close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Идеи философии культуры в трудах А. М. Белосельского.pdf

код для вставкиСкачать
УДК 008
Редкозубова О.С.
ИДЕИ ФИЛОСОФИИ КУЛЬТУРЫ В ТРУДАХ А.М. БЕЛОСЕЛЬСКОГО
Редкозубова Ольга – выпускница отделения культурологии Тамбовского государственного
университета им. Г.Р. Державина
Аннотация:
в статье раскрыты основные подходы к познанию культуры, ее
содержательным, функциональным позициям в обществе. Обозначив культуру схематично,
текстово он изложил пояснения к ней в виде афоризмов, которые представляют собой
объемные в смысловом плане подходы ее понимания и осмысления.
Ключевые слова: культура, язык, стилистика, трактат, понимание, значение.
А.М. Белосельский – один из людей, оставивших после себя труды, связанные с
размышлениями о культуре, ее смысле, значимости, новое прочтение их становится сейчас
чрезвычайно важно и интересно, ведь мысль остается. Бессмертие философа в том, что он смог,
что успел создать, что было услышано. Оно не имеет прописки, оно интернационально.
Князь
Александр
Михайлович
Белосельский-Белозерский
(1752-1808)
был
образованнейшим человеком своего времени, состоял членом Петербургской академии наук,
Российской академии словесности, Академии художеств, Академии древностей в Касселе,
Академии словесности в Нанси, Болонского института. Белосельского знали как дипломата и
поэта. Он был посланником в Дрездене и Турине. Писал главным образом по-французски. На
русском языке (в сотрудничестве с Державиным) его перу принадлежит текст оперы «Олинькна
или первоначальная любовь). О философских заслугах Белосельского многие источники молчат.
Интересна связь философских идей Белосельского и Канта. Многие источники утверждают о
переписке русского забытого философа со знаменитым Кантом. Кант увидел в работе
Белосельского «Дианиология» все те познавательные способности, которые описаны в «Критике
чистого разума». Был ли Белосельский знаком с этим произведением? В какой мере вообще
духовное влияние Канта было его уделом? Сказать трудно. Читая впервые «Дианиологию»,
невольно представляется русский дипломат ученик кёнигсбергского философа, посылающим на
отзыв учителю плоды своих раздумий над его трудами. В одной немецкой книге
(К.
Ставенхаген. «Кант и Кёнигсберг») встретилось упоминание о Белосельском как о pyсском
студенте Канта. Но в опубликованных матрикулах Кёнигсбергского университета той поры имя
Белосельского не значится. Может быть, русский аристократ был вольнослушателем? Нет никаких
достоверных свидетельств о его пребывании в городе Канта. Нет данных и о знакомстве с трудами
Канта.
Формирование философских взглядов Белосельского происходило под влиянием
французских энциклопедистов - Даламбера, Вольтера. Руссо, Монтескье, Кондильяка, имена
которых встречаются на страницах «Дианиологии». В 1790 году был издан в Дрездене трактат
«Дианиология, или Философская схема мышления». («Дианойя», или в другом прочтении
«дианийя, по-гречески - «ум», «размышление».) на французском. Но все же факт остается
фактом в Театральном музее когда-то хранился фонд княгини Зинаиды Волконской (дочери А. М.
Белосельского ), где находились интересные материалы свидетельствующие о переписке и связи
Канта и Белосельского.
Есть сведения, что трактат «Дианиология» публиковался в свое время также на английском
и итальянском языках.
При переводе на русский пришлось учитывать два обстоятельства. Прежде всего,
необходимо было дать адекватную философскую терминологию, без которой сочинение
Белосельского легко превращается в абракадабру. Другая проблема - стилистика. Французский
язык со времен «Дианиологии» не претерпел тех изменений, которые произошли в нашем.
Поэтому Белосельского надо переводить современным русским языком, как переводят, скажем,
Ларошфуко. Кстати, именно у последнего Белосельский учился краткости, выразительности, изяществу. Во вступлении к своему трактату Белосельский приводит три редакции 65-го афоризма
Ларошфуко. Первоначально текст занимает полстраницы, затем автор сокращает его, а в третьем
варианте остается одна фраза: «Нет недостатка в похвалах осмотрительности, однако она не может
оградить нас даже от самого ничтожного случая». Параграфы «Дианиологии» также сжаты до предела.
Для вящей наглядности Белосельский сопровождает свои рассуждения схемой. Текст
трактата, по сути дела, комментарии к ней. Представьте себе пять концентрических окружностей,
каждая изображает познавательную способность. В центре - «инертная неопределенность,
представляющая собой лишь потенцию познания. Низшая сфера познания - животная «тупость»,
где господствуют чувства и инстинкт. Далее, «сфера простоты или суждения», здесь
руководствуются здравым смыслом и интуицией. Затем «сфера рассудка», отличительные черты
которой - ясность, последовательность, упорядоченность. Выше расположена «сфера
прозорливости или трансценденции», ее особенность - познание предмета как целого. Это сфера
философии. Здесь видят сразу множество опосредований. Комментируя этот раздел, Белосельский
говорит об игре как школе, где тренируются творческие силы. И наконец, «сфера духа» - область
творческого воображения, гения. Дух - вершина познания, он «показывает больше, чем ожидают
увидеть), он - враг «застоя и пределов», единственный предел для него - сама жизнь: воображение
должно оперировать только реальным материалом, не фантомами, иначе на своих крыльях
(выразительно изображенных на cxeмe) оно может легко унестись в «пространства вымыслов».
Между познавательными «сферами» Белосельский располагает «пространства ошибок», как бы
указывая на рубеж, за которым познание превращается в свою противоположность. «Сферы» узенькие полоски, «пространства» - довольно широкиеие полосы, автор явно убежден, что ошибки, безрассудство и глупость в человеческом мире превосходят по размеру способности умножать
и усваивать знания. Белосельский представляет себе две страны или области, отдаленные друг от
друга (наши врожденные предрасположения, наша природная метафизика). Страна рассудка в
широком значении этого слова есть способность мыслить, страна созерцания есть простая
способность чувствовать, воспринимать1.
Первая из этих стран состоит из трех сфер. Первая сфера - сфера рассудка или способности
понимать, создавать понятия, объединять созерцания. Вторая представляет собой сферу суждения
иди способности применять понятия к частным случаям in concreto, то есть приводить в
соответствие с правилами paccудка, и это составляет собственно yм, lе bоn sеns. Третья есть
сфера разума или способности выводить частное из всеобщего, то есть мыслить по
основоположениям.
Если эти три умственные способности первой страны будут употреблены по аналогии с
высшим законодательством разума, направленным на истинное завершение человека, и создадут
систему, целью которой является мудрость, то они составят сферу философии. А если приведут
себя в соответствие с низшей способностью (простым созерцанием), а именно с самой
существенной ее частью, которая представляет собой творчество и состоит в воображении (не
порабощая себя при этом законами, а отдаваясь стремлению черпать из самих себя, как это имеет
место в изящных искусствах), то они составят особую сферу гения, что равнозначно слову «дар»,
«творец».
Таким образом, философ обнаруживает пять сфер.
Если, наконец, воображение уничтожает себя произвольным своим действием, оно
вырождается в обычное помрачение или расстройство ума; когда оно не повинуется больше
разуму, да еще силится поработить его, человек выпадает из сословия (сферы) человечества, низвергаясь в сферу безрассудства или безумия.
Для Белосельского каждая отмеченная им «сфера» - своего рода разряд, в который природа
зачисляет человека, в пределах которого он может себя совершенствовать, но за рамки которого
он выпрыгнуть не может. Белосельский видит социальное неравенство и не одобряет его,
неравенство способностей он считает естественным и непреодолимым. Человеку остается лишь
правильно определить свою принадлежность к той или иной сфере и развивать способность,
данную ему от рождения.
Белосельский приложил к своему трактату еще одну схему, в которой дал
«дианиологическую» классификацию некоторых знаменитостей, распределив их по четырем
своим интеллектуальным «сферам». Аргументами он себя не утруждал. Можно лишь гадать,
почему в «сфере суждения» наряду с философом Эпиктетом и художником Дюрером оказалась
мадам де Помпадур. В
«сфере рассудка»
мы видим Людовика XIV, Лютера, Пуссена,
Эпикура, Юма. В «сфере прозорливости» - Кромвеля, Кальвина, Локка, Паскаля. В «сфере духа» Петра Первого, Фридриха II, Леонардо, Рафаэля, Микеланджело, Шекспира, Платона, Декарта,
Руссо. Здесь трактат Белосельского опyскается до уровня светской беседы - занимательной, но
необязательной.
1
Ромах О.В. Сущность интеллектуальности культурологии. Аналитика культурологии. 2005, № 2
Есть о Белосельском две работы. Русская - А. А. Верещагин « Московский Аполлон».
Петроград, 1916 (тираж 300 экземпляров!); и французская - А. Мазон. «Двое русских - французские писатели». Париж, 1964. Верещагин описывает альбом «Московского Аполлона»,
как называли Белосельского современники. Он был «любимцем муз», знатоком живописи и
музыки, сочинял стихи - французские и русские, мы находим их в альбоме. Рядом - письма
Вольтера, Мармонтеля и других знаменитостей, автографы Екатерины II и Павла 1. Попутно
Верещагин рассказывает о жизни владельца альбома. Он с похвалой отзывается о
дипломатических донесениях князя из Турина, содержавших объективный анализ революционных
событий во Франции, что, впрочем, повлекло недовольство императрицы и послужило причиной
отозвания его на родину. Журит Верещагин Белосельского за фривольную «Олиньку», постановка
которой вызвала скандал, чуть было не закончившийся бедой для автора. О «Дианиологии»
Верещагин упоминает мимоходом и притом крайне пренебрежительно. По его мнению, это
«философский сумбур».
Мазон оперирует более обширным кругом источников, чем Верещагин. Он привлек
архивные мaтериалы и впервые опубликовал ряд неизвестных французских произведений
Белосельского. Интересны сообщаемые им сведения о воспитателе молодого князя. Это был
француз Тьебо, юрист и писатель, член Берлинской академии наук, впоследствии якобинец. Что
касается «Дианиологии», то Мазон пересказывает ее содержание, но, ссылаясь на Верещагина,
оценивает ее невысоко.
В творчестве Белосельского «Дианиология» не случайная вещь. В рукописном «Диалоге на
смерть и на жизнь» Белосельский говорит о пользе игры, сравнивает дарование игрока с разумом
математика и ссылается при этом на «Дианиологию». В конце диалога - изречение, созвучное
пафосу трактата: «Наслаждайтесь всем досыта, но не до усталости». Мудрый, уравновешенный
человек был Александр Михайлович Белосельский. А вот афоризм, перекликающийся с идеей о
неизменности людской натуры: «Гора переменила свое место - верь, ежели угодно. Человек
переменил свой нрав - не вepь!». Bce это хранится в Центральном государственном архиве
литературы и искусства.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
7
Размер файла
239 Кб
Теги
культура, философия, идеи, pdf, труда, белосельского
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа