close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Судьбы театра поэзии вечных ценностей в век массовой культуры. Интервью с Евгением Князевым.pdf

код для вставкиСкачать
Судьбы театра, поэзии, вечных ценностей в век массовой культуры.
Интервью с Евгением Князевым
Беседа Е. Шапинской с народным артистом России, ректором Театрального института
имени Бориса Щукина при Государственном академическом театре имени Евг. Вахтангова
Евгением Владимировичем Князевым
Аннотация: Вместо уже ставшего традиционным диалога предлагаем беседу с одним из
замечательных представителей отечественной культуры, актером, блестящим
исполнителем поэзии, педагогом Евгением Князевым. В публикации поднимаются
проблемы судеб классического искусства в век тотальной информатизации и торжества
массовой культуры, общечеловеческих ценностей, которые несет в себе театр, активной
художественной жизни провинции. Раскрывается роль художественного образования в
формировании творческой личности на примере ведущей театральной школы России –
Театрального института имени Бориса Щукина, который в этом году празднует 100летний юбилей.
Ключевые слова: культура, театр, поэзия, восприятие, информация, образование,
просветительство.
Е.Ш.: Как вы относитесь к тому, что происходит в культурной жизни России, в русской
провинции? В чем разница в восприятии театрального искусства в мегаполисе и в
маленьком городе, в глубинке?
Е.К.: Я не делаю разницы между столицей и провинцией – везде живут люди. Нельзя
считать, что в провинции люди меньше понимают в искусстве. Есть прекрасно
воспринимающие люди в Москве и крупных городах – но есть точно так же прекрасно
воспринимающие искусство люди и в провинциальных городах.
Е.Ш.: А вы не думаете, что ритм жизни в мегаполисе настолько ускорен, что люди просто
не находят время для искусства?
Е.К.: Я думаю, что если человек действительно интересуется, он найдет время и для
театра, и для выставки, и для концерта. Другое дело – в Москве, конечно, гораздо больше
возможностей, выбора. Однажды мы выступали в далеком северном городе. После
спектакля беседовали со зрителями, рассказывали о своей работе, и оказалось, что
аудитория была знакома с нашими спектаклями, поскольку современные средства связи
позволяют это. Но для них было большой радостью увидеть наши работы вживую, а в
будущем хотелось бы увидеть настоящий театр с настоящими декорациями. Хорошо, что
правительство приняло решение о возрождении гастрольных туров ведущих московских
театров. Конечно, такая деятельность требует решения многих финансовых проблем – мы
никак не можем уйти от привычки к тому, что за все платит государство, – а здесь этот
вопрос нужно решать самостоятельно, в том числе и на местах. Эта просветительская
деятельность должна быть поддержана с двух сторон – регион также должен быть
заинтересован в том, чтобы такие гастроли проходили с наибольшей пользой. Я не знаю,
как долго будет отлаживаться этот механизм, я не знаю, как это делается на Западе. Но я
знаю, что на Западе даже в маленьких городах есть свои симфонические оркестры, пусть
не такого уровня, как в больших городах, и люди могут приходить и слушать живую
музыку.
Е.Ш.: У нас была замечательно организованная филармоническая система, которая давала
возможность людям слушать живую музыку по всей стране...
Е.К.: К сожалению, она развалилась – но я работаю в Подмосковье, где возрождается
филармоническая система, она развивается и в других городах. Это должно быть, это
очаги культуры... Я не хочу сравнивать жизнь тогда и сейчас. Мне нравится жить сейчас,
жизнь интересная и разнообразная.
Е.Ш.: Известно, что поэзия, поэтическое слово обладает мощным эмоциональным и
эстетическим воздействием. К сожалению, сейчас поэзия мало востребована. Вы читаете
поэзию, я была на ваших концертах, видела, как реагируют зрители, видела, какую эмоции
вызвала в вашем исполнении «Гренада» М. Светлова. Тем не менее, публика была в
основном того возраста, в котором еще вспоминаются советские времена, возможно,
реакция на советскую поэзию была вызвана ностальгией... Все же, как вы представляете
свою задачу, как вы оцениваете возможности художественного слова в наше время?
Е.К.: Это моя работа, моя задача как артиста – заставить публику себя слушать, и если это
получается, значит я выполняю свою задачу. Вы говорите – советская поэзия. Но ведь
если мы вспомним стихотворение «Гренада»: «...пошел воевать, чтоб землю в Гренаде
крестьянам отдать...» – то увидим, что история повторяется, только наоборот...
Е.Ш.: В таком случае, можно говорить, что важен не столько исторический контекст,
сколько общечеловеческая значимость поэзии.
Е.К.: Да, только общечеловеческая. Но важно еще то, что в поэзии заложена очень
сильная эмоция, которую не может передать проза. Люди, которые приходят, отвечают на
это, им это нужно, и это нужно мне. Вернемся к разговору о провинции. У меня был ряд
концертов по городам Пермского края. Люди не верили, что я действительно решился к
ним приехать, и после концерта хотели за меня подержаться. К ним никто никогда не
приезжал. Но меня так воспитали в театре, что для меня не существует разницы – сегодня
это может быть Санкт-Петербург, а завтра небольшой город в Пермском крае. У меня
уважительное отношение ко всем людям – я работаю одинаково в Зале Чайковского, в
Филармонии, в Консерватории или маленьком музее – к примеру, в музее Бахрушина.
Степень затраты везде одинакова.
Только что я вернулся из Коломны, где был председателем жюри фестиваля театров
малых городов России. Я посмотрел много спектаклей и увидел что во многих театрах
есть искусство. Это не полусамодеятельность (хотя и она тоже присутствует), но есть
люди, которые подвижнически этим занимаются. Несмотря на низкие зарплаты – мы
знаем, что этот реальность жизни – они выходят на сцену, причем не только в легкой
комедии, но и в серьезной драме, – и им есть что сказать миру. К примеру, химкинский
театр поставил повесть Булгакова «Морфий» – проблема наркотиков, которая в ней
ставится, очень важна и сейчас, когда наркотики уничтожают людей, когда проводятся
акции «Мир без наркотиков» – а людей уничтожают те, кому совершенно безразлична
человеческая жизнь. Другой спектакль – «Ромео и Джульетта», поставленный
алметьевским театром – идет на татарском языке. Проводится очень простая мысль:
вражда уничтожает людей – и этот понятно всем без исключения.
Е.Ш.: Я согласна с вами – я хорошо знаю деятельность ярославского театрального
института, замечательного педагога и режиссера Александра Сергеевича Кузина – они
прекрасно работают.
Е.К.: Да, я приглашал этого замечательного педагога к нам, но пока этот вопрос не решен.
Е.Ш.: В наше время театры, в особенности музыкальные, предпринимают массу усилий,
чтобы расширить свою аудиторию. Недавно была мировая трансляция «Травиаты» из
Ковент Гардена, которая проходила не только в режиме он-лайн, но расширила свое
пространство до парков и площадей, где люди развлекались, ели, пили, смеялись и еще
смотрели что-то им непонятное на экранах, в то время как организаторы устроили хоровое
пение «Brindisi» и конкурс на лучший пикник-сэндвич. На мой взгляд, крайне неудачный
эксперимент, поскольку была нарушена граница между искусством и рекреацией, а
классика была представлена как легкий аккомпанемент к кулинарным конкурсам и
прочим развлечениям. В результате аура, необходимая часть произведения высокого
искусства, была полностью уничтожена. До каких границ возможна, на ваш взгляд,
популяризация классического искусства?
Е.К.: Это поп-культура, которая выходит на площади. Конечно, есть благородство и
порядочность миссии донести до людей искусство, которое они не могут увидеть в театре.
Современные средства связи позволяют делать многое. Важно то, чего хочет человек.
Если он просто идет мимо и остановился послушать и посмотреть эту трансляцию – что
же: если один, два или десять человек заинтересуются – миссия выполнена.
Е.Ш.: Вы хотели бы, чтобы ваши стихи звучали на площади?
Е.К.: Никто не будет слушать мои стихи на площади. Но есть неоспоримый плюс в
современных средствах связи: ведь люди в маленьких городах не могут приехать в
Большой театр или театр Вахтангова – это дорогое удовольствие. И многие театры
позволяют себе трансляции своих спектаклей на сайтах, которые доступны публике. И
наш театр пользуется этим, мы получаем большое количество писем с благодарностью.
Люди видели наши премьеры он-лайн как в Брянске, так и в Америке. Телевидение – это
тоже популяризация, и люди могут заинтересоваться передачами канала «Культура» и
заинтересоваться поэзией – а потом сходить на концерт. Но популяризация и шоу – это
разные вещи. Если я иду по улице и ем гамбургер, а на экране показывают что-то –
трансляцию из Метрополитен-опера или что-то еще (я даже не понимаю этого) – это
плохо! Ведь музыка звучит и в телефонах, и это плохо – но она звучит.
Е.Ш.: Согласно теории известного французского социолога П. Бурдье, для того чтобы
человек приобрел «культурный капитал», научился понимать и ценить произведения
высокого искусства, необходимо систематическое художественное воспитание. Ваша
деятельность в Щукинском училище дает возможность понять потребности молодежи.
Какие мечты у ваших студентов? Они хотят остаться в театре или мечтают о чем-то
другом?
Е.К.: Студенты – этот конкретные люди, нельзя говорить о них в общем. Мы их учим
правильному театру, высокому театру, дать им прививку искусства. Театр – это миссия,
это служение. Все сейчас делается гораздо быстрее, чем раньше, когда актеру надо было
не менее 10 лет, чтобы профессионально состояться. Такой срок был у всех коллег и
друзей моего возраста. Конечно, в кино этот возраст наступал раньше, тем не менее – не
так, как сейчас. Кто же становится мастером? Тот, кто много работает, много снимается –
обучается ремеслу – поскольку работа актера – этот ремесло. Они хотят работать в
хорошем театре, с хорошим режиссером, даже если зарплата невелика.
Е.Ш.: Вы создали образы романтических героев − у вас прекрасный Германн, Арбенин. А
кто ваш герой сейчас, кого вы видите как Человека нашего времени?
Е.К.: Я смотрю на то, что происходит вокруг, и вижу, что героем становится Егор
Булычев, или персонажи «Мещан» Горького. Все устои рушатся, нет отношений с детьми,
родители не могут наладить отношения с ними... Меня сегодня очень интересует «Фауст»
Гете. В нем тоже есть определенный романтизм, отношение к миру, проблема жизни и
смерти.
Е.Ш.: Этот действительно потрясающий, вечный сюжет − и вы бы были прекрасный
Мефистофель! И как хочется остановить мгновенье!
Е.К.: Чем больше живешь, тем больше понимаешь, как конечна жизнь. Каждый день
случаются эти прекрасные мгновенья: когда светит солнце, когда видишь улыбку ребенка
или друга.
В конце беседы я рассказала Евгению Владимировичу о нашей серии книг, и мы решили,
что в сентябре, когда начнутся занятия, в преддверии юбилея, мы вручим комплект
изданий «Академическая библиотека российской культурологии» библиотеке
Театрального института имени Бориса Щукина при Государственном академическом
театре имени Евг. Вахтангова.
Позвольте еще раз поздравить весь коллектив Театрального института имени Бориса
Щукина и Евгения Владимировича лично с юбилейным годом, который совпал с Годом
Культуры в России.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
10
Размер файла
752 Кб
Теги
культура, вечный, поэзия, князевым, век, евгением, pdf, ценностей, массовой, интервью, судьбы, театр
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа