close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Бакиева Г.Т. Обычай и закон. Очерки правовой культуры сибирских татар. - Новосибирск 2011. - 214 с.

код для вставкиСкачать
РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК
СИБИРСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ
ИНСТИТУТ ПРОБЛЕМ ОСВОЕНИЯ СЕВЕРА
Г.Т. Бакиева
ОБЫЧАЙ И ЗАКОН
Очерки правовой культуры
сибирских татар в XVIII-начале XX века
Ответственный редактор
доктор исторических наук Н.А. Миненко
УДК 39:34
ББК 63.5
Б193
Бакиева, Г.Т. Обычай и закон. Очерки правовой культуры
сибирских татар в XVIII-начале XX века / Г.Т. Бакиева; отв. ред.
Н.А. Миненко ; Рос. акад. наук, Сиб. отд-ние, Ин-т проблем
освоения Севера. - Новосибирск : Академическое изд-во “Гео”,
2011. - 214 с., [16] с. цв. ил. - ISBN 978-5-904682-52-1 (в пер.).
Книга посвящена нормативно-правовой культуре сибирских
татар, ее формированию и трансформации в XVIII-начале XX в.
В книге исследуется нормативная практика сибирских татар в семейно-брачной, поземельной, хозяйственной и др. сферах. Проана­
лизировано
традиционное
судопроизводство
сибирских
татар,
представлена роль различных органов самоуправления, а также му­
сульманского духовенства в жизни общины, показано постепенное
вытеснение традиционных норм общегражданским законодатель­
ством. Исследование выполнено в основном на оригинальных ар­
хивных материалах, многие из которых впервые вводятся в науч­
ный оборот.
Представляет интерес для историков, этнографов, юристов, по­
литиков.
Рецензенты:
д-р ист. наук А.Н. Багашев,
д-р ист. наук, профессор Д.А. Функ,
канд. ист. наук Н.А. Лискевич
Работа выполнена при финансовой поддержке
Российского гуманитарного научного фонда,
проекты № 07-01-00061а; 08-01-9320ба/К
Издание книги осуществлено при частичном финансировании РГНФ,
проект № 10-01-00176а
© Бакиева Г.Т., 2011
© ИПОССОРАН, 2011
© Оформление. Академическое
ISBN 978-5-904682-52-1
Посвящаю моим дорогим родителям
Сайре Капаровне и Такиюлпе Абдулповичу
Бакиевым
ВВЕДЕНИЕ
Правовая культура сибирских татар как объект исследования
представляет особый интерес для исторической и этнографичес­
кой науки, так как эта тема в отечественной историографии оста­
ется до сих пор практически не изученной. За последние полтора
десятилетия
российскими
учеными-этнографами
проделана
большая работа по изучению обычного права народов Севера,
Сибири, Дальнего Востока, европейской части России. Было ис­
следовано соотношение адата и шариата, а также становление
российских административных и судебных институтов у народов
Средней Азии, Казахстана, Дагестана1. За рамками исследований
1 Батьянова Е.П. Община у телеутов в XIX-начале XX века // Телеуты.
Материалы к серии «Народы и культуры». Вып. XVII. М.: ИЭА РАН,
1992. С. 141-267; Обычное право народов Сибири (буряты, якуты, эвен­
ки, алтайцы, шорцы) / Под ред. Ю.И. Семенова. М.: Старый сад, 1997;
Басилов В.Н., Карамышева Дж.Х. Ислам у казахов. М.: ИЭА РАН, 1997;
Национальная политика в императорской России. Поздние первобыт­
ные и предклассовые общества севера Европейской России, Сибири и
Русской Америки / Под ред. Ю.И. Семенова. М.: Старый сад, 1998; Ко­
нев А.Ю. Коренные народы Северо-Западной Сибири в административ­
ной системе Российской империи (XVIII-начало XX вв.). М., 1995; Сословно-правовое положение и административное устройство коренных
народов Северо-Западной Сибири (конец XVI-начало XX вв.). Сб. пра­
вовых актов и документов / Ред.-сост. А.Ю. Конев. Тюмень, 1999; Степ­
ной закон. Обычное право казахов, киргизов и туркмен / Под ред.
Ю.И. Семенова. М.: Старый сад, 2000; Традиционная нормативная куль­
тура организации власти и экономика народов Северной Евразии и
Дальнего Востока / Под ред. Ю.И. Семенова. М.: Старый сад, 2000;
Крестьянское правосудие. Обычное право российского крестьянства в
XIX-начале XX века / Под ред. Ю.И. Семенова. М.: Современные тетра­
ди, 2003; Олень всегда прав. Исследования по юридической антрополо­
гии / Отв. ред. Н.И. Новикова. М.: Изд. дом «Стратегия», 2003; Обычай и
закон в письменных памятниках Дагестана V-начала XX в. В 2 т. / Отв.
ред. и сост. В.О. Бобровников. М.: Изд. дом Марджани, 2009.
осталась достаточно большая территория южной части Западной
Сибири, где проживают различные группы сибирских татар (тоболо-иртышские, барабинские, томские и др.). В недавно выпу­
щенном
издательским
домом
Марджани
«Библиографическом
указателе по мусульманскому праву и обычному праву народов,
исповедующих ислам», не содержится ни одной публикации по
сибирским татарам1.
Российское правительство, присоединяя сибирские земли, не
разрушило сложившиеся здесь формы социальной организации
и правового уклада, а включило их в государственно-правовую
систему. Как отмечали исследователи, империя умело применяла
стратегию ассимиляции и политико-правовой аккультурации, но
допускала наличие традиционных структур управления и сохра­
нение обычаев, которые не затрагивали ее власть или которые не
могла легко изменить2. Целью политики властей являлось стрем­
ление организовать контроль над вновь приобретенными терри­
ториями. Оптимальным решением этой проблемы было сочета­
ние общих законов империи с обычаями аборигенов. Все это
вызывало необходимость деятельности по сбору сведений по
обычному праву присоединенных народов. Во второй половине
XVIII-начале XIX в. по официальному предписанию властей бы­
ла организована запись ряда систем обычного права у некоторых
сибирских народов, в том числе, сибирских татар. Записи обыча­
ев некоторых народов были изданы под редакцией Д.Я. Самоквасова3. Материалы по обычному праву сибирских татар не вошли
1
Мусульманское право: библиогр. указ. по мусульманскому праву и
обычному праву народов, исповедующих ислам / Сост. Э.А. Урусова,
Ю.В. Иванов. М.: Изд. дом Марджани, 2010.
2 Колесников А. Начала административной централизации и само­
управления в современном государстве. Сб. трудов профессоров и пре­
подавателей Иркутского ун-та. Вып. 2. Иркутск, 1921. С. 3; Ямал - зна­
комый и незнакомый / Отв. ред. В.В. Кучера. Тюмень, 1995. Ч. II.
С. 125-126; Сословно-правовое положение. С. 17-25.
3 Сборник обычного права сибирских инородцев. Варшава: Изд.
Д.Я. Самоквасова. 1876.
4
в данный сборник. В рукописном отделе Тобольского историко­
архитектурного музея-заповедника (далее РО ТГИАМЗ) хранятся
не опубликованные и не получившие до сих пор должного внима­
ния со стороны исследователей, рукописные сборники обычного
права сибирских татар под следующими названиями: «1785 года
ноября от 25 дня в силу из Тобольского наместнического правле­
ния с прописанием именного е.и.в. повеления указу о начале про­
исхождения, также достопамятных происшествиях, равно о за­
коне и обряде Тобольскому нижнему земскому суду тобольских
нерегулярного лехкого казачьего войска и ясашных магометан
голов мурз Сабанака и Исматуллы Кульмаметовых объяснение»,
«Собрание сведений о законах и обычаях магометан. 1821 г.» и
«Описание законов и обычаев татар, населяющих Ялуторовский
уезд, земским исправником Поповым». Данные материалы явля­
ются первыми кодифицированными сборниками обычаев сибир­
ских татар. При этом, используя данные документы, нужно иметь
в виду, что «письменная форма выражения обычаев ... коди­
фицировала не реальную систему обычаев, а ту, которая изби­
рательно
выражала
конкретные
запросы
правительства»1.
Как
отмечает В.В. Карлов, кодификация нормы была следствием со­
циального компромисса. По его мнению, «русское государство и
его структуры управления народами Сибири стали создателем и
гарантом системы социального регулирования в традиционных
обществах, посредником в поддержании социального равновесия
и мира во взаимоотношениях и внутри этих обществ, ... и с госу­
дарством как высшим сувереном»2. При этом указанный автор
уточняет, что эти нормы не были созданы русской властью ис­
кусственно, «ибо в основе своей они были почерпнуты из нор­
1
Рабцевич В.В. Неопубликованные записи обычного права сибирских
народов последней четверти XVIII-первой половины XIX в. // Источни­
ки по культуре и классовой борьбе феодального периода. Новосибирск,
1982. С. 115-134.
2 Карлов В.В. Обычное право народов Сибири и его изучение // Обыч­
ное право народов Сибири (буряты, якуты, эвенки, алтайцы, шорцы).
М.: Старый сад, 1997. С. 54-55.
5
мативной
практики,
функционировавшей
благодаря
неписаным
обычаям»1.
Обычное право у сибирских татар, так же как у других тюрк­
ских народов России, называется термином адат (от араб, обы­
чай) и употребляется в трех основных значениях: обычное право,
суд по обычному праву, неправовой обычай2. Обычное право
существовало в форме изустных преданий и обычаев, передавав­
шихся из поколения в поколения и бывших обязательными для
исполнения всеми членами общества. Кроме того, исследователи
обращают внимание на то, что адат является исключительно ло­
кальным правом, за пределами «своего» общества он теряет юри­
дическую силу3. Нормы адата часто переплетались, совпадали с
нормами мусульманского права шариата (от араб, ша-ра-а - уза­
конивать, предписывать что-либо как обязательное). Как считает
К.Д. Давлетшин, «адат, возникнув в определенной национальной
среде, дополняется установлениями и правилами шариата, кото­
рый, в свою очередь, тоже опирается на народные традиции и
обычаи... Ислам дал им (обычаям. - Г.Б.) собственное толкование
и оказал существенное влияние на их содержание. Хотя многие
положения самого шариата возникли на основе адатов»4. В каче­
стве синонима адата мусульманские правоведы используют тер­
мин урф, в значении обычая. Известный исламовед Л.Р. Сюкияйнен разграничивает понятия «мусульманское право» и «шариат».
«Шариат - это в целом религиозное явление, в котором можно
обнаружить лишь отдельные следы правового начала, мусульман­
ское право - преимущественно правовой феномен, хотя и пред­
стающий порой в религиозной оболочке», - пишет автор5.
1
Карлов В.В. Указ. соч. С. 56.
Ислам на территории бывшей Российской империи: Энциклопеди­
ческий словарь. Вып. 3. М.: Восточная литература, 2001. С. 6.
3 Там же. С. 7.
4 Давлетшин К.Д. Проблемы взаимосвязи национальных и рели­
гиозных компонентов культуры и быта. М., 2002. С. 267-268.
5 Сюкияйнен Л.Р. Шариат, адат и российское законодательство //
Мусульмане изменяющейся России. М.: РОССПЭН, 2002. С. 51.
2
6
В указанных выше источниках по обычному праву сибирских
татар содержатся суры и аяты Корана, сунны, а также сочинения
мусульманских законоведов, таких как Мухтазар, Шархи-Выкай,
Хидай, Фаранз, Алиман, составлявших вместе с Кораном и Сун­
ной, по утверждению И.Н. Юшкова, «единственный кодекс, кото­
рым руководствовались татарские юристы до тех пор, пока си­
бирские татары находились еще вне русских законов»1. Здесь
имеются в виду юридические труды средневековой ханафитской
правовой школы (мазхаба). Как считают исследователи, указан­
ные сочинения входили в программу обучения в медресе Бухары,
Поволжья и Приуралья в XVIII- XIX в., где обучались также шакирды из Западной Сибири2.
В середине XIX в. для ознакомления чиновников окраинных
и внутренних областей Российской империи с мусульманским
населением и основами догматики и практики исламского зако­
нодательства была издана книга Н.Е. Торнау «Изложение начал
мусульманского законоведения»3. Она была разослана в губерн­
ские канцелярии, в том числе Тобольскую. В этой книге нашли
отражение не только культовые нормы и предписания, но и семейно-бытовые,
общественно-гражданские
нормы,
уголовное
право и судопроизводство.
При изучении традиционной правовой культуры сибирских
татар особой проблемой выступает выяснение соотношения норм
адата и шариата, а также выявление отношения российских влас­
тей к ним.
1 Юшков И.Н. Сибирские татары // Тобольские губернские ведомости.
1861. № 35-44. С. 576.
2 Кемпер М. Суфии и ученые в Татарстане и Башкортостане. Ислам­
ский дискурс под русским господством / Пер. с нем. Казань, 2008.
С. 42-43; Фахретдин Р. Асар. Казань, 2006. 'Г. 1. С. 34-35, 233; Бепич И.В.
Письменные источники 80-х годов XVIII-первой четверти XIX века о
правовых традициях сибирских татар // Этнографо-археологические
комплексы: проблемы культуры и социума. Омск: Изд. дом «Наука»,
2009. Том 11. С. 180.
3 Торнау Н.Е. Изложение начал мусульманского законоведения.
СПб., 1850.
Сибирские татары являются коренным этносом Западной
Сибири,
сложившимся
в
результате
ассимиляции
кыпчаками
местного тюркского и угорского населения. В XV-XVII вв. от­
дельные тюркоязычные этнические группы, расселенные по югу
Западно-Сибирской
равнины,
слились
в
единую
народность.
В XVIII-начале XX в. сибирские татары частично ассимилирова­
ли тюркоязычных выходцев из Поволжья и Средней Азии1. В се­
редине XX в. коренных сибирских татар и потомков пришлого
тюркского населения в официальных документах стали запи­
сывать просто татарами. Однако представители каждой из этих
групп до сих пор сохраняют память о национальной принадлеж­
ности своих предков и местах их былого проживания2.
Настоящая работа посвящена сибирским татарам, расселив­
шимся в бассейне Тобола и Иртыша. Тоболо-иртышские татары
самая значительная группа сибирских татар. В исследуемый пе­
риод они проживали в Тобольском, Тюменском, Тарском и Ялуто­
ровском уездах (округах) Тобольской губернии. В этносословном
отношении сибирско-татарское население в XVIII-начале XX в.
было неоднородным и включало ясачных, служилых татар, вы­
ходцев из Поволжья (оброчные чувальщики) и Средней Азии
(сибирские бухарцы).
Сибирские татары занимали особое положение среди абори­
генов Сибири. В отношении них на протяжении трех столетий, со
времени присоединения к Русскому государству, проводился осо­
бый
политико-административный
и
экономический
курс.
На
протяжении XIX-начала XX в. российское правительство вело
целенаправленную политику разрушения традиционных отноше­
ний и связей, русификацию, нивелирование положения сибир­
ских татар и уравнивание их в правах с русскими крестьянами.
1
См.: Томилов Н.А. Этническая история тюркоязычного населения
Западно-Сибирской равнины конца XVI-начала XX в. Новосибирск,
1992; Валеев Ф.Т. Сибирские татары. Казань, 1993.
2 Аксянова Г.А., Квашнин Ю.Н. Проблемы метисации у тоболо-иртышских татар // Наука о человеке и общество: итоги, проблемы, перс­
пективы. М.: ИЭА РАН, 2003. С. 158-168.
8
Это происходило путем разработки и реализации различных ре­
форм в области административного и поземельного устройства,
образования,религии.
В предлагаемой вниманию читателей книге правовая или нор­
мативная культура сибирских татар рассматривается как часть
культуры, основанная на «самых устойчивых и привычных фор­
мах общения принадлежащих к нему индивидов, выполняет
функцию аккумуляции и трансляции традиций, ...их изменения
и трансформации, внедрения и «опривычивания» нового»1. Под
нормативом подразумевается целый комплекс элементов, таких
как мораль, право, религия, а также уровень правового сознания
людей. Под правовым сознанием понимается совокупность оце­
нок, чувств, настроений, выражающих отношение населения к
действующим законам и практике их применения, к своим пра­
вам и обязанностям. Это в то же время представления о право­
мерном, законном, справедливом, неправомерном, преступном2.
Важным в работе является изучение правовой практики в
сфере
семейно-брачных,
поземельных,
хозяйственных,
бытовых
и др. отношений. Особое внимание уделено изучению норм ша­
риата и роли духовенства в регулировании различных сторон
жизни сибирских татар. При этом наиболее значимым является
анализ вопросов, связанных с заключением и расторжением бра­
ка,
имущественными
отношениями
супругов,
наследственным
правом, институтом опеки и попечительства.
Одной из центральных задач работы является изучение су­
дебной функции общины, ее должностных лиц, выполнявших эти
функции, системы наказаний за различные виды правонаруше­
ний. Существенно, что исследование традиционной нормативно­
правовой системы сибирских татар охватывает несколько веков.
Изучение норм, применяемых сибирскими татарами в прош­
лом, проведено по опубликованным научным материалам и мате­
1
Карлов В.В. Указ. соч. С. 68; Громыко М.М. Место сельской (терри­
ториальной, соседской) общины в социальном механизме формиро­
вания, хранения и изменения традиций // Сов. этнография. 1984. № 5.
2 Сословно-правовое положение. С. 17.
9
риалам центральных и местных архивов - Российского государ­
ственного исторического архива (РГИА), Российского государ­
ственного архива древних актов (РГАДА), Государственного ар­
хива Свердловской области (ГАСО), Центрального государствен­
ного
исторического
архива Республики
Башкортостан
(ЦГИА
РБ), Государственного учреждения Тюменской области Государ­
ственного архива Тюменской области (ГУТО ГАТО), Государ­
ственного учреждения Тюменской области Государственного ар­
хива в г. Тобольске (ГУТО ГАТ).
Для целей исследования были привлечены документальные
источники XVIII-начала XX в., не публиковавшиеся ранее: дело­
производственная
документация,
законодательные
акты,
нарра­
тивные
источники
(записки
путешественников,
историко-этно­
графические описания и т. п.). Важное место в исследовании
получили
документы
Оренбургского
магометанского
духовного
собрания из Центрального государственного исторического ар­
хива Республики Башкортостан. В фондах архива имеются дела,
связанные с заключением и расторжением брака, наследственным
правом, опекой и попечительством. Кроме прочего, они позволя­
ют оценить роль шариата и мусульманского духовенства в жизни
сибирских татар. Материалы данного архива до сегодняшнего дня
не получили должного внимания со стороны исследователей.
Следующая
группа
источников
включает законодательство,
прежде всего, своды законов Российской империи (далее ПСЗ)1.
Они позволяют проследить изменение отношения самодержавия
к мусульманам, определить сферы применения гражданского за­
конодательства и норм шариата в повседневной жизни сибирских
татар.
Осветить различные аспекты исследования помогают также
тематические
подборки
законодательных
актов
правительства
второй половины XIX-начала XX в., изданные для практических
нужд местной бюрократии. Примерами такой деятельности яв­
ляются «Сборник постановлений для руководства волостных и
сельских управлений» (1853), «Законы о судопроизводстве и
1
10
ПСЗ. Т. 1-55.
взысканиях гражданских» (1873), «Сборник узаконений, опреде­
ляющих права и обязанности волостных старшин и писарей»
(1904), «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных.
Издание 1885 г. с включением ст. по 1912-1914 гг. (1916), «О мере
пресечения при дознании и порядке содержания арестантов при
волостных правлениях и полиции и пересылке их. Пособие для
чинов полиции, волостных и сельских начальников в Сибири»
(1893) и др. Эти и другие подборки законодательных актов ис­
пользовали в своей деятельности и органы местного самоуправ­
ления сибирских татар. Об этом свидетельствуют архивные ма­
териалы. К примеру, в начале XX в. в Уватском инородном
управлении Тобольского уезда хранилось 20 наименований раз­
личных законодательных актов1.
Важным в исследовании является сборник руководящих рас­
поряжений
Оренбургского
магометанского
духовного
собрания
(далее ОМДС) за 1836-1903 гг., в котором содержатся предписа­
ния ОМДС - фетвы Оренбургского муфтия и постановления
ОМДС по итогам разбирательства частных вопросов из повсе­
дневной жизни мусульман2. В работе испо;1ьзован также «Сбор­
ник законов о мусульманском духовенстве в Таврическом и Орен­
бургском округах и о магометанских учебных заведениях»,
регламентирующий
деятельность
духовных
лиц
мусульманской
3
общины .
Особую группу источников занимают полевые материалы,
собранные автором среди тоболо-иртышских татар, компактно
проживающих в Тобольском, Вагайском, Ярковском, Ялуторов­
ском и Тюменском районах Тюменской области. Полевые иссле­
дования, проводившиеся в течение 15 полевых сезонов (19901
ГУТО ГАТ. Ф. 346. On. 1. Д. 29. Л. 11-11о6.
Сборник циркуляров и иных руководящих распоряжений Оренбург­
ского магометанского духовного собрания. 1836-1903 гг. / Сост.
Р. Фахретдинов. Уфа, 1905.
3 Сборник законов о мусульманском духовенстве в Таврическом и
Оренбургском округах и о магометанских учебных заведениях. Неофи­
циальное издание. Казань, 1899.
2
11
1995, 2000-2010 гг.), включали опрос и непосредственное наблю­
дение. Они дополняют и подтверждают архивные материалы.
Традиционная нормативно-правовая система сибирских та­
тар на протяжении нескольких веков, и ее соотношение с офици­
альным законодательством представляют интерес при изучении
этнической истории сибирских татар. Материалы исследования
могут быть рекомендованы местным органам власти и культурно-национальным
автономиям
для
выработки
и
проведения
практических
мероприятий
по
улучшению
социально-экономи­
ческой ситуации в местах компактного проживания сибирских
татар. Они могут быть использованы при разработке спецкурсов
по истории сибирских татар для студентов гуманитарных фа­
культетов высших учебных заведений.
В приложении к работе содержатся наиболее информативные
документы,
касающиеся
правовой
культуры
сибирских
татар.
Важное место среди них занимают архивные документы, выяв­
ленные в центральных и местных архивах, большинство из них
впервые вводятся в научный оборот. Тексты документов переда­
ны с сохранением стиля, орфографии и пунктуации подлинника.
Пользуясь случаем, выражаю искреннюю благодарность ру­
ководству и сотрудникам Центрального государственного исто­
рического архива Республики Башкортостан (директор Р.З. Ширгазин), Государственного учреждения Тюменской области архива
в г. Тобольске (директор Т.Ю. Коклягина), Государственного ар­
хива Тюменской области (директор О.П. Тарасова) за предостав­
ленную возможность работать с фондами.
От всей души благодарю всех моих соотечественников из
разных сибирско-татарских сел и деревень Тюменской области за
большую помощь в проведении экспедиционных работ. Особую
благодарность
выражаю
информантам,
оказавшим
наибольшую
помощь при сборе этнографического материала: моему отцу Ба­
киеву Такиюлле Абдулловичу (д. Нижние Аремзяны), Тимкановой Хакиме Хабибулловне (д. Нижние Аремзяны), Абайдуллиной
Галие Тухватулловне (д. Лайтамак), Рафиковой Марвар Рафиков­
не (д. Бегитино), Ашмановой Наригуль Шахимардановне (с. Ембаево), Алимхановой Фирдаус Салимовне (с. Ембаево), Ихсано12
вой Муриде Ахметкиреевне (д. Верхний Ингал), Мавлютовой
Зайнисафе Мухсимовне (юрты Бегишевские), Садиковой Марвар (юрты Второвагайские), Юсупову Кадыру Абдурахимовичу
(д. Епанчино).
За внимание к моей работе и ценные профессиональные со­
веты благодарю доктора исторических наук Дмитрия Анатолье­
вича Функа (ИЭА им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН) и кандидата
исторических наук Нину Александровну Лискевич (ИПОС СО
РАН).
Глубокую признательность за понимание и поддержку выра­
жаю моей наставнице, внимательному, чуткому и строгому Учи­
телю - Нине Адамовне Миненко (Уральский государственный
университет им. А.М. Горького).
Сердечно благодарю директора Института проблем освоения
Севера СО РАН Анатолия Николаевича Багашёва за всемерную и
постоянную поддержку и помощь.
Выражаю большую благодарность моему супругу и коллеге
Юрию Николаевичу Квашнину, который оказывал мне неоцени­
мую помощь на всех стадиях работы над книгой, моим подругам
и соратницам по экспедициям Гульсаре Халиуллиной и Екатерине
Утяшевой, а также моим любимым сыновьям Радмиру и Никите.
13
Глава 1
УСТРОЙСТВО НИЗОВЫХ СУДЕБНЫХ
ОРГАНОВ У СИБИРСКИХ ТАТАР
В XVIII—НАЧАЛЕ XX ВЕКА
В XVII-первой половине XIX в. царская администрация поч­
ти не вмешивалась во внутренние дела народов Западной Сиби­
ри, в том числе сибирских татар, сохраняя у них традиционное
управление и суд. Как отмечает А.Ю. Конев, это был «период пер­
воначальной адаптации государства и традиционных социумов
как стадиально различных систем», когда «русские использовали
в своих интересах исторически сложившиеся социальные и потестраные институты аборигенов...». Автор считает, что к 1821 г.
народы края имели синтезированные патриархальные («родопле­
менные») и феодальные общественные отношения, участниками
которых были как местные потестарные, так и российские юри­
дические, административные и сословные элементы. С середины
XIX в. усиливаются тенденции унификации в области правового
плюрализма, создаются условия для окончательной ликвидации
особых «прав состояния» коренных народов Сибири1. Начало
унификации необходимо связывать с «Уставом об управлении
инородцев» 1822 г., когда сибирские татары и сибирские бухарцы
были отнесены к «оседлым инородцам» и уравнивались во всех
правах и обязанностях с русскими крестьянами. По Уставу про­
исходила унификация управления и суда у сибирских татар, по­
пытка привести к «единому знаменателю» с судами у русских
крестьян. Как отмечалось в законе «оседлые инородцы земле­
дельцы, составляющие собственные свои волости, подлежат во1
14
Сословно-правовое положение. С. 14-15.
лостному управлению и суду по общим основаниям»1. В основе
«Устава об инородцах» 1822 г. А.Ю. Конев выделяет три принци­
па: принцип сохранения традиционной основы, который обеспе­
чивал органическую связь вновь создаваемых административно­
управленческих структур с общественной организацией абориге­
нов»; принцип частичной рационализации, в соответствии с
которым определялись: единый для всех сибирских аборигенов
статус, права и обязанности их инородческой администрации,
порядок ее подчинения органам государственного фискально­
административного и судебного надзора; принцип дифференциро­
ванного подхода, в котором определялось соотношение традици­
онного и рационального начал в «инородческом управлении», а
также разрядная принадлежность той или иной группы коренно­
го населения (в зависимости от уровня общественно-экономического развития)2.
Следующей попыткой унифицировать управление у сибир­
ских татар, касавшееся судебной компетенции общины, явилась
реформа П.Д. Киселева 1840-х гг. По этой реформе у татар, как и у
русских крестьян Сибири, учреждались особые выборные орга­
ны - судебные расправы: в волостях - волостные, в селах - сель­
ские. Сельская расправа состояла из председателя (по должности
им был сельский старшина) и двух добросовестных, старшего и
младшего, избираемых из числа однообщественников. Расправа
решала дела по искам на сумму до 5 р. серебром, а также могла
приговаривать за проступки к штрафу от 25 к. до 1 р. серебром,
общественным работам на срок до 6 дней, заключению под стра­
жу и телесному наказанию до 20 ударов розгами. Если приговор
не удовлетворял тяжущихся, они могли обратиться в волостную
расправу. Ведомству волостной расправы подлежали дела о кра­
1
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских (Свод зако­
нов. Т. X, ч. 2). Изд. 4-е. СПб., 1873. С. 260.
2 Конев А.Ю. Коренные народы Северо-Западной Сибири в админи­
стративной системе Российской империи (XVIII-начало XX вв.). М.,
1995. С. 90.
15
жах на сумму до 30 р. серебром. Она могла приговаривать к нака­
занию до 60 ударов розгами1.
Среди сибирских татар реформа распространялась не повсе­
местно. В Тобольском, Тарском и Ялуторовском уездах, как видно
из донесения чиновников, добросовестные в общинах не выбира­
лись. А в Тюменском уезде лишь в некоторых волостях избира­
лись старший и младший добросовестные, с одним или двумя
кандидатами2. В частности, такие должности общинного самоуп­
равления встречались в конце XIX-первой половине XX в. в Кашегальской волости Тюменского уезда3.
Во второй половине XIX-начале XX в. устройство общинного
самоуправления и суда у сибирских татар подчинялось требова­
ниям «Общего положения о крестьянах» от 19 февраля 1861 г.
Однако реализация закона у сибирских татар стала возможна
только после принятия «Положения о сельском состоянии», из­
данного в 1879 г., и циркулярного распоряжения Тобольского гу­
бернского правления от 30 апреля 1890 г. Результатом реформ
явилась унификация системы местного самоуправления, уравне­
ние с органами управления русских крестьян. В конце XIX в. рос­
сийская администрация старалась усилить контроль за дея­
тельностью
крестьянского
самоуправления,
«последовательно
наращивала
бюрократический
аппарат,
стремясь
окончательно
поставить его под свое регулирующее воздействие»4. Реальным
воплощением этой политики стало введение института кресть­
янских начальников по закону от 2 июня 1898 г. Этот институт
явился сибирским вариантом института земских начальников,
введенного в Европейской России. Его особенностью являлось
возложение на крестьянских начальников дополнительного по­
печения над «инородческим» населением. По закону на них воз­
лагались контролирующие функции, наблюдение за волостным и
1
Сборник постановлений для руководства волостных и сельских уп­
равлений. СПб., 1853. С. 77, 165, 167-169.
2 ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 34. Д. 390. Л. 9-9о6„ 35-36.
3 ГУТО ГАТО. Ф. И-80. On. 1. Д. 26. Л. 58.
4 Сибирь в составе Российской империи. М.: Новое лит. обозрение,
2007. С. 148.
16
сельским управлением крестьянских общин и «инородцев». Еже­
годно члены съезда крестьянских начальников, иногда совместно
с Губернским управлением по крестьянским делам, производили
ревизию волостных правлений, где наряду с другими документа­
ми проверяли материалы волостных судов. В случаях уличения
должностных лиц в проступках и преступлениях крестьянские
начальники могли налагать на них административные взыскания,
привлекать к уголовному наказанию. За все должностные пре­
ступления и проступки сотрудники волостного и сельского уп­
равления могли подвергаться замечаниям, выговорам, денежным
взысканиям или аресту до семи дней. За тяжкие правонарушения
их могли отстранить от должности. Согласно Уложению о наказа­
ниях уголовных 1885 г., лица, занимающие выборные должности,
не подвергались телесному наказанию1. Таким образом, по срав­
нению с земскими начальниками права крестьянских начальни­
ков были значительно расширены, фактически они являлись пол­
ными хозяевами в «инородческой» волости.
В целом, на протяжении ХГХ-начала XX в. в административ­
ной политике применительно к сибирским татарам происходила
унификация органов самоуправления и суда. В ходе реформ про­
водилась в жизнь идея интеграции инородцев в сословие кресть­
ян. Как отмечают авторы монографии «Сибирь в составе Россий­
ской империи», происходила «эволюция от косвенной системы
управления к управлению по крестьянскому образцу»2.
1.1.
Низовые судебные органы
в XVIII-первой половине XIX века
В XVIII-первой половине XIX в. судебные полномочия у си­
бирских татар имели выборные лица от волости, от селения, му­
сульманские духовные лица и мирской сход.
1 Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Изд. 1885 г.
С включением ст. по 1912-1914 гг. Пг„ 1916. С. 67; Бакиева Г.Т. Волостное
управление у сибирских татар во второй половине XIX-начале XX в. //
Вестник археологии, антропологии и этнографии. Тюмень: Изд-во
ИПОС СО РАН. №1 (12). 2010. С. 161.
2 Сибирь в составе Российской империи. С. 243.
17
Выборные от волости - волостные старшины или головы
(сиб. тат. башлык), которых также называли «князцами», «сотни­
ками» или «ясаулами», наряду с административными, были наде­
лены и судебными полномочиями «при разбирательстве их (си­
бирских татар. - Г.Б.) между собою спорных случаев»1. В старшины
выбирали обычно из «прожиточных, добрых, неподозрительных,
непьяниц, в штрафах и начетах и наказаниях ни в каких не бы­
вавших»2. Эти формулировки спускались сверху - именно таких
людей власти хотели видеть на выборных должностях. В ука­
занный период срок службы старшин у сибирских татар не был
определен законом. Например, старшина Подгородной волости
Тарского уезда Нияс Абышкин исполнял свои обязанности 21 год,
князец Аялынской волости - 42 года3, старшина Тюменского
уезда Муллабак Кучаков - 18 лет4.
Среди сибирских татар в XVIII-первой половине XIX в. вы­
делялись «жалованные головы», которые передавали свою долж­
ность по наследству. К этой категории относились «головы то­
больских татар» из рода Кульмаметьевых. Они получили право
«производить между татарами всякую расправу» и «за малые ви­
ны самим наказывать». Должность головы тобольских служилых
и «захребетных» татар и судебные полномочия получил в 1700 г.
Авазбакей Кульмаметьев «в вознаграждение его службы». В тече­
ние XVIII в. представители рода Кульмаметьевых были пожало­
ваны царскими грамотами, дорогой одеждой, личным оружием.
В 1787 г. Сабанак Кульмаметьев был назван «Тобольского иррегу­
лярного легкого казачьего войска и ясачных магометан 1-го класса
головой»5. В 1816 г. в 77 селениях Тобольского округа, находя­
щихся в ведении капитана мурзы Рахматуллы Кульмаметьева,
было зарегистрировано 4687 человек обоего пола6. Кроме того,
1
ГУТО ГАТО. Ф. И-10. On. 1. Д. 806. Л. 1.
Там же. Ф. И-47. On. 1. Д. 2213. Л. 10, 14; Д. 2188. Л. 5об.; Ф. И-10.
Oп. 1. Д. 806. Л. 20-20о6.; ГУТО ГАТ. Ф. 341. Oп. 1. Д. 43. Л. 22, 24, 60об.
3 Валеев Ф. Т. Указ. соч. С. 58
4 ГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1 Д. 806. Л. 1-1об.
5 РГИА. Ф. 1286. Оп. 2. Д. 347. Л. 18.
6 ГУТО ГАТ. Ф. 154. Оп. 8. Д. 347. Л. 567-815о6.
2
18
следует отметить, что именно Кульмаметьевы участвовали в со­
ставлении документов по обычаям сибирских татар конца XVIIIпервой половины XIX в.
В указанный период в структуре исполнительной власти во­
лостной общины значительное место занимали так называемые
«опекуны». Институт опекунов имел распространение лишь в Тю­
менском и Тарском уездах Тобольской губернии. Власти опреде­
ляли для опекунов прежде всего судебные полномочия в рамках
«справедливого разбирательства» по маловажным делам «между
татарами и другими разного чина людьми чинить по самой су­
щей справедливости, избавляя обидимых от лица сильных»1.
В ведении опекуна были жители всей волости. Как происхо­
дили выборы опекуна, показывает следующее дело. В феврале
1790 г. из 10 татарских селений Тюменского округа (Матмасовских, Казаровских, Салаирских, Саганских, Ахманских, Канченбурских, Искинских, Янтыковских, Тарманских, Нижне-Тарманских) волостным сходом были выбраны три кандидата в опеку­
ны - Ерымбет Мукушев, Аптык Ишимов, Ремезан Буклушев. Как
было указано «людей поведения хорошего, неподозрительных, же­
натых, домы имеются и хлебопашество производящих». Из трех
кандидатов опекуном волости был выбран Ерымбет Мукушев.
Всего по Тюменскому округу было выбрано 5 опекунов. Все они
были приведены к присяге муллой Вельямином Сеит Шабабиным2. Следует отметить, что присяга для должностных лиц об­
щины была установлена и в русских волостях, при этом текст
клятвы был единым как для татар, так и для русских. Введение
присяги для должностных лиц общины подтверждало, что цент­
ральная власть рассматривала их как своих агентов на местах3.
Срок службы опекунов, так же как и других должностных лиц та­
тарской общины в XVIII-первой половине XIX в., не был точно
определен администрацией. Например, опекун Яровской волости
1
ГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 803. Л. 2об.-3.
Там же. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 804. Л. 7, 13, 15.
3 Миненко Н.А. Русская крестьянская община в Западной Сибири.
XVIII-первая половина XIX века. Новосибирск, 1991. С. 83-84.
2
19
Муса Урозаев находился в должности 13 лет, опекун Асембет
Машкин занимал должность с 1766 по 1784 г., пока не умер1.
В сельском обществе судебными полномочиями обладали вы­
борные от селения - старосты, десятники. Являясь выборными
лицами, они не могли самовольно решать спорные вопросы, а вы­
носили их на рассмотрение сельского или волостного схода. При
совершении преступления пострадавший или свидетель сообщал
о случившемся десятнику, который немедленно собирал сход с
привлечением ответчика. Староста налагал арест на членов общи­
ны, в том числе выборных, находящихся в его подчинении (сбор­
щиков податей и пр.). Волостной сход состоял из выборных пред­
ставителей селений, входивших в волость, и «лучших людей».
При разбирательстве споров, в том числе семейных, активное
участие в сходах принимали мусульманские духовные лица. Пра­
во мусульманского духовенства решать брачные дела в приходах
было подтверждено Положением от 5 мая 1811 г., а также Поло­
жением 1830 г. Апеллировать по таким делам можно было, обра­
щаясь в Оренбургское магометанское духовное собрание2. К при­
меру, в 1800 г. в юртах Каскаринских, старшиной Муллабаком
Кучаковым «обще с муллой агуном Сеитом Муллагуловым с при­
глашением старших лучших людей» рассматривалось дело «о бес­
человечном битии Калиметом Кучуковым своей жены Калисы»3.
Другой пример характеризует судебную компетенцию сель­
ского схода. В ноябре 1797 г. заседатель Аптрахман Тажбулатов и
десятник Итылгай Калышев созвали сход для рассмотрения дела
о побоях дочери Сеитяша Култашева ясачными татарами - её му­
жем Алтьяром, свекром Ягней Мятиковым и свекровью Калисой
Емановой. На сходе «в присутствии собрания народского» разби­
рательство производили заседатель, десятник, муллы и «лучшие
люди»4.
1
ГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 803. Л. 1-1о6.
В память столетия Оренбургского магометанского духовного соб­
рания, учрежденного в г. Уфе. Уфа. Тип. Губернского правления, 1891.
С. 24, 28.
3 ГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 3464. Л. 11-11об.
4 Там же. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 3462. Л. 14об.-15.
2
20
В этот период при разбирательстве судебных дел в общине
сибирских татар органы местного самоуправления руководство­
вались традиционными нормами, основанными на обычном пра­
ве и шариате.
Таким образом, судебные полномочия в сельской общине си­
бирских татар в XVIII-первой половине XIX в. имели традици­
онные органы местного самоуправления - «князцы», опекуны,
волостные старшины, сельский сход, а также мусульманские
духовные лица общины. Суд основывался преимущественно на
обычном праве. Попытки унифицировать управление и суд у си­
бирских татар в ходе реформ 1820-1840-х гг. не увенчались ус­
пехом.
1.2.
Низовые судебные органы
во второй половине XIX-начале XX века
Во второй половине XIX-начале XX в. в системе местного са­
моуправления и суда у сибирских татар произошли существен­
ные изменения. Состав управления был приведен в соответствии
с Общим положением о крестьянах, согласно которому в струк­
туре местного самоуправления были выделены органы волост­
ного и сельского управления. К органам волостного управления
относились
волостной
сход,
волостное
правление,
волостной
старшина, два заседателя (помощники), писарь. Кроме того, уч­
реждался также особый волостной суд в составе 4-12 выборных
судей. В сельском управлении выделялись сельский сход и сель­
ские старосты1.
Ниже рассмотрим состав, полномочия и функции этих ор­
ганов.
Сельский сход являлся не только низшим звеном управле­
ния, но и низшей судебной инстанцией. К ведению сельского схо­
да относились вопросы, связанные с временным отстранением
общинников от участия в сельском сходе, применявшееся к недо­
имщикам, и удаление из общества «вредных и порочных» членов.
1 Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависи­
мости. Ст. 46, 69, 87, 93//Крестьянская реформа в России 1861 г. Сб. за­
конодательных актов. М., 1954. С. 48, 54, 58, 60.
21
Если в сельском обществе насчитывалось более 300 членов, то та­
кой приговор считался окончательным. На сельский сход возла­
галось установление попечителей и опекунов к малолетним сиро­
там, а также производство учета их деятельности, осуществление
семейных разделов и пр.1
В компетенцию сельского схода входил учет денежных сбо­
ров, производившихся сельскими старостами и сборщиками по­
датей. Здесь выбирали учетчиков для проверки финансовой де­
ятельности должностных лиц, во время которой выясняли, не
присвоил ли проверяемый часть денег себе2. В случае неправиль­
ного решения, вынесенного сельским сходом, устанавливалась
материальная ответственность каждого члена схода. Например,
крестьянский начальник 2-го участка Тюменского уезда 14 июня
1899 г. вынес постановление «подвергнуть взысканию по 50 к.» с
каждого из составителей приговора Болыне-Акияровского сель­
ского схода «об отобрании земельного надела от вдовы Айницемал Хабибуллиной за неплатеж податей». Сельский староста Му­
хамед Кабиров «за допущение постановить такой приговор» был
подвергнут штрафу в 1 р. Крестьянский начальник нашел, что
приговор составлен вопреки законному распоряжению3.
Сельский староста, являясь непосредственным представите­
лем сельского общества, мог подвергать наказанию лиц, замечен­
ных в пьянстве, расточительстве, неповиновении своим хозяевам,
детей - родителям, в оскорблении родителей и в отказе им в пище
и одежде4. Также он мог подвергать виновных денежному взы­
сканию до одного рубля или аресту на срок не более двух суток.
Сельский староста производил опись имущества недоимщиков
или должников по имущественным сделкам. В 1889 г. за неис­
правный платеж податей и других повинностей у жителей юрт
1 Сборник узаконений, определяющих права и обязанности волост­
ных старшин и писарей. СПб., 1904. С. 63-70.
2 ГУТО ГАТО. Ф. И-80. Оп.1. Д.39. Л.18.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 333. Oп. 1. Д. 112. Л. 15.
4 Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 71.
22
Медянских волости Оброчных Чувалыциков был описан рогатый
и рабочий скот (лошади), а у муллы Мустафы Ниясова «даже но­
шеное платье, постельное белье и прочие хозяйственные прина­
длежности»1.
В мае 1909 г. за «неплатеж податей полугодового оклада и гу­
бернского земского сбора» была произведена опись имущества у
жителей юрт Андреевских Кашегальской волости Тюменского
уезда. Например, у Курмана Али Аптрахманова был описан само­
вар стоимостью 2 р. Опись производил и «описанное на хранение
принял до распоряжения волостного головы» Андреевский сель­
ский староста. При описи присутствовали и производили оценку
«инородцы» Аптуль Катыр Валигин и Кашегальский волостной
заседатель Ханафиев2. Жалобу на решения сельского старосты
можно было приносить вышестоящему начальству в семиднев­
ный срок.
Сельский староста должен был принимать необходимые ме­
ры для сохранения порядка и безопасности лиц и имущества об­
щинников от преступных действий, задерживать бродяг и беглых
и представлять их местной полиции. В случае совершения пре­
ступления в общине сельский староста делал предварительное
дознание, задерживал виновных и обеспечивал сохранность сле­
дов преступления до прибытия судебного следователя или мест­
ной полиции3.
Рассматривая должностных лиц волостного самоуправления,
отметим некоторые общие черты, характерные для них. Все долж­
ностные лица избирались сроком на три года. На один год изби­
рались только судьи. Ко всем должностным лицам волости по за­
кону предъявлялись следующие требования: возраст не моложе
25 лет, преимущественно из домохозяев, не состоящие под судом
и следствием, не подвергавшиеся телесному наказанию по суду4.
1
ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 40. Д. 72. Л. 4-4об.
ГУТО ГАТО. Ф. И-80. Оп.1. Д. 47. Л. 38-39.
3 Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 72.
4 ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19.Л. 61-61об.
2
23
Вступая в должность избранные должностные лица волост­
ного правления - старшины, судьи, заседатели - давали присягу
на верность службе. Согласно закону, присяга или «клятвенное
обещание» у сибирских татар-мусульман приносилась на Коране
в присутствии муллы. Это правило было введено вышестоящи­
ми властями еще в начале XVIII в. и сохранилось вплоть до 1917 г.
Текст клятвы был единым для русских и татар, один экземпляр
«клятвенного обещания» находился у муллы, другой - хранился в
волостном правлении1. Введение присяги для должностных лиц
общины лишний раз подтверждало, что центральная власть рас­
сматривала их как своих агентов на местах, низших администра­
торов2.
Избранные обществом на должности не имели права отказы­
ваться от исполнения своих обязанностей. Исключение составля­
ли следующие случаи: если должностному лицу было более 60 лет,
если он уже прослужил по выбору полный срок или в случае тя­
желой болезни3. Однако должностные лица обращались к выше­
стоящему начальству об освобождении от занимаемых должнос­
тей и по другим поводам. Заявления должностных лиц об уволь­
нении
сначала рассматривались
крестьянским начальником,
а
затем на волостных сходах. Например, в декабре 1909 г. к кресть­
янскому начальнику второго участка Тобольского уезда с проше­
нием об увольнении от должности обратился кандидат Бухарско­
го волостного головы Халит Сейнитдинов, мотивируя это тем,
что он «очень бедный и имел отроду всего 23 года». Однако кресть­
янский начальник, изучив семейное и имущественное положение
просителя из метрической выписи, выданной муллой мечети Ва­
ли Капшановым, и из сведений, полученных от волостного голо­
вы Хабибуллина, не согласился с просителем. Состав имущества
не позволял считать просителя бедным. Он имел: дом, завозню,
пригоны, двух лошадей, одну корову, одного теленка, одну овцу,
одну телку, две дровни. Семья Сейнитдинова насчитывала 7 чело­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. боб.
Миненко Н.А. Указ. соч. С. 83-84.
3 Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 1.
2
24
век: он сам, его жена (2,0 лет), двое детей, мать (55 лет), сестра (12
лет) и брат (16 лет)1.
В другом деле сход волости Оброчных Чувальщиков в дека­
бре 1909 г. рассматривал личное заявление двух волостных кан­
дидатов Мухамедьяра Мухамет Казыева и Мухаметситдика Салиманова о досрочном освобождении их от занимаемых должностей,
как они указали, «по семейным обстоятельствам». Сход едино­
гласно постановил освободить просителей от должностей, а на их
места избрали Ильяса Маметалиева и Ихсана Уразмухаметова,
записав, что они «поведения хорошего, под судом и следствием не
состояли, имеют скотоводство и домообзаводство и возложен­
ную на них службу могут нести без разорения»2.
Исполнение обязанностей должностных лиц волостного и
сельского управления являлось натуральной повинностью, по­
этому на время службы они освобождались от других повин­
ностей. Кроме того, в некоторых волостях старшины и судьи по­
лучали жалованье, размер которого устанавливался волостным
сходом.
Согласно Уложению о наказаниях, лица, занимающие выбор­
ные должности, не подвергались телесным наказаниям3. Как мера
поощрения для должностных лиц волостного и сельского управ­
ления, занимавших должности «беспорочно» в течение трех лет,
устанавливалось право быть присяжными заседателями4.
Волостной старшина занимал главное место в иерархии во­
лостного и сельского самоуправления. В его ведении находились
не только должностные лица, но и все крестьянское население во­
лости. Власти, выделяя волостного старшину из среды общинни­
ков, наделяли его следующими качествами: «своим поведением
обязан служить примером для всех крестьян своей волости, ...за­
служить их уважение, поступать с ними справедливо, вести себя
честно и безукоризненно, терпеливо выслушивать всегда просьбы
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Оп. 1. Д. 18. Л. 1-6.
Там же. Ф. 346. Оп.1. Д. 17. Л. З-Зоб.
3 Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. С. 67.
4 ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 29. Л. 352.
2
25
крестьян, советовать по всем их делам, вникать в положение
крестьян и стараться... об улучшении этого положения..он не
должен позволять себе напиваться допьяна, употреблять непри­
стойные бранные слова, участвовать в каких-либо буйствах и
драках...»1
Утверждение в должности и удаление от должности волост­
ных старшин, а также их помощников (кандидатов), в случае «не­
исправного отправления ими обязанностей или замеченных с их
стороны злоупотреблений», предание их суду предоставлялись
губернатору2.
Во время службы волостные старшины должны были носить
на шее особый знак, изготовленный из светлой бронзы, на лице­
вой стороне которого был изображен герб губернии с надписью
вокруг - «волостной старшина», а на обратной стороне вензеле­
вое изображение имени Его Величества с надписью вокруг «19 февраля 1861 г.»3
Здесь следует отметить, что сибирские татары видели в ноше­
нии такого знака оскорбление их религиозных чувств, «б виду
изображения на одной стороне знака креста». Об этом писал в
1900 г. поверенный от Вагайской волости Тухтабай Курманов.
Он обратился к Тобольскому губернатору с прошением, чтобы
крестьянские начальники не обязывали старшин носить долж­
ностные знаки. Определением Тобольского губернского управле­
ния по крестьянским делам от 25 июля 1900 г. было отменено рас­
поряжение
крестьянского
начальника
о
ношении
волостными
головами из татар должностных знаков на груди4. Аналогичная
просьба исходила и от поверенного Карагайской волости5.
В случае сложения своих полномочий волостной старшина
передавал должностной знак вместе с документами и волостны­
ми суммами своему преемнику. Процедура передачи волостного
1
ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 72-72о6.
Там же. Ф. 335. Оп.1. Д. 1. Л. 4 об.
3 Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 43;
ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 113.
4 ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 335. Л. 6-7об.
5 Там же. Ф. 335. Oп. 1. Д. 115. Л. 16.
2
26
имущества происходила в присутствии членов волостного прав­
ления, а иногда и понятых путем оформления протокола или пе­
редаточного акта. Все присутствовавшие лица ставили свои
подписи в протоколе, а должностные лица прилагали свои печати.
Например, в феврале 1914 г. такой передаточный акт был со­
ставлен в Надцинской волости. В нем записано: «мы, нижепод­
писавшиеся волостные старшины... бывший Аптул Суючев и
вновь наступающий на трехлетие с 1914 по 1917 гг. Аптул-Алим
Колыбаев, в присутствии волостного заседателя Аширова про­
изводили сдачу и прием денежных сумм, документов и имущества
волостного правления. При чем Колыбаев, вновь избранный
старшина, принял от Суючева наличными деньгами 279 р. 5 к.,
документами (книжки сберегательной кассы) 217 р. 61 к. и пас­
портных бланков 35шт... Затем принял все имущество, ...при­
надлежащее волостному правлению, кроме 2 штемпелей, 1 ковша,
1 стула и 1 пепельницы, пришедших в полную ветхость и потому
подлежащих из описи исключению, а всего принял имуш,ества на
сумму 109 р. 60 к, а также принял должностной знак и печать. Все
означенное выше сдал в наличность, я, Аптул Суючев, а, я, АптулАлим Колыбаев, принял полностью...»1
Волостные старшины были наделены широкими полномо­
чиями. Прежде всего они отвечали за отправление общинниками
повинностей как денежных, так и натуральных. В их ведении на­
ходились гражданские и «маловажные» уголовные дела, совер­
шенные лицами, им подведомственными. Они могли наложить
на виновных такие наказания, как общественные работы до двух
дней, денежные взыскания до одного рубля в пользу обществен­
ных сумм, арест на срок не более двух суток2. К примеру, волост­
ной старшина Бухарской инородной волости Бикбулатов 15 мар­
та 1908 г. вынес постановление об аресте на двое суток при
Вагайском инородном управлении бухарцев юрт Байгаринских
Нияса
Айтмухаметова,
Хуснутдина
Тляумухаметова,
Кальмета
Айтмухаметова за упорный неплатеж повинностей. В июле 1909 г.
1
2
ГУТО ГАТ. Ф. 348. Oп. 1. Д. 11. Л. 27-27об.
Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 72-77об.
27
«за упорный неплатеж» мирского сбора Бикбулатов вынес поста­
новление «подвергнуть аресту в каталажной камере» в течение
одних суток бухарца юрт Исеневских Абдулфатиха Мухамет-Бакиева1. Тот же волостной старшина 21 марта 1908 г. за «крайнее
упорство при исполнении законных требований, за неплатеж по­
датей и за грубости, оказываемые бухарцем юрт Саусканских
Таиром Чаулановым Янышевым» постановил «выдержать» его под
арестом в каталажной камере при Тобольском городском поли­
цейском управлении двое суток2.
Волостной старшина устанавливал наказание в отношении
общинников за «упорный неплатеж» податей и повинностей, за
неявку на волостной сход или самовольный уход со сходки, за на­
рушение тишины и спокойствия в ночное время на улицах, оказа­
ние неповиновения властям и т. д.3
Правонарушения, связанные с неповиновением властям, ха­
рактеризуют следующие материалы. Арест в «каталажной» каме­
ре в течение двух суток был назначен бухарцу Вагайских юрт
Хайрулле Катангулову, как было указано в постановлении «за гру­
бое и дерзкое обращение с волостным головою при исполнении слу­
жебных обязанностей»4.
Отказ явиться по требованию сборщика податей и за грубое
обращение с десятником стали поводом для ареста «инородца»
юрт Байгаринских Хайретдина Хисаметдинова и бухарца юрт
Тачимовских Башира Алимова, которого еще и обвиняли «б на­
рушении тишины в Управлении в пьяном виде»5.
3 февраля 1910 г. за ослушание и нанесенное оскорбление
словами помощнику Вагайского писаря и Будалинскому сельско­
му сборщику при исполнении ими служебных обязанностей под­
вергли аресту на двое суток бухарца юрт Байгаринских Аптулгалика Абдулвахитова. В октябре 1910 г. «за ослушание» были
1
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 23. Л. 14, 16.
Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 23. Л. 4.
3 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 25. Л. 1, 5, 18-18об.; Ф. 346. Oп. 1. Д. 76. Л. 7.
4 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 23. Л. 19-19об.
5 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 23. Л. 20-22.
2
28
арестованы на одни сутки бухарцы юрт Медянских Назыр Баши­
ров и Шаймардан Шимантов1.
Волостные старшины имели право подвергать наказанию
должностных лиц, находившихся в их подчинении - сельских
старост, сборщиков податей и др. Например, волостной голова
Бикбулатов «за неуспешное собрание податей, за неисполнение
приказаний членов Инородного управления и за неявку в управ­
ление» подверг аресту на двое суток сборщика податей Саусканского сельского общества юрт Комаровских Салима Мухамета
Муратова2.
В компетенцию волостного старшины входили дела, связан­
ные с поимкой бродяг, беглых и дезертиров и наблюдение за тем,
чтобы никто не давал этим лицам пристанища и не укрывал их.
Он должен был задерживать таких лиц и представлять в поли­
цейское управление3. Старшине вменялось при этом обращать
особое внимание на малолетних детей, которые находились с ни­
щими. Необходимо было расспрашивать этих детей о том, откуда
они, есть ли у них родители или родственники, каким образом
они попали к нищим, как те с ними обращаются. Если выясня­
лось, что дети были взяты нищими обманом, или изувечены,
старшина был обязан немедленно отправить их к вышестоящим
властям4.
На волостного старшину возлагалась обязанность решать де­
ла по долговым обязательствам. При отсутствии денег для выпла­
ты долга от должника требовали обеспечения, соразмерного сум­
ме долга. В противном случае старшина мог описать имущество
должника. При взыскании и обеспечении исков часть имущества
крестьян
и
оседлых
инородцев
считалась
неприкосновенной.
К такому имуществу относились дом, в котором жил должник,
с необходимыми постройками; одежда для семейства; рабочий
скот, упряжь, телега, соха и прочие орудия земледелия и промыс­
лов; количество хлеба, необходимое для прокормления семьи до
1
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 25. Л. 24.
Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 23. Л. 54.
3 Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 72-77об.
4 Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 78-78об.
2
29
нового урожая, и семена, необходимые для посева. Если у долж­
ника для удовлетворения исков по долгам не хватало имущества,
то его могли отдать с письменным видом на работу к частному
лицу на один год за условленную сумму, которую затем отдавали
заимодавцам, для удовлетворения всех долговых исков1.
О дне и месте продажи имущества в волостном правлении
вывешивалось объявление, по крайней мере, за неделю до торга,
и в этот же срок оповещались через сельских старост жители всех
ближайших селений. В случае временного затруднения отдельных
домохозяев, при невозможности ими внести окладные платежи,
волостной старшина был обязан обращаться к вышестоящему на­
чальству о просрочке исполнения или других льготах этим домо­
хозяевам. До проведения торгов, волостной старшина должен
был производить опись имущества, а оценку этого имущества
проводили специально выбранные для этого случая оценщики из
числа однообщественников. К примеру, 26 сентября 1910 г. во­
лостным старшиной Карагайской волости Карымовым была про­
изведена опись имущества, принадлежащего Хисматулле Мерелиеву, в удовлетворении иска Ибатуллая Чебарова на сумму
36 р. 60 к.2
Волостным старшинам власти определили также функции
следователей и дознавателей при расследовании тяжких преступ­
лений в общине. Хотя такие преступления не входили в компе­
тенцию сельской общины, власти обязали ее должностных лиц
проводить необходимые меры по задержанию преступников. Ес­
ли совершалось какое-либо преступление, волостные старшины
немедленно задерживали и расспрашивали подозреваемых, а так­
же беглых и подозрительных людей, подробно описывали все
происшествие. В случае обстоятельств, не терпящих отлагатель­
ства, волостные начальники могли подвергать этих людей аресту
или личному задержанию, отдавать на поруки, брать подписку о
«невыезде» с места жительства или явке в суд. Следствие по уго­
1
2
30
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. С. 258.
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 19. Л. 8.
ловным преступлениям должно было производиться насколько
возможно быстро и оканчиваться в месячный срок1.
Волостной старшина, применяя арест в отношении подозре­
ваемого, обязан был составить постановление о взятии под стра­
жу. Оно содержало следующие сведения: кем и когда произведен
арест; звание, имя, отчество задержанного; преступление в кото­
ром он подозревается; основание задержания. В конце ставилась
подпись лица, составившего постановление. Оно предъявлялось
обвиняемому до истечения суток со времени его задержания.
Местом заключения при дознании являлось место в «сборной»
(комнате для сходок при волостных правлениях). Были разрабо­
таны правила о порядке содержания при волостных правлениях
подследственных арестантов: эти помещения должны разделять­
ся на две половины - мужскую и женскую. Обвиняемые в соучас­
тии по одному и тому же делу не могли помещаться вместе. При
приеме у задержанных отбирались деньги и ценные вещи, а также
вещи, которые могли быть опасными: ножи, бритвы, гвозди, пал­
ки и др. Все отобранные вещи обозначались в реестре. Ключи от
арестантских камер должны были храниться у наиболее благона­
дежного караульного, которого назначал волостной старшина.
Арестантов охраняли штатные сторожа. Для того чтобы арестан­
ты не совершили побег, предусматривались специальные прави­
ла: караульным необходимо было следить, чтобы те не останавли­
вались возле домов, прося милостыню, не заходили в публичные
дома, не употребляли вино и не принимали вещи от проходящих.
Камеры должны были освещаться всю ночь до рассвета. Арестан­
там запрещалось в камерах или у своих постелей делать занавески
и загородки рогожами или другими предметами. Для естествен­
ной надобности арестанта должны были сопровождать один или
двое караульных (в зависимости от тяжести преступления). Иног­
да подозреваемых в тяжких преступлениях могли заковывать в
кандалы весом от 5 до 5,5 фунтов. Но существовали ограничения
1
Сборник действующих в Тобольской губернии узаконений и распо­
ряжении по следственной части / Сост. Газенвинкель. Тобольск, 1888.
С. 15, 18.
31
для применения кандалов в отношении малолетних обоего пола,
лиц, освобожденных от телесных наказаний, и женщин. Употреб­
ление вина, курение, игры в карты, кости, шашки и другие увесе­
ления не позволялись, свидания не разрешались1.
Власти рассматривали волостных старшин как своих агентов
на местах, поэтому в случае преступления в отношении этих лиц
при исполнении ими служебных обязанностей, предусматрива­
лись довольно строгие наказания. Так, за оскорбление волостного
старшины
насильственными
действиями
виновный
подвергался
заключению в тюрьму на срок от двух до восьми месяцев, а за ос­
корбление словами - аресту от семи суток до трех месяцев. При
этом,
если
оскорбления
были
нанесены
подведомственными
старшине лицами, наказание было более строгим2.
Большое место в волостном управлении сибирских татар за­
нимали волостные писари, несмотря на то, что по закону, они не
имели никакой распорядительной власти в волости и не имели
права голоса на волостных и сельских сходах3. Наравне с долж­
ностными лицами волостного управления они несли ответствен­
ность за ненадлежащее ведение дел в волостном правлении. Во­
лостной писарь отвечал за неисправность делопроизводства во­
лостного правления, превышение пределов своих обязанностей и
служебный подлог. Согласно ст. 362 Уложения о наказаниях, в слу­
чае подлога по службе он подвергался уголовному наказанию в
виде лишения всех прав состояния и ссылке, или потере всех лич­
но и по состоянию присвоенных особенных прав и преимуществ,
или отправке в исправительные арестантские отделения4.
Писарями в татарских волостях, как правило, были русские.
Например, по сведениям на 1896-1901 гг. волостными писарями
1 О мере пресечения при дознании и порядке содержания арестантов
при волостных правлениях и полиции и пересылке их: пособие для чи­
нов полиции, волостных и сельских начальников в Сибири. Тобольск,
1893. С. 6, 9, 25 30.
2 Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 43.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 124.
4 Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 60.
32
служили: в Тарском уезде в Аевской волости - А.И. Залепугин, в
Тевризской - В.Н. Вихляев, в Коурдакской - Е.М. Лоншаков, в
Саргатской - Л.Л. Кокорин, в Тавско-Утузской - И.Ф. Бердюгин, в
Аялымской - Н.П. Измайлов, в Бухарской - А.М. Деев; в Тоболь­
ском уезде в Уватской волости - П.П. Меньщиков, в Вагайской
волости - Е. Черноусов, в Тобольской Городовой и ОтдельноБабасанской - Е.И. Соколов, в Истяцкой - М.И. Попов, в Карагайской - Д.Я. Беляев; в Тюменском уезде в Кашегальской во­
лости - П.Н. Бубиновский, в Бухарской - А.Л. Лобанов, в Нердинской - А.А. Апостолов, в Калымской - И.И. Масков, в
Кречетинской - Г1.Ф. Четверкин и в Авазбакеевской волости Ялу­
торовского уезда - В.Ф. Кожевников1. В некоторых волостях у
писарей были помощники, так называемые мирские писцы, кото­
рые выбирались из среды татар. Поскольку большинство татар­
ского населения не знало русской грамоты, а многие даже не гово­
рили по-русски, мирские писцы выступали переводчиками, по­
средниками между русским писарем, должностными лицами и
общинниками.
На должность волостного писаря не могли назначаться лица,
исключенные из службы, состоящие под судом и следствием и
«вообще заведомо развратного поведения»2. Губернская админи­
страция следила за тем, чтобы в писарях не оказывались лица,
отбывшие наказание за воровство и мошенничество, чтобы они и
в новой должности не допускали подобного. Писари должны бы­
ли иметь хозяйство, имущество, чтобы в случае хищений ими из
общинной казны, можно было взыскать недостачу из его личных
средств.
Уровень грамотности волостных писарей был невысоким.
Например, Карагайский волостной писарь Иосиф Николаев окон­
чил лишь курс начальной школы. Однако это не помешало ему
выполнять различные должности до того, как он стал волостным
1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 149. Л. 22-22об„ 38, 57, 59, 82об„
93-94, 132.
2 Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 61-61об.
33
писарем в татарской волости. Он служил псаломщиком, помощ­
ником волостного писаря, сельским писарем, волостным писарем
в русской Кугаевской волости, в Тобольской дирекции народных
училищ1.
Как правило, большинство писарей, назначаемых в татарские
волости, уже имели опыт работы в русских волостях или опыт ра­
боты на других должностях. Например, волостные писари Вагайской и Уватской волостей В. Кириллов и И. Козьминых до службы
в татарских волостях были военными писарями; писарь Нердинской волости Тюменского уезда Ананий Апостолов был старшим
членом коммерческого суда; писари Аевской, Саргатской, Аялынской волостей Тарского уезда служили в канцелярии уездного
крестьянского начальника2.
Обычно волостные писари находились на должности по най­
му татарской общины и по утверждению крестьянского началь­
ника. Их увольнение также осуществлялось крестьянским на­
чальником. Нанимая писаря, общество устанавливало ему жало­
ванье, которое было самым высоким из числа предусмотренных
волостных расходов. Так, в Тобольской Городовой волости То­
больского уезда в 1904 г. писарю было назначено жалованье 600 р.
в год, а его помощнику - 100 р. в год. Для сравнения, жалованье
волостному голове было определено в сумме 120 р., кандидатам
волостного головы - по 60 р.3 В 1912 г. в Истяцкой волости жа­
лованье писаря составляло 720 р., в Вагайской - 540 р., в Тукузской - 444 р., в Карагайской волости - 700 р.4 В 1914 г. Надцинскому волостному писарю было назначено жалованье в 520 р.5
Карагайский волостной писарь Иосиф Николаев в 1917 г. получал
950 р., а мирской писец, переводчик Туйшанов Юсуп - 100 р.6
Столь весомое жалованье волостного писаря было, безусловно,
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. Збоб.
Там же. Ф. 335. Oп. 1. Д. 149. Л. 22-22об„ 38, 57, 59, 82об„ 93-94, 132.
3 Там же. Ф. 335. Oп. 1. Д. 35. Л. 12.
4 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 8. Л. 25-31.
5 Там же. Ф. 348. Oп. 1. Д. 7. Л. 17.
6 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. Збоб.-37.
2
34
оправдано. На него возлагалось все делопроизводство в волост­
ном правлении. Он должен был заблаговременно готовить все
бумаги, согласно установленным формам. В его обязанность вхо­
дило докладывать обо всех распоряжениях вышестоящих властей
волостному старшине. Вместе со старшиной писарь совершал по­
ездки по волости, в т. ч. и для сбора податей.
Вот как описывал в 1917 г. свои повседневные заботы Карагайский волостной писарь Иосиф Петрович Николаев: «В феврале
и начале марта мне пришлось написать два листа всех домохозя­
ев волости, предварительно переведя их с татарского на русский
язык... Затем на поездку по волости по силе службы было потра­
чено не меньше полутора недель, на производство учета за три
года волостного старшины и 6 сельских старост 9 дней, на произ­
водство продажи имущества по описям в пользу Чернышова и
других лиц 3 дня и на написание копий инородцам с описей и дру­
гих по этому делу бумаг 4 дня. Если же кроме всего этого принять
во внимание и остальную текущую работу по волости, то и вы­
ходит, что мне часто приходилось работать по ночам, ибо толь­
ко лишь ночью можно работать спокойно, и никто не помешает,
днем же рассчитывать на какую-либо требуюшую особенного
внимания и тщательности работу, совсем даже немыслимо. На
все эти кажущиеся на вид мелочи тратится немало времени, а в
придачу ко всему этому, нужно еще писать татарам и адреса на
письмах в действующую армию реквизированным инородцам. Хо­
тя это и не прямая обязанность писаря, но их писать здесь более
некому, да и нельзя своим отказом вооружить против себя всех
татар. Все это вместе взятое тормозит ход волостной работы,
так как ...раз до двадцати в день приходится бросать свою рабо­
ту и делать то, что просят татары»1.
О том, что в татарских волостях служить было труднее, чем в
русских, «жаловался» писарь Кречетинской волости Павел Четверкин. Он писал, что в русских волостях писари только ведут
волостные денежные книги, а переписка с вышестоящими орга­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. 38-39; Д. 85. Л. 23об.
35
нами лежит на его помощниках, да и то не вся, «ибо переписка
как-то о розыскных и прочее из волости предоставляется сель­
ским старостам и исполнение делают сельские писаря». В татар­
ских же волостях писарь один, у которого нет ни помощника, ни
сельских писарей1.
Безусловно, писаря можно было назвать правой рукой, глав­
ным помощником волостного старшины. Насколько добросо­
вестно писарь исполнял свои обязанности, настолько можно бы­
ло судить о деятельности волостного правления в целом. Проводя
ежегодную ревизию волостных правлений, крестьянские началь­
ники изучали, прежде всего, документацию, которая велась в во­
лости. В ходе ревизии документов они выносили заключения ли­
бо об успешном ведении делопроизводства, либо указывали на
недостатки. Например, в 1911 г. в ходе ревизии Карагайского во­
лостного правления членами съезда крестьянских начальников, в
книге «на записку замечаний» записано: «делопроизводство во­
лостного правления найдено в полном порядке и ведется аккурат­
но... отчетность в полном порядке. Книги на записку выдаваемых
паспортов ведутся очень опрятно и замечаний не вызывают, на
записку приговоров волостного схода, постановлений волостного
правления, сделок и договоров, словесных явок и жалоб, на записку
лиц арестованных при волости ведутся очень опрятно и замеча­
ний не вызывают. Архив содержится в порядке...». А по Истяцкому волостному правлению в 1912 г. крестьянские начальники сре­
ди замечаний указали, что «решения волостного суда изложены
грязно и безграмотно», «вообще делопроизводство волостного су­
да найдено в очень плохом состоянии». Вероятно, выявление чи­
новниками таких недостатков в делопроизводстве стало поводом
для увольнения волостного писаря Питухина2.
Для вышестоящих властей признаком успешности деятель­
ности местных органов самоуправления являлся успех в деле сбо­
ра податей. Безусловной заслугой в этом была деятельность не
только волостных и сельских старост, но и писарей. Некоторые из
1
2
36
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 216. Л. 56-56об.
Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 28. Л. 3, 8, 16-18.
них получали от администрации поощрения за заслуги на этом
поприще. Например, в 1895 г. Тобольский Губернатор Н.М. Бог­
данович объявил письменную благодарность волостному писарю
двух волостей Городовой и Отдельно-Бабасанской Тобольского
округа Емельяну Ивановичу Соколову. Как было отмечено в вы­
данном Соколову свидетельстве «за отличные и успешные дейст­
вия ваши по поступлению окладных сборов 1892-1894 годов»1.
В 1899 г. Соколов получил другое «свидетельство» о благодарнос­
ти от Тобольского уездного исправника Павлинова. В нем говори­
лось о том, что, «главная заслуга Соколова заключалась в приведе­
нии в порядок податного дела в обеих волостях... результатом
чего было безнедоимочное поступление в казну ежегодных оклад­
ных сборов и постепенное, с каждым годом погашение прежней
податной недоимки, накопившейся в несколько десятков тысяч
рублей, вследствие неисправного в прежнее время поступления
окладов. Вообще, по своим служебным способностям, знанию дела
и усердию к службе, Соколов всегда считался самым первым из
всех волостных писарей инородных волостей Тобольского округа»2.
Такая оценка вышестоящими должностными лицами, безу­
словно, являлась признанием заслуг писаря. Однако следует
учесть и то обстоятельство, что без доверия и уважения со сторо­
ны татарского населения русскому чиновнику было бы невоз­
можно достичь таких результатов.
Высокую оценку служебным качествам Е. Соколова дал и во­
лостной старшина Тобольской Городовой волости Аитмухамет
Айтов, отметив, что, прослужив писарем два года и «управляя де­
лами волости настолько добросовестно, что я не получил ни од­
ной неприятности по службе... Общество относится к Соколову
с таким доверием, что едва ли какой другой писарь заслужил
такового»3. Когда Е. Соколов, вследствие доноса, был удален
от
должности
«по
неблагонадежности»,
волостной
старшина
А. Айтов обратился к губернатору с просьбой об оставлении Со­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 208. Л. 11.
Там же. Ф. 335. Oп. 1. Д. 208. Л. 12.
3 Там же. Ф. 335. Oп. 1. Д. 208. Л. 9.
2
37
колова в должности. При этом старшина подчеркнул, что если
прошение не будет удовлетворено, то «буду просить общество об
увольнении меня от должности»1.
Однако не все волостные писари добросовестно выполняли
свои обязанности. Например, старшина Кречетинской волости
Тюменского уезда в 1901 г. вынужден был обратиться сначала к
крестьянскому начальнику, а затем к Тобольскому губернатору с
просьбой удалить от должности волостного писаря Павла Четверкина. В своем прошении старшина отмечал, что Четверкин
«дозволяет себе игнорировать своею службою, то, не являясь на
службу в канцелярию, для отлучек для удовлетворения своих лич­
ных прихотей, то напиваясь допьяна разъезжает на земских ло­
шадях по разным увеселительным притонам, гоняя для удоволь­
ствия земских лошадей. А на сделанное ему замечание и предосте­
режение по поводу его неаккуратности по должности, оказывает
мне полное неуважение и даже презрение, не прочитывает и не
разъясняет мне получаемые на мое имя и волости правительс­
твенные распоряжения и бумаги должностных лиц, но сам своею
властью разрешает и отвечает на таковые, требуя лишь от
меня должностную печать для приложения таковой выданной
бумаге»2.
Нерадивость в службе сельского писаря Ивана Ковригина,
граничившую «с преступной небрежностью», отметил волостной
заседатель Карагайского волостного правления. Он описал весь­
ма своеобразное поведение писаря: «при сильном увеличении ра­
боты в течение целого месяца он отказывался от должности...
С наступлением нового года, предвидя увеличение работ, как то,
открытие новых книг, раскладка податей, доставление различ­
ных сведений и пр. Ковригин снова отказался от должности в на­
дежде, что когда вся эта работа будет исполнена волостным пи­
сарем, то он вновь примет на себя обязанность сельского
писаря...»3
1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 208. Л. 10.
Там же. Ф. 335. Oп. 1. Д. 216. Л. 53-53об.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 76. Л. 12об.-13.
2
38
В некоторых случаях писари, пользуясь авторитетом среди
общинников, брали на себя несвойственные им по должности
обязанности, превышая свои полномочия. Как, например, это по­
казывает следующее дело. В 1915 г. крестьянский начальник То­
больского уезда отстранил от должности Вагайского волостного
писаря Хучашева «за противозаконные его действия», которые
заключались в том, что он возглавил бойкот решений вышестоя­
щих органов по делу о спорных землях между ясачными татарами
и бухарцами. Из материалов дела узнаем, что «по наущению пи­
саря действовали волостной старшина и сельский староста,
которые отдали приказ избить... бухарцев»1. Здесь подходит
характеристика, данная Н.М. Чукмалдиным в середине XIX в.,
писарю Троицкой волости Тюменского округа: «Волостной пи­
сарь был истинный вершитель местных дел и посредник в отно­
шениях между волостью и начальством, а голова, юридический
хозяин волости и нередко даже судья... превращался фактически
в полного манекена, руководимого писарем; он прикладывал к
делам и приговорам свою печать и произносил словесные реше­
ния, руководствуясь тем, что написал или сказал писарь»2.
Рассмотрим деятельность волостного суда у сибирских та­
тар. На должность волостных судей выбирались лица, не моложе
25 лет, не состоящие под судом и следствием и, преимуществен­
но, из домохозяев3. Не могли избираться на должность судей
лица, «заведомо развратного поведения», занимающие другие
должности волостного или сельского управления. Волостной суд
по закону должен был состоять из четырех-максимум двенадца­
ти судей. Иногда обязанность председателя суда возлагалась на
волостного старшину. Определение числа и установление меж­
ду ними очереди предоставлялись волостному сходу4. В Бухар­
ской волости Тобольского уезда функции волостного суда вы­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 11. Л. 5-5об.
Чукмалдин Н.М. Записки о моей жизни. М.: Типо-литография
А.В. Васильева и К°, 1902. С. 55.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 61.
4 Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 127об.-128.
2
39
полняла волостная расправа. В нее входили не специально вы­
бранные судьи, а волостной голова, два кандидата головы и
писарь1.
Сход по своему усмотрению мог назначать жалованье судьям
за время исправления ими должности. При вступлении в долж­
ность волостные судьи, как и волостные старшины и волостные
заседатели, приносили присягу на верность службе. Известно, что
присяга или «клятвенное обещание» у сибирских татар-мусульман приносилась на Коране в присутствии муллы. Например,
15 января 1917 г. такую присягу принесли должностные лица Карагайского волостного правления, в том числе волостные судьи,
Мухаметкалы Курманалиев, Абуталип Измаилов, Хабибулла Аликеев2.
В волостном суде обеспечивалось представительство от боль­
шинства селений волости. Так, в Вагайском волостном суде в
1917 г. судьями были назначены: Сайдмухамет Карымов из юрт
Усть-Тамакских, Хизаметдин Аминев из юрт Шамшинских, Сарачетдин Хайруллин из юрт Кобякских и Салик Муслимов из
юрт Бегишевских3. В Карагайской волости в 1917 г. в волостной
суд получили назначение: Хабибулла Аликеев из юрт Карагайских, Абуталип Измаилов из юрт 71ешаковских, Камалетдин Аптулвагитов из юрт Тебендинских, Мухаметкали Курманалиев из
юрт Салинских4.
В ведении волостного суда находились споры и тяжбы между
общинниками в сумме до 100 р. Он рассматривал иски по делам,
касающимся движимого и недвижимого имущества, по различ­
ным сделкам и договорам, заключаемым между общинниками,
решал споры о порядке наследования, семейные разделы. В числе
дел, относящихся ведению волостного суда, были ссоры и драки
между крестьянами, беспорядки во время волостного схода, кра­
жи, присвоение находки не свыше 30 р., дела об оскорблении сло­
вами и действиями между самими общинниками. Кроме того, в
1
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 24. Л. 1об.-19об.
Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. 8-8об.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. 15-15об.
4 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. 20.
2
40
его ведении находилось утверждение приговоров сельского схода
об удалении из общества кого-либо из его членов1. Таким обра­
зом, волостной суд рассматривал не только гражданские, но и
уголовные дела небольшой тяжести.
Важным органом местного самоуправления у сибирских та­
тар во второй половине XVIII-начале XX в. являлся волостной
сход. С середины XIX и до начала XX в. в его деятельности про­
изошли определенные изменения. До начала XIX в. волостной
сход включал в себя выборных должностных лиц: старшину, ста­
рост, опекунов и «лучших людей». При обширности территори­
альных границ волостей и разбросанности селений внутри них
сбор всего населения был сопряжен с большими трудностями.
Решения на сходе принимались по древнему обычаю «со общего
согласия»2. На протяжении XIX в. происходила регламентация
деятельности волостных сходов. Согласно указу 1805 г., решение
в волостном суде могли принимать лишь домохозяева и только
при согласии 2/3 из них. «Учреждение для управления сибирских
губерний» (1822 г.) устанавливало правило, что в волостных схо­
дах должны участвовать поверенные - по одному человеку от
100 душ мужского пола3. В конце XIX-начале XX в. для участия
на волостных сходах выбирались так называемые десятидворные
выборные, т. е. один представитель от 10 дворов селения4. Во­
лостные старшины, не менее чем за три дня до схода, должны бы­
ли оповестить через сельских старост всех членов волостного
схода. Сход считался открытым, если на нем присутствовало не
менее 2/3 членов, в противном случае он распускался5.
В ведении волостного схода были вопросы, связанные с вы­
борами должностных лиц общины, в том числе волостных судей,
утверждение приговоров сельского схода об удалении из среды
1
ГУТО ГАТ. Ф. 332. Oп. 1. Д. 19. Л. 128-128об.
Бакиева Г.Т. Сельская община тоболо-иртышских татар (XVIII-начало XX в.). Тюмень. М., 2003. С. 89.
3 Учреждение для управления сибирских губерний. СПб., 1822. С. 28.
4 ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 58об.
5 Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 59.
2
41
членов общины, утверждение расходов, установление платы за
внесение в книгу засвидетельствованных сделок и договоров, за­
ключаемых между общинниками. Волостной сход осуществлял
учет
финансовой
деятельности
волостных
должностных
лиц,
прежде всего, старшин1. Так, в 1864 г. сход Истяцкой волости вы­
брал учетчиков: жителя юрт Истяцких Кадралия Баишева и юрт
Балахлейских Юсбака Шафеева для ревизии деятельности во­
лостного головы Усаира Умерова. В ходе учета выяснилось, что
за Умеровым «в недовзносе» находилось 280 рублей и 3/4 ко­
пейки»2.
По данным на 1913 г., волостной сход Вагайской волости
включал в себя 100 членов: волостного старшину, двух волост­
ных заседателей, четырех волостных судей, четырех сельских ста­
рост и 89 выборщиков. В Истяцкой волости сход состоял из
61 члена, Карагайский волостной сход - из 111, Тукузский сход из 78 членов3.
Во второй половине Х1Х^начале XX в. у сибирских татар административно-судебным и распорядительным органом самоуп­
равления являлось волостное правление. Одновременно во/гостным правлением называлось и помещение, в котором размеща­
лись должностные лица волости, а также хранились документы и
деньги. В волостных правлениях происходили заседания волост­
ного суда и должностных лиц волости, а также сходы общинни­
ков. Помещение, где происходили волостные сходы, использова­
лось также для заключения лиц, отбывавших наказание4.
Волостное правление являлось центром волости, располага­
ясь обычно в самом крупном по числу людей селе. По количеству
волостей в округе определялось количество волостных правле­
ний. Так, во второй воловине XIX-начале XX в. в Тобольском ок­
руге насчитывалось 10 татарских волостей, в Тарском и Тюмен­
ском округах - по 5, в Ялуторовском - 2. В Тобольском округе
волостные правления находились в юртах Вагайских (Вагайская
1
ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 61-68.
Там же. Ф. 152. Оп. 39. Д. 119. Л. 3, 8об.-9.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 40. Л. 13-18.
4 О мере пресечения. С. 6-7.
2
42
волость), Истяцких (Истяцкая волость), Карагайских (Карагайская волость), Тукузских (Тукузская волость)1. Непосредственно
в Тобольске находились волостные правления Тобольской Горо­
довой, Бухарской волостей и волости Оброчных Чувальщиков.
Волостное правление состояло из выборных должностных
лиц: старшины, кандидата старшины, заседателей, судей, сель­
ских старост, кандидатов сельских старост. Например, в 1917 г.
Вагайское волостное правление состояло из 18 членов, Истяцкое - из 19, Карагайское - из 22, Тукузское - из 232. Существовало
правило, согласно которому волостной старшина, заседатель и
писарь должны были проживать в селении, где располагается во­
лостное правление.
На содержание волостного правления из мирских сборов вы­
делялись определенные волостным сходом суммы. Например, в
1909 г. на содержание Бухарского волостного правления Тоболь­
ского уезда было выделено 648 р.3 В 1916 г. на содержание Вагайского волостного правления было выделено 429 р. 25 к., Истяцкого - 452 р. 60 к., Карагайского - 550 р. 20 к., Тукузского 385 р. 35 к.4
По закону собрания волостного правления проходили по
воскресеньям, а в случае необходимости и в другие дни. Решению
волостного правления подлежали следующие дела: производство
денежных расходов из волостных сумм, утвержденных волост­
ным сходом, продажа имущества общинников по взысканиям
казны, определение и увольнение волостных должностных лиц,
служащих по найму.
В волостном правлении велись и хранились документы, ка­
савшиеся волости: книга приказов, в которую вписывались при­
казания старшины правлению или отдельным должностным ли­
цам; решения, принятые правлением; книги приговоров волост­
ного схода, решений волостного суда, сделок и договоров общин­
ников и др. Так, в 1909 г. в Бухарской волости Тобольского уезда в
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 10. Л. 71, 76, 77.
Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 24. Л. 15-16, 20-21, 27.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 6. Л. 27.
4 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д.10. Л. боб.-7.
2
43
волостном правлении велось 30 книг, в Карагайской -21 книга,
в Истяцкой - 32, а Тукузской - 44 книги1. В 1913 г. в Надцинском волостном правлением того же уезда велось 37 книг, здесь
было
выдано
86
паспортов и билетов, засвидетельствовано
80 сделок и обязательств, выдано 140 квитанций в получении
денег. Всего зарегистрировано 665 исходящих и 620 входящих2
бумаг.
Волостное правление должно было иметь свою печать, кото­
рая хранилась у волостного старшины. Изготовление печати от­
носилось на счет мирских сумм. Волостные правления руковод­
ствовались различными инструкциями, сборниками законополо­
жений для должностных лиц. В Уватском правлении в начале
XX в. находилось 20 таких книг. Среди них можно назвать «Свод
уставов о повинностях» (1899), «Временное положение о кресть­
янских начальниках» (1898), «Положения о видах на жительство»
(1895), «Инструкция о порядке взимания окладных сборов с на­
дельных земель сельского общества» (1900), «Уложение о наказа­
ниях уголовных и исправительных» (1885), «Сборник узаконений,
определяющих права и обязанности волостных старшин и писа­
рей» (1904) и др.3
На примере Надцинского инородного управления Тоболь­
ского уезда можно представить, как выглядело помещение изнут­
ри. Здесь стояли три стола, семь стульев, два шкафа для хранения
книг, дел и канцелярских принадлежностей, «ящик-баул» для хра­
нения денег управления с внутренним и висячим замками, ящик
для хранения гербовых знаков и паспортных бланков с одним
внутренним замком. В комнате находились две печи с трубами круглая и продолговатая, на стене висел портрет императора Ни­
колая II. В описи значились также разные канцелярские предме­
ты, а также должностные знаки волостного головы и кандидатов
головы, четыре металлические печати. Кроме того, в правлении
числилась разная утварь и посуда - топоры, лопаты, кадка, само­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 6. Л. 27.
Там же. Ф. 348. Oп. 1. Д. 7. Л. 8, 17.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 29. Л. 11—11о6.
2
44
вар, чайники, чашки, ведра, бочка, таз и др. Любопытно то, что в
описи имущества правления, числился пятизарядный револьвер
и кобура к нему1.
Вышестоящей судебной инстанцией для рассмотрения дел у
сибирских татар являлись мировые суды. В случае несогласия с
решением волостных начальников или волостных судов, или не­
подсудности дел, сибирские татары обращались также к кресть­
янским начальникам, в уездный съезд крестьянских начальников,
Общее Присутствие губернского управления, окружной или гу­
бернский суды. Высшей судебной инстанцией являлся Прави­
тельствующий Сенат.
Окружной и губернский суды имели право накладывать та­
кой вид наказания как лишение всех особенных прав и преиму­
ществ, как лично, так и по состоянию осужденного ему присво­
енных. К такому виду наказания приговаривались дворяне,
священнослужители (независимо от вероисповедания), почетные
граждане за кражу, мошенничество, присвоение или растрату чу­
жого движимого имущества. Лишение всех особенных прав и
преимуществ состояло в потере осужденным прав политических,
сословных и приобретенных индивидуальными зас/хугами. Они
лишались почетных титулов, чинов, знаков отличия и навсегда
теряли право: поступать на государственную или общественную
службу, записываться в гильдии и получать свидетельства на тор­
говлю, быть свидетелями при каких-либо договорах и других ак­
тах и давать по делам гражданским свидетельские показания, из­
бираться в третейские судьи, быть опекунами или попечителями,
поверенными по чьим-либо делам. Все эти права утрачивались в
момент вступления приговора в законную силу и никогда не мог­
ли приобретаться вновь. При этом осужденные сохраняли право
на частную собственность, «семейственные» права. Лишение всех
особенных прав сопровождалось заключением в тюрьму, ссылкой
или отдачей в исправительные арестантские отделения. После от­
бывания наказания в тюрьме, осужденные отдавались под осо­
бый надзор полиции или обществ и без разрешения полиции или
1
ГУТО ГАТ. Ф. 348. Oп. 1. Д. 12. Л. 13-14.
45
общества не могли в течение определенного времени менять мес­
то жительства1.
В нашем распоряжении имеются дела, связанные с лишением
особенных прав у сибирских татар. По решению Тобольского гу­
бернского суда, 27 февраля 1895 г. житель юрт Истяцких Аптрахман Мухаметвалиев Ниясов, 43 лет, был присужден к лишению
всех особенных лично и по состоянию присвоенных прав и пре­
имуществ и отдаче в исправительное арестантское отделение на
2 года 7 месяцев2. После отбывания наказания его отправили под
надзор полиции в юрты Тоболтуринские3.
В мае 1904 г. приговором Омской судебной Палаты имам
Тобольской соборной мечети почетный бухарец Шакир АбдульБакеев Шарипов был заключен в тюрьму на 8 месяцев с лишением
всех особенных лично и по состоянию присвоенных прав и пре­
имуществ и отдачей после отбывания под надзор полиции на два
года4.
В феврале 1909 г. житель юрт Салинских 26-летний Мутак
Мухаметрахимов приговором Тобольского окружного суда был
лишен всех особенных прав и преимуществ и заключен в арес­
тантском отделении на четыре года, после отбывания срока пере­
давался под надзор полиции на четыре года5. Аналогичное нака­
зание получил по приговору Омского окружного суда 15 апреля
1909 г. «инородец» юрт Медянских Мухамет Канафей Баязитов.
Он был заключен в арестантское отделение на один год, а после
отбывания наказания передавался под надзор полиции на четыре
года6.
От имени целого сельского общества в вышестоящих судеб­
ных местах участвовали выбранные от обществ поверенные. На­
деление полномочиями на хождение по делам тяжебным и иско­
1 Старнавский А.С. Лишение прав по нашим законам. СПб., 1890.
С. 42-43.
2 ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 4. Л. 103-103об.
3 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 4. Л. 12.
4 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 4. Л. 2-2об.
5 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 4. Л. 26.
6 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 4. Л. 15.
46
вым совершалось посредством доверенности. Закон устанавливал
запрет для некоторых лиц быть поверенными. К ним относились
малолетние, духовные лица, чиновники, лица, которые были пре­
даны суду, лишенные всех прав состояния; лица, подвергшиеся
телесному наказанию; лица, состоящие под надзором полиции и
некоторые другие. Поверенные предупреждались об ответствен­
ности в виде выплаты штрафа за «неправое вчинение тяжб и ис­
ков». Штрафы эти падали на всё общество, которое представлял
поверенный1. К примеру, в 1896 г. Тобольский губернский суд вы­
нес решение о взыскании с татар юрт Подбугорно-Бергельских
60 р. штрафа «за неправое оспаривание ими иска»2.
Следует отметить, что сибирские татары часто пользовались
правом ходатайства в вышестоящие органы вплоть до Прави­
тельствующего Сената через своих поверенных. Поверенными
могли выступать не только представители татарских общин, но
иногда и русские. Так, приговором д. Луговой и юрт Аевских Коурдакской волости Тарского уезда от 20 декабря 1900 г. поверен­
ным был назначен отставной канцелярский служитель Григорий
Васильевич Никитин. Он по доверенности получил в частности
следующие полномочия: «Подавать исковые прошения, отзывы,
возражения и всякие другие бумаги, давать по искам ответы, по­
лучать копии, справки и все необходимые бумаги, подавать жало­
бы частные, апелляционные и кассационные в Правительст­
вующий Сенат, изъявлять на решения суда удовольствия и
неудовольствия»3.
Николай
Иванович
Самойлович
представлял
по доверенности 1910 г. общество бухарцев юрт Вершино-Агитских Бухарской инородной волости Тобольского уезда4.
Однако не все сибирские татары безоговорочно принимали
те новшества, которые вводились властями в системе общинного
самоуправления. Например, в 1894 г. в своем донесении Тюмен­
ский окружной исправник отмечал, что, несмотря на закон, ко­
1
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. Ст. 847.
ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 37. Д. 864. Л. 7.
3 РГАДА. Ф. 1343. Оп. 2. Д. 716. Л. 2-2о6.
4 ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 191. Л. 804-804об.
2
47
торый уравнивал волостное управление оседлых инородцев и
русских, в округе состав инородных управлений отличается раз­
нообразием. Чиновник писал по этому поводу, что «в некоторых
волостях избираются волостные старшины, кандидаты к ним и
в каждое общество сельские старосты, в иных же: голова, засе­
датели волостной и полицейский, старший и младший добро­
совестные, при чем все с одним и двумя кандидатами»1. В Ялу­
торовском уезде в начале XX в. также не произошло нивели­
рования
общинного
управления.
Как
сообщал
крестьянский
начальник в Сингульской волости, «и в настоящее время не жела­
ют избирать десятидворных выборных для участия на волост­
ном сходе, а татары Авазбакеевской волости не исполняют ника­
ких распоряжений властей»2.
В заключение отметим, что во второй половине XIX-начале
XX в. судебные полномочия в общине в той или иной мере вы­
полняли все органы местного самоуправления - сельский и во­
лостной сход, сельский староста, волостной старшина. В указан­
ный период в структуре местного самоуправления сибирских
татар выделяются волостные суды, выполнявшие в отличие от
других органов, только судебные функции. Власти, предоставляя
органам самоуправления самостоятельность в решении граж­
данских и части уголовных дел, вместе с тем, контролировали и
регламентировали их деятельность.
1.3. Мусульманское приходское духовенство
и его роль в судопроизводстве
При рассмотрении роли мусульманских служителей мечети в
жизни общины сибирских татар следует иметь в виду, что термин
«мусульманское духовенство» носит условный характер. В этой
связи мы согласны с суждением о том, что «в исламе в отличие от
других религий нет особого духовного сословия, обладающего
божественной благодатью, как нет и института церкви, служаще­
го посредником между верующими и Аллахом. Поэтому среди его
последователей теоретически любой совершеннолетний мусуль­
1
2
48
ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 34. Д. 390. Л. 15-16.
Там же. Ф. 335. Оп.1. Д. 11. Л. 3.
манин, обладающий достаточным знанием и морально-нравст­
венным авторитетом, с согласия верующих может руководить
религиозной жизнью мечетского общества без специальной про­
цедуры посвящения в сан (как например, рукоположение у хрис­
тианских священнослужителей), не приобретая при этом никаких
социальных привилегий»1.
Мусульманское духовенство в сельских приходах при собор­
ных мечетях состояло из хатыбов (проповедников), имамов (ру­
ководителей общей молитвой) и муэдзинов или азанчеев (служек,
призывающих на молитву), а при простых мечетях только из има­
мов и муэдзинов. Сибирские татары называли всех служителей
мечети мулла. В юртах Бегишевских и Второвагайских Вагайского
района муллу называли муллака. Из числа сельского духовенства
выделялись потомки шейхов - ших-мулла. Они следили, кроме
прочего, и за святыми местами (астана)2.
Имам выступал как духовный руководитель, глава мусуль­
манской общины. Функция хатыба заключалась в произнесении
хутбы - речи перед праздничной молитвой, а также праздничной
проповеди. Между хатыбом и имамом в реальности не существо­
вало особого различия, и губернские власти при утверждении их
в должности использовали термин «мулла». В обязанности муэд­
зина, или азанчея, входило собирать верующих на молитву, при­
зывать имама и объявлять о начале богослужения. Иногда муэд­
зин мог исполнять функции имама, если это оговаривалось в
указе3.
Существовала
еще
одна
мусульманская
духовная
долж­
ность - ахун. В 1847 г. Оренбургское магометанское духовное
собрание уведомляло правительство о полномочиях и статусе
ахунов. Отмечалось, что ахуны определяются прежде всего из
имамов, а главной их обязанностью является разбор семейных
ссор и неурядиц. Приходской ахун избирался вместо выбывшего
1 Ислам на территории бывшей Российской империи: Энциклопеди­
ческий словарь. Вып. 2. М.: Вост. литература, 1999. С. 67.
2 ПМА, 2001.
3 Азаматов Д.Д. Оренбургское магометанское духовное собрание в
конце XVIII-XIX вв. Уфа, 1999. С. 89.
49
по тем же правилам, что имамы и муэдзины. Должность ахуна да­
вала большие права при разбирательстве дел мусульман, и поэто­
му к ней стремились многие имамы. Статус ахуна определил муф­
тий Габдулвахид Сулейманов. В донесении от 26 октября 1861 г.
он отмечал, что «звание ахуна, как и муфтия, есть отдельная
должность от приходского духовенства. Оно дается собранием
отдельно от звания имама или с присоединением к нему». Собра­
ние, уточняя статус ахуна, отмечало, что свои обязанности по
контролю за действиями мулл в духовном отношении оно осу­
ществляет только через посредство ахунов и считало, что звание
ахуна следует давать не всякому выбранному или желающему, а
по административным округам. В зависимости от компактности
проживания мусульман в ведении ахуна в округе должно нахо­
диться от 25 до 100 приходов. В обязанности ахуна должны были
входить наблюдения за приходскими имамами, рассмотрение дел
по спорам мусульман, а также вопросы обучения в мектебах и
медресе. Он ежегодно представлял отчет обо всех своих действи­
ях Оренбургскому собранию. При этом было условие - на долж­
ность ахуна могли выдвигаться только имамы и хатыбы, прослу­
жившие не менее трех лет1. В Тобольской губернии в 1882-1918 гг.
в каждом округе выбиралось по одному ахуну. Только в Тоболь­
ском уезде ахунами были назначены 2 человека - имам юрт Кызылбаевских Вагайской волости Мухаметхафиз Мухаметрахимов
и имам юрт Исеневских волости Оброчных Чувалыциков Абдулмазит Ануваров; в Тюменском уезде ахуном был житель юрт
Ново-Шабабинских Бухарской волости; в Ялуторовском уезде житель юрт Авазбакеевских одноименной волости Мухаметзян
Хамитов2.
Общую численность приходского духовенства у татар-мусульман в Тобольской губернии можно определить по числу при­
ходов - 150.
Мусульманское приходское духовенство было подконтроль­
но Оренбургскому магометанскому духовному собранию, созданому именным указом Екатерины II от 22 сентября 1788 г. с мес­
1
2
50
Азаматов Д.Д. Указ. соч. С. 93-94.
ЦГИА РБ.Ф. И-295. Оп. 10. Д. 205. Л. 212-215.
топребыванием в г. Уфе1. Оренбургскому духовному собранию
подчинялись все мусульманские приходы России, исключение
составляла Таврическая губерния (Крым).
В ведении Духовного собрания находились дела, имеющие
отношение к религии, и непосредственное «начальство» над всем
мусульманским
духовенством.
Оренбургское
собрание
имело
следующие основные полномочия:
- устанавливало испытание лицам, желающим занять какуюлибо духовную должность;
- осуществляло надзор за действиями мулл, относящимися к
духовным их обязанностям;
- накладывало взыскания за нарушение этих обязанностей;
- решало дела о построении мечетей и о назначении к ним
духовенства;
- рассматривало жалобы на духовенство;
- решало дела, связанные с введением метрических книг.
Эта связь проводилась через светскую власть - губернскую и
(или) уездную. Связь муфтия с приходским духовенством осу­
ществлялась через указы, распоряжения и постановления Духов­
ного собрания. Власти не позволяли муфтиям лично инспектиро­
вать приходское духовенство. Поездки муфтии совершали с
разрешения Министерства внутренних дел и губернаторов.
Мусульманское приходское духовенство на основе указов
1796 и 1801 гг. приравнивалось к сельским обывателям, к слу­
жащим по выбору в низших расправах. Они освобождались от
рекрутской повинности и от телесного наказания пока занимали
должность2.
По существующему правилу, духовные лица избирались жи­
телями селения - общим собранием прихожан, независимо от со­
словной и этнической принадлежности. По закону 1876 г., при
выборе духовных лиц на избрание должно быть изъявлено жела­
ние 2/3 «старейшин» семейств прихода. Приговор подписывался
1
Ислам на территории бывшей Российской империи. С. 50.
В память столетия Оренбургского магометанского духовного соб­
рания. С. 23.
2
всеми избиравшими лицами, затем через волостного старшину
передавался в уездное полицейское управление, а оттуда в гу­
бернское правление, которое и утверждало выбор окончательно1.
Как видно из положения, данный закон свидетельствует, с одной
стороны, о самостоятельности приходской общины в выборе ду­
ховенства, с другой стороны, о контроле со стороны официаль­
ной власти ее деятельности.
Важным условием для кандидатов в муллы было наличие спе­
циального духовного образования, которое подтверждалось со­
ответствующим
свидетельством
Оренбургского
магометанского
духовного собрания. Вот пример такого свидетельства, данного
Мухаметсакию Юмашеву, жителю юрт Подъемных волости Об­
рочных Чувалыциков Тобольского уезда:
«По Указу Его императорского Величества, в Присутствии
Оренбургского Магометанского Духовного собрания, вследствие
просьбы инородца Тобольской губернии Тобольского округа юрт
Подъемных
Мухаметсакия
Абубакирова
Юмашева
согласно
1238 ст. XI тома 1-й части (изд. 1857 г.) было сему Юмашеву учи­
нено испытание в знании правил магометанской религии, по ко­
торому оказался быть способным: имамом хатыпом и мударрисом. В удостоверении чего и выдается ему, Юмашеву это
свидетельство, с тем, что оно, показывая о его познаниях, не пре­
доставляет ему право исправлять духовные требы впредь до ут­
верждения его в духовном звании губернским начальством в при­
ход, в который будет выбран, г. Уфа февраля 1 дня 1896 г.»2
В конце XIX в. появляется новое условие для кандидатов на
должность мусульманских приходских служителей - знание рус­
ского языка. Оно должно было подтверждаться специальным
свидетельством. Примером может являться свидетельство, вы­
данное Тобольским уездным училищем с приложением надлежа­
щей печати Мухамет-Саки Абубакирову Юмашеву, инородцу юрт
Подъемных... «в удостоверении того, что он успешно выдержал
испытание в знании русского языка, установленное для кандида­
1
2
52
Сборник законов о мусульманском духовенстве. С. 3.
ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 35. Д. 578. Л. 5.
тов на должность сельского муллы». Подписано председателем ко­
миссии, учителями русского языка и арифметики и геометрии1.
Власти следили за тем, чтобы кандидаты на должности при­
ходского духовенства были благонадежны и не привлекались к
суду. Губернское управление предписывало Полицейскому управ­
лению требовать от кандидатов подписку о непринадлежности к
противозаконным обществам и сектам2.
Кроме того, согласно закону от 1857 г., избранным на долж­
ности имама, муллы и хатыба требовалось достижения опреде­
ленного возраста -не моложе 22 лет; в ахуны, мударрисы - не мо­
ложе 25 лет, муэдзины - не моложе 21 года3.
Немаловажным условием для избрания на должность муллы
были и личные, и нравственные качества. Употребление спирт­
ных напитков и курение табака для любого правоверного было
запрещено Кораном. И если в этом было замечено духовное лицо,
то его отстраняли от должности. В 1909 г. в Оренбургское собра­
ние поступил приговор жителей юрт Ашеванских Тарского уезда
об освобождении от должности имама мечети Абитхазана Габдемухаметова и назначении другого. Причиной явилось то, что «он
склонен к пьянству, разврату и неприличному поведению, занима­
ется азартными играми». Оренбургское собрание определило
имаму Габдемухаметову: «за употребление ранее спиртных на­
питков сделать выговор с предупреждением о том, что, если он в
дальнейшем позволит себе употребление водки, то будет удален
от должности»4.
Можно назвать еще одно требование, которое предъявлялось
кандидату на должность приходского муллы - крепкое здоровье.
Это условие, как видится, было не случайным, поскольку мулле
приходилось выполнять много обязанностей и только при нали­
чии отличного здоровья эта деятельность была успешной. Напри­
мер, в одном деле, которое рассматривало Оренбургское собра­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 35. Д. 578. Л. 5-5об.
Там же. Ф. 152. Оп. 35. Д. 578. Л. 8.
3 Там же. Ф. 152. Оп. 35. Д. 579. Л. 9; Азаматов Д.Д. Указ. соч. С. 90.
4 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 1848. Б. п.
2
53
ние, по поводу оставления на службе муллы, мы видим, что он
страдал различными болезнями, которые и подтвердил лекарь.
На этом основании, ссылаясь на мусульманский закон, высший
духовный орган мусульман запретил данному мулле в дальней­
шем выполнять духовные обязанности1.
Только после соблюдения всех формальностей кандидату в
муллы выдавали Указ о назначении его на должность. Указ выда­
вался от имени «Его императорского Величества из Тобольского
Губернского управления». После выдачи Указа муллу приводили
к присяге на верность службе2. За таким муллой закреплялось на­
именование указного.
Срок службы в звании сельских духовных лиц не ограничи­
вался. Как правило, духовенство выполняло свои обязанности до
смерти. Так, в 1833 г. прихожане д. Аиткуловой Подгородной во­
лости Тарского округа обращались в Оренбургское собрание с
тем, чтобы духовные власти разрешили Абдучалилу Хильвадееву,
исправляющему должность муллы уже в течение 30 лет, продол­
жать исполнять обязанности до его смерти. Из данного дела уз­
наем, что мулла Абдучалил - «точный образец правоверного му­
сульманина» - за время своей службы «приобрел себе сердечную
любовь, почтение и высокое уважение прихожан, каковое нами и
детьми нашими останется незабвенным»3.
Иногда по желанию самого муллы община освобождала его
от обязанностей, выбрав на его место другого. Так, из дела от
1896 г. узнаем о прошении указного муллы юрт Болыпе-Каскаринских Тюменского уезда Таштимира Минезерова Алишкина,
который в течение 51 года служил в этой должности (с 1845 г.).
В своем прошении мулла обращается к губернскому управлению
с тем, чтобы его «по случаю старости и болезненного состояния»
освободили от выполнения обязанностей и избрали на его место
родного внука4.
1
ЦГИА РБ.
Там же. Ф.
3 Там же. Ф.
4 Там же. Ф.
2
54
Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1083. Л.2.
И-295. Оп. 3. Д. 1083. Л. 15-16.
И-295. Оп. 3. Д. 1083. Л. 2.
И-295. Оп. 3. Д. 1083. Л. 3.
Лиц духовного звания могли временно отстранять от долж­
ности вследствие каких-либо злоупотреблений или невыполне­
ния обязанностей. Так, в 1831 г. был отстранен от своей должнос­
ти ахун Тюменского округа Неаматулла Мавлютов «до решения
дела с подпиской, чтобы не вступал в должность»1. Правда, из де­
ла не ясно, в связи с чем был отстранен Мавлютов. В 1836 г. тот же
Мавлютов был изобличен в другом проступке - ложном доно­
се. В данном случае ахун был подвергнут аресту и содержался в
гауптвахте две недели на хлебе и воде2.
Другое дело от 7 октября 1840 г. касалось приходского муллы
д. Себеляковой Тарского округа Исака Мухаметдинова, который
был отстранен от должности на 3 месяца. Причиной такого реше­
ния явилось венчание лиц, относящихся к другому приходу3.
Высшая духовная власть в лице муфтия Оренбургского соб­
рания иногда ограничивалась лишь замечаниями в отношении
приходского духовенства, иногда даже оставляла жалобы без рас­
смотрения. Например, в ответ на жалобу жителя юрт Кыштырлинских Кашегальской волости Тюменского уезда Мухаметшарипа Абдулкаримова на муллу мечети Мухамедсадыка Баязитова,
муфтий
Духовного
Собрания
ограничился
лишь
назиданием.
Суть жалобы заключалась в том, что, по мнению жалобщика,
мулла Баязитов неоднократно в разговорах с прихожанами до­
пускал вольные выражения о пророке Иисусе. Духовное Собра­
ние вынесло пространное «определение»: «дать знать имаму Ба­
язитову, что в разговорах и суждениях о деяниях пророков всегда
следует держать себя в полном приличии; и долг, и обязанность
каждого мусульманина сохранить до конца своей жизни чувство
высокого уважения и почитания к памяти великих учителей веры
и нравственности»4.
В другом случае, жалоба на муллу была связана с тем, что он
заключает браки между несовершеннолетними лицами. Как вы­
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 882. Л. 20об.-21.
Там же. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1087. Л. 24об.
3 Там же. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1085. Л. 102об.-103.
4 Там же. И-295. Оп. 6. Д. 3798. Л. 8-8об.
2
55
ясняется из материалов дела, имам юрт Атьяльских Ялуторовско­
го уезда Шарафетдин Хузя-Ахмедов венчал несовершеннолетних
лиц прихода, а также разведенных женщин без соблюдения гиддата, получая при этом «изрядные куши денег». Оренбургское соб­
рание оставило жалобу на муллу «без последствий» «за неимением
жалоб от заинтересованных лиц»1.
Мусульманское духовенство играло огромную роль в жизни
общины, связанную не только с отправлением религиозных обя­
занностей. Например, на приходское духовенство возлагалось
ведение метрических книг. Эта функция была введена и утверж­
дена в 1828 г.2, а затем подтверждена в 1874 г. Высочайше утверж­
денным мнением Государственного совета3. Согласно «Уложе­
нию о наказаниях», предусматривалась уголовная ответствен­
ность имама, который «по невниманию или нерадению не
запишет в метрическую книгу какой-либо статьи»4.
В метрических книгах записывались сведения о рождении,
браках и смерти мусульман. Метрические, или шнуровые книги,
направлялись в каждый приход по два экземпляра, один из кото­
рых отсылался через губернское правление в Оренбургское соб­
рание, а второй оставался при мечети. Допускалось ведение мет­
рических книг на татарском языке, в том случае, если мулла не
знал русского5.
При этом духовные власти следили за тем, чтобы мулла вы­
полнял религиозные требы и делал записи о них, как-то: заключе­
ние брака, наречение имени, похоронные и поминальные обряды
только в отношении своих прихожан, не вмешиваясь в дела дру­
гих приходов. Как видно из дел Оренбургского собрания - иногда
такое происходило.
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 3800 . Л. З-Зоб., 9.
В память столетия Оренбургского магометанского духовного соб­
рания. С. 24.
3 ПСЗ. Т. 49. № 53522.
4 Шимановский В.М. Преступные деяния по Уложению о наказаниях
уголовных и исправительных и Уставу о наказаниях, налагаемых миро­
выми судьями. Одесса, 1910. С. 98.
5 Сборник законов о мусульманском духовенстве. С. 3.
2
56
Муллы, как правило, являлись одновременно и учителями
детей односельчан. Жены сельских мулл - муллины, абыстаи - за­
нимались обучением девочек. Например, из обзора Ялуторов­
ского округа за 1887 г. видим, что там имелось 14 мусульманских
школ, в которых обучались 265 мальчиков и 191 девочка. Обуче­
нием детей занимались приходские муллы в школах, устроенных
при мечетях. Там же читаем, что мулла «за право учения детей
получает от родителей добром и деньгами, по их между собой со­
глашению»1. Говоря о татарах Тюменского округа, А.П. Лысов в
1897 г. отмечал, что здесь обучение ведется на дому, при мечетях у
мулл (и их жен) в течение одной зимы, а затем более способные
отправляются для продолжения учебы в медресе2. Оренбургское
собрание
присваивало
приходскому
духовенству
специальные
учительские звания: старший учитель - мударрис, заведующий
медресе (высшее звание), мугаллим - учитель второго ранга, мугаллим-сабиян - учитель малолетних детей (низшее звание). Зва­
ние мударриса могло присваиваться только имамам, а мугаллимом и мугаллим-сабияном могли стать и муэдзины3.
Иногда муллы лечили людей. В юртах Вершинских Вагайского района Тюменской области старейшие жители помнят муллу
Хамзу, который с помощью молитвы, лечил некоторые болезни4.
Мусульманское духовенство не получало жалованья от го­
сударства. По существовавшему закону, сельское духовенство
должно было платить подати и нести повинности, но по желанию
прихожан, община могла освобождать его от платежа податей и
распределять их между собой. Как свидетельствуют материалы,
община сибирских татар часто пользовалась этим правом и более
того, предоставляла содержание духовенству. Так, по данным на
1870 г. в Тюменском уезде содержание от казны получали лишь
1 Ислам в истории и культуре Тюменского края (в документах и мате­
риалах) / Сост. И.Б. Гарифуллин. Тюмень, 2004. С. 64.
2 Лысов А.П. Народное образование в Тюменском округе в 1897 году
(Историко-статистический очерк). Тюмень, 1898. С. 1.
3 Азаматов Д.Д. Указ. соч. С. 144.
4 ПМА, 2004.
57
мулла Шайтановской соборной мечети и «незначительное содержа­
ние» муллы Салаирской, Казаровской, Искинской, Матияровской
и Якушинской мечетей. В остальных 22 мечетях муллы получали
от прихожан пятую часть хлебов. Однако из-за частых наводне­
ний и неурожаев только 1/3 часть населения могла выделять мулле
хлеба, а остальные не могли этого делать из-за бедности1.
В Тобольском округе, как рассказали наши информаторы, в
пользу муллы каждый член общины выделял пять частей (сиб.
тат. пищем) от собранного урожая (араб, ощэр): две части овса,
две - ржи, одну - пшеницы, а также одну копну сена с десяти.
В Тобольском Заболотье до сих пор рыболовные артели выделяют
мулле одну часть от выловленной рыбы2. Кроме того, имамы и
муэдзины получали от прихожан вознаграждение за совершение
различных обрядов: за наречение имени новорожденному, совер­
шение бракосочетания и за молитвы во время похорон и после
них. Значительные пожертвования в пользу духовенства посту­
пали в дни мусульманских праздников - Курбан-байрам, Уразабайрам.
Деревенские муллы обладали правомочием составлять такой
документ как завещание. В нашем распоряжении имеется при­
мер такого завещания, составленного 17 апреля 1895 г. Адельшой
Айтуллиным, жителем юрт Сабанаковских. Из него мы узнаем,
что имущество после смерти оставляется жене Айтуллина Убейбе. Духовное завещание засвидетельствовано муллой Аширмухаметом Сейдяшевым. При составлении завещания, кроме муллы,
были «почетный гражданин» Александр Крылов и свидетель от­
ставной майор Якут Кульмаметьев3.
К сельскому мулле обращались по многим спорным вопро­
сам, возникавшим между общинниками. Вместе с сельским на­
чальством (старшинами, опекунами, десятниками) и лучшими
людьми мулла рассматривал дела, связанные с супружескими от­
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 7454. Б. п.
2ПМА,
3
58
2001.
Бакиева Г.Т. Сельская община тоболо-иртышских татар. С. 150-151.
ношениями. Так, в 1792 г. в юртах Карбанских рассматривалось
дело о «непорядочном содержании» и «бесчеловечных побоях»
Канибы ее мужем Алтьяром Яшиным и свекром Ягней Мятиковым. Инициатором суда и главным обвинителем выступал мест­
ный мулла Метели Машкин1.
На практике к сельским муллам односельчане обращались не
только по семейным делам, но и другим спорным вопросам. Суд в
сибирско-татарском
селении
происходил
следующим
образом:
потерпевший сообщал о случившемся событии мулле и выборно­
му десятнику. Затем десятник назначал день собрания (сиб. тат.
кинеш), оповещал жителей деревни о готовящемся мероприятии
и приглашал муллу для ведения дела на собрании. При вынесении
решения мулла опирался на обычное право и нормы шариата.
Часто за различные проступки назначалось телесное наказание,
которое производилось выбранными муллой членами общины.
Наказание производилось здесь же на собрании при большом
скоплении народа2.
Духовные лица общины следили за нравственностью одно­
сельчан. В частности, обычное право сибирских татар запрещало
азартные игры. Если все же человек был замечен в азартных иг­
рах, то ему делалось увещевание со стороны духовенства, при
повторном уличении в том же, такого человека пороли розгами
либо содержали под арестом до трех дней3.
Указом от 8 июня 1837 г. правительство запретило духовен­
ству наказывать мусульман телесно. Религиозное учреждение
могло лишь наложить на виновных духовное покаяние и соблю­
дение поста (ураза). Позже Оренбургское собрание подтверждает
данный указ постановлением 1875 г.: «Всем муллам строго вос­
прещается осмеливаться подвергать прихожан за проступки те­
лесным и иным наказаниям и вообще принимать на себя не
свойственную их обязанности роль судей»4.
1
Бакиева Г.Т. Сельская община тоболо-иртышских татар. С. 137.
ПМА, 2001.
3 Бакиева Г.Т. Сельская община у тоболо-иртышских татар. С. 141.
4 Азаматов Д.Д. Указ. соч. С. 167.
2
59
Сельский мулла пользовался особым уважением среди одно­
сельчан. Одно из свидетельств глубокого уважения к мулле опи­
сано И. Юшковым в Тобольских губернских ведомостях за 1861 г.:
«В Саусканских юртах Тобольского уезда к мулле такое питали
уважение, что, встречаясь с ним на улице, снимали пред ним шап­
ки за несколько сажень и низко кланялись, считая его святым, не
смея перейти ему дорогу»1.
О некоторых муллах, особо почитавшихся сельчанами, после
смерти слагались легенды, а их могилы и сегодня считаются «свя­
тыми». Примером является Суючбак, мулла из деревни Иземеть
Тобольского района Тюменской области. Местные жители при­
числяют его к святым за то, что он вел праведный образ жизни и
отличался многими талантами: мог лечить некоторые болезни,
совершал чудеса2.
Таким образом, мусульманское духовенство было включено
в систему исполнительных органов традиционного мирского са­
моуправления. Наряду с религиозными функциями в общине,
мусульманскому духовенству принадлежали и судебные полно­
мочия. Но постепенно происходило ограничение судебной ком­
петенции
мусульманского
приходского
духовенства,
осущест­
влялся контроль его деятельности со стороны светских властей.
1.4. Организация судопроизводства в сельской общине
сибирских татар в XVIII-иачале XX века
В XVIII-начале XIX в. разбирательство судебных дел в сель­
ской общине сибирских татар производилось на сходе (сиб. тат.
кинеш). Сход жителей деревни в летнее время происходил, как
правило, на площади (сиб. тат. майдан) около мечети, в зимнее
время - в помещении. Сход собирался десятником или старши­
ной сразу после получения от пострадавшего или свидетеля жа­
лобы о преступлении. В разбирательстве судебного дела прини­
мали участие, кроме старшины и десятника, мулла и «лучшие
люди» деревни. В исследуемое время суд в сельской общине си­
бирских татар происходил и во время ежегодного сбора ясака.
1
2
60
Юшков И.Н. Сибирские татары // ТГВ. 1861. № 37.
ПМА, 2001.
О том, как это происходило, сохранилось описание: «Самое шум­
ное празднество бывает у сибирских татар раз в году при сборе
ясака. Это обыкновенно происходит в средине лета - в июне, или
июле, в каком-нибудь поселении, ближайшем к месту жительства
башлыка, т. е. их князя, или старшины волости, именуемой у них
улусом. Сюда съезжаются со всего улуса каждый со своей прови­
зией, и тут можно видеть татар и татарок ...в лучших празднич­
ных одеждах. В шумной праздничной толпе есть и дети, и стари­
ки, и даже муллы, важно расхаживающие в своих зеленых и белых
чалмах. Все ждут приезда башлыка и все толпятся у балагана, на­
рочито выстроенного для сбора ясака и для суда над тяжущимися
и провинившимися. В балагане у задней стены лежат доски, по­
крытые меховыми шкурами, на которых на главном месте посере­
дине садится поджав под себя ноги, башлык, рядом с ним, по ту и
по другую сторону, его помощники димичи, - нечто вроде сот­
ских, а затем эсаулы, нечто вроде десятских, и наконец, по сторо­
нам длинного балагана родовичи, или представители родов, а
также старики и остальные более или менее почетные лица. Не
помещающиеся в балагане стоят толпой у входа. Сперва собира­
ется ясак, платят пушниной, деньгами... И, наконец, когда сбор
ясака кончится, покупают на общественный счет корову или ло­
шадь и устанавливают в поле котлы для варки мяса. И в то же
время, пока все для пиршества готовится, в балагане совершается
суд и расправа. Истцы, свидетели и судьи все на лицо; и винов­
ного, после расспросов, улик и очных ставок, по решению собра­
ния, приговаривают к штрафу, делают выговор, а иногда и нака­
зывают»1.
Судопроизводство в XVIII-начале XIX в. у сибирских татар
носило устный характер, письменным было только решение (при­
говор) суда. По возможности сход старался примирить тяжущих­
ся. Например, в сохранившемся деле 1799 г. житель юрт Тавдинских Тюменского округа Калымет Кучуков дал подписку тестю
1
Александров Н.А. Народы России. Этнографические рассказы для
детей. Инородцы лесов с 6 рисунками (Сибирь). Специально для ино­
родцев. М., 1899. С. 194-195.
61
Аитыку Ерембетеву «в добросовестном помиренье у Каскаринской
мечети при лутчих людях, при мулле Сейте Муллагулове, своей
жене Калисе обиды впредь не делать ни бранить ни бить ее. Если
бить стану чрез закон виноват буду...»1 Если вина была доказа­
на, то наказание проводили здесь же на сходе, выбранным стар­
шиной или муллой лицом.
Во второй половине XIX-начале XX в. деятельность судебных
органов местного самоуправления татар была регламентирована
путем введения в действие «Общего положения о крестьянах» от
19 февраля 1861 г., «Положения о сельском состоянии» 1876 г.,
«Циркулярного распоряжения Тобольского губернского правле­
ния» от 30 апреля 1890 г. и закона от 15 июня 1912 г. «О мировых
судьях». В результате введения в действие указанных законов ни­
зовое судоустройство и судопроизводство у сибирских татар не
должны были отличаться от таковых у русских.
Согласно новым положениям, основным судебным органом,
действовавшим в сельской общине сибирских татар, являлся во­
лостной суд.. Законодатель четко регламентировал деятельность
волостных судов, их внутреннюю структуру и организацию. Во­
лостной суд приступал к разбору дел по устным или письменным
жалобам и прошениям потерпевших или свидетелей, а также по
сообщениям сельских должностных лиц. После принятия иска,
суд, не позднее семидневного срока, делал распоряжение о вызо­
ве ответчика путем составления повестки. Повестка составлялась
судом в двух экземплярах. В ней указывалось, кто именно вызы­
вается в суд, по какому делу и кем, по какому иску. Когда для явки
в суд необходимо было преодолеть определенное расстояние, тог­
да суд назначал ответчику поверстный срок. Повестка должна
была вручаться самому ответчику, а в случае его отсутствия, его
жене, детям, достигшим 17 лет, или другим родственникам. Если
и их не было, то повестка вручалась сельскому старосте. Во всех
случаях повестка вручалась при двух свидетелях мужского пола.
Стороны по делу, проживавшие за пределами волости и далее
15 верст от места нахождения суда, имели право заменить себя
1
62
ГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 3464. Л. 9.
представителем из числа своих родных, домашних или односель­
чан. Но такая замена могла быть разрешена волостным судом
только при наличии уважительных причин. При разбирательстве
дел в случае неявки в суд ответчика волостной суд мог отложить
рассмотрение дела до следующего заседания, подвергая ответчи­
ка наказанию. В случае вторичной его неявки без уважительной
причины суд выносил окончательное решение в его отсутствие
по представленным истцом доказательствам. При разбиратель­
стве дела по уголовным делам - волостной суд, если не явился ис­
тец или ответчик, делал распоряжение о приводе не явившихся к
следующему заседанию и посылал приказ сельскому старосте о
приводе их в суд. Если в суд не являлся истец, дело подлежало
прекращению, при этом ответчик имел право просить о взыска­
нии с истца убытков, если таковые были. Неявка в суд без уважи­
тельной причины каралась законом. Уважительными причинами
считались: содержание под стражей, государственная нужда по
службе, наводнение или пожар, нападение воров, тяжелая бо­
лезнь, а также болезнь жены, смерть родителей, жены или детей,
сумасшествие1.
Разбирательство дел в суде производилось в присутствии
всех желающих, хотя в некоторых случаях заседания могли быть
закрытыми. Двери заседания закрывались для не участвующих в
деле лиц, если волостной суд признавал, что открытое расследо­
вание дела может оскорбить религиозные чувства, либо наруша­
ло требования нравственности или общественный порядок. Так­
же дела разбирались в закрытом порядке, если сами стороны
просили об этом.
Специального помещения волостной суд не имел, а собирал­
ся в правлении. Если необходимо было участие большого числа
свидетелей, или в случае осмотра имущества, например, подлежа­
щего разделу, суд назначался на месте. Делопроизводство волост­
ного суда, а также хранение в порядке дел и книг, возлагалось на
волостного писаря под наблюдением председателя суда. Волост­
ной суд имел особую печать. По существующему положению, во­
1
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. С. 72, 76.
63
лостной суд должен был собираться не менее двух раз в месяц, по
воскресеньям и праздничным дням, в случае необходимости и в
другие дни1. Однако, как показывают архивные материалы, эти
суды собирались гораздо реже, установленных законом сроков.
Например, в ходе ревизии некоторых татарских волостных прав­
лений в феврале 1913 г. члены Губернского Управления по кресть­
янским делам установили, что Карагайский волостной суд для
разбирательства дел в 1912 г. собирался всего три раза: с 29 марта
по 2 апреля, с 24 по 26 сентября и с 10 по 14 декабря. Ежедневно
рассматривалось в среднем по 9 дел. Всего решений волостного
суда было 96. Комиссия пришла к выводу, что суд рассматривал и
исполнял дела очень медленно. В связи с этим она рекомендовала
проводить заседания суда чаще, «во всяком случае, не менее раза в
месяц»2. По замечанию комиссии, также обстояло дело в Истяцком волостном суде3.
Волостные судьи назначали следующие виды наказаний: об­
щественные работы до шести дней, штрафы до 3 р., арест до семи
дней, телесные наказания до 20 ударов розгами. Законодательно
предусматривался запрет подвергать телесному наказанию неко­
торых лиц. По закону, телесному наказанию не подвергались быв­
шие волостные головы, имеющие серебряную медаль за беспороч­
ную службу в течение девяти лет, волостные писари, прослужив­
шие беспорочно в должности 12 лет и удостоенные серебряной
медали, все духовные лица нехристианского вероисповедания и
их дети; женщины, престарелые, достигшие 60 лет4. Эти лица
могли подвергаться лишь штрафу в размере до трех рублей. Сле­
дует отметить, что наказание розгами считалось тяжким наказа­
нием, и применялось только в исключительных случаях: когда
виновные в течение года совершили проступок, за который уже
подвергались аресту; совершившие несколько проступков в тече­
1
Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 78.
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 28. Л. 9.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 28. Л. 16.
4 Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. С. 401,
404,405.
2
64
ние года, за каждый из которых определялся арест или другое
строгое наказание. Денежные штрафы, установленные волостны­
ми судами, должны были обращаться в пользу мирских сумм той
волости, где производился суд. Если приговоренный волостным
судом за проступок к денежному взысканию оказывался несосто­
ятельным к его уплате, то оно заменялось арестом или отдачей в
общественные работы с зачетом двухрублевого денежного взыс­
кания за каждый день ареста или общественных работ.
Существовал срок давности, по истечении которого винов­
ные освобождались от наказаний. Виновные в совершении кра­
жи, мошенничества и присвоения чужого имущества освобожда­
лись от наказания, если в течение двух лет они не были изобличе­
ны или когда в течение тех же сроков не было никакого по этим
делам производства. По другим проступкам срок давности был
установлен в шесть месяцев со времени их совершения1.
Волостной суд при рассмотрении дел использовал различные
доказательства:
собственное
признание
подозреваемого,
пись­
менные доводы, личный осмотр следов преступления и вещей,
показания сведущих людей и свидетелей, повальный обыск, при­
сягу. Собственное признание ответчика в ходе судебного разби­
рательства являлось бесспорным доказательством преступления.
Признание ответчика вне суда признавалось доказательством в
зависимости от обстоятельств2.
В суде могли использоваться письменные доказательства.
К ним относились акты, удостоверяющие чье-либо право или
обязанность. Акты были трех видов: акты укрепления имущест­
ва, акты присутственных мест, акты состояния. К первым отно­
сились купчие и закладные крепости, дарственные записи, ду­
ховные завещания. Ко вторым - судебные журналы, протоколы,
реестры, докладные книги, выписки из дел, подписанные тяжу­
щимися, судебные определения. К третьим - метрические книги,
выписи, родословные, ревизские сказки и выписки из них, жало­
1
2
Сборник узаконений, определяющих права и обязанности. С. 90.
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. С. 258-259.
65
ванные грамоты и т. д.1 К письменным доказательствам в суде от­
носились также различные договоры (условия), которые заклю­
чались между общинниками. Как показывают архивные мате­
риалы, в начале XX в. особенно много таких договоров заключа­
лось с русскими соседями по поводу продажи или сдачи в аренду
угодий.
Одними из доказательств в волостном суде признавались по­
казания свидетелей. Свидетели не имели права отказываться от
свидетельствования. При наличии нескольких свидетелей, каж­
дый из них допрашивался волостным судьей отдельно. В случае
их неявки в суд, дело откладывали до следующего заседания, если
признавали, что показания свидетелей являлись существенными
для разрешения дела. Кроме того, не явившихся свидетелей могли
подвергнуть взысканию в пользу мирских сумм волости в разме­
ре от 25 к. до 3 р., учитывая важность дела и состояние свидетеля.
При этом свидетелям назначался новый срок для явки. При нали­
чии уважительных причин, например, из-за дальности расстоя­
ния волостного суда, они могли допрашиваться на месте в селе­
ниях волостным старшиной. Затем их письменные показания от­
правлялись в волостной суд. По закону запрещалось привлекать
в свидетели лиц, не достигших 15 лет, безумных и сумасшедших,
глухонемых, убийц, разбойников и воров, «явных прелюбодеев», и
вообще всех лиц, лишенных чести и всех прав состояния. В сви­
детели не допускались также: лица, имевшие отношение к делу;
находящиеся с тяжущимися в родстве и блилснем свойстве, имев­
шие вражду с этими лицами; дети против родителей; жена тяжу­
щегося; лица, подкупленные к свидетельству. Люди, находившие­
ся у тяжущегося в услужении и получавшие от него пропитание,
могли допрашиваться только по недостатку других свидетелей.
Больные, а также знатные и лица женского пола дворянского про­
исхождения допрашивались на дому. Если нужно было допросить
большое число свидетелей из одного или нескольких селений, то
допускалось допрашивать их по месту жительства, чтобы не от­
влекать их от занятий2.
1
2
66
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. С. 83-84.
Там же. С. 92-94.
Показания
свидетелей
отбирались
согласно
определенным
правилам. До проведения допроса свидетеля должна была состо­
яться очная ставка с лицом, против которого он свидетельство­
вал. На очной ставке ответчик мог дать отвод свидетелю. Затем
свидетеля приводили к присяге. По закону, свидетели должны
были присягать по своей вере. Сибирские татары, являвшиеся
мусульманами, приводились к присяге по особым правилам, из­
данным 25 апреля 1850 г. Согласно этим правилам, по мусульман­
скому обычаю они сначала должны были совершить омовение.
Затем в присутствии муллы, «держа с почтением правую руку на
Коране, произносить со вниманием и благоговением слова при­
сяги, устремив взор во все это время на священную книгу». Если
свидетель, приводимый к присяге, не умел читать, то мулла дол­
жен был прочитать и объяснить ее содержание, «произнести
внятно и медленно присягу, а свидетель должен повторить за мул­
лой слово в слово вслух и внятно. Коран в знак благоговения дол­
жен быть положен на чистую шелковую материю. До приведения
к присяге свидетеля, мулла обязан вразумить его, что присягу
нужно принимать не только языком, но и сердцем, что она есть
дело важнейшее пред Всевышним и что закон повелевает данную
присягу соблюдать свято и ненарушимо, а клятвопреступник на­
влекает на себя страшный гнев Божий»1. За ложную присягу уста­
навливалась «епитимия», выражавшаяся в том, что мулла пред­
писывал обманщику 60-дневный пост2. По закону 1912 г. присяга
для свидетелей была отменена3.
Когда в свидетели привлекали большое число людей по како­
му-либо делу - это называлось повальным обыском. Повальный
обыск мог быть малым и большим, в зависимости от того, кого
допрашивали - ближних или и дальних окольных людей. Если не
было других доказательств, суд принимал решение по большин­
1
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. С. 92-94,
448.
2
Юшков И.Н. Сибирские татары // ТГВ. 1861. № 40.
Временные правила о волостном суде 15 июня 1912 г. СПб., 1913.
С. 63.
3
67
ству обыскных голосов1. В этом случае свидетели также приводи­
лись к присяге. В 1837 г. татары юрт Болыпе-Кипо Кулларовских
Тарского округа были подвергнуты повальному обыску по делу
указного муллы Аптушагура Суючева2.
Анализ материалов дел по деятельности волостных судов по­
казывает, что сибирские татары довольно часто обращались в су­
ды по различным вопросам. Об этом свидетельствует количество
дел, рассматриваемых этими судами. Так, в 1912 г. в Истяцкий во­
лостной суд поступило 27 гражданских и 19 уголовных дел, в Вагайский - 50 и 12 дел, в Тукузский - 46 и 14 дел, в Карагайский 115 и 41 дело соответственно3.
По окончании разбирательства дела в волостном суде, если не
произошло примирения сторон, суд выносил решение, записывая
его в специальную книгу, и объявлял его сторонам на этом же за­
седании. В решении суда указывались дата, имена и фамилии су­
дей, истца и ответчика или обвиняемых и потерпевших, свидете­
лей. Далее кратко излагались обстоятельства дела и суть решения.
Сторонам выдавались копии решения. Решение волостного суда
вступало в законную силу и подлежало исполнению в случаях, ес­
ли гражданское дело не было обжаловано в месячный срок, а по
делам о преступных деяниях - в течение двух недель4. Согласно
закону от 8 марта 1904 г., уездный съезд крестьянских начальни­
ков отменял решение волостного суда только в случае нарушения
подсудности. Уездный съезд мог произвести допрос свидетелей,
осмотр на месте или иную проверку доказательств. В том случае,
если суд признавал дело достаточно исследованным в волостном
суде, то оставлял обжалованное решение в силе. Если уездный суд
признавал дело недостаточно расследованным в волостном суде,
тогда дело возвращалось обратно для нового рассмотрения его в
том же суде, но другим составом волостных судей5.
1
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. С. 98-99.
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. З.Д. 1285. Л. 13об.-14.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 8. Л. 42о6.-43.
4 Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 127об.
5 Дополнительный выпуск к полному своду законов Российской им­
перии. Изд. Г.Г. Савич. СПб., 1905. С. 98.
2
68
Если между сторонами происходило примирение, то в книге
решений записывалась мировая сделка. Как показали архивные
материалы, довольно большое количество дел, рассматриваемых
волостными судами, заканчивалось примирением сторон, а неко­
торые заканчивались до суда. Например, в ходе ревизии Карагайского волостного правления в декабре 1911 г. было установлено,
что до суда было прекращено 150 дел1. В 1912 г. примирением
сторон в ходе судебного разбирательства закончились: 12 дел из
поступивших в Истяцкий волостной суд 27 гражданских и 19 уго­
ловных дел, 15 из 62 дел в Вагайском суде, 12 из 62 дел в Тукузском и 64 дела в Карагайском суде2.
Несмотря на авторитет волостного суда, часть его решений
не выполнялась ответчиками. Причины были самые разные.
О них, в частности, мы узнаем из перечня «не приведенных в ис­
полнение решений» Карагайского волостного суда на март 1914 г.
Вот некоторые из них: «не исполнено за отлучкой ответчика»
(7 случаев), «произведена опись имущества, но продать ничего не
оказалось» (2 дела), «взыскана часть долга, остальная часть рас­
срочена добровольно истцом» (3 дела), «в связи с обжалованием
решения в вышестоящий суд»ъ.
В заключение подчеркнем, что во второй половине Х1Х-начале XX в. волостные суды занимали важное место в системе само­
управления у сибирских татар. В судопроизводстве и судоуст­
ройстве в целом и в волостных судах, в частности, происходят
правовая унификация и бюрократизация. Несмотря на это, во­
лостные суды продолжают сохранять некоторые традиционные
элементы, связанные с особенностями культуры и религии си­
бирских татар.
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 28. Л. 3.
Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 8. Л. 42об.-49.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 67. Л. 41.
2
69
Глава 2
РЕГУЛИРОВАНИЕ СЕМЕЙНО-БРАЧНЫХ
ОТНОШЕНИЙ У СИБИРСКИХ ТАТАР
В XVIII-НАЧАЛЕ XX ВЕКА
2.1.
Брачное законодательство. Шариат
В Российской империи брак рассматривался как религиозный
акт,
поэтому решение важнейших семейно-брачных
вопросов
власти отдавали в руки представителей основных конфессий. Си­
бирские татары - мусульмане-сунниты по вероисповеданию при регулировании семейных отношений опирались на законы
шариата,
представляющие
собой
совокупность
религиозных,
нравственных, бытовых, юридических норм поведения и обыча­
ев. По мнению Л.Р. Сюкияйнена, шариат включает в себя три ос­
новные части - религиозную догматику, исламскую этику и так
называемые практические нормы1. Источниками шариата и му­
сульманского права являются Коран, изречения и деяния Мухам­
меда (араб, сунна), аналогии (араб, кияс), согласованное мнение
крупных правоведов и богословов (араб, иджма), юридические
заключения высших духовных лиц (араб, фетва), традиции и
обычаи народов, исповедывающих ислам (араб. адат). Выше от­
мечалось, что адат играл значительную роль в регулировании
различных вопросов жизни сибирских татар, в том числе семей­
но-брачных.
Как было уже сказано, татары-мусульмане, проживающие в
Сибири, относились к ведению Оренбургского магометанского
духовного собрания, образованному в 1788 г. по указу Екатери­
1 Сюкияйнен Л.Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. М.,
1997. С. 6.
70
ны II. Собранию передавались дела, связанные с заключением и
расторжением брака, о неповиновении детей родителям, о нару­
шениях супружеской верности, о спорах по завещаниям и при
разделе наследства. На протяжении XIX-начала XX в. решение
этих дел находилось в непосредственном ведении мусульман­
ского приходского духовенства. Департамент духовных дел ино­
странных исповеданий от 14 марта 1900 г. подтвердил право му­
сульманского духовенства рассматривать и решать семейные дела
«по правилам своей веры»1.
Несмотря на значительную роль шариата, государство все же
не устранялось от регулирования семейно-брачных вопросов. За­
коны Российской империи регламентировали браки между пра­
вославными и нехристианами (в том числе мусульманами). Со­
гласно закону, если жена или одна из жен мусульманина перехо­
дила в христианскую религию, то брак мог оставаться в силе, но с
условием, что муж даст обязательство «...имеющихродиться от
них с того времени детей, ни прельщениями, ни угрозами, не при­
водить в свой закон и жене своей поношения и укоризны не нано­
сить. Состоять с принявшей крещение, во всё время ее жизни, или
доколе продолжается брак, в единобрачном сожительстве, отри­
нув прочих жен, если имеет». Если принимал крещение мужчина,
который имел несколько жен, он должен был выбрать из них од­
ну, преимущественно обратившуюся к христианству. Если при
этом ни одна из жен креститься не пожелает, и муж не изъявит
согласия жить с некрещеной, то ему дозволяется вступить в но­
вый брак с православной2.
По Уставу Духовных консисторий брак православного лица с
иноверным не признавался действительным до тех пор, «доколе
не совершится в православной церкви православным священни­
ком». Перед совершением брака православного лица с иновер­
ным священник должен брать от иноверного лица показание в
следующей форме: «Нижеподписавшийся (аяся) (звание, имя, фа­
милия, вероисповедание) сим удостоверяю, что, вступая в брак
1
Климович Д. Ислам в царской России. Очерки. М., 1936. С. 59.
Сборник материалов по вопросам о смешанных браках и о вероиспо­
ведании детей, от сих браков происходящих. СПб., 1906. С. 4-6.
2
71
(звание, имя, фамилия) православного исповедания, в воспитании
обоего пола детей от сего брака буду поступать согласно с зако­
нами государства Российского, то есть буду крестить и воспи­
тывать их в православной вере»1.
Браки мусульман с лицами, исповедующими евангелическолютеранскую веру (протестантами), разрешались на следующих
условиях: чтобы бракосочетание совершалось только евангели­
ческо-лютеранским проповедником и по обряду «сей церкви»;
чтобы мусульманин (ка) обязывался (лась) «подпиской пред Кон­
систорией крестить и воспитывать детей в евангелическо-люте­
ранской вере; ни угрозами, ни обольщением не будет стараться
совратить супругу или супруга или детей своих в свою веру и не
будет препятствовать им в свободном исповедании христианства.
И сверх того, супруг мусульманин должен обязаться отказаться
от многоженства»2.
Таким образом, официальные власти, Русская православная
и протестантская церкви не препятствовали бракам христиан с
иноверцами (мусульманами в данном случае) при соблюдении
указанных условий. Однако, как видно из документов, соблюдать
условия при заключении подобных браков должны были только
мусульмане. Тем самым власти подтверждали приоритетное по­
ложение в государстве христианской религии, в первую очередь,
православия.
Духовное собрание мусульман также регулировало межконфессиональные браки. Однако позиция ислама к подобным бра­
кам была более жесткой. Согласно нормам шариата, вступать в
брак с христианками и иудейками имели право лишь мужчины, а
женщинам запрещалось вступать в брак с иноверцами3. Совер­
шенно запрещались браки мусульман с язычниками. Духовное
Собрание подтвердило это специальным циркуляром от 14 янва­
ря 1889 г., где было предписано всем подведомственным духов­
1
Сборник материалов по вопросам о смешанных браках. С. 13.
Там же. С. 7-8.
3 Керимов Г.М. Шариат. Закон жизни мусульман. М., 1999. С. 134; Барковская Е.Ю. Мусульманское право и правовая культура. М., 2001. С. 31.
72
2
ным лицам «воздержаться на будущее время от совершения бра­
ков мусульман с язычницами»1.
2.2.
Брак
При совершении браков и разводов приходское духовенство
пользовалось инструкцией, составленной 29 января 1841 г. муф­
тием Абдулвахидом Сулеймановым. Она сохраняла силу закона
вплоть до октября 1917 г.2 Хотя законодательство признавало
брак религиозным установлением, тем не менее, были приняты
некоторые общие правила, обязательные для всех исповеданий:
возраст, свободное согласие брачующихся и согласие родителей3.
Согласно законам Российской империи и нормам шариата,
брачный возраст для юношей определялся с 18 лет, девушек - с
16 лет. Хотя верхняя граница брачного возраста не была обозна­
чена, не допускался брак с женщиной, которая не могла иметь де­
тей по старости4. Несмотря на закон, среди сибирских татар
встречались случаи, когда муллы заключали браки несовершен­
нолетних. Об этом свидетельствуют материалы дел Оренбург­
ского магометанского духовного собрания. Так, в 1908 г. в Орен­
бургское собрание обратился житель юрт Вагайских Вагайской
волости Речап Аширов, который сообщил, что мулла Маулит Ниясов венчал несовершеннолетнего «инородца» юрт Бегишевских
Алимчана Кабирова5. В 1915 г. с аналогичной жалобой на мул­
лу мечети Шарафетдина Хузя-Ахмедова обратился житель юрт
Атьяльских Ялуторовского уезда Мухаметзян Назиров. Он назвал
несколько случаев венчания лиц, не достигших брачного возрас­
та. В конце июля 1914 г. венчал несовершеннолетнюю дочь Т. Мухамедшарифова; в начале февраля 1915 г. - не достигшей брачного
возраста девицу Шарифемал Абдулсатарову с Ибетуллой Разяповым; в середине февраля 1915 г. - несовершеннолетнюю дочь Му1
Сборник циркуляров и иных руководящих распоряжений. С. 33-34.
Там же. С. 5.
3 Шимановский В.М. Указ. соч. С. 52.
4 Торнау Н.Е. Мусульманское право. СПб., 1866. С. 8.
5 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 1851. Л. 3.
2
73
хамедлатифа Мухамедшарифова Джамилю «с избранным жени­
хом». Ответом явилось определение Оренбургского собрания «жалобу оставить без последствий за неимением жалоб от
заинтересованных лиц»1.
Таким образом, несмотря на официальное указание брачного
возраста и подтверждение его Оренбургским собранием, сама
высшая духовная власть в некоторых случаях закрывала глаза на
нарушения приходским духовенством этого условия.
Брак, с точки зрения мусульман, есть обязательство между
лицами различного пола, составленное по правилам шариата и
имеющее целью супружеское сожитие. На человека, не сумевшего
создать семью, общество смотрело как на «неполноценного». На
мужчину смотрели с сожалением, женщину, не вышедшую вовре­
мя замуж, осуждали2. Препятствиями к совершению брака счи­
тались кровное родство, родство по кормилице, свойство. Запре­
щался брак с двумя сестрами одновременно. Если такие браки все
же заключались, то они должны были расторгаться с возложени­
ем уголовной и материальной ответственности на провинивших­
ся лиц. В частности, женщина возвращала мужчине имущество,
выделенное ей при заключении брака (араб, махр; тур. мехр)ъ.
По канонам ислама брак мог заключаться только по сватов­
ству. У сибирских татар в XIX-начале XX в: такой брак являлся
самой распространенной формой заключения брака. Он включал
в себя несколько этапов. Первый этап - сватовство (сиб. тат. теляу), когда сват (сиб. тат. сауцы) делал предложение от имени же­
ниха. В роли свата выступал отец, родственник или односельча­
нин жениха, но обязательно красноречивый и бойкий на язык
человек, который в сопровождении других родственников от­
правлялся в дом невесты. Обычно сват выпускал одну штанину
поверх сапог, показывая тем самым цель своего прихода. Начиная
разговор на отвлеченные темы, сват вскоре переходил к цели ви­
зита, которая выражалась в иносказательной форме: «У нас голо­
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 3800. Л. 3, 9.
ПМА, 1991.
3 Торнау Н.Е. Мусульманское право. С. 150-151.
2
74
ва, у вас - клеть» (сиб. тат. баш пэснэн, кэлэт сэснэн) или «С меня
голова, с вас сабля» (сиб. тат. баш миннэн, кылыч сестэн). Сват
всячески восхвалял жениха, его родителей, их материальное со­
стояние. Было неприличным давать свое согласие сразу. Обычно
сват приходил до трех раз, прежде чем получал согласие родите­
лей девушки. После достижения согласия назначался день сгово­
ра (сиб. тат. ярашу), на котором обсуждались условия предстоя­
щего брака, в том числе обговаривалась сумма калыма (тюрк, ос­
таток - одна из форм брачного выкупа)1. Сам договор о калыме
назывался гакыд (от араб, акд - двустороннее соглашение о вза­
имных обязательствах), заключение которого являлось основным
действием при совершении брака. Именно с момента гакыда брак
считался совершившимся, а жених и невеста становились закон­
ными мужем и женой. При этом было необходимо присутствие
не менее двух правоспособных свидетелей мужчин или одного
мужчины
и
двух
женщин
мусульманского
вероисповедания.
Только после заключения условия, т. е. договора о калыме прово­
дился религиозный обряд бракосочетания (араб, никях). Мулла,
читая молитву, должен был удостовериться в том, что жених и
невеста вступают в брак по взаимному согласию. У сибирских та­
тар, согласно обычаю, от имени молодых отвечали родители и
свидетели (араб, вакилъ). Это же подтверждалось правилами,
принятыми Духовным собранием 29 января 1841 г., в которых от­
мечалось, что «имамы при совершении браков о согласии невес­
ты на брак... обязаны узнавать о желании невесты опосредован­
но, через свидетелей и только после этого должны приступать к
совершению брака»2. В заключение обряда мулла читал молитву
«хутба».
О том, что у сибирских татар молодые вступали в брак без
принуждения,
свидетельствуют
описания
исследователей.
На­
пример, Г. Громов отмечал, что «принуждения в женитьбе у них
нет ни малейшего, а особливо женского полу. Почему отец невес­
1
2
ПМА, 1990-1991.
Азаматов Д.Д. Указ. соч. С. 129.
75
тин, коль скоро последует сватовство, при собрании родственни­
ков и сторонних людей, спрашивает оную люб ли ей жених, и
охотно ли она за него идет? Согласный ее ответ все дело ре­
шит...»1
Помимо брака по сватовству у сибирских татар существова­
ли и другие формы:
- брак путем насильственного похищения невесты (сиб. тат.
кыс урлау);
- брак «убёгом» (сиб. тат. кацып цэгу);
- сватовство малолетних детей или «колыбельный сговор»
(сиб. тат. балалап алу);
- брак, заключенный по обычаю левирата (сиб. тат. балдыз
алу);
- брак, заключенный по обычаю сорората (сиб. тат. есналяп
бару).
Насильственное хищение (кыс урлау) встречалось среди си­
бирских татар значительно реже, чем «похищение» с доброволь­
ного согласия девушки (кацып цэгу)2. В одном из описаний похи­
щения невесты у сибирских татар, относящемся к началу XX в.,
говорится следующее: «После того, как родители жениха и невес­
ты поговорят и решат свадьбу, жених с товарищами приезжает в
дом невесты. Он просит пустить их переночевать, т. к. заблуди­
лись в дороге. Во время пребывания в доме невесты молодые лю­
ди выбирают удобную минуту, хватают девушку и мчатся в де­
ревню жениха. Родители невесты, хотя отлично знают, зачем
приезжал жених, однако притворяются рассерженными и посы­
лают погоню. Жениха задерживают поселяне, требуя плату за
пропуск. Для этого жених запасается платками, лентами и раз­
личными мелочами, которые бросает в толпу. Едва успевают мо­
лодые скрыться в доме жениха, как является погоня, и отец не­
весты требует дочь. Тогда молодая выходит и говорит, что желает
1
Громов Г. Позорище странных и смешных обрядов при бракосочета­
ниях разных чужеземных и в России обитающих народов; и притом не­
что для холостых и женатых. СПб., 1797. С. 179-180.
2 ПМА, 1990-1991.
76
остаться у мужа. После этого отец требует выкуп. Кончается все
это пиром»1.
Сватовство малолетних детей у сибирских татар производи­
ли для того, чтобы калым вносить постепенно, частями.
Обычай левирата (брак с вдовой умершего брата) и сорората
(брак с сестрой умершей жены) был обусловлен, главным обра­
зом, экономическими причинами. В случае ухода вдова уносила с
собой приданое. Чтобы этого не происходило, один из братьев
умершего женился на вдове. Кроме того, это давало возможность
вдове полноценно воспитывать своих малолетних детей. По дан­
ным Ф.Т. Валеева, левират встречался только среди богатых та­
тар2. Однако более распространенным явлением был сорорат.
Этот обычай одобрялся общественным мнением; считалось, что
родная сестра «не обидит» детей3.
В конце XIX-начале XX в. у сибирских татар девушки не ве­
ли затворнического образа жизни. У молодежи, достигшей брач­
ного возраста, было принято общаться друг с другом во время со­
вместных работ, на вечеринках, посиделках, праздниках. У сибир­
ских татар бытовали особые виды помощи (сиб. тат. омэ) для мы­
тья потолков, прядения пряжи, вязания сетей, изготовления и
тканья
мешковины,
распространенные
преимущественно
среди
молодежи. Эти работы проводились поочередно у всех девушек
селения. Особенность этих посиделок с работой в том, что в них
принимали участие и молодые парни, развлекавшие девушек ве­
селыми шутками-прибаутками, игрой на музыкальных инстру­
ментах. Знакомства молодежи происходили и во время посиделок
без выполнения какой-либо работы. Разновидность таких поси­
делок - совместные трапезы в доме одной из девушек аула. На
угощение (сиб. тат. уртак аш - доел, еда в складчину) приглашали
и молодых парней селения. Совместная трапеза заканчивалась
песнями, плясками, играми. Иногда на молодежные развлечения
приезжали юноши из других татарских селений4.
1
Сно Е.Э. Потомки Золотой Орды татары. Очерк. СПб., 1904. С. 27.
Валеев Ф.Т. Сибирские татары. С. 143.
3 ПМА, 1990-1992.
4 Там же, 2000.
2
77
Имеются материалы, свидетельствующие о том, что у сибир­
ских татар решающим условием при вступлении молодых в брак
являлось мнение родителей жениха и невесты. Например, в за­
метках за 1888 г. читаем: «У татар-мусульман... замуж девиц вы­
дают нередко за таких мужчин, которых они вовсе не знают и ни­
когда не видали, лишь бы, по практическим расчетам родителей,
такие женихи представляли собой для дочерей выгодную партию.
При таком условии нередки случаи того, что невеста смотрит на
жениха с ненавистью, но родители... на это никакого внимания
не обращают и тем часто создают несчастные браки»1.
В некоторых группах сибирских татар при выборе брачного
партнера учитывалась тугумная принадлежность. Тугум - это
группа родственных семей, происходящих от одного предка.
У сибирских татар бытовал запрет вступать в брак с членами
своего тугума до седьмого колена (сиб. тат. ете пуэн) 2.
Согласно
правилам,
изданным
Оренбургским
Духовным
Собранием от 22 мая 1893 г., приходские муллы должны были в
метрических книгах указывать имена вступающих в брак, роди­
телей и дедов каждой стороны, сословие, к которому они при­
надлежат, возраст, имена свидетелей и где они проживают. Также
в метрику записывались лица, внесшие брачные деньги, т. е. ка­
лым. Сумма калыма указывалась прописью. Имам должен был
записать и ту часть калыма, которая оставалась не выплаченной.
Как
известно,
шариат
разрешает
каждому
мусульманину
иметь до четырех жен. Однако, как свидетельствуют материалы,
сибирские татары редко брали больше двух жен. Во-первых, ма­
териальное состояние отнюдь не каждого правоверного позволя­
ло платить калым за несколько жен и содержать их. Еще одну
причину можно объяснить поговоркой, распространенной среди
татар «лучше две собаки во дворе, чем две жены в избе». Много­
1 Гражданское право. Очерки народного юридического быта. Вып. 1.
Казань, 1888. С. 24.
2 Бакиева Г.Т., Квашнин Ю.Н. Заболотные татары: социально-демографическая ситуация на рубеже XX-XXI веков // Словцовские чтения.
Материалы Всероссийской научной краеведческой конференции. Тю­
мень, 2002. С. 129.
78
женство получило распространение в основном среди состоя­
тельных слоев мусульманского общества - духовенства, купцов и
вообще среди тех, кто мог заплатить калым за жен и содержать
их. По данным Первой Всероссийской переписи 1897 г., по две
жены имели Тюменский и Тобольский окружные ахуны (ахун перс, наставник - высший сан приходского духовенства) Аптрахман Усманов Расиев и Мултасип Ниясов1, указной мулла юрт Вагайских Тобольского уезда Мавлют Ниясов (43 года)2. В юртах
Ембаевских Тюменского округа в конце XIX в. многие бухарцы, в
основном занимавшиеся торговлей, имели по две жены. Среди
них владельцы кожепенных и мануфактурных лавок Кабир Мур­
тазин, братья Мирхасим и Мирхайшар Миршановы, а также вла­
дельцы мелочных лавок Ахметшарип Кутчаков, Абдул Минаф
Кутчаков. В юртах Матияровских по две жены имели торговцы
кожами Рахим Кирей Матияров, Хайритдин Абайтуллин, Кармышак Абайдулин и торговец лошадьми Мухамет Имам Мухаметаминов3. В юртах Ново-Шабабинских торговцы кожами Мухамет
Якубов, Ашмен Айнуллин и владелец лавки по торговле сырыми
кожами и пушными меховыми товарами Валик Ильчигулов так­
же имели по две жены4. А вот у Мусы Юлташева (40 лет), жителя
юрт Иртышатских Тобольского округа, основным занятием ко­
торого являлось земледелие, было сразу три жены5. Мы имеем
лишь один пример, косвенно подтверждающий наличие четырех
жен. В юртах Тебендинских Карагайской волости Тобольского ок­
руга Гусман Исаков в 1847 г. взял четвертую жену. Что касается
материального положения Г. Исакова, то оно было довольно зна­
чительным: после смерти отца ему досталось наследство, заклю­
чавшееся в наличном капитале в 55000 рублей, движимом и не­
движимом имуществе6.
1
ГУТО ГАТ. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1815. Л. 492.
Там же. Ф. 417. Оп. 2. Д. 484. Л. 64.
3 Там же. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1813. Л. 5, 6, 27, 49, 137, 144.
4 Там же. Ф. 417. Оп. 2. Д. 1814. Л. 1, 2, 45, 56; Д. 1815. Л. 22, 43, 72.
5 Там же. Ф. 417. Оп. 2. Д. 490. Л. 12.
6 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 1955. Л. 10; Д. 1954. Л. 14об.
2
79
Что испытывали те женщины, которым приходилось нахо­
диться рядом с другими (другой) женами своего супруга, остается
только догадываться. Они не всегда могли мириться с таким по­
ложением, что подтверждается заметками очевидцев конца XIX в.
Там, в частности, отмечается, что «жены вечно ревнуют мужа к
другим женам и между ними и мужем из-за этого происходят
вечные ссоры, а иногда и драки»1. В 1816 г. в деревне Ашеванской
Тарского округа произошел более драматичный случай. В деле
указывалось, что жительница Асиба Мурзалеева принесла «объ­
явление» Саргатскому опекуну, в котором жаловалась на своего
мужа Айтбагу Аллабердиева. Женщина сообщала, что, прожив с
мужем 10 лет, «прижила детей в хорошем с ним поведении и в по­
рядочном житие», а затем он взял вторую жену После этого «стал
мне делать великое притеснение, и ежедневно почти бить... бес­
причинно», - сетовала Асиба на свое положение. Как видно из ма­
териалов дела, столь резкое изменение отношения к первой жене
произошло не без участия родственников второй жены. В своей
жалобе Асиба сообщала, что мать второй жены распространяла
ложные сведения о том, что Асиба «якобы, родила в девках ребенка
и задушила», и также участвовала в ее избиении. Данное дело рас­
сматривалось сначала волостным опекуном, а затем Тарским зем­
ским судом. Опекун, в силу данных ему полномочий, взял под­
писку от Аллабердиева в том, что «он своей жене Асибе истязаний
никаких чинить не будет». Однако, как выясняется из материа­
лов дела, Аллабердиев продолжал плохо относиться к своей пер­
вой жене. Вследствие чего, Асиба была передана отцу «на поручи­
тельство впредь до исследования» дела. В дальнейшем Асиба
Мурзалеева вышла замуж за другого татарина той же волости2.
Похожая ситуация сложилась в юртах Сингульских Ялуто­
ровского округа. Ясачный татарин юрт Больше-Акияровских Тю­
менского округа Мурат Атынбетев обратился 23 декабря 1828 г. к
муфтию с просьбой разобраться в ситуации, возникшей между
1
2
80
Гражданское право. Очерки народного юридического быта. С. 25.
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 36. Л. 34-34об„ 60-61.
его дочерью Юмабигой и ее мужем Абтуллой Сафаровым. В сво­
ем прошении Атынбетев сообщал, что после шести лет совмест­
ной жизни, Сафаров, взяв вторую жену, стал «ненавидеть, причи­
нять жестокие побои... причинять разные тиранства Юмабиге».
До проведения разбирательства женщина была возвращена от­
цу. В отличие от предыдущего дела, супруги «полюбовно при­
мирились1.
О том, как трудно сладить с несколькими женами в доме, у
сибирских татар бытовали различные истории. Вот одна из них:
«Жил-был один татарин. Был он уже не молод, свято исполнял
повеления Корана и славился благочестивою жизнью. Он имел
трех жен. Несмотря на то, что дом его был богат добром и велик,
эти три женщины постоянно ссорились и даже дрались. Однаж­
ды в морозный зимний день разыгралась буря. Как раз в это вре­
мя жены благочестивого татарина затеяли такую ссору, что он не
мог оставаться в избе и выбежал на улицу. Стоит бедняк, мерзнет;
вихрь треплет его одежду, а из избы все доносятся крики и руга­
тельства злых женщин. Увидел сосед старика, удивился и спра­
шивает: - Что ты тут делаешь в такую бурю? - Эх, - ответил ста­
рик, - если бы ты знал, какая буря у меня в избе, то не стал бы
удивляться»2.
Каждый мусульманин, вступая в брак, обязан был выплатить
невесте махр. В исторической литературе различают махр и ка­
лым. У сибирских татар эти понятия были тождественны и рас­
сматривались как выкуп за невесту3. Калым выступал как пе­
режиток древних обычаев, сохранившийся у многих народов,
принявших ислам. По словам информаторов, у сибирских татар
выкуп за невесту назывался терминами калым, мэр, салым, саум,
пирья (в зависимости от местности). Он включал в себя опреде­
ленную сумму денег, одежду, обувь, головные уборы для невесты,
корову, теленка, овец на забой для свадьбы (сиб. тат. аус елтыш);
лошадь (сиб. тат. баш am) для отца невесты; отрез материи для
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 461. Л. 1-1о6„ 8.
Сно Е.Э. Указ. соч. С. 25-26.
3 Валеев Ф.Т. Сибирские татары. С. 160.
2
81
матери невесты (сиб. тат. ина тун)-, продукты на свадьбу (мясо,
муку, масло). В сборе калыма участвовали родственники, иногда
не только близкие, но и дальние. Деньги, полученные от жениха,
поступали в пользу отца девушки, который, однако, передавал их
дочери1.
Размер калыма зависел от социального статуса и состоятель­
ности лиц, вступающих в брачные отношения. По данным Г. Гро­
мова, «у них (сибирских татар. - Г.Б.) бедняки должны заплатить
оного по крайней мере рублей 30, а богачи рублей по 100, по 200
и дороже»2. В «Статистическом обозрении Сибири» за 1810 г. на­
ходим такие сведения о сибирских татарах: «За жен они дают ка­
лым, т. е. плату, состоящую в скоте, деньгах и одежде от 20 р. до
500 р.»3 В 60-х гг. XIX в. И.Н. Юшков, описывая тобольских та­
тар, писал, что калым устанавливался «смотря по достоинствам
невесты и состоянию ее отца, бывает ценой от 30 до 500 р. сереб­
ром и более и выплачивается деньгами, скотом или товарами»4.
Это подтверждается и архивными данными. Например, житель
деревни Тусказанской Тарского округа Курман Бакин, выдавая
дочь замуж за Нияса Аширова, получил калым в сумме 38 р.5
В 1827 г. татарин Ялуторовского округа Слободо-Бешкильской
волости Е. Искандеров, вступая в брак с Гульзабикой Ташбулатовой, заплатил калым «товаром и деньгами» на сумму 450 р.6
В 1834 г. житель юрт Верхне-Тарманских Кашегальской волости
Тюменского округа Касмали Айтов за «девку» Канибу отдал ее от­
цу деньгами и вещами на 70 р.7 Татарин юрт Кыштымлинских Абдрахимов за жену отдал калым в сумме 60 р.8 В 1906 г.
1
ПМА, 1990-1992.
Громов ГИ. Указ. соч. С. 179.
3 Баккаревич М.Н. Статистическое обозрение Сибири, составленное
на основании сведений, почерпнутых из актов правительства и других
достоверных источников. СПб., 1810. С. 116.
4 Юшков И.Н. Сибирские татары // ТГВ. 1861. № 45.
5 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1082. Л. 4.
6 Там же. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1292. Л. 1.
7 Там же. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1162. Л. 1.
8 Там же. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1087. Л. 24об.
2
82
Имадутдин Абдуназыров, житель юрт Подъемных волости Об­
рочных Чувальщиков утверждал, что калым заплатил наличны­
ми деньгами 100 р. и на свадебные расходы «употреблено было
около 100 р.»1
До тех пор пока жених полностью не доставлял все составные
части калыма в дом невесты, свадьба не устраивалась. Часто с мо­
мента сватовства до свадьбы проходило от нескольких месяцев
до года, а иногда и больше. В это время жених мог тайно время от
времени посещать свою невесту. Этот обычай получил у сибир­
ских татар название «за пазуху ходить», «ибо в то время женихова
вольность простирается только до пазухи невестиной, а не далее».
«Хождение за пазуху имеет ту выгоду, что жених под сим предло­
гом может иногда прийти к невесте врасплох; и таким образом
вящще удостовериться о прямых ее качествах. Ибо ежели он при­
метит за нею что-либо предосудительное, и то засвидетельство­
вано будет другим, в таком случае без всякого шуму может отка­
заться от нее заблаговременно, и по/хучит обратно данную уже до
того часть выкупа», - такое описание этого обычая оставил в кон­
це XVIII в. Г.И. Громов2. По сведениям информаторов, у бухарцев
юрт Ембаевских и Тураевских в начале XX в. еще бытовал обычай
«кияуляу» (от сиб. тат. кияу - зять), заключавшийся в том, что
жених после религиозного обряда никах посещал свою невесту,
до тех пор, пока калым полностью не будет уплачен3.
Иногда, по соглашению сторон, определенная часть калы­
ма могла быть уплачена после свадьбы. Однако в таком случае
муллы могли запретить молодым проживать вместе. Так, в
1835 г. был заключен брак между ясашным татарином юрт Больше-Каскаринских
Сульбухаром
Абдукасимовым
и
Калимчаной
Аптулиной. В связи с тем, что Сульбухар выплатил только часть
калыма, указанного в брачном договоре, ахун Тюменского окру­
га Мавлютов вынес решение: до тех пор, пока не будет выпла­
чен весь калым, молодые «должны препровождать жизнь по­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 29. Л. 5 об.
Громов Г.И. Указ. соч. С. 180, 182.
3 ПМА, 2008.
2
83
рознь»1. Жена также могла отказываться от сожительства с
мужем, если он не уплатил выкуп.
У заболотных татар очень часто сыновья бедных рыбаков и
охотников всю жизнь оставались холостыми, не имея средств вы­
платить калым2. У других групп сибирских татар, в частности, у
тарских, в конце XIX-начале XX в., по мнению Ф.Т. Валеева, раз­
меры калыма не были очень обременительными, «среди них в
этот период редко встречались случаи нахождения холостого
мужчины в женихах в течение нескольких лет из-за того, что не
мог своевременно выплатить калым»3.
Избежать уплаты калыма можно было, похитив будущую же­
ну. Однако это могло иметь неблагоприятные последствия для
похитителя. Например, житель юрт Аевских Тарского округа Сумаш Муратов обратился в Тобольский земский суд о наказании
Учкуртки Кармышакова, женившегося на его дочери Кулюстане
тайно, без согласия отца. Отец девушки требовал выплатить «за
бесчестие» 500 р. и столько же за понесенные им убытки, а брак
аннулировать. Муратов обвинял в преступлении не только Кар­
мышакова, но и муллу деревни Себеляковой Исака Мухамегдинова, венчавшего молодых4.
Важную роль в хозяйстве молодоженов у сибирских татар иг­
рало приданое (сиб. тат. бирнэ), хотя оно и не являлось обязатель­
ным условием брачного договора. Родители девушки, как прави­
ло, готовили его задолго до предстоящего замужества. Оно
состояло из двух частей: скота (коровы, овец) и домашней утвари
(постельных принадлежностей, посуды)5. Вот какое свадебное
приданое, к примеру, выделил своей дочери Шаиме в 1833 г. майор
мурза Рахматулла Кульмаметьев: «Сундук заводской длиною 1 ар­
шина, окован белым железом. В нем положено: оловянной посуды
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1290. Л. 8.
Файзуллина Г.Ш. Обряды переходного цикла у заболотных татар //
Народы Сибири. Кн. 3. Сибирский этнографический сборник 8. М.:
ИЭА РАН, 1997. С. 241.
3 Валеев Ф.Т. Сибирские татары. С. 161.
4 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1085. Л. 94, 99.
5 ПМА, 1990.
2
84
1 миска, 4 блюда глубоких, 10 тарелок осъмигранных, 10 кружек,
2 блюда больших, 2 больших и мелких, 9 медных подсвешников,
2 кувшина медных, 1 медный таз, 1 таз медный большой, 1 само­
вар, 12 пар чайных чашек, 6 чашек китайских, 2 чашки пенковых,
1 кошма большая, 1 персидский ковер, 1 большая подушка пуховая,
1 ситцевая занавесь, одна от серег золотая цепочка, стоящая
25р.»1 А вот приданое, которое «инородец» Подгородной волос­
ти Тарского уезда Назир Ниясов смог выделить своей дочери Са­
буре в 1835 г., было не таким богатым и разнообразным. Оно
включало следующие вещи: халат, ситцевую занавесь, подушки с
наволочками, 2 рубахи ситцевые, сковороду железную, два ящика
(один, обитый железом); всего в сумме 40 р. 80 к.2 По стоимости
приданое было немногим меньше калыма, а иногда и равным ка­
лыму. Так, жительница д. Инцисс Тарского уезда Марфуга Шаяхметова утверждала, что «муж заплатил калыма 40 р., а в прида­
ное она привела корову (30 р.), две овцы и одежды рублей на 15».
В данном случае, приданое по стоимости даже превысило сумму
калыма3.
Приданое было полной собственностью женщины, при раз­
воде она уносила его с собой. Как уже было отмечено, приданое
супруги являлось неприкосновенным, на него не обращалось
взыскание по обязательствам супруга.
Сама свадьба у сибирских татар происходила пышно, про­
должалась несколько дней. В день свадьбы устраивались скачки,
борьба, состязания в беге. Иногда мирные состязания переходи­
ли в рукопашные столкновения родственников жениха и невесты.
Как рассказали информаторы, перед свадьбой хозяева преду­
смотрительно заколачивали окна изнутри, чтобы в случае дра­
ки, окна сохранились в целости4. Вместе с тем, следует отме­
тить, что по шариату, публичные увеселения, игры, музыка,
забавы, пляски, «особенно пьянство и буйный разгул», строго за­
прещались, а «уличенные в такого рода времяпровождении под­
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1084. Л. 7.
Там же. Ф. И-295. Оп.З. Д. 1288. Л. 2.
3 Там же. Ф. И-295. Оп. 5. Д. 4560. Л. 14об.
4 ПМА, 2008.
2
85
вергались трехдневному аресту или даже телесному наказанию»1.
Как видим, у сибирских татар во время проведения свадеб данная
норма не действовала.
«Всякая свадьба празднуется обильной едой, а также играми,
плясками и свадебными песнями, которых у татар очень много.
Эти песни восхваляют красоту невесты и щедрость жениха. Не­
веста при этом часто совсем не показывается; тотчас после совер­
шения обряда ее уводят в другую комнату, где она и сидит», - та­
кой увидел в начале XX в. свадьбу сибирских татар Е.Э. Сно2.
В целом, говоря о свадебных обрядах у сибирских татар, ис­
следователи отмечают высокую степень вариативности3. Наши
полевые материалы также показали, что практически в каждой
деревне бытовали свои специфические черты проведения свадеб­
ных ритуалов.
Рождение новой семьи имело большое значение для общины
в целом. Вступление человека в брак было важным, прежде всего,
в социальном плане. Только женатый человек становился «полно­
ценным:», как равный вступал в круг сородичей, включаясь в оп­
ределенный социум. Свидетельством значимости брака являлось,
в частности, то, что на свадьбе у татар присутствовали практи­
чески все жители деревни, что можно рассматривать как призна­
ние новой семьи со стороны общества. Факт признания нового
члена общины (в лице жениха или невесты) производился в ходе
бытовавшего у татар Сибири обычая смотрин невесты или жени­
ха (сиб. тат. кияу курештеру, килен курештеру). Смысл обряда
заключался в том, что пришедшие на свадьбу односельчане ода­
ривали невесту и жениха подарками, сопровождая рукопожатия­
ми и поцелуями. Община принимала участие в материальной
поддержке создаваемой семьи. Кроме подарков, непосредственно
преподносимых на свадьбу (саум), односельчане оказывали мате­
1
Юшков Н.И. Сибирские татары // ТГВ. 1861. № 41.
Сно Е.Э. Указ. соч. С. 27.
3 Валеев Ф.Т. Указ. соч. С. 141-142; Шарифуллина Ф.Л. Особенности
традиционной свадебной обрядности в сельских поселениях Тюменской
и Омской областей // Сибирские татары. Сб. ст. Казань, 2002. С. 144.
2
86
риальную помощь в предсвадебных и послесвадебных обрядах.
В доме жениха устраивался так называемый обряд «блюдо жени­
ха» (сиб.тат. кияу тавак), в котором принимали участие род­
ственники и односельчане. После угощения выносили поднос для
присутствующих гостей, в который они клали деньги по принци­
пу «кто сколько может». Аналогичное угощение устраивалось и
в доме невесты. После свадьбы молодые обычно обходили одно­
сельчан. В каждом доме для молодых устраивалось не только уго­
щение, но и подносились подарки1.
Из вышесказанного следует, что брак у сибирских татар на
протяжении всего рассматриваемого периода регулировался на
основе шариата и норм обычного права, действие же официаль­
ного законодательства было минимальным. Семейное право си­
бирских татар особое внимание уделяло регламентации размера
калыма и приданого, заключению брачного договора. Основной
формой брака у сибирских татар был брак по сватовству. Как по­
казали материалы, полигамия у сибирских татар не была распро­
страненным явлением, встречалась в основном у зажиточных об­
щинников.
2.3.
Развод
По мусульманскому вероучению брак считается священным
и не может расторгаться без основательных причин. Если появи­
лась опасность распада семьи, супругов наставляли использовать
все возможные средства для сохранения брака, иногда несмотря
даже на жестокое отношение мужа к жене. Из дела, возникшего в
1796 г. в юртах Каскаринских Тюменского округа, узнаем, что
старшина волости совместно с муллой и «лучшими людьми» не­
однократно разбирали поведение некого Кучукова, «по несоглас­
ному житию в бесчеловечном битии жены своей Калисы Аптишевой». При этом на собраниях Кучуков просил прощение и даже
давал расписку «о согласии жить впредь с женою своею согласно».
Однако побои и впредь продолжались. И только после трех су­
дебных разбирательств, супруги были разведены для того, чтобы
ответчик «не учинил смертного убивства». Добавим, что развод
1
ПМА, 1990-1992.
87
произошел лишь в 1800 г., т. е. четыре года женщина продолжала
находиться в руках мужа-тирана1.
В отличие от христианских норм, в исламе женщине предла­
гается равноправие по вопросу о расторжении брака. Для разры­
ва брачных отношений весомыми являлись следующие причины:
отказ одного из супругов от мусульманского вероисповедания,
длительное безвестное отсутствие мужа, отказ от содержания
супруги и детей, наличие умственных и физических недостатков
(острые душевные и некоторые другие болезни). Например, дли­
тельное отсутствие супруга служилого казака Мавлютова в тече­
ние 15 лет стало поводом для того, чтобы его жена Рахиля вышла
замуж за другого - Абцалила Абдрахманова. А затем, когда и Аб­
драхманов уехал «для обучения в Челябинский уезд, где пробыл
5 лет», Рахиля вышла замуж в третий раз - за Мамыкова2. Сле­
дует отметить, что в 1837 г. было издано постановление, касавше­
еся мусульман, согласно которому, если супруг пропал без вести
и о нем не было сведений в течение 5 лет, другому супругу разре­
шалось вступить в другой брак3.
Жестокое обращение мужа все же могло стать причиной для
развода. Так, в 1888 г. в Духовном Собрании мусульман рассмат­
ривалось прошение дочери татарина юрт Баишевских Карымжана Якубова о разрешении ей вступить в новый брак. Как указы­
валось, «по случаю жестокого обращения с нею мужа Махмутова
и недоставлении ей в течение 7 лет средств к содержанию»4.
Следующие дела, отложившиеся в фонде Оренбургского ма­
гометанского духовного собрания, показывают примеры безжа­
лостного отношения мужей к своим женам. Например, житель­
ница Сингульских юрт Ялуторовского округа в 1835 г. неод­
нократно обращалась в различные инстанции - к обществу
односельчан, к мулле, к волостному голове, старосте и в Ялуто­
ровский земский суд - с просьбой о разбирательстве ее мужа БагГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 3464. Л. 6-7о6„ 9, 11-11об.
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1087. Л. 6, 24 об.-25.
3 История министерства внутренних дел. (Н. Варадинов) Ч.З, кн. 2.
СПб., 1862. С. 345.
4 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 10. Д. 46. Л. 46.
1
2
88
ритдина Курамшина, который ей «причиняет жесточайшие и не­
сносные побои». Несмотря на то, что поведение Курамшина было
осуждено светскими и духовными властями, он продолжал изби­
вать свою жену «бесчеловечно, так, что от жестоких побоев, бу­
дучи беременною, почувствовала в утробе повреждение». Как вид­
но из дела, Курамшин не давал развода Малике, до тех пор, пока
она не вернула ему калым1.
Патигачимал Хутайбердина, жительница юрт Вагайских То­
больского уезда, в 1898 г. обратилась в Оренбургское собрание с
просьбой развести ее с мужем. О причине развода узнаем из са­
мого прошения женщины: «Лет 5 тому назад я имела несчастие
выйти замуж за инородца юрт Вагайских Мухамета Амирова, со
дня моего замужества муж мой стал меня бить, так, что я пер­
воначально переносила и не роптала на свою судьбу, рассчитывая,
что у мужа характер переменится, но я ошиблась, день ото дня
стал еще злей, за самый маловажный поступок мой в домашнем
деле наносил мне тяжкие побои...». Далее узнаем, что П. Хутай­
бердина неоднократно обращалась в волостную управу и к мулле,
чтобы они защитили женщину, но тщетно. «Муж мой дошел до
такой степени злости, бил меня каждый день, так что общество,
боясь, что он меня убьет, приказало мне из деревни уехать, и я
уехала к своему отцу в юрты Сулеймановские Уватской волос­
ти», - сетовала женщина на свою несчастную судьбу2.
Еще более невыносимой для женщины становилась жизнь,
когда к жестокому обращению мужа, прибавлялись неприятие и
злоба его родственников. Об этом свидетельствует следующий
случай. В 1907 г. жительница юрт Яровских Сингульской волости
Ялуторовского уезда Калчан Мухамед-Калиева просила Орен­
бургское собрание развести ее с мужем Алыманом Бакиевым,
поскольку уже с ним не проживала, а жила у своих родителей.
В своем прошении она подробно изложила причины своего ухода
от мужа: «Очень в короткое время после вступления моего в брак с
Бакиевым, почему то вся его семья начала иметь ко мне злобное
1
2
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 943. Л. 2-2об., 9.
Там же. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 21782. Л. 9-10.
89
отношение, чего я по своей молодости положительно не знала,
чем бы только я могла избавить себя от невыносимой жизни и
угодить суровому нраву своего мужа и его семейства, но, к сожале­
нию моему, все мои услуги не могли поколебать жестокости моего
нового семейства, которое день ото дня становилось против ме­
ня более злобным и, наконец, перешло к личному моему оскорбле­
нию - словесно и действием. Почти каждый день бил меня муж
мой; бил и старший его брат, последний кроме нанесения мне по­
боев частовременно ругал меня скверноматерными словами и при
этом плевал мне в лицо...». Добавим, что истица прожила с му­
жем только 1 год и 10 мес., при этом у нее на руках остался годо­
валый ребенок1.
Несмотря на то, что статья 1583 «Уложения о наказаниях»
предусматривала наказание «за нанесение жене увечья, ран, тяж­
ких побоев или иных истязаний или мучений»2, должностные ли­
ца общины, лишь иногда участвовавшие в решении супружеских
неурядиц, накладывали наказание мужу-деспоту. Как, например,
это было в следующем деле. В 1907 г. Кильмухамет Абтилькарымов был посажен в арестантскую волостного правления на три
дня и три часа за побои своей жене Салбичемал Тавлетшиной,
жительнице юрт Варваринских Нердинской волости3.
Иногда отчаявшиеся женщины, когда их не могли защитить
ни родственники, ни светские, ни духовные власти общины, сами
искали
справедливости,
обращаясь
в
вышестоящие
органы.
В 1906 г. жительница юрт Епанчинских Тобольского уезда Салиха
Насырова, терпевшая постоянные побои и истязания в течение
полутора лет от своего мужа Ахата Абдул Баширова, добилась
сначала того, чтобы Вагайский волостной голова провел дозна­
ние, затем обратилась с результатами дознания в Оренбургское
собрание с тем, чтобы было проведено духовное расследование.
Однако Салиха на этом не остановилась. Она обратилась с хода­
тайством к прокурору Тобольского окружного суда о привлече~ 1 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 5. Д. 4566. Л. 3.
2 Шимановский В.М. Указ.соч. С. 150.
3 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 5. Д. 4564. Л. 1-1о6.
90
нии мужа к уголовной ответственности «за побои, увечья и истя­
зания»1. Материалы этого дела не позволили нам узнать, был ли
привлечен к ответственности ответчик. Но сам факт смелого, от­
чаянного поступка женщины, которая не только не желала ми­
риться со своим положением, но была полна решимости наказать
мужа деспота, говорит о многом. При этом следует иметь в виду,
что согласно традиционному мировоззрению сибирских татар,
семейные отношения являются закрытой сферой, о которой пос­
торонние не должны быть осведомлены. У сибирских татар быто­
вали поговорки: «Выходишь замуж - молчи, как топор утонув­
ший в воде» (сиб. тат. «Парасьщ ян - палта шикеле патып кит»);
«Голова разобьется - пусть внутри платка останется, рука слома­
ется - в рукаве останется» (сиб. тат. «Пашыц ярылса - яулык
эцентэ пулсын, кулыц сынса - ец эцента булсын»)2.
Веской причиной, по которой женщина могла быть инициа­
тором развода, являлась неуплата оговоренной суммы калыма.
Показательным является дело 1823 г., по прошению ясашного
д. Шайтановой Тюменского округа Мурата Байбакова. Он жало­
вался на то, что жена Рабига, воспользовавшись отсутствием му­
жа, уехала от него к своему отцу. Поехав за женой, Байбаков хотел
ее вернуть, но тесть Ирик Тохташев дочь не отдал, а его самого
«вытолкал из дому». Из дела выясняется, что Мурат не выплатил
калым в назначенное время, в связи с чем мулла развёл эту пару,
хотя и без разрешения мужа. Рабига же вышла замуж за другого
ясашного татарина из юрт Варваринских Мураса Аллоярова3.
Безусловно, как видно из дела, родители женщины поддерживали
свою дочь в бракоразводных делах, а также выступали зачинщи­
ками разводов.
Иногда, как показывают материалы фонда Оренбургского
собрания, женщины уходили от своих мужей и без видимых при­
чин. Так, например, в 1907 г. по утверждению Н. Мамет-Салимова, жителя ю. Мало-Есаульских Тюменского уезда, от его сына
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 5. Д. 4562. Л. 9-9о6.
ПМА, 2001.
3 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 155. Л. 6-6об.
2
91
ушла жена. «Моя сноха отказалась наотрез для совместной жиз­
ни с мужем. Какая тому причина не знаю», - писал проситель1.
В другом деле татарин юрт Осиновских Ялуторовского уезда
Аплазис Ваисов писал духовным властям о том, что его жена Чепкамал, прожив с ним четыре года, ушла от него «без всякого ...по­
вода» к своей матери. При этом она оставила мужу дочь Катыбу
трех лет, а сама вступила в брак с Хамитуллой Вакилевым, жите­
лем юрт Яровских2.
Вероятно, уход женщин от своих мужей «без повода», не был
таковым. Официальное дело подчас не может показать истинные
мотивы, которыми руководствовались женщины, принявшие ре­
шение об оставлении мужа, семьи.
Согласно шариату, различают четыре вида развода: 1) окон­
чательный (араб, баин), когда муж мог вернуть себе жену только
путем заключения нового брачного договора; причем после того,
как она выйдет замуж за другого мужчину и разведется с ним;
2) по правилу возвращения мужа к жене (араб, раджаа), когда
муж, дав жене развод, раскаялся и изъявил желание вернуть ее
себе; 3) путем подкупа мужа женой (араб, хаал); 4) посредством
отречения (араб, мубарат)3. У сибирских татар наибольшее рас­
пространение получили хаал и мубарат.
Хаал практиковался, когда жена хотела покинуть мужа, отку­
пившись от него махром либо суммой, превышающей его. О бы­
товании такого развода у сибирских татар говорит, в частности,
следующий пример. В Тюменском уезде в 1835 г. ахун рассматри­
вал дело о расторжении брака казака Измаила Алеева и его суп­
руги Кобяковой. Муж наносил побои жене и дочери, а также те­
ще, что и вынудило Кобякову обратиться к духовным и светским
властям. Чтобы получить согласие на развод от своего мужа она
заплатила 100 р.4
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 1853. Б. п.
Там же. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 1855. Б. п.
3 Керимов Г.М. Шариат: Закон жизни мусульман. С. 111-112.
4 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1291. Л. 1-2, 9.
2
92
Развод мубарат осуществлялся с обоюдного согласия суп­
ругов, но муж требовал за свое согласие вознаграждение. Пос­
леднее не могло превышать махр. Из дела 1839 г. следует, что Мегурбана Саликова, уходя к другому (Сулейману Чураеву), для
того, чтобы получить развод от своего супруга Рахмангулова,
вернула ему калым, а тот дал расписку о его получении и об от­
речении от жены1. Договор о разводе хаал и мубарат оформлял­
ся с указанием его вида, а также суммы и способа вознагражде­
ния супруга2.
Особенностью развода по шариату являлось то, что супруги
в течение трех месяцев (араб, идда - срок, за который определя­
лась возможная беременность, д;хя установления отцовства) ос­
тавались под одной крышей, и если между ними возобновлялись
супружеские отношения, то вопрос о разводе отпадал. Идда - пе­
риод времени, во время которого разведенная или овдовевшая
женщина не могла выйти замуж за другого мужчину. Муж дол­
жен в этот период содержать жену3.
Мужчине не выгодно было материально выступать зачинщи­
ком развода, так как по шариату, в большинстве случаев, калым
ему не возвращался. Все же имеются материалы, когда мужчина
выступал инициатором развода, как это показывает следующий
случай. В 1861 г. в Оренбургское собрание обратился татарин юрт
Черторойских Уватской волости Баязит Шамратов с просьбой
расторгнуть брак с женой. В своем прошении истец изложил при­
чину своего решения о разводе: «Жена моя со дня законного брака
с 1844 г. ведет себя совершенно во всех отношениях в развратном
поведении». Любопытно, что Шамратов, тем не менее, не сразу
принял решение о разводе; он пытался образумить свою жену,
обращался к светским и духовным властям с тем, чтобы они вну­
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 720. Л. 1-Зоб.
Е.Ю. Мусульманское право и правовая культура. М.,
2001. С. 34.
3 Цмай В.В., Боер В.М., Гинц А.А. Мусульманское семейное право.
СПб., 1998. С. 63.
2 Барковская
93
шили его жене добропорядочное сожительство с мужем. Остает­
ся лишь удивляться столь долгому терпению мужа - 17 лет, когда
он, наконец, принял решение о разводе1.
Как видно из архивных материалов, у сибирских татар и муж­
чины, и женщины после развода часто вступали в повторные
браки. По шариату ограничений в числе повторных браков не
было. При этом у сибирских татар предпочтительным считался
брак с вдовцом нежели с разведенным. Это нашло отражение в
поговорке: «От вдовца не отставай, за разведенного - не выхо­
ди (замуж) (сиб. тат. «Хатыны улгэнэн калма, хатынын аерханка
барма»)2.
В принятых Оренбургским собранием правилах от 24 июня
1897 г. относительно детей, оставшихся после развода родителей,
отмечалось, что мать имеет право воспитывать своих детей: сы­
новей до семилетнего возраста, а дочерей до достижения ими пе­
риода половой зрелости при наличии следующих условий:
а) при жизни отца, когда он в разводе с матерью детей, или
после его смерти;
б) если она сама изъявит согласие на воспитание детей;
в) если она не состоит замужем за чужим, т. е. лицом, состоя­
щим в такой степени родства к детям, в которой дозволяется брак
такого лица с детьми.
При отсутствии этих условий право и обязанность воспиты­
вать детей (доставлять средства для их содержания в любом слу­
чае) принадлежат отцу, а в случае его смерти - деду детей3.
Как показали материалы, большинство разводов происходи­
ло по инициативе женщин. Заручившись моральной поддержкой
своих родителей, с одной стороны, а с другой стороны, матери­
альной независимостью, женщина не хотела мириться с прини­
женным положением в семье, смело выступала инициатором в
бракоразводных делах.
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 4236. Л. 1-1о6„ 3.
ПМА, 2008.
3 Сборник циркуляров и иных руководящих распоряжений. С. 126.
2
94
2.4.
Опека и попечительство
Особой заботой со стороны общины сибирских татар поль­
зовались сироты (сиб. тат. ятим). При этом сиротой считался и
тот, кто не имел хотя бы одного из родителей. В традиционном
мировоззрении сибирских татар укоренилось мнение, что отсут­
ствие матери для детей - это настоящее сиротство. Они говорили:
«отец, что зять (чужой), мать - казна (богатство)» (сиб. тат. - «ата
есна, ана касна»).
В случае смерти родителей детей-сирот брали на воспитание
родственники или кто-то из однообщественников. У сибирских
татар брать в семью сирот являлось богоугодным делом (сиб.
тат - савап). По словам информаторов, некоторые семьи предпо­
читали брать сирот-девушек (сиб. тат. асрау кыс), которые могли
выполнять работу по дому1.
Институт усыновления не был характерен для сибирских та­
тар. Прием сирот в семью осуществлялся только путем опеки и
попечительства. Во второй половине XIX-начале XX в. институт
опеки и попечительства был регламентирован гражданским зако­
ном. В нем указывалось, что опеку и попечительство могут осу­
ществлять сельские общества на основании своих обычаев или
руководствоваться правилами, изложенными в гражданских за­
конах2.
Опека над ребенком устанавливалась до 17 лет, а попечитель­
ство с 17 до 21 года. Опекуны назначались преимущественно из
ближайших родственников несовершеннолетних. При жизни од­
ного из родителей, тот не мог быть отстранен обществом от опе­
кунства, если был «благонадежен и хорошего поведения». Лица,
состоящие под опекой, находились в полном повиновении опеку­
нов и должны были относиться к ним, как относятся дети к своим
родителям. Опекуны, в свою очередь, должны были относиться к
опекаемым также, как к своим детям, и могли распоряжаться
имуществом опекаемого по своему усмотрению.
1
2
ПМА, 2010.
ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп. 2. Д. 19. Л. 37об.
95
Без разрешения общества опекуны не могли отчуждать или
закладывать что-либо из имущества опекаемых. «Те, которые рас­
точают имение сирот, глотают в себе огонь, который сожжет всю
внутренность их», - говорится в Коране (сура IV. ст. 11). По до­
стижении опекаемым возраста 17 лет ему предоставлялось право
самому избрать себе попечителя и распоряжаться своим имуще­
ством лично, но под надзором и руководством попечителя. Од­
нако общество могло не утвердить избранного попечителя, если
признавало его неблагонадежным. После 21 года он получал уже
полные права.
Назначая опекунов и попечителей сельский сход составлял
общественный приговор, оценивал и описывал имущество. На­
пример, Якушевский сельский сход Кашегальской волости Тю­
менского уезда произвел опись и оценку имущества после смерти
однообщественника Бектимаса Кубякова и выбрал его сыновьям
Абульгасану и Ахматулле опекуна Айтуллу Сульгутарова. В об­
щественном приговоре указывалось, что опекун «поведения хоро­
шего и имущество не растратит». Опекун, в свою очередь, давал
письменное обязательство в том, что «означенное в этом пригово­
ре имущество принять в таком состоянии, как оно написано и
обязываюсь таковой хранить впредь до совершеннолетия сирот
Бектимасовых»1.
Общество должно было ежегодно производить поверку дей­
ствий опекуна, по которым составлялись письменные приговоры.
В каждом волостном правлении велась книга «О сиротских опеках». В них указывались следующие данные: фамилия и имя по­
допечных, имя их матери, стоимость движимого и недвижимого
имущества опекаемых, количество денег, хранящихся в учрежде­
нии и номер сберегательной книжки. В отдельных графах указы­
вался опекун, а также лицо, у которого опекаемый проживал,
указывалось также «пользуются ли сироты наделом и ведут ли
самостоятельное хозяйство», «когда последний раз проверялось
действие опекуна», «не замечено ли злоупотреблений по опеке при
проверке». К примеру, на 1 мая 1910 г. по Карагайской волости в
1
96
ГУТО ГАТО. Ф. И-80. Oп. 1. Д. 5. Л. 40-41.
Шакирды медресе (г. Троицк, Оренбургская губерния).
Начало XX века. Фото из архива З.А. Сайтовой.
Сибирские бухарцы
(г. Тобольск). Начало XX века.
Фото из архива В.Р. Бекшенева.
Сибирские татарки (с. Ембаево).
Начало 1920-х гг. Фото из архива Ф.С. Алимхановой.
Семья сибирских татар.
Фото из семейного архива Ф. Сафаровой.
Ишимова Рашида Сибгатовна Ашманова Наригуль Шахимарда(с. Ембаево). Фото из семейного новна (с. Ембаево, Тюменский р-н),
архива Ф.С. Алимхановой.
2008 г. Фото автора.
Старинный дом (с. Лайтамак, Тобольский р-н). 2002 г. Фото автора.
Семья сибирских татар (д. Тапкин, Тобольский р-н). 2002 г.
Фото автора.
Мемориальная мечеть (с. Ембаево, Тюменский р-н). 2008 г.
Фото автора.
Айдуллин Идрис Исхакович,
мулла мечети
(с. Ачиры, Тобольский р-н).
2001 г. Фото автора.
Село Ачиры, Тобольский р-н. 2001 г. Фото автора.
Тимканова Хакима Хабибулловна
(д. Нижние Аремзяны,
Тобольский р-н). 2000 г. Фото автора.
Старинная мечеть (д. Вершинская, Вагайский р-н). 2004 г.
Фото автора.
Якупова Бибисара Мухамедзяновна
(д. Чикча, Тюменский р-н). 2010 г. Фото автора.
Сибирские татарки (д. Верхний Ингал, Исетский р-н).
2010 г. Фото автора.
Кадырова Фариза Халиулловна
(д. Новоатьялово, Ялуторовский р-н). 2010 г. Фото автора.
Астана в д. Новоатьялово (Ялуторовский р-н). 2010 г. Фото автора.
Прихожане мечети д. Аслана (Ялуторовский р-н). 2010 г.
Фото автора.
Улица в д. Аслана (Ялуторовский р-н). 2010 г. Фото автора.
Айнуллин Рашид Калимуллович,
имам мечети д. Якуши
(Тюменский р-н). 2010 г. Фото автора.
Татарское кладбище (д. Тукуз, Вагайский р-н). 2002 г.
Фото автора.
Сайфуллина М.С. и Галиева Ф.Х.
(д. Верхний Ингал, Исетский р-н). 2010 г. Фото автора.
Улица в д. Чечкино (Ярковский р-н). 2010 г. Фото автора.
Камалова Зульфия Мансуровна
(д. Верхний Ингал, Исетский р-н). 2010 г. Фото автора.
Абайдуллина Галия Тухватулловна (г. Тобольск). 2010 г.
Фото автора.
Рафикова Марвар Рафиковна
(д. Бегитино, Вагайский р-н).
2010 г. Фото автора.
Рахимова Ульмаскамал Хазановна
(д. Чикча, Тюменский р-н). 2010 г. Фото автора.
Старинный дом (с. Ембаево, Тюменский р-н). 2008 г. Фото автора.
Бакиева Г.Т. в д. Янтык (Тюменский р-н). 2008 г. Фото Ю.Н. Квашнина.
книге отмечены по одной опекунской семье в юртах Тебендинских и Ильтяковских - Аптрахимовы и Сарыповы. В первой се­
мье зафиксировано трое детей: Харис - 13 лет, Аптрашит - 9,
Аничамал - 18 лет. Мать детей умерла, а сироты жили у опекуна
Аптулбака Ильчибакиева. Имущество движимое было оценено в
25 р., а недвижимое - в 20 р. Действия опекуна проверялись
20 февраля 1910 г., в ходе проверки злоупотреблений замечено не
было. Во второй семье подопечных детей также было трое: Са­
бит - 6 лет, Набис - 7 и Сабита - 3 лет. При этом с ними записана
их мать Сулишта Курманалиева. По Бухарской волости, за этот
же год, опекаемые числились в юртах Миримовских, Исеневских,
Саусканских,
Сузгунских,
Медянских,
Комаровских,
Вагайских,
Ишаирских. Как видно из документов, во всех случаях дети про­
живали вместе с матерью, если она была жива, даже если вступи­
ла в новый брак. Лишь в тех случаях, когда оба родителя умерли,
опекаемые проживали с опекуном1.
Действия опекуна находились под контролем всего общества,
каждый член которого был обязан доводить до сведения началь­
ников о его предосудительных распоряжениях. В тех случаях,
когда было подозрение на неправомерные действия, волостному
правлению необходимо было произвести учет и проверку дейст­
вий опекуна и предъявить результаты на рассмотрение сельского
схода. Как это происходило, например, в деле, начатом по заявле­
нию Вахита Атанаева Ченбаева в декабре 1916 г. Он предложил
произвести учет действий опекуна, вследствие того, что тот яко­
бы «заботится о том, чтобы извлечь себе выгоду», «некоторые
ценные вещи увез к себе», «ездит на лошадях малолеток, не щадя
таковых» и так далее. В ответ на заявление Атанаева, волостной
старшина в присутствии опекуна Челялетдина Шарафетдинова,
понятых и жалобщика произвел учет имущества сирот Гульминавар, Мухамет-Начипа и Аптул-Мучипа Канафиевых Ченбаевых и взял «отзыв» опекуна. В результате волостной старшина
вынес решение, в котором постановил, что «имущество сирот
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 41. Л. 29о6., 37-43, 65об.-66.
97
Ченбаевых находится в целости и нет злоупотреблений со сторо­
ны опекуна», а жалобу Вахита Ченбаева повелел оставить «без
последствий»1.
Если по поверке оказывалось, что опекуном была сделана
растрата или какое иное злоупотребление, устанавливалась мате­
риальная
ответственность
за
ущерб,
причиненный
имуществу
опекаемого. Общество должно было отстранить этого опекуна и
назначить нового, а о проступках довести до сведения в вышесто­
ящие органы. Кроме того, устанавливалась и моральная ответ­
ственность опекуна - лишение общественного доверия. Послед­
ствием потери доверия было, в первую очередь, непринятие их в
свидетели по всем гражданским и уголовным делам и невозмож­
ность поручать в дальнейшем общественных дел, для которых
требуется благочестие и справедливость2.
По шариату, опекун имеющий состояние, не получал за тру­
ды свои вознаграждения, а бедный - мог брать из имения мало­
летнего какую-то часть, мог даже уплачивать свои долги. Но в
любом
случае
должна
была
предполагаться
добросовестность
действия опекуна.
С точки зрения шариата, отец и дед являлись естественными
опекунами и никем не назначались, но по духовному завещанию
родственники, передавая имущество малолетним, могли назна­
чать опекунов из посторонних лиц даже при жизни отца или деда
несовершеннолетних детей. Мать детей могла быть опекуншей по
завещанию. Если не было родственников, духовные лица общины
могли по своему усмотрению назначить опекунов.
Таким образом опека и попечительство у сибирских татар яв­
лялись важным институтом, защищавшим права детей. Забота о
сиротах, установление опеки и контроль деятельности опекунов
находились в ведении сельской общины. Регулирование институ­
та опеки, установленное нормами общегражданского законода­
тельства, не противоречило традиционным нормам сибирских
татар.
1
2
98
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 43. Л. 12-14об.
Торнау Н.Е. Мусульманское право. С. 109.
2.5.
Наследственное право
При вступлении в наследство сибирские татары опирались
на нормы шариата и обычного права. В шариате довольно под­
робно разработаны правила наследования. Как отмечал извест­
ный знаток мусульманского права Н.Е. Торнау, «право наследства
составляет в мусульманском законоведении особенно важный
отдел. Законоведцы обработали право это в такой подробности,
что некоторые из них считают учение о правах наследства особою
наукой»1. Известно, что в медресе сибирских татар в XIX-начале
XX в. шакирды (учащиеся) изучали предмет «фараиз» - учение о
наследстве.
Согласно правилам наследования по шариату, при открытии
наследства, в первую очередь, должны уплачиваться издержки по
погребению и долги умершего. В то же время, если наследства
было недостаточно для покрытия этих долгов, то кредиторы
умершего не могли принуждать наследников пополнить недоста­
ющую часть. Признавалось два вида наследования - «по закону»
и по духовному завещанию.
Преимущественным
правом
при
наследовании
по
закону
пользовались родственники по мужской линии. Если наследница­
ми оставались дочери, им отдавалась половина всего имущества,
другая же половина отдавалась либо отцу, либо брату или другому
близкому родственнику умершего. Матери полагалась, при остав­
шихся сыновьях, шестая часть, а если детей вовсе не было - третья
часть, остальная часть отдавалась другим родственникам умерше­
го. Женам, в случае отсутствия детей, полагалась четвертая часть,
остальная - родственникам умершего. Если у татарина было от
двух до четырех жен и от всех у него были дети, то после смерти
его имущество распределялось между сыновьями равными частя­
ми, дочерям - вдвое меньше, чем была доля у сыновей, а жены по­
лучали восьмую часть. Родители при детях получали одну шестую
часть, без них - принимали все наследство. Усыновление не дава­
ло право на наследство, поскольку, по шариату, усыновление уста­
1
Торнау Н.Е. Мусульманское право. С. 1.
99
навливало лишь только нравственные Отношения и обязательства,
и не давало никаких преимуществ в наследовании.
Супруги, по мусульманскому праву, наследовали друг другу.
Наследственное имущество супругов в зависимости от числа по­
томков по нисходящей линии могло быть разным: половина, чет­
верть или одна восьмая. Если после умершего оставались потом­
ки по нисходящей линии, то мужу полагалась одна четвертая
часть из всего наследства, жене - одна восьмая. Нисходящими
считались как родные дети, внуки, правнуки, так и дети едино­
кровные (от одного отца), единоутробные (от одной матери) и
незаконнорожденные. При других наследниках, за исключением
нисходящих, муж получал одну вторую, а жена - одну четвертую
долю. Если муж оставлял несколько вдов, то часть, предназначен­
ная жене, делилась поровну между всеми вдовами1.
Открытие наследства происходило сразу после смерти насле­
додателя. Наследники обращались с письменной просьбой к ду­
ховным лицам общины о разделе оставшегося имущества. На­
пример, в 1857 г. сибирская бухарка д. Речаповой Тарского округа
Мирбана Емангулова обратилась к указному мулле Аширбаге Речапову с просьбой разделить оставшееся имущество после смер­
ти мужа Башира Курманова. Из дела видно, что кроме проситель­
ницы, наследниками являлись родные братья Башира Абуталип и
Мухамеди Шамаметовы. По рапорту муллы соборной мечети
г. Тары в ОМДС раздел наследства был им произведен «при по­
четных людях на основании правил Алкорана, чем просительница
и родственники ее мужа остались довольны»2.
В 1869 г. в Оренбургское духовное собрание обратился жи­
тель юрт Комаровских Тобольского округа Абтыкарим Абуталипов с просьбой о разделе имущества после смерти отца Абуталипа Шарипова. Проситель разъяснял, что после смерти отца оста­
лись два сына и дочь, между которыми необходимо произвести
раздел следующего имущества: дом, три лошади, три головы ро­
гатого скота, телеги, сохи, бороны, конская упряжь, домашняя
1
2
100
Торнау Н.Е. Мусульманское право. С. 89-91, 164, 166.
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 3034. Л. 3-4.
утварь, посуда медная, фарфоровая, глиняная, деревянная, само­
вары на сумму 300 р. Как отмечалось, «на основании правил, ус­
тановленных в магометанском законе, только между нами закон­
ными детьми, не включая в боковые линии другим дальним на­
следникам»1.
Если существовало духовное завещание, то мулла приводил
его в исполнение, а остальное имущество поступало в раздел
между наследниками. По духовному завещанию собственник мог
распорядиться только одной третью всего имущества, в чью бы
то ни было пользу. Для признания законности духовного завеща­
ния требовалось, чтобы завещатель был в здравом уме. Допуска­
лись завещания письменные и словесные. В последнем случае
должно было быть не менее двух свидетелей2. На практике случа­
лось, что все имущество по завещанию могло перейти одному ли­
цу. Такое завещание оставил в апреле 1895 г. житель юрт Сабанаковских Адельша Абдуллин своей жене Убейбе3.
В 1903 г. Ташмухамет Сафарбакиев все свое имущество заве­
щал своей внучке Мухинчемал Мухаметчановой. При этом опе­
куном девочки сход юрт Епанчинских Вагайской волости Тоболь­
ского уезда назначил отца Мухаметчана Маклютова4.
Иногда, как это показывает следующий пример, завещание
составлялось в пользу общины. Бухарец деревни Аиткуловой Бу­
харской волости Тарского уезда Тагман Мухаммед Могди Мухаммед-оглы 13 мая 1912 г. пожертвовал в виде вакуфа 500 р. в пользу
служащих при мечетях и медресе имамам и муэдзинам для поль­
зования, 300 р. назначил для раздачи бедным и сиротам деревни
и 1500 р. на ремонт мечети, находящейся в этой же деревне5.
Мулла, прежде чем приступить к разделу имущества, должен
был собрать сведения о том, нет ли в числе наследников малолет­
них и назначены ли к ним опекуны. Российское законодательство
позволяло мусульманскому духовенству производить раздел на­
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 7226. Л. З-Зоб.
Торнау Н.Е. Мусульманское право. С. 102-105.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 37. Д. 1006. Л. 11.
4 Там же. Ф. 335. Оп. 595. Д.7. Л. 8-8об.
5 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 4043. Л. 2-2об.
2
101
следства только при согласии всех наследников и опекунов мало­
летних детей. В противном случае раздел производился граждан­
скими лицами, которые руководствовались нормами шариата.
Мулла должен был составить письменный акт о разделе (разде­
льный акт), подписанный им и всеми наследниками и свидетеля­
ми. Затем этот документ передавался наследникам. Раздельный
акт наследники представляли в волостное правление, а если в
числе наследников имелись малолетние дети, документ переда­
вался на одобрение сельского схода. Опись находящегося насле­
дуемого имущества и раздел его между наследниками могли осу­
ществлять сами наследники, либо, в случае спора, через волост­
ное начальство. В Оренбургском собрании были разработаны
формы раздельного акта и тахарриджа (араб. - подписка в полу­
чении наследства) и разосланы в мусульманские приходы, под­
ведомственные собранию для соблюдения всеми приходскими
имамами1. В раздельном акте указывалось кто из наследников ос­
тался и сумма наследства, исключая расходы на похороны, долги
умершего, а также исключая те предметы, которые передавались
по завещанию. Затем перечислялись все наследники, которые
присутствовали при разделе наследства муллой и при свидетелях,
приглашенных со стороны наследников. В акте записывалось на­
следственное имущество каждого наследника согласно установ­
ленным по шариату долям и конкретные суммы, исходя из этих
долей. В конце документа ставились подписи всех наследников, в
том числе, от имени малолетних, опекунов, свидетелей, имама,
производившего раздел имущества.
В тахарридже указывалось: «Такого-то года, месяца, дня при
мне, имаме, или ахуне ...уезда, деревни... прихода (такого-то) и
при законных наследниках, равно нижеписанных свидетелях, по
согласию всех наследников, наследник (такой-то), из следующих
мне наследственных предметов, на сумму ...рублей, взяв лишь такие-то предметы, на сумму ...рублей, от остальной части отка­
зался в пользу остальных наследников с тем, что и впредь я спо­
рить и тягаться и иск предъявлять не буду. На тахарридж сей
1
102
Сборник циркуляров и иных руководящих распоряжений. С. 93.
все наследники изъявили согласие и в том они наследники и свиде­
тели подписались»1.
Однако, как показывают материалы, в быту при разделе на­
следства сибирские татары не всегда следовали нормам шариата,
что порождало различные спорные ситуации. Так, в 1869 г. в
Оренбургское собрание поступило дело служилых татар Абтулнабека и Мухаметамина Капшановых Ниятбакиевых о разделе
имущества, оставшегося после смерти их брата Ниятопака. Как
выясняется из дела, Ниятопак при жизни присвоил себе имуще­
ство отца, не поделив его между братьями и сестрой. Данное дело
разрешилось таким образом, что вдова Ниятопака, Анбер Атнякова вынуждена была согласиться на мировую сделку и спорное
имущество отдала братьям покойного и сестре Байбе Булатовой2.
В 1888 г. мулла Тобольского округа юрт Медянских Мустафа
Ниясов, согласно распоряжению Оренбургского собрания, при­
был в юрты Сабанаковские с тем, чтобы разделить имущество,
принадлежавшее
отставному
офицеру Тавлетше
Кульмаметьеву,
по просьбе одного из его сыновей, Камалетдина. Как видно из ма­
териалов дела, во время отсутствия Камалетдина остальные его
четыре брата (Мухаметрахим, Мухаметкарым, Салалетдин, Киряй) оставшееся от отца наследство разделили между собой. Мул­
ла, при участии посредников (медиаторов) и братьев Кульмаметь­
евых,
из
наследственного
имущества
выделили
Камалетдину:
часть дома, землю по равному количеству десятин, т. е. пятую
часть. Данный раздел наследственного имущества удовлетворил
всех, кроме одного из братьев - Кирея3. В ноябре 1894 г. еще один
представитель
рода
Кульмаметьевых
Надцеметдин,
отставной
майор, обратился в Губернское правление с тем, чтобы засвиде­
тельствовать духовное завещание. Все свое имущество Кульмаме­
тьев завещал сыну Хацаметшугуру и внуку Муртасе Мустафину
Кульмаметьевым4.
1
Сборник циркуляров и иных руководящих распоряжений. С. 93-94.
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 7225. Л. 3-4, 8-8об.
3 Там же. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 14863. Л. 1-3, 13-14.
4 ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 37. Д. 1028. Л. 1-1о6.
2
103
Любопытно, что спор за наследственное имущество дворянс­
кого рода Кульмаметьевых возникал и в 1812-1814 гг. Тогда дело о
наследстве возбуждалось по прошению Мусы Авазбакеева Кульмаметьева. Суть тяжбы заключалась в том, что старший брат Сабанак, «коего считали по старшинству вместо родителя и пола­
гали во всем на него надежду», получил в полное распоряжение
имущество отца и родовые угодья. Наследственное имущество
включало пашенные, сенокосные, рыбные и другие угодья, распо­
ложенные в Тобольском и Ялуторовском округах, «жалованные
предкам их за верные службы», а также «на кафтан сукно, сабля, у
коей черен яшмовой каменной оправленной серебром чернью ту­
рецкого дела, и от бывшего в Тобольске Губернатора седло с прибо­
ром, стоющие немалой суммы». Земельные угодья Сабанак без
согласия Мусы, Ильяса и племянников закладывал, а деньгами
(1000 руб.) пользовался в течение 16 лет. Тобольская Палата граж­
данского суда предписала все земли Кульмаметьевых привести «в
известность» и разделить между наследниками1.
В 1849 г. в Оренбургское собрание обратился ясашный тата­
рин юрт Карагайских Тобольского уезда Асяйпир Речепов с про­
сьбой об отобрании у племянников его Катарлея и Калка Исеневых, как указывалось, «захваченное ими отца имение». Как видно
из дела, после смерти Речепа Сафарова - отца просителя, все иму­
щество досталось его брату Исенею Сафарову (дяде просителя), а
после его смерти - его сыновьям (племянникам просителя). Асяй­
пир Речепов справедливо полагал, что он является наследником
по прямой линии и именно его необходимо «ввести во владении
имением». А имущество, на которое претендовал проситель, яв­
лялось довольно весомым. «Дом деревянного строения с при­
стройками, наличных денег 500 р. ассигнациями, скота рогатого
20 штук и столько же лошадей с жеребятами, 5 новых хомутов с
ременными шлеями, 2 кованных телеги, дровней 5 и 3 розвальни,
3 пошовни, 5 деланных конских кож, овин, на нем хлеба: 3 клади
ржи, 5 кладей ярицы, 4 клади пшеницы, 2 клади ячменя и 10 кладей
овса их других же вещей, как то: 3 бороны железных, 2 сохи, 1 лод­
1
104
ГУТО ГАТ. Ф. 329. Оп. 12. Д. 11. Л. 1-4.
ка; 1 винтовка, 4 полога холщовых, 1 ковер, 2 ящика, 2 кошцы,
2 чашки оловянных, 2 чайника медных, 7 пар чайных чашек, 2 кув­
шина медные и 3 котла чугунных. Из платья: 1 новая козлиная
яга, 4 шубы овчинных, 1 зипун синего сукна, 2 халата, 4 опояски,
4 шапки с лисьими околами и их прочего всего топоров, ножей, ли­
товок, кос и серпов ...на 3 тыс. р.»1
В другом деле спор за наследство возник между Катыром
Каримовым и зятем его брата Абетуллой Махмутовым, жителями
юрт Больше-Казанских Уватской волости Тобольского округа.
В 1850 г. Катыр Карымов обратился к ахуну Сеит Мамет Енелееву
с просьбой о разделе наследственного имущества, оставшегося
после смерти его брата Маметали. Истец в деле указал, что зять
А. Махмутов «для поддержания оседлости» был принят Маметалием в дом, так как у него не было сыновей, а были только две
малолетние дочери. После смерти Маметалия, а позже и его же­
ны, Махмутов остался в доме полным хозяином. Но вместо «при­
обретения капитала» и сохранения для малолетних оставшегося
имущества Махмутов стал растрачивать сначала деньги, а потом
уже продал лошадь «стоящую 100 р. за 30 р., а одну зарезал. По­
том продал 4 коровы за дешевую цену, а одну для себя зарезал, по­
том начал продавать хлеб, которого достало бы на 3 года, а он
его истратил». Каримов требовал не только описать имущество
и разделить наследство брата, но отобрать племянниц от Махмутова и передать ему в опеку2.
В фонде Оренбургского собрания также имеются просьбы от
женщин, которые по каким-то причинам не получили свои доли
наследства. Так, в 1850 г. к духовным властям обратилась житель­
ница юрт Старицких Вагайской волости Тобольского округа вдо­
ва ясашного Аширбая Аптышева с просьбой о наделении ее и де­
тей наследством. Как изложено в деле, все оставшееся после
смерти мужа имущество осталось у его старшей жены. Проси­
тельница сетовала на то, что старшая жена мужа не отдала ей
скот, который поступил с ней в составе приданого. Кроме того,
1
2
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 2079. Л. 4-5.
Там же. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 2212. Л. 5-5об.
105
выдав в замужество свою дочь, выделила приданое из общего
имущества1.
В 1851 г. в Оренбургское собрание обратилась жительница
г. Тары Мамака Мурсеитова Богина (по мужу Назирова) с про­
сьбой о справедливом разделе наследства после смерти отца. Из
материалов дела видно, что все имущество отца было присвоено
двумя родными братьями просительницы, которые ничего из
этого имущества не дали двум сестрам2.
Иногда споры из-за наследства возникали в семье между на­
следниками от разных жен. Как это, например, показано в следу­
ющем случае. В 1850 г. в Оренбургское собрание обратился тата­
рин юрт Тебендинских Карагайской волости Абуш Исхаков с
просьбой произвести раздел «имения», оставшегося после смерти
его отца Исхака Енемеева. Из дела видно, что Исхак Енемеев имел
двух жен, а от них сыновей: от первой жены Абуша и Назыра, от
второй - Мугамета, Изамбая и Усмана. Истец указывал, что, буду­
чи старшим в семье, он жил с родителями, помогал «производить
обширное хлебопашество, скотоводство, и к тому еще имел заня­
тие рыболовством, брал от общества озера, платя за оное оброк,
...продажей приобретенное обращалось в капитал отца, каковой
увеличился в значительном количестве». Позже, когда сыновья
отца выросли, мачеха «как видно старалась доставить приобре­
тенное в капитал своим детям», начала вытеснять истца из дому,
что ей и удалось - он ушел без ничего. После смерти отца капитал
в сумме 55 ООО р. и другое движимое и недвижимое имущество
перешли Усману, младшему сыну отца от второй жены. Попытки
духовных лиц с участием посредников произвести раздел на­
следственного имущества не увенчались успехом3.
Незаконнорожденные дети по шариату наследовали имуще­
ство отца. Общим правилом законности рождения ребенка счи­
талось признание детей отцом. Это признание давало им одина­
ковое с другими детьми право на наследование, «ибо одно
1
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 2213. Л. З-Зоб.
Там же. Ф. И-295. Оп.4. Д. 2211. Л. З-Зоб.
3 Там же. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 1954. Л. 14-14об„ 24-24об.
2
106
признание родителей, что ребенок прижит ими, достаточно для
установления законности его рождения»1. В 1894 г. в вышестоя­
щих инстанциях (Сиротский суд, Окружной суд, Губернское
правление) с участием указного муллы Тарской соборной мечети
рассматривалось дело по прошению «бухарской жены» Тарского
округа д. Туз-Казанской Туктабиги Рафиковой Ахметовой о на­
следственных правах ее детей. Как видно из дела, Туктабига роди­
ла двух детей от Нигматуллы Тавлетбагина, с которым сошлась,
когда ее муж Абдулла Ахметов безвестно отсутствовал 11 лет.
Прожив три года, сожитель умер, оставив после себя недвижимое
и движимое имущество. Власти, скрупулезно изучили данное де­
ло, узнали от муллы, что действительно по шариату возможно
наследование незаконнорожденными детьми, а от соседей полу­
чили подтверждение сожительства указанных лиц. Поэтому при­
няли решение о правильности притязаний истицы2.
Следует иметь в виду, что явления, связанные с рождением
детей вне брака, у сибирских татар отмечались крайне редко. Си­
ротский суд г. Тары, рассматривая вышеизложенное дело, отме­
чал, что «подобного приведенного здесь случая, относительно по­
рядка наследования незаконнорожденными детьми из магометан,
в практике Сиротского суда не встречалось»3.
В целом в сфере регулирования наследственных отношений у
сибирских татар во второй половине XIX-начале XX в. наблюда­
ются отступления от норм шариата. Материалы, касающиеся на­
следственного права, отражают этические представления завеща­
телей, личные взаимоотношения в семье.
2.6. Обычное право и шариат
в регулировании взаимоотношений в семье
Сибирско-татарская семья в XVIII-начале XX в. строилась на
патриархальных отношениях, при которых власть принадлежала
представителям старшего поколения, главным в семье был муж­
чина. Согласно традиционным нормам сибирских татар дети
1
Торнау Н.Е. Мусульманское право. С. 51-52.
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 19473. Л. 1-2.
3 Там же. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 19473. Л. 2.
2
107
«должны быть у родителей в послушании, безмолвном повино­
вении... Посему родители над детьми своими имеют право и
власть»1. Мусульманские нормы осуждали непослушание млад­
ших, расценивая его как один из пороков, наряду с самоубийством
и ложной клятвой2.
Воспитание детей лежало прежде всего на матери. Как пра­
вило, в воспитании подрастающего поколения участвовало и
старшее поколение, особенно в случаях неразделенной семьи.
Кроме того, существенную роль в сохранении основ традицион­
ного воспитания играли и другие традиционные институты: тугум
и община.
Само рождение ребенка являлось важным событием не толь­
ко для семьи, но и для всей общины. У татар наличие детей было
признаком благополучия. Сибирские татары говорили: «у хоро­
шего отца сын, что хороший воротник на шубе» (сиб. тат. «яхшы
атаныц баласы - яхшы тунныц якасы»). Отношение к детям в си­
бирско-татарском обществе нашло отражение в пословицах и по­
говорках. Например, «в доме, где есть дети, весело как на базаре; в
доме, где нет детей, - кладбище» (сиб. тат. «балалары ой базар; баласыз ой - мазар»).
Основные вехи в жизни ребенка - первая стрижка волос,
первые шаги, первые зубы, обрезание - рассматривались общи­
ной как социально значимые события. Они отмечались в виде
праздников, в которых принимали участие не только родствен­
ники, но и односельчане. У сибирских бухарцев юрт Ембаевских
и Тураевских в прошлом устраивался праздник в честь рождения
ребенка на сороковой день после рождения - кэрклау (от тюрк.
кэрк - сорок), на который односельчане приносили различные
подарки. Также торжественно у сибирских татар проходил празд­
ник обрезания - «суннат туй». На праздник приходили с подар­
ками для мальчика все жители селения. Устраивалось угощение,
потом - состязания, борьба, пляски и песни3.
1
О жительствующих в Ялуторовском уезде ясашных татарах. 1821.
КП 12888. Л. 2об.
2 Юшков И.Н. Сибирские татары // ТГВ. 1861. № 39.
3 ПМА, 2001, 2008.
108
Обычное право регламентировало взаимоотношения родите­
лей и детей. У татар по обычному праву младшие в семье должны
были оказывать уважение и почтение старшим, «быть у родите­
лей в послушании, безмолвном повиновении, а равно и родствен­
ники, смотря по старшинству имеют также почтительность
от младших подобно первым»1. По обычному праву родителям
предписывалось «за все проступки наказывать их телесно до
крови», впрочем, оговаривалось, чтобы «не лишить никакого чле­
на». При этом отец и мать не должны были давать никому отчета,
а дети не должны на них жаловаться. В случае непослушания и
неповиновения младших приказаниям старших последние могли
обращаться в общественный суд односельчан2.
В то же время община заботилась о подрастающем поколе­
нии. По инициативе общины открывались школы для детей,
иногда на средства общинников содержались учителя, арендова­
лись у частных лиц помещения для занятий учащихся.
Роль женщины в семье не ограничивалась только воспитани­
ем детей. На сибирских татарках лежала обязанность по ведению
домашнего хозяйства. В 1895 г. К. Ельницкий писал следующее:
«Домашние работы лежат на обязанности женщин, которые не
только ухаживают за детьми, но также приготавляют пищу, шьют
одежду и обувь членам семьи, валяют войлоки и вышивают шел­
ком и золотом. Шитье татарок отлично не столько вкусом, сколь­
ко
тщательностью
отделки»3.
В
«Статистическом
обозрении
Сибири» за 1810 г. отмечалось, что «татарки прядут и ткут соб­
ственного изделия шерсть, лен и пеньку. Вообще они трудолю­
бивы и занимаются многими рукоделиями»4.
Однако это можно отнести лишь к бедным слоям сибирскотатарского общества. В состоятельных татарских семьях жены
1
Собрание сведений о законах и обычаях магометан. 1821. РО
ТГИАМЗ. № 30801. Л. 1.
2 О жительствующих в Ялуторовском уезде ясашных татарах. 1821.
РО ТГИАМЗ. № 12888. Л. 2об.
3 Ельницкий К. Инородцы Сибири и среднеазиатских владений Рос­
сии. Этнографические очерки. СПб., 1895. С. 91.
4 Ваккаревич М.Н. Статистическое обозрение Сибири. С. 118.
109
не были обременены домашними заботами. Современник в нача­
ле XX в. писал: «Богатые татарки целые дни валяются на дива­
нах, объедаются лакомствами, наряжаются и вертятся перед зер­
калом»1.
О том, как строились взаимоотношения в сибирско-татар­
ской семье, исследователи писали по-разному. В «Этнографичес­
ких очерках о народах России» за 1880 г. отмечалось, что «в Сиби­
ри далеко не все татарские женщины находятся в таком загнанном
и замкнутом состоянии, как этого требовали прежние обычаи та­
тар; многие из них уже не прячутся от мужчин и живут с мужья­
ми по-человечески, в семье своей имеют право голоса и даже
иногда управляют всем домом»2. Встречаются и нелицеприятные
оценки. Так, И.Н. Юшков в конце XIX в. писал, что «в семейном
быту своем они (сибирские татары. - Г.Б.) кажутся с первого раза
необщительны, холодны, даже суровы с домашними. Но это бы­
вает только оттого, что они при посторонних не любят высказы­
ваться. Женщины как машины ходят по указаниям своего госпо­
дина, отца или мужа, с выражением простодушия и покорности
на спокойном лице. Татарки, однако, преданы своим мужьям и
питают к ним привязанность более чем мужья к своим женам»3.
Е.Э. Сно писал, что «к своим женам татары относятся с презрени­
ем, считая их низшими существами. Если жена рассердит его, то
татарин может ее прогнать»4.
Обычное право и мусульманские нормы в какой-то мере ста­
вили сибирскую татарку в приниженное положение, по сравне­
нию с мужчиной. Например, бытовала норма, согласно которой
свидетельство
двух
женщин
приравнивалось
к
свидетельству
одного мужчины. «Свидетельство женщин приемлются в осно­
вание в случаях осмотра беременности, и в сохранении девства.
1
Сно Е.Э. Потомки Золотой Орды татары. С. 13.
Народы России. Этнографические очерки. Издание редакции жур­
нала «Природа и люди». СПб., 1880. С. 51, 52.
3 Юшков И.Н. Сибирские татары // ТГВ. 1861. № 45.
4 Сно Е.Э. Указ. соч. С. 13.
2
1 10
Более же ни в каких», - записано в сборнике обычного права си­
бирских татар1.
Обычное право сибирских татар запрещало женщине нахо­
диться в обществе мужчин, принимать участие в общественных
сходах. На торжествах - свадьбе, религиозных и других праздни­
ках - женщины находились отдельно от мужчин. На замужнюю
женщину накладывались различные ограничения в семейных от­
ношениях. Например, она не могла покидать дом без разрешения
мужа или старших родственников мужа. Женщинам запрещалось
показывать волосы, обнажать руки выше кисти, шутить при стар­
ших родственниках и др.2 Особенно ущемленными считались
молодые невестки. Не зря у сибирских татар бытовали такие по­
говорки: «Невестка - униженное существо, ее положение сравни­
мо с наемным работником» (сиб. тат. - «килен кеше ким кеше,
ялцы белэн тиц кеше»); «невестка в доме, что щенок, бесправна»
(сиб. тат. килен кеше ким кеше - коцек пелян тин кеше»); «худ­
ший блин у невестки» (сиб. тат. - кыйтык коймак киленнецке)3.
Однако следует заметить, что у сибирских татар сформиро­
валось уважительное отношение к многодетным женщинам, по­
витухам, женщинам, занимавшимся обучением детей и лечени­
ем4. Например, по отношению к повитухам говорили «под твоими
ногами - рай» (сиб. тат. - синен аяк астында - очмак).
Женщина у сибирских татар обладала имущественными пра­
вами независимо от мужа. Следует отметить, что жена должника
не отвечала по долгам мужа. По закону ее собственность являлась
неприкосновенной, на нее не обращалось взыскание по обяза­
тельствам мужа. К этому имуществу относились: приданое; иму­
щество, доставшееся ей по наследству, по дарственным или иным
записям, полученным от родственников и посторонних людей;
1 О жительствующих в Ялуторовском уезде ясашных татарах. 1821.
КП 12888. Л. 7.
2 ПМА, 1990-1996.
3 Там же. 2008, 2010.
4 Там же. 2000.
111
всё имущество, приобретенное ею или даже подаренное мужем.
При этом супруга должника должна была представить доказа­
тельства принадлежности ей того имущества, которое признава­
лось неприкосновенным. Кроме того, не могли обращать взыска­
ние на женские платья и белье, половину мебели, находящейся в
доме, и половину всей посуды, половину экипажей, лошадей, уп­
ряжи1. Например, 22 февраля 1916 г. Карагайским волостным
старшиной для удовлетворения претензии Мамлеева на сумму
605 р. 75 к. у Кашапа Карымова были описаны лошадь, тулуп,
двое саней, забор (ограда), ларь под хлеб, заменяющий амбар, не­
вод, кошма. Примечательно, что в дальнейшем почти все эти ве­
щи были проданы с торгов, а выкупил их сам Карымов, но на имя
жены, с тем, чтобы в дальнейшем они не могли быть описаны и
проданы с торгов2.
Кроме того, женщины участвовали в имущественных сдел­
ках, прежде всего, связанных с куплей-продажей.
В обычном праве сибирских татар и в исламе сформирова­
лось строгое отношение к случаям прелюбодеяния. Причем си­
бирские татары одинаково отрицательно относились к случаям
измены как, со стороны жены, так и мужа. Это нашло отражение
в пословицах и поговорках: «Предавшая мужа, не найдет места
себе» (сиб. тат. - ирен саткан илгэ сыймас); «жениться - не порок,
предать жену - не мужество» (сиб. тат. - хатын алу - кимлек тугел, хатын сату - ирлек тугел)3.
Несмотря на то, что в обхцестве сибирских татар нравы были
строгие, все же отмечались случаи внебрачных связей. Так, ново­
крещеная татарка Февронья Селянова «имела жительство у та­
тарина Алхана Калеева», казак Елисеев имел «блудное смешение с
татарскою девкой Шенеей Мемазаровой», «татарин Тарибердей
Илгиметов - с русской девкой Анисьей Краснощековой». Некий
новокрещеный подал в Губернскую канцелярию повинную, в ко­
торой сообщал, что «де в 1746 г. палея он в блудное дело Медян1
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских. С. 413-414.
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 65. Л. 2-Зо6.
3 ПМА, 2003.
2
112
ских юрт с девкой татаркою Инакаш Усеиновой по сводничеству
тетки ее Анбери Сеитовой, с которою был в блудодеянии сего
ноября...»1.
По нормам шариата за прелюбодеяние было установлено на­
казание в виде 100 ударов плетью, а по обычаям сибирских та­
тар - не более 39 ударов шелепом. Это было, безусловно, строгое
наказание, тем более вид самого орудия наказания, должен был
вселять страх в «преступника»: «шелеп - небольшая палка, с при­
вязанными к одному из концов ее семью сыромятными ремнями,
набитыми песком»2.
По законам Российской Империи с 1837 г. за прелюбодеяние
вводилось светское наказание в виде ареста от 3 до 14 дней, рас­
пространявшееся и на мусульман. Прежде чем применить арест,
предусматривалось использование более «мягких» видов наказа­
ний: наложение духовного покаяния либо 40-дневный пост3.
Например, на «общественной сходке» д. Тусказанской Бухар­
ской волости Тарского округа 5 мая 1832 г. рассматривалось дело
о «прелюбодейной жизни» казака Ишмаметя и Айжи Сеитовой
по жалобе мужа Айжи, бухарца Нияза Аширова. Виновным в
прелюбодеянии было назначено наказание в виде 39 ударов лоза­
ми, которое должно было производиться на сходке4.
За аналогичное преступление, совершенное в 1839 г., татары
Тарского округа Ниясбагин и Чубарова получили наказание в ви­
де 40-дневного поста. Кроме того, требовалось, чтобы они «каж­
додневно привносили всем пред богом чистосердечное раскаяние:
мужчина в мечети, а женщина у приходского муллы в день по три
часа»5.
1 Бакиева Г.Т. К вопросу о взаимоотношениях мусульман и новокре­
щеных у сибирских татар // Социокультурная динамика и экономичес­
кое развитие Тюменского региона. XXI век. Материалы всерос. науч,практ. конф. Тобольск, 2004. С. 28.
2 Юшков И.Н. Сибирские татары // ТГВ. 1861. № 40.
3 Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Ст. 1585.
4 ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1082. Л. 2-2об.
5 Там же. Ф. И-295. Оп. 3. Д. 1287. Л. 5-5об„ 7.
113
Общественное мнение терпимо относилось к сожительству
мужчины и женщины без заключения брака. Обычно такие слу­
чаи происходили, когда муж длительное время отсутствовал и не
доставлял «средств к существованию» своим жене и детям. Как
показывают материалы, иногда женщина уходила к другому уже
через год, тогда как другие терпеливо ждали своих мужей более
длительное время, прежде чем принимали решение об уходе к
другому. Например, Марфуга Рахматуллина из д. Инцисс Тарско­
го уезда ушла из дома своего мужа и его родителей через год пос­
ле того, как ее муж Мачит Ханюков ушел на военную службу. И
как выясняется из дела, сожительствовала в течение 5 лет с Кали
Ибрагимовым, двоюродным братом мужа, жителем той же дерев­
ни. Законный муж, возвратившись со службы, просил жену вер­
нуться, на что Марфуга ответила ему отказом. В конце концов
супруги были разведены, а Марфуга и К. Ибрагимов получили
предписание от муллы обручиться1.
В другом деле Туктабига Рафикова Ахметова, жительница
д. Туз-Казанской Тарского округа, после долгой отлучки мужа
(7 лет), «оставшись без всяких средств к существованию», со­
шлась с проживавшим в г. Таре «инородцем» Аялынской волости
Нигматуллой Тавлетбагиным. От этой связи у них родилось двое
детей. После смерти Н. Тавлетбагина Туктабига ходатайствовала
о по71учении наследства детьми2.
В заключение следует подчеркнуть, что взаимоотношения в
семье находились под контролем общины и основывались в целом
на патриархальных традициях. Положение женщины у сибирских
татар в семье было двойственным: с одной стороны, традицион­
ные нормы ставили ее в зависимое положение; с другой - в некото­
рых вопросах (воспитание детей, домашнее хозяйство) она облада­
ла равными правами с мужчинами. Кроме того, сибирские татарки
не отличались абсолютной покорностью, как этого требовали му­
сульманские нормы, если сами мужчины пренебрегали своими
обязанностями. Уход жен от своих мужей, как показали материа­
лы, был не редким явлением в сибирско-татарской семье.
1
2
114
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 5. Д. 4560. Б. п.
Там же. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 19473. Л. 1.
Глава 5
РЕГУЛИРОВАНИЕ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ
ВОПРОСОВ У СИБИРСКИХ ТАТАР
В XVIII-НАЧАЛЕ XX БЕКА
3.1.
Государственное регулирование землепользования.
Формы землепользования
В XVII-XIX вв. в вопросах землепользования аборигенов
центральная власть исходила из финансовых соображений. Пра­
вительственные указы XVII в. требовали не допускать столкнове­
ния колонистов и «иноверцев» из-за земли. Как отмечает В.В. Рабцевич, правительство стремилось «оградить от посягательства на
земли ясачного населения с целью сохранения и регулярного по­
ступления особой формы ренты верховному собственнику зе­
мель»1. В XVII-начале XIX в. в земельных спорах сибирских татар
с русскими крестьянами правительство занимает в большинстве
случаев сторону первых. В нашем распоряжении имеются архи­
вные материалы, свидетельствующие об этом. Например, в спор­
ном деле между татарами юрт Сингульских и крестьянами дерев­
ни Бороушинской Ялуторовского округа (начало XIX в.) власти
заняли сторону татар, подтверждая их право записями в писцо­
вых книгах и сохранившимися у татар «данными»2. Аналогично
действовали губернские власти при рассмотрении земельного
спора между ясачными татарами Асланинских, Осиновских, Рев1 Рабцевич В.В. Генезис дворянского землевладения на землях мест­
ных народов Сибири (по материалам тобольских татар) // Земледельчес­
кое и промысловое освоение Сибири (XVII-начало XX века). Новоси­
бирск, 1985. С. 40.
2 ГУТО ГАТ. Ф. 329. Оп. 13. Д. 330. Л. 1.
115
динских и Озернинских юрт Ялуторовского округа и крестьяна­
ми соседней Бердюгинской волости1.
В XVIII-начале XX в. у сибирских татар было две формы
пользования землей - общинная и индивидуальная. Общинная
форма
землепользования
являлась
наиболее
распространенной
на протяжении XVIII-начала XX в. Сущность этой формы заклю­
чалась в том, что вся земля распределялась и перераспределялась
между всеми членами общины по числу душ в семьях.
Индивидуальная
форма
землепользования
была
представ­
лена двумя видами: заимочно-захватной и вольной. Сущность
индивидуальной формы землепользования заключалась в «не­
ограниченном праве для каждого желающего обратить в свое ис­
ключительное пользование такое количество земли, которое со­
ответствовало его возможностям, т. е. наличию рабочего скота и
рабочих рук»2. Развитие данной формы землепользования было
возможным благодаря наличию большого количества земельных
угодий. Каждый вновь поселяющийся выбирал место, ставил
жилье и другие постройки и тут же поблизости разрабатывал
пашню и покос, образовывая заимку. Основу заимочной формы
составлял захват, право всякого пользоваться теми угодьями, ко­
торые «он или его отец, дед захватил, расчистил, обработал, фак­
тически являясь полновластным хозяином заимки и не допускал
никого из посторонних к пользованию в черте захвата»3. Таким
образом, земельная «дача» (участок общинной земли) селения,
состояла из ряда участков, принадлежащих отдельным семьям.
Заимочная форма землепользования была широко распро­
странена в большей степени в Тарском уезде, наиболее богатом в
земельном отношении. Однако и здесь в XVIII в. она существова­
ла параллельно с общинной формой. С уменьшением запаса сво­
бодных земель в Тарском уезде заимочная форма путем упорной
1
ГУТО ГАТ. Ф. 329. Оп. 13. Д. 365. Л. 24об.-25.
Сатлыкова Р.К. Татары Среднего Прииртышья (хозяйственный ук­
лад, общинная организация и семейные отношения в конце XVIII-нача­
ле XX в.). Автореф. ... дис. канд. ист. наук. М., 1986. С. 134.
3 Андроников И А. Материалы по землевладению и экономическому
быту оседлых инородцев Тобольской губернии. Тобольск, 1911. С. 362.
2
1 16
борьбы экономически сильных заимочников с менее обеспечен­
ными членами общества постепенно уступала место вольному
землепользованию. При данной форме землей пользовался лишь
тот, кто ее обрабатывал, причем в том размере, в каком он в со­
стоянии был ее обработать, по принципу «насколько силы хвата­
ло». Как только домохозяин прекращал обрабатывать участок,
последний переходил в распоряжение общины, которая переда­
вала ее своим нуждающимся членам или сдавала в аренду.
В Тюменском уезде даже в конце XIX-начале XX в. среди та­
тар существовало правило, при котором пахотными участками,
полученными из-под расчистки леса, пользовались в течение
10-20 лет люди, производившие расчистку, после чего пашня пе­
реходила во владение всего общества и при следующем переделе
поступала в раздел наравне с другими землями1.
В Тарском уезде вольное, или подворное землепользование
сохранилось к концу XIX-началу XX в. в большинстве селений
южных волостей. Община наделяла вновь прибывших членов
участками либо из имеющихся выморочных участков, либо пре­
доставляла им право разработать участок в любом свободном
месте. Иногда община (юрты Кускунские и Байбахтинские) отре­
зала участки разработанной земли у своих общинников, захва­
тивших, по мнению общества, лишние земли, а остальную часть
пашни, вновь прибывшие члены общины разрабатывали, как
правило, из-под леса2.
На протяжении XVIII в. власти закрепляли индивидуальные
угодья сибирских татар с помощью оформления документов на
владение - «данных». Показательными являются, в частности,
следующие документы: 1) выпись, выданная по челобитным от
1705 и 1706 гг. «на пустопорожнюю землю по реке Уразаю под паш­
ню и поскотину тарскому юртовскому служилому татарину Себейку Айткулову с товарищем бухарцем дер. Аптишевой»; 2) вы­
пись, выданная по челобитной от 27 сентября 1714 г. на землю по
1 Патканов С.К. Материалы для изучения экономического быта госу­
дарственных крестьян и инородцев Западной Сибири. СПб., 1888.
Вып. 1. С. 364.
2 Андроников И.А. Указ. соч. С. 364.
117
р. Оше тарским захребетным татарам Махмету Уразееву и Тухтугулу Иткучукову; 3) указ на владение, выданный 22 мюля 1737 г.
из Тарской воеводской канцелярии на дворовые места князцу
Аялымской волости Иткучуку Бучканову1.
В этот период происходило и оформление границ землеполь­
зования сибирско-татарских общин. «Данные» выдавались и на
земли «порозшие», никем не занятые2. Границы угодий обознача­
лись в записях естественными урочищами: озерками, болотами,
колками и т. п. Затем эти данные вносились в писцовые и пере­
писные книги. Выписи («данные») из этих книг выдавались пере­
писчиками на руки владельцам земли. Они имели вид свертков, в
которых записи скреплялись царской печатью. Как правило, хра­
нились они у какого-нибудь уважаемого старейшины. Вместо
подлинных «маток», как называли татары эти документы, у мно­
гих к концу XIX в. сохранились только копии, засвидетельство­
ванные в окружном суде или другом присутственном месте3. Вы­
писи служили для татар доказательством их прав на землю при
всех земельных спорах на протяжении XVIII-начала XX в. При­
мерами таких выписей на общинные угодья могут служить следу­
ющие: «указ от 23 января 1758 г., был выдан из Тарской воеводской
канцелярии ясачным татарам Ексемирской, она же Ебаргулова
Ишимского острожка Саргатской волости Аллагулу Айтнягулову
сотоварищи на пашенную землю, сенные покосы, озер и речки»;
«указ от 8 октября 1770 г. о предоставлении жителям д. Себеляковой Тарского ведомства во владение выморочной земли»; «указ
от 6 марта 1773 г. Тарской воеводской канцелярией на пашенные
земли, сенные покосы, озера, речки и прочие угодья ясачным тата­
рам д. Тавинской Мусе Илъчибагину и др.»4
Устав 1822 г. закрепляет земельные права татарских общин,
указывая, что «владеемые ... по древним правам сими иноверца­
1
Андроников И. А. Указ. соч. С. 94.
Там же. С. 38.
3 Патканов С.К. Материалы для изучения экономического быта го­
сударственных крестьян. Вып. 1. С. 57.
4 Андроников И.А. Указ. соч. С. 95-96.
2
118
ми земли утверждаются за ними»1. Дальнейшие законы под­
тверждают земельные права отдельных селений-общин. В част­
ности, такие вопросы как раздел и передел крестьянских земель
находились в ведении схода селения2.
Во второй половине XIX-начале XX в. власти начинают отво­
дить земли, принадлежащие сибирско-татарским общинам, но­
вым колонистам. Во всех документах того времени, касавшихся
земельных вопросов, верховным собственником стало называть­
ся государство3.
Российская администрация приступает к приведению «в из­
вестность» сибирско-татарских земель, выражавшемуся в опре­
делении их точных границ из расчета 15 десятин на душу муж­
ского пола, и к юридическому закреплению этих границ с по­
мощью земельных планов4. Законодательно этот процесс был
закреплен в 1896 и 1898 гг. принятием поземельно-устроительно­
го закона об устройстве крестьян и инородцев в Сибирских гу­
берниях. Закон не делал различий в порядке отвода наделов рус­
ским и татарским общинам: они получали землю из расчета 15 де­
сятин, а в многоземельных волостях - до 30 десятин на душу.
Следует заметить, что в эту норму земли входили не только
«полезные угодья» (усадьба, выгон, пашня, сенокосы, озера), но
вообще все их разновидности, находившиеся во владении жите­
лей деревни (болота, проселочные дороги, леса и пр.). Собствен­
но на пашню выделялось незначительное количество земли. На­
пример, в 1897 г. при нанесении землемером Щеблыкиным на
план земель юрт Черторойских Истяцкой волости под пашню в
двух участках было запланировано лишь 25 десятин 1600 сажень
на 167 человек5. Такая ситуация не могла не вызвать протест со
стороны сибирско-татарских общин. Татары Кречетинской во­
лости ходатайствовали перед властями о наделении их большим
1
ПСЗ. Т. 38. Гл. 4. Ст. 20.
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Оп.1. Д. 2. Л. 1.
3 Там же. Ф. 152. Оп. 41. Д. 354. Л. 1-8об.
4 Сатлыкова Р.К. Указ. соч. С. 140.
5 ГУТО ГАТ. Ф. 185. Oп. 1. Д. 182. Л. 1-2.
2
119
количеством угодий, несмотря на то, что они по новому закону
получали землю из расчета 18 десятин на душу1.
Общины сибирских татар не только были недовольны разме­
рами предоставляемых угодий. Они настойчиво добивались при­
знания за ними права собственности на землю, ссылаясь на име­
ющиеся у них на руках документы. Например, татары Кречетинской волости через своего поверенного в 1880 г. обратились к
Губернатору о признании за ними права собственности по древ­
ним документам2.
Когда в 1876-1881 гг. по распоряжению Тобольской казенной
палаты была произведена «съемка» земель Каурдакской волости с
целью приведения в известность земель и отрезки излишней зем­
ли в казенное ведомство, татары волости заявили о праве соб­
ственности на эти земли. В доказательство своих притязаний они
ссылались на древние документы: копии из писцовых книг 1792 г.
переписчика Ивана Качанова, 1732 г. переписчика Багачева и
1733 г. переписчиков Байгачева и Чатычева, копию указа Тарской
воеводской канцелярии от 4 марта 1758 г. за № 583, копию имен­
ного указа императрицы Екатерины II от 11 июня 1763 г., копию
из «списка памяти данной» из Тобольской Приказной палаты от
20 марта 1797 г.3 Однако Управление государственными имуществами Западной Сибири признало земли татар собственностью
казны. В своем решении Управление отмечало, что «во всех копи­
ях выписей из писцовых книг нигде не упоминается о принадлеж­
ности земли в полную собственность, нигде владение их не назы­
вается ни вечным, ни потомственным»4.
В 1908 г. поверенный от татар деревни Байбинской Коурдакской волости Зарип Атаулин обратился к властям о возврате его
доверителям угодий: рыболовного оз. «Ныр» и земельного участ­
ка «Куделинская», отобранных в казну. Поверенный обосновал
право пользования данными угодьями, имеющимися на них кре­
постными документами. Общее Присутствие Тобольского гу­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 332. Оп.1. Д. 7. Л. 7-8.
Там же. Ф. 332. Оп. 2. Д. 1. Л. 1-8.
3 Там же. Ф. 335. Оп. 603. Д. 76. Л. 21-23.
4 Там же. Ф. 335. Оп. 603. Д. 76. Л. 21-25об„ 118-119об.
120
2
бернского управления в своем постановлении, хотя и признало
правильность притязаний татар, но в связи с предстоявшим в
ближайшем будущем поземельным устройством, высказалось о
затруднительности возврата угодий1.
В д. Эбаргульской Саргатской волости Тарского уезда пове­
ренный просил власти о командировании землемеров для разме­
жевания земли на 53 наличные души татар, у которых не имеется
земельного надела. В ответ на прошение поверенного Общее При­
сутствие определило: «ходатайство просителей в виду начав­
шихся поземельно-устроительных работ в Тарском уезде оста­
вить без последствий». При этом власти сослались на тот факт,
что для жителей деревни земель достаточно, на каждую душу
мужского пола в среднем приходится 16,8 десятин2.
Некоторые татарские общины оказывали активное сопро­
тивление мероприятиям властей по перераспределению земель,
как это было в Ялуторовском уезде. В 1910 г. губернатор сообщал
по этому поводу: «При первых попытках в 1905 г. открыть у них
поземельно-устроительные работы, а именно: в Авазбакеевской
волости Ялуторовского уезда, они энергично протестовали, от­
казываясь давать для межевых работ подводы и рабочих, соби­
рать сходы, выбирать уполномоченных для участия в землеуст­
ройстве и т. п.». Отказ от землеустройства татары объясняли
тем, что «земли их, как состоящие в их распоряжении на праве
собственности в силу имеющихся у них на руках Указов царей... не подлежат действию поземельно-устроительного закона». В ре­
зультате поземельно-устроительные работы в уезде были приос­
тановлены3.
Таким образом политика властей в отношении землепользо­
вания сибирских татар на протяжении XVIII-начала XX в. посте­
пенно менялась по мере переселения в Западную Сибирь кресть­
ян из губерний центральной России. В XVIII-начале XIX в.
правительство, проводя поземельные работы и выдавая общинам
сибирских татар «данные» на земли, формально закрепила за ни­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Оп. 598. Д. 67. Л. 5-5 об.
Там же. Ф. 335. Оп. 598. Д. 16. Л. 4-5, 17об.-18.
3 Там же. Ф. 417. Oп. 1. Д. 504. Л. 76об.-77.
2
121
ми право владения и распоряжения землей, которой до того вре­
мени владельцы пользовались фактически по обычному праву
Следовательно, эти реформы не нарушали традиционного земле­
пользования сельской общины сибирских татар. Поземельно-устроительная кампания, проводившаяся в конце XIX-начале XX в.,
имела целью уравнительное распределение земли, приводившее к
уменьшению общинных земель сибирских татар.
3.2.
Регулирование землепользования
в сибирско-татарской общине
Как было отмечено выше, в XVIII-начале XX в. у сибирских
татар основной формой землевладения и землепользования яв­
лялась общинная. На протяжении длительного периода време­
ни общины выработали целый комплекс норм в регламентации
пользования различными сельскохозяйственными угодьями. При
этом между различными общинами прослеживалась локальная
специфика.
Пашенные земли сибирско-татарских общин в большинстве
случаев были разбросаны небольшими отдельными урочищами
среди других угодий (покосов, лесов и болот), иногда значительно
удаленных от селений. Например, в Кашегальской волости Тю­
менского уезда, по данным И.А. Андроникова, в середине XIX-на­
чале XX в. самые дальние пашни находились в 20 верстах от селе­
ний, в Тоболтуринской волости Тобольского уезда - в 5 и далее
верстах1. Наиболее ценными считались пашни, лежащие ближе к
селениям. В конце XIX-начале XX в. возле деревень, расположен­
ных по берегам р. Тобола, встречались и заброшенные пашни; та­
тары объясняли это частыми и сильными разливами реки2.
Повсеместно среди сибирских татар на протяжении XVIIIначала XX в. существовал обычай, по которому право пользова­
ния пашнями, а равно и покосами принадлежало только корен­
ным его жителям при обязательном условии уплаты ими податей
и несения повинностей. Например, в деле 1901 г. по жалобе жите­
ля юрт Вагайских Вагайской волости Ният-Баки Шугурова на от­
1
2
122
Андроников И.А. Указ. соч. С. 311, 341.
ГУТО ГАТО. Ф. И-49. Oп. 1. Д. 804. Л. 6.
каз общества наделить его угодьями главным аргументом было
то обстоятельство, что Шугуров не проживает в том обществе и
не несет повинностей. В дальнейшем данное право было закреп­
лено законами. Так «Временное положение о крестьянских на­
чальниках» и «Общее положение о крестьянах» подтверждали
право сельских обществ наделять угодьями своих членов с усло­
вием «исправного отбывания податей и повинностей»1. При на­
делении вновь прибывших членов угодьями община иногда уста­
навливала плату за право пользования ими. Например, общество
юрт Носовских волости Оброчных Чувалыциков через своего до­
веренного в течение нескольких лет (1898-1900 гг.) вело дело, об­
ращаясь в различные инстанции, по поводу «самовольного поль­
зования хлебопахотными, сенными и другими земельными угодья­
ми» братьями Мирлеевыми, основываясь на том факте, что
последние не являются коренными жителями2.
На основании «Временного положения о крестьянских на­
чальниках» и других указов общинам предписывалось не наде­
лять земельными участками лиц, отсутствовавших в селении во
время земельных переделов3. Следуя положению в 1913 г. Еланское общество ответило отказом на просьбу однообщественника
Мутаметова о наделении хлебопахотными и сенокосными угодь­
ями его брата. Поводом для такого решения послужило то обсто­
ятельство, что последний был в отъезде. В связи с этим в приго­
воре общественного схода указывалось, «мы не могли заочно
наделять его, не зная, возвратится он или нет»4.
Служилые татары-казаки (сиб. тат. - йомышлы), проживав­
шие вместе с ясачными в юртах, как коренные жители имели пра­
во на пашни, сенокосы и другие угодья. Владение и пользование
землей служилыми татарами осуществлялось на условиях несе­
ния службы. Так же как и ясачные татары, служилые владели
угодьями по «данным» великих государей. Например, по «дан­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Оп. 592. Д. 64. Л. 8-8о6.
Там же. Ф. 335. Оп. 590. Д. 11. Л. 1-2.
3 Там же. Ф. 335. Оп. 592. Д. 64. Л. 8об.
4 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 214. Л. 1.
2
123
ной» Г645 г. «тюменские служилые татары Мурачко и Худычко
Матмасовы, Маметкулко Менглибаев и захребетные татары
Шугулко да Катагулко Матмасовы с племянниками получили
Матмасовскую заимку «роспашную и заложную землю, сенные по­
косы и поскотины за Турою рекою по старым межам, чем отец их,
Матмас владел и распахивал»1. В 1688 г. по указу великих госуда­
рей была оформлена «данная» на сенные покосы Баишевских юрт
служилым и захребетным татарам Уразметку Енбулатову, Ураску
Елмаметьеву с товарищи и племянниками 15 человекам2.
Служилые татары, как коренные жители, в большинстве слу­
чаев владели землей совместно с ясачными татарами. Пашенные
и сенокосные угодья в пределах общины распределялись между
ясачными и служилыми татарами. При этом у татар-казаков был
особый
порядок
землепользования,
установленный
Соборным
уложением 1649 г. Согласно закону, государство наделяло казаков
пашнями и сенокосами из расчета 15 десятин на каждую душу
взамен денежного по службе довольствия3. «Устав об инород­
цах» и «Устав о сибирских городовых казаках» 1822 г. подтвер­
дили наделение служилых татар из расчета 15 десятинной про­
порции земли.
Таким образом, землю получали лишь те, кто служил: ни ма­
лолетние, ни отставные наделы не получали. Иногда казаки на­
деляли землей и детей, и отставных, что порождало земельные
споры с ясачными татарами, как это видно из следующего дела.
В 1841 г. по просьбе ясачных татар Надцинской и Уватской волос­
тей доверенные лица обратились в Общее Губернское правление
о самовольном захвате земли казаками, проживающими с ними
совместно в юртах Аремзянских и Турбинских. В своем ответе
Тобольская казенная палата дала знать, что «дети казаков долж­
ны быть наделены землею не прежде, как по вступлению их в дей­
ствительную службу»4.
1
ГУТО ГАТ. Ф. 185. Oп. 1. Д. 38 6. Л. 16о6.-17об.
Там же. Ф. 154,Оп. 22. Д. 33. Л. 24-24о6.
3 Там же. Ф. 335. Оп. 592. Д. 64. Л. 18о6.-19.
4 Там же. Ф. 152. Оп. 41. Д. 127. Л. 22-27о6.
124
2
После упразднения Тобольских конного полка и пешего полубаталиона 17 июня 1868 г. служилые татары были переведены
в сословие крестьян и уравнивались с ними в правах землеполь­
зования. Однако, согласно предписаниям Тобольского губерна­
тора от 30 декабря 1895 г. и 14 августа 1898 г., право на угодья
имели лишь трудоспособные казаки с 28-летнего возраста. Лица,
не достигшие 28 лет, а также старики угодья не получали. Участ­
ки умерших бывших казаков переходили в общинное владение
ясачных татар1. С этого времени бывшие служилые татары долж­
ны были платить подати и нести повинности за право пользова­
ния землей, как и ясачные татары. При этом служилым татарам
были предоставлены определенные льготы по уплате податей.
Выходцы из Средней Азии, проживавшие в Сибири и назы­
вавшиеся бухарцами, в отличие от ясачных и служилых татар, не
имели права на сельскохозяйственные угодья, так как не являлись
коренными жителями. Однако некоторые из них постепенно об­
заводились землей. В XVII-XVIII в. правительство проводило по­
литику привлечения в Сибирь выходцев из Средней Азии, предо­
ставляя им различные льготы. Одной из таких льгот являлось
разрешение сибирским бухарцам приобретать земли у местных
татар путем оформления купчих, поступных, закладных и дарст­
венных. В результате во многих местностях бухарцы смогли при­
обрести в собственность значительные угодья. Но не везде наб­
людалась такая ситуация, многие общины бухарцев не имели
своих угодий, а были вынуждены арендовать их у ясачных татар.
Часто бухарцы обращались в общины сибирских татар и в вы­
шестоящие органы с просьбой о наделении их землей. Однако,
как показывают материалы, почти всегда бухарцы получали отказ
от сибирско-татарских общин. К примеру, поверенный татар и
казаков юрт Иштаманских Тоболтуринской волости подал жало­
бу на бухарцев, претендовавших на право пользования земель­
ными угодьями наравне с татарами и казаками. Оспаривая при­
тязания бухарцев, поверенный выдвинул следующие аргументы.
Во-первых, бухарцы никогда не участвовали в платежах ясака,
1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 26. Л. 9-10.
125
подушной, а позже оброчной подати. Во-вторых, до 1875 г. бухар­
цы не имели никаких земельных угодий, а лишь в 1876 г. возбуди­
ли свое ходатайство. Тобольский уездный съезд отклонил жалобу
татар, обосновывая свое решение тем, что земли являются соб­
ственностью казны и тем, что все приписанные к юртам Иштаманским жители имеют одинаковые права на земельные наделы.
По замечанию чиновника, неучастие бухарцев в уплате податей
не может являться поводом для лишения их права пользования
землей, а может лишь быть основанием для выдачи бухарцам от­
дельного окладного листа1.
В 1906 г. бухарцы юрт Бегишевских Вагайской волости возбу­
дили ходатайство о наделении их сенокосными угодьями. Татары
тех же юрт отказались принять решение о наделении бухарцев се­
нокосными участками, подвергая их «возмутительным гонениям
и насилиям», выражавшимся в том, что «татары нападали с ко­
льями и топорами на бухарцев, косивших траву, избили лошадь
их доверенного». Тяжба длилась до 1916 г., пока, наконец, на осно­
вании указа Правительствующего Сената не был произведен
уравнительный раздел сенокосных, а позже и пахотных угодий
между татарами и бухарцами2.
В 1914 г. бухарцы юрт Аремзянских Тобольского уезда возбу­
дили ходатайство о наделении их земельными угодьями, аргумен­
тируя тем, что поселились там «с незапамятных времен». Сход
татар отклонил просьбу бухарцев, объясняя свое решение отсут­
ствием лишних угодий. Крестьянский начальник 3-го участка
подтвердил «приговор» сельского схода татар, принимая во вни­
мание тот факт, что право на земельные наделы получают члены
общества либо по приговорам самого общества, либо, получив­
шие это право по актам земельного устройства. Вследствие чего
крестьянский начальник пришел к заключению о невозможности
наделения бухарцев землей3.
В 1913 г. крестьянский начальник 2-го участка Тобольского
уезда рассматривал дело по иску доверенных бухарцев юрт Ут1
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 58. Л. 4-8, 35.
Там же. Ф. 335. Oп. 1. Д. 2. Л. 1-3, 51-52о6„ 58-58об.
3 Там же. Ф. 348. Oп. 1. Д. 51. Л. 1-10.
126
2
карминских к татарам одних с ними юрт о праве совместного
пользования скотским выгоном. Доверенный татар защищал пра­
ва своих доверителей, используя аргумент, что скотский выгон
был в исключительном их пользовании, а бухарцы, якобы, поль­
зовались выгоном с разрешения татар на праве аренды и с усло­
вием совместной с татарами городьбы поскотины. Далее доверен­
ный писал о том, что «были случаи, когда бухарцы отказывались
от аренды и пасли скот на другом месте, за чертой скотского на­
дела татар». В данном случае крестьянский начальник, подтвер­
див доводы татар свидетельскими показаниями, отклонил пре­
тензии бухарцев1.
Такая ситуация наблюдалась вплоть до начала поземельно­
устроительных работ в конце XIX-начале XX в., когда было вве­
дено уравнительное распределение земли, независимо от сослов­
ной принадлежности.
Община сибирских татар следила за распределением пашен
среди общинников путем периодических переделов земли. Пере­
делы пашенных земель являлись повсеместными, но в разных
уездах, волостях и даже внутри каждой общины сроки переделов
были различными. В XIX-начале XX в. в Тюменском уезде сроки
переделов колебались от 5 до 12 лет, в Тобольском уезде в одних
селениях они происходили через 4-6 лет, в других - через 10-15.
В Тарском уезде сроки переделов в разных волостях колебались
от 2-6 и до 20 лет2.
Следует заметить, что в XVIII-первой половине XIX в. у си­
бирских татар при относительном земельном богатстве переделы
практически не производились. В Кречетинской волости Тюмен­
ского уезда первый передел пашен и сенокосов вообще произо­
шел лишь в 1910 г.3
Порядок и способ переделов пахотных и сенокосных угодий у
всех групп сибирских татар в основном был одинаков. Угодья де­
лились на наличные работные (платежные) души по качеству и
по отдаленности от селения, на удобряемую, неудобряемую, чер­
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 225. Л. 7-7об„ 13-14об.
Андроников И.А. Указ. соч. С. 316, 341, 365.
3 ГУТО ГАТО. Ф. И-49. Oп. 1. Д. 804. Л. 5.
2
127
ноземную и песчаную; по расположению от селения - на подвор­
ную, среднюю и дальнюю1. Передел пашенных и сенокосных уго­
дий производился выбранными от общества 4-5 общинниками.
При этом при переделе присутствовали и домохозяева, семьям
которых распределялись угодья2. Землю замеряли с помощью ве­
ревки и шеста. У сибирских татар веревка равнялась 100 шагам, а
шест имел длину 1-2 сажени. При измерении земли пользовались
обоими орудиями одновременно, десятки сажень измеряли ве­
ревкой, а оставшиеся единицы - палкой3. Наибольшее распро­
странение при измерении земли в конце XIX-начале XX в., в
частности, у татар Тобольского и Тюменского округов имел
«третник» (один третник равнялся 900 кв. саженям). По переде­
лу 1910 г. в Кречетинской волости на душу пришлось по 1,5 трет­
ника пашен и сенокосов4.
Житель юрт Медянских Ашряп Тажбулатов писал, что «меж­
ду всеми категориями (ясачными, казаками, бухарцами и оброч­
ными чувалыциками. - Г.Б.) в отношении общих переделов зе­
мельных угодий никакой разницы не существует и всю вообще
землю обществом распределяют по своему усмотрению, т. е. на­
деляют семейства, у которых недостает на новые дельные души
и всякое распределение делается с приговора общества, к которо­
му привлекают всех членов всех категорий»5.
Выморочными участками согласно закону общество распо­
ряжалось по своему усмотрению, как правило, наделяло ими сво­
их же безземельных членов6. Отличия в переделах касались, в
основном, возраста, с которого начинали наделять землей. Так, в
волостях Тарского уезда общины наделяли земельным участком
1
Андроников И.А. Указ. соч. С. 344.
ПМА, 1995.
3 Патканов С.К. Экономический быт государственных крестьян и
инородцев Тобольского округа Тобольской губернии. СПб., 1891.4. И.
С. 165.
4 ГУТО ГАТО. Ф. И-49. Oп. 1. Д. 804. Л. 6.
5 ГУТО ГАТ. Ф. 335. Оп. 593. Д. 6. Л. З-Зоб.
6 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 221. Л. 5.
2
128
мужчин, начиная с 18 лет1. В Авазбакеевской волости Ялуторовс­
кого уезда надел пахотной и сенокосной земли община предо­
ставляла с 15 лет и ниже этого возраста2. В Тобольском уезде, в
частности в юртах Медянских наделялись землей лица, достиг­
шие 16-летнего возраста3. Иногда, как видно на примере юрт
Усть-Тамакских Вагайской волости Тобольского уезда, по приго­
вору сельского схода наделы давались на все наличные души
мужского пола4. По свидетельству информатора, в начале XX в.
в юртах Чебургинских Тобольского округа пашенные и сенокос­
ные угодья делились по душам, по количеству человек в семье,
независимо от возраста и пола5.
Право пользования пашенным наделом обуславливалось не­
сением податей и повинностей. Потеря трудоспособности и
смерть служили причиной для изъятия надела в пользу других
членов семейства, а при их отсутствии в пользу общины.
В пользовании водными и лесными угодьями у сибирских
татар также существовали определенные правила. Реки находи­
лись в пользовании жителей тех селений, по территории которых
они протекали. Если реки протекали по границе владений двух
сельских обществ, то каждое из них имело право пользоваться
половиной реки. Озера в большинстве случаев принадлежали та­
тарам по старинным «данным». В 1816 г. по спору, возникшему
между татарами Уватской волости и крестьянами Слободчиковской волости Тарского уезда, за право пользования оз. Уват, пер­
вые считали притязания крестьян несправедливыми, говоря, что
озеро принадлежит им6.
Рыболовные угодья одного селения считались общественным
владением и каждый общинник ловил рыбу где хотел. Иногда од­
ним озером пользовались совместно жители нескольких селений.
1
Андроников И.А. Указ. соч. С. 17.
Там же. С. 344.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 335. Оп. 593. Д. 6. Л. 4.
4 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 217. Л. 6.
5 ПМА, 1995.
6 ГУТО ГАТ. Ф. 154. Оп. 20. Д. 24. Л. 1.
2
129
Например, жителям юрт Тарханских Тюменского уезда принад­
лежало пять маленьких озер и одно большое. Жители юрт Карбанских имели в пользовании три небольших озера и одно из них
(Царево) - пополам с жителями юрт Матмасовских. Татары юрт
Боровых имели одно общее озеро совместно с татарами юрт Тар­
ханских и Куртюганских1. В случае совместного пользования ры­
боловные угодья делились между селениями или использова­
лись всеми, хотя не всегда это соблюдалось и тогда возникал
спор. Например, в 1801 г. Тарский нижний земский суд предписал
татарам юрт Аевских пользоваться озером Яна-Иртышское сов­
местно с крестьянами д. Бакшеевой «каждый по принадлежности
своим берегом»2.
В 1909 г. возник спор между татарами Уватской волости и бу­
харцами юрт Вершино-Агитских Бухарской волости за право
пользования оз. Уват и речкой Аристовкой. Татары обосновыва­
ли свое бесспорное право пользования озером и речкой решени­
ем Правительствующего Сената от 30 апреля 1845 г., принятого в
результате рассмотрения дела по спору Уватских татар с крестья­
нами Тарского округа об оз. Уват, когда было предоставлено пра­
во пользования озером татарам юрт Уватских. Исходя из Указов
Правительствующего Сената от 18 октября 1901 г. и 12 сентября
1902 г., согласно которых рыболовные угодья были признаны ка­
зенными, крестьянский начальник постановил, чтобы ясачные и
бухарцы, проживавшие в Тукузской волости, пользовались озе­
ром совместно, а в случае стеснения бухарцев татарами, первым
предписывалось предъявлять иски об убытках3.
По материалам И.А. Андроникова, во второй половине XIXначале XX в. в Коурдакской волости Тарского уезда, в частности
в юртах Усть-Таматских, рыболовные озера осенью делились по
льду на паи по числу домохозяев, и каждому домохозяину предо­
ставлялось право ловить рыбу на своем участке. У Усть-Ишимских татар в середине XIX в. рыболовство было сосредоточено в
руках состоятельных общинников, т. е. контроль над всем про­
1
ГУТО ГАТО. Ф. И-49. Oп. 1. Д. 804. Л. 5-5об.
ГУТО ГАТ. Ф. 329. Оп. 13. Д. 16. Л. 16-16о6.
3 Там же. Ф. 346. Oп. 1. Д. 191. Л. 1-1об., 18-18об., 99-99об.
2
130
цессом рыболовства осуществлялся хозяевами невода и рыболов­
ных участков1.
Лесные угодья находились в большинстве случаев в общин­
ном пользовании целой волости. Каждый общинник рубил лес,
где хотел. Благодаря обилию леса в Тюменском, Ялуторовском и
Тарском уездах до конца XIX в. пользование лесными угодьями
было практически неограниченным, но с конца столетия стало
ощущаться истощение лесов. Это привело к тому, что общины
стали регулировать порядок пользования ими. В Тарском уезде,
по мнению Р.К. Сатлыковой, такое положение сложилось в юж­
ных волостях2.
Иногда из-за отсутствия леса татары вынуждены были поку­
пать его в соседних селениях (юрты Казаровские, Аманатские,
Островные Кашегальской волости). В других селениях в связи с
недостатком леса общины ходатайствовали перед властями о на­
делении их из излишних угодий соседних общин. Например, в
1866 г. татары юрт Шадринских просили казенную палату сделать
распоряжение «о дозволении этим татарам пользоваться лесом
собственно на домашние их потребности из излишних владеемых
Сингульскими инородцами казенных земель»3.
Лесные угодья в Асланинской волости Ялуторовского уезда
распоряжением от 25 мая 1863 г. властями были признаны казен­
ными и татары наделялись из расчета 15 десятин на душу муж­
ского пола. Излишние земли отрезались в казну. Причем татарам
предписывалось пользоваться лесом только «на собственные на­
добности»4. Тем не менее, даже в начале XX в. во многих местах
проживания татар продолжало действовать правило - пользо­
ваться лесом беспрепятственно.
Выгоны для выпаса скота у сибирских татар также находи­
лись в общинном пользовании. Под поскотину отводили в боль­
шинстве случаев низменные места, покрытые кустарником и
иногда лесом, мало пригодные для выращивания сельскохозяй­
1
Андроников И.А. Указ. соч. С. 369.
Сатлыкова Р.К. Указ. соч. С. 144.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 154. Оп. 20а. Д. 339. Л. 1.
4 Там же. Ф. 152. Оп. 41. Д. 351. Л. 5-5о6.
2
131
ственных культур. При отсутствии или недостатке подобных зе­
мель вблизи селений, обычно огораживали участок леса или сте­
пи, поросший густой травой. Чаще всего выгоны находились в
единоличном пользовании каждого селения, реже практикова­
лось совместное пользование выгоном двух и более селений1.
В 1788 г. татары юрт Кобятских Тобольского уезда, обращаясь к
уездным властям, писали, что по переписным книгам и по дан­
ным выписям все угодья «означены вообще» с жителями юрт Бай­
гаринских и, что поскотина также должна находиться в общем
пользовании. В своей жалобе жители Кобятских юрт указывали
на то, что они свой скот «содержали без всякого от тех Байгарин­
ских прекословия с начала заселения, а назад тому лет семь озна­
ченные татары» перестали допускать их скот на поскотину2.
Были случаи, когда татары имели общую поскотину с русскими,
например, жители Больших, Малых Каскаринских и Березовых
юрт выпасали скот вместе с крестьянами деревни Борки Созоновской волости Тюменского уезда3. При этом под словосочета­
нием «общая поскотина» следует понимать, что на месте сопри­
косновения выгонов двух или трех соседних селений не было
разграничивающих их изгородей, и скот пасся тут и там, хотя в
большинстве случаев каждое селение держало своего пастуха.
Пользование выгоном обуславливалось участием всех членов
общины, имевших скот, в огораживании изгороди. Степень учас­
тия в огораживании зависела от количества скота, при этом в
расчет принимался и мелкий скот. В некоторых селениях Тюмен­
ского уезда во второй половине XIX-начале XX в. практиковался
допуск в выгоны чужого скота за определенную плату, либо за
обязательство городить поскотину. В юртах Янтыковских, Чикчинских, Якушевских и Муллашевских выгон не огораживали, а
община нанимала пастуха4.
1
ГУТО ГАТО. Ф.И-10. Oп. 1. Д. 959. Л. 2-2об.
ГУТО ГАТ. Ф. 341. Oп. 1. Д. 25. Л. 138-138об.
3 Патканов С.К. Материалы для изучения экономического быта госу­
дарственных крестьян. Вып. 1. С. 101.
4 Андроников И.А. Указ. соч. С. 313.
2
132
Во второй половине XIX-начале XX в. в Тюменском уезде
существовали
разнообразные
способы
пользования
поскоти­
ной и отношения к ней ее владельцев. Так, в юртах Боровских
и Куртюганских Кречетинской волости и в селениях Нердинской волости изгородь делилась не на число голов скота, а на
число ревизских душ. В Калымской волости имелись и общие
поскотины для нескольких селений, и обособленные, смотря по
тому, в каких отношениях находились между собою общинники
соседних селений. Здесь при постройке изгороди существовало
смешанное распределение и на ревизскую душу, и на единицу
скота. Юрты Большие и Средние Красноярские имели две об­
щие поскотины. В Малых Красноярских юртах поскотина была
отдельная, ввиду враждебного отношения к первым двум селе­
ниям.
В 1913 г. крестьянский начальник 2-го участка Тобольского
уезда рассматривал дело по иску доверенных бухарцев юрт Уткарминских к татарам одних с ними юрт о праве на совместное
пользование скотским выгоном. Доверенный татар защищал пра­
ва своих доверителей, используя тот аргумент, что скотский вы­
гон был в исключительном их пользовании, а бухарцы, якобы,
пользовались выгоном с разрешения татар на праве аренды и с
условием совместной с татарами городьбы поскотины. Далее до­
веренный писал о том, что «были случаи, когда бухарцы отказы­
вались от аренды и пасли скот на другом месте, за чертой скот­
ского надела татар». В данном случае крестьянский начальник,
подтвердив доводы татар свидетельскими показаниями, откло­
нил претензии бухарцев1.
Большие и Малые Есаульские юрты Тюменского уезда также
имели две общие поскотины, при этом в ближней приходилось
по 10 саженей на скотину, а в дальней - по 20 саженей на лошадь.
В Сакандыковских юртах изгородь распределялась по 44 сажени
на ревизскую душу. В Томатских юртах поскотина была лесная,
вследствие того, что юрты были окружены лесом. Здесь изгороди
1
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 225. Л. '7-7об., 13-14об.
133
приходилось по 50 саженей на ревизскую душу, но в этой поско­
тине скот пасли только до жары, а в остальное время он ходил
около домов, спасаясь от овода1.
При переделе земель составлялись реестры, в которых зна­
чилось сколько скота приходилось на тот или иной двор и, со­
ответственно этому, сколько саженей изгороди выпадало на его
долю. Реестры составлялись, как правило, муллами. Как и при пе­
ределе пахотных земель, выгоны распределялись избранными от
общества лицами2.
Кроме большой поскотины для крупного скота в некоторых
селениях были небольшие выгоны для овец и телят, которые рас­
полагались около самой деревни3.
В состав общинных земель входили также усадебные места.
Усадьба включала в себя жилые и надворные постройки с ого­
родом. Возникновение усадебных мест было связано с чистым
захватом, в связи с этим размеры их были разными. Усадьба яв­
лялась наследственным владением отдельных домохозяев: после
смерти хозяина усадьба вместе с землею, на которой она стоит,
переходила к наследникам умершего. В случае отсутствия наслед­
ников по мужской линии (по обычному праву женщины у татар
не наследовали недвижимость), право распоряжения усадьбой пе­
реходило общине. Например, «приговором» сельского схода юрт
Епанчинских от 3 марта 1904 г. было решено продать на снос иму­
щество Ташмухамета Сафарбакиева, состоящее из избы в одну
комнату, амбара и скотского двора в виду его ветхости и бездо­
ходности4.
Новым домохозяйствам община предоставляла право обза­
водиться усадьбой на краю деревни либо передавала усадебную
1 Патканов С.К. Материалы для изучения экономического быта госу­
дарственных крестьян. Вып. 4. С. 46.
2 Там же. С. 104-105.
3 Патканов С.К. Материалы для изучения экономического быта госу­
дарственных крестьян. Вып.1. С. 127.
4 ГУТО ГАТ. Ф. 335. Оп. 595. Д. 7. Л. 8-8об.
134
землю умерших общинников, не оставивших наследников1. Так,
Казаровское общество «приговором» от 3 июля 1885 г. отвело под
постройку усадебные места в 360 кв. сажень, прибывшему из де­
ревни Сунгуровой Ялуторовского уезда Ибатулле Сайфуллину.
В дальнейшем и пять сыновей Сайфуллина обзавелись хозяй­
ством и каждый имел по собственному дому2. Владелец усадьбы
имел право продать свои постройки, но в случае продажи посто­
ронним лицам, не принадлежащим к членам общины, должен
был это сделать лишь после соответствующей санкции общины.
Например, в 1898 г. Уразмет Юмачиков Аширов мулла Карбанских юрт продал родителям Усмалеттина Давляшева, прибывшим
из деревни Колычева Ялуторовского уезда, домик на берегу Туры.
Общество, как указывалось в документе, «к поселению на их земле
препятствий не имело».
В дальнейшем Давляшевы неоднократно просили общество о
перенесении усадьбы в связи с тем, что берег подмыло, и занима­
емая усадьба уменьшилась. Общество же на просьбы Давляшевых
отвечало отказом3. Следовательно, как видно из данного доку­
мента, прибывшие члены общины, даже приобретая право жить
в селении, не имели права в полной мере распоряжаться усадеб­
ным местом. Полновластным владельцем усадебных мест вновь
прибывших членов являлась община.
Прежде чем поселиться в татарской деревне, сначала необхо­
димо было получить от сельского схода приемный приговор о
том, что община не против принятия прибывшего члена с его се­
мейством. Затем получить увольнительное свидетельство от об­
щества, где соискатель был прописан. Например, в свидетельстве,
выданном 1906 г. бухарцу юрт Саусканских Сейнитдину Захарьянову Шихову, было указано, что он, «Шихов, представив при­
емный приговор, постановленный 19 февраля 1899 г. оседлыми
инородцами д. Утузской Тарского уезда Тобольской губернии о при­
нятии его в свою среду со всем составом его семейства, заключаю­
1
Сатлыкова Р.К. Указ. соч. С. 146.
ГУТО ГАТО. Ф. И-49. Oп. 1. Д. 248. Л. 60.
3 Там же. Ф. И-49. Oп. 1. Д. 802. Л. 12.
2
135
щемуся из него самого 42 лет, жены Сулъхамиды Гяновой 48 лет,
сына Чалялетдина 17 лет, дочери Сульчамихи 11 лет и мачехи
Кулистаны Янбаевой 65лет... Увольняемый в своем обществе зе­
мельным наделом не пользуется, отбытию воинской повинности
не подлежит, на семействе увольняемого никаких сборов и недо­
имок не состоит, бесспорных и частных взысканий нет, под след­
ствием и судом не был и не состоит, к вредным сектам не прина­
длежит и исповедует магометанскую веру, а потому и препят­
ствий на вышеозначенное перечисление никаких со своей стороны
не имеется. Что и удостоверяется подписью и приложена пе­
чать». Такое же увольнительное свидетельство в мае 1906 г. полу­
чил житель юрт Саусканских Мухамет-Сагит Мухамет-Авалеев,
отбывавший в Тарский уезд в юрты Ильчибагинские1.
Иногда, как это показывает следующий пример, община при­
нимала нового члена и предоставляла ему угодья только после
получения определенной суммы денег. Сельский сход юрт Супринских Вагайской волости вынес решение о приеме жителя юрт
Корматских Нияза Абдуллина «на житье». В решении схода было
записано, что ему «отвели ему паи на речках Сухой и Черной в
обоих местах с тем, что ежели мало ему будет тех, то позволим
ему овладеть и третьим паем на югояре, а равно позволили ему
иметь звериную ловлю в урманах и лесной промысел». Как выясня­
ется из дела, щедрость жителей Супринских юрт была отнюдь не
бескорыстной: «От Нияза Абдулина получили корову и сверх того
деньгами 15 р.»2
3.3. Хозяйственные сделки с земельными угодьями
В XVII-начале XIX в. сибирские татары совершали сделки с
землей путем оформления купчих, поступных, закладных и дарст­
венных. Сделки совершались как между собственно сибирскими
татарами (ясачными, служилыми), так и между татарами и бухар­
цами. На протяжении XVIII-начала XIX в. правительство не пре­
пятствовало внутритатарским земельным сделкам. Устав 1822 г.
1
2
136
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 20. Л. 1-Зоб.
Там же. Ф. 152. Оп. 37. Д. 866. Л. 4.
закрепил право татар владеть землями «по древним правам»1.
Сохранялось за ними и право распоряжения землями.
Особо следует сказать о роде Кульмаметьевых, которые в
конце XVII-XVIII вв. сумели приобрести в собственность раз­
личные хозяйственные угодья и стали крупными землевладель­
цами в Западной Сибири. По данным В.В. Рабцевич, за время с
1667 по 1773 г. Кульмаметьевы совершили 37 сделок, в результате
которых удалось приобрести 54 десятины обработанной пашни,
430,5 десятин залежей под пашню, 111,5 десятин выпасов, поко­
сов на 8450 копен, рыбную ловлю в Куларовском озере, звериные
угодья, рыболовные места, промышленные заросли хмеля, «дво­
ровые и лавочные места» в Тобольске2. Кульмаметьевы приобре­
тали эти угодья путем совершения сделок преимущественно с
общинами ясачных и служилых татар.
Земельные угодья в этот период смогли приобрести и другие
служилые люди. Например, атаман мурза Маметрафа Мустафин
Кутумов вместе с отставным казаком юрт Медянских Умером
Муратовым
владели
рыболовными
и
сенокосными
угодьями,
приобретенными их предками Исенем Ишмаметовым и Назаром
Байдяшевым3.
На протяжении более ста лет семейство тюменских бухарцев
Шабабиных, основавших юрты Шабабинские, сумело приобрести
с помощью купчих крепостей и закладных значительные пашен­
ные и сенокосные угодья у сибирских татар. Назовем некоторые
сделки, совершенные только одним из представителей рода Ша­
бабиных Шабой Ашменевым. По закладной 1741 г. тюменского
бухаретина Ермамета Епшанова, данной пашенной земли, «кои
ниже Яровской деревни» 5 десятин. По купчим крепостям 1744 г.
от тюменского новокрещенного Федора Матигорова, данной па­
шенной земли у Ембаевских юрт 10 десятин, сенных покосов у
Андреевского озера 3 десятины на 200 копен и на острове под Ембаевским лугом 2 десятины на 100 копен. По купчим крепостям
1
ПСЗ. Т. 38. Гл. III. Ст. 20.
Рабцевич В.В. Генезис дворянского землевладения. С. 36-37.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 329. Оп. 13. Д. 24. Л. 1.
2
137
1751 и 1762 гг. от тюменского разночинца Петра Огнева пашен­
ной земли за Турой рекой от города в трех верстах - 9 десятин,
по купчей крепости 1763 г. от Тюменских татар Кучука и Му лая
Иманаевых сенный покос возле Андреевской речки - 20 десятин на
1500 копен. В 1776 г. куплено у мещанина Петра Прокопова под
Казаровскими юртами 18 десятин и т. д.»1
К середине XVIII в. в юртах Шабабинских, наряду с указан­
ным Шабой Ашменевым и другие бухарцы сумели приобрести в
собственность угодья. Так, Егуп Шабабин имел 19 десятин пашен­
ных земель и 20 десятин сенокосных на 600 копен, Мурат Досмаметев - 7 десятин пашен, 8 десятин сенокосных, Таут Кочанов - 7
и 15 десятин, Халил Качанов - 7 и 4, Казбулат Мусин - 21 и 5, Мосей Юзюпов - 10 и 20 десятин соответственно и др. А всего в юр­
тах Шабинских бухарцы имели в собственности 269 десятин
70 саженей пашенных угодий и 229 десятин сенокосных угодий
на 10603 копны.
Бухарцы других юрт Тюменского уезда (Ембаевских, Тураевских, Каскаринских, Есаульских, Шикчинских, Акиярских, Осиновских, Искинских), а также в юртах Сингульских Ялуторовско­
го уезда также сумели приобрести в этот период много пашен и
сенокосов. Всего в 11 юртах у бухарцев находилось в собствен­
ности 1405 десятин 20 саженей пашенной и 774 десятины сено­
косной земли на 38120 копен2.
Можно говорить о том, что в XVIII в. у сибирских татар сфор­
мировалось частное владение на государственных землях. Одна­
ко в более позднее время правительство препятствует этому про­
цессу, объявляя все земли собственностью государства.
В XVIII-начале XIX в. широкое распространение получила
аренда хозяйственных угодий. Существовали два типа арендных
отношений: коллективный и индивидуальный. Именно при кол­
лективной форме аренды, когда община в целом участвовала в
арендных отношениях, проявлялась роль общины в земельных
вопросах. В аренду сдавались все виды общинных сельскохозяй­
1
2
138
ГУТО ГАТО. Ф. И-47. Oп. 1. Д. 2228. Л. 1-1о6.
Там же. Ф. И-47. Oп. 1. Д. 2228. Л. 2-8об.
ственных угодий. Например, в 1872 г. общество юрт Тебендинских и Саургатских Карагайской волости Тобольского уезда отда­
ло «инородцу» Изанбаю Исакову угодья площадью 580 десятин
1849 саженей в аренду на 5 лет. Плата устанавливалась в сумме
15 р. 44 к. за каждый год1.
В 1793 г. татары юрт Шикчинских, Якушевских и Муллашевских отдали «по общему согласию настоящих тяглых 150 душ... в
дачах своих состоящую прорву Кучагуловскую для рыбного про­
мысла Якушевскому служилому казаку Мулле Акушеву на одно
летнее время, из оброку в пользу народскую ценою за 50 р.»2
В другом случае бухарцы юрт Салинских Тобольского уезда
подали жалобу на татар тех же юрт, которые, сдавая рыболовные
угодья посторонним, по утверждению бухарцев, арендную плату
присвоили себе3.
Интересен пример жителей селений Каскаринских и Березо­
вых Тюменского округа. Образовав артель из 100 человек, они
производили рыбный промысел в Кигинском озере и на реке
Айге. Затем продавали выловленную рыбу, а вырученные деньги
делили «по равной части». «А от. оного промыслу каждой из нас ...
имеем домовому обзаводству поправление, а ясашные татары оп­
лачивают в казну подать бездоимочно», - писали доверенные
юрт в 1795 г.4
В середине XIX-начале XX в., когда увеличилось число пере­
селенцев в Тобольскую губернию, власти были обеспокоены тем
фактом, что русские стали отнимать земли у «инородцев». В свя­
зи с этим, Исправляющий должность Генерал-Губернатора За­
падной Сибири требовал от местных властей, чтобы отдача та­
тарами земель в аренду русским переселенцам оформлялась
письменно в виде договоров, которые утверждались в волостных
правлениях5.
1
ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 42. Д. 88. Л.11.
ГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 914. Л. З-Зоб.
3 ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 42. Д. 171. Л. 1-2.
4 ГУТО ГАТО. Ф. И-10. Oп. 1. Д. 918. Л. 1-1о6.
5 ГАСО. Ф. 351. Oп. 1. Д. 13. Л. 3-4.
2
139
В отличие от коллективной формы аренды, индивидуальная
осуществлялась практически без участия общины, при заключе­
нии сделок не требовалось ее согласия. Так, в 1797 г. ясачный та­
тарин Исеневских юрт Алгай Калмаметев, отдавая в аренду свои
покосы тобольскому купцу Алексею Дьяконову, оговаривал ус­
ловия аренды: размер пая, на какой срок (10 лет), по какой цене
(по 2 р. за каждый год) и указывал обязательства со своей сторо­
ны: «Представляю ему на выше положенном договоре за взятые у
него мной деньги... мне и наследникам нашим ничем не пользовать­
ся и другим никому не отдавать»1.
Как показывают архивные материалы, в начале XX в. особен­
но много таких договоров заключалось с русскими соседями по
поводу сдачи в аренду земельных угодий. Так, 22 февраля 1902 г.
было заключено «условие» между бухарцами юрт Медянских Бу­
харской волости братьями Ташлановыми с крестьянином д. Медянской Карачинской волости Федосеем Корниловым об отдаче
первыми в аренду сенокосного пая под д. Шишкиной на два года
за 6 р.2 В апреле 1902 г. бухарец юрт Пушнятских Мухамет Ра­
хим Мухаметаминов заключили «условие» с крестьянами д. Мас­
ловой Никитой Михайловым Кондрахиным и Иваном Василье­
вым Кондрахиным об отдаче своего сенокосного пая за 15 р. В нем
Мухаметаминов указал, что «означенный сенокосный пай мною
никому не продан до сего времени и продавать его права не имею.
В том и подписуюсь»3. Аналогичные договоры об отдаче в арен­
ду сенокосных и других паев заключили бухарцы юрт Тачимовских Шарафетдин Тачетдинов Алимов с крестьянами деревни
Башкуровой Федотом Башкуровым и Егором Кондрахиным; Аптрашит Таулетбакиев с Дмитрием Мунафеевым; Ахметчан Аминов
с Яковом Кондрахиным из д. Пушнятской и Асисчан Таштимиров
с тем же Яковом Кондрахиным4.
Такие же договоры-условия заключались и между общинни­
ками. Например, в 1902 г. «условие» заключили бухарцы юрт Исе1
ГУТО ГАТ. Ф. 329. Оп. 13. Д. 252. Л. 6.
Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 11. Л. 1об.-2.
3 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 11. Л. Зоб.-4.
4 Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 11. Л. 7об.~11об.
2
140
невских Аптуль-Батак Бакиев и Хасан Мотеев об отдаче в аренду
с 1903 г. на 10 лет принадлежащую Бакиеву пахотную землю в ко­
личестве одной десятины, «ценою по одному рублю в год»1, а также
бухарцы юрт Комаровских Курманбаки Кабуров и Аптуль-Бари
Шамшетдинов - о продаже покосов «на 3 души за 4 р.»2
Община следила за сохранением своих общинных угодий, за­
щищала их от посягательств со стороны пришлых. Например,
татары юрт Островных Тюменского округа в 1799 г. отдали жи­
вущим в д. Кокшаровой братьям Кокшаровым «лошадь, хлебом и
деньгами 72 р. 50 к.» за сенокосный участок для того, «чтобы
впредь избежать претензий со стороны крестьян». Данное дело
возникло еще в 1732 г., когда ясачный татарин Кучек Айтлаков
поступился за долг (5 рублей) сенокосным паем братьям Кокша­
ровым. Крестьяне д. Кокшаровой за пользование сенокосным
участком платили кортомные деньги татарам в течение 65 лет.
Несмотря на это, татары, спасаясь от отобрания крестьянами
участка, заплатили им указанную сумму3.
Из вышесказанного видно, что в организации земельных от­
ношений и землепользования сибирские татары на протяжении
всего
рассматриваемого
периода
руководствовались
нормами
обычного права. Решающую роль в этих отношениях играла сель­
ская община. С усилением контактов сибирских татар с русскими
крестьянами во второй половине XIX-начале XX в. происходят
изменения в правовой культуре - нормы обычного права нередко
стали применяться наряду с государственными.
1
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 11. Л. 6-6об.
Там же. Ф. 282. Oп. 1. Д. 11. Л. 2-2об.
3 Там же. Ф. 329. Оп. 13. Д. 20. Л. 45-45об.
2
141
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В XVIII-начале XX в. у сибирских татар сложилась правовая
система, основанная на применении совокупности норм обычно­
го, мусульманского и российского государственного права. Обыч­
ное право (адат) и шариат, взаимно дополняя друг друга, явля­
лись социально значимыми нормами права, оставались на протя­
жении всего рассматриваемого времени определяющим фактором
правовой культуры сибирских татар. С помощью норм обычного
права и шариата происходило регулирование многих сфер жиз­
недеятельности.
Институтом выработки и объектом действия традиционных
норм выступала сельская община. Именно община и составляю­
щие ее индивиды, являясь регулятором общественной жизни,
вырабатывали этико-правовые нормы и обеспечивали их испол­
нение. Разнообразные взаимоотношения внутри общины, а так­
же между общинами разрешались в соответствии с традицион­
ными нормами.
Особенностью мирского судоустройства и судопроизводства
у сибирских татар являлось то, что судебные полномочия имели,
в той или иной мере, все органы местного самоуправления - сель­
ский сход, сельский староста, волостной старшина и волостной
суд. Судебные функции в общине выполняли и мусульманские
духовные лица. Мусульманское духовенство было включено в
систему исполнительных органов традиционного мирского само­
управления. Наряду с религиозными функциями в общине, му­
сульманскому духовенству принадлежали и судебные полномо­
чия. Постепенно происходит ограничение судебной компетенции
мусульманского
приходского
духовенства,
контролирование
его
деятельности со стороны светских властей.
Во второй половине XIX-начале XX в. в ходе административ­
ных реформ происходила унификация и бюрократизация суда.
142
Несмотря на постепенное вытеснение традиционных правовых
норм из судопроизводства, властям приходилось учитывать не­
которые особенности культуры и религии сибирских татар.
Особенностью
регулирования
брачно-семейных
отношений
у сибирских татар на протяжении XVIII-начала XX в. являлось
тесное переплетение норм обычного права, мусульманского пра­
ва и российского общегражданского законодательства. Важной
тенденцией, наблюдавшейся в семейном праве у сибирских татар,
было расширение прав женщин. Это проявлялось в предоставле­
нии ей права вступать в брак по своему усмотрению, в возмож­
ности быть инициатором в бракоразводном процессе и при этом
с сохранением имущественной защищенности. Семейное право
сибирских татар особое внимание уделяло имущественным пра­
вам супругов путем регламентации выплаты калыма (махра) и
оформления брачного договора. В семейном праве сибирских та­
тар в указанный период большое место отводилось правовой за­
щите детей (право на воспитание матерью, институт опеки и по­
печительства, наследственное право).
Земельные и хозяйственные вопросы в общине сибирских та­
тар
решались
преимущественно
на
основе
обычно-правовых
норм. Сельская община сибирских татар играла решающую роль
в системе земледелия и землепользования на протяжении всего
исследуемого времени.
Обычно-правовые
нормы,
являясь
основным
нормативным
элементом для регулирования общественной, хозяйственной и
семейной жизни на протяжении всего исследуемого периода, бы­
ли обусловлены этническими, социально-экономическими и эти­
ческими факторами. При этом обычное право сибирских татар
претерпело во второй половине XIX в. некоторые изменениия,
которые были обусловлены усилением контактов их с русским
населением.
Часто
обычно-правовые
нормы
соседствовали
с
государственно-правовыми нормами.
Власти, несмотря на стремление к унификации права, все же
были вынуждены учитывать этническую и религиозную специ­
фику у сибирских татар.
143
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
НЕОПУБЛИКОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ
Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 1343.
Оп. 2. Д. 716.
Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф.1286.
Оп. 2. Д. 347.
Архив РАН. Ф. 21. Оп. 5. Д. 152.
Центральный
государственный
исторический
архив
Республики
Башкортостан (ЦГИА РБ). Ф. И-295 (Оренбургское магометан­
ское духовное собрание). Оп. 3. Д. 36, 155, 459, 461, 720, 882, 1082,
1083, 1084,1085, 1087, 1162,1285, 1287,1288,1290, 1291, 1292, 1815,
7454; Оп. 4. Д. 943, 1954, 1955, 2079, 2211, 2212, 2113, 3034, 4236,
7225, 7226, 14863, 19473, 21782; Оп. 5. Д. 4560, 4562, 4564, 4566;
Оп. 6. Д. 1848,1851,1853, 1855, 3798, 3800, 4043; Оп. 10. Д. 46, 205.
Государственный архив Свердловской области (ГАСО). Ф. 351. Oп. 1.
Д. 13.
Государственное учреждение Тюменской области Государственный
архив Тюменской области (ГУТО ГАТО). Ф. И-49 (Тюменско-Туринская устроительная партия). Oп. 1. Д. 248, 802, 804.
Ф. И-10 (Тюменский уездный земский суд). Oп. 1. Д. 803, 804, 806,
914,918, 959, 3462, 3464.
Ф. И-80 (Кашегальское волостное правление). Oп. 1. Д. 5, 26, 39,47.
Ф. И-47 (Тюменская воеводская канцелярия). Oп. 1. Д. 2188, 2213,
2228.
Государственное учреждение Тюменской области Государственный
архив в г. Тобольске (ГУТО ГАТ). Ф. 335 (Отделение по крестьянс­
ким делам Тобольского губернского управления). Oп. 1. Д. 1, 2, 7,
11, 26, 35, 58, 115, 149, 208, 216, 335; Оп. 603. Д. 76; Оп. 590. Д. 11;
Оп. 592. Д. 64; Оп. 593. Д. 6; Оп. 598. Д. 16, 67.
Ф. 417 (Тобольский губернский статистический комитет). Оп.1.
Д. 504; Оп. 2. Д. 484, 490, 1813, 1814, 1815.
Ф. 346 (Крестьянский начальник 2-го участка). Oп. 1. Д. 6, 8, 10, 17,
18, 19, 24, 28, 29, 40, 41, 43, 65, 67, 76, 171, 191, 214, 217, 221, 225.
Ф. 154 (Тобольская казенная палата). Оп. 8. Д. 347; Оп. 20. Д. 24;
Оп. 20а. Д. 339; Оп. 22. Д. 33.
Ф. 332 (Тобольский губернский совет по крестьянским делам). Oп. 1.
Д. 7; Оп. 2. Д. 1,19.
Ф. 282 (Бухарская волость). Oп. 1. Д. 4, 11, 20, 23, 24, 25.
Ф. 152 (Тобольское губернское управление). Оп. 34. Д. 390; Оп. 35.
Д. 578, 579; Оп. 37. Д. 864, 866, 1006, 1028; Оп. 39. Д. 119; Оп. 40.
Д. 72; Оп. 41. Д. 127, 351, 354; Оп. 42. Д. 88, 171.
Ф. 348 (Крестьянский начальник 3 участка). Oп. 1. Д. 7,11,12, 51.
Ф. 329 (Тобольское губернское правление). Оп. 12. Д. 11; Оп. 13. Д. 16,
20, 24, 252, 330, 365.
Ф. 341 (Тобольское наместническое правление). Oп. 1. Д. 25, 43.
Ф. 185. Оп.1. Д. 386, 182.
Ф. 333. Оп.1. Д. 112.
Рукописный отдел Тобольского государственного историко-архитектурного музея-заповедника (РО ТГИАМЗ). КП 30800. Описание
быта, обычаев и верований татар, бухарцев и других народностей
Тобольского наместничества и Сибири. 1785 г.; КП 12888. О жи­
тельствующих в Ялуторовском уезде ясашных татарах. 1821 г.;
КП 30801. Собрание сведений о законах и обычаях магометан.
1821 г.
ОПУБЛИКОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ
В память столетия Оренбургского магометанского духовного соб­
рания, учрежденного в г. Уфе. Уфа: Тип. Губернского правления,
1891.
Временные правила о волостном суде 15 июня 1912 г. и Положение 28
июня 1913 г. о введении в действие закона 15 июня 1912 г. о пре­
образовании местного суда / Сост. Н. Шрейбер. СПб.: Сенатская
тип., 1913.
Гражданское право. Очерки народного юридического быта. Вып. 1.
Казань, 1888.
Дополнительный выпуск к полному своду законов Российской импе­
рии / Под ред. Г.Г. Савича. СПб., 1905.
Законы о судопроизводстве и взысканиях гражданских (свод зако­
нов. Т. X. Ч. 2.). Изд. 4. СПб., 1873.
145
Ислам в истории и культуре Тюменского края (в документах и мате­
риалах) / Сост. И.Б. Гарифуллин. Тюмень, 2004.
О мере пресечения при дознании и порядке содержания арестантов
при волостных правлениях и полиции и пересылке их. Пособие
для чинов полиции, волостных и сельских начальников в Сибири.
Тобольск, 1893.
Полное собрание законов Российской Империи. (ПСЗ). СПб., 1830.
Сборник действующих в Тобольской губернии узаконений и распо­
ряжений по следственной части / Сост. Газенвинкель. Тобольск,
1888.
Сборник законов о мусульманском духовенстве в Таврическом и
Оренбургском округах и о магометанских учебных заведениях.
Неофициальное издание. Казань, 1899.
Сборник материалов по вопросам о смешанных браках и о вероиспо­
ведании детей, от сих браков происходящих. СПб., 1906.
Сборник обычного права сибирских инородцев. Изд. Д.Я. Самоквасова. Варшава, 1876.
Сборник постановлений для руководства волостных и сельских уп­
равлений. СПб., 1853.
Сборник узаконений, определяющих права и обязанности волостных
старшин и писарей. Издание земского отдела. СПб., 1904.
Сборник циркуляров и иных руководящих распоряжений по округу
Оренбургского Магометанского духовного собрания. 1836-1903.
Уфа, 1905.
Свод уставов ученых учреждений и учебных заведений ведомства
министерства народного просвещения. Т. 9. 4.1. СПб., 1893.
Уложение о наказаниях уголовных и исправительных / Издание
1885 г. с включением ст. по 1912-1914 гг. Петроград, 1916.
Учреждение для управления сибирских губерний. СПб.: Сенатская
тип., 1822.
146
ЛИТЕРАТУРА
Азаматов Д.Д. Оренбургское магометанское духовное собрание в
конце XVIII-XIX вв. Уфа: Гилем, 1999.
Аксянова Г.А., Квашнин Ю.Н. Проблемы метисации у тоболо-иртышских татар // Наука о человеке и общество: итоги, проблемы, пер­
спективы. М.: ИЭА РАН, 2003. С. 158-168.
Александров Н.А. Народы России. Этнографические рассказы для де­
тей. Инородцы лесов с 6 рисунками (Сибирь). Специально для
инородцев. М.: Тип. И .Я. Полякова, 1899.
Андроников И.А. Материалы по землевладению и экономическому
быту оседлых инородцев Тобольской губернии. Тобольск: Губерн­
ская тип., 1911.
Баккаревич М.Н. Статистическое обозрение Сибири, составленное
на основании сведений, почерпнутых из актов правительства и
других достоверных источников. СПб.: Тип. Шнора, 1810.
Бакиева Г.Т. Сельская община тоболо-иртышских татар (XVIII-начало XX в.). Тюмень-М., 2003.
Бакиева Г.Т. К вопросу о взаимоотношениях мусульман и новокре­
щеных у сибирских татар // Социокультурная динамика и эконо­
мическое развитие Тюменского региона. XXI век. Материалы всерос. науч.-практ. конф. Тобольск: Изд-во ТГПИ им. Д.И. Менде­
леева, 2004. С. 26-31.
Бакиева Г.Т. Приходское духовенство у сибирских татар в XVIII-начале XX в. // Вестник археологии, антропологии и этнографии.
№ 7. ИПОС СО РАН, 2006. С. 166-171.
Бакиева Г.Т. Особенности развития судебной системы у сибирских
татар в XVIII-начале XX в. // Вестник археологии, антропологии
и этнографии. № 9. ИПОС СО РАН. 2008. С. 130-140.
Бакиева Г.Т. Положение женщины в семье сибирских татар в Х1Х-начале XX в. // Вестник археологии, антропологии и этнографии.
ИПОС СО РАН, 2009. № 10. С. 122-129.
147
Бакиева Г.Т., Квашнин Ю.Н. Заболотные татары: социально-демографическая ситуация на рубеже XX-XXI веков // Словцовские чте­
ния. Материалы Всерос. науч. краеведческой конф. Тюмень, 2002.
С. 126-128.
Белич И.В. Письменные источники 80-х годов XVIII-первой четвер­
ти XIX века о правовых традициях сибирских татар // Этнографо-археологические комплексы: проблемы культуры и социума.
Омск: Изд. дом «Наука», 2009. Том 11. С. 170-195.
Валеев Ф.Т. Сибирские татары. Казань: Татарское кн. изд., 1993.
Валеев Ф.Т. Об обычном праве сибирских татар и казахов Омской
области // История, краеведение и музееведение Западной Сиби­
ри. Тез. докл. Омск, 1988. С. 89-91.
Громыко М.М. Место сельской (территориальной, соседской) общи­
ны в социальном механизме формирования, хранения и измене­
ния традиций // Сов. этнография. № 5. 1984.
Громов Г. Позорище странных и смешных обрядов при бракосочета­
ниях разных чужеземных и в России обитающих народов; и при­
том нечто для холостых и женатых. СПб.: Тип. Акад. наук, 1797.
Давлетшин К.Д. Проблемы взаимосвязи национальных и религиоз­
ных компонентов культуры и быта. М., 2002.
Ельницкий К. Инородцы Сибири и среднеазиатских владений Рос­
сии. Этнографические очерки. СПб.: Изд. Д.Д. Полубояринова,
1895.
Ерёмин Г.И. Доисламские верования «заболотных татар» Западной
Сибири (к вопросу об этногенезе) // Вопросы истории СССР. М.,
1972. С. 409-439.
Ислам на территории бывшей Российской империи: Энциклопеди­
ческий словарь. Вып. 2. М.: Вост. литература, 1999.
Ислам на территории бывшей Российской империи: Энциклопеди­
ческий словарь. Вып. 3. М.: Восточная литература, 2001.
История министерства внутренних дел / Сост. Н. Варадинов. Ч. 3.
Кн. 2. СПб., 1862.
Карлов В.В. Обычное право народов Сибири и его изучение // Обыч­
ное право народов Сибири (буряты, якуты, эвенки, алтайцы,
шорцы). М.: Старый сад, 1997.
Климович Д. Ислам в царской России. Очерки. М.: Гос. Антирелигиозн. Изд., 1936.
148
Кемпер М. Суфим и ученые в Татарстане и Башкортостане. Ислам­
ский дискурс под русским господством / Пер. с нем. Казань: Рос.
Исламский ун-т, 2008.
Керимов Г.М. Шариат. Закон жизни мусульман. М.: Изд. “Леном”,
1999.
Колесников А. Начала административной централизации и самоуп­
равления в современном государстве // Сб. трудов профессоров и
преподавателей Иркутского ун-та. Вып. 2. Иркутск: Госиздат,
1921. С. 91-107.
Конев А.Ю. Коренные народы Северо-Западной Сибири в админи­
стративной системе Российской империи (XVIII-начало XX вв.).
М.: ИЭА РАН, 1995.
Манукян Ю.К. Современное семейное право Российской Федерации
и шариат. Ростов н/Д: Феникс, 2003.
Миненко Н.А. Русская крестьянская община в Западной Сибири.
XVIII-первая половина XIX века. Новосибирск: Изд. Новосиб.
ун-та, 1991.
Народы России. Этнографические очерки. Издание редакции журна­
ла «Природа и люди». СПб., 1880.
Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависи­
мости // Крестьянская реформа в России 1861 г. Сб. законодатель­
ных актов. М., 1954.
Патканов С.К. Материалы для изучения экономического быта госу­
дарственных крестьян и инородцев Западной Сибири. Вып. 1, 4.
СПб., 1888.
Патканов С.К. Экономический быт государственных крестьян и
инородцев Тобольского округа Тобольской губернии. Ч. II. Ис­
точники благосостояния жителей // Материалы для изучения
экономического быта государственных крестьян и инородцев За­
падной Сибири. СПб., 1891.
Рабцевич В.В. Неопубликованные записи обычного права сибирских
народов последней четверти XVIII-первой половины XIX в. //
Источники по культуре и классовой борьбе феодального периода.
Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1982. С. 115-134.
Рабцевич В.В. Генезис дворянского землевладения на землях местных
народов Сибири (по материалам тобольских татар) // Земледель­
ческое и промысловое освоение Сибири (XVII-начало XX века).
Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1985. С. 33-44.
149
Сословно-правовое положение и административное устройство ко­
ренных народов Северо-Западной Сибири (конец XVI-начало
XX вв.) / Сб. правовых актов и документов / Ред.-сост. А.Ю. Ко­
нев. Тюмень: ИПОС СО РАН, 1999.
Сно Е.Э. Потомки Золотой Орды татары. Очерк. СПб.: Тип. О.Н. По­
пова, 1904.
Старнавский А.С. Лишение прав по нашим законам. СПб., 1890.
Сюкияйнен Л.Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. М.,
1997.
Сюкияйнен Л.Р. Шариат, адат и российское законодательство // Му­
сульмане изменяющейся России. М.: Российская политическая
энциклопедия (РОССПЭН), 2002. С. 47-60.
Томилов Н.А. Этническая история тюркоязычного населения Запад­
но-Сибирской равнины конца XVI-начала XX в. Новосибирск:
Изд. Новосиб. ун-та, 1992.
Торнау Н.Е. Изложение начал мусульманского законоведения. СПб.:
Тип. 2 отд. собств. Е. И. В. канцелярии, 1850.
Торнау Н.Е. Мусульманское право. СПб.: Тип. 2 отд. собств. Е. И. В.
канцелярии, 1866.
Файзуллина Г.Ш. Обряды переходного цикла у Заболотных татар //
Народы Сибири. Кн. 3. Сибирский этнографический сборник 8.
М.: ИЭА РАН, 1997. С. 230-268.
Фан ден Берг Л.В. С. Основные начала мусульманского права согласно
учению имамов абу Ханифы и Шафии / Пер. В. Гиргаса. СПб.: Тип.
Г. Шахт и К°, 1882.
Фахретдин Р. Асар. Т. 1. Казань: Изд. Рухият, 2006.
Филипов М. Чтения по истории и обличению мухаммеданства. То­
больск, 1904. (Рук. хранится в АТГМЗ. Д. 79).
Цмай В.В., Боер В.М., Гинц А.А. Мусульманское семейное право.
СПб.: СПбГУАП, 1998.
Чукмалдин Н.М. Записки о моей жизни. М.: Типо-литография
А.В. Васильева и К°, 1902.
Юшков И.Н. Сибирские татары // Тобольские губернские ведомости.
1861. №9, 40, 44, 45.
150
ПРИЛОЖЕНИЯ
ДОКУМЕНТ 1
Собрание сведений о законах и обычаях магометан.
1821 г. РO ТГИАМЗ. №30801 (извлечение)
С издревле все магометане разделены смотря по их сословиям
(то есть по платимым в казну суммам) на разные части, й по общим
преданиям каждое сословие, отличаясь одно от другого, имеют по
выбору их между себя своего старшину, которой по учиненному ими
приговору утверждается начальством и посему имеет уже быть от
выбираемых его в таковое звание предпочтен, и все прочие обязаны
во всякое время оказывать ему должное повиновение и быть в под­
чиненности.
Старшина между своими подведомственными в маловажных де­
лах чинит разбирательства, например в случающихся между собою
ссорах, распрях, разделе земель и прочее, а также и когда имения, но
большею частию по супружеским несогласиям к сему последнему
приглашаются почетные незазорного поведения люди и муллы, и во
всех частях таковые разбирательства основываются на изданных ма­
гометанских законах, но не менее иногда постановляются истинным
руководством и общие государственные узаконения.
Состав расправы
Избранный, из какого бы то сословия не было старшина подо­
шедшим к нему от подведомственных ему единоверцев жалобам вхо­
дит в разбирательства, и ежели таковые не заслуживают никакого со­
мнения решит один и обидимому доставляет скорое удовлетворение;
но если же жалоба будет состоять например, в долгах, разделе имения
в супружеских распрях, и между таковыми ссорющимися произойдет
противоречие, в таком случае приглашаются старшиною лучшие лю­
ди и муллы, и уже решение делается по общему положению.
Власть расправы и ее пределы
Поелику всякое разбирательство чинимое старшиною произво­
дится или одним или же с приглашением почетных людей и мулл. На
словах, и основывается или на постороннем свидетельстве или же на
каком-либо акте или присяге, причем обвиняемый бывает подвер­
жен смотря по качеству дела разным взысканиям, то по строптивос­
ти иногда нередко происходят и неудовольствии и обращаются тако­
вые вновь с своими жалобами по состоянию в заведывании старшин
153
или к градским или же к земским начальствам; но сие случается от
таковых, которые по невежеству своему не знают истинных прав му­
сульманского закона, и будучи грубого нрава ни на кого не полага­
ются как единственно только на самих себя.
Обряды разбирательства и решения
Когда обиженный приходит к старшине и объявляет на кого бы
то ни было свое неудовольствие, то обязанность старшины есть, вра­
зумительнее выслушать приносимую жалобу знать поведение про­
сителя, а равным образом не менее и того на кого оная приносится, и
потом посылает за ответчиком, по Приходе коего входит в разбира­
тельство и оканчивает свое решение, смотря по качеству дела или на
постороннем свидетельстве, или на полюбовном примирении.
Сила свидетельств, обряды свидетельств
Если же при разбирательстве какого-ибо дела представляемы
будут свидетели, в таком случае старшина при самом начале входит
в их поведение и рассматривает обстоятельно заслуживают ли те
представляемые свидетели точного доверия. Нет ли между ими на
кого они свидетельствуют каковой либо вражды и ссоры, и буде со­
вершенно люди посторонние и сомнения в их свидетельстве никако­
го не найдется, тогда на их свидетельстве и оканчивает доведенное
до его разбирательства дело решением.
Улики
И когда при каком-ибо разбирательстве не будет представлено
такового разбирательства, которое бы могло само по себе оправдать
правого, и обвинить виновного, между же тяжущимися произойдут
противоречия, тогда старшина (и если нужно будет) и с приглашен­
ными почетными людьми утверждает свое решение на уликах уже
постороннего свидетельства.
Оправдания сила и употребление присяги
Если же при разбирательстве какого-либо дела ни с той, ни с
другой стороны никакого постороннего свидетельства представлено
не будет, в таком случае смотря по обстоятельствам дела ответчику
дается присяга, при приводе к коей мулла обязан увещевать приво­
дящегося, что он хотя ложною клятвою и может оправдать себя
здесь, но в будущей жизни должен претерпеть сугубое наказание.
154
И если он заклянет себя что принимает присягу истинно по справед­
ливости, тогда допущается он к целованию священного алкорана и
тем дело получает свое решение.
Иски по свадебным делам
По словам книг под названием Мухтазара, Выкая, Ихидая, если
несовершеннолетнего возраста девицу отец или дед, выдать в заму­
жество, или после смерти отца выдаст один дед, оного брака никто
уже развести не может, если же совершеннолетнего возраста девица
выйдет в замужество без согласия отца за равного себе, то хотя бы в
том и была от родственников его претензия, однако остается брак
сей в своей силе, буде же выйдет себе не за равного, тогда по воле
родителей брак оной уничтожается. Если у мужа с женою произой­
дут какие-либо распри, то для примирения оных и дабы не довести
до развода должно выбрать двух посредников по одному с каждой
стороны, которым и стараться упредить худые последствия явного
разрыва. Буде же они в тогдашнее время примирения между собою
не учинят, то дается им на сие 4 месяца, и если же в течение сего вре­
мени примирения не последует, тогда муж отпущает свою жену и не
иначе как (буде пожелает) то оставляет у себя половину ее придано­
го, и притом еще оставляет ее на 3 месяца для узнания ее беремен­
ности, буде же беременная, то до того времени пока родит, по разво­
де же должна кормить младенца грудью полные 2 год& ежели отец не
пожелает отнять ранее однако ж должен во все то время по силам
свои содержать и одевать ее, а притом если последует в течение сего
времени их обоюдное согласие, то они могут и паки совокупится, и
таковой развод позволяется иметь им до двух раз встретиться ни
под каким видом соединится не могут, оставшиеся по смерти му­
жей, жены не выходя в замужество должны ждать четыре месяца и
10 дней сколько для благопристойности, а не менее и чтоб узнать что
не осталась ли от покойного своего мужа беременною.
Наследство
По словам священного алкорана 4 главы и книги под названием
Фараиза, ежели кто по смерти оставит имение и наследников то, вопервых, из имения должно одеть тело умершего, исправить погре­
бальную церемонию, а потом заплатить: если окажутся долги выпол­
нить буде было от покойного кому-либо какое завещание, и напосле­
155
док оставшее имение употребить в раздел если останутся малолет­
ние от покойного дети предоставляется ко оным избрать опекунов,
коим из того имения полагается плата не более как за труды их, сыну
же против дочери наделяется вдвое, если же будут дети все женского
пола и числом более нежели двое, то наделяется им из имения две
трети; буде же одна, то получит половину, мать дополучит третью
часть, а отец остальные две трети, ежели же он будет иметь братьев,
то мать его возьмет шестую часть, по смерти жен если они бесчадны,
тогда муж получает половину, а другая обращается ее родственни­
кам, но буде же останутся от них дети, тогда ему следует равным же
образом за уплатой долгов четвертая часть. Подобно сему наделяет­
ся и оставшаяся от мужа жена, и если он или она имеют брата или
сестру, каждый из сих получает 6-ю часть, буде же братьев и сестер
более двух, то разделяют они поровну между собою третью часть, но
если же у умершего детей не останется, а будет одна только сестра,
то она получает все оставшееся от покойного имение, ежели же бу­
дет иметь двух сестер, то каждая из них возьмет две трети, когда бу­
дет у его много братьев и сестер, то брат да возьмет удел двух сестер.
Долговые дела
Если кто кому состоит должным и сам в том признается, или
свидетелями изобличен будет, и расплатиться в состоянии; но оного
учинить не захочет тогда должно его посадить в тюрьму, но буде на­
против того таковой должник окажется расплату учинить вдруг не в
состоянии, тогда смотря по его промыслам и поведению должно
приказать платеж производить почастно, но ежели же иметь по себе
в платеже своего задолжения достаточного поручителя, то взыска­
ние сие уже должно обратиться на сего последнего.
ДОКУМЕНТ 2
О жительствующих в Ялуторовском уезде ясашных татарах.
Начало XIX в. РО ТГИАМЗ. КП а 12888 (извлечение)
Законом магометанским велено иметь всякое почтение к старым
и почетным людям, и повиноваться установляемым от верховной
власти начальствам. Татары совершенно подчиняются старшине, ко­
торой имеет право по приносимым маловажным просьбам делать
разбирательства и оказывать удовлетворение один, или по его рас­
суждению с собранными по позыву его почетными стариками. Если
156
по разбирательству установленного начальника - старшины одного,
или с почетными людьми, признанный виновным ослушается ис­
полнить то решение. Какое сделано, в таком случае законом магоме­
тан велено наказывать ослушника плетью столько, сколько угодно
начальнику, но не более однако ж 39 ударов.
Родители детей своих, воспитывая имеют первую обязанность
учить их и внушать им правила закона своего, которые повелевают
быть у родителей в послушании, безмолвном повиновении, как и ус­
тановленного начальства и почетных стариков. Посему родители над
детьми своими имеют право и власть за ослушанием себя, или на­
чальников или же почетных людей. Словом за все поступки нака­
зывать их телесно до крови, не лишая только никакого члена, или
действия им всем наказании отец и мать не дают никакого отчета, а
дети не должны на них жаловаться, хотя бы родители и не по вине
истязали их; дети только должны униженно умилостивить родите­
лей своих не бить их не вино. Младшие к старшим братьям и сестрам
должны иметь уважение, слушаться их приказаний; в случае же не­
послушания и неповиновения велено законом магометанским стар­
шим братьям и сестрам на младших жаловаться отцу, матери, а когда
их нет, начальникам и почетным людям, которые по воле старших
брата и сестры наказывают телесно младших по произволу первых,
наблюдая только, чтобы не лишить их какого члена, действия им,
или бы до такой степени не привести в изнеможение, что после того
он не в состоянии будет заниматься работой. Мстить за такие нака­
зания, как и по всем вообще случаям и всем вообще людям воспре­
щается.
Отцам и матерям поставлена обязанностью стараться когда на­
ступит сыну 15 лет совокупить его браком. Отдавать дочерей в заму­
жество непременно в 13 лет, не удерживая далее 15 лет. Если родите­
ли намерены женить ли сына или отдать дочь против склонностей
детей и их желаний, в таком случае дети вправе ослушаться родите­
лей, но они не могут на свое желание их принудить. Сын и дочь без
воли родителей могут совокупляться браками не подвергаясь суду и
ответу гражданскому, но в сем случае есть то изменение, что если
дочь вышла в замужество за бедного недостойного человека, кото­
рый не в состоянии заплатить отцу положенного за невесту калыму
денежного или из вещей по воле отца, или матери. Тогда сии послед­
157
ние посредством духовных лиц отбирают дочь и чрез то брак разру­
шается; но если женившийся при начале не был в состоянии запла­
тить калыму, а исправился впоследствии и как о количестве калыма
не было условий, то платится отцу такое количество, какое другие
отцы за дочерей своих одинакового состояния с тем, у кого без воли
ушла дочь, -получали калым.
Если без воли родителей женится на бедной или порочной жен­
щине сын богатого магометанина, то в воле родителей иметь сих со­
вокупившихся в доме своем или навсегда выслать их от себя без вся­
кого надела имением и деньгами. Родственники же между собою
таких прав какие родители не имеют. Они одними только увещания­
ми могут внушать родным своим добрые дела или другие предметы.
.. .Если муж и жена по каким либо причинам особенным, а не по
ссорам, не желают жить вместе по обязанности супружеской, в та­
ком случае муж отдавая принадлежащее жене при духовном лице, по
доброй общей воле разрывают супружество и духовное лицо растор­
гая без всяких обрядов а только основываясь на общем мужа с же­
ною желании брак тот, предоставляет мужу жениться на другой, а
жене выйти в замужество за другого. И о сем никому из духовных
лиц не доносят и не дают отчету. Магометане имеют дозволение же­
ниться на родных сестрах, но с тем, чтобы первая с ним уже не жила,
а на другой он должен жениться чрез 3 месяца не ранее.
...Поелику духовные лица велено почитать также как и своих
родителей, то прихожане той мечети, при которой находится духов­
ное лицо, могут от трудов своих по доброй однако ж воле снабжать
муллу с его семейством. Сверх того при всяком венчании свадеб пре­
доставлено духовным лицам получать со всякого платимого в калым
отцу невесты рубля по две копейки. Что и исполняется непременно
при всяком сочетании браком.
Состав расправы
Во всяких случаях магометанин делает явку или приносит жало­
бу старшине, начальнику. Он делает суд и расправу и тогда только
вызывает посредников когда сам не может миролюбиво кончить
дело. Посредники избираются по случаям спорным из лучших людей
посторонних и даже родственников беспристрастных... Если прибе­
гающие к расправе недовольны решением, в таком случае законом
предоставлено просить начальство высшее; проситель не подверга­
158
ется никакому взысканию от той расправы которой решением он
не доволен.
Обряды, разбирательства и решения, производящиеся изустно,
никаких особенностей в себе не имеют. Всякой обиженный или не­
довольный приносит жалобу старшине на словах; сей призывает то­
го, на кого принесена жалоба, или если жалоба относится к целому
селению, вызывает всех живущих в нем, объясняет жалобу и когда
находит жалобу справедливою, приказывает как начальник, удов­
летворить ли в чем просившего; доставить ли ему какое пособие в
наделении землею, покосами. Если ответчик один или многие нахо­
дят просьбу справедливою и приказание законное. В таком случае
бесспорно удовлетворяют просителя и тем исполняют приказание
старшины-начальника, но если они думают напротив, или не желают
только выполнить приказанного, - приказание старшины остается
неисполненным и предмет возникшего случая предоставляется на
рассмотрение высшего начальства, в сем последнем случае никакой
ответственности ослушники не подлежат; но поелику они законом
обязаны иметь к старшинам уважение и послушание, то противные
тому действия остаются на совести их.
Свидетели призываются при всяком нужном случае. В свидете­
ли приемлются люди беспорочные, не пьяницы, но не моложе 16 лет;
допускаются в свидетели и ближайшие родственники, если они про­
тивное утверждают. Приемлются в свидетели и женщины, но с тою
разницею, что им двум верить против одного мужчины, и если их
слова подтверждаются свидетелем мужчиной. Если же его нет, жен­
щинам сколько их не было, нет веры. Свидетельство женщин прием­
лется в основание в случаях осмотра беременности, и в сохранении
девства. Более же ни в каких.
Свидетели по предстоящему случаю уличают обвиняемого тем,
что они видели на действии или что слышали и от кого, и в справед­
ливости приводятся к присяге.
Если против обвиняемого один только представляется свиде­
тель, то при не признаниях его делается ему увещание от лица особ
духовных; увещание продолжается не менее трех дней и если обви­
няемый или подозрительной не сознается в выводимом, дается ему
присяга, после принятия которой свободен он от всех розысков. По
принятии таковой присяги, сам ли он впоследствии сознается или
159
уличится в чем, или же свидетелями обвинится, ...он получает нака­
зание смотря по преступлению, исключая убийство, по которым
присяги не дается. За принятие же фальшиво присяги налагается на
него пост из 60 дней, которой по закону и должен он выполнить.
Обряд при приводе к присяге есть только тот, что принимавший
оную становится на колени и повторяет те слова, какие произносит
мулла. По окончании чтения муллою присяги принимавший оную
целует Коран и сим обряд оканчивается.
Дела по нарушению правил веры предоставляются законом ма­
гометанским разбору духовенства. В состав нарушения правил веры
входит непочтение к пророку, его последователям; не хождение на
моление, пьянство, блудодеяние, прелюбодеяние и прочее. Богохуление ... наказывается смертью. Суд над таким преступником предо­
ставлен князьям, муфтиям и казиям, которые и предоставляют дело
на решение царям. За прочие же нарушения правил веры виновные
наказываются плетью, исключая прелюбодения, за которые положе­
на смерть.
Убийство умышленное наказывается смертью. За лишение чле­
на, у виновного отнимается тот же член. За битье и изувечение имеет
право начальник наказывать виновного плетью смотря по вине и
своему рассуждению.
Неповиновение и буйство наказываются телесно плетыо и со­
держанием под караулом. Сюда же принадлежат неповиновение ро­
дителям и даже битье их, духовных и других лиц, а неповиновение
верховной влас ти смертью.
За кражу всех родов законом магометанским велено: когда кра­
жа не превышает 7 золотников серебра, наказывать виновного теле­
сно плетью; если же более - отсечь ему правую руку по кисть. Когда
кража сделана из мечетей-домов богослужения, то хотя бы оная про­
стиралась до большего числа велено только наказывать телесно пле­
тью не отсекая руки в том уповании, что бог накажет такового судом
своим.
Наказание за кражу из царской казны остается во власти вер­
ховной.
Обманы всякого рода наказываются телесно.
Иски по свадебным делам судятся особами духовными. Иски
сии возникают от невыплаты калыму положенного законом невесте;
количество калыма не определено, а предоставлено на волю отца не160
весты, который однако же калымом не пользуется, а отдает все доче­
ри идущей в замужество. Если еще калым не выплачен после свенчания: то в воле невесты иметь совокупление с мужем или нет; в воле
просить о удовлетворении ее полным числом калыма, которой и
должен муж выплатить. В таковом же праве находится и отец невес­
ты требовать удовлетворения калымом и если дочь желает до выпла­
ты калыму удалиться от мужа, сие ей дозволяется; если же не желает,
в воле жить с мужем, а сей непременно обязан заплатить калым. Ес­
ли выданная в замужество дочь снесла деньги или вещи без воли и
согласия родителей, все то по их просьбам им возвращается; но и ро­
дители не вправе удерживать у себя такие вещи, которые до браку
даны дочери или заведены посредством калыма.
Имением оставшимся от отцов наследуют дети мужеска пола по
равной части; если остаются дочери, то отдается им из имения по
части составляющей половину всего имения; другая же половина от­
дается или отцу умершего, брату или другому близкому родственни­
ку. Матери же умершего дается из имения при детях мужеска полу
шестая часть и если детей ни мужска ни женска пола нет, - третья
часть, прочее же имение предоставляется родственникам. Если у ма­
гометанина были две жены; от первой имеет он детей а от другой их
нет, наследуют имением как выше сказано дети мужеского пола пол­
ными частями, а женам обеим дается только восьмая часть. Когда же
не осталось детей, а только жены, - в сем случае им предоставляется
из имения четвертая часть, а прочее отдается родственникам умер­
шего хотя и дальним. А если магометанин имел у себя от 2 до 4 жен
включительно и от всех были у него дети, то по смерти его наследу­
ют имением сии последние мужеского пола по равной части и жен­
ска 2 человека против одного мужчины. Всем же женам только вось­
мая часть.
Долги все вообще по закону магометанскому взыскиваются без
упущений. Если должник по требованию и приказанию начальника
старшины не платит, должен заключен быть под караул на месяц
после истечения которого приводится в известность его имение и
все на удовольствие истца продается. Чего же затем не достает, ос­
тавляется взыскание до исправления, когда истец непременно жела­
ет получить все удовольствие. Когда же при требовании долгов
должник сокроет свое имение, которое впоследствии окажется, поступать должно с ним таким же образом. Как выше сказано, без
161
всякого за утайку имения наказания. Если должник отрицается, что
не должен, а есть на сей предмет свидетелей два человека не род­
ственники истца, - они приводятся к присяге и тогда взыскивается с
должника весь иск несмотря на его отзывы. Но если свидетель поми­
мо кредитора только один или нет вовсе: то должник приводится к
присяге после принятия которой он уже одолжения не платит. Если
же о одолжении не был никто известен и должник умирая не объ­
явил о том; после же его смерти кредитор о том делает явку: то сей
последний в справедливости иска приводится к присяге, после кото­
рой весь долг взыскивается из имения умершего; в случае же недо­
статка не упадает взыскание на детей или жен, если впрочем сии
добровольно не согласятся за умершего заплатить. А когда долг был
и гласной, но не достало имения заплатить его, и в таком случае дети
не отвечают за должника отца; только если известие в том, если
деньги ли или какие вещи были взяты в пользу сына или дочери, в
таком только случае они ответствуют по смерти отца в платеже. По
запискам и другим обязательствам на бумаге писанном рукою долж­
ника долг взыскивается также без послабления, как бы должник
лично в том сознался.
Всякого рода игры и пиршества законом магометанским воспре­
щены. Распри по сим случаям разбираются старшинами с духовны­
ми особами.
Сии последние делают увещание виновным дабы впредь от игр
и пиршеств воздержались; старшины же должны наказывать их ло­
зою или трехдневным содержанием под караулом. Сии наказания
должны соблюдаться над одним и тогда, если он и после полученно­
го наказания не отстает от игр и пиршеств - но если он после много­
кратно повторенных наказаний не удерживается от тех поступков:
то в законе магометанском сказано повесить такого человека как
бесполезного.
Распри по ловлям и промыслам по закону магометанскому пре­
доставлено на суд старшинам и властям высшим. Ловли и промыслы
в местах вольных не отданных ни в кортом ни просто предоставлен­
ным от общества кому-либо, - дозволены всякому. Но если рыбная
ловля отдана кому в кортом, а другой вылавливает рыбу; или из ло­
вушки другим поставленной пользуется пойманным зверем, все то
возвращается настоящему хозяину, а виновный слегка наказывается
лозой.
162
Дела по скотоводству разбирать велено старшинам и начальни­
кам высшим. Всякой собственность свою должен получить. Отгон
скота явно считается насильством; тайно, воровством и все сии на­
казывается так, как выше о воровстве сказано.
Случаи возникающие от нечаянных, но не осторожных поступ­
ков преследуются и делается взыскание так, как бы с намерением та­
ковой произошел. То есть взыскивается с неосторожного за поджог
дому или другое что; за ушибение ли скота или за истребление какой
вещи. Только нет ему никакого за то наказания. Если таковой по не­
осторожности сделавший поступок не удовлетворяет потерпевшего
злоключение, или убыток, прибегать велено с просьбами к началь­
ству. Если по нечаянности и неосторожности причиняется увечье
магометанину и самая смерть, то в первом случае за увечье положена
плата, а в последнем - сто верблюдов умершего наследником. От на­
казания же избавляются. Если виноватый по неосторожности не мо­
жет заплатить положенного; то взыскивается с его родственников.
Но если и сии не в состоянии, платят все те, которые на одной с ви­
новатым живут улице.
На старшин, высших начальников и правителей в случаях не­
справедливых закон магометанский повелевает приносить жалобы
по порядку до самого государя. Таковые случаи не ограничены. Но
по всем вообще предметам магометанин может приносить жалобы
кому рассудится.
ДОКУМЕНТ 3
М. Филипов. Чтения по истории и обличению мухаммеданства
Тобольск, 1904 РО ТГИАМЗ. № 23554 (извлечение)
Татары живут особенно от русских, твердо сохраняя формы
своего быта, свои верования. Они до сих пор составляют свой осо­
бый мир, живут совершенно чуждыми нам духом.. .что мешает слия­
нию татар с русскими...Вся жизнь татарина проникнута религиоз­
ным духом. Многоженство не особенно развито среди тобольских
татар, по причине бедности.
Среди татар преследуются такие пороки, как прелюбодеяние,
непослушание старшим, многобожие и т. д. Между собою они живут
мирно.
О сильной привязанности татар к мухаммеданству говорит и их
усердие к вере, и точное выполнение религиозных требований и по­
163
слушание муллам и распространение грамотности и множество ме­
четей и т. д.
Главными виновниками сильной привязанности татар к исламу
нужно считать мулл, которые зорко следят за настроением своих па­
сомых. Муллы - учителя детей, набивая головы их фантастическими
идеями; взрослых они также не отпускают из вида; посещая дома та­
тар, они поучают их вере, читают книги, толкуют коран. Там, где жи­
вет ишан, святый, слова которого для татарина являются законом,
фанатизм достигает высокой степени напряжения. Татары слепо ве­
рят каждому слову муллы. Критического взгляда на коран они не
смеют высказать. Замечено, что насколько татары по характеру доб­
родушны, скромны, доступны, гостеприимны, настолько оказыва­
ются нетерпимы, фанатичны, коль скоро коснутся вопросов веры.
В настоящее время сибирские татары особенно тюменские и то­
больские - нисколько не уступают казанским, в фанатической при­
вязанности к исламу и пожалуй, учености. Как в Казани, Крыму и
других местах ислам представляет собою и здесь крепкую твердыню,
к которой православию почти нет, никакого приступа. Давно уже
христианство живет в соседстве со страшным врагом, но все попыт­
ки ослабить его силу и значение не увенчивается успехом.
ДОКУМЕНТ 4
Сборник циркуляров и иных руководящих распоряжений
по округу Оренбургского магометанского .Духовного собрания
1836-1903 гг. Уфа. 1905. 226 с. (извлечение)
Правила, изданные на основании шариата и закона Оренбург­
ским муфтием Абдулвахитом Сулеймановым.
1. На основании Высочайшего повеления, воспоследовавшего
1 марта 1835 г., как вали (опекуны) сторон, частным образом между
собою, так и в присутствии имамов, не должны венчать: жениха ра­
нее 18 лет, а невесту ранее 16 лет.
2. Как валии совершеннолетних жениха и невесты, так и сами
между собою лично, нигде, ни в какое время, помимо приходских
имамов, не должны совершать брак.
3. Валии невесты не должны, за данное ей воспитание, брать в
счет калыма (мехры) вещи (имущества) в свою пользу, как-то: лоша­
дью, продовольствием и т. п. предметы.
164
4. Как привилегированные, так и простые мусульмане, лично,
или через валиев, при бракосочетании, сообразно их положению и
средствам, должны в присутствии местного имама назначить калым
и записать в метрику, с обозначением сумм: «магаджаля» (1-й поло­
вины и «моаджаля» (2-й половины).
5. Супруга, после совершения брака, с целью получения полно­
стью второй половины калыма не должна отказываться от супру­
жеской жизни и заводить спор. Окончательная же уплата калыма
моаджаля могла последовать лишь в случае развода супругов по талаку, или же смерти их.
6. Валий должен выдавать невесту с согласия ее, за равного по
общественному положению, и за калым, соразмерный с ее состоя­
нием. В случае, если невесте или вдове будет совершен брак против
желания их с неравным, то они могут требовать об уничтожении та­
кового, потому что валий не имеет права принуждать к браку совер­
шеннолетнюю при отсутствии ее согласия.
7. По заявлении валиями о желании их совершить брак моло­
дым, приходские имамы могут совершить брак, справившись о воз­
расте брачащих по ревизским сказкам, если таковые лица родились
до введения метрических книг и обязать событие брака тотчас запи­
сать в свою метрическую книгу.
v
8. Имамы не должны совершать брак невестам другого прихода.
Совершение брака должно происходить в последнем приходе, то
есть по месту ее воспитания.
9. Приходские имамы до совершения брака должны собирать
сведения о том, девица, или вдова, желающая вступить в супружест­
во и не состоит ли она в браке, истек ли период гитдата, допускае­
мой ли шариатом степень кровного родства с женихом?
10. Имамы при совершении брака о согласии невесты на брак не
должны верить словам одних лишь валиев, а обязаны удостоверить­
ся через особых правоспособных свидетелей, которые о согласии
невесты должны свидетельствовать тут же на месте брачного акта и
только после этого должны приступить к совершению брака.
11. Если супруги о претензиях друг на друга обратятся к своему
имаму, то последний, предварительно, должен стараться прими­
рить их. В случае, если примирение состоится по тагаллюку (под­
писке), то таковую подписать при свидетелях. Должен писать имам
165
того прихода, в коем живет муж. По личному же признанию тагаллюка обеими сторонами, имам записывает в метрику, в отделе разво­
дов, каковую подписку утверждают подписями сами супруги и сви­
детели.
12. При желании супругов развестись хлюгом, имамы своего
прихода совершают таковой развод по вручению женою выкупа хлюга и представлении каждой стороне своих собственностей. Причем
как разводившиеся, так и свидетели должны подписать в метрике
статью этого развода. Затем разведенной надлежит выдать копию
разводной статьи.
13. Когда развод состоится по галаку, то имамы должны совер­
шить таковой при свидетелях, по уплате супругом остального калы­
ма, на содержание гитдата и по представлении ей сопряженных с
разводом прав. Затем, по признании мужем, при свидетелях таково­
го развода, акт события должен быть внесен в метрику и статью эту
должны подписать как разводившиеся, так и свидетели.
14. После развода тремя талаками, или после гитдатного срока
«баин талака», или же после нарушения брака, если супруги добро­
вольно, или из принуждения будут продолжать сожительство, то
приходские имамы должны запретить им в сожительстве, в случае
их упорства, должны доносить в том Духовному собранию.
15. Для венчания лиц Оренбургского казачьего сословия имамы
должны требовать предварительно разрешения их начальства.
16. После объявления сего законного требования начальства, ес­
ли мусульмане и их имамы будут поступать по упорству противно
вышеизложенным пунктам, то виновные будут преданы суду, на ос­
новании общих законов уголовных и исправительных.
29 января 1841 г.
Оренбургский муфтий Абдулвахит Сулейманов
Указ Его императорского Величества
из Оренбургского магометанского Духовного собрания
...Циркулярно предписать подведомственных ахунам, хатыпам
и муллам воздержаться на будущее время от совершения браков му­
сульман с язычницами.
14 января 1889 г. №64.
166
Журнал Присутствия Оренбургского магометанского
Духовного собрания на 2 сентября 1892 г.
Приказали: донести Департаменту духовных дел иностранных
исповеданий, что обрядовая сторона браков магометан состоит,
главным образом, в совершении «гакыда» словами «иззяб-кабула»,
т. е. невеста должна сказать: «Я, такая-то (имя и отчество), а жених, в
ответ на это, должен повторить слова невесты, заменив слова «отдаю
или отдали в жены», словами «взял или беру в жены»; все это долж­
но быть произнесено в одно и то же время, в одном и том же месте,
так чтобы договаривающиеся слышали слова друг друга, при этом
необходимо присутствие свидетелей в числе не менее двух право­
способных мужчин или одного мужчины и двух женщин мусульман­
ского исповедания, которые также должны ясно слышать слова дого­
варивающихся. В заключении обряда читается муллою особая,
установленная на этот предмет молитва «хутба». Что касается до га­
кыда, т. е. договора, порождающего для участвующих в нем сторон
известные последствия. Гакыд как брачный договор, является самым
существенным действием при совершении брака, так что с момента
совершения гакыда, брак считается совершившимся, а жених и не­
веста становятся законными мужем и женою, со всеми правами и
обязанностями. Совершается гакыд самими договаривающимися
лицами - непосредственно, или через представителей (вали вакиль).
Присутствие муллы при заключении брачного гакыда является не­
обходимым как гарантия того, что гакыд совершен с соблюдением
всех установленных правил шариата и что при этом не были наруше­
ны условия для вступления в брак.
Правила в разъяснении 1338 ст. X зак. гражд. изд. 1887 г.,
изданные с разрешения г. министра внутренних дел от 22 мая
1893 г. за № 2863, для руководства приходским муллам
при разделах наследственных имуществ умерших магометан
1. Мулла приступает к разделу наследства не иначе, как по про­
сьбе кого-либо из наследников; без просьбы наследников мулла мо­
жет приступить к разделу наследства в том случае, когда это поруча­
ется ему Духовным собранием.
2. Раздел наследства по просьбе наследников должен произво­
дить тот мулла, к приходу которого принадлежит умерший наследо­
167
датель. По требованию начальства может приступить к разделу на­
следства и мулла чужого прихода.
3. Прежде чем приступить к разделу мулла должен собрать све­
дения о том, нет ли в числе наследников малолетних и назначены ли
к последним опекуны. Если опекунов не назначено, то и к разделу
наследства приступать не следует до тех пор, пока не будут определе­
ны к малолетним опекуны.
4. Приступая к разделу наследства, мулла должен отобрать от
всех совершеннолетних отзывы о согласии на производство тем мул­
лою раздела наследства. Только при изъявлении согласия на это все­
ми наследниками мулла может произвести раздел; в противном же
случае должен отказаться от этого, объясняя наследникам, что они
должны обратиться в суд гражданский.
5. Раздел наследства, когда все будут согласны предоставить это
мулле, производится по правилам шариата, на основании ревоятов
книги «Фараиз».
6. Об этом должен быть составлен письменный акт, подписан­
ный муллою, который производил раздел, всеми наследниками и
свидетелями, бывшими при разделе.
7. По совершении мулла должен вручить составленный и подпи­
санный акт наследникам, объяснив при этом: 1) что если кто из на­
следников не доволен его действиями или находит, что им непра­
вильно применены правила шариата, то может жаловаться на него
Духовному собранию, а также имеет право обратиться с просьбой о
разделе и в гражданский суд, который при распределении наслед­
ственных долей будет руководствоваться не общими гражданскими
законами, а законами магометанскими; 2) что раздельный акт, со­
ставленный им, муллою, наследники должны явить у нотариуса, или
в суде, или в волостное правление; а если в числе наследников есть
малолетние, то раздельный акт предварительно должен быть пред­
ставлен на одобрение учреждения, наблюдающего за опекунами: у
крестьян и башкир - сельского схода, у мещан, купцов и чиновни­
ков - сиротского суда, у дворян - дворянской опеки.
8. Этим все обязанности муллы по разделу наследства оканчива­
ются и ни во что более мулла вмешиваться не должен, ни составлять
опись наследственного имения, ни совершать самую передачу на­
следникам определенных частей наследства, так как все это наслед168
ники должны сделать или сами добровольно, или же через граждан­
ское начальство, минуя муллу Если же происходят семейные раз­
делы, муллы вовсе не должны вмешиваться: они должны произво­
диться на сельском сходе на основании особых правил о семейных
разделах.
Правила о ведении метрических книг, изданных ОМДС
1. В отделе бракосочетавшихся, в статьях событий, следует запи­
сывать подробно имена брачующихся, родителей и дедов каждой
стороны, сословие и лета, с обозначением номеров, чисел и месяцев,
а также имена свидетелей и имена отцов их, подробно объяснив о
том: к какому городу или селу они принадлежат.
2. Когда брачующиеся совершают гакыд в присутствии имама
лично, то при этом должны быть записываемы и свидетели этого со­
бытия. В случае, если на брачном акте не будет присутствовать лич­
но жених или невеста, или оба будут отсутствовать, то о согласии их
и о поручении этого дела кому-либо, должны быть свидетели, лично
слышавшие. По отобрании показаний от свидетелей согласия и вакиляты (полномочия), записать таковые в метрику, затем уже совер­
шить брак. Так что ни в каком случае свидетели не должны оставать­
ся незаписанными.
3. При бракосочетании имамы должны обратить внимание на
то, чтобы свидетели полномочия, поручительства (кяфилят) и само­
го гакыда были не менее шариатом положенного числа, справедли­
вые и правоспособные. Как свидетели, так и лицо, внесшее брачные
деньги должны быть записаны в метрику. Имамы при совершении
треб своего прихода не могут расписываться за других лиц и быть
свидетелями.
4. Имамы как для самих, так и для детей своих не должны совер­
шать брака, талака, хлюга и других треб, а должны совершать им та­
ковые другие имамы с запискою в подлежащие метрики. Маязины
же, когда от Духовного собрания не имеют особого поручения, гакыды и никахи совершать не должны.
5. В метриках сумма калыма (мехр) и выкупа (хлюга), должны
писаться прописью, а не цифрами, а по случаю отмены ассигнации,
означенные суммы записывать, принимая во внимание настоящие
серебряные рубли.
169
6. При совершении брака имамы должны записывать о том, ка­
кая часть остается и кто эту последнюю должны уплатить, а при раз­
деле хлюгом записывать о том, - какие предметы назначены и отда­
ны мужу в выкуп хлюга. Затем уже, объяснив об изложенном
разводимым, или их вакилям, учинить иджаб-кабул и дать подпи­
саться в метрике. Также ясно записывать в метрику и при разводе
талаком о том, отданы ли разводимой жене остальной калым и
средства на содержание ее в период гитдата или нет; если разведен­
ная женщина, о талаке или хлюге не просит копию, то с нее не следу­
ет требовать марку, потому что марки требуются лишь для оплаты
метрических свидетельств, выдаваемых по просьбам.
7. В тех случаях, когда жены без вести отсутствовавших мужей
рожают детей и когда о расторжении браков таких супругов или вов­
се неизвестно, или когда духовными лицами такие браки не рассмат­
ривались и не были признаваемы недействительными, то младенцев,
родившихся при таком положении дел, следует приписывать при за­
писи в метрические книги отсутствующим их отцам, но не употреб­
лять слова «незаконнорожденный», «от неизвестных отцов» и т. п.
8. При записи в метрические книги таких детей, кои несомненно
рождены матерями их, вне всяких законных браков, никаких пробе­
лов в записях не оставлять, а писать ясно, что законного отца не
имеет и что по сему происхождению не доказано, обозначив имя и
отчество, если есть и фамилию матери.
9. Имамы тех мечетей, в приходе коих состоит несколько при­
ходных деревень, обязаны разъезжать по приходным деревням и
наставлять прихожан своих на путь истины, одновременно с тем
справляясь о том: нет ли случаев смерти или рождения, или других
случаев, подлежащих внесению в метрические книги, и, в случае об­
наружения немедленно совершать надлежащие требы и заносить в
метрики.
Копия постановления ОМДС на 24 июня 1897 г.
Ст. № 18 по 3 столу
...В книге «Мухтасар-эль-Викаэ» и комментариях к ней «Джамиг-эль-Рамузе» в главе «о воспитании» на с. 147 содержится следу­
ющее постановление: «По правилам шариата, мать имеет право на
воспитание детей своих: сыновей до 7-летнего возраста, а) дочерей
до достижения ими периода половой зрелости, при наличности ус­
170
ловий; а при жизни отца (когда он в разводе с матерью детей), или
после его смерти; б) если она сама изъявит согласие на воспитание
детей и в) если она не состоит замужем за чужим, т. е. лицом, состоя­
щим в такой степени родства к детям, в коей дозволяется брак тако­
го лица с детьми. При отсутствии этих условий право и обязанность
воспитывать детей, а доставлять средства к жизни их во всяком слу­
чае, т. е. если бы дети оставались при матери по ее согласию, прина­
длежат отцу, а в случае смерти его - деду детей.
Наставление Оренбургского муфтия,
хаджи-эль Харамейн Мухамедияра Мухаметшарифовича
Султанова, состоящим в приходах указным имамам,
модаррисам, могалимам, маязинам и ахунам
...Правилами шариата вменяется в безусловную обязанность
отцам и дедам, вообще родителям и опекунам, обучать опекаемых
ими детей догматам, правилам и обрядам веры, благонравию и при­
стойности. На этом основании приходские имамы обязаны внушать
родителям и опекунам о насущной необходимости знакомить опека­
емых ими детей обоего пола с догматами, правилами и обрядами ве­
ры, с ее исповеданием, вселяя в них доверие и любовь к ней, знако­
мить с заповедями Божьими, как абсолютными, так и неабсолютными
преданиями о деяниях и изречениях пророка, с запрещенными пред­
метами и действиями, правилами благопристойности и хорошими
привычками, ставя им в пример достойные подражания обстоятель­
ства разных случаев в жизни пророка и первых его учеников. Имамы
обязаны настаивать на действительности ознакомления, рекомендуя
и требуя, чтобы они детей своих отдавали в обучение в низшие и выс­
шие мусульманские училища, каковые содержались бы обществами
в чистоте и исправности.
Имамы лично обязаны следить, чтобы ученики в мектебе и мед­
ресе занимались и усваивали только то, что действительно необхо­
димо и что может принести действительную пользу не тратя непро­
изводительно времени. Причем наибольшее внимание следует обра­
щать на правописание и на чистописание.
Приходские имамы обязаны наставлять прихожан на указанные
Богом и пророком правые пути. Для чего они должны делать прихо­
жанам увещания и говорить проповеди, внушая и убеждая их в том,
что они обязаны исполнять, в числе многих других обязанностей
171
чисто духовного свойства, следующие не менее маловажные поста­
новления шариата, так сказать общегражданские: творить добрые
дела, избегать зла, почитать родителей и старших вообще, оказывая
им повиновение и послушание, заботиться о детях, давая им надле­
жащее образование и развивая в них нравственность, вести мирную
семейную жизнь, взаимно уважая друг друга и, тем, подавая хоро­
ший пример своим детям, признавать в каждом мусульманине род­
ного брата, уживаться с людьми других народностей и вероиспове­
даний, признавая в каждом из них близкого человека-друга, стре­
миться к приобретению благосостояния и подъему нравственности
путем неустанного труда, изучением ремесел и искусства, отрекшись
от лени и беспечности, не допуская в проповедях своих укориз­
ненных выражений по адресу кого бы то ни было из слушателей, а,
напротив, строго уважая их чувства соблюдением вежливости, уч­
тивости, хорошего мягкого нрава, причем избегать в возможных
случаях употребления арабских и персидских слов, непонятных боль­
шинству слушателей, а говорить проповеди на родном, ясном для
слушателей языке или наречии... Только добронравие при пропове­
дях и действительное исполнение проповедником всего того, что он
говорит в его проповедях, могут иметь влияние на массу слушателей,
а не голые слова и резкое обращение.
Сентября 1897 г. №169
Копия постановления ОМДС на 5 февраля 1898 г.
ст. № 1 по 3 столу
...По шариату за дедом и бабкой с отцовской стороны после
смерти их сына и выхода замуж вдовы последнего, право оставить у
себя для воспитания внуков, не сохраняется, если мать этих детей
развелась со вторым мужем и если она изъявляет желание воспиты­
вать детей от первого брака сама.
Из Оренбургского магометанского Духовного собрания
имамам округа
...Составленные формы раздельного акта и «тахарриджа» ото­
слать при особом указе всему приходскому духовенству округа Ду­
ховного собрания, для руководства и исполнения, предложив оному
неуклонно придерживаться преподанных форм.
Декабря 1 дня 1898 г.
172
Форма раздельного акта
...губернии, ...уезда, ...деревни ...умер 2 мая 1898 г., наследни­
ками после него остались: отец, жена, один сын и одна дочь, других
наследников не имеет.
Наследственное его имение, за расходованием на похороны его,
уплатою долгов и за исключением завещанных предметов движимо­
го и недвижимого, по описи и оценке, осталось ...руб., правоспособ­
ные и совершеннолетние наследники, опекун со стороны малолетних
наследников или наследниц, быв в присутствии имама (такого-то):
изъявили свое согласие, на основании шариата, разделить имение
между всеми наследниками. А потому я, ахун, или имам ...уезда ...
деревни ...прихода такого-то, командированный указом ОМДС за
№ ..., 5 июля сего года, при нижеписанных приглашенных со сторо­
ны наследников свидетелях, распределил между законными наслед­
никами вышеозначенное наследственное имение на сумму ...руб.
Из которого получают: отец 1/6 часть, жена - 1/8 часть, остальные
затем 34/48 частей, делятся между сыном и дочерью наследодателя в
качестве асабетов; при этом, на основании Корана, сын получает как
части двух дочерей.
Наследники, опекуны от малолетних, а также и свидетели раз­
дельный акт подписывают (подпись имама, ахуна, производивший
раздел).
Клятвенное обещание
Я, нижепоименный, обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом,
пред святым его Алкораном, в том, что хощу и должен Его импера­
торскому Величеству, своему истинному и природному Всемилостивейшему Великому Государю императору Николаю Александрови­
чу ..., верно и нелицемерно служить, и во всем повиноваться, не
щадя живота своего до последней капли крови, и все к высокому
Его императорского Величества Самодержавству, силе и власти
принадлежащие права и преимущества, узаконенные и впредь узаконяемые, по крайнему разумению, силе и возможности предосте­
регать и оборонять, при том по крайней мере стараться споспеше­
ствовать все, что к Его Императорского Величества верной службе
и пользе государственной во всяких случаях касаться может; о ущер­
бе же Его Величества интереса, вреде и убытке, как скоро о том уведаю, не токмо благовременно объявлять, но и всякими мерами от­
173
вращать и не допущать тщатися, и всякую вверенную тайность креп­
ко хранить буду, и поверенный и положенный на меня чин, как по
сей (генеральной), так и по особливой, определенной и от того вре­
мени до времени Его Императорского Величества именем от пред­
ставленных надо мною начальников определяемым инструкциям и
регламентам и указам, надлежащим образом по совести своей ис­
правлять, и для своей корысти, свойства, дружбы и вражды против
должности своей и присяги не поступать и таким образом себя весть
и поступать, как верному Его Императорского Величеству подданно­
му благопристойно есть и надлежит, и как я пред Богом и судом его
страшным в том всегда ответ дать могу; как суще мне господь бог
душевно и телесно да поможет. Биллаги, Валлаги, Таллаги. В заклю­
чение же сей моей клятвы целую слова святого Алкорана. Аминь.
Клятвенное обещание для свидетелей
Я, нижепоименованный, обещаюсь и клянусь Всемогущим Бо­
гом, пред святым его Алкораном, в том, что по делу, по которому я
призван и спрашиваем буду, имею показать по самой сущей правде
все, что я видел и слышал и все, что знаю не утаивая, не прибавляя
ничего и не наровя ни на какую сторону ни для родства, дружбы,
вражды и взяток, ниже страха, ради и угрозы; но так как пред Все­
вышним Богом и судом Его страшным в том ответ дать могу. Билла­
ги, Валлаги, Таллагиль-Газым покажу и скажу по справедливости
истину. В заключение же сей моей клятвы целую с благоговением
Алкоран. Аминь.
ДОКУМЕНТ 5
Сборник законов о мусульманском духовенстве
в Таврическом и Оренбургском округах
и о магометанских учебных заведениях
Казань, 1899 (извлечения)
По делам о богослужении, о обрядах, о исправлении духовных
треб, о совершении и расторжении браков, о ведении метрических
книг, о разборе исков по завещаниям и по разделам имуществ, о не­
повиновении детей родителям, о нарушениях супружеской верности
(впрочем, недовольные решениями его по сим делам могут обра­
щаться в общие судебные места с просьбою о рассмотрении и реше­
нии их дел по общим законам Империи).
174
Духовные лица, а равно их дети изъяты от наказаний телесных.
Брачные дела подлежат суду Духовного правления, но притяза­
ния по имуществам, при расторжении браков случающиеся, подле­
жат разбирательству общих гражданских судов, исключая того слу­
чая, когда обе спорящие стороны будут просить правление
(собрание) или приходское духовенство о разборе и на решение его
обе стороны изъявят удовольствие.
Виновному в прелюбодеянии Духовное правление назначает ду­
ховное покаяние и исправление. Наложение же наказаний, уголов­
ными законами определенных, предоставляются суду уголовному.
Если при рассмотрении дела о неповиновении детей родителям
откроется уголовное преступление, то дело отсылается на рассмот­
рение общего суда уголовного. Равным образом, если в деле сего ро­
да откроется спор о имуществе, и правление не успеет убедить обе
стороны к миролюбному окончанию, то правление (собрание) пре­
доставляет им разобраться судом гражданским. Прочие дела о не­
повиновении детей родителям по бракам, по вероисповеданию, об
оскорблении словесном и тому подобные, рассматриваются и реша­
ются собранием по магометанской вере и обычаям.
Если духовное лицо, принадлежащее к округу Оренбургского
магометанского духовного собрания виновно в нарушении обязан­
ностей своего духовного звания, то оно подлежит суду и взысканиям
своего духовного начальства. Во всех же прочих проступках и пре­
ступлениях оно подлежит суду светскому на основании законов уго­
ловного судопроизводства.
ДОКУМЕНТ 6
Сборник материалов по вопросам о смешанных браках
и о вероисповедании детей, от сих браков происходящих.
СПб., 1906. Законы гражданские
(свод законов. Т. X. Ч. 1. Изд. 1900 г.)
П. 7. Законными и действительными не признаются: брачные
сопряжения лиц православного исповедания с нехристианами. Не
распространяется на те случаи, когда супруги, один или оба, воспри­
няли святое крещение по вступлении уже в брак; сии случаи рас­
сматриваются особо и разрешаются духовным начальством, на ос­
новании постановлений церкви.
175
Если жена или одна из жен магометанина или другого лица не­
христианского исповедания примет святое крещение, то брак ее мо­
жет оставаться в своей силе, без утверждения оного венчанием по
правилам православной церкви, но тогда лишь, когда муж, остаю­
щийся в своей вере, даст обязательство: 1) имеющих родиться от них
с того времени детей, которые должны быть крещены в православ­
ную веру, ни прельщениями, ни угрозами, не приводит в свой закон,
и жене своей, за содержание православной веры, поношения и уко­
ризны не наносить; 2) состоять с принявшей крещение, во все время
ее жизни, или доколе продолжится брак их, в единобрачном сожи­
тельстве, откинув прочих жен, если имеет. Должно быть известно,
что принявшая святое крещение не была пред тем отлучена мужем
от брачного с ним сожительства. В противном случае ...брак их рас­
торгается и жене дозволяется вступить в новый с лицом христиан­
ского исповедания. Буде новокрещеный имел прежде несколько жен,
то, по восприятии святого крещения, он должен выбрать из них од­
ну, с коею жить пожелает, преимущественно же обратившуюся к
христианству.
Если не одна из жен креститься не пожелает, и муж не изъявит
согласия жить с некрещеною, то ему дозволяется вступить в новый
брак с православною.
ДОКУМЕНТ 7
Уставы духовных дел иностранных исповеданий.
Свод законов, Т. XI, ч. 1. Изд. 1896 г.
Брак исповедующих евангелически-лютеранскую веру с маго­
метанами и евреями дозволяется на следующих основаниях: 1) что­
бы лицо, исповедующее христианскую веру, предварительно испро­
сило на то дозволение местной консистории; 2) чтобы бракосочетание
совершалось только евангелически-лютеранским проповедником и
по обряду сей церкви, а отнюдь не по обычаям магометан и евреев;
3) чтобы другая сторона обязалась подпискою пред консисторией
крестить и воспитывать детей в евангелически-лютеранской, или же,
буде обе стороны сего желают, в православной вере, будучи готова в
противном случае подвергнуться строгому наказанию, и обещалась
также, что она ни угрозами или обольщением не будет стараться
совратить супругу или супруга или детей своих в свою веру и не бу­
дет препятствовать им в свободном исповедании христианства.
176
Сверх сего супруг нехристианин при бракосочетании с христианкою
обязан отказаться от многоженства.
ДОКУМЕНТ 8
Устав Духовных консисторий. ПСЗ. 1885. № 1495
Брак православного лица с иноверным не признается действи­
тельным, доколе не совершится в православной церкви православ­
ным священником. Пред совершением брака православного лица с
иноверным, священник берет от иноверного лица показание в следу­
ющей форме: «нижеподписавшийся (аяся) (звание, имя, фамилия,
вероисповедание) сим удостоверяю, что, вступая в брак (звание,
имя, фамилия) православного исповедания, в воспитании обоего
пола детей о сего брака буду поступать согласно с законами госу­
дарства Российского, то есть буду крестить и воспитывать их в пра­
вославной вере». Священники могут крестить детей обоих лиц ино­
верных, но со взятием подписки от родителей, что сии дети будут
воспитываться в православной вере.
ДОКУМЕНТ 9
Материалы к Высочайше утверледенному
22 марта 1903 г. уголовному Уложению
Ст. 340. Родитель или опекун, обязанный по закону воспитывать
своего находящегося под его опекою, не достигшего 14 лет, малолет­
него в правилах православной или иной христианской веры, винов­
ный в учинении над ним религиозных обрядов нехристианского ве­
роисповедания или в воспитании его по правилам и обрядам
такового, наказывается заточением на срок не свыше 3 лет.
Магометан и евреев за воспитание не в христианской вере, воп­
реки данной подписки, детей, рожденных от их брака с лютеранами;
наказание - лишение всех прав и ссылка.
ДОКУМЕНТ 10
Новый закон об укреплении начал веротерпимости
(Высочайше утвержденный 17 апреля 1905 г.
Собрание узаконений. № 63). СПб., 1905
Признать, что отпадение от православной веры в другое христи­
анское исповедание или вероучение не подлежит преследованию.
177
Признать, что при переходе одного из исповедующих ту же самую
христианскую веру супругов в другое вероисповедание, все не до­
стигшие совершеннолетия дети остаются в прежней вере, исповеду­
емой другим супругом, а при таковом же переходе обоих супругов
дети их до 14 лет следуют вере родителей, достигшие же сего возрас­
та, остаются в прежней своей религии.
ДОКУМЕНТ 11
Основные начала мусульманского права согласно учению
имамов абу Ханифы и Шафии Л.B.C. Фан ден Берга.
СПб., 1882 (извлечения)
...При открытии наследства, прежде всего, должны быть упла­
чены издержки по погребению и долги умершего. Если наследство
недостаточно для покрытия этих долгов, то кредиторы умершего не
могут принудить наследников пополнить недостающую часть, хотя
впрочем с нравственной точки это сильно рекомендуется особенно
членам семьи умершего. Затем выделяются лица, которым отказано
что-либо по завещанию, а наконец следующие лица получают части
из оставшегося: муж получает 1/2 наследства, оставшегося после
смерти жены, если она не оставила детей, ни внуков, ни внучек в
мужской линии. Если же таковые остались, то муж получает только
1/4 часть.
Жена, при rex же условиях, получает после смерти мужа 1/4 или
1/8 часть. Если кто-либо оставит несколько жен, то все они получают
только ту часть, которую следовало бы получить одной жене, если
бы муж удовлетворился ею.
Мать получает 1/3 часть после смерти своего дитяти, если толь­
ко умерший не оставит детей или внуков и внучек в мужской линии,
или двух и более братьев или сестер. Если кто-либо оставит после
себя супруга (или супругу) и обоих родителей, то мать получает
только 1/3 оставшегося, после того как супруг или супруга получили
свои части. Если кто-либо оставит детей или внуков и внучек в муж­
ской линии и двух или более братьев или сестер, то мать получает
1/6 часть наследства.
Бабка и прабабка получают 1/6 часть наследства, оставшегося
после смерти внука. Две бабки или прабабки, оставшиеся в живых,
получают вместе 1/6 часть. Дочь и внучка по мужской линии, будучи
178
каждая единственной наследницей, получают 1/2. Две или большее
число дочерей или внучек в мужской линии получают вместе 2/3 на­
следства; а при столкновении одной дочери с одной внучкой в муж­
ской линии, последняя получает только 1/6 часть.
Единоутробная сестра и сводная сестра по отцу, будучи каждая
единственной наследницей, имеют каждая право получить 1/2. Две
или большее число сестер получают вместе 2/3; но если сводная сест­
ра сталкивается с единоутробной, то она получает только 1/5 часть.
Сводный брат или сестра по матери, будучи единственными на­
следниками, получают 1/56 часть. Если их будет больше, то они по­
лучают вместе 1/3 часть, которая в таком случае делится поровну
между мужчинами и женщинами.
Отец или дед по отцу, если они сталкиваются с детьми или вну­
ками и внучками в мужской линии, с сыновьями или внуками в
мужской линии, получают 1/6 часть.
Строго говоря в мусульманском праве нет права наследования
по завещанию, но можно только по завещанию делать отказы.
Для законности завещания требуется: во-первых правоспособ­
ность распоряжаться своим имуществом, и во-вторых, чтобы лицо,
которому отказывают по завещанию, не принадлежало к числу на­
следников (варис). Если кто-либо предпочтет подобным образом од­
ного из своих наследников, то признание подобного распоряжения
всецело зависит от согласия других наследников.
Не предписывается делать завещание сообразно определенной
форме. Большей частью этот акт совершается в присутствии двух
свидетелей; можно также устно объявить пред ним свою последнюю
волю. Впрочем подобным образом можно не только отдать в дар из­
вестные предметы, но также сделать другие распоряжения, напри­
мер, назначить душеприказчика (васый), освободить невольников,
учредить вакф и т. п. с тем только условием, чтобы та часть, которой
распоряжаются, не превысила 1/3 имущества и чтобы в распоряже­
ниях не было никакой неопределенности (гарар). Можно также по­
ставить свои распоряжения в зависимость от условия (шарт) или
срока (аджаль).
Завещатель может, пока он жив, отменить свое завещание, будет
ли эта отмена сделана в ясных выражениях, или подразумевается са­
ма собою, например, когда он завещает другому лицу вещь, отказан­
ную уже по завещанию.
179
ДОКУМЕНТ 12
Законы о судопроизводстве н взысканиях гражданских
Свод законов. Т. X. Ч. 2. Изд. 4. 1873
Лица магометанского исповедания
особой форме, изданной 1850 г. апреля 25.
приводятся
к
присяге
по
Правила о приведении лиц магометанского исповедания к присяге
1. Лица, приводимые к присяге, должны сперва совершить пред­
писанное законом омовение, потом, в присутствии муллы, держа с
почтением правую руку на Коране, произносить со вниманием и
благоговением слова присяги, по данной форме, устремив взор во
все это время на священную книгу. Буде же приводимое к присяге
лицо читать не умеет, то мулла, прочитав и объяснив ему содержа­
ние присяги, должен произнесть внятно и медленно упомянутую
присягу и вместе с тем заставить присягающее лицо повторить оную
за ним слово в слово, вслух и внятно.
2. Самый Коран в знак благоговения должен быть положен на
пелену из чистой шелковой материи и поставлен на налой или сто­
лик вышиною по крайней мере в аршин.
3. Мулла до приведения кого-либо к присяге, обязан вразумить
его краткими, но ясными словами, что присягу принимать должен не
только языком, но и сердцем; что она есть дело важнейшее пред Все­
вышним; что закон повелевает данную присягу соблюдать свято и
ненарушимо, и что клятвопреступник навлекает на себя страшный
гнев Божий.
Примечание: Присяга произносится по форме, изданной 25 ап­
реля 1850 г. и тогда же разосланной к должностным лицам и в при­
сутственные места.
ДОКУМЕНТ 13
Законы о гражданских договорах и обязательствах,
общедоступно изложенные и объясненные
Сост. В.И. Фармаковский (мировой судья).
СПб., 1884 (извлечения)
I. Что называется гражданским договором?
Соглашение двух или более лиц, устанавливающее право на чу­
жую услугу, когда самая услуга имеет денежный интерес, называется
180
гражданским договором. Гражданские договоры разделяются на два
главных разряда: договоры, в которых соглашение происходит о ве­
щах, называются имущественными договорами; договоры, в кото­
рых соглашение происходит о работе, или о личном труде, называ­
ются личными.
Чтобы гражданский договор имел силу закона, нужно, чтобы он
был правильно составлен. Правильно же составлен договор тогда:
1) когда он представляет действительное соглашение сторон; 2) ког­
да соглашение это происходит между лицами, имеющими право вхо­
дить в известное соглашение; 3) когда соглашение имеет предметом
такие действия, которые не запрещены законом; 4) когда договор со­
вершен по правилам, указанным в законе для известного рода дого­
воров.
II.
Как происходит гражданский договор?
Основанием всякого договора служит взаимное согласие дого­
варивающихся сторон, т. е. двух или более лиц, в силу которого одна
сторона обязывается что-либо сделать или исполнить для другой
стороны. Не может произойти никакого договора, коль скоро то, что
приняло вид договора, совершено по принуждению. Равным обра­
зом, не может произойти никакого договора, когда согласие сторон
получено посредством обмана. Каждая из договаривающихся сторон
не лишена законом права просить суд о приостановлении действия
договора по таким обстоятельствам, которые разрушают состоявше­
еся между контрагентами соглашение; как например, по несущество­
ванию предмета договора, или по заблуждению, или обману относи­
тельно его существенного качества.
III.
С кем можно и с кем нельзя вступать в гражданский договор?
К числу лиц, лишенных права вступать в договоры, принадле­
жат прежде всего несовершеннолетние. Закон различает три возрас­
та несовершеннолетия: первый - от рождения до 14 лет, второй - от
14 до 17 лет, третий - от 17 до 21 года. Несовершеннолетние первых
двух возрастов называются малолетними, последнего возраста собственно несовершеннолетними.
Малолетние не имеют права ни управлять своим имуществом,
ни распоряжаться им, ни продавать, ни закладывать его, как сами
лично, так и чрез поверенных. Все права малолетнего закон передает
его опекуну, который обязан заботиться, как о личности малолетне­
181
го, так и об его имуществе, движимом и недвижимом. Единственное
право, которого закон не лишает малолетних, это - право покупать
движимые вещи на наличные деньги, вступать же в какие-либо обя­
зательства малолетним воспрещено безусловно.
Достигший 17-летнего возраста вступает в управление своим
имением; но делать долги, давать письменные обязательства и совер­
шать акты и сделки может не иначе, как с согласия и за подписью
своих попечителей.
Лицами, не имеющими права вступать в договоры, должно при­
знавать также всех, состоящих под опекою и попечительством
вследствие болезненного состояния здоровья, каковы: безумные, су­
масшедшие, глухонемые и немые. От безумных и сумасшедших один
только шаг до пьяниц.
К числу лиц, с которыми не должно входить в сделки, относятся
также лица, состоящие под опекой за расточительность.
Нельзя не посоветовать избегать всяких дел с несостоятельны­
ми должниками. Лица, объявленные несостоятельными должника­
ми, ограничиваются в своих имущественных правах со времени по­
становления определения об их несостоятельности. Как скоро начи­
нается дело о несостоятельности какого-либо лица, то налагается
арест на все его движимое имущество и запрещение на недвижимое,
а от должника берется подписка, что он ничего не скрыл и не скроет
от имущества. Таким образом, все имущество должника, как налич­
ное, так и то, которое он приобретет впоследствии, становится до­
стоянием его кредиторов до полной уплаты долгов.
Закон исключает из круга лиц, имеющих право вступать в дого­
воры всех тех, которые приговорены к лишению всех прав состоя­
ния. С той минуты, как объявлен приговор о лишении всех прав со­
стояния, лицо, до которого приговор относится, признается как бы
умершим, и имущество его переходит к наследникам
IV.
О чем можно договариваться и о чем нельзя?
В каждом договоре одна сторона обязуется что-нибудь дать, или
что-нибудь сделать для другой стороны. Само собою разумеется, что
обязательство это может быть исполнено только в таком случае, ес­
ли обязавшееся лицо имеет право распорядиться тою вещью, кото­
рое оно обещало дать, или если оно имеет право совершить то, что
обещало сделать. Поэтому договор недействителен, если обязатель182
ство дано на счет такого имущества, которым обязавшееся лицо не
вправе распорядиться, или если договорившиеся лица условились на
счет такого действия, которое противно законам.
Наши гражданские законы не дают права ни мужу - распоря­
жаться имуществом жены, ни жене - имуществом мужа. Приданое
жены, а также все, что она приобрела во время замужества каким бы
то ни было способом, признается ее отдельною собственностью.
Муж может распорядиться имением жены, или жена имением мужа,
не иначе, как на основании законной доверенности.
Дети не имеют права распоряжаться имуществом родителей, ко­
торое им не выделено. Родители не отвечают ни за какие сделки, со­
вершенные их детьми, если сделки эти совершены без согласия ро­
дителей; согласие же на сделку должно быть письменное. Точно
также дети, получив выдел от отца, управляют выделенною им час­
тью совершенно независимо от отца.
Нередко договор оказывается недействительным по той причи­
не, что предметом договора была вещь, принадлежащая нескольким
лицам, а в договоре участвовали не все эти лица, а толь некоторые из
них. Если имущество принадлежит нескольким лицам, то и распоря­
жаться этим имуществом могут только все эти лица по общему со­
гласию. Выгоды, полученные с общего имущества, делятся между
всеми владельцами по соразмерности их частей.
Закон не признает действительными договоры, заключенные
двумя лицами в явный ущерб третьему лицу.
Предметом договора может быть только действительное, а не
воображаемое имущество договоривающегося лица. Недействитель­
на продажа права на выигрыш в лотереях.
Действия противные закону, неисполнимы. А потому и обязы­
ваться к ним нельзя.
V. Как совершаются договоры?
Договоры совершаются или словесно, или письменно. Словес­
ные условия дозволяются, когда договор касается продажи движи­
мых вещей, их мены, отдачи их на подержание безвозмездно (ссуды)
или за известное вознаграждение (аренда, взятие на прокат) или ког­
да дело идет об отдаче в наем городских строений и земляных участ­
ков в городе. Во всех остальных случаях договоры должны быть со­
вершаемы письменно. Письменные условия могут быть составляемы
183
порядком домашним, т. е. на дому, без всякого участия обществен­
ной власти, или явочным, когда составленные на дому договоры
представляются для засвидетельствования к нотариусу, или нотари­
альным. Избрать тот или другой способ совершения письменного
договора зависит от договаривающихся лиц. Но когда договор за­
ключается о продаже или залоге недвижимого имения, то он обяза­
тельно должен быть совершен нотариальным порядком; иначе он ничтожен.
К числу формальностей, которыми не должно пренебрегать при
совершении актов, принадлежит употребление гербовой бумаги.
Гербовый устав устанавливает два рода гербового сбора с актов:
1) пропорциональный, т. е. возвышающийся соразмерно сумме акта
и 2) простой независимый от суммы акта. Пропорциональный сбор
установлен: а) для актов и документов по личным долговым обяза­
тельствам (например, векселей, заемных писем, счетов и пр.) и б) для
актов и документов по имущественным и другим сделкам, кроме
личных долговых обязательств.
Всякое письменное условие должно быть подписано той сторо­
ной, которая по этому условию обязалась что-нибудь сделать, напри­
мер, произвести платеж денег. Поэтому, когда договор налагает обя­
зательства на обе стороны, то он непременно должен быть подписан
обеими договаривающимися сторонами, иначе есть опасность, что
договор может быть признан необязательным для неподписавшегося лица. Подпись должна заключать подробное означение звания и
имени обязавшегося лица. Для действительности актов, составлен ­
ных от имени неграмотных требуется соблюдение особых формаль-:
ностей. Формальности эти заключаются в том, что вместо неграмот­
ного подписывается кто-нибудь по его доверию, подпись же этого
лица свидетельствуется полицией. Засвидетельствование должно за­
ключаться в удостоверении полиции о том, что за неграмотностью
такого-то, по его просьбе, действительно подписалось такое-то лицо.
Удостоверение подписывается полицейским чиновником и утверж­
дается казенной печатью. Нотариус свидетельствует подлинность
подписи, когда она произведена в его присутствии, или при нем при­
знана подписавшимся лицом, и самый акт свидетельства прописы­
вает на документе. В отношении к крестьянам, ближайшею поли­
цейскою властью представляются волостные старшины и правления,
184
а потому их удостоверения равносильны свидетельству полиции.
Могут также свидетельствовать подписи, делаемые за неграмотных,
сельские старосты, но волостным судьям этого права не предостав­
лено.
ДОКУМЕНТ 14
Анкетные сведения по географии, истории. Тара.
Архив РАН. Ф. 21. Оп. 5. Д. 152. Ведомости Татищева
В супружество вступают они по общему добровольному согла­
сию и вместо венчания по их мусульманскому законению читают
муллы о житии мужа и жены в добром сожитии книгу хутьба, а име­
ют жен по две и по одной, а мужья жен могут от себя отлучать таким
обстоятельством ежели которая жена будет от мужа бегать и блуд
творить или другие непотребства делать, то по подлинному свиде­
тельству и по приказу духовного их сеита и муллы такие жены от
мужей отлучаются.
В супружество выходят наперво посылают сватов и потом дают
дары невестам с родители их платьем, а потом невеста тако ж отда­
ривает таковых ж дары кафтанами шитыми и дают за невестами в
приданое животных скотин.
В супружество берут два брата родных сестер, а буде жены ум­
рут берут родную своячину и брат братную жену...
При сочетании бывает сваха. Оставшим женам бездетным после
мужа из его пожитков награждение дают 4-ю часть из движимого
имения, а недвижимое не дают. Вдова замуж после смерти мужа
своего идти может в год, а ниже не может.
ДОКУМЕНТ 15
ГУТО ГАТО. Ф. 10. Oп. 1. Д. 3464. П. 6~7об., 9, 11~11об.
(1794-1800 гг.)
Благородному и высокопочтенному господину
Тюменской округи Земскому комиссару Николаю
Васильевичу Донскому Тюменской округи ясачных
татар старшины Муллабака Кучакова
Рапорт
Присланным ко мне указом из Тюменского нижнего земского
суда от 31 марта прошлого 796 года с прописанием последовавшего
185
во оной такового ж указа из Тобольского наместнического (что ныне
губернское правление) велено между живущими по Тюменской ок­
руги ясачными татарами все дела касающиеся по магометанскому
закону разбирать мне с находящимися духовными муллами агунами
юрт Больших Каскаринских Сеитом Муллагуловым или Шикчинских Кобяком Шабиным и вследствие оного указа хотя по прозбе ве­
дения старшины Аитыша Качаева, опекунства Мерета Итигина, Тю­
менской округи юрт Красноярских ясачного татарина Кальмета
Кучукова зятя ево, что он Кучуков с дочерью ево Ерембетева, а с сво­
ею женою Калисою всегда живет в несогласии и каждовременно без
всякой винности бьет ее смертельно. Но посылались за ним Кучуковым к сему разбирательству, чтоб он явился в юрты Каскаринские к
агуну Сеиту Муллагулову: а как он Кучуков и прежде сего по несо­
гласию таковому же с показанной женою Калисою был судим, им
агуном Муллагуловым в чем по обличении тогда виновным он Кучу­
ков о житии впредь с женою своею согласно дал подписку на татар­
ском языке...
Декабря 29 дня 1799 г.
1799 года Тюменской округи юрт Таудинской Калымет Кучуков,
тестю Аитыку Ерембетеву в добросовестном помиренье у Каскаринской мечети при лутчих людях, при мулле Сеит Муллагулове своей
жене Калисе обиды впредь не делать ни бранить ни бить ее. Подпис­
ку дал. Если бить стану чрез закон виноват буду. Которые лутчие лю­
ди служилые Аиса Назаров, Ишня Иванов, Шута Енов (7 человек).
Благородному и высокопочтенному господину
Тюменской округи Земскому комиссару Николаю
Васильевичу Донскому Тюменской округи ясачных
татар старшины Муллабака Кучакова
Рапорт
По силе данного мне от Вашего благородия минувшего декабря
от 31 и от господина заседателя Ивана Ильича Мосина сего генваря
от 19 числа приказав: при учиненном разбирательстве в юртах Кас­
каринских мною обще муллою агуном Сеитом Муллагуловым с при­
глашением старших лучших людей Тюменской же округи юрт Сагынтыковых ясачной татарин Калимет Кучуков оказался по несо­
гласному житию в бесчеловечном битии жены своей Калисы Аити186
шевой по четвертому уже магометанского закона суду то дабы он
Кучуков ко оставлению ево впредь не учинил смертного убивства
всходность того магометанского закона при Каскаринской мечети
разведены вечно с тем чтоб данной калым ему Кучукову от тестя ево
возвратить; а бывшей жене ево Калисе награжденное отцом прида­
ное платье скот и всие без остатку взять. О чем вашему благородию
и доношу.
Генваря 22 дня 1800 года.
ДОКУМЕНТ 16
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 2078. Л. 11-12 (1849-1850)
Просит Тобольской губернии Тарского округа
Бухарской волости д. Себеляковой жена бухарца
Ханхучи Шейбанова, Рухия Шейбанова
Более 7 лет тому назад вышла замуж за бухарца X. Шейбанова с
коим жили безразлучно более 1 года. По прошествии такового вре­
мени муж мой, оставя меня с годовалой дочерью отъехал в Сибир­
скую линию, в Усть-Каменогорскую крепость, где до сего времени
проживает. То есть в разлуке со мной более 5 лет. Оставил меня с
дочерью без всякого содержания. В таком крайнем положении, при­
нята была я с дочерью к сестре моего мужа, где проживая питалась с
дочерью, своим трудом, впоследствии встретились некоторые неудо­
вольствия между мной и сестрой моего мужа, и от последней и при­
теснения меня посему продав приданную мне отцовскую корову, ку­
пила я в деревне Сеитовой дом и в оном жила некоторое время. Но
как содержание дома оказалось для меня непосильным, то принялась
я о своей бедности объяснить родному своему брату бухарцу д. Се­
беляковой Назиру Авазбагину, который из сострадания принял ме­
ня с дочерью в свой дом. Но у брата своего, прожив некоторое время,
заметила я, что я ему в тягость. По сему удаляясь от дальнейших не­
удовольствий явилась я к приходскому своему Себеляковскому указ­
ному имаму Аширбаге Иниятову и объяснив ему горестное мое по­
ложение просила его наставление. Он же объявил мне, что я могу
выйти замуж. ...Приехал ко мне бухарец г. Тары, Миралхал Рахматуллин и предлагал мне вступить с ним в законный брак, на что я
ему отвечала, чтобы он испросил на сие согласие имама Иниятова.
Но последний от бракосочетания нас отказался, дотоле, пока не по­
187
лучит разрешение с Оренбургского магометанского собрания. За
сим получила я от мужа моего разводное письмо, при двух свидете­
лях. Которое письмо, хотя я представила имаму, но и засим от брако­
сочетанию меня с Рахматуллиным отказался. Но как я дала слово,
выйти за последнего замуж, то по магометанскому закону, я живу у
него Рахматуллина в доме его при двух свидетелях.
ДОКУМЕНТ 17
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 2079. Л. 4-5
Просит Тобольской губернии и округа
Карагайской волости и юрт Карагайских
ясашный татарин Асяйпир Речепов
После смерти отца моего умершего в 1848 г. во время холеры Речепа Сафарова осталось движимое и недвижимое имение, а именно
дом деревянного строения с пристройками, наличных денег 500 р.
ассигнациями, скота рогатого 20 штук и столько же лошадей с жере­
бятами, 5 новых хомутов с ременными шлеями, 2 кованых телеги,
дровней 5 и 3 розвальни, 3 пошовни, 5 деланных конских кож, овин,
на нем хлеба: 3 клади ржи, 5 кладей ярицы, 4 клади пшеницы, 2 кла­
ди ячменя и 10 кладей овса. Из других же вещей, как то: 3 бороны
железные, 2 сохи, 1 лодка, 1 винтовка, 4 полога холщовых, 1 ковер,
2 ящика, 2 кошцы, 2 чашки оловянных, 2 чайника медных, 7 пар чай­
ных чашек, 2 кувшина медные и 3 котла чугунных из них 2 больших
и 1 малый с ножками. Из платья: 1 новая козлиная яга, 4 шубы ов­
чинных, 1 зипун синего сукна, 2 халата, 4 опояски, 4 шапки с лисьи­
ми околами и из прочего всего топоров, ножей, литовок, кос и серпов
как я полагаю на 3 тыс. рублей ассигнациями. Но к приведению в из­
вестность имения, из жителей Карагайских юрт никто не явился.
Опасаясь по тогдашнему несчастному времени заразы и живущи на
пропитание у родителя моего прежде умершего еще брата его, а мое­
го дяди сыновья.
...Дабы повелено было отобрать от племянников моих Катарлея
и Калка Исеневых, захваченное ими отца моего имение и ввести во
владение оным меня как наследника по прямой линии родства, ко­
мандиров для того разбирательства указного ахуна или того, кто по
усмотрению будет удобным.
Марта 22 дня 1849 г.
188
ДОКУМЕНТ 18
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 4. Д. 1955. Л. 10~10об.
Просит Тобольской губернии и округа Абуш Исаков. В 1841 г.
сосватал у меня Тобольской губернии Коурдакской волости, юрт
Тюрметятских Камид Сюйкин родную дочь мою Ниясбигу и при
свидетелях тот Сюйкин обязался мне отдать калыму за дочь мою
400 р. ассигнациями и по окончании свадьбы, которую венчал указ­
ный мулла юрт Тебендинских Магомет Исаков. Тогда зять мой отдал
мне в число калыма 200 р., а остальные 200 р. остались за ним, видя
по состоянию зятя моего, что он может уплатить оные деньги я пове­
рил ему, отпустил дочь мою к нему в ю. Тюрметятские и наделил ее
сверх калыма как то из платья и скота на сумму 327 р. После того я
неоднократно просил зятя моего отдать оставшиеся 200 р. Но он от­
зывался разными предлогами до прошедшего 1847г. ...Дочь мою
отогнал от себя и оставил от прижитых им детей сына и грудную
дочь и удержал все данное мною дочери имущество сверх калыма и
не заплатя калыма по договору 200 р. И к тому еще тех же юрт Тюр­
метятских указный мулла Мухмин Мирсалиев, по этому предмету
тоже делал содействие моему зятю. И потом учиняя от имени ее раз­
водную подписку, а дочь моя того совершенно не знала, а чрез чини­
мые ей жестокие побои мужем была от него отдалена и потрму при­
ехав ко мне и поныне у меня проживает.
ДОКУМЕНТ 19
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 4. Л. 108-108об.
1892 года 18 марта. Я нижеподписанный Тобольского округа юрт
Тачимовких бухарец Аптурашит Таулетбакиев заключил сие условие
с таковым же юрт Саусканских Мухамет Али Ильясовым в том, что я
Таулетбакиев отдал в аренду Ильясову сенокосный пай на малом ост­
рову шириною в 150 сажень и хлебопахотную землю и одно поле
около межи юрт Саусканских на 5 лет с 1892 по 1897 год ценою по
четыре рубля в год. Всего за 20 р.
В том и подписуюсь.
А по безграмотству его и личной просьбы расписался Хасан
Айтмухаметов. Руку приложил Мухамет Садик Аширов.
189
ДОКУМЕНТ 20
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 5. Д. 2313. П. 2, 44об.
Б Оренбургское Духовное собрание инородцев
Тобольской губернии Ялуторовского уезда
Авазбакеевской волости и юрт Ибрагима
Чалялетдинова, Аилина, Гайнетдина
и Аптулгания Гумерова
Прошение
15 июля прошлого 1903 г., в юртах Авазбакеевских помер род­
ной наш дядя Ш. Мнрбабов, оставив после себя разного недвижимо­
го и движимого имущества на сумму 970 р. Как значится в прила­
гаемой при сем описи, каковым имуществом владеет вдова Б. Шамирова...
Опись имущества, оставшегося после умершего инородца
Ш. Мирбабова
Недвижимое: 2 дома и при тех 2 амбара под одной крышей, за­
возня, баня, конюшня с сеновалом - 280 р.
Лошадей 5 - 150 р.
Рогатого скота - 50 р.
Экипажей и упряжи - 90 р.
Домашней утвари - 30 р.
Хлеба (ржи, пшеницы, овса) 10 дес. 400 пуд. - 150 р.
Озера рыболовные сроком на три года - 80 р.
Луга сенокосные, аренда на 2 года с 1905 г. - 100 р.
Аренда лугов на 6 лет - 40 р.
Итого 970 р.
ДОКУМЕНТ 21
ЦГИА РБ. Ф. И-295. Оп. 6. Д. 1853. Б. п.
В Оренбургское магометанское духовное
Собрание Инородца Тобольской губернии
Тюменского уезда Калымской волости Юрт
Мало-Есаульских Нигамана Мамет-Салимова
1907 г. октября 9 дня мною было подано прошение в ОМДС о
нежелании совместной жизни снохи моей Атаул Хамит кызы Сагие190
вой с сыном моим Нигатчаном Маметсалимовым. На что Магоме­
танское Собрание дало предписание имаму Больше-Есаульской ме­
чети Ибрагиму Юмачикову от 16 января 1908 г., чтобы он склонял
тяжущихся супругов для совместной жизни, но он не только скло­
нять, а даже совместно с отцом снохи Салиевым расстраивали ее,
какая тому причина, не знаю, а почему моя сноха и отказалась наот­
рез для совместной жизни с мужем, но сын мой ее отпускать и дать
развод не желает.
ДОКУМЕНТ 22
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 29. Я. 16-16об.
Крестьянскому начальнику 2 участка
инородца юрт Уватских Уватской волости
Кимергали Мухаметбакиева
Прошение
Ыас 3 брата: Я Кимеръали Мухаметбакиев - старший, средний
Мугаметулла и младший Сагитулла. Средний из моих братьев, Мугаметулла захотел от нас отделиться и разделить все имущество, при­
сваивая себе большую часть имущества. О разделе имущества закон­
ным порядком к сельскому сходу не обратился, а хочет самовольно
поступить в дележ имущества. Но для того чтобы правильно разде­
лить имущество и чтобы никто не был обижен из нас троих братьев,
я желал бы чтобы раздел был учинен при посредстве общества, а не
самовольно без участия волостных начальников и общества. Дележ
” при посредстве муллы я не признаю таковой законным. Для пра­
вильности дележа я желал бы чтобы имуществу была произведена
оценка. Тогда по стоимости имущества легче распределить имущест­
во между тяжущимися.
Прошу Ваше Высокоблагородие сделать распоряжение о разде­
ле имущества законным порядком, против которого я ничего не
имею.
Декабря 18 дня 1906 г.
191
ДОКУМЕНТ 23
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Оп.1. Д. 43. Л. 4~8об.
Отчет опеке сирот Гульнавар, Нагипа и Мучипа Канафиевых
Ченбаевых юрт Кызылбаевских за время с 15 сентября
1916г.
Учет произведен 10 января 1917 г.
Абдул-Мучип - 1 месяц
Мухамет-Начип - 3 года
Гульминавар - 6 лет
Опека учреждена 15 сентября 1916 г.
Имущество, сданное опекуну (в рублях)
Дом деревянный, крытый
Веялки
тесом
500
Стенные часы
Поднавес, крытый тесом
10
Тюк сырых козлиных кож
Амбар, крытый тесом
15
в 50 штук
2-й поднавес, крытый тесом 10
Тюк сырых козлиных кож
Завозня, крытая тесом
25
в 50 штук
Кожевенная мастерская,
Тюк сырых козлиных кож
крытая тесом
30
в 50 штук
Поднавес рядом с мастерской 30
То же в 37 шт.
Скотный двор
20
То же в 50 шт.
Баня
3
Тюк сырых козлиных кож
Мерин бурый синегривый
20
в 50 штук
Мерин чалый
25
Тюк сырых козлиных кож
Кобылица серая
25
в 50 штук
Жеребец гнедой
20
Тюк сырых козлиных кож
Корова бурая
25
в 50 штук
Корова белая
25
То же в 115 шт.
Бычок бусый
2
То
же в 50 шт.
Бычок красный
2
То же в 50 шт.
Тележка на железном ходу
40
То же в 50 шт.
Возовая телега
20
То же в 50 шт.
4 колесная телега
6
То же в 77 шт.
Выездные санки
3
Скобленных, сырых кож 559
Возовые сани
2
Кож марала 54 шт.
Хомуты и шлея
3
Выделанных кож козловых
Хомуты и шлея
3
145 шт.
Хомуты и шлея
3
Яловых сырых скобленных
3 дуги
3
Грабли машинные
30
кож 12 шт.
192
5
5
300
300
300
222
300
300
300
300
230
150
150
150
150
100
1341
621
435
60
Бочка водовозная
2
Мелких сырых козлиных
Чанов деревянных
5
кож 1365 шт. 3004
1
То же головных 228 шт.
110 Подсвечники медные 4
12
Кошмы 12 аршин
Сырых лосиных кож мерных
2
15 Подушек перовых 2
2 шт.
10
40 Перин спальных 2
Мерин коурый
5
15 Одеял перовых 2
Кобылица буланая
3
Кобылица серая (приданница)
30 Чайников эмалированных 5 шт.
2
Мерин гнедой
40 Тарелок 6 шт.
10
Бык 4 лет бусый
60 Машина «зингер»
2
10 Калташива
Самовар 2
15
2 Соха
Калташин
50
Бак железный
2 Мерин гнедой
Итого: 9766 руб.
Опекун сирот: Челялетдин Шарафетдинов, грамотный по-татарски.
Понятые: инородцы юрт Козылбаевских Альмухамет Ситдиков
не грамотный, Айтулхай Набиев.
Жалобщик на неправильные действия опекуна от подписи к на­
стоящей проверке отказался.
ДОКУМЕНТ 24
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 64. Л. 2об.
Объяснение
1917 г. марта 23 дня. Я, Карагайский волостной старшина Мерхалилов, на предписание Господина Крестьянского начальника 2
участка Тобольского уезда за №275 честь имею объяснить, что хотя у
Ахмета Карымова и продана часть имущества в удовлетворение иска
Чернышева, но имущество это Карымов скупил обратно и пере­
вел на свою жену. У Умера Мералиева тоже оставлено для хозяйства
2 лошади и 2 коровы и продана лишь часть имущества, которая не
разорит хозяйства. Имущество у Умера Мералиева хотя и было на­
значено к продаже, но во время торгов я хотел приостановить прода­
жу такового в виду отлучки Мералиева, но по настоянию доверенно­
го от Чернышева Смирнов и самого Ахмета Карымова вынужден
был новое продать, причем Смирнов и Карымов при посторонних
свидетелях заявили, что за эту продажу они сами отвечают.
Волостной старшина
Писарь
193
ДОКУМЕНТ 25
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 67. Л. 1-9об„ 21об.-23об., 41.
О движении дел в Карагайском волостном суде
Осталось нерешен­
ных дел из поступив­ Решено дел
Осталось не
Поступило
Причины не при­
ших с начала года до с начала го­
приведенных
дел в отчет­
ведения в испол­
отчетного месяца и да до отчет­
в исполнение
ном месяце
нение решений
перенесенных с пре­ ного месяца
решений
дыдущего года
4
161
13
21
10 решений за об­
жалованием, 8 за отлучкой от­
ветчиков, 3 - за
согласием истцов
на отсрочку пла­
тежа ответчиков
Ведомость о ежемесячном движении дел
в Истяцком волостном суде Тобольского уезда
Нерешенных Нерешенных
Гражданских
гражданских уголовных
Уголовных Гражданских Уголовных
дел
дел
дел
За декабрь 1913 г.
1
2
23
26
1
-
9
4
3
2
За январь 1914 г.
2
2
1
2
-
-
За февраль 1914 г.
10
4
Ведомость о ежемесячном движении дел
в Тукузском волостном суде Тобольского уезда
за январь 1914 г.
Нерешенных Нерешенных
Гражданских
гражданских уголовных
Уголовных Гражданских Уголовных
дел
дел
дел
2
3
Описано имуществ - 8.
194
-
-
2
6
Краткий перечень не приведенных в исполнение решений
Карагайского волостного суда к 1 марта 1914 г.
Дата
1
1913 г.
27 мая
№9
27 мая
№ 10
27 мая
№ 11
28 мая
№ 18
28 мая
№ 19
28 мая
№24
Краткое объяснение
существа решения
2
По иску Умера Мератова с
Кабаши Муталапова - 5 р.
То же Атыки Атонаева с
Калчана Аипова - 1 р.
4
3
Граж­ 1913 г.
данское 1 июня
То же
4 окт. - по
определе­
нию уезд­
ного съезда
»
27 июня
То же Ибатуллы Чебарова
с Ахметчана Мивтахетдинова - 3 р.
»
28 июня
То же Умера Мералиева
с Шарыпа Каримова
2 р. 50 к.
По жалобе Халила КульУголов­ 28 июня
ное
маметова на сына Нурмухамета о побоях, присуж­
ден к аресту на 3 сут.
По иску Хамитуллы Баши­ Граж­ 28 июня
рова с Айсы Катралиева - данское
16 р.
28 мая
№26
По иску Дмитрия Загваздина с Азана Уразаева 6 р.
29 июня
№38
По иску Сарыпа Хамитова
с Сайдуллы Айтукова 3 р. 65 к.
По иску Ивана Огрызкова
с Аптрахмана Ремезанова - 20 р.
29 июня
№39
Граж­
Когда реше­
данское
ние вошло
или уго­
в законную
ловное
силу
дело
То же
29 июня
»
29 июля
»
12 окт. - по
определе­
нию уезд­
ного съезда
Что сделано по
приведению в
исполнение
решения
5
Истец отсрочил
взыскание добро­
вольно
Истец недоволен
и обжаловал оп­
ределение съезда
в губернское уп­
равление
Не исполнено за
отлучкой ответ­
чика
Не исполнено за
отлучкой ответ­
чика
Не исполнено за
отлучкой ответ­
чика
Взыскано 5 р., ос­
тальной долг рас­
срочен добро­
вольно истцом
Произведена
опись имущества,
но продать ничего
не оказалось
Не исполнено за
отлучкой ответ­
чика
Произведена
опись имущества,
но продать ничего
не оказалось
195
Окончание краткого перечня
1
29 июня
№40
2
Гордея Одинцова с
Мавлюта Муралиева - 2 р.
30 июня
№47
По иску Шарыпа Меретиева с Ханафа Айтова 38 р. 14 к.
30 июня
№49
По иску Ахмета Карымо­
ва с Хазана Урасова
11 р. 10 к.
9 ноября
№61
По жалобе Иняш Айничановой на Аптрахима Ура­
сова о захвате одежды.
Присужден к аресту на
2 дня
9 ноября
По иску Саитбаги Уран№64
чеева с Алимова 6 руб.
50 к., Назырова 5 р., Хами­
това 18 р. 20 к.
10 ноября По жалобе Муратбакиева
№68
об оскорблении Мураталиевым. Присужден к
аресту на 2 дня
10 ноября По иску Юлташева и др. с
№71
Мавлюта Ибраимова 15 р.
29 декабря Мухаметали Байшанов с
№87
Вафи Расулева - 10 р.
196
3
»
4
29 июля
5
Произведена
опись имущества,
но продать ничего
не оказалось
»
30 июля
Взыскано 20 р.,
остальные рас­
срочены истцом
добровольно
»
9 декабря по Не исполнено за
определе­
отлучкой ответ­
нию уезд­
чика
ного съезда
Уголов­ 9 декабря
Не исполнено за
ное
отлучкой ответ­
чика
Граж­ 9 декабря
данское
Уголов­ 10 декабря
ное
Граж­ 10 декабря
данское
То же
1914
29 января
За согласием на
уплату поставкой
дров весной
1914 г.
Отлучкой обви­
няемого на зара­
ботки
За согласием ист­
цов на отсрочку
платежа
За согласием ист­
цов на отсрочку
платежа
1
197
25 р. 20 р.
Юрты Тебендинских
Аптрахимовы:
Харис - 13 лет
Аптрашит - 9 лет
Аничамал - 18 лет
Матери нет - умерла
48 р. 13 р.
Юрты Илътяковских
50 к.
Сарыповы:
Сабит - 6 лет
Набис - 7 лет
Сабита - 3 года
Мать - Сулишта Курманалиева
4
-
-
6
5
По Карагайской волости
У инородца Аптулбак
Ильчибакиев
Тебендин­
ских юрт
Аптулбака
Ильчибакиева
-
Примечания
3
Ф.И.О.
опекуна
Когда последний раз
проверялись действия
опекуна
Не замечено ли
злоупотреблений по
опеке при проверке
2
У кого
живут
сироты
Пользуются ли сироты
наделом и ведут ли
самост. хозяйство
недвижимого
Фамилия
подопечных и их имена
ДВИЖИМОГО
Стои­
мость
имуще­
ства
Количество денег,
хранящихся в учреждениях
и № сберегательной книжки
ДОКУМЕНТ 26
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 41. Л. 29об, 37, 38об.~44, 65об.-66.
О сиротских опеках по инородным волостям на 1 мая 1910 г.
9
10
Нет
-
Не пользу­ 20 фев­ - Нет
раля
ются и хо­
1910 г.
зяйством
не занима­
ются
-
7
8
Не пользу­ 20 фев­
раля
ются и хо­
зяйством
1910 г.
не занима­
ются
Продолжение
1
Юрты Вагайские
Амрулин Апасалям 15 лет и его мать - Калчан
Курманалиева
Багауддинов Насреддин 9 лет.
Мать умерла
Аптулвагитовы:
Шарип - 19 лет
Арип - 18 лет
Мать умерла
Юрты Комаровские
Ахметчановы:
Бакрихман - 11 лет
Азисчан - 8 лет
Мать - Калбика Кучукова
2
3
4
5
6
7
8
По Бухарской инородной волости Тобольского уезда
15 р 15 р. 26 р. У матери в Аптул Каби- Пользуют­ 11 фев­
33 к. своем доме ров Бикбу­
ся наделом раля
№ 5203
латов
и ведут
1910 г.
свое хо­
зяйство
58 р. У матери
Атылбига
Пользуют­ 11 фев­
87 к.
Ишмухамеся непол­
раля
№6117
това
ным наде­ 1910 г.
лом, самост.
хозяйство
не ведется
9 р.
Абдул Мамет Не пользу­ 24 фев­
15 к.
Бакиев
ются
раля
1910 г.
133 р.
43 к.
№ 5394
Абушабак
Кинев
9
10
Нет
Нет
Нет
Отец опека­
емых сослан
в каторжные
работы и же­
на его с деть­
ми последо­
вала за ним.
Имущество
продано
По Тукузской волости
Юрты Казанские
Мухаметкаримов Алиязбар
Мать - Сулишта замужем
Абдулрахимовы
Курман Гани
Хатым-Кубра
Круглые сироты
Мералиевы:
Расыла
Катралий
Серачетдин
Круглые сироты
Юрты Одинокие
Атиятулловы:
Ахметшарып
Алтынбига
Мать - Хальмичан
замужем в
ю. Тукузских
Юрты Тукузские
Матбеки Алтынбаев круглый сирота
21р.
6 к.
У матери
Касук Мухаметаминов
3 ап­
реля
1910 г.
85 р. 270
25 к. Р-
У дяди в
Томске
Абушахма
Курманалиев
3 апре­
ля
1910 г.
138 18 р.
Р-
У опекуна
Ишмухамет
Мухаметаминова
29 р. 12 р.
90 к.
У опекуна
Сагайдук
Халилулин
19 р. 7 р.
50 к.
У опекуна
Тенисбай
Мунасимов
Пользу­
ется
25 мая
1910 г.
ДОКУМЕНТ 27
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 22. Л. 4, 14
Постановление
1908 года марта 21 дня, я, Бухарский инородный голова Бикбу­
латов, за ослушание волостных начальников, за крайнее упорство
при исполнении законных требований, за неплатеж податей, как ок­
лада, так и недоимки, и за грубости, оказываемые бухарцем юрт Са­
усканских Таиром Чаулановым Янышевым на основании 79 и 104 ст.
Общего положения о крестьянах постановил: бухарца юрт Саускан­
ских выдержать под арестом в каталажной камере при Тобольском
городском полицейском управлении двое суток. Постановление объ­
явлено Янышеву с правом обжалования в семидневный срок.
Постановление
1908 года марта 15 дня. Я, волостной голова Бухарской инород­
ной волости Бикбулатов, на основании 186 ст. Общего положения о
крестьянах постановил: бухарцев юрт Байгаринских Бухарской во­
лости Нияса Айтмухаметова, Хуснутдина Тляумухаметова, Кальмета
Айтмухаметова и Хайретдина Незаметдинова за упорный неплатеж
повинностей мирского сбора подвергнуть аресту при Вагайском
инородном управлении в течение двух дней.
ДОКУМЕНТ 28
ГУТО ГАТ. Ф. 282. Oп. 1. Д. 23. Л. 1-7, 16-22, 54
Постановление
1908 года марта 17 дня. Я, волостной голова Бухарской инород­
ной волости Бикбулатов, на основании 186 ст. постановил: бухарцев
юрт Верхне-Агитских Бухарской волости Насретдина Кильмаметова,
Азата Насретдинова, Ширафутдина Насретдинова и Юлташа Киль­
маметова за упорный неплатеж мирского сбора подвергнуть аресту
при Уватском инородном управлении в течение двух дней с правом
обжалования пред крестьянским начальником в семидневный срок.
Постановление
1908 г. марта 29 дня. Я, волостной голова Бухарской инородной
волости Бикбулатов, на основании 79 и 10 ст. постановил: сборщика
податей Будалинского сельского общества Сейнетдина Сульбухаро200
ва за небрежное его отношение к службе и за неуспешное взыскание
податей и повинностей и чем ему неоднократно раз внушалось, под­
вергнуть его аресту в каталажной камере при Тобольском городовом
полицейском управлении в течение двух суток. Постановление это
объявлено с правом обжалования пред крестьянским начальником
2-го участка Тобольского уезда в семидневный срок.
Постановление
1909 года февраля 10 дня. Я, Бухарский волостной голова То­
больского уезд, а на основании 86 и 104 ст. Общего положения о
крестьянах за самовольный уход со сходки в юртах Вагайских бухар­
ца тех же юрт Рахматуллу Уразгильдеева постановил: подвергнуть
аресту при каталажной камере Вагайского инородного управления
на двое суток в чем и объявить Уразгильдееву, а постановление при­
вести в исполнение.
Волостной голова Бикбулатов
Акт
1909 года марта 10 дня. Я, Кандидат головы Бухарской инород­
ной волости Ярмухаметов, согласно распоряжения господина Миро­
вого судьи 3 участка Тобольского уезда от 27 февраля с. г. за № 1022
бухарца юрт Уткарминских Калимуллу Исанчиева постановил от­
дать под надзор общества юрт Шамшинских с отобранием письмен­
ного вида на жительство, о чем записать в настоящий акт.
Кандидат головы Ярмухаметов
Понятые юрт Шамшинских
Постановление
1909 года июля 25 дня. Я, волостной голова Бухарской инород­
ной волости Тобольского уезда Бикбулатов, на основании ст. 79 и 104
Общего положения о крестьянах постановил: бухарца юрт Исеневских Абдулфатиха Мухамет Бакиева, за упорный неплатеж мирского
сбора оклада с. г. подвергнуть аресту в каталажной камере при То­
больском Полицейском управлении в течение одних суток, поста­
новление объявить и такое привести немедленному исполнению.
Подлинное подписал
Волостной голова Бикбулатов
201
Уведомить волостного голову Бухарской инородной волости То­
больского уезда, что Бакиев Мухамет Абдуль выдержан под арестом
при полиции одни сутки с 2 ч дня 29 июля по 2 ч.
дня 26 июля 1909 г.
Полицмейстер
Секретарь
Постановление
1909 года июня 23 дня. Я, волостной голова инородной волости
Тобольского уезда Бикбулатов, на основании 104 ст. Общего положе­
ния о крестьянах постановил: бухарку юрт Вагайских Суючбигу Хайретдинову и ее сына Сайретдина Хайретдинова за нарушение тиши­
ны и спокойствия в ночное время на улице в юртах Вагайских,
15 числа сего июня месяца подвергнуть аресту в каталажной камере
при вагайском инородном управлении в течение двух суток каждому
с правом обжалования пред крестьянским начальником, а между тем
таковое привести немедленному исполнению.
Волостной голова Бикбулатов
Постановление
1909 года июня 23 дня. Я, волостной голова Бухарской инород­
ной волости ... Бикбулатов, на основании 101 ст. Общего положения
о крестьянах постановил: бухарца юрт Вагайских Хайруллу Катангулова, за грубое и дерзкое обращение с волостным головою при ис­
полнении служебных обязанностей подвергнуть аресту в каталаж­
ной камере при Волостном инородном управлении в течение двух
суток. Постановление это может быть обжаловано пред крестьян­
ским начальником 2-го участка в семидневный срок, а между тем та­
ковое привести немедленному исполнению.
Волостной голова Бикбулатов
Постановление
1909 года июня 30 дня. Я, Бухарский волостной голова Бикбула­
тов, на основании 104 ст. Общего положения о крестьянах постано­
вил: инородца юрт Байгаринских Хайретдина Хисаметдинова за от­
каз явиться по требованию сборщика податей и за грубое обращение
с десятником подвергнуть аресту при каталажной камере Вагайского
инородного управления в течение двух суток. Постановление окон­
чательное и немедленно приводится в исполнение, но может быть
202
обжаловано крестьянскому начальнику 1-го участка в семидневный
со дня объявления срок.
Постановление
1909 года 28 дня. Я, волостной голова Бухарской инородной во­
лости Бикбулатов, на основании ст. 104 Общего положения о кресть­
янах постановил: бухарца юрт Тачимовских Башира Алимова за гру­
бое обращение с волостным начальником, нарушение тишины в
управлении в пьяном виде, подвергнуть аресту при Тобольском по­
лицейском управлении в течение двух дней, постановление объявить
и таковое привести немедленному исполнению.
Постановление
Я, волостной голова Бухарской инородной волости Бикбулатов,
на основании ст. 104 и 79. Общего положения о крестьянах за неус­
пешное собрание податей, за неисполнение приказаний членов Ино­
родного управления и за неявку в управление несмотря на то, что
неоднократно приказывалось явиться, постановил: сборщика пода­
тей Саусканского сельского общества юрт Комаровских Салима Му­
хамет Муратова, на основании изложенного подвергнуть аресту на
двое суток при каталажной камере Городского полицейского управ­
ления, о чем и объявить Муратову для обжалования в семидневный
срок, а постановление привести в исполнение.
Волостной голова Бикбулатов
ДОКУМЕНТ 29
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 8 (1912 г.). П. 42об.~43.
Деятельность волостного суда
Поступило дел
граждан­
уголовных
ских
27
19
50
12
46
14
115
41
Решено в 1912 г.
В том числе
Отменено
окончено К аресту
граждан­
решений
уголовных
миром
ских
Истяцкая волость
18
12
3
1
28
Вагайская волость
2
5
20
15
61
Тукузская волость
1
12
2
38
9
Карагайская волость
41
64
30
23
119
203
ДОКУМЕНТ 30
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1 Д. 29. Л. 4-5
Гр. крестьянскому начальнику
Инородца юрт Подъемных
инородной волости Оброчных Чувальщиков
Имадутдина Абдуназырова
Прошение
Жена моя Фатыма Дусмухамедова, прожившая со мною около
года времени в супружестве, 6-го числа сего декабря месяца, без вся­
ких причин сбежала от меня в дом ее отца Дусмухамеда Тухтасынова
однообщественника моего, забрав с собою имущество, заведенное
мною. После чего я несколько раз обращался как к ней, так и к ее
отцу о том, чтобы она вернулась ко мне, но на это они с отцом ника­
кого внимания не обращают и она по настоящее время находится у
отца. Мулла нашего прихода тоже не мог вызвать ее для разбиратель­
ства дела и спроса о причине побега ее, и таким образом я, не имея
возможности вернуть сбежавшую жену, а также не имея возможнос­
ти переговорить с нею о тех расходах, которые употребил на женить­
бу, и лишился того имущества, которое она захватила при побеге,
нахожусь в безвыходном положении. Расходы по женитьбе на ней
следующие: калыму было уплачено наличными деньгами 100 р. и на
свадебные расходы употреблено было около 100 р., а всего около
200 р. Что известно всем одноюртчанам моим и что могут они удо­
стоверить... Не найдете ли возможным сделать распоряжения ахунду юрт Исеневских Бухарской волости Абдулмачиду Анварову о
разбирательстве нашего дела по шариату и если окажется, она дей­
ствительно сбежала без всяких причин, то вернуть ко мне, или же
уплатить все издержки мои, употребленные на женитьбу.
1906 года декабря 18 дня
Препровождаю прошение это в инородное управление Оброч­
ных Чувальщиков и предписываю объявить просителю, что по бра­
коразводным делам они сами должны обратиться к указному мулле,
совершившему брачный акт или к другому по его усмотрению, ду­
ховному лицу. Точно также должен поступить и в том случае, если не
желает примириться с женой. Проситель должен обратиться к со­
действию духовного суда. Что же касается иска по имуществу и ка­
204
питалу, то проситель, с представлением ясных доказательств, должен
обратиться к мировому судье. Доказательствами суммы выплачен­
ного калыма может служить засвидетельствованный муллою выпись
из брачного акта, в котором ясно обозначается сумма всего калыма,
а также какая часть уплачена при совершении брака наличными и
какая за тем остается неуплаченной.
Подписку в слышании сего вместе с сим прошением предста­
вить мне.
Декабря 21 дня 1906 г.
Крестьянский начальник 2-го участка
ДОКУМЕНТ 31
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 191. П . 50, 53об.
Перевод с татарского
Приговор
1905 г. февраля 12 дня. Мы, нижеподписавшиеся инородцы
Уватской волости, бывшие на волостном сходе и с общего согласия
отдали в арендное содержание на 1905 г. речку Аристовку инородцу
юрт Уватских Ибуку Калиеву за двести шестьдесят пять рублей и
деньги получили сполна, которые и зачислили в мирские сборы за
1905 г., в чем и подписуемся:
(далее идут 92 подписи жителей волости. - ГБ.)
К приговору печати волостного головы Маметуллина и канди­
дата головы Амирханова.
Переводил указный мулла юрт Тукузских
Якуб Мухаметрахимов
ДОКУМЕНТ 32
ГУТО ГАТ. Ф. 346. Oп. 1. Д. 191. 1909-1910 гг. П . 804-804 об.
Милостивый государь Николай Иванович!
Прошу вас принять на себя труд ходатайствовать во всех судеб­
ных установлениях, административных учреждениях и у должност­
ных лиц всех ведомств по всем судебным и административным делам
моего доверителя - общества бухарцев Тобольского уезда Бухарской
инородной волости юрт Вершино-Агитских, для чего предоставляю
Вам право: подавать исковые прошения, отзывы, объяснения, возра­
205
жения и всякого рода деловые бумаги: участвовать в словесных со­
стязаниях, вступать в иски третьим лицом, привлекать к делу треть­
их лиц, заявлять споры о подлоге и подлинности акта, а в случае
заявления таковых споров другими лицами отвечать по таковым за­
явлениям; приносить частные жалобы, апелляционные и кассаци­
онные жалобы, ходатайствовать об отмене решений, вступивших в
законную силу; оканчивать дела миром на условиях по вашему ус­
мотрению участвовать в третейском суде, избрать посредников для
третейского разбора дел, ходатайствовать о личном задержании
должников в случае неплатежа ими долгов; получать копии, справки,
свидетельства, документы, исполнительные листы, вещи и деньги
под Вашу расписку, где бы таковые не находились; следить за ходом
взысканий, просить об обеспечении исков и присутствовании при
описях и продажах имуществ должников, полагать оценку имуществ,
оставлять имущества их за доверителем моим и настоящую доверен­
ность во всей ее ценности или частях передоверять другим лицам по
вашему усмотрению, что же вы или Вами уполномоченные законно
учините, я Вам верю. Спорить и прекословить не буду. Доверенность
эта выдана частному поверенному общества Н.И. Самойловичу по­
веренным общества инородцев бухарцев Тобольского уезда Бухар­
ской волости Вершино-Агитских юрт - дворянин Басыр Шагиахмедов Кульмаметьев.
Подлинная доверенность явлена
6 февраля 1910 г. у Тобольского нотариуса
ДОКУМЕНТ 33
ГУТО ГАТ. Ф. 329. Оп. 5. Д. 437. П.. 12, 10
Данная
По указу Его Императорского Величества и по постановлению
Тобольского Губернского правления 7 августа сего 1858 г. состоявше­
муся. Дана сия данная бухарцу Мухамет Шарипу Сайфуллину Сеитову в том, что по учиненным в присутствии губернского правления
торгу на продажу земли называемой Меньковскою пустошью, лежа­
щею от города Тобольска в 5 верстах вблизи Исеневских юрт, оце­
ненной в 120 р. серебром, удобной и неудобной 44дес. 1002 саж.
Означенная земля по последней выданной на тех торгу ...по цене
206
225 р. осталась за покупателем оной бухарцем Сеитовым почему и
предоставлено ему Сеитову право владения и распоряжения тою
землею на тех же самых правах, на которых владели его предшест­
венники. Вследствие чего и записана сия данная в книгу подлинни­
ком под № 49 со взысканием пошлин: за акт 3 р. 4%-ных с 225 р. 9 р.
и на публикацию 3 р. 9 к. Всего 15 р. 9 к.
В Тобольский земский суд
Бухарского инородного управления
Рапорт
Во исполнение предписания Земского суда от 26 сего января за
№ 64 о доставлении сведений о неимении препятствий на продавае­
мую землю бухарцем Мухамет Шарып Сеитовым таковому ж Атыльша Сеитову Бухарское инородное Управление имеет честь почти­
тельнейше донести, что со стороны сего управления на покупку
земли бухарцем Ательша Сеитовым от такового же Мухамет Шарип
Сеигова препятствия нет.
28 января 1865 г.
Бухарский старшина Разы Матеев
ДОКУМЕНТ 34
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Oп. 1. Д. 335. Л. 6
Его Превосходительству г. Тобольскому губернатору
От доверенного от всего общества Вагайской волости
инородца юрт Салинских Тахтабая Курманова
Прошение
С давних времен выбираемые обществом нашим, из среды сво­
ей, лица исполняли обязанности службы в инородном управлении,
как-то: головы, кандидатов и сборщиков податей, без всяких притес­
нений, как со стороны общества, так и начальства, и исполняли та­
ковые по совести присяги, что и в настоящее время желают также
исполнять, но без приобретения, по приказу крестьянского началь­
ника, должностных знаков, которых по религии моих доверителей
строго воспрещается носить на шее и одежде, в виду изображения
на одной стороне знака «креста», т. е. религии христианской, а не ма­
гометанской.
207
...Осмеливаюсь просить, чтобы крестьянский начальник не
обязывал выбранных из среды нашего общества лиц для исполнения
обязанностей головы, кандидатов и сборщиков податей, носить при
исполнении своих обязанностей... должностные знаки.
Января 10 дня 1900 г.
Журнал 25 июля 1900 г. Определили: распоряжение крестьян­
ского начальника о ношении знаков на груди волостными головами
отменить.
ДОКУМЕНТ 35
ГУТО ГАТ. Ф. 152. Оп. 40. Д. 196. Л. 8~8об.
Приговор Волостного схода Уватской инородной волости,
Тобольской губернии и уезда
1900 г. сентября 10 дня, мы, нижеподписавшиеся оседлые ино­
родцы Уватской инородной волости, всех ее селений, состоящей из
1185 ревизских душ и 445 отдельных домохозяев, при трех сельских
обществах, быв собраны сего числа на волостной сход согласно раз­
решения господина крестьянского начальника 2-го участка Тоболь­
ского уезда, в числе 47 человек, составляющих на 18 голосов более
2/3 всего состава схода, в присутствии волостного головы Курмашева. Слушали: заявление однообщественников наших, инородцев юрт
Сулеймановских о том, что бывшим 16 июля сего года сильным гра­
дом у них побило все бывшие в полях хлеба, конопли и травы. При­
чем от хлебов, урожай которых предвидится удовлетворительным,
осталась только одна солома, от конопли не осталось ничего. Благо­
даря такому несчастью Сулеймановские жители остались совершен­
но без хлеба. ... Это заявление мы признаем вполне справедливым и
в ограждении Сулеймановских однообщественников наших от со­
вершенного разорения и нищенства, мешающих их возможности
быть исправными плательщиками казенных и мирских повиннос­
тей. Постановляем: возбудить ходатайство пред начальством о выда­
че пострадавшим от градобития инородцам юрт Сулеймановских
пособие на покупку хлеба для пропитания семей, в том размере, ка­
кой правительство признает достаточным до нового урожая по чис­
лу населения, для чего и поручаем нашему инородному управлению
приговор этот, с сведениями о пострадавших и о размере причинен208
ного им убытка, представить на распоряжение его Высокоблагоро­
дия господина крестьянского начальника 2-го участка, Тобольского
уезда, с просьбою об оказании содействия к выдаче пострадавшим
просимого пособия с условием кругового их друг за друга ручатель­
ства в исправном платеже такового.
Приговор записать в книгу в том и подписуемся...
Кандидат головы
На сходе присутствовал Волостной голова
ДОКУМЕНТ 36
ГУТО ГАТ. Ф. 335. Оп. 602. Д. 50
(6 сентября 1911-18 апреля 1912 г.)
Журнал Общего присутствия Тобольского
губернского Управления по крестьянским делам
По жалобе инородца юрт Бегишевских Вагайской волости То­
больского уезда Катралия Уразмухаметова на определение Тоболь­
ского уездного съезда крестьянских начальников по делу, решенному
волостным судом.
Присутствовали:
Председатель: Губернатор
Вице-Губернатор
За управляющий [его] Казенной палатой
Управляющий государственными имуществами
Председатель окружного суда
Прокурор окружного суда
Непременный член по крестьянским делам
Слушали: Катралий Уразмухаметов просил Вагайский волост­
ной суд взыскать с инородцев Курмана Курманова и Муслима Маметбакова и общества юрт Бегишевских 80 р. убытков, причиненных
ему отобранием от него арендованной у Курманова пашни, каковую
истец мог использовать согласно условия в 1911 г.
Волостной суд, выслушав объяснении сторон и разобрав это де­
ло, нашел, что ответственным лицом по предъявленному иску явля­
ется один Курманов К. и что ввиду использования истцом пашни и
сенокоса в течение трех лет, убыток определяется лишь в 50 к., а по­
тому решение от 20 мая 1911г. за № 12 постановил взыскать с Курма­
нова в пользу Уразмухаметова 50 к., в остальном же иске отказать.
209
В жалобе на имя крестьянского начальника К. Уразмухаметов,
ходатайствуя об отмене решения волостного суда и о взыскании с от­
ветчиков 80 р., заявил, что он отыскивает стоимость обработки паш­
ни, каковая выражается именно в предъявленной сумме, что ответ­
чики не отрицают его трудов по обработке этой пашни и арендного
права, а следовательно и должны, как лишившие его возможности
воспользоваться своими трудами возместить затраты, что волостной
суд, отказав ему в иске, тем самым признал за ответчиками право на
получение дохода, являющегося следствием трудов его, Уразмухаметова, тогда как по закону обогащение на чужой счет не допустимо.
Тобольский уездный съезд крестьянских начальников, рассмот­
рев настоящее дело и приняв во внимание, что истец К. Уразмухаме­
тов при разборе дела на волостном суде просил взыскать убытки с
кого будет следовать, почему заявление его в апелляционной жалобе
и предъявленным им будто бы своего иска солидарно к Муслиму
Маметбакиеву, К. Курманову и обществу юрт Бегишевских является
неправильным, что Уразмухаметов в подтверждение своих убытков
на сумму 80 р. никаких доказательств суду не представил.
Определением от 19 августа с. г. решение Вагайского волостного
суда от 20 мая 1911 г. за № 12 оставил в силе, жалобу же К. Уразмухаметова - без последствий.
К. Уразмухаметов принес в общее присутствие Губернского уп­
равления жалобу, в коей просит определение Уездного съезда отме­
нить ввиду того, что съезд не входил в оценку основания, принятого
волостным судом к удовлетворению иска лишь в части 50 к.
Постановили: Рассмотрев доложенное и принимая во внимание,
что постановления Уездных съездов по делам этого рода почитаются
окончательными и могут быть отменяемы по жалобе недовольной
стороны лишь в случае превышения власти или нарушения закона,
общее присутствие Губернского управления, находит приведенные
Уразмухаметовым доводы к отмене обжалованного постановления
Уездного съезда не заслуживающими уважения, т. к. Уездный съезд,
признав иск просителя бездоказательным и оставив в силе решение
волостного суда за отсутствием жалобы со стороны ответчиков, из
пределов предоставленной ему власти не вышел.
Не усматривая, засим, в обжалованном постановлении Уездного
съезда ни превышения власти, ни явного нарушения закона, общее
присутствие ввиду приведенных соображений определяет:
210
Настоящую жалобу оставить без последствий, о чем объявить
сторонам с разъяснением, что определение это может быть обжало­
вано Правительствующему сенату в трехмесячный, со дня объявле­
ния, срок, на простой бумаге, чрез Губернское управление.
Председатель: (подпись)
Члены: (подписи)
ДОКУМЕНТ 37
ГУТО ГАТ. Ф. 345. Оп.1. Д. 84. Л. 10-10об.
Удостоверение
Дано сие доверенному от общества инородцев юрт Карбинских
Абдулмачиту Суючеву в том, что как видно из хранящейся при во­
лости переписки, в 1892 г. по приговору селенного схода юрт Кар­
бинских 20 декабря 1892 г., волостными начальниками Городовой и
Надцинской волостей был отдан в арендное содержание с торгов
крестьянину Уватской волости Василью Платонову Кашкарову зе­
мельный участок под названием «летние сенные покосы», принадле­
жащий обществу Карбинских юрт, сроком на три года по 90 р. в лето.
Тот же участок 23 декабря 1895 г. отдан в аренду тому же крестьяни­
ну Кошкарову на 1896-1898 гг. ценой по 65 р. в год.
Причина уменьшения арендной платы, как заявлял арендатор
Кошкаров та, что много места вытравляется на участке выпуском
скота крестьянами д. Подгорно-Слинкиной.
Кандидат головы Исаев
Волостной писарь
Крестьянский начальник
2-го участка Тобольского уезда
Доверенного от общества инородцев
Тобольской Городовой и Надцинской
инородной волостей, юрт Карбинских,
однообщественника Абдул-Мачита Суючева
Прошение
Во владение общества инородцев юрт Карбинских находится с
давних лет участок сенокосной земли под названием «летние сенные
покосы», расположенный смежно с дачей крестьян Уватской волости
211
деревни Подгорно-Слинкиной, в границах: от верхней межи - с бо­
ровой речки до сухого озера межи крестьян названной деревни.
Участок этот много лет до 1893 г. общество инородцев отдавало
в аренду крестьянину Уватской волости деревни Подгорно-Слинкиной Евгению Васильеву Слинкину, который от себя часть сего участ­
ка отдавал в кортом под скотский выгон своему же обществу кресть­
ян, а с 1893 г. помянутый участок был дан в аренду на три лета по
90 р. в год, произведенными волостными начальниками Городовой
и Надцинской волостей другому крестьянину Уватской волости
д. Красноярской Василию Платонову Кашкарову, последний же мес­
то для скотского выпуска обществу д. Подгорно-Слинкиной в кор­
том от себя не отдал, а пожелал на всем участке производить сеноко­
шение, тогда крестьяне, несмотря на отказ Кашкарова, не только во
все три лета 1893-1895 самовольно пускали туда скота, и даже устро­
или там огороды и всем тем причинили арендатору не менее убытки
потравами. Ввиду такого самоуправства крестьян при новых торгах
после окончания срока аренды Кашкаров взял в аренду участок, по­
косы за плату 90 р. в лето не пожелал, потому обществу инородцев
просил продать тому же Кашкарову на 1896-1898 гг. уже только за
60 р., получив убытка в цене на трехлетие.
Продолжение крестьянами означенного самоуправства наконец
вынудило общество инородцев возбудить ходатайство о восстанов­
лении межевых границ участку «летние покосы» и в ноябре таковые
были учинены окружным землемером Г. Овешковым в присутствии
лесничего Г. Арефьева и по составленному ими полевому журналу
весь тот участок оказался принадлежащим обществу инородцев Карбинских, а не крестьянам Подгорно-Слинкиной, о чем тогда же было
объявлено доверенным.
Между тем крестьяне, как в 1898 г. сделали тоже, так и ныне в
1899 г. пускают своего скота на участок и не уничтожают устроенных
там огородов, отчего главным образом, купить «летние покосы» на
лето сего года вовсе не оказывается охотников, а продажею оных об­
щество ежегодно уплачивают половину и более денежных сборов на
мирские повинности.
Просим взыскать с общества крестьян причиненные обществу
инородцев убытки от уменьшения арендной платы, вследствие по­
травы покосы скотом в 1896-1898 гг. - 90 р. и уплаченные за возоб­
новление межевых признаков в 1897 г. 28 р. 91 к., а всего 118 р. 91 к.
212
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
ГАСО
ГУТО ГАТ
- Государственный архив Свердловской области
- Государственное учреждение Тюменской области
Государственный архив в г. Тобольске
ГУТО ГАТО - Государственное учреждение Тюменской области
Государственный архив Тюменской области
ОМДС
- Оренбургское магометанское духовное собрание
ПМА
- Полевые материалы автора
ПСЗ
- Полное собрание законов Российской Империи
РАН
- Российская академия наук
РГАДА
- Российский государственный архив древних актов
РГИА
- Российский государственный исторический архив
РО ТГИАМЗ - Рукописный отдел Тобольского государственного
историко-архитектурного музея-заповедника
ТГВ
- Тобольские губернские ведомости
ЦГИА РБ
- Центральный государственный исторический архив
Республики Башкортостан
Б. п.
- без пагинации
213
СОДЕРЖАНИЕ
Введение................................................................... ,........................................... 3
Глава 1. Устройство низовых судебных органов у сибирских
татар в XVTII-начале XX века................................................................... 14
1.1. Низовые судебные органы в XVIII-первой половине
XIX века................................................................................................ 17
1.2. Низовые судебные органы во второй половине
XIX-начале XX века............................................................................ 21
1.3. Мусульманское приходское духовенство и его роль
в судопроизводстве............................................................................. 48
1.4. Организация судопроизводства в сельской общине
сибирских татар в XVIII-начале XX века......................................... 60
Глава 2. Регулирование семейно-брачных отношений у
сибирских татар в XVIII-начале XX века................................................. 70
2.1. Брачное законодательство. Шариат..............................................
2.2. Брак........................................................................................................ 73
2.3. Развод................................................................................................. 87
2.4. Опека и попечительство...................................................................... 95
2.5. Наследственное право......................................................................... 99
2.6. Обычное право и шариат в регулировании взаимо­
отношений в семье............................................................................ 107
Глава 3. Регулирование хозяйственных вопросов у сибир­
ских татар в XVIII-начале XX века.......................................................... 115
3.1. Государственное регулирование землепользования.
Формы землепользования..............................................................
3.2. Регулирование землепользования в сибирско-татарской общине....................................................................................... 122
3.3. Хозяйственные сделки с земельными угодьями
136
Заключение....................................................................................................... 142
Библиографический список.............................................................................. 144
Неопубликованные источники..............................................................
Опубликованные источники.................................................................... 145
Литература..................................................................................................... 147
Приложения...................................................................................................... 151
Список сокращений.......................................................................................... 213
Тематический план выпуска
изданий СО РАН на 2011 г., № 118
Научное издание
Бакиева Гульсифа Такиюлловна
ОБЫЧАЙ И ЗАКОН.
ОЧЕРКИ ПРАВОВОЙ КУЛЬТУРЫ СИБИРСКИХ ТАТАР
В XVIII-НАЧАЛЕ XX ВЕКА
Утверждено к печати Ученым советом
Института проблем освоения Севера СО РАН
Редактор О.А. Кислова
Обработка фотоматериалов и оформление обложки Л.Н. Ким
Корректор В.В. Борисова
Компьютерная верстка Н.М. Райзвих
Бакиева Гульсифа Такиюлловна
Кандидат
исторических
наук,
старший
научный
сотрудник
Института
проблем
освоения
Севера СО РАН, преподаватель
Тобольского
индустриального
института.
Занимается
исто­
рией и этнографией сибирских
татар.
Основные
направления
исследований:
политическая
история,
правовая
культура,
сельская
община,
социальная
организация,
межэтнические
контакты,
традиционное
хо­
зяйство,
социально-демограпроцессы,
культура,
семейно-брачные
гендерные аспекты, вопросы религиоз­
фические
отношения,
ной жизни.
Автор более 70 научных публикаций, в том числе
двух монографий: «Сельская община тоболо-иртышских татар (XVIII-начало XX в.)» (2003), «Тоболоиртышские
татары
(историко-этнографические
очерки)» (2009).
E-mail: gulsifa-bakieva@yandex.ru
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
164
Размер файла
3 595 Кб
Теги
закон, культура, 214, татары, правовое, сибирский, обычаи, новосибирск, очерк, бакиева, 2011
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа