close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Социальные последствия экологических рисков для населения промышленного моногорода

код для вставкиСкачать
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
На правах рукописи
Платонов Константин Аркадьевич
Социальные последствия экологических рисков
для населения промышленного моногорода
Специальность
22.00.04 – Социальная структура, социальные институты и процессы
АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата социологических наук
Санкт-Петербург
2016
Работа выполнена на кафедре прикладной и отраслевой социологии факультета
социологии ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный университет».
Научный руководитель:
Овсянников Василий Григорьевич
доктор социологических наук, профессор,
профессор кафедры прикладной
и отраслевой социологии
ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский
государственный университет»
Официальные оппоненты:
Новожилова Елена Олеговна
доктор социологических наук,
доцент кафедры социально-гуманитарных наук, экономики и права
ФГБОУ ВО «Северо-Западного государственного
медицинского университета им. И.И.Мечникова».
Паутов Иван Станиславович
кандидат социологических наук,
социолог Центра оценки, мониторинга персонала
и молодёжной политики Октябрьской
железной дороги – филиала ОАО «РЖД»
Ведущая организация:
Федеральное государственное бюджетное
учреждение науки «Социологический институт
Российской академии наук»
Защита состоится 28 марта 2017 года в ______ ч. на заседании Совета Д. 212.232.13 по
защите докторских и кандидатских диссертаций при Федеральном государственном
бюджетном образовательном учреждении высшего образования «Санкт-Петербургский
государственный университет» по адресу: 191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного,
1/3, 9-й подъезд, факультет социологии, ауд. _____.
С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке им. М. Горького СанктПетербургского государственного университета (Университетская наб., д. 7/9) и на
сайте www.spbu.ru.
Автореферат разослан «____» ___________ 2017 года
Ученый секретарь
диссертационного совета,
канд. соц. наук
Н.В. Соколов
2
I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ.
Актуальность темы исследования
Экологические проблемы исключительно актуальны для современной России. В
опубликованной Минприроды и экологии РФ в январе 2016 года «Стратегии
экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года» приводятся
данные о том, что порядка 19% городского населения страны находится под воздействием
высокозагрязнённого воздуха и порядка 15% источников, используемых для получения
питьевой воды, не соответствуют санитарно-эпидемиологическим требованиям. В
процессе производства и потребления накоплено порядка 30 миллиардов тонн отходов, а
на всей территории России размещено порядка 170 000 опасных производственных
объектов.1 На одной из последних встреч с представителями Общероссийского народного
фронта В.В. Путин заявил о необходимости безотлагательного решения острых
экологических проблем.2 Тем не менее, на практике вопросы состояния окружающей
среды нередко воспринимаются населением как дела далеко не первой важности. Это
связано со многими факторами, прежде всего, психологического и социального плана:
ущерб, наносимый подобными явлениями, как правило, относительно незаметен за счёт
протяжённости во времени и практически никак напрямую не фиксируется органами
чувств.
Точно так же они не отражаются на повседневных практиках социального
взаимодействия до тех пор, пока не начинают принимать катастрофический характер.3
Неочевидность фоновой экологической угрозы создаёт почву для выработки у отдельных
индивидов, социальных групп и сообществ тактик интерпретации окружающей среды,
основанных на игнорировании опасных факторов. Экологическая угроза в виде
постепенного загрязнения окружающей среды не нарушает привычного порядка вещей
для большинства моделей значимых социальных взаимодействий. Риски органично
встроились
в
систему
представлений
городского
обывателя
о
мире,
институционализировались во всех сферах общественной жизни. Поскольку риски в
социальной
среде
распределяются
неравномерно,
они
провоцируют
развитие
дифференцированных стратегий адаптации, зависящих от опыта, способностей и
1
Министерство природных ресурсов и экологии РФ. Официальный сайт. Стратегия экологической
безопасности Российской Федерации на период до 2025 года. 29.01.2016.
URL:http://www.mnr.gov.ru/regulatory/detail.php?ID=142854 (дата обращения 08.12.15)
2
Общероссийский народный фронт. Путин: Вопросы экологии, спасения Байкала и леса требуют
безотлагательного внимания. 27.11.2015. URL: http://onf.ru/2015/11/27/putin-voprosy-ekologii-spaseniyabaykala-i-lesa-trebuyut-bezotlagatelnogo-vnimaniya/ (дата обращения 08.12.15)
3
Луман Н. Понятие риска // Thesis. 1994. №5. С.136
3
ресурсов, социальных сетей, в которые включены индивиды и социальные группы. 4 Как
отмечает О.Н. Яницкий: «сегодня состояние критической, то есть чрезвычайной, ситуации
есть норма, рутина состояния общественного организма»5.
Экологическая модернизация в России – это длительный и непрерывный процесс, в
котором прослеживается немало сложностей. Среди базовых проблем – неспособность
многих структур в ситуации экологической катастрофы продолжать работать в штатном
мобилизированном режиме.6 В сфере общественного обсуждения экологических проблем
этот эффект проявляется в виде слаборазвитого публичного дискурса, сочетающего в себе
психологическую готовность к выполнению экологически ориентированных действий и
пассивность в создании условий для такой деятельности, а также реальных общественных
инициатив.7 И.А.Халий отмечает традиционный антропоцентризм, преобладающий во
взглядах россиян на экологическую проблематику, что сказывается на управленческих
решениях в этой сфере. Часто реальная экологизация городской среды заменяется
созданием «экологического комфорта», создающего иллюзию безопасности. 8
По мнению А.Б. Вебера российские власти лишь в последние 2-3 года «решили
вернуть в политику принципы устойчивого развития». 9 Тем не менее, экологические
программы и инструменты открытого мониторинга состояния окружающей среды всё ещё
недостаточно эффективны. В России во многих регионах, конечно, на первое место
выходят сложности экономического характера и социальное обеспечение, поэтому
проблемы окружающей среды не получают достаточного внимания. Очевидно, что на
административном уровне лоббизм в отношениях с прессой и городскими сообществами –
намного более экономичный вариант относительно реальных мер по снижению
экологической
нагрузки.
Происходит
габитулизация
экологической
угрозы.
Дополнительно страдает экологическая культура и образование, которые оказываются
невостребованным в среде информационной изоляции.
Экологические риски встраиваются в структуру рисков для населения, приводя к
специфическим социальным последствиям. Особенностью современного этапа является
то, что риски (независимо от их происхождения) становятся повсеместными, с трудом
4
Мозговая А.В., Шлыкова Е.В. Неравенство в распределении рисков: ресурсы и стратегии адаптации //
Россия реформирующаяся: Ежегодник / отв. ред. М. К. Горшков; Институт социологии РАН. Москва: Новый
хронограф. 2016. Вып. 14. С. 358-378.
5
Яницкий О.Н. Социология критических состояний общества: теоретические и методические проблемы //
Социологическая наука и социальная практика. 2014. №4. С.6
6
Яницкий О.Н. Экомодернизация России: теория, практика, перспектива / М.: Институт социологии РАН.
2011. С.13
7
Халий И.А. Экологическое сознание населения современной России // История и современность. 2015. №1.
С.204.
8
Аксёнова О.В. Иллюзия экологической модернизации. // История и современность. 2011. №2. С.103-113.
9
Вебер А.Б. Устойчивому развитию нет разумной альтернативы // Свободная мысль. 2016. № 1.С.74
4
предсказуемыми и хаотичными, а также постоянно приводят к разнообразным
конфликтным ситуациями.10 Россия, как «общество всеобщего риска»11 испытывает на
себе множество проблем, касающихся качества среды, и все они связаны с
противоречиями социального, политического и экономического плана.
Недостаточное развитие культуры управления рисками вызывает негативные
настроения и формирование ритуализма в поведении отдельных служб и комитетов,
которые, оказавшись ситуации невостребованности, перестают выполнять критически
важные функции. Особенно сильно страдает население средних и малых городов,
испытывающее недостаток влиятельности профессиональных объединений экологических
правозащитников. Выживают только крупнейшие организации международного уровня,
но и они оказываются под угрозой и испытывают на себе риски деградации собственной
функциональности и конкурентоспособности.
Отдельное
значение
экологические
риски
имеют
для
регионов,
где
несогласованность централизованного управления, постоянного мониторинга и контроля
может существенно подрывать возможности для устойчивого развития. Экономическое
процветание региона как базовая стратегия нередко приносит в жертву экологическую
защиту, которая в свою очередь имеет прямую связь с общественным здоровьем и
качеством жизни. В России до сих пор множество городов, которые, являясь достаточно
крупными
по
числу
населения,
при
этом
остаются
чрезвычайно
слабо
диверсифицированными по структуре экономики. В подобных условиях городская среда
перестаёт удовлетворять потребности широкого спектра социальных групп и сообществ.
Нередко моногород превращается в механический проект, который удовлетворяет
лишь потребности инвесторов и рабочих. Все ресурсы региона стекаются в этот центр,
превращающий материальные блага в «единственно важный» продукт, что мешает
гармоничному развитию территории. Особенно сильно подвергается воздействию
подобных тенденций лесное и водное хозяйство, энергетика и многие другие отрасли
экономики.
Тем не менее, потребности человека определяются не только общественными
интересами, если одни привыкли к такому укладу вещей, другие не готовы посвятить
жизнь делу градообразующего предприятия. Моноэкономика промышленного города
стимулирует развитие «гомогенной» социальной структуры, исключающей из процесса
принятия управленческих решений всех, кто не задействован в производстве.
10
Яницкий О. Н. Социология критических состояний общества: теоретические и методические проблемы //
Социологическая наука и социальная практика. №4. 2014. С.5-24.
11
Яницкий О Н. Россия как «общество риска»: контуры теории // Россия трансформирующееся общество /
Под редакцией В.А. Ядова. М.: Издательство «КАНОН-пресс-Ц», 2001. С.21-44.
5
Моногород остаётся специфической средой, где экологическая обстановка является
не
основным,
но
значимым
стимулом
и
двигателем
социальных
изменений.
Экологические риски, опосредованные человеческим сознанием, приводят к конкретным
социальным последствиям, которые в сущности своей чрезвычайно сложны в изучении
именно потому, что их действие может быть малозаметно, а логика протекания не вполне
очевидна. Экологические риски конструируются и деконструируются социальными
агентами,
мотивированными
теми
или
иными
стимулами.
Риски
подвержены
многочисленным социальным интерпретациям, перерастающим в образы угрозы или её
отсутствия: некоторые из них создаются бессознательно, другие – формируются
намеренно, с расчётом на достижение определённых целей. Значимым перманентным
фактором остаётся скрытая социальная напряжённость, которая может перерасти в
конфликт в любой момент. Анализ
социальных
процессов,
провоцируемых
экологическими рисками, открывает возможности для глубокого понимания логики
социального взаимодействия в условиях социальной напряжённости. Диагностика
подобных рисков и их интерпретаций является на сегодняшний день одной из наиболее
важных задач социального управления для гармоничного и устойчивого развития
общества.
Степень научной разработанности темы
Теория риска разрабатывается в самых разных областях знания, начиная с
античной
натурфилософии,
где
она
была
представлена
в
виде
разрозненных
метафизических суждений. В научном понимании она основывается на общей теории
вероятности, становление которой связано с прорывом точных наук в XVII-XVIII вв. и
математико-статистическими трудами Х. Гюйгенса и Я. Бернулли.12 Современная теория
рисков была создана в середине XX века благодаря математическому описанию теории
вероятности А.Н. Колмогорова13 и экономическому анализу неопределённости Ф. Найта.14
Экономический риск как явление был проанализирован такими классиками как Дж.
Кейнс. и Р. фон Мизес.15 С позиций психологической теории выбора идея риска была
концептуализирована в рамках работ А. Тверски и Д. Канемана.16 Технические аспекты
12
Шейнин О. Б. Теория вероятностей до П. Л. Чебышёва // Историко-математические исследования. М.:
Наука, 1978. №23. С.284-306.
13
Колмогоров А. Н. Основные понятия теории вероятностей. М.-Л.: ОНТИ, 1936. 80 с.
14
Найт Ф. Х. Риск, неопределенность и прибыль / пер. с англ. М.: Дело, 2003. 360 с.
15
Holton G. A. Defining Risk. Financial Analysts Journal, 2004. 60 (6), 19-25 p.
16
Choices, Values, and Frames. Ed by D.Kahneman and A. Tversky. Cambridge University Press, 2002. p. 341-350.
6
риска в контексте менеджмента в своих работах подробно рассматривает А.И.Орлов. 17 С
позиций философии среди российских авторов проблематикой рисков занимались и
занимаются В.С. Диев18, А.П. Альгин.19
В рамках социологических исследований концепции риска наибольший вклад
внесли У. Бек, Э. Гидденс, Г. Бехманн, М. Дуглас, Д.Лаптон, О.Н. Яницкий, а также А.В.
Мозговая, В.И. Зубков, К.А. Феофанов.20 Важнейшие разработки в сфере социальных
изменений и последствий были созданы П. Штомпкой.21
В процессе интенсивной модернизации и урбанизации территорий теория рисков
всё чаще стала применяться для анализа и прогнозирования городских проблем.
Сложности, с которыми сталкиваются люди и городские сообщества в урбанизированной
среде, потребовали переосмысления моделей социального взаимодействия с позиций
комплексного подхода, учитывающего достижения естественно-научного и социальногуманитарного знания.
Социология города и социальная экология выделились из общесоциологического
знания в начале XX века и исторически сформировались в сходных траекториях, однако, в
их
взаимодействии
прослеживаются
определённые
противоречия.
Для
биологов
социальная экология остаётся отраслью экологии и рассматривает исключительно живые
объекты в рамках логики «организм-популяция».
Город в таком контексте остаётся лишь типом среды со своими характерными, по
большей части чисто техническими, особенностями. С другой стороны, существуют
представления о том, что социальная экология намного меньше связана с экологией, чем
другие её отрасли и сохраняет от предшественницы только общую модель изучения
объекта в среде. В рамках этой группы подходов социальная экология затрагивает более
17
Орлов А.И., Пугач О.В. Подходы к общей теории риска // Управление большими системами: сборник
трудов. 2012. .№ 40. C.49-81.
18
Диев В.С. Неопределенность как атрибут и фактор принятия решений // Вестник Новосибирского
государственного университета. Сер. Философия. Т.8. №1. 2010. С. 3-8.; Диев В.С. Риск: оценка и принятие
решений. // Философия науки. 2010. №4 (47) С.15-32.; Диев В.С. Рациональный выбор в условиях риска:
модели и парадоксы // Вестник Новосиб. гос. ун-та. Сер.: Философия. Т.8, 2010. № 2. С.24-31.
19
Альгин А.П. Риск и его роль в общественной жизни. М.: Мысль, 1989. 192 с.
20
Бек У. Общество риска: На пути к другому модерну / Пер. с нем. В.Седельника, Н.Федоровой. М.:
Прогресс-Традиция, 2000. 383 с.; Бехманн, Г. Современное общество: общество риска, информационное
общество, общество знаний. / пер. с нем. А.Ю. Антоновского, Г.В. Гороховой, Д.В. Ефременко, В.В.
Каганчук, С.В. Месяц. М.: Логос, 2010. 248 с.; Гидденс, Э. Последствия современности. Пер. с англ. Г.К
Ольховикова, вступительная статья Т.А. Дмитриева, М.: Издательская группа «Праксис». 2011, 352 с.;
Яницкий, О.Н. Социология риска: ключевые идеи. Мир России. 2003. №1. C.3-35; Зубков В.И.
Социологическая теория риска: Монография. М.: Изд-во РУДН, 2003. 230 с.; Феофанов К.А. Российская
социология риска: состояние и перспективы // Социологические исследования. 2007. № 4. C.3-12.; Douglas
M., Wildavsky A. Risk and Culture: An Essay on the Selection of Technological and Environmental Dangers.
Berkeley and Los Angeles: Univ. of California Press, 1982. 166 p. 158. Lupton D. Risk. Routledge, 2005. 190 p.
21
Штомпка П. Социология социальных изменений / Пер. с англ. М.: Аспект Пресс. 1996. 416 с.
7
широкий спектр изучаемых явлений, а в ряде случаев признаётся «метанаукой»,
например, у Н.Реймерса.22
Изначально в становлении и развитии социологии города сыграли роль такие
важнейшие авторы как М. Вебер, Г. Зиммель, Э. Берджесс, Р. Парк, Л. Вирт.23
Построения Зиммеля строятся на понимании городского человека, испытывающего
максимальное отчуждение от содержательных культурных форм и результатов своего
труда.
Вебер
описывает
город
как
политическое
образование
с
особыми
административными институтами, получающее экономические преимущества в процессе
своего исторического развития.24
Р. Парк и Э. Берджесс делали акцент на зонировании и выделении ареалов,
рассматривая городскую среду как территориальное образование, где пространственные
факторы влияют на население и во многом определяют специфику его проблем. У. Томас
и
Л.
Вирт
в
контексте
городской
проблематики
провели
анализ
социально-
психологических феноменов восприятия городской среды, городского образа жизни, а
также вопросов адаптации и дезадаптации.
Если рассматривать современный этап развития западной социологии, к проблемам
городов обращаются М. Девис, Э. Соджа, Дж. Джекобс, В. Рыбчинский25 и ряд других
исследователей. К традиционным вопросам у этих теоретиков добавляются новые идеи:
джентрификация, проблема обустройства городской инфраструктуры, анализ городских
сообществ, рассмотрение социальной роли архитектуры и облика городских ландшафтов.
Среди современных российских исследователей социологией города и социальной
экологией занимались и занимаются Е. Трубина, Т.М. Дридзе, О.Н. Яницкий, Г.М. Лаппо,
В.Л. Глазычев.26 Тематика экологической модернизации активно разрабатывается И.П.
22
Реймерс Н. Экология. М.: Журнал «Россия молодая». 1994. С.8.
Вебер М. Город. Избранные произведения: Пер. с нем./Сост., общ. ред. и послесл. Ю. Н. Давыдова;
Предисл. П. П. Гайденко. М.: Прогресс, 1990. 808 с.; Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь.//
Логос.2002.№3.С.23-34; Парк Р. Город как социальная лаборатория. «Социологическое обозрение» Том 2. №
3. 2002; Вирт Л. Урбанизм как образ жизни // Вирт Л. Избранные работы по социологии. М.: ИНИОН РАН,
2005. 244 c.
24
Трубина Е. Г. Город в теории: опыты осмысления пространства. М.: Новое литературное обозрение, 2011.
С.14.
25
Davis M. Planet of Slums. Verso, New York. 2006, 206 p.; Soja E. The city and spatial justice, Justice spatiale.
Spatial Justice, 2009, №1.; Джекобс Д. Смерть и жизнь больших американских городов / Пер. с англ. М.:
Новое издательство, 2011. 460 с.; Рыбчинский В. Городской конструктор. Идеи и города: Институт медиа,
архитектуры и дизайна «Стрелка». М., 2014. 232 c.
26
Трубина Е. Г. Город в теории: опыты осмысления пространства. М.: новое литературное обозрение, 2011;
Дридзе Т.М. Экоантропоцентрическая модель социального познания как путь к преодолению
парадигмального кризиса в социологии // Социологические исследования. 2000. №2. С.20-28.; Яницкий О.Н.
Экологический риск и его политическая интерпретация. Журнал социологии и социальной антропологии.
2002. Т. 5. № 1. С. 26-42.; Яницкий О.Н. Об эволюции международных сравнительных экосоциологических
исследований // Социологические исследования. 2015. №2. C.98-106.; Лаппо Г.М. Итоги и перспективы
российской урбанизации // Население и общество. 2005. №94. URL: http://demoscope.ru/acrobat/ps94.pdf (дата
23
8
Кулясовым, С.А. Тулаевой и М.С. Тысячнюк.27 Различные аспекты экологической
политики рассмотрены в работах О.В. Аксёновой, И.А. Халий.28
Среди
наиболее
значимых
исследователей
общественного
мнения
в
монопрофильных городах и поселениях особенного внимания заслуживают Н.С. Ивашина
и Н.А. Улякина, а также авторы ИСЭРТ РАН – Т.В. Ускова, Л.Г. Иогман, С.Н. Ткачук,
А.Н. Нестеров, Н.Ю. Литвинова, А.А. Шабунова и другие.29
СМИ моногородов были описаны с социологической точки зрения в работах А.Н.
Масловой.30
Объектом диссертационного исследования является население промышленного
моногорода.
Предметом диссертационного исследования является система социальных
последствий экологических рисков для населения промышленного моногорода (на
примере города Череповца).
Цель диссертационной работы состоит в разработке объяснительной модели
системы социальных последствий экологических рисков для населения в промышленном
моногороде (на примере города Череповца).
Реализация
поставленной
цели
предполагает
решение
следующих
исследовательских задач:
1. Проанализировать существующие теоретические подходы к определению и изучению
экологических рисков, созданные в рамках субъективистских и объективистских
теорий.
2. Проанализировать существующие теоретические подходы к определению и изучению
моногородов.
обращения: 08.02.2016).; Глазычев В.Л. Социально-экологическая интерпретация городской среды / Изд-во
«Наука», 1984. 178 с.
27
Тысячнюк М. Международные экоНГО: акторы экологической модернизации в лесном
секторе России // Экологическая модернизация лесного сектора в России и США / Ред. М.Тысячнюк, А.
Кулясова, И. Кулясов, С. Пчелкина. СПб: НИИХ СПбГУ, 2003., Тысячнюк М. С., Тулаева С. А., Кулясов И.
П. Сценарии экологической модернизации целлюлозно-бумажных комбинатов // Социологические
исследования. 2008. №9. C. 68-78.
28
Институционализация экологической политики в России: социальные практики, стратегия государства,
управленческие решения / Отв. ред. И.А.Халий. М.: Институт социологии РАН. 2006. 272 с., Аксенова О.В.,
Халий И.А. Мечта о жизни в гармонии с природой и экологическое сознание россиян // Идеальное общество
в мечтах людей в России и в Китае / [М.К. Горшков и др.]; отв. ред. М.К. Горшков, П.М. Козырева, Ли
Пэйлинь, Н.Е. Тихонова; Институт социологии РАН. М.: Новый хронограф, 2016. С.262-275.
29
Ивашина Н.С., Улякина Н.А. Монопрофильный город: теоретические аспекты определения категории //
Вектор науки ТГУ. Серия «Экономика и управление» 2011. №4 (7). С.31-33; Моногород: управление
развитием. Т.В. Ускова, Л.Г. Иогман, С.Н. Ткачук, А.Н. Нестеров, Н.Ю. Литвинова; под ред. д.э.н. Т.В.
Усковой. Вологда: ИСЭРТ РАН, 2012. 220 с.; Шабунова А.А., Гужавина Т.А., Кожина Т.П. Доверие и
общественное развитие в России // Проблемы развития территории. 2015. №2 (76). С.7-19.
30
Маслова А.Н. Особенности функционирования местных СМИ моногородов. Корпоративная культура: от
теории к практике: сборник научных трудов. / Ульян. гос. техн. ун-т. Ульяновск: УлГТУ, 2009. С. 37-40.
9
3. Обосновать необходимость анализа экологических рисков и их социальных
последствий в контексте проблематики современного промышленного моногорода.
4. Предложить авторскую социологическую трактовку системы социальных последствий
экологических рисков, рассматриваемой как продукт интерпретаций знания об
опасных экологических факторах.
5. Систематизировать основные характеристики системы социальных последствий
экологических рисков для населения на примере населения города Череповца (на
материалах массовых опросов и СМИ).
Гипотеза исследования
Социальные последствия экологических рисков в современном российском
промышленном
моногороде
возникают
и
обостряются
в
процессе
публичного
взаимодействия между группами населения, имеющими противоположные интересы,
поскольку экологический риск представляет собой явление само по себе социальное и
может трактоваться как состояние социальной напряжённости.
Интерпретации ситуации тем более деформированы, чем ниже экологическая и
гражданская культура населения и выше когнитивная сложность соответствующего
опасного фактора. Конструирование экологических рисков и их социальных последствий
производится всеми участниками общественных отношений на основе представлений
(сформированных событиями, уровнем компетенций и идейными установками), стратегий
проблематизации и депроблематизации, а также специфики сферы затрагиваемых
интересов.
Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:
1. Развита социологическая трактовка риска как перманентного состояния общества,
сочетающего в себе факторы объективной опасности и субъективной оценки,
продолжающая идеи теории «общества всеобщего риска» О.Н. Яницкого и культурной
теории риска М. Дуглас и А. Вильдафски.
2. Предложена
авторская
социологическая
трактовка
социальных
последствий
экологических рисков. Проанализированы их специфические черты, обоснована
типология и методология социологического исследования социальных последствий
экологических рисков.
3. Выявлены основные характеристики социальных последствий экологических рисков
для населения на примере населения промышленного моногорода Череповца.
10
Теоретическая
значимость
исследования
обусловлена
развитием
проблемно-
ориентированного подхода в современной социологии, необходимостью разработки
интегративных исследовательских стратегий в вопросах социологического анализа риска.
В работе на основе методологического принципа контекстуального конструктивизма
разработана объяснительная модель формирования риска как состояния повышенного
уровня социальной напряжённости. Разработана собственная методика исследования
социальных
последствий
экологических
рисков
для
населения
промышленного
моногорода.
Научно-практическая значимость работы
Результаты диссертационного исследования могут быть учтены при создании
городских
экологических
программ
и
проектов,
формировании
механизмов
и
инструментов общественного контроля и социального партнёрства для установления
продуктивного обсуждения важнейших проблем в сфере защиты окружающей среды с
участием представителей общественных организаций, бизнеса и власти.
Теоретический и эмпирический материал исследования может быть адаптирован и
включён в программу курсов «Социальная экология» и «Социальная политика» ОП
бакалавриата и «Социальная ответственность бизнеса» программ магистратуры.
Теоретико-методологической
основой
исследования
стали
концепции
социального риска и социальных изменений. Первая была разработана такими
исследователями как У. Бек, Г. Бехманн, Э. Гидденс, О.Н. Яницкий и другими. В изучении
риска прослеживаются две основные ветви, которые можно условно разделить на
объективистский и субъективистский подходы. В рамках первой ветви риск оценивается
как явление, связанное с вероятностью и отражающее наличие реальной опасности.
Наибольшее развитие эта группа теорий получила в трудах У. Бека и Э.Гидденса. В
рамках второй ветви риск понимается как субъективное представление об опасности
отдельных групп людей, экспертов и сообществ, как социальный конструкт либо часть
культурных установок. К этому направлению относятся разработки П. Бергера и Т.
Лукмана, М. Фуко, Дж. Беста, И. Ясавеева, а также М. Дуглас, К. Дейка и А. Вильдафски.
Концепция социальных изменений была создана П. Штомпкой. В рамках данной теории
предполагается, что развитие общества состоит из определённых социальных изменений,
содержательно представленных как смена состояний, свойств и связей социальных
систем. Каждое изменение может реализовываться как становление или как травма: иметь
конструктивную или деструктивную природу. Чередование состояний имеет системный
11
характер и касается как институтов и форматов взаимодействий, так и поведенческих
структур.
Эмпирической и информационной базой исследования послужили:
1. Материалы специальных социологических исследований по проблемам экологических
рисков, проведённых автором, ReMarket и ВЦИОМ в 2013-2014 годах.
2. Материалы специальных социологических исследований городского благополучия,
проведённых в 2008-2012 годах Кафедрой социологии ГИ ЧГУ совместно с отделом
Мэрии г. Череповца по реализации программы «Здоровые города, районы и посёлки» в
г. Череповце.
3. Вторичные данные всероссийских социологических исследований и опросов ФОМ,
ВЦИОМ, Левада-Центр.
4. Программные документы и данные аналитических докладов Управления Федеральной
службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по
Вологодской области, Мэрии города Череповца, отдела Мэрии г. Череповца по
реализации программы «Здоровые города, районы и посёлки» в г.Череповце,
Общественной
организации
по
защите
окружающей
среды
«Общественный
экологический контроль России».
5. Материалы интернет-СМИ и электронных версий изданий печатной прессы
г.Череповца и других российских городов и регионов, содержащие информацию о
экологических рисках в российских городах, моногородах и городе Череповце в
частности: газета «Речь», газета «Голос Череповца», Газета «Череповецкая истина»,
Официальный
сайт
города
Череповца
«Cherinfo.ru»,
Новостной
агрегатор
«Gorodche.ru», Новостной портал «Медиа-Центр», Авторский блог «Кощеев.ру» и
другие.
Методы исследования
При проведении исследования нами были использованы общенаучные методы –
анализ, синтез, метод индукции и дедукции, а также специальные методы эмпирических
исследований: дескриптивный, сравнительный и корреляционный анализ статистических
данных, вторичный анализ результатов специальных социологических исследований,
кейс-стади, анализ документов, анализ материалов средств массовой информации
(интернет-СМИ и электронных версий изданий печатной прессы).
12
В результате проведенного исследования были сформулированы следующие
основные положения, выносимые на защиту:
1.
Экологические риски имеют двоякий характер: с одной стороны, они несут в себе
объективную составляющую опасности, вероятность наступления нежелательного исхода
в конечном поле вариативности развития событий, с другой – субъективные оценки и
восприятие
этой
пространственных,
вероятности,
сформированные
инфраструктурных
и
в
контексте
сложившихся
социально-экологических
условий.
Субъективистские и объективистские трактовки риска не дают системного представления
о риске, поскольку трактуют риск как субъективно или объективно воспринимаемую
вероятность. Но в условиях современного общества риск – это не просто вероятность, а
определённое состояние. Риск – понятие само по себе социальное и может трактоваться
как состояние социальной напряжённости. Риск не может рассматриваться как отношение
«опасность-общество», а всегда встраивается в систему социальных интересов, порождая
отношения сообществ по поводу риска, отношения «субъект-риск-субъект», «субъектриск-объект». Экологические риски – проблема всего общества, но они часто имеют
жесткую пространственную локализацию, поэтому не могут быть рассмотрены в рамках
модели «опасность-общество», предполагая для принятия управленческих решений
множественность субъектов на уровне сообществ. Риск – состояние повышенного уровня
социальной
напряжённости,
формируемое
осознанием
высокой
потенциальной
вероятности наступления неблагоприятных событий.
2.
Экологические риски в городской среде, в частности в среде промышленного
города, формируются и проявляются в различных средах: природной, производственной,
инфраструктурной и информационной. Социальные последствия экологических рисков –
это те социально-политические, социально-практические, социокультурные, социальнобиологические (физические), социально-демографические, социотехнические и другие
изменения систем, на формирование которых повлияли экологические риски. Среда
происхождения риска является фактором определения характера и тактики его
интерпретации.
3.
Особенности
экологических
рисков:
локализация,
перформативность,
конструируемость, когнитивная сложность, отложенность последствий во времени, связь
с доверием экспертным и символическим системам, мифологизация. Социальные
последствия экологических рисков могут быть предупреждены без снижения уровня
опасности реальных факторов экологической угрозы.
4.
Основные социальные последствия экологических рисков, выявляемые в процессе
социологических исследований в российских городах: снижение доверия СМИ, власти и
13
бизнесу, снижение социального самочувствия, ухудшение общественного здоровья, рост
протестных настроений, формирование, консолидация и деконсолидация сообществ, рост
миграционного потенциала. Промышленный моногород характеризуется существенной
остротой экологических рисков и отсутствием конструктивного диалога в публичном
дискурсе, полноценного доступа к
экологической
тематике
и
подробной
недостаточным
и
достоверной
развитием
информации
институтов
по
социального
партнёрства.
5.
Экологические проблемы для большинства жителей промышленного моногорода
Череповца на данный момент не могут быть достаточным стимулом для эмиграции или
проявлений протестного поведения, однако, являются значимым дополнительным
фактором. Небольшие масштабы промышленного моногорода Череповца делают его
«прозрачным»: любой более или менее крупный назревающий экологический конфликт
достаточно быстро придаётся огласке. Социально-демографическая структура не является
решающим фактором дифференциации жителей по их отношению к рискам. Население
промышленного моногорода Череповца чаще всего воспринимает риск механистически:
как чисто объективное явление, именно это делает и риск конструируемым, поскольку
теряется рефлексивная и критическая составляющие восприятия.
Научная достоверность результатов исследования подтверждается использованием
современных исследовательских подходов и методов. Стратегия исследования сочетает в
себе количественные и качественные методы исследования и соответствует теоретикометодологическим подходам, заявленным в работе. Обоснованность результатов
исследования подтверждается также апробацией выводов анализа в выступлениях на
всероссийских
и
международных
научных
конференциях.
Достоверность
и
обоснованность результатов исследования подтверждается наличием публикаций в
рецензируемых научных изданиях.
Апробация результатов
Основные положения и выводы работы докладывались и обсуждались на
всероссийских и международных конференциях в 2013–2016 годах в Санкт-Петербурге,
Москве и Череповце.
Статьи в рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК Минобрнауки
Российской Федерации:
14
1. Платонов К.А. Интегральные оценки социально-экономического благополучия
российских моногородов в начале XXI в. Вестник Череповецкого государственного
университета. № 4 (57). 2014. С. 80-85. (0,7 п.л.)
2. Платонов К.А. Восприятие экологических рисков: экспертные оценки и общественное
мнение. Вестник Санкт-Петербургского государственного университета. Серия 12.
Психология. Социология. Педагогика. №1. 2016. С.99-107. (0,6 п.л.)
3. Платонов К.А., Овсянников В.Г. Инвайронментальный подход в социологическом
исследовании современных промышленных моногородов. Социология и право. №1.
2016. С.75-84 (0,7 п.л.)
4. Платонов К.А. Экологические риски глазами жителей Череповца. Исторические,
философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение.
Вопросы теории и практики. №8. 2015. С.143-145 (0,4 п.л.)
Публикации в других изданиях:
1. Платонов К.А. Экологическая политика Череповца через призму концепции
справедливости Дж. Ролза. Проблемы социальной справедливости и современность:
Материалы III Всероссийской научно-практической конференции (15 – 16 апреля 2013
г.) / Отв. ред. О.В. Козлова. – Череповец: ЧГУ, 2013. – 184 с. (0,2 п.л.)
2. Платонов К.А. Методология и методика комплексного социально-экологического
обследования промышленного моногорода. Материалы Международного молодежного
научного форума «Ломоносов-2014» / Отв. ред. А.И. Андреев, А.В. Андриянов, Е.А.
Антипов. [Электронный ресурс] — М.: МАКС Пресс, 2014. (0,2 п.л.)
3. Платонов К.А. Глобальная и локальная трансформация экозащитных установок
городского населения. Череповецкие научные чтения-2015. Тезисы. (0,2 п.л.)
4. Платонов К.А. (Россия) Представление об индикаторе в социальной экологии.
Социальная экология и развитие экологического сознания в России и Китае. (Сборник
статей) / Под ред. Н.Г. Скворцова, Хэ Цзэнке. — СПб.: Астерион, 2013. — 112 с. (0,2
п.л.)
5. Платонов К.А. Экологические факторы социальной напряженности. Тезисы докладов
победителей научной конференции «СНК– 2013»: В рамках Всероссийского фестиваля
науки в ЧГУ (8 – 17 апреля 2013 г.). В 2 ч. Ч. 1, кн. 2. Социально-гуманитарные,
педагогические и психологические науки/ Отв. ред. Н.П. Павлова. – Череповец: ЧГУ,
2013. – 191 с. (0,2 п.л.)
15
6. Платонов
К.А.
Исследовательская
стратегия
социологического
изучения
промышленного моногорода. Х Ковалевские чтения «Россия в современном мире:
взгляд социолога». 2015. (0,2 п.л.)
7. Платонов. К.А. Проблематика российских моногородов в контексте принципов
социальной справедливости. Проблемы социальной справедливости и современность:
Материалы IV Всероссийской научно-практической конференции (20–21 марта2014) с
Международным участием: сб. науч. работ/ Отв. ред. О.В. Козлова, А.В. Седов, О.Ю.
Солодянкина. – Череповец: ЧГУ, 2014. – 231 с. (0,2 п.л.)
8. Платонов К.А., Киселёв В.О. Экологические программы российских политических
партий. // Тезисы VI международной социологической Грушинской конференции
«Жизнь исследования после исследования: как сделать результаты понятными и
полезными», 16-17 марта 2016. - Материалы конференции. - М.: ВЦИОМ, 2016. (0,2
п.л.)
9. Платонов К.А. Якшина М.М. Социальные аспекты развития инфраструктуры города на
примере транспортной инфраструктуры города Череповца. XI Ковалевские чтения.
Материалы научно-практической конференции 14-15 ноября 2014 года. Отв. редактор:
Ю.В. Асочаков. СПб.: Скифия-принт, 2014. (0,2 п.л.)
10. Платонов К. А. Моногород как среда в социологическом исследовании. VIII
Ковалевские чтения. Материалы научно-практической конференции 15-16 ноября 2013
года / Отв. редактор: Ю.В. Асочаков. СПб., 2013. (0,2 п.л.)
11. Платонов
К.А.
Особенности
публичного
обсуждения
проекта
строительства
целлюлозно-бумажного комбината в г.Череповце. // Тезисы VI международной
социологической
Грушинской
конференции
«Жизнь
исследования
после
исследования: как сделать результаты понятными и полезными», 16-17 марта 2016. Материалы конференции. - М.: ВЦИОМ, 2016. (0,2 п.л.)
12. Платонов К.А. Размывание медиаобраза экологической угрозы. LAP LAMBERT
Academic Publishing. Saarbrucken, 2013. (2 п.л.)
13. Платонов К.А. Медиаобраз экологической угрозы: актуальные тренды. XV научнопрактическая конференция с международным участием. «PR и социальное управление:
экономика, политика, культура». 26 мая 2016 г. САУ, 2016. (0,2 п.л.)
Структура работы
Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, включающих 7
параграфов, заключения, списка литературы, который насчитывает 262 источника на
русском и английском языках, и приложений.
16
II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ.
Во введении даётся общая характеристика работы, обосновывается актуальность
заявленной проблемы, анализируется состояние исследований, проведённых в данной
сфере, конкретизируются объект и предмет исследования, раскрываются эмпирические и
базовые теоретико-методологические установки, даётся описание теоретической и
практической значимости работы.
В первой главе «Теоретико-методологические подходы в социологическом
исследовании
социальных
последствий
экологических
рисков
для
населения
промышленного моногорода» рассматриваются особенности социологического изучения
рисков в контексте проблематики промышленного моногорода.
В параграфе 1.1 «Концепция рисков для населения в контексте проблематики
промышленного моногорода» анализируются актуальные подходы к социологическому
исследованию риска и обосновывается специфика анализа проблемы социальных
последствий экологических рисков в контексте тематики промышленного моногорода.
Идея опасности и неопределённости возникает ещё в античной философии вместе
со становлением абстрактной идеи об ответственности. В Средние века и ранее Новое
время риск остаётся синонимом опасности, а его концептуализация не выходит за рамки
религиозных и метафизических представлений. Специальная теория риска начинает
формироваться только с появлением математики и экономики современного типа на
рубеже XVII-XVIII веков. В XX риск становится явлением, сопровождающим все формы
человеческой деятельности на различных уровнях: от личностного до глобального,
активно развиваются идеи управляющей динамики и прогнозирования рисков. В такой
ситуации необходимым оказывается развитие теории управления рисками, которая
формируется изначально в экономике и финансовом менеджменте. Впоследствии в ответ
на разнообразие формирующихся социальных проблем формируется социологическая
теория риска, которая становится с одной стороны специальной социологической теорией,
а с другой имеет ярко выраженный социально-философский характер. Формируется идея
о постоянном воспроизводстве рисков обществом.
В социологии формируется множество подходов к изучению риска, которые могут
быть условно разделены на две группы. Первая группа подходов базируется на
рассмотрении риска как объективного явления, влияющего на общество за счёт изменений
среды. Подобный взгляд характерен для технической и механистической трактовки риска.
В социологии с некоторыми оговорками к данному направлению ближе всего теории У.
Бека, Г. Бехманна и Э. Гидденса.
17
Второе направление связано с представлением о том, что риск является
субъективно воспринимаемым явлением. В рамках данной методологии формируется идея
о «субъекте» и «объекте» риска. Поскольку последствия опасностей природного и
техногенного характера не всегда могут спрогнозированы с достаточной точностью,
влияние собственных представлений при оценке ущерба неизбежно, что действует не
только на обывателей, но и на экспертов. Степень риска во многом определяется
субъективной оценкой вероятности наступления событий. Поэтому встаёт вопрос о
качестве и объективности экспертизы, выработке адекватных механизмов фиксации
стандартов безопасности, применяемых в различных сферах человеческой деятельности.
Соответственно, риск – это воспринимаемая угроза причинения ущерба. Восприятие
опасности риска зависит от категории ценности, приписываемой объекту, который был
подвергнут риску. Также здесь появляется идея о том, что конструирование рисков может
выступать как способ манипуляции, а управление рисками может в ряде случаев
сводиться к управлению «субъектом» риска, проще говоря, к влиянию посредством
механизмов PR и пропаганды. Это направление было развито в рамках работ М. Дуглас и
А. Вильдафски. Авторы дают специфическую трактовку феномена риска в духе
структурной
антропологии:
риск
базируется
на
иррациональных
суждениях,
конструируется в процессе социального взаимодействия, при этом его идея имеет
надиндивидуальную природу. К субъективистским также относятся подходы Д.Лаптон,
Д.Туллоха, Л.Сьоберга и ряда других авторов.
О.Н. Яницкий развивает идеи У.Бека, стараясь преодолеть противоречия между
различными подходами к трактовке риска. Он анализируется трансформацию «нормы
риска» как причину распространения катастроф. Создавая собственную концепцию
«общества всеобщего риска», он акцентирует внимание на необходимости изучения
общественного мнения, экспертных оценок и локальных кейсов, связанных с
экологическими кризисами.
На основе синтеза представленных концепций можно сформулировать следующие
определения:
Риск – потенциальная вероятность наступления неблагоприятных событий.
Объективный риск – потенциальная вероятность наступления неблагоприятных
событий, оцениваемая с позиций соответствия стандартам безопасности, основанным на
формальных показателях.
Субъективный риск – потенциальная вероятность наступления неблагоприятных
событий, оцениваемая социальными акторами на основе своих представлений об
опасности и безопасности.
18
Субъект риска – социальный актор, выступающий реципиентом риска и его
последствий.
Экологические риски представляют собой группу рисков, которые отличаются
когнитивной сложностью, разнообразием, влияют на общественное здоровье и качество
жизни. Для экологических рисков характерны следующие типологические черты:
локализация
в
пространстве,
перформативность,
конструируемость,
когнитивная
сложность, отложенность последствий во времени, связь с доверием экспертным и
символическим системам, мифологизация.
Социальные изменения, порождаемые рисками, отличаются высокой сложностью и
нелинейным характером развития. Оценка эффектов, порождаемых рисками, представляет
собой наиболее важную практическую задачу для социологии риска в целом. Социальные
изменения характеризуются трансформацией установок и ценностей, характеристик и
ориентаций социальных групп и сообществ, социальных институтов и практик, образцов
поведения. Социальные последствия в свою очередь представляют собой социальные
изменения, уточнённые отношениями причинности с определёнными процессами или
явлениями. Так, социальные последствия экологических рисков – это те социальнобиологические
(физические),
социально-демографические,
социокультурные,
социотехнические и другие изменения систем, которые были повлечены экологическими
рисками напрямую либо через осознание этих рисков населением.
В параграфе 1.2 «Городское население как объект социологического исследования»
определяются
основные
подходы
к
городскому
населению
как
к
объекту
социологического исследования. Анализируется исторический переход социологического
изучения
города
от
позиций
социальной
философии
и
экологии
человека
к
конструкционистским, урбанистическим и медийным исследованиям. Даётся обоснование
специфики населения моногорода как объекта исследования.
Уникальность городского жителя и городского населения разным авторами, в том
числе классиками, определяется по-разному. Для Г.Зиммеля центральной идеей остаётся
понимание городского образа жизни, связанного с отчуждением и стрессом. У классика
чикагской школы Л.Вирта городской образ жизни связывается с повседневными
практиками
и
совместным
проживанием
разных
(гетерогенных)
резидентов
в
ограниченном пространстве города. Для Р.Парка и Э.Берджесса ключевыми моментами в
исследовании городов оказываются аспекты пространственного районирования, миграция,
социальная адаптация, расовые, этнические противоречия и другие социальные проблемы.
Они рассматривают город как социальный организм с позиций экологии человека.
Неклассические авторы акцентируют внимание на городском населении как на ключевом
акторе городской реальности, а также на информационном поле города, его образе во
19
внутренней и внешней среде. В их внимание попадают сообщества, сферы интересов,
городские СМИ. Дж.Джекобс анализирует город с позиций благоустройства и комфорта
проживания, а также связи социальной интеграции с инфраструктурой. Э.Соджа и
Ф.Джеймисон определили стратегию «the decline of place» («отказа от мест»),
ориентируясь в изучении городов на анализ социального пространства, имеющего
постмодернистский характер и обладающего чертами гиперреальности. С.Маккуайр
определяет город как медийно-архитектурный комплекс, в котором пространственное
переплетено с символическим.
Анализ
подходов
исследовательских
показывает
стратегий.
Для
ограниченность
изучения
узкоспециализированных
городского
населения
необходимо
использовать комплексную стратегию. Эта стратегия должна быть ориентирована на
население, но не может игнорировать аспекты пространства. Она
должна учитывать
опасные
производственной,
факторы,
производимые
в
рамках
природной,
инфраструктурной и информационной сред, оценивая их как контекст рисков,
конструируемых агентами.
Моногород – это частный случай города. Его население, как правило,
характеризуется
относительной
гомогенностью,
сильной
зависимостью
от
градообразующего предприятия, недостаточно развитой гражданской культурой и
попаданием под воздействие специфического «адаптационного синдрома», в частности
вредных экологических факторов. Эти факторы напрямую и косвенно приводят к
обострению социальной напряжённости. Для изучения конкретного моногорода актуален
проблемно-ориентированный подход, учитывающий объективные и субъективные
переменные.
В
параграфе
1.3
«Методология
исследования
социальных
последствий
экологических рисков для населения промышленного моногорода» анализируются
основные методологические принципы и методы, применяемые для исследования
социальных
последствий
экологических
рисков
для
населения
промышленного
моногорода.
Город в зависимости от того или иного общеметодологического подхода может
восприниматься и рассматриваться как экосистема, ограниченный участок пространства,
система объектов в пространстве и времени, «организм», социально-экономическая
система, сеть, структура отношений между агентами, медиаобраз.
Города являются источниками и локальными агрегаторами рисков. Управление
рисками становится одной из важнейших стратегических целей для устойчивого развития
любого территориального образования. Экологические риски в городской среде, в
частности в среде промышленного города, формируются и проявляются в различных
20
средах: природной, производственной, инфраструктурной и информационной. Среда
происхождения риска является фактором определения характера и тактики его
интерпретации. Сообщества формируют свой собственный образ экологических рисков и
реагируют на инфоповоды в сфере охраны окружающей среды, исходя из этих
представлений.
Анализ методологических принципов, применяемых в исследовании современных
городов, показывает актуальность стратегии контекстуального конструктивизма, которая
описана Дж. Бестом. Методология контекстуального конструкционизма оптимальна при
изучении экологических рисков. Она базируется на идее об исследовании процессов
конструирования рисков в качестве значимых социальных проблем с опорой на знание о
«контексте». В качестве контекста в случае с исследованием города рассматривается всё
социально
значимое
знание
о
параметрах
природной,
производственной,
инфраструктурной и информационной сред города.
Методология контекстуального конструкционизма определяет необходимость
использования комплекса методов, таких как: экспертное интервью, массовые опросы,
анализ документов и материалов СМИ.
Во
второй
главе
«Основные
характеристики
социальных
последствий
экологических рисков для населения промышленного моногорода» рассматриваются
практические аспекты конструирования рисков и развития общественного мнения об
опасных экологических факторах в контексте проблематики моногородов, а также
подробно анализируется система социальных последствий экологических рисков для
г.Череповца.
В параграфе 2.1 «Социальные последствия экологических рисков в современном
российском обществе» представлены материалы по анализу специфики проявления и
развития социальных последствий экологических рисков в современном российском
обществе, в том числе в промышленных моногородах. Приведены основные тренды в
общественном
мнении
об
опасных
экологических
факторах,
характеризующие
особенности восприятия проблематики окружающей российскими респондентами.
Экологическая культура населения России имеет специфические особенности. По
материалам опросов общественного мнения жители различных регионов страны
проявляют значительный интерес к проблемам экологии, считая их важными и
существенными. Население, в целом, заявляет о своей заинтересованности и возможности
влиять на экологическую ситуацию лично, но проявляет себя крайне пассивно, когда речь
заходит о реальных действиях и самоорганизации для коллективного выражения
интересов. Наблюдется существенное недоверие к информации об экологии и
публикуемым данным. Эта установка связана не только с общей атмосферой недоверия,
21
существующей в российском обществе, но особой сложностью экологических изменений,
недостаточным развитием экологической культуры. На восприятие экологических рисков
сильно влияют историческая память, представления об авариях и катастрофах,
терминология. В массовом сознании прослеживается отсутствие логики соотношения
экологических катастроф и природных катаклизмов, причинно-следственных связей
отдельных явлений. Существует «социолект» по тематике экологии, который слабо связан
с официальной терминологей, что усложняет «перевод вопроса».
В России известны случаи манипулирования показателями и конструирования
общественного мнения по поводу экологических кризисов. Особенности современной
информационной культуры приводят к том, что экологический риск отвязывается в
массовом сознании от времени и пространства. Если некая тема получила общественный
резонанс, теряет значение локализация самого конфликта, а иногда и его фаза развития.
Рушится логика возможности формирования местного общественного движения для
гражданского самоуправления, поскольку в центре внимания оказывается кейс,
доступный территориально ничтожно малой доле аудитории. Доступ к экспертам и
свидетелям происшествий оказывается крайне ограниченным. Исключительное внимание
привлекают к себе либо сильно политизированные и обсуждаемые в СМИ инфоповоды,
либо катастрофы. Экологический риск в его статичном состоянии необязательно создаёт
критические необратимые изменения в среде, но, будучи осознанным, формирует
фоновую социальную напряжённость.
Моногорода очень важны для страны в целом и в среднем относительно сильно
подвержены
экономическим
и
экологическим
рискам,
что
связано
с
недиверсифицированной экономикой и наличием (как правило) в той или иной степени
вредного производства.
Население моногородов узнаёт основную информацию по экологической тематике
из СМИ. При этом данная проблематика публично освещается очень мало, во-первых,
потому что она не слишком востребована у аудитории, во-вторых, во избежание
формирования соответствующей повестки дня. Существует тенденция: СМИ моногородов
более зависимы от стейкхолдеров из-за недиверсифицированной экономики и зачастую
принадлежат тем же управленческим структурам, что и производство. Информация об
экологии в мейнстрим-источниках неизбежно преподносится в положительном и
нейтральном свете, сообщения формируются в неконфликтной стилистике, даже если суть
инфоповода – в конфликте. Анализ альтернативных источников: блогов и независимой
прессы, показывает, что конструирование проблематики происходит и в них, меняется
лишь стилистика, более того, такие материалы зачастую непоследовательны и имеют
низкое
качество.
Публикуя
подобные
22
материалы,
общественные
лидеры
«самодискредитируются» в глазах лиц, принимающих решения и активно воздействуют
на местные сообщества, не требовательные к адекватной аргументации.
В параграфе 2.2 «Конструирование экологических рисков и их социальных
последствий в СМИ на примере Череповца» представлены материалы анализа прессы,
блогов, статистических источников, официальных отчётов по двум кейсам экологических
конфликтов.
В кейсе «Дезавид» показано, насколько когнитивная сложность риска влияет на
проблематичность вовлечения граждан в процесс обсуждения опасного фактора. В нём
также проявляется роль интерпретации конкретного знания в зависимости от конкретных
социальных интересов. Факт внедрения новой технологии очистки воды одной стороной
подавался как уникальное преимущество, а другой – как экологически опасный произвол
муниципальных служб.
В
кейсе
«ЦБК»
отражается
роль
стереотипизации,
мифологизации
и
перформативности риска. Новость о строительстве комбината воспринимается в контексте
уже существующих вредных производств, поэтому встречает массу критики. В этом кейсе
проявляется
недостаточное
развитие
экологической
культуры
и
экологического
образования граждан, прослеживается конфронтация между населением и альянсом
бизнеса и власти.
Оба кейса иллюстрируют роль столкновения интересов различных групп населения
при обострении экологических рисков, а также показывают эффекты появления
социальных последствий экологических рисков, напрямую не связанные с действием
опасного фактора. Данные экологические конфликты в городе спровоцировали рост
гражданской и протестной активности, усилили недоверие к власти и крупному бизнесу.
Особенное значение в их обострении сыграли независимая пресса и интернет как
альтернативный источник информации о ситуации по экологическим рискам.
Город Череповец сочетает в себе черты крупного провинциального города и
типичного российского моногорода, в котором экологическая обстановка долгое время
остаётся стабильно напряжённой. Население города проявляет сознательность и
осведомлённость относительно экологических рисков. При этом в его установках
прослеживается негативизм и недостаточное развитие гражданской экологической
культуры. Механистическое представление о рисках, свойственное обывательскому
взгляду, деформирует репрезентацию риска в массовом сознании.
В параграфе 2.3 «Специфика восприятия экологических рисков населением
промышленного моногорода на примере Череповца» представлено описание и аналитика
по исследованиям общественного мнения об экологических рисках, проведённым в городе
Череповце, а также общие стратегические рекомендации по эффективному управлению
23
социальными последствиями экологическим рисков для органов муниципальной и
местной власти, а также общественных организаций.
Социологические опросы в виде обследований проводятся по заказу мэрии в городе
более-менее регулярно. За последние годы численность респондентов, негативно
оценивающих экологическую обстановку в городе оставалась высокой.
Для анализа ситуации было проведено комплексное исследование. На первом этапе
было опрошено 7 экспертов для проверки информации, проанализированной на стадии
мониторинга открытых аналитических источников и СМИ.
Наиболее важные отправные точки, выявлены в процессе изучения полученного
материала, были конкретизированы следующим образом:
1.
Экологическая обстановка в Череповце стабильно напряжённая, но в последние
десятилетия наблюдается явная положительная динамика, которая, однако, менее
ощутима относительно последних нескольких лет.
2.
Основные экологические проблемы города Череповца – это загрязнение
окружающей среды промышленными выбросами и утилизация ТБО, имеет так же
значение проблемы, связанные с транспортом.
3.
На территории города присутствуют и имеют ощутимое влияние предприятия,
выступающие мощными источниками загрязнения окружающей среды, в первую очередь
это: «Северсталь», «ФосАгро» и «ЧФМК».
4.
Для населения, работающего на промышленных предприятиях, существуют
серьёзные производственные риски.
5.
На крупных промышленных предприятиях в целом развиты нормы КСО (в
основном речь идёт о «Северстали» и «ФосАгро»).
6.
Проблема пробок для Череповца актуальна, поскольку инфраструктура дорог
города не справляется с текущей транспортной нагрузкой. Выхлопные газы от
автотранспорта, имеют непосредственное дополнительное негативное влияние на
ситуацию с загрязнением воздуха.
7.
Службы, занимающиеся вывозом мусора из города, в целом справляются со своей
работой, однако, существует огромная проблема с дальнейшей утилизацией этих отходов.
8.
Для череповчан на сегодняшний момент наиболее актуальны финансовые и
социально-экономические проблемы, экология горожан также волнует, однако, не
является наиболее востребованной темой.
9.
Интерес со стороны политических сил к экологии есть, однако, политической
эксплуатации данной тематики не наблюдается.
10.
Вероятность массовых волнений, связанных с экологией оценивается как низкая.
24
11.
В городе стабильно действуют экологические программы и проекты. (например,
«Здоровый город» и «Экология города»).
12.
Единого вектора решения экологических проблем и иерархии очерёдности мер нет:
действия в этой сфере должна реализовываться по различным направлениям.
Опрос, который стал вторым этапом, был проведён в период с 25 апреля по 20 мая
2013 года в городе Череповце, студентами Гуманитарного института Череповецкого
государственного университета под руководством Константина Платонова на средства
ОАО «ВЦИОМ» и при непосредственной информационной и консультативной поддержке
специалистов агентства «ReMarket» Елены Михайловой и Павла Мтиулишвили. Выборка
составила 400 человек, при генеральной совокупности порядка 315 тысяч человек.
Ошибка выборки – около 4,9%. Техника: Личное интервью по месту жительства.
Выборка: случайная, репрезентирующая население города по полу и возрасту.
Подавляющее большинство респондентов считают экологические проблемы
актуальными и влияющими на их здоровье. Жители ассоциируют свой город, прежде
всего, с производством и плохой экологией. Недоверяющих СМИ по тематике экологии
несколько больше, чем доверяющих (этот показатель мало зависит от источника
информации) и 71% заявляет о том, что у них нет возможности получать полную и
достоверную информацию об экологической обстановке. Порядка 36% респондентов
рассматривали возможность уехать из города, только четверть из них называют
единственной
мотивирующей
причиной
экологию.
Группа
«Обеспокоенные»
(респонденты, которые заявляют о том, что их беспокоят экологически проблемы)
отличается негативным отклонением Индекса уровня жизни на 12 пунктов, а также почти
трёхкратным – относительно концентрации потенциальных протестующих. Несмотря на
то, что общий уровень потенциальной протестной активности низкий, в этой группе он
оказывается высоким, что свидетельствует о возможном всплеске активности при наличии
инфоповода. Менее чем через полгода (впервые за 10 лет) после опроса в Череповце
прошла серия митингов, затрагивающих экологическую тематику.
Экологические риски в Череповце не провоцируют резких социальных изменений,
но влияют на установки и поведение представителей местных сообществ. Экологические
риски остаются важной причиной для беспокойства, однако,
не провоцируют
интенсивный рост протестный настроений и снижение доверия до тех пор, пока в среде
местных сообществ не возникает конфликт интересов, а конфронтация не попадает на
повестку дня. Скрытая социальная напряжённость по поводу экологических рисков
выливается в конфликт при наличии инфоповода, который, как правило, получает
развитие в обсуждениях в СМИ, на ТВ и в интернете, в частности в блогах и социальных
сетях.
25
Череповчане осознают значимость экологических проблем для города, среди
прочих факторов, определяющих обстановку их в наибольшей степени волнуют
экологическая политика и недостаток информации, рост пробок и влияние пробок на
состояние воздуха. Они понимают связь между экологическими рисками и состоянием их
здоровья, но не способны адекватно оценить функциональные отношения между
конкретными явлениями.
Итак, можно говорить о том, что экологическая ситуация в городе Череповце,
отражаясь в общественном мнении, продуцирует эффекты конкретных социальных
последствий, в частности:
1.
Неудовлетворённость экологической политикой города.
2.
Неудовлетворённость условиями работы транспортной системы города.
3.
Чувство незащищённости относительно здоровья.
4.
Чувство информационной изоляции – коммуникативная дезинтеграция.
5.
Пониженный уровень доверия к информации об экологии в СМИ.
6.
Рост риска протестной активности.
В телефонном опросе ВЦИОМ по поводу ЦБК половина респондентов считают,
что общественники могут адекватно оценить экологическую обстановку, только 23%
хотели бы сами принять участие в работе такой группы. Только 24% знают о проведении
этой экспертизы. Плохую экологическую обстановку как мотив к переезду называют так
же часто как экономические причины и кризис социальной сферы. В кейсе ЦБК жители
понимают положительные эффекты от строительства завода – в первую очередь создание
новых рабочих мест. Данные исследования, в целом, близки к интерпретации ситуации в
СМИ.
В заключении подведены основные итоги работы, обобщаются содержательные
аспекты объяснительной модели системы социальных последствий экологических рисков
для населения в промышленном моногороде (на примере города Череповца).
На примере города Череповца ярко проявляется существенная разница между
субъективным и объективным риском. Руководствуясь собственными определениями
ситуации, установками и мнениями экспертов, индивиды и сообщества выстраивают
собственное видение экологической обстановки, возможных рисков и опасностей.
Генеральная линия и оппозиция доносят информацию по собственным каналам и
дифференцированным СМИ. Степень адаптированности информации об окружающей
среды коррелирует с её качеством. Горожане проявляют недоверие к абстрактным
системам: сводкам экологических показателей и комментариям специалистов.
Горожане
сталкиваются
с
целым
набором
постоянно
возникающих
и
самовоспроизводящихся рисков, которые порождаются различными средами: природной,
26
производственной, инфраструктурной и информационной. В зависимости от остроты
ситуации и конкретного контекста одна из этих сред начинает доминировать, что
особенно ощутимо в кейсах катастроф. По умолчанию в современных городах
доминирует информационная среда, в которой риски, в отличие от опасностей,
концептуализируются и конструируются.
Несмотря на то, что информационное поле оказывает сильное влияние на
современный промышленный моногород, дискурс риска в нём зависит от наличия
реальных опасностей, которая формируются на базе факторов среды. Факторы среды
определяются
тремя
измерениями:
социально-экономическим,
сетевым
и
пространственным. Инвайроментальный подход может рассматривать эти измерения в
комплексе как контекст информационной среды.
Важнейшими особенностями экологических рисков являются: локализация,
перформативность,
конструируемость,
когнитивная
сложность,
отложенность
последствий во времени, связь с доверием экспертным и символическим системам,
мифологизация.
Население
российских
моногородов
не
выработало
механизмов
сопротивления и рационального понимания относительно данных эффектов. Эти свойства
подтверждаются на примере Череповца в ходе анализа материалов СМИ и данных
опросов.
Для жителя типичного российского моногорода характерно стереотипизированное
мышление, в котором экологический риск воспринимается абстрактно и механистично,
как объективное явление, не осмысливается критически. Гражданская и экологическая
культура
оказывается
недостаточно
развитой,
поэтому
население,
проявляя
осведомлённость и высказывая желание принимать участие в решение экологических
проблем на политической арене, ведёт себя крайне пассивно. Многие лидерыобщественники имеют личные интересы в вопросах решения экологических конфликтов.
Существует необходимость развития механизмов публичного обсуждения экологической
ситуации и общественного контроля со стороны разных групп населения. Основными
социальными последствиями экологических рисков в Череповце являются: интеграциядезинтеграция различных социальных групп, формирование сообществ, снижение доверия
к власти и СМИ, снижение социального самочувствия, рост миграционного потенциала.
Последствия субъективных рисков доминируют над последствиями объективных рисков.
Поскольку доступные официальные источники информации об экологии для горожан
недостаточно информативны или неинтересны, легко получают распространения слухи и
вырванные из контекста данные, которые принципиально никем не проверяются. Одной
из важнейших проблем остаётся выработка стратегии управления объективными рисками,
27
что требует значительно более серьёзных вложений, чем управление субъективными
рисками, образами угроз или их отсутствия.
В приложениях представлены гайд и транскрипты интервью, анкета, а также
справочные материалы: сводка экологических программ предприятий, схема стадий
социальной напряжённости, инфографика по г.Череповцу.
28
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
42
Размер файла
427 Кб
Теги
моногородов, населения, социальная, промышленном, рисков, последствия, экологической
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа