончена. Все получилось даже лучше, чем мы ожи-
дали. Пришло время возвращаться домой. Но перед этим, за несколько дней до нашего вылета, Олег Шмелев организовал нам встречу с Рэнди Джексоном.
Рэнди – живая легенда в мировом шоу-бизнесе. Он популярный радиоведу-
щий, постоянный судья телевизионного шоу «Американский идол», продюсер пе-
редачи «Короли танцпола» (America’s Best Dance Crew). Кроме того, Джексон ве-
дущий нескольких шоу на телеканале MTV, обладатель «Грэмми» в номинации «Лучший продюсер».
Я очень волновался перед этой встречей, но Рэнди своей улыбкой с первых же минут расположил нас к себе. Мика подарила ему книгу об Украине и спела ака-
пельно часть баллады, написанную Уолтером Афанасьевым. Рэнди ее похвалил, но, прощаясь с нами, так ничего конкретного и не сказал.
После этой встречи у меня была тяжелая бессонная ночь. Я переживал и нервничал. Ведь именно Рэнди Джексону я отводил одну из главных ролей в планах по раскрутке Мики Ньютон и выводу ее на лидирующие позиции в ми-
ровом шоу-бизнесе. Я делал очень высокую ставку на нашу с ним встречу, но, не получив от него никакого ответа, пребывал в сильном смятении. Целую ночь я ходил из угла в угол своего гостиничного номера, а мысли при этом вращались, следуя алгоритму «а если нет, то…» – и приводили меня лишь к вопросу: «Что делать дальше?»
Утром мне позвонил Олег Шмелев и попросил еще раз встретиться с Рэнди Джексоном, уточнив, в котором часу мне будет удобно. Естественно, я ответил, что буду рад встретиться в любое удобное для Рэнди время.
Конечно же, я продолжал волноваться, но после звонка у меня забрезжила надежда на то, что переживаю я напрасно. Я быстро позавтракал в ресторане гостиницы и поехал на повторную встречу с Джексоном, положившись на судь-
бу и удачу.
Рэнди встретил меня своей располагающей улыбкой. Как оказалось, после на-
шего прощания он прослушал все песни Мики Ньютон, которые обнаружил на YouTube. Разговаривали мы недолго. Джексон шутил, рассказывал разные байки из истории мировой шоу-индустрии. Наконец, увидев на моем лице довольно лег-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 188
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 188
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
189
ко читавшиеся вопросы: «Ну и? Дальше-то что? Работать с Микой Ньютон собира-
ешься или решил шуточками отделаться?» – Рэнди сказал:
– Тим, я в Мику верю и предлагаю вам свое сотрудничество. Если не возражае-
те, конечно, – с улыбкой уточнил он.
Поняв, что возражений от меня он не услышит, Джексон уже более деловым тоном продолжил:
– Сразу же после участия в «Евровидении» я вас жду здесь, у себя. Обсудим условия сотрудничества. Уже сегодня мои юристы начнут работать над контрак-
том для Мики.
11
В Украину мы с Микой возвращались в приподнятом настроении. Да и еще бы нам было не радоваться, если в нас поверили и предложили сотрудничество и по-
кровительство такие титаны мировой шоу-индустрии, об одном лишь знакомстве с которыми можно только мечтать. Но с первых же часов пребывания на родной земле оптимистического настроения у нас поубавилось.
Мы прилетели с готовой новой песней для финала отборочного тура на «Ев-
ровидение», но организаторы национального конкурса, узнав об этом, потре-
бовали не менять песню «Ангел», мотивируя это тем, что слушатели голосовали в Интернете именно за нее. Какими были истинные мотивы этих людей, я могу Судьбоносная встреча в США с партнерами: Олег Шмелев, Рэнди Джексон, Мика, Юлия Курбатова и я
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 189
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 189
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
190
лишь догадываться, но для нас с Микой это стало настоящим шоком. Мы проде-
лали такую работу, создали такой творческий продукт, а тут оказывается, что все это было напрасно?
Конечно же, я пытался отстаивать нашу позицию, но никакие доводы не были услышаны. Более того, началась череда скандалов, связанных с голосованием в Интернете. Потом в них были вовлечены руководители Национальной телекомпа-
нии Украины и некоторые исполнители – участники отбора. В СМИ на нас с Микой обрушилась волна негатива. Многие конкуренты Ньютон наперебой торопились дать какие-то интервью, в которых обвиняли едва ли не во всех смертных грехах и меня, и Мику, и НТКУ, и… Я думаю, если бы у этих горлопанов тогда была возмож-
ность хоть в чем-либо обвинить, скажем, памятник Тарасу Шевченко или Влади-
миру Великому, чтобы если не победить Мику Ньютон, то хотя бы повысить свою узнаваемость за счет скандала, – они пошли бы и на это. Выбора у нас не было. Нужно было снова готовить к финалу конкурса песню «Ангел». Мика нервничала, переживала, а меня снова начала мучить бессонница, и я снова бродил ночи напролет по Голосеевскому парку, пытаясь найти наиболее правильный выход из создавшейся ситуации.
Наконец решение было найдено: мы обратились к автору песни «Ангел» – ком-
позитору Руслану Квинте – с просьбой сделать новую аранжировку, и, спасибо Руслану, он отнесся к нам по-человечески, с пониманием сложившихся обстоя-
тельств, и выполнил эту работу в очень короткий срок.
Во время одной из репетиций у Мики произошел нервный срыв и началась легкая паника.
– Тимофей, почему жизнь так несправедливо поступает со мной? – всхлипы-
вая, говорила мне девушка, не вытирая слез, которые ручьями струились по ее щекам.
– Мика, никогда нельзя сетовать на жизнь, – ответил я, пытаясь успокоить ее, хотя у самого кошки скребли на душе. – Это всего лишь одно из немногих испыта-
ний, посланных нам судьбой на пути к нашей мечте. Прошу тебя, будь сильной! Со-
берись! Нужно работать – и все у нас получится!
Девушка зарыдала еще сильнее. Но вскоре она сумела взять себя в руки и, по-
дойдя к микрофону, с отчаянной решимостью человека, принявшего вызов судь-
бы, крикнула звукооператору: «Поехали!»
Далее мы были вынуждены срочно поставить новый театрализованный но-
мер на песню «Ангел» с зеркалами и танцорами-ангелами, поскольку Толя За-
левский вместе со своей цирковой труппой в это время находился на гастролях за рубежом. А это был еще один огромный кусок работы, поскольку к финалу мы с Микой не только записали другую песню в студии Уолтера Афанасьева, но и подготовили сложнопостановочный хореографический номер на нее с уча-
стием одного из популярных в Европе акробатического шоу. Однако ничто не могло остановить нас с Микой в нашем желании победить. И нужно было про-
сто видеть, с каким упорством работала тогда артистка на сцене, готовясь к фи-
налу конкурса. На этом этапе напряженно трудились не только я, Мика и творческая команда нашего проекта. Я мобилизовал всех наших активных волонтеров. Люди кругло-
суточно голосовали за Мику в Интернете. И все они готовы были отдать голос за нашу артистку с мобильных телефонов во время финала. book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 190
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 190
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
191
За сутки до финала конкурса по итогам интернет-голосования мы вышли на первое место. Это была наша первая маленькая победа – плюс 10% для общей суммы. Я понимал, что если мы выиграем еще и SMS-голосование, то наберем в сумме 55% от общего количества голосов, и тогда уже никакие решения жюри не помешают Мике Ньютон поехать в Дюссельдорф. По официальным условиям национального отбора SMS-голосование давало 45%, интернет-голосование – 10% и 45% голосов принадлежало жюри конкурса, в которое входили заместитель главы Администрации Президента Анна Герман, певицы Руслана, Ани Лорак, Алеша, представители НТКУ, поэт Юрий Рыбчин-
ский, продюсер Эдуард Клим, народный депутат Украины Ян Табачник. Будучи опытным менеджером, я основательно изучил, как люди голосовали в этом кон-
курсе за последние три года, и четко понимал, какое количество SMS обеспечит нам первое место. Далее, как говорится, дело техники. Особого таланта не нуж-
но, чтобы понять правила конкурса и обойти заносчивых конкурентов, отдель-
ные из которых уже не просто причисляли себя к фаворитам, а с уверенностью называли себя победителями. Но, как известно, всегда побеждает действитель-
но сильнейший. Всегда побеждает тот человек, чья команда объединена общим стремлением к успеху и использует для его достижения все возможные закон-
ные методы. Я же лично был не просто уверен в нашей победе – я, если можно так сказать, ее вычислил, просчитал и приблизил. Поэтому единственной при-
ятной неожиданностью для меня стало только то, что и по общему количеству оценок жюри Мика тоже стала первой! 12
За пятнадцать минут до объявления победителя конкурса я приехал в студию, где проходил финал отборочного тура. Обстановка там была крайне напряженной. Я просто физически ощущал, как волны негативной энергии, исходящие от наших конкурентов, расходятся за кулисами. Но наконец произошло то, что и должно было произойти: Мику Ньютон объявили победителем! Но… Но тут произошло то, что даже я – человек, реально смотрящий на мир и знающий жизнь во всех ее проявлениях без прикрас, не смог просчитать. Ни с того, ни с сего покровители наших конкурентов заявили о каких-то подтасовках в голосовании и объявили о намерении публично пересчитать голоса, чтобы якобы убедиться в правильно-
сти подсчетов. Я был просто в шоке! В моем гудящем от перенапряжения созна-
нии в ту секунду бешено пронеслось: «Господа! Вы – организовали этот конкурс! Вы – установили правила игры в нем! А теперь вы заявляете, что все было непра-
вильно?! Почему?! Лишь потому, что победил не тот, кому кто-то из вас, очевидно, пообещал победу?!»
Я рад, что пересчет голосов происходил действительно публично и в при-
сутствии журналистов. И, когда голоса трижды пересчитали, ни у кого уже не могло возникнуть ни единых сомнений в том, что Мика Ньютон победила во всех трех категориях голосования. Журналисты тотчас просто набросились на Мику – начали ее поздравлять, брать интервью, просили прокомментировать победу. А я в эти секунды просто сиял от счастья, ведь я помог человеку, близ-
кому мне по духу, реализовать свою мечту. Но моя радость тогда, увы, была недолгой.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 191
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 191
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
192
У многих конкурсантов и организаторов эмоции просто зашкаливали. Неко-
торые в пылу этих эмоций начали угрожать Мике едва ли не расправой… А ког-
да я зашел за кулисы, чтобы лично поздравить артистку с победой, кто-то (не пом-
ню уже, кто именно, да и неважно это по большому счету) преградил мне дорогу и, злобно ухмыляясь, с ядовитой желчью в голосе сказал: «Ты думаешь, на этом все закончилось? Ошибаешься! Ты и твоя выскочка еще не знаете, с кем связались! Бу-
дет переголосование – и отправится твоя протеже в свой Бурштын раны зализы-
вать! Вы просто не понимаете, какие силы уже задействованы нами и какие деньги стоят на кону!» Я молча отстранил рукой эту раскаркавшуюся злобную «ворону» и с улыбкой на лице поспешил к Мике, стоявшей недалеко в проходе и, к огромно-
му моему сожалению, все это слышавшей. Когда я подошел к девушке, у нее в гла-
зах блестели слезы обиды. 13
Грязные технологии в действиях наших конкурентов и их покровителей не заста-
вили себя ждать. Чтобы еще сильнее раздуть скандал и с его помощью получить дополнительные пиар-баллы, эти особы, недовольные результатами отбора на «Евровидение-2011», разместили в Интернете петицию к руководству Первого на-
ционального канала, в которой снова обвинили нас с Микой во всех смертных гре-
хах. Дальше – больше: создали комиссию для проверки отбора кандидатуры от Украины на «Евровидение-2011». Более того, заявили, что в комиссию обязатель-
но должны войти и представители прокуратуры, якобы чтобы «пресечь коррупци-
онные схемы и отменить решение НТКУ относительно победы Мики Ньютон в на-
циональном отборе Украины на „Евровидение“»… Я – живой человек и подвержен эмоциям не меньше других. И иногда возни-
кают ситуации, когда я уже просто не могу их сдерживать. Нет, конечно же, я не теряю голову, мой разум продолжает оставаться трезвым и холодным, но в пылу бушующих в душе страстей могу сказать то, что я сказал, когда руководство кон-
курса приняло решение провести дополнительный тур для трех артистов, абсо-
лютно изменив при этом юридически закрепленные правила игры и голосова-
ния. В эфире телеканала СТБ я тогда заявил: «Я против того, чтобы участвовать в каких-то, неожиданно придуманных кем-то, суперфиналах. Я не знаю, какое ре-
шение примет артист, потому что последнее слово за Микой Ньютон, но я счи-
таю, что выиграть нам второй раз будет крайне сложно, если не невозможно». Это эмоциональное заявление я сделал, поскольку отдавал себе отчет в том, какое количество людей играло тогда против нас и кем являлись эти люди. И снова была бессонная ночь, и снова блуждание в одиночестве по ночно-
му парку… «Что делать? Плюнуть на все и действительно отказаться от даль-
нейшего участия – пусть перегрызутся пауки в банке? Наверное, не зря Мика еще во время отборочного тура несколько раз просила меня оставить этот скандальный конкурс? Но как же она? Как же ее мечта, которую я пообещал воплотить в жизнь? Нет уж! Отказаться – значит сдаться, значит дать возмож-
ность всем злопыхателям вылить на меня с Микой еще один ушат грязи! Нет! Мы пойдем до конца!»
В подобных ситуациях во мне просыпается боец. Тот, кто работал в шахте и слу-
жил на космодроме Байконур в экстремальных условиях, мало чего боится в жиз-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 192
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 192
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
193
ни. Другое дело – Мика Ньютон: она слишком добрая и порядочная. И мне пред-
стояло не только поддержать ее, но и убедить в том, что нам нельзя отказываться от борьбы, надо отстаивать свое доброе имя. Мика позвонила мне сразу же, когда увидела в Интернете эту петицию к НТКУ и прочитала статьи и комментарии к ним, обливавшие ее нечистотами:
– Тимофей, я приняла решение! Я хочу уступить свое право поехать в Дюссель-
дорф певице, которая заняла третье место! – без какого-либо приветствия ошара-
шила меня девушка. Но у меня уже было иное решение, и я был категорически против того, чтобы уступать заслуженную победу. Потому что юридически мы не нарушили ни одно из правил, установленных самими же организаторами! Мы были в равных услови-
ях со всеми и выполнили все требования руководства телеканала! Поэтому на это заявление артистки я ответил резко:
– Ничего не предпринимай! Никаких заявлений не делай! Журналистам на во-
просы не отвечай! Выключи телефон и жди меня дома, я сейчас приеду!
Через 15 минут сумасшедшей автогонки по киевским улицам я буквально во-
рвался к Мике и прямо с порога начал на повышенных тонах, чтобы она поняла, что отступать мы не будем:
– Мика, мы не украли победу – мы ее заслужили! И если ты сейчас откажешься от борьбы, я просто уважать тебя перестану! Дело даже не в потраченных на ра-
боту деньгах и времени, а дело в том, что за твоей спиной стоит огромная коман-
да людей, поверивших в тебя и поддержавших тебя! Твой отказ я буду расценивать как предательство этих людей! Я знал тебя как настоящего бойца и очень хочу, что-
бы таким бойцом ты оставалась всегда!
Да, наверное, я тогда говорил излишне резко, но по-другому я поступить про-
сто не мог. У нас уже не оставалось времени на слезы и утешения – нужно было идти дальше! – Я понимаю все это, Тим, но эти обвинения... – начала было Мика, но я не дал ей развить эту мысль.
– Обвинения, осуждения и критика всегда преследуют человека, если он поднимается на ступеньку выше других, – уже более миролюбивым тоном ска-
зал я. – Людям свойственно считать себя лучше других, особенно, когда на это нет никаких оснований. И когда они понимают, насколько заблуждались, это их выводит из себя. Только ты стал победителем, как побежденные тут же начина-
ют обличать тебя в чем угодно, лишь бы попытаться отстоять эти свои заблуж-
дения. Нам с тобой просто не следует обращать внимание на их нападки. На том пути, на который мы с тобой стали, подобного, к сожалению, будет еще очень много, и нам нужно всегда быть готовыми к этому.
Я помолчал секунду и добавил с улыбкой:
– Договорились? – Тим, я переживаю и нервничаю, – продолжила попытки возражать Мика. – Мы с тобой уже прошли в этом «Евровидении» через столько скандалов. Прости, но я действительно не могу больше выносить этого и хочу отказаться. Прости…
– Струсила? – спросил я, вглядываясь в ее лицо.
– Нет, – ответила Мика. – Не струсила… Просто… мерзко все это…
Девушка заплакала.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 193
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 193
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
194
Я прижал ее к себе и погладил, как маленького ребенка, по голове, а затем, что-
бы перевести разговор в другую плоскость, сказал:
– Слушай, может, мы где-нибудь чаю попьем?
Мика вытерла рукой слезы и пробурчала:
– Прости, что-то я совсем раскисла. Давай действительно поедем чай пить.
В машине я начал убеждать ее в правильности своего решения:
– Слушай, звезда моя, давай будем смотреть на вещи профессионально и трезво. Нет ничего лучше для пиара, чем скандал, из которого можно выйти с честью. В негативной ситуации всегда ищи что-то позитивное. Пусть говорят, пишут, пусть берут интервью. Мы с тобой должны четко следовать своей цели и отстаивать свою правоту. Когда караван начинает идти, собаки сразу залива-
ются лаем, но затем смиряются и не мешают каравану двигаться дальше. Пони-
маешь, о чем я?
Мика внимательно посмотрела на меня и серьезно, с вызовом, сказала:
– Я решила! Я готова снова петь! Соглашаемся на суперфинал! Пусть угомонят-
ся недоброжелатели!
– Мика, мы честно выиграли в трех категориях, – спокойно продолжил я. – Но ты должна понимать, что второй раз нам могут просто не дать победить. У меня есть очень большие сомнения, что этот суперфинал проведут честно. Ты готова к такому повороту?
Мика еще раз внимательно посмотрела на меня и с металлом в голосе сказала:
– Тим, теперь что – я тебя должна убеждать?! Я буду петь! – с ударением про-
изнесла она. – И теперь уже я тебя прошу: давай согласимся, а там – все в руках у Бога!
– Как самураи – «Делай что должен, и будь что будет»? – улыбнулся я.
– Вот именно! – ответила с вызовом Мика, и я наконец снова увидел ее очаро-
вательную улыбку.
Для того чтобы двигаться дальше и открыто заявить о нашем отношении ко всей этой дурно пахнущей истории, мы решили созвать пресс-конференцию в УНИАН. Столько телекамер я не видел ни на одном нашем благотворительном проекте. Журналисты – удивительный народ. Им социальные инициативы неинте-
ресны, а вот скандалы они готовы освещать ежедневно.
На пресс-конференции Мика объявила, что она готова брать участие в супер-
финале с еще двумя исполнительницами, которые заняли второе и третье места, и согласна при этом выполнить все дополнительные условия, выдвинутые руко-
водством телеканала (по этим условиям при подсчете учитывалось лишь одно SMS с одного номера). Позиция Мики Ньютон удовлетворила практически всех завистников, которые снова с ухмылкой на лице начали пророчить нам провал. И, если честно, меня тог-
да абсолютно не удивила позиция журналистов, которые, казалось, несказанно обрадовались такому решению нашей команды. Более того, некоторые из пред-
ставителей СМИ в глаза нам заявили, что это новое препятствие станет непре-
одолимым для нас. Но как сказал персонаж горячо мной любимого и, увы, так рано ушедшего из жизни актера Сергея Бодрова в знаменитом фильме: «Так в чем сила, брат? Сила – в ПРАВДЕ!»
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 194
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 194
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
Наш духовный наставник – отец Захарий (в центре)
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 195
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 195
03.12.2011 15:25:37
03.12.2011 15:25:37
196
Мы максимально мобилизовались. Я снова не спал несколько ночей, пото-
му что понимал: на карту поставлена наша репутация. И нам предстояло сделать даже невозможное, но победить мы были просто обязаны!
Мы в очередной раз экстренно внесли изменения в музыкальный материал. Из того, что зрители увидели и услышали уже на отборочном этапе, мы решили оставить на сцене только саму Мику Ньютон и мелодию песни «Ангел». Снова из-
менили аранжировку. В творческий номер тоже внесли изменения, решив не ис-
пользовать в нем зеркала и хореографов-ангелов. Но… Мы опять были повергнуты в шок! У меня тогда сложилось впечатление, что сама судьба в очередной раз испытывает меня на прочность! Дело в том, что ког-
да мы уже были готовы выступить с новой аранжировкой и новым номером, когда я снова мобилизовал для участия в SMS-голосовании многотысячную группу под-
держки, в прессе сообщили, что наши конкуренты отказались от суперфинала.
Первой об этом узнала Мика. Когда она с радостным криком буквально влете-
ла на репетиционную базу, где проходила наша подготовка и, размахивая газетой, начала кружить по сцене, я не сразу понял, что происходит, и даже испугался, не случился ли у нее нервный срыв. Увидев недоумение на моем лице, Мика подбе-
жала ко мне, показала газету и спросила:
– Тим, ты что, еще ничего не знаешь? Они все отказались петь!
Я просто вырвал газету у нее из рук и впился взглядом в текст. Я читал, а бук-
вы плясали у меня перед глазами, настолько от волнения дрожали руки. Я чи-
тал – и не мог поверить. Я ожидал увидеть что угодно, какую угодно грязь, но только не такое сообщение. Если они действительно отказались от дальнейшей борьбы, тогда зачем и кому нужен был этот скандал, эти петиции и все осталь-
ное? Значит, правда, что, как сказал один мой знакомый журналист, которого я считаю редким профессионалом в этой области: «Они пойдут на все, даже на „пиар во время чумы“»?
Я вернул газету Мике и, слегка повысив голос, сказал ей и всем присутствую-
щим на репетиции, которые уже начали радоваться вместе с артисткой:
– Всем тихо!
После этого набрал номер Егора Бенкендорфа. Президент НТКУ кратко изло-
жил ситуацию и заверил меня в том, что Мика Ньютон абсолютно законно выигра-
ла отборочный тур. Нужно сказать, что Егор действительно собирал пресс-конференцию по этому поводу, где заверил всех в полной открытости конкурса и даже заявил, что Мика может просто отказаться участвовать в суперфинале и тогда она автоматически поедет представлять Украину в Дюссельдорф.
Выслушав президента НТКУ, я отключил вызов, окинул глазами всю нашу друж-
ную команду и, остановив взгляд на Мике, с облегчением произнес:
– Все! Теперь действительно все! Ты победила! Поздравляю!
Взрыв эмоций в нашей команде после этих моих слов сложно описать сло-
вами. Все прыгали, танцевали, похлопывали артистку по плечу, что-то радост-
но наперебой кричали ей… А Мика стояла, тихо улыбалась, и глаза ее свети-
лись счастьем.
Затем она отвела меня в сторону и сказала:
– Тим, я хочу в церковь сходить. Помолиться хочу…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 196
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 196
03.12.2011 15:25:38
03.12.2011 15:25:38
197
Оставив остальную команду праздновать, мы с Микой поехали в Киево-
Печерскую лавру к нашему духовному наставнику и поблагодарили Бога за все ис-
пытания, которые прошли, и за нашу победу в отборочном туре.
14
Впереди был Дюссельдорф, так что нужно было правильно распределить силы, чтобы достойно представить Украину на «Евровидении». Мика нуждалась в фи-
зической и эмоциональной разгрузке, чтобы набраться сил и зарядиться пози-
тивным настроем. Поэтому я предложил девушке торжественно отпраздновать ее 25-летие. Пригласить на день рождения Мики я считал необходимым и ее ро-
дителей, и всех наших друзей, и единомышленников. Артистка почему-то поначалу приняла это предложение в штыки.
– Тим, нам очень трудно будет найти хорошее финансирование на подготовку к Германии, так зачем тратиться на это? – возражала она.
Но я настоял на своем. Для меня было очень важно, чтобы Мика Ньютон почув-
ствовала, что ее любят и хотят помочь. Что у нее сильная команда, которая смогла преодолеть все преграды.
Я позаботился о хорошем ресторане, о подарках для Мики и праздничной про-
грамме. Тогда я еще не знал, что, дав согласие на празднование своего 25-летия, артистка решила наградить персональными призами всю нашу команду. Теперь каждое утро, проснувшись, я вижу подаренную Микой статуэтку с инициалами МН и надписью: «Лучшему продюсеру». Для того чтобы девушка поняла, насколько она близка мне по духу, я решил воплотить в жизнь еще одну ее мечту и на праздновании дня рождения вручил ее папе, Стефану Николаевичу, ключи от машины.
Нет большего наслаждения, чем то, которое испытываешь, когда даришь кому-
то его мечту. Когда я просматриваю фотографии с дня рождения Мики, больше всего мне нравится смотреть на радостные глаза ее отца.
Выйдя с честью из всех перипетий национального конкурса, нужно было про-
двигать информацию о Мике в Европе. Для этого я организовал небольшой про-
мотур, и Мика Ньютон поехала с концертами по европейским городам.
После этого у меня появилось желание пригласить в Киев лидеров «Еврови-
дения» и сделать концерт-проводы на главной площади нашей страны. И у меня снова все получилось. Это было незабываемо, феерично и празднично. Участ-
ники из Великобритании, Австрии, Азербайджана, Молдовы, Франции приеха-
ли в Киев и говорили: «Мика лучшая!», «Мика – настоящий ангел!», «Мика – кра-
савица!»
В европейских СМИ появились первые хорошие отзывы о Мике Ньютон, ими мы сбалансировали те негативные оценки, которые разослали наши конкуренты. Мика предложила мне взять в партнеры компанию CFC Consulting, с которой ей уже приходилось сотрудничать раньше, чтобы они эффективно освещали ее под-
готовку и участие в «Евровидении». Я согласился на это не сразу, но после про-
должительной встречи с руководителем компании Геннадием Курочкой мы дого-
ворились о сотрудничестве. В итоге были разработаны схемы поднятия рейтинга Мики Ньютон.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 197
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 197
03.12.2011 15:25:38
03.12.2011 15:25:38
198
Пришло время всерьез взяться за работу над постановкой нового номера, с которым Мика Ньютон и предстанет в Дюссельдорфе перед многомиллионной армией зрителей… У нас было три основных варианта из десятков предложен-
ных. Геннадий Курочка убеждал меня в том, что номер нужно ставить с Ксенией Симоновой – мастером песочной анимации, победительницей телешоу «Украина имеет талант». Кроме этого, в качестве основных мы рассматривали варианты по-
становки номера с эквилибристом Анатолием Залевским или с группой вольтиж-
ных акробатов из Кривого Рога, работающих в Еврограде в Германии. Толик уже снимался в клипе на песню «Ангел», для чего прервал тренировки в цирке «Дю Солей». Ребята – вольтижные акробаты – специально прилетали в Киев и поста-
вили совместный номер с Микой. Выбор был самым тяжелым. Все хотели, чтобы было как лучше. И я признаю заслугу Геннадия Курочки в том, что именно Ксения Симонова поехала с нами в Дюссельдорф. На то время по количеству просмотров на YouTube Ксения находилась в числе лидеров, и – самое главное – ничего подоб-
ного на «Евровидении» раньше не было. Поэтому мы и приняли окончательное ре-
шение, что с песочной анимацией мы просто «порвем» Европу и будем претендо-
вать на призовое место.
15
2 мая в Дюссельдорф улетели Мика, Ксения Симонова, Анатолий Залевский и основная команда. Я остался искать источники финансирования.
Кто ездил на «Евровидение», тот знает, насколько сложно финансировать та-
кие проекты. А в условиях экономического кризиса в стране мне было еще слож-
ней найти нужную сумму.
На репетиции 3 мая все увидели номер Мики Ньютон, и в СМИ сразу появи-
лись комментарии, мол, Мика хочет выиграть за счет Ксении Симоновой и тому по-
добное. Меня не удивили такие высказывания. Меня даже не удивило то, что наши массмедиа кричали об этом еще громче европейских. Удивило меня другое: рей-
тинг Мики остался неизменным. После детального анализа я понял, что ни букме-
керы, ни журналисты не повысили ставки, и Мика до самого полуфинала продол-
жала оставаться в рейтинге с 24-го по 30-е место. Это было плохо. Очень плохо. Но это было еще не самое страшное. Больше всего раздражали и психологически давили жесткие высказывания журналистов: «Мика непроходная», «Мика стопро-
центно не пройдет полуфинал». Ко всему этому на встречах с инвесторами я не смог убедить их в целесообразности финансирования участия Мики в «Евровиде-
нии». Они не видели смысла вкладывать средства в артистку, которая 5 июня уле-
тает по контракту в США и уже там будет своим творчеством доказывать украин-
ским СМИ, что имеет и голос, и харизму, и патриотизм.
Я был в отчаянии. Опять сверхнагрузки. Опять бессонные ночи.
За три дня до полуфинала я в последний раз пришел на встречу с единствен-
ным человеком, который мог бы помочь Мике и мне. С человеком, который ни разу не афишировал свою благотворительность и свою любовь к Украине, а про-
сто совершал поступки, которые служили на благо страны. И он единственный по-
верил мне. Он единственный мне помог.
Да, сумма эта была ничтожно мала по сравнению с финансированием других конкурсантов и фаворитов «Евровидения-2011», но все же она давала нам шанс book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 198
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 198
03.12.2011 15:25:38
03.12.2011 15:25:38
199
попасть в десятку финалистов. Именно такая задача стояла перед моей коман-
дой, и Мика Ньютон уже озвучила это в прессе. И я не мог ее подвести. Ведь Мика уже начала показывать свои бойцовские качества и демонстрировать невероят-
ную силу духа. А это то, чего не купишь ни за миллионы, ни за миллиарды.
Я вылетел в Дюссельдорф 10 мая. Со мной летел мой самый преданный друг – боксер Владимир Вирчис. Он вселял в меня уверенность и со своим неподража-
емым чувством юмора как мог отвлекал от внешнего давления. А прессинг был нешуточный. Телефон разрывался, и, когда я перестал отвечать на звонки, пош-
ли SMS примерно такого содержания: «А правда, что Мику дисквалифицирова-
ли?», «Ваши шансы пройти в полуфинал равны нулю, по мнению всех журнали-
стов. Прокомментируйте»… Но я уже молчал для всех.
Одним рейсом с нами в Дюссельдорф летела журналистка газеты «Комсомоль-
ская правда» Екатерина Каменская. За день до полуфинала я сказал ей, что мы обязательно будем в первой пятерке, так как я хочу остаться с пальцем на руке. Екатерина удивленно посмотрела на меня, и в эту минуту я прочитал в ее глазах сомнение в моем психическом здоровье. Тогда я рассказал ей о том, что, когда моих аргументов оказалось недостаточно для инвестора, я пообещал ему, что от-
режу себе палец, если мы не будем в первой пятерке, и после этого обещания поя-
вилась не только улыбка на лице этого человека, но и деньги на столе.
Незабываемые эмоции в Дюссельдорфе
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 199
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 199
03.12.2011 15:25:38
03.12.2011 15:25:38
200
Раскрывать секреты закулисных войн «Евровидения-2011» особого жела-
ния у меня нет. Обо всем этом уже много писали, говорили, показывали. Сей-
час я просто хочу выразить благодарность всем друзьям, которые помогли достойно представить Украину на этом масштабном музыкальном форуме, вызывающем интерес у тысячи журналистов и миллионов телезрителей. По-
благодарить верующих всех конфессий, которые молились за Мику и ее пес-
ню «Ангел». И всех волонтеров, которые бросили все свои дела и помогали нам на передовой.
Мы прошли полуфинал. Картина сразу изменилась. Известнейшие букме-
керские конторы мира понесли самое невероятное поражение за многие годы приема ими ставок на этом конкурсе – некоторые лидеры рейтингов, которым прочили победу в «Евровидении», просто не попали в финал. Даже те, кто был в первой десятке, и даже победители предыдущих этапов «Евровидения».
Пути Господни неисповедимы, и тот, кто был последним, может стать пер-
вым. Первой в 2011 году Мика стать не могла, и мы это понимали, хотя во вре-
мя финального голосования она несколько раз была на первой строчке. Все дело в том, что люди во всем мире голосуют не только и не столько за участ-
ника и его песню, сколько за ту или иную страну. И нашим политикам я очень порекомендовал бы изучить, как люди голосовали за нас в государствах Евро-
пы, как голосовали за нас прибалтийские страны и ближайшие соседи. Пото-
му что это и есть наглядная демонстрация реального отношения жителей не-
которых государств не столько к самой Украине, сколько к политике нашего государства.
Мика Ньютон спела эффектно, феерично, навзрыд. Выдержала все испыта-
ния. Она не смутилась даже тогда, когда у нее, единственной из всех участни-
ков конкурса, на несколько секунд зависла фонограмма. 16
Мы заняли четвертое место. В некоторых странах – это цифра ангелов. Я сразу вспомнил, что у Мики электронный адрес начинается с цифры 4. Во всей этой истории больше всего меня порадовало то, что сразу после нашего успешного выступления на «Евровидении-2011» мнение журналистов и соотечественников к Мике Ньютон изменилось. Ее хвалили, ею восторгались, делая акцент на том, как она росла за все время участия в конкурсе.
Нам было не стыдно возвращаться в Украину. Мы сделали все, что могли, работали со стопроцентной отдачей. Но при таком финансировании, при та-
ком отношении к Мике и всей нашей команде в родной стране до финала кон-
курса в Дюссельдорфе – выше головы мы прыгнуть не могли. Конечно, после «Евровидения» можно было очень неплохо заработать у нас в стране на эксплуатации популярности Мики Ньютон. Но у нас были до-
говоренности, от которых мы не собирались отказываться после сиюминут-
ного успеха. Потому что и я, и Мика мечтаем о том, чтобы об Украине и укра-
инцах как о поющей нации говорили не только в Европе, но и во всем мире. Мика Ньютон должна была уехать на время в Америку, в Лос-Анджелес. В го-
род, где начинается восхождение на музыкальную вершину мира. И 5 июня Мика улетела в США…
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 200
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 200
03.12.2011 15:25:39
03.12.2011 15:25:39
17
После отлета Мики Ньютон, моего доброго ангела, сразу стало как-то грустно и пе-
чально на душе. Но если есть стратегия, ее нужно придерживаться и верить в свою мечту. Видеть ее во снах, визуализировать наяву, просить о ней в молитвах.
И до, и после «Евровидения-2011» мне на глаза попалось много публикаций о том, что он у нас с Микой страстный роман. А однажды кто-то из журналистов с особо извращенной фантазией написал статью, в которой договорился просто до абсурда: мол, Мика Ньютон летела на конкурс в Дюссельдорф, будучи беремен-
ной от Тимофея Нагорного.
Знаете, я уже устал удивляться чему-либо, имеющему отношение к нашим СМИ. Ругаться с кем-то? Что-то доказывать? Подавать на кого-то в суд за такие публикации? Зачем? Это что, как-то повлияет на профессионализм людей, назы-
вающих себя журналистами? Да, сначала это очень злило. Но чем больше появ-
лялось таких статей, заметок, интервью, комментариев, тем чаще они вызывали улыбки у нас с Микой. Потому что «собаки лают, а караван идет»… Нас с Микой действительно связывают сугубо дружеские отношения. И я рад, что имею в жизни очередную возможность помогать такому талантливому чело-
веку. Я очень многим артистам и спортсменам помогал и никогда в жизни контрак-
ты не заключал. Я это делаю искренне и испытываю особое удовольствие, когда удается добиться хороших результатов. Нужно всегда делать что-то для своего ду-
ховного роста, а материальные блага для меня никогда не были высшей целью. «Какая человеку польза, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» Так написано в Библии и так меня воспитывала мама. Нужно больше отдавать и не ждать ничего взамен…
Мы с Микой делаем сейчас то, что до нас не удавалось ни одному украинско-
му артисту. Было уже много попыток наших отечественных звезд завоевать аме-
риканский музыкальный рынок. По многим причинам им это не удалось сделать. С Микой Ньютон за весьма непродолжительный период сотрудничества мы смог-
ли добиться того, что в 2011 году она была приглашена гостьей на MTV MUSIC AWARDS. А в следующем году она станет одним из номинантов. Я всем сердцем мечтаю об этом, я верю в это, и я все сделаю для этого! Впервые за всю историю на-
шей страны слово «Ukraine» прозвучит на всю планету в прямом эфире церемонии награждения этой престижнешей в мире музыкальной премией.
Что будет дальше? Вполне возможно, что Мика Ньютон первой за всю историю Украины получит премию «Грэмми» и выиграет многие другие мировые музыкаль-
ные конкурсы. Возможно, в очень скором времени Мика Ньютон будет снимать-
ся в фильмах титулованных мэтров Голливуда. Все может быть… Главное – верить в свою мечту, так как мы с Микой Ньютон верим в нашу Мечту!
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 201
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 201
03.12.2011 15:25:39
03.12.2011 15:25:39
202
ТВОРИТЕ ДОБРО!
Благотворительная душа будет насыщена,
и кто напояет других, тот и сам напоен будет.
Пр. 11:25 1
Цена моего успеха – это вся моя жизнь, в которой я знал и взлеты, и падения. Однажды наступил момент, когда я понял: все эфемерно – и богатство, и сла-
ва, и высокий социальный статус, и публичные проявления персонажа, именуе-
мого в СМИ героем светских хроник, зачастую вынужденного окружать себя аб-
солютно дурацкими внешними атрибутами, чтобы соответствовать образу. Все это ненастоящее, наносное, надуманное, преходящее, и потому – все это абсолютно не мое. После развода с женой я потерял практически все это столь же внезапно, как и обрел. Я оказался банкротом. Но заложенное во мне природой и начавшее коваться еще в детстве стремление быть сильным, помогло не только выбраться из пропа-
сти, в которую меня бросила судьба, даруя новое испытание, но и, поднявшись на ноги, найти в себе и продемонстрировать другим новые грани личности. Заложен-
ные в меня мамой еще в раннем детстве зерна истины в зрелом возрасте дали мне возможность понять: сила не в деньгах и не в социальном статусе. Сила не в живот-
ном стремлении к удовлетворению материально-физиологических потребностей. Настоящая сила заключается в правде. В готовности помочь другим. В мечте, кото-
рая обязательно сбудется – при условии, что у меня хватит жизненной стойкости идти вперед и не сдаваться. Да, я потерял все. Но в любой нашей потере всегда есть и положительный аспект: теряя, мы всегда можем найти что-то новое. Нам нужно лишь не позволить разуму навечно остаться в пропасти отчаяния.
Главным положительным моментом в моем банкротстве стало прежде всего то, что я практически мгновенно узнал настоящую цену своему окружению, про-
демонстрировавшему свое истинное лицо. Я лишился не только семьи. Став бан-
кротом, я мгновенно потерял и мнимых друзей. Моя жизнь осталась интересной только тем, кто действительно видел во мне друга, тем, кому я действительно был нужен. История моей жизни – это пример огромного чуда. Обычный, ничем не приме-
чательный шахтер смог достичь таких высот, которых может достичь только чело-
век, желающий творить добро: я создал самый многочисленный благотворитель-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 202
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 202
03.12.2011 15:25:39
03.12.2011 15:25:39
203
ный фонд и решил посвятить свою жизнь служению людям, направляя все свои силы на помощь страждущим, нуждающимся и обремененным. И все деньги, ко-
торые я сейчас зарабатываю, принадлежат не мне, а тем, кто нуждается в моей по-
мощи. Да, я снова сумел достичь того уровня благосостояния, когда могу позволить себе купить дорогую машину, дом, нанять прислугу. Только не нужно мне всего этого сегодня. Все это у меня уже было. Я просто хочу оставаться самим собой и быть максимально честным перед собой, людьми и Богом. Ведь именно Он даро-
вал мне такие большие возможности, зная, что мечта всей моей жизни – это бла-
готворительность.
…«Твори добро, сынок, и никогда не унывай. Просто твори добро. Пообещай, что поможешь максимальному количеству людей, которых ты встретишь в жиз-
ни. Тогда я смогу спокойно умереть, зная, что мой сын не опозорит фамилию», – говорила моя мама перед смертью. И ее слова стали моим девизом. Я знаю: мой долг – творить добро, даже если все вокруг будут против меня. А злословящие недруги и завистники у меня будут всегда – это я тоже знаю. Ведь в нашем ци-
ничном мире многие стараются убить хоть какое-то проявление добра как в са-
мих себе, так и в других. Причин тому много. Но главная причина, по моему глу-
бокому убеждению, кроется в том, что на каком-то этапе развития человеческая цивилизация, отдав предпочтение сиюминутным материальным ценностям и от-
вернувшись от Духовного – Разумного, Доброго, Вечного, окончательно превра-
тилась в глобальное многонациональное общество потребления и зашла в тупик. И винить в этом люди могут только самих себя. Потому что, чем чаще мы будем пытаться ответить злом на зло, отстаивая позицию «прав тот, у кого танков боль-
ше», тем сильнее будем способствовать еще большему духовному огрубению на-
шего мира. Поэтому дело чести каждого – не обращать внимания на извечный яд зла и поступать согласно зову сердца. Дело чести каждого – вернуться к истокам: к Вере, Надежде, Любви…
Отстранившись от своих потерь, от вчерашних мнимых друзей, которые с не-
ожиданным злорадством вдруг заговорили о том, что на Тимофее Нагорном можно «поставить крест», что, мол, все мои духовные силы без финансовых средств ров-
ным счетом ничего не значат, что никто не в силах помочь тем, кого отвергло наше «светское общество», и дело всей моей жизни напрасно, я продолжал следовать зову своей Мечты. Я настойчиво, усердно работал, снова и снова достигая успеха в тех сферах, где злые языки пророчили мне неудачу, бесславие и окончательное забвение. Время показало, что моя Светлая Мечта, мое стремление творить добро сделали абсолютно несостоятельными все эти заявления скептиков, поторопив-
шихся в своем надуманном лживом мирке навесить на меня ярлык неудачника. 2
После развода я понимал, что возвратить прежнее здоровье будет очень сложно. Мое угнетенное состояние из-за неоднозначных взаимоотношений с бывшей же-
ной, мрачный вид и серо-зеленый цвет лица пугали окружающих, родственников и оставшихся друзей. Какое-то время я еще оставался в Киеве, но мое одиночество здесь стало просто невыносимым. Мысли вращались в дурном круговороте, из ко-
торого, казалось, не смогут выбраться никогда.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 203
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 203
03.12.2011 15:25:39
03.12.2011 15:25:39
204
«Зачем идти дальше, если все каналы, связывающие меня с внешним миром, об-
рублены? Неужели это и есть жизнь? Без уютных домашних чаепитий, жены, мило-
го топота детских ножек? Счастье... Оно было совсем рядом, но я не смог его удержать. Это похоже на воду в ладонях – кажется, ты сможешь поделиться ею с окружающими, но она вы-
текает сквозь пальцы, и звук падающих капель звучит как реквием. Стоит ли доверять такому счастью? Стоит ли доверять кому-либо, если я даже себе не могу верить? Если даже мое желание жить согласно своей мечте и прилагать все силы для ее реализации оказалось бессильным перед жизненными обстоятельствами?
Я споткнулся. И упал. Рядом – бездна. Бездна, кричащая с первых полос мерзких желтых газетенок лживыми заголовками.
Страшно... Как страшно! Меня осуждает едва ли не вся страна. И никто, ни-
кто не хочет понять, что я такой же, как и они. И я, как и каждый другой, тоже имею право на ошибку. Нет. Мне нельзя совершать ошибки. Это глупо. ГЛУПО. Глупо выглядеть чело-
веком, о котором говорят, что он хочет вернуть бывшую супругу, но в то же вре-
мя выглядит слабаком, который на всех углах плачет о судьбе-злодейке. Нет. Пра-
во же, это глупо. Я так много пережил, я так долго шел к своей мечте. И все в один миг проиграл. Сердце... Сосуды... Слабость... Да не в этом проблема. Проблема в моем вну-
треннем «Я», которое в один миг запротестовало против меня. Мне нельзя было расклеиваться, потакать глупым желаниям, портить себе жизнь, в кото-
рой все было так же хорошо налажено, как на фабрике «Милка» с рекламы. Реклама… У меня в последнее время все было как в рекламной сказке об аме-
риканской мечте. Чудесная жена, дети, обустроенная квартира, отдых за гра-
ницей, шопинг, куча бесполезных вещей, известные друзья, светские тусовки, ко-
стюмы от Brioni, скандальные интервью, фотосессии... А что осталось? С чем я пришел в этот мир? И чем все кончилось? Что я смог сделать для других, если не считать каких-то проектов, которыми и хвастаться-то стыдно?.. Неужели я не могу просто так улыбнуться прохожему? Проехать на ме-
тро? Пройтись по грязным лужам в своих туфлях от... не стоит переходить на марки. Они начинают угнетать, когда ты понимаешь, что оставил этому миру лишь частичку себя. Ничтожную частичку себя. Да и стыдно быть бога-
тым в полунищей стране. Стыдно роптать на жизнь, когда каждый год у нас выпускают тысячи специалистов, не находящих свое место под солнцем бла-
гополучия. А я? У меня ведь было все. И это все я потерял, сделав ставки не на тех людей, переоценив свои возможности… Так кто же я? Слабак? Испражне-
ние этой жизни?»
Да, так я думал тогда. Но в какой-то момент просветления появилась спаси-
тельная мысль: «Мне нужно все обдумать, переосмыслить. Мне нужно вернуться домой, в Макеевку».
В Киеве я был словно рыба, выброшенная на берег: мне не хватало человече-
ской доброты, понимания, сострадания. А мне так тогда хотелось с кем-то пооб-
щаться, выговориться и выслушать добрый совет. И я вернулся в родной город, чтобы поправить душевное здоровье. Ведь недаром народная мудрость гласит, что дома даже стены лечат.
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 204
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 204
03.12.2011 15:25:39
03.12.2011 15:25:39
205
Круг из сотен друзей настолько сузился, что я даже не знал, кому позвонить. Просто листал телефонную книгу с кучей номеров и понимал, что этим людям я ока-
зался не нужен в период моих душевных и финансовых проблем. Никто из тех, кто знал меня успешным и жизнерадостным, не хотел разделить со мной горечь потерь. И тогда я окончательно убедился в пугающей душу реальности: в этом прогнившем мирке, именуемом «светское общество», существует табу: «избегай неудачников, даже если их неудачи лишь временные, потому что они могут заразить своей неу-
дачей других». Да, таковы правила в светской тусовке, как называют этот круг жур-
налисты. И это говорит лишь о низменности и жестокости этого надуманного мира, в который, увы, с таким рвением стремятся юноши и девушки из простых семей. «Нет! – твердо решил я. – Эти правила не для меня! Если в дальнейшем и придется столкнуться с этим миром, то играть я в нем буду уже только по своим правилам!»
После долгих раздумий я позвонил старому знакомому, у которого была ма-
шина и желание подзаработать денег. Он отвез меня в маленькую церквушку на тихой, безлюдной окраине города. Это тогда было как раз то, что мне нужно. Мне нужно было помолиться в тишине, найти ответы на тысячи вопросов. Я хотел по-
ставить свечку за здравие друзей, врагов и простить их за равнодушие ко мне. Но зажженная свеча так и осталась в моих руках. Я простоял с ней возле иконы святого Николая-Чудотворца, пока она не стала обжигать мне пальцы. Душевное равновесие не наступило, чуда не произошло, прощение не посетило и не смяг-
чило мою душу. И тут ко мне подошла старушка в скромном сером пальто. Она была такая ма-
ленькая, иссохшая от прожитых лет, сгорбленная, словно раздавленная каким-то большим горем, с печатью скорби на лице. Но ее скорбь выглядела возвышенной, одухотворенной. У нее были добрые-добрые глаза цвета выцветшего ситца. Мне казалось, что этим глазам известно все: и любовь, и боль, и горе, и радость, и по-
тери, и находки… Я почувствовал, что от старенькой сгорбленной женщины исхо-
дит благодать и готовность принять любой дар судьбы за неоспоримое проявле-
ние Божьего провидения.
Старушка подошла ко мне, дотронулась до моего плеча, улыбнулась и еле слышно, с непередаваемым смирением в голосе, сказала: «Сынок, терпи, есть люди, которым еще хуже»… Мне хотелось ей ответить, что хуже не бывает. Что врачи поставили мне кучу диагнозов один другого «краше», что целители отказы-
вались помогать и говорили, что я обречен. Но я промолчал. Мне стало стыдно. Я осознал, что становлюсь слабым, жалею себя, вместо того чтобы наперекор про-
гнозам снова обрести силу и стойкость.
Я благодарен этой старушке, я благодарен Богу, который послал мне ее имен-
но в тот момент, когда я чувствовал разочарование во всем и потерял вкус к жиз-
ни. Потому что тогда в моей душе появилась надежда. Я мысленно сказал себе: «А ведь кому-то сейчас еще хуже, чем мне». После этого, не раздумывая больше ни секунды, я попросил приятеля отвезти меня в детский дом для ВИЧ-инфицированных детей-сирот. В ответ он начал угова-
ривать меня ехать домой – отдыхать и набираться сил. Мой внешний вид его насто-
раживал. В его глазах я прочитал примерно такой вопрос: «Тимофей, ты что, решил больных детей попугать в образе живого мертвеца?» Я сказал: «У меня сегодня осо-
бый день. Сделай мне такой подарок, пожалуйста». – «Хорошо, – подумав, ответил приятель. – Я отвезу тебя в детдом, но с условием: не больше чем на полчаса».
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 205
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 205
03.12.2011 15:25:39
03.12.2011 15:25:39
206
3
Да… Тот день был для меня особым… В тот день телефон молчал и, казалось, це-
лый мир против меня или, во всяком случае, равнодушен к моим проблемам.
От серого здания, построенного на отшибе города, рядом с кладбищем, веяло холодом и сыростью. Представьте, насколько это дико! Ведь больные детки, живущие там, обречены постоянно видеть рядом силуэты крестов и надгробий.
Было около 11 часов утра. Группа детишек прогуливалась с воспитателями и медсестрами. Заметив меня, дети подбежали, окружили и дружно, в один голос, стали называть меня мамой, спрашивая, где подарки, которые я должен был при-
везти. Я растерялся… Начал что-то говорить невпопад: не знал, мол, что разреша-
ется привозить, и обязательно сделаю это в следующий раз.
Заметив в стороне от детей такую же одинокую, как и я в эти минуты, скамей-
ку, я направился в ее сторону. Присев, стал мысленно корить себя за глупейшую ошибку: «Как я мог приехать сюда без игрушек для детворы?»
Погрузившись в раздумья, я даже не заметил, как ко мне подошла маленькая девочка, которая как ни в чем не бывало, без каких-либо прелюдий спросила: – Тебя как зовут? Я отрешенно ответил:
– Тимофей, – и стал придумывать фразу, которая помогла бы мне объяснить ребенку, почему я без гостинцев. Но я так и не успел ничего сказать, потому что девочка задала мне неожидан-
ный, не по годам взрослый вопрос:
– О чем ты мечтаешь?
– О том, чтобы никто не болел, – обескураженный вопросом, ответил я.
– Но это очень важно, чтобы кто-то болел, даже для тех, кто абсолютно здо-
ров, – девочка с каким-то лукавством улыбнулась мне.
– Почему? – удивился я.
– Потому что больным особенно нужна забота и любовь, – девочка помолча-
ла секунду и добавила: – Если никто не будет болеть, тогда и выздороветь никто не сможет. Так? А выздороветь не сможет никто, если никто не будет помогать боль-
ным сделать это. Я молчал – малышка ввела меня в ступор этой, сказанной столь буднично, грустной истиной. – А о чем мечтаешь ты? – подавив подступающий к горлу комок, осторожно спросил я.
Я ожидал услышать в ответ, что она хочет выздороветь и найти свою семью. – О качелях, – абсолютно сбив меня с толку, ответила девочка. – Меня води-
ли один раз покататься на качелях, и я хотела бы, чтобы другие дети тоже поката-
лись, а их у нас нет.
Девочка снова улыбнулась, вырывая меня этой улыбкой из пропасти одино-
чества.
– Я постараюсь договориться с вашим директором, – неуверенно ответил я. – И если он не будет возражать, установлю качели. Если это, конечно, можно.
Казалось, девочка с ангельским личиком заглянула в самые глубины моей души своим очень уж не вязавшимся с ее детским голоском взрослым взгля-
дом. После этого совершенно неожиданно она взяла мою руку, прижала к свое-
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 206
book_nagorny_9-10,5_224pages_final.indd 206
03.12.2011 15:25:39
03.12.2011 15:25:39
207
му худенькому личику и поцеловала. Я просто оцепенел. А девочка прошепта-
ла мне:
– Я тебе верю, – после чего развернулась и пошла к группе детей.
Она – такая маленькая, исхудавшая, незащищенная, добрая – была готова мне поверить! А сам я был готов в те минуты поверить себе и в себя? Казалось бы, зачем ей верить мне? Ведь все взрослые ее обманывают, обещая сказку, которой, возможно, не суждено осуществиться. Вселяют надежду в то, что лекарство от смертельного вируса будет найдено, что она вырастет и сможет стать мамой, что у нее впереди много замечательных возможностей и перспектив, не-
смотря на унылые надгробия за забором…
Директора не было, но медсестра дала мне номер его мобильного телефона и сказала, когда можно звонить. Вечером мне не пришлось долго уговаривать директора детдома принять мой жест доброй воли. Он сказал, что места для качелей возле детдома предостаточ-
но. И все! Я снова ощутил жажду и вкус жизни! Впервые за последние два месяца стало радостно на душе! У меня снова появилось желание помогать другим! Поста-
вить качели для детворы стало дл