close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Селенсодержащие металлокомплексные соединения при острой экзогенной гипоксии

код для вставкиСкачать
На правах рукописи
СОСИН
Денис Владимирович
СЕЛЕНСОДЕРЖАЩИЕ МЕТАЛЛОКОМПЛЕКСНЫЕ СОЕДИНЕНИЯ
ПРИ ОСТРОЙ ЭКЗОГЕННОЙ ГИПОКСИИ
14.03.06 – фармакология, клиническая фармакология;
14.03.03 – патологическая физиология
Автореферат
диссертации на соискание учёной степени
доктора медицинских наук
Санкт-Петербург
2015
2
Работа выполнена в Государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Смоленская государственная
медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации
Научные консультанты:
доктор медицинских наук профессор Андрей Викторович Евсеев
доктор медицинских наук профессор Петр Дмитриевич Шабанов
Официальные оппоненты:
Барнаулов Олег Дмитриевич, доктор медицинских наук, ФГБУН «Институт
мозга человека», лаборатория нейрофизиологии мышления, ведущий научный
сотрудник
Петров Александр Николаевич, доктор медицинских наук, профессор,
ФГБУН «Институт токсикологии» Федерального медико-биологического
агентства, лаборатория психофармакологии, заведующий
Денисенко Наталья Петровна, доктор медицинских наук, ГБОУ ВПО «Северо-западный государственный медицинский университет имени И.И. Мечникова», МЗ РФ, кафедра патологической физиологии, профессор
Ведущее учреждение:
Государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования Санкт-Петербургский государственный педиатрический
медицинский университет Министерства здравоохранения Российской Федерации
Защита состоится «___» _______ 2015 г. в
на заседании совета по защите
докторских и кандидатских диссертаций Д 215.002.07 на базе ФГБВОУ ВПО
«Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова» МО РФ (194044, г. СанктПетербург, ул. Академика Лебедева, д. 6).
С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке и на сайте
ФГБВОУ ВПО «Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова» МО РФ
www.vmeda.org, на сайте ВАК Министерства образования и науки РФ
www.vak.ed.gov.ru
Автореферат разослан «___» ___________ 2015 г.
Ученый секретарь диссертационного совета
доктор медицинских наук профессор
Богомолов Борис Николаевич
3
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность проблемы
Проблема защиты организма от последствий, вызываемых острым недостатком кислорода (О2), была и остаётся актуальной для фармакологии, патофизиологии и медицины экстремальных состояний. Гипоксия, независимо от происхождения, может выступать в качестве ключевого фактора формирования многих патологических состояний и заболеваний (Шабанов П. Д. и соавт., 2010; Лукьянова Л.
Д., Кирова Ю. И., 2011).
Как известно, человек наиболее часто ощущает на себе воздействие острой
гипоксии, имеющей экзогенный характер, обусловленной быстрым снижением
содержания О2 в среде обитания или же в составе используемой для дыхания
газовой смеси. В экстремальных условиях острая экзогенная гипоксия может
развиваться при подъёме на большие высоты, в глубоководных аппаратах, в
герметичных помещениях при нарушении работы систем, обеспечивающих подачу воздуха или его регенерацию.
Установлено, что высокий уровень организации ЦНС предопределяет более острый тип реагирования млекопитающих на гипоксическое воздействие в
сравнении с млекопитающими, обладающими сравнительно низким уровнем
организации ЦНС (Евсеев А. В. и др., 2008; Phillips K., 2004). В частности,
имеются сведения, убедительно свидетельствующие о том, что в процессе
острого нарастания дефицита О2 в окружающей среде нервные клетки коры головного мозга приматов ярко реагируют даже на незначительное снижение
напряжения газа в цереброспинальной жидкости. Если же происходит значительное понижение содержания кислорода, то в нейронах формируются грубые
морфологические изменения необратимого характера (Дробленков А. В. и др.,
2013; Zhou J. et al., 2009).
В настоящее время считается общепризнанным, что механизмы адаптации
при развитии острой экзогенной гипоксии наряду с положительными влияниями
на компоненты наиболее лабильных функциональных систем организма (функциональная система кровообращения, функциональная система дыхания) в то же
время могут инициировать каскады параллельных негативных реакций. По этой
причине в качестве суммарного показателя резистентности организма к остро
формирующемуся кислорододефициту нередко используют показатель продолжительности жизни (выживаемости) (Лукьянова Л. Д., 2004, 2011а, Wilder R. L.,
2009).
К перспективным способам повышения выживаемости организма в условиях острой экзогенной гипоксии относят комплекс мероприятий по снижению
физической активности индивидуума с целью экономии расходов наличных экзогенных и эндогенных кислородных резервов (Зарубина И. В., 2011). Как показали опыты на животных, той же цели можно добиться посредством фармакологических веществ из категории антигипоксантов, эффекты которых обеспечивают лимитирование метаболических процессов в организме и, в первую
4
очередь, энергосинтетических реакций митохондриального компартмента (Андреева H. H., 2009; Новиков В. Е. и др., 2010; Chandel N. S., 2010).
Несмотря на неоспоримые достижения современной фармацевтической
науки, предлагающей широкий спектр препаратов антигипоксической направленности действия, до сих пор в реестре лекарственных средств отсутствуют
высокоэффективные вещества, своевременное применение которых способно
существенно смягчить последствия воздействия острого гипоксического состояния (Шабанов П. Д. и др., 2010).
Перечень потенциальных корректоров острых гипоксий по большей части
включает антигипоксические вещества с метаболическим типом действия,
многие из которых, в свою очередь, являются представителями аминотиолов –
гутимин, амтизол, этомерзол, метапрот и др., которые были разработаны в Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова МО РФ в разные годы. Названные химические соединения не только способны предупреждать нарушения
энергетического обмена, но также могут смягчать их последствия за счёт повышения резистентности клеток входящих в состав жизненно важных органов
и тканей к дефициту О2 и прочим воздействиям, дестабилизирующим энергетический обмен (Шабанов П. Д. и соавт., 2005; Новиков В. Е., Левченкова О. С.,
2012).
Степень разработанности темы исследования
В последнее время обнадёживающие перспективы для поиска высокоэффективных антигипоксантов обозначились в связи с возможностью использования для профилактики осложнений остро протекающих гипоксических состояний комплексных соединений металлов с биоантиоксидантами. Синтез такого рода веществ впервые был осуществлён доктором химических наук Э. А.
Парфёновым в НИИ экспериментальной диагностики и терапии опухолей Российского онкологического научного центра РАМН. Исследования показали, что
металлокомплексные антиоксиданты обладают более высокой биологической
активностью и биодоступностью, чем «классические» биоантиоксиданты, при
широком спектре фармакологических эффектов, включая и антигипоксический
(Евсеев А. В., 2008; Катунина Н. П., 2012). Защитный эффект соединений из
этой категории был продемонстрирован на различных моделях острой гипоксии, в том числе и экзогенных вариантах кислородной недостаточности, причём наиболее существенные результаты были достигнуты в ходе применения
цинксодержащих веществ (Катунина Н.П., 2012).
В 2009 г. Э. А. Парфеновым были синтезированы металлокомплексные соединения, содержащие в составе лиганда селен. Известно, что селенсодержащие вещества благодаря их высокой электронодонорной активности, способны
инактивировать свободные радикалы и ферменты, приводящие к их накоплению. Селен был выявлен в составе активного центра глутатионпероксидазы,
восстанавливающей перекиси липидов и другие легкоокисляемые метаболиты
до нетоксичных гидроксисоединений. Также установлено, что селен способствует трансформации метионина в цистеин и активирует синтез глутатиона,
5
что в значительной степени повышает общий антиоксидантный потенциал организма и улучшает процесс детоксикации гидроперекисей липидов (Федин
А.И., Румянцева С.А., 2007; Jin L. E. et al., 2013). Общеизвестно, что селен как
микроэлемент входит в состав ряда поливитаминно-минеральных комплексов.
Следует подчеркнуть, что возможности фармакопрофилактики и лечения
нарушений, связанных с формированием острой гипоксии существенно ограничиваются способами введения антигипоксантов (лекарственной формой). На
сегодняшний день предлагаются исключительно лекарственные формы для парентерального введения, что затрудняет оперативное применение веществ в
экстремальных условиях.
Таким образом, проблема поиска и изучения высокоэффективных антигипоксических средств для фармакологической коррекции последствий, обусловленных экзогенными формами острой гипоксии, может быть реализована в
комплексном исследовании, включающем изучение патофизиологии острых экзогенных гипоксических состояний и их терапии селенсодержащими металлокомплексными соединениями.
Цель исследования
Изучить физиологические и патофизиологические изменения состояния
жизненно важных систем организма (кровообращения, дыхательной, нервной)
при формировании острой экзогенной гипоксии с целью их фармакологической
протекции новыми селенсодержащими металлокомплексными соединениями
антигипоксической направленности.
Задачи исследования:
1. Изучить особенности изменения электрической активности миокарда
(крыса, кошка, лягушка) и внешнего дыхания (крыса) в условиях формирования
острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией.
2. В скрининговых опытах на мышах изучить фармакодинамические эффекты 9 новых селенсодержащих металлокомплексных (Zn2+) соединений после
их энтерального и парентерального введения (вне влияния гипоксического фактора, в условиях острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией и острой экзогенной гипобарической гипоксии) в сравнении с классическими антигипоксантами
(мексидол, амтизол, метапрот).
3. В опытах на мышах и крысах установить величины средней летальной и
средней эффективной доз для наиболее активных селенсодержащих металлокомплексных (Zn2+) соединений.
4. Изучить влияние наиболее активных селенсодержащих металлокомплексных (Zn2+) соединений на условнорефлекторную деятельность мышей и
стандартный энергетический обмен крыс вне влияния гипоксического фактора,
а также на электрическую активность миокарда и показатели внешнего дыхания у крыс в условиях острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией.
5. В опытах ex vivo изучить влияние наиболее эффективных при острой экзогенной гипоксии селенсодержащих металлокомплексных соединений (Zn2+)
на механическую и электрическую работу изолированного сердца лягушки.
6
6. Изучить влияние наиболее эффективных при острой экзогенной гипоксии селенсодержащих металлокомплексных (Zn2+) соединений на параметры
корковых вызванных потенциалов соматосенсорной коры головного мозга кошек в условиях периодической дыхательной асфиксии и в условиях острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией.
Научная новизна
Впервые осуществлён системный анализ данных, характеризующих особенности формирования острого экзогенного гипоксического состояния с учётом показателей электрической активности миокарда, внешнего дыхания, скорости потребления О2, параметров корковых вызванных потенциалов соматосенсорной коры. Изучено влияние 9 новых оригинальных селенсодержащих
металлокомплексных (Zn2+) соединений на показатели устойчивости мышей к
острой экзогенной гипоксии (острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией и
острой экзогенной гипобарической гипоксии). Впервые продемонстрирован
выраженный гипотермический и антигипоксический эффект химических соединений после их применения внутрь для обеспечения устойчивости животных к острой экзогенной гипоксии. Установлено, что металлокомплексные соединения πQ1983 и πQ2170 после их парентерального и энтерального введения
мышам на обеих использованных в скрининге моделях острой гипоксии демонстрируют существенный антигипоксический защитный эффект, причем после
введения внутрь эффекты селенсодержащих антигипоксантов превышали таковые веществ сравнения – амтизола, мексидола, метапрота. В опытах на мышах
и крысах выявлена сравнительно невысокая токсичность вещества πQ1983 при
относительно высокой токсичности соединения πQ2170. В опытах на мышах,
выполненных на модели избегательного оборонительного условного рефлекса,
выявлено обратимое негативное влияние вещества πQ1983 и антигипоксанта
амтизола на моторные реакции животных. В ходе анализа электрической активности миокарда и показателей внешнего дыхания крыс установлено, что
вещество πQ1983 в условиях острой экзогенной гипоксии продлевает период
относительного благополучия в большей степени, чем вещество сравнения –
антигипоксант амтизол. Установлены параметры стандартного энергетического
обмена у крыс на фоне действия селенсодержащего металлокомплексного соединения πQ1983 и антигипоксанта амтизола. Доказано, что вещество πQ1983
значительнее уменьшает энергетический обмен, чем вещество сравнения амтизол. В опытах, выполненных ex vivo на изолированном нефиксированном сердце лягушки, подтверждено прямое влияние вещества πQ1983 на механическую
и электрическую работу сердечной мышцы, проявляющееся отчётливым кардиодепрессивным эффектом, способствующем увеличению продолжительности
функционирования миокарда в условиях его стимуляции адреналином. По результатам регистраций функционального состояния нейронов соматосенсорной
коры установлено, что вещество πQ1983 при введении внутрь существенно повышает устойчивость нервных клеток кошек к периодической асфиксии, а
также к плавно нарастающей острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией.
7
Научно-практическая значимость
Значение исследования определяется разработкой новых способов моделирования острых гипоксических состояний у животных, оценкой состояния жизненно важных систем организма (система кровообращения, дыхательная система, ЦНС) при развитии острой экзогенной гипоксии и поиском высокоэффективных антигипоксических средств среди новых селенсодержащих металлокомплексных соединений на различных моделях острой экзогенной гипоксии.
Способами моделирования острых экзогенных гипоксических состояний у животных служили острая экзогенная гипоксия с гиперкапнией (мышь, крыса,
кошка), острая экзогенная гипобарическая гипоксия (мышь). Оригинальность и
новизна проведенного комплекса исследований, а также данные, полученные
по итогам изучения нового антигипоксического вещества πQ1983, представляющего собой комплексное соединение замещённого 3-гидроксипиридина и
диорганодихалькогенида, содержащего в качестве переходного металла Zn2+,
подтверждена 3 патентами РФ на изобретение (№ 2291498 от 10.01.2007 г.,
№ 2472503 от 20.01.2013 г. и № 2479871 от 20.04.2013 г.) и 4 рационализаторскими предложениями. На основе выявленных механизмов формирования
острого гипоксического состояния экзогенной природы представляются реальными перспективы внедрения нового высокоактивного антигипоксанта πQ1983
(гексакис (3-гидрокси-2-этил-6-метилпиридинато) [трис (дибензилдиселенидо)]
дицинк (II) пентадекасемигидрат) в клиническую практику в качестве средства
защиты миокарда и головного мозга от острой гипоксии.
Использование комплексного подхода в изучении фармакологических
свойств новых перспективных антигипоксантов в ходе выполнения экспериментов на животных, отличающихся уровнем организации ЦНС (мыши, крысы,
кошки) позволяет с высокой степенью надёжности экстраполировать полученные данные на общие закономерности функциональной деятельности гомеостатических систем организма человека.
Основные положения, выносимые на защиту:
1. В эксперименте моделируются разные варианты острой экзогенной гипоксии. В условиях формирования острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией
у крыс при наличии воздушного резерва в 1 л продолжительность жизни по
данным регистрации ЭКГ и пневмобарограмм составляет в среднем 46-54 мин.
с периодом относительного благополучия в 15-20 мин., что сопоставимо с соответствующим показателем для мышей (соответственно 28-36 мин. и 10-14 мин.)
при наличном резерве воздуха в 0,25 л (по данным литературы). В той же модели у крыс при наличии воздушного резерва в 1 л скорость потребления кислорода на начальном этапе составляет 4,5 мл/мин и снижается к концу эксперимента в 3,6 раза. Гибель животных наступает при конечной концентрации кислорода 10,3%. Вариантом циркуляторной гипоксии можно рассматривать модель изолированного сердца лягушки, стимулируемого адреналином, что обеспечивает максимальную частоту и амплитуду сокращений через 6-8 мин. после
8
аппликации гормона в течение 10-12 мин. при сохранении функциональной активности в среднем на протяжении 28 мин.
2. У 2-х из 9 изученных новых селенсодержащих металлокомплексных соединений, а именно веществ πQ1983 и πQ2170, на моделях острой экзогенной
гипоксии с гиперкапнией, острой экзогенной гипобарической гипоксии и
острой циркуляторной гипоксии выявлена выраженная антигипоксическая активность как после внутрибрюшинного введения, так и ведения внутрь.
3. По показателям средней летальной и средней эффективной доз, рассчитанных для веществ πQ1983 и πQ2170, установлено, что первое из веществ может быть отнесено к категории относительно безопасных веществ, в то время
как второе соединение является высокотоксичным.
4. Вещество πQ1983, введенное в/б и внутрь в дозе 100 мг/кг в опытах на
мышах, подвергнутых воздействию острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией и острой экзогенной гипобарической гипоксии, в большей степени повышает
резистентность к указанным видам экзогенной гипоксии, чем препараты сравнения (мексидол, метапрот, амтизол), использованные в той же дозе.
5. Вещество πQ1983, как и эталонный антигипоксант амтизол, является
антигипоксантом метаболического типа действия, что подтверждено негативным влиянием металлокомплексного соединения на величину стандартного
энергетического обмена у крыс, динамику потребления крысами кислорода в
условиях острой экзогенной гипоксии без гиперкапнии, а также снижением параметров внешнего дыхания и электрической активности миокарда в опытах in
vivo и ex vivo.
6. В условиях периодической дыхательной асфиксии, а также при развитии острой гипоксии с гиперкапнией профилактическое введение вещества
πQ1983 кошкам защищает головной мозг от гипоксии, значительно удлиняя период активного функционирования коры головного мозга, оцениваемого по динамике соматосенсорных вызванных потенциалов.
Методология и методы исследования
Методология исследования сводилась к изучению физиологических и патофизиологических изменений состояния жизненно важных систем организма
(кровообращения, дыхательной, нервной) при формировании острой экзогенной гипоксии с целью их фармакологической коррекции новыми селенсодержащими металлокомплексными соединениями антигипоксической направленности. В качестве объекта исследования использованы лабораторные грызуны
(крысы, мыши), лягушки и кошки, отличающихся уровнем организации ЦНС.
Использованные модели острой гипоксии включают острую экзогенную гипоксию с гиперкапнией, острую экзогенную гипобарическую гипоксию и острую
циркуляторную гипоксию. Фармакологический анализ проведен с использованием 9 новых селенсодержащих металлокомплексных соединений и 3 препаратов сравнения (амтизол, мексидол, метапрот). Выявлены два наиболее активных соединения (πQ1983 и πQ2170), с помощью которых проведены более де-
9
тальные исследования их антигипоксической, эрготропной, нейропротекторной
и других видов активности.
Исследования одобрены локальным комитетом по этике при ГБОУ ВПО
«Смоленская государственная медицинская академия» МЗ РФ.
Степень достоверности материалов исследования
Достоверность исследования определяется достаточным количеством
данных, полученных с использованием 149 крыс, 2104 мышей, 20 лягушек и 38
кошек, 9 новых селенсодержащих металлокомплексных соединений и 3 препаратов сравнения (амтизол, мексидол, метапрот), соблюдением правил доказательной медицины (выборка, рандомизация, наличие контролей, препаратов
сравнения), использованием адекватных методов исследования (нескольких
моделей острой гипоксии, способов оценки систем кровообращения, внешнего
дыхания, ЦНС, обмена веществ), корректной обработкой полученных данных с
помощью современных компьютерных программ на сертифицированном оборудовании.
Апробация материалов исследования
Результаты и основные положения диссертации доложены и обсуждены на
Всероссийской научно-практической конференции с международным участием
«Вопросы патогенеза типовых патологических процессов» (Новосибирск,
2009), XXI съезде Физиологического общества им. И. П. Павлова (Калуга,
2010), V Всероссийской конференции молодых учёных-медиков (Воронеж,
2011), VI Российской конференции с международным участием «Гипоксия: механизмы, адаптация, коррекция» (Москва, 2011), IV съезде фармакологов России «Инновации в современной фармакологии» (Казань, 2012), Всеросийской
научной конференции с международным участием «Фармакологическая нейропротекция», посвященной 90-летию Отделения фармакологии им. С. В. Аничкова (Санкт-Петербург, 2013), XXII съезде Физиологического общества им.
И.П. Павлова (Волгоград, 2013), Международной научно-практической конференции, посвященной 85-летию заслуженного деятеля науки РФ проф. Н. Н.
Самойлова (Брянск, 2013), IV Съезде физиологов СНГ «Физиология и здоровье
человека» (Сочи-Дагомыс, 2014), проблемной комиссии Смоленской государственной медицинской академии «Физиология и патология нервной системы»
(Смоленск, 2011, 2013), ежегодных итоговых заседаниях Смоленского отделения физиологического общества (Смоленск, 2008-2014).
Апробация диссертации состоялась на совместном заседании кафедр фармакологии с курсом фармации ФПК и ППС, патологической физиологии, нормальной физиологии, неврологии и нейрохирургии, общей и медицинской химии, биологической и биоорганической химии, фармацевтической химии и
фармакогнозии, топографической анатомии и оперативной хирургии ГБОУ
ВПО «Смоленская государственная медицинская академия» МЗ РФ, кафедры
биологических дисциплин ФГБОУ «Смоленская государственная академия физической культуры, спорта и туризма».
10
Публикации
По теме диссертации опубликованы 47 печатных работ, из них 16 статей в
рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК РФ, 3 патента РФ на изобретения, 20 статей в сборниках научных работ, 8 тезистов.
Личный вклад автора
Личный вклад автора осуществлялся на всех этапах работы и состоял в
планировании экспериментов (90%), их непосредственном выполнении (95%),
обработке полученных результатов (100%), обсуждении результатов, написании статей и тезисов (85%), написании диссертации и автореферата (90%).
Реализация результатов работы
Полученные результаты нашли применение в учебном процессе на кафедре фармакологии Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова (акт внедрения от 20.05.2013 г.), в лекционных курсах кафедры фармакологии с курсом
фармации ФПК и ППС (акт внедрения от 25.11.2014 г.) и кафедры нормальной
физиологии Смоленской государственной медицинской академии МЗ РФ.
Диссертационная работа выполнена на кафедре нормальной физиологии
Смоленской государственной медицинской академии МЗ РФ (заведующий –
доктор медицинских наук профессор В.А. Правдивцев) в рамках плановой темы
НИР, № гос. регистрации 01201167433 (протокол № 5 от 17.05.2011 г.), а также
договора о совместной научно-практической деятельности между НИИ экспериментальной диагностики и терапии опухолей Российского онкологического
научного центра им. Н.Н. Блохина РАМН и Смоленской государственной медицинской академией «Синтез и изучение фармакологической активности новых физиологически совместимых антиоксидантов».
Структура и объём диссертации
Диссертация состоит из следующих разделов: введение, обзор литературы,
описание материалов и методов исследования, 4 главы собственных экспериментальных исследований, обсуждение результатов, выводы, научнопрактические рекомендации и список литературы. Работа изложена на 312
страницах машинописного текста, содержит 8 таблиц и 48 рисунков. Библиографический указатель содержит 601 наименований, в том числе 353 отечественных и 248 иностранных.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Материалы и методы исследования
Выбор животных. Согласно поставленной цели и конкретным задачами
исследования эксперименты выполнены на 20 травяных лягушках, 2104 белых
мышах-самцах линии CBF1 массой 20-25 г, 149 белых крысах-самцах линии
Wistar массой 170 и 220 г и 38 беспородных кошках-самцах массой 3,5-4,5 кг.
В реализации работы и руководствовались «Международными рекомендациями по проведению медико-биологических исследований с использованием
животных» (1985), «Правилами лабораторной практики в Российской Федерации» (приказ МЗ РФ № 267 от 19.06.2003 г.).
11
Фармакологические средства для анализа. Поиск антигипоксических
веществ проводили среди 9 новых металлокомплексных (Zn2+) химических соединений, содержащих селен в составе лиганда (табл. 1). Веществами сравнения служили широко известные антигипоксические средства – амтизол, мексидол и метапрот.
Таблица 1
Исследованные селенсодержащие металлокомплексные (Zn ) соединения
Шифр
Лиганд,
Дополнительный
вещества
модифицированный селеном
лиганд
πQ1969
4-Гидроксикумарин
нет
πQ1970
3-Ацетилкумарин
нет
πQ1981
4-Гидрокси-3-ацетилкумарин
нет
πQ1983
3-Гидрокси-2-этил-5-метилпиридин
нет
2-МеркаптобензимπQ1987
Ацетофенон
имидазол
Дихлоруксусная
πQ2078
2,6-Диметилбензохинон
кислота
πQ2083
Диметилглиоксим
нет
πQ2170
Паральдегид
Паральдегид
πQ2252
Резацетофенон
нет
2+
Моделирование гипоксии. Состояние острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк) на мышах и крысах моделировали, помещая животных в
прозрачные гипоксические камеры объёмом в 0,25 и 1,0 л соответственно (Лукьянова Л.Д. и соавт., 1990).
Острую экзогенную гипобарическую гипоксию (ОГ+Гб) у мышей осуществляли путём «подъёма на высоту» (Лукьянова Л.Д. и соавт., 1990).
Состояние острой экзогенной гипоксии без гиперкапнии (ОГ-Гк) у крыс
воспроизводили авторским способом (патент РФ №2291498, 2007).
Состояние периодической (интервальной) дыхательной асфиксии у кошек
обеспечивали путём циклического отключения/включения аппарата искусственной вентиляции лёгких (Виноградов В.М., Криворучко Б.И., 2001). Состояние острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк) у кошек моделировали по способу А.В. Евсеева и М.А. Евсеевой (2005).
В ходе опытов с гипоксией у животных регистрировали электрическую активность миокарда (крыса, кошка); параметры внешнего дыхания (крыса);
определяли содержания О2 и СО2 во вдыхаемом воздухе (крыса, кошка); оценивали с помощью метода вызванных потенциалов электрическую активность коры головного мозга (кошка) (Козлов С.Б., 1998; Евсеев А.В., 2008).
Также определяли у крыс величину стандартного энергетического обмена
по модифицированному способу М.Н. Шатерникова (Васильева Л.Л. и соавт,
1961); оценивали скорость потребления О2, измеряли ректальную температуру
12
(мышь, крыса, кошка); устанавливали средние летальные (LD50) и средние эффективные (ED50) дозы для наиболее активных металлокомплексных соединений (мышь, крыса) устанавливали по методике В.Б. Прозоровского и соавт.
(1978); изучали условнорефлекторную деятельность мышей, ориентируясь на
показатели оборонительного условного рефлекса (Анохин П.К., 1968).
В опытах, выполненых на изолированном нефиксированном сердце лягушки (авторский способ) оценивали кардиотропные эффекты веществ по изменению показателей биоимпеданса и ЭКГ (патент РФ № 2479871, 2013).
Изученные металлокомплексные вещества и вещества сравнения вводили
животным внутрибрюшинно (в/б) и внутрь через зонд. При проведении скрининга на мышах – за 60 мин. до начала опыта (период инкубации) в дозах 10,
25, 50 и 100 мг/кг. В прочих исследованиях перспективные вещества вводили
внутрь в наиболее эффективной по данным скрининга дозе. В этих опытах период инкубации для мышей и крыс составлял соответственно 60 и 90 мин., а
для кошек – 180 мин. Животным контрольных групп вместо фармакологических агентов вводили равные объёмы физиологического раствора хлорида
натрия.
Статистический анализ проводили с помощью методов вариационной
статистики, используя пакеты прикладных программ Microsoft Excel 2007 и
Statistica 7.
РЕЗУЛЬТАТЫ СОБСТВЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ
Согласно полученным данным, продолжительность жизни мышей в условиях ОГ+Гк и резервное время в условиях ОГ+Гб в среднем составили 25,8
мин. и 5,16 мин. соответственно, что полностью согласуется с литературными
данным (Лебедева С.А. 2003; Левченкова О.С., 2006; Евсеев А.В., 2008).
В ходе скрининга было установлено, что лишь 2 из 9 селенсодержащих
металлокомплексных (Zn2+) соединения, а именно πQ1983 и πQ2170, в широком диапазоне доз обеспечивали отчётливое защитное действие при выбраных
способах введения (рис. 1).
Как оказалось, защитные эффекты обоих веществ закономерно сопровождались гипотермическим действием. Наиболее выраженный и дозозависимый
антигипоксический эффект был отмечен у соединения πQ1983, с селенсодержащим лигандом 3-гидрокси-2-этил-5-метилпиридином. В частности, после
введения внутрь в дозах 25, 50 и 100 мг/кг вещество πQ1983 увеличивало продолжительность жизни мышей в условиях ОГ+Гк в 2,2; 2,9 и 3,6 раза. Для вещества πQ2170 с паральдегидом в качестве основного и дополнительного селенсодержащего лиганда при тех же условиях прирост показателя составил 1,5;
2,7 и 2,9 раза.
В ходе изучения свойств эталонных веществ (амтизол, мексидол, бемитил)
было установлено, что при ОГ+Гк и ОГ+Гб лишь амтизол обеспечивал защитное действие после в/б введения и после введения внутрь (рис. 2). Однако его
эффект заметно уступал действию веществ πQ1983 и πQ2170.
13
Рис. 1. Влияние наиболее активных селенсодержащих металлокомплексных
(Zn2+) соединений (πQ1983, πQ2170) на продолжительность жизни мышей в
условиях острой гипоксии с гиперкапнией (А) и резервное время в условиях
острой гипобарической гипоксии (Б) после в/б введения и введения внутрь
* – p<0,05.
Рис. 2. Влияние веществ сравнения (мексидол, амтизол, метапрот) на продолжительность жизни мышей в условиях острой гипоксии с гиперкапнией (А) и
резервное время в условиях острой гипобарической гипоксии (Б) после в/б введения и введения внутрь. * – p<0,05.
14
Динамика изменения температурных кривых на фоне действия проявивших себя металлокомплексных веществ позволила получить представление о
продолжительность их действия, в том числе и после введения внутрь (рис. 3).
Рис. 3. Суточная динамика изменения ректальной температуры у мышей после
введения внутрь веществ πQ1983 (А) и πQ2170 (Б)
Так, в зависимости от дозы биологическая активность πQ1983 сохранялась
в течение 5-12 ч. В свою очередь, после введения вещества πQ2170 эффект отмечали на протяжении 5-8 ч. В этих же опытах было выявлено токсическое
действие вещества πQ2170 – после его введения внутрь в дозе 50 мг/кг наблюдали отдельные случаи гибели мышей, а доза 100 мг/кг приводила к тотальной
гибели. Данный факт требовал в дальнейшем установления показателей острой
токсичности для обоих металлокомплексных соединений.
Таким образом, на предварительном этапе исследования было установлено,
что вещества πQ1983 и πQ2170 оказывают защитное действие в условиях
ОГ+Гк и ОГ+Гб не только после в/б введения, но и после их введения внутрь.
Важно подчеркнуть, что в доступной литературе отсутствуют какие-либо сведения о наличии у химических веществ отчётливого защитного действия при
формировании острой гипоксии в случае их введения в организм через ЖКТ
(Евсеев А.В. и соавт., 2006; Катунина Н.П., Катунин М.П., 2007; Новиков В.Е. и
соавт., 2010; Harik S.L. et al., 1995; Beaumont T., 2002). В наших опытах энтеральное введение металлокомплексных соединений обеспечило эффект вполне
сопоставимый с результатами их в/б введения. При этом динамика измерения
ректальной температуры показала, что вне зависимости от способа введения
развитие эффекта πQ1983 и πQ2170 происходит почти с равной скоростью.
В ходе сравнения показателей острой токсичности, проведенного в отношении веществ πQ1983 и πQ2170, было установлено, что оба вещества являются опасными. Тем не менее, полученные данные о средних эффективных дозах
позволили более позитивно взглянуть на вещество πQ1983. В частности LD50
πQ1983 после введения мышам в/б и внутрь составила соответственно 103,0 и
178,0 мг/кг при средних эффективных дозах (ЕD50) 29,5 и 28,2 мг/кг. Расчет терапевтического индекса при условии энтерального применения вещества составил 6,3, что подтверждает возможность его использования в качестве фармакологического средства. В дополнительной серии опытов по изучению токсично-
15
сти вещества πQ1983, выполненной на крысах, возможность его применения
внутрь вновь была подтверждена (терапевтический индекс 5,1).
Для вещества πQ2170 после в/б применения и введения внутрь показатель
LD50 составил соответственно 56,2 и 70,8 мг/кг при ЕD50 – 25,7 и 22,4 мг/кг.
Расчёт его терапевтического индекса для энтерального введения составил 3,1 и
исключал возможность изучения вещества в рамках исследования.
Таким образом, для углублённого изучения было отобрано вещество
πQ1983 – гексакис (3-гидрокси-2-этил-6-метилпиридинато) [трис(дибензилдиселенидо)] дицинк(II) пентадекасемигидрат. В качестве вещества сравнения
было решено использовать антигипоксант амтизол – 3,5-диамино-1,2,4тиадиазол. Доза для обоих соединений в последующем составляла 100 мг/кг,
как наиболее эффективная из всех изученных при введении внутрь.
Так как в опытах с определением ЕD50 и ЕD50 вещества πQ1983 было доказана его достаточная эффективность при введении внутрь, последующие эксперименты осуществляли, используя только этот путь введения.
В связи с тем, что после введения вещества πQ1983 и антигипоксанта
амтизола в течение периода инкубации отмечали ряд изменений в поведении
мышей и крыс (снижение моторной и исследовательской активности, снижение
или утрата таксиса на пищу и воду) были проведены опыты на мышах по изучению условнорефлекторной деятельности.
Как было установлено, ежедневное в течение 5-ти дней введение вещества
πQ1983 мышам в дозе 100 мг/кг полностью блокировало выработку избегательного оборонительного условного рефлекса. В свою очередь антигипоксант
амтизол при равных условиях снижал выработку рефлекса на 41,7%. Показатели реакции активного избегания для обученных животных были следующими:
латентный период – 5,8±0,7 с, время активного избегания – 25,4±3,6 с.
Изучение влияний вещества πQ1983 и амтизола на показатели условнорефлекторной деятельности в группах мышей с предварительно выработанным
условным рефлексом показали, что оба вещества оказывают негативное влияние на процесс его осуществления (рис. 4).
Изначально влияние металлокомплексного соединения обнаруживало себя
в изменении времени активного избегания, которое через 30 мин после введения уменьшалось почти в 2 раза (-43,9%). Через 60 мин наблюдения констатировали дальнейшее угнетение общей моторики, 3-кратное увеличение латентного периода при одновременно сокращении времени активного избегания до
22,6%. Тем не менее, через 15-20 ч после введения вещества πQ1983 способность к осуществлению условнорефлекторных актов у мышей восстанавливалась по всем показателям.
Амтизол на условнорефлекторную деятельность мышей оказывал, в целом,
сходное с эффектом вещества πQ1983 действие, но результат был менее отчётлив и переставал обнаруживать себя спустя 7-10 ч после введения.
Таким образом, в ходе опытов по изученёию влияния веществ на условнорефлекторную деятельность вновь была продемонстрирована относительная
16
безопасность селенсодержащего металлокомплексного (Zn2+) соединения
πQ1983, что проявилось после введения вещества внутрь в полном восстановлении аналитико-синтетической деятельности корковых отделов ЦНС у мышей
в течение суток.
Рис. 4. Влияние вещества πQ1983 и амтизола на показатели реакции активного
избегания в составе оборонительного условного рефлекса у мышей
1 – исходная актограмма; 2 – через 30 мин после введения веществ; 3 – через
60 мин после введения; 4 – через 24 ч после введения. а – Отметка условного
сигнала; б – отметка реакции активного избегания.
Известно, что доставка О2 к тканям в первую очередь зависит от возможностей систем кровообращения и дыхания (Агаджанян Н.А., 2001; Булярский
С.В. и соавт., 2007; Corral L. et al., 2014). В связи с этим нами были поставлены
эксперименты по изучению электрической активности миокарда и параметров
внешнего дыхания крыс в условиях ОГ+Гк, а также при коррекции этого состояния веществом πQ1983 и амтизолом.
Как видно из рис. 5-А, по мере нарастания ОГ+ГК на ЭКГ фазно изменяется частота следования кардиоциклов. Усиление электрической активности
миокарда и вентиляции легких, обычно наблюдали с 15-й мин опыта. В частности МОД к этому моменту возрастал на 45% от исходного значения. Подобная
динамика изменения ЭКГ и дыхания считается типичной для гиперкапнических
состояний (Сороко С.И., Бурых Э.А., 2004). Период активации довольно быстро
сменялся периодом угнетения электрической работы сердца и дыхания.
17
Остановку дыхания и сердечной деятельности, как правило, наблюдали спустя
45-48 мин после начала воздействия ОГ+Гк.
Рис. 5. Электрокардиограммы (ЭКГ) и пневмобарограммы (ПБГ) крыс при развитии ОГ+Гк (А), а также при коррекции ОГ+Гк веществом πQ1983 (Б) и амтизолом (В), введённых внутрь в дозе 100 мг/кг
Далее было установлено, что введение вещества πQ1983 и антигипоксанта
амтизола внутрь в дозе 100 мг/кг оказывает тормозное влияние на ЭКГхарактеристики крыс и параметры внешнего дыхания. Через 30 мин после введения вещества πQ1983 частота ЭКГ-комплексов замедлялась на 21,3%. В
дальнейшем брадикардия усиливалась, но через 70 мин опыта частотные характеристики ЭКГ стабилизировались. Частота следования ЭКГ-комплексов по
сравнению со стартовыми показателями снижалась в 1,5 раза. Со стороны дыхательной системы отмечали уменьшение МОД за счёт замедления частоты и
уменьшения глубины дыхания. Максимальное снижение вентиляционной способности лёгких было отмечено спустя 30-40 минут.
Рассматривая степень участия фактора гиперкапнии в дестабилизации
функционального состояния сердечной мышцы, следует подчеркнуть, что ранняя активация миокарда на фоне нарастающей гиперкапнии способствует на
начальных стадиях острой гипоксии увеличению минутного объёма кровотока
18
и, как следствие этого, обеспечивает необходимую скорость удаления избытка
СО2 из тканевой жидкостей (Пшеков А.Н., Мосягин И.Г., 2008; Sicard
K.M., Duong T.Q., 2005). До определённого момента тахикардия предоставляет
организму возможность получения кислорода в больших объёмах О2, что особенно важно для головного мозга и сердца. Эффект достигается не только за
счёт ускорения циркуляции крови, но также обусловлен уменьшением сродства
гемоглобина к О2, что всегда наблюдается при повышении напряжения СО2 и
снижении рН в плазме крови (Балыкин М.В. и соавт., 2007; Булярский С.В.,
2007; Corral L. et al., 2014)
Введение амтизола внутрь мало влияло на ЭКГ крыс и параметры внешнего дыхания, хотя обеспечивало эффекты подобные последствиям введения вещества πQ1983. В целом, полученные данные продемонстрировали, что вещество πQ1983 и в меньшей степени амтизол снижают электрическую работу
миокарда и показатели внешнего дыхания. Следует отметить, что в литературе
упоминается о способности антигипоксантов и, в частности, амтизола оказывать кардиодепрессивное действие в сочетании со снижением лёгочной вентиляции (Семиголовский Н.Ю., 2006; Шабанов П.Д. и соавт., 2010).
В ходе опытов, продолженных в условиях ОГ+Гк на фоне действия вещества πQ1983, существенных изменений электрической активности миокарда и
параметров внешнего дыхания не выявляли на протяжении 75-80 мин. (рис. 5Б) Продолжительность жизни крыс в условиях острой гипоксии возрастала более чем в 2 раза в сравнении с животными контрольной группы. Было установлено, что период относительного благополучия у крыс удлинялся в 3 раза и составлял 68,2% от продолжительности жизни, в то время как у контрольных животных показатель составил всего 49,8% (рис. 6).
Рис. 6. Динамика изменения частоты следования ЭКГ-комплексов у крыс в
условиях ОГ+Гк (контроль, вещество πQ1983 – 100 мг/кг, амтизол – 100 мг/кг)
Защитный эффект амтизола (рис. 5-В) для крыс переживавших состояние
ОГ+Гк был существенно слабее в сравнении с результатом, полученным после
применения вещества πQ1983. Период относительного благополучия у животных этой группы составил 41,7% от продолжительности жизни, что достоверно
не отличалось от контрольного значения (рис. 6).
19
Таким образом, сочетание антигипоксических эффектов изученных веществ с их сдерживающими влияниями на функциональную активность сердечно-сосудистой и дыхательной систем в условиях ОГ+Гк подтвердило наличие у них сходных фармакологических свойств, проявляющихся, вероятно, в
снижении энергетических запросов организма. С целью подтверждения данного тезиса были выполнены опыты по изучению влияния веществ на стандартный энергетический обмен (СтЭО) крыс.
Было установлено, что скорость потребления О2 крысами контрольной и 2х опытных групп (πQ1983 и амтизол) составила соответственно: контроль –
1,67±0,53 мл/ч/г, вещество πQ1983 – 0,64±0,37 мл/ч/г, амтизол – 1,59±0,42
мл/ч/г. Результат, полученный нами в опытах на крысах контрольной группы, в
целом соответствовал данным литературных источников (Слоним А.Д., 1976;
Prosser C.L., 1973; Suckow M.A. et al., 2005). С помощью усредненного
калорического эквивалента кислорода Крога объёмные величины были преобразованы в калорические единицы (рис. 7) .
Рис. 7. Влияние веществ πQ1983 и амтизола на стандартный энергетический
обмен у крыс через 90 мин после введения внутрь в дозе 100 мг/кг
В последующем животных помещали в условия острой гипоксии без
гиперкапнии (ОГ-Гк) с целью определения скорости потребления О2 на разных
этапах гипоксического состояния. Как было установлено, на протяжении 10
мин опыта исходная скорость потребления О2 крысами контрольной группы в
среднем составляла 4,48±0,23 мл/мин и оставалась относительно постоянной
(рис. 8). На протяжении последующих 15 мин концентрация О2 в доступном
для дыхания воздухе снижалась до 12,5% при стабильной скорости его
потребления 2,27±0,15 мл/мин. Далее и вплоть до конца эксперимента скорость
потребления О2 в среднем составляла 1,25 мл/мин. Гибель крыс наблюдали на
47-й мин опыта при конечной концентрации кислорода 10,3%.
Применение селенсодержащего металлокомплексного соединения πQ1983
способствовало существенному снижению скорости потребления О2. Так, по
завершении периода инкубации стартовая скорость О2-потребления
замедлялась в 3 раза, по сравнению с результатом, полученным в опытах на
крысах контрольной группы, и составляла 1,46±0,12 мл/мин. Дальнейшие
наблюдения показали, что на протяжении 80 мин эксперимента уровень
потребления О2 оставался стабильно низким, а в последние 15 мин падал до
20
0,56±0,07 мл/мин. Следует подчеркнуть, что животные, защищённые
веществом πQ1983, погибали в среднем через 98 мин. после их помещения в
условия ОГ-Гк при концентрации О2 порядка 6,0%.
Рис. 8. Потребления крысами О2 из доступного для дыхания воздуха в контроле
и на фоне действия веществ πQ1983 (100 мг/кг) и амтизола (100 мг/кг)
Последствия введения крысам вещества сравнения амтизола во многом
напоминали эффект, наблюдавшийся на фоне действия вещества πQ1983, но
были менее выразительными. Конечная концентрация О2, при которой
наступала гибель крыс 2-й опытной группы составила 9,3%.
Известно, что при развитии острой экзогенной гипоксии любые мероприятия, направленные на некритическое ограничение потребления тканями О 2, способствует сохранению базового уровня активности энергетических процессов,
особенно в жизненно важных органах (Семиголовский Н.Ю., 2004; Agani F.H.
et al., 2000). При этом возможности организма по экономии кислородных ресурсов могут быть реализованы различными способами. Так, есть мнение, что
О2-сбережение может осуществляться на клеточном уровне посредством ограничения процессов нефосфорилирующего окисления, вплоть до полного их
прекращения за счёт подавления кислородзависимого микросомального окисления (Плужников Н.Н., Софронов Г.А., 1994). В частности, представлены доказательства способности аминотиоловых антигипоксантов (гутимин, амтизол)
при развитии гипоксии ингибировать активность кислородзависимой монооксигеназной системы микросом печени. Эффект был продемонстрирован в опытах на мышах, выполненных по методике «гексеналовый сон» (Плужников
Н.Н., Софронов Г.А., 1994). Исходя из этого, не исключено, что вещество
πQ1983, обладая в сравнении с амтизолом более выраженным антигипоксическим действием, также способно тормозить активность ферментной системы
микросом, что, в конечном счёте, может приводить к снижению расходов О2 в
кислородзависимых биохимических реакциях. В итоге, подавление антигипоксантами монооксигеназной системы предоставляет возможность для митохондриального компартмента клетки с ещё большим успехом доминировать в
борьбе за кислород (Agani F.H et al.., 2000).
21
Таким образом, в описанной серии опытов была продемонстрирована
способность изученных веществ существенно снижать скорость потребления
крысами кислорода. Эффект обнаруживал себя как в обычных условиях (сразу
по завершении периода инкубации), так и в ходе гипоксического эпизода (ОГГк), что не исключает, а скорее предполагает возможность его участия в
реализации противогипоксического действия изученных веществ.
Полученные результаты, согласно которым вещество πQ1983 обнаружило
способность существенно замедлять скорость потребления животными
кислорода на фоне снижения СтЭО, позволили с большой вероятностью
предположить, что в условиях остро формирующегося гипоксического
состояния экзогенной природы защитный эффект указанного соединения
осуществляется благодаря его способности ограничивать потребление
организмом энергии из базовых источников.
Изучение фармакологических эффектов вещества πQ1983 на состояние
жизненно важных физиологических систем организма, требовало постановки
опытов, способных оценить степень участия механизмов защитного действия
вещества на органном уровне. С этой целью нами была разработана методика,
позволяющая осуществлять одновременную регистрацию импеданскардиограммы (ИКГ – кривой, во многом отражающей механическую деятельность
сердца) и ЭКГ от изолированного нефиксированного сердца лягушки.
Как было установлено, в соответствии с данными ИКГ и ЭКГ исходная частота сокращений изолированного сердца лягушки составила 18,2±3,6 кардиоциклов в минуту, в то время как «амплитуда» сокращений в среднем достигала
150,5±23,4 Ом. На рис. 9 представлена динамика изменений частотных характеристик миокарда ex vivo после аппликации 0,1% раствора адреналина гидрохлорида.
Рис. 9. Частота сокращений изолированного нефиксированного сердца лягушки
после аппликации 0,1% раствора адреналина гидрохлорида (данные 5 опытов)
По вертикали – частота сокращений. По горизонтали – время в минутах.
Согласно результатам, уже через 4 мин. после аппликации адреналина частота следования кардиоциклов увеличивалась на 50-70%. Максимальную частоту наблюдали обычно спустя 6-8 мин. после адреналиновой стимуляции. В
22
частности, к 8-й мин она достигала 45,4±7,2/мин, что в 2,5 раза превышало исходный показатель. Вместе с тем, через 10-12 мин после стимуляции частота
следования кардиоциклов начинала плавно снижаться.
«Амплитуда» сердечных сокращений также фазно менялась (рис. 10).
Наибольший положительный инотропный эффект наблюдали спустя 4-5 мин
после применения адреналина – величина волн ИКГ увеличивалась по сравнению с исходным состоянием на 126,6%. По завершении амплитудного пика
статистически достоверное уменьшение размера волн в сравнении со стартовым значением отмечали спустя 14-16 мин после аппликации гормона. Незадолго до асистолии желудочка показатель уменьшался в среднем на 61%, при
этом, как правило, предсердия продолжали сокращаться ещё в течение 5-10 минут.
Рис. 10. Частота и «амплитуда» сокращений изолированного сердца лягушки
после стимуляции миокарда 0,1% раствором адреналина гидрохлорида
Параллельно изменениям хроноинотропного характера, на ЭКГ отмечали
признаки повышения скорости проведения возбуждения по миокарду, что проявлялось укорочением сегмента PQ (положительное дромотропное действие).
Максимальное укорочение с 0,22±0,07 до 0,14±0,04 с. наблюдали через 6-8
мин после адреналиновой стимуляции (-34,4%). Тем не менее, через 10-20 мин
после достижения пиковой частоты сердце останавливалось. Данные 10-ти
опытов показали, что средняя продолжительность работы сердца лягушки в
контроле от момента аппликации 0,1% раствора адреналина гидрохлорида составила 27,7±3,9 минут.
23
Из рис. 11 можно получить представление о реагировании изолированного
сердца на аппликацию 0,1% раствора адреналина гидрохлорида на фоне прямого действия вещества πQ1983.
Рис. 11. Частота сокращений изолированного нефиксированного сердца лягушки после аппликации 0,1% раствора адреналина гидрохлорида на фоне действия
0,01% раствора вещества πQ1983 (данные 5 опытов)
По вертикали – частота сокращений в минуту. По горизонтали – время в минутах
В свою очередь на рис. 12. представлены ИКГ и ЭКГ опыта с применением
вещества πQ1983. В частности, через 15 мин после нанесения вещества отмечали статистически достоверное замедление частоты следования кардиоциклов с
20,4±3,0 до 15,7±2,4 в сочетании с увеличением их протяженности. При этом
«амплитуда» сокращений и проводимость миокарда не изменялись.
После применения изученного металлокомплексного соединения реакция
сердца на аппликацию 0,1% раствора адреналина гидрохлорида, тем не менее,
оставалась типичной и проявлялась хронотропным, инотропным и дромотропным эффектами положительной направленности. Ухудшение функционального
состояния миокарда в условиях его защиты веществом πQ1983 наблюдали
лишь спустя 20 мин после стимуляции адреналином. На этом этапе, как правило, отмечали уменьшение амплитуды сокращений, удлинение кардиоцикла. В
то же время начинали обнаруживать себя нарушения в работе проводящей системы сердца, которые выражались на ЭКГ преимущественно удлинением сегмента ST. В отдельных случаях отмечали деформацию зубца R.
Далее на протяжении 30-60 мин наблюдали постепенное ослабление сердечной деятельности, в основном проявлявшееся снижением показателей сократительной активности желудочка. Судя по данным ЭКГ, на завершающих
этапах опыта работа сердца нередко поддерживалась активностью атриовентрикулярного узла.
Смена водителя ритма подтверждалась исчезновением зубца Р, замедлением частоты следования кардиоциклов, грубыми изменениями конфигурации
комплекса QRS. В среднем, по результатам описанных опытов, механическая
активность сердца, защищенного веществом πQ1983 и подвергнутого стимуля-
24
ции адреналином, сохранялась на протяжении 67,5±7,3 мин, что в 2,4 раза
больше в сравнении с показателем контрольной группы.
Рис. 12. Частота и «амплитуда» сокращений изолированного сердца лягушки
после аппликации 0,01% раствора вещества πQ1983 с последующей стимуляцией миокарда 0,1% раствором адреналина гидрохлорида
В литературе имеются сведения о способности антигипоксантов метаболического типа действия, к которым, по нашему мнению, относится и вещество
πQ1983, оказывать угнетающее влияние на сердечную деятельность (Зарубина
И.В., Шабанов П.Д., 2004). Так, например, у больных, получавших антигипоксант аминотиолового ряда амтизол, на протяжении первых 3-х дней лечения
формировалась брадикардия, что приводило к понижению артериального давления. Обнаруженный в клинических условиях кардиодепрессивный эффект
антигипоксантов оказался полезным для практики и, как считается, повысил
эффективность терапии аритмий сердца, аритмогенного коллапса, кардиогенного шока (Шабанов П.Д. и соавт, 2010; Hoyer D. et al, 1996).
Таким образом, в ходе этих опытов, было установлено, что вещество
πQ1983 обладает слабым прямым кардиодепрессивным действием, которое
преимущественно проявляется снижением частотных характеристик работы
сердечной мышцы. Как оказалось, в присутствии вещества πQ1983 реакция
миокарда на аппликацию 0,1% раствора адреналина гидрохлорида характеризуется более чем 2-кратным увеличением времени его функциональной активности.
Известно, что головной мозг и, в особенности, кора головного мозга
крайне чувствительны к дефициту кислорода в сравнении с другими тканями
организма (Пушкарёв Ю.П. , 1990; Евсеев А.В. и соавт., 2007а; Siesjo B. K., Smith
25
M.L., 1989; Machaalani R., Waters K.A., 2003; Ballanyi K., 2004). В связи с этим
считается важным в ходе изучения последствий воздействия острой гипоксии и
препятствующих её развитию препаратов на организм в целом, получать представление о процессах, протекающих в структурах головного мозга, и, особенно, на уровне коры.
Как следует из многих литературных источников, одним из доступных,
простых и информативных способов оценки активности протекания биоэлектрических процессов в коре головного мозга является метод вызванных потенциалов (Гнездицкий В.В., 2003; Орлова Т.В., Любимов С.Н., 2004; Фаррахова
Г.Р. и соавт., 2004; Logi F. et al., 2003), который и был задействован в исследовании в опытах на кошках. Дополнительным индикатором общего состояния
животных послужили данные регистрации электрического состояния миокарда.
Важная информация также была получена по итогам замеров концентраций
кислорода и углекислого газа в доступном для дыхания воздухе.
Исходя из конкретных задач исследования, животных подвергали следующим видам острого гипоксического воздействия: 1) периодической (интервальной) асфиксии; и 2) острой гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк).
Состояние периодической (интервальной) асфиксии на анестезированных
миорелаксированных кошках воспроизводили путём временного отключения
аппарата искусственной вентиляции лёгких. Интервалы асфиксии (мин.) сменяли интервалами восстановления (мин.) в различных пропорциях, обозначенных
как «режимы»: 2,5/3; 3/2,5; 3,5/2; 4/1,5; 4,5/1. Применение последующего (более
тяжёлого) режима периодической (интервальной) дыхательной асфиксии
осуществляли в случае успешного переживания животным 10-ти циклов изученного режима «асфиксия/восстановление».
Как показали опыты, по данным регистрации вызванных потенциалов (ВП)
кошки контрольной группы (n=9) демонстрировали острую реакцию в ходе
применения 1-го наиболее лёгкого режима периодической дыхательной асфиксии 2,5/3 (рис. 13).
Как видно из рисунка, в исходном состоянии латентный период ВП составлял 5,3±0,5 мс при длительности волн П1 – 7,8±0,6 мс, Н1 – 5,1±0,6 мс, П2 –
9,3±0,7 мс. Длительность волны Н2, так же как и её амплитуда, были слишком
вариабельны, в связи с чем она была исключена из общего анализа. Амплитуда
составляла для П1 – 47,7±3,2 мкв, Н1 – 109,2±11,8 мкв, П2 – 35,5±4,6 мкв.
Было установлено, что у животных контрольной группы спустя 3 мин. 1-го
цикла асфиксии режима 2,5/3 латентный период ВП и длительность их компонентов, кроме волны П2, существенно не изменялись. Длительность П2 увеличивалась в среднем в 2 раза. Амплитуда волн соответственно увеличивалась на
81,3, 56,3 и 28,4%. Тем не менее, по завершении восстановительного периода
все характеристики ВП восстанавливались.
По мере повторения циклов «асфиксия/восстановление» показатели для
волн Н1 и П2 заметно изменялись. Так, в ходе 3-го цикла асфиксии (режим 2,5/3)
на момент завершения 3-й мин длительность Н1 по сравнению с исходным со-
26
стоянием возрастала в 3,5 раза, в то время как волна П2 переставала определяться. С этого момента у некоторых (n=4) животных отмечали увеличение латентного периода ВП в 1,5-2 раза. Такого рода изменения активности мозга
обычно в литературе приводят в подтверждение снижения суммарной активности корковых нейронов (Гнездицкий В.В., 2003; Орлова Т.В., Любимов С.Н.,
2004; Фаррахова Г.Р. и соавт., 2004; Halliday A.M., 1993; Logi F. et al., 2003).
Рис. 13. Усреднённые вызванные потенциалы (ВП) соматосенсорной коры
мозга при периодической дыхательной асфиксии, режим 2,5/3
Стрелкой обозначен момент нанесения раздражения.
Во время 4-го цикла периодической дыхательной асфиксии у 5 кошек по
завершении 1-й мин. полностью исчезала электрическая активность головного
мозга. Все эти животные погибли спустя 2-3 мин. воздействия. Оставшиеся 4
кошки контрольной группы успешно пережили 10 циклов асфиксии режима
2,5/3. В связи с этим эта часть животных была подвергнута воздействию следующего режима – 3/2,5.
В этих условиях эпизоды отсутствия электрической активности коры были
отмечены во всех случаях. Каждый последующий цикл асфиксии способствовал удлинению периодов электрического молчания. По мере достижения критического состояния негативные проявления нарастали. Гибель наиболее
устойчивых к острой гипоксии животных, как правило, происходила спустя 4050 мин. через 5-6 циклов асфиксии режима 3/2,5.
Следует отметить, что в работе В.М. Виноградова и соавторов (1970) помимо положительных моментов, были отмечены и негативные стороны метода
периодической дыхательной асфиксии. Согласно мнению авторов, указанный
способ моделирования «молниеносной» гипоксии обеспечивает формирование
гипоксического состояния не совсем «чистой» природы. В частности отмечено,
27
что внезапная асфиксия всегда сопровождается формированием выраженной
системной гипотензии, обусловленной, в первую очередь, резким ослаблением
сократительной активности миокарда. При этом исследователи неоднократно
наблюдали и другие осложнения дыхательной асфиксии – асистолию, фибрилляцию желудочков. Известно, что снижение системного кровяного давления
усугубляет и пролонгирует кислородное голодание мозга (Бархатова В.П. и соавт., 1991; Phillips K., 2004; Hakimi K. et al., 2009). Тем не менее, все названные
осложнения дыхательной асфиксии, как считали В.М. Виноградов и соавторы,
не являются причиной для отказа от использования указанной модели острой
гипоксии с целью изучения гипоксопротектроного действия фармакологических веществ, так как довольно точно отражает ситуацию, формирующуюся
при реанимации в случае остановки дыхания и сердечной деятельности. Необходимо также подчеркнуть, что в связи с техническими особенностями моделирования на животных состояния дыхательной асфиксии, в основном обусловленными применением аппарата искусственной вентиляции лёгких, в занчительной степени возрастает негативная роль гипоксического стресса, т.к. при
этом организм лишается возможности использовать механизмы дыхательной
адаптации (Барабой В.А., 2006; Thomas S.P. et al., 1995).
В опытах с введением кошкам (n=10) внутрь вещества πQ1983 спустя 180
мин. латентный период ВП практически не изменялся. Наблюдали 2-кратное
расширение волны Н1 с одновременным снижением её амплитуды (-35,3%).
Аналогичные по динамике изменения отмечали для волны П2 (рис. 14).
Рис. 14. Усреднённые вызванные потенциалы (ВП) соматосенсорной коры мозга кошек при периодической дыхательной асфиксии на фоне действия вещества
πQ1983 (100 мг/кг)
Стрелкой обозначен момент нанесения раздражения
В условиях периодической дыхательной асфиксии животные этой группы
гораздо легче переносили режим 2,5/3 в сравнении с кошками контрольной
28
группы. В течение 10 циклов асфиксии (55 мин) временные и амплитудные характеристики ВП изменялись не существенно.
Переход на режим 3,5/2 выявлял негативные изменения динамики ВП, но
только на 1-й минуте фазы «восстановления». При этом в сравнении с исходным состоянием амплитуда волны Н1 уменьшалась в среднем на 45,8%, временные параметры ВП заметно не изменялись. Режим 4/1,5 способствовал выявлению критических изменений со стороны электрической активности головного
мозга. Несмотря на то, что к концу фазы «асфиксии» ВП продолжали регистрироваться, в отдельных случаях (n=3) в течение 1-й мин восстановительного периода волновые компоненты ВП существенно расширялись, а сами волны становились низкоамплитудными. Тем не менее, все последующие циклы режима
характеризовались полным восстановлением исходных характеристик ВП.
Предел выносливости животных по отношению к изученному состоянию
был установлен при режиме 4,5/1. Уже на момент завершения 1-го цикла (170-я
мин) у всех подопытных животных полностью исчезала электрическая активность мозга.
Таким образом, металлокомплексное соединение πQ1983 после введения
внутрь в дозе 100 мг/кг способствовало сохранению биоэлектрической активности соматосенсорной зоны головного мозга у животных опытной группы в
течение 170 минут. Причём указанный эффект обнаруживал себя при более тяжёлых условиях асфиксии в сравнении с контрольной группой. Средняя продолжительность жизни кошек в контроле составила всего 49,1±6,2 мин, т.е. была в 3,5 раза меньше.
На заключительном этапе исследования были поставлены опыты на кошках по изучению защитного влияния вещества πQ1983 в условиях острой гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк), представляющей собой более «мягкий» вариант
кислородной недостаточности, в сравнении с асфиксической формой (Виноградов В.М., Криворучко Б.И., 2001).
Как известно, в случае возникновения чрезвычайных и аварийных ситуаций состояние ОГ+Гк у человека формируется гораздо чаще, чем прочие виды
острой гипоксии. В частности, в отличие от «высотных» форм, при острой гипоксии с гиперкапнией на первое место выходят осложнения, обусловленные
феноменом гиперкапнии (Агаджанян Н.А., Чижов А.Я., 2003; Phillips K., 2004).
В ходе опытов, помимо регистрации ВП соматосенсорной коры, также
осуществляли мониторинг ЭКГ с периодическим измерением содержания О2 и
СО2 в дыхательной ёмкости.
Известно, что при формировании гипоксического статуса амплитуда волны
Н1 ВП может использоваться в качестве маркёра функционального состояния
коры мозга (Евсеев А.В. и соавт., 2007; Яснецов С.А., 2008). При этом её
уменьшение на 10-45% от исходного уровня расценивают как лёгкую гипоксию мозга. Снижение амплитуды Н1 на 50-70% соответствует гипоксии средней тяжести. Уменьшение Н1 на 75-90% констатирует переход в глубокую ста-
29
дию гипоксии. И, наконец, уменьшение Н1 более чем на 95% расценивают как
предтерминальную стадию.
По нашим данным лёгкая стадия гипоксии у кошек (n=9) формировалась спустя 8,5±1,4 мин от момента начала эксперимента. Развитие средней стадии отмечали через 35,8±4,0 мин, глубокой – через 54,8±4,7 минут. Предтерминальная
стадия ОГ+Гк возникала обычно через 3-4 мин после глубокой (рис. 15).
Рис. 15. Усреднённые вызванные потенциалы соматосенсорной коры кошки
при развитии острой гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк)
А – исходное состояние. Б – при ОГ+Гк: 1 – лёгкая стадия; 2 – средняя
стадия; 3 – глубокая стадия; 4 – предтерминальная стадия. Стрелкой обозначен
момент нанесения раздражения.
Что касается электрической активности миокарда, было установлено, что у
кошек исходная частота следования ЭКГ-комплексов составляла 140,8±13,9/мин
и соответсвовала литературным данным (Driscoll C.A. et al., 2009). По мере углубления ОГ+Гк, при формировании лёгкой стадии частота желудочковых комплексов
плавно возрастала и достигала 178,4±16,8/мин (рис. 16).
В работах, посвященных изучению гиперкапнических состояний, отмечается, что постепенное нарастание гиперкапнии первично проявляется стимулирующим влиянием СО2 и водородных ионов на инспираторные нейроны дыхательного центра и на нейроны коры головного мозга (Голубев В.Н. и соавт.,
2013). Эти эффекты в основном реализуется структурами стволовой ретикулярной формации, но так же за счёт вовлечения хеморецепторов рефлексогенных
зон крупных артерий (Бит-Аврагим Н.И., 1996; Куприянов С.В., 2009). Тем не
менее, при резком углублении гиперкапнии (содержание СО2 выше 10%) активирующее влияние углекислоты прекращается (Агаджанян Н.А., Чижов А.Я.,
2003; Sutton J.R. et al., 1990; Machaalani R., Waters K.A., 2003). Активность
нейронов коры и дыхательного центра сначала снижается, а затем происходит
их резкое угнетение, что нашло отражение в характерной динамике ВП, зарегистрированных в наших опытах.
Следует отметить, что феномен стимулирующего действия ингаляций О2дефицитных газовых смесей с повышенным содержанием СО2 на ЦНС известен
30
давно (Малкиман И.И., 1971; Антипов И.В., 2006). В обычных условиях умеренная гиперкапния способствует улучшению лёгочной вентиляции, что приводит к повышению содержания О2 в головном мозге. Незначительная гиперкапния также может способствовать облегчению транскапиллярного транспорта О2 в связи с формированием газового ацидоза и вызванным им увеличением
мозговой гемодинамики (Беспалов А.Г., 2004; Тараканов И.А. и соавт., 2005;
Hochachka P.W., 2002).
При переходе лёгкой стадии ОГ+Гк в среднюю, частота ЭКГ-комплексов
снижалась и через 37 мин от начала опыта составляла 139,3±13,7/мин. В этот период выявлялись признаки гипоксии миокарда в виде элевации сегмента ST. Глубокая стадия гипоксии проявлялась значительным замедлением частоты желудочковых комплексов – до 85,1±6,8/мин.
Известно, что сердечная мышца при формировании гипоксии независимо
от её природы первоначально демонстрирует увеличение частоты сокращений.
В частности, продолжительное вдыхание добровольцами гипоксических смесей
с различным содержанием О2 способствовало увеличению частоты сердечных
сокращений практически у всех испытуемых (Донина Ж.А., Лаврова И.Н.,
1998; Вовенко Е.П., Соколова И.Б., 2004). Тем не менее, другие авторы сообщают, что значимый прирост частоты сердечных сокращений наблюдается
лишь в глубокую стадию гипоксии, когда содержание О2 не превышает 12%
(Иванов В.Д., 2006; Zhang D. et al., 2014).
Развитие предтерминальной стадии ОГ+Гк сопровождалось резким ослаблением электрогенеза в миокарде. Рис. 16 демонстрирует момент смены водителя
ритма, что подтверждает исчезновение зубцов Р в сочетании с деформацией желудочкового комплекса.
Рис. 16. ЭКГ кошки при развитии острой гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк)
А – исходное состояние; Б – при ОГ+Гк: 1 – лёгкая стадия; 2 – средняя
стадия; 3 – глубокая стадия; 4 – предтерминальная стадия; 5 – исчезновение
ЭКГ.
31
Частота следования ЭКГ-зубцов у кошек в эту стадию не превышала 55/мин.
Амплитуда комплекса QRS существенно снижалась. Следует подчеркнуть, что после исчезновения электрической активности головного мозга слабая электрическая
активность миокарда сохранялась в течение 7,4±1,7 мин.
Газовый анализ нагнетаемого в лёгкие животных воздуха показал, что в
процессе формирования лёгкой, средней и глубокой стадий ОГ+Гк содержание
О2 и СО2 в дыхательной ёмкости линейно изменялись. Переход к очередной
стадии гипоксии происходил при снижении содержания О2 (и соответствующем
увеличении содержания СО2) в среднем на 2%. Однако в предтерминальную
стадию потребление О2 существенно снижалось. Концентрации газов, характеризующие смену стадий ОГ+ГК, представлены в табл. 2. Как показали результаты измерений, гибель животных наступала при конечных концентрациях О 2 и
СО2 порядка 10,5% и 10,0% соответственно.
Таблица 2
Содержание О2 и СО2 во вдыхаемом воздухе при нарастании
острой гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк) у кошек
Концентрация Концентрация
Момент взятия пробы
О2 (%), N±m
СО2 (%), N±m
Исходные параметры
Лёгкая стадия гипоксии
Средняя стадия гипоксии
Глубокая стадия гипоксии
Предтерминальная стадия гипоксии
Гибель животного
20,56±0,12
18,32±0,15
16,09±0,12
14,01±0,11
12,37±0,10
10,46±0,13
0,04±0,02
2,36±0,07
4,29±0,10
6,50±0,14
8,61±0,10
10,03±0,12
В последующем, как и в опытах с моделированием у кошек состояния периодической дыхательной асфиксии, вновь было выявлено отрицательное влияние вещества πQ1983 на динамику соматосенсорных ВП. Тем не менее, результаты опытов показали, что введение внутрь металлокомплексного соединения πQ1983 приводит к значимой пролонгации общей электрической активности корковых нейронов (рис. 17).
На фоне действия вещества πQ1983 смена стадий ОГ+Гк у кошек происходила значительно медленнее. Так, например, формирование лёгкой стадии констатировали обычно через 16,7±2,9 мин с момента начала опыта. Среднюю стадию регистрировали спустя 50,3±4,5 мин, глубокую – через 100,5±7,7 мин. Развитие предтерминальной стадии отмечали лишь спустя 173,2±15,3 мин.
Согласно укрепившимся в патофизиологии представлениям о механизмах
развития острой гипоксии, а также благодаря новым сведениям, объясняющим
возможности влияния вещества πQ1983 на метаболические процессы в ткани
мозга, было высказано предположение о положительном влиянии металлокомплексного соединения на внутриклеточный гомеостаз в сочетании со способностью вещества стабилизировать биологические мембраны, что характерно для
большинства антигипоксических средств метаболического типа действия
32
(амтизол, метапрот, алмид, этамерзол и т.д.) (Евсеев А.В., 2007; Шабанов П. Д.
и соавт., 2010). В частности, есть доказательства, что амтизол, метапрот (бемитил) и алмид, оказывают неизбирательное обратимое негативное влияние на
проницаемость потенциалзависимых натриевых, кальциевых, калиевых ионных
каналов нейронов с возможностью их блокады (Шабанов П. Д. и соавт., 2005).
При этом ионные токи утечки, свидетельствующие о стабильности мембраны,
практически не меняются (Зарубина И. В., Шабанов П. Д., 2004).
Рис. 17. Усреднённые вызванные потенциалы соматосенсорной коры кошки на
фоне действия вещества πQ1983 (100 мг/кг) при развитии острой гипоксии с
гиперкапнией (ОГ+Гк)
А – исходное состояние, Б – через 180 мин. после введения вещества πQ1983.
1 – лёгкая стадия ОГ+Гк; 2 – средняя стадия; 3 – глубокая стадия; 4 – предтерминальная стадия. Стрелкой обозначен момент нанесения раздражения.
Применение вещества πQ1983 в условиях ОГ+Гк заметно отражалось на
ЭКГ. Рис. 18 демонстрирует действие изученного соединения через 180 мин
после его введения внутрь (инкубационный период). Было отмечено замедление частоты следования желудочковых комплексов с 145,2±14,7/мин до
90,6±7,5/мин, т.е. на 37,6%. Также отмечали общее снижение вольтажа зубцов.
Развитие предтерминальной стадии ОГ+Гк в условиях применения вещества πQ1983 наблюдали через 173,2±15,3 мин опыта. Частота следования желудочковых комплексов снижалась до 32,7±4,4/мин. Зубец Р не был выражен, отмечали деформацию зубца Т. Тем не менее, даже в этих условиях электрическая
активность миокарда сохранялась не менее 20 мин и прекращалась лишь спустя
187,3±12,2 мин.
В соответствии с собственными данными, электрическая активность сердечной мышцы в условиях ОГ+Гк после введения кошкам вещества πQ1983 в
целом повторяла стадийность, отмеченную у животных контрольной группы.
Однако в отличие от «незащищенных» кошек изменения ЭКГ в опытной группе
характеризовались постепенным развитием событий. На начальных стадиях
ОГ+Гк феномен активации электрических процессов отчётливо выявлялся, что,
33
по-видимому, свидетельствовало о сохранении внесердечных механизмов регуляции на фоне действия нового антигипоксанта. Смещение сегмента ST в этих
опытах наблюдали исключительно в глубокую стадию ОГ+Гк, что говорило в
пользу адекватности снабжения миокарда О2 на протяжении опыта (Граф А.В.
и соавт., 2004; Орлов В.Н., 2004).
Рис. 18. ЭКГ кошки при развитии острой гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк) на
фоне действия вещества πQ1983 (100 мг/кг)
А – исходное состояние, Б – через 180 мин после введения вещества πQ1983. 1
– лёгкая стадия; 2 – средняя стадия; 3 – глубокая стадия; 4 – предтерминальная
стадия; 6 – исчезновение ЭКГ.
Газовый анализ воздуха нагнетаемого в лёгкие животных в условиях
нарастающей ОГ+Гк на фоне действия вещества πQ1983 также продемонстрировал прямо пропорциональную зависимость динамики изменения концентрации О2 и СО2 в дыхательной ёмкости (табл. 3).
Таблица 3
Содержание О2 и СО2 во вдыхаемом воздухе при нарастании
острой гипоксии с гиперкапнией (ОГ+Гк) у кошек
на фоне действия вещества πQ1983 (100 мг/кг)
Концентрация
Концентрация
Момент взятия пробы
О2 (%), N±m
СО2 (%), N±m
Исходные параметры
Лёгкая стадия гипоксии
Средняя стадия гипоксии
Глубокая стадия гипоксии
Предтерминальная стадия гипоксии
Гибель животного
20,59±0,12
17,74±0,13
15,02±0,11
12,35±0,15
10,40±0,12
8,65±0,10
0,02±0,01
3.02±0,07
5,81±0,14
8,16±0,17
9,92±0,13
12,43±0,14
34
В опытной группе смена стадий ОГ+Гк, как правило, происходила при
сдвиге концентраций газов на 2,1-2,5%. Это означало, что функциональные изменения в соматосенсорной коре происходили при более существенном изменении параметров газовой среды, в сравнении с животными контрольной группы. Следует подчеркнуть, что даже в предтерминальную стадию скорость потребления О2 оставалась довольно высокой и составляла 1,7% (в контроле –
0,4%). В то же время, гибель животных в условиях применения вещества
πQ1983 наступала при более низких концентрациях О2, в сравнении с кошками,
не получавшими фармакологической защиты.
Таким образом, результаты газового анализа вдыхаемого воздуха в ходе
формирования у животных ОГ+Гк показал, что использование вещества
πQ1983 не только замедляет скорость изменения газового состава воздуха, но
также понижает конечные (критические) концентрации для О2, что является
признаком повышения устойчивости животных к острой экзогенной гипоксии
(Малкин В.Б., Логинова Е.В., 1984; Вовенко Е.П., Соколова И.Б., 2004).
Итогом исследования явилась гипотеза, согласно которой защитное действие селенсодержащего металлокомплексного (Zn2+) соединения πQ1983 в
условиях формирования у животных состояния острой экзогенной гипоксии реализуется за счёт механизмов, обусловленных присутствием в молекуле вещества II-валентного цинка в качестве металла-комплексообразователя, а также
халькогена (селена) в составе химически активного лиганда.
Принимая во внимание высокий уровень биологической значимости для
организма цинка и селена, гарантийным фактором обеспечения эффектов этих
микроэлементов на клеточном и субклеточном уровнях, в первую очередь, выступает их надёжная доставка в проблемный очаг с облегчённым высвобождением. Транспортировка цинка и селена во многом обеспечивается свойствами
лиганда (лигандов), входящими в состав молекулярного комплекса и его способности к взаимодействию с транспортными белками, передающими эстафету
специфическим мембранным белкам (Чариева С.А., 2011). Как извесно, молекула комплексного соединения, находясь в непосредственной близости от цитоплазматической мембраны, выделяет ионизированный цинк из кластеров,
обычно сформированных сульфгидрильными группами лигандов (Кебец Н.М.,
2005; Borghaei R.C., Chambers M., 2009). Фиксация Zn2+в кластерах, в свою очередь, напрямую зависит от выраженности свободно-радикальных процессов в
зоне доставки (Моралев Л.Н. и соавт., 2007). Собственно эффект Zn2+ в биологических системах проявляется в виде антиоксидантного действия, несмотря на
то, что сам он не является редоксактивным-агентом. Последнее во многом объясняется тем, что Zn2+, как и другие биогенные металлы, способен вызывать
экспрессию антиоксидантных ферментов (Krishna S.S. et al., 2003).
Следует также отметить функцию Zn2+ в системах биологической информации. Изменение содержания свободных ионов цинка, в составе металлокомплексных соединений, позволяет ему играть роль вторичного посредника даже
35
в пикомолярных концентрациях. Поскольку биологический цикл цинка сопряжён с редокс-циклами, то он в значительной мере контролирует и редоксзависимые системы биологической информации. Следовательно, повышение
содержания свободного цинка, может служить объединяющим фактором для
многих разновидностей стресса. Это обнаруживается в косвенном взаимодействии или в прямой кооперации с факторами мобилизации защитного потенциала организма (Алясова А.В., 2012; Zheng Y. et al., 2008).
Что касается селена, то имеются достоверные сведения, подтверждающие
его способность регулировать скорость протекания редокс-зависимых биологических процессов как вне, так и внутри клетки, тем самым обеспечивая поддержание редокс-гомеостаза (Федоров В.Е. и соавт., 2007). Названные эффекты
соединений селена обусловлены, в первую очередь, его способностью окислять
и восстанавливать природные соединения II-валентной серы, которые в ходе
осуществления биохимических реакций обнаруживают свойства нуклеофильных или электрофильных частиц, доноров или акцепторов одного или 2-х электронов, а в условиях окислительного стресса – и свободнорадикальных частиц
(Зенков Н.К. и соавт., 2001; Головко О.В., 2005).
Следует отметить, что лиганд, входящий в состав вещества πQ1983 – гидрокси-2-этил-5-метилпиридин, применяется в фармации для изготовления многих фармакологических агентов, таких как никотиновая кислота, никотинамид,
изониазид, никетамид. Особенности химической формулы лиганда, вероятно,
улучшают фармакокинетику вещества πQ1983. При этом, исходя из того, что
лиганд относится к гетероароматическим фенолам, нельзя исключить его самостоятельного влияния на процессы свободно-радикального окисления и пероксидации липидов (Лукьянова Л.Д., Сукоян Г.В., 2014).
В заключении представляется необходимым отметить, что результаты, полученные в опытах на кошках, полностью подтвердили предположение, высказанное по итогам экспериментов, поставленных на мышах и крысах, о наличии
у вещества πQ1983 антигипоксических свойств, обеспечивающих значительное
повышение устойчивости организмов с различным уровнем организации ЦНС к
острой экзогенной гипоксии, даже при условии его введения внутрь. Следует
отметить, что данные, полученные в опытах на мелких грызунах, имеющих относительно низкий уровень организации ЦНС, часто не находят подтверждения
в исследованиях, выполняемых с привлечением высокоразвитых млекопитающих (Слоним А.Д., 1976; 2008; Prosser C.L., 1973; Baker H.J. et al., 1979;
Suckow M.A. et al., 2005). При этом, несмотря на наличие в литературе сведений
о потребности в О2 для различного вида животных, все новые данные необходимо оценивать с учётом условий, в которых они были получены, т.к. потребление О2 может существенно изменяться в силу многих причин, таких, например, как температура окружающей среды, время года и суток, общая активность животного, размер особи, стадия жизненного цикла, генетические особенности, снабжение кислородом в предшествующий период (Слоним А.Д.,
1976; Suckow M.A. et al., 2005).
36
ВЫВОДЫ
1. Для оценки фармакологической активности антигипоксантов при
острой экзогенной гипоксии целесообразно использовать разные модели гипоксии (острая гипоксия с гиперкапнией, острая гипобарическая гипоксия, острая
циркуляторная гипоксия) у животных с разной организацией нервной системы
(лягушки, мыши, крысы, кошки). Такой подход позволяет в большей степени
объективизировать полученные данные для их экстраполяции на человеческий
организм.
2. Особенности патофизиологических механизмов выживания крыс в
условиях формирования острой экзогенной гипоксии при наличном резерве
воздуха в 1 л в сравнении с мышами, обладающими 0,25 л резерва воздуха, состоят в том, что в целом обеспечивают однотипные реакции для обоих видов
животных на дефицит кислорода. Данный феномен подтверждается динамикой
изменения электрической активности миокарда, параметрами внешнего дыхания, скоростью потребления кислорода и его конечной концентрацией, границами периода относительного благополучия и показателями продолжительности жизни.
3. Наряду с системной острой экзогенной гипоксией для оценки фармакологической активности антигипоксантов можно использовать модель изолированного нефиксированного сердца лягушки ex vivo, обработанного адреналином (вариант циркуляторной гипоксии), позволяющую быстро и с минимальными затратами осуществлять оценку кардиотропной и антигипоксической активности на миокарде холоднокровных животных.
4. Среди исследованных 9 селенсодержащих металлокомплексных соединений выявляются соединения πQ1969, πQ1983, πQ1987 и πQ2170, демонстрирующие высокую антигипоксическую активность в разных моделях острой экзогенной гипоксии при их введении внутрибрюшинно и внутрь, что расширяет
возможности практического применения подобных веществ. Наиболее активными в этой группе являются соединения πQ1983 и πQ2170, проявившие антигипоксическую активность во всех использованных моделях острой гипоксии.
5. Согласно результатам определения средних летальных и средних эффективных доз для селенсодержащих металлокомплексных соединений πQ1983
и πQ2170, вещество πQ2170 следует отнести к относительно токсичным соединениям (III класс токсичности), а вещество πQ1983 – к сравнительно безопасным (IV класс токсичности).
6. Принципиальным отличием изученного соединения πQ1983 от препаратов сравнения (амтизол, мексидол, метапрот) является преобладание у него антигипоксического эффекта после введения внутрь в сравнении с внутрибрюшинным введением.
7. Соединение πQ1983 после введения внутрь крысам в дозе 100 мг/кг
проявляет свойства типичного антигипоксанта (оптимизирует продукцию энергии, снижает скорость потребления кислорода, умеренно подавляет электрическую активность миокарда, параметры внешнего дыхания), которые по выра-
37
женности существенно превышают аналогичные эффекты основного эталонного антигипоксанта амтизола 100 мг/кг. При острой экзогенной гипоксии с гиперкапнией соединение πQ1983 удлиняет продолжительность жизни и период
относительного благополучия крыс в сравнении с амтизолом, обеспечивая более экономичные режимы потребления кислорода.
8. В модели периодической дыхательной асфиксии и острой гипоксии с
гиперкапнией у кошек соединение πQ1983 (внутрь 100 мг/кг) удлиняет время
активного состояния коры головного мозга по показателям регистрации соматосенсорных вызванных потенциалов, что доказывает центральный механизм
антигипоксического действия данного соединения.
9. Эффекты соединения πQ1983 в отношении миокарда (in vivo и ex vivo),
внешнего дыхания, энергетического обмена, функционального состояния коры
головного мозга (условно-рефлекторная деятельность, вызванные потенциалы),
указывают на наличие у изученного селенсодержащего металлокомплексного
соединения выраженного метаболического компонента, обеспечивающего его
антигипоксическое действие при острой гипоксии.
10. Селенсодержащие металлокомплексные соединения представляют собой перспективный класс антигипоксических веществ, энтеральное применение
которых эффективно смягчает последствия воздействия острой экзогенной гипоксии на организм, что подтверждается результатами их влияния на основные
механизмы развития гипоксии как типового патологического процесса (замедление энергетического обмена, поддержание сниженной температуры тела,
снижение функции внешнего дыхания, умеренное подавление корковой активности головного мозга и условных рефлексов).
НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ
Рекомендуется проводить скрининг антигипоксических веществ, потенциально эффективных при острой экзогенной гипоксии, с обязательным привлечением моделей острой гипоксии с гиперкапнией и острой гипобарической гипоксии, так как условия, формирующиеся на их фоне, наиболе точно отражают
реальные ситуации, возникающие в ходе производственной и эктремальной деятельности человека.
Селенсодержащие металлокомплексные соединения с цинком (II) в качестве металла-комплексообразователя являются перспективным классом химических соединений для осуществления дальнейших мероприятий по поиску высокоэффективных антигипоксантов.
Рекомендуется проведение расширенного и углублённого изучения фармакологических свойств нового высокоэффективного антигипоксанта – вещества
πQ1983 на животных с высоким уровнем организации ЦНС (кошках, собаках,
обезьянах) с акцентом на введение вещества внутрь.
Рекомендуется добавление в комплекс мероприятий по изучению влияний
биологически активных веществ и фармакологических агентов новый способ
исследования, а именно – аппликацию химических соединений на изолирован-
38
ное нефиксированное сердце лягушки, что позволит обнаружить и доказать их
прямое влияние на электрическую и механическую работу сердечной мышцы.
Рекомендуется изучить влияние вещества πQ1983 и других селенсодержащих металлокомплексных соединений на процессы опухолевого роста и возможность метастазирования опухолей, принимая во внимание выявленный
негативный эффект указанных соединений в отношении скорости течения в организме метаболических реакций.
СПИСОК ОСНОВНЫХ ПУБЛИКАЦИЙ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ
Статьи в рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК
1. Евсеев А.В. Устройство для моделирования острой экзогенной нормобарической гипоксии без гиперкапнии у мелких лабораторных животных / А.В.
Евсеев, М.А. Евсеева, Д.В. Сосин // Патент РФ на изобретение № 2291498.
Опубл.10.01.2007 – 2007. Бюл. № 1.
2. Сосин Д.В. Селенсодержащее металлокомплексное соединение
πQ1983 – перспективное средство профилактики острых гипоксических состояний / Д.В. Сосин, Э.А. Парфёнов, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев // Обзоры
по клинической фармакологии и лекарственной терапии. – 2011. – Т. 9, № 1. –
С. 63-68.
3. Сосин Д.В. Угнетение дыхательной активности митохондрий как возможный механизм протективного действия антигипоксантов / Д.В. Сосин, А.В.
Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Вестник новых медицинских технологий. – 2012. – Т. XIX, № 4. – С. 47-51.
4. Сосин Д.В. Изучение антигипоксической активности металлокомплексных селенсодержащих веществ после их парентерального и энтерального
введения / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, Э.А. Парфёнов, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической фармакологии и лекарственной
терапии. – 2012. – Т. 10, № 3. – С. 28-34.
5. Сосин Д.В. Безопасность новых протекторов острой гипоксии / Д.В.
Сосин, А.В. Евсеев, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической фармакологии и
лекарственной терапии. – 2012. – Т. 10, № 4. – С. 58-62.
6. Сосин Д.В. Гипотермический эффект антигипоксантов πQ1983 и
πQ2170 / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, Э.А. Парфёнов, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической фармакологии и лекарственной
терапии. – 2012. – Т. 10, № 4. – С. 78-82.
7. Сосин Д.В. Антигипоксическое средство / Д.В. Сосин, Э.А. Парфенов,
А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Патент РФ на изобретение №
2472503. Опубл. 20.01.2013. Бюл. №2.
8. Сосин Д.В. Влияние нового антигипоксанта πQ1983 на условнорефлекторную деятельность мышей / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдив-
39
цев, М.А. Евсеева, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической фармакологии и
лекарственной терапии. – 2013. – Т. 11, № 2. – С. 26-30.
9. Сосин Д.В. ЭКГ крыс на фоне действия нового металлокомплексного
антигипоксанта πQ1983 в условиях острой гипоксии / Д.В. Сосин, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева, А.В. Евсеев, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической
фармакологии и лекарственной терапии. – 2013. – Т. 11, № 2. – С. 45-51.
10. Сосин Д.В. Способ регистрации механической работы изолированного
сердца лягушки / Д.В. Сосин, В.А. Правдивцев, А.В. Евсеев // Патент РФ на
изобретение № 2479871. Опубл. 20.04.2013. Бюл. № 11.
11. Сосин Д.В. Изменения условно-рефлекторной деятельности у мышей
после внутрижелудочного введения антигипоксантов метаболического типа
действия / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Обзоры
по клинической фармакологии и лекарственной терапии. – 2013. – Т.11,
Спецвыпуск. – Материалы Всероссийской научной конференции с международным участием «Фармакологическая нейропротекция» посвящённая 90летию Отделения фармакологии им. С.В. Аничкова Института экспериментальной медицины СЗО РАМН, СПБ, 18-22 сентября, 2013 г. – 2013. – С. 132.
12. Сосин Д.В. Изменение энергетического обмена на фоне действия нового селенсодержащего металлокомплексного вещества / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, Э.А. Парфёнов, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической фармакологии и
лекарственной терапии. – 2014. – Т. 12, № 1. – С. 19-25.
13. Сосин Д.В. Нейрофизиологический анализ биоэлектрической активности коры мозга при острой гиперкапнической гипоксии в эксперименте / Д.В.
Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, П.Д. Шабанов // Медико-биологические и
социально-психологические проблемы безопасности в чрезвычайных ситуациях. – 2014. – №. 1. – С. 64-69.
14. Сосин Д.В. Особенности внешнего дыхания крыс при развитии острой
гипоксии с гиперкапнией и её коррекции новым антигипоксантом металлокомплексной природы / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, П.Д. Шабанов //
Обзоры по клинической фармакологии и лекарственной терапии. – 2014. – Т.
12, № 2. – С. 36-42.
15. Сосин Д.В. Влияние вещества πQ1983 на вызванные потенциалы соматосенсорной коры при развитии острой гипоксии / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев,
В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической фармакологии и лекарственной терапии. – 2014. – Т. 12, № 3. – С. 41-49.
16. Сосин Д.В. Новый способ регистрации механической работы изолированного нефиксированного сердца лягушки / Д.В. Сосин, В.А. Правдивцев, А.В.
Евсеев // Вестник новых медицинских технологий. – 2014. – Т. 21, № 4. – С.
124-129.
17. Сосин Д.В. Работа изолированного сердца лягушки после адреналиновой стимуляции на фоне действия нового металлокомплексного антигипоксанта
πQ1983 / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, П.Д. Шабанов // Обзоры по
40
клинической фармакологии и лекарственной терапии. – 2014. – Т. 12, № 4. – С.
43-48.
18. Сосин Д.В. Влияние вещества πQ1983 на энергетический обмен и потребление кислорода в условиях острой экзогенной гипоксии / Д.В. Сосин, А.В.
Евсеев, В.А. Правдивцев, Э.А. Парфенов // Экология человека. – 2015. – № 1. –
С. 21-27.
19. Сосин Д.В. Механизмы формирования острой экзогенной гипоксии и
возможности ее фармакологической коррекции антигипоксантами / Д.В. Сосин, О.Е. Шалаева, А.В. Евсеев, П.Д. Шабанов // Обзоры по клинической фармакологии и лекарственной терапии. – 2015. – Т. 13, № 1. – С. 3-15.
Прочие работы, опубликованные по теме диссертации
20. Сосин Д.В. Антигипоксический эффект производных аминотиолов при
различной скорости нарастания острой гипоксии / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев,
В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Вестник Смоленской медицинской академии.
Медико-биологический выпуск. – 2008. – № 3. – С. 24-27.
21. Евсеев А.В. Новый способ моделирования у животных состояния «чистой» гипоксии / А.В. Евсеев, М.А. Евсеева, В.А. Правдивцев, Д.В. Сосин // Патогенез. Научно-практический журнал. – 2008. – Т. 6, № 3. – С. 58.
22. Евсеева М.А. Реакции ЭКГ и внешнего дыхания на остро нарастающую
гипоксию в условиях применения антигипоксанта πQ1104 и аминазина / М.А.
Евсеева, В.А. Правдивцев, А.В. Евсеев, Д.В. Сосин // Вопросы патогенеза типовых патологических процессов: Труды Всероссийской научно-практической
конференции с международным участием. – Новосибирск: Сибмедиздат НГМУ,
2009. – С. 115-118.
23. Евсеева М.А. Электрические реакции сердца и внешнего дыхания на
острую гипоксию в условиях фармакологической защиты / М.А. Евсеева, В.А.
Правдивцев, А.В. Евсеев, Д.В. Сосин // Журнал Гродненского государственного
медицинского университета. – Гродно: ГрМУ, 2009. – № 2. – С. 110-111.
24. Евсеева М.А. Гиперкапния при гипоксии и гипероксии / М.А. Евсеева,
В.А. Правдивцев, А.В. Евсеев, Д.В. Сосин // Вестник Смоленской медицинской
академии. Медико-биологический выпуск. – 2009. – № 3. – С. 12-15.
25. Сосин Д.В. Антигипоксический эффект новых металлокомплексных
селенсодержащих соединений / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, Э.А.
Парфёнов, М.А. Евсеева // Тезисы докладов XXI съезда Физиологического общества им. И.П. Павлова, г. Калуга, 19-25 сент., 2010 г. – Москва-Калуга,
2010. – С. 575.
26. Сосин Д.В. Защитное действие селенсодержащего металлокомплексного соединения πQ1983 при формировании у кошек острой экзогенной гипоксии
/ Д.В. Сосин, Э.А. Парфёнов, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева //
Вестник Смоленской медицинской академии. Медико-биологический выпуск. –
2010. – № 3. – С. 45-50.
41
27. Евсеев А.В. Реакции сосудов головного мозга в ответ на формирование
острой гипер- и гипокапнии / А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева, Д.В.
Сосин // Вестник Смоленской медицинской академии. Медико-биологический
выпуск. – 2010. – № 3. – С. 67-71.
28. Сосин Д.В. Возможность профилактики острой гипоксии новым металлокомплексным соединением πQ1983 / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев // Материалы V Всероссийской конференции молодых учёных-медиков, организованной Воронежским, Курским и Казанским медицинскими вузами, г.
Воронеж, 25-26 февраля, 2011 г. – Воронеж, 2011. – С. 260-261.
29. Сосин Д.В. Влияние вещества πQ1983 на работу изолированного
сердца лягушки / Д.В. Сосин, Ю.И. Бабкина, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев //
Математическая морфология. Электронный математический и медикобиологический журнал. – Т. 10, Вып. 1. – 2011. – URL:
http://www.smolensk.ru/user/sgma/MMORPH/N-29-html/sosin/sosin.htm
30. Сосин Д.В. Антигипоксический эффект нового металлокомплексного
селенсодержащего соединения πQ1983 на мелких лабораторных животных /
Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев // Патогенез. Тезисы VI Российской
конференции с международным участием «Гипоксия: механизмы, адаптация,
коррекция», г. Москва, 11-13 октября, 2011 г. – М., 2011. – Т. 9, № 3. – С. 62.
31. Сосин Д.В. Метаболическая коррекция острых гипоксических состояний металлокомплексными соединениями / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А.
Правдивцев, М.А. Евсеева // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2011. – № 4. – С. 24-31.
32. Евсеев А.В. Дыхательная активность митохондрий головного мозга на
фоне действия металлокомплексных соединений / А.В. Евсеев, М.А. Евсеева,
Э.А. Парфёнов, В.А. Правдивцев, Д.В. Сосин // Инновации в современной фармакологии. Материалы IV съезда фармакологов России, Казань, 18-21 сентября,
2012 г. – М.: Изд. «Фолиум», 2012. – С. 62-63.
33. Сосин Д.В. Антигипоксическое действие металлокомплексных селенсодержащих веществ при различных способах введения / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, Э.А. Парфёнов, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Вестник Смоленской
государственной медицинской академии. – 2012. – Т. 11, № 2. – С. 19-26.
34. Сосин Д.В. Влияние селенсодержащих металлокомплексных соединений с антигипоксической активностью на ректальную температуру мышей после парентерального и энтерального введения / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, Э.А.
Парфёнов, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева, Л.А. Ковалева // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2012. – № 3. – С. 38-42.
35. Сосин Д.В. Острая токсичность селенсодержащих металлокомплексных соединений – эффективных протекторов острой экзогенной гипоксии / Д.В.
Сосин, А.В. Евсеев // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2012. – № 4. – С. 40-45.
36. Сосин Д.В. Биоэлектрическая активность соматосенсорной коры при
острой гипоксии с гиперкапнией у кошек / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Прав-
42
дивцев, М.А. Евсеева // Вестник Смоленской государственной медицинской
академии. – 2013. – Т. 12, № 1. – С. 14-19.
37. Сосин Д.В. Влияние антигипоксантов на условно-рефлекторную деятельность мышей / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева,
Э.А. Парфёнов // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2013. – Т. 12, № 1. – С. 20-26.
38. Сосин Д.В. Влияние нового селенсодержащего металлокомплексного
вещества πQ1983 на условно-рефлекторную деятельность мышей / Д.В. Сосин,
А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Тезисы докладов XXII съезда
Физиологического общества им. И.П. Павлова, Волгоград, 16-20 сентября. 2013
г. – Волгоград: Изд. ВОЛГМУ, 2013. – С. 498-499.
39. Сосин Д.В. Влияние селенсодержащего металлокомплексного вещества
πQ1983 на электрическую активность миокарда крыс в условиях острой гипоксии / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2013. – Т. 12, № 2. – С. 918. (статья)
40. Сосин Д.В. Внешнее дыхание крыс в условиях острой гипоксии с гиперкапнией на фоне действия антигипоксантов / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев // Актуальные вопросы коррекции экстремальных состояний. Сборник материалов
Международной научно-практической конференции посвящённой 85-летию заслуженного деятяля науки РФ, д.м.н., почетного профессора Брянского государственного университета им. академика И.Г. Петровского Н.Н. Самойлова, 25
ноября. 2013 г. – Брянск, 2013. – С. 84-89.
41. Дробленков А.В. Реакция клеточных элементов головного мозга крыс
на циркуляторную гипоксию / А.В. Дробленков, Н.В. Наумов, М.В. Монид,
Д.С. Пеньков, С.Н. Прошин, Д.В. Сосин, П.Д. Шабанов // Медицинский академический журнал. – 2013. – Т. 13, № 4. – С.19-28.
42. Сосин Д.В. Потребление кислорода и энергетический обмен у крыс на
фоне действия нового антигипоксического вещества / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев,
В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2014. – Т. 13, № 1. – С. 23-30.
43. Сосин Д.В. Влияние вещества πQ1983 на биоэлектрическую активность соматосенсорной коры при периодической дыхательной асфиксии / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, М.А. Евсеева // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2014. – Т. 13, № 1. – С. 31-39.
44. Сосин Д.В. Вызванные потенциалы коры головного мозга при острой
гипоксии и её фармакологической коррекции асфиксии / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, М.А. Евсеева, В.А. Правдивцев // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2014. – Т. 13, № 2. – С. 3-13.
45. Сосин Д.В. Влияние вещества πQ1983 на работу изолированного сердца лягушки / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, М.А. Евсеева, В.А. Правдивцев // Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2014. – Т. 13,
№ 2. – С. 14-21.
43
46. Сосин Д.В. Влияние вещества πQ1983 на биоэлектрическую активность
головного мозга при развитии острой экзогенной гипоксии / Д.В. Сосин, А.В.
Евсеев, П.Д. Шабанов // Научные труды IV Съезда физиологов СНГ, СочиДагомыс, Россия, 8-12 октября 2014. – Москва-Сочи: Медицина – Здоровье,
2014. – С. 199-200.
47. Сосин Д.В. Фармакологическая коррекция острой экзогенной гипоксии
антигипоксантами / Д.В. Сосин, А.В. Евсеев, В.А. Правдивцев, О.А. Евсеева //
Вестник Смоленской государственной медицинской академии. – 2014. – Т.
13, № 4. – С. 14-39.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
3
Размер файла
1 105 Кб
Теги
экзогенный, соединений, металлокомплексные, гипоксии, селенсодержащих, остров
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа