close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Функции адаптации и защиты в культуре..pdf

код для вставкиСкачать
В.А. Куц
Функции адаптации и защиты в культуре
Аннотация. В статье осуществляется анализ адаптивно-негэнтропийной концепции
культуры Э.С. Маркаряна и показывается ее не полная тождественность защитной
функции культуры в ее интерпретации автором. Рассматриваются возможности
синергетического и кибернетического, а также байесовского подходов в анализе основных
функций культуры.
Ключевые слова. Культура, адаптация, защита, функции культуры, структурнофункциональный подход, синергетический подход, байесовской подход.
Задачами данной статьи являются сравнительный анализ функций культуры на основе
структурно-функционального подхода в культурологии и обоснование необходимости
выделения защитной функции культуры.
Формулирование набора функций культуры – довольно привычно в культурологии.
Однако, постановка вопроса о функциях культуры не так проста. Вначале несколько
уточнений трансдисциплинарного характера. Функцией в технических науках является
понятие (оператор, преобразование), отражающее связь между элементами множеств.
Функцией в общественных науках, как правило, называют предназначение, роль,
поведение какого-либо элемента в системе.
Однозначного определения функций системы не существует. Главные причины этого
заключаются в том, что функции системы определяются наблюдателем, свойствами
(возможностями) самой системы, а также ее взаимодействием с внешней средой.
В методологии системного подхода, использующейся в гуманитарных науках, роль
наблюдателя должна быть не меньшей, чем в естественных науках, например в квантовой
физике. Знания наблюдателя о системе, цели наблюдателя могут существенно отличаться,
а именно на их основе наблюдатель определяет структуру и иерархию функций системы.
Под наблюдателем понимается культуролог, ведущий исследования, и принятые на
данный момент теории в культурологии, на основе которых выполняется анализ.
Наблюдатель выполняет интеллектуальные операции и описывает их в терминах
культурологии. Функции культуры – это не объекты реальности и не феномены или
артефакты культуры. Это определенные характеристики, которые выводятся
интеллектуально, рефлексивно, в аналитических целях. Это определенный уровень
интеллектуальной абстракции, необходимой для отражения связи между элементами
множеств (в математике) и предназначении, роли, поведении какого-либо элемента в
системе или всей системы (в культурологии).
Свойства (характеристики, возможности) системы в основном связаны с ее структурой
(совокупностью компонентов и связей между ними), определение которой также
неоднозначно. Дело в том, что, исходя из распределения функций и целей, стоящих перед
системой, можно выделить разные совокупности элементов и связей между ними. Кроме
того, в кибернетике принято выделять «большие» системы или системы с «плохой
структурой». Компоненты «большой» системы не имеют четких границ. Культура, как
известно, относится именно к таким системам [1].
Внешней средой являются любые объекты, не входящие в систему, и поток любых
воздействий, исходящих от них: вещественных, энергетических и информационных.
Определением, пригодным для данного исследования, является следующее. Функции
системы – это способы взаимодействия системы с внешней средой, исходящие из
возможностей системы и выделенные наблюдателем.
Функции культуры — это функции, которые культура в целом выполняет по отношению к
обществу и членам этого общества, устанавливая тем самым связь между множеством
предназначений, ролей и множеством членов общества (субъектов). Например, в
энциклопеди «Культурология. ХХ век» дано следующее определение: «Функции
культуры – то, чему содействует культура, для чего она предназначена; совокупность
ролей, к-рые выполняет культура по отношению к сообществу людей, порождающих и
использующих (практикующих) ее в своих интересах; совокупность селектированных
истор. опытом наиболее приемлемых по своей социальной значимости и последствиям
способов (технологий) осуществления коллективной жизнедеятельности людей» [2].
Проблематика функций культуры является настолько важной, что в зависимости от того,
какой набор функций и какие функции выделяли те или иные авторы (наблюдатели),
формировалась та или иная традиция (школа) в теории и философии культуры, из которых
рождалась культурология [3]. Так сформировалось и одно из главных направлений в
культурологии – структурно-функциональный подход.
Представители аксиологической школы определяют культуру как «совокупность
материальных и духовных ценностей» и, соответственно, главной функцией культуры
считают аксиологическую (ценностную). Данная школа имеет богатую традицию,
восходящую к И. Канту и развитую затем В. Виндельбандом. Существенный вклад в ее
развитие внесли Г. Риккерт, Г. Коген, Г. Мюнстерберг, В. Вундт, Ф. Брентано, А.
Мейнонг, М. Шелер. Отечественным представителем данной школы, считающим, что
культура – это «воплощенные ценности», является И. Чавчавадзе.
Представители символической (семиотической) школы первичной функцией культуры
считают семиотическую. Л. Уайт определил культуру как «организацию вещей и явлений,
основанную на символах» [4]. Э. Кассирер и К. Леви-Строс внесли существенный вклад в
ее развитие [5]. Отечественными создателями семиотического направления в теории и
философии культуры, трактовавшими ее как «знаковую систему», являются Ю.М. Лотман
и Б.А. Успенский [6].
Коммуникативную функцию культуры М. Маклюэн положил в основание своей теории
коммуникации. Современность он характеризовал как «глобальную деревню», а главной
формой подачи сообщений считал мозаичную [7].
Представители натуралистической школы связывают особенности той или иной культуры
с характеристиками окружающей среды и природного бытия человека и выделяют из
остальных адаптивную функцию культуры. Яркими представителями этой школы
являются Ф. Гамильтон, Г. Спенсер, Б. Малиновский, 3. Фрейд, К. Лоренц.
Наиболее значимым отечественным культурологом, в работах которого разработана
адаптивная функция культуры, является Э.С. Маркарян, определяющий культуру, как
«способ человеческой деятельности» и также исходящий из того, что важнейшей
функцией культуры является адаптивная: «Выделение адаптивной функции в качестве
генеральной позволяет, на наш взгляд, заложить теоретический фундамент для создания
приближенной к реальным процессам функционирования и развития общества системной
модели культуры. Исходя из этих функций, укажем на два взаимно предполагающих друг
друга направления человеческой активности, обусловливающих и интегрирующих в
конечном итоге все возможные виды и формы культуры, безотносительно к тому, на
каком основании они могут быть выделены. Мы имеем в виду направленность
регулирующей человеческой деятельности, ориентированной на упорядоченное
взаимодействие социальной системы с внешней средой и на упорядочение самой
социальной системы как целостного организма» [8].
Анализ культурологической литературы показывает, что к основным функциям культуры
относят:
адаптивную,
аксиологическую
(ценностную),
гносеологическую
(познавательную), защитную, коммуникативную, креативную (творческую, в том числе
человекотворческую),
нормативную
(регулятивную),
релаксационную
(психоэмоциональной
разрядки),
семиотическую
(сигнификативную,
знаковую,
информативную), функцию социализации (передачи социального опыта) и некоторые
другие (функции перечислены по алфавиту, т.к. существует несколько принципов
установления их иерархии.)
Одним из первых защитную функцию культуры выделил Э.В. Соколов. Она была
поставлена им на последнее место в перечне: освоения и преобразования мира;
коммуникативная; сигнификативная; накопления и хранения информации; нормативная;
проективной разрядки; защиты [9].
Через 30 лет после Э.В. Соколова лишь в одном учебном пособии по культурологии
защитная функция культуры выделена из всех остальных: «Первой универсальной
функцией надо считать защитную. Она состоит в том, что при помощи искусственно
созданных орудий и приспособлений — орудий труда, лекарств, оружия, транспортных
средств, источников энергии — человек неимоверно увеличил свои возможности
приспособления к окружающему миру, подчинения себе сил природы. Ему не страшны
голод, наводнения, эпидемии» [10].
Однако данное определение практически сводит защитную функцию через слово
«приспособление» к адаптивной функции, отмеченной практически во всех
исследованиях, справочниках и учебниках по культурологии. В некоторых из них,
например, адаптивная функция поставлена на первое место и считается основной [11].
Есть основания полагать, что адаптивная и защитная функции культуры различны и не
всегда целесообразно их объединять. Для обоснования этого предположения нужно
проанализировать эти функции.
Подчеркивая важность проблемы, отметим, что в работах Ю.А. Урманцева адаптация
отнесена к сложным, междисциплинарным понятиям [12]. Также он отмечает отсутствие
не только в гуманитарных, но и в естественных науках указаний на существенные и
специфические признаки, которые бы выделяли именно адаптацию, поэтому конкретное
ее определение отсутствует вообще, а также отсутствуют методологические указания о
возможных путях развития учения об адаптации.
Отметим существенные отличия понятий «адаптация» и «защита». Адаптация, в том числе
и в культуре, это длительный процесс, а биологическая адаптация видов живых существ
может длиться тысячелетия и более. Защита должна иметь широкий временной интервал –
от долей секунды до десятков лет. Это разномасштабные по времени процессы. Для
осуществления адаптации системы к какому-то виду воздействия, например, к
информационной среде, необходимо иметь защиту по всему спектру опасных воздействий
(вещественному, энергетическому), в том числе и по адаптируемому. Процесс адаптации
может осуществляться только после того, как будет осуществлен процесс защиты,
обеспечивающей функционирование системы в нормальном (не кризисном) ее состоянии.
Э.С. Маркарян так определяет термин «адаптация»: «Без выделения свойств, отражаемых
понятием “адаптация”, используемым не только в биологии, но и в других науках, нельзя
в принципе понять природу жизненных процессов, в том числе и процессов общественной
жизни как самоорганизующейся системы. В частности, специфика негэнтропии на уровне
любых форм организации жизни проявляется в адаптивных процессах, т. е. в процессах
приведения в соответствие, в состояние динамического равновесия рассматриваемых
систем со средой в целях их самосохранения.
При этом под адаптацией системы имеется в виду не только ее функционирование, но и
развитие. С этой точки зрения адаптивная функция выражает общую стратегию жизни, в
том числе и общественной жизни, а негэнтропийная служит осуществлению этой
стратегии. Поэтому гораздо точнее было бы в данном случае говорить о единой,
комплексной адаптивно-негэнтропийной функции, в реализации которой адаптивный
эффект как эффект caмосохранения систем достигается благодаря соответствующему
упорядочению как самих этих систем, так и тех фрагментов окружающих их сред, с
которыми они взаимодействуют. Поэтому в дальнейшем при характеристике адаптивной
функции культуры будет подразумеваться осуществление ею и негэнтропийной функции»
[13].
Отметим наиболее важные для нас идеи этой цитаты. Во-первых, дважды употреблено
слово «самосохранение», являющееся одной из целей системы, во-вторых, ключевым
термином представляется «развитие», являющееся второй целью системы.
Теперь, опираясь на термины теории управления, описание которых приведено в нашей
статье [14] можно сформулировать сущность адаптивного подхода в синергетическом
тезаурусе. Любая сложная информационная система – это в первую очередь система
саморегуляции и регуляции, самоуправления и управления, самоорганизации и
организации, которая имеет две иерархии целей: целей, объединенных направленностью
на самосохранение (самозащиту) и на развитие. Самосохранение – это частный случай
саморегуляции и регуляции, самоуправления и управления, самоорганизации и
организации в сложных информационных системах.
Такое уточнение, во-первых, позволяет расчленить адаптивную функцию культуры на
функции самосохранения (защиты) и развития, во-вторых, описывать эти две функции в
терминах естественных наук, в-третьих, создать предпосылки для использования
математических аппаратов этих наук для полномасштабного математического
моделирования. Причем данное разделение соответствует динамической форме
существования в Общей теории систем (Урманцева) – ОТС (У), которое разделяется на
изменение и сохранение (самосохранение) [15].
Э.С. Маркарян, теоретически обосновав адаптивную функцию, также разделил ее на две
части, назвав «комплексной адаптивно-негэнтропийной функцией». Адаптивная функция,
по сути, обеспечивает самосохранение, негэнтропийная – развитие. В терминах
естественных наук «негэтропийная функция» – это, скорее, способ осуществления
развития. Однако он является настолько универсальным, что входит практически во все
основные функции культуры.
Сформулируем еще конкретнее. Негэтропийная функция, введенная Э.С. Маркаряном, в
терминах культурологии близка по характеристикам к креативной функцией культуры,
т.к. именно ее реализации имманентно присуще увеличение сложности системы –
повышении негэтропии. Тогда получается, что «комплексная адаптивно-негэнтропийная
функция» – это суперпозиция адаптивной и креативной функций культуры.
Еще одной важной идеей Э.С. Маркаряна является необходимость динамического
равновесия рассматриваемых систем со средой в целях их самосохранения. Динамическое
равновесие означает нулевой баланс между энтропией и синергией (негэтропией) общей
системы, например, человек – природа. Развитие (усложнение, самоорганизация и
организация) одной из систем означает не только использования ресурсов другой
системы, но и при ограниченности ресурсов – упрощение последней (вплоть до
уничтожения). Другими словами, адаптивный процесс существенно отличается от
негэтропийного процесса, при котором происходит развитие (в том числе
самоорганизаця). Противоположность этих процессов отмечена в исследованиях В.Г.
Буданова: «Выводя систему в неустойчивое состояние, мы лишаем ее адаптивных
способностей гомеостаза – отрицательных обратных связей, на преодоление которых
теперь не надо тратить энергию управляющего воздействия» [16].
Теперь сформулируем несколько важных положений, соединив воедино требования
самосохранения, развития и динамического равновесия с терминами культурологии,
кибернетики, синергетики и байесовского подхода.
Реализация защитной функции системы обеспечивает сохранение энтропии системы на
заданном уровне, на уровне, при котором система функционирует в нормальном режиме.
Адаптивная или расширительно адаптивно-негэнтропийная функция обеспечивает
развитие системы – увеличение ее негэтропии. Быть может, лучше сказать: креативная
функция обеспечивает увеличение негэтропии или синергии системы. Данная
терминология еще не установилась, и будущее покажет, какие термины закрепятся в
культурологии.
Выходом из этой ситуации является совместное использование с синергетическим
методом байесовского метода. Оптимальным подходом для анализа систем в фазе
гомеостаза и решения задач по сохранению энтропии системы на заданном уровне
(сохранения сложности системы) является байесовский. Закон, гласящий, что в замкнутых
системах энтропия (например, вследствие разрушения системы со временем) возрастает,
подсказывает, что необходимы постоянные усилия по нейтрализации этого процесса.
Байесовский подход, применяемый для определения критериев оптимальности решений,
продуктивен для прогностического анализа входных (в т.ч. угрожающих) воздействий и
вариантов восприятия этих воздействий, структур, на выходах которых формируется
результирующий ответ. Критерием оптимальности в естественных науках называется
правило, по которому из всех возможных решений можно выбрать наилучшее. Критерий
Байеса (в частном случае критерий минимума среднего риска) является одним из наиболее
общих критериев оптимального решения и может быть продуктивен для анализа
социокультурных процессов. В «обществе риска» применение байесовского подхода
является не только логичным, но и необходимым.
Байесовский подход является оптимальным для решения задач обнаружения,
классификации и идентификации – типичных задач первого этапа защиты. Для
эффективного функционирования байесовского подхода необходимо наличие и
постоянное пополнение «банков данных», например, освоение культурного наследия.
Преимущественно это образы и знаки, заложенные с детства и возделанные национальной
культурой.
Культура значительную часть времени находится в фазе гомеостаза – медленного
(количественного) изменения своих характеристик – и лишь незначительную часть она
находится в фазах скачков, быстрого (качественного) изменения. Поэтому байесовский
подход к анализу культуры можно считать комплементарным синергетическому.
Взаимосвязь байесовского и синергетического подходов состоит в том, что для систем
культуры возможно скачкообразное изменение функции правдоподобия – качественное
изменение семантического распределения. После этого система приобретает новые
смыслы и цели.
Байесовский подход основан на определении априорной плотности распределения
вероятности входного воздействия и апостериорной плотности вероятности реакции
(реализации функции) системы. Изменение характеристик системы приводит к другой
(например, желательной) реакции на выходе системы при том же воздействии.
Байесовский подход дает возможность определить структуру системы, обеспечивающую
желательную реакцию на ее выходе. Оптимальное решение – в терминах естественных
наук – это наилучшее решение из всех возможных. Критерием оптимизации является
минимальный средний риск, который и определяет сохранение минимума энтропии (см.
подробнее об этом [17]).
Как известно, синергетический подход эффективен для анализа открытых систем,
находящихся в неравновесном состоянии. Любая система преимущественно находится в
состоянии гомеостаза и только в некоторые (кризисные) моменты переходит в
неустойчивое состояние. Несколько парадоксально (и скорее всего, неправомерно)
применять методы синергетического анализа для систем, проходящих и фазы
неустойчивости, и фазы гомеостаза. Пожалуй, анализ процессов жизнедеятельности,
являющихся долговременными процессами со сменой фаз, относятся именно к таким.
Законы синергетики действуют в открытых системах. Но открытость является
предпосылкой для снижения безопасности функционирования системы. На основе
кибернетического подхода в книге С.П. Расторгуева показано, что «задача
информационной системы не дать себя “вскрыть”, научиться защищаться от
информационного воздействия вообще (что достаточно просто) и частично (что сложно,
т.к. необходимо выполнение задачи оценки, принятие решения, выполнения решения,
контроля выполнения, исправления ошибок и т.д.), не допускать разрушающие систему
воздействия» [18]. Этот вывод, скорее всего, останется справедливым для любого типа
воздействия, а не только информационного.
Поэтому для обеспечения развития необходимо знать меру «открытости» и принимать
меры по активизации защитных функций системы. Например, приоткрывать систему на
короткое время или только в моменты, когда разрушающие воздействия отсутствуют или
имеют уровень, меньше порогового, приводящего к разрушению системы. Или ставить
защиту – ослаблять разрушающее воздействие.
Синергетический подход в культурологии, ориентированный на активизацию адаптивной
функции культуры, например, в проблематике жизнеобеспечения, по сути, ориентирован
на активизацию креативной и защитной функций культуры. Синергетический подход в
проблематике искусства, выполненный В.П. Бранским и С.Д. Пожарским,
преимущественно ориентирован на активизацию креативной функции, а также
семиотической и коммуникативной функций культуры [19].
Примером
вышеприведенных
положений
являются
этносы,
как
правило,
немногочисленные, которые адаптируются к природным условиям и живут в них
тысячелетиями. Чаще всего они относительно изолированы и находятся в некоторых
зонах недоступности для остальных этносов: в сельве, джунглях, полупустынях, в зонах
вечной мерзлоты. Большую часть своего физического и творческого потенциала они
расходуют на адаптацию к окружающей природной среде, не оказывая разрушающего
влияния на внешнюю среду, которая быстро «уничтожает» энтропийные выбросы.
Культура таких этносов ориентирована на причинение минимального ущерба природе.
Важное место в их культуре играет экологическое мировоззрение. В терминах
кибернетики его можно определить как мировоззрение, обеспечивающее минимальную
энтропию. Исследования проблем жизнеобеспечениия и адаптации выполнены в трудах
С.А. Арутюнова и Я.С. Иващенко [20].
Этносы, нации и другие социокультурные образования, живущие на неизолированных и
благоприятных для жизнедеятельности территориях, как правило, являются крупными и
вынуждены в большей степени адаптироваться к социокультурной среде окружающих их
и конкурирующих с ними других социальных систем. Исследование проблем,
возникающих при этом, выполнено, например, в книгах С. Хантингтона [21]. Во
взаимодействии (столкновении) цивилизаций и культур, им соответствующих,
преобладают энтропийные процессы, по крайней мере, у недоминирующих цивилизаций,
ресурсы которых поглощаются доминирующими. Множество цивилизаций, и культур им
соответствующих, адаптированных к природным условиям существования, были
уничтожены вследствие воздействия других цивилизаций, от которых они не смогли
защититься.
На основе выполненного анализа и учитывая адресацию к специалистам из разных
областей знаний, дадим несколько определений защитной функции культуры,
отличающиеся терминологической базой. Начнем с определения защитной функции
культуры в терминах структурно-функционального подхода в культурологии, а затем
дадим определение в терминах естественных наук.
Защитная функция культуры – это способ осуществления индивидуальной и коллективной
человеческой жизнедеятельности, направленный на поддержание сложности (степени
организации) защищаемого субъекта на достигнутом уровне и обеспечивающий его
функционирование в нормальном режиме. Защитная функция культуры отличается от
адаптивной функции по временному масштабу, а также по арсеналу средств и методов для
реализации этой функции.
Защитная функция культуры – способ осуществления индивидуальной и коллективной
человеческой жизнедеятельности, препятствующий процессам возрастания энтропии и
поддерживающий энтропию защищающейся системы на уровне, при котором система
функционирует в нормальном режиме.
При использовании терминов теории управления защитную функцию культуры можно
трактовать как способ осуществления индивидуальной и коллективной человеческой
жизнедеятельности, препятствующий процессам возрастания энтропии защищающейся
системы с помощью сигналов отрицательной обратной связи между выходом системы и
входами подсистем, осуществляющих процессы саморегуляции, самоуправления и
самоорганизации с целью обеспечения функционирования системы в нормальном режиме.
Как известно из теории управления, отрицательная обратная связь повышает
устойчивость системы к воздействию дестабилизирующих факторов.
ПРИМЕЧАНИЯ
[1] Чурбанов В.Б. Культура и развитие личности в социалистическом обществе. М.:
Педагогика, 1981.
[2] Культурология. XX век. Энциклопедия. Т.2. СПб.: Университетская книга; Алетейя,
1998. С. 508.
[3] Иконникова С.Н. История культурологических теорий. 2-е изд., переработанное и
дополненное. СПб.: Питер, 2005.
[4] Уайт Л. Избранное: Эволюция культуры. М.: РОССПЭН, 2004.
[5] Кассирер Э. Избранное. Опыт о человеке: введение в философию человеческой
культуры. М.: Гардарики, 1998; Кассирер Э. Философия символических форм. Т. 3:
Феноменология познания. М.-СПб.: Академический проект, 2011; Леви-Строс К.
Структурная антропология. М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001; Леви-Строс К. Мифологики.
Сырое и приготовленное. Флюид / FreeFly, 2006.
[6] Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII
— начало XIX века). СПб.: Искусство, 1997; Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров.
Человек — текст — семиосфера — история. М.: Языки русской культуры, 1999; Лотман
Ю.М. История и типология русской культуры. СПб.: Искусство-СПб., 2002; Успенский
Б.А. Семиотика искусства. М.: Языки русской культуры, 1995; Успенский Б.А. Семиотика
истории. Семиотика культуры. М.: Языки русской культуры, 1996.
[7] Маклюэн М. Галактика Гутенберга. М.: Академический проект, 2005; Маклюэн М.
Понимание медиа. М.: Кучково поле, 2007.
[8] Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука: (логико-методологический
анализ). М.: Мысль, 1983. С. 63.
[9] Соколов Э.В. Культура и личность. Л.: Наука, 1972; Соколов Э.В. Понятие, сущность и
основные функции культуры. Л.: ЛГИК им. Крупской, 1989.
[10] Кравченко А.И. Культурология: Учебное пособие для вузов. 3-е изд. М:
Академический проект, 2002. С. 13.
[11] Быстрова А.Н. Мир культуры (Основы культурологии). Учебное пособие. 2-е
издание, исправленное и дополненное. М.: Издательство Федора Конюхова; Новосибирск:
ЮКЭА, 2002; Кармин А.С., Новикова Е.С. Культурология. СПб.: Питер, 2006. Маркарян
Э.С. Указ. соч.
[12] Урманцев Ю.А. Общая теория систем: состояние, приложения и перспективы
развития // Система, Симметрия, Гармония. М., Мысль, 1988. С. 38-124; 447. Урманцев
Ю.А. Симметрия природы и природа симметрии (Философские и естественно-научные
аспекты). М., КомКнига, 2006; Урманцев Ю.А. Эволюционика, или Общая теория
развития систем природы, общества и мышления. Изд. 2-е, перераб. и доп. М.: Либроком,
2009.
[13] Маркарян Э.С. Указ. соч. С. 63.
[14] Куц В.А. Самоорганизация, самоуправление и саморегуляция в культре: основные
понятия и определения. // Философия права. 2013. № 4. С. 57 – 61.
[15] Урманцев Ю.А. Эволюционика, или Общая теория развития систем природы,
общества и мышления.
[16] Буданов В.Г. Управление человекомерными системами и методология синергетики //
Философия управления: проблемы и стратегии. М.: ИФРАН, 2010. С. 101.
[17] Карпов И.Г, Грибков, А.Н. Основы радиоэлектроники и связи. Ч. I. Основы
оптимального радиоприема: учебное пособие. Тамбов: Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та, 2009;
Налимов В.В. Вероятностная модель языка. О соотношении естественных и
искусственных языков. М.: Наука, 1979; Налимов В.В. Спонтанность сознания:
Вероятностная теория смыслов и смысловая архитектонка личности. М.: Прометей,
МГПИ им. Ленина, 1989; Рязанцев Л.Б. Многомодельное байесовское оценивание вектора
состояния маневренной воздушной цели в дискретном времени // Вестник ТГТУ. Том 15.
2009. № 4. С. 729-739; Хабиби А. Двумерная байесовская оценка изображений // ТИИЭР,
1972. Т.60. №7 С. 153-159. Харченко В.П., Остроумов И.В., Кукуш А.Г. Оптимизация
количества измерений координат при многоальтернативной классификации ситуаций
воздушного движения // Кибернетика и вычислительная техника. 2007. № 153. С. 52–59.
[18] Расторгуев С.П. Информационная война. М.: Радио и связь, 1999.
[19] Бранский В.П., Пожарский С.Д. Глобализация и синергетический историзм. СПб.:
Политехника, 2004.
[20] Арутюнов С.А. Культуры, традиции, их развитие и взаимодействие. Люистон: Изд-во
Эдвин Меллен Пресс, 2002; Арутюнов С.А. Народы и культуры: развитие и
взаимодействие. М.: Издательство «Наука», 1989; Арутюнов С.А., Маркарян Э.С.
Культура жизнеобеспечения и этнос. Ереван: изд. АН АрмССР, 1983; Иващенко Я.С.
Культура жизнеобеспечения тунгусо-маньчжуров: системно-синергетический анализ.
Диссертация на соискание ученой степени доктора культурологии. СПб.: РГПУ им. А.И.
Герцена, 2011.
[21] Хантингтон С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности. М.: АСТ,
2004; Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2003.
© Куц В.А., 2015
Статья поступила в редакцию 27 января 2015 г.
Куц Владимир Анатольевич,
кандидат технических наук,
ведущий научный сотрудник
ОАО «Концерн «Гранит-Электрон»,
докторант РПГУ им. А.И. Герцена
е-mail: 2697305VK1@inbox.ru
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
4
Размер файла
883 Кб
Теги
культура, защита, адаптация, функции, pdf
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа