close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Страница6

код для вставкиСкачать
30 января 2013 года30 января 2013 года
30 января 2013 года30 января 2013 года
30 января 2013 года
66
66
6
?????-?????????, ??? ?????????
????і??????і??
????і??????і??
????і??
- Да кому ты нужен,
Квазимодо!
И пока я спускался по
ступенькам, пока за мной
громко хлопнула дверь, у
меня в голове толчками
гудело это «Квазимодо».
А раньше она называла
меня Жоффреем. Это
мне льстило. Тогда все
валом смотрели «Анжели-
ку». И девчонки были
влюблены в Жоффрея де
Пейрака. Но у меня де-
фект был не таким замет-
ным, как у него. Вернее,
почти совсем незамет-
ным.
В детстве, помню, при-
вез отец сено корове, а
мы с соседским пацаном
и давай прыгать с крыши
в эту копну. Вот один
прыжок у меня и вышел
неудачно. Сколько потом
меня мать по больницам
таскала да плакала. По-
могли, конечно, врачи, но
легкая хромота осталась.
Отец мой в тракторе в
пургу замерз, заблудился.
Сначала мы с мамой
вдвоем жили, потом мама
приняла примака – дядю
Женю. А когда пришло
время Полинке на свет
появиться, маму в роддом
отвезли, а дядя Женя от
нас уехал. Сбежал.
Полинка родилась ма-
ленькая, рыженькая, как
солнышко. На своего
папу похожа. Я так ее
любил, никому в обиду не
давал и всегда заступал-
ся, если мама ее ругала за
баловство. Казалось, вре-
мя так медленно тянется,
а не успели оглянуться,
уже этой осенью Полин-
ке в школу идти. Мама
сшила ей белую блузоч-
ку и черную юбочку.
Когда примеряли, у По-
линки аж дыхание захва-
тило от радости.
Но не увидела мама
этот наряд на Полинке
больше. Заболела мама.
Мы ее проведать ходили.
Она отворачивалась, пла-
кала, нас жалела.
- Вова, Полю не бро-
сай. Жить у тети Зинаи-
ды будете. Мы договори-
лись.
Зинаида – это сестра
дяди Жени. Мы очень
редко у нее бывали. Муж
у нее всегда сердитый
был.
- А ты, Поленька,
возьми вот это колечко,
пока отдай тете Зине,
а как вырастешь, возь-
мешь. Память тебе от
меня.
Полинка колечко в
кулачке зажала, а я чуть
не заплакал, так жалко
маму было. Это был по-
следний раз, когда мы
маму живой видели.
Наша жизнь у Зинаи-
ды была очень трудной.
Есть очень хотелось. Ут-
ром нам давали в школу
по куску хлеба – вот и
все. Я две недели терпел,
а потом две недели соби-
рал всякие справки, ре-
шил в детдом проситься.
Полинке-то Зинаида - тет-
ка, а мне – никто. А так,
может, моя пайка хлеба
Полинке будет доставать-
ся. И я добился, чего хо-
тел, взяли меня в детдом.
Ох и скучал я там за
сестрой! Не выдержал,
отпросился ее проведать.
Из города до района ехал
на автобусе, а там уж от
райцентра - пешком.
Полинка мне обрадо-
валась, на шею кинулась.
А я смотрю на нее – ху-
дющая, спасу нет, одни
косточки. И юбчонка,
которую мама сшила, ка-
ким-то цветным пояском
завязана.
- Это у тебя что, По-
лина?
- Да ты знаешь, Вова,
она, юбка, все падает и
падает с меня. Вот тетя
Зина и отдала свой поясок
от халата. Это она хоро-
шо с пояском придумала,
правда, Вова?
- Как тебя тут кормят-
то теперь, Полинка?
Девочка сделала боль-
шие глаза и шепотом мне
поведала:
- Они мне всегда хлеб
дают, каждый день. Вова,
мне его так хочется, это-
го хлеба, так хочется, я
бы его у них весь съела…
- Полинка…, - у меня
горло сжалось, еле гово-
рить мог. - Полинка, мо-
жет, тебе тоже в детдом?
Там и суп дают, и кашу,
даже повидло.
- Повидло? Ох, как я
бы поела этого повидла.
Я ругал себя за то, что
не взял ей ничего из дет-
дома. Можно было завт-
рак свой привезти. Да кто
знал?
Через неделю я трясся
в кузове пыльного грузо-
вика, в кармане между
двумя кусочками хлеба
был намазан слой корич-
неватого повидла.
Я поднимался по дере-
вянным ступенькам, на-
встречу мне шла Зинаи-
да. Я всегда удивлялся их
похожести с Полинкой.
Неужели она тоже была
такой хорошенькой, как
моя сестра? Не верится.
Такая она была грузная,
толстая. Волосы хоть и
рыжие, а не блестят, и
глаза хоть и голубые, да
блеклые. Зинаида выно-
сила объедки Дозору –
на тарелке громоздились
куриные косточки и кус-
ки размоченного хлеба.
Я зашел в комнату и
сначала не увидел Полин-
ку. Она лежала на крова-
ти под лоскутным одея-
лом. Если бы не рыжая
головка, видневшаяся из-
под одеяла, я бы и не по-
нял, что под одеялом кто-
то лежит. Я присел на
корточки возле кровати.
- Полинка…
Она не отозвалась.
Спит, наверное.
- Полинка…
Молчание. Почему
она такая белая? У нее
очень белая кожа, но сей-
час она была с голубиз-
ной. Я попробовал лоб –
нет, температуры нет.
- Полинка, - я стал ле-
гонько ее будить, выпро-
стал руку из-под одеяла,
смотрю, а ноготки как
чернилами намазаны,
присмотрелся – и губы
тоже бледные, голубые.
- Полинка, - тормошу я.
- Не трогай меня, у
меня итак все кружится:
и потолок кружится, и
стены, когда глаза откры-
ваю…
- Поленька, что с то-
бой? Заболела? Смотри,
я тебе повидло привез.
- Не хочу, Вова…
Вижу я – плохо дело.
Выскочил на улицу к Зи-
наиде.
- Что с Полинкой?!
Та глаза опустила, за-
мялась:
- Не знаю, в школу не
ходит, от еды отказыва-
ется.
Как я ненавидел в тот
момент Зинаиду!
Медпункт был закрыт
– воскресенье. Я побе-
жал к фельдшерице до-
мой. И сейчас, несмотря
ни на что, очень ей бла-
годарен. Она нашла ма-
шину, и мы отвезли По-
линку в районную боль-
ницу. Санитарка на руках
отнесла ее в палату, а я
остался ждать врача. Ког-
да он вышел, я кинулся к
нему:
- Скажите, пожалуй-
ста, что с моей сестрой?
У нее рак, как и у нашей
мамы? – меня бил оз-
ноб, и я готов был вот-
вот расплакаться. А гово-
рят, что «мужчины» не
плачут. Неправда это.
Сколько раз мне прихо-
дилось в жизни не про-
сто плакать, а рыдать.
Врач улыбнулся, по-
трепал меня по коротко-
му чубу.
- Нет, Володя. У нее
сильное истощение, ави-
таминоз. Ей сейчас пи-
таться надо: фрукты, мо-
локо, мясо.
Я понурился. У меня
этого ничего не было.
Врач меня успокоил.
- Не переживай, в боль-
нице есть все необходи-
мое. Приезжай за сестрой
недельки через три. И
желательно больше не
допускать до такого.
Я набрался храбрости,
отодвинул в сторону гор-
дость и попросил:
- А помогите мне По-
линку в детдом устроить,
в тот же, где я. А то если
она опять там жить оста-
нется, то умрет.
И врач не отказал, по-
мог. Рассказал, какие не-
обходимы документы. Я
кинулся обивать пороги
различных контор и, бла-
годаря доктору, все сде-
лал беспрепятственно.
Стоял конец октября,
но было еще тепло и сол-
нечно. Полинка шагала
со мной: ножки – спич-
ки, ручки – ниточки, но
была веселой, чирикала
без умолку.
- Вова, как хорошо в
больнице! Там все такое
вкусное! И все люди меня
угощали. И одежки дали.
Я радовался, что мы
вместе. Но в одном дет-
доме мы побыли недолго.
Разлучили нас зимой. Но
мы не потеряли друг дру-
га, я снова ее навещал, как
мог поддерживал.
После школы я посту-
пил в Пухляковский
техникум. Там впервые
влюбился. Ее звали На-
денька. Круглолицая
девочка с тугими косич-
ками, отличница. Ни на
кого внимания не об-
ращала и на меня тоже.
Я оканчивал техни-
кум, Полинка – школу.
Я уговаривал ее тоже по-
ступать в техникум, да
она не согласилась. По-
шла с другими девчонка-
ми на завод. «Не хочу, -
говорит, - у тебя на шее
сидеть».
После окончания тех-
никума меня направили
на отработку в совхоз. Я
стал жить в казенной
квартире. Через полгода
купил мотоцикл. И не
давала мне покоя моя
любовь, Наденька. Од-
нажды, в воскресенье,
поехал я на своем мото-
цикле в Дубенцы, она там
была на практике. При-
ехал и попал на свадьбу.
Вывели Наденьку в фате,
в белом платье, усадили
в машину и увезли. Меня
она и не заметила. Рванул
я с места со всей дури,
гнал мотоцикл и плакал.
Кажется, колеса и земли
почти не касались. Но
надо было стерпеть и пе-
режить это. У меня же
есть Полинка.
А ей вскоре от завода
дали «гостинку». Я в ин-
ститут поступил заочно,
машиненку купил. Звал
сестренку к себе – не
пошла.
И как-то сговорились
мы с ней поехать к Зина-
иде. Мама просила не за-
бывать их, когда вырас-
тем. А мы и не забывали.
Разве такое забудешь?
Накупили мы гостин-
цев две полнехонькие
сумки и подкатили на ма-
шине. Полинка, как ку-
колка, нарядная, краси-
вая.
Зинаида сидела за сто-
лом, картошку чистила, и
муж ее тут же, рядом.
Тетка еще больше растол-
стела, постарела, волосы
седые вперемешку с ры-
жими, глаза ее больше
выцвели, белые какие-то
стали. Пряди волос из-под
платка выбились, нависли
на глаза. Глянула она на
Полинку и расплакалась.
Слезы по толстым щекам
размазывает:
- Поленька, моя доро-
гая. Как же ты догадалась
нас, стариков, проведать?
Я уж думала, забыла меня
совсем.
- Я, тетя Зина, ничего
не забыла. Вот гостинцы
вам привезла. Да и раз-
говор есть. Это я по по-
воду своей части наслед-
ства.
Зинаида смотрела на
мужа, что скажет он.
- Какого наследства?
– набычился Михаил.
- Как же, - объяснила
Полинка, - у нас же фли-
гель был, когда мы с ма-
мой жили, корова, куры…
- Чего? А пили-ели у
нас на что?! – в один
голос воскликнули они.
- В любом случае, - не
унималась Полинка, - я
имею право на наслед-
ство, как ближайшая род-
ственница, а вы, дядя
Миша, всего лишь сожи-
тель. Я узнавала.
«Ого, - подумал я, - вот
тебе и Полинка». О моей
части речь вообще не
шла. Да я бы сам с радо-
стью отдал бы ее Полин-
ке.
- А ты кто? – послы-
шалось с кровати.
Только тут я увидел,
что на кровати под лос-
кутным, донельзя замыз-
ганным одеялом, под ко-
торым когда-то умирала
Полинка, кто-то лежит.
Парняга примерно моих
лет. Он сел на кровати,
уперся кулаками в мат-
рас, нашарил ногами
стоптанные тапочки и ус-
тавился на нас красными
сонными глазами.
- Ты кто? Како-тако
наследство? Тута один
наследник – я! Батя мой
теперя законный ейный
муж,– и он махнул лох-
матой черной головой на
Зинаиду. - А я евойный
сын.
Вот и все дела. Рыжие-
бесстыжие…
У Полинки на глазах
выступили слезы. Она
зло смотрела на всех по
очереди.
- Тетя Зина, я кольцо
мамино вам на хранение
отдавала, верни мне его.
Зинаида хныкала,
сморкалась в фартук.
- Поля, вот оно, - и
показала толстый палец.
– Снять не могу. И ке-
росином пробовала, и
мылом – не получается.
- Уж у меня получит-
ся, - гоготнул парень с
кровати. – Я сыму, я вер-
ный способ знаю.
Я взял Полинку за
руку.
- Пошли, пошли, По-
линка, - сказал, обраща-
ясь к сестре.
- Вот-вот, идите отсе-
дова, здеся своих хвата-
ет наследников, - кто-то
проговорил вслед.
Мы с Полинкой напра-
вились к двери.
- Полинка! Забери
меня отседова! Богом
прошу, забери меня к
себе, - Зинаида заголоси-
ла громко и протяжно.
Я приостановился, но
Полина решительно дер-
нула меня за рукав, мол,
пошли.
У меня горький осадок
остался от этого визита.
В машине Полинка пла-
кала злыми слезами. Я
утешал ее, как мог.
- Да, Вова, знаешь как
жалко! Все бы мое было,
кабы они не расписались.
Меня опять кольнуло.
Я в счет не шел. И мне
почему-то ничего не
было жалко. Пусть жи-
вут и здравствуют. Мы и
без них проживем.
Я часто бывал у По-
линки, выкраивал сво-
бодный часик и бежал к
ней. Не заболела ли? Не
голодная ли? И однажды
застал у нее светленько-
го невысокого паренька.
- Это Леня, - предста-
вила его Полинка.
Леня так Леня. Тем
более, что Полинка при-
зналась, что у них лю-
бовь. Я только порадовал-
ся. Пусть женятся, хотя
рановато ей семьей обза-
водиться. Ну, раз решили
– совет да любовь.
Где-то через месяц у
нее уже был чернявень-
кий Коля.
- Так получилось,
Вова. Мы с Леней харак-
терами не сошлись. А с
Колей у нас любовь, -
объяснила Полинка.
Что же, всякое быва-
ет, все ошибаются.
А однажды я застал у
нее ни кого-нибудь, а сво-
его друга Семена. Тут
меня взбесило.
- Полинка! Что это
значит? Он ведь женат!
- Знаю! И жену знаю,
у нас на заводе работает.
Передовик труда. На дос-
ке Почета висит. И сама…
Как доска… ха-ха-ха.
Тогда я стал совестить
Семена:
- Как ты можешь?
- А ты мне не указ! –
гоготнул Семен. – Вот
когда будет у тебя своя
жена, вот тогда и блюди
ей свою верность.
- Да! И женюсь, и ве-
рен буду! И вот тогда…
- Ты? Женишься? Да
кому ты нужен, Квази-
модо? – подала свой го-
лос Полинка.
Я хлопнул дверью и
ушел. В ушах все звене-
ло это обидное слово.
И вдруг вспомнилось
– «рыжие-бесстыжие».
Так сказал тот парень,
наследник с грязной кро-
вати.
- Рыжие-бесстыжие…
- А вы это правильно
подметили.
- Что?
Оказывается, я уже
вышел из подъезда в ноч-
ной мелкий дождь. У
подъезда стояла девушка
в клеенчатой косынке,
грустная такая.
- Что я подметил? –
хотел уточнить я.
- Ну, это, про рыжих…
Наверное, я это вслух
сказал.
- А ты чего тут мок-
нешь?
Она замялась, вижу
отвечать не хочет. Я при-
смотрелся – это же Вера,
Семенова жена, та, что с
доски Почета.
- А-а-а… понял. Не ходи
туда, Вера. Не стоят они
этого. Садись в машину,
отвезу тебя.
И прожили мы с Верой
долгую спокойную
жизнь. И я был ей верен.
Сын у нас, внуки. С По-
линкой два раза в год ви-
димся, а то и вовсе пере-
званиваемся, с днем рож-
дения друг друга по-
здравляем. Я еще один
институт окончил. А те-
перь уж и старость не за
горами. Все хорошо, все
ладно.
Только иногда (очень
редко) возьму я из альбо-
ма большую фотогра-
фию. На ней весь наш
курс техникума. Надену
очки и долго смотрю в
светлые Наденькины гла-
за, глажу пальцем пуши-
стые волосы, круглые
щеки и улыбающиеся
губы. И маленькая, задор-
ная щелочка между пе-
редними зубами. Любовь
моя, ты, как яркий неуло-
вимый солнечный зай-
чик, – мелькнет и нет
его…
Л. МЕДВЕДЕВА.Л. МЕДВЕДЕВА.
Л. МЕДВЕДЕВА.Л. МЕДВЕДЕВА.
Л. МЕДВЕДЕВА.
г.Константиновск.г.Константиновск.
г.Константиновск.г.Константиновск.
г.Константиновск.
Автор
noi-1966
noi-19661136   документов Отправить письмо
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
15
Размер файла
42 Кб
Теги
страница
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа