close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Вирусы и антивирусные программы

код для вставкиСкачать
Aвтор: Ксюша 2006г., школа № ??
 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ "СТАНКИН"
Е.К.ЯБЛОНСКИХ
ИСТОРИЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ
XIX ВЕКА
КОНСПЕКТ ЛЕКЦИЙ
МОСКВА 2000
ББК ВКП / 075 : 378
Я 14
Рецензент: к.и.н. Ю.А. Синельников (Московская государственная академия печати)
Я 14 Яблонских Е.К.
История экономики России XIX века: Конспект лекций. - М.: МГТУ "Станкин", 2000. - 68 с.
Конспект лекций по учебному курсу "История экономики России XIX века" предназначен для самостоятельной домашней и аудиторной работы студентов экономического факультета Московского государственного технологического университета "Станкин".
Библ. 19 назв.
(c) МГТУ "Станкин", 2000
ВВЕДЕНИЕ
Прежде чем приступить к анализу состояния экономики России в XIX в. необходимо хотя бы кратко рассмотреть, что из себя представляла страна к началу этого периода.
К этому времени Российская империя занимала огромное пространство от Балтики и Вислы на Западе до Тихого океана на Востоке. Общая площадь ее территории превышала 20 млн. кв. км. Население этой огромной страны по данным ревизской переписи 1812г. составляло 41 млн. человек. Основная масса людей жила в Европейской части на "старых" обжитых территориях. На долю Сибири приходилось чуть более 3 млн. человек. Около 1 млн. человек проживало на Северном Кавказе. Даже при таком неравномерном распределении плотность населения страны была невысокая. Так, в наиболее заселенных районах она составляла 8 человек на квадратную версту, тогда как в Европе в это время она колебалась уже на уровне 40-49 человек на квадратный километр.
Россия всегда была многонациональным и многоконфессиональным государством, где рядом с наиболее многочисленным русским народом, исповедующим православие, проживали многочисленные другие народы, придерживавшиеся других вероисповеданий. Часто эти народы имели и свои особые уклады в экономической жизни, что создавало определенную пестроту в экономических отношениях.
Несмотря на огромные успехи в развитии мануфактурного производства и торговли, достигнутые в XVIII в., довольно быстрый рост числа городов и увеличение количества их жителей, к началу XIX в. Россия по-прежнему оставалась по преимуществу аграрной страной, основная масса населения которой проживала в деревне.
Как же распределялось население страны по основным сословиям? 1,58% населения составляли дворяне, 1,10% - духовенство, 7,25% - горожане. Сельские жители составляли 82,55%. Остальные 7,52% людей принадлежали к различным малочисленным социальным группам.
Из приведенной статистики видно, что самым многочисленным сословием оставалось крестьянство, которое к середине века насчитывало более 30 млн. человек. Из них около 15 млн. были государственными крестьянами, 14 млн. - помещичьими и около 1 млн. - дворовыми. Особым сословием было казачество, которое насчитывало около 1,5 млн. человек.
В связи с развитием промышленности и товарно-денежных отношений вообще довольно быстро росла численность наемных рабочих. Статистические данные по этой категории населения довольно запутаны, так как в их число входила и часть крепостных крестьян-отходников, и тем не менее по далеко не полным данным большинство исследователей определяет эту цифру с учетом сезонников в 400 тыс. человек. Причем сюда не входят приписные рабочие и крестьяне, работавшие в вотчинных мануфактурах. Конечно по сравнению с многомиллионной массой крестьянства это мало, но если учесть, что к 1765 г. их насчитывалось всего около 40 тыс. человек, т.е. за 40 лет численность рабочих выросла в 10 раз.
Рабочие составляли уже 17,4 % городского населения, которое насчитывало 2,3 млн. человек. Это свидетельствовало о том, что изменения, происходившие в экономике, начинали отражаться на социальной структуре населения.
По уровню развития промышленности, сельского хозяйства и торговли страна уже плотную подошла к периоду промышленного переворота.
Однако параллельно с положительными тенденциями в экономике все большую силу набирали и те тревожные моменты, которые свидетельствовали о том, что страна замедляет свое развитие, что нарастает ее отставание от наиболее передовых в экономическом отношении стран и по качественным и по количественным показателям. Все это говорило об углубляющемся кризисе крепостнической экономики.
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СОСТОЯНИЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ
К НАЧАЛУ XIX ВЕКА
XIX в. для России начинался весьма и весьма неоднозначно. Короткое царствование Павла I на рубеже двух веков не внесло существенных изменений в экономическую политику государства. Она по-прежнему продолжала носить крепостнический характер. Если Екатерина II за 34 года своего царствования раздала 800 тыс. крепостных крестьян, то ее сын за 6 лет раздал около 600 тыс. крепостных душ, а ведь еще в 80-х гг. XVIII в. крепостные составляли около 53% от общего числа крестьян.
К середине XVIII в. сельское хозяйство подошло к пределу своих возможностей. За весь XVIII в. средняя урожайность зерновых практически не росла и составляла сам-3,5, колеблясь от сам-3 до сам-4. В общей сложности за 200 лет (с XVII по XIX в.) она выросла на 9%. Развитие шло в основном за счет экстенсивных факторов, то есть путем освоения и введения в хозяйственный оборот новых земель, расширение объемов барщины и т.д. Что касается совершенствования приемов земледелия, то прогресс здесь был весьма незначительным. По-прежнему на большинстве территорий сохранялось традиционное трехполье, а кое-где - перелог и подсечно-огневая система.
В почву вносились лишь простейшие удобрения, да и то далеко не везде.
Развитие товарно-денежных отношений вело к тому, что постоянно падала роль натурального оброка. Основной формой феодальной ренты, особенно в Черноземных районах, была барщина, на которую было переведено три четверти помещичьих крестьян. Местами крестьян переводили на "месячину".
Быстрыми темпами росла барская запашка, которая к началу XIX в. составляла уже 18% всех пахотных земель.
Чрезмерный рост барщины вел к разложению крепостнической экономики. Признаком этого стало возрастание денежной задолженности помещиков кредитным учреждениям и ростовщикам. Все это происходило несмотря на ту политику финансовой и экономической поддержки, которую проводили правительства различных императоров в отношении дворянства. К началу XIX в. 5% крепостных крестьян уже находилось в залоге, и цифра эта росла год от года.
Неоднозначным было положение ив промышленности. С одой стороны наблюдался рост числа мануфактур и к началу XIX в. их насчитывалось уже 2,3 тыс. С другой стороны, все более заметным становится замедление темпов развития промышленности. Так, Уральские домны по-прежнему давали чугун лучшего качества и в большем количестве, чем английские. Однако в Англии начался переход на каменный уголь, а в России все еще использовался древесный. Если за XVIII в. объем производства металлургии вырос в 66 раз, то за первую половину XIX в. производство чугуна лишь удвоилось (с 9 до 18 млн. пудов), тогда как в Англии за то же время (первую половину XIX в.) выпуск чугуна увеличился в 30 раз. Аналогичные тенденции можно было отметить и в других отраслях промышленности.
Это, правда, не означало, что промышленное производство в России не совершенствовалось. С конца XVIII в. начинается внедрение в производство машин. Так, в 1793 г. фабрикант Лиман установил прядильную машину на 104 веретена. В 1799 г. в Петербурге была основана Александровская казенная мануфактура, оборудованная машинами, которые с 1805 г. стали приводиться в действие паром. Однако это были лишь первые скромные шаги. Для сравнения можно привести следующие данные: в 1800 г. в Англии имелось уже более 300 паровых машин общей мощностью свыше 5 тыс. лошадиных сил. И это при том, что в Англии паровая машина была изобретена Джеймсом Уаттом в 1784 г., тогда как в России русским техником Ползуновым действующий макет паровой машины был создан еще в начале 60-х гг. XVIII в. Однако в условиях крепостнической России это изобретение не нашло практического применения, так как не было еще условий для перехода к машинному производству.
Российская техническая мысль с начала XVIII в. вообще была одной из передовых в мире. А. Нартов изобрел токарный станок еще при Петре I, тогда как в Англии аналогичная машна появилась лишь в 1797 г. На несколько десятилетий раньше, чем в Западной Европе на российских заводах появились первые прокатные станы и валы, токарные станки с водяными приводами. Однако широкого применения эти изобретения не получили.
В результате русская промышленность все больше отставала по техническому оснащению от передовых государств, где промышленный переворот был осуществлен на рубеже XVIII-XIX вв.
Таким образом, к началу XIX в. довольно ясно обозначилась следующая тенденция: отсталые социально-политические порядки все больше и больше выступали тормозом для экономического развития государства.
Сохраняющееся крепостное право сдерживало многие позитивные экономические процессы. На развитие экономики отрицательно влияла узость внутреннего рынка, а следовательно и спроса, неразвитость рынка свободной рабочей силы и т.д. В начале XIX в. наемные рабочие в крупной промышленности составляли свыше 40% рабочей силы. Фактически же с учетом мелкой крестьянской и купеческой промышленности этот процент был еще выше, но большую часть этой так называемой вольнонаемной силы составляли крепостные крестьяне, отпущенные помещиками на заработки в город.
Развитие экономики сдерживали и слаборазветвленная дорожная сеть и отсутствие развитого транспорта. Отсутствие дорог и отдаленность от рынков сбыта вели к консервации натурального хозяйства. Правительства Екатерины II и Павла I, правда, предпринимали определенные меры в этом направлении, однако они были явно недостаточны.
К началу XIX в. основными видами транспорта по-прежнему оставались водный и гужевой. И это при громадных расстояниях в России.
Такое положение вещей конечно же сдерживало не только развитие промышленности и сельского хозяйства, но и внутренней торговли. И хотя сеть ярмарок продолжала расти, однако темпы прироста внутреннего торгового оборота не соответствовали потенциальным возможностям страны. Более успешно развивалась внешняя торговля (о чем мы уже говорили в предыдущих лекциях), однако и здесь потенциальные возможности страны не были реализованы в полном объеме, так как глубинные районы не были втянуты в товарно-денежные отношения должным образом.
В довольно сложном положении находилась и финансовая система страны. Начавшийся в 1769 г. выпуск бумажных денег, который принял массовый характер, привел к тому, что к началу XIX в. один рубль ассигнациями стоил 68 коп. серебром и курс бумажных денег продолжал падать.
Обнищание крестьянства, дефицит государственного бюджета и т.д. заставляли государство брать деньги взаймы. Первый государственный заем был сделан в 1769 г. в Амстердаме и к концу XVIII в., как мы уже отмечали, сумма долга превысила цифру в 41 млн. рублей. К внешним займам добавлялись внутренние. Только оплата процентов по долгам составляла 5% государственного бюджета. Таким образом, все говорило о том, что экономика России уже к началу XIX в. находилась в предкризисном состоянии.
Какие же выходы существовали из создавшегося положения? Их можно было бы обозначить одной фразой - снять крепостнические сдержки в экономике.
Конечно же центральным вопросом в этих условиях становился крестьянский вопрос. Ибо только освобождение самого многочисленного сословия от крепостной зависимости позволило бы решить многие проблемы, в частности, втянуть четыре пятых населения страны в товарно-денежные отношения, создать рынок свободной рабочей силы, так необходимый для быстрого промышленного развития, расширить внутренний торговый рынок, что было необходимо для наращивания объемов как внутренней, так и внешней торговли и т.д. и т.п.
Было необходимо также отказаться от продворянской политики в области промышленности и окончательно снять путы, остававшиеся на крестьянской, мещанской и отчасти даже купеческой промышленности. Мер, которые в этой области предприняло еще правительство Екатерины II, было уже явно недостаточно.
Нужны были изменения и в кредитно-финансовой политике, которые бы позволили всем промышленникам иметь равный доступ к государственным кредитам на равных условиях. Это было важно для проведения промышленного переворота и создания новых производств.
Нужно было также сбалансировать бюджет государства, приостановить падение курса бумажных денег, отказаться от неразумных расходов.
Важно было изменить систему образования, открыв доступ к нему выходцев из недворянских сословий, так как развитие промышленности, торговли и транспорта требовало большого числа образованных людей.
Список важных реформ можно было бы продолжать долго, однако уже приведенного достаточно для того, чтобы понять, что в центре всего была отмена крепостного права и необходимые политические реформы.
Какие же тенденции были характерны для различных секторов экономики в первой половине XIX в.?
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
Несмотря на отдельные попытки правительства Александра I и Николая I сгладить наиболее кричащие противоречия крепостного права, о чем будет сказано более подробно ниже, в целом сельское хозяйство продолжало развиваться по традиционному пути, то есть прежде всего за счет экстенсивных факторов.
Прирост сельскохозяйственной продукций, и прежде всего хлеба, шел в основном за счет введения в оборот новых земель, главным образом на юге Европейской России и отчасти в южных районах Сибири. За полвека посевные площади увеличились на 53%.
Кто же осваивал эти территории?
Еще при Екатерине II для освоения Причерноморья наряду с русскими широко приглашались иностранцы-колонисты и в первые годы царствования Александра I эта политика еще продолжалась. Только за 1803-1805 гг. в Новороссию переселилось 5 тыс. душ мужского пола колонистов различных национальностей. Это позволило запустить в сельскохозяйственный оборот плодородные черноземы юга.
Однако в 1804 г. после доклада Кочубея государю правительство прекращает поддержку иностранной колонизации и делает упор на переселение русского населения. В частности, в больших количествах переселяются казенные крестьяне из центральных губерний, где ощущался недостаток земли.
Кроме того, правительство поощряло переселение крестьян частными лицами, которым в этих районах земля отводилась на льготных условиях.
Быстрому развитию сельского хозяйства Новороссии способствовали и такие меры, как объявление порто-франко (т.е. беспошлинного ввоза и вывоза) в Крыму и в Одессе.
Естественно, это вело не только к быстрому освоению плодородных земель юга и росту производства хлеба, но и к быстрому втягиванию этого района в товарно-денежные отношения. Здесь относительно быстрыми темпами складывается буржуазный уклад в сельском хозяйстве. Уже в начале XIX в. из 2 млн. 250 тыс. четвертей хлеба, проданного за границу, более 1 млн. приходилось на пшеницу, производившуюся в южных степях.
Еще одним следствием быстрого и успешного освоения Новороссии явилось то, что этот процесс подтолкнул развитие специализации, да и в целом развитие сельского хозяйства в нечерноземных районах. Не выдерживая конкуренцию дешевого южного хлеба, жители центральных районов увеличили посевы и производство льна, пеньки и других технических культур, тем самым закладывая основы для быстрого развития здесь в последующие годы промышленности по переработке этого сельскохозяйственного сырья.
Другим источником роста объемов сельскохозяйственной продукции было усиление крепостнической эксплуатации крестьян. В этот период в России мы можем встретить все три формы феодальной ренты: денежную, ренту продуктами и отработочную. В течение первой половины XIX в. постоянно возрастала роль денежного оброка. Однако господствующей такая форма эксплуатации крестьян была лишь в нечерноземных великорусских губерниях, которые отличались значительным развитием промышленности и ремесел.
При этом следует иметь в виду, что источником оброка был не только и не столько крестьянский труд в сельском хозяйстве, но в значительной степени труд на отхожих промыслах, а также работа в городе на фабриках.
В целом же среди помещичьих крестьян в первой половине XIX в. преобладала барщина. Так, по данным С. И. Игнатовича, к середине XIX в. соотношение барщины и оброка среди помещичьих крестьян выражалось следующими цифрами: 71,9% - на барщине и 28,1% - на оброке. Более того, на протяжении всей первой половины XIX в. шел процесс увеличения барской запашки, которая к середине века с 18% выросла до 49% всех хозяйственных земель. Особенно интенсивно это процесс шел в черноземных районах страны, где довольно часто крестьян переводили на месячину или сгоняли с земли вовсе.
Сокращение площадей земель, находившихся в руках крестьян, вело к увеличению крестьянских недоимок, которые к 1831 г. составили 51,9 млн. рублей. Основная часть этой суммы ложилась на крестьян черноземного центра и Украины. Все это свидетельствовало о глубоком кризисе крепостного сельского хозяйства.
В довольно сложном положении находились и государственные крестьяне, хотя конечно же их положение было несколько лучше, чем у помещичьих крестьян.
По сравнению с началом XVIII в. к концу 30 гг. XIX в. общее денежное обложение государственных крестьян увеличилось в 9-11 раз в зависимости от губернии. Правда, государственные крестьяне имели в 1801 г. право покупать землю в собственность, торговать на ярмарках и основывать фабрики при уплате всех необходимых налогов и пошлин. Правом этим конечно же могли воспользоваться лишь единицы из общей массы в 19 млн. человек. В целом же положение основной массы государственных и удельных крестьян было не намного лучше, чем помещичьих.
Такое положение дел подрывало крестьянское хозяйство. Основная масса крестьян еле сводила концы с концами, ведя натуральное хозяйство. Связь с рынком имела лишь зажиточная верхушка государственных и оброчных крестьян. По ориентировочным подсчетам в 50-х гг. XIX в. доля крестьянского хлеба в общей сумме товарного зерна, поставляемого на рынок, составляла всего 10%.
В этих условиях говорить об улучшении агротехники и применении машин или улучшении породы скота практически не приходилось, так как значительная часть хозяйств была просто поставлена на грань выживания.
Низкий уровень агротехники приводил к тому, что урожайность на крестьянских наделах была стабильно низкой и редко превышала сам-3.
Не менее показательные процессы происходили и в помещичьих хозяйствах. Несмотря на расширение барской запашки крепостнический характер эксплуатации не приводил к заметному росту урожайности из-за низкой производительности труда. Уже экономисты XIX в. отмечали, что производительность труда наемного рабочего почти в 2 раза превышала производительность труда крепостного крестьянина. Даже увеличение размеров барщины не обеспечивало роста производительности труда в сельском хозяйстве.
По урожайности и производительности труда в сельском хозяйстве Россия отставала от многих стран Европы. Так, экономист XIX в. Л.В. Тенгоборский определял средний урожай в России в 4,63 четверти с десятины, в то время как во Франции в 7,36 четвертей, в Пруссии - в 5,74 четверти, в Австрии - в 6,6 четверти и т.д. Причем на протяжении всей первой половины XIX в. урожайность в стране практически не росла, что подтверждается данными по 50 губерниям Европейской России в "самах":
1800 - 1820 гг. - 3,5
1821 - 1840 гг. - 3,4
1841 - 1860 гг. - 3,6
Лишь к середине XIX в. положение в сельском хозяйстве начало меняться.
Расширялись посевы технических культур, таких как лен, конопля, хмель. Росла и развивалась специализация районов, особенно в связи с уже упоминавшейся колонизацией юга, который стал основным поставщиком хлеба на внешний и внутренний рынки.
Так, в Новороссии, Бессарабии и на Северном Кавказе развивалось тонкорунное овцеводство, в Крыму и Закавказье - виноградарство и шелководство. Молочное животноводство укрепляло свои позиции в Северо-Восточных районах европейской России. Значительно выросли посадки картофеля, особенно в западных губерниях страны.
В отдельных помещичьих хозяйствах к середине XIX в. начинают применять машины: молотилки, веялки, сеялки, жатки и пр., предпринимаются также попытки ввести четырехполье, рациональный плодосмен и другие агротехнические новшества.
Определенных успехов добилось свекловодство, что было связано с тем, что научились изготовлять свекловичный сахар. И хотя первые опытные посадки сахарной свеклы были проведены в самом начале XIX в. в Тульской губернии и там же был в 1802 г. построен первый сахарный завод, центром свекловодства и сахароварения становится Украина и юг Черноморья. К 1848 г. в стране насчитывалось уже 300 сахарных заводов.
Однако таких хозяйств, где применялись новые методы организации сельскохозяйственного труда, было немного. Медленно завоевывала свои позиции специализация. Так, помещичьи хозяйства ориентированные на разведение тонкорунных овец и свеклосеяние, составляли всего 3% от всех помещичьих хозяйств.
Очень сложно и тяжело шла механизация сельскохозяйственного труда. Крепостные крестьяне не были заинтересованы в ней, а квалифицированных работников, способных обслуживать технику, было мало. В 50-х гг. XIX в., т.е. буквально накануне реформы 1861 г. насчитывалось всего 700 тыс. наемных сельскохозяйственных рабочих, да и то в основном крестьян, незнакомых с техникой, которые приходили на сезонные работы в южные степные, заволжские губернии и Прибалтику из центра.
В силу этого большинство попыток помещичьей рационализации терпело крах. Основная часть помещиков продолжала вести хозяйство по-старому. Это говорило о том, что они находились в состоянии кризиса. Кризисное состояние помещичьих хозяйств проявлялось и в том, что значительная часть мелких и средних помещиков разорялись. Росла дифференциация внутри дворянского сословия. Свои позиции сохраняли только крупные латифундии, да и то лишь за счет своих размеров, так как товарность в этих хозяйствах была на довольно низком уровне. К 1843 г. было уже заложено более 54% всех имений, а к 1857 г. заложенными оказались две трети всех помещичьих хозяйств.
Даже в крупнейших хозяйствах со всей остротой стояла проблема повышения производительности труда, повышения эффективности самих хозяйств в условиях развивающихся товарно-денежных отношений. Решить ее можно было лишь, отменив крепостное право, которое сдерживало развитие всего сельскохозяйственного сектора экономики Российской империи, да и не только его.
Понимали ли правители России всю сложность ситуации, сложившейся в одном из основных секторов экономики? Конечно. Уже в самом начале царствования Александра I вопросы реформирования страны рассматривались на заседаниях негласного комитета. Так, в ноябре 1801 г. Александр I предложил рассмотреть крестьянский вопрос. Императору были представлены два проекта: Мордвинова и Зубова.
Мордвинов выступил против того, чтобы правительство взяло эту проблему на себя. Он считал, что освобождение крестьян может совершиться только по желанию самого дворянства, а задачу правительства он видел в создании такого экономического строя, при котором дворянству был бы невыгоден подневольный труд.
Зубов же вообще предложил лишь запретить продажу крепостных без земли, да высказал мысль о том, что государство могло бы выкупить у помещиков их дворовых.
Остальные члены негласного комитета высказались против самого крепостного права в принципе, не советовали Александру затрагивать этот вопрос, опасаясь недовольства дворянства. По сути дела это был недвусмысленный намек на судьбу Павла. Отвергнув даже такие скромные проекты, участники заседания сошлись во мнении, что со временем крепостное право будет отменено, но путем медленным, постепенным, причем даже направление этого пути осталось неясным.
Известен и более поздний проект отмены крепостного права, связанный с именем Аракчеева, который фактически предлагал растянуть этот процесс чуть ли не на 200 лет.
При Николае I крестьянский вопрос также постоянно обсуждался в многочисленных секретных комитетах, однако ничего решительного предложено не было. В результате кардинальное решение крестьянского вопроса было отложено еще на 60 лет, а правительства Александра I и Николая I (о чем мы будем говорить далее) отделывались лишь частным текущим законодательством по отдельным наиболее кричащим проблемам.
Примерами такого законодательства богата вся история первой половины XIX в. Так, в 1801 г. право покупать землю получили не только купцы, мещане и другие горожане, но и казенные крестьяне, а также вольноотпущенные. Несмотря на ограниченность этого закона, он дал определенный эффект.
К 1858 г. почти 270 тыс. человек (268473) имели в собственности 1 млн. 113 тыс. десятин земли. Конечно же, средняя величина купленного участка была небольшой - 4,1 десятины. Однако дело заключалось в том, что по разным районам эта цифра колебалась и весьма значительно. Например, 5 тыс. крестьян- собственников в Московской губернии владели 20106 десятинами (в среднем 3,9 десятины на хозяйство). В Тверской губернии средняя цифра была еще ниже - 2,02 десятины, а в Таврической губернии, где были в наличии свободные земли, существовали крупные хозяйства крестьян-собственников, которые владели участками в среднем до 187 десятин. Примерно такие же цифры можно привести по Екатеринославской, Херсонской, Оренбургской губерниям - то есть местам, которые уже тогда в силу плодородности земель были основными поставщиками пшеницы.
Предпринимались частичные, весьма скромные меры по облегчению положения помещичьих крестьян. Это известный закон от 20 февраля 1803 г. "О вольных хлебопашцах", указ от 20 февраля 1804 г. "Об устройстве крестьян Лифляндской губернии, аналогичный указ, принятый в 1805 г. по Эстляндской губернии и т.д., которые как-то пытались облегчить крепостнические отношения и дать возможность крестьянам получить свободу. Однако эффект от этих законодательных актов был более чем скромен.
Более того, как известно, правительство Александра I пошло на создание так называемых военных поселений. Пытаясь таким образом снять остроту с проблемы комплектования вооруженных сил, оно по сути дела попыталось решать этот вопрос за счет усиления крепостного гнета.
Правда, углубление кризиса крестьянских и помещичьих хозяйств заставило правительство Николая I во второй четверти XIX в. пойти на ряд реформ в этой области.
Так, в течение 30-х-40-х гг. правительство принимает ряд законов по ограничению всевластия помещиков. В частности, был подтвержден указ от 1797 г. о трехдневной барщине. В 1857 г. был принят закон, по которому поместья, где за крестьянами числилось менее 4,5 десятины на душу, либо передавались в казенное управление, либо крестьянам разрешалось переписываться в "свободные городские состояния".
В 1841 г. был принят указ, запрещающий продавать крестьян в розницу, в 1843 г. было запрещено безземельным дворянам приобретать крестьян. В 1847 г. - крестьянам, проживавшим в имениях, продающихся за долги, было разрешено выкупаться с землею на волю. В 1848 г. крестьяне получили право приобретать недвижимую собственность. Кроме того, было ограничено право помещиков продавать землю без крестьян, и наоборот, крепостных без земли, было запрещено отдавать крестьян в горнозаводские работы и т.д.
Опасаясь затронуть интересы помещиков, правительство Николая I попыталось провести реформу "устройства казенных крестьян". В 1837 г. было создано Министерство государственных имуществ во главе с Киселевым, который и провел ряд преобразований в течение 1837-1843 гг. Что же дали эти реформы?
Отчасти было упорядочено управление государственными крестьянами. Малоземельные сельские общества переселялись на свободные земли. Особое внимание попытались уделить поднятию агротехнического уровня крестьянского земледелия. Через созданные сельскохозяйственные станции вводились новые агротехнические приемы и методы. Внедрялись (причем часто насильно) посадки картофеля. И, наконец, был принят ряд мер по улучшению быта крестьян. В деревнях открывались школы, больницы, ветеринарные пункты. Правда, делалось это крайне медленно и в основном бюрократическими методами, без соответствующих разъяснений, что часто вызывало недовольство самих крестьян, о пользе которых как бы старалось правительство.
Даже такая усеченная реформа вызвала недовольство помещиков, которые увидели в ней угрозу прежде всего для своих имений, ибо их крестьяне могли теперь сравнить свое положение и положение казенных крестьян. Насильственная же посадка картофеля и введение так называемой "общественной запашки" привело к массовым картофельным бунтам.
Все это были, однако, полумеры, которые не могли, да и не решали кардинально саму проблему: освобождение крестьян с землей, создание условий для развития товарного земледелия, формирование рынка свободной рабочей силы. Без этого страна не могла ускорить свое развитие.
Правительство, понимая важность и насущность этих проблем, просто боялось браться за их решение, опасаясь как реакции помещиков, так и крестьянского бунта. Эту позицию ясно выразил Николай I на заседании Государственного Совета в 1842 г.: "Нет сомнения, что крепостное право в нынешнем его положении у нас, есть зло, для всех ощутимое и очевидное, но прикасаться к нему теперь было бы делом еще более гибельным."
Потребовался позор поражения в Крымской войне, смена императора, чтобы правительство, наконец, осознало гибельность дальнейшего затягивания решения этой важной проблемы.
РОССИЙСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
Каково же было положение дел в промышленности? Если взять статистические данные о численности предприятий, то мы увидим следующее:
С 1804 г. по 1860 г. число фабрик и заводов по данным фабрично-заводской статистики выросло с 2399 до 15338, т.е. увеличилось почти в 6,5 раза. Число рабочих за это же время выросло с 95,5 тыс. человек до 565,1 тыс. человек, или в 5,9 раза.
Внимательный читатель заметит, что "средний" размер предприятия (полученный от деления числа рабочих на количество заводов) был невысок и даже сокращался с 39,7 чел. в 1804 г. до 36,8 чел. в 1860 г. на одно предприятие, т.е. намечалось вроде бы даже измельчение мануфактур.
Причина такого положения дел носила двойственный характер. Во-первых, до середины 80-х гг. XIX в. в фабрично-заводской статистике отсутствовало четкое определение понятия "фабрики" или "завода". В результате в эти категории включались часто ремесленные или полукустарные заведения, поэтому простое сопоставление количества предприятий и рабочих на них не дает еще представления о проходивших там процессах. Во-вторых, эти данные позволяют лишь говорить о том, что в первой половине XIX в. ремесленное и кустарное производства занимали довольно прочные позиции в экономике страны, обслуживали значительную часть потребностей внутреннего, а иногда и внешнего рынка.
По наиболее важным отраслям промышленности этот процесс выглядел следующим образом:
Число фабрик и занятых на них работников в 1804 - 1860 гг.
ПроизводстваЧисло фабрик и заводовЧисло рабочих
1804 г.1860г.1804г.1860 г.12345Ф-ки суконных и др. шерст. материй15770628689120025Ф-ки бумажных материй19912008181152236Ф-ки канатные5816615205385Ф-ки шелковые и позументные365393916114287Ф-ки шляпные7418678412Ф-ки писчей бумаги64207595712804Кожевенные заводы8432515630414151Салотоп., мыловарен., свеч. з-ды269182768712122Ф-ки полотняные2851172371117284Сахарные заводы1046710864763Ф-ки табачные7343196059Поташные заводы1162634691531Химические и красочные заводы12135нет св.3440Селитренные заводынет св.101нет св.3467Хрустальные и стекольные заводы114195393711464Фарфоровые и фаянсовые заводы5555нет св.2629Стальные, железные и чугунные з-ды28693412154832Медные заводы371615468504 Ясно, что только эти данные не в состоянии конечно же дать полное представление о положении дел в промышленности.
Более объективную картину можно получить, анализируя данные по отдельным отраслям или отдельным регионам страны. Например, хлопчатобумажные мануфактуры в Московской губернии, которая становилась центром этой промышленности, составляли 31% от всех предприятий отрасли. На них было сконцентрировано 59,3% станов и 72,1% рабочих.
Это позволяет говорить о том, что несмотря на различные феодальные издержки процесс концентрации производства шел. Аналогичные данные можно привести и по другим отраслям и регионам.
Параллельно с концентрацией производства продолжали укрепляться и буржуазные отношения в промышленности. Это находило свое отражение в дальнейшем сокращении удельного веса предприятий, основанных на принудительном труде. Так, за первые 40 лет XIX в. закрылось 30 посессионных мануфактур, а количество посессионных рабочих сократилось с 41% в конце XVIII в. до 14% в 1825 г. Быстро уменьшалось число вотчинных мануфактур - с 16,5% до 5% к 1840 г.
Свои позиции вотчинные мануфактуры сохраняли, пожалуй, лишь в двух отраслях: суконной и в производстве сахара. Продукция суконной промышленности практически вся сдавалась государству по льготным ценам, а в производстве сахара помещики владели не только дешевым сырьем, но и практически бесплатной рабочей силой.
Это позволяло им получать относительно высокую и устойчивую прибыль при низкой оснащенности своих мануфактур. Однако и в этих отраслях ближе к середине XIX в. предприятия, основанные на вольнонаемном труде, успешно начали конкурировать с вотчинными мануфактурами, тесня их.
Уже в первой половине XIX в. довольно четко обозначился процесс дальнейшего вытеснения подневольного труда, прежде всего в обрабатывающей промышленности. Если на начало века вольнонаемные рабочие составляли 47,9% от общего числа, то в 1825 г. - уже 54,4%. Следует отметить, что процесс этот по разным отраслям шел неодинаково. Довольно ясно выделилась группа отраслей, где он имел явные успехи и отрасли, где ситуация не менялась.
Удельный вес вольнонаемных рабочих в различных отраслях
промышленности России.
Название отрасли1804 г.1825 г.Хлопчатобумажная85,494,7Кожевенная96,993,2Канатное производство85,292,0Шелковая74,083,1Льняная60,469,8Стекольная и хрустальная42,829,7Писчебумажная25,724,4Пр-во стали, железа и чугуна27,822,1Суконная9,718,4 Из приведенных данных видно, что из важнейших отраслей промышленности медленно наемный труд утверждался в горнозаводской промышленности. Даже перед самой реформой 1861 г., когда в обрабатывающей промышленности вольнонаемные рабочие составляли от 80 до 85%, в горнозаводской их было меньше 50%. Необходимо отметить, что за первую половину XIX удельный вес горнозаводской промышленности (по количеству рабочих) снизился с примерно 50% в начале века до 30% накануне отмены крепостного права. Это было одним из свидетельств того, что металлургия России переживает период застоя, отставая по темпам от других динамично развивающихся отраслей промышленности.
Вот данные об объеме выплавки чугуна, которые подтверждают высказанные предположения: в 1801 г. было получено примерно 9 млн. пудов металла, в 1822 г. - 1824 г. среднегодовое производство металла составило 8,96 млн. пудов, в 1825 г. - 1827 г. - 9,06 млн. пудов, и в 1828 г. - 1830 г. - 11 млн. пудов. Такая ситуация приводила к тому, что быстро снижалась доля России в мировом производстве чугуна. Если в XVIII в. мы занимали первое место в мире, то к 1830 г. наш удельный вес составил 12%, а в 1859 г. - 4%.
В результате в Англии, где перешли на каменный уголь, 60-м гг. производили на душу населения порядка 8,48 пудов металла, в Бельгии - 4,35 пуда, а в России - 0,26 пуда.
Замедление темпов проявлялось и в росте производительности труда. Уже в начале XIX в. сравнительный анализ эффективности вольнонаемного и крепостного труда на однотипных предприятиях наглядно показывал преимущество первого над вторым. Это подтверждают данные за 1814 г. о выработке на одного рабочего в год.
Название продукцииВид трудаВольнонаемныеПринудительныеСуконные ткани (аршин)12460Полотняные ткани (аршин)620267Бумажные ткани (аршин)729218Кожи выделанные (штук)22362 Как видно из приведенных цифр разница в выработке вольнонаемного работника и крепостного колебалась от 2 до 3,6 раза.
Казалось бы выгода наемного труда очевидна, но расширение рамок его применения сдерживалось тем, что основная часть населения находилась в крепостной зависимости и рынок свободной рабочей силы был крайне узок.
Сохранение крепостнических отношений тормозило и техническое перевооружение предприятий. Это положение наглядно подтверждалось данными о техническом состоянии заводов и фабрик, основанных на вольнонаемном и крепостном труде. Так, если в хлопчатобумажной промышленности, где в основе лежал вольный труд уже в конце XVIII - начале XIX в., началось применение машин, то в горнометаллургической промышленности Урала, которая давала 71% всего металла, и где буквально до 1861 г. до 70% работников были крепостными, техническое оснащение и технология оставались нетронутыми со времен Петра I.
Совершенно другая картина наблюдалась там, где превалировал наемный труд, в таких отраслях как хлопчатобумажная, кожевенная, льняная и др. Так, хлопчатобумажная промышленность по темпам развития к 30 гг. XIX в. вышла на первое место. С 1804 по 1860 гг. число хлопчатобумажных фабрик выросло в 6 раз, а количество рабочих на них почти в 19 раз, с 8 тыс. до 152 тыс. человек. Особенно быстро эта и другие отрасли, основанные на наемном труде, стали развиваться после снятия ограничений для крестьянского и мещанского предпринимательства.
В хлопчатобумажной промышленности раньше, чем в других, начинается промышленный переворот. Как мы уже отмечали, первые машины появляются здесь еще в конце XVIII в. В 1793 г. фабрикант Лиман поставил первую прядильную машину на 104 веретена. Первой мануфактурой, основанной на машинном труде, а следовательно преобразованной в фабрику, стала Александровская мануфактура в Петербурге, основанная в 1799 г. С 1805 г. на ней был введен в строй паровой двигатель и к 1822 г. на этом предприятии трудилось 4 тыс. человек, а станки приводились в действие тремя паровыми машинами.
К 1812 г. несколько фабрик с паровыми двигателями появились в Москве. Всего же к 1861 г. в России насчитывалось около 2 млн. механических веретен и около 15 тыс. механических ткацких станков.
Успехи конечно же были впечатляющие, особенно на фоне других отраслей, однако и здесь Россия серьезно отставала от наиболее передовых в экономическом отношении стран. Так, в Англии уже к 1834 г. в хлопчатобумажной промышленности работало свыше 8 млн. механических веретен, 110 тыс. механических ткацких станков и 250 тыс. ручных станков. Таким образом, даже в наиболее динамично развивающихся отраслях отрицательно сказывались последствия крепостного права.
Успешно шло внедрение машин в ситценабивном производстве. В 1817 г. московскому купцу и фабриканту Веберу была дана привилегия на 10 лет на машину для набивки ситцев и выбоек. С конца 30-х гг. на машинную набивку тканей переходят уже многие мануфактуры.
Параллельно с внедрением машин и созданием предприятий с количеством от 500 до 1000 и более рабочих, в предреформенное время широкое распространение получили рассеяные мануфактуры, основанные на ручном труде ткачей-надомников. По данным А. Семенова в 1857 г. количество ручных ткачей, нанятых капиталистами, составляло 385 тыс. человек против 79 тыс., занятых на мануфактурах и фабриках. Лишь после отмены крепостного права и промышленного переворота 80-х гг. ручное производство будет почти повсеместно вытеснено с рынка.
Машины быстро внедрялись и в других отраслях, переживавших бурное развитие. При этом как правило процесс механизации сопровождался и концентрацией производства. Так, в сахарной промышленности, где число предприятий с 1804 по 1860 гг. увеличилось с 10 до 467, число рабочих выросло со 108 чел. до 64763 чел. К 1861 г. в сахароварении действовало 183 завода с паровыми двигателями (39% от общего числа), которые давали около 80% производимого в России сахара.
Хотя и медленно, но все же начинали развиваться в России и отрасли, связанные с созданием машин и механизмов. Перед реформой 1861 г. в европейской части России работало уже 99 механических и 130 чугунолитейных заводов, которые имели паровые двигатели. Значительную часть оборудования покупали пока за грающей, но в то же время мы начали уже делать и свои машины.
Одними из первых машиностроительных заводов были завод Берда, Невский машиностроительный, Александровский казенный завод в Петербурге, производившие паровые машины, пароходы и паровозы. В 1815 г. на заводе Берда был построен первый отечественный пароход "Елизавета", положивший начало российскому паровому флоту. В 1849 г. на берегу крупнейшей водной магистрали - Волги - был построен Сормовский завод по производству речных пароходов. Сельскохозяйственное машиностроение получило свое развитие в Прибалтике и на Украине. Таким образом, мы можем констатировать, что уже в первой половине XIX в. в России появляется такая важнейшая отрасль, как машиностроение, которая, правда, делает пока только первые шаги.
Еще в конце XVIII в. наметилось разделение районов на промышленные и сельскохозяйственные. Наиболее развитыми в промышленном отношении были Московская губерния (9,3% всех предприятий обрабатывающей промышленности), Петербургская (3,7%), Нижегородская (3,4%), Тверская (3,02%), Владимирская (2,6%) и Киевская (1,5%), в которой быстро развивалось сахароварение. И хотя промышленный потенциал последней губернии был еще невелик, но она быстро входила в число наиболее динамично развивающихся районов империи, где численность рабочих к 1860 г. выросла по сравнению с 1815 г. в несколько раз. Так, в Киевской губернии - в 19 раз, в Оренбургской - в 34 раза. и т.д.
В целом можно отметить, что ко времени реформ в стране уже сформировалось три главных промышленных района: 1) Центральноевропейский (Московская и прилегающие к ней губернии) - здесь располагалась основная часть текстильной промышленности, значительная часть обрабатывающей и металлургической промышленности (примерно 20 % всех промышленных предприятий), 2) Северо-Западный (Петербург и прилегающие к нему районы) - машиностроение, оружейное производство, металлообработка, кораблестроение, 3) Уральский - черная и цветная металлургия, металлообработка.
Ближе к середине XIX века появляется еще один промышленный район - Украина, который в то время был основным центром сахароварения. Однако уже были известны залежи угля и железа в районе Донбасса и не за горами было время, когда здесь должна была начать развиваться новая металлургическая база страны.
Таким образом, подводя итоги краткого анализа состояния дел в промышленности России, мы должны констатировать, что потенциал, который получила мануфактурная промышленность страны от реформ Петра и последующих преобразований XVIII века себя исчерпал. Страна по многим важнейшим экономическим показателям начинала сдавать свои позиции.
Все явственнее становилось техническое и технологическое отставание империи от Европы. И хотя в отдельных отраслях наблюдался относительный прогресс, но даже он не мог скомпенсировать общего предкризисного состояния промышленности. Главной причиной этого было крепостное право, которое сдерживало развитие производительных сил страны.
ТОРГОВЛЯ И ТРАНСПОРТ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
Рассмотрим теперь состояние дел в торговле и на транспорте. Что касается внутренней торговли в первой половине XIX века, то и по структуре и по содержанию она мало отличалась от торговли XVIII века.
По-прежнему основной объем внутренней торговли приходился на сельскохозяйственную продукцию и изделия кустарных промыслов. Определить размер внутренней торговли в дореформенной России довольно сложно из-за слабой изученности этого вопроса, и, отчасти, из-за неполных и противоречивых данных статистики. Однако кое-какие ориентиры мы имеем. Так, по подсчетам профессора Арсеньева оборот внутренней торговли равнялся в начале XIX века 900 млн. рублей, тогда как внешней - 235 млн. рублей. Схожие цифры приводит и другой статистик Загловский, который для 1831 года определил общий оборот внешней и внутренней торговли в 1378 млн. рублей. Как и Арсеньев он отмечал, что внутренняя торговля превосходила по оборотам внешнюю.
Основной формой крупной оптовой торговли по-прежнему оставались ярмарки. В 30-х годах XIX века насчитывалось 1705 ярмарок, на которые привозили товары на сумму 563 млн. рублей. Всего в стране насчитывалось 64 наиболее крупных ярмарок с суммой привоза товаров свыше 1 млн. рублей. Внутри этой группы выделялись ярмарки, где сумма привоза колебалась от 10 до 140 млн. рублей. Таких ярмарок было 10. Среди них Нижегородская, Ростовская (Ярославской губернии), Ильинская (Полтавской губернии), Коренная (Курской губернии), Ирбитская (Пермской губернии) и др.
Привоз товаров на Ирбитскую ярмарку, например, с 1840 по 1860 гг. вырос с 12 млн. рублей до 147,6 млн. рублей, а стоимость проданных товаров - с 7,7 млн. рублей до 42,4 млн. рублей.
Быстро рос торговый o6орот таких городов как Москва, Петербург, Архангельск, Иркутск, Воронеж, Казань, Тобольск, Рыбинск, Ярославль и др., которые становились заметными торговыми центрами страны.
К середине XIX века торговля перестала быть привилегией гильдийских купцов. Отмена запрета на торговлю производителей и ослабление запретов на торговлю для крестьян привело к тому, что в торговлю активно включились не только фабриканты, но и крестьяне. Так, в 1825 году только в Москве свыше 2000 крестьян занимались торговлей либо в лавках, либо в разнос. К 40-м годам XIX века крестьяне составляли почти половину торговцев Москвы.
На развитие внутренней торговли сдерживающее влияние оказывала неразвитость путей сообщения. Россия, с ее обширной территорией и отдаленностью районов производства важнейших продуктов от мест их потребления, особенно нуждалась в улучшении транспортных средств. Между тем почти до середины XIX века основными видами транспорта в стране оставались гужевой и водный.
Так, по данным за 1828 год общая стоимость грузов, доставленных по главным водным артериям страны, оценивалась в 282,3 млн. рублей. Это составляло примерно 31,4% от общего торгового оборота внутреннего рынка. Ясно, что остальные 68,6% доставлялись на лошадях, что, учитывая огромные просторы страны, было не только дорогим, но и трудным, с чисто технической стороны, делом. Неразвитость транспортной системы приводила к тому, что огромные внутренние пространства страны вообще не были вовлечены в активную хозяйственную жизнь. Следовательно, экономический потенциал страны не использовался должным образом. Правда, в этой сфере экономики наблюдались некоторые положительные изменения. Так, в начале XIX века строится ряд новых каналов, улучшается работа Мариинской и Тихвинской водных систем, зарождается судоходство на реках. Правительство прилагало усилия к улучшению сухопутных путей. К 1855 году было сооружено 6485 верст шоссейных дорог. Крупнейшим транспортным центром страны по-прежнему оставалась Москва, которая была соединена шоссейными дорогами с Петербургом, Харьковом, Нижним Новгородом, Ярославлем, Рязанью, Брест-Литовским и т.д. И тем не менее предпринимаемые усилия были недостаточны. Развитию внутреннего рынка мешало отсутствие рельсового транспорта.
Первая железная дорога, имевшая практическое значение, была построена в 1834 году на Урале. В 1836 году начинается сооружение пути от Петербурга до Царского села, и 30 октября 1837 года по этой железной дороге прошел первый паровоз.
С 1838 по 1854 гг. включительно по Царскосельской железной дороге ежегодно перевозилось от 508 тыс. до 848 тыс. пассажиров. Экономическое значение этой дороги было конечно же незначительное, но ведь это было только начало.
Уже в 1842 году было начато строительство железной дороги между Петербургом и Москвой, а в 1844 году - между Варшавой и Веной. Россия вступила в полосу железнодорожного строительства.
Всего на конец 1860 года протяженность железнодорожных путей составила 1626 км. Новым видом транспорта, который имел не только большое экономическое, но и стратегическое значение, были соединены Петербург и Варшава, Петербург и Москва, Москва и Нижний Новгород.
Особенно большое экономическое значение имела последняя железная дорога, т.к. она соединяла центральную водную артерию страны (Волгу) сразу же с двумя столицами. Кроме того, эта дорога проходила через районы с уже развитой промышленностью, что, естественно, еще более ускорило их экономическое развитие.
Однако по сравнению с потребностями страны железнодорожное строительство велось явно недостаточными темпами. Это наглядно подтвердила Крымская война.
Финансирование железнодорожного строительства в дореформенной России в большей степени осуществлялось за счет казны. Это свидетельствовало о том, что государство понимало важность железнодорожного строительства, как для развития экономики так и для укрепления обороноспособности страны.
Протяженность ж/д, построенных за счет государства и за счет частных акционерных обществ (в км)
ПЕРИОДДороги построенные
казнойчаст. акц. обществамидо 1840 г.-271841-1850 гг.473-1851-1860 гг.545547 Из этих данных видно, что в последние предреформенные десятилетия частный капитал также начал довольно активно участвовать в этом новом для страны деле. Однако особенно активно железнодорожное строительство развернется в России лишь после уничтожения крепостного права.
Существенные изменения в первой половине XIX века претерпела внешняя торговля. Это проявлялось как в структуре экспорта и импорта, так и в направлении товарных потоков.
Россия все больше втягивалась в систему мирового рынка, в связи с чем внешняя торговля приобретала новое содержание и новое значение. Дело в том, что само развитие торговли подрывало основы полуфеодальной экономики, внедряя в них товарно-денежные отношения. Особенно явно это видно на примере одного из основных экспортных товаров - хлеба. Все большая часть помещичьего хлеба производилась для продажи, прежде всего на внешних рынках, это вело к сокращению крестьянской запашки, общему подрыву крестьянского хозяйства, а следовательно, в конечном итоге и к подрыву основ всей крепостнической экономики.
При всех колебаниях, связанных с изменением таможенной политики, неурожаями, войнами и т.д., размер внешней торговли в России вырос с 1801 по 1860 гг. более чем в три раза. За исключением нескольких лет страна имела активный торговый баланс. Например, за период с 1800 по 1860 гг. среднегодовой объем экспорта увеличился с 60 млн. до 230 млн. рублей, а импорт - с 40 млн. до 210 млн. рублей.
Какова же была структура русской внешней торговли? Российская статистика начала XIX века разделяла ввозимые и вывозимые товары на 4 группы: 1) жизненные припасы; 2) сырье и полуобработанные материалы; 3) животные; 4) изделия.
В 1802 - 1804 гг. удельный вес первой группы составлял 19,4%, второй - 70,1%, третьей - 2,1% и четвертой - 8,4%. Основы экспорта составляли зерно, мука, лен, пенька, сало, щетина, лес, меха и т.д.
В результате увеличения мирового спроса на хлеб быстро рос зерновой и мучной экспорт. Среднегодовой вывоз вырос с 5120 тыс. пудов в 1806-1810 гг. до 69254 тыс. пудов в 1856-1860 гг., хотя по оценкам тогдашних экономистов доля товарного хлеба составляла всего примерно 20% от произведенного в стране, но стоимость вывозимого хлеба перед реформой давала около 35% стоимости всего экспорта.
По-прежнему важную роль играл вывоз сала, льна, хотя их доля в экспорте сокращалась. Меньшую роль в экспорте играли меха, продукты животноводства, щетина.
Резко уменьшается экспорт металлов и изделий из них. Продукция обрабатывающей промышленности занимала лишь несколько процентов в экспорте и шла в основном в азиатские страны. Вообще следует отметить, что роль промышленных товаров в экспорте в первой половине XIX века была меньше чем в конце XVIII века, что свидетельствовало о кризисном состоянии промышленности. В мировом товарообороте на долю России приходилось всего 3,6 - 3,7%.
Среди стран, торговавших с Россией, на первом месте стояла Англия (37% российского экспорта), на втором месте были Пруссия и другие германские государства (11,4% экспорта), на третьем месте - Франция (9,8%), на четвертом - Китай (6,7%). Последний был основным азиатским торговым партнером России, т.к. весь экспорт России в азиатские страны не превышал 10% от общего объема внешней торговли. 90% экспорта шло в страны Запада. Россия прочно заняла место экспортера сельскохозяйственной продукции и сырья в Европу и поставщика промышленных товаров в Азию.
Меняется и структура импорта. В частности, сокращается доля сахара, тканей и хлопчатобумажной пряжи, и наоборот, увеличивается доля хлопка-сырца. В 1856 - 1860 гг. в стоимости импорта хлопок-сырец выходит на первое место.
С 1816 года среди импортируемых товаров статистика впервые выделяет машины и аппараты на сумму 35 тыс. рублей. Список основных стран, привозивших товары в Россию, полностью совпадал со списком стран, куда шли российские товары.
Основная торговля с другими странами шла морским путем, причем большая часть товаров вывозилась на иностранных судах. Россия не располагала еще необходимым торговым флотом. Это не позволяло ей взять полностью в свои руки внешнюю торговлю, что наносило серьезный ущерб стране.
В XIX веке быстро растет значение черноморских и азовских портов, особенно в связи с ростом хлебной торговли. Так, если в 1802 году из 3710 судов, заходивших в российские порты, лишь 706 (19%) прибыло в порты Черного и Азовского морей, то в 1850 году - из 6560 судов - 2590 (39,5%) зашло в южные порты страны.
Этому способствовала и проводимая правительством таможенная политика. С 1803 года все таможенные пошлины для Черноморья были снижены на 25%.
Что касается таможенной политики правительства в целом, то, не вдаваясь в подробности, можно сказать, что до 50-х годов XIX века Россия в основном проводила протекционистскую политику, смягчая и ужесточая ее в разные годы, и только после отставки министра финансов Канкрина был начат переход к политике фритредерства, т.е. к снижению тарифов и отмене запретов на целый ряд товаров. Так, к концу 40-х годов по 725 статьям тарифа пошлины были понижены.
Несмотря на ожесточенную борьбу, которую вели вокруг тарифов сторонники и противники протекционизма в целом, правительству Николая I удалось проводить сбалансированную политику в этом вопросе.
Строительство железных дорог, развитие крупной промышленности в то время не могло развиваться без поддержки и защиты государства.
СОСТОЯНИЕ ФИНАНСОВ В ИМПЕРИИ И НАЛОГОВО-ФИНАНСОВАЯ ПОЛИТИКА ПРАВИТЕЛЬСТВ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
Перейдем теперь к рассмотрению финансово-экономической политики правительств Александра I и Николая I. Как мы уже отмечали, в XIX в. Россия вступила с расстроенными финансами. Безудержная эмиссия привела к тому, что к концу правления Павла I курс ассигнаций упал до 50 копеек серебром за бумажный рубль.
Предпринятые правительством Александра I некоторые меры, в частности, снятие наиболее вопиющих запретов во внешней торговле, дали определенный эффект. Курс ассигнаций несколько вырос и составил в 1803-1804 годах 80 копеек за рубль. Однако положение оставалось неустойчивым. В обращении по-прежнему находилось на 300 с лишним млн. рублей бумажных денег и правительство не могло полностью отказаться от практики займов, эмиссий и других подобных мер.
В 1803-1804 гг. соотношение реальных доходов страны, сумм, полученных в результате различных заемных и эмиссионных операций и расходов выражалось следующими цифрами:
ГодРеальные доходы, тыс. руб.Займы, эмиссии и др., тыс. руб.Общие расходы гос-ва, тыс. руб.1803101776916010941218041037079693122163 Как видно из приведенных данных эмиссия и различные займы составляли в год 9%. Ситуация еще больше обострилась после Тильзитского мира, по которому Россия была вынуждена присоединиться к континентальной блокаде. Доходы казны уменьшились, а расходы продолжали расти. Теперь это соотношение выражалось следующими цифрами:
ГодРеальные доходы, тыс. руб.Займы, эмиссии и др., тыс. руб.Общие расходы гос-ва, тыс. руб.1808127459139229248213181021232044432278982181225120080784342193 Теперь ситуация была уже качественно другой, т.к. займы и эмиссия колебались от 20 до 109%.
Естественно, что это не могло не привести к серьезному финансовому кризису, которые Россия пережила в 1808 - 1810 гг., когда курс ассигнаций упал с 50 копеек за рубль в 1808 году до менее чем 20 копеек за рубль ассигнациями в 1810 году.
Попытки выправить положение в эти годы связано с именем Сперанского, который предложил следующий проект финансово-налоговых реформ:
1) прекратить дальнейший выпуск ассигнаций;
2) ассигнации, выпущенные ранее, признать государственным долгом, с последующим выкупом и уничтожением;
3) сокращение государственных расходов;
4) введение нового налога, направленного специально на покрытие дефицита;
5) частичная продажа государственного имущества;
6) введение специального налога на один год - 50 копеек с "души" на помещичьи и удельные имения;
7) введение упорядоченной отчетности и гласности при ведении финансового хозяйства.
Кроме того, предполагался еще ряд мер по внешней торговле, промышленности и т.д.
К сожалению большинство этих мер осталось на бумаге и не только из-за опалы их автора. Даже позже, при Канкрине, Татаринове и Бунге была реализована только часть этих предложений.
Правда, предпринятые правительством "пожарные" меры позволили добиться того, что падение курса было приостановлено, однако добиться перелома в этом вопросе не удалось.
Война 1812-1814 гг. еще больше усугубила финансовое положение страны. Рубль по-прежнему стоил меньше, чем 20 копеек серебром. Сумма выпущенных ассигнаций к 1818 г. достигла астрономической цифры в 818 млн. рублей. Курс бумажных денег не просто постоянно колебался. Дело дошло до того, что в разных районах страны он заметно различался.
Попытка поправить положение была предпринята в 1816-1817 гг., когда на пост председателя департамента государственной экономики был назначен адмирал Мордвинов, который предложил ряд мер, аналогичных тем, что советовал провести Сперанский. По настоянию Мордвинова было впервые проведено уничтожение ассигнаций на сумму в 38 млн. рублей. Были также отменены винные откупа и восстановлена государственная монополия, а также предпринят еще ряд мер.
В таможенные тарифы были также введены изменения, направленные на расширение свободы торговли. Однако эти меры привели лишь к увеличению ввоза, тогда как вывоз рос незначительно. Это послужило основанием для недовольства отечественных промышленников, которые добились нового протекционистского таможенного устава в 1822 г., что способствовало оживлению отечественной промышленности.
Отсутствие каких-либо радикальных мер по стабилизации финансов привело их в полное расстройство к концу правления Александра I. Положение дел не спасли даже займы, к которым правительство прибегало. В 1820 г. были заключены займы в Лондоне и Амстердаме, которые дали 28,8 млн. рублей серебром. Через 2 года был заключен новый заем у Парижского дома Ротшильдов на сумму 32,9 млн. рублей. Позже к займам было вынуждено прибегать и правительство Николая I, в частности, в 1828 г., 1831 г., 1832 г., 1841 г., и в 1843 г. Однако даже эти меры не покрывали потребностей страны. Бюджет в эти годы часто оставался дефицитным.
В 1823 г. министром финансов назначили Канкрина, на которого возлагали определенные надежды в деле улучшения положения дел в экономике.
С именем этого человека связаны реформы в экономической области, но начнуться они уже в 30-40 гг., т.е. в период правления Николая I.
В области зашиты отечественной промышленности Канкрин проводил осторожную и взвешанную политику. Оставаясь, с одной стороны, в целом сторонником политики протекционизма, он, в то же время, понимал пользу и свободы торговли. Поэтому Канкрин стремился по мере готовности России к конкуренции с Европой отпускать "тормоза" протекционизма, не открывая все же полностью российского рынка для европейских и, прежде всего, английских товаров.
С помощью политики "избирательного протекционизма" Канкрин на протяжении всей своей деятельности с различной долей успеха стремился достигнуть такого положения дел, чтобы русская промышленность и "не засыпала", и в то же время имела определенную защиту.
Благодаря такой политике Канкрин сумел поднять доход от таможен за счет увеличения ставок на товары роскоши и предметы потребления для зажиточных слоев с 11 млн. рублей до 26 млн. рублей, т.е. в 2,5 раза.
Стремясь стабилизировать финансовое положение страны, Канкрин старался не делать новых займов, что, однако, далеко не всегда удавалось. Пытаясь повысить доходы казны, он в 1826 году возродил винные откупа, однако, несмотря на определенный рост доходов, полученных государством, общей эффект от этой меры был скорее отрицательным.
Центральным событием, связанным с именем этого человека, стала финансовая реформа, которая была начата в 1839 году. Суть ее сводилась к следующим основным положениям:
1) Основной денежной единицей объявлялся серебряный рубль.
2) Была проведена девальвация ассигнаций, и их курс был установлен на уровне 3,5 рубля ассигнациями за один рубль серебром.
3) В оборот выпускались депозитки (не ниже 25 рублевого достоинства), которые выдавались всем, кто соглашался внести в государственное казначейство металлические деньги, слитки серебра, платины и золота. Последние как бы хранились государством и должны были выдаваться по первому требованию. Сами депозитки ходили по серебряному курсу. Эта операция дала казне поступление серебра и золота более чем на 12 млн. рублей.
4) Постепенно из оборота стали изымать ассигнации, выкупая их по курсу 3,5 к одному, и заменять их на кредитные билеты, которые имели обеспечение 1/6 размерного фонда звонкой монетой, и поэтому свободно обменивались на серебро.
К 1843 году правительство сумело полностью изъять ассигнации из обращения. За 170 млн. рублей было выкуплено ассигнаций на сумму 595 млн. рублей, а для поддержки курса кредитных билетов был создан необходимый фонд в 28 млн. рублей серебром. Все это позволило поддерживать курс бумажных денег на одном уровне, хотя финансы страны продолжали постоянно находиться в крайне напряженном положении.
В ходе Крымской войны и после нее правительство вынуждено было несколько раз прибегать к денежной эмиссии. В результате курс бумажных денег начал снижаться. За 1853-1856 гг. дефицит бюджета вырос с 57 до 307 млн. рублей. В 1858 году был прекращен размен кредитных билетов на серебро. К моменту реформы 1861 г. в обращении снова находилось бумажных денег почти на 1 млрд. рублей или в несколько раз больше, чем составляли доходы государственного бюджета.
По-прежнему неразвитой оставалась и кредитно-банковская система России, которая почти не изменилась со времен Екатерины II. Она оставалась в руках государства, в то время как частные коммерческие банки не получили своего развития.
В стране с 1782 года функционировали Заемный и Купеческий банки. Чуть позже был учрежден Медный банк, открытый банковской конторой вексельного производства и в 1817 году был учрежден Государственный Коммерческий банк для расширения коммерческого и промышленного кредита.
Несмотря на разные названия банков, основная часть банковских ссуд шла на льготные кредитования помещичьих хозяйств, хотя формально этим должен был заниматься Дворянский банк. Выдаваемые ссуды очень медленно возвращались, а задолженность помещиков постоянно возрастала. В 1812 году за дворянами числилось ссуд на 64 млн. рублей (под залог 12% всех помещичьих крестьян), а в 1859 году - объем ссуд составлял 425 млн. рублей (под залог 66% "душ"). На кредитование же торговли и промышленности шли незначительные суммы.
Наряду с системой госбанков довольно успешно действовала сеть менял, которые давали ссуды под высокий процент, существовал ломбардный кредит.
Одна из причин, почему частный коммерческий кредит не получил широкого распространения, заключалась в том, что первоначальное накопление капитала в России происходило в условиях крепостного права, важнейшим источником накопления при котором была феодальная рента. Лишь после крестьянской реформы в 1864 году был открыт первый Акционерный Коммерческий банк.
Таким образом, подводя итоги этого краткого анализа положения дел в экономике России в первой половине XIX века и политики тогдашних правительств в этой сфере, можно констатировать следующее.
Все меры, предпринимаемые правительствами Александра I и Николая I, направленные на поддержание и развитие хозяйства страны, хотя и помогали справиться с текущими, практическими проблемами, ликвидируя наиболее вопиющие проявления феодализма, сдерживавшие движение страны вперед, но не решали главных кардинальных вопросов - снятие всех феодальных препон для развития российской экономики, и, прежде всего, отмены крепостного права.
Поэтому, позволяя поддерживать относительную стабильность в экономике, они не могли обеспечить действительной длительной устойчивости в развитии народного хозяйства теми темпами, которые бы отвечали возможностям и потребностям страны. Россия по-прежнему продолжала отставать от наиболее передовых в экономическом отношении стран Запада, и разрыв этот все возрастал. Понадобилось поражение в Крымской войне, чтобы правительство Александра II осознало: "с реформами больше медлить нельзя".
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОТМЕНЫ КРЕПОСТНОГО ПРАВА
Результаты Крымской войны потрясли российское общество. Страна болезненно переживала первое крупное поражение своей армии после целого века блестящих побед. При этом и общество и правительство отчетливо понимали, что поражение - это результат прежде всего нарастающего технико-экономического отставания российского государства от наиболее развитых стран.
Однако не только в этом крылась необходимость реформ. На необходимость радикальных перемен указывало кризисное состояние как помещичьих так и крестьянских хозяйств, натуральная основа которых была уже серьезно подорвана развивающимися товарноденежными отношениями.
В чем это проявлялось? Это находило свое выражение прежде всего в росте объемов недоимок, в увеличении числа заложенных имений и крепостных. Так, к 1859 году в банках были заложены имения с общим числом в 7 млн. крепостных крестьян (2/3 всего крепостного населения). Более 12% дворян-помещиков продали свои имения.
Изменений в экономическом укладе требовала и отечественная промышленность. Она не могла успешно развиваться в условиях отсутствия развитого рынка свободной рабочей силы и узости внутреннего рынка, вызванной тем, что основная масса населения вела натуральное хозяйство. Последнее положение резко ограничивало спрос внутри страны на промышленные товары.
Кризисное состояние сельского хозяйства, рост государственных расходов, - все это вело к тому, что в стране фиксировалось все больше антифеодальных крестьянских выступлений, которые правительству приходилось подавлять с помощью воинских команд. По далеко не полным данным в 1857 году было зафиксировано 192 массовых крестьянских выступлений, в 1858 году - уже 528, а в 1859 году - 939. Впереди, как справедливо опасалась центральная власть, вполне реально во весь рост вставала угроза новой пугачевщины.
Все это требовало быстрого перехода к кардинальному реформированию всех сторон российской жизни. Прежде всего необходимо было отменить крепостное право. Не случайно еще в 1856 году Александр II сказал: "...лучше отменить крепостное право сверху, чем ждать когда оно само будет отменено снизу."
Вполне закономерно поэтому, что эпоху "великих реформ" 60-70 гг. открыл Манифест от 19 февраля 1861 года и "Положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости".
По реформе 1861 года крестьяне получали личную свободу и определенные гражданские права сразу же и бесплатно. Создавались органы крестьянского самоуправления в виде сельских и волостных сходов, где избирались сельский староста и волостные старшины.
Сложнее дело обстояло с землей. Вся она объявлялась собственностью помещиков и после работы межевых комиссий крестьяне по договору с помещиками получали часть своих бывших наделов (при этом они теряли от 10 до 40% "своей бывшей земли") в пользование, за выкуп.
При этом земля передавалась не каждому отдельному крестьянину, а сельской общине. Кроме того, с помощью целого ряда мер закреплялась зависимость крестьян от общины и затруднялся выход из нее. Это делалось по нескольким причинам.
Во-первых, через общину, как считало правительство, было легче контролировать крестьян и собирать с них налоги, которые спускались на общину и разверстывались внутри самими крестьянами.
Во-вторых, это позволяло сохранить в деревне известный избыток рабочей силы, необходимый помещикам на период адаптации к новым условиям.
Существовали и другие причины, которые побуждали правительство решать аграрный вопрос подобным образом, защищая прежде всего интересы господствующих классов.
С другой стороны, эти меры сдерживали, либо видоизменяли целый ряд процессов, свойственных периоду становления буржуазных отношений.
Так, из-за сохранения общины медленно шла дифференциация крестьянских хозяйств, которая вынужденно принимала и скрытые и открытые формы. Эти же причины тормозили и формирование рынка рабочей силы, необходимого промышленности, и, следовательно, отрицательно сказывались на развитии товарно-денежных отношений в целом.
Землю получали далеко не все крестьяне. Без каких-либо наделов были освобождены дворовые, крестьяне, переведенные на месячину, рабочие вотчинных мануфактур и другие категории бывших крепостных.
Наиболее важным моментом реформы после личного освобождения и наделения крестьян землей являлся вопрос о порядке ее выкупа. Главным условием выкупа было обеспечение помещикам совокупного дохода, равного тому, который они имели до 1861 года. Расчеты выкупа строились так, чтобы обеспечить помещикам 6% доход с капитала, который они получали в результате реформы. При рыночной стоимости всей земли, которая отходила крестьянам, в 544 млн. рублей, ее выкупная цена составила 867 млн. рублей. По сути дела, потеряв крестьян, помещики фактически сохраняли почти полный доход, который они раньше получали с них, т.к. вложив деньги в акции, они могли бы получать ежегодный доход, равный оброку.
Крестьяне, правда, выплачивали лишь 20% своего выкупа, даже если получали надел полностью. Остальные 80% возмещало государство ценными бумагами по 5 % годовых. Крестьяне же должны были рассчитываться с государством в течение 49 лет, выплачивая ему при этом помимо основной суммы и 6 % ссудных. В общей сложности они должны были выплатить почти 3 предоставленных ссуды.
Лишь к 1907 году выкупные платежи были отменены законом; к этому времени общая сумма выплат превысила 1,5 млрд. рублей.
Однако, поскольку и 20% выкупа крестьяне не могли выплатить сразу, вводилось состояние временнообязанных. Вплоть до полной выплаты крестьяне были обязаны выполнять определенные повинности для помещиков, т.е выполнять ту же барщину или выплачивать оброк из расчета 8-12 рублей в год. Лишь в 1883 году состояние временнообязанных было отменено.
Примерно в том же ключе проходило освобождение государственных, удельных, кабинетных и других категорий крепостных крестьян.
Можно однозначно констатировать, что в целом реформа конечно явилась очередным ограблением крестьян в пользу помещиков и помещичье-дворянского государства. Вместе с тем, несмотря на свою ограниченность, она означала завершение эпохи феодализма. На смену феодального способа эксплуатации работника пришел капиталистический, при котором работника нужно было нанимать, покупая его рабочую силу.
Реформа открыла путь для более быстрого развития товарно-денежных отношений, хотя оставшиеся пережитки феодализма еще долгие годы сказывались на темпах, формах и направленности преобразований, на общем ходе развития хозяйственной жизни страны.
Для ряда категорий сельского населения реформа несла определенную, а иногда и весьма ощутимую выгоду.
Больше всего выгод от подобного освобождения получили зажиточные крестьяне. Для них сумма выкупа была не обременительна. Кроме того, они могли по низким ценам нанимать бедных крестьян, арендовать за бесценок их земли и т.д. За неуплату платежей община насильно отдавала бедняков к зажиточным в работники с условием, что те выплатят за них недоимки. Кроме того, изъятые у бедняков в счет недоимок имущество, скот, и т.д. также за бесценок переходили к зажиточным крестьянам.
Определенную выгоду получали помещики, которым выкуп дал средства для ведения по-рыночному своих хозяйств, либо для вкладывания денег в недвижимость или промышленность. Правда, это требовало от помещиков отказа от привычных взглядов и старого уклада жизни, к чему, как показала жизнь, были готовы далеко не все.
Вслед за Манифестом 1861 года в течение 60-70 годов последовал еще целый ряд реформ, которые, несмотря на их ограниченность, непоследовательность, а часто и незавершенность, имели тем не менее огромное значение для развития Российского государства в целом, в том числе и для развития экономики.
Судьба многих из начатых Александром II преобразований была сложной и противоречивой. В последующие годы некоторые из них либо видоизменялись, либо переделывались. Однако в целом значение их огромно. Они открыли для страны возможность без серьезных социальных потрясений приступить к строительству рыночной экономики. Они давали определенный простор развитию производительных сил и привели производственные отношения к определенному, хотя и не оптимальному соответствию им.
ПОРЕФОРМЕННОЕ РАЗВИТИЕ ЭКОНОМИКИ
Рассмотрим теперь, как же развивалась основная отрасль - сельское хозяйство- в пореформенное 30-летие.
Одной из важнейших проблем, определявшей темпы и формы развития сельского хозяйства, была проблема распределения и перераспределения земли.
На европейской части России в общей сложности насчитывалось 280 млн. десятин сельскохозяйственных угодий. В Сибири, Средней Азии и на Кавказе - еще 130 млн. десятин. Таким образом, всего Россия имела 410 млн. десятин сельскохозяйственных угодий, что составляло около 24% всех земель страны.
Как же распределялись эти земли? Поскольку систематические данные по всем регионам отсутствуют, рассмотрим эту проблему на примере европейской части, где они сохранились довольно полно.
138 млн. десятин составляли надельные земли, 101,7 млн. десятин - частные земли и 39,5 млн. десятин - казенные земли.
Из 14,7 млн. крестьянских дворов 12,3 млн. имели наделы и, соответственно, 2,4 млн. дворов их не имели. На долю 12,3 млн. крестьянских дворов приходилось 136,9 млн. десятин, или на круг по 11,13 десятины на один двор, при средней трудовой норме 15 десятин на двор.
При этом следует иметь в виду, что распределение земли зависело от местности и категории крестьян. Колебания в размере наделов составляли от 2 - 3 десятин до 40-50 десятин на двор. Это делало стартовые условия крестьян не только сложными, но и неравными. Основная масса крестьянства таким образом изначально была поставлена в труднейшие условия для выживания.
Помещики в первые пореформенные года владели большей частью частной земли. Так, на 1877 год у них было 73,1 млн. десятин, или 71,9 % от всей частной земли. Даже по самым приблизительным подсчетам (а далеко не все дворяне были помещиками и имели хоть какие-нибудь поместья), на каждую помещичью душу приходилось около 100 десятин, в то время как на каждую крестьянскую мужскую душу приходилось примерно всего лишь 5 десятин.
Такое рапределение земли и определило основные направления экономического и социально-политического развития деревни. Оно же объясняет, почему в пореформенные годы начинают быстро набирать темпы такие процессы как аренда и купля-продажа земли.
Рассмотрим теперь, как приспосабливались к новым условиям крестьянские и помещичьи хозяйства.
ЭВОЛЮЦИЯ КРЕСТЬЯНСКОГО ХОЗЯЙСТВА
Начнем с того, как распределялись земли в зависимости от категории общин. При среднем душевом наделе в 11,1 десятины на двор, бывшие помещичьи крестьяне имели в среднем 6,7 десятин на двор, государственные - 12,5 , казаки - 52,7 , прибалтийские крестьяне - 36,9 десятины на двор.
Конечно же разность наделов, а также другие условия, - все это вело к тому, что в различных регионах страны перестройка крестьянских хозяйств к работе на рынок проходила в разных формах и темпах.
Быстрее и легче эти процессы шли в районах, где либо полностью отсутствовало помещичье землевладение, либо оно не было господствующим в предшествующий период. Это- области проживания казачества: Дон, Кубань, река Урал и т.д. Кроме того, быстро перестраивались крестьяне Сибири и Алтая. Немного медленнее, но все же относительно быстро переходили на капиталистический путь хозяйства Нижнего Поволжья, Украины и Прибалтики.
Сложнее всего дело обстояло в основной массе европейских губерний России, где сохранялись полуфеодальные пережитки.
При всей разности в темпах и формах перехода экономические процессы протекали в общем и в целом однотипно, поэтому можно выделить ряд наиболее характерных черт для развития крестьянского хозяйства в конце XIX- начале XX века.
К началу XX века из 12,3 млн. крестьянских дворов, имевших надельную землю, размеры участков распределялись следующим образом: 6,2 млн. дворов имели наделы до 8 дес. на двор, т.е. более половины крестьянских хозяйств (50,4%) изначально не могли прожить на доходы с надела. Именно к этой группе крестьян относились безлошадные и однолошадные хозяйства, которых в общей сложности насчитывалось 6,4 млн.
Промежуточное положение занимали 3,9 млн. хозяйств или 31,7%, наделы которых колебались от 8 до 15 десятин. Как правило, эти хозяйства имели по 2 лошади, без которых нельзя было обработать эти участки.
И, наконец, 1,6 млн. дворов (13%) владели участками от 15 до 30 десятин, а 0,6 млн. дворов (4,9%) - свыше 30 десятин на двор.
Таким образом, на рубеже XIX - XX веков четко выделились 3 группы крестьянских хозяйств: кулацкие - составлявшие примерно 20%, середняцкие - около 30% и бедняцкие - свыше 50%.
Естественно, что маломощные хозяйства не были в состоянии обработать свои даже небольшие наделы, и вынужденно сдавали их богатым землякам. Другими словами в общине шло скрытое перераспределение земли. К началу XX века в руках 20% кулацких хозяйств сосредоточилось уже свыше 30% общинной земли. Таким образом, аренда надельной земли превышала 10% от всей площади. При этом бедняцкие дворы сдавали в аренду от 30 до 90% своих земель.
С 60-годов XIX века начала неуклонно расти аренда частных земель. Она была двух видов: аренда из нужды и аренда предпринимательская. Первый вид носил полукрепостнический характер. Как правило, это была аренда участка за отработки (рабочие руки для помещиков), или за часть урожая.
Второй вид носил чисто капиталистический характер. Аренда земли в данном случае осуществлялась за деньги.
Если в первые пореформенные годы преобладала аренда из нужды, то по мере развития товарно-денежных отношений в деревне на первое место стала выходить капиталистическая аренда.
К началу XX века с арендой земли сложилась следующая ситуация: по числу арендующих дворов преобладали бедняки, а по площади 20% зажиточных хозяев сосредоточили у себя в разных районах от 50 до 83,7% всей арендуемой земли.
Всего же крестьяне арендовали вненадельной земли общей площадью от 30 до 35 млн. десятин. Таким образом, на долю кулаков приходилось в среднем от 20 до 24 млн. десятин арендуемых земель.
Кроме аренды все большее значение приобретала купля-продажа земли. Основными продавцами ее были помещики. За первые 20 пореформенных лет зажиточные крестьяне купили у них 6 млн. десятин. После создания Крестьянского банка, дававшего крестьянам кредит, покупка земли увеличилась и к 1905 году крестьянам принадлежало уже 24,5 млн. десятин. При этом на долю кулаков приходилось примерно 85% покупных земель.
Начало XX века в зажиточных крестьянских хозяйствах было сосредоточено до 60% рабочего скота, 90% улучшенных орудий машин от всех, что применяли крестьяне. Все это, естественно, позволяло вести хозяйство более современными способами, используя совершенную агротехнику, улучшенные севообороты, очистку семян, удобрения и т.д.
В результате урожайность в кулацких хозяйствах была, как правило, в 1,5 - 2 раза выше средней. Товарность этих хозяйств составляла 30-40% и более, тогда как бедняцкие и середняцкие хозяйства продавали 15-20% своей продукции, да и то эта цифра была искусственно завышена, т.к. эти категории крестьян были вынуждены продавать часть необходимого продукта, чтобы расплатиться с долгами и налогами.
Кулацкие же хозяйства, имея к началу XX века примерно такой же земельный фонд как и помещики, давали половину товарного хлеба страны, или в два раза больше, чем землевладельцы-дворяне.
Это происходило за счет того, что у кулаков была лучше организована работа наемных работников, поскольку они сами контролировали их. Соответственно в этих хозяйствах были лучше организованы использование и хранение сельскохозяйственных орудий и машин, лучше удобрялась почва. И, наконец, кулацкие хозяйства, как правило, не имели больших накладных расходов на содержание управляющих, контор, слуг и т.д.
Основная масса середняцких и все бедняцкие хозяйства продолжали вести дела по старинке. Здесь по-прежнему господствовали примитивные орудия труда: деревянные сохи, серпы, цепы, деревянные бороны и т.д. Земли этой категории крестьян хуже удобрялись. Согласно данным подворного обследования крестьян, проведенного в Пермской губернии, среди хозяйств с посевом до 5 десятин только 34% вывозили на поля навоз в среднем по 80 возов, тогда как в хозяйствах с посевом более 20 десятин 4/5 дворов вывозили по 360-730 возов.
Таким образом, мы можем констатировать, что в пореформенные годы несмотря на сохранение крестьянской общины и помещичьего землевладения, которые конечно же выступали в роли сдерживающих факторов, в деревне быстро шло имущественное и хозяйственное расслоение крестьян в явной и скрытой форме.
Из основной массы крестьян выделяется слой наиболее зажиточных, чьи хозяйства довольно быстро приспосабливались к работе в новых условиях. Они успешно вели предпринимательское земледелие, часто сочетая его с торгово-промышленными мероприятиями. И хотя эта категория крестьян не превышала 20%, именно она олицетворяла так называемый "американский" или фермерский путь развития сельского хозяйства.
Большая часть середняцких хозяйств либо постепенно разорялись, либо вели хозяйство, сочетая земледелие с различными промыслами, либо полностью переходили на положение наемных сельскохозяйственных рабочих. Эта категория крестьян участвовала в капиталистической эволюции сельского хозяйства только путем продажи своей рабочей силы, рынок которой к концу XIX века насчитывал 3,5 млн. батраков.
ЭВОЛЮЦИЯ ПОМЕЩИЧЬИХ ХОЗЯЙСТВ
Заметные изменения происходили и в помещичьих хозяйствах, которые также постепенно перестраивались на работу в условиях быстроразвивающегося рынка. Правда, здесь процессы шли медленнее и противоречивее, что объяснялось целым рядом объективных факторов.
Помещики, получив после реформы землю и деньги, не могли тем не менее сразу же перейти к новым формам организации хозяйств. У них, как правило, не было не только своего парка усовершенствованного инвентаря, но и вообще сельскохозяйственных орудий, необходимых для работы на земле. Часто отсутствовал и нужный для работы тягловый скот. Отсутствовал и сформированный рынок рабочей силы, которому еще только предстояло сложиться. Кроме того, давала себя знать инерция: большинство помещиков очень трудно расставались с вековым укладом жизни, с привычными крепостническими отношениями.
Неслучайно поэтому, что в 70 - 80 гг. помимо отработок крестьянами на помещичьих полях в счет выкупа собственных наделов, широко распространилась сдача помещиками земли не за деньги, а за часть урожая, или в счет выполнения каких-либо работ на бывшего барина. Отработка выступала как бы переходной формой к найму рабочей силы.
Кроме того, отработка создавала видимость экономии денег, так как обработка десятины при такой форме труда обходилась в 1,5 раза дешевле, чем при вольном найме. Однако подсчеты экономистов показывают, что эффективность рабочего труда была намного выше: урожаи при капиталистическом найме были в 1,5 раза выше при отработках и в 1,3 раза выше, чем при издольщине.
Однако, несмотря на эти подсчеты, которые были известны уже в то время, лишь к концу XIX века намечается хотя и медленный, но переход к капиталистическим методам организации труда в помещичьих хозяйствах. Так, к концу 80-х годов из 43 губерний европейской России в 19 (44,2%) преобладала капиталистическая система, в 7 (16,3%) - смешанная и в 17 (39,5%) - отработочная система. В определенной степени этому способствовала и постепенная отмена времяобязанного состояния, которая лишила помещиков даровой рабочей силы (состояние времяобязанных постепенно отменялось с 1883 по 1887 гг.).
Многие помещики, прежде имевшие средне-мелкие поместья, не смогли перестроиться на новые условия. Они были вынуждены закладывать и перезакладывать свои имения, а то и вовсе продавать их. Так, к 1895 году уже свыше сорока поместьев было в залоге. Многие из них продавались с молотка. За 30 пореформенных лет помещиками было продано 24 млн. десятин земли. Покупателями ее становились разбогатевшие крестьяне, купцы и мещане.
В результате этих процессов наблюдалась концентрация помещичьей земельной собственности у владельцев крупных имений. К началу XX века 60% помещичьих земель сосредоточилось в руках крупных землевладельцев с имениями площадью от 30000 десятин и выше.
По мере развития товарного производства многие помещики переходили к созданию крупных хозяйств (экономий) с применением не только наемной силы, но и усовершенствованных сельскохозяйственных орудий и машин, улучшенных севооборотов, с использованием элитных пород скота и т.д. Однако таких хозяев было меньше половины, к середине 90-х годов лишь 42% владельцев поместий применяли улучшенные механизмы и машины. В этих хозяйствах, как правило, велась работа по улучшению скота, создавались первые селекционные станции. Большая же часть дворян-землевладельцев предпочитала оставаться на традиционном пути развития, пустив все на самотек.
Капиталистический прогресс в помещичьих хозяйствах был несомненный, но шел он по сравнению с районами, где было чисто крестьянское земледелие, медленно, так как тормозился сохраняющимися полуфеодальными пережитками, и в частности, полукрепостнической эксплуатацией крестьян.
К концу XIX века, несмотря на ощутимые перемены, помещики давали всего лишь 25% товарного хлеба страны. И это при том, что земельный фонд помещиков был примерно равен земельному фонду, находящемуся в руках кулаков.
Подводя итоги анализа состояния дел в аграрном секторе экономики в пореформенной России, мы можем констатировать следующее. В 60-90 гг. в сельском хозяйстве все больше и больше проступали черты товарного производства. Довольно четко оформляется региональная специализация района, так, основными производителями товарной пшеницы становятся: Украина, Новороссия, Нижнее Поволжье, область войска Донского, Теркская область. Сахарная свекла и масличные культуры производились на Украине и Кубани. Вологодская и соседние с ней области, Алтай, Сибирь и Прибалтика становятся центрами молочного скотоводства. В центральных и северо-западных районах страны в больших количествах начинает развиваться производство товарного льна, технической конопли и других аналогичных культур.
Развитие технического растениеводства привело к тому, что появляются не только новые специализированные районы, но и отрасли самого растениеводства. Так, в конце XIX - в начале XX века в России появляется и начинает прогрессировать такая новая отрасль сельского хозяйства, как промышленное хлопководство. К 1915 году производство хлопка-сырца в империи достигало 38,6 млн. пудов. Такое положение дел даже отразилось на производстве льна, снизив темпы развития льноводства.
В результате всех процессов, протекавших в пореформенное время, произошли значительные и существенные перемены в распределении труда, в производстве отдельных видов сельскохозяйственных культур: относительно снизилась доля труда, связанного с производством зерновых и, соответственно, увеличилась доля труда, занятого производством технических культур (свеклы, хлопка, табака, льна, подсолнечника и др.) и на выращивании картофеля. Однако, несмотря на эти изменения, основная масса крестьян по-прежнему была занята производством зерна.
Развитие специализации способствовало росту обмена между различными регионами страны и, таким образом, втягивало все новые и новые районы империи в товарно-денежные отношения, ибо обмен предполагал производство товарного количества продукции. Уже к концу 80 гг. XIX в. в России сложился единый сельскохозяйственный рынок.
Довольно быстро возросли чистые сборы (валовый сбор за вычетом семян для посева) хлеба. При этом важно отметить, что прирост земельных площадей, пущенных в хозяйственный оборот, был меньше, чем прирост объемов товарного хлеба, что свидетельствовало об усилении интенсивных начал в сельском хозяйстве, и, в частности, о росте урожайности, повышении производительности труда, сокращении накладных расходов и т.д.
Так, за 40 лет после реформы посевные площади в стране расширились на 16,5%. Сбор же хлеба только за последние 20 лет XIX в. вырос на 44%.
Наряду с ростом урожайности постоянно увеличивалась как доля товарного хлеба, так и его часть, которая вывозилась за границу. По сравнению с 60 гг. XIX в. к началу XX в. вывоз его вырос с 5% до 20% от чистого сбора. При этом вывоз пшеницы составил к началу XX в. 40%.
Еще более быстрыми темпами развивалось животноводство. В целом за конец XIX - начало XX в. поголовье скота и продукция животноводства в России выросли немногим более, чем в 2 раза.
Развитие капитализма в сельском хозяйстве сопровождалось быстрым развитием новых отраслей производства. Более быстрыми темпами, чем производство зерновых, росло производство картофеля, табака, свеклы, хлопка, масличных и других культур, при этом довольно быстро росла и их урожайность. Так, за 40 лет после реформы сборы картофеля выросли в 2,5 раза, в несколько раз увеличился сбор табака. Довольно ощутимо выросло и производство льна-волокна. Если в 60-е гг. XIX в. в России производилось около 12 млн. пудов волокна, то в 1911-1915 гг. - 26,5 млн. пудов льняного волокна. Производство же свекловичного сахара вообще увеличилось на огромную величину - в 20 раз.
Развитие товарного производства в сельском хозяйстве повышало спрос на удобрения и новую усовершенствованную технику и машины. Так например, ввоз туков (вид удобрения) в Россию с 1866 по 1900 г. вырос с 26,7 тыс. пудов до 6009 тыс. пудов. Одновременно с ростом ввоза искусственных удобрений росло и их производство непосредственно в России. Основным видом минеральных удобрений, производимых в стране, были фосфатные удобрения. К концу XIX в. в империи действовало 15 заводов по изготовлению фосфатной муки, 5 заводов по производству суперфосфата и 20 заводов по изготовлению костной муки.
В 3,6 раза выросло за пореформенные годы потребление машин на селе. Таким образом, сельскохозяйственное производство стимулировало не только ввоз техники из-за границы, но и подталкивало развитие отечественного машиностроения. Например, экспорт машин вырос с 1,6 млн. рублей в 70-х гг. XIX в. до 5,2 млн. рублей в 90-е гг., или в 3,25 раза, а производство машин внутри страны за эти же годы выросло с 2,3 млн. рублей в 70-е гг. до 9,5 млн. рублей в 90-е гг. соответственно, или в 4,13 раза.
Несмотря на довольно приличные достижения в сельском хозяйстве, эта отрасль экономики по-прежнему оставалась "слабым звеном" из-за того, что решение аграрного вопроса в России в ходе реформы не было доведено до логического завершения.
Главной проблемой сельского хозяйства оставалось нарастающее крестьянское малоземелье, которое было одной из главных причин деградации 6ольшого числа крестьянских хозяйств. За 40 лет после реформы из-за прироста населения среднедушевой надел у крестьян сократился с 5 десятин до 2,7 десятин. Это, при сохранении крупных помещичьих латифундий, вело как к медленным темпам перестройки помещичьих хозяйств, так и к разорению и деградации большинства крестьянских хозяйств. Все это в начале XX века послужило одной из главных причин Российской революции 1905-07 гг. Только широкий размах крестьянских выступлений в эти годы вынудит правительство Николая II приступить к проведению аграрной реформы, известной как Столыпинская реформа (речь о которой пойдет в следующих лекциях), однако время в значительной степени будет уже упущено.
Рассмотрим теперь, какие же процессы происходили в промышленности и на транспорте в конце XIX века.
РАЗВИТИЕ ПРОМЫШЛЕННОСТИ И ТРАНСПОРТА
В ПОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД
В отличие от сельского хозяйства, где перестройка на буржуазный путь развития началась практически сразу же после 1861 года, в промышленности в первые пореформенные годы наблюдалось определенное топтание на месте и даже спад производства в отдельных отраслях. Лишь в 70-е годы промышленность в России начинает набирать обороты, хотя темпы прироста еще довольно низкие. Это достаточно четко просматривается из данных по отдельным пятилетиям.
Динамика важнейших показателей развития промышленности России
ГодыВыплавка чугуна, млн. пудПри-рост, разДобыча каменно-го угля, млн. пудПри-рост, разПотреб-ление хлопка, млн. пудПри-рост, разДобыча золота, тонн чистого металлаПри-рост, раз1234567891860-186420,5 - 18,40,8918,3-24,41,32,8 - 1,60,5724,4-22,90,941865-186918,3 - 20,11,123,3-36,81,581,6 - 3,2225,8-33,21,271870-187421,9 - 23,11,0542,3-78,81,862,8 - 4,71,6835,4-33,20,941875-187926,1 - 26,41,01103,8-178,21,725,2 - 6,51,2532,7-43,11,82 Как видно из приведенных цифр, первое пореформенное четырехлетие почти повсеместно характеризовалось падением производства и только начиная с конца 60-х гг.-начала 70-х гг. рост во всех приведенных отраслях становится относительно устойчивым, хотя темпы, как мы уже отмечали, весьма низкие. Так, к 1879 году выплавка чугуна вырастает по сравнению с 1864 годом в 1,5 раза, добыча каменного угля в 7,3 раза, потребление хлопка (а это основное сырье для развития хлопчатобумажной промышленности) - в 4,06 раза, добыча золота - в 1,88 раза. А ведь за цифрами о выплавке чугуна, потреблении хлопка, добыче каменного угля стояли такие отрасли, как машиностроение, железнодорожное строительство, создание транспорта и т.д. и т.п.
Раньше всех после реформы оживает мелкотоварное и кустарное производство, в том числе и крестьянские промыслы. Это происходило по целому ряду причин. Во-первых, развитию крестьянских промыслов способствовала зимняя безработица сельских жителей, во-вторых, разорение беднейшего крестьянства толкало его на дополнительные заработки, в-третьих, низкая начальная капиталоемкость производства позволяла заниматься ремеслами и кустарным промыслом многим категориям небогатых людей, в-четвертых, развитию кустарного ремесла помогала его высокая гибкость и способность быстро подстроиться под потребности рынка.
К 80-м годам XIX века в России насчитывалось до 4 млн. кустарей. Кроме того, на мелких предприятиях работало более 2 млн. наемных работников. Таким образом, фабрика не уничтожила промыслы кустарного производства, а лишь потеснила. Кустари быстро переходили на выпуск новых товаров, либо шли в новые районы, либо приспосабливались к соседству крупного производства. Положительную роль в этом сыграла и соответствующая законодательная и налоговая политика правительств, направленная на поддержку кустарей и артели.
Однако ясно, что при всей важности для потребности рынка мелкого производства, не оно определяло экономическое лицо страны. Какие же процессы происходили в крупной промышленности?
В этом секторе экономики наблюдается несколько взаимосвязанных процессов.
Во-первых, довольно быстрыми темпами нарастает объем производства промышленной продукции. Например, за 40 пореформенных лет продукция русской промышленности увеличилась в 7 с лишним раз. По этому показателю Россия обгоняла такие страны, как Германия (в 5 раз), Франция (в 2,5 раза), и даже Англия.
Во-вторых, только за 13 последних лет XIX века было основано 7253 новых предприятий. Стоимость продукции за эти годы увеличилась в 2,3 раза, тoгда как численность рабочих всего лишь на 80%. Это объяснялось тем, что, наряду со строительством новых предприятий, активно проходили такие процессы, как концентрация производства и его модернизация.
В-третьих, к 80-м годам XIX века в большинстве отраслей промышленности был завершен промышленный переворот, что также подстегивало общее экономическое развитие империи. В государстве были созданы все реальные условия для начала индустриализации страны. В ведущих отраслях народного хозяйства стали преобладать паровые машины, широко применялась разнообразная техника: механические станки, различное оборудование и механизмы.
В-четвертых, в последнее десятилетие XIX века появились и стали быстро развиваться такие новые отрасли промышленности, как каменно-угольная, нефтедобыча и нефтепереработка, машиностроение, химическая промышленность и т.д. При этом отрасли, определяющие технический прогресс, развивались опережающими темпами по отношению к экономике в целом.
Так, за 10 лет (с 1886 по 1896 гг.) утроилась выплавка чугуна, добыча каменного угля с 1887 по 1897 гг. выросла в 25 раз, а добыча нефти с 1870 по 1896 гг. увеличилась в 226 раз. Доведя добычу нефти к концу XIX века до 633 млн. пудов, Россия вышла на первое место в мире по этому показателю.
Быстрыми темпами развивалось и машиностроение, так, производство паровозов с 1870 по 1890 гг. выросло в 2 раза, что позволило полностью отказаться от импорта этого вида продукции. В стране были построены такие крупные машиностроительные предприятия, как механический завод Нобеля, Обуховский сталелитейный, пушечный завод в Петербурге и другие.
Помимо быстрого развития новых отраслей промышленности активно шел процесс формирования новых промышленных районов, которые не только успешно конкурировали со старыми, но и быстро начинали обгонять их по количественным и качественным характеристикам.
Так, в районе Донбасса и Криворожья возник новый промышленный центр по добыче каменного угля и производству металла. Здесь к началу XX века производилось уже свыше 60% всего российского металла и добывалось около 70% каменного угля, который стал важнейшим энергоносителем для промышленности и транспорта.
Развитие угольно-металлургической базы на юге России потянуло за собой строительство здесь предприятий тяжелой промышленности, связанных с металлообработкой. Были построены такие предприятия, как завод сельскохозяйственного машиностроения в Харькове, машиностроительные заводы в Одессе, Бердянске и т.д. Всего с 1860 по 1896 гг. количество машиностроительных заводов увеличилось с 99 до 544, т.е. в 5,5 раза, а число рабочих на них - с 11600 чел. до 85445 чел., т.е. всего в 7,4 раза.
Еще одним крупным промышленным центром стал район Баку, где быстро развивались нефтедобыча, нефтепереработка и сопутствующие им другие производства.
Крупным центром свеклосахарного производства стало правобережье Украины.
Все это говорило о тех значительных сдвигах, которые происходили в территориальном размещении промышленности. Все новые и новые районы страны втягивались в промышленное развитие.
Наряду с быстрым прогрессом крупной промышленности первые пореформенные десятилетия стали периодом бурного развития рассеянных мануфактур, которые к концу XIX века постепенно трансформировались в крупные фабрики легкой и обрабатывающей промышленности. Благодаря этому процессу в центральной России на месте старых сел возникают многочисленные фабрично-заводские поселки, которые постепенно превращаются в крупные промышленные города, такие как Орехово-Зуево, Гусь-Хрустальный и другие. В них к концу XIX века проживало до 50% промышленных рабочих страны.
Еще одной особенностью российской пореформенной промышленности является сохранение довольно большого государственного сектора в экономике. К концу XIX - началу XX века до 70% железнодорожных путей принадлежало государству. Кроме того, примерно 25% предприятий также принадлежало казне. Это, естественно, требовало от государства проведения активной экономической политики и эффективного управления своей собственностью. Следовательно, все это повышало значение субъективного фактора в экономическом развитии России.
Успешно продолжали развиваться и традиционные районы сосредоточения промышленности. Особенно быстро росла промышленность в таких местах традиционного скопления квалифицированных рабочих, как Петербург, Рига, Москва и т.д. Здесь появляются не только новые предприятия, но и вырастают крупные промышленные центры такие как Нарва, Сестрорецк, Коломна, Орехово-Зуево и т.д.
Таким образом, мы можем констатировать, что в первые пореформенные десятилетия были сделаны решающие шаги в превращении страны из аграрной в аграрно-индустриальную.
Это наглядно подтверждается теми материальными итогами промышленного подъема, с которыми российская империя подошла к концу XIX - началу XX века.
При этом из приведенной ниже таблицы довольно ясно видна та роль, которую начали играть новые промышленные районы в экономической жизни государства.
Динамика роста основных видов промышленной продукции.
ГодВыплавка чугу-на, млн. пудовПроизводство сортового металла, млн. пудовДобыча угля, млн. пудовДобыча нефти, млн. пудовХлопчатобумажная промышленность, млн. пудовВсего по Рос-сии (5 р-нов)Юг Рос-сииВсего по Рос-сии (6 р-нов)Юг Рос-сииВсего по Рос-сии (8 р-нов)Донец-кий бас-сейнВсего по Рос-сии (2 р-она)Бакуизгот. бум. пряжиСуро-вьяпере-рабо-тка хлоп-ка123456789101112189253,517,260,514,8424,1218,1286,0286,08,77,710,0189368,420,068,017,8464,8239,8325,0325,01018,511,4189479,627,473,818,2534,9295,8297,0297,010,28,511,6189586,634,079,321,8555,5298,3377,0377,010,98,812,3189697,139,291,328,6572,5311,8403,2386,012,19,213,71234567891011121897112,246,3103,434,0633,9414,7449,8422,012,19,713,71898133,661,5125,247,4751,4461,9503,9486,012,610,814,21899163,582,6145,561,8853,1562,8550,4525,014,411,616,11900176,891,9163,075,8986,3671,6631,1600,014,611,716,0 Завершив промышленный переворот, страна к концу XIX века подошла к стадии индустриализации и вступила в нее.
Поскольку на путь индустриализации Россия встала позже других более развитых стран, она могла широко использовать их опыт, а именно, строить крупные современные заводы и фабрики, оснащать их современным оборудованием, использовать последнии достижение в научной организации труда и т.д.
Как и в других странах индустриализация в России начиналась с легкой промышленности, которая требовала меньше начальных капиталов и обеспечивала их быструю оборачиваемость. По мере накопления средств, они из легкой промышленности перетекали в тяжелую промышленность. Не случайно, что к 1898 г. соотношение стоимости продукции группы "А" (тяжелая промышленность) и группы "Б" (легкая промышленность) выражалась цифрами 32,8% к 67,2%.
Завершение индустриализации тормозилось отсутствием достаточной материльно-технической базы, нехваткой финансовых средств и сохраняющимися пережитками крепостничества.
Закономерно может встать вопрос: из каких же средств финансировалось развитие промышленности?
Основным источником, поставлявшим средства для промышленного переворота, являлась российская деревня. Только с 1862 г. по 1892 г. помещики получили выкупных платежей на сумму 765,4 млн. рублей. Кроме того, 334 млн. рублей поступили к ним от продажи земли. Конечно, далеко не все эти средства были использованы рационально. Многие дворяне растратили их на предметы роскоши и на поездки за границу. Однако значительная часть этих денег была вложена в промышленные предприятия и в акционерные общества.
Важным источником финансирования промышленного развития были правительственные субсидии. К 1887 г. они составили 1833 млн. рублей.
Наконец, существенные средства поступали из частных акционерных обществ. Неразвитость кредитной системы и отсутствие коммерческих банков естественно служили тормозом для развития рыночных отношений, аккумуляции средств, необходимых для инвестиций в промышленность. Поэтому неслучайно, что в 1860-х - начале 1870-х гг. в стране разгорелась самая настоящая учредительная лихорадка, когда очень быстро начинает развиваться акционерное дело. За эти годы было учреждено 357 акционерных обществ и компаний с капиталом в 1116 млн. рублей. Как это часто бывает в такой период, многие из них оказались "дутыми" и лопнули. Тем не менее акционерный капитал сыграл заметную роль в инвестировании промышленного и прежде всего железнодорожного строительства. В последнее было вложено 60% акционерного капитала, что объяснялось высокими доходами.
Что касается других отраслей промышленности, то там дела обстояли следующим образом. Так, с 1861 г. по 1881 г. в горнозаводскую промышленность было вложено 41,1 млн. рублей акционерного капитала, 26,3 млн. рублей - в прядильно-ткацкую промышленность и т.д. Для сравнения можно привести данные о вложениях акционеров в железнодорожное строительство- 739,8 млн. рублей.
Всего за период с 1861 г. по 1881 г. было учреждено 647 акционерных обществ, которые инвестировали 1421,2 млн. рублей.
В годы промышленного подъема 90-х - 900-х гг. проходит вторая волна учредительной лихорадки, но в отличие от первого этапа основной капитал стал направляться в промышленное производство. Интересно отметить, что если в предыдущий период акционерные общества возникали прежде всего в железнодорожном строительстве, в легкой и добывающей промышленности, то теперь основной капитал шел в тяжелую промышленность, при этом русский капитал начинает принимать в этом процессе весьма активное участие.
Параллельно с акционерным делом быстро развивалась сеть коммерческих банков. Только за 1863-1874 гг. было создано около 40 акционерных банков. При этом следует отметить, что коммерческие банки с самого начала занимали большой удельный вес в совокупных ресурсах страны. Так, 12 крупных коммерческих банков контролировали около 75% банковских ресурсов России.
В пореформенные годы довольно существенно выросли прямые иностранные инвестиции в российскую промышленность. Если в 60-е гг. XIX в. они составили всего 9,7 млн. рублей, то к началу 70-х гг. они достигли уже 97,7 млн. рублей, т.е. выросли в 10 раз. Правда, в первые пореформенные десятилетия приток иностранного капитала был еще не велик по сравнению с отечественными инвестициями, но поток этот быстро нарастал, особенно в 80- 90-е гг., и к концу XIX в. иностранные вложения в российскую экономику и, прежде всего, в промышленность достигли 30% от всех инвестиций в эту отрасль экономики.
Следует отметить такую особенность российской экономики: отечественный капитал в первый период шел в основном в легкую промышленность и железнодорожное строительство, иностранцы предпочитали вкладывать деньги в горнодобывающую, химическую промышленности и машиностроение. Это объяснялось тем, что западноевропейский капитал был пока сильнее. Он имел так называемые "длинные деньги", т.е. мог позволить себе подождать, пока окупятся вложения и появятся первые прибыли. К началу XX в. иностранный капитал в угледобывающей промышленности составлял до 70%, в металлургии - до 42% и т.д. Однако российский капитал очень быстро набирал силы и уже в 90-е гг., а в массовом порядке к началу XX века мог выступать уже на равных. Более того, в первые годы XX века начнется процесс постепенного вытеснения иностранного капитала из ряда отраслей.
Что же способствовало тому, что в конце XIX века в промышленность России вкладывали деньги и причем довольно большие не только отечественные, но и иностранные предприниматели?
Относительная дешевизна рабочей силы (по сравнению с Европой и Северной Америкой), практически полное отсутствие защитительного рабочего законодательства, дешевизна сырья при его огромных запасах, - все это делало Россию привлекательным рынком для инвестиций. Этому же способствовала и налогово-финансовая политика правительства, особенно в последнее десятилетие XIX века, о чем будет подробно сказано дальше.
Развитие промышленности вело к серьезным изменениям на рынке труда. Если до реформы основную массу рабочих предприятий составляли оброчные крестьяне или крепостные работники посессионных мануфактур, то теперь это были свободные люди, навсегда переехавшие в города с семьями. Они отличались более высоким уровнем грамотности и квалификации, так как на крупных предприятиях требовалось умение обслуживать довольно сложную технику. Эти квалифицированные рабочие составляли ядро рабочего класса России. Они были заняты, главным образом, на крупных машиностроительных предприятиях и на железнодорожном транспорте. Их численность с 1865 по 1890 г. выросла с 706 тыс. до 1432 тыс. человек.
Вместе с тем быстрое развитие промышленности создавало ряд особенностей в формировании рабочего класса.
Во-первых, быстрые темпы формирования пролетариата накладывали на этот процесс ряд специфических черт. К концу XIX века насчитывалось около 10 млн. лиц наемного труда. Из них 3,5 млн. - наемные сельскохозяйственные рабочие, 1 млн. был занят в строительстве, 2 млн. числилось "чернорабочими" и 2 млн. - надомниками. Отсюда и относительно низкие качественные характеристики российского пролетариата. Только 40% составляли потомственные квалифицированные рабочие. Около 1/4 рабочих были еще связаны с землей (надомники, "чернорабочие").
И это было понятно, если учесть, что значительную часть "новых " рабочих города получили из числа тех 4 млн. человек, которые ушли из деревни в город после реформы 1861 г. Отсюда и довольно низкий слой "рабочей аристократии" (высококвалифицированных рабочих) в сравнении со странами Европы.
Во-вторых, формирование российского пролетариата сопровождалось высокой степенью эксплуатации. Рабочий день длился 14-15 часов. Средняя заработная плата в 70-е гг. составляла: для мужчин - 14-15 рублей, для женщин - 10 рублей, для подростков - 5 рублей. Отсутствовало какое бы то ни было рабочее законодательство, защищающее права наемных работников. В отличие от европейских стран в Российской империи рабочие не имели права и на объединение в профессиональных союзы.
Третьей особенностью оформления рабочего класса России была высокая степень концентрации производства и рабочей силы. Примерно половина рабочих была сосредоточена на предприятиях с числом работающих свыше 500 человек. Это наряду с вышеперечисленными особенностями создавало предпосылки для быстрого роста организованности рабочих, для создания рабочих организаций, которые бы отстаивали их права.
Четвертой особенностью формирования пролетариата России был его интернациональный характер. Это также способствовало его быстрой организации даже в условиях многонационального государства.
Поскольку отсутствовало рабочее законодательство и право на объединение в профессиональные союзы, то вполне естественно, что рабочие вместе с радикально настроенными интеллигентами начинают создавать организации, которые носили политический характер и довольно быстро разрозненные кружки и союзы объединились в политическую партию - РСДРП, первый съезд которой прошел в 1898 г. в Минске. В практике рабочих выступлений этот процесс нашел свое выражение в том, что чисто экономические требования, которые рабочие выдвигали вначале (в 70- 80-е гг.), очень быстро стали дополняться политическими требованиями, а сами выступления на рубеже XIX - XX вв. начали все чаще принимать политический характер.
И все-таки, несмотря на все перечисленные проблемы, к началу XX в. Российская империя уже располагала солидной армией интернационального по составу пролетариата, который мог решать задачи по дальнейшей индустриализации страны.
Успешное развитие экономики, особенно в такой огромной стране, как Россия было невозможно без развития транспортной системы и прежде всего без развития железнодорожного транспорта.
РАЗВИТИЕ ТРАНСПОРТНОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ
В ПОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД
Известно, что за первую половину XIX века в России было построено всего 1,5 тыс. верст железных дорог. Развитие товарно-денежных отношений, возникновение новых промышленных районов, расширение масштабов производства товарного хлеба и других видов сельскохозяйственной и промышленной продукции, - все это настоятельно требовало развития сети нового, наиболее прогрессивного в то время вида транспорта, каким был железнодорожный.
По подсчетам экономистов строительство железнодорожного полотна приводило к втягиванию в активную экономическую жизнь района, шириной в 600-700 км от железной дороги в обе стороны. Таким образом, само железнодорожное строительство способствовало тому, что все новые и новые территории империи попадали в благоприятные условия для перехода от полунатуральной экономики к товарному производству.
В самом процессе железнодорожного строительства в пореформенной России можно выделить следующие периоды: строительный подъем конца 60-х - начала 70-х гг., когда среднегодовой прирост длины железнодорожного полотна составлял 1,5 тыс. км. Затем наступает некоторый спад до начала 90-х гг. Пик этого спада приходится на 1878-1882 гг., когда в среднем в год строилось лишь 0,44 тыс. км. С начала 90-х гг. страна переживает настоящий железнодорожный бум. За период с 1893 по 1897 гг. ежегодно вступало в строй по 2,5 тыс. км железнодорожных путей. И это при том, что практически все работы по прокладке полотна и строительству станционных зданий и пристанционных сооружений велись вручную. Рекордным в этом плане оказался 1899 г., когда было открыто 5248 км новых железнодорожных путей.
С помощью нового вида транспорта были соединены с центром и портами все основные районы европейской России.
Строительство осуществлялось как казной, так и частными железнодорожными компаниями. В разное время соотношение капиталов, занятых в железнодорожном строительстве было, естественно, разным. Так, в 60-70-е гг. большая часть дорог принадлежала частным лицам. Это объясняется отчасти неоднозначным отношением лиц, входящих в правительство, к железнодорожному транспорту, отчасти нехваткой денег в казне.
С 80-х гг. быстро нарастают темпы бюджетного железнодорожного строительства и выкуп частных железных дорог в казну. В результате к середине 90-х гг. 60% железных дорог и пристанционных сооружений принадлежало государству.
Железнодорожное строительство в 80-90-е гг. развертывалось по специальной программе, предусматривающей создание всех необходимых условий для выхода товарного хлеба к промышленным центрам, морским и речным портам. Кроме того, программа ставила задачи соединить центр империи и ее окраины, а также улучшить сообщение с западными границами государства. Были построены такие дороги, как Москва -Курск, Москва -Воронеж, Курск -Одесса, Царицын -Рига и другие.
К концу XIX - началу XX века Москва и Петербург были связаны железнодорожным сообщением с Донбассом, Украиной, Новороссией, Уралом, Средней Азией, Поволжьем и Кавказом. В 1886 г. начинается строительство великой Сибирской магистрали, которая должна была связать европейскую Россию с Дальним Востоком. Главным железнодорожным центром Российской империи становится Москва.
По протяженности железнодорожных путей Россия выходит на второе место в мире, однако частота железнодорожной сети в пересчете на 1 тысячу квадратных километров была незначительной. К 1895 г. этот показатель был ниже чем в Германии в 53 раза, а по сравнению с Англией - в 66 раз.
Тем не менее быстро растущая сеть железных дорог способствовала росту грузооборота, который за период с 1868 по 1894 гг. вырос в 14 раз, а число ежегодно перевозимых пассажиров увеличилось с 10 до 65 млн. человек.
В общей сложности к началу XX в. страна располагала железнодорожной сетью протяженностью в 47,8 тыс. верст.
Помимо того, что железные дороги соединяли между собой все новые и новые районы, и тем самым способствовали развитию экономики, они (дороги) служили мощным стимулом для развития различных отраслей промышленности и сельского хозяйства: металлургии, угле -нефтедобычи, деревообрабатывающей промышленности, химической, машиностроения, товарного производства хлеба и продуктов животноводства в новых районах и т.д.
В 90-е гг. железные дороги потребляли 36% добываемого угля, 40% нефти, 40% металла и т.д. Таким образом, они выступали и в роли своеобразного локомотива, тянувшего за собой остальные отрасли.
В стране появились такие новые производства, как локомотивостроение, вагоностроение, прокатное производство и т.д.
Железные дороги несли с собой новую культуру, меняли жизненный уклад в глубинных районах страны, нарушая их патриархальность, повышали мобильность населения, и, наконец, они очень часто создавали первые островки промышленности в тех местах, где ее раньше просто не было.
Наряду с железнодорожным, развивались и другие виды транспорта. Менее интенсивно, но все же довольно быстро шло развитие водного транспорта. Для России с ее мощной речной сетью это было крайне важно. Число речных пароходов выросло с 400 до 2,5 тысяч, возрастала их грузоподъемность. Число остальных видов судов оставалось в эти годы на прежнем уровне - 20,5 тысяч.
Получило свое развитие и морское судостроение. Если в 1860 г. российский морской торговый флот насчитывал всего 51 паровое судно, то к 1895 г. их было уже 552. Кроме того, на небольших маршрутах, прежде всего внутренних, широко продолжали использоваться парусные суда, которых на 1898 г. насчитывалось 2294. Такое количество судов, и прежде всего паровых, не отвечало потребностям страны и большая часть грузов перевозилась на иностранных судах, что конечно же не обогащало казну империи.
Соответственно возрастал и объем перевозок по воде. За последнюю четверть XIX в. он увеличился в 2 раза и к концу века на водный транспорт приходилось примерно 30% всего объема грузового движения внутри страны.
Продолжалось строительство новых и улучшались старые шоссейные дороги. Правда, во второй половине XIX в. темпы строительства шоссейных дорог заметно снизились по сравнению с предыдущим периодом. Например, если до 1861 г. в России было построено 8882 версты шоссейных дорог, то с 1861 г. до 1900 г. - 5552 версты.
Все вышесказанное позволяет говорить о том, что в России к концу XIX- началу XX века, хотя и недостаточно быстрыми темпами, но все же шло формирование транспортной инфраструктуры, необходимой для успешного функционирования промышленности, сельского хозяйства и развития внешней и внутренней торговли. Рассмотрим теперь, каким образом это сказывалось на торговле.
РАЗВИТИЕ ВНЕШНЕЙ И ВНУТРЕННЕЙ ТОРГОВЛИ
ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
Прежде всего необходимо рассмотреть, что происходило внутри страны. Приступая к этому анализу, мы должны констатировать, что в пореформенные годы заметно изменился сам внутренний рынок. Быстро росли торговые обороты. С 2,4 млрд. рублей в 1873 г. они выросли к 1900 г. до 11-12 млрд. рублей.
Но не это было главным. Наряду с количественным ростом оборотов происходили важные качественные изменения. Прежде всего необходимо отметить, что начинают меняться формы торговли. В первые пореформенные десятилетия еще сохраняют свое значение ярмарки, базары. Число их даже растет. Если в 1868 г. в европейской России насчитывалось 6496 городских и сельских ярмарок, то к 1894 г. их было уже 15910. Таким образом количественный рост составлял 2,5 раза. Однако товарооборот на этих ярмарках увеличился незначительно: по привозу товаров с 459 млн. рублей до 573,2 млн. рублей (124,9%), а по продаже - с 305 млн. рублей до 459,5 млн. рублей (150,6%). Ближе к концу XIX в. ярмарки сохраняли свое значение в основном в менее развитых в экономическом отношении районах.
На смену старым формам торговли приходили новые. Быстро росла сеть стационарных магазинов и лавок для розничной торговли. В крупных городах создавались торговые фирмы с развитой сетью стационарных магазинов и складов.
Наряду с этим быстро развиваются и центры оптовой торговли в виде товарных бирж. До 1861 г. в России насчитывалось только несколько бирж - в Петербурге, Одессе, Москве, Нижнем Новгороде, Рыбинске и в Варшаве.
К концу XIX - началу XX века их было уже несколько десятков, в том числе несколько специализированных: по продаже хлеба, скота, угля, строительных материалов и т.д. Причем число специализированных бирж быстро увеличивалось.
Развитие железнодорожного транспорта привело к тому, что появилась масса новых центров торговли хлебом и продуктами, таких как железнодорожные станции. Близость сел к железной дороге давала возможность крестьянам самим, без посредников и перекупщиков, продавать хлеб и другие сельскохозяйственные продукты, что естественно стимулировало товарное сельскохозяйственное производство.
Первые шаги в пореформенной России делала и кооперативная торговля, которая развивалась в виде потребительских и сельскохозяйственных обществ, всевозможных товариществ, различных кустарных промыслов и кооперативов. Однако удельный вес кооперативной торговли в торговом обороте страны был еще очень незначительным.
Еще в дореформенные годы в России зародилась практика промышленных выставок. В 1829 г. в Петербурге была открыта Первая Всероссийская мануфактурная выставка, в работе которой участвовали сотни предпринимателей. С этих времен и до революции 1917 г. такие выставки проходили регулярно раз в четыре года попеременно в разных городах России.
Развитие современных форм торговли способствовало не только росту оборота, но и повышению производительности труда в расчете на каждого работника, занятого в этой сфере экономики.
В течение второй половины XIX века происходили изменения в структуре внутренней торговли. В 1898 г. в общем обороте товарной торговли на мануфактурные, галантерейные и другие промышленные товары приходилось 29,4%, на хлебную торговлю - 28%, на каменный уголь лес и другие строительсные материалы - 6%, на колониальные и бакалейные товары - 19,5% и т.д.
Таким образом, мы можем констатировать, что развитие товарного земледелия привело к быстрому росту хлебного рынка, который за 30 пореформенных лет увеличился более чем в 2 раза. Еще более быстрыми темпами развивался рынок промышленных товаров как личного, так и производственного потребления.
Развитие промышленности и транспорта, успехи в укреплении и расширении внутреннего рынка имели еще одно важное последствие для страны. Быстро начинают заселяться и втягиваться в активную экономическую жизнь окраины, ранее остававшиеся в стороне от этих процессов. Это такие районы империи, как Заволжье, европейский юг России, Предкавказье, Сибирь и Дальний Восток.
К концу XIX века Новороссия и Предкавказье, заселение которых быстро шло еще в XVIII - начале XIX вв., стали главными центрами сельскохозяйственного капитализма, основными поставщиками товарного хлеба, скота, молочной продукции и других видов продуктов сельского хозяйства.
С 80-х гг. главным районом переселения стала Сибирь. После прокладки железной дороги до Челябинска и начала в 1891 г. строительства Сибирской дороги начинается быстрый рост потока переселенцев, которые осваивали эти места. За 20 последних лет XIX в. сюда переселилось около 1 млн. человек. Результаты не замедлили сказаться. К началу XX в. от продажи сельскохозяйственной продукции Сибири и, прежде всего, продуктов животноводства, Россия получила такую прибыль, которая могла быть сопоставлена с прибылью от золотых приисков.
Быстро втягивались в экономическую жизнь страны и районы Средней Азии, где после прокладки железных дорог стало быстро развиваться хлопководство. К 1910 г. среднеазиатский хлопок составлял уже более 1/3 общего количества потребляемого в России.
Успешно развивалась и внешняя торговля. Страна быстро втягивалась в мировой рынок. За пореформенные годы обороты внешней торговли России увеличились в 4 раза Причем баланс внешней торговли носил активный характер. Стоимость вывозимых товаров на 20% превышала стоимость ввоза.
На первом месте в структуре экспорта стоял хлеб, вывоз которого увеличился в 5 раз. К концу XIX в. страна экспортировала до 40% хлеба, поступающего на продажу.
Следом за хлебом в первые пореформенные годы в структуре экспорта стояли шерсть, лен, масличные культуры, сало, пенька. Однако в последние десятилетия XIX в. резко увеличилась стоимость вывозимого леса (в 10 раз), значительно вырос экспорт сырой нефти и керосина. Из сельскохозяйственных продуктов к концу века вырос экспорт яиц (в 10 раз), масла (в 5 раз), сахара (в 62 раза), но сократился вывоз шерсти и сала.
Вывоз промышленных товаров занимал в структуре экспорта второстепенное значение, однако темпы его прироста в общем объеме внешней торговли были довольно высокими.
В целом в экспорте страны все же преобладали сельскохозяйственные продукты (75%), тогда как на долю промышленных товаров приходилось 25%.
Основными статьями импорта были машины. Только ввоз сельскохозяйственных машин с 1869 по 1895 гг. увеличился в 6,2 раза. В целом импорт машин составлял 15% от общей стоимости ввоза.
Второе место в структуре импорта занимал хлопок-сырец. В первые пореформенные годы он даже занимал первое место, но в связи с развитием хлопкосеющих районов Средней Азии его ввоз сократился.
Значительное место в импорте занимали такие товары, как уголь и металл, хотя собственная металлургия и угледобывающая промышленности быстро развивались. Ввоз этих товаров объясняется не только их нехваткой, но и удешевлением перевозок. В некоторые районы страны, особенно находившиеся на окраине, было дешевле завести эти товары из соседних стран. Так, уголь ввозился из-за границы в Петербург, Ригу и другие балтийские порты.
По-прежнему значительную часть импорта составляли такие товары, как какао, кофе, чай, пряности, красители и др.
В значительной степени оставалась традиционной и направленность торговых потоков. 75-80% внешнеторгового оборота приходилась на европейские страны и 20-25% - на азиатские государства и США. В Европу шли в основном сельскохозяйственные продукты, тогда как промышленные товары поставлялись в основном на рынки азиатских государств.
К концу XIX века на первое место в торговле с Россией вышла Германия, оттеснив традиционного партнера - Англию. В Германию шло 25% экспорта и на ее долю приходилось 32% импорта. Англия же поглощала лишь 20% экспорта и давала 20% импорта. Далее по убывающей шли Голландия, Франция, Италия, Австрия.
Общий объем экспортно-импортных операций в пореформенное время рос довольно быстро. Так, с 1861 г. по 1890 г. он увеличился в 3 раза с 430 млн. рублей до 1300 млн. рублей. Торговый баланс в эти годы был почти всегда положительным. В целом в этот период (1861-1900 гг.), за исключением первого пореформенного десятилетия, когда ввоз был равен вывозу, стоимость вывозимых товаров на 20% превышала стоимость ввозимых. Особенно благоприятная ситуация складывалась в 80-90-е гг., когда ежегодный вывоз на 150-230 млн. рублей превышал ввоз. Таким образом, в стране аккумулировались средства для индустриализации и накапливалось золото для проведения денежной реформы.
НАЛОГОВО-ФИНАНСОВАЯ ПОЛИТИКА ПРАВИТЕЛЬСТВ
ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
Начало реформ и первые пореформенные десятилетия в финансовом отношении были для России весьма сложным периодом. Государственные бюджеты до конца 80-х гг. были дефицитными, а денежное обращение расстроенным. В 1854 г. дело дошло до того, что правительство запретило вывоз золота за границу. Попытка восстановить размен кредитных билетов на металлическую монету также не принесла успеха. В 1861 г. при плановом дефиците бюджета в 21,3 млн. рублей фактический дефицит составил 82,6 млн. рублей, т.е. превышение над планом было почти четырехкратным. Следовало срочно упорядочить финансовое положение страны, без чего невозможно было успешное экономическое развитие, да и само проведение реформ просто ставилось под вопрос.
В 1862 г. правительство приступило к финансовой реформе, которая была связана с именами двух людей - министра финансов М. X. Рейтерна и государственного контролера В. А. Татаринова.
Начало реформы, которая продолжалась до 1866 г. было, однако, неудачный. Получив в 1862 г. иностранный заем в размере 96 млн. рублей, М.Х. Рейтерн объявил, что правительство обменивает кредитные билеты на золото и серебро. Это привело к огромному количеству спекулятивных сделок и быстро снизило размер металлического фонда до 1/12 части всего количества кредитных билетов. Курс кредитного рубля снова упал и правительство было вынуждено отменить свободный размен. Таким образом, первая попытка выправить денежное обращение в стране после начала реформ провалилась. Нужно было срочно хоть как-то упорядочить положение дел в финансовом хозяйстве страны.
Эти спешные меры по реформированию управления финансами были предложены и проведены государственным контролером Татариновым. Они были направлены прежде всего на прекращение злоупотреблений, которые процветали в отношении казенных средств. Татаринов предложил следующие меры:
1. Провести централизацию финансового хозяйства страны с передачей его министру финансов, который должен был стать главным ответственным распорядителем всех средств.
2. Все действия министра финансов должны были теперь подлежать учету и контролю со стороны государственного контролера.
3. Все сметные предложения о расходах и доходах должны были в виде государственной росписи рассматриваться и утверждаться на Государственном Совете и публиковаться для всеобщего сведения. Исполнение росписи контролировалось государственным контролером.
4. По предложению Татаринова был учрежден Государственный банк, который заменил все дореформенные кредитные учреждения. Ему была также передана функция кредитования торгово-промышленных предприятий.
5. В 1863 г. были отменены винные откупа, но их не заменили казенной монополией, а ввели вольную продажу, которую могли осуществлять те, кто покупал государственный патент и платил ежегодный патентный сбор. Кроме того, само вино было обложено особым акцизом, что дало дополнительный приток денег в казну.
Кроме реализации программы Татаринова в 60 - 70-е гг. правительство продолжало проводить линию на увеличение прямых налогов. Так, подушная подать за эти годы выросла с 1 рубля до 1 рубля 75 копеек. В 3 раза выросли местные сборы в пользу земств и т.д.
Конечно же все эти меры не смогли кардинально улучшить финансовое положение страны. Они лишь упорядочили расходы и ввели контроль за обращением денежных средств и их поступлением в казну. Однако наряду с режимом экономии, проводимым М.Х. Рейтерном, эти меры позволили хотя бы отчасти стабилизировать финансы страны. Нужна была долгосрочная программа действий по оздоровлению финансовой системы страны.
В 1866 году М.Х. Рейтерном была подготовлена программная записка, в которой содержался анализ финансово-экономического положения страны за последние 10 - 12 лет и предлагались меры по оздоровлению финансового положения и экономического развития государства.
Программа эта представляла собой целостный комплексный план, рассчитанный на длительное время. Значение ее заключалось, прежде всего, в том, что почти все ее положения стали по сути дела тем фундаментом, на котором базировалась экономическая политика всех последующих министров финансов в пореформенной России, таких как Н.Х.Бунге, И.А. Вышнеградский, С.Ю.Витте.
Сам М.Х. Рейтерн сумел только приступить к реализации ее отдельных положений. Каковы же были основные элементы этой программы?
1. Добиваться введения "твердых" денег, свободнообменивающихся на серебро и золото, что было необходимо для развития внутреннего и внешнего товарообмена, притока иностранных инвестиций.
2. Добиваться улучшения торгового баланса за счет сокращения импорта и расширения экспорта.
3. Создание возможно большей сети железных дорог, направленных к облегчению доставок к границам главного предмета нашей тогдашней торговли - хлеба.
4. Сокращение казенного железнодорожного строительства и, наоборот, расширение частной инициативы при известной поддержке и контроле со стороны государства.
5. Достижение равновесия в государственном бюджете за счет сокращения непроизводственных расходов в пользу "производственных предприятий". При этом основными статьями доходов государственной казны Рейтерн называл традиционные источники: подушную подать, доход с государственных имуществ, акцизный доход с продажи сахара, вина и т.д., а также таможенные сборы. Здесь Рейтерн придерживался в значительной степени традиционных взглядов, возлагая основную тяжесть налогового бремени на низшие слои населения.
6. Введение изменений в таможенный тариф для пресечения контрабанды при сохранении в целом политики протекционизма.
7. Дальнейшая концентрация финансового хозяйства страны. Контроль со стороны министерства финансов за попытками других министерств превысить сметные расходы.
В целом положение дел при М.Х. Рейтерне финансово-налоговой сферы оставалось, хотя и неустойчивым, но более менее стабильным. К 1877 году ему удалось поднять процентное соотношение металлической части разменного фонда к количеству кредитных билетов с 8,7% в 1864 году до 18,9%, т.е. укрепить кредитный рубль. Однако начавшаяся русско-турецкая война потребовала огромных расходов. Правительство было вынуждено пойти на выпуск необеспеченных кредитных билетов на сумму 398 млн. рублей. В результате курс кредитного рубля на 1 января 1878 года упал до 69,1 золотых копеек и продолжал падать в следующем году.
В значительной степени это проистекало из того, что Рейтерн не сумел кардинально перестроить соотношения доходных статей бюджета. В целом правительство продолжало ориентироваться на традиционные поступления на протяжении всего периода с 1861 - 1880 гг. Из чего же складывались основные доходы (без учета оборотных и чрезвычайных доходов) Российской империи, и какова же была динамика роста различных статей бюджета?
Основные государственные доходы Российской империи за 1861 - 1880 годы
(в тысячах серебряных рублей)
ГодПодати и оброкиЗа право тор-говлиПитей-ный доходСоля-ной доходТабач-ный и сахар-ный доходЛесной доходПоступ-ления с казен-ных и част-ных ж/дПрочие доходыТаможен-ный доходИтого обыкно-венных доходов1861532015242126288707435922369266099751327533299301865690469598123910909655483975108989815826268356497187098184119651643531204210498806313983986634268546043618751193111462619805311391142201110120000105729636515580911880112567152942234371379517841145191346212124896375628538 Хотя доля государственных доходов, получаемых за счет сбора традиционных оброков и податей по сравнению с XVIII веком сильно упала, они, тем не менее, составляли существенную часть поступлений, почти столько же, сколько давали к 1880 году таможенные пошлины. При этом следует отметить, что удельный вес этой статьи доходов оставался практически неизменным.
По-прежнему существенную часть поступлений в казну давала продажа спиртного - от 38 до 35,5%.
Около 5% в совокупности давали поступления от акцизов на соль, табак и сахар. От 1,5 до 2,5% давали поступления от права на торговлю. С 10 до 15% поднялся удельный вес доходов от таможенных сборов, хотя в абсолютных цифрах он вырос почти в 3 раза.
Существенные изменения начали происходить со статьями доходов, которые хотя и давали в то время незначительную часть поступлений, но отражали положительные тенденции, происходившие в экономике. В данном случае имеются в виду поступления от железных дорог и продажи табака и сахара. В первом случае рост составлял в абсолютных цифрах более 5 раз, а удельный вес поднялся с 0,8% до 3%. Во втором случае в абсолютных цифрах он также превысил 5 раз, а в процентном соотношении вырос с 1 до 2,8%. Это показывало на сколько динамично развивались данные отрасли.
Тем не менее структура поступления доходов оставалась во многом традиционной, опиравшейся в значительной степени на старые полуфеодальные источники. Например, оброки, подати, питейный и таможенный доходы составляли в совокупности в 1861 году 66,4%, а в 1880 году - 70,9%. Это приводило к тому, что в налоговой системе продолжали накапливаться негативные моменты. Росли недоимки, возрастал государственный долг и т.д. Все это требовало внесения корректив в финансовую политику правительства.
Новый этап реформ в финансовой и налоговой областях был связан с деятельностью Н.Х. Бунге, который занимал пост министра финансов в 1881 - 1886 гг.
Первым шагом, который был предпринят при Бунге, было принятие закона от 28 дека6ря 1881 г. о снижении размеров выкупных платежей на 12 млн. рублей.
С 1884 г. начинается постепенная отмена подушной подати, которая проходила до 1887 г. Предпринимается ряд попыток (в 1883, 1884 и в 1885 гг.) изъятия из обращения необеспеченных кредитных билетов. Всего за 3 раза удалось изъять билетов на сумму 87 млн. рублей, величину незначительную по сравнению с тем, что было напечатано до этого. Правда, затем в течение 6 лет денежная масса оставалась без изменений.
От прямого финансирования промышленности Бунге предложил перейти к регулированию с помощью экономических методов и прежде всего через совершенствование налогообложения.
При нем была существенно расширена система акцизных сборов. Были введены новые налоги, которые затрагивали обеспеченные слои населения: налог на недвижимость, торговлю и промыслы, денежные доходы и т.д. Первым шагом в этом направлении был закон 1882 г., устанавливавший налог на наследство. В 1885 г. был установлен налог на процентные бумаги. Эти и другие меры в значительной степени изменили структуру доходов, что достаточно четко просматривается из данных следующей таблицы.
Государственные доходы Российской империи за 1881 - 1892 гг.
(в тысячах серебряных рублей)
ГодыПодати и сборы с дохо-довПраво на тор-говлюПитей-ный доходПрочие акциз-ные доходы: табак, сахар, нефтьТаможе-нный доходЛесной доходПоступ-ление с казен-ных ж/д и ж/д обществВыкуп-ные плате-жиПрочие доходыИтого обыч-ных дохо-дов18811166992325122536516465857631483419418-12509065175418821152212039625288922843944611489321015-14170270371218831107452081025356928186969241331126402-14448969898118841052602099924400432594969321327140524-145882704528188510507225668231230355489502713065519304660815621976228318869670728020236977352621124471317452326487881531447806791887527792886225762447255107425135875340688958175990829661188852086317832651235452014131015402768889227016697889853218895554032857274920599131380511720782974917471709069270361890548443433926838164685141939167348806588232182726943686189152949340722474426429012843816219986746904917775689159418925594235402269046752741305521876911110377088196989970165 В целом налоги с 1881 по 1890 годы выросли на 318411 тысяч рублей или почти в 1,5 раза. Для нас больший интерес представляют изменения соотношения статей доходов. Так, доходы от податей и сборов сократились на 48%. Ненамного (119%) вырос питейный налог и т.д.
Зато на 152,3 % выросли налоги на право за торговлю, на 457,2% выросли поступления от акцизов, на 572,2% - доходы от железных дорог, на 152,2% - поступления от таможни. В общей сложности эти статьи доходов давали уже 25% от общего числа поступления в казну.
Но даже не это самое главное. Важно то, что опережающими темпами (457% и 572%) росли те доходы, которые указывали на динамичное развитие железнодорожного строительства, сахароварения, нефтедобычи и т.д.
Помимо этого форсированно шла добыча золота, продолжалась практика внешних заимствований. Правда, следует отметить, что совокупный долг за 1881 - 1891 гг. составил всего 10,5% от совокупных обычных доходов (без чрезвычайных и оборотных), т.е. сумму, вполне соотносимую с доходами государства.
В качестве примера можно привести следующее: совокупный обычный доход за эти годы составил 9762611 тыс. рублей, тогда как займы (внешние и внутренние) составили сумму 1031342 тыс. рублей, т. е. разница составила 8731269 тыс. рублей.
За 1882 - 1885 гг. на 30% выросли таможенные сборы. С 1882 года - по 1889 год торговый баланс России был активен. Всячески усиливался экспорт хлеба. Неслучайно любимой поговоркой преемника Н.Х.Бунге на посту министра финансов - И.А.Вышнеградского (1888-1892 гг.) была: "Не доедим, но продадим!"
Параллельно с помощью высоких пошлин сдерживался импорт товаров, что позволило добиться в эти годы активного платежного баланса. Все это, хотя и не сразу, привело к наращиванию золотого запаса страны, необходимого для денежной реформы.
Вместе с тем правительства Александра II и Александра III не смогли отойти полностью от поддержки дворянства. На это была в значительной степени направлена деятельность дворянского и крестьянского банков, учрежденных в 1885 и 1882 годах соответственно. Не получилось полностью отойти и от прямого финансирования крупных казенных предприятий. Все это приводило к тому, что не удавалось решить целый ряд важных экономических проблем, и в частности, стабилизировать денежные отношения в стране, что сделало бы Россию привлекательным рынком для иностранных инвестиций. И хотя за 80-е годы удалось поднять процентные соотношения металлической части разменного фонда к количеству кредитных билетов с 15,1% до 20,2%, однако такое соотношение было явно недостаточным для проведения денежной реформы.
Таким образом, мы можем констатировать, что налогово-финансовая политика правительств в 80-х - начале 90-х годов, создавая определенные предпосылки для промышленного подъема 90-х - 900-х гг., нуждалась в корректировке и дальнейшем совершенствовании.
Экономическое развитие страны в 90-е годы XIX века самым тесным образом было связано с именем С.Ю. Витте (сторонник индустриализации страны на западноевропейский манер), который возглавил министерство финансов в 1892 году и оставался на этом посту 11 лет вплоть до 1903 года.
С этим человеком связана целая серия реформ, обеспечившая возможность и реализацию промышленного бума конца XIX - начала XX веков.
Сергей Юльевич прекрасно понимал, что дальнейшее успешное развитие экономики невозможно без твердой валюты, которая бы обеспечила отечественные и иностранные инвестиции во все секторы Российской экономики. Витте считал, что продолжая линию Бунге - Вышнеградского, необходимо предпринять ряд дополнительных мер.
1. По его предложению проводится жесткая политика по сбору налогов в отношении городского и особенно сельского населения. Вводится целый ряд новых акцизов на товары массового спроса: спички, ситец, керосин, табак, сахар, водку и т.д. В течение 90-х годов косвенные налоги возросли на 42,7%.
2. В 1895 году была введена винная монополия государства, которая давала ежегодно 365 млн. рублей. К 1901 году доход от винной монополии увеличился в 7,5 раз, в результате этих и других мер общие доходы государства выросли с 730 млн. рублей в 1882 году до 1,5 миллиардов рублей в 1897 году.
3. Усиливается протекционизм во внешней торговли, направленный на защиту отечественного производителя и предпринимателя и создания для них благоприятных условий во внешней торговли. Так, в 1891 году таможенная пошлина на иностранные товары достигла 33% от их стоимости.
4. Готовясь к проведению денежной реформы, Витте сумел добиться 3 млн. внешних кредитов. Все это вместе взятое позволило накопить к 1897 году золотой запас на сумму 1 млрд. 95 млн. рублей, т.е. сумму почти равную количеству кредитных билетов, находившихся в обращении. Это и позволило приступить в 1897 году к проведению денежной реформы.
В этом году был принят закон "О чеканке и выпуске в обращение золотых монет". В оборот выпускались монеты 4-х достоинств: 5 рублей, 7,5 рублей (полуимпериал), 10 рублей (червонец) и 15 рублей (империал). Прежний кредитный рубль был приравнен к 66,3 копеек золотом, т.е. фактически была проведена его девальвация. Новые бумажные деньги приравнивались к золотому курсу. 1 рубль банкноты был равен 1/15 части империала.
Для того, чтобы банкноты не обесценились, как это не раз бывало и до этого, вводился жесткий контроль за эмиссией. Министерство финансов внимательно следило за тем, чтобы золотой запас составлял не менее половины общей суммы стоимости банкнот, выпущенных в оборот. Новые банкноты выпускались только для замены изымаемых из оборота и при увеличении золотого запаса страны.
Все это позволило добиться того, что рубль стал твердой конвертируемой валютой, и оставался таковой до конца 1914 года.
Необходимо добавить, что сама реформа с технической точки зрения была проведена настолько виртуозно, что почти никак не затронула цены на рынке.
5. Укрепление валюты, несмотря на важность этой задачи, не являлось самоцелью для С.Ю. Витте. Наряду с выше перечисленными мерами она давала возможность обеспечить необходимый инвестиционный поток отечественных и зарубежных капиталов в промышленность. Теперь, когда страна, помимо всего прочего, располагала и твердой валютой, Россия стала привлекательным рынком иностранных инвестиций, что обеспечило быстрый промышленный подъем.
В конце XIX века - начале XX века империя стала довольно быстро превращаться из чисто аграрной в аграрно-индустриальную державу со среднем уровнем развития.
Свои бюджетные накопления государство вкладывало в промышленность и железнодорожное строительство через систему госзаказов. Политика правительства в этой области предусматривала размещение их внутри страны, не взирая на возможность закупить аналогичное оборудование за границей по более дешевым ценам. На поддержку отечественной промышленности была направлена практика госсубсидий. Таким образом, правительство проводило, хотя и гибкую, но явно прорусскую промышленную политику.
Особое внимание в эти годы государство уделяло строительству и эксплуатации железных дорог и всего железнодорожного хозяйства. При этом деньги выделялись не только на строительство новых путей (хотя эти годы являются наиболее результативными в этом отношении), но и на выкуп частных железных дорог, о чем уже упоминалось выше.
6. Укрепление отечественной валюты позволило С.Ю. Витте более уверенно рассчитывать на помощь иностранного капитала. Обращение к этому финансовому источнику осуществлялось в нескольких формах: во-первых, в виде государственных облигационных займов, которые были размещены, прежде всего, во Франции. Кроме того, мы получили займы в Англии, Бельгии и Германии. Во-вторых, с помощью определенных налоговых мер (поощрение ввоза капитала, а не готовой продукции, разрешение свободного вывоза части прибыли, разрешение на вывоз драгоценных металлов и т.д.) правительство сумело резко увеличить прямой инвестиционный поток частных капиталов в промышленность.
В эти годы быстро и в большом количестве создаются либо совместные предприятия, либо предприятия с полностью иностранным капиталом. К 1900 г. доля иностранного капитала в российской промышленности составляла в целом 30% от всех инвестиций. По отдельным отраслям она была намного выше. Так, в угледобывающей промышленности она достигала 70%, в металлургии юга России - до 42%, и т.д.
Все это, наряду с быстрым развитием промышленности, вело и к определенной финансовой зависимости, а следовательно и к финансовой уязвимости, пределы которой четко обозначились к концу 90-х гг. Финансовый кризис на Лондонской валютной бирже в 1899 г. отрицательно сказался на российской экономике, которая казалось бы в эти годы была на подъеме. Все это было довольно быстро осознано правительством и заставило его уже в начале XX века приступить к пересмотру некоторых положений своей финансовой политики. Речь об этом пойдет уже в следующих лекциях.
Рассмотрим теперь как реформы Витте отразились на бюджете страны и как изменилось соотношение различных доходных статей бюджета?
Государственные доходы за 1893 - 1899 годы
(в тысячах серебряных рублей)
ГодыПода-ти и сборы с до-ходовЗа право тор-говлиПитей-ный налогПрочие акцизные доходы: табачный, сахарный, нефтяной и спичеч-ныйТамо-жен-ный доходДохо-ды от казен-ных питейЛесной доходКазен-ные ж/д и пла-тежи ж/д об-ществВыкуп-ные плате-жиПрочие доходыИтого обык-новен-ных доходов1893600214047526083485104165989-2175611966798994192845105568518945959642432297386100248183782-2584415545592812196224115378118956316442761298215109519178605-28670217701101297215887125581918965424445280294249105988182303277893361931237496946215877136871918975481046617280128120664195615524483770429313488519246746141638618985569348167289573126398218910102164414743630088615225331515848541899602736107331029713942421927611075648108358170954962704401673313 В целом, как мы видим, доходы за это время росли более быстрыми темпами, их общий рост составил 160%.
Опережающими темпами возрастали следующие доходные статьи: поступление от железных дорог - 294,3%, от продажи леса - 221,1%, от акцизов - 164% и традиционный доход за право на торговлю вырос на 150,8%.
Практически теряют свое значение такие поступления как выкупные платежи, подати и сборы. Они либо не растут, либо сокращаются.
Довольно быстро начинают приносить прибыль в казну винная монополия. За 4 года доходы от нее выросли на 82967 тыс. рублей, или почти в 4 раза.
Главный недостаток налогово-финансовых реформ Витте состоял в том, что создавая условия для перераспределения статей дохода в пользу тех, которые отражали реальное развитие экономики, он, да и последующие правительства вплоть до 1917 года, так и не подошли к введению подоходного налога.
Главная идея налоговой политики Витте заключалась в том, чтобы разложить налог равномерно на всех через акциз и налог с оборота, не учитывая индивидуальных доходов подданных империи. Для перехода к подоходному налогу необходимо было менять не только экономическую, но и социальную политику.
Наряду с реформами в налогово-финансовой, торговой и промышленной областях Витте уделял серьезное внимание и аграрному сектору экономики. Он понимал, что на экономическое развитие страны сдерживающее влияние оказывает недостаточная емкость внутреннего рынка.
Расширить границы этого рынка можно было прежде всего за счет роста покупательной способности основной массы населения - крестьянства. Для этого необходимо было наряду с прочими мерами заменить общинное землевладение частным, с тем, чтобы ускорить развитие в деревне товарно-денежных отношений.
Однако все попытки нововведений в этой области, предпринятые Витте в конце XIX - начале XX века оказались неудачными. Российский император Николай II и его окружение посчитали предложенные Витте меры преждевременными. Потребовался взрыв революции 1905 - 1907 гг., чтобы к решению аграрного вопроса приступил новый председатель кабинета министров П.А. Столыпин, о чем мы будем говорить в следующих лекциях.
ОБЩИЕ ИТОГИ
Подводя итоги экономического развития России в XIX веке мы можем констатировать следующее.
Страна, вступившая в XIX столетие в довольно тяжелом предкризисном состоянии экономики, сумела лишь к середине века добиться начала проведения существенных реформ и перемен в хозяйственной области, пройдя через десятилетие "великих реформ".
Вторая половина XIX века характеризовалась довольно серьезными изменениями, которые произошли во всем хозяйстве страны, благодаря отмене крепостного права.
1. Несмотря на остатки феодализма в виде отработок, общины, временнообязанного состояния крестьян, сельское хозяйство довольно быстро, хотя и не всегда последовательно перестраивалось к работе на рынок. Росли средние урожаи основных сельскохозяйственных культур, увеличилась доля продукта, поставляемая на внешний и внутренний рынки.
2. В промышленности после небольшой паузы начали набирать силу положительные тенденции. К 80-м годам XIX века завершился промышленный переворот, быстрыми темпами шло железнодорожное строительство, которое как локомотив вытягивало за собой остальные промышленные отрасли, втягивало в активную экономическую жизнь все новые и новые районы империи. По темпам своего промышленного развития Россия вышла на одно из первых мест в мире. В 90-е годы страна приступает к индустриализации, которая преобразует промышленное лицо страны: возникают новые отрасли, новые промышленные районы, формируются целые слои и классы, которых раньше в России просто не было. Из аграрной страны империя быстро превращается в аграрно-индустриальную державу.
3. Развитие сельского хозяйства, промышленности, транспорта способствует успешному и быстрому развитию внешней и внутренней торговли. Россия прочно занимает свою нишу в системе международного разделения труда. При сохранении положительного сальдо в торговом обороте страна довольно быстро увеличивает объемы внешней и внутренней торговли. Заметно расширяется внутренний рынок, развитие которого, однако, сдерживалось относительно низкой покупательной способностью основной части населения страны - крестьянства.
4. Благодаря успешной налогово-финансовой политике правительств и укреплению отечественной валюты создавались благоприятные условия для дальнейших отечественных и иностранных инвестиций в хозяйство Российской империи, что создавало положительные предпосылки для дальнейшего подъема всех секторов хозяйства. Все это казалось бы предполагало дальнейшее успешное развитие экономики страны.
Однако за внешне благоприятной картиной скрывались довольно серьезные проблемы, которые охватывали все стороны жизни российского общества, в том числе и экономическую.
Незавершенность реформ, начатых после отмены крепостного права, привела к тому, что многие остатки феодализма, которые не были устранены до конца, оказывали сдерживающее, а то и вовсе негативное влияние на экономические преобразования и общее развитие страны.
В частности, сельское хозяйство большинства районов европейской России было обречено развиваться по более болезненному и более медленному "прусскому пути". В деревне не только сохранялось, но и постоянно нарастало малоземелье крестьян, а сохранение общины и круговой поруки сдерживало возможность свободного ухода в город или переселения в новые районы. Это приводило к тому, что, с одной стороны, в селе сохранялось огромное количество "лишних рук", а с другой стороны, это же препятствовало формированию и росту городской армии наемного труда.
Высокие темпы промышленного развития в целом по стране приводили к тому, что нарастала разница в уровне промышленного развития различных районов империи.
Сохранение пережитков крепостничества в центре выталкивало капитализм на окраины. Происходило как бы развитие капитализма "вширь", а не "вглубь". Это вело к тому, что рост количественных показателей не всегда дополнялся соответствующими качественными изменениями. Многие процессы принимали просто варварский характер. Кроме того, "выдавливание" капитализма на окраины в условиях многонационального государства, где некоренные народы как раз и проживали, было опасным и с политической точки зрения, так как вело к росту сепаратистских настроений.
Нарастали диспропорции не только между отдельными районами, но и между различными отраслями в промышленности, а также между различными секторами экономики, и прежде всего между темпами развития промышленности и сельского хозяйства.
Индустриальное развитие страны в конце XIX века происходило прежде всего за счет эксплуатации и без того отсталого сельского хозяйства, что вело к быстрой люмпенизации разорившихся крестьян, которые не находили своего места ни в селе, ни в городе. Это было опасно, так как создавало довольно внушительные слои населения, готовые на радикальные действия.
Нарастание диспропорций между промышленностью и сельским хозяйством было также опасно для страны, где основная масса населения жила в деревне, и с той точки зрения, что ограбление села вело к росту революционных настроений.
И, наконец, неподкрепленность изменений в экономике соответствующими политическими и социальными реформами вела к тому, что не только многие экономические процессы тормозились и даже видоизменялись, но и к тому, что образовавшиеся новые слои и классы в российском обществе (пролетариат, промышленная буржуазия, интеллигенция и т.д.) не могли в цивилизованных формах защитить свои права, и прежде всего право на достойную жизнь, не имели не только достойного, а вообще никакого представительства в органах власти.
Это вело к усилению в конце XIX в. забастовочного и стачечного движения среди рабочих, усилению в рабочем движении политических настроений, причем явно не в пользу существующего политического режима.
В конце XIX в. заметно нарастало и крестьянское движение. В ходе восстаний крестьяне захватывали и громили поместья, грабили и уничтожали посевы и инвентарь.
К концу XIX в. заметно активизируется и либеральное движение. Оппозиционные настроения, требования политических реформ (создание общероссийского представительного органа, принятие конституции, предоставление гражданских прав и т.д.) охватывали широкие слои не только российской интеллигенции, но и части либерально настроенной буржуазии. Правительственный курс все чаще подвергался критике со стороны различных социальных слоев населения.
Таким образом, противоречивость в экономическом развитии порождала новые и углубляла старые противоречия в социально-политической сфере жизни общества.
К началу XX века все более очевидно становилось то, что положительный толчок, данный реформами 60 - 70-х гг. XIX в. себя исчерпал. Частичные улучшения, предпринимаемые во второй половине XIX в. различными реформаторами, не снимали всех проблем, стоящих перед государством и обществом. Страна нуждалась в продолжении реформ. Причем, все яснее становилось, что нужен комплекс кардинальных преобразований не только в экономике, но и в других областях жизни.
Как на это ответит правительство Николая II? Сумеет ли оно встать на уровень требований, выдвинутых самой жизнью? Как будет развиваться русское государство и русское общество в наступающем XX веке? Речь об этом пойдет в следующих лекциях.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Анисимов Е.В. Каменский А.Б. Россия в XVIII - первой половине XIX века: История. Историк. Документ.- М., 1994.
2. Барышников М.Н. История делового мира России: Пособие для студентов ВУЗов.- М., 1994.
3. Белоусов Р. Две крестьянские реформы: 1861 и 1907 годы. Экономист - 1992.- № 12- с. 73-81.
4. Благих И.А. Конвертируемый рубль графа Витте: Вестник РАН.- 1992.- №2- с. 109-124.
5. Великие реформы в России: 1856-1874. Под ред. П.Г.Захаровой и др. - М.: Изд-во МГУ, 1992.
6. Витте С.Ю. Избранные воспоминания: 1849-1911.-М.: Мысль, 1994.
7. Витте С.Ю. Национальная экономика и Фридрих Лист: (изд. 1889 г.). Вопросы экономики.-1992-№2- с. 143-160
№3- с. 139-148.
8. Всемирная история. В 12 тт.- М., 1956-1974.
9. Заичкин И.А., Почкаев И.Н. Русская история: От Екатерины Великой до Александра II.- М., 1994.
10. История России в монетах.- М., 1994.
11. История Отечества: Люди, идеи, решения: Очерки истории России IX - начало XX века.- М., 1991.
12. Караваева И. О роли государства в развитии предпринимательства в России до 1917 года. Вопросы экономики.-1996.-№9.- С. 54-63.
13. Ключевский В.О. Сочинения в 9 тт.- М., 1987-1989.
14. Корнилов А.А. Курс истории России XIX века.- М., 1993.
15. Нечаев Г.М. Монеты России.- Омск, 1994.
16. Отечественная история: С древнейших времен до 1917 г.: Энциклопедия.- М., 1994.
17. Павлов В.А. История российской политической экономики, Пособие для ВУЗов.-М.: Аспет- Пресс, 1995.
18. Платонов О.А. Экономика русской цивилизации.- М., 1995.
19. Платонов С.Ф. Лекции по Русской истории.- М., 1993.
20. Пушкарева И., Степанов А. "Золотой" рубль в денежной системе России в 1897-1917 гг. Вопросы экономики.-1992-№12- с. 105-118.
21. Сироткин В. Граф Витте- цивилизованный индустриализатор страны, Свободная мыслъ-1992- №18-с. 73-82; ЭКО О деятельности Витте в экономическом развитии России.-1992-№9- с. 120-127.
22. Россия: Энциклопедический словарь.- Л., 1991.
23. Рандзюнский П.Г. Утверждение капитализма в России (1850 - 1880 гг.).- М., 1978.
24. Русский рубль: Два века истории ХIХ-ХХ вв.- М.: Прогресс- Академия, 1994.
25. Струмилин С.Г. Очерки экономической истории России и СССР.- М., 1966.
26. Тимошина Т.М. Экономическая история России.- М., 1998.
27. Хадонов Е.Е. Очерки по истории финансово-экономической политики пореформенной России (1861 - 1904 гг.).- М., 1997.
28. Хромов П.А. Экономическое развитие России в XIX - XX веках (1800 - 1917 гг.).- М., 1950.
29. Хромов П.А. Экономическое развитие России: Очерки экономики России с древнейших времен до Великой Октябрьской революции,- М., 1967.
СОДЕРЖАНИЕ
стр.
ВВЕДЕНИЕ..............................................................................................................................3.
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СОСТОЯНИЯ ЭКОНОМИКИ РОССИИ К НАЧАЛУ
XIX ВЕКА................................................................................................................................4.
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА....................7.
РОССИЙСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА.............14.
ТОРГОВЛЯ И ТРАНСПОРТ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИ-
НЕ XIX ВЕКА........................................................................................................................20.
СОСТОЯНИЕ ФИНАНСОВ В ИМПЕРИИ И НАЛОГОВО-ФИНАНСОВАЯ ПОЛИ-
ТИКА ПРАВИТЕЛЬСТВ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА......................................24.
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ОТМЕНЫ КРЕПОСТНОГО ПРАВА......................29.
ПОРЕФОРМЕННОЕ РАЗВИТИЕ ЭКОНОМИКИ.............................................................32.
ЭВОЛЮЦИЯ КРЕСТЬЯНСКОГО ХОЗЯЙСТВА..............................................................33.
ЭВОЛЮЦИЯ ПОМЕЩИЧЬИХ ХОЗЯЙСТВ.....................................................................36.
РАЗВИТИЕ ПРОМЫШЛЕННОСТИ И ТРАНСПОРТА В ПОРЕФОРМЕННЫЙ
ПЕРИОД.................................................................................................................................39.
РАЗВИТИЕ ТРАНСПОРТНОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ В ПОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕ-
РИОД......................................................................................................................................47.
РАЗВИТИЕ ВНЕШНЕЙ И ВНУТРЕННЕЙ ТОРГОВЛИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ
XIX ВЕКА..............................................................................................................................50.
НАЛОГОВО-ФИНАНСОВАЯ ПОЛИТИКА ПРАВИТЕЛЬСТВ ВО ВТОРОЙ ПО-
ЛОВИНЕ XIX ВЕКА.............................................................................................................53.
ОБЩИЕ ИТОГИ....................................................................................................................63.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК..................................................................................67.
Конспект лекций
Яблонских Евгений Константинович
История экономики России XIX века.
Редактор М.К. Ермолова
ЛР №020968 от 09.03.95
Сдано в набор Подписано в печать
Формат 60x90/16 Бумага 80 гр/м2 Гарнитура "Times"
Объем 6 уч.-изд. л Тираж 230 экз. Заказ №1248
Издательство "Станкин" 101472, Москва, Вадковкий пер., 3А
ПЛД № 53-227 от 09.02.96г.
Документ
Категория
Программное обеспечение
Просмотров
194
Размер файла
543 Кб
Теги
доклад
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа