close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

К вопросу о качестве уголовно-процессуального закона регламентирующего статус некоторых участников судопроизводства.

код для вставкиСкачать
1. Признать допустимым проведение оперативно-разыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» оперативными подразделениями в отношении должностных лиц, и лиц, наделенных распорядительно-организационными функциями в коммерческих организациях, если инициатор проведения данного оперативно-разыскного мероприятия располагает подтвержденной оперативной информацией о
фактах коррупционных проявлений в отношении указанных лиц.
2. В целях исключения возможности признания незаконным проведения оперативно-разыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» предусмотреть необходимость получения судебного разрешения
на его проведение по аналогии с получением судебного разрешения на проведение оперативно-технических мероприятий.
3. При получении судебного разрешения на проведение оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» в отношении конкретного лица (лиц) признать за оперативными подразделениями,
его получившими, право на осуществление данного мероприятия с использованием любых тактических
приемов и методов, за исключением запрещенных статьей 304 УК РФ.
4. Отдельно указать, что в качестве «взяткодателя» при проведении оперативно-разыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» могут выступать любые лица, в том числе штатные сотрудники органов
внутренних дел и лица, сотрудничающие на конфиденциальной основе.
Грачев С.А., доцент кафедры предварительного расследования Нижегородской академии МВД России, кандидат юридических наук ? «К вопросу о качестве уголовно-процессуального закона, регламентирующего статус некоторых участников судопроизводства»
Качество любого закона определяется, в первую очередь, через призму его возможности достичь своего назначения. Уголовно-процессуальный закон называет своим назначением защиту потерпевшего от
преступления и личности от незаконного и необоснованного обвинения и осуждения. Центральными фигурами уголовного судопроизводства, таким образом, являются потерпевший и подозреваемый (обвиняемый). Анализ уголовно-процессуального закона в аспекте регулирования рассматриваемых статусов
позволяет сделать вывод о том, что его качество еще не достигло необходимого уровня.
Предпосылки к концептуальному пересмотру правового положения подозреваемого и потерпевшего
были заложены в Концепции судебной реформы1. Однако анализ норм УПК РФ не позволяет констатировать завершенность этого процесса. Председатель Конституционного Суда РФ Валерий Зорькин заявил,
что УПК РФ, едва принятый, был почти наполовину изменен, причем изменен так, что вместо одних недостатков в нем появились другие 2.
Одна из проблем процессуальной регламентации статусов рассматриваемых в статье участников процесса связана с моментом возникновения и окончания у них соответствующих прав и обязанностей (уголовно-процессуального статуса).
Как известно, появление потерпевшего связано с принятием решения должностным лицом, ведущим
процесс, о том, что физическому или юридическому лицу преступлением причинен вред. Указанное решение оформляется постановлением о признании потерпевшим перед допросом указанного участника в
соответствующем процессуальном статусе. При этом рассматриваемое решение в подавляющем большинстве случаев основывается на тех же сведениях, на основании которых принимается решение о возбуждении уголовного дела.
Статья 46 УПК РФ связывает появление подозреваемого с четырьмя случаями, одним из которых является возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица. Таким образом, следует подчеркнуть,
что появление подозреваемого может произойти раньше, чем его процессуального оппонента. Получается, что уголовное дело, как правовой спор между лицом, совершившим преступление и тем, в чьем отношении оно было совершено, возбуждается в отсутствии второго участника указанных правоотношений.
В данном аспекте весьма положительный опыт существует в уголовном процессе Азербайджанской
Республики. Так, в статье 210.3 УПК Азербайджана содержится норма, которая гласит, что, «если в момент
возбуждения уголовного дела известно лицо, пострадавшее от преступления, одновременно с возбуждением уголовного дела лицо признается потерпевшим, а если вместе с сообщением о совершенном преступлении заявлен гражданский иск, это лицо в том же постановлении признается гражданским истцом»3.
Мы полагаем, что необходимо и отечественному законодателю пойти по такому пути. Тем более, принятие на данном этапе указанного решения закон не запрещает. Таким образом, в постановлении о возбуждении уголовного дела может найти свое закрепление не только факт появления подозреваемого, но
и потерпевшего.
Помимо прочего, это должно положительно сказаться на таком важном аспекте предварительного расследования, как явка участника процесса к следователю и дознавателю. Указанное предложение позволит
См.: Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М., 1992. С. 19.
См.: Российская газета. 2004. 19 мая.
3
См.: Уголовно-процессуальный кодекс Азербайджанской Республики. Утвержден Законом Азербайджанской
Республики 14 июля 2000 года. Баку, 2001. С. 223.
1
2
Вестник Нижегородской академии МВД России, 2013, № 22
243
Межвузовский научно-практический круглый стол «Качество современного российского законотворчества: состояние и пути повышения»
КОНФЕРЕНЦИИ, КРУГЛЫЕ СТОЛЫ, СЕМИНАРЫ
Межвузовский научно-практический круглый стол «Качество современного российского законотворчества: состояние и пути повышения»
КОНФЕРЕНЦИИ, КРУГЛЫЕ СТОЛЫ, СЕМИНАРЫ
не вызывать несколько раз одно и то же лицо (потерпевшего) в правоохранительный орган сначала для
дачи объяснений, затем для допроса его в качестве потерпевшего и гражданского истца.
В отличие от начального момента возникновения статуса, момент его окончания, как правило, законом
не определен и связан с приобретением нового статуса (составление в отношении подозреваемого постановления о привлечении в качестве обвиняемого и предъявление обвинения), либо с окончанием производства по уголовному делу.
Таким образом, интервал времени между закреплением процессуального статуса и его изменением
или отменой является временем участия конкретного участника в производстве по уголовному делу в соответствующем процессуальном статусе.
Применительно к потерпевшему в данном аспекте проблем не возникает ? этот статус сохраняется
у него до окончания производства по уголовному делу. В отношении подозреваемого все не так просто.
Остается неразрешенным вопрос о статусе подозреваемого в том случае, когда он задерживался по подозрению в совершении преступления или в его отношении избиралась мера пресечения до предъявления
обвинения. Непонятно, каков его статус, когда решение о продлении статуса или его отмене не принято,
а временной интервал, указанный в статье 46 УПК РФ, истек. Буквальное толкование нормы статьи 46
УПК РФ позволяет утверждать, что лицо утрачивает статус подозреваемого. Однако следственная практика идет по пути его сохранения. В целом мы согласны со следователями, поскольку рассматриваемый
процессуально значимый статус должен быть изменен (отменен) только оформленным волеизъявлением
должностного лица, ведущего процесс. Если это не произошло ? лицо остается подозреваемым.
Считаем, что статья 46 УПК РФ, указывающая основания появления подозреваемого по уголовному
делу, причем делающая это двумя различными способами, должна быть изменена. Уточним, что применительно к двум случаям появления подозреваемого статья 46 УПК РФ указывает начальный момент его
появления ? возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица или направление уведомления
о подозрении, а в двух других ? интервал, во время которого лицо обладает статусом подозреваемого
(задержание в порядке статьи 91 УПК РФ или избрание меры пресечения). Это обстоятельство, когда применительно к одному субъекту уголовного процесса указываются различные по своей природе основания
наличия его статуса, обусловливает проблемы практического и теоретического характера.
Полагаем необходимым изменить норму статьи 46 УПК РФ в части установления временного интервала
наличия статуса подозреваемого посредством указания только на начальный момент появления рассматриваемого статуса. Считаем, что подозреваемым должно признаваться лицо в случае возбуждения уголовного
дела в его отношении, направления ему уведомления о подозрении, с момента его задержания и с момента
избрания в его отношении меры пресечения до предъявления обвинения. Это позволит, с одной стороны,
избежать правовой неопределенности в вопросе статуса лица, в отношении которого мера пресечения автоматически перестала действовать, или освобожденного из изолятора временного содержания. А с другой ? обяжет должностных лиц органов уголовного преследования своевременно принимать процессуально значимые решения в отношении подозреваемого, чьи права и свободы подлежат безусловной защите.
Васильев В.В., начальник кафедры административной деятельности органов внутренних дел Нижегородской академии МВД России, кандидат юридических наук, Майорова С.А., старший преподаватель
кафедры административной деятельности органов внутренних дел Нижегородской академии МВД России, кандидат юридических наук, Супрунов А.Г., начальник учебного отдела Нижегородской академии
МВД России, кандидат юридических наук ? «Качество законодательной регламентации возложения
административной ответственности при пресечении органами внутренних дел правонарушений
против общественной безопасности»
Считай, по-нашему мы выпили немного?
В.С. Высоцкий «Милицейский протокол»
Министром внутренних дел Российской Федерации Владимиром Колокольцевым при обозначении
приоритетов реформирования органов внутренних дел России особое внимание было уделено организации деятельности низовых территориальных ОВД, а также вопросу состояния законности в ОВД.
О состоянии законности в органах внутренних дел рядовые граждане нашей страны могут судить, прежде всего, по организации работы подразделений обеспечения охраны общественного порядка. Оценивается как сама деятельность нарядов полиции по профилактике и пресечению административных правонарушений против общественной безопасности, совершаемых в общественных местах, так и качество,
результативность возложения мер административной ответственности за подобного рода деяния.
Утверждать, что качество законодательной регламентации оснований привлечения физического лица
к административной ответственности за административные правонарушения против общественной безопасности находится уж если не в идеальном, то в надлежащем состоянии, по меньшей мере преждевременно. В данной статье авторы постараются аргументировать такое умозаключение и предложить конкретные пути решения заявленной проблемы.
244
Юридическая наука и практика
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа