close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Розин А. Участие Черноморского флота в разрешении конфронтации Грузии и Абхазии.

код для вставки
 Когда я стал искать материалы о действиях Черноморского флота в период абхазо-грузинской войны, то столкнулся с ситуацией что почти все материалы в интернете - грузинские и абхазские говорят о действии российского флота только в негативном ключе. Он де незаконно высаживал десанты или помогал это делать как грузинам, так и абхазам, вел обстрелы мирных городов и селений и даже когда эвакуировал людей, делал это не бескорыстно, а по предоплате. В общем, широчайший набор обвинений, причем все голословные не одного факта подтверждающие обвинения мне найти не удалось, скорей всего по простой причине их отсутствия. Зато обнаружилось множество фактов спасения флотом десятков тысяч мирных граждан всех национальностей, оказания помощи без всякой надежды дождаться за это благодарности. Я несколько расширил рамки повествования, с обретения независимости Грузией до декабря 1993г., кроме того, разместил то, что удалось найти по боевым действиям на море противоборствующими сторонами. Как всегда не откажусь от помощи, исправлений и дополнений.
Сложное положение с ВМБ Поти после обретения независимости Грузией.
После обретения независимости 9 апреля 1991 г. Грузией, нужно было решить судьбу Потийской базы. Сразу после подписания Беловежских соглашений руководство Черноморского флота провело в Тбилиси переговоры с тогдашним президентом Звиадом Гамсахурдиа на предмет сохранения базы для охраны границы Грузии. Гамсахурдиа решил, что ЧФ должен покинуть базу при этом им был присвоен статус оккупационных войск. Предваряя попытки грузинского правительства национализировать флотское имущество, с 1989 года была вывезена отсюда большая часть стрелкового оружия, до минимума сократили корабельный состав. Для обеспечения этих действий с 10 июля по 9 сентября 1989г. и с 20 июня по 16 августа 1990г. здесь выполнял свое особое задание отдельный десантный штурмовой батальон (ОДШБ) под командованием майора Н.Г.Ваулина.
В конце октября 1991 г., бывший подводник капитан 1 ранга А.Джавахишвили назначается начальником Управления ВМС Грузии.
Дележка Черноморского флота и нестабильная политическая ситуация в Грузии с каждым месяцем усложняли жизнь моряков в Поти. 21 декабря 1991г. части грузинской Национальной Гвардии под предводительством Тенгиза Китовани подняли мятеж, впоследствии поддержанным вооруженными формированиями «Мхедриони» Джабы Иоселиани. 6 января 1992г. З.Гамсахурдиа и члены правительства были вынуждены покинуть Грузию. Свержение в январе 1992г. режима президента З.Гамсахурдия в Тбилиси не улучшило положения, и хотя новые власти сняли с наших войск статус оккупационных, но как рассказывал капитан 2 ранга В.Кищин: «…с 3 января мы перешли от плановой боевой подготовки к обороне объекта…» Тем более что свергнутый президент 16 января объявил о начале гражданской войны, а Поти был одним из его оплотов. В январе 1992г. на объекты Потийской ВМБ обрушился шквал нападений. В ночь с 17 на 18 января в 2.15 была предпринята попытка захвата «МПК-8», два гражданских морских буксира попробовали, используя фактор внезапности взять противолодочный корабль на абордаж. Действия буксиров на берегу поддерживала группа неизвестных на автомашинах. Однако благодаря бдительности экипажа захват был предотвращен. 20 января с целью похищения оружия было совершено нападение на штаб ВМБ, при этом ранения получил командир 184-й бригады ОВР капитан 1 ранга Александр Цубин, он был вывезен в Севастополь, а на его должность был назначен 21 января капитан 2 ранга Василий Кищин. 26 января вечером были совершены нападения на шкиперский склад и склад ГСМ. 29 января в 13 часов было осуществлено нападение на узел связи бригады, при этом был ранен офицер и задержаны 7 бандитов, но после того как налетчиков сдали в милицию та их отпустила на волю. 30 и 31 января нападению подвергся медицинский склад бригады. В городе постоянно шли столкновения между сторонниками Гамсахурдия и гвардейцами Китовани, из-за этого семьи офицеров и мичманов пришлось перевести из города в береговые казармы.
Несмотря на это бригада продолжала выполнять поставленные задачи, в январе из Севастополя в Поти после ремонта вернулся в свою базу малый противолодочный корабль, командир бригады капитан 2 ранга В.Кищин говорил: «Корабли отрабатывают курсовые задачи, и о том, чтобы выводить их в другие пункты базирования, речи пока нет». Потийский гарнизон оказался фактически первой флотской частью оказавшейся в очаге гражданской войны и к тому же за пределами СНГ. И флот, по большому счету, оказался не готов к такому повороту событий, сосредоточившись исключительно на политических моментах — присяга, неделимость, единое стратегическое пространство. Нет, совсем флот не забыл свою базу, когда из-за боевых действий оказались, перерезаны все сухопутные транспортные магистрали и у моряков гарнизона начались перебои с продовольствием, флотское командование решило доставить продукты питания морем на кораблях флота. Первым в Поти ушло малое гидрографическое судно «ГС-212» пр.871, оно доставило в город 400 килограмм продовольствия, за ним 28 января из Севастополя вышло рефрижераторное судно ЧФ «Бузулук» пр.502 с прибытием которого проблема питания была снята. Побывавший в это время в Поти корреспондент «Красной звезды» капитан 3 ранга В.Марюха постарался напомнить командованию о проблемах гарнизона: «Хуже обстоит дело с взаимопониманием со своими непосредственными начальниками в Севастополе. Конечно, никто не говорит, что над нами, дескать, не каплет: тяжба по разделу Черноморского флота в орбиту политической борьбы втягивает ой как много людей, от нее далеких. Но, скажите на милость, какой политической борьбой можно объяснить то, что ни с одной оказией флот не передал в Поти ни одной газеты и письма? Или на сколько укрепит оборону и моральный дух прибытие в гарнизон полковника морской пехоты с указанием воздвигнуть четыре пулеметные огневые точки, если пулемет всего один? А деньги, выплаты которых в полном объеме гарнизон ждет уже не первый месяц? Предусмотренный на этот случай полевой банк обещали развернуть... к июню. При нынешних темпах инфляции да такой расторопности флотских финансистов из выданных в июне январских денег можно будет бумажные кораблики клеить. Сегодня же 1,8 миллиона не выплаченных морякам рублей еще имели бы вес в бюджетах эвакуируемых семей. Ведь цены на билеты, пока еще ходили поезда и автобусы, достигали трех-четырехзначных чисел, а плата за питание на военных кораблях и судах (беженцы оплачивают только с эту статью расходов флота) достигает 37 рублей в сутки.».
С приходом «ГС-212» началась «официальная» часть эвакуации семей военнослужащих из Поти, это небольшое гидрографическое судно с четырьмя каютами стало первым судном, официально зафрахтованным для вывоза россиян. До этого отправка семей была делом самих офицеров и мичманов, искавших любую оказию. К операции по эвакуации подключались и другие вспомогательные суда флота, людей вывозил морской буксир «Дивный», в начале февраля на морском сухогрузном транспорте «Вилюй» типа "Андижан" пр.1850 в Новороссийск отправили 76 человек из них 14 детей и это при том что на судне имелось только 46 мест. Командир «Вилюя» капитан 2 ранга М.Носиков рассказывая об этом корреспонденту заявил: «Мне доводилось вывозить имущество и людей из Польши, бывшей ГДР, но такого видеть еще не приходилось…» Ситуация изменилась после визита в феврале в Поти командующего ЧФ адмирала И.Касатонова, для эвакуации семей военнослужащих был специально выделен БДК «Крымский комсомолец» пр.1117, который в первом же рейсе вывез 189 человек. Решалась проблема с выплатой денег. Заработная плата гражданскому персоналу и денежное довольствие военнослужащим с большим риском из Новороссийска доставлял инспектор-ревизор Расчетно-кассового отделения флота майор И.В.Коверда на торпедном катере «Т-304».
В апреле 1992г. грузинские руководители впервые заявили о своем требовании на часть Черноморского флота, тогда в Одессе в преддверии переговоров России и Украины по параметрам раздела ЧФ, министр обороны Грузии Л.Шарашенидзе заявил о претензиях Грузии на Потийскую ВМБ и на все корабли 184-й бригады ОВР. В самом Поти в апреле продолжались столкновения между сторонниками Гамсахурдия и новыми властями, продолжалась разграбление бандитами воинских складов, на начало месяца по словам начальника тыла бригады капитана 2 ранга О.Нур-Давлетова было разворовано около 2,5 тысяч тонн топлива, угнано 20 автомобилей (7 вернули) и украдено вещевого имущества на 200 тысяч рублей. В начале мая подверглась нападению радиотехническая рота дислоцированная на горе Самебо. Была сожжена казарма, моряки были вынуждены демонтировать и спустить с горы все оборудование, и складировать его в районе Батумского маяка чтобы там погрузить на корабль. Для этого было задействовано гидрографическое судно которое осуществило промеры глубин, что бы к берегу смог подойти десантный корабль и забрать имущество роты.
30 апреля 1992г. начинается формирование первого подразделения ВМС Грузии – Потийской смешанной морской бригады, в составе которой предусматривался дивизион боевых кораблей и батальон морской пехоты. Создание бригады шло тяжело, в основном из-за отсутствия боевых кораблей, квалифицированных кадров и финансовых средств. В состав ВМС Грузии в соответствии с межправительственными договорами были переданы катера бывшего Потийского РГС: «БГК-1628» пр.Г1415, «БГК-176» пр.1896, «МГК-424» пр.16830 и «МГК-1424» пр.727М.
Начало абхазской войны.
Перед началом конфликта с Абхазией у Грузии появилась срочная необходимость в боевых кораблях и транспортных судах. За короткое время из разных гражданских организаций были мобилизованы 9 пассажирских и 6 торговых судов, 4 буксира, 3 лихтера, 100-тонный плавучий кран и 12 сейнеров. Перед грузинскими ВМС были поставлены три задачи: перевозка из Поти в Сухуми воинских частей, боевой техники и боеприпасов; вывоз из Сухуми раненых и беженцев; защита Потийского порта. В связи с отсутствием боевых кораблей специальной постройки, в тот период не способны были оказывать систематическую огневую поддержку сухопутным войскам, противодействовать морским перевозкам противника, высаживать многочисленный морской десант и выполнять другие боевые задачи.
В начале войны грузинский флот провел десантную операцию. Утром 14 августа 1992г. колонны грузинских войск перешли грузино-абхазскую границу начав операцию «Меч». На момент вторжения грузинская группировка насчитывала порядка трех тысяч человек и имела на вооружении пять танков Т-55, несколько боевых машин БМП-2, три бронетранспортера БТР-60, БТР-70, установки залпового огня «Град», вертолеты Ми-24, Ми-26 и Ми-8. Отряды грузинской армии перешли Ингурский мост, заняли Гали и около 11 утра захватили Очамчиру. Другие подразделения армии вошли через Тамыш и Агудзеру в Сухум, заняли Келасурский район. На Красном мосту под Сухуми грузины были остановлены абхазскими милиционерами и ополченцами, которые повредили и захватили 3 танка. Грузинские вертолеты обстреляли санаторий МВО, здание Верховного Совета. В первый день агрессии в Сухумском санатории МВО случайным снарядом убиты двое отдыхающих подполковник Катков из Санкт-Петербурга и майор запаса Хоменко из Москвы. Вскоре от проникающего ранения в грудь умерла отдыхающая Танковская. Бомбардировке подверглось село Тамыш. Лидер Абхазии Ардзинба обратился к Шеварднадзе с требованием прекратить боевые действия. Шеварднадзе заявил, что он не в курсе ситуации, разыскивает Китовани. Вечером Ардзинба выступил по абхазскому телевидению и объявил о всеобщей мобилизации в связи с вооруженной агрессией. В нападении был задействован и грузинский флот, он должен был произвести высадку подразделений грузинской армии в районе поселка Цандрыпш недалеко от Гагры.
На момент начала войны абхазы не обладали военно-морским флотом и оказать противодействия не могли. В ночь с 14 на 15 августа из Поти в Гагру вышел грузинский отряд кораблей в составе двух кораблей названных десантными, двух судов на подводных крыльях типа «Комета» и одной баржи. Они несли на своем борту до 200 солдат и четыре единицы бронетехники - БМП. При этом грузинские корабли шли под российским флагом.
Ранним утром 15 августа десант встал на рейде у поселка Гантиади (ныне Цандрыпш), расположенного на расстоянии около 6 км от российско-абхазской границы. Абхазские ополченцы наблюдали с берега за десантом но противодействовать ему было нечем. После высадки десанта ополченцы вступили в бой и продержались до 19.00. затем получили приказ отходить, была угроза окружения и удара в спину со стороны местных отрядов «Мхедриони» и сотрудников РОВД г.Гагры грузинской национальности. Одновременно часть десанта выдвинулась по направлению к границе где после короткого боя восьми абхазским пограничникам пришлось отойти на российскую сторону где они были интернированы. В Гагре город от грузинского десанта и присоединившихся к ним местным грузинам, обороняли 30 милиционеров с автоматами и около 200 ополченцев с охотничьими ружьями. Бои в городе и окрестностях шли несколько дней, но 19 августа абхазы оставили Гагру и отошли в район поселка Бзыбь, где держали оборону до 4 октября. Вот как описал операцию корреспонденту «Комсомольской правды» начальник разведки подразделения грузинской гвардии участвовавший в десанте: «Мы шли на судах под Андреевским флагом. Еще в море на нас обрушился шквал огня – били с берега из пулеметов и автоматов. Батальон потерял пять человек убитыми и двенадцать ранеными. Но задачу свою десант выполнил – перекрыл границу с Россией, через которую сепаратисты получали оружие.» Грузины заняли Гагру, практически весь Гагрский район и установили свой контроль над Гагрским хребтом. Абхазский профессор Станислав Лакоба в своей монографии изданной в 2001г. «АБХАЗИЯ-ДЕ-ФАКТО ИЛИ ГРУЗИЯ ДЕ-ЮРЕ?» утверждает: «Необходимо отметить, что многие российские офицеры ЗакВО в дни вторжения в Абхазию управляли танками, боевыми самолетами, а военные российские корабли обеспечивали высадку грузинского морского десанта в районе Гагра.» В дальнейшем профессор в своем сочинении, еще не раз упрекнет российскую сторону в поддержке Грузии. Впрочем грузинская сторона будет делать тоже, только упрекая Россию в поддержке Абхазии.
Эвакуация отдыхающих.
Война в Абхазии набирала обороты. 15 августа Верховный Совет Абхазии эвакуирован в Гудауту. Ардзинба обращается ко всем международным организациям, включая ООН, с просьбой вмешаться в конфликт. КГНК и Всемирная черкесская ассоциация объявляют о призыве добровольцев. 16 августа грузины возобновили операцию по захвату Сухуми. Захвачена Сухумская гора. Ломинадзе по ТВ сообщает о захвате правительства Абхазии. Вечером достигнуто соглашение между грузинской и абхазской сторонами о выводе из Сухуми и Гагры всех вооруженных отрядов. 17 августа абхазские отряды выведены за Гумисту. Э.Шеварднадзе выступает по грузинскому телевидению, требуя введения комендантского часа в Сухуми, обещает "восстановить свою власть на всей территории Грузии". Шеварднадзе требует также отставки Ардзинбы и выдачи его грузинским властям. 18 августа в нарушение договоренности грузинские войска занимают Сухуми. Начались повальные грабежи. Вечером грузины переходят Гумисту и входят с боями в Нижнюю Эшеру. В отдельных местах танки продвигаются до полутора-двух километров вглубь абхазской обороны. Встретив упорное сопротивление и понеся большие потери, 20-21 августа грузины отступили за Гумисту. Ситуация стабилизировалась - грузинские войска контролируют Гагру (от Псоу до Колхиды), Сухум (от Гумисты), Очамчиру, Гали. Абхазцы контролируют территорию от Бзыби (включая Пицунду) до Гумисты, Новый Афон, Гудауту, Ткварчал.
После вторжения грузинской армии в Абхазию, Российскому правительству пришлось организовать эвакуацию граждан, отдыхавших в санаториях и домах отдыха Абхазии. Для этого 15 августа 1992г. отряд кораблей и судов ЧФ вышел под руководством контр-адмирала Сысоева из Севастополя и направился в Абхазию для эвакуации мирных людей из зоны межнационального конфликта. Решение об отправке судов принималось непросто из-за противостояния России и Украины по разделу Черноморского флота. Из воспоминаний Главнокомандующего ВМФ России Адмирала флота В.Н.Чернавина: «Идея двойного подчинения хороша как временная мера обуз­дания конфликта, но как порочна, как мучительна она для живо­го бытия флота. Вот грянула беда в Абхазии. События развива­лись стремительно, и сразу же представился случай воочию убе­диться в неприемлемости двойного подчинения. Надо срочно вы­возить, эвакуировать, спасать тысячи людей, которых грузино-аб­хазский конфликт застал на отдыхе врасплох. Все они, причем не только россияне, но и украинцы, с надеждой смотрели на воен­ных моряков. Мне доложили ситуацию, и я дал приказ Касато­нову срочно выслать отряд для спасения. Адмирал Касатонов по­сылает в Сухуми корабли. И тут же амбициозный окрик из Ки­ева: убрать из спасательного отряда корабли прикрытия, умень­шить количество кораблей! Цена за проволочки и согласования жизни тысяч людей. Касатонов взял ответственность на себя и с моего разрешения направил к берегам Абхазии такой отряд, состав которого отвечал требованиям той острейшей ситуации, а не капризам украинского министра обороны. Черноморцы, не­смотря на окрики из Киева, опасную операцию провели успешно.
Сделали доброе дело, вывезли из-под огня много тысяч пожи­лых людей, женщин, детей, студентов, инвалидов, но из Киева вместо благодарности — серия протестов от Министерства оборо­ны Украины. Звонит мне из Киева министр обороны Украины ге­нерал-полковник К. П. Морозов. Разговор с ним, как всегда, на­поминает диалог глухого со слепым:
- Владимир Николаевич, на каком основании вы даете ука­зания командующему Черноморским флотом адмиралу Касатоно­ву о посылке кораблей к берегам Абхазии? Почему вы командуете Черноморским флотом?
- Константин Петрович, почему я командую Черноморским флотом, ясно, я им командовал и управлял всегда, тем более что там наши люди и наши корабли. А вот почему вы им пытаетесь командовать – мне не ясно.
- Владимир Николаевич, вы прекрасно знаете, что Черноморский флот подчинен двум президентам: Украины и России, и только они могут им командовать.
- Константин Петрович, может быть, я ошибаюсь, но вы же еще не президент Украины, а Черноморским флотом пытаетесь командовать. Почему?
Вот такая реакция на нужное, правильное и, я бы сказал, праведное дело по спасению жизни тысяч людей.» Кроме лиц, находящихся на турбазах и домах отдыха, начался вывоз людей, прибывших «диким образом», в том числе и беженцев. Кроме того для эвакуации были направлены самолеты военно-транспортной авиации, для их охраны в Гудауте были высажены десантники российской армии. Поднятый по тревоге 16 августа 345-й Гвардейский парашютно-десантный полк под командованием подполковника Е.Дёмина высадился на аэродроме в г.Гудаута. Ближайшая задача, которая была поставлена личному составу, состояла в следующем: предотвратить захват военного аэродрома «Гудаута», освободить захваченный боевиками зенитно-ракетный полк, обеспечить эвакуацию российских граждан из зоны вооруженного конфликта, предотвратить вооруженные беспорядки вблизи военных объектов РФ.
17 августа 1992г. МИД РФ выступил со следующим заявлением: «В связи с осложнившейся обстановкой в Абхазии и создавшейся угрозой для находящихся там на отдыхе российских граждан, среди которых в результате происходящих в Сухуми столкновений имелись жертвы (2 убитых и раненые), правительство РФ по согласованию с руководством Грузии приняло срочные меры… для обеспечения безопасности и эвакуации российских граждан, а также для усиления охраны дислоцированных в этом районе российских воинских частей в Абхазию направлен парашютно-десантный полк.
Предпринимаемые меры отражают линию российской стороны, которая, не вмешиваясь во внутренние дела Грузии, не будет в то же время оставаться безучастной, когда жизнь российских граждан подвергается угрозе, будет защищать их безопасность и достоинство».
К 18 августа авиация эвакуировала более 3 тысяч человек, в этом участвовали 15 самолетов Ил-76, 7 – Ан-22, 2 – Ан-72, 1 – Ту-154 и 1 – Ту-134. Только 15 августа ими сделано 7 рейсов и вывезено 472 человека, 16 августа 12 рейсов 2200 человек. Но основная масса эвакуированных была вывезена морским путем.
Как все было можно прочувствовать из рассказа участницы тех событий Ветровой Евгении Ильиничны: «Летом 1992 года мы с 12-летним сыном отдыхали в Сухуми по приглашению моего друга, коренного жителя города. Обстановка в середине июля и первой половине августа была относительно спокойной, правда, "диких" отдыхающих было мало. Наш хозяин, Георгий Яковлевич, доцент Абхазского университета, рассказывал, что недавно преподавание в университете г. Сухуми, которое раньше велось на абхазском, грузинском и русском языках (он работал в русском отделении), переведено на грузинский язык, чем местное население недовольно.
Хорошо помню 14 августа. Утром я отправилась на Сухумский центральный рынок, долго ждала автобуса, но никакого транспорта не было, и я решила идти пешком. Пройдя квартал, увидела бегущего навстречу взволнованного человека. Он сказал, что транспорт не ходит, на Центральном рынке взорвалась бомба, пострадали люди, есть убитые.
Утром 14 августа начались военные действия: грузинские танки вошли в Сухуми. Мы жили в районе Маяка и с нашего пляжа наблюдали вспышки орудий, барражирующие вертолеты. Мы стали беспокоиться о том, как выехать из Сухуми. Билеты на Киев у нас были на 23 августа. Посоветовавшись с Георгием Яковлевичем, мы решили выйти утром 15 августа в сторону ближайшей к Маяку железнодорожной станции, где останавливались электрички, идущие в Адлер. На станции, вместе со многими другими людьми, мы прождали часа четыре, пока не пришла единственная электричка из Гагр, машинист которой сообщил, что электричек больше не будет, так как в Гантиади и Гаграх высадился грузинский морской десант.
Мы отправились на Маяк. Обратный путь был долгим и утомительным. На дороге уже стояли противотанковые заграждения ("ежи"), которые успели соорудить местные жители. Была объявлена всеобщая мобилизация и по дороге нам попадались ополченцы, люди с оружием. Вдоль пляжа Маяка также ходили вооруженные люди. Дома Георгий Яковлевич меня успокаивал, обещал сделать всё, чтобы нас отправить, был уверен – помощь придёт. Идти в порт, где уже началась эвакуация отдыхающих, не советовал, так как, по слухам, там было огромное столпотворение, могла начаться паника.
В эти дни по городу ползли страшные слухи – о том, что из сухумской тюрьмы выпустили всех уголовников, идут грабежи и насилия; говорили, что могут пострадать, прежде всего, представители малых народов Кавказа, - славян, якобы, не трогают.
Были отключены все средства массовой информации, свет, телефон. И люди прильнули к транзисторным приёмникам - единственному источнику информации.… Пожалуй, самым большим потрясением было то, когда на нас, слушавших западные голоса, т.к. российские радиостанции глушились, обрушивалась циничная ложь, начиная с утверждения о том, что «сепаратисты начали военные действия», и кончая насквозь лживыми сводками о том, что происходило в Сухуми. Это действовало отрезвляюще. Мы поняли, какова истинная цена западных средств массовой информации. А ведь до этого «свободным голосам» мы доверяли...
Ночью 16 августа меня разбудил Георгий Яковлевич, и сказал: «Соберите вещи, т.к. возможна высадка грузинского десанта в бухте Маяка. Если это случится, будем уходить в сторону ближайшей российской военной базы. А пока ложитесь спать, Если что, я Вас разбужу». Казалось, от такой информации не уснешь. Но я, сложив все необходимое, крепко уснула. Утром меня разбудил сын вопросом: «Ну что, мама, десант приходил?» К счастью, все обошлось.
Утром 16 августа в магазин на Маяке должны были привезти хлеб. Там собралась огромная очередь. Люди были очень взволнованы, толпились вокруг магазина. У входа в магазин стояли мужчины, которые строго контролировали очередь. Мне удалось получить в руки две буханки свежего хлеба.
Вернувшись домой, я узнала, что только что выехали наши ближайшие соседи и друзья по отдыху – москвичи. К сожалению, машина была забита, и свободного места там не было. Их увезли на военный аэродром «Гудаута», где для эвакуации была задействована военная авиация.
17 августа (кажется, это было воскресенье) Георгий Яковлевич сказал, что по распоряжению адмирала Черноморского Флота Касатонова в Сухумский порт прибыло большое госпитальное судно «Енисей» Черноморского флота для эвакуации отдыхающих. И что он будет пытаться нас отправить этим судном. В порт идти не советовал. В понедельник рано утром он сказал, что будет катер в сторону порта и чтобы мы шли занимать очередь; что есть договоренность с командованием «Енисея» принять на борт пассажиров катера, идущего от Маяка. Георгий Яковлевич решил пока оставаться в Сухуми, а потом собирался переехать к дочери в Россию. Нам было очень больно прощаться с этим прекрасным человеком, который так много сделал для нас.
На катер погрузились благополучно, подошли к огромному судну со стороны моря. Нам подали трап, и мы спокойно поднялись наверх. На «Енисее» все было великолепно организовано. Нас поместили на верхней палубе под тентом. В центре палубы стоял симпатичный матрос, который всем наливал из большого бака горячий и очень вкусный кофе с молоком. Люди, оказавшиеся на палубе, были счастливы, что их вывозят из этого ада, хотя, глядя на Сухумскую гавань, в это трудно было поверить – на время эвакуации отдыхающих военные действия были прекращены. На набережной распахнули свои ветви роскошные пальмы, цвели олеандры, магнолии. Ничто не напоминало о войне, кроме гильз от пуль в руках детей, которые показывали свои трофеи друг другу. Правда в порту, говорили, была давка. Пока судно стояло в порту, в городе все было спокойно. Но как только мы начали отчаливать, над нашим судном пролетел военный вертолет, и обстрел города возобновился. Страшно было прощаться с прекрасным городом, у которого неизвестно что было впереди. В море нас почти все время на пути к Сочи по обе стороны борта сопровождали дельфины, словно оберегая. По прибытии в Сочи все организованно выгрузились. Первыми вышли на берег женщины с маленькими детьми, затем представители малых народов Кавказа, потом остальные пассажиры. Еще раз хочу подчеркнуть, что на судне, которым мы эвакуировались, все было идеально организовано, была создана спокойная психологическая атмосфера. Ко времени прибытия «Енисея» в сочинский порт были поданы большие автобусы, которые развозили эвакуированных в аэропорт и на вокзал. За организацию эвакуации и проявленное мужество в непростой политической обстановке огромное спасибо тогдашнему руководству Черноморского Флота и лично адмиралу Касатонову!
Мы прибыли на сочинский вокзал вечером и в одной из воинских касс, выстояв полночи в очереди, я, хотя и не была родственницей военнослужащего, сдала старые билеты и купила новые - на Киев, на следующий день. Ночевали на вокзале. Утром пошли на почту, чтобы позвонить домой. По дороге на вокзал встретили молодую пару спортивного вида, с рюкзаками и велосипедами, только что прибывшую московским поездом. Они интересовались, как добраться до Сухуми. Мы сказали, что там война, и мы только что эвакуировались оттуда. Они с недоверием посмотрели на нас и сказали: «А, это все ерунда! Там все спокойно». И пошагали дальше.
И вот мы в купе вагона «Адлер – Киев». Наши соседи отдыхали в Очамчире и там подверглись обстрелу вертолетов на пляже. Всхлипывая, женщина рассказывала о пережитом. В купе зашел проводник. Дослушав рассказы пассажиров, он сказал: «Посмотрите! Это я получил, пока добирался из Батуми в Адлер, чтобы попасть на работу». И он поднял рубашку. Его спина была в страшных кровоподтеках, как - будто его долго хлестали нагайками или били твердыми предметами. Он был аджарец.».
Только за первые два дня после начала конфликта местными плавсредствами из Сухуми в Адлер было вывезено 2295 человек. С приходом флота, на линии Сухуми-Сочи были задействованы госпитальное судно «Енисей» пр.320А, поисково-спасательный корабль «Апшерон» пр.596П, корабль управления «Даурия» пр.596КУ, плавбаза «ПРТБ-33» пр.2001 и рад других судов в том числе судно «Джаба». К 19 августа из санаториев и домов отдыха ими было вывезено 4798 человек, а в следующие двое суток еще 5178 человек. С 20 августа к эвакуации морем подключились морские пограничники и морские пассажирские суда типа «Метеор» Новороссийского пароходства – ими вывезено за два дня 1928 человек.
Как это было видно на примере рейсов госпитального судна «Енисей» которое за семь дней вывезло около 5 тысяч человек. Первым рейсом «Енисей» эвакуировал 2150, и это при том, что госпитальное судно рассчитано на 450 больничных коек. В морском порту Сухуми собралась огромная масса народа. Выстроенный живой коридор из моряков, принимал на себя многотысячный людской поток, стремящийся попасть на судно. С трудом удавалось сдерживать яростный напор особо нетерпеливых. Как всегда в таких случаях, нашлись мошенники, которые, невзирая на людское горе, принялись продавать фальшивые билеты для посадки на судно стоимостью от 300 до 2.000 рублей. А беженцы, ослепленные горем, готовы были на любые денежные расходы, лишь бы побыстрее покинуть места, превратившиеся из курорта в настоящий ад. Старшему погрузки, ординатору терапевтического отделения майору медслужбы Владимиру Гладких немалых трудов стоило разъяснить обманутым людям, что посадка бесплатная, поэтому производится в порядке общей очереди. За первые полтора часа на «Енисее» приняли 1.200 человек. Людей размещали везде, где только можно. В момент отхода с рейда Сухуми прямо над палубой пролетели два грузинских вертолета и выпустили ракеты по городу. Ночью эвакуированных доставили в Сочи, где по согласованию с городской администрацией беженцев встретили машины «скорой помощи» и автобусы.
Завершив высадку, «Енисей» ушел на рейд Гудауты. Здесь с помощью малых плавсредств было принято более 2.000 человек.
В Пицунде же ситуация сложилась неопределенная. Городские власти отказались содействовать эвакуации отдыхающих. Даже был выставлен заслон автоматчиков, не позволявших выходить к пирсу. Это было следствием операции грузинского флота. 18 августа 1992г. командующий ВМС Грузии капитан 1 ранга А.Джавахишвили на СПК типа "Комета" подошел к Пицунде и представился сепаратистам как офицер ЧФ. Абхазы поверили, и грузинами были вывезены 173 человека, в основном грузины, женщины, старики и дети. После этого обмана, абхазские власти опасались, что их опять обманут и вели себя настороженно. Отдыхающих грузин собрали в одном месте, а на берегу выставили караулы. Капитан госпитального судна Михаил Митрофанович Шрам связался с флотскими пограничниками, после их вмешательства экипаж получил возможность начать прием беженцев, удалось посадить 600 человек. С Пицундой ситуация была непростая. По официальным данным из здравниц Пицунды 22 и 23 августа в Сочи на теплоходах была доставлена последняя группа отпускников из 913 человек. Но абхазская сторона сообщила, что там продолжали находиться около 1600 человек, не пожелавшие сразу прервать отдых по путевкам. И их спустя несколько дней пришлось спешно спасать. Из Пицунды многих беженцев вывез «БДК-54» (бортовой номер 151) прибывший туда 27 августа для эвакуации боевой техники ракетной части и семей военнослужащих. Ночью перед его приходом неизвестный катер устроил стрельбу в воздух у побережья, а приближение БДК к Пицунде отслеживал неизвестный вертолет, который в свою очередь был взят моряками на сопровождение. Возможно, это был тот самый вертолет, который провел атаку российского теплохода «Комета» в этот день. Погрузив технику и семьи военнослужащих, моряки взяли на борт всех отдыхающих кто был в тот момент на пляже. На рейд Новороссийска пришли в 3 часа утра, а власти города узнали об этом только в 12.00 – призывы властей к военным и гражданским начальникам предупреждать о подобных транспортах вовремя успеха не возымели. К 15.00 буксиры «Малоземелец» и «Новороссиец» подтащили БДК к грузовому причалу, где милиционеры провели проверку документов и досмотр вещей эвакуированных. На море становится опасно.
21 августа у Пицунды захвачен катер с грузинами и отконвоирован в Гудауту. Агентство НЕГА в свою очередь сообщила что утром 21 августа в Пицунде абхазские формирования обстреляли с берега корабли России и Украины доставившие гуманитарную помощь для Абхазии. Руководство Черноморского флота для контроля за развитием ситуации и обеспечения безопасности мореплавания в международных водах направило в район кавказского побережья сторожевой корабль «Ладный», в зоне конфликта он находился с 22 августа по 18 сентября 1992г. До конца года корабли сменяли друг друга регулярно. Действия боевых кораблей обеспечивали суда вспомогательного флота. В августе-сентябре 1992г. в зоне конфликта работал рефрижераторный транспорт «Миус».
26 августа в районе Гагры абхазы обстреляли грузинский плавучий кран, перевозивший боевую технику. Пресс-служба ВС Абхазии в Москве сообщила об этом как о крупном сражении. Утром 26 августа в районе Гагры во время морского боя войсками Госсовета была предпринята попытка высадить десант и бронетехнику. Однако попытка не удалась, баржа и катер обстреляны и выведены из строя абхазской стороной. В этот же день абхазской стороной была захвачена одна из «Комет».
В ответ на активизацию действий абхазов на море, 27 августа грузинским вертолетом без опознавательных знаков был обстрелян в районе Гагры гражданский теплоход «Комета-44» Сочинского морского порта следовавший из Батуми в Адлер с 70 пассажирами на борту. Около 12 часов над судном появился желто-зеленый вертолет без опознавательных знаков. Он облетел встречную «Комету-18», следовавшую из Сочи в Батуми, и ушел к берегу. Затем появился со стороны моря. Теплоход находился в 4 милях от берега, когда к нему приблизился вертолет и дал очередь перед носом с требованием остановиться. Механик «Кометы-44» А.Нижельский вспоминал: «Некоторое время он летел над нами, потом на низкой высоте рядом. Вышел он на боевой разворот и обстрелял судно из пулемета. Попаданий не было». После доклада об этом, диспетчером Сочинского порта была дана команда сбавить ход. Едва «Комета» остановилась, вертолет выполнил по ней несколько залпов неуправляемыми ракетами. Первый и второй залпы в корабль не попали, а третий поразил цель. Ракеты пробили алюминиевую обшивку второго салона, в машинном отделении взорвалась ракета, образовав рваную пробоину в 1,2м2. в подводной части. От попавших снарядов была деформирована водонепроницаемая переборка и нарушена герметичность корпуса. Были ранены матрос Андрей Пасмир и моторист Павел Авакьян, оставшиеся три члена экипажа довели теплоход до Адлера. Из 70 пассажиров, 20 получили ранения, в том числе четверо тяжелые, один из них – 40-летний житель Брянской области Николай Бобров скончался.
По словам сменного капитана «Кометы-44» В. Поворознюка, его судно атаковал вертолет Ми-24 (в простонародье «крокодил»). Механик «Кометы-44» А. Нижельский так описал атаку: «Неожиданно мы заметили вертолет. Он пошел прямо к вам навстречу, пронесшись на низкой высоте вдоль судна (российский флаг хорошо был виден), стал сопровождать. Вертолет выпустил несколько пулеметных очередей по судну, а потом зашел с берега и дал три залпа НУРСами. С третьего попал.» Теплоход пытался уйти, маневрируя. Получив пробоину ниже ватерлинии, мог затонуть, но экипаж поднял его на подводные крылья, и дыра оказалась выше уровня моря. Поворознюк В.: «Я приказал выжать как можно больше оборотов, решил: до Сочи не дотянуть. В это время на связь вышел пограничный катер (позывные «Вельбот-45»). Я спросил, ты далеко? «3десь, рядом». Оглядевшись, увидел в двух милях к берегу в районе села Веселое «пограничника». Крикнул в эфир: нас расстреливают, а вы не вмешиваетесь. Ответ: «Извини, брат, у меня другая задача».»
Из достоверных источников журналистам стало известно, что российская сторона сразу после инцидента потребовала объяснения от грузинских военных. И услышала в ответ: «Извините, ошиблись». Тем более что, накануне инцидента абхазами была захвачена одна из «Комет». Но потом Грузия заявила, что это провокация русских и начала обвинять Россию в попытке вооруженного вмешательства в конфликт. Почти в это же время по средствам массовой информации прошло заявление, что 30 августа один из кораблей Черноморского флота обстрелял в районе Сухуми позиции грузинских войск. Пресс-служба ВМФ заявила, что это провокационное заявление направлено на втягивание России в абхазский конфликт. Что бы пресечь все эти слухи, Министерство обороны Российской Федерации провело специальное расследование по факту обстрела «Кометы». По итогам его 18 сентября пресс-служба МО РФ выступила с заявлением, в котором говорилось: «Министерство обороны РФ на днях получило доказательство, неопровержимо свидетельствующее, что вертолет действовал по распоряжению грузинской стороны. Известна и фамилия летчика - Майсурадзе. Он не мог не видеть и не знать, что применяет боевое оружие против мирных граждан». И далее: «Провокационные обстрелы воинских частей, военных санаториев, городков и объектов, вооруженные налеты, захват заложников - все это тревожная реальность последнего времени. Грузинские вертолеты все чаще появляются над местами компактного проживания русскоязычного населения, ведут их обстрел. Стало известно, что грузинской стороной на аэродроме Сухума сосредоточено большое количество авиабомб различного калибра, в том числе и 250-килограммовых. Министерство обороны РФ заявляет: российские войска, находящиеся в зоне конфликта, держали и будут держать нейтралитет. Однако, если бандитские акции против русскоязычного населения с использованием вертолетов не прекратятся, Минобороны России оставляет за собой право принимать меры по пресечению воздушного пиратства». Кстати в Гудауте журналистам продемонстрировали одну из записей эфирных переговоров вертолета под управлением того же Мансурадзе в районе гудаутского военного аэродрома. Одна из его фраз звучит так: «Вы, русские, продались вонючим абхазам. Если вы будете мне мешать, то я сделаю заход на поражение аэродрома». В дальнейшем расквартированные российские войска несколько раз наносили ответные удары после обстрелов и атак своих позиций, привлекая для этого авиацию и артиллерию. Но после каждого раза грузинская сторона начинала кампанию о вмешательстве России в конфликт и российские власти старались воздерживаться от силовых акций, ограничиваясь очередным "тысяча первым последним предупреждением". Помимо эвакуированных курортников, проблему создают и беженцы - жители Абхазии. Чаще всего они пробираются в Сочи на попутных морских судах. После обстрела с вертолета пассажирской «Кометы-44» администрация города Сочи запретила ходить за российскую границу морским судам сочинского порта. Пассажирские перевозки на свой страх и риск осуществляют сухумские сейнеры, баржи и прогулочные катера. Глава сочинской администрации Н. Карпов заявил: «По решению правительства России город Сочи не является местом накопления беженцев. Никто у нас статус беженца не получит! Людей мы перевозим в Новороссийск, где работают миграционные службы. А оттуда отправляем в 14 различных областей Российской Федерации...» Но беженцы продолжают прибывать. Так на прибывшем вечером 27 августа сейнере «Цхалтубо» в город прибыли несколько сотен человек бежавших от войны. По прибытию капитану приказали следовать в Новороссийск но капитан бросил якорь в сочинском порту, пополнив своими пассажирами многочисленную колонию беженцев. По некоторым оценкам, в Сочи скопилось около 10 тысяч неучтенных беженцев, и это создало трудности с продовольствием.
Почти сразу с началом эвакуации отдыхающих и беженцев в Абхазию из российских регионов в основном Северного Кавказа направился поток гуманитарных грузов с продовольствием и медикаментами. Сочи превратился как бы в накопитель гуманитарных грузов. Попытки доставить их жителям Абхазии натолкнулись на сопротивление грузинского руководства которое потребовало прекратить все гуманитарные перевозки с территории России опасаясь переброски оружия вместе с ними. Из за невозможности доставлять грузы по суше был организован неофициальный контрабандный канал перевозки грузов Красного Креста в Гудауту на небольших прогулочных катерах. За последние семь дней августа эти катера из-под Сочи, перевезли в Гудауту более 400 тонн продовольствия и медикаментов. И только 30 августа самолет Ил-76 доставил в Гудауту груз Российского Красного Креста, это был первый легальный рейс после начала войны.
29 августа в Сочи подписано соглашение о прекращении огня до начала переговоров в Москве 3 сентября. Грузинская сторона несмотря на это попыталась в ходе наступления 31 августа-2 сентября захватить Эшеру, но потерпела поражение. Помимо этого грузины продолжали усиливать группировку в Гаграх и Гагринском районе. 1 сентября по абхазским данным к местам скопления грузинской армии в районе Гагры подошли 5 барж, с которых была выгружена тяжелая техника: бронетранспортер, установки «Алазань» и «Град». По данным пресс-службы ВС Абхазии, коридор безопасности для прохода этих барж предоставили корабли СНГ. Грузинская сторона о переброске войск не сообщала, а только о доставке продовольствия. 1 сентября в Гагры из Поти морским путем доставлено 30 тонн картофеля, 5 тонн муки и 5 тонн вермишели и крупы.
3 сентября 1992г. года в Москве, по инициативе России и при участии руководителей Северокавказских республик, было подписано Соглашение о прекращении огня и урегулировании конфликта. Гарантом выполнения договоренности выступала Россия. Но обе стороны договоренности не соблюдали.
Создание ВМС Абхазии, освобождение Гагр и осложнение отношений из-за этого.
В сентябре 1992г. в Пицунде инициативная группа, которую возглавил гражданский капитан Лев Катиба, начала формировать абхазские ВМФ из тех немногих плавсредств, которые оказались в руках ополченцев. Это были 1 патрульный катер типа «Гриф» пр.1400, 4 прогулочных теплохода «Комсомолец Абхазии» и «Сухум» пр.1430, «Радуга-5» и «Радуга-08» пр.485М, 7 катеров на подводных крыльях с озера Рица и морская самоходная баржа (грунтовозная). Корабельный состав собирался по разному. Первый «Гриф» появился еще в 1991г. в одном из пионерлагерей (во всяком случае по официальной версии). Его списали и продали в частные руки, вооружение было снято еще в Поти. Часть прогулочных теплоходов типа «Комета» была отбита у грузин. Одна из первых операций абхазского флота имела значительные последствия. 15 сентября грузинский пассажир­ский теплоход «Пачулия» со 150 пассажирами, со­вершал обычный рейс из Сочи в Сухуми. В районе Гудауты он был остановлен двумя глиссера­ми, на борту которых находились вооруженные люди. По словам капитана Ладо Хвингия, это бы­ли добровольцы с Северного Кавказа. Капитан был вынужден зайти в Гудауту, где судно под­верглось досмотру. Затем, не­смотря на первоначальное тре­бование горцев оставить пасса­жиров и экипаж в качестве за­ложников, теплоход был отпу­щен и благополучно прибыл в Сухуми. Как сказали на следующий день капитан и члены эки­пажа, их отпустили лишь бла­годаря вмешательству абхаз­ского депутата Александра Анкваба, который убедил горских добровольцев в некорректности предлагаемой ими меры. После этого инцидента , начальник сухумского мор­ского порта Георгий Парцвания обратился с письмом к первому заместителю председателя ВС Абхазии Тамазу Надареишвили с просьбой решить вопрос о га­рантиях безопасности плавания пассажирских судов. А до решения этого вопроса с 16 сентября руководство су­хумского морского порта приня­ло решение временно приоста­новить перевозку и движение пассажирских судов по маршру­ту Сухуми—Сочи—Сухуми из-за отсутствия гарантий безопасно­сти.
Абхазский ВМФ принял участие в освобождении Гагры и ее окрестностей 1-6 октября, осуществляя блокирование района и высадку десанта.
С наступлением осени и из-за раннего снега, выпавшего в горах, перевозки грузов с Северного Кавказа в Абхазию стали затруднительными. Абхазское руководство приняло решение разблокировать дорогу до границы с Россией, так называемую «дорогу жизни». Поводом к началу этой операции стало очередное наступление грузинских сил на гагрском направлении. 1 октября грузинские войска попытались одним ударом с правого фланга (село Колхида) и с левого фланга (гора Мамдзышха) потеснить абхазов и отбросить их за реку Бзыбь, а при благоприятном исходе атаковать Гудауту. Однако, удар оказался как всегда не подготовленным и слабым, контратаковавшие абхазы нанесли наступавшим существенный урон и даже заняли господствовавшие высоты над городом Гагра. Грузины начали отступать через Колхиду. Часть грузинских солдат пыталась уйти в Россию через Псоу, но была остановлена в Леселидзе грузинским заградотрядом.
Вечером 1 октября абхазские силы начали обстрел города из единственной «ракетной установки» «Алазань». Удар носил скорее психологический характер, так как ракеты были градобойными. Всего было выпущено около двух десятков снарядов, часть из которых попала в гору и вызвала небольшой лесной пожар. Несколько ракет упали на улицах города и две ракеты попали в стену и в балкон высотных домов. Достоверно можно сказать, что в результате этого удара не было пострадавших ни среди мирных жителей, ни среди грузинских военных. Пытаясь остановить контрнаступление абхазских сил, грузинское командование бросило в бой вертолеты Ми-24. На сегодняшний день не понятно кто наводил грузинские вертолеты на цель, но первый удар пары «крокодилов» пришелся по жилым кварталам Гагры, в результате были жертвы среди мирного населения, в том числе и среди грузин, бежавших с окраин города в центральную его часть. Удары вертолетов продолжались и в сумерках, когда отчетливо были видны огненные трассы. Однако абхазские силы оказались не готовы к продолжению наступления в ночь с 1 на 2 октября и бой прекратился.
Новое наступление абхазских сил на Гагру началось в 6 утра, около 9 утра наступающими был взят вокзал, к полудню абхазцы заняли центр Гагры. Грузинское командование, понимая, что стоит перед лицом полного поражения вновь сделало упор на применение боевой авиации. Около 16 часов был нанесен бомбовый удар по Гагре. В налете на город участвовало три штурмовика Су-25, которые наносили удары по жилым кварталам города Гагра практически непрерывно в течение всего дня.
Вечером 2-го октября по тбилисскому телевидению прошел материал о том, что в Гаграх абхазами убиты все грузины и в городе не осталось больше мирных жителей. Командующий грузинскими силами отдал приказ наносить удар по городу авиацией. Этот сюжет был последним, который видели оставшиеся в городе тысячи мирных жителей до того, как грузинская авиация уничтожила электроподстанцию, снабжавшую город электричеством со стороны Сочи. Вечером Гагра была освобождена. Грузины отступая потеряли около 100 бойцов убитыми, в виде трофеев абхазцам досталось 3 танка, 12 БМП, а также 30 миллионов рублей наличными в городском банке. При отступлении правительственных войск было израсходовано около 5 миллионов патронов, что говорит о низкой военной подготовке и неорганизованности бойцов. За время уличных боев в Гаграх практически не применялись вертолеты, которые вступили в бой лишь 3 октября, когда абхазские силы начали штурм скального участка у санатория «Украина».
3 октября в 18.20 при перелете из пос. Леселидзе в Сухуми грузинский вертолет Ми-8 (бортовой №25449), в котором находился вице-премьер Грузии Сандро Кавсадзе подвергся опасному облету со стороны неизвестного вертолета. Ми-24, без опознавательных знаков и габаритных огней, пытался вызвать падение грузинского вертолета, расположившись под его фюзеляжем, но мастерство пилота Ми-8 спасло машину и пассажиров от катастрофы. Как всегда обвинили в провокации Россию, хотя вероятней всего это был вертолет грузинских ВВС которые активно действовали нанося удары по Гагре. Помимо этого Сандро Кавсадзе заявил, что в тот же день во время продолжавшегося полета корабль ВМС России обстрелял их вертолет. Если подобный эпизод и имел место то это скорей всего был предупредительный залп по приблизившемуся вертолету. После расстрела «Кометы» и нескольких провокационных полетов неизвестных вертолетов вблизи российских кораблей наши моряки старались не давать возможности для атаки своих судов.
4 октября у санатория «Украина» из ПЗРК «Игла» был сбит грузинский Ми-24, который упал в море. Вертолет был сбит неким "казаком" (так в Абхазии называли всех этнических русских, которые не были жителями республики). По рассказу одного из очевидцев, «вертолет попытался обстрелять санаторий, однако получил отпор и начал уходить в море. С берега к нему потянулся шнур дыма, который оборвался недалеко от вертолета и у последнего отвалился хвост. Вертолет завертелся на одном месте и упал в воду». Попытка грузин 5 октября перебросить в Гантиади подкрепление на трех Ми-8 была пресечена четверкой российских Су-27, которые принудили их к посадке.
5 октября грузины в Гантиади и Леселидзе, получив по воздуху подкрепление, попытались атаковать Гагру, продвинувшись до санатория «Украина», но после недолгого боя были оттеснены и отступили. Абхазское наступление шло по единственной дороге, соединяющей Гагру с Адлером. Сложность этой фазы войны заключалась в том, что узкая трасса идет над обрывистым берегом моря, с другой стороны ее ограничивают горы. Несколько отрядов абхазских ополченцев, пытавшихся обойти дорогу поверху, были остановлены грузинскими снайперами, засевшими в домах горного селения. Одновременно в сражении за узкую трассу могли принять участие небольшое количество людей и техники. По этому абхазы наступали небольшими группами, поддерживаемые тремя танками и четырьмя БМП и БТР, отбитыми в Гагре у войск Госсовета Грузии. К вечеру абхазы прорвались через самый труднопроходимый участок дороги над морем и вышли к мосту через речку Холодную, где их встретил высадившийся абхазский десант с четырех судов, в том числе с теплоходов «Комсомолец Абхазии» и «Сухум». Они взяли поселок Гантиади. После разгрома на Гантиадском спуске грузины разбежались, практически не оказывая сопротивления. В ночь на 6 октября абхазские отряды заняли пограничный поселок Леселидзе. Часть грузин, возглавляемая Георгием Каркарашвили, отступила в горное ущелье, остальные перешли российскую границу. В 6 часов утра 6 октября абхазы вышли к реке Псоу и подняли на границе с Россией абхазский флаг. В виде трофеев ими были взяты 16 единиц бронетехники, 4 гаубицы и большое количество стрелкового оружия. За время операции абхазы потеряли 24 человека убитыми и 34 ранеными. После разгрома гагренской группировки грузин, абхазы заявили что взяли трофеями 32 единицы бронетехники, а если учесть что на гагренском фронте было уничтожено: 2 БМП-1, 1 МТ-ЛБ и 1 БРДМ-2. Получается что Грузия перебросила в Гагру до 36 ед. бронетехники (хотя возможно 1-2 БРДМ-2 были у РОВД). Есть сведения что фактически тогда трофеями были: 2 танка Т-55, 4 БМП-1, 1 БРДМ-2, 6 пушек Д-44 и 2 миномёта М-120. А остальные - более 20 ед. бронетехники, были куплены в России и выданы за трофеи под Гаграми? Грузинская сторона утверждала, что российский флот помогал абхазам и блокировал район боев со стороны моря, в этом участвовали суда – «Безукоризненный», «КИЛ-25», «ВТН-38», «ВМ-66», «Головин» ("Golovin") и авиация Гудаутской базы. Российский танкер "Дон" (пр.1540) поставил в Гудауту 420 тонн топлива. Отвечая на эти обвинения, начальник пресс-службы ВМФ России капитан 1 ранга Валерий Новиков заявил, что вопреки заявлениям грузинской стороны корабли Черноморского флота никакого участия в перевозках добровольцев, оружия и военной техники в район боевых действий в Абхазии не принимали и не принимают.
Фактически, с 22 сентября по 5 октября 1992г. года российские корабли находились в районе конфликта, имея задачу оказать поддержку 345-му парашютно-десантному полку который базировался на аэродроме Гудауты, если появится такая необходимость. Даже по составу группы видно, что вооружен был только один корабль СКР «Безукоризненный» пр.1135 - 1x4 ПУПЛРК (4 ракето-торпеды “Метель”), 2x2 ПУ ЗРК “Оса-М”, 2x2 - 76-мм АУАК-726, 2x12 РБУ-6000, 2x4 - 533-мм ТА. А остальные вспомогательные, из которых только водолазный катер «ВМ-66» пр.522, имел 1-12,7мм пулемет, а остальные вооружения не имели - «КИЛ-25» пр.145, основное использование перевозка грузов, малый морской танкер «ВТН-38» пр.1844, что за судно "Golovin" мне пока определить не удалось, но видимо это вспомогательное судно ЧФ «Василий Головин». Так что из состава группы видно, что это транспортный отряд, привлеченный к делу по причине его присутствия в зоне боев. Командиром корабельной группы был капитан 1 ранга В. Фомин. 1 октября согласно плана ими проведены показательные учения для офицеров штаба с целью проверки вооружения (5 ОПР с СКР «Безукоризненный» и ОГ ВДВ), боевых возможностей гудаутской авиации и бронетехники. И это происходило в день начала штурма Гагры. 2 октября в 17.00 первый заместитель министра обороны России генерал-полковник Г.Г.Кондратьев ставит перед военными кораблями следующую боевую задачу: «1. Ни в коем случае не допускать высадки морского десанта со стороны Грузии в районе Бичвинта. В случае необходимости использовать оружие. 2. Осуществить противовоздушную оборону Гудаутского аэропорта». Из указанного документа ясно следует, что российские корабли находились в районе конфликта с единственной целью не допустить нападений и провокационных действий против российских десантников. А что такие действия могли иметь место видно на примере провокаций грузинской стороны против наших моряков. В одном ряду здесь стоят, имитация атаки грузинских вертолетов на сторожевой корабль ЧФ «Безукоризненный», и сближение на опасную дистанцию и непосредственное слежение за российским СКР, осуществлявшееся грузинским пассажирским катером.
6 октября абхазский флот выступил в необычном качестве, он участвовал в обеспечении приводнения и спасения абхазского пилота. ВВС Абхазии состояли из трех мотодельтапланов два "Фрегата" и "Титан", закупленных в начале сентября в одном из московских аэроклубов. Их использовали их для разведки, корректировки артиллерийского огня и заброски диверсантов. Но вскоре им пришлось стать и бомбардировщиками. Так 6 октября в 22.40 абхазский летчик Олег Чанба на мотодельтаплане нанес бомбовый удар по аэропорту Сухуми, где базировались грузинские Ми-24. Его основной целью была башня КДП, но после того, как он увидел, что в аэропорту наряду с боевыми самолетами находятся и два гражданских Ту-154, на которые грузятся беженцы, он сбросил две бомбы на стоянку авиатехники. З.Хайндрава сказал, что от взрыва пострадало здание аэровокзала, а пассажиры и работники аэропорта не пострадали. После бомбежки дельтаплан ушел в сторону моря, где его поджидал катер.
Корабли флота продолжали нести боевую службу сменяя друг друга. СКР «Безукоризненный» который находился в районе конфликта с 2 сентября по 10 октября 1992г., был сменен в Новороссийске вышедшим из Севастополя в конце сентября сторожевым кораблем «Разительный» (капитан 2 ранга К.В.Клепиков). Из Новороссийска он пошел в сторону Сухуми. Участник того похода Иван Евгеньевич Степанов так описал его: «Что навсегда осталось в памяти, так это момент прохода мимо Адлера с его огнями, аэропортом, взлетающим лайнером – потом же резкая темнота, на берегу ни видно ни огонька, ясно, что уже в абхазских водах…
… Пицунда, раннее утро, еще сумерки – после советских веселых рекламных фотографий полная темнота и столбы дыма в горах над санаторными корпусами произвели гнетущее, кладбищенское впечатление.
… потом торчали рядом с Гудаутой. Рядом на берегу аэродром, который назывался Бомбара. Также, кажется, именовался мыс, рядом с которым мы стояли. Стояли очень близко, т.к. для замера дистанции до ориентиров (мыс и что то еще) навигационную РЛС «Волга» приходилось включать на минимальную шкалу “0,5 мили”.
… с этого места был виден Сухуми, Новый Афон, правда для того, чтобы разглядеть что там творится пользовались визиром (12 кратн. увеличение). Тогда там буквально дым столбом стоял.» В октябре 1992г. десантно-штурмовая рота отдельного десантно-штурмового батальона и разведрота отдельного разведбатальона морской пехоты Черноморского флота под командованием подполковника А.Е.Смоляка были высажены в районе Сочи для обеспечения безопасности планировавшихся переговоров между представителями высшего руководства Грузии и Абхазии под эгидой России. Потеря Гагры, да еще накануне выборов в грузинский парламент, назначенных на 11 октября, была болезненно воспринята грузинами, тем более что они в этом винили Москву. По этому Шеварднадзе отказался от встречи с Ельциным и Ардзинба в Сухуми 13 октября. Встречу должны были обеспечить суда Черноморского флота. Их поход привел к дипломатическому конфликту России и Украины из-за непродуманных действий российской стороны.
10-11 октября боевая группа из девяти военных кораблей Черноморского флота снялась с севастопольского рейда и под непосредственным руководством адмирала Игоря Касатонова отправилась к новому месту несения службы — в район города Сухуми. В ударную группировку вошли: БПК пр. 1134-Б «Керчь», два СКР пр.61 «Скорый» и «Сдержанный» (или «Стремительный») с ракетным и артиллерийским вооружением на борту, в группу поддержки — три поисково-спасательных корабля «Даурия» пр.596КУ, «Баскунчак» пр.596П и «Разительный», два МТЩ пр.266М «Вице-адмирал Жуков», «Снайпер» и БДК. Телеграмма с известием о выходе из Севастополя семи (хотя ушли девять) военных кораблей и их перебазировании под Сухуми за подписью Касатонова пришла в Минобороны Украины уже после того, как корабли покинули рейд. Реакция Украины не заставила себя долго ждать. 13 октября МИД Украины направил российскому МИД ноту протеста, в которой всю ответственность за возможные негативные последствия возлагает на Российскую Федерацию. У Украины есть свои резоны. Помимо того, что данная акция была предпринята в одностороннем порядке в обход ялтинских соглашений о совместном российско-украинском управлении Черноморским флотом, есть еще элементарная забота о жизни своих граждан. Как мне сказали в МИД Украины: «Конфликтная зона есть конфликтная зона — мало ли что может случиться. А ведь на этих кораблях несут службу и граждане Украины». На Украине автором акции называли либо командующего ВМФ России Ф. Громова, либо приписывают ее личной инициативе Касатонова. Но реально такой приказ мог прийти только из Кремля. Для улаживания конфликта 15 октября в Киев отправилась делегация МИД под руководством посла по особым поручениям Ю. Дружинина.
Руководство Грузии, также не было поставлено в известность о передислокации боевых кораблей Черноморского флота. И тоже выразило свое недоумение и неудовольствие по этому поводу.
Корабли должны были обеспечивать ход переговоров. Один корабль – БПК «Керчь» должен был стать местом проведения переговоров, СКР проекта 61 должны были обеспечить противовоздушную оборону, а два тральщика проекта 266М - противоминную защиту. Но помимо обеспечения переговоров, было желание использовать отряд для силового давления на Грузию с целью прекращения боевых действий. Начальник пресс-центра ВМФ Е. Новиков на вопрос связан ли выход кораблей с обеспечением безопасности планируемой встречи Ельцина, Шеварднадзе и Ардзинба, довольно уклончиво ответил: «Видимо, не только для обеспечения безопасности». В общем, в этом не было ничего противоестественного, еще 24-25 сентября на заседание Верховного Совета России, было принято заявление и постановление "Об общественно-политической ситуации на Северном Кавказе в связи с событиями в Абхазии". В заявлении говорилось, что причиной войны стал ввод в Абхазию войск госсовета Грузии. ВС России осудил действия грузинского правительства и потребовал вывести грузинские войска из Абхазии, а от правительства России прекратить передачу Грузии вооружений и военной техники. А чуть позже 23 октября Минобороны РФ отдает приказ «о подавлении огневых точек, с которых обстреливаются российские военные объекты в Абхазии».
10-11 октября боевая группа из девяти военных кораблей Черноморского флота снялась с севастопольского рейда и отправилась к новому месту несения службы — в район города Сухуми и Поти. 10 октября СКР «Скорый» и БДК «Крымский комсомолец» направились для обеспечения эвакуации ВМБ Поти. А 11 октября вышел отряд под непосредственным руководством адмирала Игоря Касатонова, для обеспечения переговоров между лидерами России, Грузии и Абхазии. Ясности что за корабли входили в состав отряда пока нет. В ударную группировку вошли: БПК «Керчь» на нем непосредственно должны были проходить переговоры, СКР пр.61 (упоминается «Стремительный» но это ошибка) с ракетным и артиллерийским вооружением на борту, в группе поддержки — СКР (упоминается «Разительный», но по данным он находился в походе с конца сентября), два поисково-спасательных корабля «Даурия», «Баскунчак» и два МТЩ «Вице-адмирал Жуков», «Снайпер». Телеграмма с известием о выходе из Севастополя семи военных кораблей и их перебазировании под Сухуми за подписью Касатонова пришла в Минобороны Украины уже после того, как корабли покинули рейд. Реакция Украины не заставила себя долго ждать. 13 октября МИД Украины направил российскому МИД ноту протеста, в которой всю ответственность за возможные негативные последствия возлагает на Российскую Федерацию. У Украины есть свои резоны. Помимо того, что данная акция была предпринята в одностороннем порядке в обход ялтинских соглашений о совместном российско-украинском управлении Черноморским флотом, есть еще элементарная забота о жизни своих граждан. Как мне сказали в МИД Украины: «Конфликтная зона есть конфликтная зона — мало ли что может случиться. А ведь на этих кораблях несут службу и граждане Украины». На Украине автором акции называли либо командующего ВМФ России Ф. Громова, либо приписывают ее личной инициативе Касатонова. Но реально такой приказ мог прийти только из Кремля. Для улаживания конфликта 15 октября в Киев отправилась делегация МИД под руководством посла по особым поручениям Ю. Дружинина.
Руководство Грузии, также не было поставлено в известность о передислокации боевых кораблей Черноморского флота. И тоже выразило свое недоумение и неудовольствие по этому поводу.
Уже после разразившегося скандала 15 октября в Красной звезде» в опубликованном материале говорилось, что из Севастополя в район Сухуми были направлены три корабля ЧФ, один из них должен был принять на борт представителей абхазской и грузинской стороны для переговоров, а два других – тральщики «Снайпер» пр.266М и «Вице-адмирал Жуков» пр.266М должны были обеспечить противоминную защиту. Встреча, однако, не состоялась, и корабли вернулись в Севастополь, хотя и не все. Начальник пресс-центра ВМФ Е. Новиков на вопрос связан ли выход кораблей с обеспечением безопасности планируемой встречи Ельцина, Шеварднадзе и Ардзинба, довольно уклончиво ответил: «Видимо, не только для обеспечения безопасности».
В октябре 1992г. черноморцы выполняли миротворческую миссию в зоне грузино-абхазского конфликта - БПК «Красный Кавказ» пр.61, танкер «Иман» типа «Аксай» пр. 6404 и сухогрузный транспорт «Мезень» типа "Тисса", в ноябре - СКР «Безукоризненный», в октябре 1992г. - январе 1993г. большой морской танкер «Иван Бубнов».
Воодушевленный успехом своего первого морского десанта 15 августа, грузинский флот предпринял еще несколько десантных операции, которые завершились неудачей. 23 октября абхазами отбита попытка высадки грузинского морского десанта в районе Гудауты.
В связи с тем, что железнодорожное сообщение Грузии с Абхазией функционировало плохо и постоянно была угроза нападения на составы, морские коммуникации приобретали для грузинского военного командования важное значение. В октябре за неделю после потери Гагры, грузины морем из Поти в Сухуми переправили 25 танков, 26-27 октября из Поти в Сухуми переброшено до 50 танков «Т-62», 28 октября в район Очамчира перевезено несколько танков, гаубиц и боеприпасы. Так как кораблей у грузинской стороны катастрофически не хватало они предприняли попытку захватить их у Черноморского флота. 27 октября грузинская сторона блокировала отряд черноморских кораблей (БПК и 6 вспомогательных судов) в гавани Поти и попыталась их объявить своими, но, встретив жесткий отпор экипажей, отказались от задуманного.
В одном ряду с этой провокацией стоит и обстрел судна «Баскунчак», произошедший в тот же день. 26 октября поисково-спасательный корабль ЧФ «Баскунчак» пр.596П, старшим на борту был комбриг, прибыл к Сухуми и сделал попытку войти в порт. Сюда он прибыл для эвакуации военнослужащих и сотрудников санатория Московского округа ПВО. Заход был предварительно согласован с грузинской стороной. Но когда она не разрешила кораблю швартоваться к причалу, и он остался в море. 27 октября «Баскунчак» сделал вторую попытку зайти в Сухуми. В двух милях от порта по судну начали вести прицельный огонь из 120 мм орудий. 10 снарядов разорвались в 30 метрах от борта. Осколки пролетали над головами матросов, рассыпаясь по металлической палубе кусками 70х20 мм. К счастью, обошлось без жертв. Огонь вела грузинская сторона, накануне порт окружили грузинские танки. Снаряды летели поверх голов упавших на землю беженцев. Оправдываясь грузины заявили что огонь вела абхазская сторона. Несмотря на провокацию моряки выполнили приказ — эвакуировать людей. Ты­сяча беженцев, прорвав­шись сквозь кордоны су­хумских «стражей поряд­ка», побросав половину ве­щей и уплатив причитаю­щуюся «дань» за выход к судну, все же была выведена из-под обстрела. Пятнадцать тысяч — в такую сумму, по словам беженцев, оценили сухум­ские вояки каждое разре­шение на эвакуацию. У кого не выло денег, они тут же, в порту, снимали с себя золотые украшения.
А на «Баскунчаке» экипаж делил матросскую пайку на две половинки — себе и детям. Моряки спали на палубе под баками, оста­вив каюты женщинам. Они выполняли приказ, но кро­ме того были просто людьми. Потом «Баскунчак» сут­ки стоял на рейде у Но­вороссийска и никак не мог получить от города «добро» на заход в порт. Беженцев не встречали ни представители Красного Креста, ни местной вла­сти. Только милиция при­была в порт для выявле­ния уголовных элементов. Из Новороссийска, поцарапан­ное шрапнелью артилле­рийских снарядов судно, ушло «зализывать раны» в Севастополь.
К 1 ноября корабли ЧФ завершили эвакуацию из Сухуми военнослужащих и сотрудников санатория Московского округа ПВО начатую в середине октября. Несмотря на противодействия грузинских властей и провокационный обстрел поисково-спасательного судна «Баскунчак». Это судно и корабль управления «Даурия» эвакуировали 1204 человека.
Кроме вывоза людей из Абхазии флот продолжал эвакуировать имущество и личный состав из Грузии. Так СКР «Разительный» обеспечивал безопасность морских перевозок. 29 октября СКР «Разительный» и корабль управления «Даурия» доставили в Новороссийск эвакуированных жен и детей военнослужащих. В порту они встретились с ПСК «Баскунчак». Иван Евгеньевич Степанов вспоминает: «...потом было то, что называлось "эвакуация 19-й армии ПВО из Батуми". Пришли на внешний рейд Батуми, где стояла "Даурия". По крышкам трюма "Даурии" шатались какие то пьяные тётки и несколько товарищей "весьма под шафе" в армейской форме (офицерской).Картину венчала светлая "пятёрка" (ВАЗ 2105)на верхней палубе "Даурии", набитая подушками...
...после того, как мы пришли с "Даурией" в Новороссийск состоялась пересменка - туда пришел "Сдержанный" (пр. 61М), а мы пошли домой в Севастополь...». Неразберихи и непонятности в ходе этого внезапного переселения массы людей, техники и средств хватало с избытком. Неудивительно что находились предприимчивые дельцы которые толковали появившиеся возможности в свою пользу. В конце октября или в начале ноября в Новороссийск пришло гидрографическое судно ЧФ «Ай-Тодор» На берег сошли прибыв­шие из Закавказья бежен­цы. Других пассажиров на судне не должно было быть, но человек тридцать среди приехавших, даже обладая большим воображе­нием, назвать беженцами, язык не повернулся бы. Это так сказать личное мнение встречающих, среди кото­рых оказались и работники отдела регионального уп­равления по борьбе с орга­низованной преступностью и коррупцией (РУОП). Но личные впечатления при­шлось оставить при себе, поскольку оснований к за­держанию кого-либо у со­трудников отдела не было. Гости, сойдя на берег, ра­створились в городской тол­пе, таща за собой тяжелые оклунки с цитрусовыми и прочим скарбом. И только двоих владельцев автомашин «Вольво» и ГАЗ-24 вызвавших подозрения задержали и поместили в приемник распределитель. Так «Вольво» была зарегистрирована в Тюмени, а везлась из Грузии, да и техпаспорт выданный в Тюмени, был заполнен на грузинский манер, с характерными ошибками. Почти такая же ситуация была и с «Волгой». Как они попали на судно, стало понятно сотруд­никам отдела, когда при ос­мотре судна в каюте стар­шего помощника под кро­ватью был обнаружен ящик с 230 тысячами рублей. Так называемая мзда за проезд. И в присутст­вии работников отдела РУОП старший помощник, напрягая память, сколько денег и от кого он получил, делал финансовый отчет. В принципе ничего незаконного моряки не делали. Как сказал начальник гидрографи­ческой службы, этому судну разрешено совершать коммерческие вояжи. Правда ничего про то, что можно провозить лю­дей и грузы за наличный ра­счет, сказано не было. Ставки устанавливал комсостав по своему усмотрению и с молчаливого согласия стар­шего похода. Провоз маши­ны, к примеру, обходился в 60 тысяч рублей. Естественно это вело к злоупотреблениям. Грузия на посланный запрос о задержанных, долго не отвечала. По истечению установленного срока задержанных пришлось отпустить, они поспешили ретироваться, бросив машины. И через месяц, когда ответ из Грузии все же пришел, стало ясно, почему они так сделали, оба автомобиля были крадеными. Так польстившись на возможность быстро заработать, невольно моряки оказались перевозчиками краденого имущества.
26 октября корабли флота помимо участия в эвакуации беженцев, провели и спасательную операцию на море. Из Сухуми продолжают уезжать беженцы. Пассажирских теплоходов в прифронтовом городе нет, и по этому между Сухуми и Сочи курсируют рыболовецкие траулеры. Морские законы запрещают возить людей на промысловых судах, но когда идет война используют все что есть под рукой. В этот день, в море разыгрался неистовый ветер, по радио передали штормовое предупреждение. Средний черноморский сейнер «Арго» принадлежащий Гагринскому рыболовецкому кооперативу, у причала Сухуми забрал на борт очередную партию беженцев – 250 женщин и детей. Выходить в такой шторм в море было опасно. Но и оставаться в порту – опасней вдвойне. Капитан «Арго» принял решение – сниматься с якоря, но с морем шутки плохи. В 13.30 в 14 милях от Гагры, при качке выбило дейдвидные сальники, трюм заливало, началась паника. Было принято решение спускать спасательные плавсредства. 25 человек перекочевали с борта судна, на два надувных плота, которые были привязаны канатами к судну – на корме стало свободнее. Матросы ведрами вычкрпывали воду, им помогали и беженцы. В 14.30 дали сигнал бедствия. В 15.30 «Баскунчак» первым принял сигнал «SOS», но не успевал успеть к «Арго» и передал просьбу о помощи другим кораблям. Пограничники направили в район бедствия корабли «ПСКР-660» (бортовой № 044), «ПСКР-665» (№ 045), «ПСКР-695» (№ 046). В 15.40 командующий ЧФ адмирал Игорь Касатонов приказал форсированным ходом направить для спасения людей БПК «Сдержанный» и два судна тыла флота «Даурия» и «Баскунчак». «Даурия» оказалась к «Арго» бли­же всех. В 17.10 была установлена радиосвязь с судном. Вслед за ней на помощь подоспели погра­ничный корабль «ПСКР-660» ( № 044), буксир из Сочи «Подводник» 8-го экспедиционного отряда Подводречстроя и БПК «Сдержанный». Прожектора осветили район бед­ствия, и «Даурия» высадила на «Арго» десант - свою аварийно-спасатель­ную группу. В 17.30 погранични­ки с «ПСКР-660» ( № 044) подняли на борт с плотов и шлюпок 36 человек, а буксир «Подводник» (капитан Елизаров Михаил) пота­щил за собой «Арго» в Со­чи. Корабли сопровожде­ния следили за эвакуаци­ей. Но штормовая ночь не кон­чилась для моряков. Пе­ред Сочи разбушевавшие­ся не на шутку волны ото­рвали «Арго» от буксира, и снова началась напря­женная борьба со стихией. Только поздней ночью когда траулер привязали канатами к сочинскому причалу, беженцы стали приходить в себя. Все живы, обошлось даже без ушибов.
Зарождавшийся абхазский флот все активнее участвовал в операциях. 26 октября по грузинским сообщениям, в районе Очамчира – Гудава абхазская сторона высадила морской десант в количестве до войсковой роты, часть из которых проникла в центр Очамчира и вступила в бой. Одновременно активизировались абхазские и северокавказские группы в селах Меркула и Беслахуба Очамчирского района, а также в селе Ачигвара Галльского района. Фактически в Очамчире действовали только бойцы Восточного фронта, так как десант не успел прибыть в район боев вовремя. 26 октября на помощь абхазским бойцам Восточного фронта, действовавших в Очамчире, на самоходной барже отправили 150 человек. Вышли в море при более или менее спокойной погоде, но при подходе к месту высадки разыгрался настоящий шторм. Отсутствовала надёжная связь с берегом. На барже вышел из строя двигатель, и десант опоздал к месту высадки. И когда грузинские танки и БМП открыли огонь с берега было решено вернуть десант назад. К вечеру 26 октября основная часть абхазских формирований в Очамчире и окрестных селах была разбита. Начальник генерального штаба МО Абхазии С. Сосналиев опроверг грузинские сообщения о разгроме абхазского десанта, высаженного в Очамчирском районе. Наступление на Очамчиру провалилось, погибло свыше 40 абхазских бойцов, причем около половины - были взяты в плен, а потом расстреляны.
В конце октября 1992г. Сухумский пограничный отряд было решено перевести в Сочи. «Это очень хороший шаг,— сказал корреспонденту РИА глава администрации Сочи Николай Карпов.— Русские парни должны защищать границу России, а не побережье Грузии, которая даже не является членом СНГ». Но еще долгое время пограничники продолжали находиться в Абхазии. Это были 36 Сухумский морской пограничный отряд (445 человек) и 3 Черноморский отряд пограничных судов в Очамчире (510 человек).
Обстановка становилась все сложнее, пограничникам стало небезопасно ездить по дорогам городов и уходя на службу оставлять дома жен и детей. Вскоре бросив все свое имущество, семьи пограничников переселились в отряд. Начальник Сухумского пограничного отряда полковник Вячеслав Сергеевич Чистоусов вспоминал: «Уплотнили солдат, выделили казармы под общежитие, поставили всех на котловое довольствие. В тот период люди многого лишились. Не мародеры, так ополченцы выносили все из квартир. Кому подушка нужна была – пожалуйста, кому ковер – нет проблем. Посуда, мебель – все было в окопах. А в квартирах костры жгли. В те времена за утраченное имущество не платили ни копейки, и утешать себя приходилось лишь словами: "Если ты не пострадал – радуйся. Если ты эвакуировался и какое-то имущество утратил по дороге – радуйся, потому что были такие, которые потеряли почти все или самое ценное. Если ты потерял все имущество, радуйся, что остался жив"». В ноябре 1992г. корабли Очамчирской базы и Новороссийской бригады пограничных кораблей стали вывозить семьи пограничников в Сочи. И снова слово В.С.Чистоусову: «Корабль стоял в море, на лодках, зачастую ночью под освещением прожекторов, моряки на берег привозили продукты. Обратно увозили женщин и детей. Обвешанные вещами эвакуируемых, как елочными игрушками, корабли в любую погоду вывозили людей в Сочи». Участок пограничного отряда война поделила на две части, пять застав «Гантиади», «Гагра», «Пицунда», «Гудаута», «Новый Афон» находились на абхазской территории, а три «Сухумская», «Очамчира», «Анаклиа» на грузинской. И с одной и с другой стороны к пограничникам были претензии. Охрана границы осуществлялась с помощью радиолокационных станций. Электроснабжение на заставах было автономное – дизельными агрегатами. Солярку завезли еще до войны, часть запасов ГСМ отдали эвакуируемые военные санатории и дома отдыха. Позже скачивали с приходящих кораблей. Скачивали ровно столько, чтобы им хватило вернуться в Сочи. Пограничники всегда могли расщипывать на поддержку судов 6-й и 21-й бригад.
21-я отдельная бригада пограничных кораблей базировалась на Новороссийск. В состав бригады входили три пограничных сторожевых корабля (ПСКР) пр.12412 (класс "Молния") - ПСКР-808 (бортовой № 041), ПСКР-811 (040), ПСКР-814 (042); шесть ПСКР пр.205П (класс "Тарантул") – ПСКР-651 (043), ПСКР-660 (044), ПСКР-665 (045), ПСКР-695 (046), ПСКР-700 (047), ПСКР-715 (048); яхта пр.1360 «Кавказ» ( 049); пять катеров пр.1400М – П-513 (639), П-516 (640), П-553 (641), П-554 (642), П-563 (643). К составу 21 ОБРПСКР также относились и два правительственных «Грифа», официально числившихся «погранкатерами аварийно-спасательной службы» - П-51 (648) и П-52.
6-я отдельная бригада пограничных кораблей базировалась на порты Кавказа и имела задачу обороны Кавказского побережья СССР со стороны турецкой границы. В состав бригады входили одиннадцать ПСКР пр.205П (класс "Тарантул") – ПСКР-638 (137), ПСКР-657 (138), ПСКР-659 (139), ПСКР-644 (140), ПСКР-637 (141), ПСКР-641 (142), ПСКР-723 (143), ПСКР-631 (144), ПСКР-649 (145), ПСКР-721 (146), ПСКР-616 (147); три ПСКР на подводных крыльях пр.133 (класс "Антарес") - ПСКР-100 (148), ПСКР-101 (149), ПСКР-102 (150); три катера пр.1400 – П-109 (665), П-111 (666), П-128 (663), тринадцать катеров пр.1400М – П-275 (656), П-402 (670), П-500 (652), П-501 (653), П-502 (654), П-503 (655), П-510 (657), П-520 (658), П-525 (659), П-559 (660), П-576 (661), П-577 (662), П-625 (667), П-633 (669). И еще один катер не идентифицированный по проекту – П-626 (668).
2 ноября грузинские корабли на побережье в Новом Афоне высадили диверсионный отряд. В ночь на 3 ноября он совершил нападение на комендантский пост. Специальными подразделениями абхазской армии грузинский отряд состоявший примерно из 20 человек и участвовавший в нападении был обезврежен. В результате боевых действий в Новом Афоне были ранены трое абхазских военнослужащих.
Эвакуация из ВМБ Поти Черноморского флота.
С началом грузино-абхазского конфликта капитан 1 ранга запаса Габуния, назначенный грузинской стороной старшим морским начальником Потийского гарнизона, открыто заявил помощнику начальника Учебного центра по работе с личным составом капитану 1 ранга Апишеву, что Грузия находится в состоянии войны с Россией. Продолжались попытки захвата имущества флота со стороны грузинских властей, по этому в начале октября 1992г. было объявлено, что в конце месяца начнется эвакуация базы в Поти, которая должна завершиться 31 декабря. 184-я Потийская бригада ОВР на начало 1990г. имела в своем составе 4 дивизиона кораблей:
181-й дивизион ПЛК: «МПК-19», «МПК-68» и «МПК-100» (все пр.204, сданы на слом), «МПК-207» и «МПК-217» пр.1124М (ушли в Новороссийск).
182-й дивизион ТЩ: «БТ-241», «БТ-202», «БТ-728» пр.1265, «Иван Маслов» и «Казарский» пр.266, «РТ-42» и «РТ-249» пр.1330. все корабли были выведены из состава ВМФ к 1996г. (за исключением «БТ-241» и «БТ-202»).
82-й дивизион УК: «СКР-27» пр.159, «АК-382» пр.1400, «ПКЗ-202» - списаны, а «ТК-127» пр.206ЭТ и «Р-370» пр.205РЭ ушли в Новороссийск.
39-й дивизион ДКА (п.Кули): «Д-236», «Д-393», «Д-634», «Д-237», «Д-304», «Д-263» - «Д-289», «Д-293». Из Поти ушли 5 катеров, три из них затонули в Новороссийске.
Передаче предшествовало обращение Комитета женщин Республики Абхазия к командующему Черноморским военным флотом адмиралу И.В.Касатонову, где говорилось, и частности: «...Как известно, агрессор напал на Абхазию, используя военную технику, щедро переданную грузинским формированиям Закавказским военным округом. В то же самое время ни одно воинское формирование, дислоцированное на территории Абхазии, не передало ни одной единицы военной техники ополченцам Абхазии для защиты своей земли. Новым чудовищным фактом стало заявление руководства Черноморского военною флота о возможной передаче Потийской военно-морской базы Грузии... Господин адмирал! Ваше заявление мы, женщины Абхазии, независимо от национальной принадлежности, расцениваем как грубое нарушение принятого парламентом России постановления. Ваши действия направлены на поддержку и усиление военного потенциала Грузии, что ведет к новому витку эскалации конфликта. Мы требуем не допустить передачу Грузии Потийской военно-морской базы. Неужели мы должны уподобиться тем грузинам, которые нападают на воинские части и силой захватывают оружие?!» Ответа на это обращение, как и на другие, подобные, не последовало, а начальник пресс-службы ВМФ капитан 1 ранга Валерий Новиков в интервью ИТАР-ТАСС 4 октября 1992 года еще раз настойчиво указал на нейтралитет ЧФ.
Эвакуацию Потийской военно-морской базы в октябре-декабре 1992г. обеспечивал штаб 150-й отдельной Краснознаменной бригады ракетных кораблей ЧФ размещенный для этого в Поти и два БПК бригады «Скорый» пр.61 (10.10.-25.11.1992) и «Сдержанный» пр.61М (11.-23.11.1992). Боевое распоряжение командиру бригады капитану 1 ранга Виктору Алексеевичу Крикунову вручил командующий ЧФ адмирал И.В.Касатонов. Моряки действовали по обстановке.
В конце октября в Поти прибыл для начала эвакуации первый БДК – «Крымский комсомолец» (в походе находился 10.10.-19.11.1992). В течение трех суток погрузки корабля моряки с помощью личного состава части ПВО организовали усиленную охрану района его стоянки. На территорию порта были введены три БМП. Корабли охраны водного района, находящиеся на внешнем рейде, были приведены в боевую готовность, когда грузинский катер попытался перегородить выход из порта понтоном. В его сторону были даны предупредительные выстрелы. Понтон убрали буксиры 61-й группы судов обеспечения. Для предупреждения обстрелов БДК с берега при выходе из порта БМП были развернуты на местном пляже. Грузинские власти всячески тормозили и срывали ход эвакуации, 31 октября и 1 ноября ими был обесточен военный порт, где базируются корабли флота, что, затруднило его работу. Несмотря на это 31 октября из Поти вышли гидрографическое судно «Ай-Тодор» пр.650 и БДК «Крымский комсомолец» которые доставили в Новороссийск 102 семьи военнослужащих.
В начале ноября грузины опять блокировали Поти, они мотивировали свое решение тем, что российская сторона незаконно вывозит имущество, принадлежащее Грузии. По этому эвакуация была приостановлена, а БДК «Крымский комсомолец» было запрещено входить в порт, он остался на рейде, а 11 ноября прервалась связь с гарнизоном. Для разрешения ситуации к Поти прибыл специально посланный БПК «Красный Кавказ». Старший начальник на борту капитан 1 ранга Владимир Баранов с двумя офицерами высадился в порту для разрешения кризисной ситуации. Путем переговоров удалось достигнуть компромисса и 12 ноября БДК «Крымский комсомолец» вошел в Старый порт Поти, вход в Военный порт ему запретили грузинские власти. Вещи всех эвакуированных при посадке на корабль очень тщательно досматривали, что нисколько не мешало коммерсантам.
Грузинская сторона делала вид, что все нормально. Командующий ВМС Грузии Александр Джавахишвили в пресс-центре парламента Грузии заявил: «Никакой блокады российской военно-морской бригады в порту города Поти нет. Ужесточение режима выхода и входа на территорию Потийской военно-морской базы, вызвано существенными интересами Грузии, в частности тем обстоятельством что город Поти фактически находится в зоне абхазского конфликта». Джавахишвили подчеркивая тот факт что грузинская сторона разрешила войти в торговый порт БДК для эвакуации военнослужащих и их имущества заявил: «Мы окажем им всяческое содействие, чтобы их погрузка и отплытие из Поти произошли вовремя».
Этот поход едва не закончился для БДК «Крымский комсомолец» (бортовой номер 144) гибелью и обернулся крупным скандалом. 15 ноября на подходе к Новороссийску корабль попал в сильный шторм, на борту 285 беженцев из Поти, техника, и личная и военная, военные грузы. В 10.50 встали на якорь в порту, но у них вырвало фланец забортного шпигата и вода начала поступать в машинное отделение. Начался крен, груз сместился и возникла угроза утопить и судно и людей. Ситуацию спасли работники порта, на подоспевший буксир «Юпитер» (капитан А.П.Вошев) с БДК сняли 150 человек, потом под проводкой лоцмана В.Д.Четырника ошвартовали «Крымский комсомолец» у шестого причала. Водолазы подошли, пробоину заделали. Но на этом злоключения не закончились. 19 ноября пассажиры судна подняли бунт. В трюме корабля среди стираль­ных машинок и мебели потийских военных неизвестно как оказались два КАМАЗа, груженные до краев шампанским, водкой, чаем. Когда началась качка, грузовики стали гулять вперед-назад, И давить, что попало под колеса. Несколько семей в результате довезли до Новороссийска груду хлама. Пострадавшие бойкотировали выгрузку КАМАЗов и требовали расследования: кто вместо семей военных, оставшихся там, разрешил взять на борт коммерческий груз? Тем более, что хозяева его скромно намекали, что деньги за это уплачены. И почему так халтурно проведена погрузка, что даже грузовые машины не закрепляются на месте? Сначала отчаявшиеся семьи военных из Поти винили во всем экипаж судна, потом переключились на коммерсантов прошедших один с ними штормовой путь, но с другими це­лями. Милиция металась между ними, пытаясь успокоить. Затем волна возмущения перехлестнула через борт «Крым­ского комсомольца» и понеслась к крыльцу УВД. Криками все и закончилось. Разгрузившись «Крымский комсомолец» из Новороссийска ушел в Севастополь ремонтироваться.
Игрища грузинской стороны привели к трагедии, 13 ноября в Поти неизвестные из автоматов расстреляли двух российских мичманов В.Алексюка и В.Березнюка.
25 декабря из Поти уходил покинул последний караван российских судов под командованием комбрига капитана 2 ранга Василия Кищина. Последних эвакуируемых принимали уже на рейде, куда измученных ожиданием людей доставляли плавсредствами. На берегу осталось только 25 человек из зенитно-ракетной части для передачи имущества грузинской стороне. Караван из 15 кораблей и судов, многие из которых были перегружены, вели на буксире малоразмерные плавсредства. Среди последних кораблей что покинули Поти были: СКР «Безукоризненный» вел на буксире «СДК-82» пр. 773/6, корабль управления «Даурия», «МПК-207», противопожарный катер «ПЖК-47» пр.364, рейдовый буксир «РБ-193» пр.737К, рейдовый водолазный катер «РВК-367» пр.1415, морской буксир «МБ-304» пр.745 и десантные катера. Море встретило моряков непогодой. Восьмиузловым ходом (около 15 км/ч), сквозь снежные заряды и пятибалльный зимний шторм караван пробивался к Новороссийску. А в это время старший морской начальник Новороссийска капитан 2 ранга Игорь Тульчинский практически безрезультатно вел переговоры с портовыми властями о возможности захода кораблей. Игорь Тульчинский потом рассказывал: «Начальник порта Валерий Быков не разрешил входить в порт десантным катерам, наиболее нуждавшимся в этом в условиях разбушевавшейся стихии. Мэр Новороссийска Валерий Прохоренко тоже ничем не помог, а капитан порта Георгий Попов даже отказал в лоцманах для проводки кораблей в незнакомый порт». После длительных переговоров и проволочек, для оказания помощи кораблям от причала все же отошел буксир «Беспощадный», но, испытав на себе удары стихии, повернул обратно. Даже после удовлетворения бюрократического требования портовых властей подать официальную заявку на оказание помощи, второй буксир «Тигрис» не стал рисковать выходом в море, мотивируя отказ в оказании помощи тем, что моряки терпят бедствие вне зоны его ответственности.
Терпящий бедствие «ДК-634» и его экипаж спасли СКР «Безукоризненный», «Даурия» и буксир вспомогательного флота. Но и в порту, куда к утру 30 декабря втянулся весь караван, борьба со стихией не прекращалась — укрытые стоянки портовые власти так и не предоставили. Моряки пытались обезопасить катера, изменить место их стоянки. Но 31 декабря, под Новый год, никого из руководства найти не удалось, так же, как и 1 января. Капитан порта Георгий Попов отказался задействовать аварийно-спасательные силы и не нашел ничего лучшего, как предложить катерам... выбрасываться на берег. При ветре, усилившемся к 3 января до 30—35 м/с, обледенении кораблей и судов, наваливании их друг на друга получили пробоины и затонули «ДК-634» пр.1176, «ДК-533» пр.1205, «ДК-530» пр.1785. Борьбу за их живучесть, имущество, которое находилось на их борту, экипажи вели до последней возможности, так и не дождавшись помощи от портовых властей. Помощь пришла только от директора судоремонтного завода, «приютившего» потрепанные стихией плавсредства у заводского причала. У портовиков же, государственные интересы «тянут» неизмеримо меньше, чем хрустящие купюры для собственного кармана. В конце января 1993г. флот провел операцию и поднял затонувшие катера. Работой руководил вице-адмирал Валерий Сергеев, и в ней участвовали пришедшие из Севастополя спасательное судно «Эпрон» пр.527М и водолазный бот «ВМ-154» пр.535.
С октября по декабрь 1992г. осуществлялся вывод из Поти дислоцированных в Грузии воинских частей ЧФ в Новороссийск. В эвакуации участвовали боевые корабли и вспомогательные суда ЧФ: 2 БДК «Николай Фильченков» и «Крымский комсомолец», танкодесантный корабль, средние десантные корабли, поисково-спасательные корабли «Апшерон» и «Баскунчак», БПК «Красный Кавказ», СКР «Сдержанный» и «Безукоризненный», корабль управления «Даурия» и др. Заместитель начальника штаба ЧФ, начальник командного пункта флота капитан 1 ранга Юрий Ничик заявил: «Все граждане — ветераны, русскоязычное население, семьи военнослужащих, пожелавшие покинуть Поти, эвакуированы. На завершающем этапе операции — с 1 ноября по конец декабря — кораблями и судами флота вывезено более пяти тысяч военнослужащих и членов их семей, около 9 тысяч тонн домашних вещей, 3 тысячи единиц техники и вооружения, 220 служебных и личных автомобилей».
Было выведено:
- боевых кораблей и катеров – 18, в Поти оставлено 2 сторожевых катера стоявших в ремонте на стапелях Потийского СРЗ;
- морских судов различного назначения – 3, в Поти оставлено 6;
- рейдовых судов и катеров из 39 единиц в Поти оставлено 22.
Грузии были также оставлены:
- авиационная техника: 9 вертолетов, аэродром «Мерия» со всей инфраструктурой;
- техника и имущество ОРАВ;
- техническое и шкиперское имущество;
- торпедное, минное, противоминное и противолодочное оружие;
- имущество ГС и РХБЗ;
- имущество МИС, МС и УПАСР;
- служба горючего, имущество связи;
- основные фонды Потийского гарнизона, ОКП бригады ОВРа, береговой батареи и имущество тыла ЧФ.
Все доставшееся Грузии имущество и корабли оцениваются на сумму порядка 110 млн. долларов.
В порту осталось 2 МДК пр.1176, 3 специальных гидрографических катера, охранный катер «Гали», 3 патрульных катера типа "Аист", 2 катера типа "Стриж" и катер типа "Невка". Когда в декабре 1992 года наши последние корабли покидали Поти, на пирсе стояли лозунги: «Оккупанты — вон из Грузии!» Но не прошло и года как наших моряков позвали спасать грузинскую независимость.
Абхазский флот активизирует действия на море.
С 27 ноября 1992г. по 8 ноября 1993г. БПК пр.1134-А «Азов» находится в зоне конфликта, с кратковременными заходами в порт. На борту корабля размещался штаб управления силами которые находились в районе абхазо-грузинского конфликта. Этот срок, официально объявлен в приказе командира корабля и подав в ГШ ВМФ.
Под давлением обстоятельств с 20 по 29 ноября Россия выводила своих десантников из Сухуми. Противоборствующие стороны на эти дни установили перемирие, которое на суше было нарушено грузинами 3 декабря. А на море абхазской стороной.
27 ноября катер «Невка» абхазских ВМС выкрашенный в черный цвет у побережья Пицунды подлетел к сейнеру «Палеостоми» батумского рыбколхоза «Гурия». Под угрозой оружия рыбаки позволили досмотреть судно после чего люди с «Невки» объявили о конфискации сейнера и груза — 20 тысяч бутылок коньяка.
5 декабря на траверзе Хостинского района Сочи в 29 милях от берега, черная «Невка» ВМС Абхазии настигла сухогруз «Советский художник» приписанный к Батумскому порту. Сухогруз шел в Туапсе. С «Невки» приказали остановиться, однако «Советский художник» не подчинился, за что получил очередь из пулемета. Пули пробили фальшборт, топливный бак и цилиндр масляного насоса. К счастью экипаж не пострадал, и сухогруз прибавив ход благополучно дошел до Туапсе. После расстрела 27 августа российской «Кометы» грузинскими вертолетами, сочинские суда прекратили рейсы в Сухуми и Гагру. Но вот когда в ноябре из Сочи начался отток беженцев в Грузию на помощь им вновь пришли гражданские моряки. Между Сочи и Батуми по мере надобности курсируют три «Кометы» и три катера. Эти мирные суда ходят под прикрытием военных кораблей Черноморского флота. Этот факт подчеркнул командующий ЧФ адмирал И.В.Касатонов подчеркнувший, что военные моряки непосредственно в грузино-абхазском конфликте не участвуют, но охраняют мирные пассажирские суда. И хотя морская трасса была проложена вдали от воюющей Абхазии случалось всякое. 8 декабря в 15.15 российский теплоход на подводных крыльях «Комета-45», следовавший по своему маршруту из Батуми в Сочи, на траверзе Гагры, в 15 милях от берега, заметил, что его преследует неизвестный катер без опозновательных знаков типа «Невка», который дал несколько предупредительных очередей по курсу судна. «Комету» катер не догнал. А вечером этого же дня недалеко от российского пограничного поселка Веселое, пограничный корабль «ПСКР-723» (бортовой № 143, командир капитан 3 ранга Борис Николаевич Карчков) вышедший сюда после получения информации от «Кометы» обнаружил и догнал катер типа «Невка». Капитан 3 ранга применил маневр, оттеснив катер от берега. Деваться ему было некуда и он сдался. Катер взяли на буксир. Не зная как будут развиваться события по приказанию командира части на помощь пограничникам подошел еще один сторожевой корабль. Катер привели в Сочинский морской порт. На борту судна окрашенного в черный цвет с экипажем 7 человек были обнаружены две ПЗРК «Стрела», автоматы, гранатометы, пулемет, гранаты и другие боеприпасы. Люди с катера назвали себя бойцами ВМС Абхазии. По словам пограничников причиной ареста послужило то что корабль был задержан в российских территориальных водах. Но этот факт не может быть инкриминирован экипажу «Невки», так как за селом Веселое проходит административная граница между Россией и Грузией. До сих пор не определен ее государственный статус. Сотрудники правоохранительных органов сказали что нарушителей отпустят, если выяснится, что они действительно служат в абхазских ВМС. Что и оказалось. Как оказалось это был абхазский катер, который считал что преследует грузинский корабль с десантом. После выяснения всех обстоятельств задержанных освободили в середине декабря. Катер и оружие было передано полномочным представителям Абхазии. Абхазия никаких претензий российской стороне не высказала. Хотя пока катер находился в Сочинском порту, неизвестные умельцы «раскулачили» часть оборудования.
13 декабря за грузинским рыболовным сейнером, шедшим из Сочи в Поти в районе мыса Пицунда направился катер с вооруженными людьми на борту. Капитан сейнера пытался связаться по рации с российскими пограничниками, но потерпел неудачу. После этого он поспешил на полной скорости возвратиться в Сочи.
В ночь на 25 декабря абхазцы осуществили попытку высадить десант с трех катеров в поселке Бабушара. Судя по его немногочисленности, десант организовывался с разведывательно-диверсионными целями. Отражая высадку десанта, по катерам вели огонь с берега и воздуха. Летчики грузинских вертолетов Ми-24 сообщили что они повредили один из катеров противника. Грузинская сторона заявила что катера отошли от берега под прикрытием судов российской погранохраны, при этом российские пограничники якобы открыли огонь по грузинскому вертолету из автоматического оружия.
Черноморский флот продолжает доставку грузов.
По завершении эвакуации военно-морской базы в Поти, флот не остался без дел, работы был непочатый край. Черноморский флот был основным средством снабжения российских военнослужащих и наших сограждан, находящихся в зоне конфликта. При этом использовались все имеющиеся суда. Так в январе 1993г. в Сухуми пришло поисково-спасательное судно «Баскунчак» с грузом угля, хотя такой груз до этого и не входил в перечень допустимых для этого типа судов. Но в тепле нуждались наши люди и солдаты, и спасательный корабль опять пошел в охваченный войной город. Из донесений командира «Баскунчака» капитана 2 ранга Олега Ващенко:
«7 января. 10 часов 20 минут. Порт готов к приему ПСС. Для обороны порта выделены десантники. В городе идет стрельба.
7 января. 12 часов. Ошвартовался. В городе перестрелка с применением стрелкового и артиллерийского оружия.
8 января. 17 часов 40 минут. Выгружено 70 тонн угля. В связи с обострением обстановки в городе разгрузка ночью запрещена. Корабль затемнен.
9 января. Обстрел района Каласури в 4 км от порта.
10 января. Выгружено 220 тонн угля. Работы вновь ведутся круглосуточно».
В 14.25 10 января «Баскунчак», выгрузив в Сухуми 272 тонны угля, вышел из тервод Грузии и направился в Севастополь.
22 января произошел совершенно беспрецедентный случай, когда грузинскими военными был убит беженец прямо на борту российского пограничного корабля «ПСКР-811». Надежда Лившиц жительница Сухуми, в своих свидетельствах показала: «22 января 1993г. я выезжала на пограничном российском корабле № 040, который вывозил семьи пограничников и русскоязычных жителей города. Среди нас был житель г. Сухум Минна Абрамов, еврей, 60-ти лет. Он , как и я, заплатил 6 тыс. рублей грузинским гвардейцам, блокировавшим доступ к причалу, чтобы пройти на катер. До отхода корабля оставалось полчаса и тут появились 6 грузинских полицейских, они спустились в каюту и подошли к Минне, заявили, что он арестован, и что он должен сойти с корабля. Минна отказался выйти, тогда его начали избивать прикладами. От ударов прикладом по голове Абрамов упал, потерял сознание, у него изо рта пошла пена с кровью. Гвардейцы стали его обыскивать, сняли с тела какой-то пояс, и бросив труп удалились. Мы стали требовать врача, но снова вернулись гвардейцы, утащили тело. Это все произошло на глазах у десятка людей.»
Очередное кратковременное перемирие на фронтах стороны использовали для эвакуации беженцев противостоящих сторон, хотя тоже не без сложностей. С 10 на 11 февраля была перенесена акция по вывозу морем из Сухуми абхазцев, а из Гудаутского района – грузин. Стороны договорились вывезти по 150 человек. С абхазской стороны в этом участвовал прогулочный теплоход «Сухум».
Вообще в силу специфики службы, российские пограничники, несшие службу по охране морских границстраны чаще, чем моряки флота были вынуждены сталкиваться с участвующими в конфликте сторонами. В середине февраля российский пограничный сторожевой корабль сопровождал вспомогательное судно ЧФ «КИЛ-25», доставлявшее продукты для Сухумского погранотряда. В девять часов вечера, когда до сухумского берега, оставалось чуть больше 10 км, ПСКР был атакован неизвестным вертолетом. Вертолет появился со стороны моря и внезапно произвел по пограничному кораблю залп неуправляемых снарядов. Обстреляв судно, неопознанный вертолет ушел в сторону берега. Пограничники обследовали поврежденное судно: судя по осколкам размеры которых доходили до 7 см (ими была буквально засыпана палуба), их обстреляли НУРСами и из пулемета. Экипаж не пострадал. Ответный огонь не открывался. Раньше в Сухумском порту бывали случаи обстрела гражданских катеров и барж с маленьких, юрких катеров без опознавательных знаков, оснащенных гранатометами. С вертолета – впервые. Занимавшиеся анализом происшествия сотрудники отдела военной контрразведки, пришли к мнению, что обстрел был явной провокацией имевшей целью вызвать ответный огонь вслед вертолету, а значит грузинскому берегу. В это время 18 февраля в Тбилиси с визитом находились С.Шахрай и Р.Абдулатипов, предпринявшие попытку политического решения конфликта. Грузинская сторона не желала примеряться и все окончилось очередным конфликтом. 20 февраля грузинская сторона подвергла артиллерийскому обстрелу российский военный объект в с.Эшера, а по летавшим над Сухуми российским самолетам открывался зенитный огонь. В ответ в 23.10 российский штурмовик Су-25 нанес удары по грузинским позициям с которых велся огонь по с. Эшера.
21 февраля, в районе Сочи, наши пограничники задержали турецкую шхуну
Автор
vvvcip
vvvcip10   документов Отправить письмо
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
37
Размер файла
350 Кб
Теги
мемуары
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа