close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Тела умерших как предмет преступления предусмотренныйст. 244 УК РФ

код для вставкиСкачать
3'2013
Пробелы в российском законодательстве
5.5. ТЕЛА УМЕРШИХ КАК
ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ,
ПРЕДУСМОТРЕННЫЙ
СТ. 244 УК РФ
Гриневский Константин Романович, адъюнкт
факультета подготовки научно-педагогических и
научных кадров. Место учебы: Московский
университет МВД России. vip627@mail.ru
Аннотация: В статье рассматривается проблема
уголовно-правовой характеристики одного из предметов преступления, предусмотренного ст. 244 УК
РФ. На основе анализа норм уголовного и иных отраслей права исследовано понятие «тело умершего», формулируются предложения по совершенствованию уголовного законодательства.
Ключевые слова: надругательство, умерший,
мертворожденный, тело, останки, прах, ст. 244
Уголовного кодекса Российской Федерации.
THE BODIES OF THE DEAD AS A SUBJECT OF THE CRIME
ENVISAGED SENIOR 244 OF THE CRIMINAL CODE OF THE
RUSSIAN FEDERATION
Grinevsky Konstantin Romanovich, adjunct at Preparation of
Science and Education Teaching Staff Department. Place of
study: Moscow University of MIA Russia. E-mail:
vip627@mail.ru
Annotation: The article considers the problem of criminal-legal characteristics of one of the subjects of the crime
envisaged senior 244 of the criminal code of the Russian
Federation. Based on the analysis of the norms of criminal
and other branches of law investigated the concept of
«dead body», and to elaborate proposals on improving
criminal legislation.
Keywords: outrage, the deceased, the deadborn,
body, remains, ashes, the article 244 of the Criminal
Code of the Russian Federation.
Тела умерших наряду с местами захоронения, надмогильными сооружениями или кладбищенскими зданиями, предназначенных для церемоний в связи с погребением умерших или их поминовения, является
предметом преступления, предусмотренный ст. 244 УК
РФ. Буквальное толкование такой законодательной
формулировки указанного предмета позволяет сделать вывод, что законодатель криминализировал деяние (надругательство) совершаемое только в отношении тел нескольких (двух и более) умерших людей. В
то же время, в уголовно-правовой доктрине и судебноследственной практике преобладает мнение, что совершение подобных действий в отношении и одного
трупа, содержит признаки состава преступления, предусмотренного ст. 244 УК. Например, 12 февраля 2009
г. в подъезде одного из домов Зеленодольска была
обнаружена голова, а позже и обезглавленный труп
59-летнего бомжа. По версии следствия, убийство
произошло 10 февраля на местном кладбище. Спустя
сутки участники преступления вместе с еще одним,
знакомым им лицом, вернулись на кладбище, нанесли
трупу 200 ударов ножом и обезглавили. Голову один
из троих преступников принес в собственный подъезд.
Органами предварительного следствия 19-летнему
Михаилу С. предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 105 и п.
«а» ч. 2 ст. 244 УК РФ. 20-летний Антон К. и 19-летний
Руслан Х. обвиняются по п. «а» ч. 2 ст. 244 и ст.316 УК
РФ.
114
В обоснование такой позиции Исмагилов Р.А. высказывает утверждение, что в действительности смысл
данной уголовно-правовой нормы, конечно, иной, и
для уяснения его следует прибегнуть к приему расширительного толкования. Далее он пишет: «Состав данного преступления налицо независимо от того, надругался виновный над телом одного умершего человека
либо подобное деяние совершено в отношении тел
нескольких умерших».
Более того, некоторые авторы, исследовавшие эту
проблему, считают, что предметом анализируемого
состава преступления выступает не только тело
умершего, но и его останки.
Думается, что такой способ разрешения этой проблемы недопустим, так в этом случае нарушается одно из основных правил расширительного толкования
закона, который гласит, что нельзя при толковании
уголовно-правовой нормы фактически создавать новое
правовое предписание. В теории уголовного права
преобладает мнение, что распространительное толкование не должно изменять объем содержания уголовного закона, а призвано лишь раскрыть его действительное содержание, которое может быть более широким
по
сравнению
с
дословным
текстом
соответствующего закона. При расширительном толковании анализируемой нормы, вопреки запрету, содержащемуся в ч.2 ст.3 УК, имеет место применение
уголовного закона по аналогии, что нарушает принцип
законности. Проиллюстрируем эту позицию на примере. Если допустить, что в ч.1 ст.105 УК РФ не был бы
установлен уголовно-правовой запрет на убийство одного человека, а существовал бы только состав убийства, предусматривающий ответственность за убийство двух или более лиц, как сейчас в п. «а» ч.2 ст.105
УК, то очевидно, что в таком случае применение расширительного толкования подобной нормы, обосновывающее возможность привлечения лица за убийство
одного человека только на том основании, что убийство одного человека, также как убийство двух, представляет общественную опасность, противоречило бы
закону. Это противоречие выражается во-первых в
том, что подобное толкование существенно изменило
(расширило) бы объем содержания такой нормы закона, установив ответственность за деяние, которое не
предусмотрено законом; во-вторых − не все общественно опасные деяния являются преступлениями, а
сама общественная опасность это только один из установленных уголовным законом признаков преступления. Выявление в том или ином деянии признака
общественной опасности, не даѐт основания правоприменителю по своему усмотрению признавать это
деяние преступлением, если отсутствуют все остальные законодательные признаки преступления (противоправность, виновность и наказуемость). Как верно
отмечает А.В. Наумов: «По российскому уголовному
праву не допускается (запрещается) применение уголовного закона по аналогии, … хотя правоприменительными органами могут быть обнаружены общественно опасные деяния, которые выпали из поля зрения законодателя и потому не признаны уголовно
наказуемыми. … Может возникнуть необходимость в
запрещении уголовным законом ранее неизвестных
закону деяний. Однако подобное восполнение пробелов относится к компетенции самого законодателя». С
этим мнением фактически соглашается и сам Исмагилов Р.А., который в цитируемой нами работе пишет:
«Это не устраняет обязанности законодателя привести
ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
в данном случае язык уголовного закона в соответствие со смыслом последнего».
Автор настоящей статьи убеждѐн в необходимости
уголовно-правовой охраны тела и одного мѐртвого человека от надругательства, но, на основании сказанного выше, считает, что действующая редакция ч.1
ст.244 УК, предусматривающей ответственность за
надругательство над телами умерших, не устанавливает уголовно-правового запрета на совершение надругательства над телом одного человека, что, бесспорно, является правовым пробелом, требующим
своего немедленного восполнения законодателем.
Следующим проблемным аспектом в содержании
описания предмета надругательства над телами
умерших, является само понятие «тела умерших».
Можно согласиться с мнением Джемелинского В.А.,
что понятие «тело умершего» является наиболее проблемным предметом преступления, предусмотренного
ст.244 УК, а истоки определения понятия «тело умершего» (или «труп») как категории, используемой в различных областях научного знания (биологии, антропологии, медицине, юриспруденции и др.), лежат в области философии и некоторым образом затрагивают
основной ее вопрос об отношении мышления к бытию.
Детальное исследование такого сложного понятия не
является нашей задачей, поэтому уделяем внимание
только некоторым вопросам, относящимся к содержанию дефиниции «тела умерших», как предмета надругательства над ними.
Во-первых, необходимо разобраться, что понимать
под телом человека? В.А. Джемелинский, изучив различные мнения учѐных по этому вопросу, пришѐл к
выводу, что тело умершего (останки) как предмет преступного посягательства представляет собой посмертный анатомический комплекс органов и (или) тканей (в
том числе и костной) человека. С таким определением, в целом, можно согласиться, но в самом этом определении содержаться проблемные вопросы, требующие своего разъяснения. В частности, необходимо
ответить: 1) можно ли признавать телом умершего нецелое, в анатомическом смысле слова, тело человека,
а только его части (останки)? 2) являются ли части тела, останки предметом надругательства над телами
умерших? 3) является ли телом умершего тело мертворождѐнного (абортированного) плода?
Отвечая на первый поставленный вопрос, считаем,
что телом человека необходимо считать некий анатомический комплекс основных органов и тканей человека, даже если в нѐм не хватает некоторых частей (конечностей, внутренних органов, глаз, ушей и даже головы). Очевидно, что по отдельности, составляющие
этот биологический комплекс органы и ткани нельзя
признать телом человека, а только его частями (органами). Так, одним из признаков причинения тяжкого
вреда здоровью в ст.111 УК указана утрата органа.
Общепризнано, что расчленение трупа является надругательством над телом умершего. В то же время вопрос, содержит ли признаки состава преступления,
предусмотренного ст.244 УК, надругательство над отдельными частями (останками) или прахом человеческого тела, является дискуссионным.
Как было отмечено выше, многие учѐные и практики
признают подобные действия преступлением, предусмотренным ст.244 УК. В подтверждение дискуссионности этой проблемы следует привести мнение по
этому вопросу Р.А. Исмагилова, который утверждает,
что предметом преступления могут быть именно останки трупа человека, то есть такие части человече-
Гриневский К.Р.
ского тела, наличие которых неоспоримо свидетельствует о факте смерти человека, которому они принадлежали (голова, туловище, жизненно важные внутренние органы, конечности). Утрата данных анатомических элементов является несовместимой с жизнью.
Поэтому не относятся к предмету преступного надругательства по ст. 244 УК РФ кисть, стопа, палец, половой член и другие анатомические элементы человеческого тела, утрата которых однозначно не свидетельствует о наступлении смерти человека. Думается, что
такое рассуждение автора, несмотря на его противоречивость, имеет право на существование, учитывая,
что законодатель в качестве предмета преступления
признаѐт только тела умерших, а наука и судебная
практика распространила перечень предметов этого
преступления и на останки трупа (прах).
В то же время в диспозиции анализируемой нормы
они не названы в качестве предмета посягательства,
что позволяет нам утверждать, что части человеческого тела (останки), прах, оставшийся после кремации
тела, уголовный закон не признаѐт предметом надругательства над телами умерших. По нашему мнению,
совершение надругательства, в отношении частей человеческого тела (останков), в том числе отделѐнных
от живого человека, праха причиняет вред, охраняемому уголовным законом объекту – общественной
нравственности, поэтому считаем необходимым устранить имеющийся в законе пробел, включив их в диспозицию ст.244 УК в качестве предмета посягательства.
Следующей проблемой правовой регламентации
предмета надругательства над телами умерших в
ст.244 УК, требующей своего разрешения, является
понятие «умерший», так как законодатель признаѐт
предметом надругательства только тела умерших людей. Очевидно, что умершим может быть признан
лишь человек, который до наступления смерти жил. В
то же время в научной литературе имеется разный
подход к моменту начала жизни.
Нельзя согласиться с мнением исследовавшим проблему правовой периодизации жизни человека Р.Д.
Шараповым, что началом жизни человека необходимо
считать начало жизни его мозга, на том основании, что
моментом наступления смерти признаѐтся смерть мозга. Действительно в соответствии с п.2 Постановления
Правительства Российской Федерации от 20 сентября
2012 г. № 950 «Об утверждении Правил определения
момента смерти человека, в том числе критериев и
процедуры установления смерти человека, Правил
прекращения реанимационных мероприятий и формы
протокола установления смерти человека» моментом
смерти человека является момент смерти его мозга
или его биологической смерти (необратимой гибели
человека). Однако, это не означает, что жизнь начинается с момента начала жизни мозга человека. В данном случае нарушаются законы логики при построении
такого вывода. Смерть мозга и начало его жизни не
являются взаимообусловленными событиями. Бесспорно, условием смерти мозга является начало его
жизни. Но начало жизни мозга никак не связно с моментом его смерти, а обусловлено совсем другими
причинами и условиями. Мозг человека начинает жить
в утробе матери задолго до рождения, но это не означает, что этот человечек будет рождѐн живым, так как
это зависит от многих причин. Например, в ст.111 УК
одним из таких моментов прерывания жизни мозга
(при нежизнеспособности плода) названо прерывание
беременности, в результате насилия.
115
3'2013
Пробелы в российском законодательстве
Поэтому можно утверждать, что моментом начала
жизни признаѐтся момент живорождения, а не момент
начала жизни мозга. В соответствии с п.3 «Медицинских критериев рождения» живорождением является
момент отделения плода от организма матери посредством родов при сроке беременности 22 недели и более при массе тела новорожденного 500 грамм и более (или менее 500 грамм при многоплодных родах)
или в случае, если масса тела ребенка при рождении
неизвестна, при длине тела новорожденного 25 см. и
более при наличии у новорожденного признаков живорождения (дыхание, сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры независимо от того, перерезана пуповина и отделилась ли
плацента). Из чего следует, что только после живорождения человек считается живым.
Не возникает споров о том, что тела живших и
умерших людей являются предметом надругательства
в соответствии со ст.244 УК. В то же время не решѐнной проблемой остаѐтся вопрос об уголовно-правовой
оценке аналогичных действий, совершѐнных в отношении тел мертворождѐнных младенцев. Мертворождением является момент отделения плода от организма матери посредством родов при сроке беременности 22 недели и более при массе тела новорожденного
500 грамм и более (или менее 500 грамм при многоплодных родах) или в случае, если масса тела ребенка при рождении неизвестна, при длине тела новорожденного 25 см и более при отсутствии у новорожденного признаков живорождения.
Кажется, что такие лица не могут быть признаны
умершими, поскольку они не умирали, так как не жили,
и, как следствие, надругательство над их телами не
подпадает под действие ст.244 УК, поскольку в ней
предусмотрена уголовная ответственность за надругательство только над телами умерших.
Думается, что такое положение не соответствует
требованиям равной уголовно-правовой охраны прав и
законных интересов личности, в том числе и в сфере
общественной нравственности. Очевидно, что надругательство над тельцем мертворождѐнного младенца
причиняет такой же вред общественной нравственности, как и надругательство над тельцем умершего
младенца.
Более того, такое положение не согласуется с нормами действующего законодательства других отраслей права. Так в соответствии с п.3 «Правил прекращения реанимационных мероприятий», реанимационные мероприятия прекращаются при признании их
абсолютно бесперспективными, а именно: при отсутствии у новорожденного сердцебиения по истечении
10 минут с начала проведения реанимационных мероприятий в полном объеме (искусственной вентиляции
легких, массажа сердца, введения лекарственных препаратов). После прекращения реанимационных мероприятий констатируется биологическая смерть. Констатация биологической смерти человека осуществляется
медицинским
работником
(врачом
или
фельдшером) и оформляется в виде протокола установления смерти человека по форме, утвержденной
постановлением Правительства Российской Федерации от 20 сентября 2012 г. № 950. Из чего следует, что
несмотря на то, что младенец не жил, то есть был
мертворождѐнным, констатируется его смерть также
как констатируется смерть умерших людей. Из чего
следует, что мертворождѐнные также признаются
умершими. Поэтому надругательство над их телами
также должно квалифицироваться по ст.244 УК.
116
Из проведѐнного анализа содержания диспозиции
ст.244 УК, научных исследований вопросов правовой
регламентации надругательства над телами умерших
и судебно-следственной практики можно сделать вывод, что словесное содержание исследуемой уголовно-правовой нормы не совсем чѐтко описывает признаки этого деяния, что вызывает различное толкование и ошибки при еѐ применении.
Как правильно отмечает известный российский специалист в области законодательной техники Ю.А. Тихомиров: «Неточность словесного воплощения нормы,
расплывчатость и отсутствие единообразных понятий
и терминов может привести к неправильному пониманию и применению закона, к возможности отхода от
его буквального смысла, а это может оказать прямое
влияние на судьбы людей, … интересы государства и
общества в целом». В теории признаѐтся, что одним из
элементов принципа законности в уголовном праве
выступает требование определѐнности правовых норм
(lex certa), которое подразумевает, что уголовноправовой запрет должен быть сформулирован чѐтко,
чтобы правоприменитель не мог толковать его произвольно. С другой стороны, неопределѐнность предписания закона может порождать сложности в понимании и применении такой нормы, что, бесспорно, сказывается на эффективности правового регулирования.
Для устранения отмеченных в данной статье недостатков и противоречий полагаю необходимым дополнить диспозицию ч.1 ст.244 УК РФ, изложив еѐ в следующей редакции: «Надругательство над телом мѐртвого человека, а равно его останками, прахом…».
Такая редакция указанной статьи, по нашему мнению, позволит исключить разночтения при толковании
указанной нормы при решении вопроса о привлечении
к уголовной ответственности за надругательство над
телом одного человека. Замена термина «умерших» на
термин «мѐртвого человека» более чѐтко определит
предмет этого преступления и устранит противоречия
и неясности при толковании данной нормы в случае
совершения подобных деяний в отношении тел мертворождѐнных детей. Дополнение нормы указанием на
такие предметы преступного посягательства как «останки» и «прах» обеспечит их должную уголовноправовую охрану, что обусловлено их равной с телом
мѐртвого человека ценностью в качестве материализованных символов памяти об усопших и предметов
поклонения, и поминовения.
Список литературы:
Комментарий к УК РФ – М.; Проспект, 1997, С.534.
Исмагилов Р.А. Уголовно-правовая характеристика
предмета надругательства над телами умерших. Академический вестник. Изд-во: Тюменская государственная академия мировой экономики, управления и
права, Тюмень: 2010, С. 135-140.
Джемелинский В.А. Криминалистическая характеристика и первоначальный этап расследования надругательств над телами умерших и местами их захоронения. – Диссертация к.ю.н., Краснодар, 2005, С.11.
Абдулаев А.С. Уголовно-правовой и криминологический анализ надругательства над телами умерших и
местами их захоронения. − – Диссертация к.ю.н., Махачкала, 2002, С. 30.
Электронный
ресурс
Интернет:
http://www.globalkazan.ru/news/id/321/print/1
Особенная часть УК РФ: комментарий, судебная
практика, статистика. / Под общ. ред. В.М. Лебедева;
отв. ред. А.В. Галахова. – М.: Изд. Дом «Городец»,
ПРЕДМЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
2009, С.673; Комментарий к УК РФ/ Ю.В.Грачѐва, Л.Д.
Ермакова, Г.А. Есаков и др.; Отв. ред. А.И. Рарог.- (-е
изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2013, С.619.
Российское уголовное право. Общая часть: Учебник.
– М.: Изд-во Спарк, 1997, С.72.
Шарапов Р.Д. Начало уголовно-правовой охраны
жизни человека: опыт юридического анализа // Уголовное право. 2005. № 1. С. 75.
Постановление Правительства Российской Федерации от 20 сентября 2012 г. № 950 г. Москва «Об утверждении Правил определения момента смерти человека, в том числе критериев и процедуры установления смерти человека, Правил прекращения
реанимационных мероприятий и формы протокола установления смерти человека»// Российская газета,
2012, 25 сентября.
Медицинские критерии рождения. Утверждены Приказом Министерства здравоохранения и социального
развития Российской Федерации (Минздравсоцразвития России) от 27 декабря 2011 г. № 1687н «О медицинских критериях рождения, форме документа о рождении и порядке его выдачи» // Российская газета,
2012, 23 марта.
Тихомиров Ю. А. Как готовить законы. М., 1992. С. 32
- 33.
Додонов В. Н. Сравнительное уголовное право. Общая часть. Монография / Под общ. и науч. ред. С. П.
Щербы. — М.: Юрлитинформ, 2009, С. 56.
Literature list:
Commentary on the Criminal Code of the Russian Federation - Moscow, Prospect, 1997, S.534.
Ismagilov, RA Criminal legal description of the subject of
abuse of corpses. - Academic Bulletin. Publishing house:
Tyumen State-vennaya Academy of World Economics,
Management and Law, Tyumen, 2010, pp. 135-140.
Dzhemelinsky VA Forensic character-istic and the initial
stage of investigation nadruga-ments over the bodies of
the dead and their places of burial. - Ph.D. Thesis, Moscow, 2005, p.11.
Abdullaev A. The criminal law and kriminologiche-sky
analysis of the abuse of dead bodies and their burial places. - Ph.D. Thesis, Ma Makhachkala, 2002, pp. 30.
Electronic
resource
Internet:
http://www.globalkazan.ru/news/id/321/print/1
The special part of the Criminal Code: Comment, jurisprudence, statistics. / Ed. Ed. VM Lebedev, Br. Ed. AV
Galakhovo. - M. Ed. House "Gorodets", 2009, S.673;
Comment of the Criminal Code / Yu.V.Gracheva, LD Ermakova, GA Esakov etc.; Ed. Ed. AI Rarog. - (Ed., Rev.
And add. - M: Prospect, 2013, S.619.
Russian criminal law. Overview: The tutorial. - Moscow:
Publishing House of the Spark, 1997, P.72.
Sharapov RD Start of penal protection of human life: the
experience of the legal analysis / / coal-tion law. 2005.
Number 1. S. 75.
Resolution of the Government of the Russian Federation
of September 20, 2012 № 950 Moscow "On the Approval
of the Rules for Determining the death of human rights,
including the criteria and procedures established-tion
death of the person, the right to terminate resuscitation
protocol and forms of con the admission to the death of
man "/ / Rossiyskaya Gazeta, 2012, September 25.
Medical criteria birth. Approved by the order of the Ministry of Health and Social Development of the Russian Federation (Russian Minzdravsotsrazvi-ment) of 27 December
2011 number 1687n "On the criteria of medical birth, the
Гриневский К.Р.
form of the document on the birth of Denia and the procedure for issuing" / / Rossiyskaya Gazeta, 2012 , March 23.
Tikhomirov YA How to prepare laws. Moscow, 1992. Pp.
32 - 33.
Dodonov V. Comparative Criminal Law. The total part.
Monograph / Ed. and academia. Ed. SP Scherba. - Moscow: Yurlitinform, 2009, pp. 56.
Рецензия
на статью адъюнкта факультета подготовки научнопедагогических и научных кадров Московского университета МВД России, Гриневского Константина Романовича «Тела умерших как предмет преступления, предусмотренный ст. 244 УК РФ», представленной для
опубликования в журнале «Пробелы в Российском Законодательстве» в 2013 г.
В представленной на рецензирование статье Гриневского Константина Романовича «Тела умерших как
предмет преступления, предусмотренный ст. 244 УК
РФ» освещены весьма актуальные вопросы правовой
регламентации признаков «тел умерших» как предмета преступления, предусмотренного ст.244 УК РФ, рассмотрены проблемы уголовно-правовой защиты от
надругательства тел мертворождѐнных детей, останков и праха человека, а также проблемы правового регулирования «тел умерших» как предмета преступления, высказаны некоторые предложения по совершенствованию уголовного законодательства. Раскрытые в
статье проблемы уголовно-правового законодательства Российской Федерации и предложения автора по их
разрешению представляют практический интерес для
законодательной и правоприменительной практики.
Вывод: Статья поднимает весьма актуальные проблемы правового регулирования такого предмета преступления, предусмотренного ст.244УК РФ, как «тела
умерших», освещает актуальные вопросы уголовноправовой защиты тел мертворождѐнных детей, а также останков и праха человека. Содержание и оформление статьи соответствует требованиям, предъявляемым к такого рода работам, и она может быть рекомендована для опубликования в открытой печати.
Рецензент:
Научный руководитель – профессор кафедры уголовного права Московского университета МВД России,
кандидат юридических наук, доцент В.Б. Боровиков
117
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
8
Размер файла
391 Кб
Теги
предмет, преступление, 244, тела, умершие, предусмотренных
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа