close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Г.К.Жуков в битве за Москву

код для вставкиСкачать
Aвтор: Еремеева Ольга Викторовна Московский городской педагогический университет, 1999 год, Островский Н.М., преп. "отл"
 МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
(с) 1999. Еремеева Ольга Викторовна
Г.К.Жуков в битве за Москву
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА I. Г.К.Жуков в ходе оборонительного этапа Московской битвы
1. План операции "Тайфун"
2. Назначение Г.К.Жукова командующим Западного фронта и его пер-
вые действия
3. Г.К.Жуков на втором этапе обороны
ГЛАВА II. Г.К.Жуков в период контрнаступления под Москвой
1. Роль Г.К.Жукова в разработке плана контрнаступления и на его
начальном этапе
2. Полководческий почерк Г.К.Жукова в ходе битвы за Москву
3 Послевоенные оценки Г.К.Жукова и других полководцев Московской
битвы
ГЛАВА III. Новейшая историография о роли и месте Г.К.Жукова в Великой
Отечественной войне
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ПРИМЕЧАНИЯ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ
----------------------------------------------------------------------
ВВЕДЕНИЕ
Суворов, Кутузов и Жуков Спасали
Росию не раз. Нужна полководцев на-
ука В тревожный для Родины час. Мы
чтим их, и дети, и внуки - Героев
святых имена. Суворов, Кутузов и
Жуков. Как звезды - на все времена.
В.Трубицын.
За свою многовековую историю Российское государство неоднократно подвергалось агрессии. Русскому народу много раз приходилось с оружием в руках вести жестокие, и, подчас неравные сражения, в которых проявили свое полководческое искусство Александр Невский, Дмитрий Донской, Петр Первый, Александр Суворов, Михаил Кутузов. Их имена бережно хранятся в памяти поколений. В XX веке к ним добавились имена полководцев Великой Отечественной войны - Г.К.Жуков, А.М.Василевский, И.С.Конев, Р.Я.Малиновский, К.К.Рокоссовский, С.К.Тимошенко, и многие другие.
За четырехлетний период борьбы советского народа против германской агрессии произошло не одно сражение. Едва ли не самой важной по своим последствиям для хода войны, великая по своему масштабу и значению является Московская битва. В результате сражения под Москвой весте с поражением немецких войск потерпели крах и стратегические планы гитлеровского командования о "молниеносной войне" против СССР, т.е. план "Барбаросса". Германия была поставлена перед необходимостью ведения затяжной войны, к которой она была не готова. Со всеми важнейшими стратегическими операциями советских войск в ходе Великой Отечественной войны неразрывно связано имя Георгия Константиновича Жукова. "Там, где Жуков, там Победа". Эта фраза родилась в советской армии во время Московской битвы, стала крылатой и жила среди бойцов до последних дней войны. И это действительно было так. Летом 1941 г. он организует первую крупную и успешную контрнаступательную операцию советских войск под Ельней, в критической обстановке сентября заменяет не справившегося с организацией обороны Ленинграда К.Е.Ворошилова и налаживает оборону города, в октябре отзывается Сталиным в Москву и организует оборону Москвы, а затеи и контрнаступление советских войск, приведшее к разгрому немецкой группы армий "Центр". Г.К.Жуков был одним из разработчиков плана контрнаступления под Сталинградом, операции на Курской дуге. Он же заменил раненого генерала армии Н.Ф.Ватутина и вступил в командование 1-м Украинским фронтом в марте 1944 г. Наконец, в ноябре 1944 г. И.В.Сталин назначает его командующим 1-м Белорусским фронтом, которому предстояло выйти на Берлин, и именно его войска водрузили знамя Победы над рейхстагом. Г.К.Жуков принимал капитуляцию Германии в ночь с 8 на 9 мая 1945 г., а также знаменитый парад Победы 24 июня 1945 г. на Красной площади.
В связи с недавним 100-летием со дня рождения маршала Г.К.Жукова (1996 г. ) и 55-летием победы над Германией возрос интерес к личности великого полководца. В его честь создают музеи и памятники, чеканят монеты, учреждают фонды, стипендии, спортивные кубки, орден и медаль, печатают марки с его именем, называют его именем улицы.
ЦЕЛЬЮ нашей работы является рассмотреть и оценить вклад Г.К.Жукова в разгром немецких войск под Москвой осенью 1941 - зимой 1942 г. Действительно ли роль Г.К.Жукова в достигнутой нашим народом победе столь велика, что его имя выделяют из числа других военачальников, зачисляя на его счет победы советских войск и умалчивая о неудачах и поражениях?
В соответствии с поставленной целью нами определены задачи исследования:
- проанализировать и обобщить накопленный в науке материал по проблеме роли Г.К.Жукова в Московской битве;
- рассмотреть действия полководца в период обороны Москвы;
- рассмотреть руководство Г.К.Жуковым советскими войсками в наступательный период битвы и его вклад в дальнейшее развитие хода войны; - используя новейшую историографию, дать характеристику полководческого почерка Г.К.Жукова.
О Маршале Советского Союза Г.К.Жукове опубликовано огромное количество книг и статей. Тем не менее нельзя сказать, что его роль в достижении победы всегда исследовалась объективно. Известно, что вскоре после войны И.В.Сталин подверг маршала опале, и до 1952 г. он служил далеко от Москвы. Во время так называемой "оттепели" он недолгое время занимал пост министра обороны, однако Н.С.Хрущев счел нужным вновь отстранить его от активной общественной деятельности. В изданном в этот период фундаментальном исследовании "Великая Отечественная война советского народа 1941 - 1945 гг" имя Г.К.Жукова встречается крайне редко. В историческом очерке о Московской битве, изданном в 1961 г., имя Г.К.Жукова, командующего Западным фронтом, упоминается всего два раза и то в связи с незначительными моментами исследования (1). Участие и вклад Г.К.Жукова в ход не только битвы за столицу, но и всей войны не было оценено, таким образом, по достоинству. Только после выхода в свет первого издания мемуаров Г.К.Жукова "Воспоминания и размышления" его роль и полководческий почерк в период войны становятся предметом исследования историков и всех интересующихся историей войны.
По нашему мнению, отечественную историографию Великой Отечественной войны, в том числе и историографию, посвященную Московской битве, можно условно разделить на два периода. Первый период - советский - длится с окончания войны до наступления так называемой гласности (1985-87 гг.). Для советской историографии Великой Отечественной войны (особенно в период до начала 60-х гг.) была характерно отсутствие широких дискуссий. Помимо политико-идеологических обстоятельств, это было обусловлено сравнительной узостью источниковедческой базы, на которую могли опираться исследователи. Значительное число архивных материалов оставались закрытыми - прежде всего это касается документов высших органов государственного и военного руководства. Западные историки в этом отношении имели преимущество, так как могли свободно пользоваться германскими архивными материалами, которые после войны оказались в руках американцев и на коммерческой основе стали предоставляться всем желающим. Отечественные же историки получали право частичного доступа к засекреченным архивным материалам при разработке больших официальных трудов, таких как шеститомная "История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941-1945 гг", изданной в первой половине 60-х гг. В остальных же случаях доступ ограничивался в основном локальными материалами, раскрывающими боевую деятельность отдельных частей и соединений. Внутри этого периода развития отечественной историографии можно также выделить несколько этапов, различие между которыми было обусловлено главным образом изменениями курса КПСС в связи со сменой лидеров партии, а также новыми акцентами в изучении тех или иных проблем войны. К концу 80-х годов была опубликована весьма незначительная часть документов. В основном это материалы, раскрывающие трудовой и ратный подвиг советского народа, преступления фашистов, боевые действия Красной Армии оперативно-тактического масштаба. Что же касается документов высших органов государственного, военно-политического и стратегического руководства, то они в советское время практически не издавались. Лишь по комментариям в научной литературе и воспоминаниям возможно было знакомство широкого круга читателей с постановлениями ГКО, директивами и приказами военных советов стратегических направлений, фронтов, флотов, отдельных армий, приказами наркомов обороны и ВМФ, главного политического управления РККА и ВМФ.
С конца 80-х годов в отечественной историографии Великой Отечественной войны начался новый этап, который характеризуется введением в научный оборот недоступных ранее широкому кругу исследователей документов. Публикация важнейших из них (2) помогла историкам по-новому осветить многие проблемы, дать более объективное документальное изложение событий Великой Отечественной войны, устранить некоторые из так называемых белых пятен в ее изучении. Оживилась творческая мысль ученых-историков, на страницах печатных изданий нередки публикации дискуссионного характера, вызывающие интерес и у неспециалистов. Можно сказать, что в наше представление о событиях Великой Отечественной войны вносятся в настоящее время существенные коррективы.
В последнее десятилетие появилась целая серия публикаций, в которых отечественные и зарубежные авторы поставили задачу раскрыть новые или малоизвестные стороны военной биографии маршала, а также отразить его деятельность в годы войны с учетом рассекреченных в этот период документов (3). В открытой печати стали появляться рассекреченные документы и материалы, недоступные ранее не только широкому кругу читателей, но и специалистам-историкам. Особый интерес для нас представляет сборник под названием "Г.К.Жуков в битве под Москвой" (4), куда включены приказы, записи переговоров, директивы, письма и другие материалы, отражающие боевую деятельность генерала Г.К.Жукова в битве за Москву с 30 сентября 1941 по 20 апреля 1942 г. Подлинники большинства этих документов хранятся в Центральном Архиве Министерства Обороны РФ (ЦАМО РФ) и опубликованы впервые. Также необходимо назвать сборник "Битва за столицу", содержащий документы советского и немецкого командования, на основе которых можно воссоздать объективную картину подготовки и хода боевых действий в период Московской битвы. В сборнике использованы закрытые ранее архивные фонды Ставки Верховного Главнокомандования, фронтов, объединений и соединений, участвовавших в битве под Москвой, а также трофейного фонда, содержащего трофейные документы группы армий "Центр". Сборник состоит из двух томов: в первый том вошли документы периода оборонительной операции и контрнаступления; во второй - общего наступления советских войск на Западном направлении (5).
Документы и материалы, отражающие работу Ставки Верховного Главнокомандования, членом которой был Г.К.Жуков, опубликованы в серии "Русский Архив". Пятнадцатый том этой серии посвящен боевым действиям в период обороны и контрнаступления в ходе битвы за Москву, причем содержит не только отечественные документы (Ставки ВГК и Генштаба), но и трофейные документы Верховного Главнокомандования Вооруженных сил Германии (ОКВ), главного командования сухопутных войск (ОКХ) и группы армий "Центр" (6).
Все названные сборники документов и материалов составлены благодаря сотрудничеству Института военной истории Министерства Обороны РФ, Историко-архивному военно-мемориальному центру Генерального штаба Вооруженных сил РФ, Московскому городскому объединению архивов и Центральному архиву Министерства Обороны РФ.
Для исследователей полководческого почерка Г.К.Жукова большое значение имеет мемуарная литература. Воспоминания непосредственных участников войны, родственников, друзей и знакомых Маршала позволяют воссоздать характерные черты личности Г.К.Жукова - полководца и человека, передать напряженность сражений, ярко и образно описать драматические страницы Московской битвы. Особняком в списке литературы стоят мемуары
самого Георгия Константиновича - книга "Воспоминания и размышления", выдержавшая к настоящему времени уже 12 изданий, а также опубликованные в "Военно-историческом журнале" военно-исторические очерки, посвященные Московской битве (7). Кроме того, необходимо назвать воспоминания других известных советских военачальников - И.Х.Баграмяна, А.П.Белобородова, А.М.Василевского, М.Е.Катукова, Д.Д.Лелюшенко, К.К.Рокоссовского и других, в которых немало страниц уделено истории Московской битвы, а также Г.К.Жукову как непосредственному начальнику многих мемуаристов (8). Интерес представляют также воспоминания о Маршале тех, кто прошел с ним дорогами войны, встречался на фронте, служил под его началом в мирные годы, воспоминания его родных и близких, друзей (9). Истории Московской битвы посвящены как отдельные главы и разделы в коллективных трудах отечественных и зарубежных историков, изданных в СССР и за рубежом, так и значительное число специально посвященных Г.К.Жукову книг и монографий (10). В этих работах рассматривается не только полководческая деятельность Г.К.Жукова, но и его человеческие качества. Особенно ценной представляется информация о жизни Г.К.Жукова в послевоенные годы, в период, когда он находился в опале. Авторы многих работ стараются исследовать взаимоотношения Г.К.Жукова с И.В.Сталиным и другими руководителями нашего государства в те годы, подчиненными ему командирами, а также с родными и близкими ему людьми. Помимо монографий в последние годы в периодических изданиях появилось значительное число статей, авторы которых, военные историки, пытались дать характеристику Г.К.Жукову как полководцу (11).
Особняком в ряду публикаций о Г.К.Жукове стоят две брошюры докторов исторических наук А.Н. и Л.А.Мерцаловых: "Г.К.Жуков: новое прочтение или старый миф", "Иной Жуков". Лейтмотивом обеих работ является критика действий Маршала в годы Великой Отечественной войны, развенчание его полководческого таланта. В своих работах они сосредоточивают внимание на негативных моментах истории, которые до сих пор не были
освещены. Мерцаловы заявляют, что в отечественной историографии до сих пор умалчивается о всем негативном "в биографии маршала - от его весомой ответственности за поражения 1941 года до грубых просчетов, приведших к жестоким потерям в Берлинской операции", а общие достижения Советской Армии приписывают одному Г.К.Жукову ("выиграл войну", "спас войну и Ленинград"). Оценивая деятельность Г.К.Жукова, Мерцаловы называют его "правой военной рукой Сталина", полагая, очевидно, что подобная характеристика умаляет достоинство маршала (12). Ценную информацию и свой взгляд на событий Московской битвы предоставляют западногерманские историки и мемуаристы, многие из работ которых опубликованы в последние годы на русском языке. В частности, К.Рейнгардт на основе документального материала из военного архива ФРГ пытается раскрыть причины провала гитлеровского плана "молниеносной войны" (13). Воспоминания о Московской битве оставили начальник штаба 4-й армии генерал Г.Блюментрит и командующий 2-й танковой группой генерал- полковник Г.Гудериан (14). В отечественной историографии существуют некоторые разногласия относительно периодизации Московской битвы. Что касается даты ее начала - 30 сентября 1941 г., то здесь сомнений нет, а вот относительно даты окончания битвы у историков появляются расхождения. Одни полагают, что битва закончилась тогда, когда закончилось контрнаступление советских войск непосредственно на Московском направлении, т.е. 7 января 1942 г. Другие считают, что окончанием Московской битвы следует считать окончание контрнаступления на Западном направлении, которое осуществлялось в ходе общего наступления РККА на советско-германском фронте, т.е. до 20 апреля 1942 г. В данной работе Московская битва рассматривается в период с 30 сентября 1941 г. по 20 апреля 1942 - в тот период, когда командующим Западного направления в ходе общего контрнаступления советских войск был Г.К.Жуков.
Отечественные историки выделяют несколько этапов сражения под Москвой:
I. 30 сентября 1941 - 5 декабря 1941 г. - оборона столицы: советские войска отражали удары немецко-фашистских войск на Москву, в результате чего сорвали план противника по захвату столицы и создали условия для перехода в контрнаступление.
II. 5-6 декабря 1941 - 7 января 1942 гг. - контрнаступление: советские войска нанесли противнику крупное поражение и отбросили его войска от Москвы.
III. 8 января 1941 г. - 20 апреля 1942 г. - общее наступление Красной Армии на советско-германском фронте. В соответствии с поставленными задачами данная работа разделена на следующие главы: 1. Г.К.Жуков в ходе оборонительного этапа Московской битвы; 2. Г.К.Жуков в период контрнаступления под Москвой; 3. Характеристика Г.К.Жукова как полководца.
Г Л А В А I.
Г.К.ЖУКОВ В ХОДЕ ОБОРОНИТЕЛЬНОГО ЭТАПА МОСКОВСКОЙ БИТВЫ.
...С тобою, Жуков, под Москвой
Мы взяли верх в борьбе святой, Хотя
под натиско врага Был фронт изогнут
как дуга...
А.А.Пилихин.
В войне против Советского Союза немалое значение германское командование придавало плану "Тайфун", по которому предполагалось за короткий период времени захватить и уничтожить столицу СССР и таким образом закончить военную кампанию в России. На захват Москвы гитлеровское командование бросило более 60 процентов войск, воевавших на советско-германском фронте, т.е. около 45 процентов войск всего вермахта. В разное
время и одновременно в Московской битве немецким войскам противостояли советские войска Брянского, Западного, Калининского, Резервного и Юго-Западного фронтов. Главная ответственность по защите столицы, особенно в период обороны возлагалась на Западный фронт. Его командующим был генерал, впоследствии маршал Советского Союза Г.К.Жуков, который появился на арене военных действий спустя несколько дней после начала операции "Тайфун".
I.1. План операции "Тайфун"
Из трех направлений по плану "Барбаросса" самым важным являлось направление Минск-Смоленск - Москва. Осуществлять прорыв к Москве и ее захват должна была группа армий "Центр" под командованием генерал-фельдмаршала фон Бока.
Г.Блюментрит сообщает о том, что группа армий "Центр" была самой сильной из трех групп армий, отмечая при этом, что "Гитлер стремился к достижению экономических целей: он хотел захватить Украину, Донецкий бассейн и, наконец, Кавказ", а в Москве он был заинтересован меньше всего (15). Возникает вопрос, почему же тогда самой мощной из немецких группировок была группа армий "Центр", а не группа армий "Юг"?
Уже 16 сентября командование группы армий "Центр" послало в войска директиву N1300/41 о непосредственной подготовке операции по захвату Москвы (16). По замыслу наступление должно было начаться не позже начала октября и удара трех армий и трех танковых групп, при поддержке второго воздушного флота под командованием генерал-фельдмаршала
А.Кессельринга. В течение второй половины сентября главное командование сухопутных войск Германии, или Oberkommando des Heeres) и верховное командование вооруженных сил Германии, или ОКВ (Oberkommando der Wermacht) передавали штабу группы армий "Центр" дополнительные указания по подготовке к наступлению, в которых говорилось об обеспечении скрытности перегруппировок воск, о сроках прибытия подвижных соединений и войск резерва ОКХ, о сроках перехода в наступление и уточнении задач 2-й армии и 2-й танковой группы (17).
Операция "Тайфун" должна была "непременно пройти удачно, в самое короткое время, до начала осенней распутицы и зимы, и завершиться победой"(18). Для этого из групп армий "Север" и "Юг" на Московское направление перебрасывались армии и дивизии, проводилось доукомплектование войск.
Таким образом, к концу сентября - началу октября в группе армий "Центр" насчитывалось 74,5 дивизий, в том числе 14 танковых, 8 моторизованных и 1 кавалерийская, или 64% всех немецких соединений, действовавших на советско-германском фронте (19). К 1 октября группа армий "Центр" имела в своем составе 1.800 тыс. человек (20), свыше 14 тыс.
орудий и минометов, 75% танков от общего их количества, находящихся на советско-германском фронте. Для поддержки наступления на Москву выделялось около 1390 самолетов (21).
26 сентября командование группы армий "Центр" отдало приказ N1620/41 о наступлении. План действий армий по нему был следующий: 4-я армия (командующий - Г.фон Клюге) и 4-я танковая группа (командующий Э.Гепнер) наступают со стороны Рославля на Вязьму; 9-я ария (командующий А.Штраус) и 3-я танковая группа (командующий Г.Гот) - из района Духовщины в сторону железной дороги Вязьма - Ржев; 2-я армия (командующий М. фон Вейхс) должна прикрывать с юга 4-ю и направляется в район Сухиничей; 2-я танковая группа (командующий Г.Гудериан) должна начать наступление на два дня раньше до перехода в наступление армий и нанести удар в направлении Орла и Брянска (22). Помимо основных наступающих трех армий и трех танковых групп, в резерв группы армий "Центр" были
выделены одна танковая дивизия, один пехотный полк и одна моторизованная бригада (23).
Предполагая варианты возможных действий противника, советское командование не бездействовало. 10 сентября начальник Генерального штаба Б.М.Шапошников по поручению СВГК распорядился о переходе войск Западного фронта к обороне. 20 сентября штаб Западного фронта представил план оборонительной операции войск, в котором определялись задачи фронта и армий, а также вероятные направления действий противника и в связи с этим
различные варианты действий армий фронта (24). С 27 сентября по приказу Б.М.Шапошникова была организована разведка всех видов в войсках Западного, Резервного и Брянского фронтов (25).
30 сентября 1941 г. 15 дивизий 2-й танковой группы под командованием Г.Гудериана перешли в наступление на орловском направлении. Начался оборонительный этап битвы за Москву. Что же могло противопоставить нападающим советское командование в это время? Западный фронт, которым с 12 сентября командовал генерал-полковник И.С.Конев, силами шести армий (16-й, 19-й, 20-й, 22-й, 29-й и 30-й) оборонял полосу в 340 километров от Осташкова до Ельни. Резервный фронт, которым командовал Маршал Советского Союза С.М.Буденный, главные свои силы в составе четырех армий (31-й, 32-й, 33-й и
49-й) занимал оборону в тылу Западного фронта западнее Ржева, Вязьмы и Спас-Деменска. Остальные его армии, 24-я и 43-я, продолжая южное крыло Западного фронта, прикрывали стык Брянского и Западного фронтов. Брянский фронт под командованием генерал-полковника А.И.Еременко, в составе трех армий (3-й,13-й и 50-й) и оперативной группы генерал-майора А.И.Ермакова занимал оборону на рубеже западнее Брянска и восточнее
Глухова, т.е. оборонял восточный берег Десны от Фроловки до Путивля. В составе всех трех фронтов имелось около 1250 тыс. человек (т.е. около 30% состава действующей армии), 7600 орудий и минометов, 990 танков (из них только 140 средних и тяжелых), 677 самолетов (около 80% из них устаревших типов). Таким образом, немецкие войска превосходили их в живой силе в 1,4 раза, артиллерии - в 1,8 раз, в танках - в 1,7 раз, самолетах - в 2 раза (26).
Предпринятые советским командованием меры по укреплению обороны и организации разведки были запоздалыми и к началу немецкого наступления строительство оборонительных рубежей и перегруппировка войск не были завершены и, следовательно, советская армия не была готова встретить нападение врага.
Итак, 30 сентября одновременно со 2-й танковой группой в полосе Брянского фронта в наступление перешла и 2-я полевая армия. Вечером командующий Брянским фронтом А.И.Еременко доложил начальнику Генерального штаба о переходе противника в наступление и применении им в бою около 250 танков (27).
2 октября в наступление против Резервного и Западного фронтов перешли остальные войска группы армий "Центр". Директивами Ставки Верховного Главнокомандования от 1-го и 2-го октября в район Глухова и Севска в помощь Брянскомму фронту с целью разгрома противника направлялись дополнительные подразделения авиационных и стрелковых корпусов (28). Таким образом, советское Главнокомандование посчитало более правильным укрепить оборону орловско-брянского направления, в то время как там наносился лишь отвлекающий удар, основное наступление немцев разворачивалось в районе Вязьмы. Именно на этом направлении развернулись главные события битвы за Москву.
Уже в первые дни наступления германским войскам удалось добиться значительных результатов. 2 октября войска противника нанесли удар в районе Духовщины по частям 19-й и 30-й армий и вклинились в оборону советских войск на 15-30 км. Несмотря на предпринимаемые советским командованием контрудары, к 7 октября части 19-й и 20-й армий Западного фронта были окружены западнее Вязьмы. Быстрыми темпами противник продолжал пробиваться к Москве и на других направлениях: к 5 октября были захвачены районы Спас-Деменска, Юхнова, Ельни, Жиздры, Орла, Карачева, Брянска.
За первые числа октября на западном направлении сложилась трудная обстановка, создавшая опасность прорыва войск вермахта к Москве. Части Западного, Резервного и Брянского фронтов оказались в окружениях, так как не было сплошной линии обороны, а также резервов, способных оказать им помощь. Главной задачей стало создание новой линии обороны с целью остановить врага на подступах к столице. Такой линией обороны стал Можайский рубеж, который проходил с севера на юг от Волоколамска до Калуги.
Разуверившись в способностях командующих Западным и Резервным фронтами И.С.Конева и С.М.Буденного спасти положение на западном направлении, И.В.Сталин срочно вызывает из Ленинграда Г.К.Жукова. I.2. Назначение Г.К.Жукова командующим Западного фронта и его пер-
вые действия
5 октября 1941 г. Верховный Главнокомандующий И.В.Сталин позвонил
в штаб Ленинградского фронта и связался с командующим. Еще в начале
сентября Г.К.Жуков по решению ГКО был назначен командующим Ленинг-
радским фронтом вместо К.Е.Ворошилова. Разговор И.В.Сталина и Г.К.Жуко-
ва был следующим:
"Сталин. Здравствуйте. Жуков. Здравия желаю! Сталин. У меня к Вам
только один вопрос: не можете ли сесть
на самолет и приехать в Москву. Ввиду осложнения на левом крыле Резерв-
ного фронта в районе Юхнова Ставка хотела бы с вами посоветоваться о
необходимых мерах. За себя оставьте кого-либо, может быть Хозина оста-
вите? (М.С.Хозин - начальник штаба Ленинградского фронта - О.Е.).
Жуков. Прошу разрешения вылететь завтра утром на рассвете. Сталин.
Хорошо. Завтра днем ждем Вас в Москве. Жуков. Слушаю. Буду. Ста-
лин. Всего хорошего. Жуков. Всего лучшего" (29).
Вечером 6 октября начальник Генерального штаба по поручению Ставки
Верховного Главнокомандования издал директиву об откомандировании в ра-
йон действий Резервного фронта генерала армии Г.К.Жукова в качестве
представителя Ставки. По этому распоряжению командующим Западным и Ре-
зервным фронтами надлежало "ознакомить тов.Жукова с обстановкой. Все
решения тов. Жукова в дальнейшем, связанные с использованием войск
фронта и по вопросам управления обязательны для выполнения" (30).
Представитель Ставки - это не штатная должность, а временное особо
ответственное поручение военачальнику без освобождения его от основных
обязанностей. В задачу представителя Ставки входило: объективно и точно
оценить обстановку на фронтах, помогать командованию фронтов в проведе-
нии операции. Он действовал от имени Верховного Главнокоандующего и вы-
езжал лишь на те фронты, где проводились крупные стратегические оборо-
нительные или наступательные операции. В течение всей войны как
представитель Ставки Г.К.Жуков выезжал на фронт 15 раз.
6 октября, однако, Г.К.Жуков вылететь в Москву не смог, и в столи-
цу он прибыл только вечером 7 октября.
Тем временем, несмотря на упорное сопротивление советских войск,
фон Бок отдал приказ о продолжении операции "Тайфун", в котором говори-
лось о дальнейшем наступлении немецких войск в направлениях Тулы, Каши-
ры, Серпухова, Калуги, Гжатска, Калинина (31).
Враг продолжал наступать; одно за другим следовали донесения Ко-
мандующих армиями и фронтами об активном продвижении противника, вынуж-
денном отступлении советских войск, о случаях потери связи штабов армий
со штабами фронтов. Ни Верховный Главнокомандующий, ни начальник Гене-
рального штаба не знали истинного положения дел.
По прибытии в Москву Г.К.Жукову было поручено поехать в штаб За-
падного фронта и разобраться в положении дел. После личной встречи со
Сталиным Г.К.Жуков незамедлительно выехал в назначенный пункт.
Личный шофер маршала А.Н.Бучин вспоминает, что Г.К.Жукову из-за
нехватки времени пришлось изучать карту Западного направления в пути
при свете карманного фонарика. Когда очень клонило ко сну, ему время от
времени приходилось останавливать машину и делать пробежку. "Жуков ка-
ким-то неведомым чутьем отыскивал очередной штаб, они были замаскирова-
ны от врага, а в данном случае и от своих" (32).
На место назначения, т.е. в штаб Западного фронта генерал прибыл
ночью. Побеседовав с командующим Западным фронтом И.С.Коневым, началь-
ником штаба В.Д.Соколовским, членом Военного совета фронта Н.А.Булгани-
ным и начальником оперативного отдела фронта Г.К.Маландиным, Г.К.Жуков
пришел к выводу, что "несмотря на превосходство врага в живой силе и
технике, окружение в районе Вязьмы можно было бы предотвратить" (33), о
чем он и доложил И.В.Сталину. Г.К.Жуков сообщил также, что в связи с
окружением армий под Вязьмой необходимо срочно укрепить Можайскую линию
обороны. Затем он отправился в штаб Резервного фронта, не зная точно,
где он располагается. Встретившись с представителем Ставки Л.З.Мехлисом
и начальником штаба Резервного фронта генерал-майором А.Ф.Анисовым,
Г.К.Жуков "ничего конкретного ни о положении войск Резервного фронта,
ни о противнике" не узнал (34). Встречу Г.К.Жукова с командующим Ре-
зервным фронтом С.М.Буденным шофер генерала вспоминает так: "Примерно
через полчаса Георгий Константинович вышел, подтянутый, с каким-то
пронзительным выражением в глазах. А за ним вывалился обмякший С.М.Бу-
денный, знаменитые усы обвисли, физиономия отекшая. С заискивающим ви-
дом он пытался забежать впереди Жукова и что-то лепетал самым подха-
лимским тоном. Георгий Константинович, не обращая внимания, буквально
прыгнул в машину. Тронулись. В зеркале заднего вида запечатлелся замер-
ший Буденный с разинутым ртом, протянутой рукой, которую Жуков не по-
жал. Маршал! За ним толпились выкатившиеся из двери охранники полковод-
ца" (35).
Об этом дне (8 октября) у Г.К.Жукова осталось еще одно воспомина-
ние. Направляясь в штаб Резервного фронта он всего в 10 км. проезжал от
своей родной деревни, где в тот момент находилась его мать и сестра с
детьми. Казалось, имея в своем распоряжении надежный автотранспорт,
можно заехать на несколько минут к родным, организовать их эвакуацию в
безопасное место. Но ни на минуту он не мог позволить себе оторваться
от воинских обязанностей. Слишком большая была ответственность за судь-
бу столицы, за судьбу всей Родины. Единственное, что смог сделать сын и
брат для родных, это прикзать вывезти их в Москву до прихода в деревню
немцев.
К исходу 8 октября в штабе Резервного фронта Г.К.Жукову доложили о
приказе Сталина, принятом Ставкой еще в 3 часа утра.
"Ставка ВГК:
1. освобождает командующего Резервным фронтом Маршала Советского
Союза тов. Буденного от обязанностей командующего Резервным фронтом и
отзывает его в свое распоряжение.
2. Командующим Резервным фронтом назначает генерала армии тов. Жу-
кова с освобождением его от обязанностей командующим Ленинградским
фронтом"(36).
Отметим, однако, интересное обстоятельство: по свидетельству А.По-
номарева в январе 1966 г. Г.К.Жуков прислал ему письмо следующего со-
держания: "В октябре 1941 г. я Резервным фронтом 1не командовал 0(выделе-
но нами - О.Е.), т.к. с седьмого сентября по шестое октября командовал
Ленинградским фронтом. Седьмого октября я вернулся в Ставку и по зада-
нию И.В.Сталина с вечера седьмого октября по девятое октября проверял
Западный и Резервный фронты"(37).
9 октября Верховный Главнокомандующий внял совету Г.К.Жукова и
принял меры по укреплению Можайской линии обороны (38).
10 октября по приказу И.В.Сталина Г.К.Жуков прибыл в штаб Западно-
го фронта, который находился в Красновидове, где в те дни находилась
комиссия ГКО и разбиралась с причинами катастрофы войск Западного фрон-
та.
Представители ГКО рассматривали также "вопрос о расформировании
Резервного фронта и передаче его частей и участков обороны в состав За-
падного" (39).
В штабе Западного фронта Г.К.Жукову сообщили, что И.С.Конева сни-
мают с поста командующего фронтом. "За разгром противнико Западного
фронта, которым командовал И.С.Конев, Верховный намерен был предать его
суду", - вспоминал Г.К.Жуков, - и лишь мое вмешательство спасло И.С.Ко-
нева от тяжелой участи. Надо сказать, что до Курской битвы И.С.Конев
плохо командовал войсками, и Государственный Комитет Обороны неоднок-
ратно отстранял его от командования фронтом"(40).
Было принято решение по совету Г.К.Жукова поручить И.С.Коневу ру-
ководство группой войск на калининском направлении, где нужно было
иметь вспомогательное управление фронтом. В приказе, который Г.К.Жуков
получил чуть позже, говорилось, что И.С.Конев назначается заместителем
командующего Западным фронтом (41). По этому же приказу Г.К.Жуков был
назначен командующим объединенным Западным фронтом.
Таким образом, 10 октября Г.К.Жуков принял командование Западным
фронтом. Нужно было создать прочную оборону на рубеже Волоколамск - Мо-
жайск - Малоярославец - Калуга от вражеских танковых клиньев, развить
оборону в глубину, создать вторые эшелоны и резервы фронта, чтобы можно
было их использовать для укрепления уязвимых участков; необходимо было
организовать наземную и воздушную разведку и твердое управление войска-
ми фронта, наладить их материально-техническое обеспечение; надо было
поднять моральное состояние войск, укрепить их веру в свои силы, в не-
избежность разгрома врага на подступах к Москве.
Штаб Западного фронта был переведен в Алабино, а вскоре в Перхуш-
ково. Так как сил фронта для создания сплошной обороны было недостаточ-
но, командующий Западным фронтом решил в первую очередь создать прочную
оборону на важнейших направлениях, где наступали танковые группировки
противника. Направления были следующими: волоколамское - сюда была нап-
равлена 16 армия во главе с К.К.Рокоссовским; можайское - 5-я армия во
главе с Д.Д.Лелюшенко (с 9 ноября 1941 г. ей командовал Л.А.Говоров);
наро-фоминское - 33 армия во главе с М.Г.Ефремовым; малоярославецкое -
43-я армия под командованием К.Д.Голубева и калужское - 49-я армия под
командованием И.Г.Захаркина. Кроме людских ресурсов, здесь сосредотачи-
вались и основные противотанковые и артиллерийские средства. Перед
войсками второго эшелона Западного фронта велись многочисленные инже-
нерно-саперные работы по укреплению обороны не только по боевой линии,
но и в ее тылу; на всех танкоопасных направлениях строились противотан-
ковые заграждения.
Итак, мы видим, что свою работу Г.К.Жуков как представитель Ставки
и командующий фронтом начал с укрепления обороны, восстановления управ-
ления войсками, организации наземной и воздушной разведок.
Тем временем 12 октября 1941 года немецкое командование заявило,
что "на капитуляцию Москвы не следует рассчитывать, если она даже и бу-
дет предложена противником", поэтому необходмо "как можно скорее отре-
зать город от его соединительных путей с внешним миром" (42).
К середине октября продолжаются ожесточенные бои на всех главных
направлениях, ведущих к столице. В это время ЦК партии и ГКО приняли
решение срочно эвакуировать из Москвы в Куйбышев (Саратов) часть цент-
ральных учреждений, весь дипломатический корпус, а также вывезти особо
важные государственные ценности. 13 октября командующий Западным фрон-
том издает приказы войскам с целью поднятия морального духа войск: "В
этот момент все как один от красноармейца до высшего командира должны
доблестно и беззаветно бороться за свою Родину, за Москву! Трусость и
паника в этих условиях равносильны предательству и измене Родине. В
связи с этим приказываю: 1. Трусов и паникеров, бросающих поле боя, от-
ходящих без разрешения с занимаемых позиций, бросающих оружие и техни-
ку, расстреливать на месте. 2. Военному трибуналу и прокурору фронта
обеспечить выполнение настоящего приказа. Товарищи красноармейцы, ко-
мандиры и политработники, будьте мужественны и стойки. НИ ШАГУ НАЗАД!
ВПЕРЕД ЗА РОДИНУ!" (43). А также: "Учитывая особо важное значение ук-
реп. рубежа, объявить всему командному составу до отделения включитель-
но о категорическом запрещении отходить с рубежа. Все отошедшие без
письменного приказа военного совета фронта и армии подлежат расстрелу"
(44).
Некоторые авторы появившихся в последние годы публикаций о Г.К.Жу-
кове - в частности, упоминавшиеся уже А.Н. и Л.А.Мерцаловы, - расцени-
вают этот и ему подобные приказы за подписью Г.К.Жукова как проявление
присущей ему лично жестокости и самодурства и, главное, ставят под сом-
нение оправданность издания подобных приказов. Подход Мерцаловых никак
нельзя признать объективным. Действительно, из разных источников мы
знаем, что Г.К.Жуков был требовательным, жестким и даже жестоким воена-
чальником, мог нагрубить и обидеть подчиненного ему офицера. Однако
разве эти обстоятельства ставят под сомнение его профессионализм?
Г.К.Жуков воевал в конкретных обстоятельствах, которые надо учитывать и
объективно исследовать. Разгильдяйство, неорганизованность, чего тер-
петь не мог Жуков, весьма дорого обходились на фронте. А.Н. и Л.А.Мер-
цаловым не удалось привести убедительных доводов в пользу того, что
жестокость этого приказа Г.К.Жукова была ничем не оправдана и потери
советских войск были бы меньше при более "демократичном" руководстве.
Как справедливо отмечает Н.М.Островский, "стремление Мерцаловых проти-
вопоставить "грубых и необразованных" Сталина и Жукова "обходительным и
вежливым" Рокоссовскому, Шапошникову, Василевскому выглядит нарочитым и
искусственым, поскольку все они делали общее дело, не жалея сил во имя
Победы" (45).
Каждый день штаб Западного фронта (начальник штаба - В.Д.Соко-
ловский, член военного совета И.А.Булганин и др.) предпринимали еры по
организации обороны Москвы на всех направлениях. Особенно сложным было
положение на калининском направлении. Чтобы объединить действия войск
по ликвидации противника в районе Калинина войска Северо-Западного
фронта были подчинены Западному фронту (46).
Директивой Ставки от 17 октября войска, ействующие на осташковском
напрвлении и в районе Калинина, т.е. 22-я , 29-я и 30-я армии Западного
фронта, 183-я, 185-я и 246-я стрелковые дивизии, 46-я и 54-я кавале-
рийские дивизии, 46-й мотоциклетный полк и 8-я танковая бригада Севе-
ро-Западного фронта были выделены в самостоятельный Калининский фронт
под командованием генерал-полковника И.С.Конева (47).
18 октября были приняты меры по улучшению управления войсками, ко-
торые действовали на верейском и боровском направлениях (объединены ди-
визии, назначены новые командующие армий, определены их задачи и др.)
(48). На всех танкоопасных направлениях против ударов танковых подраз-
делений Германии (переименованых из танковых групп в танковые армии)
Г.К.Жуков 19 октября приказал создать противотанковые отряды. В этот же
день штаб Западного фронта представил Ставке ВГК план отхода с мо-
жайского оборонительного рубежа в случае, если сдерживать натиск врага
не будет никаких возможностей. По этому плану отходить должны были
главные силы, в первую очередь основная масса артиллерии, прикрывать их
должна была авиация, арьергарды - оказывать сопротивление противнику.
Новый рубеж обороны предполагалось провести по линии Новозавидовский -
Клин - Истринское водохранилище - Истра - Жаворонки - Красная Пахра -
Серпухов - Алексин (49). К вечеру Ставка утвердила этот план.
С 20 октября в Москве и прилегающих к ней районах вводилось осад-
ное положение. Объявлялось, что "оборона столицы на рубежах, отстоящих
на 100-120 км. западнее Москвы, поручена командующему Западного фронта
генералу армии г.Жукову, а на начальника гарнизона г.Москвы гене-
рал-лейтенанта т.Артемьева возложена оборона Москвы на ее подступах", в
столице устанавливался строжайший порядок, а каждое серьезное нарушение
дисциплины наралось решительными мерами (50).
В этот день главному редактору газеты "Красная звезда" Д.И.Ортен-
бергу позвонил И.В.Сталин и приказал, чтобы в следующем номере был на-
печатан портрет Г.К.Жукова. "Такое распоряжение было для меня полной
неожиданностью... - вспоминал редактор. - Подумал и пришел к мысли, что
портрет в газете, очевидно, должен свидетельствовать о том, что во гла-
ве войск, защищавших Москву, поставлен полководец, на которого народ и
армия может положиться" (51). После войны, однако, если верить Ортен-
бергу, Г.К.Жуков предложил другое объяснение этому факту: "Наивный ты
человек, - сказал маршал журналисту. - Не по тем причинам он велел тебе
напечатать мой портрет. Он не верил, что удастся отстоять Москву. Точ-
нее, не особенно верил, все время звонил и спрашивал меня: удержим ли
Москву? Вот и решил: в случае потери Москвы будет на кого свалить ви-
ну..." (52)
На защиту столицы поднялся весь народ. Со всех концов страны в
Москву направлялись новые формирования, вооружение, боеприпасы, теплые
вещи, продовольствие. Все москвичи от мала до велика вносили посильную
лепту в защиту любимого города. С вводом в сражение новых пополнений
продвижение противника замедлялось с каждым днем. Срывалась одна атака
за другой. К концу октября большая часть войск группы армий "Центр" бы-
ла вынуждена остановиться.
Октябрьское наступление на Москву немцам не удалось осуществить до
конца не только из-за рано начавшейся распутицы, но и благодаря стой-
кости и героизму защищавших столицу войск, а также твердому и умелому
руководству ими. Вступив в должность коммандующего фронтом, Г.К.Жуков
суммел организовать взаимодействие сухопутных армий, войск ПВО, дивизий
народного ополчения и партизанских отрядов, наладить своевременную раз-
ведку.
Используя тактику активной обороны, к середине ноября советским
войскам все же приходилось отступать назад и савать позиции, постепенно
приближаясь к границам Москвы. Но несмотря на это, под руководством
опытных военачальников советским войскам удалось сорвать планы гитле-
ровского командования по захвату Москвы в течение нескольких недель.
Немецкие войска, продвигаясь вглубь СССР, теряли с каждым днем большое
количество людей и техники, а также веру в победу, в то время как у со-
ветских людей она, напротив, укреплялась.
Германское командование все еще наеялось захватить Москву. 30 ок-
тября 1941 г. командование группы армий "Центр" издало приказ о продол-
жении операции по окружению Москвы (53). В течение первой половины но-
ября из Германии и оккупированных ею стран спешно подавали пополнения
боевой техникой и людьми. Для подготовки "генерального", как его ок-
рестила германская пропаганда, наступления на Москву делалось все воз-
можное. "Солдаты! Перед вами Москва! За годы войны все столицы конти-
нента склонились перед вами, вы прошагали по улицам лучших городов.
Осталась Москва. Заставьте ее склониться, покажите ей силу вашего ору-
жия, пройдите по ее площадям. Москва - это конец войны. Москва - это
отдых. Вперед!" - так обращался к своим войскам фельдмаршал Ф. фон Бок,
чтобы поднять дух солдат накануне перехода в новое наступление" (54).
На этот раз советское командование раскрыло замысел противника и,
продолжая усиливать обороняющиеся войска, создавало резервы для перехо-
да в контрнаступление. В тот же день, когда фон Бок издал приказ о про-
должении наступления, Г.К.Жуков послал командующим армиями, ВВС, на-
чальникам артиллерии и инженерной службы, заместителю командующего
войсками фронта по тылу директиву о принятии мер по срыву наступления
германских войск на Москву (55). 1 ноября Жуков издает приказ о мобили-
зации всех сил на отпор врагу, обращаясь в нем ко всем воинам: "Несмот-
ря на потери, гитлеровская банда фашистских мерзавцев, подгоняемых
страхом перед холодной русской зимой, продолжает наступать и стремится
завершить свою кампанию на Востоке до морозов и снегов... Будем же го-
товыми встретить по-большевистски врага, разбить его силы и раз [и]
навсегда отучить от посягательства на нашу родную столицу..." (56)
I.3. Г.К.Жуков на втором этапе обороны
Когда к середине ноября период распутицы закончился и первые ммо-
розы возвестили о наступлении зимы немцы начали второй этап наступления
на Москву. "Теперь по дорогам и ровной местности могли двигаться боевые
машины и транспортные средства всех видов. Далеко в нашем (германском -
О.Е.) тылу тракторы вытаскивали из замерзшей грязи тяжелые орудия, ко-
торые одно за другим перебрасывались к линии фронта. Впрочем, часто
случалось и так, что, вытаскивая орудия из затвердевшей грязи, их бук-
вально разрывали на части", - рассказывает Блюментрит (57).
Бросив 15-16 ноября в сражение сотни танков, противник рассчитывал
быстро, как и в начале октября, сломить сопротивление советских войск.
Но наступление развивалось не так, как того хотело германское коммандо-
вание, хотя на отдельных участках фронта немецкие танки, находясь в
25-30 км. от Москвы, пытались прорваться дальше. Особенно сильно обост-
рилась обстановка в районе Истринского водохранилища, где произошло
столкновение между Г.К.Жуковым и командующим 16-й армией генералом
К.К.Рокоссовским.
Действуя в соответствии с планом операции "Волжское водохранилище"
(захват Москвы с севера), немецкие войска стали осуществлять прорыв
юго-западнее, т.е. на волоколамском направлении в районе Истринского
водохранилища, которое обороняли войска 16-й армии. "Само водохранили-
ще, - вспоминал К.К.Рокоссовский, - река Истра и прилегающая местность
преставляли прекрасный рубеж, заняв который заблаговременно можно было
организовать прочную оборону, притом небольшими силами. Тогда некоторое
количество войск вывели бы во второй эшелон, создав им глубину обороны,
а значительную часть перебросили бы для усиления борьбы на клинском
направлении" (58). С предложением отвести войска 16-й армии на ист-
ринский рубеж К.К.Рокоссовский обратился к командующему фронтом. Тща-
тельно обдумав предложение командующего 16-й армии, Г.К.Жуков дал отри-
цательный ответ. Возможно, с точки зрения командующего армией, это было
бы правильным решением, но с точки зрения командующего фронтом нет,
поскольку фланги 30-й и 5-й армий, испытывавших давление противника,
были бы оголены и танковые части врага устремились бы вперед на этих
направлениях и, следовательно, возникала угроза очередного окружения
наших войск. Поэтому Г.К.Жуков не рискнул согласиться с предложением
Рокоссовского. Тогда последний решил обратиться к начальнику Генераль-
ного штаба Б.М.Шапошникову, и тот санкционировал отвод войск, не уведо-
мив об этом Г.К.Жукова. Зная резкий характер Жукова, следовало ожидать
соответствующей реакции. Еще не все войска 16-й арммии получили распо-
ряжение об отходе, когда К.К.Рокоссовскому пришла телеграмма от комф-
ронтом: "Войсками фронта командую я! Приказ об отводе войск за Ист-
ринское водохранилище отменяю, приказываю обороняться на занимаемом ру-
беже и ни шагу назад не отступать. Генерал армии Жуков" (59). Представ-
ляется, что в данном случае формально Г.К.Жуков был безусловно прав:
Б.М. Шапошникову следовало разрешить возникший конфликт, не нарушая
централизованного управления войсками, прежде всего с командующим фрон-
том, а уж затем только через него отдать распоряжение об отводе войск.
Отличительной чертой Г.К.Жукова как полководца было то, что он
умел быстро анализировать складывающуюся на фронте ситуацию и принимать
верное решение. Так, например, в начале нового наступления немцев он
издает ряд постановлений, в которых признает имевшую место ранее недоо-
ценку сил противника. В постановлениях содержится обобщение боевого
опыта советских войск: подчеркивается эффективность ночных действий,
обращается внимание на необходимость ликвидации недочетов в химической
защите, применении противотанковых средств и др. (60)
Еще 1-го ноября Г.К.Жуков был вызван в Ставку. Если верить его ме-
муарам, между ним и И.В.Сталиным состоялся такой разговор. Верховный
спросил его: "Мы хотим провести в Москве, кроме торжественного заседа-
ния по случаю годовщины Октября, и парад войск. Как вы думаете, обста-
новка на фронте позволит на провести эти торжества?" "В ближайшие дни,
- ответил Жуков, - враг не начнет большого наступления. Он понес в пре-
дыдущих сражениях серьезные потери и вынужден пополнять и перегруппиро-
вывать войска. Против авиации, которая наверняка будет действовать, не-
обходимо усилить ПВО и подтянуть к Москве истребительную авиацию с
соседних фронтов" (61). 7 ноября на Красной площади состоялся парад, с
которого бойцы уходили на фронт. Это событие сыграло большую роль в ук-
реплении морального духа армии и советского народа в целом.
Что мог ответить командующий фронтом на постоянный вопрос Верхов-
ного: "Вы уверены, что мы удержим Москву?", если И.В.Сталин ожидал оп-
ределенного ответа? Действительно ли Г.К.Жуков мог ответить утверди-
тельно на этот вопрос со всей уверенностью, если с каждым днем немецкие
войска все ближе и ближе продвигались к намеченной цели? Однозначно от-
ветить на этот вопрос нельзя. Но если учесть с какой ответственностью
Г.К.Жуков подходил к долгу службы, то можно предположить, что, удосто-
верившись в получении в помощь дополнительных средств, он сделает все
возможное и невозможное, чтобы осуществить возложенную на него задачу -
оборонять Москву до последнего, не допустить врага к столице и не дать
ему стереть ее с лица земли.
Накопив силы, немецкое командование решило предпринять "генераль-
ное наступление", захватив Москву ударами с севера и юга. Предугадав
планы противника, советское командование предприняло две удачных насту-
пательных операции: Тихвинскую и Ростовскую с целью облегчить тяжесть
обороны Западного фронта и оттянуть с московского направления часть не-
мецких войск. Войска Западного фронта оказывали упорное сопротивление
немецким войскам, нанося при этом большой урон группе армий "Центр".
Последнюю попытку прорваться к столице немецкие войска предприняли в
районе Кубинки 1-4 декабря, но, потеряв около 10 тысяч человек убитыми
и 50 танков, вынуждены были отступить (62).
Немецкий историк К.Рейнгардт в чиле причин провала осеннего
наступления неецко-фашистских войск на Москву отмечает следующие: а)
упорная борьба советских войск, которые, даже попав в окружение под
Вязьмой, длительное время сковывали немецкие танковые силы; б) недоо-
ценка командованием группы армий "Центр" мощи и глубины созданной со-
ветскими войсками Можайской линии обороны; в) искусное применение со-
ветским командованием небольших сил для создания на наиболее опасных
участках противотанковых очагов обороны, вынуждавших противника проры-
вать все новые и новые позиции, проведение быстрых контратак против
растянутых флангов противника при активной поддержке советской авиации,
действовавшей даже тогда, когда немецкие самолеты не могли летать из-за
погодных условий; г) высокий моральный дух советских воинов, защищавших
свою столицу (63).
В конце ноября по характеру действий и силе ударов всех группиро-
вок противника Г.К.Жуков почувствовал, что враг выдыхается и не имеет
возможности для продолжения наступления. Развернув ударные группировки
на широком фронте и далеко замахнувшись своим бронированным кулаком,
противник в ходе битвы за Москву растянул войска до такой степени, что
они потеряли пробивную способность. На основании множества данных
Г.К.Жуков сделал вывод, что противник сломлен и для ведения наступления
уже не имеет ни сил, ни средств. Из допроса пленных было установлено,
что в некоторых ротах осталось по 20-30 человек, моральное состояние
немецких войск резко ухудшилось, была потеряна вера в саму возможность
захвата Москвы.
Советские войска также понесли значительные потери, были утомлены,
но благодаря резервам уержали оборону. Только за 20 дней наступления (с
15 ноября по 4 декабря) немецкие войска потеряли 155 тысяч солдат и
офицеров, около 800 танков, сотни орудий и значительное количество сам-
молетов (64).
В такой обстановке медлить было нельзя. Г.К.Жуков считал, то про-
тивник может перейти к укрепленной обороне, и тогда потребуются допол-
нительные силы и средства, чтобы выбить немецкие войска с укрепленного
рубежа. Именно поэтому надо было, по мнению Г.К.Жукова, немедленно, без
какой-либо паузы переходить в наступление.
Итак, советским войскам под руководством Г.К.Жукова удалось оста-
новить войска у стен Москвы и создать предпосылки для перехода со-
ветских войск от обороны к контрнаступлению.
Г л а в а I I.
Г.К.ЖУКОВ В ПЕРИОД КОНТРНАСТУПЛЕНИЯ ПОД МОСКВОЙ
II.1. Роль Г.К.Жукова в подготовке контрнаступления и на его начальном этапе.
Уже в ходе оборонительных действий в Генеральном штабе и Ставке
Верховного Главнокомандования появилась мысль о переходе советских
войск от обороны к контрнаступлению. "Всякая оборона, если она не под-
готавливает условий для перехода в решительное наступление, теряет свой
смысл", - так говорил Г.К.Жуков после войны (65). Однако до конца нояб-
ря ни Ставка, ни командующие фронтами, защищавшими столицу, конкретного
плана контрнаступления не разрабатывали. Единственной целью в это время
было остановить главные немецкие силы, глубоко вторгшиеся на нашу зем-
лю, и нанести им поражение.
28 - 29 ноября стало ясно, что во вражеском наступлении возник
кризис, группа армий "Центр" выдохлись. Резервов у врага не осталось,
но не было свежих сил и у Западного фронта.
29 ноября Г.К.Жуков позвонил Верховному Главнокомандующему и, до-
ложив обстановку, просил дать в подчинение Западному фронту две армии,
которые находились в резерве Ставки - 1-ю ударную и 10-ю армии. Со све-
жими силами Западный фронт смог бы, пользуясь тем, что противник еще не
успел организовать оборону, отбросить его от Москвы.
"И.В.Сталин слушал внимательно, а затем спросил:
- А вы уверены, что противник подошел к кризисному состоянию и не
имеет возможности ввести в дело какую-нибудь новую крупную группировку?
- Противник истощен. Но если мы сейчас не ликвидируем опасные вра-
жеские вклинения, немцы смогут подкрепить свои войска в районе Москвы
крупными резервами за счет северной и южной группировок своих войск, и
тогда положение может серьезно осложниться.
И.В.Сталин сказал, что он посоветуется с Генеральным штабом" (66).
Поздно вечером в этот же день Верховный Главнокомандующий позвонил
в штаб Западного фронта и сообщил, что Ставка передает в его подчинение
три армии: 1-ю ударную генерала В.И.Кузнецова, 10-ю генерала Ф.И.Голи-
кова и 20-ю армию, которой временно командовал полковник И.М.Сандалов;
а также дополнительно фронту передавались девять стрелковых и две кава-
лерийские дивизии, восемь стрелковых и шесть танковых бригад.
В течение всего следующего дня Военный Совет Западного фронта за-
нимался разработкой плана контрнаступления. К вечеру 30 ноября план,
нанесенный на карту и пояснительная записка к нему были представлены в
Ставку. В этой записке, написанной на имя заместителя начальника Гене-
рального штаба А.М.Василевского, Г.К.Жуков просил "срочно доложить На-
родному комиссару обороны план контрнаступления Западного фронта и дать
директиву, чтобы можно было приступить к операции, иначе можно запоз-
дать с подготовкой" (67). В ней было указано, что 1-я ударная, 16-я и
20-я армии должны начать наступление 3-4 декабря, 30-я армия - 5-6 де-
кабря. Ближайшей целью этих армий было устранение непосредственной уг-
розы Москве, дальнейшие задачи предполагалось поставить армиям в за-
висимости от складывающейся обстановки. Сталин одобрил этот приказ, на-
писав коротко "Согласен" и поставив подпись.
"Несмотря на передачу нам дополнительно трех армий, Западный фронт
не имел численного превосходства над противником (кроме авиации). В
танках и артиллерии превосходство было на стороне врага. Это обстоя-
тельство явилось главной особенностью контрнаступления наших войск под
Москвой", - вспоминал Г.К.Жуков (68).
В это же время Ставка думала о том, как оказать поддержку Западно-
му фронту, добиться большего эффекта, включив в контрнаступление силы
других фронтов - Калининского и правого крыла Юго-Западного. А.М.Васи-
левский сообщил об этом решении Г.К.Жукову, против чего тот не возра-
жал.
Как вспоминает Г.К.Жуков, специальной директивы на контрнаступле-
ние Ставка не отдавала. Все боевые задачи войскам, ближайшие и дальней-
шие, с одобрения Ставки определялись директивами штабов фронтов (69).
"Оно было подготовлено всем ходом предшествовавших событий: с одной
стороны, войска центрального направления измотали противника, лишили
его возможности завершить начатую операцию, а с другой - под Москвой в
решающий момент у нас были собраны силы, ввод которых позволил нам вна-
чале отбросить наиболее опасные группировки, а затем поставить и решить
задачу по их разгрому" (70).
2 декабря штаб Западного фронта издал директивы командующим
1-й ударной, 20-й и 30-й армиями о переходе в наступление на клинском
(1-я ударная и 30-я) и солнечногорском (20-я) направлениях. Задачами
этих армий было к 6-7 декабря решительны наступлением разбить группи-
ровки противника и овладеть Солнечногорским обходом, Федоровском и Кли-
ном (71). При этом определялись тактические способы действий: "Практика
показала, что удар широким фронтом не дает успеха, поэтому: - удар
стройте кинжалом на узком фронте; - ударную группировку хорошо окаймите
ПТО со всех сторон" (72). С 4 декабря 20-я, 16-я и 5-я армия должны бы-
ли перейти в наступление на истринском направлении. В связи с тем, что
"действия противника за последние 2-3 дня носят характер активной обо-
роны на всем фронте; резервов у противника нет, он израсходовал их пол-
ностью в 18-дневных боях; в танковых дивизиях осталось до 30% личного
состава и в среднем по 40-50 танков всех марок; снарядов и горючего у
противника очень мало" советским армиям предполагалось перейти к реши-
тельному наступлению, положив в его основу "ряд хорошо подготовленных
на уничтожение противника и закрепление захваченных рубежей". Ближайшей
задачей армий был выход на линии Коптево - Лукино - Ивашково - Рыбушки-
но и Крюково - Бакеево - Ефремово - Истра (73).
Итак, документы свидетельствуют, что войска Западного фронта долж-
ны были перейти в наступление 3-4 декабря, но в виду осложнившейся
обстановки начало операции было отложено на 2-3 дня.
Первыми перешли в наступление 5 декабря 1941 г. войска Калининско-
го фронта. Им удалось вклиниться в оборону противника южнее г.Калинин.
А 6 декабря, после авиационных ударов и артиллерийской подготовки, пе-
решли в наступление войска Западного фронта и правового крыла Юго-За-
падного. "Маршал Жуков предпринял роковое для нас мощное контрнаступле-
ние на Московском фронте. - пишет Г.Блюментрит. - Русское контрнаступ-
ление началось с того, что превосходящие силы русских нанесли удар се-
вернее Москвы... " (74) Отметим, что силы советских войск не были пре-
восходящими, просто их наступление было неожиданным для немцев. Пленный
солдат Оскар Ромель показывал на допросе: "...Отступление нашей дивизии
началось 5 декабря. Это было не отступление, а бегство. Нападение
русских было так внезапно, что нами были брошены орудия, снаряды и дру-
гое вооружение..."(75)
В период с 6 по 10 декабря 1941 г. войскам наступавших фронтов
удалось измотать противника, разбить несколько его группировок. Части
Западного фронта заняли и освободили от немцев свыше 400 населенных
пунктов (76). После ожесточенных боев 15 декабря был освобожден Кали-
нин, 8 декабря - Крюково, 12 декабря - Солнечногорск. Под натиском со-
ветских войск враг все дальше и дальше отступал от Москвы. "За послед-
ние восемь дней мы пережили тяжелые бои. Русские нас почти окружили и
ежедневно атакуют нас не меньше двух раз. У нас большие потери. Может
быть на нашу долю выпадет такое счастье, что к Рождеству нас отправят
на родину. Ведь мы так обессилели, потери так велики, что нас должны
сменить и дать отпуск..." - так писал своей жене солдат немецкой армии
8 декабря 1941 г. (77) Из этого письма видно, что солдаты вермахта были
морально подавлены, в их рядах начала возникать паника и многие начали
отступать. А ведь приказ об отступлении Гитлер издал только спустя
несколько дней после перехода советских фронтов в контрнаступление.
При отдаче приказов на наступление командование Западным фронтом
думало не только о том, что войскам надо сделать, какие задачи поста-
вить перед ними, но и каким образом, какими средствами этого добиться,
чтобы понести как можно меньшие потери. "При тактически грамотном раз-
мещении огневых валов, бутылочных полей и огнеметов - последние явля-
ются могучим и эффективным средством уничтожения живой силы и техники
врага"; "категорически запрещаю лобовые атаки укрепленных узлов сопро-
тивления противника. Головным эшелонам, не задерживаясь, обходить их,
возлагая уничтожение этих узлов на последующие эшелоны"; "Категорически
запретить всему командному и начальствующему составу ношение при себе
оперативных документов без соответствующей охраны"; "в условиях насту-
пательной операции радиосвязь является основным средством связи и без
широкого применения радио управление войсками невозможно"; "на вооруже-
ние фронта поступило значительное количество противотанковых ружей, яв-
ляющихся
...действенным средством борьбы с легкими и средними танками про-
тивника", - такие указания в течение декабря давал Г.К.Жуков (78). Опе-
ративный замысел командования фронта сводился к тому, что-
бы быстрое выдвижение усиленных группировок войск правого и левого
крыльев фронта создали такое положение, при котором выдвинутые группи-
ровки поставили группу армий "Центр" под угрозу окружения. Вот что об
это вспоминает Г.К.Жуков: "Все усилия фронта наращивались именно на
флангах, чтобы, разбив основные силы неприятеля, выйти скорее флангами
вперед и этим самым поставить под угрозу силы вражеского центра" (79).
Поддержку в этом плане флангам Западного фронта должны были оказать
войска Калининского и правого крыла Юго-Западного фронтов.
В результате контрнаступления советских войск к 1 января 1942 г.
на Западном фронте сложилась следующая обстановка. Правое крыло фронта
(1-я ударная, 16-я и 20-я армии) вело упорные атаки на рубеже рек Руза
и Лама; центр фронта (5-я, 33-я, 43-я и 49-я армии) развивал наступле-
ние с рубежа рек Ока, Нара и Руза в направлениях на Можайск, Боровск,
Малоярославец; левое крыло фронта (10-я и 50-я армии и группа генерала
Белова) преследовало противника в направлениях Юхнов, Мосальск, Киров.
В результате хорошо подготовленного и своевременно начатого конт-
рнаступления советские войска под Москвой нанесли крупное поражение
главным сила вермахта - группе армий "Центр", которые были отброшены от
Москвы на 100-250 км. Здесь были разбиты лучшие дивизии немецких войск,
которые до сих пор не знали серьезных поражений. Таким образом, со-
ветская армия развеяла легенду о непобедимости гитлеровской армии.
Гитлеровскому командованию не удалось захватить Москву, а, следо-
вательно, было покончено и с планом "молниеносной войны". Но сдаваться
Германия не собиралась. Со своих постов были сняты многие представители
германской военной верхушки: так, Ф. фон Бок был отстранен с поста ко-
мандующего группой армий "Центр" (его заменил Х.Г.Клюге), в опалу попа-
ли также Браухич, Гудериан и еще около 20 человек.
Свой провал гитлеровское командование пыталось объяснить суровыми
зимними условиями, к которым не привыкли немцы. Также отступление объ-
яснялось как "планомерное", которое проводилось якобы с целью "выпрям-
ления линии фронта..." (80) Немецкие солдаты в своих письмах домой были
более объективны. "...Русские лучше и надежнее вооружены для зимы, не-
жели мы... - писал один из них. - Они могут часами лежать перед нашими
позициями при 35 градусном морозе, выжидая подходящего момента для ата-
ки. Их молодые командиры храбры и располагают большим опытом в проведе-
нии операций..." (81) А вот признание другого солдата вермахта: "Я был
бы доволен, если бы мне удалось вырваться из этого ада. Наша рота по-
несла под Москвой такие потери, что от нас осталась только жалкая
горсточка бойцов. Я не узнаю своего прежнего соединения. Из стариков
почти никого не осталось" (82).
Успешное контрнаступление советских войск под Москвой, главная
роль в котором отводилась Западному фронту, закончилась 7 января.
Красной Армии удалось в течение месяца освободить более 11 тысяч насе-
ленных пунктов, большинство которых, к сожалению, было разрушено и сож-
жено. 3 января 1942 г. Гитлер издал приказ, по которому отходившие
войска должны: "...Цепляться за каждый населенный пункт. Если данный
пункт должен быть нами оставлен, необходимо все сжигать дотла, печи
взрывать.."(83) Об этом приказе пишет немецкий солдат: "...Мы отошли
уже на несколько километров назад. Все оставленные нами деревни сжига-
ются, все в них уничтожается, чтобы вторгающиеся русские не имели, где
расположиться. Не оставляем после себя ни гвоздика. Эта разрушительная
работа - дело наше, сапер..."(84)
Для дальнейшего хода событий решающее воздействие имели ошибки
Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина, который посчитал, что силы
вермахта иссякли полностью, и на других участках советско-германского
фронта не смогут выдержать натиск Красной Армии. Поэтому И.В.Сталин за-
хотел, чтобы как можно скорее советские войска перешли в наступление по
всему советско-германскому фронту от Ладожского озера до Черного моря.
Еще до окончания контрнаступления под Москвой, 5 января 1942 г.,
представители Ставки Верховного Главнокомандования собрались для обсуж-
дения плана общего наступления Красной Армии. Свою мысль И.В.Сталин
обосновывал следующим образом: "Немцы в растерянности от поражения под
Москвой, они плохо подготовились к зиме. Сейчас самый подходящий момент
для перехода в общее наступление. Враг рассчитывает задержать наше
наступление до весны, чтобы весной, собрав силы, вновь перейти к актив-
ным действиям. Он хочет выиграть время и получить передышку. Наша зада-
ча состоит в том, чтобы не дать немцам этой передышки, гнать их на за-
пад без остановки, заставить их израсходовать свои резервы еще до
весны... когда у нас будут новые резервы, а у немцев не будет больше
резервов..." (85)
В целом замысел общего наступления был неплохим. Верховный Главно-
командующий, однако, не учел того, что выдохлись не только немецкие
войска, но и советские тоже, и находившихся в резерве Ставки армий для
успешного осуществления этого плана было недостаточно. Г.К.Жуков
единственный среди присутствовавших попробовал возразить Сталину: "На
западном направлении, где создались более благоприятные условия и про-
тивник еще не успел восстановить боеспособность своих частей, надо про-
должать наступление. Но для успешного исхода дела необходимо пополнить
войска личным составом, боевой техникой и усилить резервами, в первую
очередь танковыми частями. Если мы это пополнение не получим, наступле-
ние не может быть успешным... Я за то, чтобы усилить фронты западного
направления и здесь вести более мощное наступление" (86). Как вспоминал
маршал, обсуждение предложений Верховного так и не состоялось. "Выйдя
из кабинета, Б.М.Шапошников сказал:
- Вы зря спорили: этот вопрос был заранее решен Верховным.
- Тогда зачем же спрашивали наше мнение?
- Не знаю, не знаю, голубчик! - ответил Борис Михайлович, тяжело
вздохнув" (87).
Таким образом, по приказу Верховного Главнокомандующего конт-
рнаступление под Москвой переросло в общее наступление советских войск.
1 февраля 1942 г. директивой Ставки Верховного Главнокомандования была
восстановлена должность главнокомандующего Западного направления, на
которую был назначен генерал армии Г.К.Жуков с сохранение за ним долж-
ности командующего Западным фронтом (88).
В январе-феврале действия наступающих советских войск были доволь-
но успешными, но в связи с острой нехваткой сил и средств им не удалось
осуществить поставленные задачи. К марту-апрелю противник смог значи-
тельно усилить свою боеспособность и оказать сильное сопротивление
наступавшим.
В конце апреля Ставка была вынуждена принять многочисленные пред-
ложения командующих фронтов о переходе к обороне на линии Великие Луки
- Велиж - Демидов - Белый - Духовщина - река Днепр - Нелидово - Ржев -
Погорелое Городище - Гжатск - река Угра - Спас-Деменск - Киров - Люди-
ново - Холмищи - река Ока. За период зимнего наступления войска Запад-
ного фронта продвинулись всего лишь на 70-100 километров, однако
несколько улучшили общую оперативно-стратегическую обстановку на запад-
ном направлении (89).
II.2. Полководческий почерк Г.К.Жукова в ходе битвы за Москву
В последнее время большое внимание уделяется военному наследию,
которое оставил Г.К.Жуков. Вот что говорит по этому поводу кавалер ордена Жукова П.Ф.Юрченко: "Почти во всех академиях мира глубоко и всесторонне изучают стратегические наступательные операции, осуществленные советскими войсками в 1941 - 1945 гг., особенно те, что проводились под командованием маршала Жукова"(90). Каждая из проведенных им операций отличалась оригинальностью, новизной применяемых способов
действий и поэтому, как правило, оказывалась неожиданной для противника.
Как позже признал сам Георгий Константинович, целью всей его жизни была военная служба: защищать в опасный час свою Родину, и, следовательно, побеждать врага. "Наука побеждать - не простая наука. Но тот, кто учится, кто стремится к победе, кто борется за дело, в правоту которого верит, всегда победит. Я убедился в этом на многих уроках
собственной жизни", - писал маршал (91). На наш взгляд, основные средства, методы и способы борьбы, т.е. основные военного искусства, которых придерживался Г.К.Жуков, проводя операции, отражены в его речи, произнесенной им в 1945 г. на военно-теоретической конференции.
Приведем наиболее важные из них, сопоставив с действиями Г.К.Жукова на посту командующего Западным фронтом в ходе Московской битвы. Первое, указывал Жуков, на что должен обращать внимание командующий, - это хорошо поставленная разведка и отличное знание противника, правильная оценка его замыслов, сил и средств; умение учесть, на что он способен и на что не способен, на чем можно его поймать (92).
В изданной директиве на наступление на истринском водохранилище от 4 декабря 1941 г. один из пунктов гласит: "Командармам обратить внимание на тщательно организованную и непрерывно работающую разведку и наблюдение за полем боя" (93). Если вспомнить, как развивались события от обороны до контрнаступления советских войск, то можно привести еще пример. Благодаря дару предвидения и своей проницательности Г.К.Жуков в
октябре смог определить основные направления, по которым будут наступать немецкие танковые части и приказал укрепить здесь оборону. В конце ноября Г.К.Жуков правильно определил, когда возник подходящий момент для перехода советских войск в контрнаступление.
Второе - отличное знание своих войск, их тщательная подготовка к бою. Необходима, указывал Жуков, всесторонняя подготовка командования и штабов, заблаговременная отработка всех вариантов предстоящих действий войск (94). Имеется целый ряд свидетельств тому, что Г.К.Жуков считали необходимым лично ознакомиться с положением на передовой. Он сам признавал: "А я вот, будучи командующим фронтом, неоднократно ползал на животе, когда этого требовала обстановка, и особенно когда перед наступлением своего фронта в интересах дела желал составить себе личное представление о переднем крае противника на участке будущего прорыва" (95).
Пройдя военную службу от рядового до генерала, Г.К.Жуков хорошо знал положение на войне простого солдата. Поэтому, отдавая приказы, он не только ставил задачи, но и проявлял заботу о своих подчиненных. Так, например, в той же директиве от 4 декабря 1941 г. командующий фронтом обращал внимание командармов на "...хорошо организованное управление частями в звене рота, батальон, полк и дивизия; постоянную заботу о людях, их отдыхе, подъеме духа, обеспечение теплой одеждой, питанием и боеприпасами" (96).
Третье - оперативная и тактическая внезапность, которая достигается тем, что враг вводится в заблуждение относительно истинных намерений советского командования. Г.К.Жуков указывал, что командующему необходимо действовать настолько быстро и стремительно, чтобы неприятель всегда и всюду опаздывал и тем самым попадал в тяжелое положение (97). В директивах, которые в первых числах декабря 1941 г. были отданы
войскам и содержали приказ о переходе в решительное наступление, Г.К.Жуков старался провести этот принцип. Четвертое - в зависимости от поставленной задачи надо точно рассчитывать силы и средства. Нельзя войскам ставить непосильные задачи, так как это не даст ничего, кроме потерь и подрыва боевого духа войск (98). Во время общего наступления, когда, вопреки мнению Г.К.Жукова, Сталин приказал наступать, вследствие нехватки сил сложилась
трудная обстановка и командующий Западным фронтом был вынужден докладывать Верховному Главнокомандующему следующее: "Большинство дивизий и стрелковых бригад сейчас настолько обескровлены, что не представляют никакой ударной силы. Многие дивизии имеют по 200-300 штыков, а стрелковые бригады и стрелковые полки по 50-100 штыков. В таком состоянии дивизии и стрелковые бригады Западного фронта дальше оставаться не могут и не способны решать наступательные задачи" (99).
Пятое - не следует ни при каких обстоятельствах проводить операцию, неподготовленную в материальном отношении. Общая обстановка может толкать командование на быстрейшее осуществление операции, но начинать ее можно только после тщательной подготовки и всестороннего обеспечения (100). Говоря о положениях военного искусства, кавалер ордена Жукова В.И.Макаревский отмечает: "Как глубокий знаток военного дела Маршал Жуков всегда руководствовался следующим основным принципом: достигать целей операции за счет объединения усилий всех видов Вооруженных Сил и родов войск" (101). Действительно, в ходе битвы за Москву кроме пехотных частей широко использовались артиллерийские, танковые, конные и авиационные силы. Сам Г.К.Жуков неоднократно выражал благодарность за оказание поддержки в Московской битве морякам и партизанским отрядам.
Впервые наиболее полное взаимодействие войск с партизанами было достигнуто именно в период битвы за столицу. "Этому благоприятствовали два обстоятельства: продолжительное пребывание Г.К.Жукова в должности командующего войсками Западного фронта и наличие в полосе фронта большого числа партизанских формирований," - отмечает В.А. Пережогин (102). Г.К.Жуков знал местонахождение каждого крупного партизанского отряда, его численность, боеспособность, командный состав. "Практика доказала,
- пишет В.А.Пережогин, - что наибольший эффект от взаимодействия достигался тогда, когда при выполнении общей задачи партизанские отряды действовали самостоятельно, применяя присущие им приемы и способы борьбы" (103).
Таковы наиболее важные требования Г.К.Жукова к тактике решительного прорыва, о котором Маршал писал: "Прорыв - это не цель. Прорыв - это один из важнейших этапов к достижению цели, а главная цель всегда достигается после прорыва. Прорыв совершается не для прорыва, а для получения преимущества наших войск в маневре с целью удара с менее выгодного для противника направления" (104).
Используя основные положения военной тактики, Г.К.Жуков при этом не повторялся. Он старался всячески внедрить в разработку и проведение операций новые и передовые средства и методы, демонстрируя свое военное искусство в полной мере. Как сказал А.М.Василевский, Г.К. Жуков "показал себя в сражениях Великой Отечественной войны человеком огромного
полководческого таланта, обладающим смелостью и оригинальностью в суждениях, твердостью при выполнении принятых решений" (105). II.3. Послевоенные оценки Г.К.Жукова и других полководцев
Московской битвы
"Когда меня спрашивают, что больше всего запомнилось из минувшей войны, я всегда отвечаю: битва за Москву", - эти слова Г.К.Жукова лучше всего говорят о значении Московской битвы (106). И далее он продолжает: "Это был ответственнейший момент войны. Я принял командование фронтом в дни, когда фронт находился, по существу, в пригородах Москвы. Из Кремля до штаба фронта в Перхушково мы доезжали на машине за час. Теперь даже трудно себе представить, как это близко. Бои шли в местах, куда теперь молодые москвичи ездят зимой на лыжах, а осенью за грибами" (107). Было что вспомнить Г.К.Жукову и о начальном периоде битвы. Еще во время войны в письме к А.А.Жданову Жуков сетовал на то, что "Конев и Буденный проспали все свои вооруженные силы, принял от них одно воспоминание. От Буденного штаб и 90 человек, от Конева штаб и два запасных полка"
(108).
Г.К.Жуков в период командования Западным фронтом приходилось нелегко. Нередко сверху поступали противоречивые распоряжения, сыпались угрозы. Не прошло двух дней после вступления Г.К.Жукова в должность командующего Западным фронтом, как ему позвонил В.М.Молотов и между ними произошел следующий разговор: "Он (В.М.Молотов - О.Е.) поинтересовался, - вспоминал Жуков, - продвижением немецких войск на одном из направлений. Разговор шел в повышенном тоне. Словом, он сказал нечто вроде того, что или я остановлю это угрожающее Москве наступление, или я буду расстрелян. Я ответил ему на это - не пугайте меня, я не боюсь ваших угроз. Еще нет и двух суток, как я вступил в командование фронтом, я еще не полностью разобрался в обстановке, не до конца знаю, где что делается. Разбираюсь в этом, изучаю войска. В ответ он снова повысил голос и стал говорить в том духе, что, мол, как это так, не суметь разобраться за двое суток. Я ответил, что если он способен быстрее меня разобраться в положении, пусть приезжает и вступает в командование фронтом. Он бросил трубку, а я стал заниматься своими делами" (109).
О начальном периоде битвы за Москву вспоминает Г.Блюментрит: "Когда мы вплотную подошли к Москве, настроение наших командиров и войск вдруг резко изменилось... Командование русскими войсками, прикрывавшими Москву, теперь принял маршал (тогда генерал - О.Е.) Жуков. За несколько недель его войска создали глубоко эшелонированную оборону, которая проходила через лес, примыкавший к к реке Нара, от Серпухова на
юге до Наро-Фоминска и далее на север. Тщательно замаскированные опорные пункты, проволочные заграждения и большие минные поля теперь заполняли огромный лесной массив, прикрывавший западные подступы к столице" (110).
Интерес представляет оценка, которую Г.К.Жуков дал И.В.Сталину как Верховному Главнокомандующему и его вкладу в достижение победы под Москвой. Г.К.Жуков говорил о том, что И.В.Сталина не был подготовлен к современной войне, его подготовка базировалась на опыте гражданской войны, поэтому он был растерянным, не умел правильно оценить обстановку, допускал грубейшие просчеты и ошибки (как, например, в случае с решением продолжать общее наступление на западном направлении). "Что касается его человеческих качеств, то я, как и другие, знавшие его, могу сказать о его грубости, нетерпимости, резкости. Хотя во время войны, как я убедился, с ним можно было иногда и поспорить" (111).
После войны, особенно в связи с юбилеями, посвященными Победе советских войск над Германией, Г.К.Жукову неоднократно приходилось давать интервью, в том числе и те, которые касаются битвы за Москву. Так, на вопрос, какие дни Московской битвы были самыми трудными и опасными, Г.К.Жуков ответил: "Трудным и опасным был весь оборонительный период битвы. Самой же тяжелой, я считаю, оказалась вторая декада октября. В те дни и ночи я "мотался" вдоль фронта, чтобы организовать оборону,
как-то прикрыть наиболее опасные направления, предотвратить глубокий прорыв противника. На самочувствии и работе отрицательно сказывались панические настроения в столице в тем дни, бесконечные запросы и часто не соответствовавшие обстановке указания Сталина" (112). В другом интервью, отвечая на подобный вопрос, Г.К.Жуков добавил:
"...самый опасный момент - это с десятого, вернее, с шестого по пятнадцатое октября, когда Можайская линия еще не представляла собой надежной линии обороны... противник имел возможность без особых препятствий рвануть к Москве.
- А в тот период, когда немцы были буквально в двадцати пяти километрах от Москвы, на канале, в Крюково, это уже было не столь опасно? - Тоже опасно. Но на путях к Крюкову, Яхроме, Красной Поляне, Кашире противник понес такие потери, что в этих районах он уже не представлял собой той опасности, которую он представлял в период с шестого по пятнадцатое октября, когда он был довольно сильным и имел хорошо укомплектованные ударные группировки, особенно бронетанковых войск" (113).
Ответ Г.К.Жукова на вопрос: "насколько физически трудна была обстановка лично для Вас как командующего фронтом в битве за Москву?" был следующим. "Битва за Москву, - сказал Жуков, - была одинаково тяжела как для солдата, так и для командующего. В период самых ожесточенных боев (с 16-го ноября по 8-е декабря) мне приходилось спать не более двух часов в сутки. Чтобы как-то поддерживать силы способность работать, надо было делать короткие, но частые физические упражнения, пить крепкий кофе, иногда пробегать 15-20 км. на лыжах. Когда в сражении наступил перелом, я так крепко заснул, что меня не могли разбудить. Два раза звонил Сталин, ему отвечали: "Жуков спит, не можем его добудиться..."(114)
Вспоминая период контрнаступления, Г.К.Жуков дает ему положительную оценку: "Битва под Москвой показала, что при организации контрнаступления необходимо добиваться внезапности, тщательно выбирать направление главного удара и момент перехода от обороны к наступлению, а также правильно определять время и способы ввода в сражение резервов" (115). Что касается общего наступления советских войск на западном направлении, то здесь Жуков настроен критически: "Если бы девять армий резерва Ставки Верховного Главнокомандования не были разбросаны по всем фронтам, а были бы введены в дело на
фронтах западного направления, центральная группировка гитлеровских войск была бы разгромлена, что, несомненно, повлияло бы на дальнейший ход войны" (116).
Несмотря на то, что удачное контрнаступление наших войск под Москвой не переросло в столь же успешное общее наступление, в историографии закрепились справедливые оценки значения Московской битвы. Г.К.Жуков, в частности, оценивал роль Московской битвы в общем ходе войны следующим образом: "Начало коренного поворота в ходе войны положила битва под Москвой. Она имела огромное значение не только в военно-политическом, но и в морально-психологическом отношении и не только для Красной Армии, для нашего народа, но и ля всех народов, которые вели борьбу с фашистской Германией..."(117) "Величие подвига под Москвой состоит в том, что силой мы немцев
не превосходили. На столицу фашисты нацелили главный удар, сюда были брошены лучшие отборные части. Нам важно было выстоять до подхода резервов, которые спешно перебрасывались с Востока. Мы шли тогда на риск. На Востоке у нас был тоже опасный сосед - Япония. Но иного выхода не было. Особенно остро мы чувствовали нехватку танков и боеприпасов. Теперь трудно поверить, но в конце боев под Москвой была установлена норма снарядов: один-два выстрела на орудие в сутки..." (118)
Подводя итоги Московского сражения, маршал А.М.Василевский отмечает: "Финал великой битвы под Москвой был поистине изумителен... впервые "непобедимые" немецко-фашистские войска были биты, и биты по-настоящему: 38 немецких дивизий, в том числе 11 танковых, потерпели тяжелое поражение. В результате контрнаступления и общего наступления фашисты потеряли более 500 тыс. человек, 1300 танков, 2500 орудий, более 15 тысяч машин и много другой техники. Таких потерь фашистская армия еще не знала" (119).
Описывая контрнаступление под Москвой, командующий войсками союзников Д.Макартур отмечает: "Мне еще не приходилось видеть столь блестящей организации контрнаступления, как это имело место под Москвой"(120). Командующий Московским военным округом П.А.Артемьев, вспоминая битву за столицу, оценивает роль жителей Москвы и Московской области: "Неоценимый вклад внесли трудящиеся Москвы и Московской области в великую Победу. Построенная ими Можайская линия обороны затормозила первое наступление гитлеровцев на столицу. В невероятно короткий срок москвичи создали Московскую зону обороны - серьезную преграду на пути второго наступления немецко-фашистских захватчиков на Москву" (121).
А.М.Василевский говорит о результатах победы под Москвой следующим образом: "Московская победа свидетельствовала о том, что Советский Союз, ведя в то время войну против гитлеровской Германии один на один, внес огромный вклад в дело борьбы с фашистскимм агрессором. В результате победы под Москвой укрепились и возросли авторитет СССР, его влияние на решение международных проблем" (122).
Кажется, только Гитлер считал, что с захватом Москвы прекратится и война, многие же его генералы понимали, что это не так: в частности, Блюментрит пишет: "...даже если бы мы овладели Москвой, все равно война была бы далека от благополучного завершения" (123).
Лучше всего, на наш взгляд, о Московской битве сказал К.К.Рокоссовский: "Годы и самоотверженный труд советского человека стерли следы сражений. Много забылось, но никогда не забудутся дни героической защиты столицы нашей Родины - Москвы" (124).
III. Новейшая историография о роли и месте Г.К.Жукова в Великой Отечественной войне
С конца 80-х, а особенно в начале 90-х гг. развернулось широкое
обсуждение вопроса о роли Г.К.Жукова, его месте в Великой Отечественной
войне, его полководческих способностях. В основном историки и публи-
цисты пытаются дать объективную оценку деятельности маршала. Однако не-
которые авторы, на наш взгляд, подошли к рассмотрению проблем, связан-
ных с жизнью и деятельностью Жукова, предвзято и без должного уважения
к нашей истории и лично к Г.К.Жукову. Уже упоминавшиеся доктора истори-
ческих наук А.Н. и Л.А.Мерцаловы развернули в прессе атаку на Жукова в
связи с постановлением правительства Москвы о возведении памятника ве-
ликому полководцу на Красной Площади. Опубликованные ими брошюры
"Г.К.Жуков: новое прочтение или старый миф" (1994) и "Иной Жуков"
(1996) преследуют цель развенчать полководческий талант Маршала Жукова
и содержат резкую критику его действий в годы войны.
На наш взгляд, суждения, оценки и выводы Мерцаловых, содержащиеся
в этих работах, необъективны и лишены какого-либо убедительного обосно-
вания.
Так, в частности, Г.К.Жуков не был, как утверждают Мерцаловы, че-
ловеком, "незаслуженно" занявшим в РККА "одно из мест казненных марша-
лов" по причине того, что был "без лести преданным сатрапу" - т.е. Ста-
лину (151). Г.К.Жуков прошел долгую и нелегкую военную службу и марша-
лом стал не сразу. Его карьера началась с простого солдата. В августе
1915 года, восемнадцатилетний Жуков был досрочно вызван в армию и вско-
ре попал на фронт. Военная служба втянула Георгия Константиновича на
долгие годы: поднимаясь по служебной лестнице все выше и выше, он зани-
мал последовательно должности командира эскадрона, полка, бригады, ди-
визии, корпуса, армии и, наконец, фронта. К началу Великой Отечествен-
ной войны Г.К.Жуков дослужился до звания генерала, и только в 1943 го-
ду, уже доказав свое превосходство над многими другими, имевшими более
высокие звания военачальниками, он вполне заслуженно получил звание
Маршала Советского Союза. Во время Великой Отечественной войны он был
единственным заместителем Верховного Главнокомандующего, а после Победы
- Министром Обороны СССР.
А.Н. и Л.А.Мерцаловы не согласны называть Жукова великим полковод-
цем потому, что он "не проходил академий", и "руководить военными
действиями таких масштабов, как Великая Отечественная война, без науч-
ных знаний было мыслимо лишь при авторитарном режиме" (152). Получа-
ется, что Г.К.Жуков был малообразованным человеком, и добивался своего
с помощью силы. Но так ли это?
Выходец из беднейшей крестьянской семьи, Г.К.Жуков не оканчивал
институтов или военных академий, но тем не менее он был высокообразо-
ванным человеком. В своей волости он окончил с отличием церковно-при-
ходскую школу и полуил тем самым хорошее начальное образование. Работая
в Москве скорняком, он посещал вечерние образовательные курсы, на сэко-
номленные деньги покупал учебники. Среднее образование он получил,
успешно сдав в 14 лет экзамены за полный курс городского училища.
В 1916 г. Г.К.Жуков блестяще окончил годичную школу унтер-офицеров
и получил очень хорошую начальную военную подготовку на русско-гер-
манском фронте во время первой мировой войны. Был красным командиром в
Гражданскую. С 1924 по 1925 гг. он вмместе с И.Х.Баграмяном, А.И.Ере-
менко, К.К.Рокоссовским обучался в Высшей кавалерийской школе в Ленинг-
раде. Вскоре это учебное завеение переформировали в Кавалерийские курсы
усовершенствования (ККУКС).
В учебе Г.К.Жуков, по собственнымм словам, проявил удивительную
выносливость и упорство.
Подтверждая это, И.Х.Баграмян писал: "Георгий Константинович Жуков
среди слушателей нашей группы считался одним из наиболее способных"
(153).
Сокурсник Жукова К.К.Рокоссовский добавляет: "Жуков как никто от-
давался изучению военной науки. Заглянем в его комнату - все ползает по
карте, разложенной на полу. Уже тогда дело, долг для него были превыше
всего" (154)
С 1929 по 1930 гг. Г.К.Жуков учится в Москве на курсах по усовер-
шенствованию высшего командного и начальствующего состава при Военной
академии им. М.В.Фрунзе (КУВНАС).
Везде, где уился Жуков, он успевал блестяще, учился с огромным
усердием.
Его дочь Элла Георгиевна отмечает, что отец обладал колоссальной
эрудиуией, "и не только в военном деле, но и в других областях знаний.
Многое для Жукова заключалось в самообразовании. Думаю, что не ошибусь,
если скажу, что у отца была ненасытная жажда к знаниям, к книгам..."
(155)
Напомним, что не один Г.К.Жуков среди великих людей русской исто-
рии не имел академического образования. Так, например, классик русской
литературы М.Горький вообще никогда не учился. Дедушка и бабушка научи-
ли его читать, помогли выучить псалтырь, но огромная работа по самооб-
разованию сделала его образованным человеком и великим писателем. Также
и Ф.И.Шаляпин не оканчивал консерватории, а стал величайшимм певцом
России. Станут ли Мерцаловы утверждать, что Шаляпин пел бы в несколько
раз лучше, если бы имел диплом об окончании института? На наш взгляд,
согласиться с Мерцаловыми, когда они утвержают, что "одних природных
способностей ничтожно мало, чтобы преуспеть в чем-то в наше время"
(156), невозможно. Ученость и талант - не одно и то же, о чем свиде-
тельствуют десятки посредственностей, пусть и увешенных всевозможными
регалиями и облаченных в профессорские мантии.
Мышление Г.К.Жукова как полководца "отличалось такими чертамми,
как гибкость и находчивость, практическая направленность, предвидение,
интуиция, разумный риск, способность быстро принимать решение в сложной
обстановке - широкомасштабной операции и войны в целом". К такому выво-
ду пришел М.Скирдо, изучая полководческую деятельность Г.К.Жукова
(157). Г.К.Жуков в момент смертельной опасности и исключительной от-
ветственности становился еще собранее, умел сжать свою волю и, превра-
тив себя в сгусток энергии, начинал мыслить особенно просветленно,
ясно, действуя более энергично, чем в обычной обстановке - добавляет
М.А.Гареев (158).
А.Н. и Л.А.ММерцаловы критикуют деятельность Г.К.Жукова на фрон-
тах: "Жуков никогда не отрывался от Сталина, где бы он ни находился.
Никаких решений он самостоятельно не принимал, ничего не "брал" в свои
руки... Представители Ставки вмешивались в дела войск, дезорганизуя
их... Они, как правило, не отличавшиеся деликатностью, просто мешали
способным командующим, требуя к себе внимания" (159).
С этим высказыванием Мерцаловых согласиться нельзя. Вспомним, хотя
бы, инциндент в ходе Московской битвы, когда Жуков, выступив против ре-
шения начальника Генерального штаба, настоял на своем приказе не до-
пустить отхода частей 16-й армии, которой командовал Рокоссовский. Вы-
воды Мерцаловы в тексте брошюры необоснованы и ничем не подкреплены -
по сути, это фантазии историков. Соратник, живой свидетель событий ге-
нерал С.Л.Штеменко отмечал: "Чувствуя свою правоту в том или ином спор-
ном вопросе, Георгий Константинович мог довольно резко возражать Стали-
ну, на что никто другой не отваживался" (160). Об этом же пишет и за-
меститель начальника Генштаба А.М.Василевский: "Г.К.Жуков, отличавшийся
довольно решительным и жестким характером, решал вопросы смело, брал на
себя полностью отвественность за веение боевых действий; зазумеется, он
ержал связь со Ставкой и нередко подсказывал ей целесообразное решение"
(161). Почему в данном случае мы не должны доверять непосредственным
участникам событий, Мерцаловы, к сожалению, не поясняют.
Что касается утверждения, будто бы представители Ставки мешали ко-
мандующим, то опять вспомним случай, когда представитель Ставки Г.К.Жу-
ков в начале октября разобрался с положением в войсках Западного и Ре-
зервного фронтов. Помогал или мешал Г.К.Жуков "способным" Буденному и
Коневу, которые "проспали" свои войска и чьи армии оказались окруженны-
ми под Вязьмой? Ответ очевиден.
Современные историки также подчеркивают самостоятельность Жукова.
Вот что сказал М.А.Гареев: "Волевые и организаторские качества Жукова
особенно ярко проявились в его способности настойчиво проводить в жизнь
принятые решения, неуклонно добиваться выполнения боевых задач, активно
бороться за инициативу, упреждать противника и навязывать ему свою во-
лю. Этому способствовали и его целеустремленность, уверенность в своих
решениях и действиях, высокая ответственность и самостоятельность в ре-
шении задач с неясным рискованным исходом, решительность и упорство в
достижении цели" (162).
В данном случае самостоятельность надо понимать как умение
действовать и принимать решения вместе с подчиненными и начальством, а
не вопреки начальству. Н.Н.Яковлев пишет на этот счет: "Он никогда не
пытался делать все сам (но не потому, что не умел! - О.Е.). Он обладал
важнейшим качеством - умением сплачивать и привлекать к самой активной
работе подчиненных, командующих и командиров, штабы и политорганы. Жу-
ков был признанным организатором боевой работы крупных военных коллек-
тивов, руководивших фронтами и группами фронтов" (163).
Не согласны А.Н. и Л.А.Мерцаловы с утверждением, что "Москву было
нужно "спасать" в любом случае" (164). По всей вероятности, историкам
не приходилось знакомиться с документами, содержащими планы Гитлера от-
носительно Москвы, которую предполагалось стереть с лица земли. Спра-
ведливости ради отметим, что А.Н.Мерцалов несколькими годами ранее за-
являл, что "Московская битва - одно из решающих, если не решающее собы-
тие второй мировой войны" (165), что, по-видимому, невозможно, если
Москва не стоила того, чтобы его "спасали". К сожалению, историк нигде
не сообщает о причинах, заставивших его пересмотреть свои прежние
взгляды.
Мерцаловы упрекают Г.К.Жукова в том, что он виновен в смерти мил-
лионов советских солдат, которые остались бы живы, если бы имим коман-
довал более "гуманный" , "демократичный" военачальник. Жуков, считаюит
Мерцаловы, отнюдь не старался воевать "малой кровью" (166). Отметим,
что это утверждение Мерцаловых также не основано на каких-либо конкрет-
ных исторических исследованиях, не подтверждено документальным материа-
лом. Кроме того, война есть война, и ни один военачальник не застрахо-
ван от возможных ошибок, которые, естественно, не могут ни приводить к
увеличению потерь. Совершил ли Жуков ошибок больше, чем другие со-
ветские генералы? Отличался ли он особым равнодушием к солдатским судь-
бам? Мерцаловы хотели бы заставить читателя поверить, что это так. Од-
нако никаких доказательств в свою пользу они не приводят. На наш
взгляд, при обсуждении этих вопросов надо принять во внимание, что враг
был очень силен, он обладал победоносным опытом войны в Европе, и в
первой половине войны качество его оружия по ряду параметров превосхо-
дило советское. Надо учесть еще и то, что именно Советский Союз в ок-
тябре-ноябре 1941 г. принял на себя всю тяжесть обрушившегося вермахта,
так ни в 1941, ни 1942, ни в 1943-ем годах союзники не спешили откры-
вать второй фронт. Здесь уместно привести мнение генерала армии
М.А.Гареева: "Если бы Жуков и наши солдаты под Москвой, Ленинградом во
имя "гуманизма" при первой неудаче складывали оружие, как это делали
некоторые соединения союзнических войск, то фашисты достигли бы своей
цели и весь мир сегодня жил бы совсем другой жизнью. Поэтому в широком
историческом плане жуковский подход в конечном счете оказался более
гуманным" (166А). Обвинять Г.К.Жукова в бесчеловечности немыслимо,
если знать о том, как он действительно относился к рядовым воинам. Вот
что говорит об этом сам Георгий Константинович: "От природы я не ведаю
ни страха, ни восторгов, но откровенно говоря, хотелось расцеловать
каждого бойца, каждого командира, ведь они сражались сразу за троих,
за десятерых..." (167)
Если брать число потерь применительно к Московской битве, то боль-
шее число погибших советских воинов приходится на первые числа октября,
то есть до того, как Г.К.Жуков вступил в должность командующего объеди-
ненного Западного фронта.
Сомнительными выглядят доводы Мерцаловых об отношениях Жукова и
И.В.Сталина. Мы уже видели как они протянули нить между Сталиным и Жу-
ковым и связали их этой же нитью, называя Г.К.Жукова сталинским марша-
лом. "Сталин приблизил его к себе не случайно", ему "нужен был замести-
тель ...в меру грамотный, жесткий и упрямый исполнитель. Нужны были и
пороки в характере сотрудника. Они позволят в дальнейшем управлять им,
использовать в интригах, а при необходиммости сделать из него "козла
отпущения" (168).
Да, назначение на высокие посты было не случайным, и до сих пор не
ясен вопрос, как и почему выбор Сталина остановился именно на кандида-
туре Г.К.Жукова, несмотря на строптивость его характера, которая прояв-
лялась еще в самом начале его работы в должности начальника Генерально-
го штаба. Ведь именно он первым из окружения И.В.Сталина стал возражать
ему и отстаивать свою точку зрения по крупным вопросам.
Г.К.Жуков выделялся из многих военачальников яркими чертами,
присущими выдающимся полководцам: силы характера, энергия, рабо-
тоспособность, требовательность к подчиненным, способность сохранять
верность суждений и продуктивность ума в условиях максимальной
опасности, способность чувствовать изменения обстановки и принимать
своевременные решения адекватно ее развитию.
Маршал С.К.Тимошенко отмечает: "Жуков был единственным человеком,
который не боялся, он меня не раз защищал у Сталина, особенно в началь-
ный период войны. Смелый был человек" (169).
Бывший сотрудник органов КГБ А.Т.Рыбин указывает на то, что отно-
шения между Сталиным и Жуковым во время войны были сложными. Сталин -
"умный, хитрый, жесткий, сдержанный с подчиненными, тем более с коман-
дующими фронтами и простым народом", а Жуков - "резкий. порывистый, до-
пускавший грубости с подячиненными, в том числе с Верховным Главноко-
мандующим" (170). Рыбин, однако, отмечает при этом, что "Сталин от-
носился к Жукову, как отец к сыну, нередко его бранил, но и многое про-
щал, усмматривая в нем талант военачальника" (171). В то же время
Г.К.Жуков был способен провести в жизнь собственное серение, отвратить
Сталина от свершения более крупных ошибок.
"Г.К.Жуков обладал очень важным для полководца даром - умением
быстро оценивать и прогнозировать развитие обстановки и в миг принимать
решение. Пожалуй, он был единственным из сталинских помощников, кто мог
открыто спорить со Сталиным, противоречить емму, отстаивая собственную
точку зрения", - сделал вывод Н.Павленко (172).
Таким образом, мы видим, что сами того не скрывая, А.Н. и Л.А.Мер-
цаловы в первую очередь рассматривают отрицательные стороны и качества
Г.К.Жукова, забывая или намеренно не принимая во внимание огромный
вклад Г.К.Жукова во все победные свершения нашей армии и народа во вре-
мя войны.
Ю.А.Горьков обращает внимание на такое качество полководца, как
ммужество. Еще А.В.Суворов говорил, что мужество нужно генералу, храб-
рость - офицеру, солдату же прежде всего нужны бодрость. Под мужеством
Ю.А.Горьков имеет в виду не "ползание по передовой. ДЖля этого нужны
храбрость и отвага, которыми Георгий Константинович был наделен вполне.
А вот мужество, как умение взять на себя ответственность за принимаемые
решения - качество особое и редкое", и Г.К.Жуков обладал им вполне
(173).
В современной литературе отмечается и тот факт, что Г.К.Жуков ро-
дился именно в свое время. "Время рождает своих героев, - отмечает
Н.Н.Яковлев. - Г.К.Жукову было суждено жить в великое время, в расцвете
сил и военного таланта он встретил испытание, обрушившееся на наш на-
род, - великую и тягчайшую войну против озверевшего фашизма. Он жил
этой войной, сделал все, что было в его силах, для Победы" (174). Об
этом же говорит и В.Паршин: "Ему суждено было сыграть особую роль в
судьбе страны и своего народа в самый опасный и тяжелый период истории
Отечества" (175).
На наш взгляд, лучше всего по достоинству оценил Г.К.Жукова амери-
канский публицист Гаррисон Солсбери: "Когда со временем отсеются зерна
истинных достижений от плевел известности, тогда над всеми остальными
военачальниками засияет имя этого сурового, решительного человека..."
(176)
Мерцаловым, прежде чем писать о Г.К.Жукове, стоило бы изучить сна-
чала воспоминания современников Г.К.Жукова, узнать, что думали о его
человеческих качествах и полководческих данных те, уто вместе с ним
прошел трагическими и героическими дорогами войны к Великой Победе.
З А К Л Ю Ч Е Н И Е
К победе вел Георгий Жуков - Победоносец
наших дней. И долг святой сынов и внуков
Свои дела сверять по ней. И будут в па-
мяти народной Его геройские дела. Победа
целью благородной Его на подвиги звала.
Теперь он в бронзе... При наградах С ним
рядом - воин фронтовик. Как в дни войны
и на парадах Строг и прекрасен его лик.
П. Сычев.
Одной из решающих битв и побед Великой Отечественной войны стала
битва за Москву. ДЖля осуществление плана "Тайфун" войскам вермахта
оставалось пройти чуть более 350 километров. Осуществление этого плана
началось 30 сентября - 2 октября 1941 г. и в перве дни оно шло успешно.
Но с 10 октября во главе обороны Москвы стал Г.К.Жуков, применивший
свой метод борьбы: "сначала истощать, а затемм бить".
Став командующим Западным фронтом, Жуков принял энергичные и бе-
зотлагательные меры по восстановлению управления войсками, организации
наземной и воздушной разведок и быстро привел в действие имевшиеся и
поступавшие от Ставки силы и средства в готовность для отражения ударов
противника и пресечения его намерений с ходу прорваться к Москве.
Оценив обстановку с проницательностью, остойной великого полковод-
ца, Г.К.Жуков пришел к выводу, что в сложившейся ситуации войска про-
тивника не будут наступать на широком фронте, а своими танковыми и мо-
торизованными соединениями нанесут удары вдоль дорог с целью выхода к
Москве.
Учитывая исключительно важное значение рубежа на Можайской линии
обороны, командование фронтом категорически запрещало отход с него без
письменного разрешения Военного совета. Вместе с тем, Г.К.Жуков в своих
приказах указывал пути, способы создания устойчивой обороны, ставил за-
дачи по организации противотанковой обороны, боевых действий ночбю, со-
вершенствованию инженерного оборудования.
Обладая такими высокими полководческими качествами, как умение
быстро и правильно оценить обстановку, предвидеть возможное развитие
хода боевых действий и принять наиболее целесообразное решение, несги-
баемая воля, решительность и упорство в достижении цели, Г.К.Жуков сно-
гое сделал для того, чтобы в критический момент битвы за Москву Красная
Армия добилась перелома в ходе военных действий в свою пользу.
Под руководством Г.К.Жукова войска Западного фронта, игравшие
главную роль в ходе всей битвы, упорной и активной обороной вымотал
противника и заставили его перейти к обороне, а затем сами перешли в
контрнаступление и нанесли врагу тяжелое поражение.
Важная роль в определении времени и организации перехода советских
войск в контрнаступление принадлежит Г.К.Жукову.
Заммысел командования Западным фронтомм состоял в том, чтобы нео-
жиданными для врага ударами разгромить его наиболее опасные, мощные
группировки, наступавшие на Москву с севера и юга. Эта идея таила таила
в себе определенный риск. Правила военного искусства предписывают на-
носить удары по слабым местам. Но в сложившейся ситуации необходимый
риск был просчитан Г.К.Жуковым. Это обусловливалось в первую очередь
тем, что подготовка контрнаступления и накопление резервов осуществля-
лось в глубокой тайне. Немецкое же командование считало, что русские не
располагают резервами и не имеют возможности для перехода в конт-
рнаступление.
Расчет Г.К.Жукова на полную внезапность нанесения контрударов по
наиболее сильным группировкам противника полностью себя оправдал.
Роль Г.К.Жукова в битве под Москвой, в которой он осуществил руко-
водство военнымми действиями как член Ставки ВГК, как командующий За-
падным фронтом, как Главнокомандующий Западного направления, - чрезвы-
чайно велика. И эта битва стала одной из вершин его полководческой дея-
тельности. В условиях нехватки сил и средств, особенно в оборонительный
период, отсутствия превосходства в силах и средствах в ходе конт-
рнаступления, в сложной, динамичной борьбе с сильным и опытным против-
ником особенно ярко проявились его незаурядные способности, умение
творчески решать самые разнообразные оперативные и стратегические зада-
чи, его выающийся полководческий талант.
Г.К.Жуков отдал Москве все свои силы, знания и опыт. На подступах
к ней одержал первую крупную победу, которая положила начало перелому в
Великой Отечественной войне. В Москве он участвовал в разработке планов
стратегических операций и военных кампаний, на Красной площади принимал
парад Победы и здесь покоится его прах.
В новейшей историографии существуют разные мнения по поводу полко-
водческого таланта и военной деятельности Г.К.Жукова, но, на наш
взгляд, наиболее достоверную характеристику дают соратники и близкие
Г.К.Жукова, и прежде всего на их свидетельства надо опираться истори-
кам, изучая жизнь маршала и его ратные подвиги.
Безусловно, нет нужды идеализировать Г.К.Жукова и приписывать все
успехи советских войск ему одному, как не следует впадать и в другую
крайность, принижая его достоинство. Г.К.Жуков не стремился к власти
ради власти, и, надо сказать, от верховной власти ему пришлось вытер-
петь и немало несправедливостей. Народ же выразил своюб любовь к изб-
ранному им герою, присвоив ему неофициальное звание - Маршал Победы.
Очень жаль, что в свое время советское правительство решило креми-
ровать тело Г.К.Жукова и захоронить прах в кремлевской стене, и теперь
даже его родные не могут положить цветы к его могиле без специального
разрешения. А ведь он хотел быть похороненным на родной Калужской зем-
ле. Народная память хранила и будет хранить и беречь имя Г.К.Жукова в
ряду самых славных имен истории Отечества. Этого права, права помнить,
никто не может у нас отнять.
И сегодня, в год 55-летнего юбилей Великой Победы над фашизмом от-
крываются многочисленные выставки, посвященные Великой Отечественной
войне. Столичные выставки приурочены не только к готовщине победы, но и
35-летнему юбилею присвоения Москве звания города-героя. Не последнее
место среди экспонатов этих выставок принадлежит всему, что связано с
именем Маршала Советского Союза Г.К.Жукова.
ПРИМЕЧАНИЯ:
1. См.: Великая битва под Москвой (1941-1942). Краткий истори-
ческий очерк. М., 1961.
2.См., например: Документы внешней политики 1940 - 22 июня
1941 г. Т.ХХIII: в 2 кн.М.,1995; Накануне войны: Материалы совещания
высшего руководящего состава РККА 23-31 дек.1940 г.//Русский Архив: Ве-
ликая Отечественная. Т.12(1). М.,1993; Приказы НКО СССР 1937- 21.4.1941
г.// Русский Архив: Великая Отечественная. Т.12(2). М.,1993; Секреты
Гитлера на столе у Сталина. Разведка и контрразведка о подготовке гер-
манской агрессии против СССР. март-июнь 1941. М., 1995; Гриф секрет-
ности снят: Потери Вооруженных сил СССР в войнах, боевых действиях и
вооруженных конфликтах. М.1993; и др.
3. См.: Маршал Жуков: полководец и человек. М., 1988; Маршал Жу-
ков. Каким мы его помним. М., 1989; Спар Уильям. Жуков: Взлет и падение
великого полководца / Пер. с англ. М., 1995; Яковлев Н.Н. Маршал Жуков.
М., 1995; Жуков, Макартур, Роммель. М., 1995; Мерцалов А.Н., Мерцалова
Л.А. Г.К.Жуков: новое прочтение или старый миф. М., 1994; Мерцалов
А.Н., Мерцалова Л.А. Иной Жуков. М., 1996.
4. Г.К.Жуков в битве под Москвой: сб. документов. М.: Мосгорархив,
1994.
5. См.: Битва за столицу: сб. документов: От обороны к конт-
рнаступлению; В 2-х тт. М.:Мосгорархив, 1994.
6. См.: Русский Архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Докумен-
ты и материалы.1941 год. Т.16 (5-1). М.:Терра, 1996; 1942 год.
Т.16(5-2). М.:Терра, 1996; Русский Архив: Великая Отечественная. Т.15
(4-1). М.:Терра, 1997.
7. См.: Жуков Г.К. Воспоминания и размышления: В 3-х тт. 12-е изд.
М.: Изд-во"Новости", 1995; Жуков Г.К. В битве за столицу // Воен-
но-исторический журнал. 1966. N8. С.53-63; N9. С.55-65; Жуков Г.К.
Контрнаступление под Москвой // Военно-исторический журнал. 1996. N10.
С.68-85; Жуков Г.К. Победа начиналась под Москвой // Наука и жизнь.
1972. N2. С.15-24.
8. См.: Битва за Москву. 4-е изд. М.:Московский рабочий,
1985; 1418 дней войны: из воспоминаний о Великой Отечественной. М.: По-
литиздат, 1990; Голиков Ф. И. В Московской битве. Записки командарма.
М.,1966; Конев И.С. Начало Московской битвы // Военно-исторический жур-
нал. 1966. N10; Лелюшенко Д.Д. Москва-Сталинград-Берлин-Прага. Записки
командарма. М.:Наука,1987; Рокоссовский К.К. Солдатский долг. М., 1985.
и др.
9. См.: Бучин А.Н. 170000 километров с Г.К.Жуковым. М., 1994; Гер-
гий Жуков: сб. воспоминаний о нем / Сост. М.Жукова. М.:Новатор, 1997;
Элла Жукова. Каким я помню отца // Россия Молодая. 1995. N6. С.15-18;
Кавалеры ордена Жукова о великом полководце. М.:Вагриус, 1998; Маршал
Жуков: Каким мы его помним. М., 1988; Маршал Жуков: Полководец и чело-
век. Сб. в 2-х тт. М.: Изд-во АПН, 1987; Маршал Победы: / Вспоминая и
разммышляя: сборник. М.:Воениздат, 1996.
10. См.: Белов М.И. Полководческий феномен Г.К.Жукова. М.,
1998; Великий советский полководец: К 100-летию со дня рождения Маршала
Советского Союза Г.К.Жукова. М., 1997; Карпов В.В. Маршал Жуков, его
соратники и противники в годы войны и мира. М., 1994; Окороков В.Н. 100
дней Маршала Победы под Москвой. Тверь, 1991; Светлишин Н.А.Крутые сту-
пени судьбы: Жизнь и ратные подвиги Маршала Г.К.Жукова. Хабаровск,
1992; Спар У., Яковлев Н. Полководец Жуков: взлет и падение. М., 1996;
Горьков Ю.А. Кремль. Ставка. Генштаб. Тверь, 1995.
11. Гареев М.А. Великий полководец : Г.Жуков и военное дело
// Свободная мысль. 1997. N2. С.28-38; Горьков Ю. Маршал Победы //
Слово. 1996. N11-12. С.12-19; Зайцев Н. Товарищ маршал // Россия моло-
дая. 1995. N6. С.12-14; Нечаев В. Маршал Победы // Диалог. 1997. N2.
С.73-75; Пережогин. Г.К.Жуков и партизанское движение // Отечественная
история. 1995. N5. С.21-29; Светлишин Н. От солдата до маршала // Воен-
но-исторический журнал. 1966. N11. С.31-40; Скирдо М. Защитник завоева-
ний социализма // Диалог. 1997. N2. С.65-66.
12. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Г.К.Жуков: новое прочтение или
старый миф. М., 1994; Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Иной Жуков. М.,
1996.
13. См.: Рейнгардт. Поворот под Москвой: Крах гитлеровской страте-
гии зимой 1941/42 гг. М., 1980.
14. Гудериан Г. Воспоминания солдата: пер. с нем. Ростов н/Д:
Феникс, 1998; Блюментрит Г. Московская битва // Роковые решения вермах-
та. Ростов н/Д: Феникс, 1999.
15. Блюментрит Г. Указ. соч. С.93.
16. Директива командования группы армий "Центр" о подготовке опе-
рации "Тайфун" // Русский Архив: Великая Отечественная. М.,1998.
Т.15(4-1) С.10-14.
17. Директива ОКХ штабу группы армий "Центр" от 17 сентября
1941 г. об обеспечении скрытности перегруппировки войск; Донесение опе-
ративного отдела штаба группы армий "Центр" оперативному отделу гене-
рального штаба сухопутных войск от 18 сентября 1941 г. о сроках прибы-
тия подвижных соединений и войск резерва главного командования; Прика-
зание ОКХ о передислокации 27-го армейского корпуса; Дополнительные
указания к директиве группы армий "Центр" N1300 о сроках перехода в
наступление и уточнении задач 2-й армии и 2-й танковой группы от 25
сентября 1941 г. // Битва за Москву: сб. док. М., 1994. Т.1. С.13-16.
18. Рейнгардт К. Поворот под Москвой. Крах гитлеровской стратегии
зимой 1941/42 года: Ист. очерк / Пер. с нем. М., 1980. С.67.
19. См.: История второй мировой войны. М., 1975. Т.4. С.92.
20. К.Рейнгардт отмечает, что в начале октября численность группы
армий "Центр" составляла 1.929406 человек (Рейнгардт К. Указ. соч.
С.72.
21. См.: История второй мировой войны. М., 1975. Т.4. С.92.
22. Приказ командования группы армий "Центр" на наступление
// Русский архив:Великая Отечественная. М., 1997. Т.4(1). С.16-17.
23. См.: Рейнгардт К. Указ. соч. С.72.
24. Директива Ставки ВГК ком. войсками Зап.фронта о переходе войск
фронта к обороне; План оборонительной операции войск Запаного фронта на
направлении вероятных ддействий противника // Русский архив: Великая
Отечественная. М., 1997. Т.4(1). С.66-71.
25. Директива начальника Генерального штаба командующим войсками
Западного, Резервного, Брянского фронтов и командующемму ВВС Красной
Армии об организации разведки всех видов // Битва за столицу: Сб. док.
М.,1994. Т.1. С.26.
26. См.: История второй мировой войны. 1939-1945. М., 1975. Т.4.
С.93.
27. См.: Донесение военного совета Брянского фронта начальнику Ге-
нерального штаба о переходе противника в наступление на орловском нап-
равлении // Русский архив... С.79.
28. Директива Ставки ВГК командующим воскамми Резервного фронта и
49-й армией N002488 от 1.10.1941 на прикрытие силами 49-й армии Ор-
ловского, Курского и Харьковского направления; Директива Ставки ВГК
N002517 от 2.10.1941 о формировании первого гвардейского стрелкового
корпуса с целью ликвидации противника, прорвавшегося в районе Глухов,
Севск; Директива Ставки ВГК N002507 от 2.10.1941 о выделении авиации
для разгрома танковой группировки противника в районах Глухов, Севск //
Русский архив... С.80-83.
29. Запись переговоров Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина с
командующим войсками Ленинградского фронта генералом армии Г.К.Жуковым
5 октября 1941 г. // Г.К.Жуков в битве под Москвой. Сб. док. М.,1994.
С.11.
30. Директива Ставки ВГК N002684 от 6 октября 1941 г. о направле-
нии Г.К.Жукова в район действий Резервного фронта в качестве представи-
теля Ставки // Русский архив... Т.4(1). С.91.
31. Приказ командования группы армий "Центр" N1870 от 7 октября
1941 г. о продолжении операции на московском направлении // Битва за
столицу. Сб. док. М.,1994. Т.1. С.39-40.
32. Бучин А.Н. 170000 километров с Г.К.Жуковым. М.,1994. С.38.
33. См.: Битва за Москву. М.,1985. С.69.
34. Там же. С.70.
35. Бучин А.Н. Указ. соч. С.38.
36. Директива Ставки ВГК N002743 от 8 октября 1941 г. о назначении
генерала армии Г.К.Жукова командующим войсками Резервного фронта //
Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.13.
37. Цит.по: Пономарев А. Маршалы. Как делили славу после 1945 г.
// Родина. 1995. N1. С.74.
38. См.: Директива Ставки ВГК военным советам Московского военного
округа и Западного фронта командиру 1-го гвардейского стрелкового кор-
пуса, командующеу войсками Резервного фронта генералу армии Г.К.Жукову
N002815 от 9 октября 1941 г. о переименовании управления Можайской ли-
нии обороны в управление Московского резервного фронта и фолрмировании
5-й и 26-й армии // Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.14.
39. См.: Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. М.,1995. Т.2.
С.225.
40. Жуков Г.К. Указ. соч. С. 226.
41. Директива Ставки ВГК N002844 от 10 октября 1941 г. об объеди-
нении Западного и Резервного фронтов // Г.К.Жуков в битве под Москвой.
С.15.
42. Приказание ОКХ командованию группы армий "Центр" о порядке
захвата Москвы и обращении с ее населением. N1571/41 // Русский архив.
Т.15 - 4(1). С.23.
43. Приказ командующего войсками Западного фронта N0345 от 13 ок-
тября 1941 г. о повышении стойкости войск при защите г.Москвы //
Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.17-18.
44. Приказ командующего Западного фронта N0346 от 13 октября
1941 г. о ключении в состав фронта частей и учреждений Московского Ре-
зервного фронта и переходе к обороне 16-й, 5-й, 43-й, 49-й армий //
Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.18-19.
45. Островский Н.М. Великая Отечественная война: некоторые акту-
альные, дискуссионные и недостаточно изученные проблемы новейшей оте-
чественной историографии // 55 лет со дня Великой Победы (1945-2000
гг.) М., 2000. С.41.
46. Директива Ставки ВГК N003037 от 16 октября 1941 г. о подчине-
нии войск Северо-Западного фронта в районе г.Калинин командующему
войсками Западного фронта // Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.21.
47. Директива Ставки ВГК N003053 от 17 октября 1941 г. о создании
Калининского фронта // Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.21.
48. Приказ командующего войсками Западного фронта командующим
33-й, 5-й и 43-й армиями от 18 октября 1941 г. о мерах по улучшению уп-
равления войсками, действующих на верейском и боровском направлениях //
Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.22.
49. План отхода армий Западного фронта с можайского оборонительно-
го рубежа // Битва за столицу. Т.1. С.86-87.
50. Постановление ГКО N813 от 19 октября 1941 г. о введении с
20 октября в г.Москве и прилегающих к городу районах осадного положения
// Битва за столицу. Т.1. С.86-87.
51. Ортенберг Д.И. У Жукова в Перхушково // Красная звезда.
1991. 30 ноября.
52. Ортенберг Д.И. Указ. соч.
53. См.: Приказ командования группы армий "Центр" N2250 от 30 ок-
тября 1941 г. на продолжение операции на Московском направлении // Бит-
ва за столицу. Т.1. С.104-105.
54. См.: Разгром немцев под Москвой (признания врага). М.,
1943. С.11.
55. Директива командующего войсками Западного фронта от 30 октября
1941 г. о мероприятиях по срыву наступления немецко-фашистских войск на
Москву // Битва за столицу. Т.1. С.90.
56. Приказ командующего войсками Западного фронта N051 от 1 ноября
1941 г. о мобилизации сил на отпор врагу // Г.К.Жуков в битве под Моск-
вой. С.34-36.
57. Роковые решения вермахта. С.106.
58. 1418 дней войны: Из воспоминаний о Великой Отечественной. М.,
1990. С.150.
59. Там же. С.151.
60. См.: Директива Военного совета Западного фронта военным сове-
там армий от 18 ноября 1941 г. об эффективности ночных действий войск в
33-й армии и применении их в частях и соединениях фронта; Директива Во-
енного совета Западного фронта военным советам армий от 19 ноября 1941
г. о недооценке противотанковых ружей и противотанковых гранат как
средств борьбы с противником; Приказ коандующего войскамми Западного
фронта N 070 от 27 ноября 1941 г. о ликвидации недочетов в химической
защите войск; Донесение командующего войсками Западного фронта началь-
нику Генерального штаба Красной Армии от 28 ноября 1941 г. о применении
противником отравляющих веществ в ходе боев за нас. пункт Болоховка;
Приказ командующего войсками Западного фронта N072 от 29 ноября 1941 г.
о мерах по противодействию борьбе противника с нашими танками //
Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.48-49, 56-58.
61. Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Т.2. С.239.
62. См.: Жуков Г.К. Указ. соч. Т.2. С.248.
63. См.: Рейнгардт К. Указ. соч. С.13.
64. См.: Жуков Г.К. Указ. соч. Т.2. С.248-249.
65. Жуков Г.К. Победа начиналась под Москвой // Наука и жизнь.
1972. N2. С.19.
66. Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Т.2. С.254.
67. Объяснительная записка от 30 ноября Верховному Главнокомандую-
щему на имя А.М.Василевского // Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.63.
68. Жуков Г.К. Указ. соч. Т.2. С.258.
69. Жуков Г.К. Контрнаступление под Москвой // Военно-исторический
журнал. 1966. N10. С.72.
70. Жуков Г.К. Указ. соч. С.72.
71. См.: Г.К.Жуков в битве под Москвой. Т.1. С.64-66.
72. Директива командующего восками Западного фронта командующему
30-й армией от 3 декабря 1941 г. о способах действий войск при переходе
в контрнаступление // Г.К.Жуков под Москвой. Т.1. С.66-67.
73. См.: Г.К.Жуков под Москвой. С.67-68.
74. Блюментрит Г. Московская битва // Роковые решения вермахта.
Ростов-н/Д. 1999. С.112-113.
75. Разгром немцев под Москвой. Признания врага. М., 1943. С.25.
76. См.: Доклад командующего войсками Западного фронта Верховному
Главнокомандующему об итогах контрнаступления войск фронта под Москвой
за период с 6 по 10 декабря 1941 г. // Г.К.Жуков в битве под Москвой.
С.72-73.
77. Разгром немцев под Москвой. Признания врага. М., 1943. С.20.
78. См.: Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.69-70, 74-75,
82-85, 87-88.
79. Жуков Г.К. Контрнаступление под Москвой // Военно-исторический
журнал. 1966. N10. С.74.
80. Великая битва под Москвой. Краткий исторический очерк. М.,
1961. С.223.
81. Разгром немцев под Москвой. Признания врага. М., 1943. С.83.
82. Разгром немцев под Москвой. Признания врага. М., 1943. С.15.
83. Там же. С.68.
84. Там же. С.67.
85. Жуков Г.К. Указ. соч. С.263.
86. Жуков Г.К. Указ. соч. С.264.
87. Жуков Г.К. Указ. соч. С.265.
88. Директива Ставки ВГК командующим войсками Западного и Кали-
нинского фронтов о восстановлении должности главнокомандуюущего войска-
ми Западного направления // Рууский архив. Т.16 - 5(2). С.79.
89. См.: Жуков Г.К. Указ. соч. С.276.
90. Кавалеры ордена Жукова о великом полководце. С.102.
91. Г.К.Жуков. сб. ст. / сост. В.И.Десятерик. М., 1995. С.3.
92. Маршал Жуков: Вспоминая и размышляя. М., 1996. С.230.
93. См.: Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.68.
94. Маршал Жуков: Вспоминая и размышляя. М., 1996. С.231.
95. Маршал Жуков. Полкодец и человек. Т.1. С.
96. Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.68.
97. См.: Маршал Жуков. Вспоминая и размышляя. С.232.
98. См.: Маршал Жуков. Вспоминая и размышляя. С.234.
99. Донесение коммандующего войсками Западного фронта Верховному
Главнокомандующему от 29 января 1942 г. о потерях войск фронта в ходе
контрнаступления и необходимости их пополнения для решения наступатель-
ных задач // Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.110.
100. Маршал Победы. Вспоминая и размышляя. С.236.
101. Кавалеры ордена Жукова о великом полководце. С.75.
102. Пережогин В.А. Г.К.Жуков: "...использовать для ослабления и
уничтожения врага // Военно-исторический журнал. 1996. N5. С.16.
103. Пережогин В.А. Г.К.Жуков и партизанское движение // Отечест-
венная история. 1995. N5. С.29.
104. Маршал Жуков. Вспоминая и размышляя. С.239.
105. Маршал Жуков. Полководец и человек. Т.1. С.146.
106. Г.К.Жуков. Указ. соч. Т.2. С.279.
107. Г.К.Жуков. сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.166.
108. Письмо генерала армии Г.К.Жукова А.А.Жданову от 2 ноября
1941 г. // Г.К.Жуков в битве под Москвой. С.38.
109. Цит. по: Горьков Ю.А. Кремль. Ставка. Генштаб. Тверь,
1995. С.152.
110. Роковые решения вермахта. С.99.
111. "...Разговор закочился угрозой Сталина" // Военно-исторический
журнал. 1995. N3. С.45.
112. Там же. С.44.
113. Маршал Жуков. Каким мы его помним. С.147-148.
114. Г.К.Жуков. сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.168.
115. Жуков Г.К. Победа начиналась под Москвой // Наука и жизнь.
1972. N2. С.20.
116. Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Т.2. С.276.
117. Военно-исторический журнал. 1995. N3. С.45.
118. Г.К.Жуков. сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.167-168.
119. Битва за Москву. М., 1985. С.37-38.
120. Цит. по: Тлас М. Г.К.Жуков - полководец, стратег. М.,
1991. С.234.
121. Битва за Москву. С.126.
122. Там же. С.40.
123. Роковые ошибки вермахта. С.122.
124. Битва за Москву. С.171.
125. Цит. по: Великий сын России: очерк. Волгоград, 1996. С.21.
126. Маршал Жуков: Полководец и человек. Т.1. С.145.
127. Г.К.Жуков. сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.211.
128. Маршал Жуков: Полководец и человек. Т.1. С.45.
129. Георгий Жуков: сб. ст. М.,1998. С.216.
130. В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 ноября.
131. Г.К.Жуков. сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.205.
132. Там же. С.213.
133. В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 ноября.
134. Г.К.Жуков. сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.205-206.
135. В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 ноября.
136. Там же.
137. Там же.
138. Маршал Жуков: Полководец и человек. Т.1. С.154.
139. Там же. С.154.
140. Георгий Жуков. Сб. С.217.
141. В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 ноября.
142. Зайцев Н. Товарищ маршал // Россия молодая. 1995. N6. С.12.
143. Маршал Жуков: Полководец и человек. Т.1. С.190.
144. Георгий Жуков. Сб. С.230-231.
145. Там же. С.216.
146. В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 ноября.
147. Георгий Жуков. Сб. С.234.
148. Г.К.Жуков. сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.204.
149. Там же. С.198-199.
150. Маршал Жуков: Полководец и человек. Т.1. С.190.
151. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Иной Жуков: неюбилейные страницы
биографии сталинского маршала. М.,1996. С.20.
152. Там же. С.38.
153. Маршал Жуков: Каким мы его помним. С.342.
154. Маршал Жуков: полководец и человек. Т.1. С.239.
155. Жукова Э. Каким я помню отца // Россия молодая. 1995. N6.
С.15.
156. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Указ. соч. С.38.
157. Скирдо М. Защитник завоеваний социализма // Диалог. 1997. N2.
С.65-66.
158. Гареев М. Великий полководец // Свободная мысль. 1997. N2.
С.34.
159. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Указ. соч. С.34-35.
160. Г.К.Жуков. Сб. ст. / Сост. В.И.Десятерик. С.205.
161. Великий сын России / Сост. Т.А.Богатова. С.21.
162. Гареев М.Указ. соч. С.33.
163. Яковлев Н.Н. Жуков. С.11.
164. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Указ. соч. С.48.
165. Мерцалов А.Н. "Молниеносная война" и "активная оборона" Москвы
// Историки отвечают на вопросы. М., 1990. С.320.
166. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Иной Жуков: неюбилейные страницы
биографии сталинского маршала. М.,1996. С.56.
166А. Гареев М.А. Г.К.Жуков и его соратники во второй мировой вой-
не // Международная жизнь. 1997. N1. С.77.
167. Цит. по: В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 но-
ября.
168. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Указ. соч. С.18.
169. Цит. по: Горьков Ю.А. Указ. соч. С.155-156.
170. Рыбин А.Т. Сталин и Жуков. М., 1994. С.20.
171. Там же.
172. Павленко Н., Кудряшов С. Обреченные триумфаторы // Родина.
1991. N6-7. С.88.
173. Горьков Ю.А. Маршал Победы // Слово. 1996. N11-12. С.14.
174. Яковлев Н.Н. Жуков. М., 1992. С.12.
175. Паршин В. Полководческое искусство Г.К.Жукова // Диалог.
1997. N2. С.73.
176. Цит. по: Георгий Жуков: Рисованная книга. М., 1991.
ИСТОЧНИКИ:
Белобородов А.П. Ворота столицы на замке // Война. Народ. Победа.
1941-1945. Статьи, очерки, воспоминания. В 4-х тт. М., 1983. Т.1.
С.67-86. Битва за Москву. 4-е изд. М., 1985. Битва за столицу: сб. до-
кументов: От обороны к контрнаступлению; В 2-х тт. М.:Мосгорархив,
1994. Блюментрит Г. Московская битва // Роковые решения вермахта.
Ростов-н/Д. 1999. С.112-113. Бучин А.Н. 170000 километров с Г.К.Жуко-
вым. М.,1994. Вспоминают советские военачальники: к 90-летию со дня
рождениямаршала Советского Союза Г.К.Жукова // Знамя. 1986. N12.
С.178-186. В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 ноября.
Георгий Жуков: Сборник / Сост. М. Жукова. М.,1998. Г.К.Жуков в битве
под Москвой: Сб. документов. М., 1994. Гриф секретности снят: Потери
Вооруженных сил СССР в войнах, боевых действиях и вооруженных конфлик-
тах. М.,1993. Голиков Ф. В Московской битве. Записки командарма. М.,
1966. Гудериан Г. Воспоминания солдата: пер. с нем. Ростов н/Д,1998.
Жуков Г.К. Победа начиналась под Москвой // Наука и жизнь. 1972. N2.
Жуков Г.К. Контрнаступление под Москвой // Военно-исторический журнал.
1966. N10. Жуков Г.К. В битве за столицу // Военно-исторический жур-
нал. 1966.N8. С.53-63; N9. С.55-65. Жуков Г.К. Воспоминания и размыш-
ления: в 3-х тт. 12-е изд-е. М.,1995. Жукова Э. Каким я помню отца //
Россия молодая. 1995. N6. Кавалеры ордена Жукова о великом полководце.
М.,1998. Конев И.С. Начало Московской битвы // Военно-исторический
журнал. 1966. N10. Лелюшенко Д.Д. Москва - Сталинград - Берлин - Пра-
га. Записки командарма. М., 1987. Маршал Жуков: Каким мы его помним.
М., 1988. Маршал Жуков: Полководец и человек. Сб. в 2-х т. Т.1. М.,
1988. Маршал Победы. Вспоминая и размышляя. Сборник. М.,1996. Ортен-
берг Д.И. У Жукова в Перхушково // Красная звезда. 1991. 30 ноября.
"...Разговор закочился угрозой Сталина" // Военно-исторический журнал.
1995. N3. С.39-46. Разгром немцев под Москвой. Признания врага. М.,
1943. Рокоссовский К.К. На волоколамскомм направлении // Военно-исто-
рический журнал. 1966. N11. С.46-55. Рокоссовский К.К. На северных
подступах к столице // Военно-историеский журнал. 1966. N12. С.50-62.
Рокоссовский К.К. Солдатский долг. М., 1985. Русский Архив: Великая
Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы.1941 год. Т.16 (5-1).
М., 1996. Русский Архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы
и материалы.1942 год. Т.16 (5-2). М., 1996. Русский Архив: Великая
Отечественная. Т.15 (4-1). М., 1997. Рыбин А.Т. Сталин и Жуков. М.,
1994. 1418 дней войны: Из воспоминаний о Великой Отечественной.
М.,1990. Георгий Жуков: Рисованная книга. М., 1991.
ЛИТЕРАТУРА:
___________
КОЛЛЕКТИВНЫЕ и ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ МОНОГРАФИИ:
Безыменский Л.А. Укрощение "Тайфуна". М., 1978. Белов М. Полковод-
ческий феномен Г.К.Жукова. М., 1998. Г.К.Жуков. Сб. ст. / Сост.
В.И.Десятерик. М., 1995. Горьков Ю.А. Кремль. Ставка. Генштаб. Тверь,
1995. Великая битва под Москвой. Краткий исторический очерк. М., 1961.
Великая Отечественная война: В 4-х тт. М., 1998. Т.1. Суровые испыта-
ния. Великий советский полководец: К 100-летию со дня рождения Маршала
Советского Союза Г.К.Жукова. М.,1997. Великий сын России: очерк /
Сост. Т.А.Богатова.Волгоград,1996. Глубоцкий М.И. Московская битва.
М.,1972. Жуков Г.К. - солдат. полководец, государственный деятель: Ма-
териалы научной конференции. Томск, 1997. Жуков, Макартур, Роммель.
М., 1995. История второй мировой войны. 1939-1945. М., 1975. Т.4. Кар-
пов В.В. Маршал Жуков, его соратники и противники в годы войны и мира.
М., 1994. Кожинов В.В. Россия. Век ХХ (1939-1964). М., 1999. Мерцалов
А.Н., Мерцалова Л.А. Г.К.Жуков: новое прочтение или старый миф. М.,
1994. Мерцалов А.Н., Мерцалова Л.А. Иной Жуков: неюбилейные страницы
биографии сталинского маршала. М.,1996. Московская битва 55 лет
спустя: исторический и музейный аспекты. М., 1997. Окороков В.Н. 100
дней Маршала Победы под Москвой. Тверь, 1991. Павленко Н.Г. Размышле-
ния о судьбе полководца. М., 1989. Песков В.М. Народный маршал.
М.,1996. Победа под Москвой. Сб. М.,1989. 55 лет со дня Великой Победы
(1945-2000 гг.) М., 2000. Рейнгардт К. Поворот под Москвой. Крах гит-
леровской стратегии зимой 1941/42 года: Ист. очерк / Пер. с нем. М.,
1980. Самсонов А.М. Москва 1941 год: от трагедии поражений к великой
победе. М., 1991. Светлишин И.А. Крутые ступени судьбы: Жизнь и ратные
подвиги Маршала Г.К.Жукова. Хабаровск, 1992. Спар Уильям. Жуков: Взлет
и падение великого полководца / Пер. с англ. М., 1995. Тлас М. Г.К.Жу-
ков - полководец, стратег. М.,1991. Яковлев Н.Н. Жуков. М., 1992.
Яковлев Н.Н. Маршал Жуков. М., 1995.
СТАТЬИ:
Анфилов В.А. Гнусная клевета // Наш современник. 1994. N5. Брайко П.
"Враг народы... Жуков" // Воин. 1996. N12. С.22-26. Гареев М. Великий
полководец // Свободная мысль. 1997. N2. С. 28-38. Горьков Ю.А. Маршал
Победы // Слово. 1996. N11-12. С.12-19. Ефимов Н. Два маршала. Это вы-
дающиеся полководцы Г.К.Жуков и К.К.Рокоссовский // Российская федера-
ция. 1996. N23. С.56-58. Зайцев Н. Товарищ маршал // Россия молодая.
1995. N6. Исаев С.И. Вехи фронтового пути. Хроника деятельности Марша-
ла Советского Союза Г.К.Жукова в период Великой Отечественной войны.
1941-1945. // Военно-исторический журнал. 1991. N10. С.22-34. Карпов
В. Маршал Жуков: осень 1941 г. // Красная звезда. 1989. 9 декабря.
Кларк, Алан. ММосква 1941 // От "Барбароссы" до "Терминала". Взгляд с
Запада. М., 1998. С.96-118. Мерцалов А.Н. "Молниеносная война" и "ак-
тивная оборона" Москвы // Историки отвечают на вопросы. М., 1990. Мер-
цалов А.Н. Под гипнозом "сильной личности" // Родина. 1991. N6-7.
С.115. Нечаев В. Маршал Победы // Диалог. 1997. N2. С.61-64. Павленко
Н., Кудряшов С. Обреченные триумфаторы // Родина. 1991. N6-7. Паршин
В. Полководческое искусство Г.К.Жукова // Диалог. 1997. N2. С.73-75.
Пережогин В.А. Г.К.Жуков: "...использовать для ослабления и уничтоже-
ния врага // Военно-исторический журнал. 1996. N5. Пережогин В.А.
Г.К.Жуков и партизанское движение // Отечественная история. 1995. N5.
Пономарев А. Маршалы. Как делили славу после 1945 г. // Родина. 1995.
N1. Сафонов А. В те дни под Москвой // Красная звезда. 1986. 29 нояб-
ря. Светлишин Н. От солдата до маршала // Военно-исторический журнал.
1966. N11. С.31-40. Символ русской надежды. К 100-летию Г.Жукова - на-
иболее известного в мире советского полководца // Спутник. 1996. N72.
С.16-25 Скирдо М. Защитник завоеваний социализма // Диалог. 1997. N2.
С.65-66. Филимошин М.В. "Враги ...боятся до сих пор // Военно-истори-
ческий журнал. 1995. N3. С.33-38.
Документ
Категория
Историческая личность
Просмотров
872
Размер файла
164 Кб
Теги
курсовая
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа