close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Э.Гидденс

код для вставкиСкачать
Социолог Энтони. Гидденс. Подготовила Стороженко Дарья, студентка 4 курса по специальности "Социология" Школа педагогики ДВФУ
Биография
Барон Энтони Гидденс (англ. Anthony Giddens, Baron Giddens; 18 января 1938, Лондон-) - английский социолог. Бакалавр университета Халл (1959, магистр Лондонской школы экономики; доктор философии Кембриджского университета (1974). Работал в университете Лейчестера, Кембридже; директор Лондонской школы экономики (1997-2003). Лауреат премии принца Астурийского (2002, социальные науки).
С 1987 года является профессором социологии Кембриджского университета (Англия). Получил докторскую степень в 1974 году в Кембридже. Преподавательскую деятельность начал в 1961 году в Лестерском университете. С 1969 года преподает в Кембридже, где стал одним из создателей Комитета по социальным и политическим наукам при экономическом факультете, который позднее превратился в полноценный социологический факультет. Является одним из основателей известного научного издательства "Полити Пресс". С 1997 по 2003 год руководил Лондонской школой экономики. Является советником английского премьер-министра Тони Блэра. Активно участвует в политических дебатах на стороне левоцентристского крыла лейбористской партии. Постоянно участвует в деятельности мозгового центра "Полней Нетворк". В 2004 году Гидденсу за научные достижения был пожалован титул пэра.
В научной карьере Гидденса можно выделить три отчетливые периода. В 1970-е годы он занимается выработкой нового представления о социологии на основании критического анализа классиков. В конце 1970-х - 80-е годы его главный интерес связан с созданием и развитием теории структурации. С начала 1990-х годов Гидденс обращается к темам модерна, глобализации и политическим проблемам.
В своем видении социологии Гидденс отвергает социологический позитивизм Дюркгейма и противопоставляет ему близкий к веберовскому метод "двойной герменевтики", в основе которого лежит представление о том, что социологи, в отличие от представителей естественных наук, должны интерпретировать социальный мир, уже подвергнутый интерпретации самими авторами. В теории структурации Гидденс предпринимает попытку создать монистическое представление о социальной реальности, в котором элиминируется оппозиция деятельностного (субъективного) и структурного (объективного) аспектов. С этой целью он вводит концепцию "дуальности структуры", согласно которой структура является одновременно средством осуществления деятельности и ее результатом. В последних работах Гидденс изучает различия между традиционной и посттрадиционной культурами (премодерном и модерном) с точки зрения их влияния на идентичность, интимные отношения и политические институты.
Гидденс Энтони
http://sbiblio.com/biblio/persons.aspx?id=406
Социологическая концепция Энтони Гидденса
Взгляд Э. Гидденса на соотношение структуры и действия, индивида и социальной тотальности отличается и от представлений об индивиде как "свободном деятеле", обладающем всеми ресурсами и возможностями для конституирования социальных отношений, и от концепций, приписывающих доминирующую роль в определении взаимодействий индивидов надындивидуальным свойствам социального целого. Основная идея Гидденса оформлена в виде "теории структурации".
Вводя этот термин, Гидденс стремился подчеркнуть два момента. Во-первых, что структурные свойства социальных систем существуют только в процессуальном измерении и представляют собой постоянно воспроизводящуюся модальность очевидного институционального порядка в обществе. Во-вторых, что социальные взаимоотношения людей обладают рядом свойств, не выводимых напрямую ни из интенциональности акторов, ни из институционального профиля конкретного общества. Можно выделить пять базовых принципов теории структурации.
1. Общество создано активной деятельностью субъектов, рефлексивной по своей природе. Это основное положение всех теоретических разработок Гидденса: "Не сотворенное никем в отдельности, общество производится и воспроизводится чуть ли не с нуля участниками социального события. Производство общества - суть умелое конструирование, обеспечиваемое и реализуемое человеческими существами. Оно возможно лишь потому, что каждый член общества является практикующим социальным теоретиком: осуществляя всякого рода взаимодействия, он обычно обращается к своим знаниями и теориям; и именно использование этих практических ресурсов есть условие осуществления взаимодействия вообще".
2. Индивиды своей деятельностью не только преобразуют общество, но одновременно изменяют и самих себя.
3. Возможности и границы социального участия индивидов исторически обусловлены (ограничены): они создают общество не по собственному выбору и не в соответствии с намеченным планом, а в контексте влияния неосознаваемых условий действия и его непредвиденных последствий.
4. Структуры оказывают не только ограничивающее влияние, но и создают возможности для человеческой деятельности.
5. Производство и воспроизводство структур есть результат рутинной (повседневной и повторяющейся) практики.
Базовые элементы теории структурации
Теория структурации и связанные с ней концепции (действующего субъекта, социальных институтов, социальной и системной интеграции) призваны упорядочить понятийный и концептуальный аппарат для изучения механизмов социальных изменений современности. Гидденс начинает разрабатывать свою теорию с критики ведущих интеллектуальных парадигм 40-х годов - структурализма и функционализма и с переосмысления понятий "действие", "структура", "система" и т.д. Общим недостатком обозначенных подходов является неудачная, по мнению Гидденса, попытка развести понятия "структуры" и "системы".
Критика структурализма и функционализма
Базовой аналогией для функционалистской парадигмы было сравнение общества с живым организмом, где "структура" соотносилась с анатомией, а "функция" - с физиологией. Применительно к социальной проблематике понятие "структуры" соотносилось с "образцами" общественных отношений и выступало в качестве описательного концепта; понятие "функции" обозначало фактическую работу этих образцов в качестве систем и несло объяснительную нагрузку. Структурализм возник как подход, пытавшийся применить структурно-лингвистические модели для объяснения культурных феноменов. Центральными для развития этого направления стали идеи Ф. де Сосюра: разделение языка и речи, объяснение знака через связь обозначаемого и обозначающего, дуалистический принцип синхронии и диахронии. В структурализме для разведения "структуры" и "функции" использовалась другая аналогия: код и сообщение, язык и речь. Понятие "структуры" несло большую объяснительную нагрузку, поскольку связывалось с понятием трансформации и изменения.
Гидденс указывает на ряд общих для обеих парадигм положений, использование которых для изучения социального является не вполне адекватным. Во-первых, в структурализме и функционализме подчеркиваются методологическое значение принципа разделения синхронии и диахронии1. Применительно к анализу социальных систем дуальность этих понятий была зафиксирована в терминах "статика" и "динамика". Принцип различения языка и речи и принцип разделения синхронии - диахронии связаны: язык может быть подвергнут синхронному анализу, а изучение речи возможно только диахронически. Гидденс высказывает замечание, что понятие "динамики" при таком подходе интерпретируется скорее как функционирование, а не как изменение. Вместе с тем, полагает он, средства, с помощью которых воспроизводятся и существуют лингвистические или социальные системы одновременно содержат в себе и источники трансформации [2, p.18]. Поэтому, не изучая изменения, которые претерпевала и претерпевает система, невозможно адекватно понять ее суть и природу.
Определенным шагом вперед в том, что касается рассматриваемой проблемы, стала, по мнению Гидденса, книга "Философские исследования" Л. Витгенштейна. Витгенштейн обратил снимание на то, что язык сосуществует с тем, о чем нельзя сказать; он зависит от нелингвистического, связанного с обыденным, повседневным, "с практикой, которая содержит формы жизни". Следовательно, он неизбежно адаптируется к ней: социальное пространство выступает источником значения лингвистических терминов, а сам язык оказывается дифференцированным по социальным практикам. Поэтому, познание языка не может быть отделено от познания мира и социальной практики.
Во-вторых, оба подхода отдают предпочтение социальной структуре, подразумевая дуализм субъекта и объекта и полагая ее "внешней" по отношению к субъекту. Таким образом, утверждается ее доминирование по отношению и к действию, и к субъекту действия. В структурализме структура концептуализировалась как пересечение "присутствующего" и "отсутствующего", когда необходимо различать коды, лежащие в основании поверхностных значений. Однако, по мнению Гидденса, между системным уровнем языка и индивидуальной речью оказалось пропущенным важное звено: "теория компетентного говорящего, носителя языка" [2, p.17].
Как считает Гидденс, важной задачей социальной теории становится адекватное понимание проблемы человеческой активности и создание теории действующего субъекта, которая избегала бы крайностей. Так, например, в интерпретирующей социологии постулируется первенство субъекта, а понятие "смысла" человеческого действия является основным при объяснении поведения индивидов. "Предметом социальных наук, в соответствии с теорией структурации, является не опыт индивидуального актора и не существование какой-либо формы социетальной тотальности, а социальные практики, упорядоченные в пространстве и во времени. Социальная деятельность... является повторяющейся. Это означает, что она не создается социальными акторами, а лишь постоянно воспроизводится ими, причем теми же самыми средствами, которыми они реализуют себя как акторы" [3, p.2]. Признание тесной связи понятий "действие" и "структура", по мнению Гидденса, лишь подчеркивает необходимость переосмысления как этих терминов, так и других понятий, связанных с каждым из них по отдельности. Вместе с тем, Гидденс не отвергает традиционное использование термина "структура" для указания на некие общие институциональные черты общества или ряда обществ, например "классовая структура общества" и т.д.
Третий элемент критики структурализма и функционализма связан с тем, что из-за значительного сходства содержаний, понятия "структуры" и "системы" зачастую просто переходят одно в другое или же замещают друг друга. Все попытки развести эти два понятия представляются Гидденсу не вполне удачными. Ф. де Соссюр, сравнивая язык с шахматами, подразумевал под "системой" набор установленных зависимостей между элементами языка, а "структуру" соотносил с тем, что остается относительно устойчивым при различных преобразованиях системы. Однако, замечает Гидденс, поскольку одно понятие определялось через характеристику другого, "понятие "структуры", введенное Л. Ельмслевом и Пражским кружком, не стало концептом, дополняющим понятие "системы", а привело к замене первого на второе" [2, р.61].
В функционализме различение структуры и системы основано на разведении двух других понятий: "структура" и "функция". Но и функционалистская трактовка, как считает Гидденс, не обладает достаточной дифференцирующей способностью для изучения социального [2, р.61-62]. Структуру организма действительно можно изучать независимо от его физиологии, например, на умершем организме, сохраняющем на некоторое время свои формообразования. Однако, эта аналогия теряет свою адекватность при изучении социальных систем: последние перестают существовать, прекратив функционировать; они выживают только в качестве воспроизводимых во времени систем.
Теория действия и действующего субъекта. Гидденс начинает переопределение терминов "действие" и "структура" с признание их диалектической зависимости. Действие, в терминологии Гидденса, - это не отдельные акты, а непрерывный поток поведения, это "течение действительных или предполагаемых причинных вмешательств телесных существ в непрерывный процесс событий в мире" [2, р.55]. При построении своей теории действия, Гидденс руководствуется тремя базовыми соображениями:
1. Действие связано с субъектом и не может рассматриваться вне теории "действующего "Я", оно связано с характеристиками действующего лица как субъекта.
2. Действие связано с "вмешательством" субъекта в потенциально поддающийся изменениям мир - объект. Упорядоченные действия следует рассматривать как размещенную во времени и пространстве практику. Именно она является связующим звеном межу теорией действия и структурным анализом.
3. В любой момент времени индивид имеет возможность либо вмешиваться в "события мира", либо воздерживаться от этого.
Таким образом, теория действия состоит из трех разделов: стратификационная модель агента, стратификационная модель действия и проблема интенциональности действия.
Стратификационная модель агента.
Гидденс предлагает отказаться от традиционной психоаналитической триады "эго", "суперэго" и "ид". Основной довод заключается в том, что эти различения недостаточны для анализа практического сознания - ключевого понятия стратификационной модели агента.
Первая из указанных посылок служит Гидденсу отправной точкой для построения стратификационной модели агента. Он предлагает отказаться от использования социологами традиционной психоаналитической триады "эго", "супер-эго" и "ид", считая, что ее недостаточно для анализа практического сознания - ключевого момента его размышлений. Его модель выглядит следующим образом (рис. 1):
Рис. 1. Стратификационная модель агента
Практическое сознание представляет собой неартикулированное, порой нерефлексируемое знание, которое индивид не может сформулировать дискурсивно, но, тем не менее, умело применяет его при реализации той или иной линии поведения. В теории психоанализа к этому понятию, по мнению Гидденса, наиболее близко понятие "предсознательного".
Дискурсивное сознание - рассудочный, понятийный, логический уровень сознания индивида. Граница между дискурсивным и практическим сознанием не является жесткой, она может меняться под воздействием множества аспектов социализации, полученного образования а также в зависимости от способностей и склонностей индивида. Это различение делается между тем, что может быть сказано, и тем, что, как правило, делается. [3, p. 7]. Разведение этих двух уровней сознания связано с такими особенностями человека как способность артикуляции, способность рефлексии и способность к обману.
Бессознательные мотивы / познавательная способность - это потенциал действия, санкционирующий его; они относятся к желаниям, побуждающим действовать, порождающим планы ("проекты" - в терминологии А. Шютца), в рамках которых задается определенная линия поведения. "Мотивы имеют прямое отношение к действию только при относительно необычных обстоятельствах, в ситуациях, так или иначе отличающихся от рутинных" [3, p. 6]. Бессознательное отделено от дискурсивного и практического сознания барьерами, основанными на психологической репрессии.
Стратификационная модель действия.
Стратификационная модель действующего субъекта оказывается составной частью стратификационной модели действия. Основным понятием в ней является "рефлексивный мониторинг действия" (reflexive monitoring of action). Это неотъемлемая характеристика повседневного действия любого человека, означающая, что индивиды "не только сознательно отслеживают ход своей деятельности, ожидают, что другие поступают аналогично, но что они так же рутинно отслеживают физические и социальные контексты, в которых находятся" [3, р. 5]. Гидденс особо подчеркивает, что этот механизм включает в себя отслеживание всей системы взаимодействий, в которую включен человек, а не только поведение отдельных, непосредственно доступных индивидов.
Рефлексивный мониторинг обусловлен интенциональным характером человеческого действия; при этом "интенциональность" Гидденс определяет как процессуальную характеристику и рутинную составляющую поведения. Понятие интенциональности не предполагает, что индивиды преследуют некоторые цели, осмысленно и непрерывно поддерживаемые в сознании. Однако именно интенциональностью обусловлена такая особенность социальной жизни, как "объяснимость человеческого действия".
Умение индивида находить и объяснять самому себе причины и цели действий Гидденс называет рационализацией. Рационализация действия - это способность индивида рутинно поддерживать постоянное "теоретическое понимание" оснований собственных поступков. Такая способность не является тождественной дискурсивному осмыслению и оформлению своего поведения, это умение разбираться в намерениях и причинах действия. Рационализация действия - устойчивая характеристика повседневной практики, так как "является неотъемлемой чертой поведения компетентных социальных субъектов и представляет собой главное основание, по которому окружающие судят о "компетентности" индивида" [2, p. 57].
Умение объяснять лежит в основе дискурсивного сознания, так как оно означает способность индивида формулировать "обоснования" (reasons), которыми он описывает и подкрепляет свои действия. Обоснования черпаются из тех же "запасов знания" (stocks of knowledge), которые используются при воспроизводстве самих действий, поэтому способность индивида действовать и объяснять действия зависит от объема социального знания конкретного человека. "Запасы знания" определяются интеллектуальными предпочтениями и склонностями индивида, его дискурсивными способностями и лежат в основании его социальной компетентности2. Кроме того, значительная часть "запасов знания" проистекает, или основывается на "практическом сознании", поэтому нельзя говорить об их безусловной целостности и систематизированности. "Обоснования", в отличие от "рационализации", фрагментарны: в повседневной жизни они предстают как ответы на разрозненные и довольно спонтанные вопросы, которые инициированы либо окружающими, либо возникают в процессе саморефлексии. Обоснования могут быть не связанными напрямую с нормами и общественными конвенциями, обращены к ним или упоминать их. В этом важное отличие представлений Гидденса от парсоновского понимания действия, управляемого интернализованными нормативными императивами.
Следует предупредить возможное отождествление "обоснований" (дискурсивное подкрепление повседневного поведения) с рационализацией действия. Их соотношение неоднозначно. Гидденс называет, по крайней мере, три фактора, не позволяющих отождествлять эти понятия [2, р. 57-58].
1. Индивид может привлекать обоснования, которыми он не руководствовался (обман, введение в заблуждение);
2. Возможности рационализации, осмысления действия теряются как в бессознательном индивида, так и в его запасах знания. Совместные знания, на которые ориентируется и которые использует индивид при взаимодействии, не всегда известны взаимодействующим в систематизированной форме. "Объяснения" действия зависят от степени отчетливости совместного знания, пусть даже не выраженного в систематической форме, но одинаково понимаемого и принимаемого взаимодействующими;
3. На четкость "объяснений" влияют бессознательные элементы мотивации. Речь идет об описанной Фрейдом рационализации: смещающем воздействии бессознательного на процессы рационального объяснения.
Гидденс понимает, что при построении теории действия ему нельзя обойти тему мотивации. В его рассуждениях она присутствует как проблема бессознательной мотивации и преднамеренного поведения. "Теория мотивации имеет ключевое значение, поскольку обеспечивает нас концептуальными связями между рационализацией действия и рамочными конвенциями, воплощенными в институтах (хотя значительная часть социального поведения может считаться не мотивированной непосредственно). Однако, теории мотивации приходится обращаться и к неосознанным обстоятельствам действия, принимая во внимание бессознательные мотивы, действующие вне области самопонимания действующего индивида. Бессознательное охватывает только те обстоятельства, которые связаны с непреднамеренными последствиями действия" (the unintended consequences of action) [2, p. 59].
Непреднамеренные последствия действия систематически участвуют в процессе воспроизводства институтов, правил, обычаев и способов действия, и напрямую связаны с неосознаваемыми обстоятельствами действия (unacknowledged conditions), как это определяет теория мотивации. Участвуя в воспроизводстве социального, такие непреднамеренные последствия в свою очередь становятся обстоятельствами действия - осознанными или же неосознанными. Такова, в общих чертах, стратификационная модель действия (рис. 2).
Рис. 2. Стратификационная модель действия
Для Гидденса очевидно, что наряду с "рационализацией" и "рефлексивным мониторингом" действия бессознательная мотивация является существенной частью поведения. Однако, она должна быть отделена от двух других категорий, поскольку мотивация вообще, как это следует из стратификационной модели агента, не связана напрямую с действием: это, скорее, потенциал, а неспособ его осуществления агентом. Полемизируя с психоаналитической традицией, Гидденс считает, что не следует преуменьшать роль сознательного и акцентировать бессознательное, полагая, что рефлексивные характеристики действия являются лишь проявлением бессознательных процессов (несмотря на то, что действительно существует такая детерминация). Бессознательное, полагает он, может быть исследовано только в его отношении с сознательным - с рефлексивным мониторингом и рационализацией действия, основанными на практическом сознании.
Теория структурации
Теория структурации и сопряженные с ней концепции социальных институтов, социальной и системной интеграции ориентированы на изучение механизмов социальных изменений современности. Понятие "структурация" используется Гидденсом для того, чтобы акцентировать структурообразующую роль классовых отношений при формировании групп и установлении групповой принадлежности. В основании теории лежит посылка, что социальные институты не только определяют действия индивидов, но и воспроизводятся посредством рефлексивных действий. Рефлексивность означает и осознание этой закономерности, и возможность определенных агентов инициировать социальные изменения.
Ключевые понятия теории структурации - понятия "социальная структура", "социальная система". Гидденс определяет структуру как генеративные (порождающие) правила и средства (ресурсы), организованные как имманентные свойства социальных систем и благодаря которым в них обеспечивается связность времени и пространства. Согласно такому подходу, социальные структуры существуют исключительно как "структурирующие свойства", которыми определяются базовые характеристики социальных систем или коллективных образований; они представляют собой виртуальный порядок элементов и характеризуются отсутствием субъекта [2, p. 66]. Структурирующее влияние этих свойств складывается из двух аспектов. Во-первых, это оформление образцов, правил взаимодействия агентов (patterning of interaction), во-вторых, - конституирование временной протяженности взаимодействия [2, p. 62-63]. Таким образом, структурирующие свойства обусловливают существование более или менее одинаковых социальных практик во времени и пространстве и придают им "систематическую" форму.
Социальные системы состоят из практик, организованных как взаимозависимость субъекта действия и группы. Это взаимодействие размещено во времени и пространстве, поэтому социальные системы можно интерпретировать как структурные "поля", где агенты занимают определенные позиции по отношению друг к другу. Социальная позиция агента определяется как его социальная идентичность, которая влечет за собой круг прерогатив и обязательств, то есть - ролевые предписания, связанные с данной позицией. Таким образом, социальные системы обладают "структурными свойствами" и представляют собой "структурированную целостность". Социальная система - это воспроизводящаяся социальная практика, которой присущи отрегулированные отношения взаимозависимости между индивидами и группами, то есть - организованное социальное взаимодействие. Социальные системы существуют синтагматически - в пространстве и времени в виде реальных отношений людей или коллективов. Они обладают структурными свойствами, но сами структурами не являются [2, p. 66].
Понятия структуры и системы связаны с понятиями правил и ресурсов - структурных составляющих социальных систем. Гидденс не принимает разделения правил на конститутивные и регулятивные (санкционирующие). Правила предполагают "методические процедуры" социального взаимодействия, поскольку пересекаются с практиками. Правила относятся, с одной стороны, к производству значений, с другой - к санкционированию способов социального поведения. Оба этих аспекта присущи любым социальным правилам. Гидденс различает знание правил (вернее, их практическое использование) и знание того, как их формулировать [3, р. 21-22]. Правила вторгаются в рутинные практики, но рутинная практика как таковая сама по себе правилом не является. Знание того, как действовать, не предполагает способности формулировать правила; хорошо говорить на родном языке может даже тот, кто не способен объяснить генеративные принципы этого языка.
В социальной теории часто происходит смешение смыслов "следования правилу" и "интерпретации правила". Гидденс соглашается тем, как эта проблема разрабатывалась в исследованиях повседневной типизации4. Практическое знание, основанное на типизации, не охватывает всех ситуаций, с которыми сталкивается или может столкнуться агент. Оно обеспечивает его общую способность реагировать и влиять на неопределенно большой диапазон социальных ситуаций. Следование правилу не зависит от умения формулировать правило, которому подчиняется действие. Большинство правил схватываются агентами только внутренне: они обучаются "техникам делания". Дискурсивное выражение правила является его интерпретацией, которая изначально предполагает расхождение с правилом. В силу этого дискурсивное формулирование может изменять и форму применения правила. Например, законы - формальная кодификация социальных правил, имеющая градацию наказаний. Наказания - это форма применения правила, но не первоначального, а кодифицированного [2, p. 22-23]. Согласно теории Гидденса, управляемая правилами деятельность - не просто использование фиксированных правил для производства чего-то нового, это способ воспроизводства самих правил и средство ихмодификации. Структурирующие качества правил можно наблюдать в процессах формирования, поддержания, прекращения и реформирования ситуаций.
Правила непосредственно соотносятся с ресурсами, которыми обусловливаются формы доминирования и власти. В социальной и политической теории интерес к концепциям власти традиционен. Гидденс указывает на две основополагающие интерпретации этого понятия. Первая - веберовская: власть как способность действующего индивида достигать желаемого, несмотря на возможное сопротивление, противодействие со стороны окружения. Вторая - парсонсианская: власть как свойство социальной общности, вторичное по отношению к нормативному характеру социальной жизни. Развивая концепции "дуальности структуры", Гидденс предлагает понимать ресурсы как "основания" (bases) и "средства осуществления" (vehicles) власти. Выделяется два типа ресурсов. Аллокативные ресурсы относятся к формам управления объектами, товарами и другими материальными явлениями. Авторитативные ресурсы (полномочия) относятся к преобразовательным возможностям, управлению людьми, агентами. Власть порождается определенными формами господства, базирующимися на асимметрии ресурсов, одновременно с вовлечением правил в социальную практику [2, p. 68-69]. Разновидности практики располагаются внутри взаимопересекающихся наборов правил и ресурсов, которые выражают собой характерные черты той или иной социальной тотальности.
Дуальность структуры - Третье понятие, из которого складывается теория структурации. Гидденс говорит о способности структурных свойств социальных систем выступать как в качестве средства, так и в качестве результата практики, которая и конституирует социальные системы. "Изучать структурирование социальной системы значит изучать, каким образом эта система, применяя порождающие правила и ресурсы и подвергаясь влиянию непреднамеренных результатов, производится и воспроизводится во взаимодействии <агентов>", - пишет Гидденс [2, p. 66]. Дуальность структуры, таким образом, проистекает из принципиально самовоспроизводящегося характера социальной жизни и выражается во взаимной зависимости структуры и субъекта действия [2, p. 69].
В соответствии с концепцией дуальности, правила и ресурсы, которыми индивиды руководствуются при взаимодействии, одновременно являются не только средствами воспроизводства социального действия и социальной системы, но и они сами реконституируются посредством этого взаимодействия. Таким образом, структура представляет собой образ действия, с помощью которого через установление отношений, связей между конкретным контекстом и некоей тотальностью социальное воспроизводится в своей целостности (вернее - во внутренней связности). Эти отношения отличаются от функционалистского понимания связи частей и целого в социальных системах: "Структура есть способ, посредством которого отношение между моментом и целостностью выражается в социальном воспроизводстве" [2, p. 71].
Ориентируясь на концептуализацию трех базовых компонентов своей теории, Гидденс определяет понятие "структурации" как процесс организации и воспроизводства системы общественных отношений, сопутствующий социальному взаимодействию и происходящий благодаря применению агентами порождающих систему правил и ресурсов. Структура не тождественна принуждению, она как ограничивает действие, так и создает возможности для его осуществления. Задача социальной теории, по мнению Гидденса, заключается в изучении условий организации социальных систем, которые управляют связями между созданием возможностей и их ограничением: "Каждое действие - производство чего-то нового, новое действие; но в то же время каждое действие существует в его продолженности из прошлого, предоставляющего средства для его начала. Таким образом, структуру не следует понимать в качестве препятствия на пути действия; она - всегда присутствующее значимое условие производства любого действия, в том числе и фундаментальных социальных изменений, которые, как любые другие действия, происходят во времени" [2, p. 70].
Правила и ресурсы одновременно являются не только средствами воспроизводства социального действия и социальной системы, но и сами реконституируются посредством этого взаимодействия. Таким образом, структура представляет собой образ действия, с помощью которого воспроизводится социальное - через установление отношений, связей между конкретным моментом и некоей тотальностью. Эти отношения отличаются от функционалистского понимания связи частей и целого в социальных системах. "Структура есть способ, посредством которого отношение между моментом и целостностью выражается в социальном воспроизводстве", - пишет Гидденс [2, p. 71].
В концепции Гидденса структурные свойства социальных систем отражают "диалектику присутствия и отсутствия в пространстве и времени", которая связывает простейшие формы социального действия со структурными свойствами социума. Гидденс проводит аналогию с высказыванием. Этот пространственно-временной акт происходит в условиях фактического отсутствия синтаксических правил языка. Однако высказывание возможно благодаря правилам, конституирующим язык как тотальность. Такая связь между конкретным моментом и тотальностью "заключает в себе диалектику присутствия и отсутствия, связывающую мельчайшие и тривиальные формы социального действия со структурными свойствами всего общества" [2, p. 71].
Концепция общества
Применение теории структурации к изучению социального взаимодействия и социальных изменений связывается Гидденсом с разработкой концепции социальных институтов, теории социальной и системной интеграции, а также концепцией социализации, социальной позиции и психологии модерна.
Теория социальных институтов.
Структурные свойства социальной системы выражаются в ее институциональном устройстве. Гидденс отличает понятие института от социальной системы.Институты - это наиболее стабильные черты социальной жизни, практики, локализованные в пространстве и длящиеся (повторяющиеся) во времени. Гидденс определяет их как стандартизированные способы поведения, играющие ключевую роль в организации социальных систем, так как они обеспечивают, во-первых, пространственно-временную непрерывность, преемственность и повторяемость повседневных практик, и во-вторых, постоянную перестройку стандартов поведения в зависимости от контекста повседневной социальной деятельности. Стандартизованное поведение индивидов и коллективных агентов, находящихся в разных секторах социальных систем, в значительной степени обуславливает интеграцию социетальных тотальностей посредством рутинного воспроизводства структурных качеств систем и институциональных контекстов действия [2, р. 83].
И.А. Климов Климов Иван Александрович - научный сотрудник Института социологии РАН; научный консультант Фонда "Общественное мнение". Адрес: 117259 Москва, ул. Кржижановского, д. 24/35, строение 5. Телефон: 481-90-09; Факс: 719-09-70. Электронная почта: klimov@orc.ru
http://www.nir.ru/sj/sj/sj1-2-00klim.html
Список литературы
1 Гидденс Энтони Сайт по дисциплины "Социология"
http://sbiblio.com/biblio/persons.aspx?id=406.
2. И.А. Климов Климов Иван Александрович - научный сотрудник Института социологии РАН; научный консультант Фонда "Общественное мнение Электронная почта: klimov@orc.ru
http://www.nir.ru/sj/sj/sj1-2-00klim.html
Название статьи //название сайта-адрес
6
Автор
wwwdarya91
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
1 321
Размер файла
55 Кб
Теги
гидденса
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа