close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Валентин Саввич Пикуль

код для вставкиСкачать
Aвтор: Аверьянов А.В. Ноябрь/2005г.

План
1. Введение
1. История России - история семей.
2. А, ведь, Пикуля читают все!
2. Основная часть
1. Творческая биография началась с "Баязета".
2. Одна Родина, две России в романе "Слово и дело".
3. Роль "шпаги" и "пера" в Семилетней войне.
4. Двуплановый роман "Моонзунд".
5. И крейсера подобны людям.
6. Извечный конфликт чести и бесчестия.
7. Единство народа - залог мира.
3. Заключение
Патриотизм - основа творчества писателя.
Список используемой литературы.
История России - история семей.
"Гордиться славой своих предков не только можно, но и должно; не уважать оной есть постыдное малодушие..."- эти слова Пушкина можно поставить эпиграфом к любому из произведений, да и ко всему творчеству в целом писателя - патриота Валентина Саввича Пикуля. История Великой России показана им через историю семей. "Домашность" истории, ее "семейность" - отличительная черта многих его романов. Как мне кажется, история по Пикулю - это история людей, она не претендует на замену собой курса истории, но для нас, читателей, необходима. При всем разнообразии тем, сюжетов, стран и эпох, что представлены в двадцатитомном собрании его сочинений, все его книги объединяет, на мой взгляд, одно - писатель повествует чаще всего не о громких победах флота, не о величественном течении российской истории, а о наших горьких неудачах, нашей боли за многострадальную Отчизну, о наших трагедиях. Были времена, когда отечественная история не просто недооценивалась, но и объявлялась "вредной" в воспитании народа. А слово "патриотизм" считалось чуть ли не бранным. В родной истории некоторые видели лишь "зловонный омут" - грязь, деспотизм, эксплуатацию, отсталость. "Этические примеры, всякого рода "доблести", почерпывавшиеся из истории", особенно если они "совпадали с патриотизмом", напрочь, отвергались. Более того, русская история зачастую грубо извращалась, фальсифицировалась, ставилась "с ног на голову". Героические страницы ее, славные подвиги предков во имя Отечества принижались и осмеивались, деяния сомнительных личностей воспевались. А ведь история - могучий фактор воспитания осознанного патриотизма. Принижать свою историю, забывать ее - значит оплевывать могилы своих предков, боровшихся за родную русскую землю. Тема Родины в произведениях Пикуля- это прежде всего люди, для которых честь Родины дороже жизни, а также эта связь прошлого с современностью. Если человек говорит: " Я знаю историю", - это значит, что он знает и современность. Если же человек говорит: "Я знаю только современность", - это значит, что он не знает ни истории, ни современности.
А, ведь, Пикуля читают все!
В литературе Валентин Пикуль всю жизнь был гоним - в полном смысле этого слова: историки не признавали в нем коллегу, ибо он не имел "бумажки", дающей право таковым считаться, писатели не признавали его художественного дара, критики внушали читателям, что романы Пикуля - это второсортная литература. Они выглядели весьма внушительно по сравнению с горсткой единомышленников. Мнений о произведениях Пикуля много, но все их многообразие сводится к двум: его или безоговорочно принимают, или столь же безоговорочно отвергают. Например, Е. В. Анисимов в статье "Феномен Пикуля" - глазами истории отзывается о книгах Пикуля, как об анекдотическо - исковерканной истории России, считает, что его творчество наносит большой вред культуре. И, пытаясь оскорбить писателя, оскорбляет многих: "Романист интерпретирует отечественную историю так, как представляют ее самые невзыскательные любители развлекательных сюжетов. Он отвечает интересам тех, для кого прошлое нашего отечества - это не более чем молва, анекдот". А ведь Пикуля читают все! Его творчество разрушало существовавшие идеологические установки и рождало многозначные сопоставления с днем сегодняшним. А это авторам, обслуживающим официальную историю, было не по нраву! Вот и делали вид, что не замечают некоего беллетриста... И молчали!
Творческая биография началась с "Баязета".
Творческая биография В. Пикуля, как исторического романиста началась с Баязета, который вышел в 1961 году. Он посвящен событию русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Баязет не Шипка и не Плевна, но героическая оборона Баязета является одной из замечательных страниц русской военной истории. Действия русских войск под Баязетом не были сражениями на направлении главного удара, но русские солдаты и офицеры проявили на этом малозаметном участке Кавказского фронта исключи тельную стойкость, выдержку, самоотверженность и героизм. Толчком к написанию Баязет, по словам автора, послужило раскрытие Сергеем Смирновым страниц героической обороны Бреста в 1941 году. Автор нашел нечто схожее с подвигом защитников Бреста в боевом прошлом русского народа. Баязет - не Брест, и героев, подобных защитникам Брестской крепости, в нашей военной истории не было. Но подвиг наших прадедов, защищавших Баязет, остался бессмертен, и по накалу напряжения и подлинного мужества он в ту эпоху не знал себе равных! Лежащий у границ России многоплеменный, многоязычный восточный город Баязет. Турки и курды, армяне и персы, эмигранты из Чечни и Дагестана, русские сектанты - молокане - чья только речь не слышится на его кривых и грязных улочках! Как важному стратегическому пункту, Баязету, придают большое значение и русское и турецкое командование, - старинная цитадель открывает ворота в Армению. Поэтому русский воин должен выстоять: армянам угрожает смерть от кривого турецкого ятагана, резня и рабство грозят всему немусульманскому населению Кавказа. И русский солдат выдержал "сидение" в Баязете. Кто же они, эти забытые защитники Кавказа? Среди них Дениска Ожогин, отчаянный парень, весельчак и балагур, сам не знающий меру своей храбрости. Постный-искусный артиллерист, наводивший орудие даже после тяжелого ранения. Назар Минаевич Ватнин- есаул из донских казаков. Майор Потресов- многосемейный бедняк, мужественный и скромный. Штабс-капитан Юрий Тимофеевич Некрасов- из простых крестьян: умный и образованный, окончивший Академию генерального штаба, он был одним из тех немногочисленных русских офицеров, которые уже тогда искали и находили путь революционной борьбы. Мягкосердечный, честный, прямой и решительный инженер-прапорщик Федор фон Клюгенау, выходец из обрусевшей семьи и немецких баронов, он не боится взять на себя ответственность и расстрелять того, кого посчитал изменником отечества. Наконец, поручик второй сотни Умановского казачьего полка Андрей Карабанов, бывший кавалергард, человек запутанной личной судьбы, порывистый, энергичный воин-рыцарь, но глубоко несчастный, в чем-то даже ущербный. Таковы главные герои баязетского "сидения". А во главе гарнизона - полковник Никита Семенович Хвощинский, старый, заслуженный солдат, отчетливо сознающий, в чем состоит его воинский долг ... Баязетское "сидение" сразу обрело драматический характер, когда турки овладели городом и русский гарнизон был заперт в цитадели, совсем не приспособленной для сколько-нибудь длительной обороны. Турки разрушили водопровод, питавший крепость. Самым страшным испытанием стала жажда! Вылазки за водой в город стоили немалых жертв - многие "водоносы" пали под пулями. Курды завалили городской ручей трупами. Вода его кишела червями. Дождей, как назло, не было... Но ни голод, ни жажда, ни обстрелы, ни провокации - ничто не сломило мужества русских воинов. Попытка Пацевича поднять белый флаг вызвала взрыв негодования в гарнизоне Баязета. Они все вынесли, все выдержали и дождались подхода русской армии. Английский офицер, находившийся в ставке турецкого командования, говорил штабс-капитану Некрасову, спасенному молоканами: "То, что вы совершили здесь, в Баязете, бессмертно... Однако к какой области психологии вы прикажете отнести ваш подвиг- к области мужества или отупелого отчаяния?". На это он получил достойный ответ: " По-русски это будет называться самопожертвование. Это очень трудное слово, сэр, и вы не старайтесь его повторять".
Одна Родина, две России в романе "Слово и дело".
В своих произведениях Пикуль разрабатывает обычно те пласты минувшего, которые оставались до него или совсем не освещенными, или освещенными недостаточно, не только литературой, но и исторической наукой. И наиболее характерный пример тому- знаменитый роман "Слово и дело". Это пожалуй, вершинный роман В. Пикуля. В нем в наиболее яркой форме проявились особенности творческой манеры художника, его отношения к русской истории и русскому национальному характеру. Начав свое повествование с краткого царствования ПетраII, писатель расширяет картину происходящих событий, пока нам не открывается огромное, многоплановое полотно, географически охватывающее Петербург и Москву, Париж и Берлин, Казань и Ярославль, Курляндию и Урал, Крым и Север, а в своем "социальном разрезе" показывающее почти все слои тогдашнего русского общества. Что же мы видим на этом полотне? Кровопролитные бои крымских походов фельдмаршала Миниха и яростную борьбу аристократии за власть; "позолоченную (власть) грязь" придворной жизни и нищету и бесправие простого народа; темные подворотни воровских притонов и роскошные резиденции европейских послов... А над всем этим - мрачные фигуры "пришлых людей", насадивших в стране режим невиданного террора, и самой императрицы- Анны Иоановны, боящейся своего народа и ненавидящей его . С ее приходом к власти, по выражению историка В.О. Ключевского, иноземцы "посыпались в Россию", точно сор из дырявого мешка". Меня объял чужой народ,
В пучине я погряз глубокой...
Избавь меня от хищных рук
И от чужих народов власти. -
С горечью восклицал Михаил Ломоносов.
Бироны, Остерманы, Лейбманы, Левенвольд стали владыками России, возвестившими: "Все смерти лютой достойны!" И взметнулся над головами топор палача. Загуляли по спинам кнуты и плетки. Заскрипели дыбы в застенках тайной канцелярии. "И над великой Россией, страной храбрецов и сказочных витязей, какой уже год царствовал многобедственный страх". Страх, нищета, отчаяние, террор сковывали страну. И на фоне всего этого ужаса писатель раскрывает нам судьбы своих героев - судьбы поломанные, трагические, исковерканные. Князь Михаил Голицын, один из образованнейших людей своего времени, затравленный придворными и превращенный в жалкого шута; "высокоумная" Наташа Шереметьева - чистая, возвышенная девушка, проведшая лучшие свои годы в Березовском Остроге; беглый мужик Потап Сурядов, один из центральных персонажей книги, - все они жертвы своего времени. Но они же и его обвинители. Валентин Пикуль - не тот известный летописец, "добру и злу" внимавший "равнодушно". Он как бы живет вместе со своими героями, мучается, страдает, неистовствует, борется вместе с ними. Видимо, отсюда столь часто встречающиеся в его произведениях отступления и прямые публицистические выходы. "Слово и дело!" - по площадям. "Слово и дело!" - по кораблям. "Слово и дело!" - по кабакам... Бойся, человек русский. Возьмут тебя - и навеки пропал ты. Запись имени твоего в прах изведут, даже не узнать - куда сослан. Впредь только так и делали... Чтобы от человека следа не осталось. Будто его никогда не было на белом свете. Иногда же в мешок зашьют - и в воду. Или на болоте ногами затопчут - вглубь. Коли жена у тебя была - ее в одну сторону. Детишек - в другую. Раскидают семью по разным углам. Сколько же было их - Иванов, родства не помнящих! Сколько детей, от голода мутноглазых, бродило по околицам. "Подайте Христа ради," - пели они страдальчески. Роман "Слово и дело" - роман жестокий. Как жестока была и эпоха, в нем описанная. Но тем мощнее звучит в нем основной мотив - борьба русского человека с иноземными поработителями. Писателю удалось показать, что, как ни велики были тяготы террора, как ни ужасающе жестоки притеснения, они не смогли сломить необоримого стремления народа к свободе и национальной независимости. ( "А все равно народа русского вам к власти иноземной не приучить," - хрипит, вися на дыбе, своим мучителям В. П. Жолобов). Роман не вызывает ощущения безысходности. Напротив. Вместе с чувством боли и гнева картина того далекого времени вызывает и чувство гордости. Гордости за необъятные силы народа, за не сломленный дух его, за непоколебимую веру в себя. "В самые трагические моменты истории, - пишет В. Пикуль, - вдруг распрямились гигантские силы русской нации. Порождались ратоборцы и страстотерпцы, увлекая за собой народ мечом или словом." Именно к таким людям относится и главный герой книги Артемий Петрович Волынский, возглавивший борьбу против "бироновщины" и казненный в последний год царствования Анны Иоановны. Исторический Волынский - подлинное дитя своего века, один из "птенцов гнезда Петрова", этот человек целиком соткан из рискованных противоречий. Честолюбец и карьерист, каким мы его видим в начале повествования, Волынский начинает постепенно осознавать бедственное положение страны, стремится быть ей полезным. Начав борьбу с придворной камарильей, он собирает вокруг себя кружок близких ему по убеждениям, патриотически-настроенных людей. ("Мои любезные конфиденты" - так называется вторая книга романа.) Адмирал Ф. Соймонов, горный инженер Хрущов, архитектор Европкин, чиновник Мусин - Пушкин - это были патриоты, боровшиеся, как могли и как умели, с немецким правительством Анны Иоановны. Они видели всю гибельность для страны иноземного засилия и понимали необходимость национального единения ("Если бы мы, русские, меж собой любовь хранили и содержали, то ничего бы у нас иноземцы сделать не могли".) Вместе с ними Волынский пишет проект реформ, призванных обновить социальную и экономическую жизнь России, активно обличает царящие порядки. Не случайно имя Артемия Волынского стало символом русского патриота, идущего на плаху за честь России! Но их борьба - это борьба одиночек. И поэтому она обречена на неудачу. Освободить страну от иноземного засилья смогла другая Россия - "Россия трудов и подвигов, поисков и находок". И поэтому так ощутим всегда в его произведениях интерес к простому народу. Та Россия, в которой жили "долговязый парень - растяпа" - будущий гений русской науки Михайло Ломоносов и кузнец, "Черная гроза прозываемый", что "сделал крылья из проволоки, надевал их как рукава... летал тако", моряки - навигаторы, исследующие северные моря, и усатые гренадеры - ветераны, своим грозным молчанием внушавшие ужас коронованным особам. И когда настало время этой России, уже ничто не могло ей противостоять. Массовые волнения покатились по стране. В армии "солдаты на штыках прикончили почти всех иноземных офицеров, не желая более им, подчиняться. Два мощных людских потока прокатились по России: возвращались домой из Сибири ссыльные и спешно удирали на запад за рубежи люди пришлые..." Исторический роман - не историческая монография. От него нельзя требовать только того, что имеет место в источниках. Автор художественного произведения на историческую тему вправе отходить от документов, и в этом, как и в домыслах, упрекнуть его никто не может. Наконец, автор имеет законное право и на свою точку зрения, как и рецензент на свою, хотя бы и противоположную взглядам автора. Так, например, говоря о романе "Слово и дело", трудно согласиться с характеристикой Феофана Прокопьевича, Бирона, Миниха. Конечно, нельзя возразить Пикулю, утверждающему, что, будь на месте Бирона кто-либо другой этот предполагаемый фаворит Анны Иоановны вряд ли бы отличался от реального Бирона. Все это так, но это только предположение, а исторический Бирон - личность вполне реальная, и в истории, как и в народном творчестве, этот "каналья - курляндец" заслужил весьма нелестную характеристику.
Роль "шпаги" и "пера" в Семилетней войне.
Характернейшая черта романов В. Пикуля из истории России восемнадцатого века, как впрочем, и многих других произведений, - обостренный интерес писателя к перепитиям международной политической борьбы, к дипломатическим баталиям. Особенно зримо этот интерес проявился в романах "Пером и шпагой" и "Битва железных канцлеров", прямо названных писателем романами из истории русской дипломатии. В романе "Пером и шпагой" показано пробуждение России от кошмарного сна "бироновщины", ее укрепление и развитие, рост политического влияния в Европе. "Это было время расцвета русской науки и русских искусств, всюду основывались заводы, верфи, фабрики. По инициативе Ломоносова открылся первый в России университет в Москве, а на Неве распахнула двери Академия художеств, славный морской корпус выпускал в океан своих питомцев. Музы парили тогда над Невою, покрытой парусами торговых кораблей. После долгих лет унижений и кабалы иноземной русские люди словно торопились доказать всему миру, что
может собственных Платонов
и быстрых разумом Невтонов
Российская Земля рождать!
Но рядом развивалась и окрепла Пруссия, быстро вооружавшаяся и оглядывающая соседние страны алчущим взглядом агрессора. Мощная, вставшая под ружье Пруссия, возглавляемая талантливым государственным деятелем и полководцем королем Фридрихом Вторым, наводила на Европу ужас. Политика прочно опиралась на штыки, а ноты дипломатов весомо подкреплялись пушечными залпами. Роман "Пером и шпагой" посвящен эпохе Семилетней войны, кропотливой работе дипломатов, наступательному порыву русских армий. В ходе кровавой тяжбы столкнулись скрестив отточенные мечи, не только две армии, а скорее - две военные доктрины, две стратегии. Русская регулярная национальная армия была не шкалою дрессировки солдата - в ней формировалось полководческое искусство Румянцева и Суворова. Противником этой армии являлась армия Фридриха Второго, в значительной мере составленная из наемников, набранных различными способами, и эти "волонтеры" иногда больше боялись палки капрала, чем штыка противника.
В. Пикуль, что вообще характерно для всего творчества, как бы перебрасывает мост из эпохи в эпоху: от колыбели прусского милитаризма к апогею военщины - гитлеризму. На страницах романа "Пером и шпагой" мы видим цепь блистательных викторий русского оружия, одержанных в период Семилетней войны, - Цорндорф, Пальциг, Кунерсдорф и взятие Берлина. Яркое описание этих славных баталий основано на глубоком изучении В. Пикулем исторических материалов о ходе военных действий. Особенно удачна и выразительна характеристика, данная автором Петру Семеновичу Салтыкову, командовавшему русской армией в 1759 году. "Салтыков, - сказано в романе, - в нашей стране не знаменит, но он признан нашей страной... В Великую Отечественную войну мы о Салтыкове помнили, ибо за этим старичком вырастал призрак Берлина!" В романе рисуется подробная и красочная картина европейской жизни, на основе большого фактического материала раскрываются политические цели и стремления тех или иных государств, значительное место отводится описанию военных действий, показу наиболее крупных сражений. Ведомая Фридрихом, Пруссия покоряла одну страну за другой, молниеносными ударами разбивая их армии. Но вот на ее пути встала Россия, и ход войны изменился. "Русский человек, отлично снабженный отечественным оружием, с боями прошел до Берлина, учинив Фридриху разгром небывалый. Восточная Пруссия была при Елизавете обращена в обычную русскую провинцию, а в Кенигсберге, этом старинном славянском Кролевце, воссел русский губернатор..." Это - "шпага". Теперь - о "пере". "Перо" - это дипломатия. Явная и тайная. Ее детищем было пресловутое "завещание Петра Великого". Подложное завещание Петра ставило своей целью внушать государствам и государям, странам и народам страх перед непрерывно возрастающей мощью России, якобы стремящейся к установлению Мирового господства. Рожденный в восемнадцатом столетии, этот фальшивый документ был использован в борьбе с Россией Наполеоном Первым в годы нашествия "двунадесяти языков" и Наполеоном Третьим в годы Крымской войны, его цитировал Геббельс в день нападения на Советский Союз.
Двуплановый роман "Моонзунд".
Тема подвигов нашего флота - одна из ведущих в творчестве В. Пикуля. Ей посвящено семь его романов, в них особенно наглядно и выпукло проявилась столь сильно всегда волнующая писателя мысль о воинском долге и воинской чести. В канве событий предшествующих Великой Октябрьской социалистической революции, немаловажную роль следует отвести боевым действиям на Балтике в 1915 - 1917 годы. Этим роковым событиям В. Пикуль посвятил свой роман "Моонзунд", выпущенный в 1973 году. Вся книга построена на картинах борьбы двух враждующих флотов, на отваге и доблести славных балтийцев. Роман двуплановый. В центре внимания автора матросские кубрики и офицерские каюты. Если в царской армии существовала полоса отчуждения между офицерами и матросами, среди которых было немало потомственных пролетариев, зияла пропасть. Поэтому на Балтийском флоте вызревали сразу два заговора - один, революционный, зарождался в матросской гуще, в железных недрах корабельных "низов", другой, реакционный, исходил из кают - компаний. В. Пикуль сумел верно отразить накал бурного нарастания революционных событий на Балтике. Бунт на "Гангуте" возник, казалось бы, из пустяка - вместо макарон после угольной нагрузки в кубрики выдали ячневую кашу, но этот "пустяк" уже предвещал грядущие события всесокрушающего времени... В романе приведен эпизод - факт. Однажды, после удачной стрельбы по целевым щитам, адмирал Эссен спросил матроса корректировавшего стрельбу: "Как зовут?" - "Павел Дыбенко", - "Так вот что я тебе скажу: или ты у меня в тюрьме насидишься. Или... быть тебе на моем месте!" "Эссен не пророк но перед смертью напророчил удачно", завершает эпизод В. Пикуль. В романе "Моонзунд" точно выписаны образы офицеров - мордобойцев, будущих корниловцев, и, с другой стороны, им противопоставлены рыцари чести, отважные и умные специалисты старого флота. С особой любовью автор прослеживает судьбу лейтенанта Сергея Артеньева (прототип этого героя - Николай Сергеевич Бартенев), честного, принципиального офицера, никогда не заигрывавшего с матросами под "брата - демократа", неуклонного в требованиях корабельной дисциплины. Артеньев крут - он заставил покончить с собой командира "Новика" фон Дена, который на подходе к минной банке Штольпе сделал попытку сдать "Новик" противнику. Позже, в грозный канун Октября, лейтенант Артеньев организовал оборону Цереля, а когда сопротивление врагу стало невозможным, взорвал мощные батареи и пороховые погреба. В плену, в ответ на требование о подписании им капитуляции, Артеньев сказал: "Вам осталась только взорванная земля и десяток израненных человек из гарнизона - разве же это капитуляция?..." А когда немцы приказали "всем большевикам налево", вслед за матросами шагнул налево и Артеньев... Именно о таких офицерах старой армии М. И. Калинин писал, что "...в ней постоянно имелась прослойка, выделявшая искренних патриотов и талантливых полководцев, которые честно служили родине и наперекор давлению сверху, улучшали боевое качество армии, поднимая ее авторитет на полях сражений".
И крейсера подобны людям.
Достойно внимания, что корабли в романах В. Пикуля как бы оживают. С большим чувством нежной любви автор выписывает судьбы носителей легендарных имен - таких, как старый броненосец "Слава", новейший дредноут "Гангут" (будущий линкор Октябрьская Революция"), канонерская лодка "Сивуч", знаменитый эсминец "Новик", однотипный с ним "Забияка" (в советском флоте - "Урицкий"), подводная лодка "Волк" и другие. От кораблей В. Пикуля исходит внутреннее тепло - почти человеческое...Так и в "Крейсерах" боевые корабли в буквальном смысле очеловечиваются писателем. Они живут вместе с людьми, испытывают боль, как и люди, и, как люди, умирают. Вот показывает В. Пикуль мирную жизнь крейсера, который "качнула волна. Он вздрогнул, словно человек в дремоте, жалобно звякнули в его клюзах якорные цепи, на которых с вечера устроились ночевать громадные крабы. "Рюрик" снова притих, будто засыпая. В его железных артериях тихо пульсировала остывающая кровь технических масел и пара. Крейсер спал, и спали люди этого крейсера..." А вот крейсера в бою. "Массы железа перемещались с движением орудийных стволов, масса железа быстро уменьшалась с количеством залпов, масса железа раскалялась докрасна и потом остывала - на все это магнитные компасы реагировали скачками катушек, будто их стрелки посходили с ума от ужаса". Здесь нет уже теплоты предыдущего описания. Как, впрочем, нет этой теплоты и в самом человеке, действующем во время боя почти автоматически, как машина, лишенная нервов и чувств. Ну и конечно же так написать мог только участник и очевидец, и только большой художник.
Извечный конфликт чести и бесчестия.
Через героев автор показывает свое отношение к войне, когда в "Крейсерах" мичман Щепотьев, ссылаясь на авторитет Л. Толстого, заведет разговор в кают - компании "Рюрика" о том, что любая война "не вызывает в нем ничего, кроме отвращения", и будет сокрушаться по поводу "оглупления народов ложным чувством дурацкого патриотизма", то он, подвергнутый всеобщей абструкции, вынужден застрелиться. Как бы выражая мысли самого писателя по этому поводу, один из его героев скажет: "Война всегда была противна человеческой природе, но патриотизм никогда ей противен не был". А другой добавит: "Для военных людей всегда останется насущен коварный вопрос": Ради чего мы живем? Нас превосходно одевают, отлично кормят, нам воздают почести ...за что?...В час роковой битвы мы обязаны расплатиться с Россией... Именно в момент боя мы обязаны отдать Родине самих себя - до последней капли крови. И даже тот последний глоток соленой воды, что завершит нашу жизнь , мы должны принять от судьбы как наше святое причастие..." И эти слова выражают саму суть отношений героев В. Пикуля к воинскому долгу , к Родине. И в "час роковой битвы", в жестокие и страшные мгновения морских сражений, когда "смерть уродовала всех подряд, не разбирая чинов и титулов", когда людей " разрывало на куски, они сгорали заживо в нижних отсеках, обваривались паром и кипятком", офицеры и матросы нашего флота - и в Отечественную, и в гражданскую войну, и ранее - мужественно принимали от судьбы эти испытания, высоким подвигом, подтверждая высоту своих слов. Главный герой романа " Крейсера" мичман Панафидин Ю.Н., восторженно - романтичен, житейски неопытен, во многом наивен, что, впрочем, нисколько не мешает ему честно выполнять свой офицерский долг, до конца сражаясь с неприятелем, а затем сохранить стойкость в японском плену. Но он полностью беспомощен в той карьеристской и чиновной среде, в которой вольготно чувствуют себя негодяи, вроде труса и приспособленца Житецкого. Конфликт между ними неизбежен. И дело здесь не в конкретном поводе, и не в стечении обстоятельств, а в полной нравственной противоположности этих персонажей. И когда Панафидин потребует у Житецкого снять ордена - это пусть наивное и импульсивное, но вполне естественное стремление к справедливости. Да, конфликт между ними неизбежен. И вполне закономерно, что жертвой этого конфликта становится именно Панафидин, убитый Житецким на дуэли. Интересная и важная деталь: падающий Панафидин успевает увидеть флагманский крейсер: "Россия", - прошептали губы мертвея". Слово Россия здесь не случайно и глубоко символично. Оно как бы освещает собою и последние минуты мичмана, и всю его такую недолгую жизнь. А в кармане его мундира нашли выписку: "Россия безразлична к жизни человека и к течению времени. Она безмолвна. Она вечна. Она несокрушима...". Лучшее, что было в старом флоте и что на новой социальной основе закономерно воспринято флотом советским, - глубочайший патриотизм, беззаветное мужество, высочайший профессионализм, передающийся из века в век, из поколения в поколение традиций, - для Пикуля бесспорно и больше того, принципиально. Как принципиально для него и категорическое неприятие трусости, лицемерия, лжи и пацифизма.
Единство народа - залог мира.
Валентин Савич Пикуль с уважением относился к людям, избравшим делом своей жизни воинскую службу, - к офицерам. И это уважение пытался, как мог, выразить в произведениях. В книге "Честь имею" Пикуль рассказал, как отреагировало "общество" на поражение Русской армии в войне 1904 - 1905 годов. Офицеров встретили с презрением. Многие военные стыдились тогда носить мундир, стараясь в людных местах появляться только в штатском. Главный герой романа мучительно терзался сомнениями: " Не стала ли русская армия зеркалом того упадка, морального и политического, который разъедает нынешнюю Россию?" Вчерашний поручик корпуса пограничной стражи, он, собираясь поступать в Академию Генштаба, умом понимал, что без армии ни одно государство существовать просто не может. Но, с другой стороны, апеллировавшие эмоциям, петербургские приятели смущали его риторическими вопросами: " Так стоит ли тебе вставать под знамена, поруганные врагом и обреченные в народе?" Не просто было поручику в этих обстоятельствах сделать свой выбор. Он знал о причинах поражения армии в войне с Японией и видел необходимость политических и военных реформ. А для этого нужны были совершенно новые кадры и формы управления армейским организмом. В это бурное время, вызванное поражением царизма на Дальнем Востоке, как считал герой Пикуля, "для патриотов все наше прошлое, все настоящее и все будущее воплотилось в одном великом и всеобъемлющем слове - Россия!". Это и определило его выбор - служить России. Через восприятие своего героя писатель попытался отразить истинные причины возникновения Первой Мировой войны и осветить многие ее запутанные страницы, воскреся, например, правду о гибели армии Самсонова. Хотя с художественной точки зрения это не во всем, надо признать ему удалось. Временами автор настолько оказывается увлеченным подробным и детальным описанием тех или иных событий, что надолго забывает о своем герое, а многостраничные исторические справки лишают произведение необходимой динамики. Думаю, это оттого, что писатель во многом отталкивается не от человеческих судеб, а от конкретных исторических фактов. Автор достаточно полно раскрыл свое понимание офицерского характера и офицерской чести. Герой, от лица которого ведется повествование, - это интеллектуал, лучшие качества которого сформировались задолго до поступления в Академию. Основой личности, закладываемой в семье и в какой - то степени в гимназии, был интерес к прошлому своего рода и всей страны. Именно семья пробуждала патриотические чувства, воспитывала уважительные отношения к армии. Академия с ее суровыми порядками только расширяла и углубляла кругозор офицеров, требуя во всем основательности и умения принимать самостоятельные решения. Парадокс судьбы героя Пикуля в том, что по-своему профилю он оказался похож на Наполеона, но характером резко от него отличался: "двойник" Наполеона, дав согласие служить в разведке, сразу обрекал себя на безвестность. Они расходились и в понимании офицерской чести. Герой Пикуля служил не ради почести - ради Отечества. Через многие годы, задумав написать свою исповедь, он скажет: "Но пусть мое имя останется неизвестным в народе. Очевидно, так надо. Мы едим хлеб насущный, никогда не спрашивая: кто этот хлеб посеял, кто собрал его с наших полей?" В этом характерное проявление жертвенности российского офицера. Да возвеличится Россия
Да сгинут наши имена! -
Таков был девиз офицера российского Генштаба. Гордость за свой род отличает героя романа "Честь имею". Так вышло, что в самом герое слились воедино кровь русского и сербского народов. Но он никогда не стыдился этого. "Я всегда был горд за своих родичей, - признавался он. - Первые песни, которые я слышал, были "лазарицы" матери, в которых не слышалось слов о любви и радости, зато всегда воспевались народные герои, павшие в битвах". Поражение сербов на Косовом поле в конце четырнадцатого века было так же близко его сердцу, как и победа русичей на поле Куликовом. Не случайно герой Пикуля постоянно видел себя на Балканах. Но праздным туристом и не указчиком, как кому жить. В его мечтах с юных лет было заложено стремление к славянскому союзу, к единству всех славян. Роман " Честь имею" построен на сопоставлениях германофильских идей и размышлений о судьбах славянства. Но ключом к пониманию сути этих сопоставлений является тот эпизод исповеди героя, в котором он вспоминает себя в роли агента разведки российского Генштаба в Германии. " Здесь я должен сознаться, что никакой вражды к немцам как к людям никогда не испытывал. Мало того, мне часто приходили в голову слова Руссо: "Война не есть отношение человека к человеку, а лишь отношение государства к государству. Государство не может иметь врагами отдельных лиц, а только само государство же!" Живя среди немцев, сам, выдавая себя за немца, я не ненавидел их, а лишь боролся с немецким государством, в потаенных недрах которого уже вызревали опасные бациллы, будущих войн с их опасной доктриной молниеносных "блицкригов". Впрочем, автор отнюдь не идеализирует отношения в славянском мире. Междоусобицы мешали, например, сплочению народов Сербии, Боснии, Герцеговины, Хорватии, Словении, Черногории и других славянских территорий и созданию обширного государства славян, каким позже стала Югославия. В романе многие события отражены с разных точек зрения. Автор дает слово и выразителям славянских интересов, и их противникам. Различные мнения сопоставляет и герой писателя. Это не просто его профессиональный интерес. Уже во время Великой Отечественной войны, по роду службы столкнувшись с пленным немецким военачальником Паулюсом, он скажет: "Кто забывает прошлое, тот остается без будущего. Наконец... если на войну смотреть лишь своими глазами, получим любительскую фотографию, но, глянув на войну глазами противника, мы получим отличный рентгеновский снимок". Первая мировая война заставила все партии и общественные формирования переосмыслить свои взгляды на будущее мира. Стало ясно: без единства внутри нации прочный мир невозможен, что позже подтвердила, кстати, и Вторая Мировая война. Это и определило путь героя. "Я всегда был очень далек от политики, - признавался он под закат своей военной карьеры, - не вникал в социальные распри, не уповал на грядущее благо революции, но, смею думать, что именно любовь к Отчизне и к справедливости ее народных заветов повела меня туда, где я должен быть, и не кому - нибудь, а именно мне, бездомному бродяге, пусть выпадет то, что я обязан принять с чистым сердцем...". Патриотизм - основа творчества писателя.
Я считаю, что патриотическая линия - главная в творчестве Пикуля, убежденного, что "надо учить народ положительным примером". Именно она - то, в сплаве с огромным историческим материалом, художественным мастерством, и привлекает нас, читателя. В изображении хорошо знакомых по литературе событий Пикуль умеет находить свой угол зрения на них, привлекая малоизвестные источники, сопоставляя выпавшие из поля зрения исследователей факты. Он пишет о том, как временами было уж очень трудно, невыносимо трудно, когда нелепости громоздились одна на другую, когда царило поголовное предательство, и поражение было бы неминуемо, если бы не дух русского народа, не великая сила нашего национального патриотизма, не бесконечная любовь к многострадальной Родине. Работая над исторической тематикой, писатель все дальше и дальше проникает вглубь веков. Его книги о прошлом помогают нам сегодня лучше понять нашу Родину, ее историческое место и роль. "Исторический роман воспитывает человека в духе осмысленного патриотизма". Сегодня нельзя быть патриотом, не опираясь при этом на богатейшее наследство наших предков. Знание прошлого Отечества делает человека богаче духом, тверже характером и сильнее разумом. История воспитывает в нем "чувство национальной гордости". В далеком и недавнем прошлом нашего Отечества писатель всегда находил прекрасный и убедительный материал, служащий важному делу воспитания национального патриотизма. ПЛАН
I Введение
1. История России - история семей 2-3
2. А, ведь, Пикуля читают все! 3-4
II Основная часть.
1. Творческая биография началась с "Баязета". 4-7
2. Одна Родина, две России в романе "Слово и дело" 8-13
3. Роль "шпаги" и "пера" в Семилетней войне. 14-17
4. Двуплановый роман "Моонзунд". 17-19
5. И крейсера подобны людям. 20-21
6. Извечный конфликт чести и бесчестия. 21-23
7. Единство народа - залог мира. 24-29
III Заключение
1. Патриотизм - основа творчества писателя. 29-30
2. Список используемой литературы. 31
2
Документ
Категория
Литература, Лингвистика
Просмотров
33
Размер файла
110 Кб
Теги
рефераты
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа