close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Искорка 2013 01

код для вставки
http://detmagazin.ucoz.ru/load/357
1
Орган
Санкт-Петербургского
отделения Союза
писателей России
Коля вприпрыжку бежал по
зимней улице. Всё сегодня радова-
ло его. И солнечное утро, и моро-
зец, и падающие снежинки. Прохо-
жих на улице было много – все
спешили за подарками, за угоще-
ньями к праздничному столу. Се-
годня сбывалась Колина мечта, он
должен был стать обладателем
компьютерного диска.
Казалось бы, диск – пустяковая
вещь. Но смотря какой диск! Этот
назывался «Бабочки мира». На нём
было собрано много-много красивых
фотографий бабочек и подробные
описания этих удивительных насеко-
мых. Коле казалось, что больше все-
го на свете он любил эти «порхаю-
щие цветы»: Адмирал, Махаон,
Капустница, Павлиний Глаз, Лимон-
ница, Крапивница, Невеста, Пестрян-
ка, Оранжевая, Репейница, Монарх…
Он читал, что «порхающий цветок»
можно приручить, и мечтал сделать
это на летних каникулах. Четыре дол-
гих месяца, с начала учебного года
он собирал деньги на этот диск. Вы
спросите, откуда у семилетнего маль-
чика брались деньги? Конечно, толь-
ко из выданных на обед. Мама даже
не догадывалась, что, уходя в школу,
Коля оставлял часть денег в жестя-
ной коробке из-под чая. Ему даже в
голову не приходило попросить родителей
купить этот диск, хотя родители не отка-
зали бы ему в этом. Но он сам должен
был накопить на свою мечту.
23
И ОДИН В ПОЛЕ ВОИН
Виктор КОКОСОВ
«Искорка» продолжает серию публикаций о юных защитни-
ках нашего города. Сегодня мы рассказываем о полном кавалере
Ордена Славы АЛЕКСЕЕ ПЕРМЯКОВЕ. В семнадцать лет он
ушёл на фронт. В составе частей Волховского фронта юный боец
участвовал в операции «Искра», закончившейся 18 января 1943
года прорывом блокады Ленинграда. Эта победа советских войск
помогла спасти жизни тысяч ленинградцев.
За бои под Лугой Алексей Пермяков получил первый Орден Сла-
вы. А к концу Великой Отечественной войны за свои подвиги он уже
был награждён Орденами Славы всех трёх степеней.
УРОКИ МУЖЕСТВА
Рядом что-то ухнуло, и Алексея сбило с ног, словно мешком с мукой кто-
то по голове ударил. Уцепившись руками за лафет «сорокопятки», он поднялся
и огляделся. Весь расчёт лежал вокруг пушки в неестественных позах. Чуть
впереди, раскинув руки, застыли на грязном снегу, забрызганном кровью, на-
ступавшие пехотинцы. У соседнего орудия тоже никого не было видно.
– Накрыли! – произнёс вслух Пермяков и не услышал своего голоса. В
ушах стоял непонятный звон.
«Значит, всех убило, а меня только контузило»,– понял младший сержант.
И, увидев приближающиеся фашистские танки, порадовался: «Не повезло фри-
цам, что в живых именно наводчик остался».
70-летию прорыва блокады Ленинграда посвящается
Коля время от времени трогал
карман с деньгами. Нет, он не мо-
жет их потерять! После такого дол-
гого ожидания!
– Мальчик, постой, – услышал
вдруг он и остановился. «Надо же,
так замечтался, что чуть не столк-
нулся с прохожим».
Высокий старик в старомод-
ном длинном пальто стоял перед
ним. Он был без шапки и снежинки
серебрили его и без того седые
волосы, бороду и усы.
– Мальчик, у меня к тебе одна
небольшая просьба, – вежливо об-
ратился к нему старик. – Дело в
том, что я люблю путешествовать.
Хожу и езжу по городам и сёлам, и
вот сейчас оказался в твоём го-
роде. Но я никак не могу вернуть-
ся домой. У меня совсем нет де-
нег. Мне срочно нужна помощь. Не
мог бы ты дать мне на билет, на
поезд? Я скоро верну долг. Ты ве-
ришь мне?
У Коли сжалось сердце. Мыс-
ли сумбуром заметались в голове:
«Старик, наверное, замёрз и голо-
ден. Конечно, ему надо домой... Но
диска тогда не видать... Он, похо-
же, не обманщик. А вдруг он забо-
леет?.. Но диск…»
– Дедушка, а вы попробуйте
занять у взрослых.
– Пробовал. Увы, взрослые
мне не верят. Они боятся, что я их
обману. Взрослых так часто обма-
нывали, что они разучились верить.
Немногие теперешние взрослые
сохранили веру в людей. Сегодня я
таких не встретил. Моя надежда на
детей, на тебя.
– Возьмите, дедушка, и идите
скорее на вокзал, а то вы простуди-
тесь, – протянул Коля все свои
деньги.
Он даже не подумал о том, сколь-
ко денег нужно было старику и как он
найдёт его, чтобы возвратить долг.
Коля погулял по улице, с завистью
глядя на витрины магазинов и ощупы-
вая пустой карман, и побрёл домой.
В квартире была гостья. Приехала
бабушка Аня из деревни. Она сидела за
столом с мамой и папой. Все пили чай, и
бабушка рассказывала деревенские ново-
сти. Увидев Колю, она прервала беседу и
обратилась к нему.
– Удивительная история произошла
сегодня. Подходит ко мне на вокзале Дед
Мороз. Он сам выбрал меня из толпы. Чуд-
ной такой старик, даёт мне подарок и про-
сит передать Коле. Я спрашиваю: «Какому
Коле?» – «Вашему внуку». – «Откуда вы
его знаете, почему вы передаёте ему пода-
рок?» А старик отвечает: «Вы не волнуй-
тесь, он всё поймёт». И ушёл. Странный
такой Дед Мороз.
– А как он выглядел, бабушка? –
удивлённо спросил внук.
– Обычно. Высокий, с белой боро-
дой. Ты хочешь его увидеть? Попросить
о чём-нибудь? Но ты опоздал, он сел на
Вологодский поезд и уехал в Великий
Устюг. Ведь там живёт Дед Мороз? Там
его дом? Он сказал, что обязательно дол-
жен быть в своём доме в Новый год,
когда пробьют куранты. Вот его пода-
рок тебе.
Бабушка достала из сумки и протя-
нула внуку коробку конфет, к которой
подарочной лентой был привязан…
диск!
– «Бабочки мира»! – обнимая бабуш-
ку, радостно прокричал Коля, увидев над-
пись на обложке.
45
Зарядив «сорокопятку» бронебойным, артиллерист тщательно прицелил-
ся, выстрелил. Танк с крестами вздрогнул и застыл на месте.
– Это немцам за моих ребят,– прошептал Алексей, – а сейчас получат и
за соседний расчёт, и за пехоту.
О том, что лично для него этот бой у деревни Городец Лужского района
может оказаться последним, младший сержант не думал. Только-только на-
чался февраль сорок четвёртого года. Алексей, участвовавший в составе
войск Волховского фронта и в прорыве, и в полном снятии блокады Ленингра-
да, знал, что немцев бить можно. А останешься в живых или нет — это уж
как тебе на роду написано.
Бронебойный снаряд для «сорокопятки» весил килограмма полтора, не
больше. И сама пушка с полтонны. Зарядить, развернуть, если надо, для быв-
шего рабочего леспромхоза, молодого здорового парня – не проблема. Да,
действительно, не повезло немцам, что в живых остался именно Пермяков.
Он заряжал, наводил, стрелял, снова заряжал… Одну за другой отразил
три танковые атаки, потеряв счёт и времени, и выпущенным снарядам. Бро-
небойных уже не осталось. Стрелял подкалиберными. При определённой сно-
ровке и этими танк подбить можно. Но и подкалиберных совсем немного. А
осколочными броню не пробьёшь… Тут, к счастью, подоспели свои.
Потом в братской могиле хоронили друзей-артиллеристов, с которыми
Алексей прорывал ленинградскую блокаду. В расчёте Пермякова появились
новые бойцы. А до него, отходившего от контузии в неравном бою, с трудом
дохоносились похвалы командиров: «Молодец! Вы временно оказались в ок-
ружении, но ты, оставшись один против танков и пехоты врага, выстоял!»
А он, получивший 28 февраля орден Славы 3-й степени, думал, что немцы
ещё не расплатились за смерть его товарищей. Им, проклятым, на погибель
остался цел Алексей Пермяков.
К тому же, долго к нему присматривавшийся старый солдат-однополча-
нин, воевавший, как говорил, «вторую германскую», как-то намекнул Алексею,
что и вправду не случайно он цел остался на этой земле.
Может, и отмолчался бы дед, да нравился ему этот крепкий деревенский
парень, вот и открыл ему тайное:
– Я так полагаю, Лёха, тебе Святой Трифон помог! Только не болтай об
этом никому. Опасно по нонешним временам.
– Это как же так, дяденька?
– А так. Ты неподалёку от Городца бой принял.
– Ну да!
– Ещё, говорят, при царе Фёдоре, сыне Грозного царя, здесь рядом Горо-
децкий монастырь устроили. А настоятелем его состоял архимандрит Трифон.
Тогда Литва да всякие немцы часто на Русь нападали. И вот как-то во время
службы враги подошли к церкви, в которой вёл службу архимандрит. Братия в
страхе убежала, а Трифон продолжал службу. Ну, и посекли его саблями езуиты
да фармазоны! Когда монахи вернулись, они сложили рассечённое тело, принес-
ли воды из ближайшего источника – и срослись члены! Только рубцы видны
остались. А Трифона церковь к лику святых причислила. А я так думаю, он и
помогает воинам.1
– Это почему?
– А гляди. Здесь неподалёку какие бои летом сорок первого были! Больше
месяца немцы протоптались, но взять Лугу так и не смогли. Да и у самого
Городца гансам накидали по полной! Даже дивизия их эсэсов, «Полицай» назы-
валась, о наших солдатушек зубы обломала. Это уж потом наши командиры
сами войска отвели. Я так считаю, без помощи Святого Трифона не обошлось!
– Дяденька, да какой-такой помощи!
– Незримым своим присутствием дух воинов укрепил! Сам врагов не уст-
рашился, и они такими же бесстрашными стали! Понял?
– Ага!
1 Сегодня на высоком городище прямо у трассы М-20 Санкт-Петербург–Псков возвы-
шается церковь Успения Пресвятой Богородицы. Мраморная рака с мощами преподобного
мученика Трифона находится рядом, в часовне во имя св. Георгия Победоносца. Часовня
поставлена на месте прежней церкви Успения Пресвятой Богородицы в конце 50-60-х гг. XX
века по проекту епархиального архитектора А.М. Казанского. Под ракою, на могиле подвиж-
ника имеется плита с высеченной надписью: «Боже премилосердный призри дух Священноар-
химандрита Трифона, пострадавшего во время нахождения Литовскаго. Сей камень воздвиг-
нут усердием И.О. 1812 год».
67
– Ага! – передразнил старый солдат. – Раз понял, так помалкивай. Может,
ты отмечен на подвиги. Так не осрамись! Вона у тебя на груди орден Славы.
Почитай, то же, что у нас в германскую Егорий! Ты теперь вроде как георгиев-
ский кавалер! На тебя другие солдаты должны равняться!
Вспоминая потом эту странную беседу, Алексей Пермяков перебирал в
памяти факты своей недлинной покуда биографии и ничего постыдного не нахо-
дил. Крестьянский сын из деревни Богородское, что в Увинском районе Удмур-
тии, он, окончив пятый класс, в тринадцать лет отправился на работу в леспром-
хоз. Сильный, смекалистый, справедливый парень вскоре был замечен
начальством и произведён в десятники, что означало немалое доверие. И он,
честно трудясь, его оправдал!
Когда началась война, все кто мог носить оружие, ушли на фронт. Но Пер-
мякову отказали:
– Двадцать четвёртый год – не призывной! К тому же ты 28 декабря родил-
ся! В общем, иди. Помнишь песню: «В Красной Армии штыки, чай, найдутся!»
Но Алексей оказался парнем упрямым. Как так?! Десятником в три-
надцать можно, а на фронт в шестнадцать – нет, и через год, в семнадцати-
летнем возрасте – добился-таки призыва в действующую армию. И очень
радовался тому факту, что скоро будет бить фашистов, о чём только и мечтал
целый год вынужденного отлучения от армии. Пермяков в ноябре 1942 оказал-
ся на Волховском фронте, в ставшем на всю войну родным, 1238 стрелковом
полку 372 стрелковой дивизии. На восемнадцатилетие судьба подготовила Алек-
сею неприятный «сюрприз». Во время боя с немецкими танками, южнее Ла-
дожского озера, наводчик «сорокопятки» младший сержант Пермяков получил
ранение в левую ногу. Но к началу знаменитой операции «Искра» по прорыву
ленинградской блокады он вновь был в строю и наступал со своим орудием в
боевых порядках полка, чтобы овладеть Рабочим посёлком № 8. И фашистский
гарнизон был оттуда выбит!
Уже летом полк Пермякова участвовал во Мгинской наступательной опе-
рации, о чём ему напоминала медаль «За отвагу». А совсем недавно – осво-
бождал с друзьями Новгород. И ему теперь идти дальше одному, а им – ле-
жать здесь, в братской могиле. И ничего не вернёшь назад и не переиграешь…
Что мог сделать Алексей Пермяков? Он наступал со своим полком, по-
сылая противнику снаряд за снарядом, мстил за друзей. Часто «сорокопятка»
наступала вместе с пехотой. Помня наказ старого солдата, погибшего, к сожа-
лению для Алексея, во время боёв под Выборгом (поговорить-то по душам
теперь было не с кем), Пермяков сам ничего не боялся и новых товарищей к
этому приучил. В конце января сорок пятого в бою за город Дейч-Эйлау (теперь
польская Илава) подбил два противотанковых орудия, заставил замолчать три
пулемётные точки. 7 февраля, почти что в годовщину боя под Городцом, полу-
чил орден Славы 2-й степени. А в конце марта, на окраине Данцига, Пермяков с
бойцами выкатил пушку в первые шеренги наступающих и почти в упор, пря-
мой наводкой расстрелял три пулемёта с расчётами, разбил прямыми попада-
ниями два вражеских орудия. Сунулись было фашисты в контратаку, тут и при-
годились осколочные снаряды…
Уже после Победы, которую он встретил на острове Рюген – легендарном
древнем славянском Буяне, 29 июня 1945 года, вышел Указ о награждении Алек-
сея Пермякова орденом Славы 1-й степени. Но самой дорогой для себя награ-
дой Пермяков считал 3-ю степень «Славы». Она напоминала о старых друзьях,
о страшном бое одной «сорокопятки» и одного артиллериста с наступающими
танками, в котором, вопреки всяким военным законам, победителем вышел
солдат. Вот пусть теперь говорят, что один в поле не воин! И деда с его расска-
зом о Святом Трифоне вспоминал, и верил, что не могло ему тогда что-то свы-
ше не помочь. Пусть у него в кармане гимнастёрки новенький партбилет (в
прошлом году приняли, как же – кавалер, командир орудийного расчёта!), но…
Впрочем, оставшийся таким же простым деревенским парнем, Алексей в вы-
сокие материи не углублялся, а всё больше мечтал о мирной жизни на Родине.
В 1947 году младшего лейтенанта Алексея Назаровича Пермякова демо-
билизовали. Он уехал в родную Удмуртию. Работал на разных предприятиях
республики: на стеклозаводе «Факел», в Игринском комбинате строительных
деталей и Игринском леспромхозе. Умер полный кавалер ордена «Славы»,
89
Александр
ГОСТОМЫСЛОВ
БРИЛЛИАНТ
«КОРОНА АФРИКИ»
ДЕТЕКТИВ
(Продолжение, начало в «Искорке» № 1, 2 2012 г.)
ГЛАВА V.
МЕРТВЫЙ ПЁС
НА ТРАССЕ
Проницательный читатель в этом
месте обязательно скажет – пёс,
даже с самым замечательным но-
сом, не может идти по следу челове-
ка, которого увезли в машине. Пусть
даже в машине с разбитым стеклом.
Сколько мы читали книжек про собак
ищеек, про пограничных собак – во
всех написано одинаково – как толь-
ко человек дошёл до трассы, как толь-
ко сел в машину, след его тут же об-
рывается. Во-первых – не остаётся
следов человека на асфальте. Во-вто-
рых, дым и вонь из выхлопных труб
на дороге так густы, что, как говорит-
ся, можно топор вешать. Где уж тут
уцелеть оставленному в воздухе едва
заметному, микроскопичному следу
человека, увезённого в машине.
Совершенно с вами согласен, ува-
жаемый проницательный читатель.
Но, к счастью для Сони, пёс Розенк-
ранц, хоть был умницей, ни одной из
этих книжек про ищеек не читал. И
даже не стал раздумывать, сможет ли
он догнать мощный современный
джип, похожий на слона. Пёс увидел, –
нехорошие, злые люди затащили Соню
в свою машину, и тут же кинулся в по-
гоню. Пёс был бойцом.
Могучий джип цвета мокрого ан-
трацита, выбрасывая из-под колёс
снег с песком, с места взял хорошую
скорость. И понёсся в густом потоке
других машин.
Ещё спускаясь с пригорка, на ко-
тором расположено Красненькое
кладбище, острый на глаз Розенкранц
приметил, как отчаянно Соня билась
с тремя мужчинами, как грубо её
схватили и затолкали в машину. На
бегу проследил – в каком направле-
нии пошла машина, куда завернула.
Рванувшись с места, пёс тоже сразу
пошел в галоп. И хотя приметная
машина уже скрылась из глаз, но уп-
рямо бежал, не снижая темпа. Около
светофора снова увидел джип цвета
мокрого антрацита. На заднем сиде-
нье сидели двое рослых мужчин, меж-
кавалер ордена Отечественной войны 1-й степени и двух медалей «За отвагу»
Алексей Назарович Пермяков в феврале 1990 года.
Подвиги его не забыты. Накануне празднования Дня Победы было приня-
то решение увековечить память уроженца Увинского района Удмуртии, полного
кавалера Ордена Славы Алексея Назаровича Пермякова и оформить побра-
тимство с территориями в Ленинградской области, Эстонии и Польши, в осво-
бождении которых он участвовал.
После войны Алексей Назарович трудился главным энергетиком в одном
из леспромхозов в поселке Игра Удмуртии... Электросетевики Игринского и
Увинского РЭС намерены ходатайствовать о присвоении имени А.Н. Пермяко-
ва одной из школ Увинского района.
Значит, жива память о подвиге героя битвы за Ленинград!НАША СПРАВКА.
ОРДЕН СЛАВЫ – военный орден СССР,
учреждён Указом Президиума Верховного
Совета СССР от 8 ноября 1943 года. На-
граждаются лица рядового и сержантско-
го состава Красной Армии, а в авиации и
лица, имеющие звание младшего лейтенан-
та. Вручался только за личные заслуги, во-
инские части и соединения им не награжда-
лись.
Орден Славы по своему статуту и цве-
ту ленты полностью повторял одну из са-
мых почитаемых в дореволюционной России
наград – Георгиевский крест.
Орден Славы имеет три степени, из ко-
торых высшая I степень – золотая, а II и III –
серебряные (у II степени был позолочен цен-
тральный медальон). Эти знаки отличия вы-
давались только за личные подвиги на поле
боя, в порядке строгой последовательнос-
ти – от низшей степени к высшей.
В годы Великой Отечественной войны
было вручено около миллиона знаков Ордена
Славы III степени, более 46 тысяч – II степени и 2631 – I степени.
Всего же полных кавалеров ордена Славы, по более поздним и уточнён-
ным данным, насчитывается 2656 человек, среди них – четыре женщины.
Насколько почётна эта воинская награда, понятно хотя бы потому, что
даже Героев Советского Союза, участников Великой Отечественной вой-
ны было 11 657 человек, т. е. в четыре с лишним разе больше, чем полных
кавалеров Ордена Славы.
1011
ду ними молодая девушка, его хо-
зяйка Соня с поникшей от горя голо-
вой. У машины, действительно, было
разбито стекло на задней правой
дверце.
Запахи людских тел через него
вырывались наружу. Но тут же заг-
лушались жуткой вонью сгоревшего
бензина, что мощно выбрасывали
выхлопные трубы машин.
Пёс не стал подбегать близко и
прыгать вокруг машины. Хорошо по-
нимал, джип, с шипами на колёсах,
передвигается гораздо быстрее соба-
ки, пусть даже тренированной и вы-
носливой. А грабители, увидев пого-
ню, начнут на большой скорости
петлять по переулкам и быстро исчез-
нут, скроются с глаз. Опытных бан-
дитов, как страшного зверя, можно
осилить только хитростью и упор-
ством.
В виду светофора, пёс прилёг на
асфальт, сделал передышку, чтобы
бьющееся о рёбра сердце могло не-
много успокоиться. Кот спрыгнул с
его загривка, шершавым языком про-
мыл приятелю глаза от ошмётков
снега, набрызганных машинами.
Считается, собаки плохо разли-
чают цвета, не могут отличить крас-
ный глаз светофора от зелёного. Не
станем спорить.
Но когда лавина машин с рёвом дви-
нулась с места, пёс тоже поднялся.
Передышка освежила его.
Прогон до следующего светофо-
ра оказался весьма большим, и соба-
ка безнадёжно отстала. Тут бы и за-
кончиться погоне. Пёс приуныл,
невольно сбросил скорость, бежал ры-
сью, чтобы только не стоять на мес-
те. Но, к счастью для Розенкранца, а
пёс верил в своё счастье, в свою звез-
ду, у светофора произошла авария –
молодой лихач крепко зацепил бампер
машины пожилого джентльмена, они
оба вышли из машин, каждый об-
стоятельно выложил другому, что ду-
мает о его манере езды.
Перед перекрёстком образова-
лась солидная пробка. Увидев хвост
пробки, пёс понял, ещё не всё пропа-
ло. Тенью проскользнул вдоль разно-
цветной вереницы, высматривая
«свою» машину. А отыскав, увидел,
Соня сидела по-прежнему на заднем
сиденье, но уже закрыв лицо руками.
В позе скорби и печали. А грабители
весело переговаривались, радуясь
бандитской удаче.
Как Розенкранц, со своим поло-
сатым седоком на загривке, уцелел в
густом потоке машин, как не погиб,
решительно нарушая правила
уличного движения, описать
невозможно. Пёс преодолел
три большие пробки, что
дало ему значительный
выигрыш во времени, и
чуть было не догнал
похитителей при выез-
де из города.
Кот Шлагбаум уви-
дел Соню. И заорал во
всю глотку:
– Мя-уа-уа-уа! –
Что означало: мы уже
здесь, держись, девочка!
Идём к тебе на помощь!
Мужчина, который сидел у
разбитого окна, обеспокоенно
завертел головой, вынул
из кармана пистолет, дер-
жал его наготове.
Горяченькое могло
начаться дело. И как раз
на светофоре зажёгся
красный свет.
Но машина с грабите-
лями резко вывернула из
своего ряда, помчалась
прямо на ревущий попе-
речный поток. Раздался
визг тормозов, звон стол-
кнувшихся машин. Лиха-
чи-грабители, хоть и помя-
ли бампер, им было вовсе не жалко
ворованную машину, всё же сумели
проскочить, помчались дальше.
Началось Мурманское шоссе.
Джип с разбитым стеклом и по-
мятым бампером вырвался из горо-
да, дал большую скорость и исчез в
снежной круговерти.
В каждом современном моторе
спрятаны целые табуны лошадиных
сил, скорость машины развивают ог-
ромную и проехать могут без оста-
новки сотни километров. Никакая,
даже самая быстрая собака с маши-
ной сравниться не может. Розенканц
прекрасно это знал. И всё же решил
бежать до конца. Пока в груди бьёт-
ся его собачье сердце.
По шоссе бесконечной чередой в
два, а порой и три ряда, шли легковые
машины, грузовики, автобусы. С гроз-
ным рёвом неслись большегрузые
монстры, с огромными контейнера-
ми и прицепами, на которых работа-
ли особые люди, короли трасс – даль-
нобойщики. Рядом с их высоченными
колёсами пёс казался щенком. Когда
машины-гиганты шли на обгон, пёс,
чтобы чтобы остаться живым, шара-
хался на обочину, подальше от зве-
нящих как бубны колёс.
Он не мог, как ни старался, уло-
вить запах машины с разбитым
стеклом. В этом вонючем облаке, вы-
рывающемся из выхлопных труб, в гу-
стых облаках сгоревшего бензина,
чуткий нос отказывался работать, а
лёгкие забивались грязной пылью. Но
он всё бежал и бежал… И теперь на-
деялся только на чудо. Полагал, если
джип с битыми стеклом свернёт на
просёлочную дорогу, он сумеет уло-
вить нужный запах, и вновь возьмёт
след.
Дальнобойщики во время движе-
ния всегда держат включёнными ра-
ции, чтобы не чувствовать себя в оди-
ночестве, знать, что творится на
трассе, а если потребуется – позвать
на помощь товарищей. Или самим
вовремя прийти им на выручку. Пото-
му что без взаимовыручки на трассе
работать невозможно. Машины сби-
ваются в группы, так ехать надёжней
и веселей. Один из этих дальнобой-
щиков удивлённо на всю мурманскую
трассу объявил по рации:
– Что такое? Никогда ничего по-
добного не видел. Рыже-белый пёс
породы русская борзая бежит, мчит-
ся полным ходом вдоль трассы. Да
не просто бежит – несёт на себе се-
дока – полосатого кота!
Кто-то громко, недоверчиво хи-
хикнул, словно шутку услышал. Но ос-
тальные отнеслись к сообщению
1213
серьёзно, во время движения на трас-
се врать не принято. Потому что ра-
бота трудная, опасная, шутников тут
не терпят.
Через минуту другой голос под-
твердил:
– И я вижу псину. Видно, из са-
мого Питера бежит, уже устал, спо-
тыкается.
Третий голос, хриплый, пожилой,
добавил:
– Мы от города отъехали уже
больше сотни километров. Для соба-
ки много. Куда же это он стремится с
таким упорством?
После обсуждения, сообща во-
дители решили, пёс ищет хозяина.
Мчаться в такую даль, да ещё с ко-
том на спине – тут что-то не просто.
Некий добряк хотел пригласить бе-
гуна в кабину, но пёс решительно от-
казался.
Кто-то из тех, кто поопытнее, за-
метил, как пёс обнюхивает съезды с
трассы, предположил:
– Пёс не простой. Он кого-то
ищет из тех, кто мог свернуть с трас-
сы в деревню или в лес. Может, беда
с кем стряслась, а верный пёс спе-
шит на выручку?
Дальнобойщики пса одобрили. Не
часто такого преданного и умного пса
в жизни встретишь.
Вскоре из рации послышался
встревоженный голос:
– Пёс свернул на малозаметную
дорогу в глухой лес. На хутор Воро-
ний. Свернул и – упал. Похоже – умер.
Ещё бы – больше сотни километров
за одну ходку сделал, бедняга.
Через некоторое время один из
тех, кто уехал далеко вперёд, спросил:
– Ребята, кто видит, что с нашим
псом?
Новый голос ответил:
– Пёс лежит, не шевелится.
Столько без передыха отмахать –
сердце не выдержало – умер. Точно,
и говорить не о чем. А кот к трассе
вышел, на задние лапы встаёт, прямо
в душу смотрит, чего-то сказать хо-
чет.
– Эх, жалко пса, не отыскал хо-
зяев. Теперь его вороны расклюют.
– Мужики, кот есть просит! Из
тех, кто на подходе к местечку хутор
Вороний, может, кто сумеет кота по-
кормить? Оторвите от сердца, а?
Шесть с половиной минут тяну-
лось никем не прерываемое молча-
ние, потом молодой голос ответил:
– Меня этот упрямый пёс с ко-
том на загривке за живое задел, я тоже
собачник, охотник, у меня сибирская
лайка.
Водитель не поленился, остановил
машину. Порезал мяса, свежатинки с
рынка, дочке на свадьбу вёз. Поло-
жил перед собакой и котом, кот упле-
тал за обе щёки, а пёс не двигался.
– Пёс не шевелится, глаза зак-
рыты, но тёплый, – сообщил коллегам.
Снова трасса помолчала. Минут
через пятнадцать новый голос:
– Это у него от усталости, го-
лодный обморок. Вижу, собака под-
няла голову, ест лёжа. Во, выносливое
животное! Вижу – поднялась соба-
ка, понюхала воздух. Похоже, что-то
учуяла. Вместе с котом отправилась
по дороге вглубь леса.
– А следы на дороге какие есть
свежие? Посмотрите, кто там по-
ближе?
– Есть следы, машина боль-
шой проходимости прошла, джип,
наверное.
– Ой, мужики, что-то там слу-
чилось. Неспроста пёс бега устро-
ил. Жаль, не остановишься, не свер-
нешь, ничего не узнаёшь и не
поможешь. Всегда так в жизни бы-
вает – самое главное остаётся за
кадром. Глянешь одним глазком, и –
мчишься дальше, такая жизнь у
дальнобойщика, будь она благосло-
венна и неладна одновременно.
– Ничего – завтра в газетах на-
пишут, всё узнаем. А то и в книжке
какой-нибудь автор разрисует. Писа-
теля хлебом не корми, только расска-
жи историю позаковыристей.
ГЛАВА VI.
В ЧЁРНО-БЕЛОМ
ЛЕСУ
Мурманская трасса, живая, гро-
хочущая, осталась в стороне. Дорога,
на которую свернули пёс с котом,
была едва пробита в лесу, который на-
зывался Непроходимым, и вела в сто-
рожку лесника Егорыча. Мощный
джип с трудом прорезал свежие суг-
робы. Отойдя четырнадцать кило-
метров от трассы, джип свернул с до-
роги в сторону, где змеилась сильно
заросшая дорожка, от которой оста-
лась едва заметная тропа, полностью
занесённая снегом.
Профессор Нещадим не стал
выключать мотор, из машины не вы-
шел. Только буркнул:
– Поторопитесь, ребята. Время –
деньги. Нам нужно до света на трассу
обратно выбраться, чтобы не но-
чевать в лесу.
Блондин заправил брюки в ботин-
ки, начал пробивать путь в снегу. Соне,
желая подсластить пилюлю, дали ку-
лёк с леденцами, чтобы шла, не хны-
кала. Шустряк замыкал колонну. Лес
оправдывал своё название – по сто-
ронам стояли ёлки, осины, берёзы, оль-
ха, ива. Местами клубились густые
кусты орешника. Прошли больше
трёх километров, увидели – волчий
след пересёк тропу.
– Совсем свежий, – буркнул
Блондин, вытаскивая пистолет.
Решили – волк где-то неподалё-
ку, но чует запах оружия и пороха. По-
этому станет держаться поодаль.
Пройдя ещё метров триста, оста-
новились. Блондин убрал пистолет,
вынул нож, свалил три молодые бе-
рёзки, вырезал каждому длинную
прочную палку. Дальше двигался ос-
торожно, тыкая перед собой в землю
палкой. Вдруг палка ушла в снег на
всю длину.
– Ого! – охнул Блондин. – Чуть
не искупался.
1415
Соня ахнула – снег от палки стал
расходиться кругами! А в середине
заколыхалась чёрная противная
жижа, от которой пахло тухлым.
– Незамерзающее болото, –
крякнул Блондин.
– Большое? – вздрогнула Соня.
– Кто ж его знает? Километров
тридцать – сорок. А может, и все сто.
За ним следующее, ещё длиннее, да
глубже. Так до самого Тихвина и
дальше. – Усмехнулся, язвительно
добавил: – По географии следует изу-
чать в первую очередь не Шёлковый
путь из Китая в Европу через Азию,
не ледники Гренландии, где никогда
не побываешь, а пригородный питер-
ский лес, болота, Ладогу. Следует
знать места, в которых живёшь. Если
мы тебя сейчас отпустим, в какую
сторону отправишься, где Питер?
Компаса у Сони не было. Она
оглянулась – заснеженный чёрно-бе-
лый лес стоял вокруг совершенно оди-
наковый. Небо затянуто ровной глу-
хой пеленой, из которой сыпал и сыпал
снежок. По солнцу и часам можно
кое-как определить, где север, где юг.
Но где это солнце? Может, оно на
месяц спряталось за тучами? Соня
неуверенно показала рукой:
– Там город.
Грабители захохотали.
– Отправишься в этом направ-
лении, недели через три набредёшь
на какую-никакую глухую, заброшен-
ную деревушку. Если тебя волки не
съедят, если не утонешь в болоте или
не замерзнёшь в сугробе.
Соня ещё больше приуныла. Пра-
вы грабители – школьная программа
составлена так, что на уроках изуча-
ешь теорию. А практики никакой нет.
Вот и получается – городской школяр
попал в лес, обернулся вокруг себя и
уже не знает, куда идти? Не способен
распознать – что съедобно, что нет?
И дней через шесть может погибнуть
в пригородном лесу от голода, в кило-
метре от посёлка или собственной
дачи. Никто не учит нас любить лес,
понимать, уметь выживать в нём. А
по телевизору всё одно показывают –
сколько леса спилено, сколько эшело-
нов с кругляком отправлено за грани-
цу. Словно нам самим лес вовсе не ну-
жен.
Старательно ударяя перед собой
палкой, Блондин осторожно пошёл
вдоль края болота. Нащупал, что ис-
кал, обрадовался:
– Вот они, жерди!
– Тебя только за смертью посы-
лать, – проворчал Шустряк.
Вдвоём они выволокли из-под
снега две длиннющие жерди, кинули
через тухлую гладь болота, слегка
присыпанного снежком, на крошечный
островок, где росла тощая, чуть жи-
вая берёзка.
– Мост готов.
Шустряк зло посмотрел на Соню,
проворчал:
– Чего ради мы потащимся с
курёнком на остров? Давай бросим
её здесь в болото, и никто об этом
ничего не узнает. А мы, как белые
люди, посидим у костра да отправим-
ся обратно.
Но Блондин не согласился:
– Если не выполним приказ, про-
фессор всё равно догадается. И кому-
то крепко попадёт. Нет, уж давай
точно сделаем, как велено.
На этот раз вперёд двинулся лов-
кий Шустряк и вскоре оказался на
островке.
– Ваша очередь, сударыня, – ос-
клабился Блондин. – Минздраву без-
различна ваша судьба, но я, как джен-
тльмен, предупреждаю, в этом болоте
глубина не по колено, не по грудь, а с
ручками скроет – больше десяти мет-
ров. Плавать в жиже невозможно, если
вы даже чемпион по кролю – засосёт.
Так что постарайтесь не поскользнуть-
ся, не упасть с жёрдочки.
Кулёк с леденцами Соня сунула в
карман. Вспомнила, как Конкордий
Иннокентьевич, преподававший физ-
культуру, учил её ходить по бревну. Со-
средоточилась, ступила на жердь.
Снег, прилипший к дереву, хрустел под
ногами, коварные, скользкие жерди
прогибались, крутились, норовили
сбросить девушку. Один раз Соня со-
всем потеряла равновесие, изогну-
лась, как вопросительный знак. Пе-
ред самыми глазами заколебалась
жижа, в нос ударил резкий запах тух-
лого яйца.
– Ну, падай же, падай! – хрюк-
нул Шустряк.
– Выше голову, твёрже шаг! –
рявкнул Блондин.
Из невероятного положения де-
вушка всё же извернулась, так что
кончик носа намочила в гнию-
щей жиже, упёрлась концом
палки в островок, да тем и
спаслась.
Ещё четыре раза они про-
ходили по мосточкам из жер-
дей через страшную хлябь.
Один раз Шустряк поскольз-
нулся, зачерпнул ботинком во-
дички. Больше приключений не
случилось.
Место, к которому они по-
дошли, заброшенный скит. За-
сыпанный снегом, островерхий
домик с рухнувшим крестом,
когда-то прибитым к фронтону,
тын вокруг из вбитых в землю стол-
бов – защита от медведей и волков,которые в этих местах всегда води-
лись. Сараюшка с провалившейся
крышей, да небольшой огородик с ку-
стами смородины и крыжовника.
Ногами кое-как отгребли снег от
двери, которая держалась на одной ко-
жаной петле. Два небольших окошеч-
ка с кое-где сохранившимися стёкла-
ми пропускали немного света и
сколько угодно снега, он горкой лежал
на дощатом столе и широких лавках
с подгнившими ножками. Прогнув-
шийся потолок обещал в скором вре-
мени рухнуть. Украшение и гордость
скита – полуразрушенная печка. Око-
ло неё немного дров, береста и чугу-
нок. На шестке прикрытый дощеч-
кой глиняный горшочек, расписанный
глазурью, с сохранившимися ромаш-
ками по рыжему охристому полю,
оказался на треть наполнен гречей.
В Красном углу – тёмные лики
на деревянных досках – старинные,
намоленные иконы. Соня была крещё-
ная, но крестик не носила, держала
дома, в ящике письменного стола. Тут
впервые пожалела об этом. Молодая
девушка не умела молиться, а просто
попросила: «Господи, поддержи, дай
силы выстоять, не погибнуть здесь, в
старом скиту!»
1617
Блондин подошёл к печи:
– Головня на шестке – нечаян-
ный гость, – ухмыльнулся сам себе.
– Всё сходится!
Шустряк на печь, на иконы даже
не глянул. На полу отыскал медное,
позеленевшее от времени кольцо, под-
нял крышку люка, посветил фонари-
ком. Соня с ужасом увидела в сум-
рачной сырости скелет человека в
остатках истлевшей одежды, от ко-
торой сохранились пуговицы да пряж-
ка ремня.
– Смотри, вот что осталось от
упрямца, который однажды встал у
нас на пути. Профессор Нещадим ве-
лел посадить тебя в подвал, рядом с
этим несчастным. Привязать руку к
руке.
– И вы это сделаете? – покач-
нулась, не веря своим ушам, Соня.
– Но мы, – Блондин посмотрел
на приятеля, – тоже люди. У нас тоже,
наверное, где-то в дальних краях, мо-
гут быть дети, мальчики и девочки,
имён которых мы даже не ведаем. Не
будем о грустном. К тому же ты не
парень, а девочка, с тобой нам вое-
вать зазорно.
Блондин точно фокусник вынул
из-под полы свёрток:
– Мы оставля-
ем тебя в этом ски-
ту. Вот буханка
хлеба и две кон-
феты, всё, что у
нас осталось.
Ещё – маленькая
бутылочка с во-
дой. Тебе нуж-
но прожить здесь пять дней. Запом-
ни – пять. Можешь даже зарубки на
стене сделать, чтобы не ошибиться.
В подобных условиях память может
отказать. За это время мы окончим
свои дела в Петербурге, заляжем глу-
боко на дно в одном из городов Оте-
чества. В каком – тебе знать не обя-
зательно. Мы – патриоты, честным
трудом заработанные средства за ру-
беж не повезём.
– Я согласна, – торопливо кив-
нула Соня, которую терзал жуткий
страх. – Только на пять дней еды
мало.
– Станешь жевать кору с дере-
вьев и хвою, – взвизгнул Шустряк. –
Говорят, не очень вкусно, зато вита-
минов много, зубы здоровее станут от
простой пищи.
– Но ты зря обрадовалась, – за-
метил Блондин. – Чтобы не улепет-
нула отсюда раньше времени, мы при-
готовим тебе миленький сюрприз –
ха-ха-ха!
– Тропу через болото хотите пе-
рекрыть? Жерди утащите?.. Что же
мне здесь – до Нового года сидеть?
– Перед отъездом, если будет та-
кая возможность, мы позвоним
твоему дяде следователю Вертохво-
стову и скажем, где тебя искать.
– Какие же вы… – сдвинула
брови Соня.
– Не нужно было ввязываться
во взрослые игры, – цыкнул Шуст-
ряк. – Скажи спасибо судьбе. Пока
летит из Уганды Альфонс Ньянзи с
чемоданом денег, у нас имеется вре-
мя, чтобы устроить тебя с комфор-
том, на природе, на свежем воздухе.
– На прощание добрый совет, –
развёл руками Блондин. – Не просту-
дись тут. Не выходи за тын без рога-
тины, не то попадёшь на обед к вол-
кам, они тут всегда голодные, потому
что дичи в лесу мало. Ещё – может
встретиться медведь-шатун, это –
страшилище, не приведи бог, какое!
Проглотит человека с костями и не
подавится. Кстати, в подвале живёт
старая мудрая крыса по имени Юша.
Тебе единственный друг и враг одно-
временно. С ней не соскучишься.
Из кармана Сониной шубейки
Шустряк выхватил последнюю на-
дежду на спасение – телефон.
Тут зазвонила трубка Блондина,
он выслушал что-то грозное, отчего
лицо его вытянулось, улыбка пропала,
взгляд потух. Коротко, погасшим го-
лосом, ответил:
– Всё сделаем, как обещали, про-
фессор.
После этого грабители пошепта-
лись, и – словно прозрачная стена под-
нялась между ними и Соней. Ни сло-
ва не говоря, спустили девушку в
сырой подвал. Руки связали за спи-
ной прочной верёвкой, под мышку су-
нули руку скелета.
Лёжа на мёрзлой земле рядом со
скелетом, девушка вспомнила мрач-
ную шутку Коли в самом начале по-
иска: «Станешь известной, если оста-
нешься живой». Великий Боже,
неужели эта неудачная, чёрная шут-
ка оказалась мрачным пророче-
ством?
Грабители выбрались из подвала,
поели хлеба с салом, объёмистый па-
кет оказался припрятанным в карма-
не пальто у Шустряка. Так торопи-
лись, что один кусочек сала даже
упал в погреб. Соня заметила, в углу
тотчас зашевелилась ветошка, похо-
же – там гнездо крысы Юши. Боль-
шая серая крыса вылезла из тряпья
и тоже внимательно смотрела на ку-
сочек сала. Соня поняла – животное
примеривалось – удастся ли ей отнятьсало у сброшенного в подвал, со свя-
занными руками человека.
Крыса удивилась – как ловок ока-
зался человек! Извернулся всем те-
лом, и сало оказалось у него в руках,
связанных за спиной.
Грабители захлопнули люк, в
подполе стало темно. Судя по грохо-
ту, затащили на него сундук и ушли,
торопливо стуча ногами.
«Хороша я, хороша! – ругала себя
Соня. – И надо мне было ввязывать-
ся в поиск этого поганого бриллиан-
та! Ну – тёртый калач! Ну – стреля-
ный воробей! А на самом деле – лопух
вислоухий!»
Новый мир окружал городскую
девушку, глухое подземелье на неболь-
шом островке среди бескрайнего, не-
замерзающего, вонючего болота. От
земли исходила сырость и холод. Не-
привычен оказался запах сырой зем-
ли, – словно она живьём попала в
могилу. С большим трудом Соня из-
бавилась от просунутой под мышку
руки скелета. Так долго возилась, что
даже выронила из пальцев единствен-
ный кусочек сала. Слух обострился
необычайно, так что по шелесту зем-
ли девушка поняла – крыса бросилась
к ней, чтобы украсть сало. Тут Соня
почувствовала, что сама становится
похожа на зверя – с криком навали-
лась на животное, отняла кусок.
Попривыкнув к темноте, девуш-
ка увидела – пол рассохся, сквозь
щели между плахами проникал свет.
1819
В подвале можно кое-что рассмот-
реть, а Юшу можно заметить по бле-
стящим бусинкам глаз.
Крыса следила – что станет де-
лать человек с лакомством? Съест
сразу, или побережёт? Спрячет про за-
пас? Тогда ночью его можно украсть.
По мнению Юши, которая жила в под-
вале скита уже давно, лакомство сле-
довало съесть немедленно, чтобы оно
прибавило силы и оставило по себе
добрую память.
Но человек в подвале оказался
странным. Крыса даже подошла по-
ближе, чтобы внимательно проследить
за его действиями. Тогда поняла, че-
ловек связан, руки держит за спиной, и
в таком положении не опасен. Для про-
верки Юша пробежала по ногам де-
вочки. Та громко вскрикнула, начала
лягаться, но не смогла вскочить, что-
бы дать отпор. Крыса осмелела, при-
близилась ещё на несколько шагов.
Старая Юша была удивлена и
разгневана. Человек ей в компанию
достался настолько глупый, что сало
не съел. И не спрятал, не зарыл в зем-
лю на чёрный день. Он всё сало втёр
в верёвку! В обыкновенную, скручен-
ную из льна, верёвку. Вот тупой! Ну,
разве так хранят божественный про-
дукт – сало? После этого человек лёг
на живот, положил на спину руки –
притворился мёртвым.
Крыса осмелела настолько, что
забралась человеку на спину! Он был
ещё тёплый, тепло шло из-под шубей-
ки, но не мог даже шевельнуться!
Юша поняла, лёжа на животе, чело-
век ей нисколько не опасен. Обнюха-
ла его пальцы, вымазанные салом.
Пальцы на себе хранили запах, от ко-
торого кружилась крысиная голова. У
бедняги потекли слюнки, один палец
казался вкуснее другого. Крыса лиз-
нула, потом куснула каждый палец,
выбирая – с какого начать? И даже
повизгивала от радости и предвкуше-
ния пиршества.
– Старая дура! – простонала
сквозь слёзы Соня. – Всё сало в ве-
рёвку ушло, с неё начинай! – и, излов-
чившись, сильно щёлкнула охотницу за
салом по нежному носу.
Крепкий щелчок вразумил живот-
ное. Оказывается, связанный человек
вовсе не так уж и беззащитен, как
больно ударил по самому слабому
месту. Придётся пока от пальцев от-
казаться. Повременить. И острыми
зубами, которые у неё длиннее, чем у
кошки, крыса остервенело начала
рвать верёвку. Выгрызала кусочки
льна вместе с салом, торопливо уно-
сила к себе в гнездо. Это была запас-
ливая крыса, которая вскоре ожидала
потомство. А муж её, смелый крыс,
был пойман рысью, и теперь бедняге
самой приходилось заботиться о кор-
ме для себя и потомства, которое вот-
вот должно появиться на свет.
Время для Сони остановилось.
Она не могла сказать, как долго за-
пасливая Юша грызла просаленную
верёвку. Только вдруг дёрнула затёк-
шими руками, последняя прядь обо-
рвалась, верёвка беззвучно лопнула.
Соня с трудом села, растирая
руки, застывшие, почти потерявшие
чувствительность. Крыса вылезла из
гнезда, с удивлением уставилась на
умершего человека, который ни с
того, ни с сего ожил, сел, шевелит
руками и держит в них опасное ору-
жие – верёвку. Теперь Юша не по-
смела приблизиться к человеку, лишь
внимательно наблюдала – не станет
ли оживший человек охотиться на неё,
чтобы съесть? И была готова усколь-
знуть в глубокую нору, которую счи-
тала безопасной, спасшей её от ког-
тей ловкой рыси.
Через несколько минут удивление
крысы ещё больше возросло, человек,
вместо того, чтобы начать охоту, вдруг
заговорил, да ещё торжественным
голосом, со слезой и высокими чув-
ствами:
– Многоуважаемая крыса! Вы
сама не знаете, что, перекусив верёв-
ку, освободили до смерти перепуган-
ного юного детектива! Ордена у меня
нет, поэтому вот вам верёвка с остат-
ками бандитского сала – живите и
плодитесь на радость будущим посе-
тителям этого жуткого подполья.
Не мешкая ни секунды, Юша
утащила брошенную верёвку к себе в
нору. И высунулась снова, поглядеть –
не перепадёт ли ещё чего-нибудь? Уви-
дела, как человек попытался припод-
нять крышку люка. Но сундук, поло-
женный сверху, оказался слишком
тяжёл. Согнувшись в три погибели,
чтобы не ударяться затылком о бал-
ки пола, Соня проползла на четверень-
ках по кругу, справа – налево, как и
положено при осмотре местности, ос-
матривая подполье, трогая бревно
за бревном, отыскивая выход. И при-
шла к печальному выводу – двери
наружу из подвала нет.
Но как же тогда поселенцы затас-
кивали картошку в подвал? Неужели
через комнату?
Крыса была полностью разоча-
рована в своём госте, даже испугана.
Человек вдруг грубо схватил её гнез-
до, слепленное старательно из тряпья,
вытряхнул крысу безжалостно на зем-
лю, стеганул тряпьём, с криком:
– Выручай ещё раз орденонос-
ный грызун! Покажи, где у тебя ход,
как ты выбираешься отсюда на све-
жий воздух?
Юша испугалась – человек в
ярости, наверное, хочет отобрать
верёвку с салом. В таком случае
поле боя лучше уступить. Она ко-
ротко, жалобно пискнула, попет-
ляла немного по подвалу, да зас-
кочила за перегородку из
колышков, где в далёкие годы
держали хозяева картошку,
выскочила наружу, побежала
прятаться за дом, где име-
лась запасная нора.
Измазавшись в земле, смешан-
ной с ветхими картофельными ко-
журками, проломив руками сгнившие
доски подвальной дверцы, Соня выб-
ралась наружу. Глаза пришлось при-
крыть ладошкой, чтобы не ослепнуть,
так сильно резанул свет по зрачкам.
Минут десять стояла, ничего не видя.
Затем стала подглядывать в щёлоч-
ку. Понемногу щёлочку раздвинула,
глаза привыкли к свету.
– И что дальше? – горько спро-
сила себя, ощущая телом, что в под-
вале было не в пример теплее. А здесь
морозище разошёлся во всю иванов-
скую. Так недолго в ледяной мону-
мент-скульптуру превратиться – «Де-
вушка без весла в лесу».
Соня стояла неподвижно, окаме-
нев, словно в шоке. В лесу – мёртвая
тишина, от которой звенело в ушах. И
не понять – она на самом деле услы-
шала, или начались звуковые галлю-
цинации – ей померещилось, как да-
леко за лесом хлопнули дверцы
машины, взвыл и растаял вдали гул
мотора?
Закрыла лицо ладонями, горько
заплакала, дрожа от холода, видя,
как слезинки замерзают прямо на
окоченевших пальцах. Тут только по
2021
настоящему поняла, не доживёт до
утра, замёрзнет. Не успев съесть пре-
вратившуюся в ледяную глыбу бухан-
ку хлеба. Ещё никогда ей не было так
страшно.
ГЛАВА VII.
ДАЛЬНОБОЙЩИКИ
Розенкранц, когда мчался по Мур-
манскому шоссе, не знал, что водите-
ли огромных машин, дальнобойщики,
ведут о нём разговор, следят за стран-
ной гонкой, не рассчитывал на по-
мощь. Пробежав сотню километров,
сильно устал. Бежал всё тише, на ходу
хватал снег. И кот уже измучился, лапы
тряслись, два раза срывался с ошей-
ника, падал на дорогу. Приходилось воз-
вращаться, подбирать беднягу. Кот
тоже жадно хватал снег.
Вскоре пёс зашатался. Перешёл
на шаг. Свернул на первую встречную
лесную дорогу, которая, как оказалось,
вела на хутор Вороний. С трудом ото-
шёл от мурманской трассы на деся-
ток метров, ноги подкосились, упал и
перестал шевелиться. Силы покинули
бойца. Пёс хорошо понимал – вскоре
мороз добьёт его, обессиленного, го-
лодного, недвижимого, – окончатель-
но. Пришла пора прощаться с белым
светом.
Кот испугался за приятеля, но ноги
тоже подвели – рухнул рядом, они ле-
жали, согревая друг друга.
Уже начались сумерки. По
трассе ни спереди, ни сзади
никакого жилья не видне-
лось. Оба понимали, – при-
дётся ночевать в сугробе,
да ещё на пустой желудок.
А это очень плохо, усталый
да голодный – на морозе
не жилец.
Пёс лежал, словно
мёртвый. А когда уда-
лось приоткрыть глаза,
увидел – вокруг ёлки, словно близ-
нецы стоят ива, ольха, осинник, кое-
где тощие, словно обгорелые спички,
берёзки. Значит, лес стоит на гнилой,
мокрой низине. В таком лесу надо
держать ухо востро, а то, неровен час,
искупаешься в болоте. И если ты не
снегирь, не питаешься дикой ряби-
ной, то еды не отыщешь. Рядом гу-
дели мощные моторы огромных гру-
зовиков, от этого гула некуда было
спрятаться. Даже в беспамятстве
чуткие уши пса продолжали рабо-
тать как локаторы, доставляя в мозг
информацию. Кот куда-то удалился.
И где его черти носят? Без него, од-
ному, не по себе, хорошо иметь на-
дёжного приятеля. Вместе и умирать
не страшно. Что он там чудит на до-
роге? Никак цирк устроил – стал на
задние лапы, танцует… О Святой лес,
посмотри на выжившего из ума кота!
Он не имеет сил пойти на охоту – по-
прошайничает – просит милостыню!
Прости его, Святой лес, ибо кот изму-
чен донельзя, до донышка, не понят-
но даже, как держится на ногах.
Вот с шипением остановилась на
трассе огромная машина, хлопнула
дверца, раздался морозный скрип сне-
га под ногами. Сквозь колючую све-
жесть воздуха ноздри защекотал бо-
жественный, ароматный запах свежего
мяса! О-о-о!!! Пёс сделал отчаянное
усилие над собой – не открывая глаза,
подвинулся по снегу. Аккуратно при-
нял мясо сахарными зубами, начал
кусать. Жевать и глотать. Жевать и
глотать... Для тех, кто не понимает,
– свежатинка на чистом, морозном
воздухе – царское наслаждение! Еда
попала во внутреннюю печку, зара-
ботал мощный молодой организм,
силы начали быстро возвращаться.
Только теперь пёс по настоящему по-
нял, как сильно устал.
Рядом жадно глотал кусочки
мяса недавний танцор – изобрета-
тельный Шлагбаум.
Снова заскрипел снег под тороп-
ливыми шагами, хлопнула дверца,
взвыл мотор, умчалась тяжёлая маши-
на. Низкий поклон вам, безымянный
водитель, охотник-любитель, собачник,
который вёз свежее мясо дочке на
свадьбу, и накормил умирающую от
усталости собаку на лесной дороге
около мурманской трассы.
Подкрепившись мясом, похватав
снегу вместо питья, пёс ожил, сумел
подняться на подгибающихся лапах.
Гул машины, рвущейся из леса,
услышали разом. Оба навострили
уши – помнили, что один из грабите-
лей имеет оружие. Оба хорошо зна-
ли, что это такое.
Пёс сделал неуверенный пры-
жок, упал за сугроб.
Кот двинулся следом, да застрял в
снежном море – ни туда, ни сюда. При-
шлось псу возвращаться, хватать бе-
долагу за шиворот, снова прятаться.
Оба прижались к сугробу за кустом
ивняка. Не отводили глаз от дороги.
Большущий, как слон, джип, цве-
та мокрого антрацита, с разбитым
правым задним окном, на шипован-
ных колёсах, с трудом плыл по засне-
женной дороге. Порой застревал, тог-
да Блондин и Шустряк вываливались
наружу, толкали машину сзади.
Девушки в машине не было!
Оба слышали, как машина доб-
ралась до шоссе, взвыв мотором, выб-
ралась на трассу. Набрала скорость
и растаяла, растворилась в бесконеч-
ном гуле трассы.
(Продолжение следует)
2223
Александр МЯСНИКОВ
«ЦАРСТВУЮЩИЙ ГРАД»
ИСТОРИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА – СЛАВА РОССИИ
(Продолжение, начало в «Искорке» № 1, 2 2012 г.)
ПАВЕЛ I ПЕТРОВИЧ, ИМПЕРАТОР-РЫЦАРЬ
О времени правления Павла
Петровича, конечно же, в первую
очередь напоминает Михайловский
замок. Хотя, в течение нескольких
лет правления императора-рыцаря,
город пополнился и другими здани-
ями и памятниками.
К моменту воцарения Павла I
в городе постоянно проживало 220
тысяч жителей, в том числе 25
тысяч иностранцев. Около 25 %
всего населения составляли воен-
нослужащие и их семьи.
По улицам было установлено
732 указательных столба с обозна-
чением их названий.
В городе насчитывалось 56
русских и 36 иностранных цехов;
числилось 77 купцов первой гиль-
дии, 82 – второй и 1479 – третьей гильдии.
Петербург освещали 3400 уличных масляных фонарей. Осветительный
сезон начинался 1 августа и заканчивался 22 апреля.
Мало, кто знает.
В годы правления Павла I было учреждено казначейство. От Ека-
терины II нелюбимому сыну досталось тяжёлое наследство: дефи-
цит бюджета и расстройство денежного обращения, порождённые
ОСЕНЬ
Пёстрым одеялом
выстланы дорожки.
Я встал сегодня рано,
чтоб погулять немножко.
Иду я по тропинке
и мну листву ногами.
На тёплые ботинки
я поменял сандалии.
КОНКУРС НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ «ВРЕМЕНА ГОДА»
ЗИМА
Нежной сахарной пудрой
засыпает снег долины.
Только есть его не нужно,
чтобы не было ангины.
ВЕСНА
Смотрю в окно, в окне темно,
Снежинки тихо кружатся.
А завтра утром всё равно
Снег превратится в лужицы.
ЛЕТО
Лето, солнце за окном,
Все пошли гулять бегом.
Дождик, дождик, не спеши,
Погулять нам разреши.
Рисунки Елены Алексеевой
День ото дня меняющиеся картины природы всегда вдохновляли поэти-
ческие натуры на создание прекрасных произведений. «Времена года» – так
называется и фортепианный концерт Чайковского, и скрипичные концерты
Вивальди, и оратория Гайдна. Множество прекрасных строк, великолепных
картин, посвящённых природе, создали и художники, писатели, поэты. Все,
конечно, знают и помнят и «очей очарованье», и «клён заледенелый», и «Грачи
прилетели», и «Лето Господне» и многое, многое другое.
Ученика 2 класса 65 школы Арсения МАКАРОВА красоты окружаю-
щего мира тоже не оставили равнодушным. Он сочинил свои «Времена года».
И не только он, многие мальчики и девочки пишут о природе. «Искорка» решила
поддержать его и других наших читателей и организовать конкурс с таким на-
званием. Победителям будут вручены грамоты Союза писателей России.
2425
безудержным печатанием ассигнаций. Павел I прекрасно понимал, что
«пустые» денежные знаки выпускать нельзя, а потому было решено пе-
рейти на стабильную монету – серебряный рубль. Император издал
манифест, устанавливавший вес и пробу серебряного рубля. Этот стан-
дарт будет действовать в стране более ста лет, вплоть до 1915 г.
В 1798 г. после захвата Наполеоном Бонапартом острова Мальта, Павел I
издал манифест о принятии Мальтийского ордена под своё покровительство.
С этого времени Санкт-Петербург стал не только столицей Российской импе-
рии, но также и столицей Мальтийского ордена.
Как у всякого рыцаря, у Павла I появился и свой замок. В 1797 г. на месте
снесённого Летнего дворца императрицы Елизаветы Петровны был заложен
Михайловский замок (Михайловским замок назван потому, что домовая цер-
ковь в нём была освящена во имя архангела Михаила). 1 февраля 1801 г.,
покинув Зимний дворец, император Павел I перебрался в свой замок. Извес-
тно, что Павел говорил: «На том месте, где родился, хочу и умереть». Он
родился в Летнем дворце Елизаветы, на месте которого и был поставлен
Михайловский замок.
Его слова оказались пророческими: император Павел I был убит в ночь с
11 на 12 марта 1801 года в Михайловском замке.
АЛЕКСАНДР I ПАВЛОВИЧ
Именно в годы правления импе-
ратора Александра I появился архи-
тектурный ансамбль, который ста-
ли коротко называть стрелкой
Васильевского острова. И называют
до сих пор.
Архитектурный ансамбль горо-
да с начала XIX в. пополнился мно-
гими замечательными постройками.
Среди них здание Смольного инсти-
тута, здание Екатерининского инсти-
тута, построенного на месте Италь-
янского дворца на Фонтанке, финская
лютеранская церковь Святой Марии
на Большой Конюшенной улице. 15
сентября 1811 г. был освящён Казан-
ский собор, построенный по проекту
архитектора Андрея Никифоровича
Воронихина. Главной святыней собо-
ра стала чудотворная икона Божией
Матери Казанской – покровительни-
цы Санкт-Петербурга, дома Романовых и русского воинства.
Казанский собор воспринимался современниками как памятник ратным
победам русского народа в Отечественной войне 1812 г., а потому неслучай-
но, что именно в нём был похоронен фельдмаршал М.И. Голенищев-Кутузов.
Мало, кто знает.
В Казанском соборе, впервые в мировой истории строительства,
архитектор Воронихин осуществил решетчатую конструкцию купола
пролетом в 17,1 м из ковкого железа и чугуна. Война, а затем последо-
вавшая смерть А.Н. Воронихина помешали до конца осуществить пер-
воначальный замысел – возвести вторую колоннаду, чтобы здание в плане
представляло латинский крест.
Отечественная война 1812 г. стала заметным рубежом в архитектурной
биографии Петербурга. На смену строгому классицизму пришёл величествен-
ный и торжественный ампир (от фр. empire – «империя»), стиль империи, или
поздний классицизм. Одной из особенностей ампира считается обязательная
градостроительная планировка.
На первое место среди зодчих выдвинулся гениальный Карл Иванович
Росси, сумевший объединить в гармоничные ансамбли постройки, созданные
его предшественниками. Его самыми выдающимися творениями считаются
ансамбли Дворцовой и Сенатской площадей. Украшением Северной столицы
стал ансамбль Александровской площади (ныне площадь имени драматурга
А. Островского) с Александринским театром и новым корпусом Публичной
библиотеки.
Творчество Росси явилось вершиной русского градостроительного искус-
ства. Именно тогда Петербург приобрёл «строгий, стройный вид», принёсший
ему славу одного из красивейших городов мира.
Михайловский дворец
Это творение Карла Росси было торжественно освящено 30 августа
1825 г. Журнал «Отечественные записки» отмечал: «По величию и красо-
те сия усадьба послужит украшением Петербургу, а по изящности внут-
ренней отделки дворца может считаться в числе лучших европейских двор-
цов... Что сказать о внутреннем убранстве сего дворца? Это роскошь
воображения, которую искусство умело, так сказать, разлить на все час-
ти всего здания». С конца XIX века в нём разместился Русский музей.
2627
Пожары – неизбежное зло в любом большом городе, а для Санкт-Петер-
бурга они всегда представляла не меньшую угрозу, чем наводнения. Потому
для петербуржцев знаменательным стал день 24 июня 1803 г., когда была
сформирована первая в России «правильно организованная» городская пожар-
ная команда, расположившаяся на Офицерской улице, 48. Население столицы
отныне освобождалось от несения пожарной повинности: выделения ночных
сторожей, содержания пожарных работников, освещения улиц. Вскоре на воо-
ружение петербургской пожарной охраны поступила первая в стране механи-
ческая 5-коленная пожарная лестница (высота выдвижения 17 м).
Пожарные каланчи
Высотные каланчи пожарных частей вписались в силуэт Петербурга
в первой трети XIX в. На них круглосуточно дежурили по два наблюда-
теля. Сигналы о возгорании в дневное время подавались специальными
флагами или шарами, а ночью – фонарями. Для каждой части города
количество шаров и фонарей было разным. Для борьбы с огнём стягива-
лись силы всех пожарных частей города, их действиями руководил
брандмайор, а в особо важных случаях — обер-полицмейстер.
С 1808 года петербургским домовладельцам категорически запретили
селить в своих домах лиц без паспортов или с просроченными паспортами. А
вскоре была открыта Контора адресов, которая занималась составлением
адресных книг, выдачей видов на жительство и другими вопросами, связан-
ными с проживанием в Петербурге. Она просуществовала до 1917 года.
К 1815 году в Петербурге насчитывалась 431 улица. Мраморные доски с
их названиями, которые со времён Екатерины II крепились на фасадах домов,
стали заменять жестяными.
В 1819 году в Петербурге появились пробные фонари газового освещения:
первые экземпляры были установлены на территории Аптекарского острова.
Главные фонари
Самыми главными петербургскими фонарями, пусть и сигнальными,
стали считать Ростральные колонны, воздвигнутые на стрелке Василь-
евского острова. По-
ставленные по сторонам
полукруглой площади,
они выделяли здание Бир-
жи как доминанту архи-
тектурного ансамбля,
созданного по проекту
Ж.-Ф. Тома де Томона.
Открытие Биржи со-
стоялось 27 июля 1816 г.,
торжества носили ха-
рактер национального
праздника. В здании на-
чал работать Биржевой
комитет, который просу-
ществовал до 1917 г.
Петербургский порт, располагавшийся на стрелке Васильевского остро-
ва, после создания в 1810 году замечательной гранитной набережной, стал
одним из самых посещаемых мест города. Со дня открытия навигации и до
её окончания именно сюда перемещался центр петербуржской жизни. Люди
приходили встречать корабли «с вином, устрицами, сельдями, плодами, буко-
вым деревом и прочим».
Кстати.
Биржу и стрелку Васильевского острова называли «страной ком-
мерции». А ещё «страной торговых оборотов, прибежищем иностран-
цев, негоциантов и спекулянтов». Во всём городе не было места более
людного и шумного, чем порт.
Как известно, одной из главных проблем России всегда были дороги. На
них, а также на состояние городских магистралей, было обращено присталь-
ное внимание императора. В ноябре 1816 года Александр I утвердил поста-
новление, согласно которому «по всем улицам, набережным и на площадях в
Санкт-Петербурге должны со временем учреждены быть тротуары». Вскоре
появились и знаменитые гранитные набережные города. Одновременно нача-
лось строительство нового шоссе Петербург — Москва.
Мало, кто знает.
В 1816 году, после постановления о тротуарах, на всех мощёных ули-
цах были впервые сделаны тротуары для пешеходов. А затем, впервые в
мировой практике в Петербурге при мощении улиц стали использовать-
ся плотно подогнанные друг к другу, спиленные поперечно шестигранные
шашки-торцы.
Первая треть XIX в. – время подъёма культурной жизни России, развития
науки, литературы и искусства. Так называемые, «литературные салоны» –
кружки единомышленников, собиравшихся в частных домах, прочно вошли в
быт просвещённых петербуржцев.
В 1821 году для содействия развитию изящных искусств в России и ока-
зания материальной помощи художникам было учреждено Общество поощ-
рения художников (с 1875 года Общество поощрения художеств; существова-
ло до 1929 года).
НИКОЛАЙ I ПАВЛОВИЧ
Вторая четверть XIX столетия, вре-
мя правления Николая Павловича, время
интенсивного строительства в городе: воз-
водились дворцы, мосты, целые архитек-
турные ансамбли. Особое влияние на ар-
хитектурный облик Петербурга оказал
изданный 6 ноября 1844 года указ «Об ог-
раничении постройки в Санкт-Петербурге
высоких зданий и надстроек этажей на су-
ществующих зданиях». Отныне высота
2829
дома, от земли до карниза, не должна превышать ширины улицы или переулка
напротив этого дома; в случае постройки дома на открытом месте его высо-
та ограничивалась 11 саженями (23,5 метра). Интересно, что Указ определял
и минимальную высоту домов: не ниже 5,5 аршин (4 метра). Установленные в
Указе правила соблюдались вплоть до самой революции: благодаря этому
центр Петербурга не был в начале ХХ в. застроен небоскрёбами.
Триумфальные ворота
Триумфальные ворота стали новым элементом архитектурного уб-
ранства города. 17 августа 1834 г. были открыты Нарвские триумфаль-
ные ворота – памятник победы русских войск в Отечественной войне
1812–1814 гг., сооружённые по проекту архитектора В.П. Стасова.
В 1838 г. на Московском шоссе у пересечения с Лиговским каналом
было завершено строительство Московских ворот. Перекрытие, увен-
чанное изваяниями воинских доспехов, покоится на 12 монументальных
колоннах. Это самое крупное в мире сооружение, собранное из чугун-
ных деталей.
Главным памятником войне 1812 года многие по праву считают Алексан-
дровскую колонну, торжественное открытие которой на Дворцовой площади
состоялось 30 августа 1834 года. Архитектор – Монферран. Уроженца Фран-
ции Монферрана в России называли Август Августович. Творивший на рубе-
же эпох, Монферран определил пути дальнейшего развития русской архитек-
туры – от классицизма к эклектике.
Александровская колонна
Один из признанных символов города – Александровская колонна
(пушкинский «Александрийский столп») уникальное сооружение. Мо-
нолитная колонна из тёмно-красного гранита, держится исключитель-
но благодаря своему весу – около 500 тонн.
Известно, что после установки колонны государь, обратившись
к архитектору, произнёс: «Монферран, вы себя обессмертили».
В 1847 году по улицам и площадям города были проложены первые регу-
лярные маршруты общественного транспорта — омнибуса (общественной
кареты). В Петербурге омнибус просуществовал до 1914 года.
Мало, кто знает.
На каждом маршруте омнибуса ходили кареты определённого цвета.
И эта традиция цветового определения маршрута сохранилась до наших
дней в огнях трамваев и в обозначении линий метрополитена на карте.
В 1841 году были учреждены Государственные сберегательные кассы.
Главное управление Государственными сберегательными кассами распола-
галось на набережной Фонтанки, 76. Деньги были нужны для решения одной
из главнейших проблем огромной империи — дорожной. Городские магистра-
ли в николаевскую эпоху также приняли более современный вид.
У Синего моста через Мойку было проведено пробное асфальтирование
проезжей части. Опыт оказался успешным; на следующий год были заас-
фальтированы тротуар и мостовая около Тучкова моста.
Железные дороги
30 октября, в субботу 1837 года состоялось торжественное от-
крытие первой в России пассажирской железной дороги. 22 мая 1838
году Царскосельская железная дорога была открыта на всём протяже-
нии от Петербурга до Павловска.
В городе, на Загородном проспекте, тогда же появился первый вок-
зал. На вокзале, чтобы скрасить время ожидания поезда, у станцион-
ных часов установили ручную шарманку, на которой исполнялись мод-
ные музыкальные пьесы.
18 августа 1851 года из Петербурга в Москву проследовал первый
царский поезд. Время в пути составило 21 час 45 минут. К открытию
3031
магистрали было завершено сооружение Николаевского (ныне Москов-
ского) вокзала по проекту Константина Андреевича Тона. Вокзал сыг-
рал важную роль в формировании архитектурного облика Знаменской
площади. Первым начальником вокзала стал инженер-капитан
Н.И. Миклухо-Маклай (отец путешественника Н.Н. Миклухо-Маклая).
После открытия первой железной дороги было проложено около 1 тысячи
километров железнодорожного пути. Было проведено свыше 2 тысяч кило-
метров электрического телеграфа — первая в России телеграфная линия свя-
зала Москву и Петербург.
Кстати.
1 марта 1839 года издан Указ о порядке исчисления вёрст по всем
дорогам страны. Постановлено «начальным пунктом исчисления вёрст...
принять в С.-Петербурге Адмиралтейство».
Введена «новая нумерация дом в Петербурге». Отныне нумерация
должна начинаться от центра города — Адмиралтейства. Чётные но-
мера шли по правой, а нечётные — по левой стороне улицы (сейчас чёт-
ные номера идут по левой стороне).
Преображалась главная городская магистраль — Невский проспект.
В 1841 году после капитальной реконструкции открыто движение по Аничкову
мосту. Через год на нём появились конные скульптуры работы Петра Карло-
вича Клодта. Четыре скульптурные группы, отражающие покорение юношей
дикого коня, стали символом Петербурга.
Рядом с Аничковым мостом, на углу Невского проспекта и Фонтанки был
возведён дворец Белосельских-Белозерских (архитектор А.И. Штакеншнейдер).
Пассаж
Мода на магазины-пассажи пришла из Европы. В 1848 году на
Невском проспекте в доме 48 открылся магазин «Пассаж», «устроенный
в новом и изящном вкусе». Здание было построено по проекту архитекто-
ра Рудольфа Желязевича.
Кроме 64 фешенебельных торговых помещений в «Пассаже» был
анатомический театр, кабинет восковых фигур. По воскресеньям играл
оркестр. Со стороны Итальянской улицы был построен большой кон-
цертный зал (ныне театр имени В.Ф. Комиссаржевской).
Город постоянно расширялся и в 1828 году к двенадцати частям прибави-
лась тринадцатая часть — Охтинская. Николай I утвердил перспективный план
строительства Петербурга, а затем положение о присоединении к столице «дач,
мест и островов, вокруг оной находящихся». В черту Петербурга включены
Елагин, Каменный, Крестовский, Гутуевский и Резвый острова, а также часть
Охты. В городе насчитывалось 2700 каменных и 5246 деревянных домов.
С 15 января 1838 года впервые в России в Петербурге началась доставка
подписчикам периодической печати. Чуть позднее у почтовых контор появи-
лись первые почтовые ящики (сколоченные из досок, обшитые железом, вык-
рашенные в синий цвет). На переднем скате, защищённом козырьком, был
изображён почтовый конверт с красной сургучной печатью.
21 ноября 1850 года открылся Благовещенский мост, первый металли-
ческий разводной мост через Неву. Мост построен по проекту воспитанника
Петербургского института корпуса инженеров путей сообщения капитана Ста-
нислава Валериановича Кербедза. Газеты писали: «Любимая прогулка те-
перь – Благовещенский мост, дивное ожерелье красавицы Невы, верх искус-
ства во всех отношениях!»
Здравоохранение горожан было одной из насущных проблем властей.
В 1834 году открылась Императорская Николаевская детская больница.
Это была первая в России и вторая в Европе детская больница. В 1841 году
на набережной реки Пряжки открылась первая в России мужская больница
для чернорабочих, а лазарет для чернорабочих, пострадавших от несчастных
случаев, был открыт на набережной Фонтанки, 132. На набережной реки Пряж-
ки вскоре открылась больница Святого Николая для душевнобольных.
Водоснабженние
Одной из главной составляющих проблемы здравоохранения было
снабжение чистой водой. На Исаакиевской площади была сооружена
первая городская водокачка — «водоливная машина», которая действо-
вала с помощью ручных насосов. Воду из водокачки отпускали за день-
ги: годовой билет стоил 7 рублей серебром. Вообще же, в городе дей-
ствовал 1321 колодец для тех, кто жил далеко от набережных.
Остальные горожане брали воду из Невы, рек и каналов.
Активно развивались наука и культура. В 1839 году на Пулковской горе
состоялось открытие Главной астрономической обсерватории императорской
Академии наук. Разрешено открытие частных школ. На набережной Фонтан-
ки обосновался Павловский институт благородных девиц, основано Училище
гражданских инженеров.
Учреждено императорское Училище Правоведения под покровительством
принца Петра Георгиевича Ольденбургского, племянника императора Николая I.
Кстати.
Именно студентов Училища Правоведения за цвет мундиров про-
звали «чижиками-пыжиками». Именно о студентах этого училища была
сочинена известная песенка:
Чижик-пыжик, где ты был?
На Фонтанке водку пил.
Выпил рюмку, выпил две —
Зашумело в голове.
(Продолжение следует)
3233
Татьяна ПОЦИПУНШКОЛЬНАЯ РЕФОРМАЕсли б был бы я министром
Всех начально-средних школ,
Я бы в школах очень быстро
Отменил оценку «кол».
К своему распоряженью
Приписал бы я слова,
Что ещё уничтоженью
Подлежит оценка «два».
А потом, подумав ночку,
От зари и до зари,
Я б велел без проволочек
Упразднить оценку «три».
Чтоб ученье – не в мученье,
Чтобы мам не огорчать,
Чтоб учиться с наслажденьем
На «четыре» и на «пять»!
Жила на берегу лесного озера
Лисичка. Под сосной, в песчаном при-
горке была у неё нора.
Ах, какой прекрасный вид откры-
вался с этой горушки!
И любил захаживать к ней в гос-
ти Петух из соседней деревни. Быва-
ло, сидят они рядком у норки на трав-
ке, озером любуются, смотрят, как
ветерок водичку волнует – слегка-
слегка осоку, кувшинки жёлтые и ли-
лии белые покачивает – лесных пта-
шек слушают и беседуют.
Да только болтали они вот так,
однажды, болтали, судачили, судачи-
ли, лесом, озером, кустиками-дерев-
цами, водорослями-цветочками лю-
бовались, да и повздорили.
И повод-то был пустячный. Речь
зашла о погоде.
– Никудышный, – предсказыва-
ет Петух, – завтра денёчек будет –
буря, ливень. Ты, Лиса, меня знаешь,
я зря болтать не стану. На зорьке
встаю, всех бужу, ненастье гребеш-
ком, бородкой и шпорами острыми
чую.
– Знать-то, я тебя знаю, – отве-
чает Лиса, – и давно. Да только я ведь
тоже не лыком шита. Тоже рано встаю,
на охоту хожу, тоже мастерица погоду
угадывать. Гребешка, бородки и шпор у
меня нет. Зато хвост пушистый. Вот он-
то мне и подсказывает, что вёдро будет
завтра – небо синее-синее, солнце яркое-
яркое, и облачков не предвидится вооб-
ще, ни единого.
– Да как это – не предвидится?
Да как же – ни единого? – даже воз-
мутился Петух. – Да ты глаза-то, Ры-
жая, протри. Видишь, облачко плывёт?
На коршуна похоже. Вот-вот солнце
закроет. А за ночь и всё небо тучи за-
волокут. Ничего твой хвост в предска-
заниях не смыслит. Наверное, он у тебя
линяет – облезлый и на помело похож.
Про помело Петух, конечно, пе-
реборщил. Для красного словца ввер-
нул – увлёкся. Хвост-то у Лисички
был на загляденье – огненный, пыш-
ный.
– Смыслит, смыслит, – обиде-
лась Лиса. – Он у меня ещё весной
отлинял. Да какое же это облачко –
коршун? Вот уж точно – у страха гла-
за велики. – Приставила она лапку
козырёчком ко лбу. – Уж очень ты,
Петя, коршунов боишься. А облачко,
всего лишь – птичка-невеличка. Даже
можно сказать – муха, комар. Вот-
вот растает. И вообще, что тебя мой
хвост так волнует? Ты лучше на себя
Юрий БУКОВСКИЙ
СКАЗКА
3435
оборотись. Не понимаю, как такие
сморщенные гребешок и бородёнка
предсказывать что-то могут? Про
шпоры, крючочки хилые, я уж и вооб-
ще молчу.
Насчёт гребешка и бородки Ли-
сичка тоже, конечно, палку-то пере-
гнула. Тоже для красного словца обид-
ные выражения выбрала. Они-то, как
раз, у Петуха налитые были, пунцо-
вые. А шпоры – крепки.
Слово за слово, наговорили при-
ятели друг другу глупостей. Обидел-
ся Петух, отправился, расстроенный,
восвояси. Огорчилась Лиса, залезла
в нору, обиженная, спать.
А денёчек назавтра выдался ни
то, ни сё, ни погожий, ни ясный, так –
серенький. Солнышко через облачка
высокие, перистые не проглядывало,
но и ветра с дождём тоже и в помине
не было.
И вот сидит Лиса у норы, на небо
поглядывает и размышляет – как бы
ей с Петухом помириться? Привыкла
она, что он к ней в гости захаживает,
и вместе они лесом, озером любуют-
ся, болтают о том, о сём.
Тут Заяц мимо скачет.
– Что, Рыжая, опечалилась? –
спрашивает.
– Да, вот, с Петухом повздори-
ла, – жалуется Лиса. – Голову ло-
маю, как теперь помириться. Дай,
Серый, совет.
– Ох, не знаю, что тебе и ска-
зать, – вздыхает Зайчишка. – У нас,
у косых, сама знаешь, душа заячья,
трусливая. Чуть ссора какая, сердце
сразу в пятки уходит. И мы сразу дёру
даём – только пятки и сверкают. Вот
что я тебе скажу: петух птица гроз-
ная, у него шпоры, клюв. Мой тебе
совет – беги скорей за тридевять зе-
мель, куда глаза глядят, пока он назад
не вернулся.
И ускакал Косой.
«Да что же мне этот Заяц такое на-
советовал? – думает Лиса. – Бежать –
куда глаза глядят? Вот сейчас я на
озеро смотрю. И что ж мне теперь –
по воде скакать? Так ведь не паучок
я, чай, не водомерка. Лисица Патри-
кеевна, как-никак».
Тут видит она, Ежиха по делам
своим срочным торопится.
– А ну, стой! – приказывает ей
Лиса. – Быстро говори, как мне с Пе-
тухом помириться? Он мой хвост по-
мелом обозвал.
– Ох, непростая задачка. Пуф,
пуф, пуф, – пыхтит Ежиха. – Не знаю,
что и придумать. У нас, у ёжиков, хво-
стов-то отродясь не бывало. Но вот
тебе мой наказ: увидишь этого заби-
яку, фыркай, ершись, иголками още-
тинься, а потом исхитрись и уколи
исподтишка. Пуф, пуф. Чтоб неповад-
но было! Чтоб знал в следующий раз,
как обзываться.
Скрылась Ежиха в ёлках – и след
простыл.
«Ну, пофыркать-то я ещё смогу, –
размышляет Лиса. – А чем же я
Петю-то уколю? Шипов у меня нет.
Если палочкой какой, или веткой, так
исподтишка не получится».
И тут видит она, из норки Мыш-
ка серенькая выглянула.
– Пи-у, пи-у! Уступи-у! – пропища-
ла и сразу обратно в норку нырнула.
Поняла Лиса, что Мышка её раз-
говор с Зайцем и с Ежихой подслуша-
ла и тоже решила свой совет дать.
«А может быть, это и выход, –
призадумалась Лиса. – Я бы сама ни-
когда до такого не додумалась! Надо
же! Пи-у, пи-у – уступи-у».
В это же время сидит Петух на
заборе, нахохлившись, по озеру лес-
ному, по пригорку песчаному, по Ли-
сичке скучает. Видит, Индюк под за-
бором бормочет, гусениц-личинок
выискивает.
– Индюк-индюк, подскажи, как
мне с Лисой помириться? – спраши-
вает его Петух. – Она мои шпоры
крючками хилыми назвала.
– Щипать, щипать и щипать! Бр-
р-р! – пробурчал Индюк, потряхивая
свисающими с носа и с подбородка
бородавками. – И побольнее! Лучше
с вывертом, до синяков. Больно, боль-
но, больно! Мы, индюки, только так и
поступаем. Бр-р-р!
«Ущипнуть-то проще простого, –
думает Петух. – Можно даже и с вы-
вертом попробовать. Да как бы хуже
не было. Испугается Лиса, убежит за
тридевять земель. Где ж я её потом
искать буду?»
Тут шествует мимо Баран.
– Что грустный? – у Петуха
справляется. – Бе-е!
– Да вот, с Лисой повздорил, –
жалуется Петух. – С прогнозом пого-
ды с моим, ни в какую, Рыжая не со-
глашается.
– Прав ты, или не прав, – втол-
ковывает ему Баран, – твёрдо стой на
своём. Ни с кем никогда не соглашай-
ся. Бодайся, упрись рогом! Бейся
лбом об эту Лисицу, как об новые во-
рота! Скрути её в бараний рог. Мы,
бараны, только так и поступаем.
«Стоять-то можно. Сумею, пожа-
луй, и твёрдо. Вот только на чём, на
своём? – посмотрел на небо Петух. –
Я предсказывал, что буря будет, ли-
вень. А где они? И в помине нет. По-
года, как назло – ни то, ни сё».
Тут Ласточка белогрудая перед
клювом его крыльями чиркнула и ще-
бечет на лету:
– Пи-у, пи-у! Уступи-у!Упорхнула птичка, только и видел
её Петух. Но сообразил он, что она
его разговоры слышала и решила свой
совет дать.
«Пи-у, пи-у – уступи-у? – удивил-
ся Петух. – Надо же! Я бы сам ни-
когда до такого не додумался. Ну да
ладно, попытаюсь, послушаю Ласточ-
ку, соглашусь с Лисой».
Отправился он к норе, подошёл
ближе.
– Ку-ка-ре-ку! – кричит. – Пи-у,
пи-у, уступаю! Ты права, Рыжая. Де-
нёк-то нынче пригожий выдался! Сол-
нечный! Ку-ка-ре-ку!
– Да нет же! Тяв-тяв! – возража-
ет Лиса. Она ведь тоже решила с ним
согласиться. – Это не я, а ты всё верно
предсказал, Петенька. Пи-у, пи-у, ус-
тупаю! Никудышная погодка-то нын-
че выдалась, облака. Того и гляди дож-
дик заморосит и гром грянет. Тяв-тяв!
Слово за слово, ещё пуще разру-
гались друзья.
– Нет, я пи-у, пи-у, уступаю! Я
первый сказал! – Петух шумит.
– А я, зато, ещё больше, чем ты,
пи-у, пи-у, уступить хочу! – настаива-
ет Лисичка.
3637
Чуть не подрались спорщики в за-
пале. И вот снова рысит Петух
восвояси, только шпоры сверкают.
«Ноги моей на этом пригорке боль-
ше не будет!» – на бегу сердится. А
над ним Ласточка вьётся. Приоста-
новился Петух.
– Что ты крутишься, крыльями
стрижёшь, – птичку стыдит, – стрем-
глав мчаться мешаешь? Послушал я
тебя, уступил Лисе. Ещё хуже из-за
этого ссора вышла!
– Уступать, значит не спорить,
не настаивать на своём. Пи-у, пи-у!
Уступи-у! – И скрылась пташка.
«Так вот, в чём дело, оказывает-
ся! – удивился Петух. – Выходит, я
неправильно мирился!»
Поворотил он обратно, к норе.
Увидела его Лисичка. «Ох, прав
был Заяц! – испугалась. – Надо было
за тридевять земель мчаться. Ох, зак-
люёт меня сердитый кочет! Опять
браниться бежит!»
Да тут Мышка мордочку из нор-
ки высунула:
– Уступить, это значит не спорить,
не ругаться. Пи-у, пи-у! Уступи-у!
Сказала и в домик юркнула. И
Петух уж тут как тут – нагрянул.
На этот раз помирились друзья,
по-настоящему.
Уселись, как раньше, рядком, при-
нялись беседовать. Лисичка про гри-
бы речь завела.
– Лисичек, – сулит, – этим ле-
том видимо-невидимо будет!
«Да откуда ж – видимо? Откуда
ж – невидимо? Коли сушь такая в
лесу! – собрался, было, поспорить Пе-
тух, да вовремя осёкся. – А вдруг, –
думает, – Рыжая хвостом своим ог-
ненным приближение дождичков гриб-
ных чует?» Стал он слушать внима-
тельно.
И ох, как занятно Лисичка о ли-
сичках рассказывала! Всё-то она о
них знала! И как грибницы растут, и
почему грибочки рыжие, и как семей-
ки их многодетные по мху, по травке
разбегаются. И отчего их гусеницы
не грызут. Петух заслушался!
Сидит, смотрит с пригорка и удив-
ляется: «А озеро-то опять красивым
сделалось! Когда ссорились, хуже
было!»
А Лисичка рассказывает и тоже
на кувшинки жёлтые и на лилии бело-
снежные любуется. И тоже у неё в
голове мысль радостная мелькает:
«Надо же, когда ругались, цветочков-
то я и не замечала! Всё кругом не-
взрачным казалось!»
С тех пор не ссорились больше
друзья. А всё потому, что как только
соберутся они ругаться, настаивать на
своём, так сразу Лисичке Мышка се-
ренькая, а Петуху Ласточка легкок-
рылая вспоминается. И совет их доб-
рый слышится: «Пи-у, пи-у! Уступи-у!»
Рисунки Елены Алексеевой
В выходной день собрался Юрка за грибами.
На пригородном автобусе номер девять доехал он
до речки Воронки и вошёл в лес.
«Мне бы белых найти, штук десять», — меч-
тал Юрка, но на взгорках и полянках было пусто.
С досады он стал сбивать мухоморы и незаметно
оказался в глухом, тёмном лесу. Мох на пнях по-
чему-то показывал на все стороны света, мура-
вейники исчезли, и определиться, где север, где
юг, оказалось трудно.
Юрка вспомнил советы отца, сел на замше-
лый пенёк и достал из лукошка бутерброд: «Ос-
мотрюсь, а там и решу, что делать».
Вдруг, будто из-под земли, старичок вырос —
косматая голова, седая, до пояса борода. Закри-
чал старик сердито:
— Зачем грибы давишь? Что лоси зимой ку-
шать будут? Вот задам берёзовой каши, будешь
знать, как без узды по лесу бегать!
У Юрки душа в пятки ушла.
– Т-т-так они ядовитые… Я н-н-не знал…
– Не знал! – передразнил старичок. – Ладно,
сменю гнев на милость. Угости хлебушком.
«Леший?» – тревожно подумал Юрка.
– Угадал, парень, лесовик я, Лукой зовут. Это
я тебя закружил. Да не дуйся, как мышь на крупу.
Я с тобой по-честному: отгадаешь загадки — от-
пущу и дорогу укажу. Согласен?
Юрка повеселел. Ещё посмотрим, кто кого!
– Согласен. А сколько их будет, загадок-то?
– Столько, сколько я их знаю, – прищурился
леший. – И для разгона первая загадка: «Горя не
знает, а слёзы проливает».
Юрка и призадумался.
– Не знаю. Наверное, это я слёзы лью, боль-
ше здесь плакать некому.
– Туча это, туча! – укоризненно покачал го-
ловой Лука и выдал следующую загадку:
Валерий АКСЕНОВ
3839
Юрка сосредоточился и чётко сказал:
– «Не зверь, не птица, а нос – как спица».
– Так, так, так, – сгрёб бороду леший. –
А где он живёт?
– Везде. И в лесу тоже.
Лука обернулся, надеясь на подсказку:
– А что ещё о нём известно?
– Так нечестно, – сказал Юрка. – Ну, ещё он
кусает. Больше ничего не скажу.
– В лесу живёт и кусает. Кто это может быть?
Оса? Нет. Постой… Не комар ли?
– Комар, – буркнул Юрка. – Так и я смог бы
угадать.
Леший радостно всплеснул руками и хрипло
пропел:
– «Ой, топни нога, не жалей сапога!» Моло-
дец! – хлопнул он Юрку по плечу. – Придётся тебя
отпустить и дорогу показать.
– Да я и сам найду. Смотри – солнышко по-
казалось. За спиной у меня юг, а прямо – север.
Пойду на север и выйду к остановке автобуса.
– Приходи в гости. Как зайдёшь в лес, позо-
ви: «Дядюшка леший, покажись не серым волком,
не чёрным вороном, не елью жаровою – покажись
таковым, каков я!» Запомнил?
Юрка подхватил лукошко и не успел сделать
и двух шагов, как увидел гриб, ядрёный, с корич-
невой шляпкой! Когда Юрка вышел на шоссе, лу-
кошко было полным. Одни белые!
– «Не конь, а бежит, не лес, а шумит».
– Тут и думать нечего – река!
Лука благосклонно усмехнулся:
– На козе тебя не объедешь! Ещё загадка:
«Без рук, без ног, а дерево гнёт».
– Проще простого: ветер!
– Ёлки зелёные, – сник леший, – нет у меня
больше загадок.
Юрка встрепенулся:
– Давай, я загадаю!
Лука возмущённо вздёрнул бороду:
– Порази меня гром! Самого лешего экзаме-
новать?! Впрочем, сделай милость. Нет такой за-
гадки, которой я бы не разгадал.
Рисунок автора
Из книги: Аксенов В.Р. Красный конёк с зелёным седлом. – СПб.: «Мозаика НК», 2010
4041
Рисунки Елены Ахматовой
Запросто от смеха.
На кого ни посмотри –
Был один, а стало три!
Вот считает что-то Жора, –
Вижу трёх!
Ха-ха! Хи-хи!
А Давыдов?
Ну, умора!
Поднимает три руки!
На кого ни посмотри –
Был один, а стало три!
Иванова!
Лопну скоро!
Целых три!
И шесть бантов!..
Три учительницы хором
Вдруг спросили:
«Ну, Петров,
Сколько яблок, говори,
На странице тридцать три?»
Я – за книгу.
Я – за счёты…
Поздно…
Вот не повезло!
Нет совсем желанья что-то
Двойку видеть сквозь стекло…
ШУТКА
Вася в школу
Принёс мышонка.
Хотел напугать он
Одну девчонку.
Мышонок быстро
Забегал по классу,
Собой напугал
Всех девчонок сразу.
Но Вася, конечно,
Совсем не хотел,
Чтоб Нина Сергеевна
Бросила мел,
Чтоб Нина Сергеевна
Влезла на стул:
Тут Вася и сам
Не на шутку струхнул!
РЮКЗАК
Собирала я рюкзак, –
Что-то сделала не так:
Лишь штангисту-силачу
Он пришёлся по плечу!
Может, зонт не брать в поход?
Ну, а если дождь пойдёт…
Может, вытащить утюг?
А помнутся платья вдруг…
Может, папу взять в поход? –
Пусть он мой рюкзак несёт!
ФИГУРИСТКА
На плечо коньки заброшу
И, гордясь собой и ношей,
В путь отправлюсь я.
Жаль, каток от дома близко…
Слышу шёпот:
– Фигуристка!
Это про меня!
Вот и лёд.
Но падать что-то
Мне нисколько не охота.
Я иду домой.
Жаль, каток от дома близко…
Слышу шёпот:
– Фигуристка! –
За моей спиной!
МОЕЙ СОБАКЕ
Мой верный друг,
Мой славный пёс,
Засунет вдруг
Свой чёрный нос
В ботинок папин,
В пылесос,
И в таз, и в сумку
Сунет нос.
Потом под стул,
Под стол и в шкаф.
Откликнись, косточка!
Гав!!! Гав!!!
Привет, ребята! Сегодня у нас в гостях по-
этесса. А значит – будет весело. Все поэты лю-
бят немного пошалить и поозорничать, в своих,
конечно, произведениях. Поэзия для детей Еле-
ны ДЮК это остроумная игра, забавная, по-
учительная, увлекательная – то в Шерлока Хол-
мса и доктора Ватсона, то в мыльные пузыри, а
то и в кукол… Вы побываете с Еленой ДЮК на
школьных уроках, во дворе, в городской кварти-
ре, на каникулах в деревне. Елена Олеговна ос-
тавила нам массу прекраснейших произведений,
прочитав их, убеждаешься, что это была одна
из талантливейших русских детских писатель-
ниц, творивших на рубеже XX и XXI веков.
Николай Бутенко
ШЕРЛОК ХОЛМС
И ДОКТОР ВАТСОН
– Послушайте, Ватсон,
Пора расставаться.
Встречаемся завтра в 15 часов.
Вам следует, Ватсон,
Загримироваться:
Опасно для жизни
Ходить без усов.
– Послушайте, Холмс,
Я иду отмываться.
От Ваших затей
Никакого житья!
И завтра, в 15,
Чур, Вовка,
Ты – Ватсон.
А Шерлоком Холмсом
Теперь буду я!
НА УРОКЕ МАТЕМАТИКИ
На уроке математики
Нужно быть
всегда внимательным –
Это знал я точно,
Но случилось вот что:
Мне сегодня подарил
Чудо-стёклышко Кирилл.
Если сквозь него смотреть –
Велика потеха! –
Можно с парты полететь
ЛИТЕРАТУРНАЯ ГОСТИНАЯ
Елена ДЮК
4243
Ваня, посмотрим, поймали или нет! –
крикнул он Ване.
Но, не добежав до чемодана,
Лёня вдруг резко повернул и нырнул
в дом. Из него он выскочил с покры-
валом и стрелой полетел к ловушке,
накрыл тряпкой чемодан и стал ша-
рить под ней.
– Ваня! Ваня, я поймал! – Зак-
ричал Лёня, вылезая из-под покрыва-
ла и держа в руках маленькую пташ-
ку, размером с воробья, с яркой
малиновой грудкой. – На, держи од-
ного, второй внутри забился в угол.
Вот и он.
Бросив всё, братья побежали в
дом, чтобы показать снегирей папе и
маме.
– Молодцы, что сумели поймать,
а вот теперь отпустите их на волю, –
сурово сказал папа. – Они не смогут
жить в клетке, пропадут красногру-
дые.
– Мальчики, вы настоящие охот-
ники, но лучше отпустите их, пока стая
не улетела обратно в лес. Они живут
стаями и помогают друг другу в по-
исках корма, – добавила мама, погла-
живая нас по головкам.
– А что, Лёня, папа с мамой пра-
вы. Замучаем лесных пернатых дру-
зей. Давай отпустим. Мы всё же охот-
ники, а не душители, – попросил Ваня.
Братья так и сделали – отпусти-
ли. И ни разу не пожалели об этом.
Под окном в саду, слегка припо-
рошенная снегом, стояла рябина, вся
обсыпанная гроздями красных ягод.
Они не упали по осени, как листья на
землю, их не склевали вездесущие
дрозды. И сейчас, радуя всех нас, они
горели алыми бусинками в лучах яр-
кого зимнего солнца.
– Лёня, смотри, какие красногру-
дые птички сидят на ветках нашей ря-
бинки и клюют её бусинки-ягодки, –
глядя в окошко, сказал Ваня старше-
му брату.
– Ура! – прокричал Лёня и зап-
рыгал на одной ноге. – Наконец-то
они прилетели! Наши северные попу-
гайчики – снегири! Ваня, мы начина-
ем ловить их прямо сейчас. Айда, со-
бирайся, срочно собирайся, а я, пока
ты будешь искать свои валенки и ру-
кавички, сам оденусь и приготовлю
снасти для нашей охоты.
Всё это Лёня произнёс одним
духом, мигом оделся и выбежал на
улицу.
Когда Ваня вышел из дома, брат
заканчивал установку ловушки на сне-
гирей. Это был большой, старый, ко-
ричневый чемодан, снятый с черда-
Владимир ДУДРОВ
ка, он стоял на искрящем снегу широ-
ко раскрытым. Рядом, присев на кор-
точках, что-то делал Лёня, в руках у
него была катушка белых ниток и де-
ревянная ложка с палочками.
– Подходи и смотри, как надо ло-
вить птиц. Чемодан надо углубить в
снег, припорошить, поставить распор-
ку на лопатку-полочку, а на неё поло-
жить яркие сочные ягоды рябины. Но
самое главное, не забудь привязать к
палочке-распорке белую ниточку и
протянуть её до укрытия, где мы бу-
дем сидеть и наблюдать. А когда сне-
гирь сядет на ложку и начнёт клевать
рябину, слегка дёрнуть за нитку-пово-
док, – учил Ваню брат.
Они затаились, поджидая прилё-
та красногрудых снегирей. Сидели
молча, даже дышали осторожно, что-
бы не спугнуть птичек. Снегири ле-
тали поблизости, но ловушку избега-
ли. Ловцы стали уже замерзать, как
вдруг стайка из четырёх птичек вле-
тела в чемодан. Две сели на ложку с
ягодами, ещё две на дно ловушки.
– Э-э-х! – с таким чуть слыш-
ным возгласом Лёня дёрнул за нитку.
Крышка закрылась. – Бежим скорее
Рисунки Елены Алексеевой, Елены Ахматовой
4445
Сегодня воскресенье, мы с сест-
рёнкой Таней одни сидим дома. Папа
в командировке, а мама ушла в мага-
зин за продуктами. Таня смотрит муль-
тики, я пытаюсь из тетрадного листа
сделать надувную гармошку-четы-
рёхгранку в подарок маме. У неё зав-
тра праздник 8 марта. Раньше такую
гармошку делал папа для сестры, её
можно было растягивать и сжимать,
как настоящую гармонь, и напевать
любую песенку.
Тане хорошо, она ещё маленькая –
пяти лет нет. Она намалюет на лист-ке
кривой домик с трубой и криво-
ногую собаку рядом – вот и подарок
маме. А мне уже скоро семь, я в подго-
товительную группу хожу. Мне картинки
дарить не пристало. Мне надо самодель-
ную вещь дарить.
Только не получается что-то гар-
мошка. Складываю всё правильно,
как папа показывал, а как начну наду-
вать, так она и разваливается. Что бы
ещё придумать? Может, цветы пода-
рить? Ведь все дарят цветы и счита-
ют хорошим подарком. В копилке у
меня есть денежки, только хватит ли
их? Надо у тёти Вали спросить.
На звонок в соседнюю квартиру
вышла женщина в домашнем халате.
– Павлуша? Чего тебе?
– Здрасте, тётя Валя. Сколько
стоят цветы?
– Для мамы? – догадалась она.
– Да. Я маме хочу подарить. Не
знаю, хватит ли денег в копилке.
– Думаю, что не хватит. Гвозди-
ка стоит двадцать пять рублей за цве-
ток, мимозы – дороже пятидесяти. А
подснежники ещё не продаются, – ус-
мехнулась она.
– Подснежники? Что ли, они под
снегом сидят?
– Может быть и сидят. Под сне-
гом тепло, мороз не страшен. А уй-
дут морозы, растает снег – и здрасте,
пожалуйста: они уже цветут! Так-то,
Павлуша, – и она закрыла дверь.
Таня продолжала смотреть муль-
тики. Я взял копилку, отвёртку, ушёл на
кухню и отвинтил заглушку на животе
поросёнка. Денег было двенадцать
рублей с копейками. Очень мало.
Виктор ВАСИЛЬЕВ
Рисунки Елены Алексеевой
Зимний день начал тонуть в ве-
черних сумерках, мы с братьями за-
кончили делать свои домашнее зада-
ния и решили перекусить. Налили по
кружке молока, благо, у нас в дерев-
не была своя корова, взяли по куску
чёрного хлеба и стали полдничать.
– Знаете что, а я хочу мороже-
ного, – вдруг заявил Женя, старший
брат.
– Какое мороженое, оно толь-
ко в городе бывает. Там можно ку-
пить, а в нашем магазине даже ле-
том нет, – огорчённо сказал Вася,
второй старший.
– Вы здесь посидите, за мной не
подглядывайте. Я сейчас четыре пор-
ции мороженого принесу, – авторитет-
но заявил Женя.
Он взял четыре алюминие-
вые кружки, столовую ложку,
банку с сахарным песком и вы-
шел в сени. Через какое-то вре-
мя он вернулся, держа в руках
полные до краёв, проморожен-
ные кружки.
– Вот, держите. Не за-
водское, но всё равно вкусное
сливочное мороженое, – ска-
зал, улыбаясь, Женя и раздал
их нам. – Ешьте, пока не ра-
стаяло, – добавил он и начал
есть своё дакомство ложкой.
Мы враз проглотили
братишкино мороженое.
– Женя, а где ты его взял, как
смог сам сделать? – наевшись, спро-
сил Вася.
– Учиться надо лучше. Всё это
мы проходим в школе, вот только не
все могут применить свои знания в
жизни, – ответил старший брат. – Всё
очень просто. Берёшь молоко, добав-
ляешь чуть сливок, да сахарного пес-
ка, и всё в кружке перемешиваешь,
добавляя чистого снега. И мешаешь,
мешаешь, пока не загустеет до плот-
ного комочка. Ешьте братишки, а если
надо, то ещё приготовлю.
4647
крупными печатными буквами: «Сад
временно закрыт. Переходить пруд ка-
тегорически запрещается!» Я удивил-
ся: как же переходить, если ворота
закрыты? А Таня потянула меня за
рукав:
– Паша, Паша, там дырка!
И правда, в пяти метрах от ворот
была большая дыра в ограде, через
которую даже взрослые спокойно про-
лезут. Натоптанная дорожка вела от
ворот на пригорок. Замёрзший пруд
был похож на большую тарелку, по-
крытую снегом.
– Смотри, какой большой
камень! – воскликнула Таня, уви-
дев на пригорке скульптуру.
Поднялись на пригорок. На бе-
лом камне были высечены фигуры
четырёх мальчиков с суровыми лица-
ми, смотревшими в сторону врага. Я
прочёл надпись на камне: «Юным ге-
роям обороны города Ленина». Види-
мо, это было в той страшной войне, о
которой рассказывала бабушка. За
пригорком увидели большую группу
тесно стоящих деревьев, как в лесу.
Я подумал: «То, что надо.» – И напра-
вился туда. Сошли с дорожки. Под вы-
сокой раскидистой ёлкой снегу было
меньше. Я глубоко вонзил свою ло-
патку в снег, потянул ручку в наклон –
она прогнулась и чуть не сломалась.
Слежавшийся снег не поддавался.
Тогда я стал вырубать лопаткой снеж-
ные кубики.
– Ой, кирпичики, – обрадовалась
Таня, – можно, я буду дом строить?
Дело пошло на лад. Я вырубал
кубики, а сестра относила их и скла-
дывала в стенку. Но копать пришлось
долго, пока под лопаткой появилась
земля с прелыми листьями, хвойны-
ми иглами и зелёной, живой бруснич-
ной веточкой с одной красной ягод-
кой! Я обрадовался: раз под снегом
живёт брусника, значит, могут жить и
подснежники. Достал из ямы эту зе-
лёную веточку и спрятал в карман
своей куртки. Другую яму я начал ко-
пать в нескольких метрах от первой.
Но не успел вырыть и половины, как
с ёлки спрыгнула серая пушистая бел-
ка. Она потёрла мордочку передними
По радио играла музыка. Потом
сказали: «Пятнадцать часов двадцать
минут. Температура воздуха плюс
четыре градуса, ветер южный, сла-
бый». Значит, весна на дворе? Снег
тает, сосульки плачут? Вернулась
мысль о подснежниках: может, и
вправду цветы под снегом сидят? Сад
Таврический рядом, почему бы не
покопаться в снегу?..
Пришла мама, накормила нас
обедом.
– Мама, можно я пойду во двор
погулять?
– И я, и я! – запрыгала Таня.
– Нет, я один хочу, – ответил я и
подумал: «Зачем мне сестра? Из-за
неё будет в сад не уйти».
– Тане тоже надо на воздух, –
сказала мама, – а мне сегодня гулять
с вами некогда. И смотри, ни на шаг
от сестры.
Мама помогла Тане надеть шуб-
ку и тёплые сапожки, натянула ей ру-
кавички. Я сам оделся-обулся. Взял
детскую железную лопатку с дере-
вянной ручкой и пластиковую подстил-
ку для катания с горки – ледянку.
– С чужими дядями и тётями не
разговаривать, угощения не брать, –
мама посмотрела на часы, – сейчас
четыре часа. Через час я выйду за
вами.
Во дворе была ледяная горка и
качели. Было шумно. С десяток маль-
чиков и девочек толпились у горки.
Рядом на лавочках сидели их бабуш-
ки, мамы и дедушки. Таня пошла на
качели. Сама она ещё не умела рас-
качиваться. Я её качал и всё думал,
как бы освободиться от сестры и сбе-
гать в Таврический сад. Когда Тане
надоело качаться, я сказал:
– Таня, покатайся на горке одна,
без меня. Мне надо уйти на десять
минут.
– А куда ты хочешь уйти?
– Куда-куда, на Кудыкину гору,
вот куда!
– Ой, я тоже хочу на Кудыкину
гору! Я там никогда не была.
– Танечка, я пошутил. Нет ника-
кой Кудыкиной горы. Мне просто надо
в Таврический сад на десять минут, а
тебе нельзя туда.
– Почему нельзя?!
– Ну почему да почему. Какая ты
почемучка. Может быть, волки там
есть.
– Вот и врёшь! В городе волков
не бывает!
Я понял, что совсем запутался.
Придётся правду сестре рассказать.
– Поклянись, что маме ничего не
расскажешь.
Таня разгорячилась, ножкой при-
топывает при каждом слове:
– Что бы мне бы провалиться, у
Кощея очутиться!
– Тётя Валя сказала, что цветы –
подснежники сидят под снегом. Я сбе-
гаю в сад, откопаю цветы, разделю с
тобой пополам. И завтра мы их маме
подарим. А пока я хожу, ты покатайся
на горке одна.
– Я тоже пойду в сад, я тоже хочу
копать. И мама что тебе говорила: ни
на шаг от меня!
Деваться мне некуда, придётся
брать сестру с собой. Жили мы в на-
чале Тверской улицы. Пройти три дома,
перейти тихую Таврическую улицу – и
вот она, ограда сада с железными пи-
ками. Ворота сада оказались закры-
тыми. На воротах – объявление
4849
прошло с полчаса. Темнота стала ещё
гуще. Ни единого звука, ни проблеска
света не пропускала она. Я привык к
темноте и безмолвию и страх приту-
пился. Сейчас я боялся только нелов-
ким движением разбудить сестрёнку,
такую маленькую, хрупкую. Я ещё не
успел замёрзнуть, и мне так не хоте-
лось вставать, будить сестру и искать
дорогу домой! Я не заметил, как сам
задремал…
Проснулся я от задорного деви-
чьего смеха и мужского голоса:
– Галинка, не балуй! Зачем ты пу-
говицу оторвала?
– На память, Никитик! На па-
мять! Что бы частичка тебя всегда
была со мной.
Мне показалось, что это сон. Ру-
кой дёрнул себя за ухо.
– Я лучше колечко тебе подарю, –
продолжал мужчина.
– Ой, подари, подари! С изумру-
динкой, ладно?
Совсем близко вспыхнул фонарик.
– Уже четверть десятого. Нам
пора возвращаться, – сказал мужской
голос.
И здесь я опомнился: это же
люди! Это – спасение!
– А-а-а! – заорал я. – Помогите!
Помогите!!
Таня испуганно отпрянула от мо-
его плеча. Снова вспыхнул фонарик,
больше не гас и быстро приближался
к нам.
но и она очень устала. Приходилось
часто останавливаться.
– Паша, мы заблудились? – тихо
спросила Таня.
– Не выдумывай! Скоро придём.
– А вдруг волка встретим?
– Глупости! Ты же сама говори-
ла, что в городе волков не бывает.
– Говорила, говорила. А всё рав-
но боюсь.
– Дедушка говорил, что надо кри-
чать. Тогда волки сами испугаются и
убегут.
– Тогда давай, покричим?
Мы остановились и стали кри-
чать во весь голос: «Э-ге-ге! О-го-
го!» Но голоса наши вязли в густой
темноте, и становилось ещё страш-
нее. Я понял, что заблудился, что пути
вперёд для нас нет. Надо только на-
зад, к скамейке. Там дорожка, там
надежда на спасение. Глубокие, про-
вальные следы мои снег не совсем
упрятал, ещё можно было их разли-
чать в темноте. Я ещё крепче взял
сестру за руку и почти волоком та-
щил её. Таня теперь непрерывно пла-
кала. Я бы и сам заревел, да прав не
имел на это.
Наконец, я почувствовал твёрдую
дорожку под ногами и наткнулся на
скамейку. Надо срочно передохнуть.
Я лопаткой и рукавичкой счистил снег
со скамейки, положил пластиковую
подстилку, помог Тане сесть на неё.
Сам сел рядом. Куртка у меня была
длинная, хорошо защищала от холод-
ной скамейки. Сестра непрерыв-
но скулила, как собачонка.
Тело её дрожало в ознобе то
ли от холода, то ли от страха.
Острая жалость охватила
меня. Я расстегнул свою курт-
ку, одной полой накрыл сестру и
прижал её тело к себе. Сестра
доверчиво уткнулась носом в
моё плечо, перестала скулить и
дрожать. Вскоре я услышал ров-
ное сопение спящей сестры. Так
лапками, как будто умылась, и уста-
вилась на нас бусинками глаз.
– Белка, белка, иди к нам, – позва-
ла её Таня. – Надо ей что-нибудь дать.
Я порылся в карманах и нашёл
немного крошек от печенья. Белка не
боялась людей, и если бы я протянул
к ней руку с крошками, она бы взяла
их с руки. Но я этого не знал. Размах-
нулся и бросил эти крошки в её сторо-
ну. Белка испугалась, побежала от нас.
Таня – за ней, а я – за Таней. Белка
почему-то не прыгала на дерево, а
бежала по снегу. Таню снежная корка
– наст выдерживал, бежать ей было
легко, а я часто проваливался, выби-
вался из сил и отставал.
– Таня, Танька, противная,
стой! – кричал я.
Сестра не слушалась. Она оста-
новилась только тогда, когда белка
прыгнула на дерево и пропала из виду.
Я готов был поколотить сестру за не-
послушание, но она и без того стояла
и плакала.
– Ты чего ревёшь? Я из-за тебя
снегу набрал в сапоги!
– Мне белку жалко! Ты её напу-
гал! Ещё я варежку потеряла.
– Ладно, не хнычь, – пожалел я
сестрёнку, – возьми мою рукавичку.
Вокруг теснились высокие дере-
вья. Было сумрачно. Небо заволокли
лохматые тучи. Наступал вечер. Толь-
ко сейчас я вспомнил, что нам давно
пора быть дома. Мама, наверное, уже
ищет нас. Скорей, скорей на дорогу!
Когда мы выбрались по своим
следам из гущи деревьев, стало быс-
тро темнеть. Пошёл густой, мокрый
снег. Он закрыл обзор и спрятал все
следы на дорожке. В трёх шагах ни-
чего не видно. Я взял сестру за руку и
пошёл, ощупывая ногами дорожку.
Через десять шагов мы наткнулись
на садовую скамейку, покрытую сне-
гом.
– Я устала, хочу отдохнуть, – зах-
ныкала Таня.
– А домой ты не хочешь?
– Очень хочу.
– Тогда не хнычь, терпи. Скоро
выйдем из сада, тогда отдохнём.
Ещё через десять шагов мы сби-
лись с дороги. Сколько я не щупал, мои
ноги проваливались в глубокий снег.
Я выбивался из сил, но упорно шёл впе-
рёд. Сестра не проваливалась в снег,
5051
– Умница, Галинка, правильно!
Галина достала из своей сумоч-
ки слегка помятую ветку мимозы и
протянула девочке:
– Танечка, это мой подарок тебе,
как маленькой женщине. А ты мо-
жешь маме своей подарить, если за-
хочешь.
Таня от радости ухватила мимо-
зу двумя руками, прижала к себе, да
так и держала, даже когда Никита
снова взял её на руки.
– А ты, Паша, возьми фонарик в
подарок. Ты вырастешь хорошим че-
ловеком, я уверена. Рассудительным,
храбрым и очень заботливым. Хоте-
ла бы я брата такого иметь.
Через несколько минут мы при-
шли в наш двор. Там стояла милицей-
ская машина, толпились незнакомые
люди и тётя Валя – соседка. Мама
разговаривала с лейтенантом милиции
и вытирала слёзы платком.
– Мама! Мама! – я бросился к
ней. – Мы нашлись!!!
Никита опустил Таню на землю,
она тоже кинулась к маме. А мама
прижала нас к себе и разрыдалась от
счастья.
– Где же вы были? – спросила
меня тётя Валя.
– В Таврическом саду. Копали
подснежники и заблудились.
– Вот оно как! А я-то, глупая, ска-
зала, что вы пошли покупать цветы.
Милиция все киоски перетрясла.
Галина и Никита хотели незамет-
но уйти, но милиционер остановил их:
– Не торопитесь. Ваши докумен-
ты, пожалуйста.
– В чём дело, лейтенант? – ска-
зал Никита, показав удостоверение.–
Мне к двадцати трём ноль-ноль надо
быть в училище.
– Надо выяснить, как дети к вам
попали, нет ли умысла к похищению.
– Да вы что?! – Галина броси-
лась на защиту Никиты. – Мы нашли
их в саду, на скамейке, перепуганны-
ми, полуживыми! В кромешной тем-
ноте, под густым мокрым снегом!
– Вот и надо это письменно
объяснить.
Я не выдержал, вмешался:
– Дядя милиционер, они – наши
спасители. Это я им закричал: «По-
могите!» Мы сами пошли копать под-
снежники и заблудились!
Мама подошла, поцеловала Гали-
ну, а Никите крепко пожала руку:
– Спасибо вам, дорогие, век вас
не забуду.
Лейтенант помедлил, подумал, по-
том махнул рукой:
– А, ладно! Вы свободны! Коор-
динаты ваши я записал. Будем счи-
тать, что дети сами потерялись и сами
нашлись. – Он открыл дверцу маши-
ны, взял трубку: – Всем отбой! Дети
нашлись, всё в порядке….
В эту ночь мы с Таней спали как
убитые. Утром 8 марта солнце осве-
щало жёлтые фонарики мимозы в вазе.
А рядом, в стакане с водой, красова-
лась свежая, зелёная, брусничная ве-
точка с единственной красной ягодкой.
– Кто кричал? Кому надо по-
мочь? – спросил мужчина.
– Мне!! Нам помогите! – отве-
тил я.
Из темноты выплыла фигура мо-
ряка в бушлате и в шапке с кокардой,
а за ним – фигура девушки в серой
кроличьей шубке.
– Дети?! Как вы здесь оказались?
– Мы цветы копали, мы белку
видели, – тараторила Таня.
– Какие цветы? Почему – копа-
ли? Какая белка? – удивлялся моряк.
– Мы подснежники искали в снегу,
думали, что они там сидят, – пояснил я.
– Ах, вот оно что! – догадалась
девушка. – Вы хотели маме цветы по-
дарить?
– Да, да! Наша мама любит цве-
ты! – вставила Таня.
– Но зачем же вы одни пошли, без
взрослых?
– Чтобы сюрприз был, – сконфу-
зился я.
– Потом поговорим, – заметил
моряк. – Детей надо скорее домой от-
вести, их родители наверняка по го-
роду ищут. Галинка, бери фонарик и с
мальчиком впереди идите, а я возьму
на руки девочку.
– Тебя как зовут? – спросила Га-
лина, когда все тронулись в путь.
– Паша, Павлик, Павлуша. Но
мне больше Пашка нравится.
– Почему?
– Не знаю. Так проще как будто.
А сестру Таней зовут.
– Вы далеко живёте?
– На Тверской улице. Мы через
дырку пролезли. Вы тоже через
дырку?
– Само собой – усмехнулась она.
А Таня сидела на руках у Ники-
ты и донимала его вопросами:
– Дядя, а усы у вас настоящие?
Можно потрогать?
– Настоящие. Потрогай. Только
почему «дядя»? Зови меня просто Ни-
кита.
– Дядя просто Никита, вы с тё-
тей Галей влюблённые, да?
– Влюблённые, влюблённые.
– Вы целовались?
– Ах ты, стрекоза любопытная! –
Никита громко засмеялся. – Всё-то
тебе надо знать!
– А в темноте вам не страшно
было?
– Когда мы вдвоём, то никакой
темноты не боимся.
– И мы вдвоём с Пашей темно-
ты не боялись, – вздохнув, зачем-то
соврала Таня.
Когда все пролезли через дыру в
ограде, Галина взяла Никиту за рукав
и спросила:
– Можно, я твою мимозу детям
отдам? Они ведь так мечтали маме
цветы подарить!
5253
ОНИ ПРОСЛАВИЛИ НАШ ГОРОД
Вениамин ПАСТУХОВ
Музей И.П. Павлова в Колтушах – это часть Мемориального комп-
лекса, организованного в 1993 году на территории Института физио-
логии им. И.П. Павлова Российской Академии Наук. Комплекс является
объектом, который внесён в Список культурных памятников Всемирно-
го наследия ЮНЕСКО (Организация объединённых наций по вопросам
образования, науки и культуры).
Во время прошлой встречи мы с вами, друзья, знакомясь со Столи-
цей условных рефлексов (см.: «ИСКОРКА», 2012, № 2, с. 51), останови-
лись у главного входа в «Старую лабораторию». Слева на фасаде зда-
ния мемориальная доска: «В этом научном городке в 1923 – 1936 гг.
работал великий русский физиолог Иван Петрович Павлов». Поднима-
емся по широкой лестнице крыльца. На его площадке и ступенях были
сделаны фотографии многих гостей и посетителей Музея. Они нахо-
дятся в других мемориальных музеях, опубликованы в книгах о великом
физиологе Павлове или хранятся в личных архивах российских и зару-
бежных учёных, общественных деятелей, педагогов, врачей, студентов,
учащихся школ и вообще людей, интересующихся историей науки.
Входим в здание. Здесь на сте-
не у начала лестницы, ведущей на
второй этаж, ещё одна мемориаль-
ная доска.
Посетители музея часто зада-
ют вопрос: «Как Иван Петрович
Павлов, многие годы проработав-
ший в Петербурге-Петрограде-Ле-
нинграде, оказался в Колтушах?»
Сделаем краткий экскурс в историю России начала XX столетия. Русско-
японская и Первая империалистическая войны, Октябрьская революция, Граж-
данская война. Разруха по всей стране. Голод, коснувшийся не только людей. В
лабораториях Павлова погибли от бескормицы все экспериментальные
Бродит между ёлок
Тысяча иголок
(жё)
Екатерина СЕРОВА
Жмутся в узеньком домишке
Разноцветные детишки.
Только выпустишь на волю,
Побегут по белу полю –
Где была пустота,
Там, глядишь – красота!
(ишаднарак)
Однорукий великан
Поднял руку к облакам.
Он работник очень важный –
Строит дом многоэтажный.
(нарк)
Смотрит лошадка,
Завидно бедняжке:
Красуется в клетке
Лошадка в тельняшке
(арбез)
Хоть я и не прачка, друзья,
Стираю старательно я.
(акнизер)
Симпатичный белый домик,
Кто живёт в нём – вот вопрос?
Может быть, малютка гномик?
Нет, живёт в нём Дед Мороз!
(киньлидолох)
5455
цев. Павлов демонстрирует опыт по условным рефлексах японскому физиологу
Сатаке. Здесь же фотографические портреты И.Ф. Беспалова – архитектора
Павловских Колтушей и С.Н. Выржиковского – первого директора Биостанции,
расположенные на стене слева. Некоторые экспонаты заслуживают особого вни-
мания. Вот, например, Кодекс поведения Павлова, выработанный им на основа-
нии всей своей жизни, научной, научно-организационной и общественной деятель-
ности.
1) Отдать себя служению своему народу. 2) Быть честным в любых
условиях. 3) Беречь правду в отношениях между людьми. 4) Отстаивать
своё достоинство, не посягая на достоинство других. 5) Крепко держать
своё слово. 6) Быть скромным. 7) Трудиться, не жалея сил, вкладывая в
свой труд все знания, умение, упорство, внимание, аккуратность и добро-
совестность. 8) Не останавливаться на достигнутом, а постоянно идти
вперёд, совершенствуя свое дело. 9) Быть добрым и отзывчивым. 10) Не
распускаться, а быть собранным, подтянутым в быту, на работе, в обще-
ственных делах.
В «Письме к молодёжи», пожелавшей посвятить себя науке, Пав-
лов особенно подчёркивает важность последовательности, скромнос-
ти и страсти.
Не менее поучительна фотография, расположенная рядом с Кодексом.
На ней запечатлено празднование 80-летия со дня рождения Ивана Петрови-
ча Павлова в лаборатории. Застолье, «пир – горой!» Что же пьют собравши-
еся гости и сам юбиляр?.. Молоко! Павлов никогда не курил и не пил спиртные
напитки. Он строго соблюдал режим работы и отдыха, занимался физкультурой и
спортом (гимнастика, лыжи, велосипед, городки, купанье), поэтому прожил 86 лет.
Кстати, кроме Павлова, среди людей умственного труда долгожи-
телей в нашей стране немало: Н.Д. Зелинский прожил 93 года,
Н.Ф. Гамалея – 91, И.Е. Репин – 86, Л.Н. Толстой – 82, Ф.Г. Углов – 103.
Отмечается 80-летие со дня рождения И.П. Павлова (сидит третий справа,
стоит второй справа его младший сын Всеволод).
животные. Павлов обращается к руководству Петрограда с предложением со-
здать питомник для выращивания экспериментальных животных и кормов для
них. Среди выделенных для этой цели мест Павлов выбирает Колтуши. В 1923
году создаётся питомник, а в 1926 году на его базе – Научно-опытная станция,
где и проходил последний этап его научной деятельности.
Основные экспозиции Музея начинаются на площадке второго этажа.
Здесь вы видите картину «Вид Колтушей 1935 г.» (Авторы – сотрудник Ин-
ститута физиологии им. И.П. Павлова АН СССР Н.П. Мовчан и художник
С.П. Светлицкий).
На переднем плане картины справа – церковь и озеро. На холме уже
известные нам коттеджи, Новая лаборатория, дом Павлова, антропоидник
(лаборатория физиологии человекообразных обезьян), Старая лаборатория.
За парком справа – дом Л.А. Орбели, слева – виварий (помещения для со-
держания экспериментальных животных). В левом нижнем углу картины –
школа и другие строения.
Слева на стене фотография, запечатлевшая закладку здания лаборато-
рии. Над дверью, ведущей в лабораторное помещение, где расположена одна
из звуконепроницаемых камер, большой фотопортрет Павлова, сделанный в
1935 году.
Переступив невысокий порог, мы входим в коридор бывшей гостиницы.
Справа – три окна, выходящие
в парк. Слева при Павлове рас-
полагались небольшие гости-
ничные комнаты, в которых ос-
танавливались многочисленные
гости. Позднее эти комнаты
были переоборудованы в лабо-
раторные помещения. В про-
стенках между окон – коллек-
тивные фотографии Павлова с
сотрудниками. На одной из них
учёный в окружении трёх десят-
ков своих ближайших сослужив-
5657
знаком и переписывался
со многими деятелями
культуры. В гостях у
Павлова в Колтушах
бывали: датский физик,
Лауреат Нобелевской
премии Нильс Бор с суп-
ругой, английский писа-
тель-фантаст Герберт
Уэллс с сыном (Уэллс в
России побывал дважды,
в 1919 и 1933 годах; при
первом посещении встре-
чался с Лениным; после
возвращении в Англию
написал книгу «Россия во мгле»), русские художники С.П. Светлицкий и
М.Н. Нестеров. Здесь же на семейных фотографиях мы видим членов семьи
Павлова, супругу Серафиму Васильевну, сыновей Владимира и Всеволода, дочь
Веру и внучек Манечку (Марию Владимировну) и Милочку (Людмилу Владими-
ровну). Одного из сыновей Павловых, Виктора, нет ни на одной из фотографий.
При поездке на Украину в 1919 году он в вагоне поезда заразился сыпным тифом
и умер в сельской больнице. Кладбище, на котором его похоронили, было уничто-
жено во время оккупации в годы Великой Отечественной войны. Все Павловы
покоятся на Литераторских мостках Волкова кладбища в Санкт-Петербурге.
Вот Павлов в Куоккале в гостях у художника И.Е. Репина. Павлов пози-
рует скульптору С.Т. Коненкову (1929 г.). Павлов на юбилее своего ученика и
заместителя Л.А. Орбели в аудитории кафедры физиологии в Военно-меди-
цинской академии. Павлов в Обуховской больнице после операции по поводу
желчно-каменной болезни.
Справа в конце коридора диорама «Павловские Колтуши 1926 – 1933 гг.»,
на которой объёмно представлено то же, что на картине, которую мы уже
видели в начале экспозиции. Над панорамой – картина «Новые Колтуши, 1973
год» (авторы Н.П. Мовчан и С.П. Светлицкий). Видны большие изменения в
количестве и архитектуре научных корпусов и жилых зданий села Павлово,
произошедшие после смерти Павлова, особенно в 60-е и более поздние годы.
Знаменитый датский физик, Лауреат Нобелевской
премии Нильс Бор (слева) с супругой в гостях у
И.П.Павлова.
И не просто жили, а в преклон-
ные годы плодотворно трудились
в своих видах деятельности.
Не каждый, даже среди физи-
ологов, знает, что Павлов именно в
Колтушах положил начало исследо-
ваниям поведения человекообраз-
ных обезьян. На фотографиях мы
видим двух шимпанзе Розу и Ра-
фаэля. Павлову их подарил его уче-
ник Л.Г. Воронин, в то время ра-
ботавший в Институте Пастера
(Париж), а привёз их из Парижа и
потом вместе с Павловым работал
с ними П.К. Денисов.
В конце XIX – начале ХХ веков в Институте Пастера работал русский
ученый И.И. Мечников. Институт Пастера – один из мировых лидеров в ис-
следованиях инфекционных заболеваний, таких, как грипп, дифтерия, жёлтая
лихорадка, полиомиелит, столбняк, чума и другие. О громадном значении ра-
бот учёных этого Института свидетельствует тот факт, что в 1908 году сразу
шесть его сотрудников были удостоены Нобелевских премий, в их числе Меч-
ников. Илья Ильич был вторым после Павлова и, к сожалению, пока после-
дним русским Лауреатом Нобелевской премии в области медицины и физио-
логии. В этом Институте в 1983 году был также открыт ВИЧ – вирус
иммуннодефицита человека.
Павлов – создатель самой большой научной школы в мире. На научных
форумах он встречался со многими отечественными и зарубежными учёны-
ми, а также вёл большую переписку с ними. Но не только. Он дружил, был
Команда городошников. И.П. Павлов –
слева. На заднем плане машина «Лин-
кольн», подаренная Павлову Советским
правительством.
Английский писатель-фантаст Г.Уэллс в гостях у И.П. Павлова. Слева направо
сидят: Вера, Серафима Васильевна с внучкой, Г.Уэллс, И.П. Павлов с внучкой,
сын Уэллса Джорж; стоят: второй Всеволод, четвертый – Владимир.
5859
тост в честь Советского правительства. Здесь также представлены выдаю-
щиеся физиологи, члены президиума конгресса: Джозеф Баркрофт (Англия), Луи
Лапик (Франция), И.П. Павлов, Арчибальд Хилл (Англия), Эдвард Кеннон
(США) и Отто Франк (Германия). Все они во время работы Конгресса в Ленин-
граде побывали в Колтушах. Над полубуфетом портрет Павлова, нарисован-
ный карандашом художником И.И. Бродским и подаренный ему в 1935 году,
примерно за год до его кончины.
Одна из дверей из гостиной ведёт в
бывшую детскую комнату. Теперь здесь
развернута экспозиция, посвящённая ака-
демику Л.А. Орбели. На стене справа над
шкафами с книгами фотопортреты
З. Фрейда, Э. Кеннона, И.П. Павлова,
В. Гента, К.М. Быкова и И.Т. Курцина –
когорты учёных, «на плечах которых сто-
ят» современные ученые, занятые изуче-
нием механизмов психосоматических за-
болеваний и неврозов.
Вторая дверь ведёт в кабинет Пав-
лова – ядро всей мемориальной экспози-
ции. На двери вывеска: «Музей-кабинет
академика И.П. Павлова». Здесь все под-
линно Павловское. Слева у стены – ди-
ван. Затем стол. На столе портрет
И.М. Сеченова, отца русской физиологии,
письменный прибор (две чернильницы, ка-
рандашница и пресс-папье), пепельница со спичечницей (для гостей, так как
сам Павлов не курил), телефонный аппарат, перекидной календарь, открытый
на 27 февраля 1936 года – дне смерти учёного. К большому огорчению, во
время экскурсий со стола исчезли ценнейшие экспонаты – красивый звоно-
чек с малиновым звоном, которым сотрудники Павлова созывались на науч-
ные заседания или чаепития, и не менее замечательная статуэтка, изобража-
ющая медведя с Алёнушкой в торбе за его плечами. Пришлось над столом
соорудить застеклённую витрину.
За этим столом Павлов в ответ на обращение шахтёров Донбасса напи-
сал письмо, в котором воздаёт хвалу физическому труду, который он любил
наравне с умственным.
На стене ближе к
окну висят термометры
и барометр. На подстав-
ках – радиорепродуктор
и гипсовый бюст Павло-
ва, один из тех, которые
лепил Безпалов.
Напротив стола
двойная дверь на веран-
ду, застеклённую с трёх
сторон. Это любимое
место отдыха Павлова.
Переступив следующий порожек
и миновав застеклённые двери, мы
оказываемся в гостиной квартиры
Павлова, в которой он жил с женой и
внучками летом в 1933–1935 годы.
Здесь сохранились Павловские
стол, полубуфет, кожаные диван и два
кресла. Фотографии, развешенные по
стенам гостиной, свидетельствуют о
международном признании Павлова.
Здесь фотография скульптурного пор-
трета И.П. Павлова и К. Бернара, установленного у входа в Лейденский уни-
верситет (Голландия). Встреча Павлова со своим учеником Б.П. Бабкиным,
ранее покинувшим родину, в США. Выступление Павлова с докладом на Х
Международном конгрессе психологов в Копенгагене. А вот Павлов в одежде
почётного доктора Кембриджского университета (Англия). Этого звания он
был удостоен в 1912 году. На фотографии рядом – зал сената университета, в
котором традиционно происходила процедура присуждения почётных званий.
За четыре года до Павлова в почётные доктора в этом зале был посвящён
К.А. Тимирязев.
Получить звание почётного доктора Кембриджского университета было
весьма престижным. Это учебное заведение закончили Кромвель, Мильтон,
Ньютон, Дарвин и многие другие учёные и общественные деятели, снискав-
шие славу во всём мире.
Церемония посвящения в почётные доктора в Кембриджском универси-
тете представляла собой торжественное театральное действие, начина-
ющееся под аркой библиотеки, продолжающееся во дворе и заканчивающе-
еся в зале сената.
Во время церемонии студенты университета, среди которых был внук
Дарвина, спустили с хоров на верёвочке игрушечную собачку, живот кото-
рой был утыкан множеством фистул,
символизирующих павловские методы
исследования физиологии пищевари-
тельных органов, за результаты кото-
рых учёный в 1904 году был награж-
дён Нобелевской премией. Остроумные
студенты в своё время таким же об-
разом подарили игрушечную обезьян-
ку Чарльзу Дарвину. Эта собачка до сих
пор хранится в Музее-квартире
И.П. Павлова на 7-й линии Васильевс-
кого острова в Санкт-Петербурге.
На противоположной стене столо-
вой фотографии, увековечившие Павло-
ва во время открытия ХV Междуна-
родного физиологического конгресса в
Таврическом дворце в Ленинграде и на
приёме в Кремле, где он произносит
Портрет И.П. Павлова
художника И.И. Бродского.
6061
Справа стоит велосипед Павло-
ва. В левом дальнем углу на специ-
альной подставке второй его портрет,
написанный Нестеровым (на этот раз
на этой веранде). Перед портретом
стоят стол и кресло. За этим столом
Павлов и позировал художнику. Учё-
ный изображён с опущенными на стол
руками, кисти которых крепко сжаты
в кулаки. Говорят, что это помогало
Павлову сосредотачиваться при реше-
нии трудных задач. Подлинник портрета находится в Третьяковской галерее.
Здесь на веранде экспонируется копия портрета художника С.Ф. Бобкова. Вдоль
застеклённых до пола стен расставлены диван, стулья, качалка.
В правом дальнем углу пчелиный улей с застеклённой стенкой. Летом
улей выставлялся на балкон, дверь на который ведёт прямо с веранды. Пав-
лов подолгу наблюдал за поведением и работой этих насекомых. Пчёлы –
один из объектов исследования генетики высшей нервной деятельности.
На единственной капитальной стене веранды, разделённой дверью, фо-
тографии: Павлов в кругу семьи и на лодочной прогулке на даче в Силамягах
(Эстония), за работой в саду и на велосипедной прогулке в компании сотруд-
ников. А вот интересная фотография – Павлов с дипломом «чемпиона по го-
родкам» в руках. За столом сидят он сам, Петрова и Выржиковская. Над
головой сидящих «шатёр» из городошных бит, которые держат в руках (слева
направо) Сперанский,
Зевальд, Павлов, По-
тёмкин, Мерцен, Выр-
жиковский, Майоров и
Фёдоров.
Далее экскурсанты
знакомятся со звуконеп-
роницаемой камерой, где
демонстрируется дей-
ствующая методика вы-
работки слюнных ус-
ловных рефлексов по
Павлову.
Показ заканчивает-
ся в помещении, где рас-
положены экспозиции о жизни и научной деятельности выдающихся отечествен-
ных ученых-физиологов, академиков АН СССР (РАН) К.М. Быкова,
В.Н. Черниговского и А.М. Уголева.
Музей И.П. Павлова в Колтушах пользуется доброй славой, как в нашей
стране, так и за рубежом. Его посещают экскурсанты от учащихся младших
классов до маститых учёных и людей других профессий. Говорят, лучше один
раз увидеть, чем сто раз услышать. Каждый посетитель нашего музея может
одновременно услышать и увидеть много интересного и познавательного.
Опыт на собаке
в камере условных рефлексов.
КОНЦЕРТ
Сели кругом двадцать дядек
И давай пилить смычками.
А один, в тетрадку глядя,
Просто так махал руками.
«Хватит ёрзать!» – мне сказали.
Стал считать сидящих в зале.
Девять рыжих. Десять лысых.
Двадцать восемь – в пиджаках.
Две старушки в чёрных лисах,
Нина ТАРАСОВА
У одной – бинокль в руках.
Повезло, что есть колонны,
По двенадцать с двух сторон,
Если в каждой по две тонны,
Это сколько ж будет тонн?
А когда я сосчитал,
Сколько окон и зеркал,
В зале закричали «Браво!»
Громче всех – старушки справа.
Были счастливы, небось,
Что мученье кон-чи-лось!!!
6263
Ёжик Коржик не послушался маму и пошёл вечером гулять в лес. Он не
заметил, как быстро пролетело время, и в лесу стемнело. В сумерках при-
вычные тропинки показались Коржику чужими.
Постарайся провести ёжика по тропинкам как можно быстрее, чтобы
мама перестала волноваться и переживать за него. Помоги вернуться Коржи-
ку в родной дом. И будь осторожен: дорожка может вывести к крокодилу
Азраилу, который сбежал из зоопарка, и сегодня как раз пропустил ужин.
Под силу, надеюсь,
Вам эта загадка:
Частица, младенец,
А вместе – лошадка!
(жеребёнок)
«Лабиринт» и «Раскрас-
ку» придумала Татьяна
Вешкина, «Кроссворд»
Сергей Смольянинов.
Валерий ШУМИЛИН
ЛАБИРИНТ
ШАРАДА? ШАРАДА?? ШАРАДА! ШАРАДА!!
1. Жгучая трава.
2. Цифра.
3. Её надевают
на голову.
4. Он любит мёд.
И ещё – Санта-Клаус по
ошибке оставил на Север-
ном Полюсе мешок с подар-
ками – помоги забывчивому
дедушке. Нарисуй то, что
ты бы хотел получить на
Новый год, и покажи картин-
ку родителям.
Этому Санта-Клаусу
явно не хватает цвета!
Возьми карандаши, фломас-
теры или мелки и раскрась
рисунок яркими новогодними
красками.
КРОССВОРД
ПОДАРОК
НА НОВЫЙ ГОД
1.
2.
3.
4.
1. Крапива;
2. Три;
3. Шапка;
4. Мелведь.
6465
СОДЕРЖАНИЕ
РЕДКОЛЛЕГИЯ: Б.А. Орлов (председатель), А.И. Белинский, Н.Н. Бутенко,
А.П. Гостомыслов, Н.М. Коняев, Е.В. Лукин, Т.А. Федяева.
Свидетельство о регистрации ПИ № ТУ 78-01065 от 22.02.2012,
выдано Управлением Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных
технологий и массовых коммуникаций по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
Адрес редакции: 191119, Санкт-Петербург, Звенигородская ул., д. 22, литер. В,
Дом писателя, пом. 27, тел. 404-63-06, 8-911-936-64-58. e-mail: spb-iskorka@mail.ru
Сдано в набор 09.01.13. Подписано в печать 16.01.13. Формат 70х108 1/16. Печать офсетная. Тираж, 1-й завод – 1000 экз.
Отпечатано в типографии Санкт-Петербургского Политехнического университета, ул. Политехническая, д. 29.
Главный редактор Ю.А. Буковский
Художественное оформление и компьютерная вёрстка В.Б. Товбин.
На 1-й странице обложки
рисунок Елены Ахматовой.
На 3-ей странице обложки.
Когда-то в прошлые годы в «Ис-
корке» был отдел юмора. Он назы-
вался «КАКТУС». Слово это рас-
шифровывалось так: Как Ты Умеешь
Смеяться.
Надо сказать, что смеяться чи-
татели «Кактуса» умели очень хоро-
шо. Даже, можно сказать, отлично!
Почта отдела юмора была огромная.
На страницах «Кактуса» печатались
смешные рассказы, стихи, фразы из
школьных сочинений, кроссворды.
Литературная критика писала о «Как-
тусе» как о лучшем детском отделе
юмора в стране. А страна-то тогда
была, ну очень, большая! Руководил
этим отделом нынешний главный ре-
дактор журнала. И что чрезвычайно
важно, делал он этот отдел не один –
ему в этом весёлом занятии помогала
детская редколлегия. Вот и получилось,
что сочетание литературного опыта ре-
дактора и отличное знание того, что
смешно детям членам детской редкол-
легии давало прекрасный результат.
Сегодня снова к нашим читате-
лям пришёл в гости «Кактус». Мате-
риалы для него подобрали журналист
Виктор Кокосов и ученик 7 класса
470 лицея Кирилл Чибисов.
Рождественский подарок. Сказка
Евгения Шестакова ...............................
И один в поле воин. Очерк Виктора
Кокосова .....................................................
Брилииант «Корона Африки».
Детектив Александра Гостомыслова
(продолжение) ...........................................
Конкурс наших читателей
«Времена года».
Стихи Арсения Макарова .....................
Царствующий град. Исторический очерк
Александра Мясникова (продолжение) ..
Школьная реформа. Стихотворение
Татьяны Поципун ....................................
Как Лиса и Петух поссорились и по-
мирились. Сказка Юрия Буковского ...
Загадки Лешего. Сказка Валерия
Аксенова .....................................................
Литературная гостиная. Стихотворе-
ния Елены Дюк ..........................................
Снегири. Мороженое. Рассказы
Владмира Дудрова ...................................
Подарок. Рассказ Виктора Васильева .
Загадки Екатерины Серовой .................
Музей И.П. Павлова в Колтушах.
Очерк Вениамина Пастухова ....................
Концерт. Стихотворение Нины
Тарасовой ..................................................
Клуб смекалистых ребят ......................
Кактус ........................................................
1
3
9
22
23
32
33
37
40
42
45
52
53
61
63
64
Автор
Rony
Rony1278   документов Отправить письмо
Документ
Категория
Искорка
Просмотров
277
Размер файла
2 785 Кб
Теги
Искорка
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа