close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Оборотень в погонах

код для вставкиСкачать
Оборотень в погонах
Оборотень в погонах
Владимир Серебряков Андрей Уланов
2
Действие новой книги авторов знаменитого романа"Серебро и сви-
нец"разворачивается в мире,очень похожем на наш.Здесь тоже
есть Москва,и по ее улицам бегают троллейбусы.Вот только вме-
сто электромоторов в них—живые тролли.Состоятельные же граж-
дане предпочитают передвигаться на личных коврах-самолетах,ото-
вариваться у торговцев-эльфов и бурно возмущаются засильем лиц
оркской национальности.Куда же смотрят органы?Как обычно,у
них есть дела поважнее...
Оглавление
Пролог,или О профессиях
4
Всеволод Серов,четверг,10 июня
5
Валентин Зорин,четверг,10 июня
13
Глава 1,или О воздействии тяжелых метал-
лов на организм
20
Валентин Зорин,воскресенье,13 июня
21
Всеволод Серов,пятница,11 июня
25
Валентин Зорин,понедельник,14 июня
31
Всеволод Серов,вторник,15 июня
42
Валентин Зорин,вторник,15 июня
45
Всеволод Серов,вторник,15 июня
51
Валентин Зорин,вторник,15 июня
56
Всеволод Серов,вторник,15 июня
61
3
4 Оглавление
Интерлюдия
70
Валентин Зорин
71
Всеволод Серов
77
Глава 2,или О питейных заведениях
80
Валентин Зорин,вторник,15 июня
81
Всеволод Серов,среда,16 июня
84
Валентин Зорин,среда,16 июня
87
Всеволод Серов,среда,16 июня
94
Валентин Зорин,среда,16 июня
100
Всеволод Серов,среда,16 июня
115
Валентин Зорин,среда,16 июня
119
Всеволод Серов,среда,16 июня
122
Валентин Зорин,среда,16 июня
126
Интерлюдия
129
Валентин Зорин
130
Всеволод Серов
133
Глава 3,или О вреде невежества
138
Всеволод Серов,среда,16 июня
139
Оглавление 5
Валентин Зорин,среда,16 июня
141
Всеволод Серов,среда,16 июня
144
Валентин Зорин,четверг,17 июня
147
Всеволод Серов,четверг,17 июня
158
Валентин Зорин,четверг,17 июня
164
Всеволод Серов,четверг,17 июня
170
Валентин Зорин,четверг,17 июня
177
Всеволод Серов,четверг,17 июня
180
Валентин Зорин,четверг,17 июня
183
Интерлюдия
188
Валентин Зорин
189
Всеволод Серов
196
Глава 4,или О горестях познания
201
Всеволод Серов,пятница,18 июня
202
Всеволод Серов пятница,18 июня
211
Всеволод Серов,пятница,18 июня
215
Валентин Зорин пятница,18 июня
220
Всеволод Серов,пятница,18 июня
229
6 Оглавление
Валентин Зорин,пятница,18 июня
237
Всеволод Серов,пятница,18 июня
242
Валентин Зорин,пятница,18 июня
245
Интерлюдия
250
Валентин Зорин
251
Всеволод Серов
256
Глава 5,или О противозаконных деяниях
259
Всеволод Серов,пятница,18 июня
260
Валентин Зорин,суббота,19 июня
266
Всеволод Серов,суббота,19 июня
282
Валентин Зорин,суббота,19 июня
299
Интерлюдия
306
Валентин Зорин
307
Всеволод Серов
322
Глава 6,или Об удачной маскировке
328
Всеволод Серов,суббота,19 июня
329
Валентин Зорин,суббота,19 июня
345
Оглавление 7
Всеволод Серов,суббота,19 июня
363
Интерлюдия
367
Валентин Зорин
368
Всеволод Серов
373
Глава 7,или О прелести провинциальных го-
родков
376
Валентин Зорин,суббота,19 июня
377
Всеволод Серов,суббота,19 июня
388
Валентин Зорин,суббота,19 июня
403
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
413
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
424
Интерлюдия
429
Всеволод Серов
430
Валентин Зорин
433
Глава 8,в которой происходит самое интерес-
ное
436
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
437
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
441
8 Оглавление
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
444
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
446
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
447
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
449
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
450
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
452
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
453
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
455
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
457
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
459
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
461
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
463
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
467
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
474
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
476
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
480
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
482
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
489
Валентин Зорин,воскресенье,20 июня
491
Оглавление 9
Всеволод Серов,воскресенье,20 июня
494
Эпилог,или О заслуженных наградах
497
Валентин Зорин,вторник,22 июня
498
Всеволод Серов,воскресенье,27 июня
506
Пролог,или О профессиях
10
Всеволод Серов,четверг,10 июня
Клиент задерживался.
Собственно,в этом не было ничего такого уж удивитель-
ного.Людям вообще свойственно опаздывать,а уж богатым
и влиятельным—тем паче.Некоторые из них вообще считают
это своей обязанностью.
Но все равно—когда мои часы показали,что клиент задер-
жался уже на двадцать минут,я начал тревожиться.Точь-в-
точь,как в популярном анекдоте:«Уж не случилось ли с ним
чего?»
Ковер,правда,был на месте.Огромный,в дюжину лок-
тей,«слейпнир»,яркий,словно его спряли только пять ми-
нут назад.Шикарная «тряпочка»,у которой был только один
недостаток—отсутствие усиленной защиты.Недостаток,ко-
нечно,с точки зрения моего клиента.Удивительная неосмот-
рительность со стороны человека,нажившего столько недоб-
рожелателей.Будь ковер усилен,мне бы пришлось выдумы-
вать что-нибудь похитрее.
А,наконец-то!Дверь офиса величаво распахнулась и на
пороге объявилась туша моего уважаемого клиента.Господин
Сумраков Глеб Никитович,почтенный чародей и купец—по
совместительству,а также весьма сильный колдун и лидер ор-
ганизованной нечисти—по основной работе.Он спокойно на-
правился к ковру,ничуть не подозревая о том,что его спокой-
но и вдумчиво изучают в десятикратную зрительную трубу,к
которой добрые немецкие гномы не забыли привинтить отлич-
нейший штуцер.
Я дождался,пока уважаемый Глеб Никитович взгромоздит
11
12 Всеволод Серов,четверг,10 июня
свою тушу на ковровые подушки,и плавно нажал на спуск.
В тысяче локтей от меня голова господина Сумракова вне-
запно взорвалась кровавыми ошметками.
Грохнуло так,что мне моментально заложило уши.Все
верно,глушащее заклинание отразило звук,ушедший вперед,
а,поскольку в природе ничего бесследно не пропадает,позади
ствола выстрел прозвучал вдвое громче.Я сглотнул и помотал
головой.Черт,второй раз уже забываю открыть рот перед
выстрелом!
Так,теперь быстро,быстро—разобрать штуцер.В разо-
бранном состоянии он отлично помещается в футляр,в ко-
тором любой прохожий сразу опознает некий музыкальный
инструмент.Правда,никогда,даже по страхом смерти,не су-
меет сказать,какой именно.
Напоследок я достал из кармана небольшую «грушу» и
несколько раз сжал.В воздухе повисло облачко золотистой
пыли.Впрочем,к тому моменту,когда на чердаке появится
наше дорогое благочиние,пыль давно уже осядет.
Отличнейшая вещь эта самая индийская пыль.В ее состав
входят,если мне не изменяет мой склероз,золотой лотос,тол-
ченые кости,перец и еще много чего.Напрочь отбивает чутье
как у благочинских магов,так и у служебных собак.Собаки,
честно говоря,мне волнуют куда больше магов—последние,
то есть,те из них,кто еще не сбежал из нашего родного,но
очень уж бедного благочиния на вольные хлеба,меня днем с
огнем не учуют.Но—от осторожности еще никто не умирал.
Тем паче,что отсутствие следов—тоже,в какой-то мере,след.
Из подъезда я вышел как раз в тот миг,когда мимо него
пробегал,свистя во все легкие и старательно придерживая
шашку—чтоб не била по ногам—первый серафим.Немногочис-
ленные прохожие—я в их числе—провожали его удивленно-
озадаченными взглядами до тех пор,пока он не скрылся за
углом дома,после чего дружно пожали плечами и направи-
лись кто куда.Я,например,на остановку,благо в другом
конце улицы уже показался троллейбус.
13
М-да.Может,у этого тролля подходила к концу смена,
а может,просто настроение было соответствующее,но катил
он—как Бог на душу положит.То налегал на педали так,что
троллейбус разгонялся килолоктей до восьмидесяти,надсадно
скрипя и угрожая развалиться на каждом булыжнике,то вовсе
переставал крутить,и даже за руль держался только одной
рукой,а второй усиленно помогал своей голове глазеть по
сторонам.
Меня хватило на два перегона такой езды,после че-
го я вывалился наружу,отдышался,оглянулся в поисках
такси—как обычно,ни одного ковра в шашечку поблизости
не наблюдалось—вздохнул и кликнул извозчика.
Вообще-то я ничего не имею против троллей.Скорее на-
оборот.Никогда не забуду,как такие вот зеленые ребята из
512-ого отдельного мостостроительного батальона за сорок
минут навели мост над ущельем,и не абы какой,а мост,кото-
рый выдержал эскадрон кирасир.А провозись они еще столько
же—и нас бы даже кирасирская дивизия бы не спасла,потому
как спасать бы уже было некого.
Так что против зеленых я,в общем,ничего не имею.Хо-
рошие ребята,миролюбивые.Ну,разве что,когда надерутся,
тогда да.Тогда держись.Тут уж ноги в руки.А то с пьяно-
го тролля известно какой спрос.Но троллейбус—это просто
какая-то насмешка над старым добрым энтобусом!
– Приехали,барин.
– Сколько?
– Полтинничек.
Однако!Дерет как с покойника!
Распространяться,правда,на тему упадка нравов в обще-
стве мне не хотелось,тем более,что извозчик наверняка мог
бы порассказать на эту тему куда больше меня.Поэтому я без
разговоров полез за кошелем и,покопавшись,извлек оттуда
два кругляша.
– Держи.
Извозчик ловко подхватил монеты,убедился,что на од-
14 Всеволод Серов,четверг,10 июня
ной стороне лакированных деревяшек вырезана цифра 25,а
на второй честь по чести красуется Микола-угодник,и оскла-
бился.
– Благодарствую,господин хороший.Н-но,пошла!
Я неодобрительно покосился на кучку навоза,вывален-
ную конягой аккурат напротив витрины моего магазинчика—
кликнуть дворника,что ли?—и толкнул тяжелую стеклянную
дверь,на которой аккуратными серебряными буквами значи-
лось:«Декоративные аквариумные рыбки».Чуть пониже и бо-
лее мелкими буквами в полном соответствии с недавним рас-
поряжением господина градоначальника была выведена фами-
лия хозяина заведения,то есть моя—Всеволод Серов.Фами-
лия,между прочим,самая настоящая,так что прошу любить
и жаловать.
На звук дверного колокольчика среагировали двое,
единственные—если не считать рыбок и мотыля—живые су-
щества в магазинчике.Первый из этой парочки,старший при-
казчик,старший продавец и прочая и прочая,а также (что
главное) мой бывший однополчанин Шар (Шаррон ап Идрис
ыд Даэрун Аыгвейн и-так-далее,он же Шарапов по паспорту)
на секунду приподнял взгляд от амбарной книги и непочти-
тельно буркнул:
– Явился,наконец-то.
После чего снова погрузился в книгу.
Второй постоянный обитатель магазина—свернувшийся на
аквариуме под потолком черно-белый кот—слегка приоткрыл
один глаз,чуть развернул ухо и зажмурился обратно.
Все ясно.
– Разленились вы на гражданке,—громко констатировал я,
старательно вытирая туфли о коврик.—Совсем от рук отби-
лись.В помещение заходит старший по званию,а они что?
Некоторые,особенно некоторые хвостатые,могли бы встать и
поприветствовать.
– А не-хвостатым можно сидеть?—поинтересовался Шар,
переворачивая страницу.
15
– К не-хвостатым это тем более относится,—сообщил я.—А
то пружины заржавеют.
Шар поднял голову,посмотрел на меня,тяжело вздохнул и
выпрямился.
Эльфа не часто встретишь за прилавком.Даже полуэль-
фа.А в Шаре человеческой крови хорошо,если четверть.
Позволить себе продавца-эльфа могут разве что крупные
универмаги—одного на весь зал,или шикарные дорогие бу-
тики для жен «новых русских».Но порой случаются исклю-
чения.Иногда эльфу может не повезти.Например,он может
однажды ночью,за два месяца до дембеля,проморгать ита-
льянскую мину-ловушку.И наступить на нее.
Правую ногу Шару ампутировали до колена.Левую—чуть
выше.
– Ну а ты чего разлегся?—спросил я кота.—Тебе что,осо-
бую команду «Подъем!» нужно?
Кот снова приоткрыл глаз,зевнул,потянулся и лениво—он
это умеет,когда хочет—сверзился на пол.Вода в аквариумах
слегка вздрогнула.
– Ну-ну,—заметил я.—Ты еще на бок приземлись.
Кота звали Александр.Официально.Как и на всякого слу-
жебного поискового кота,на него имелся формуляр,где в гра-
фе «кличка» черным по белому значилось:Александр.Может,
его так звали в питомнике.Но в нашем полку он сначала стал
Сашей Македонским,потом просто Македонским.И никто не
смел звать его иначе.
Он был кот,который умел искать мины.То есть нет—все
саперные коты умеют искать мины.А он был кот,который
отлично умел искать мины.В 147-ом егерском о нем ходили
легенды.
А концом легенды стал день,когда лейтенант Бодров ска-
тился с горящего ковра,прижимая к себе опаленный,отчаянно
воющий клубок.
Кот снова зевнул.
– Спать?—удивился я.—Ну ты даешь.Мороз и солнце,день
16 Всеволод Серов,четверг,10 июня
чудесный,а ты все дремлешь,друг прелестный?Напой чего-
нибудь,мон шер.
– Мя.
– Неубедительно.
– Мра-ау.
– Лучше.Но не по существу.
– Мря-а-а-у-мрям!
– Ну,кто из нас кого переупрямит,это мы еще
посмотрим,—пригрозил я,хотя в глубине души прекрасно со-
знавал,что шансов против Македонского у меня нет.Про-
тив трех локтей врожденной элегантности,затянутой в чер-
ный фрак,с белой манишкой и в белых туфельках,не устоит
вообще ничто.
– Посетители были?
– Несколько.—Шар улыбнулся,продемонстрировав «городу
и миру» россыпь мелких острых зубов.—Танечка заходила.
– Ну,еще бы.Целых два дня не было.Как она только от
тоски не зачахла,бедное дитя.
Три четверти наших постоянных клиенток—любовницы,
пардон,возлюбленные Шара.Общим числом семь голов.По-
терянных голов.Хотя,разрази меня гром,если я когда-нибудь
сумею разобраться,с кем в каких именно отношениях он со-
стоит.Как и все эльфы,Шар может в пятисекундный взгляд
над прилавком вложить куда больше чувства,чем я—в полу-
торачасовую работу в поте лица и всего остального тела.А со
мной он своими тайнами не делится,потому что считает,что
у меня достаточно своих.
Я направился в подсобку—прятать штуцер.Разборку-
чистку и прочее ТО будем проводить потом,в более спокойное
время.А сейчас принять горячую ванну—если наша саламанд-
ра еще не сдохла—плотно перекусить и спать,спать,спа-ать.
– Был вестник.
Я замер.
– Что?
– Прилетал вестник,—повторил Шар.
17
Мысли в моей голове на миг застыли,а потом,подхлестну-
тые,галопом заскакали по извилинам.Астрального вестника
мне послал Гром,потому что из моих друзей и знакомых лишь
пятеро могут позволить себе такое,и только он один может
захотеть связаться со мной столь конфиденциально.Но я ведь
всего сорок минут назад выполнил последний заказ Грома,а
такая спешка означает...
– Не может быть!—вырвалось у меня.
Два заказа подряд—такого в моей практике не случалось
уже года два.
– У нас что,опять банковский кризис приключился?—
предположил я вслух.—А ну,покажи-ка,о чем там эфирные
духи треплются?
Хрустальная глыба на тумбочке звонко щелкнула,и в ней
появился небольшой синий дракон.
–...По заверениям ведущих селекционеров питомни-
ка имени Мичурина-Гуревича,—сообщил голос за рамкой,—
новая разновидность драконов по большинству характери-
стик ничуть не уступает последним мировым выводкам,а по
некоторым—значительно превосходит их.Кроме своего основ-
ного назначения,новый МиГ-29 может также применяться для
огневой поддержки наземных сил.Полезный груз,который он
способен взять...
– Подвинь дальше,—попросил я.
–...Саратовской джиннодельни господином Курдюковым.
Господин Курдюков,насколько верны...
– Они вообще не имеют ничего общего с
действительностью!—Кругленький тип в дорогом сером каф-
тане брызгал слюной так,что я даже удивился—как она не
вылетает на нас из эфирника.—Наша джиннодельня работала
и продолжает работать в нормальном режиме.
– Однако в городе...
– Еще раз повторяю—никакой катастрофы не произошло.
Наша джиннодельня намного совершеннее и лучше защище-
на,чем печально знаменитые джиннодельни Чернобыльского
18 Всеволод Серов,четверг,10 июня
типа.И это подтверждает сертификат МОКД,по которому
нашей джиннодельне присвоен третий разряд.А это,в свою
очередь,означает,например,что крыша давильни рассчитана
на прямое попадание...
– И все же,господин Курдюков,вы же не станете отрицать,
что...
– Буду и еще раз буду!Все,что произошло вчера—побег из
третьего чана группы нестабильных духов—не более чем мел-
кая неисправность.Охранные заклинания сработали вовремя,
и все последствия были устранены...
– Ну,теперь в Саратове недвижимость подешевеет,—
глубокомысленно заметил я.
– Вот-вот,—ехидно заметил Шар.—А гробы подорожают.
–...На самом деле тарантул никогда не нападает на чело-
века первым...
Ага.А также скорпионы,оборотни,вампиры и большие бе-
лые акулы.Только в целях самозащиты.От голодной смерти,
например.Или от скуки.
Мы погоняли линзу по эфирным волнам еще минут пять и
окончательно убедились,что ничего нового по ней не покажут.
Равно как и хорошего,если не считать суккубов по пятому
ночному,который днем,естественно,не работает.
Все страньше и страньше,как сказала Алиса.
Очень не люблю странности.
Валентин Зорин,четверг,10 июня
Когда наш потрепанный райотделовский «горбунок» подлетал
к месту происшествия,я еще в воздухе разглядел,что собра-
лись все,кто только мог.
Толпа—это само собой.В первых рядах,конечно,пресса—
дюжина газетеров с саморисующими карандашами и двое чер-
тиков из эфира.Два десятка серафимов вели с этой братией,
явно,на мой взгляд,неравную битву,но,как и подобает стра-
жам правопорядка,не отступали не на шаг.
А на защищаемом ими пятачке кого только не было!
От расцветок служебных ковров у меня зарябило в глазах.
Петровка,руоновцы,прокуратура,кто-то из мэрии...ух ты,
инквизиция,и эти здесь!..еще какие-то совсем уж роскошные
ковры...а это,похоже,от самого архимандрита пожаловали.
А вон и наш райотделовский «сивко»,совсем беднягу к фасаду
затерли.Укатали «сивку» лысые горки.
Весь Синод в сборе.Меня только не хватало.
Вопреки старой армейской мудрости—держаться подаль-
ше от начальства—я все же поболтался вокруг могучей куч-
ки и даже сумел бросить взгляд непосредственно на место
преступления—край роскошного «слейпнира»,забрызганного
какими-то серыми комочками.Комочки подозрительно похо-
дили на мозги.
Примерно на десятом круге я засек внутри кучки некое
шевеление и остановился.
Шевеление усилилось,и из-за могучих начальственных
спин вывалился никто иной,как Колька Васильев—следак из
горпрокуратуры,с которым я вел несколько дел,по одному
19
20 Валентин Зорин,четверг,10 июня
из которых даже состоялся суд.Глаза у Кольки были слегка
ошалелые.Он прошел пару шагов,все еще продолжая повто-
рять:«Простите,извините,не могли бы вы чуть подвинуться»,
и только потом заметил меня.
– Валя,—выдавил он.—А ты чего тут делаешь?
Я ткнул пальцем в сторону начальственных спин.
– На происшествие приехал.
Колька дико оглянулся в указанном мной направлении и
произвел нижней челюстью какое-то странный маневр,кото-
рое я,за неимением лучшего,решил назвать термином «хо-
хотнул».
– П-происшествие,—повторил он,придерживая челюсть
рукой.—Не хрена ж себе происшествие.Ты хоть знаешь,кого
грохнули?
– Ну?
– Баранки гну.Сумракова.Слышал о таком?
Ха.Показали бы мне,кто о нем не слышал.Я бы такого
уникума в Академию Наук отвел.
– Круто.И кто его так?
На этот раз Колька икнул.
– Ты,Валя,как скажешь,так хоть стой,хоть падай.По-
твоему,киллер на трупе визитку оставил?С вызовом к зеркалу
и домашним адресом?
– Чем убили-то?
– Пулей.Во-он из того дома.
Я послушно посмотрел в указанном направлении.
– Так до него ж локтей восемьсот!
– Вся тысяча,—поправил Колька.—Уже измерили.
– И ты хочешь сказать,—медленно произнес я,—что кто-то
за полверсты сумел из ружья разнести голову черному колду-
ну?!
– Задача трудная,—согласился Васильев.—Но для хороше-
го снайпера с классной пушкой вполне осуществимая.
– А пуля?
21
– О!—усмехнулся Колька.—Это и есть как раз самое инте-
ресное.
Он подтащил меня к ковру экспертов с Петровки.
– Гляди!
Я пригляделся.Указанный предмет больше всего напоми-
нал бесформенный слиток серебра.Коим,собственно,и был.
– И что это?
– Это,—почему-то шепотом сообщил Васильев.—Оболочка
пули.Серебро,скорее всего заговоренное.Сообщает допол-
нительную скорость и так далее.А вот когда пуля подлетает
к магической защите,в дело вступает сердечник.Угадай,из
чего он был сделан?
– Сдаюсь,—немедленно сказал я.
– Сталь,—торжествующе заявил Колька.—По первым те-
стам на подобие оказавшееся похожим на...
– Подкову,—закончил я за него.
Васильев кивнул.
– И,скорее всего,фаворита скачек.
– Неоднократного фаворита,—подтвердил Васильев.—И я
даже могу сказать,какого именно.
И только сейчас я начал что-то понимать.
– Блестящий?
– Угу.
– Так,ты думаешь,это тот самый...
Колька снова кивнул.
– Произнести вслух это еще никто не осмелился,—сказал
он.—При высоком начальстве.Сам понимаешь.Громы и мол-
нии падут на голову принесшего дурную весть.Но большин-
ство тех,у кого извилины еще не совсем атрофировались,по-
хоже,уже сообразили.Больно рожи у всех унылые.
– Тот самый киллер,который убрал Пятновского,—
задумчиво произнес я.
– А также еще семерых с высокой вероятностью,—
дополнил Васильев.—Тот же почерк,а главное—такое же от-
сутствие всех и всяческих следов.
22 Валентин Зорин,четверг,10 июня
– Капитально?
– Напрочь.Чердак слегка припорошен индийской пылью,
но это он перестраховался.А так—не единого следа.Блин,
половина ребят в отделе на полном серьезе предполагает,что
это какое-то поту-,нет,третьесторонее существо.
– Жаль,покойника допросить нельзя,—вздохнул я.
– Допросишь тут.—Колька кивнул вбок,где,в стороне
от общей кучки,сгруппировались:тип в сером пальто—
похоже,адвокат покойного—и «безутешные близкие друзья»—
типичные преуспевающие волшебники в зеленых бархатных
кафтанах и непременным атрибутом до пупа.«У Лукоморья
дуб зеленый,златая цепь на дубе том.»
– Право души на спокойное посмертие,Декларация прав
усопших и так далее,—злобно проворчал Васильев.—Тот,
небось,уже в аду новоселье справляет—по нему уже давно
персональный котел смолой обливался,а эти тут—бдят.А то
как бы покойник чего лишнего не сболтнул,мозги-то у него
вон—на полковра.Нет,честное слово,в глубине души я это-
му киллеру сочувствую.Он ведь за нас нашу работу делает,
причем намного радикальнее и эффективнее.
В общем я был с Колькой вполне солидарен,хотя в данном
конкретном случае допрос усопшего ничего не дал бы.Что он
мог заметить—под каким углом ему пуля в череп вошла?
– А может,это апсихик?—предположил я.
– Чушь,—решительно сказал Колька.—У апсихика нет ду-
ши,но отпечаточки он как раз из-за этого оставляет совер-
шенно неповторимые.Нет,родной.Правда,боюсь,куда проще
и куда ужаснее.Это теневик.
Я открыл было рот,чтобы возразить—и закрыл его,так и
не сказав ничего.
Кто может с полверсты влепить заговоренную пулю в го-
лову черного колдуна и раствориться,не оставив никаких сле-
дов?И,заметим—абсолютно не опасаясь посмертного возмез-
дия покойничка?Только человек с теневыми способностями
в магии,проходивший службу в спецчастях.Егеря,десант,
23
погран...Господи,да мало ли у нас было (и осталось) спец-
частей,где позарез нужны теневики?
А архив пятого управления после Августа растворился в
небытии еще покруче,чем наш киллер с места преступления.
Не будешь же перетряхивать всех,кто служил в спецчастях за
последние...Даже если отбросить всех полуэльфов,оборот-
ней,и прочих...а ведь на нелюдь и на нечисть списки были
все в том же пятом архиве,вот и гадай кто из них кто...Да и
к тем спискам,что есть,военные в жизни никого не допустят,
удавятся,но не допустят,а скорее—сам кого хошь удавят.
А наугад ловить—до Страшного Суда не поймаем.
Картина,представшая перед моим внутренним взором,бы-
ла настолько уныла и безрадостна,что я не выдержал и за-
стонал.
– Да ладно тебе.
– Так ведь труп-то на моей земле!—провыл я.—Значит,
«глухаря» этого на меня повесят.А до конца квартала две
недели осталось,и фиг я за эти две недели успею раскрывае-
мость исправить.Хорошо еще если одна только премия мимо
пролетит,а ведь можно и выговор схлопотать.
– Да ладно тебе,—повторил Колька.—Как будто на тебя од-
ного повесят.Все мы на этом деле висеть будем,одна наша
следственная бригада чего стоит—Никодимов и Колесник во
главе,чуешь,какие зубры в дело пошли.А еще РУБОН,а
еще Петровка,а еще хранители параллельное расследование
вести будут.Кто уж тут какой-то райоделовский опер по особо
грешным—так,ноль без палочки.Все на одном глаголе повис-
нем.Ну когда тебе еще случай представится в такой компании
концы отдать?
– А не пошли б вы все?—уныло предложил я.
Колька внезапно расхохотался.
– Чего это ты?—насторожился я.
– Да так,—все еще продолжая смеяться,выдавил он.—
Вспомнил.Иду я третьего дня по 14-ому отделению,дело
одно на доследование волоку,а навстречу мне Серега Ухин,
24 Валентин Зорин,четверг,10 июня
ну,помнишь,черный такой...да знаешь ты его,мы еще за-
чет по метанию вместе с ним сдавали!..так вот,идет он мне
навстречу,а рожа у него ну точь-в-точь как у тебя—аллегория
на тему вселенской печали.
– И?
– Ну я и спрашиваю,чего,мол,Серый,ходишь смурной,
словно упырь пережаренный,посетителей распугиваешь?
– А он?
– Да вот,говорит,понимаешь,такое дело.Маньяк у меня
на участке завелся.Да не простой,а оборотень.
– И?
– Ну вот я спрашиваю,много,мол,народу загрыз?А он
мнется чего-то.Да как,говорит,сказать,не так чтобы.
Мне стало интересно.Слухами земля полнится,но о
маньяке-оборотне на соседнем участке я еще не слыхал.Хотя,
по идее,уже должен был бы.
– Ну я его дальше пытаю,—продолжал Колька,—как он на-
падает,что с жертвами делает:на части разрывает,кровь пьет
или какие-то органы пожирает?Что экспертиза говорит—волк
или кто?А Серый вдруг из трупно-зеленого красным делается
и тихо так бормочет—да нет,не волк.Бобер он.Деревья он
грызет,и ножки у скамеек.Уже одиннадцать скамеек обру-
шил.
И тут я расхохотался.Так,словно угодил в облако «щеко-
тала».Слезы брызнули из глаз,в горле запершило,я согнулся
и едва не упал.
На меня начали оглядываться.Кто-то из больших началь-
ников,полуобернувшись,возмущенно цыкнул—как,мол,мож-
но смеяться в такой момент,когда...А я все никак не мог
остановиться.
Наконец я все-таки разогнулся и увидел,что Васильев,
хотя и из последних сил,сдерживается,очевидно,заготовив
кое-что напоследок.
– Вот,—заметил он.—И я тогда заржал точно так же.А Се-
рега печально посмотрел на меня и изрек:«Да,тебе смешно,
25
а мне его ловить».
Глава 1,или О воздействии тяжелых
металлов на организм
26
Валентин Зорин,воскресенье,13 июня
Когда я открыл глаза,за окном мелькали какие-то тени.Я
спросонок не сразу понял,что это.Потом до меня дошло,и
я витиевато выругался.Соседи сверху опять вышвыривали на
улицу мусор.
Не повезло мне с соседями.Со всех сторон не повезло.
А со всех сторон—это значит сверху,снизу и справа,потому
что слева у моей однокомнатки соседей нет.И не было.И
не будет,потому что стоит наш дом впритык к заповедному
парку,на который единственное в комнате окно,к сожалению,
не выходит.
Снизу у меня живут тихие алкоголики.Проблем от них
только две.Во-первых,у них пережидают потраву и экзор-
цизм тараканы и мелкие бесы,чтобы потом расползтись об-
ратно по облюбованным квартирам.А во-вторых,раз в месяц,
получив пособие,кажется,по инвалидности,эта парочка на-
дирается до обмороков,и следующие сутки оглашает дом про-
тяжными похмельными стонами,которые сделают честь лю-
бому привидению.
Справа у меня живут...не знаю,кто,но живут.Если
следователь по особо грешным делам ангельского благочиния
не знает,кто живет у него за стеной—это о чем-то говорит,
да?А чтобы вам стало понятнее—у меня кровать к внешней
стене приставлена из-за таких вот соседей.
А сверху у меня живут простые раешные склочники.Вечно
они что-нибудь утворят.То уйдут в гости,оставив на плите
кастрюлю картошки (вызов пожарных и невыветриваемый за-
пах гари).То зальют всех соседей вниз,начиная с меня и до
27
28 Валентин Зорин,воскресенье,13 июня
первого этажа включительно (долго и матерно выпровожда-
ли прибудного водяника).То еще что.Пару дней назад вот
купили своему отпрыску набор юного колдуна.Отпрыск доиг-
рался.Теперь предметы из набора один за другим пролетали
мимо моего окна,и полет их я мог наблюдать совершенно
отчетливо—на модные супротивсолнечные чары денег нет,а
занавесочки-шторочки меня еще в школе приучили считать
мещанским пережитком.
Прижать бы эту семейку к ногтю...а как?Козырять
удостоверением—глупо;тоже мне,особо грешное дело—под
окнами мусорить.А на простое увещевание им...как троллю
до поэзии.
Пока я,тихо шипя,поднимался с постели,поток колдов-
ского инвентаря прервался,и соседи принялись орать.Не ху-
же павлинов,доложу я вам,только менее мелодично.Под эти
вопли я и взялся варить себе кофе.
Соорудить чашку настоящего кофею в условиях мел-
когабаритной жилплощади со спорадической водоподачей—
искусство,до сих пор не воспетое по причине своей редкости
и малоприменимости.Поэтому я ограничился суррогатом—
молотым жареным ячменем,которому хитрые литовские ма-
ги придали аромат бразильского кофе.«Хитрые» в данном
случае—не комплимент,а оскорбление,потому что вызванный
по закону подобия запах оставался...простите за каламбур,
плохим подобием.Зато в чашке разогретой минералки поро-
шок растворился мгновенно,издав на прощанье тихое шипе-
ние.
Допивая кофе,я включил эфирник.Выпуклая хрусталина
поморгала мне с минуту,потом решила,что глазки ответствен-
ному работнику строить не след,и заработала в полную силу.
Чудеса современной магии,чудеса магии...Ну что нор-
мальному человеку в этих чудесах?С тех пор,как Иконников
обнаружил,что хрустальная линза с успехом заменяет хру-
стальный шар,эфирники появились чуть ли не в каждом до-
ме.Несмотря на вечные во времена Стройки проблемы—то с
29
хрусталем перебои,то с полировкой...И что—стали люди от
этого счастливее?Ничуть.Все жаловались,дескать,смотреть
нечего,одни молебны.Теперь у меня восемь программ в эфир-
нике,не считая попадающих ко мне по ошибке,наводками от
соседей с восьмого этажа,поставивших себе тарелку.Я бы и
сам польстился,но вы знаете,сколько сейчас стоят золотые
яблочки?
А смотреть все равно нечего.
Остановился я,как всегда,на новостях.Премиленькая де-
вушка (судя по ушам,в ней была изрядная доля дивьей крови)
щебетала что-то в микрофон,а за ее спиной горели развали-
ны,и команда деловитых карл под басовитое уханье разгоняла
слетевшихся саламандр.Что-то где-то опять взорвали.
Страсть как любят у нас это дело.Куда ни глянь—что-
нибудь да взорвано.Традиция такая.Еще с тех пор,когда
немытые монахи с горящими глазами метали глиняные кув-
шины с джиннами под кареты случайно проезжающих мимо
царей.Ну и нынешние...гордо несут эстафетную палочку.
То кавказские орки,то эльфы-отделенцы,то оставшиеся без
работы гномы-шахтеры,то бандиты всех видов и мастей.А
разбираться—правильно,благочинию.Кому же еще.Я,прав-
да,в последнее время окончательно перестал понимать,на кой
бес это нам-то занадобилось.
Миленькая девушка пропала из линзы,ее место занял
комментатор—в кафтане от Георгия Урманова.Интересно,за
что ему платят такие деньги?Или кафтанчик казенный,и сда-
ется бабушке-гардеробщице под противомольные чары после
каждой передачи?Не верится что-то.
– Только что к нам в студию поступила эфирограмма с
пометкой «срочно».Решительным успехом увенчалась очеред-
ная антитеррористическая операция российских войск на Се-
верном Кавказе.Внезапным ударом уничтожена орочья банда,
длительное время наводившая ужас на окрестности селения
Назг-Аул...
Я не сдержался,хихикнул.Как меня радует эфирная
30 Валентин Зорин,воскресенье,13 июня
болтовня—передать не могу.Антитеррористическая операция
войск—надо же!Это же какая должна быть банда,что на
нее...ага,28-й отборно-десантный полк послали?Эх,мне бы
в подчинение десантный полк—я бы живо Москву вычистил
ото всякой швали,не взирая на пятую графу и красивые гла-
за.Правда,городской голова был бы недоволен.А без головы
у нас ничего не делается...городского,я имею в виду!
Однако пора и на работу.Так,все взял?Кафтан форменный
напялил,папку якобы с бумагами (на самом деле все доку-
менты я оставляю на работе,еще не хватало дома себе голову
забивать,но папку ношу для солидности)...ага,корочку-то!
Я бережно опустил берестяной свиток в нагрудный карман.
Ладно,что службу мне без него нести трудновато,но платить
за портал мне вовсе не улыбалось.Сотрудникам благочиния
проход в общественные порталы бесплатный,однако без ко-
рочки меня не пропустят ни защитные чары,ни охранник.
Собственно,охранники меня могли бы и запомнить—шляюсь
я из Подольска в Москву и обратно каждый божий день—но
они же тролли,и мозгов у них на это не хватает.
Как на работу не хочется—сил нет.Наверное,неспроста.
Я пошарил по карманам,достал колоду карт.Не играль-
ных,а гадальных.Известно же—хоть раз сыграл колодой,и
все,нагадать на ней только свою смерть можно:как все карты
в крови,тут тебе и смерть пришла.
– На взгляд,на слух,на нюх,на трех волхвов и семь
волков,—пробормотал я простенький наговор и,не глядя,
снял.
Верхней картой вышел туз пик.Нет,положительно,
неудачный у меня сегодня будет день!А что вы хотите—
рабочее воскресенье,тринадцатое число...
Всеволод Серов,пятница,11 июня
Гром,в миру более известный как брат...пардон,теперь уже
господин Тандыров,обитал в чистеньком белом двухэтажном
флигелечке,приткнувшемся аккурат посреди законных пол-
ковничьих соток.Вообще-то отставному инквизитору земли-
цы могли бы отвалить и поболе,но сам Гром по этому поводу
философски заметил:«Мне ее что,пахать?»
И то верно.
Я подергал за шнурок колокольчика.Дверь отворилась и
на порог выглянула криво обструганная двусаженная коряга.
– Ты еще не в камине?—искренне удивился я.
Дворецкий пропустил мое замечание мимо ушей,который
у него,кстати,и не было.Чудо големотехники,называется.
– Как прикажете доложить о Вас,сэ-эр?
– Передайте,что пришло большое гнездо,—буркнул я.
– Извольте подождать,сэ-эр,—исключительно
по-английски проскрипел дворецкий.
– Серов,это ты?—донесся одновременно голос Грома
откуда-то изнутри.—Пропусти его,Дуремар.
Коряга посторонилась.
– Прошу Вас,сэ-эр.
– А рожок для обуви у вас найдется?—поинтересовался я,
переступая через порог.
– Да,сэ-эр.Рядом со стойкой для обуви.Справа,сэ-эр.
Я нацепил пушистые домашние тапочки и,осторожно сту-
пая по ковру,прошел в гостиную.
Однако!
31
32 Всеволод Серов,пятница,11 июня
– Хорошо,что зашел,Сева,—небрежно заметил Гром.—Ты
садись,садись.У меня тут,видишь,перестановка небольшая.
– Да уж.
С момента моего последнего визита—а это было всего неде-
лю назад—с гостиной действительно произошли изменения.
Если раньше она была похожа на благопристойную немецкую
пивную,куда захаживает по вечерам десяток-другой окрест-
ных бюргеров,то теперь это напоминало...это очень напоми-
нало внутренности эльфийского чайного домика.И сидящий
на полу перед лакированным столиком хозяин в шелковом ха-
лате прекрасно вписывался в интерьер.
– А куда садиться-то?—поинтересовался я.
– А прямо на пол и садись!—предложил Гром.—Или ло-
жись,это уж как тебе удобнее.В ногах,знаешь ли,правды
нет.Чай вон бери,свежий,только что заварили.
Я осторожно прикоснулся к тонкой фарфоровой чашечке,
настолько хрупкой,что больше всего она напоминала мыль-
ный пузырь,зачем-то раскрашенный под гжель,поднес ко рту,
принюхался—пахло чаем—и осторожно прикоснулся губами к
светло-синей жидкости.
Чай был настоящий.
Я бы удивился куда меньше,углядев на столе у Грома
полную чашку бриллиантов.Не то,чтобы я был великим зна-
током аланового чая,но у меня все-таки есть свой домашний
эльф,который его заваривает.Так вот,чай,который я толь-
ко что попробовал,отличался от него настолько же,насколь-
ко творение Шара отличалось от общепитовского.Такой чай
могла заварить только чистокровная эльфийка...минут пять
назад.
Чистокровная эльфийка в доме бывшего инквизитора—
невероятно!Сколько ей должно быть?Сто пятьдесят?Двести?
– Я вижу,ты оценил искусство Аэллы,—заметил Гром,
вдоволь налюбовавшись моей отвисшей челюстью.—Так уж и
быть,не буду добивать тебя окончательно,чашки она уберет
потом.
33
– Какого черта,полковник?—выдавил я.
– Эх,Сева,Сева,—вздохнул Гром.—Вот доживешь ты до
моих лет и поймешь,как мало есть на этом свете вещей,ко-
торые могут нас,стариков,на нем задержать.
Три раза «о».Можно подумать,брат-подполковник уже
завтра собрался в рай переселяться.Он еще и меня пережи-
вет,и эльфийку эту.Он всех нас переживет.
Гром—человек нужный.Всем нужный.Есть у него одно
замечательнейшее качество—он умеет хранить тайны.И не
умеет их выдавать.Поэтому я,например,могу иметь с ним
дело совершенно спокойно—Гром не заложит меня никому и
никогда.Он не может этого сделать.Просто не способен.Этим
замечательным качеством его наделили в славные времена Ве-
ликой стройки Рая на Земле.Магов,способных распутать на-
ложенные на него чары,во всем мире не наберется больше
десятка—а после развала ССР они как раз по всему миру раз-
бросаны.
А человек,который не может предать,в наше смутное вре-
мя ценится ох как высоко.
– Ты уж извини,Сева,что приходится два раза подряд
тебя беспокоить,—смущенно проговорил Гром.—Но тут заказ
поступил.Не то,чтобы сложный,но деликатный,а,главное,
срочный.А у меня,как на грех,кроме тебя,из настоящих
мастеров никого под рукой нету.
– Кто?—спросил я.
Гром протянул мне сложенную вдвое газету.
– Ха.—На первой странице,рядом с аршинными буквами
заголовка «Независимый журналист разоблачает» красовалась
безнадежно испорченная зеленой краской физиономия.
– Парамонов В.С.,—прочитал я вслух надпись под
рисунком.—Ну и ну.Он же вполне официальное помойное вед-
ро для слива компромата.Задницу подставляет всем поровну.
Кому ж это он не угодил?
– Зарвался господин Парамоша,—пояснил Гром.—Стыд и
совесть он уже давно потерял,если они у него отродясь были,
34 Всеволод Серов,пятница,11 июня
а вот чувство меры—недавно.За что и поплатится...вскоро-
сти.
Я приготовился слушать.Информацией подполковник
делился щедро—той,понятно,которой считал возможным
поделиться—и,самое ценное,информация эта была достовер-
ной.Гром мог не сказать что-то,и «что-то» весьма важное,но
говорил он только правду,по крайней мере то,что сам считал
таковой.
– Господин Вэ-эс,—начал Гром,—решил подзаработать по
крупному.В ближайшие дни он выдаст на-гора серию убой-
нейших,действительно убойнейших материалов.По никелево-
му делу.Помнишь такое?
– Не очень.
– Скандал был четыре месяца назад,—напомнил Гром.—
Газетеры,эфирник,даже специальные слушанья в Госдуме
проходили.
– Кажется,припоминаю.—Там вроде бы был замешан Син-
дикат норильских кобольдов и еще кое-кто.—Сколько там
сперли—миллионов сорок?
– Золотыми—около того,—кивнул Гром.—Как ты понима-
ешь,такая сумма произвела большое впечатление на всех,
кроме тех,кому досталась и костер тлеет до сих пор.И стоит
В.С.Парамонову хорошенько дунуть—полыхнет до небес.
– Ему что,в самом деле сдали кого-то?—удивился я.
– Вот это-то и есть самое интересное,—улыбнулся Гром.—
Господину Парамонову сдали компромат на корсуньских.Хо-
тя на самом деле корсуньские в этой операции осуществляли
только общее прикрытие,по своей линии.И досталось им про-
центов семнадцать от общей суммы,никак не больше.
– Ха!—повторил я.—И кто ж это посмел поднять лапу на
хохлов?
– Гаримовцы,—спокойно произнес Гром.—Они с корсунь-
скими еще с прошлого лета любимые враги,а тут еще недавно
грохот приключился—у подопечного купца пылевсоску рвану-
ли,свежеотстроенную.Кто конкретно рванул—один Бог знает,
35
но гаримовцы решили,что корсуньские.
– Ясно.—Я на всякий случай заглянул в чашку и удосто-
верился,что чай не возникает в ней сам собой.
– Сложность заказа,—невозмутимо продолжил Гром,—
состоит в том,что его надо исполнить как можно быстрее.
Как говорили...
На моей прежней работе—вчера!
–...На моей прежней работе—вчера.
– Охрана?—быстро спросил я.
– Магическое прикрытие господина Парамоши обеспечива-
ет некий магистр Обдунир.Знаком тебе такой?
– Слышал.Заговоры-амулетики?
Интересно,фамилия его происходит от реки Андуин или
глагола «дурить»?
– Есть еще и личка.
– Сколько и откуда?
– Один.Из охранного агентства «Чингисхан»?
– Один?—удивился я.—Точно?
Кумыса они,что,в этом «Чингисхане» перебрали?Один
охранник может разве что пьяных домовых в подъезде шуга-
нуть.
– Один,—подтвердил Гром.—Я понимаю,выглядит подо-
зрительно,но так и есть.Скорее всего,Парамонов просто-
напросто пожадничал.
Я вздохнул.Нет,таких как В.С.убивают не киллеры.Их
губит собственная жадность.
Гром наконец допил свою чашечку и вопросительно по-
смотрел на меня.
Я задумался.Два заказа подряд—это,конечно,чересчур.
Может подняться нежелательный шум.Тем более убийство
газетера.Тут уж шакалы пера и папируса такой вой подымут,
что хоть уши затыкай.Да и гаримовцы—твари злопамятные.
Хохлы,правда,тоже.
Зато на два гонорара можно будет минимум на полгода
залечь на дно аквариума,закопаться в ил и не отсвечивать.
36 Всеволод Серов,пятница,11 июня
– Берусь,—решительно заявил я.—Но...с условиями.
– Что за условия.
– Первое и главное—мне нужно два дня.
Подполковник поморщился.
– А не жирно будет,Сева?
– Павел Михайлович,—медленно,четко выговаривая каж-
дое слово,сказал я.—Вы меня знаете не первый день.Лишнего
я не прошу.Вы сами в начале нашего разговора сказали,что
заказ деликатный.Я встречусь с клиентом на третий день.
На этот раз задумался подполковник.
– Хорошо.Два дня.И не минутой больше.
– И второе.Половину вперед.
– Ну,Сева!—Гром слегка развел руками.—Знаешь,есть у
ляхов такая поговорка...
–...Шо занадто,то не здраво,—закончил я.—Знаю,вы,
Пал Михайлович,мне ее цитировали,и не раз.Но,согласи-
тесь,и дело у нас не на три вареника.Так что,если я бе-
русь решать ваши проблемы,то вы уж и о моих похлопочите.
Объясните панам хохлам,что раз я взял заказ,то господин
В.С.Парамонов может считать себя ангелом.
– Ангелом—
это,конечно,хорошо,—заметил подполковник.—Но выбить из
корсуньских пятьдесят процентов аванса,да еще в валюте...
тебя ведь деревянные не устроят?
– Извините,камина дома не держу,—ухмыльнулся я.Пред-
почитаю зеленых «виннету».
– А талер,как ты знаешь,сейчас растет.Фунты тебя устро-
ят?
– Только те,на которых королева в профиль,а не коала
анфас,—попросил я.—А то у меня на эвкалипты аллергия.Кто-
то ими простуду лечит,а я чихать начинаю.
Валентин Зорин,понедельник,14 июня
Ступив через порог своего кабинета я из-за всех сил рванул
за собой ручку двери...и в последний момент придержал ее
подошвой.
Эх,жизнь моя,жестянка.Страсть как убить кого-то хочет-
ся,но дверь,во-первых,казенная,а во-вторых—моя.И новую
дверь взамен выбитой мне никто ставить не будет,потому
как в соответствие с планом реконструкции капремонт наше-
го участка запланирован на первый квартал 2005 года и не
минутой раньше.Сильно подозреваю,что при утверждении
сего плана господа из главка втайне надеялись на то,что до
2005 здание участка рухнет само собой и погребет под свои-
ми развалинами всех обитающих в нем стражей правопорядка
вместе с подотчетным нечистым контингентом.Не дождетесь,
господа!Зло бессмертно,а с ним и мы как-нибудь,да раско-
паемся.Хотя бы для того,чтобы получить зарплату за ноябрь
месяц.Прошлого года.
А-а,к лешему!Я протиснулся за стол,сел,обвел взглядом
свою каморку—и мне вдруг страшно захотелось взвыть так,
чтобы с потолка посыпалась вся оставшаяся на нем штукатур-
ка,а все—и даже детский опер Лисохвостов—задрожали от
ужаса.
На самом деле ничего такого уж страшного в моем ка-
бинете не наблюдалось.Кабинет как кабинет.Причем мой,
отдельный,что я весьма ценю.Ну,размерами поменьше,чем
склеп у уважающего себя вампира,так ведь живому меньше
надо,чем покойнику?Или я не прав?
У меня ведь даже личное служебное зеркало есть.Правда
37
38 Валентин Зорин,понедельник,14 июня
треснутое и с отбитым уголком,но все же.Вещь,на которою
могут позвонить все,желающие полюбоваться моей небритой
рожей.Эльфки,например,или просто красивые девушки.Я с
надеждой покосился в зеркало и оно послушно отразило фи-
зиономию невыспавшегося за день упыря.Судя по синюшным
мешкам под глазами,помер этот упырь от последствий про-
гресса в области алхимии,а именно—процесса дистилляции.
Нет,не так,как вы подумали,просто вид после суточного
дежурства у меня был такой,словно меня действительно ис-
парили,пропустили через змеевик и сконденсировали заново.
Естественно,никакой рапорт я писать не стал.Какой ра-
порт,я даже чернильницу из ящика не вытащил бы,она у
меня тяжелая,бронзовая.Да и руки словно свинцом нали-
тые,такими только по чей-нибудь морде постучать,а писать—
мигом всю бумагу на клочки,а бумага тоже вещь дефицитная.
Ну а пишмашинка на участок всего одна,причем раздолба-
ли мы ее настолько,что буквы «и» и «е» она пропечатывать
отказывается категорически,а заменять их буквой «ы» тоже
нежелательно.Начальство сие не одобряет.Начальство,как
и Остап Ибрагимович,не желает принимать рапорта,напе-
чатанные с ярковыраженным эльфийским акцентом.Так что
приходится работать руками,то есть ручкой.Хорошо хоть не
гусиными перьями.
Я вспомнил,как третьего дня Коробкин с двумя сера-
фимами,кряхтя от натуги,приволок в участок шикарней-
ший «Гномвуд»,который он конфисковал у какого-то бары-
ги.Выяснилось,однако,что сей продукт враждебной механи-
ки печатает во-первых исключительно рунами,а во-вторых,
бустрофедоном—справа налево,потом слева направо,и об-
ратно.После чего оскорбленный до глубины души Коробкин
поднял агрегат над головой,попутно установив новый рекорд
участка по подъему тяжестей,и с размаху шмякнул об пол.
Пол выдержал,«Гномвуд»—нет.
Кто-то осторожно поскребся в дверь.
Я затаил дыхание и с надеждой прислушался.Может,кры-
39
сы?
В дверь поскреблись снова,а затем она приоткрылась и в
образовавшуюся щель просунулась острая мордочка Печенки-
на.
– Валь,ты сильно занят?
– Нет,—просипел я,одновременно старательно телепатируя
на всех волнах одну-единственную мысль:«Шел бы ты...»
Увы,даже если мои мозги и были способны на что-то,
кроме как не вытекать из ушей,Печенкин это проигнориро-
вал.Ему это легко,благо своей фамилии он соответствует
дословно—сидит в печенках у всего участка.
– Ну чего тебе?
– Валь,тебя шеф зовет.
– На кой ляд?—вслух полюбопытствовал я.Полюбопыт-
ствовал зря,потому что Печенкин наверняка не знает.А если
и знает,то ни за что не признается,рожа лопоухая.
– А я знаю?—пожал плечами Печенкин.
– Ладно,—вздохнул я.—Щас.Вот как только,так сразу.
Дверь закрылась.Я снова вздохнул,заглянул под стол и с
сожалением убедился,что ни в одной из трех пустых бутылок
само по себе ничего не возникло.Только две дохлые мухи и
один таракан.Таракан был еще жив.Пока.
Стена кабинетика мягко,но ощутимо содрогнулась.Глухой
шлепок,донесшийся из коридора,сопроводил сей катаклизм.
Так,это уже что-то новенькое.Нас что,уже сносят?Или
это Смазлику опять нервный подозреваемый попался.Очень
они ему часто попадаются—как увидят гоблина за столом,так
и норовят стену лбом прошибить.Причем,что характерно,в
одном и том же месте.Там уже вмятина здоровущая,надо бу-
дет,кстати,сказать,чтоб он ее прикрыл чем-нибудь...обра-
зом,например.Хотя нет,не стоит.Еще настучат—пропаганда
старого раешного режима...
Я поправил покосившееся зеркало,выбрался из-за стола,
прислушался—ничего,само собой,не услышал—и с интересом
выглянул в коридор.
40 Валентин Зорин,понедельник,14 июня
– Что за шум,а драки...А-а,привет,Ки.
– Привет,Валь.
Та-ак,все ясно.Славянский шкафчик,косая сажень в мор-
де,поглядел из-под потолка на хрупкую девочку и вежливо
попросил ее отойти в сторону,потому как он,дескать,силь-
но спешит покинуть наши негостеприимные своды.А девочка
отчего-то взяла и обиделась.В результате шкафчик резко по-
менял свою половую ориентацию—не так,как вы подумали,а
просто голова его очутилась на полу,а ноги где-то в районе
потолка.Интересно,долго он так простоит,прислоненный...
нет,недолго.
– Помочь?—предложил я.
– Вот еще,буду я с ним возиться!—Ки распахнула двери в
дежурку.—Эй,парни,заберите этого козла.
– Подопечный твой?
– Кто,этот?—Ки легонько пнула бездыханное тело под
ребра.Тело никак не отреагировало,целиком погрузившись
в изучение себя.
– Нет,не мой,я его вообще не знаю,просто по коридору
шла.Может даже и «терпила».Но козел!
Старший престол ангельского благочиния оперуполномо-
ченная Китана появилась в нашем участке два года назад,в
день своего рождения.А рождению своему она была обязана
одному юному,но очень талантливому чародею,который после
просмотра китайской мыльной оперы «Смертельный бой» без
памяти влюбился в одну из героинь.И,вместо того,чтобы,
как большинство ненормальных людей,нацарапать артисточ-
ке пылающее неземной страстью письмецо,решил выколдо-
вать свой идеал.Сам.
Самое забавное,что у него почти получилось.Чего-то он
там,понятно,недоучел и во время произнесения завершаю-
щего заклятья его вышвырнуло из окна.Этаж был девятый,
до земли было далеко,но вместо левитирующего блока юнец
выкрикнул-таки последние слога заклинания.В результате
приехавшая на место опергруппа застала хладный труп внизу
41
и ровным счетом ничего не понимающую Ки—в пентаграмме
наверху.Первые пять дней Ки провела у нас в участке.В ходе
проведенного следствия выяснилось,что помимо сногсшиба-
тельной фигурки,она владеет русским—с неким очарователь-
ным акцентом и приемами рукопашного боя—в совершенстве.
По истечении отведенных законом дней дело было прекраще-
но за отсутствием чего бы то ни было,а подследственная—
отпущена на все шесть сторон.Вечером того же дня Ки вновь
объявилась на нашем пороге и,мило улыбнувшись,спросила:
– А можно я у вас останусь?
Сказать ей «нет» никто,понятно,не решился.
Участок вокруг меж тем жил повседневной ночной жиз-
нью.Я с тоской проводил взглядом стройный ножки Ки,за-
тянутые в турецкую—а может даже и итальянскую,чем черт
не шутит—василисковую кожу,сглотнул набежавшую слюну
и потащился на поклон к шефу,заглядывая по дороге во все
двери подряд—сам не знаю,зачем.
– Ты мне портрет подозреваемого дашь или что?
– А что я могу из такой гущи выжать?—вяло отбрыкивал-
ся от нападок опера эксперт-гадальщик.—Это ж не кофе,а
сплошной суррогат,он тест подобия еле-еле проходит,какое
уж тут гадание.Вот ты мне дай чашку настоящего,бразиль-
ского,я тебе не то,что словесный портрет,я тебе астрологи-
ческую карту нарисую.С кирлианограммой заодно.
– Ишь,умник какой.А по потрохам—слабо?
– Так где ж сейчас хорошие куриные потроха достанешь?
уныло отозвался эксперт.—Разве что рыбьи...
Я тихонько закрыл дверь и сунулся в следующий кабинет.
Сидящий там Малинкин,«владелец» соседней с моей земли,
сосал информацию из подследственного.
– А еще чего споешь?
– Еще?—Подследственный озадаченно уставился на пото-
лок,словно ожидал,что именно на нем и именно сейчас неве-
домая рука выпишет огненными буквами нечто такое,после
чего потрясенный опер уверует в чудеса и наконец отпустит
42 Валентин Зорин,понедельник,14 июня
его под расписку о невыезде.
Я тоже посмотрел на потолок.Кроме полудюжины мух и
старых потеков,на нем больше ничего не было.Круги,вось-
мерки и зигзаги,описываемые мухами,вряд ли были той ин-
формацией,которая интересовала Малинкина.
– А еще говорили,что к Желтому в хату упырь залез,ожи-
вился подследственный.—Пробрался,гад,через окно,видит—
человек дрыхнет,ну и как кусит,придурок!
– А Желтый что?
– Так ведь Желтый-то почему в отключке лежал!—
радостно сообщил подследственный.—Он под кайфом был,у
него в венах не кровь,а вся таблица этого...ну,как его...
– Менделеева,—подсказал я от двери.
– Во,во.Вампир как хлебнул такого коктейльчика—и с
копыт долой.Желтый утром очухался,смотрит—лежит.
– А сам Желтый?
– А что ему сделается?—искренне удивился подследствен-
ный.
Вообще-то он прав,подумал я,прикрывая дверь.Само-
го Желтого,поскольку обитал он не на моей земле,я видел
всего пару раз и знал его больше понаслышке,но если хотя
бы треть ходящих о нем баек верна,то вампиру можно было
только посочувствовать.Уж лучше колом в спину.Хотя сам
дурак,кто его,спрашивается,из могилы тянул?Лежал бы се-
бе в гробу да посасывал плазму.Говорят,им по гуманитарной
помощи спецпайки присылают.
Интересно,а что если Желтый все-таки заразился?Вряд
ли,конечно,раз он до сих пор жив,то должен был выработать
в себе такой иммунитет,что ему укус вампира,как мне—
комара,но все же!Вампир-наркоман?Такого в моей практике
еще не было,да и у остальных в участке,по-моему,тоже.
Станет он охотиться на своих дружков-наркашей,или будет
таскать шприц для будущей жертвы?
Глубоко задумавшись над этим вопросом,я механически
открыл следующую дверь и только потом сообразил,что де-
43
лать этого не в коем случае не следовало—дверь эта распо-
лагалась в конце коридора и вела соответственно в кабинет
нашего дорогого и любимого—шоб он сто лет жил,а двести
раком ползал—начальства.
Нет,вы только не подумайте,что я что-то имею против
нашего начальника.Он у нас хороший,иногда.А вот у со-
седей начальник—тролль.Кербаши Хавалов,добрейшей души
существо,не то,что муху—инфузорию не обидит.Правда,не
все об этом осведомлены,а потому,угодив на допрос к оперу,
у которого росту пять локтей,а клыки в пасти—чуть не в ло-
коть каждый,сразу начинают просить бумагу и ручку—писать
явку с повинной.
Однако господину Половцеву Свет Никитычу до Кербаши
далеко.В плане размеров.Поэтому размеры он компенсирует.
Вот и сейчас посмотрел он на меня своими зелеными очками
и захотелось мне обратиться в мерзкую пузырящуюся жижу и
тихо утечь куда-нибудь в подвал,ибо пребывал старшая сила
пресвятого благочиния Половцев Свет Никитыч в раздражен-
ном состоянии.Кто его так сумел разозлить,я не знал и знать
не хотел,разве что затем,чтоб помянуть недобрым словом,
если жив останусь,но довел он Свет Никитыча примерно до
уровня тактического джинна.А я и влез,заместо Хиросимы.
– Явился,Зорин.—Проскрипел Никитыч.—Ну,проходи.
Я бочком протиснулся в щель и опустился на стул для по-
сетителей,предварительно удостоверившись,что предыдущий
гость не забыл на нем свою ручную гадюку.А что?Был у нас
такой случай.Каких только «знакомцев» некоторые чародеи
не заводят.
– Явился?—ласково осведомилось начальство.
– Э-э...так точно,—сознался я.
– Ну и что с тобой прикажешь делать,а,Зорин?—все тем
же подозрительно ласковым тоном осведомилось начальство.
– Э-э...а-а...А в чем дело,Свет Никитыч?—пропищал
я.
– Не дело,Валя,—укоризненно покачало головой
44 Валентин Зорин,понедельник,14 июня
начальство.—Не дело,а дела.
Как ни странно,поняв,за что меня сейчас будут убивать,
я успокоился.Приятно знать,за что умрешь,а еще приятнее,
если грехи эти и не твои вовсе.
– Три «глухаря»!—возвестил чугунному медвежонку на
столе Свет Никитыч.—Три!Чем,интересно,ты думал,а?!
– Так ведь никак не отвертеться было.
– А голова тебе для чего дадена?А?—Вопросило
начальство.—В ней,знаешь ли,мозги водятся.
Я промолчал.
– Эх,взять бы да и повесить их на тебя.—Мстительно
предположило начальство.
Я в первый монент не понял кого повесить.Мозги,что ли?
– Так ведь один и из них уже мой,—напомнил я.—
«Заказуха» на Новоапостольской.«Глухарь» капитальный.
– И поделом!—пробурчало начальство.—Две недели до
конца квартала,а у тебя сколько дел незакрытых?То-то.Ты
фокусников своих когда брать собираешься?А?
Я вздохнул.
– Не знаю,Свет Никитыч.Я и так уж всех стукачей на
уши поставил.Они ведь не только на моей земле пасутся,они
по всему участку ползают,и у соседей отметились,а валят
все ко мне.
«Фокусниками» именовалась группа мошенников—по
неуточненным данным трое-четверо—которые вот уже второй
месяц не давали мне спокойно жить.Начали они с нераз-
менных червонцев,потом,очевидно,подкопив денег на обо-
рудование,перешли на липовые четвертаки,а последним их
достижением была пачка баксов,которая спустя пару часов
обернулась тремястами граммами капустных листьев.
– Ты,это,давай,заканчивай с ними,—посоветовало
начальство.—Конец квартала на носу и потом—кто его зна-
ет,чего они в следующий раз выкинут.
– Постараюсь,Свет Никитыч.
Половцев одобрительно кивнул,сунул руку в стол,извлек
45
из-под него чайную кружку и с удивлением уставился на нее.
Во мне зашевелилась надежда.
– Я могу идти,Свет Никитыч?
Половцев оторвался от изучения кружки и так же озада-
ченно посмотрел на меня.
– Что?Ах,да,иди,Валя.
Я начал приподниматься со стула.
– Хотя нет,погоди.
Я замер,и плюхнулся обратно на сиденье.
– Тут еще вот какое дело,—пробормотал Свет Никитыч.С
послезавтра Корюшкин в отпуск уходит.
Не-ет!Только не это!
– Придется,Валь,тебе его территорию на себя взять,—
безжалостно забил гвоздь в крышку моего гроба Половцев.—
Инда как больше некому.
– Да за что ж это мне,Свет Никитыч!—взвыл я.—Я ж две
земли в жизни не потяну.Давайте уж нарезать,раз такое.
– Но твою-то территорию Смазлик в одиночку тянул,—
напомнило начальство.
– Так ведь моя-то земля спокойная,тихая,—возразил я.Не
то,что у Корюшкина.Он же у себя черт-знает-что развел,
не земля,а рассадник нечисти.Глухариный питомник.Да и
висит на нем...
– Висюки мы по другим разбросаем,—пообещал Свет
Никитыч.—Да и по ходу...если очень уж большой завал бу-
дет...тоже подразгрести поможем.Но территорию закрепим
за тобой,Валь.Больше не за кем.
Я уж было начал открывать рот,чтобы предложить целый
список возможных кандидатур,и первым в этом списке стоял
лично господин майор Половцев,но натолкнулся на фасетча-
тый отблеск зеленых очков—и спросил:
– Можно идти?
– Иди,Валентин,—благодушно—ну,еще бы,после
такого!—позволило начальство.
46 Валентин Зорин,понедельник,14 июня
Вернувшись в свой кабинет,я некоторое время просто ту-
по сидел,уставясь в пустоту,после чего с размаху грохнул
кулаком об стол и полез в сейф.
За моей спиной раздался...нет,даже не звук,а скорее я
просто ощутил загривком некое похолодание...и резко обер-
нулся,судорожно сжимая служебный амулет.
– Здравствуй,Валентин.
– М вам добрый день,дядя Коля,—сказал я,пряча амулет
обратно в карман.
Дядя Коля—участковый призрак.Он живет в участке так
давно,что из нынешних работников уже никто не помнит
обстоятельств его гибели—героических или не очень.Более-
менее достоверно известно только то,что скончавшись—и об-
наружив свое новое состояние—дядя Коля сначала попробо-
вал поселиться в своей прежней квартире,но ее отдали одной
многодетной семье,а выжить в таких условиях трудновато да-
же для призрака.Вот и дяде Коле пришлось переселяться на
прежнюю работу.
– Слышал,что тебе Корюшкинскую землю хотят
впихнуть,—начал дядя Коля.
Я издал тяжкий вздох,который призрак,без сомнения,мог
оценить по достоинству.
– Уже впихнули.
Дядя Коля подплыл поближе к столу.
– Не повезло тебе,—сочувственно заметил он.
– Да уж.
– А я как раз хотел тебя предупредить,чтобы не в коем
случае не брал,—продолжил призрак.
– А чем дело-то?
– Пока не в чем.Но чего-то там вот-вот приключится.—
Призрак пошел волнами,что,насколько я помнил,соответ-
ствовало пожатию плечами.
– Точно ничего сказать не могу,но в воздухе носится.
Я вздохнул второй раз,развернулся вытащил из сейфа
непочатую флягу «Goblinskogo Priveta» в просторечии име-
47
нуемого спотыкаловкой,латунную рюмку и выставил их на
стол.
– Будешь?
Дядя Коля мигнул.
Лучше уж с призраком,чем с самим собой.
Всеволод Серов,вторник,15 июня
Примерно три часа спустя я подумал,что в очередной раз
сглупил.
Хорошая мысль,как известно,всегда приходит опосля.Ес-
ли,конечно,еще сохраняется что-то,куда она может прийти.
Вот и сейчас я наконец-то додумался,что висеть одним-
единственным глазом под заплеванной лестницей—это не са-
мое лучшее из того,что я придумывал.
Ну что,спрашивается,стоило взять и пройти сквозь стену
в одну из квартир?Да ничего!Защита на этих стенах если
за двадцать лет и не рассыпалась напрочь,то исключительно
по неведенью.А даже и новая?Ну скажите на милость,кого
может остановить обычная стандартная стена?
Разве что самого хозяина квартиры.Так нет же—Серову,
как всегда,нужно выпендриться!А главное—почему я оставил
на виду только один глаз?!Идиот!
Хорошо еще,что народу по лестнице в это время дня хо-
дило не очень много,а не то я бы точно загремел куда раньше
времени.Пыль-то ведь сверху сыплется,а я даже моргнуть не
могу!
А ведь можно было бы и просто в стену спрятаться.Прав-
да,это заклинание нужно поддерживать активно,а с моими
способностями к магии...нет уж,лучше висеть.
Господи,а спать-то как хочется!
Что?!Не спать,не спать,не спать...
Я уже настолько отключился от окружающего мира,точ-
нее,того кусочка,который оставался для меня доступным,
что засек парамоновского охранника только после того,как
48
49
он прошел мимо моего глаза и начал подниматься по следую-
щему пролету.
Пора!
Самый рискованным моментом был процесс «выпадания».
В отличие от настоящего чеширского кота,у которого «меш-
ковая» магия была природной,для меня это занятие было куда
более долгим и болезненным.
Сначала появился нос.Затем второй глаз.Когда из ниотку-
да вывалилась вся голова,первое,что я сделал—старательно
завертел ею в поисках неблагодарных зрителей.Таковых не
обнаружилось.Замечательно.Можно выпадать дальше.
Мне все же пришлось пережить жуткую секунду,когда
«чеширский мешок» едва не застрял где-то в районе колен.
Но,слава Богу,обошлось,хотя со стороны,наверное,зрели-
ще было на ура—распяленный под потолком парень,кончики
пальцев которого отчаянно пытаются зацепится за край лест-
ницы,а ноги все еще находятся в неизвестно где.
Не-ет,чем еще раз пережить такое,я лучше весь дом це-
ликом рвану.А кто чей клиент—это пусть на небесах разби-
раются.
Наверху громко хлопнула дверь.
– Уважаемый,ну почему же так поздно?—разнесся по лест-
нице гулкий барственный тенор.—Я ведь предупреждал вас...
Монголо-татарин что-то взвизгливо тявкнул в ответ.
– Ма-алчите...—протянул господин Парамонов.—Вы уже
не первый раз нарушаете подобным образом мой жизненный
ритм.
Надо говорить:«Молчать,я вас спрашиваю!»—подумал я,
с усилием взводя курок «туляка».А что касается жизненного
ритма,тут он прав.Если бы вы только знали,господа,что за
удовольствие «работать» пунктуального клиента!
– И поэтому я вам категорически...—в этот момент гос-
подин Парамоша ступил на следующий пролет,узрел меня—
точнее,мою тигровую маску—и замер,плавно покачивая от-
висшей челюстью.
50 Всеволод Серов,вторник,15 июня
А вот это он зря.Если хочешь есть варенье—не лови хле-
балом!
”Туляк” тихонько сказал ”пух”,и у господина Парамонова
образовался третий глаз.
Из ствола выплыло облачко дыма.Только теперь охранник
очухался и,взвыв,потащил из ножен кривую саблю.Правда,
туша его нанимателя все еще покачивалась на негнущихся
ногах,полностью загородив проход.Молодецкий прыжок за
перила тоже не очень-то помог джигиту—между пролетами
было локтей шесть,и перемахнуть их могла бы лошадь,но не
ее неудачливый наездник.
Я в это время уже давно скакал вниз,лихо перекрывая
свой собственный рекорд—полпролета за прыжок.И-раз,и-
два:тоже мне,кенгуру недоделанный:а-а,черт,ну куда же ее
несет?!
Я успел заметить удивленно распахнутые глаза—
премиленькие,надо сказать,глазки,только вот убей,не пой-
му,какого цвета—и аккуратным толчком отправил девушку
обратно вглубь квартиры.А то,не дай Бог,рубанет этот ну-
кер хренов:
И-раз,и-два...едва не загремел на последней ступеньке,
пнул ногой дверь—и,отпрянув в угол,вжался в стену.Нету
меня здесь,нету,я просто грязное пятно на стене.
Охранник подлетел к двери именно так,как я и ожидал—
хрипя на скаку,рубя воздух саблей и абсолютно ничего не
видя вокруг.
И на всем скаку напоролся на заботливо выставленный
штык.
Извини,парень.Лично я против тебя ничего не имею,но:
головой думать надо,пока она на плечах держится.И только
отойдя на два квартала,я сообразил,что,собственно,натво-
рил.
Валентин Зорин,вторник,15 июня
Как говорят буддисты,карма у меня плохая.Почему-то я все
время оказываюсь на месте преступления,когда оно уже со-
вершено,и предотвратить его нет никакой возможности.
Чертов Свет Никитич!Если б он не навесил на меня ко-
рюшкинский округ,черта с два повис бы на мне парамонов-
ский труп.Неприглядный,надо сказать,покойничек вышел из
господина газетера—не передать.Усопшие—они,конечно,все
не Аполлоны,но выстрел практически в упор оставляет от
головы такое месиво...Одним словом,опознавали покойного
сначала по костюму—дорогой,собака,у Елдашкина,небось,
отоваривался—а потом по ауре,потому что лица у него почи-
тай что и не было.
Вокруг дома уже выставили оцепление.Бдительные посто-
вые ангелочки покрикивали на прохожих,возбуждая в тех
нездоровое любопытство.Интересно,для чего это делается—
покойник ведь уже мертв,и ухудшить его участь можно,разве
что предав анафеме?
Хорошо все-таки быть следаком по особо грешным!Прие-
дешь,а тебе уже протоколы подсовывают,акты.Все собрано,
все подписано и пронумеровано.А ты только знай думай.
Так...жильцы опрошены по всему подъезду поголовно.
Никто,конечно,ничего не видел.В том числе немолодая осо-
ба из квартиры двадцать пять,этажом выше,проходившая
по лестнице буквально тремя минутами раньше.Само по се-
бе показательно—значит,убийца пользовался каким-то маги-
ческим инвентарем,либо накладывал чары сам...хотя маг
такой мощи убийством на лестнице погнушается.И тем бо-
51
52 Валентин Зорин,вторник,15 июня
лее не станет стрелять.Есть ведь «черная смерть»,или там
«клинок Джафара».В конце концов,файерболом засандалить
в неугодного паршивца,потом пепел подмести,и все!
В мозгу у меня засвербила гаденькая мыслишка.Я попы-
тался ее отогнать,потом не выдержал и,изменив привычке
перебирать бумаги по порядку,выискал в стопке акт предва-
рительной экспертизы.
Парамонов был убит серебряной пулей с железным сердеч-
ником.Откованным из подковы фаворита скачек.Только не
Блестящего,а Овриэля.Второй раз за неделю я столкнулся с
работой киллера-невидимки,только теперь уже мне предстоя-
ло разбираться с плодами его профессиональной деятельности.
У меня в ту самую минуту появились дурные предчув-
ствия,просто внимания я им тогда не придал.Обычно киллер
после исполнения заказа ложится на дно.На месяц,на два,
на полгода—у кого какие аппетиты,потому что лежка закан-
чивается,как правило,вместе с полученными за устранение
очередного неудачника деньгами.Чтобы выгнать Невидимку
на дело через четыре дня после убийства Сумракова,гонорар
должен был намечаться запредельный.И я,хоть режь меня,
не понимал,с какой стати покойный Парамонов,обливавший
грязью новых правителей страны вот уже добрых семь лет,
вдруг оказался оценен столь несообразно своим личным до-
стоинствам.Или недостаткам—поди знай,за что его так...
Интересно,а сам Парамонов—знал?Нутром чую—знал.
Охранника себе завел...бедняга,тоже пострадал из-за ду-
рака этого...хотя допросить его еще долго не получится.
Лежит охранник под животворящим крестом,и держится на
этом свете только молитвами отца-целителя.А если поду-
мать...охранник нужен был ему только от дверей и до ве-
шалки.На ковре сидючи,саблей не помашешь.Как там у него
с магической защитой?
Пойти,что ли,посмотреть?Ребята пока перетряхивают
квартиру Парамонова,нечего им мешать.
Оказалось,что господин Парамоша,как и положено доб-
53
ропорядочному гражданину,оставлял свой ковер на плат-
ной охраняемой вешалке.С тех пор,как в целях безопасно-
сти эти средства передвижения стали прошивать металличе-
ским кордом,свернуть их и поставить в шкаф практически
невозможно—ну разве что вы используете для этого какую-то
особенную магию.Но тогда у вас уже есть личная охраняемая
вешалка.
Ожидал я,признаться,большего.Ковер как ковер,даже
не персидский,а бухарский—мне почему-то думалось,что у
журналюги такого пошиба тряпочка будет побольше и покру-
че.Помню,один деятель решил показать себя—парил над го-
родом исключительно на хорошей копии гобелена из Байо.
Когда-нибудь видели пролетающий гобелен?Сказочное зрели-
ще.
Правда...что-то мне тут не нравится,на этой вешалке.Я
принюхался.Оперативник,особенно на моей должности,обя-
зан обладать хорошим обонянием.Сколько парней пришлось
переводить на кабинетную или,того хуже—постовую служ-
бу только потому,что бедняг пробрал насморк...уж и не
упомню.И вот сейчас нос упорно подсказывал мне,что здесь
что-то не в порядке.
Только обойдя ковер кругом,я понял,что именно.Над ве-
шалками стоит,в общем,однообразный запах—пыль,моль,
нафталин и укроп.Не имею понятия,почему укропная во-
да входит в состав почти всех противоугонных средств,но
факт остается фактом—подавляющее большинство обывателей
именно ею полощут по выходным свои половички.Правда,
некоторые пользуются бадьяном,но я лично его не выношу—
воняет он исключительно стойко и не выветривается,даже
когда чары давно спали.А ковер господина Парамонова рас-
пространял отчетливое благоухание дягиля.
Травка эта не из тех,что простые раешные люди в поте ли-
ца выращивали на своих двудюжинах соток.Хотя москвичи с
ее ароматом знакомы.Отваром корней дягиля в дни разгона
демонстраций бывают залиты все улицы.Ничего лучше по-
54 Валентин Зорин,вторник,15 июня
ка не придумали никакие церковники.Против людей почти
всегда используется черемуха,а против демонов—дягиль.
И,как большинство магопрепаратов первой степени опас-
ности,использование дягиля находится под строгим контро-
лем.Соответственно,Парамоша отнюдь не сам им пользовал-
ся.Это должен был делать опытный маг-дефензор.А наш
журналист обязан был представить ему вескую причину...
или просто сумму,превышающую стоимость собственного
ковра,притом не в наших деревянных,а в заморских тале-
рах.
Интересно получается—на новый шикарный ковер у наше-
го покойника денег не было...или просто жмотничал.А вот
на защиту от демонов он разорился.
Найти бы этого колдуна...да потолковать по душам.
Я провел руками над ковром.Следы ауры владельца еще
виднелись,но какие-то странные—словно расточиться в про-
странстве ей не давало некое давление.Ну точно,стоит за-
щита,да такая мощная!Мне живо представилось,как здоро-
венный какодемон,раззявив здоровенную пасть,намеривается
откусить господину Парамонову голову...и ломает зубы о
невидимую броню.Так,а метки мастера тут нигде не простав-
лено?
Не проставлено.Придется выяснять.
Охранник при вешалке от моего приближения пробудился
и напустил несговорчиво-важный вид.Ну,рожа разожравша-
яся,попробуй мне только упереться рогом!В порошок сотру.
– Охраняем?—поинтересовался я,опершись всем весом о
фанерную загородку.
Рожа кивнула.
– Когда Парамонов на свою тряпочку защиты вешал?
Рожа скривилась.
– Какую...тряпочку?..—процедил охранник лениво.
– Сам знаешь!—рявкнул я.—Ну?
– Недели две назад.—Рожа отвела взгляд.—Хвастался,де-
скать,у Обдунира ставил.Не хухры-мухры.
55
Обдунира?Первый раз слышу.Впрочем,у меня и ковра-то
нет,откуда мне знать чародеев по этой части.
Я поднялся на третий этаж,где царила мрачная сумато-
ха,и,пробравшись вначале через толпу коллег покойного Па-
рамонова,потом—через заслон против этой толпы,и в кон-
це концов—раздвинув локтями собравшихся экспертов,нашел
руководившего обыском Колю Иванникова.
– Слушай,Коль,—негромко (почему-то все вокруг говори-
ли шепотом,хотя и покойника давно же унесли,да и вообще
убили его не в квартире,а на лестнице) попросил я,—вы тут
не находили визитки такого мага—Обдунира?
– Визитки вон,в том кляссере,—кивнул Колька.—Только я
тебе их не дам.
– Мне только адрес переписать,—успокоил я его.
– Тогда вперед,—разрешил Иванников.—Не наследи,смот-
ри.
– Сам знаю,—буркнул я.Хороший парень Колька,но тако-
го зануды—среди эльфов поискать!
Памятуя его предостережение,я,прежде чем хвататься за
кляссер,протер руки коллоидом.Теперь,правда,до дому при-
дется терпеть липковатую бурую пленку на руках—смывать
коллоид в поле полагается спиртом,а он в наших условиях...
испаряется...еще на складе.Зато взвешенное в желатине
атомное серебро надежно защитит любые улики от моей ауры.
Итак...на букву «он»...точно,первая же визитка.«Ма-
гистр белыя магии,дипломированный дефензор и транспорто-
лог».Какие красивые клички себе нынешние колдуны приду-
мывают!Транспортолог.В раешные времена это называлось
коврозаклинатель.Хорошо еще,что не трансмогрификатор.
Нахватались,понимаешь,западных словечек.
Адрес я аккуратно переписал в свою записную книжку,
после чего вернул улику на место.
– Знаешь,Коль,—прошептал я,—спасибо,но я этот балаган
на тебя оставлю.Материал вы в участок повезете?
– А то ж,—степенно ответил Иванников.
56 Валентин Зорин,вторник,15 июня
– Вот и ладно,—согласился я.—Навещу магистра,пока не
опомнился...нечистый.
Уже спускаясь по лестнице,я едва не столкнулся со строй-
ным смерчем в женском облике,с цикадным стрекотом каб-
лучков взлетавшим мне навстречу.Лицо девушки я видел
лишь одно мгновение,но красота ее успела меня поразить.
– Это еще что за прекрасное видение?—поинтересовался я
у дежуривших внизу товарищей.В протоколах допросов мне
не попадались подходящие паспортные данные.
– Барышня Валевич,—ухмыльнулся незнакомый мне па-
рень с херувимскими нашивками.—Восемнадцатая квартира.
С одиннадцати ходила по магазинам,только сейчас домой яви-
лась.
Херувим покачал головой,не то восхищаясь чем-то,не то
изумляясь про себя.
– А почему не задержали?
– Ее задержишь!—Парень вовремя сдержал неуместное
хихиканье.—Вот,—Он продемонстрировал мне смятый блок-
нотный листок,—все магазины,что она обошла,я еле записы-
вать успевал.Дескать,в любом подтвердят,что она не киллер.
Я отобрал у него листок.
”И все же проверить придется,—сделал я мысленную
пометку.—На кого бы это дело свалить?”.
Всеволод Серов,вторник,15 июня
Это ж надо было так лопухнуться!
Всю оставшуюся до дома дорогу я крыл себя последними
словами.Не то,что бы это помогла сильно—но,хотя бы не
завыл.
М-да.Профессию,что ли,сменить.Благо новая личина—и
не одна—давно уже приготовлена,проверена и в любой момент
готова к употреблению.Надеть ее,перебраться из стольно-
го града за Уральский хребет и тихо осесть в каком-нибудь
Херувимске-на-Ангаре.Устроиться в местный...ну,скажем,
отряд истребителей вампиров.Говорят,в Перми хороший от-
ряд...хотя стоп,там где-то Майоирэн служит.
Кое-какую способность рассуждать я восстановил.По
крайней мере,вернувшись,не стал бешено метаться по все-
му дому,а целенаправленно подошел к шкафу,открыл бар,
накапал себе полстакана «Ходунца Трясучего»,хлопнул его
одним глотком,сел и начал думать по-настоящему.
Дело,конечно,паршиво,как ни крути.Благодаря этой чер-
товой девке—дернул же ее нечистый под руку попасться!—все
мои способности и предосторожности—тьфу,плюнуть и расте-
реть!Выловят меня примитивнейшим тестом подобия.Поло-
жим,не сразу выловят,но если возьмутся серьезно—выловят
обязательно.Не ангелы,так гаримовцы.Тест подобия—штука
надежнейшая,доказательство воистину убойное.И обмануть
его...
Я замер.Осторожно протянул руку,цапнул пробежавшую
мимо мысль за хвост,медленно подтянул к себе,развернул...
и с облегчением расхохотался.
57
58 Всеволод Серов,вторник,15 июня
Есть способ,есть!Такой же примитивный,как и сам тест.
Рискованный,конечно,не без этого,но по сравнению с тем,
что я воображал себе пять минут назад...Все равно,что
сказать узнику—«Паря,вона дыра в загородках,да и туча на
луну наползла...Правда,на вышке попка торчит,ну так он
один,а если ты,паря,щас не сдернешь,выведут себя споза-
ранку во-он к той стеночке,и там-то кончальный десяток по
тебе точно не промажет».
Фигли.Не для того мы из Черного Ущелья вырывались.
Дальний закуток нашего подвальчика был изначально
мною задуман как замена бани.Бани,понятно,не в смыс-
ле мытья,а во втором,не менее обиходном—неосвященной,
«ничейной» территории,на которой можно без особых на то
ухищрений потолковать с «малыми».
Рядовой столичный обыватель ведь понятия не имеет,
сколь велика Московская община малого народца.Как рань-
ше,так и по сей день.Да что там,простые граждане,зуб даю,
зачастую не отличат,скажем,верхнестоячника от панельщи-
ка и,нимало не смутясь,кличут их «домовыми».И туда же,
до кучи,валят трубчатых,хотя эти-то к ветхозаветным домо-
вым никакого отношения не имеют,а мутировали из мелкой
озерной нечисти совершенно самостоятельно.
Ритуалы общения эта публика—горожане—кстати,тоже
исполняет совершенно бестолково,сплошь и рядом,по при-
чине безграмотности не те,что надо,а когда разбушевав-
шийся полтергейст достанет их вконец,начинают трезвонить
на Кудыкину гору или,еще лучше,прямиком в благочиние—
вызывать охотников за привиденьями.
Расслабились,избаловались.При Стройке-то,особенно
при бывш.святом Иосифе маленький народец сидел ти-
ше воды,ниже травы—да и то уцелел только благодаря
Инквизиции—потому что стучал каждый второй на каждого
первого,а первый на второго.
Ну а после провала хранителям уже стало не до мелочи—
если уж Меченый приказал всех перевербованых посольских
59
гремлинов сдать с потрохами,что уж говорить про простую
раешную мелюзгу.Тем более,что диссиденты,которым эта
нечисть совала уши в стены,нынче сидят в таких кабинетах,
куда не всякий маг пробьется—а те,кто не успел взлететь на
гребне помойной волны и подавно никого не волнуют.
С приманкой никаких проблем не возникло—мы для этих
дел кринку козьего молока на леднике меняем регулярно.Для
маленького народца—первое дело,тем более,для городских,
которым и обычное-то коровье вскипятить норовят.Они на это
молоко сбегаются...ну,как служебные коты на валерьянку.
Я подвесил бутылочку к потолку,аккуратно разложил во-
круг ловчую снасть и принялся ждать.
Первым на заветный запах примчался крохотный—не боль-
ше мыши—чердачный.Как он вообще опустился так низко—
ума не дам.Постоял с минуту,пуча глазенки и—насколько я
мог разглядеть—жадно облизываясь,попытался подпрыгнуть
и,уяснив несостоятельность подобной попытки,начал при-
зывно пищать.
На его зов почти моментально сбежалось полдюжины со-
братьев,среди которых была парочка вполне неплохих экзем-
пляров.Я уж было собрался накрывать их,но в последний
миг передумал.
И не зря.Последним,шумно пыхтя и отряхиваясь,из
стены выбрался здоровенный—в локоть роста—кухонный.По-
моему,с кухни какого-нибудь «нового» русского—ни на чем,
кроме икры,так вымахать невозможно.«Хороша икра моя род-
ная,много в ней питательных веществ.Я другой такой икры
не знаю...И народ—не знает,и не ест.»
Подождав,пока вся эта компания заберется в снасти по
самые волосатые уши,я подтянул потуже нить заклинания и,
припустив в голос ленцы,осведомился:
– Воруем,значит?
Кухонный отреагировал на этот вопрос почти так же,как
и человек,буде последний услышал его из ясно освещенного
и абсолютно пустого угла—подскочил вверх и завизжал.
60 Всеволод Серов,вторник,15 июня
Самое главное в общении с малым народцем—терпение.
Это мне неоднократно вдалбливали на спецкурсе,да и по-
сле я имел немало поводов убедится в справедливости данно-
го высказывания.Мозги-то у них крохотные,да еще вдоба-
вок устроены совершенно особым образом.Поэтому если про-
ученное ему задание будет допускать хоть малейшую лазей-
ку для неправильного толкования,то можно не сомневаться—
переврет и извратит самым невероятным образом.Поэтому за-
дание надо формулировать оч-чень тщательно.
Я провозился с кухонным не меньше получаса,прежде чем
он сумел десять раз подряд повторить мой вопрос без особой
отсебятины.За это неимоверное усилие он получил вторую
ложку молока и был отпущен—на все четыре стороны.
Теперь мне оставалось только ждать.Вероятность того,
что пузатая мелочь вернется за обещанным молоком была до-
вольно высока—где-то шесть из восьми.Шансы же,что он
выполнит-таки именно то,что от него требуется,были хоть
и поменьше,но тоже приемлемые—три к четырем.Все-таки
крупный экземпляр.
Кухонный вернулся через час с четвертью.С правого уха
у него свисала паутина,на пузе темнело чернильное пятно,а
бурой архивной пылью он был покрыт весь—с лап до головки.
– Давненько такой работенки не попадалось.—проверещал
он,размахивая зажатым в лапке свитком.—И паспортистка
эта—грымза наглая.Говорит:«Я-де,самого Наполеона виде-
ла,когда он в Кремль прописывался.Думает,уши отрастила,
так...Наполона она видела...Да если она его видела,то
я...
– То ты Козельск от Батыя защищал,—усмехнулся я,сни-
мая обертку с кринки.
– А крысы у них там в архиве здоровущие.Наверно,они
из подземелья приходят.Огромные,серые,а глаза...
– Глазища,—заметил я,пробегая взглядом свиток.—Говори
«глазища».Внушительнее звучит.
Кухонный кивнул и пронес кринку ко рту.Послышалось
61
звонкое буль-бул-буль.
Великая все-таки вещь—столичная прописка.Сколько уж
ее клятую,ругали,сколько отменить тщились,как гнуснопро-
славленное наследие Стройки.Щас!Так вот наш градоначаль-
ник и разбежался.А как же прикажете потом иногородних
выделять,особливо,морд всякой там подозрительной наци-
ональности?Нет уж,скорее наоборот—введут какой-нибудь
особый «чисто московский» документ.
А пока прописка была,есть,и будет поедом есть москвичей
и гостей столицы.
В добытой из недр домоуправы справки черным по грязно-
серому значилось,что по указанному адресу—ох,надеюсь,что
номер квартиры я правильный указал!запомнить-то не запом-
нил,пришлось на пальцах высчитывать от парамоновской—
проживала некая Марина Валевич,двадцати одного года,де-
вица,вероисповедания истинного,роду человеческого...так,
это мы пропустим...это нам тоже неинтересно...ага,вот—
работающая в заведении «У Ательстана».
Хм.Где-то я слышал это название.Месяца так три тому
обратно.А с кем я тогда встречался?С Эдуардом—по поводу
новых секреток,с Саней Хмелевским,к Натали заглядывал,
Валю-Трассера видел...Точно!Валя-трассер из второго ба-
тальона.Он мне и сказал,что есть в стольном нашем граде
такое место «У Ательстана»,кабачок-не кабачок,а нечто,ко-
сящее на заокеанский «соул-бар».То есть,жратву там пода-
ют под пение,местами даже душевное.Бродят туда купчины
средней руки,«братки» того же пошиба.Наши,бывшие,там
бывают,гренадеры,в основном,с уланами.Ну да нас,егерей,
всегда мало—и за речкой и сюда вернулось...немного.
Я пинком загнал вниз начавший подступать комок,
взглянул на часы—без десяти четыре,подходяще.Пока
переоденусь—все ж в заведение иду,пока доберусь,как раз
шесть и пробьет.Вряд ли моя девица днем работает.Днем в
таких местах сонное царство—мухи дохнут.
Валентин Зорин,вторник,15 июня
Признаться,я не ожидал,что контора магистра Обдунира ока-
жется на Тверском.
Практическое чародейство—занятие не слишком прибыль-
ное,если,конечно,маг так глуп,что соблюдает все законы и
правила без исключения.Орденскую десятину давно отмени-
ли,но на ее месте проросли,точно поганки,какие-то налоги,
в которых не разбираются даже законники.И даже демоны,
которые этим законникам помогают.А еще есть лицензии,ко-
торые надо получать—обычно за некую мзду,есть указы,ко-
торые положено исполнять до последней иоты...Одним сло-
вом,если у мага своя контора,да еще чуть ли не с окнами на
Кремль—голову даю на отсечение,что не все его делишки так
уж кристально белы.
Даже атрибутика меня не убедила.Подчеркнуто светлая
обстановочка,обои в мелкий крестик,иконы по углам,и сек-
ретарша в скромном белом платьице.Скромном не по цене—
зарплата у этой девицы побольше моей будет,—а по фасону.
Впечатление,правда,портили неудачные попытки секретарши
прикинуться эльфийкой.Не хватало только накладных заост-
ренных ушей,а то я точно решил бы,что магистр Обдунир
вытащил ее из борделя,что чуть дальше по улице,и от старых
манер не отучил до сих пор.
– Вам назначено?—поинтересовалось это дитя лесов недру-
желюбным тоном.
– Нет,милочка,—ответил я.—Мне очень надо.
И продемонстрировал свои корочки.
– А-ээ...—выдавила секретарша.—Но я не могу...
62
63
– Доложите,—посоветовал я.—Я не займу у вашего хозяи-
на много времени.
Конечно,настаивать на беседе я не имею никакого права.
Но и магистру нет расчета давать мне от ворот поворот—чтобы
я потом вернулся,не приведи Боже,с ордером и в компании
мрачных инспекторов Комиссии по чародейской этике?Конеч-
но,если он кристально чист,то может встать на дыбы...но
в его честность я не верю ни на грош.
Оказался магистр совсем не похож на белого мага.Он во-
обще на мага не был похож—скорее на толстого брата Тука,
уронившего по ошибке свою рясу в чан с отбеливателем.
– Нуте-с,господин благочинный,—прогудел он,подавая
мне руку.Пожатие у него оказалось неожиданно твердое.—
Зачем изволили посетить мою скромную обитель?
– Хотел задать вам несколько вопросов,магистр,—
вежливо,но непреклонно я пресек попытку задержать себя
в двери,и проследовал в кабинет чародея,так что тот волей-
неволей двинулся за мной.Секретарша осталась в приемной.
Вот и хорошо.
– И по какому,позвольте узнать,делу?—полюбопытствовал
Обдунир.
Интересно,это у него от рождения имя такое дурацкое,
или он себе псевдоним неудачно выбрал?
– По делу об убийстве Парамонова,—ответил я.—
Журналиста...да вы слышали,наверное?
– А как же,как же,—закивал чародей.—Весьма печально.
Но чего же вы хотите от меня?
– Покойный гражданин Парамонов,—напомнил я на
случай,если моего собеседника пронял вдруг склероз,—
заказывал у вас противодемоническую защиту.И было это,
кажется,совсем недавно?
– А,вот вы о чем!—непонятно чему обрадовался толсто-
пузый магистр.—Да,действительно,заказывал.Защиту я ему
поставил,проверил...и больше мы с ним не виделись.
– Когда это,кстати,было?—поинтересовался я,доставая
64 Валентин Зорин,вторник,15 июня
блокнот.
– Тому назад недели три...или две?—Магистр потешно
наморщился.—А,память проклятая!Игберлас!
– Здесь,хозяин!
Из-под стола выбралось создание,при виде которого у ме-
ня разом отпали сомнения.Магистр Обдунир,несомненно,
был в лучшем случае серым магом.Потому что ни один бе-
лый чародей не выберет для своего знакомца облик лемура.
При всей внешней симпатичности этих зверушек...их ведь
не случайно называют духами мертвых,верно?
– Игберлас,когда я обслуживал Парамонова В.С.?—
потребовал маг ответа.
– Сейчас,хозяин!—Бесенок принялся рыться в картотеке с
такой скоростью,что у меня в глазах зарябило.Трех секунд
не прошло,как он извлек из ящика нужную карточку.—Вот!
Двенадцатого числа сего месяца.Установлена...комплексная
антидемоническая защита в составе...ну,это неинтересно...
– Интересно-интересно!—перебил я его.—Читай,приятель,
не увиливай!
Знакомец вопросительно уставился на хозяина желтыми
глазищами.Обдунир разрешительно махнул рукой.
– В составе...талисман бронный,сдерживаемой мощ-
ностью до ста пятидесяти килогейст в секунду,чары Аль-
Хазредовы стандартные,итальянского исполнения...
– Достаточно,—прервал я его.—Остальные компоненты,
надеюсь,столь же обычны?
– Вполне,—заверил меня Обдунир чуть поспешно.А не
далее как минуту назад он меня уверял,что визита Парамоши
вообще не помнит—две недели спустя,это надо же!
– А не упоминал ли покойный господин Парамонов,зачем
ему такая...усиленная защита?—поинтересовался я с безраз-
личным видом.
Хитрого мага я,конечно,не обманул.
– Увы!—Обдунир развел руками.—То есть он,конечно,на-
мекнул,что ему угрожает опасность...но это как бы са-
65
мо собой разумеется при подобном заказе...конкретнее мои
клиенты,сами понимаете,не распространяются,а для меня
спрашивать—значит потерять их доверие.Доверие,знаете—
материя тонкая,подобно ауре...
– Понимаю,—прервал я его.—Такая деталь—в какие сро-
ки был выполнен заказ?Я имею в виду,не подгонял ли вас
господин Парамонов,не требовал ли поскорее его защитить?
Одним словом,не ожидал ли нападения в самом ближайшем
будущем?
– Можно сказать и так,—раздумчиво признал Обдунир.—
Подгонять меня он не стал,конечно,но заказ проходил по
первой очереди.Невзирая на доплату за срочность.
– А сколько она составляет?—полюбопытствовал я.
– Тридцать процентов,—ехидно встрял знакомец.
Я поперхнулся.Вот это аппетиты у магистра!Я-то знаю,
сколько стоит сама защита.За эти деньги Парамонов мог но-
вый ковер купить,без защиты,конечно.
– Ррр...—протянул я,не зная,что еще спросить.—Над
чем господин Парамонов работал,вам он сообщить,конечно,
не потрудился?
Обдунир молча покачал головой,всем видом показывая:
«Ничем не могу помочь».
– И ничего странного вы тоже не заметили,не припомните?
– Было одно,—после некоторого раздумья выдал Обдунир.
Не скажу,чтобы я навострил уши.Когда свидетель начина-
ет вспоминать «странности»,его лучше быстренько прервать—
а то такое наплетет,хоть святых выноси.Проверяешь до оду-
ри,а кончается все пшиком.
– Приносил он мне,—врастяжку,словно с натугой,выдал
магистр,—свой кодовый блокнот.Просил проверить,как ра-
ботает.Я глянул—все честь по чести,мнимый текст видится.
Простыми чарами не снять...да вообще я по этой части не
мастак,уж извините.Слишком тонкая работа.Хотя ушлые
мальцы,слышал я,щелкают такие блокноты как семечки.
– Под что у него был этот блокнот замаскирован?—уточнил
66 Валентин Зорин,вторник,15 июня
я.
– Под Евангелие,—ответил Обдунир.—Самое обычное де-
ло.
И правда—что странного в том,что у человека при себе
библия?Простенькая такая,в бумажной обложке,массово-
го издания.Вот только,зная тайное слово,можно увидеть,
что страницы Доброй книги на самом деле пусты,верней—
заполнены скорописью владельца этого самого блокнота.Лю-
бят такие вещицы те,кому есть что скрывать.Магистр,ра-
зумеется,прав—умеючи такой блокнот можно разочаровать за
полчаса.Но то умеючи.А случайный любопытствующий ли-
бо отступится,либо,в худшему случае,сотрет все,что было
написано,но прочесть все равно не сумеет.
А Парамонов—дурак.В этом я убедился окончательно.
Проверять кодовую книгу у мастера по зачаровке ковров мог
только законченный идиот,не отличающий некромантии от
клептомании.
– Что ж,гражданин Обдунир,—произнес я,вставая.—Вы
мне очень помогли.Возможно,через пару дней вам придется
повторить все сказанное вами при свидетелях и для писца...
но этим дело и окончится,уверяю.
Магистр коротко кивнул.Ему явно не хотелось тащиться
в суд—желание вполне понятное,—а мне не больно мечталось
его туда тащить.Возьмем показания,и пусть катится на все
четыре стороны...пончик в балахоне.
Выходя из кабинета,я поискал взглядом секретаршу.У
меня было сильное подозрение,что во время всего разговора
она подслушивала под дверью.Девица смерила меня заранее
негодующим взглядом.И я не удержался.
– Барышня,а уши вы в какой протезной мастерской
заказывали?—поинтересовался я и,не дожидаясь ответа,вы-
шел.
Всеволод Серов,вторник,15 июня
С троллейбусом,мне повезло на удивление.Новенький,
чешский—ходили слухи,будто мэрия собиралась приобрести
«Брандхеймы» турецкой выделки,но не сошлись в цене—не на
троллейбусы,а на градоначальника.Но и «Шкода» по сравне-
нию со старыми раешными «кирпичиками»—огромный шаг по
пути к цивилизации.Вот когда дело дойдет до самобеглых
тротуаров...Надеюсь,правда,завести к этому времени соб-
ственный ковер.Если опять не растрачу все сбережения на
какую-нибудь авантюру.Ну кто,помилуй Бог,заставлял меня
пытаться сколотить состояние на разводе дискусов?Клятые
рыбины строили из себя евнухов при гареме,хотя на вбу-
ханные мною в специальный аквариум деньги я мог бы этот
самый гарем нанять на ночь.В конце концов дискусов я про-
дал,но неприятный осадок остался,словно разводили именно
меня.
Искомый мною «Ательстан» располагался в полуподвале—
надо отдать должное хозяевам,основательно отремонтирован-
ном и переделанном.Правда,на стене напротив кабачка огнен-
ными рунами была коряво нацарапана надпись «Все гномы—
пидоры!».Начертание рун показалось мне смутно знакомым.Я
напрягся и сумел-таки выцепить их из памяти.Ну да,точно—
именно так они были пропечатаны в «Саге об Эгиле»,репринт
издания 1831 года.Перевод достопамятного обращения Эги-
ла к вражеской орде раешные редактора смягчили,а вот в
рунную надпись лезть побоялись.
Внутри было уютнее.Удобные стулья,ненавязчивое осве-
щение,музыка—что еще нужно для приятного времяпровож-
67
68 Всеволод Серов,вторник,15 июня
дения?Ну,разве что пожрать бы чего.
Я углубился в разложенные на столике листы меню и
тихо присвистнул.М-да.Понятно,почему они цены в у.ё.
указывают—для деревянных ноликов никакой бумаги не на-
пасешься.Но даже так—мы ж все-таки не в Нью-Амстердаме,
хотя и успешно догоняем по количеству наличных талеров на
душу населения.Правда,распределены они у нас весьма...
неравномерно.
И тем,у кого они отсутствуют,вход сюды,извините,зака-
зан.Сюда изволить ходить «публика»—новоделанные купчи-
ны,бандюки...киллеры,кстати.
– Чего-с изволите-с?!
Хм.Я зацепился взглядом за мудреное франкское назва-
ние.Вот еще бы произнести его так.чтобы эта рязанская мор-
да распознала...
– Же не манж па сис жюр!—отбарабанила,не моргнув гла-
зом,рязанская морда,проследив за моим пальцем.—К нему
обычно изволят-с белое ”шато-де-рийон” пятилетней выдерж-
ки и десерт-с!Фруктовый-с!
– Отлично.—Я изобразил барственный кивок,вытянул
из кармашка титановый «брегет» и глянул на циферблат.—
Действуйте.
Официант сгреб рассыпанные по столику меню и умчался.
Оставшись в одиночестве,я огляделся по сторонам.Что
ж,вполне ожидаемая публика.Которой,кстати,на удивле-
ние не так уж много.Компания ”конкретных братков” в мод-
ных кожаных колетах,что-то оживленно обсуждающая в пра-
вом углу,группка неведомо как забредших студиозов—судя по
плащам и фуражкам,мгушников—и еще с полдюжины едоков
более неопределенного статуса.Для этого часа,пожалуй,на-
роду маловато.Впрочем,время вечернего наплыва у каждого
заведения свое.Интересно,а кем моя...кстати,кто?Не кли-
ентка же!..ну,скажем,знакомая,работает?Хорошо,если в
зале,а не,скажем,на кухне.
В зал,оживленно галдя,вломилась кучка—человек семь—
69
«новорусских».Когда они начали рассаживаться всего лишь
за два столика от меня,я непроизвольно поморщился.Ну,
что,блин,тише разговаривать никак нельзя?!Хозяева жизни,
блин!
Я неожиданно вспомнил как мы—пятнадцать рыл свеже-
испеченных егерей-дембелей—завалились всей толпой в «Ре-
галию»,тут же переименованной по такому случаю в «Рыга-
лию».Зачем я туда пошел—сам не знаю.После Черного Уще-
лья прошло всего несколько месяцев и внешний мир я все еще
воспринимал...ограниченно.
Вскоре выяснилось,что тот ресторан уже облюбовали
местные,тогда еще начинающие коммерсанты.Мы-то еще не
представляли всего размаха перемен на Стройке за последние
два года и наша реакция на них была однозначной—мы там,
за речкой,за вас,сук,кровь проливали,а вы тут...А мы вас
туда не посылали,но вот сейчас пошлем...Ресторан мы раз-
громили качественно.Не зря учили.Была бы взрывчатка—мы
бы и здание напоследок рванули.
Воины-миссионеры!
Мы привыкли,что там,за речкой,куда мы несли Святое
Слово на винтовочных штыках,пуля в лицо,нож из-за угла и
рассчитывать можно только на такого же,как ты сам.И мы
верили...нас хорошо воспитали и мы верили...по крайней
мере,вначале.А через полгода те,кто выжил...просто вы-
полняли свою работу,честный ратный труд.Спасибо,хоть это
нам оставили—чистую совесть.
Но видит Бог,мы не ждали,что на родине нам станут
плевать...хорошо,если в спину.Нас всех предали!Кого-то
меньше,кого-то больше.Собственная страна!
– Простите-с.
– А?—Я очнулся и удивленно уставился на сверкающий
круг у себя в руке.
– Сорри.—виновато сказал я,кладя нож на место.—Я
немного...задумался.
– Ваш заказ-с.
70 Всеволод Серов,вторник,15 июня
По крайней мере,выглядело то,что я так неосторожно
заказал,вполне аппетитно.А на вкус...Я осторожно попро-
бовал отщипнуть с краю кусочек.
От блюда—уже наполовину опустошенного—меня оторвал
какой-то неприятный тренькающий звук.Это был не дикий
акын,как я сперва подумал,а всего-навсего юный менестрель
в эльфийской курточке новомодного ядовито-зеленого цвета,
настраивающий свою эолу.
К моему немалому облегчению,вскоре к нему присоеди-
нились барабанщик—полугном,если судить по росту и полу-
гоблин,если судить по внешности—однако,услышав пробную
дробь,я решил,что дело он знает туго,и бард—парень сред-
них лет,с характерным хвостом за правым ухом.
Я,было,решил,что он и будет петь,но время шло,а
корме треньканья,позвякивания,бдин-ннов,бумов и прочих
деловых звуков с эстрады не доносилось.Похоже,музыканты
ждали еще кого-то.
И дождались.Через зал стремительно пронеслась никто
иная,как моя давешняя знакомая,стремительно вскочила на
помост и бросив на ходу что-то вроде,«извините,ребята,за-
держалась,» подошла к краю.Почти сразу же за ее спиной
вспыхнуло неяркое сияние,а в остальном зале стало чуть тем-
нее.
М-да!От такого сюрприза я едва не выронил вилку вместе
с нанизанным на нее кусочком заморской вкусности.
Ай да девица Валевич,вероисповедания истинного,роду,
вне сомнения человеческого—без всяких там накладных кон-
чиков ушей,хотя глаза все-таки чуть подведены.
Зато вот платье на ней было...я бы сказал,вызывающее.
Короткое—чуть ли не до колен—черное,только у самой шеи
ярко белела полоска воротничка.Ладно,хоть без этого...как
бишь его...декольте.Зато руки почти все на виду.
Нет,я,конечно,все понимаю,и,вообще-то,даже привет-
ствую...В конце концов,в двадцатые одевались и похлеще—
пока не выяснили,что для фиговых листочков расейский кли-
71
мат,мягко говоря не тот.Но я-то рос в восьмидесятых,когда
разве что паранджу не ввели,и то исключительно по идеоло-
гическим соображениям.
– Добрый вечер,господа,—проговорила девушка.Голос у
нее оказался очень звонкий и...чистый.А то я уж было
начал опасаться,что она,как некоторые свежезапалившие-
ся звездочки,пытается скомпенсировать недостаток таланта
недостатком одежды.
– Я спою вам сегодня несколько песен.И первая из них—
«Весна».
Эту песню я уже слышал—она несколько раз мелькала в
эфирнике.Незатейливая и совершенно незапоминающаяся ме-
лодия.Но исполняла ее девица Марина хорошо.С чувством.
Пожалуй,решил я,рассеяно вертя в руках бокал,прики-
нуться восхищенным до глубины души поклонником особого
труда не составит.Попробовать пригласить ее к столику и по-
пытаться найти ее...гримерку,что ли.Должна же она где-то
переодеваться в это...безобразие.
По-моему,это была третья по счет песня...или четвертая?
Неважно!
– А сейчас песня для тех,—девушка на миг задумалась,—
кто в далекой стране сумел сохранить веру,любовь и надежду.
”Афганская сказка”:
Пробелило курганы поземкою рано
Вечерами одной не гуляется,Таня.
В сентябре проводила на службу Ивана
А служить ему выпало в Афганистане.
На миг мне почудилось,что я уже слышал где-то эту
песню—так знакома была мелодия.Или просто близка.
Я отчетливо увидел в призрачном свете колдовского зре-
ния берег безымянной горной реки,темную груду сбитого
транспортного ковра—магозащита не сумела уберечь его от
«эрликона»—и бесчисленные белые квадратики уплывающих
вниз по теченью солдатских писем.
72 Всеволод Серов,вторник,15 июня
Пролетела весна—и лето настало.
Поднялся одуванчик,готовясь к полету.
И нашла она в ночь на Ивана Купала.
Чародейный цветок у степного болота.
Попросила его:—Посвети мне в тумане.
Я тебя напою и от зноя укрою.
Ну а ты помоги мне увидеться с Ваней.
За горячей пустыней,за снежной горою.
Белые вершины оставались справа по борту.Мы летели
уже второй час,и впереди раскинулось плоскогорье Талим-
Шах и трое!..трое не вернулись из этого рейда и мы даже
не смогли вытащить их тела—нас зажала оркская банда,при-
шлось менять позицию,вызвали «прикрышку»,а после дра-
конов там не осталось ничего,даже пепла—только спекшийся
камень...
Девушка пела...а я сидел и смотрел на нее...сквозь
нее...туда где за пределами светового круга стояли призрач-
ные тени в окровавленном камуфляже.Не было видно только
лиц,но мне и не нужно было их видеть—я помнил их.Всех
их.
Мы подъехали к броду вечером,но темнеть еще не начина-
ло.А до кишлака на том берегу,было,версты три.Мы даже
не успели толком расположиться—воздух наполнился свистом
и мины рванули чуть впереди—первый залп лег недолетом.
Несколько воткнулось в песок почти рядом с нами и все здоро-
во струхнули,но они так и не взорвались—китайское барахло,
в них взрывчатки не было,потому и улетели дальше осталь-
ных.Майор приказал сворачиваться—кто бы там не был,в
этом кишлаке,нас они рядом терпеть не желали.
Три душмана вдоль берега ставили мины.
На подмогу к себе призывая Аллаха.
А на плотной стене остывающей глины
Пела нежную песню какая-то птаха.
73
Под моими пальцами что-то жалобно треснуло.Я механи-
чески переломил полированную планку пополам...потом еще
раз.Потом до меня,наконец,дошло,что я делаю,и я быстро
запихал получившиеся щепки под скатерть.
По-моему,хлопал еще кто-то,кроме меня.Не помню.
Ноги,казалось,сами вынесли меня наружу.К счастью,на
этот раз извозчика ловить не пришлось—украшенный черно-
белыми шашечками ковер парил поодаль и мгновенно среаги-
ровал на призывный свист.
– Гони!—потребовал я,плюхаясь на подушки.
Пилоту,похоже,подобные закидоны пассажиров были не
впервой.Он спокойно набрал высоту и лишь саженях в ста от
земли,не оборачиваясь,осведомился:—Прямо?!
– К Цветочному гони!—Заорал я так,что,наверное,
расслышали прохожие внизу,и,чуть отрезвев,добавил.—
Ближайшему.
Больше всего я опасался,что торговцы уже разбрелись.
Времени уже—не так,что бы позднее,но,по нонешним мер-
кам,достаточно тревожное.
Слава Богу!Под деревянными навесами еще переминалось
с лапы на лапу достаточно зеленых и пупырчатых лиц оро-
чьей национальности и,пролетая над ними на бреющем,я
разглядел искомый мною...предмет.
– Вон к тому!
Не дожидаясь,пока ковер опустится,я перегнулся через
борт,и,ткнув в нужное ведро,крикнул.
– Сколько?
– Э-э,дарагой.—Орк ожесточенно зачесал затылок.—А
сколько надо,а?
Вся его тяжкая мыслительная работа была выписана у
него на морде огненными буквами—день почти что закончил-
ся,цветы не проданы,но клиент на прокатном ковре,по всему
видеть торопится—заломить покруче,потом сбросить и попы-
таться втюрить максимум цветов.
– Все!
74 Всеволод Серов,вторник,15 июня
– Ы?
– Все забираю,морда зеленая,понял,да!?
– Весь ведро!?—уточнил орк.—Это будет...э-э...бу-
дет...
Не дожидаясь,пока он продерется сквозь трясину ариф-
метических подсчетов,я рванул кошелек,сыпанул несколько
талеров прямо на ковер—пилот сгреб их в тот же миг,хоть
и сидел все время спиной—швырнул кошелек прямо под сапо-
ги торговца и сгреб всю охапку—колючих,черт!—безупречно
алых роз на ковер.
– Гони!
– Прямо?
– Обратно гони!
Пожалуй,дверь в служебные помещения я пнул излишне
сильно.Не стоит так обращаться с имуществом,тем более,
чужим.Ладно,хоть не вышиб напрочь.
Но все равно я решил исправить свою ошибку и дверь в
гримерку пинать не стал.И стучать тоже.
– Кто...Ой!
Несколько секунд мы с девицей Мариной ошеломленно
смотрели друг на друга.Точнее,я смотрел на изящную,кру-
жевную,прозрачную,да ко всему же изрядно задравшуюся
сорочку,а госпожа Валевич глядела на охапку роз из-за ко-
торых выглядывали...пожалуй,что только мокасины «Ред
Бул».
А потом руки у меня словно сами по себе разжались и
цветы начали медленно-медленно падать на пол.Один,два,
дюжина—бух—и на полу гримерки образовалась алая копна.
– Это...мне?
Я сглотнул и попытался хотя бы кивнуть,но сумел всего
лишь моргнуть,зато довольно явственно.
– Ой!—Девица придала кулачки к подбородку.
Какая же у нее ослепительно милая улыбка—подумал я
и сообразил,что стою,все еще растопырив руки.А еще я
сообразил,что вот уже полминуты бесстыдно пялюсь на...
75
на...и начал медленно подстраиваться под цвет пола.
Интерлюдия
76
Валентин Зорин
Люблю бетон!Так по нему красться хорошо—не передать!
Просто чудо,как хорошо.Тихо ступаешь,не скрипит ни-
чего,и домовые бетона не любят.Сквозь доску домовому
просочиться—как раз плюнуть,а вот через железобетон—ни-
ни.Значит,соглядатаев этого рода можно не опасаться.А на
прочих—вон,гапон наш стоит с крестом наготове.
И ничего бы им,сволочам,не было,если бы не зарывались,
вот что характерно!Жадность людей губит,недаром причис-
лена она к смертным грехам.Наши орденцы,правда,так дело
повернули,что за смертные грехи как раз по смерти и судят.
Но это уже теология.
А так—ну судите сами.Повадилась одна банда московски-
ми квартирами торговать.По бумагам,само собой,продавала
их не банда,а фирма,но кто же на бумаги смотрит?Орки ор-
ками...то есть урки урками.Скупают у стариков квартиры,
наводят косметику,потом перепродают.А старушки куда-то
все деваются.Уезжают,наверное,к внучкам на Кудыкину го-
ру.
Мы все гадали,какими утюгами они старушек пытают.Да-
же договора проверяли—нет,подписано по доброй воле!Ни-
кому и в голову не приходило,как на самом деле у них все
устроено.И не пришло бы,когда б наших фраеров жадность
не заела.
Никто старушек не пытал.Убивали их сразу.Смертельная
доза миндальной кислоты в чай—и каюк бабушке.А наготове
стоял некромант,который этих бабушек быстренько поднимал
на ноги.Зомбабушка подписывала все,что ей подсовывали,
77
78 Валентин Зорин
после чего ее упокаивали—уже навеки.Зомби,конечно,и так
никому и ничего не расскажет,ежели его правильно заколдо-
вать,но для надежности...Тем более,что тела зомби раз-
лагаются очень быстро,а от изначальной ауры остается на
костях шиш да ни шиша.
Так бы и уменьшалось поголовье московских пенсионерок
стремительными темпами,ежели бы этим уркам не захотелось
огрести двойной гонорар.В самом деле—бабка почти совсем
свежая,а они—на помойку.Непорядок.И решили они этих
бабок приспособить к делу.Начали с малого—записали в ни-
щенки.Замотали в тряпье,измусолили во всякой дряни—поди
разбери,чем там от бабки несет,грязью или тухлятинкой?А
потом аппетит пришел во время еды.И начали эти зомбиро-
ванные бабки осаждать конторы по всей Москве.То в одну
аферу влезут,то в другую.Обнаглели их хозяева вконец.Но
и это бы им сошло с рук.
А погорели смешно.Мало им было прикарманивать стару-
шечьи пенсии(которые покойницы получали регулярно).Они
одну старушку послали выправлять себе повышенное доволь-
ствие за счет города.Как ветеранше Великой Отечественной
войны.А та в коридоре столкнулась со знакомой.
Видит знакомая—что-то не так.И устроила настоящий
цирк—со служебным крестом,с воплями «не подходи,поре-
шу!»,одним словом,раскусили зомбабушку.
Так что теперь крадемся мы по бетонной лестнице.Мы—
это я,Колька Девельков и отец Иннокентий.Будь это обыч-
ные бандиты,хватило бы нас с Колькой,благо дом уже оцеп-
лен.А раз с ними некромант,пришлось брать гапона.Гене-
рального,значит,архипастыря особого назначения.
Дверь,как и следует ожидать,заперта.Колька дергает
шнурочек на косяке,и за дверью начинает симпатически брен-
чать колоколец.
– Ихто тама?—доносится визгливый старушечий голосок.
Ну,если мы квартирой ошиблись—вот смеху будет!
– Бла-ачиние!—гаркает Колька,для солидности вытаски-
79
вая корочку.
Непослушный свиточек в его пальцах никак не хочет рас-
правляться.
– Пошто пожаловали,ироды?—вопрошает из-за двери
бабка так враждебно,что у меня невольно закрадывается
сомнение—а успели ли ее прикончить?Мертвая так бы не
стала выкаблучиваться.—Нетути вам поживы!Вона,на тре-
тьем этаже гонють,и на пятом гонють,и в соседнем подъезде
гонють,а у меня нетути!
У-у,вредная!
– Откройте,благочиние!—чуть резче командует Колька.
Краем глаза я вижу,как отец Иннокентий вытаскивает из-под
рясы огромный крест и беззвучно шевелит губами,нацелив
святой символ на дверь.
– А ордерь,ордерь у тебя ести?—надрывается бабка.—Без
ордеря вас пущать нельзя,знаю вас,иродо-о-ов...—Голос баб-
ки начинает растягиваться,переходит на протяжении одного
«о» из фальцета в басы и глохнет,переходя в еле слышное
клокотание.
По лицу отца Иннокентия течет пот,крупными капля-
ми,как дождь по оконному стеклу.Тяжелая эта работа—
отпускать неупокоенных.
– Да будет воля Твоя,да святится имя Твое...—доносится
до меня,и в ответ из-за двери я слышу дикий,истошный визг.
– Ломайте дверь!—зычно ревет гапон.—Ломайте,чадушки!
Уйдут ведь,уйдут,окаянные!
Нас с Колькой долго упрашивать не приходится.Хилая
дверь вылетает с полпинка.Хорошо,не успели новые хозяе-
ва сделать ляхремонт—новую,усиленную холодным железом
дверь только тараном и вынесешь,проще бывает стену рядом
крушить.
Конечно,манипуляции отца Иннокентия не прошли неза-
меченными.За дверью уже стоят наготове двое «быков»—
парни откровенно волотьих габаритов.У одного в лапищах
палица,у другого—арбалет-ручничок.Э-э,мальчики,кто же
80 Валентин Зорин
с таким оснащением против благочиния прет?Арбалет звяка-
ет пружиной,Колька выдергивает стрелу из воздуха и демон-
стративно ломает.Я строю самую мерзкую гримасу и делаю
шаг вперед,молясь,чтобы трусливая дрожь оставалась где-
то на уровне плеч и не касалась пистолетных дул,которые
смотрят арбалетчику точнехонько в лоб.
– Господи поможе!—стонет отец Иннокентий.Светящийся
крест гнет его к земле.
У порога расплывается вязкой,тягучей слизью куча мок-
рого тряпья.Мир праху твоему,бабушка.Не уберегли мы
тебя...ну ничего,тебя последнюю.
Секунду мы с «быками» играем в гляделки.Потом оба ра-
зом опускают оружие.
Я коротко отмахиваюсь стволом—пошли,мол,отсюда,в
«воронок».Ребята на лестнице их и встретят,и проводят.А
нам троим—вперед.
В квартире стоит какой-то странный запах,перебивающий
даже сырую,стоялую вонь распавшегося зомби.В кухоньке
бьется стекло и слышен многоэтажный мат—это оставшие-
ся «быки» лезут в окно,наивно полагая,что там их никто
не ждет.Глупые!Вышли бы через дверь—отделались бы лег-
че,а так «сопротивление при задержании»,а то и «попыт-
ка побега»—это если наши,кто посообразительнее,крикнут:
«Стоять!Вы арестованы!».
Из-за двери в комнату пробивается неяркое зеленоватое
мерцание.И пронзительный визг,истошный,неумолчный.
– На счет раз!—Мы вышибаем дверь и останавливаемся на
пороге.
Промедлили,остолопы.У входа промедлили.Хотя если
здесь уже такое творится—значит,еще до нашего прихода на-
чалось.
Зеленый свет дают перевернутые канделябры.Сейчас таки-
ми никто уже не пользуется,сейчас симпатические светильни-
ки у всех—огни святаго Владимира,как в газетах писалось.А
лет триста тому обратно за перевернутые свечи платили пол-
81
новесным серебром,потому что делать их умели одни только
карлы,они же цверги,а какому же королю охота,чтобы во
время балов гостям капал за шиворот расплавленный воск?
Никакой магии в них нет,но все равно жутко глядеть,как
пламя бьется на фитиле,облизывая подвешенную свечу сни-
зу,будто костер инквизиции—привязанного к столбу эльфа.
Сейчас перевернутыми свечами пользуются только черные
маги.Это от них несет драконьей кровью и кадаверином.
На полу,прямо поверх потертого половичка,начертан пен-
такль,темные линии горят изнутри,будто раскаленная про-
волока.Толстячок в черном балахоне,больше похожий на
старшего чародейного сотрудника в каком-нибудь заштатном
МИИ,чем на наследника мрачной славы господ Тот-Амона и
Жиля де Ре,подергивает ручками,вычерчивая перед собой в
воздухе каббалистические знаки острием атейма—как оружие
скорее декоративного,но напороться на этот клинок—мало не
покажется.
– Господь Сущий,Господь Святый,Господь Триеди-
ный...—разносится по малогабаритке сочный рык гапона.
Пентаграмма вспыхивает кровавым огнем.
Я с перепугу стреляю.Пуля замирает в воздухе над пента-
граммой и медленно,как свинцовая снежинка,опускается на
пол.Теперь вся надежда на отца Иннокентия.Успеет он за-
клясть некроманта,покуда тот не завершил ритуал—хорошо.
Не успеет...
Не успел.«Абраксас!».В пентакле намечается какое-то
движение,в упор не видимое,заметное лишь краешком глаза.
Некромант с торжествующим воплем режет себе ладонь,что-
бы капли крови брызнули на знак «шин».И из-под половичка,
разламывая пентаграмму,с дурным воем лезет,расправляя пе-
репончатые крылья...
Выверна.Очень крупная зеленая выверна.От облегчения
я чуть не забываю выстрелить.Вторая пуля разбивает твари
череп,и недоделанный дракончик валится на пол.Все,моим
пистолетом теперь можно разве что по лбу приложить.
82 Валентин Зорин
– Лежать!—орет Колька.
Размечтались.Если б этот гаденыш собирался сдаться,не
было б и спектакля со свечами и призываниями.Мы оба ки-
даемся на него,пытаясь в тесноте не наступить на обрывки
пентаграммы,медленно извивающиеся под ногами,и в этот
момент наш гапон показывает себя.
Произнесенное им СЛОВО бело-огневой стеной проходит
по комнате,отправляя в небытие все сатанинство.Исчезают
черные шнуры на полу,тает труп выверны,сами собой возвра-
щаются в нормальное состояние перевернутые иконы,гаснут
свечи.Затем и сам толстопузый чародейчик начинает рассла-
иваться,аура сходит с него пластами,даже не черными,как
положено настоящим злодеям,а—грязно-бурыми,с желтыми
прожилками жадности.А вслед за аурой приходит черед ду-
ши.Этого я видеть уже не могу,но понимаю по тому,как
маг впадает в каталепсию.Колька осторожно вынимает из по-
слушных чужой воле пальцев атейм,но тот вспыхивает голу-
бым пламенем и рассыпается в прах.
Отец Иннокентий решительно раздвигает нас,подходит к
окну,срывает тяжелые от пыли занавески.В комнату песча-
ной лавиной рушится солнечный свет.
– Исполать вам,батюшка,—хором произносим мы с Коль-
кой,низко кланяясь гапону.
– И вам,добры молодцы,—без особого смирения в голосе
отвечает отец Иннокентий,также кланяясь.
Что ж,ритуал соблюден—пора и за черную работу браться.
– Эй!—ору я из окна.—Экспертов сюда!Да поскорее,пока
все не рассосалось!
Следы магии—материя во всех смыслах слова тонкая.
Дунешь—и нет ее.А нам надо всю банду подвести под ка-
торгу.Чтобы больше никому в голову не пришло изводить
московских старушек.
Всеволод Серов
До чего же хорошо валяться в казарме после рейда!Просыпа-
ешься...ну,просыпаешься,правда,все равно рано,сигнал к
побудке у нас такой,что мертвого подымет.Но зато ты по это-
му сигналу не взлетаешь,точно петух жареный на плетень,а
неторопливо так зеваешь,потягиваешься,переворачиваешься
на другой бок и давишь ухо дальше.До обеда.Потому что сон
после рейда—он святее всех святых Стройки вместе взятых.
Интересно,что сегодня на третье?В прошлую среду хо-
роший компот был.Не иначе,сам Эрланир готовил.А кто
у нас сегодня старший по кухне?Сдается мне,как раз он и
есть.Вот уж нажремся от пуза,за весь этот проклятый под-
ножный корм,за сухпаек из песка...поймать бы того урода-
интенданта,который эти заклинания наговаривал,и песка ему
в зад засыпать—по самую глотку.Гоблины такое дерьмо не
жрут,а уж они-то по дерьму специалисты известные.
Та-та-та-ти-та-таа!
Ноги выбрасывают меня из кровати еще раньше,чем мозг
осознает этот факт.Казарма,за миг до этого напоминавшая
надежно освященное кладбище,превращается в разворошен-
ный муравейник.
Благо,что далеко бежать не надо—все,кроме оружия,сва-
лено у койки.Кираса,мокасины—шнурую наспех через крю-
чок,потом перевяжу,если будет время.Подхватываю связку
с амулетами и бегом за винтовкой.
За порогом солнце с ходу режет по глазам.Бегу вслепую—
иначе затопчут нафиг—пока сквозь слезы не замечаю впереди
что-то большое и прямоугольное.
83
84 Всеволод Серов
– Вторая группа—по коврам!
Глаза,наконец,хоть немного адаптировались,поэтому я
могу различить проем в борту и устремляюсь в него.
Командир уже тут—сидит рядом с пилотом и демонстра-
тивно глядит на свой японский «брегет» с котярой на крышке.
Плохо дело!
Ковер начинает подъем еще до того,как в него заскакивает
последний—Витюню втаскивают подмышки—и с разворотом
уходи вверх.Ставя заслонку на место,бросаю взгляд вниз—
б...,прости мя Господи,грешного,лучше б я этого не делал,
в смысле,вниз не глядел!Высоты не боюсь,но когда земля
вот так вниз проваливается...
Командир щелкает крышкой и,прежде чем спрятать часы,
несколько секунд ожесточенно хмурится.
– Идем в Бай-Муры.Будем вытаскивать седьмую груп-
пу.Они выбросились вчера вечером.Должны были оседлать
тропу.—Фразы командира отрывистые и четкие,словно винто-
вочные выстрелы.
– Их засветили и зажали.Банда до 500 рыл.Есть муллы
и шаманы.Портал не открыть.
Еще бы!Бай-Муры—это настоящее змеиное гнездо,второй
по величине укрепрайон в нашей провинции.Там все есть,
даже плавленый сыр в хрустящей обертке.
– На рассвете их пытались накрыть минометами.Выручи-
ли ступы «прикрышки».На отходе по ним выпустили осу.
– В Бога,в душу,в Пресвятую мать!—неожиданно взрыва-
ется пилот и,облегчив душу еще парой подобных кощунств,
поясняет:—У нас вчера в третьем звене ковре завалили эти-
ми осами.Хорошо хоть,пустой шел.Полборта нет,в ковре
дыра тлеет—сели на вынужденную за сорок верст до базы и
полчаса тряслись,пока портал не открыли.Теперь приказ—в
предполагаемую зону действия ос—не входить!Так их всех и
перетак!
Сидящий в хвосте за многостволкой бортпортной-гном до-
бавляет не менее смачное выражение на Старой Речи и оже-
85
сточенно давит на педали.Блок стволов с тихим визгом начи-
нает раскручиваться.
– «Прикрышки» больше не будет,—резюмирует командир.—
Перед высадкой отработают крокодилы.Задача—сбить банду
с соседних высот.Закрепится и держаться.Пока не снимут
седьмую.
То,что от нее осталось.Если они бой ведут с вечера...
огнеприпас на исходе...да и вообще.
Гном неожиданно разворачивает многостволку и выпускает
очередь куда-то вправо.
– Чего там?
– А-а,призраки,суки.
Я кошусь за борт.Несколько лунных призраков сгруди-
лись у засохшего деревца.Мерзкие твари,хотя и не очень
опасные—они,в основном,высасывают колдовскую силу,хотя
могут напасть и на раненого.Хорошо хоть,не очень живучие,
заговоренное оружие их выносит на ять...Вот как сейчас.
Вторая—более длинная—очередь перерубает деревце по-
полам и разносит призраков буквально в клочья—на камнях
остаются бледно-гнойные брызги эктоплазмы.
– Патроны побереги,—советует пилот.
Бортпортной,не оборачиваясь,делает непристойный жест
и снова вцепляется в рычаги многостволки.
– Подлетаем.—Курешан сплевывает за борт какую-то бу-
рую жвачку и поудобнее перехватывает ружье.
Мимо неторопливо,тяжело пролетают крокодилы.Ветер
доносит вонь падали.Солнце поблескивает на чешуе.
Начинается.
Глава 2,или О питейных заведениях
86
Валентин Зорин,вторник,15 июня
Пробираясь через толпу торопящихся по домам обывателей
от портала к порталу,я размышлял о превратностях магии в
применении к убийству.
Вот этот наш неуловимый киллер,скажем.Теневик.По-
лагаю,он не единственный представитель этого обделенного
меньшинства,подвизающийся на преступной ниве,но уж точ-
но самый...одиозный.
Такая соблазнительная способность—не оставлять магиче-
ского следа.Теневики не имеют ауры,с них нельзя снять
кирлианку,их не берут никакие мантические приемы и не
воспринимают чары определения личности.Их не засекают
даже магодетекторы.Те из них,что берутся за развитие своей
способности всерьез,способны обмануть заговоренную пулю.
Думаю,намного больше теневиков работало бы на орга-
низованную нечисть,если бы не Третий закон Ньютона:«За
всякую магию приходится платить эквивалентной».Теневиков
не берет магия—но и сами они практически не могут ей поль-
зоваться.Простейшие заклятья—вот предел их способностей,
и то,как правило,не наложенные самостоятельно,а покуп-
ные.Наш киллер-невидимка—уникум среди теневиков.Он са-
мостоятельно настраивает оптический прицел,а это требует
каких-никаких,а чар.
Зато пули его никто не заговаривает.Магии в них нет,
кроме присущей самим материалам—серебру и железу.Но та-
кая пуля пробивает любую магическую защиту и убьет любое
существо,будь то живое,неживущее или мертвое.В чем за
последнюю неделю успели убедиться господа Сумраков и Па-
87
88 Валентин Зорин,вторник,15 июня
рамонов.
За неделю...В первый раз Невидимка пошел на этакую
наглость.Интересно,почему?Едва ли он выходит на заказчи-
ков сам—так поступает только пушечное мясо.У ребят вро-
де Невидимки,как правило,есть посредники,обычно очень
профессиональные.Одному киллеру не дают больше четырех-
пяти заказов в год,и платят столько,что он может жить без-
бедно.А тут,извольте видеть—одного за другим валят «нового
русского» и журналиста.Может,тут есть связь?
Да нет,это мне уже мерещится.Какая уж тут связь?
Сумраков—фигура не того калибра,чтобы привлечь внима-
ние Парамоши.Наша жертва предпочитала министров вся-
ких,губернаторов,олигархов.Новобогатей-колдун,ненароком
перешедший дорогу чрезмерно обидчивым конкурентам—это
не его профиль.Так,криминальная хроника.
Значит,напрашивается другой вывод,куда менее при-
ятный.Парамонова надо было убрать как можно скорее.
Не через месяц-два,а сегодня-завтра.Что лишний раз
подтверждает—дело в нарытом компромате,который Парамо-
ша хотел слить в печать.Жареный материальчик.
Но почему Невидимка?Засвеченный уже не раз—ему бы на
покой собираться,—недавно отработавший Сумракова?Защи-
та,поставленная толстяком Обдуниром,смогла бы остановить
разъяренного демона...до тех пор,пока Парамоша сидит на
ковре сиднем.Да,в конце концов,разве свет сошелся клином
на демонах?Мало ли других способов убить человека.А че-
го стоит телохранитель из хваленого «Чингизхана»,мы уже
убедились.
Поймаем организатора этого цирка со снайперами—
непременно спрошу,что ему в голову ударило.А в том,что
мы его поймаем,у меня как-то даже сомнения не возникло.
Потому что убийство это—грязное.Слишком много следов.
Что-то видел охранник.Что-то слышали соседи.Не уверен,
что сам Парамонов успел заметить своего убийцу,да и попро-
буй,выбей разрешение на его допрос—справку из городского
89
благочиния,справку от районного благочиния,ордер от про-
курора,разрешение от митрополита и штамп от управления по
защите прав усопших,который трудно заполучить,даже если
призрак явится туда лично и будет требовать допроса,капая
эктоплазмой на бумаги.Поговаривают,что весь штат этого
злосчастного управления сидит на содержании не то у банды
вампиров,не то у призрака Орденского Секретаря бывш.свя-
того отца Иосифа—ни те,ни другой по понятным причинам
не хотят,чтобы всякие там благочинные нарушали их и без
того сомнительный покой.
А еще надо будет поподробнее расспросить соседей покой-
ника.Тетку из двадцать пятой,кто там еще был...а,всех не
упомнишь.Девушку из осьмнадцатой квартиры,с которой я
столкнулся на лестнице,в конце концов.Ну и что,что ее дома
не было?Не про убийство расспросить,а просто так.Мне не
так часто выпадает поболтать с красивыми девушками.
Интересно,а если пригласить ее на свидание—что будет?
Кстати,у меня есть прекрасный повод.Расследование за-
гадочного убийства—чем не способ пустить пыль в глаза?Ре-
шено.Завтра с утра загляну к ней...с парой вопросов...и
договорюсь на вечер...О дыре,которую мог пробить в моем
холостяцком бюджете хотя бы один ужин в ресторане,я ста-
рался не думать.А заодно—обойду еще пару квартир в том
же подъезде.
Всеволод Серов,среда,16 июня
Я ехал к другу,с которым не виделся уже год.Да,ровно год.
Но сегодня к нему зайти надо.Сегодня—обязательно.
Место здесь правильное.Вековые деревья широко раскину-
ли кроны—а сквозь них яркими клинками падают солнечные
лучи.Хорошее место для таких как он.Калитка отозвалась
на мое прикосновение тихим скрипом.Смазать бы ее...
– Ну,здравствуй—голос мой отчего-то сделался хриплым.
– Друг.
Давно не виделись.Дела,дела,дела...закрутился...ну,
сам знаешь,как бывает.Нет,семьи пока нет.Да ладно,не
старик,успею еще.На примете...ну...как тебе сказать...
Я сел на скамейку.Достал из сумки мелодично звякнувшие
стаканы.И наполнил их до краев прозрачной,как родниковая
вода,огненной жидкостью.Один пододвинул ему,второй взял
себе.
– Ну,—голос снова дрогнул.—Будем.
Водка обожгла горло.И также обожгли хлынувшие,будто
из стакана воспоминания...
Местность перед кишлаком нашпигована минами.Ихни-
ми и нашими.Как они тут все к чертям не подрываются—не
понимаю.Большой ведь кишлак.Лоза в руках Аоэллина еже-
секундно дергается.Мина справа,мина слева...если бы по
нашему следу попыталась проползти змея,сломала бы хребет
через две сажени.Это при том,что через добрую половину
мин мы просто перешагиваем.Выстрел!Падаем кто где сто-
ял.Первая мысль—только бы не накрыть пузом как-нибудь
сувенир с солнечной Сицилии.Вторая—ну все,б...прости
90
91
Господи...побрились!
Мучительно медленно текут секунды,а характерного сви-
ста энфильдовской пули все нет.Вместо него из кишлака до-
носятся гортанные крики басмачей.Орут они где-то с полми-
нуты,после чего все снова затихает.
Ух!Пронесло.Судя по тому,что лупили вообще не в нашу
сторону,палил какой-то по уши обкурившийся аскер.
Наконец выходим к дувалам.Собаки молчат—хоть одно
заклинание работает как надо.Вот часовых бы так...
Дом,который нам нужен,находится почти в середине ки-
шлака.Информатор донес,что сегодня там будет ночевать
Али-ага Зульбеддин—тип,за которым местная инквизиция го-
няется уже лет шесть.В банде у него большее пятисот рыл,
два миномета и один мулла.Кроме того,по слухам,недав-
но ему переправили из Пакистана горную пушку.Достал он
всех изрядно,и приказ однозначен—в меченом доме валить
все живое!
По дороге попадаются двое местных.Женщину с тяжелен-
ным кувшином замечаем издалека и пропускаем,а на второго
нарываемся почти в упор.Приходится валить из арбалетов.
Труп оттаскиваем в арык и наскоро присыпаем.
Около дома двое часовых.Один дремлет,опершись на ру-
жье,за что и получает стрелу в горло.Второго душит шарфом
Шар.
Просачиваемся во двор.Эмиль,Курешан и я остаемся на
стреме,остальные на два-три врываются внутрь.Из дома до-
носятся хлопки арбалетов и бесшумок.Скрип калитки.Во
двор заходят два басмача.Один тащит на плече ружье,у вто-
рого за поясом сабля и два пистолета.
Я совершаю головокружительный прыжок с арбы,сбиваю
второго басмача на землю и два раза всаживаю нож в тол-
стый ватный халат.Первый начинает поворачиваться и в этот
момент Курешан разряжает в него оба ствола бесшумки.Бас-
мач медленно оседает.При этом на рыле у него появляется
улыбка и я понимаю,чему он улыбается,еще прежде,чем со-
92 Всеволод Серов,среда,16 июня
скользнувшее ружье ударяется прикладом об утоптанную гли-
ну;щелкает курок и сноп огня ударяет в сонное небо.Кишлак
превращается в разбуженный муравейник.Басмачи лезут из
всех щелей.Информатор—сука!Тут,похоже,вся банда Зуль-
беддина.
Связист орет,что если через четверть часа не выберемся,
ступы «прикрышки» накроют нас вместе с кишлаком.Подбод-
рил,нечего сказать.
Пока что нас выручают троллебойщики—знай себе хлещут
из своих дур картечью вдоль улиц.
Выбрались!Карабкаемся на соседний холм.До него полто-
ры тыщи локтей,и пули вокруг нас продолжают посвистывать.
Ступы появляются неожиданно,словно чертики из таба-
керки,проносятся над кишлаком,делают горку и с разворота
лупят ослепительными голубоватыми молниями.Потом еще—
чем-то оставляющим в воздухе белый след.
Со склона кишлак видно как на ладони.Над ним повисают
облака пыли и дыма,постепенно сливающиеся в одно.В его
глубине продолжают сверкать вспышки.
Звук выстрела почти неразличим на фоне грохота разры-
вов.Просто Сом—Паша Зарубко—неуклюже заваливается на-
бок,потом на землю.Бросаемся к нему...посреди спины вы-
ходное отверстие с кулак.И багровое,быстро расползающееся
пятно.
Я допил второй стакан,зажмурился,медленно вздохнул.
Вот.Мне,пожалуй,что,и пора.Ничего,что так недолго?
Нет,ну как же...Ладно.Бывай.И прости,Бога ради,
коль что не так!
Я закрыл калитку,тщательно завязал узел на веревочке
и,напоследок,с тоской посмотрел на крест из красного,с
прожилками гранита.
Валентин Зорин,среда,16 июня
Когда я подходил к дому покойного Парамонова,настроение у
меня было самое радужное.Даже весьма сомнительные пер-
спективы навешенного мне на шею дела не отвлекали меня
от наслаждения жизнью.Солнце сияло так задушевно,небо
синело так безалаберно,что хотелось немедленно призвать
их к порядку.Сновали над головой ковры,блистая яркими
узорами—старые,раешные,потусклее и поскушнее,а новые
импортные,персидские или европейские—поярчей и поблес-
кучей.Даже вечно злые московские прохожие,которых не
повеселит даже смерть злейшего врага,казалось,чувствовали
снизошедшую на город благодать,и немного помягчали лица-
ми.
Вот в таком светлейшем расположении духа я и начал об-
ход квартир.
Тетка из двадцать пятой меня не порадовала.Удивитель-
но было,как только у нее хватает соображения не одевать
правый тапок на левую ногу.Зато в квартире номер пятна-
дцать,как я выяснил загодя у Коли Иванникова,проживала
бодрая старушка старой раешной закалки,живо интересовав-
шаяся бытьем соседей.К ней я и направился.
– Знала я его,покойника,знала!—радостно сообщила мне
Клавдия Захаровна Дольник,одновременно пытаясь напоить
спитым чаем.—Тихий был жилец,упокой Господи его душу!
– Тихий?—переспросил я,пытаясь не подавиться приторно-
сладкой—жизнерадостная бабуся,не спрося,бухнула в круж-
ку с надписью «Свят,свят,свят!» три куска рафинада—
жидкостью.
93
94 Валентин Зорин,среда,16 июня
– А то же!—подтвердила Клавдия Захаровна.—Эти новые-
та,с ними же не уживесси!То им ремонт заладится;бусурман
нагонят—шуму-грохоту,хоть святых выноси!Вон,в пятнадца-
том доме,так вовсе потолок обвалился с такого ремонту.То
нет ремонта,и хозяев нету—что делают,где шлендрают,Бог
их весть,а тараканы ходют.То вот тараканы опять же,со-
седка рассказывала—огромные,злые,что твои собаки!Тож
бусурманские.
Я попытался представить себе злого широкоплечего тара-
кана.
– А наш-то,светлой памяти,тихий был жилец.Нелюди-
мый,одно ж,ни с соседями не побеседует,ни гостей приве-
дет...оно и к лучшему,конечно,а то такая ноне молодежь
пошла...страха Божьего на них нету,что ни девка—то блуд-
ница,что ни мужик—то или алкаш,или этот,как их...а,
нихремастер!—Старушка махнула рукой,сетуя на испорчен-
ность грядущего поколения.—Так к чему я...А!Нелюдимый,
говорю,жилец-то был,и в разъездах часто—по ко-ман-ди-ров-
кам!—торжествующе выговорила бабуся трудное слово.—А так
чисто золотой был.Ни мусора от него,ни шума.И вежливый.
Я покивал.В натуре В.С.Парамонова начинали открывать-
ся неведомые глубины—до сих пор никто из знавших его лич-
но или заочно не называл покойника «вежливым».
– Так говорите,Клавдия Захаровна,не ходил к нему
никто?—переспросил я.—Совсем-совсем?Особенно в послед-
ние дни—ну,неделю там,месяц?
Бабка призадумалась.
– Было!—воскликнула она радостно.—Эх,старость злая...
Запамятовала совсем,ваше благочиние!Был у него гость—как
раз тому дня...да,неделю тому обрат.Я еще удивилась—к
кому такой прикатил?Не на ковре,вишь,а на карете,а кони
таки гладки,блестящи,гнедой масти четыре жеребчика.
Я подивился острому зрению бабки.Это ж надо—с тре-
тьего этажа еще углядеть,что там у коней между ног!Хотя,
может,и придумывает.В ее возрасте простительно.
95
– А сам такой видный мужчина,представительный,хотя
молодой.И как выглядел,помню!—почему-то обиделась баб-
ка,хотя я ничего не сказал.—Значит,волосы темные,лицо
такое...длинное такое...на лицедея этого эфирного по-
хож,как его...от,совсем память отшибло...ну,который
в «Золушке-восемь» прынца играет?
Не будучи поклонником бразильских сериалов,я представ-
ления не имел,на кого похож давешний парамоновский гость,
но почел за благо понятливо закивать.В конце концов,вось-
мая «Золушка» еще не кончилась;надо будет—включу и по-
смотрю.
– Я еще подивилась—нешто в осьмнадцатую кавалер
пожаловал?—продолжала старушка.—Значит,зашел он к на-
шему...упокоенному...а долго не сидел,скоренько вышел,
да смурной такой...и ушел.Я и карету-то разглядеть не
успела как следует,только,помню,крыша темная,и по ней
узоры колдовские.
Вот пошла мода—на каретах разъезжать!И улицы наши
истоптанные не смущают.Это старые,в центре,еще покрыты
брусчаткой,как в старые времена,а по новым районам хоро-
шо если дорожки пешеходные проложат.Хорошо тому живет-
ся,кому персы ткут ковер...а кому ковра не дали,тот меси
родной навоз.Студенческая частушка времен моей юности;в
те времена это называлось «сатирой».Хотя счастливые летчи-
ки из моих знакомых утверждают,что хрен редьки не слаще.
Пробовали когда-нибудь найти в районе Садового кольца сво-
бодную вешалку?
– А с тех пор никто к нему не заходил.Только тот бусур-
ман с ножиком,что за ним таскался бесперечь,—заключила
старушка.—Вот такие дела,господин благочинный.
Бусурман с ножиком—это,надо полагать,телохранитель,
ныне лежащий в воскресительном отделении Склифа.Судя по
всему,зря лежащий;чудо еще,что после такой раны он не
отбросил копыта на месте—видно,Невидимка чуть промах-
нулся.Но даже если незадачливый сотрудник «Чингисхана»
96 Валентин Зорин,среда,16 июня
и выкарабкается,показания он не сможет дать еще долго.С
того света вызвать,пожалуй,быстрее будет.Только что он
расскажет?Как напоролся на нож в подъезде?Или как тип в
маске пристрелил его подопечного?
А насчет кареты с темной крышей—надо будет навести
справки,кто это навещал нашего отшельника в его уедине-
нии.
– Благодарю вас,Клавдия Захаровна,—проговорил я,
вставая.—Вы очень помогли следствию.
– Вы уж,ваше благочиние,найдите ирода!—с надрывом
попросила старушка,и—готов поклясться—прослезилась.—А
то что же деется-то,если хороших людей ни за что на своем
пороге убивают!
Возможно,покойный Парамонов и не был такой уж отпе-
той сволочью,если по нему хоть кто-то прольет слезу?
От словоохотливой бабушки я отправился с соседям Пара-
монова напротив,но тех дома не оказалось.А чего я хотел?
Рабочий день,все на службе.
Проверив еще пару квартир,я,наконец,набрался духу,и,
поправив фуражку и отряхнув форменный кафтан,позвонил в
дверь квартиры номер восемнадцать.
Звонить пришлось довольно долго—минут пять,с переры-
вами и руладами.За это время я успел растерять куцые огрыз-
ки новоприобретенного благодушия и всерьез забеспокоился о
судьбе госпожи Валевич.
Марина Станиславовна Валевич...красивое имя у девуш-
ки.Необычное.Везет вот некоторым.Не то,что мое—серей
некуда:Валька Зорин.Таких валек по стольному граду—на
каждом дворе.А Марина Валевич,наверное,одна.Так и слы-
шится что-то шляхетски-гордое,вальяжное...даже в нищете
стоящее наособицу.А живет наша Марина,к слову сказать,
не бедно.Не роскошно—тому свидетелем поцарапанная дверь
времен соломоновых—но и не бедно.А может,дверь—это из-
за отсутствия мужской руки?Девушка,вам дверь поменять
не надо?
97
Наконец за дверью залязгало,точно в кузнице,и глазок на
уровне моего плеча залихватски подмигнул.
– Кто там?—послышался приглушенный голос.
– Господство Зорин,—представился я,наклоняясь к самому
глазку.—Из благочиния,по делу Парамонова.Я к вам вчера
заходил,помните?
– А...—выдавила девушка неопределенно,и дверь чуть-
чуть приотворилась—ровно настолько,чтобы просунуть кре-
стик.
Я от неожиданности икнул.Любой встречи можно было
ожидать—особенно в наше время,когда благочинским не осо-
бенно доверяют,—но чтобы с оружием в дверях останавлива-
ли!
– А нельзя зайти чуть попозже?—спросила Марина вяло-
вато,и не сдержала зевок.
– Я вас поднял?—с раскаянием сообразил я.
– Да,—отрезала девушка.
Что-то в ее голосе показалось мне неубедительным,хо-
тя брошенный в узкую щель взгляд подтверждал показания—
встречать незванного гостя барышня Валевич вышла в хала-
тике,наброшенном прямо на ночнушку.Хорошо живут кафе-
шантанные певички.Спят до полудня...
– Если вам неудобно,могу зайти в другое время,—
предложил я вежливо.
– Д-да...—Девушка проморгалась немного,тряхнула го-
ловой,сфокусировала взгляд на моей физиономии.Дверь при-
отворилась пошире.—Вы извините...что я так...
– Ничего-ничего,—с напускным благодушием успокоил ее
я.
– Вы мне напомнили...одного знакомого,—объяснила
девушка.—Н-неприятного.Не обидитесь,что я вас не пригла-
шаю?
– Мне,—улыбнулся я,—по службе не положено обижаться.
Марина несмело улыбнулась.
– Вы правда извините,—пролепетала она,—но уж очень
98 Валентин Зорин,среда,16 июня
невовремя...Может,вечером...Ой,нет,вечером я высту-
паю...
– В ресторане «У Ательстана»,—закончил я за нее.
– Знаете?—удивилась она.
– Служба такая,—пожал я плечами.
– Нет...—Девушка смутилась.—Решила,захаживали...
– Ну что вы,—я попытался придать физиономии выраже-
ние,подобающее патентованному гишпанскому инкубу,—если
бы я наведывался в это заведение прежде,то,без сомнения,
запомнил бы вас.Позволите заглянуть к вам на работу?
Ой,Валя,не перебарщивай!Соблазнитель нашелся.
– Да,заходите,конечно,—обрадовалась барышня
Валевич.—Садитесь за столик налево у эстрады,он обычно
в резерве,если спросят—скажете,я пригласила...
Неимоверным напряжением лицевых мускулов я,не издав
не звука,все же смог донести до собеседницы,что ее слова
прозвучали несколько двусмысленно.А вот реакция ее пока-
залась мне совершенно уже неправдоподобной.
– Ну да,—повторила Марина,—пригласила!А что—нельзя?
Я,к стыду своему,стушевался,как бывает со мной всякий
раз,стоит девушке взять инициативу на себя.Издержки усво-
енного в нежном возрасте «морального катехизиса строителя
рая».У немцев было проще—киндер,кирхе,кюхе,и никаких
гвоздей.
– М-можно...—промямлил я.
– Тогда подходите к семи,—решительно заявила эмоцио-
нальная барышня.—На допрос обещаю явиться...или вам
подписку дать?
– Ну что вы,—усмехнулся я,—все официальные клятвы,
будучи пережитком Стройки,давно отменены как вредные для
души.Значит,в семь?
– Непременно,—девушка мотнула головой.—А покуда...
– Позвольте откланяться,—вставил я,не дожидаясь,когда
с нежных женских уст слетит нечто более грубое.
– Пока!—игриво бросила девушка,захлопывая дверь.
99
Если мне не показалось,то изнутри лязгнуло три тяжелен-
ных засова.
Нелепый какой-то вышел разговор.Донельзя сумбурный.
И мало того—меня не покидало ощущение,что барышня Ва-
левич не то пыталась от меня отделаться,то ли,наоборот,
решила воспользоваться моим появлением в своих целях.
И тем не менее,сбегая по лестнице с третьего этажа,я
совершенно несолидно насвистывал.
Всеволод Серов,среда,16 июня
В магазин я вернулся скорее по привычке.До назначенного на
вечер свидания с Мариной оставалось еще добрых пять часов,
и тратить их впустую было...ну,почти кощунственно.Во
всяком случае для меня,представителя раешного поколения.
Это теперешнюю молодежь ежечасно убеждают,что празд-
ность не грех,а вполне богоугодное занятие,нам же с куда
большим пылом внушали совсем другое.Кое-что из внушен-
ного осталось.
Ну а если без шуток,то за последние две-три недели я
изрядно подзапустил магазинные дела,беззастенчиво свалив
их на Шара с Македонским.Мне действительно было не до
того—сначала Сумраков,вокруг которого пришлось поползать
по чердакам,колокольням и кустикам,потом этот чертов га-
зетер...
Поэтому,войдя в магазин,я направился прямиком к при-
лавку,и,игнорируя взметнувшуюся ввысь бровь Шара и удив-
ленное «мр-ур» Македонского,выволок из-под него здоровен-
ный фолиант,долженствующий служить книгой записи зака-
зов.
Я,конечно,немного погорячился,когда покупал его.Де-
вять десятых сего чуда переплетного искусства все еще про-
должали оставаться девственно пустыми.А примерно такая
же доля измаранных страниц была заполнена чушью,за во-
площение которой я,будучи пока в относительно здравом уме
и твердой памяти,браться не собирался ни под каким видом.
Ладно еще просьба достать двух самочек скорпены,—тут доб-
рый человек,похоже,просто не осознавал всей тягомотности
100
101
просимого.Причем самцы его,видите ли,не устраивают!Спа-
сибо еще,что не самочек василиска.
А вот о чем,интересно,думал посетитель,заказавший
«полное семейство огненных головастиков»?Кроме того,что
само содержание этих милых существ можно подогнать под
статью «хранение магически вредоносных субстанций»,так
ведь они удрать норовят чуть ли не чаще,чем все остальные
мелкие бесы,вместе взятые.А что может натворить полное
семейство огненных головастиков,скажем,в многоквартирной
инсуле...тут уж уголовным грехом не отделаешься,тут мож-
но и по терроризму загреметь.
Так,это мы уже видели,это тоже...лялиусов,в принци-
пе,можно поискать.В Москве ими мало кто занимается,но
рыбки красивые,даже если заказчик не явиться,пристроить
сумеем.Так,а вот рогатых жаб Хьюи я не повезу специаль-
но.А то я не догадываюсь,что этот урод с ними делать со-
брался!Начитаются всякой доморощенной оккультной муры с
лотков,и,сколько потом не убеждай,что из рогатых жаб не
делают афродизий,и максимум,что вызовет сие варево—это
качественное расстройство желудка...неистребима в народе
мечта о магии на халяву.Нет,не повезу.Жалко жабку.
Хм...а вот этой записи я не видел.
– Эксклюзивное оформление интерьера,—вслух прочел я.—
Заказ от двенадцатого сего месяца.Заказчик—некий господин
Вэ Туруханов из ЗАО «Альгамейд Среднеруссия»,вызов слу-
жебного и личного зеркал прилагается.Что за дела пошли в
королевстве датском,а?
– Да так,—задумчиво отозвался эльф.—Он,по-моему,про-
сто спасался от дождя.12-е—это прошлая суббота,как раз
такой ливень был...ну,ты помнишь.
– Помню.—Я зябко поежился,вспомнив,как колыхался в
своем «вороньем гнезде» под хлещущими струями.Промок я
тогда до костей и,если бы не амулет,лежать мне сейчас с
хар-рошей ангиной.
– Ну вот,—продолжил Шар.—И,как всегда при сильном
102 Всеволод Серов,среда,16 июня
дожде,участок с вывороченной брусчаткой,тот,что напротив
сухоручкинского дома,превратился в непроходимую трясину,
скрытую под поверхностью огромной луже.
– Это ты мне рассказываешь?!—возмутился я.
– В ней-то,—эльф проигнорировал мой возмущенный
возглас,—экипаж господина Туруханова и завяз.Намертво.
– Что ж он не на ковре был,если такой умный?—
скептически осведомился я.
– Сударь,вы безнадежно отстали от моды,—усмехнулся
Шар.—Коврами сейчас пользуются только не признающие при-
личий...
– В смысле—отмороженные?
–...так называемые «братки».Солидные же предпринима-
тели или,как принято говорить на заморский манер,«бизне-
смены»,перемещаются исключительно на собственных экипа-
жах.Высший шик—это,разумеется,единороги,потом следу-
ют олени,желательно златорогие,затем кони.Как обычные,
так и магические.
– Магические—это какие,например?
– Если постараться вспомнить.—Шар воздел глаза к
потолку.—Не далее как два месяца назад мне довелось ли-
цезреть экипаж,запряженный восьмеркой коньшмаров.
– Мяв,—поддакнул Македонский.
– Что?!Да эти же твари полквартала снесут в преиспод-
нюю,если сумеют вырваться!
– Как говорите вы,люди,—оскалился эльф во все тридцать
шесть зубов,—за что купил,почем и продаю.
– Ну-ну,—скептически протянул я.—И давно уже наблюда-
ется сия тенденция в нашем высшем обществе?
– Да уж года два как.
– Надо же!—искренне удивился я.—Теряю хватку.В среде
моих,можно сказать,клиентов происходят такие вещи,а я о
них не имею ни малейшего представления.
– Ты еще просто не дорос «исполнять» фигуры такого
уровня,—серьезно заметил эльф.—И благодари за это Бога.
103
Пока ты «работаешь» по хоть и крупной,но шпане,где крутиз-
на измеряется длиной ковра и набрюшной цепи—у тебя есть
шанс.
– Положим,я
не собираюсь останавливаться на достигнутом,—отшутился я,
одновременно—чертова привычка!—мысленно прикидывая,как
бы я мог «исполнить» клиента в экипаже.М-да,а ведь с точки
зрения личной безопасности карета куда надежнее ковра.Ей
даже аварию толком не подстроишь—эффект отлетевшего ко-
леса не сравним с эффектом разошедшейся под седоком ткани,
под которой—полверсты воздуха и очень твердая земля.Опять
же:тот,кто находиться внутри,полностью скрыт от любопыт-
ных взглядов—попробуй прицелиться в мелькнувший на миг
среди занавесок силуэт.Ну а уж о том,сколько защитных за-
клинаний можно на нее навесить,не беспокоясь при этом,что
они вступят в конфликт с левитационными чарами...Н-да,
воистину век живи,а два учись!
– А у этого...Вэ Туруханова какая упряжка была?
– Обычная четверка гнедых.—Шар слегка повел плечами.—
Хорошие орловские двухлетки,шергинские или нижегород-
ские.
– Ясно,—вздохнул я.—Будем считать лошадиную тему за-
крытой...до поры.А скажите-ка вы мне,цветы мои...дон-
ные,с чего б это у сего достойного мужа появилась мысль
декорировать свое служебное обиталище аквариумами?Сам
он дошел до мысли такой,или подмог ему кто?
– Сам,—невозмутимо отозвался эльф.—Я просто показал
ему насколько своих эскизов...рассказал,где мы уже выпол-
няли подобную работу.
– Ми-ияу!—радостно подтвердил Македонский.
– Про городскую управу,небось,натрепал,—догадался я.—
Маленькую такую слабость второго помощника градоначаль-
ника...которая городу ежемесячно в пару тысяч полновесных
талеров обходится.
– Просто,—задумчиво заметил Шар,—я подумал,что,при
104 Всеволод Серов,среда,16 июня
всей твоей человеческой нелюбви к работе мы можем позво-
лить себе еще одного эксклюзивного клиента.Помимо прочих
соображений можешь принять во внимание тот факт,что это
позволит хотя бы частично ответить на традиционный вопрос
районного мытаря—каким образом насквозь убыточное пред-
приятие безбедно существует уже шестой год.
– Уж кто бы говорил про нелюбовь к работе,—проворчал
я.—Таких лентяев как вы,эльфы...в своих лесах уже сто
тыщ лет как могли бы Рай на Земле построить.
– Даже десять эпох назад,—холодно отозвался эльф,—
мои предки были достаточно мудры,чтобы отвергнуть столь
безумную идею.
– Ой-ой-ой!—прищурился я.—А почему же современные
исследователи Новых Апокрифов настойчиво указывают на
имеющиеся в них эльфийские корни?Что-то там насчет трудов
мудрейшего Эплико...
– Только полные невежи,—перебил меня Шар,—могут пы-
таться сравнивать труд патера Карла Маркса с древним гно-
стическим учением,написанным совсем по иным причинам,
которые вам,людям...
– Мря!—предупреждающе вякнул кот.—Мрям!
Несколько секунд мы с Шаром,набычившись,мерили друг
друга враждебными взглядами,после чего дружно расхохота-
лись.
– Воистину,—с трудом выговорил сквозь смех эльф,—
правы были ваши мудрецы,когда говорили,что весь вред—от
излишнего образования!К вашей расе это относится в превос-
ходной степени!
– Вообще-то,—скромно заметил я,—первым это сказал
гном.
– Неважно,—отмахнулся Шар.—Так что будем с этим за-
казом делать?Время-то идет.
– Знаешь,—задумчиво сказал я,—а пожалуй что я сам
навещу господина Вэ Туруханова.Погляжу,где это водятся
личности,способные позволить себе собственный выезд.ЗАО
105
«Альгамейд Среднеруссия»,как же!Написали бы прямо—ЗАО
Родина Продакшн.
– Зачем ты так,—примирительно сказал эльф.—Что,по-
твоему,честным трудом уже вовсе никто не занимается?
– Нет,почему же,—удивился я.—Грабители,например.Вот
уж кто трудится в поте лица.Киллеры,опять же...знал бы
кто,какой это тяжкий кусок хлеба с икрой!А то читают вся-
кие бульварные листки...
– Ты еще потребуй,чтобы тебе молоко за вредность
выделяли,—усмехнулся эльф.—Серьезно—пойдешь?
– Пойду.
– Когда?
– Хм...—Я уставился на висевший над кассой календарь
с рекламой рыбьего корма.—Сегодня у нас среда,так?Вот
завтра и схожу.Только созвонюсь с этим бизнесменом.
– Мя?—недоверчиво наклонил голову Македонский.
– Зуб даю,—пообещал я.
Валентин Зорин,среда,16 июня
В редакции «Светской жизни»,куда я решил наведаться после
визита к барышне Валевич,царила рабочая суета.Скрипели
самопишущие карандаши,кто-то интеллигентно ругался,об-
наружив,что забыл такой карандаш заточить,и тот только
зря царапает бумагу,отбивали барабанную дробь печатные
машинки,носились люди и нелюди,прижимая к груди стоп-
ки бумаг,державшиеся явно на одном Слове...одним словом
мне едва не показалось,что я попал в родное центральное
городское благочиние.Только мундиров не хватает.
– Вам что надо?—Вынырнувшая из-за угла особа,отли-
чавшаяся телосложением и ростом тумбочки,взяла меня за
пуговицу камзола и требовательно покрутила.
Я привычным движением вытряхнул из кармана корочку.
– Благочиние,господство Зорин.—Я подержал документ
перед лицом «тумбочки»,пока та не сфокусирует на нем
взгляд,потом убрал.—Где тут ваш...редактор,наверное?
– Вы насчет Парамоши?—догадалась «тумбочка».—Так,
вам,наверное,к нашему главному,к Варсонофию Нилычу!
Только...—Она потупилась.—Он сейчас занят.
– И сильно?—скептически поинтересовался я.
Похоже было,что здесь заняты абсолютно все,причем про-
дыха бедным журналистам не предвидится до Страшного суда.
– Ну...минут на пятнадцать,—созналась «тумбочка».—
Вряд ли дольше.
– Тогда...—Я поспешно раскинул мозгами.—Может,вы
меня просветите?
– В какой области?—парировала «тумбочка».
106
107
– Ну,например,об отношениях в редакции...—Я потер
подбородок,изображая бурную мыслительную деятельность.
На самом деле вопросы были совершенно стандартные,но лю-
дям почему-то льстит,когда стараются ради них.—Не было
ли у господина Парамонова врагов...чем он занимался в по-
следнее время...Такие вот вопросики.
– Тогда идемте!—«Тумбочка» перехватила меня за рукав
и потащила куда-то в угол общего зала,где за баррикадой из
книжных полок притулился письменный стол,явно рассчитан-
ный на рост моей странноватой собеседницы.
– Простите,а с кем имею?—полюбопытствовал я,немного
ошарашенный таким напором.
– Хельга Аведрис Торнсдотир,—представилась «тумбочка»,
не отпуская моего камзола.
Я постарался не уронить челюсть на пол.Нет,я,конеч-
но,осведомлен,что у карл тоже есть женщины—в конце кон-
цов,откуда-то же должны браться маленькие гномики?Но во-
первых,гномки редко покидают дом;даже во времена Строй-
ки,когда очереди стояли везде и за всем,в них редко можно
было увидеть гномку—уж скорее ее мужей.А во-вторых,я
никогда не слышал,чтобы гномка согласилась сбрить бороду.
Эмансипация,не иначе.
– Так,Ольга Ториновна,—ненавязчиво напомнил я,—вы
что-то хотели мне рассказать?
– Про Парамошу?—Гномка вспрыгнула на стул—ножки жа-
лобно скрипнули.—Значит,отвечаю по порядку.Врагов у него
столько же,сколько знакомых.И даже больше.Его никто
больше пяти минут вынести не мог.Для редакции он слу-
жит...служил объединяющим началом.
– Что ж в нем было такого неприятного?—не удержался я.
– А все!—отрубила гномка.—Более наглого,самодовольно-
го,пронырливого,бесцеремонного типа свет божий не виды-
вал!Я уж не говорю о честности—которой в нем отродясь не
было,и совести—которую ему в детстве ампутировали.Вместе
с хвостом и рогами.
108 Валентин Зорин,среда,16 июня
Я пришел к выводу,что покойный Парамонов относился к
той категории поганцев,что способны занять рубль и не от-
дать безо всякой корысти,из принципа.Такие действительно
долго не живут.
– Ольга Ториновна,спасибо,я понял,—прервал я журна-
листку,которая пустилась в красочное,хотя и совершенно
фантастическое описание предположительных предков госпо-
дина Парамонова,из которого следовало,что наш покойник
произошел не от обезьяны,как большинство людей и нелюдей.
И не из реторты алхимика,как многие другие существа.А...
впрочем,это уже поэзия,и ее я приберегу до той поры,когда
придет пора описывать собственное высокое начальство.—А
не подскажете ли,над чем покойный Парамонов работал в
последнее время?
– Это вам придется у него самого узнавать,—сообщила
гномка.—Парамоша у нас был на особом положении.Под кого
он копает,даже Снофнилыч не знал.Он и на работе нечасто
появлялся—заглянет,может,раз в неделю,всех достанет,ма-
териал сдаст и уйдет.Но что-нибудь к очередному выпуску да
принесет.Не найдет,так придумает.—Она развела руками.—
За то его и держали.
– Понятно,—протянул я.—Ну,может,у вас какие-то догад-
ки есть?
– У меня?—картинно изумилась гномка.—Ню-ню.Вы же
должны помнить,сколько мозолей Парамоша поотдавил.Да
вот хоть норильское дело—там миллионы завязаны.Его за
любое могли...—Она пробормотала себе под нос что-то по-
древненорвежски,и перевела:—Шлепнуть.
– М-да.—На более осмысленное высказывание меня не
хватило.
– Ну,господин благочинный,теперь ваша очередь,—
жизнерадостно заявила гномка.—Делитесь.
– Чем?—не понял я.
– Сведениями,—точно несмышленышу,
разъяснила журналистка.—А что ж вы думали—я вам буду
109
задаром распинаться?
Правду говорят:с карлой не торгуйся—голым уйдешь.
– Вообще-то,—попытался я взять нахрапом,—содействие
следствию входит в обязанности каждого гражданина.
– Пф!—отмахнулась гномка.—Найдите мне таких идио-
тов,я про них репортаж сделаю.Такой заголовок будет—
закачаешься.«Их науськивает полиция»—звучит?
– Благочиние,—автоматически поправил я.—Это на Западе
полиция.А у нас—пресвятое благочиние.
– Благочиние—оно пресвятое,—возразила Хельга.—А
полиция—продажная.Прям как у нас.
– Знаете,барышня...—возмутился я.
– Вот именно,что знаю,—буркнула гномка.—Я,между про-
чим,репортер криминальной хроники.Начиталась этих ваших
отчетов.«Скончался от трех ножевых ранений в грудь.Вывод
следствия:самоубийство».
– Что,правда такое было?—изумился я.—Мы в отделе,
грешным делом думали,что это анекдот.Кто из наших так
блеснул?
Гномка моргнула.
– Вообще-то и правда анекдот.Это я для примера,—
призналась она.—А что,могли написать?
– Ну,ваша братия же за деньги и не такое напишет,—
напомнил я.—Чем мы хуже?
Журналистка фыркнула и поспешно сменила тему.
– Так что там у вас в благочинии думают?
– У нас—это значит «я»,—пришлось мне уточнить.—Я
вообще-то веду следствие по этому делу.
– И что вы в благочинии думаете по этому поводу?—не
отставала Хельга Аведрис.
– Что у нас есть шанс прижать Невидимку,—честно при-
знался я.
Сделал я это не без задней мысли.Мой противник—а
Невидимка еще со вчерашнего дня стал казаться мне кем-то
вроде невидимого соперника по партии в какие-то вселенские
110 Валентин Зорин,среда,16 июня
шахматы—сейчас неуверен в себе.Он не знает,удалось ли
ему провести погоню.Я хотел усилить его неуверенность до
той точки,после которой Невидимка начнет ошибаться.
– Того самого загадочного киллера?—возбужденно прошеп-
тала гномка.—Теневика-снайпера?
А неплохо осведомлены репортеры криминальной хроники!
– Того самого,—кивнул я.—Это его работа,без сомнения.
– Пуля из серебра и железа?—деловито переспросила Хель-
га,с бешеной скоростью чирикая карандашом.Как она потом
будет разбирать эти каракули—ума не приложу.Есть закля-
тье,позволяющее разделять слои надписей,но я не слышал,
чтобы его адаптировали к рунике.
– Его фирменный знак,—ответил я.
– О-о!—протянула гномка уважительно.—И откуда у вас
такая уверенность?
Я вкратце обрисовал версию следствия—то есть те шаткие
умозаключения,что пришли мне в голову вчера по дороге с
работы.Хельга Торнсдотир кивала,но понять,что она дума-
ет на самом деле,по ее квадратному лицу было совершенно
невозможно.
– Что-то в этом есть,—снисходительно признала она,когда
я закончил.—А вы не думали,что вам самому может грозить
опасность?
– В голову не приходило,—честно признался я.—Не будет
меня—поставят кого-нибудь другого расследовать.
– Но вы,по сути,объявили охоту на Невидимку,—гнула
свое гномка.—Не опасаетесь его мести?
– Он не мстителен,—уверенно ответил я.—И не убивает
зря.Мы можем с уверенностью приписать ему восемь эпизо-
дов.Всякий раз он прицельно убирал свою мишень.И вся-
кий раз это были типы,замазанные в криминале до кончиков
ушей.
– Парамонов тоже?—хитро прищурилась гномка.
– Нет,—поправился я.—Это исключение.
– Подтверждающее правила?
111
– Тоже нет.
На несколько секунд над столом повисла тишина.
– И каковы же будут ваши дальнейшие действия?—
деловито поинтересовалась гномка.
– Поговорить с вашим...Варсонофием Нилычем,—
напомнил я.—А потом—ворошить наследство Парамонова.
Как и предсказывала моя агрессивная собеседница,Вар-
сонофий Нилович Петров освободился только через десять
минут.Все это время я упрямо торчал под его дверями,при-
стальным волчьим взглядом доводя секретаршу—старого стро-
ечного образца грымзу,тогда их еще брали,чтобы работать—
до нервного припадка и мужественно отражая атаки ленивых
газетеров,почуявших запах халявного репортажа.Будучи че-
ловеком немного честным,я их отправлял к Ольге-Хельге за
разъяснениями;борзописцы куксились.
Главред «Светской жизни» оказался человеком совсем
не светской внешности.Впрочем,вы же не станете требо-
вать от директора монопольки регулярно посещать протрез-
витель,верно?Требовался наметанный глаз сыщика,чтобы
определить в потрепанном камизоле редактора продукцию
небезызвестного Урмановского дома,из чего следовало,что
Снофнилыч—данное сотрудниками прозвище подходило это-
му немолодому,хитроватому даже на вид человеку как нельзя
лучше—в средствах стеснен не был,а следить за собою пола-
гал,вероятно,попросту излишним.
– Итак,Валентин...эээ...—начал Снофнилыч,едва я пе-
реступил порог его кабинета.
– Павлович,—просветил его я,усаживаясь без
приглашения.—Но лучше все-таки—господство Зорин.—Я на
всякий случай по новой блеснул корочкой.
– Ну что же,пусть так,—вздохнул главред,и почесал за
ухом.—Если вы по делу Парамонова...
– Только не надо,Варсонофий Нилыч,заверять меня,будто
вы ничего не можете сообщить следствию,—перебил его я.—В
основных чертах меня просветили ваши сотрудники...но,как
112 Валентин Зорин,среда,16 июня
я понял,брат...э,господин Парамонов был в вашей конторе
на особом положении?
Главред неохотно кивнул.
– Можно сказать и так,—промямлил он.—Отчитывался он
только передо мной...Да ну его к лешему!—внезапно озлился
старик.—Ни перед кем он,скотина,не отчитывался!Придет,
поскандалит,репортаж выложит на стол...и опять пропадет.
Я сочувственно похмыкал.
– Одно в нем хорошо было—как часы работал,—без охоты
признал Снофнилыч.—Каждый четверг...Не было еще,чтобы
к сдаче опоздал.Только...—Он вздохнул.—М-да.
У меня создалось почему-то явственное ощущение,что ме-
сто парамоновского репортажа на этой неделе займет парамо-
новский же некролог.
– В четверг,значит...—повторил я.Давно замечал за со-
бой дурацкую привычку—повторяюсь,когда сказать нечего,а
разговор продолжать надо.—Скажите,а когда покойник,—при
этом слове Снофнилыча передернуло,—брался за какую-то те-
му...он ведь не одну статью по ней писал?
– Разумеется,—слегка обиженно отозвался главред.—
Прорабатывал от и до...и потом еще мог вспомнить—через
полгода,через год...У него дома ба-альшой архив хранился.
– Как вам кажется...—Я запнулся,подбирая слова,—
Давно ли господин Парамонов не выдавал свежих сенсаций?
– Ну...—Снофнилыч,нельзя не отдать ему должное,
задумался.—На мой взгляд,как раз время пришло.Да и сам
он намекал на что-то такое.С этими своими командировка-
ми...
– Куда?—Я ухватился за последнее слово,как бульдог.
Главред пожал плечами.
– В точности сказать не могу.Куда-то...в Биармию,ка-
жется.Или дальше.
– Выяснить никак нельзя?
Снофнилыч щелкнул по селектору.По исцарапанной хро-
мированной поверхности побежали разводы.
113
– Олимпиада Даниловна,поднимите,пожалуйста,послед-
ние чеки Парамонова,—пробурчал главред,и импровизирован-
ное зеркальце померкло.
– Сейчас принесут,—пояснил он мне.
– Но что за сенсацию держал в рукаве Парамонов,не знали
даже вы?—решил я уточнить.
– Даже я,—кивнул Снофнилыч.—Володя ради нее решился
даже придержать статью о никелевом деле...слышали?
– Слышали,—неопределенно отозвался я,едва не подавив-
шись.До меня не сразу дошло,что «Володя» и есть Парамонов
В.С.
Слава Богу,главред «Светской жизни» не стал интересо-
ваться,отчего это расследование по вышепомянутому делу,
уже не раз с большой помпой открывавшееся,и так же ча-
сто спускавшееся на тормозах,до сих пор не движется,хотя
его сотрудник—о мертвых ibi bene—уже разжевал и положил
на стол все потребные и непотребные улики.Мне,случалось,
задавали и более идиотские вопросы.
Но если Парамонов решил слезть с заезженного никелиро-
ванного конька...значит,и вправду подыскал себе скакуна
покрепче.
В дверь постучали.
– Да,Олимпиада Даниловна!—бросил главред.
– Вот,Варсонофий Нилович,—проговорила крашеная блон-
динка средних лет,цепляясь за увесистую папку.—Последние
чеки Парамонова,как вы и просили.
– Нет,нет!—Снофнилыч возмущенно замахал руками.—Я
просил поднять,а не принести!Вот,господин благочинный
интересуется,куда Володя в последний раз ездил.
– Посмотрим...—Бухгалтерша проворно,как белка,за-
шуршала листами.—Так...Пермь,Нижнекамск,Оркск,снова
Пермь...Вот.
– Действительно,Биармия,—развел руками Снофнилыч.—
Если надо...
– Нет,нет,—успокоил я крашеную Олимпиаду,изготовив-
114 Валентин Зорин,среда,16 июня
шуюся уже грудью защищать драгоценную папку.—Если при-
дется использовать ваши документы в качестве вещественных
улик,мы придем с запросом и ордером.Благодарю вас за со-
действие.Если что-то вспомните—звоните.
Я небрежно черкнул на зеленом бумажном квадратике но-
мер нашего отдела и вышел.
– Ну что?—Уже наученный опытом,я опустил взгляд.
Хельга Аведрис выжидающе поглядывала на меня,запроки-
нув голову.—Есть результаты?
– Предварительные,—сладенько улыбнулся я.
– Не верю,—отрубила гномка.—Не мог Снофнилыч вас вы-
вести на Невидимку,хоть...
– А кто вам сказал,что меня сейчас интересовал
Невидимка?—ласково поинтересовался я.—Невидимку мы пой-
маем и без того—слишком он наследил в деле Парамонова.Я
ищу того,кто сделал заказ.
– И найдете?—с ехидцей спросила Хельга.
– Вряд ли,—признался я.—Но если не искать—не найду
точно.
Выходя из старинного особняка,где размещалась редак-
ция,я глянул на часы у входа,и присвистнул.Неужели я
столько проваландался?Ну да—пока утром заехал в участок,
отметился-расписался,потом—дом Парамонова,потом сюда...
Велика белокаменная,что ни говори,и даже порталы не спа-
сают.Я прикинул,что обернуться до семи часов в участок,а
потом еще к «Ательстану» на другой конец города,не успею.
Поэтому,найдя не разбитое еще хулиганами платное зеркало,
я позвонил Смазлику,чтобы тот отметился за меня,а сам,
перехватив с уличного лотка пару пирожков и кружку сбитня
(да,я понимаю,что жрать перед походом в ресторан—дурной
тон,но во-первых,у меня с утра во рту росинки маковой не
было,а во-вторых,пирожки дешевле),отправился прямо на
свидание.
По дороге в кабак мне пришло в голову,что,если уж я иду
на выступление госпожи Валевич,то не худо было бы прихва-
115
тить букет,и я бодро завертел головой в поисках цветочного
ларька.
Ларьков,обычно усеивающих улицы нашей столицы вокруг
порталов,точно поганки,сейчас,как назло,не было видно.За-
то внимание мое привлекла неброская вывеска,исполненная
золотой вязью,стилизованной под эльфийские тенгвы.За вит-
риной колыхались причудливые и даже на вид очень дорогие
орхидеи.
Я поколебался немного и,решив,что шанс встретить орка-
цветочника близок к нулю,зашел.
В магазинчике было темновато.Благоухали розы всех цве-
тов радуги—я готов был поклясться,что заметил зеленые,—
колыхались пышные,точно купчихи,головки пионов,трепе-
тали лиловые лепестки ирисов,таинственно склонялись над
прилавком огненные птицы каких-то бромелиад.
– Сударь?
Я обернулся.В тени усыпанного алыми цветами деревца в
кадке стоял невысокий—для своего народа—эльф лет двухсот
от роду.
– Желаете подобрать букет,—утвердительно бросил див,
окинув меня оценивающим взглядом.
Я кивнул.
– Для дамы?—В его мелодичном голосе отчетливо слышал-
ся акцент—не эльфийский,сглатывающий шипящие,а другой.
Я кивнул снова.
– Молодой?—Кивок.—Близко знакомой?—Я помотал голо-
вой.
– В таком случае...—Эльф явственно призадумался.—Да.
Одним скользящим движением,какому позавидовал бы
Нижинский,он очутился за прилавком и выдернул из огром-
ной охапки роз в посеребренном ведре одну-единственную бе-
лую розочку на недлинном стебле.
– Вот так,—с удовлетворением объявил он,подставляя розу
под луч света,по какому-то капризу оптики пробивавшийся
сквозь заставленную букетами витрину.
116 Валентин Зорин,среда,16 июня
Роза была совершенна.Привозные цветы срезают еще
нераспустившимися,и наружные лепестки роз сохраняют
неприятный зеленоватый оттенок.Эта же была непорочно-
бела,как снег,как фата невесты или покров Богородицы.При
виде такой чистоты хотелось покаяться в грехах,совершить
что-нибудь благородное...руки хотя бы вымыть...
– А теперь займемся обрамлением,—промолвил эльф.
Длиннопалая ладонь его зависла на миг над одной вазой,мет-
нулась к другой и зависла снова,точно капризная бабочка.
– Э-э...—робко вмешался я.—Простите,а одной розы мало
не будет?
– Дарить женщинам охапки цветов—это пережиток
дикости,—авторитетно заявил эльф.—Вполне достаточно одно-
го...совершенного...в сочетании с декоративной зеленью,
разумеется.
– Ну так добавьте,—наивно попросил я.—Вон ее...
Я потянулся к вязанке широких листьев,на мой взгляд,
удачно подходивших,чтобы завернуть в них колючий стебель.
Эльф поглядел на меня так,точно я предложил ему плю-
нуть на могилу матери.
– Нет,нет,как можно!—пропел он,едва ли не вырывая у
меня из рук хрупкий стебелек.—Этот цветок совершенно не
подходит!
– Но почему?—осведомился я,совершенно сбитый с толку.
– Если следовать правилу золотого сечения,—с терпением
преподавателя в школе для дебилов объяснил эльф,—в букет
следует поместить вот эту веточку эеннеле,и эту.И не более.
А для контраста...мм...вот еще так и...—Он с немысли-
мой быстротой выхватывал из огромной вазы какие-то листи-
ки,потом жестом балаганного фокусника выхватил из воздуха
моток перламутрово-белой ленты,перевязал букетик и с тор-
жеством продемонстрировал мне.
То,что у него получилось,больше всего напоминало дан-
ное кем-то в приступе сплина определение высокой моды—
амбициозная нищета.Я-то рассчитывал получить букет.А мне
117
протягивали одинокую розочку в окружении довольно жал-
ких листочков,по-моему,не первой свежести.Я машинально
принял его,и только потом сообразил,что делать этого не
стоило—таким образом я как бы примирялся с неприятной
действительностью.Эльф,избавившись от букета,протянул
руку,достал с полки аккуратный бумажный квадратик вроде
открытки,надписал и той же ленточкой привязал к букету.
– Вот теперь ансамбль завершен,—сообщил он,с непонят-
ной мне гордостью взирая на дело рук своих,—приложением
подарочного сертификата,удостоверяющего,что букет состав-
лен мастером-цветочником.
Я прикусил губу,чтобы не разрыдаться.Вот же незадача!
Называется,зашел в лавочку купить букетик.А кончится,
предчувствую,тем,что останусь я с пустым кошельком.
Понаехали,сволочи.
А ведь надо мне было понять,к чему дело клонит,еще ко-
гда я увидел продавца-эльфа.С каких это пор чужестранцы в
России торгуют цветами?(Ну,кроме орков-горцев,конечно).
А тут,видишь ли,британец.Я его сразу распознал.Дивьи на-
роды отличаются друг от друга на людской взгляд не то,чтобы
очень сильно,но эльфа вряд ли можно спутать с российскими
дивами или польскими божетами.
Я покорно расплатился (вышло меньше,чем я с дрожью
предполагал,но намного больше,чем я готов был выложить
за единственную розочку в ворохе сена) и вышел,напоследок
злобно глянув на вывеску:«Цветы и букеты от Эглариона».
Из-за нелепой истории с букетом до кабака со смешным
названием «У Ательстана» я добрался не с солидной форой,
как рассчитывал,а едва-едва вовремя.
Заведение сразу показалось мне знакомым до тошноты.Я
вначале не понял,отчего,—я был совершенно уверен,что за-
хожу сюда в первый раз,—и пару минут бесплодно удивлялся,
покуда до меня не дошло.Все кабаки подобного пошиба похо-
жи.Не обстановкой,а атмосферой.Вот эту-то атмосферу я и
уловил,благо нанюхался ее за время многочисленных облав.
118 Валентин Зорин,среда,16 июня
Некоторое время я вяло размышлял,как хорошо было бы
устроить тут шмон прямо сейчас.Выйти на середину зала...
нет,на эстраду,выпустить две пули в потолок,обождать ров-
но шесть секунд—чтобы даже самые медлительные успели
вытащить попрятанные под камзолами от Версаче и разма-
хайками от Урманова жезлы и самострелы—и только тогда
предъявить корочки.Жалко,что нельзя.Я бы столько барах-
ла стряс с прижравшихся тут сволочей—хватило бы открыть
оружейный магазинчик.
Потом до меня дошло,что я опаздываю на оперативно-
розыскное свидание.
Столик,на удивление,я нашел с первого взгляда.Вообще-
то мне по чину положено из самых невнятных описаний вы-
цеживать смысл,но тут и выцеживать ничего не пришлось.
Проблемы начались на втором взгляде.
За столиком уже кто-то сидел.
Странный это был тип.Для начала,я не смог определить
сразу—нравится он мне,или нет.Нюх на такие дела у меня
просто собачий.Как правило,я раскалываю преступника еще
до того,как он выцедит первое слово.Но про этого парня мое
шестое чувство решительно отказывалось говорить.
А что мне скажут глаза?Это,без сомнения,человек.Как
минимум в трех коленах.На вид,пожалуй,мой ровесник.
Лицо невыразительное,и в то же время запоминающееся—
красивое,правильное лицо много повидавшего,но не ожесто-
чившегося человека.Таких любят женщины,дети и собаки.
Мужчины их не любят,потому что завидуют.Часто за таки-
ми лицами прячется гнильца,но в этом человеке гнильцы нет.
Есть что-то другое.И это что-то мешает мне проникнуться к
нему дружелюбием,которое прямо-таки излучает его физио-
номия.
И,кстати—похоже,он тоже ждет девушку.Иначе какого
черта он приволок и вывалил на стол охапку роз,при виде ко-
торой мне мучительно захотелось упихать творение господина
Эглариона вместе с сертификатом подлинности в ближайший
119
мусорник?
Я остановился в двух шагах от намеченного столика и при-
нялся ждать.Парень с розами покосился на меня,но промол-
чал.Вблизи я заметил трудноразличимый в тусклом сиянии
эльмовых огней шрам у него на виске.Шикарное все-таки ли-
цо.В розыск такого объявлять—сущее удовольствие.К сожа-
лению,преступники обычно имеют гораздо более заурядную
внешность.Вроде моей.
Я поглядел на часы.Проклятая мгла!Кто придумал,что
в темноте людям кушается привольнее?Или это чтобы никто
не разглядел,что тут по тарелкам распихивают?Совершен-
но столбик тени не отбрасывает.Прищурившись,я все же
разглядел подплывшую под тень риску.Запаздывает госпожа
Валевич.Что ж,женщинам простительно.
– Брат во Христе,—вежливо обратился ко мне парень с
розами,—не отойдете ли от моего столика?
– Никак не могу,брат,—развел я руками,стараясь ничего
не задеть убогим эльфийским веником.—Видите ли,мне на-
значено свидание как раз за этим столиком.Мне сказали,что
обычно он пустует.
– Понимаю,—улыбнулся парень.Вот улыбка у него была
какая-то напряженная.Словно этому лицу привычнее напря-
женный оскал.Или кривая усмешка.—Мне тоже назначили
свидание здесь.И по той же причине.
– Раз вы заняли место первым—ваше право,но подождать
мне придется здесь,—уточнил я.
– И долго вам придется ждать?—Похоже было,что парню
не терпится меня сплавить.Что ж,взаимно.Если Марина Ва-
левич увидит его хоть краем глаза,мои далеко идущие планы
можно смело сдавать в утиль.Интересно,сколько стоит фунт
воздушных замков?
– Минус три минуты,—ответил я.
Губы парня с розами дернулись—«шутишь,мол?».
– А вот и госпожа Валевич,—заметил он.—Боюсь,что дол-
жен попросить вас отойти.
120 Валентин Зорин,среда,16 июня
– С какой стати?—поинтересовался я.—Вообще-то именно
с ней у меня назначено свидание.
Сам я,как ни старался,углядеть эту двуличную особу ни-
как не мог.
– Очень интересно,—с напором проговорил парень,
вставая.—У меня тоже.
Он обернулся ко мне,и на лице его отразился дикий ужас.
Словно рядом со мной—или за моей спиной—стоял при-
зрак.
Всеволод Серов,среда,16 июня
Первой моей—и очень яркой—мыслью было:«Ну,все,приеха-
ли!».Точнее,съехала.Она,моя крыша.
Это,пожалуй,мой самый потаенный и самый большой
страх—сойти с ума.Отнюдь не беспочвенный,если учесть,
что по моей бедой черепушке шкрябало и взрывной волной,
и саблей плашмя,и пулей по касательной.А уж если учесть,
что мне довелось увидеть и пережить там,за речкой...
И я прекрасно знал,что меня ждет в этом случае—спустя
пару месяцев после дембеля,когда я мыкался,неприкаянный,
пытаясь найти свое место в новом и таком неожиданно враж-
дебном мире,одной из испробованных мной работ стала долж-
ность санитара...в сумасшедшем доме.Чистая случайность,
что я не угодил туда как пациент.
Работал я там ровно неделю.Хватило.Не знаю,как выгля-
дит настоящий ад,но сильно подозреваю,что намного страш-
нее он быть не может.
Там были такие как я—простые ребята,посланные своей
страной на святую войну—и война вцепилась в них и уже не
выпустила.Она стала их жизнью—хриплые вопли басмачей,
подсвеченное разрывами ночное небо,визг пуль над головой и
запах горелой человеческой плоти.Были и другие.Особенно
мне запомнился один,внушатель с диагнозом,кажется «пост-
травматическая кататония»,хотя такой болезни нет—это мне
уже потом объяснил знакомый костоправ...Его бредовые ви-
денья были необычайно ярки и реальны,и,хотя палата в ко-
торой его содержали,имела отдельную защиту,случалось,что
подхлестнутый безумием дар прорывал ее—и тогда полкорпу-
121
122 Всеволод Серов,среда,16 июня
са заходилось в криках,а нам с напарником и дежурной сест-
ричке приходилось бежать туда...и все время,пока сестра
вкалывала ему успокаивающее—видеть!
– Что с вами?—озабоченно спросила двойник Марины Ва-
левич,стоявший за спиной навязчивого парня с розочкой.—Вы
так побледнели.
– А...—Я оглянулся.Вторая Марина по-прежнему стояла
рядом с эстрадой—отнюдь не собиралась растворяться в воз-
духе,проваливаться сквозь пол или оборачиваться маленьким
зеленым чертенком.
– Вы знаете,мне с самого начала не совсем нравилась эта
идея,—продолжил доппельгангер.—Но Маринка...
– Просто решила немного пошутить,—улыбнулась первая
Марина Валевич,подходя к столику.—Вы ведь на меня,—она
глянула на меня,взмахнув ресницами,и виновато потупила
взор,—за это не обидитесь?
– Думаю,—неожиданно пришел мне на помощь мой оп-
понент по столику.—мы не обидимся на столь очарователь-
ных дам.Если,конечно,хоть одна из них соблагоизволит
объяснить—что,собственно,происходит?
– Все очень просто,—рассмеялась Марина-первая.—Это—
указала она взмахом руки на своего двойника,—моя млад-
шая...
–...на целых десять минут...
–...сестра Арина Валевич.Это,—кивок в мою сторону,—
Сева Серов,профессиональный заводчик аквариумных рыбок,
ну,а это...
– Валентин Зорин,—отрекомендовался парень с розочкой,
озадаченно переводивший взгляд с одной сестры на вторую.—
Господство Зорин,следователь по особо грешным делам пре-
святого благочиния.
Он машинально потянулся за корочкой,прежде чем одер-
нуть себя.
Моя,начавшая было возвращаться на место,челюсть снова
оказалась где-то в районе пупка.Мысли в голове совершили
123
скачок,сальто,стали на мостик и раскланялись под бурные
аплодисменты спинно-мозговых рефлексов.
– Раз уж все познакомились,—предложил я,подхватывая
со столика свою охапку роз,выглядевшую,надо признать,
по сравнению с изящной конструкцией в руках благочинно-
го,несколько вульгарно,—может,присядем?
После чего замер в нерешительности с букетом в руках.
Ибо букет был один,а девушек,как выяснилось,ровно в два
раза больше.
Справиться с дилеммой буриданова ослика мне снова по-
мог брат благочинный,протянув свое хрупкое произведение
цветочного искусства ближайшей к себе сестре.Кажется,это
была Арина—я еще не научился уверенно их различать,осо-
бенно с учетом того,что на обоих сестрах были абсолютно
одинаковые платья.
После этого мне не оставалось ничего другого,кроме как
вручить розы второй сестре,и,предоставив ей самой решать
проблему,куда девать сей колючий веник,нарочито стара-
тельно углубиться в изучение меню.
– Итак,—осведомился я,шелестя страницами,—кто что бу-
дет заказывать?
– Если не возражаете,—холодно произнес брат Зорин,на-
клоняясь к соседнему столику,—я бы предпочел решить этот
вопрос самостоятельно.
– Ваше право,—отозвался я.—Но предупреждаю заранее—
платить буду я.
– Это отчего же,—все те же холодно-опасным тоном опыт-
ного инквизитора поинтересовался благочинный,—вы так ре-
шили?
«Оттого,что на всех каналах эфирника постоянно
плачутся—ах,какое бедное у нас благочиние,какие нищен-
ские зарплаты у его сотрудников»—с неожиданной злостью
подумал я.«Интересно,ты кого и от каких сроков на свои
шиши отмазал?»
– Ну,потому что...в общем,инициатором этой встречи
124 Всеволод Серов,среда,16 июня
был я.Хотя,конечно,—я озадаченно покосился на Марину—
та едва сдерживала смешок,перевел взгляд на Арину (или
наоборот?)—эта была сама серьезность,—первоначально пла-
нировалось немного меньшее количество участников,но...
раз уж так получилось...я не собираюсь отказываться от
своих обязательств.
– Но,—перебил меня брат Зорин,—я бы все же предпо-
чел...
– Брат,—проникновенно сказал я.—Давайте договоримся
так—вы оплатите следующий вечер.И все,тема закрыта.
– Ну...—Неуверенно произнес благочинный.—Допустим.
Значит,денег у него все же немного.Меньше,чем гонора.
Или просто жлоб.
– А что пожелают милые дамы?—обратился я к сестрам
Валевич.
Девушки переглянулись.Улыбочку,появившуюся на ми-
лом личике Марины я бы,пожалуй,даже осмелился назвать
хищной,а тихий вздох и еле уловимое пожатие плеч млад-
шей сестры нельзя было истолковать иначе как:«Делай как
знаешь,но не говори потом,что я тебя не предупреждала».
– Дамы,—заявила Марина,откидываясь на спинку стула,—
желают гулять.
– Что ж,—отозвался я,снова погружаясь в меню,—гулять,
так гулять.
«Стрелять,так стрелять»,пропел где-то в моей многостра-
дальной голове чей-то неуловимо знакомый голос.
Валентин Зорин,среда,16 июня
Я чувствовал себя,словно только что поднятый зомби—голова
набита гнилыми соплями.Густо пересыпанное французскими
словечками меню,в которое я уткнулся,чтобы не видеть жут-
кого зрелища удвоенной барышни Валевич,тоже не способ-
ствовало ясной работе мысли.Во всяком случае,я не запом-
нил,что именно заказал.От необходимости разбираться еще
и в карте вин меня избавил аквариумист Серов—и очень хоро-
шо,потому что там кириллицей были напечатаны только две
буквы в самом верху—«у.ё.».
Пока официант тащил бутылку,над столом висело нерв-
ное молчание.Серов отпил из предложенного бокала,удовле-
творенно кивнул,и,шуганув пытавшегося было разлить вино
официанта,занялся этим сам.Получалось у него,как у за-
правского соммелье.
– Я тут недавно услышал хороший тост,—сообщил он,
закончив.—На поминках.Один из близких друзей усопшего,
встав,произнес буквально следующее:«Ну,за покойника и,
чтобы два раза не вставать,за присутствующих здесь дам».
Первая часть для нас,слава Богу,не актуальна,а вот со вто-
рой предлагаю начать.За наших прекрасных дам!
За прекрасных дам выпили с удовольствием,в том числе и
сами дамы.
– А теперь,—проговорил Серов,когда пауза опять
затянулась,—предлагаю познакомиться поближе.Раз уж воля
прекрасной женщины свела нас здесь...
Я пожал плечами.
– А что,собственно,говорить?Я уже представился...хо-
125
126 Валентин Зорин,среда,16 июня
тя,если это кому-то интересно,могу добавить,что веду сейчас
дело Парамонова.Собственно,поэтому...
Фразы я не закончил,надеясь,что понятно будет и без
того.Мне показалось,что аквариумист поперхнулся вином,
но,возможно,это был лишь обман слуха.
– Ну,положим,мне тоже о себе рассказать особен-
но нечего,—отозвался Серов с явно напускной вальяж-
ной ленцой.—Только я не заводчик,простите,рыбок.Я
аквариумист-декоратор,а заодно—владелец магазинчика эк-
зотических,действительно,рыбок.
– А вы их не разводите?—с какой-то странной интонацией
полюбопытствовала Марина.
– Я,—с насмешкой ответил Серов,—стараюсь не вмеши-
ваться в чужую личную жизнь.
Естественно,Валевич-старшая (я решил про себя так их
именовать) тут же прожгла его взглядом.Серов смутился,и
мне пришло в голову,что он,похоже,просто не различает се-
стер.Мне это показалось странным—при всем сходстве близ-
няшки совершенно по-разному себя вели.Даже выражения
лиц у них были настолько своеобразные,что лишь в первую
секунду я мог счесть их неразличимыми.
– Вообще-то разводить по нынешним понятиям полагается
простаков,—решил я поддержать собрата по мужскому полу.—
Лохов,так сказать.
Серов шутки не принял.
– Знаете,—проговорил
он серьезно,—аквариумное рыбоводство—это очень спокойное,
неторопливое,размеренное занятие.Поэтому я его и выбрал.
Это следовало понимать так,что господин рыболюб наме-
кает на свое бурное прошлое.В наши времена принято хва-
литься криминальными подвигами,но мне небезынтересно бу-
дет полюбоваться,как он это сделает—в моем-то присутствии?
После такого вступления следующий вопрос был неизбе-
жен,как труба Гавриила,и он прозвучал.
– А откуда у вас этот шрам?—с любопытством спросила
127
Серова Арина.
Всеволод Серов,среда,16 июня
– Ах,это...—Я коснулся виска.—Память о месте под назва-
нием Бай-Муры.Или,как его еще называли,долине Шангри-
Ла.
Вилка благочинного замерла на полдороге,и я отчетливо
осознал,что ляпнул лишнего.
Долина Бай-Муры находится в сотне верст к северу от
Кандагара.Базовый укрепрайон.На тамошних складах есть
все,даже плавленый сыр в хрустящей обертке.
Полгода назад его пыталась взять 17-я бронестрелковая,
но при выдвижении попала в засаду в Ойхотском ущелье.С
тех пор это Ущелье Кровавого ручья.
На этот раз местному шейху скормили дезу,что на новый
штурм снова пойдут бронестрелки и он клюнул—вывел отряды
на дороги.В долине осталась только охрана—около сотни рыл.
И склады.
Мы подлетаем к долине спустя три минуты после начала
атаки.Две эскадрильи штурмовых драконов выстроили в небе
круг и время от времени ныряют вниз,подхлестывая царящий
там огненный ад.
Но кто-то все же уцелел.Черный зев пещеры выплевывает
навстречу снижающимся коврам трассу «гатлинга».Очередь
проходит левее и выше,а на пещеру немедленно пикирует оче-
редная пара драконов—черная дыра превращается в огненное
вулканическое жерло.
Ковер тяжело плюхается на вершину холма.Ссыпаемся
вниз по склону.Неожиданно из-под земли,словно чертики,
выскакивают трое басмачей—и тут же катятся вниз,схлопо-
128
129
тав по паре пуль.Запоздало грохочет коверная магистволка.
Нора,из которой выскочили басмачи,извергает клуб бело-
го дыма—кто-то швырнул туда фосфорную гранату.
У подножья бывшая огнеточка—позиция «гатлинга».Кто-
то из летунов прицельно засадил по ней заклятьем,скорее
всего «ледовым копьем»,и теперь «гатлинг» покрыт толстым
слоем мясного фарша,в который превратился расчет.
Снова грохочет магистволка,выбивая фонтанчики пыли са-
женях в тридцати впереди.Там выскакивает еще один басмач,
несколько мгновений исполняет под пулями какой-то дикий
танец,затем пули все же настигают его и отшвыривают об-
ратно.
Замечаю за каменным бруствером какое-то зеленое ше-
веление,палю навскидку—в ответ дикие вопли и выстрелы.
Троллебойщики лупят по брустверу бомбочками.Кто-то из
соседей добавляет файербол.Вопли стихают,через ограду пе-
реваливается клубок косматого огня,пробегает пару шагов в
нашу строну,падает и продолжает гореть дальше,тихо по-
трескивая.Странно,но среди всей какофонии боя именно это
потрескивание слышно очень отчетливо.
Десяток саженей вправо—еще одна нора.На этот раз фос-
форка летит туда сразу,не дожидаясь,пока кто-нибудь соиз-
волит выползти.
Сверху грохочет взрыв.Нам на головы валятся два дымя-
щихся трупа...и один живой—бородатый басмач в черном
халате и саблями в обеих руках.Быстрый—прежде,чем мы
успеваем развернуть в его сторону стволы винтовок,он наот-
машь рубит Олега,достает второй саблей Беорна,бросается
вперед,ко мне—чертовский быстрый!—и я уже не успеваю ни
выхватить револьвер,ни даже поднять винтовку,только от-
шатнуться и удар,предназначенный развалить мой череп,за-
девает меня совсем чуть-чуть...я лечу кувырком,вижу,как,
хватаясь за живот,падает на колени Беорн,как Пасечник в
упор разряжает в грудь басмача троллебой—заряд картечный
и то,что валится на глину...а потом мир вокруг меня тем-
130 Всеволод Серов,среда,16 июня
неет.
Темнеет...мне стоило немалых трудов вернуться обратно
в обыденную реальность.
– Вы были участником крестового?—с ноткой,как мне по-
казалось,сочувствия в голосе спросил Зорин.
– Да.
– Некоторым моим друзьям,—объяснил благочинный,—
тоже довелось побывать,как они говорят,«за речкой».Один
из них рассказывал мне про долину Шангри-Ла.Это был опор-
ный пункт еретиков?
– Укрепрайон,—поправил я.—Там это называлось укре-
прайон.
– И,насколько я помню,—продолжал благочинный,—взять
его удалось только один раз.—После чего выжидательно уста-
вился на меня.
– 147-й отдельный егерский полк.—Правая ладонь привыч-
ным коротким жестом взметнулась к виску.
–Ты—егерь?—непритворно удивилась Марина.—Но...я
думала,что в егеря берут только эльфов.
– А также людей,обладающих каким-либо особым
талантом,—поправил благочинный.—Оборотней,например,те-
невиков...
– Воистину так,брат,—кивнул я.
– Там,наверное,было очень страшно,—задумчиво сказала
младшая сестра.—Мы-то здесь практически ничего не знали
об этой войне.Только победные славословия,проповеди по
эфирнику...и слухи.
– Страшно?—переспросил я.—Да нет,не очень.Вначале да,
а потом...человек,знаете ли,не может бояться постоянно.
Первый бой,второй,а потом война превращается в работу,
пусть тяжелую и опасную,но привычную.
– Расскажите нам что-нибудь?—попросила Ари-
на.Странно—я,скорее,ждал подобной просьбы от старшей
сестры.Или надеялся?
Ждал,но все равно оказался не готов к ней.
131
– Ну...—Чтобы скрыть замешательство,я принялся вновь
наполнять опустевшие бокалы.—Так,с ходу,даже и в голову
ничего не приходит.
– Сева,если тебе не хочется это вспоминать...—начала
Марина.
– Нет,все в порядке,—поспешно отозвался я.—Просто я
действительно...ну,вот,например,замечательная история о
том,как мы охраняли джелалабадскую дракошню.
– И как же вы её охраняли?
– Весело,—улыбнулся я своим мыслям.—Когда тамошние
еретики в очередной раз достали всех своими обстрелами,
кто-то из высшего командования схватил карту окрестностей
и натыкал карандашом полсотни точек,где,по его мнению,
необходимо было выставлять посты.На долю нашей роты вы-
пало две такие точки.Одна из них была вершиной голого хол-
ма,не представляющего абсолютно никакого интереса с лю-
бой точки зрения,а вторая,та,что досталась моему взводу,—я
сделал паузу,—пришлась точно на плац местных вояк.Вече-
ром мы приезжали туда,ставили палатки и безмятежно спали
всю ночь под бдительной охраной тамошних часовых.
Марина Валевич,прикрывшись салфеткой,тихонько хи-
хикнула.
– И что,никто не сообщил вашим...командирам,что они
ошиблись?
– Первый закон армии гласит:командир всегда прав!—
процитировал я.—Второй же закон сообщает,что если коман-
дир не прав,следует обратиться к пункту первому.
На этот раз мне удалось добиться улыбки и от Арины.
Валентин Зорин,среда,16 июня
Я нахмурился,но девушка тут же бросила на меня короткий
взгляд искоса и вновь стала—сама серьезность.
– А расскажите еще что-нибудь!—потребовала Марина.
Серов помялся.
– Понимаете...большая часть военных историй...как бы
это выразиться...не к столу.
Он плеснул мне еще вина в бокал,который я незаметно
для себя осушил по новой.
– Ничего-ничего,—подбодрила его Валевич-старшая.—Мы
привычные.
Интересно,с какой стати?
Покуда Серов виртуозно излагал сказ о том,как полковой
некромант минное поле мертвыми басмачами разминировал—
история,которую мне рассказывали в разное время бывший
мой сослуживец Костя Долгаев,Смазлик (тоже,к удивлению
всех его знакомых,побывавший «за речкой» и вернувшийся),
и еще кое-кто из знакомых,причем каждый уверял,что был
этому эпохальному событию свидетелем—я поглядывал то на
одну сестричку Валевич,то на вторую,и лихорадочно раз-
думывал,как мне выпутываться из идиотского положения,в
котором я очутился по их милости.
Больше всего мне хотелось отвести Марину в сторонку
и вытряхнуть из нее все,что она знает о своем соседе Па-
рамонове.Но чем дальше,тем больше складывалось у меня
впечатление,будто сестры нас с Серовым уже давно подели-
ли,и мне досталась как раз Валевич-младшая.У меня бы
и возражений не было—скромная Арина нравилась мне куда
132
133
больше своей развязноватой сестры с извращенным чувством
юмора—но дело,дело,черт!
Хотя,в конце концов—почему я не могу расслабиться?
Приударить за красивой девушкой...сколько лет у меня уже
не бывало красивых девушек?Выпить и закусить,в конце
концов?Нет,не выходит.
Может,это Серов мне не нравится?Я вгляделся в его ли-
цо,стараясь распознать в тусклом освещении малозаметные
приметы,выдающие оборотней тем,кто умеет видеть.Нет...
чист.А жаль—как обходиться с перекидышами,я знаю,а вот
теневики для меня—закрытая книга.
Зато я понял—этот Сева...постоянно наполняющий мой
бокал торговец аквариумными рыбками с опытом убийцы...
мне не нравится.Вот теперь—не нравится.И не потому,что он
теневик,хотя многие их недолюбливают—точно прокаженных,
хотя эта болезнь едва ли заразна.
Воспользовавшись моментом,я принялся якобы незаметно
чертить на салфетке черенком вилки линии.Невидимые,са-
мо собой,но после стольких лет тренировки мне достаточно
сделать первый штрих,а дальше рука идет сама.
На последней черте я прикрыл веки,а когда знак был
завершен—отворил.И мир,конечно,предстал для меня в иных
красках.
Коварная штука это колдовское зрение.Вот,например,
мясо у меня в тарелке отдает такой аурой,что меня чуть
наизнанку не вывернуло.Впрочем,у остальных не лучше.
Неудивительно,что колдуны по большей части переходят
на травоядение.И что черных гораздо больше,чем белых—
тоже неудивительно.Постоянно смотреть на мир двойным
взглядом—тут и ангел волей-неволей станет циником.
Вот,скажем,трое мужчин за соседним столиком.Так
посмотришь—нормальные,солидные господа.И ауры у них
тоже ничего...пастельных,конечно,тонов,блекленькие та-
кие,ну да не всем же горячими да холодными быть,кого-то
и из уст извергнут...только вот следы на этих аурах вид-
134 Валентин Зорин,среда,16 июня
неются оч-чень яркие.Угольно-черные.И свежие—полдня не
прошло.Значит,общалась эта троица сегодня не с кем-нибудь,
а с дьяволом.Не с демоном,не со стихийным духом—занятие,
что и говорить,опасное,но скорей для тела,чем для души—а
с одним из чинов Нисходящей иерархии,да притом из самых
глубоких,ишь,какие полосы пошли.Интересно,чем они его
соблазнили?Не душонками же...хотя,пожалуй,лучше не
знать,чем.Для крепости сна.
А как наша честная компания?Сестры Валевич окутались
смарагдовыми ореолами,только у старшей в него вплетались
густо идущие розово-алые нити.Я невольно покраснел,как
всегда,если мне приходилось узнавать о чудом человеке что-
то не совсем приличное.Возможно,Серову будет приятно
узнать,что с либидо у его новой знакомой все в порядке,
а вот мне было неловко.
Зато сам аквариумист в новом зрении виделся тускло-
серым.И ореола у него не было.Никакого.
Я так же незаметно провел ладонью по салфетке,сминая
ее.Узор нарушился,и колдовское зрение покинуло меня.
– А что же вы не рассказываете ничего?—обратилась ко
мне Валевич-старшая.
Я поспешно отдернул руку от салфетки,словно меня могли
уличить в чем-то постыдном.
– Ну,наши,полицейские байки—тоже не для слабонерв-
ных,но раз уж мы завели беседу на мрачные темы...—
проговорил я,лихорадочно соображая,что бы такое им со-
образить,пока не принесли горячее.
Серов опять долил мне вина.
Интерлюдия
135
Валентин Зорин
Эфирник на стене работал вполсилы,но голос думского перв-
шего все же пробивался сквозь гомон.
– Я,как представитель оркских народов Кавказа,реши-
тельно протестую против участившихся в последнее время
нападок.Унизительное словосочетание «лицо орочьей наци-
ональности»...
– Ну что,лицо орочьей национальности?—осведомился я у
Ахмада.—Колоться будем?
– Агыжаешь,началнык,—осклабился орк.—Что я тэге
сдэлал?
Говорить с Ахмадом было трудно.Помимо общего для ор-
ков дефекта речи—клыки не дают этим...гражданам нор-
мально выговаривать «б» и «п»—он еще чудовищно корежил
русский язык горским акцентом.
– Ты мне очки-то не втирай,Гырзаш,—напомнил я ему.—
Это не меня,Гырзаш,а тебя взяли на горячем.
Еще бы чуть горячее—сам бы сгорел.
Хорошо,когда зеленые парни с Кавказа возят к нам арбу-
зы,виноград,гвоздики и розы.Особенно когда торопишься на
свидание,а месяц декабрь,а подарить нечего...и тут на тво-
ем пути попадается такой представитель оркских народов за
цветочным лотком.Так бы и расцеловал эту бородавчатую ро-
жу.А вот когда та же бородавчатая рожа в охапке роз прячет
лотосы—тут уже коленкор совсем другой.Тут ее не целовать,
тут ее кирпичом обрабатывать хочется.На высоких оборотах.
– Огыжаеш,началнык,—авторитетно заявил Ахмад.
– Обиженный ты наш,—фыркнул я.—Обижать я тебя еще
136
137
не начал,ты мне поверь.Так кто,говоришь,тебе желтые ло-
тосы в гвоздиках прятал?Эльфийские террористы?Армия Ве-
ликой Биармии?
– Ы-ы...—Орк честно попытался подумать.Получилось
не очень.—Ныкто нэ кратал,началнык!Сам закатылся!
Я вздохнул.Мы с Ахмадом оба знали,что желтый лотос
в предгорьях Кавказа не растет.Если где-то на территории
Стройки Рая он и встречался,то в окрестностях Батума,а
те края после развала оказались под рукой великого князя
Давида—длань у князя была неласковая и изрядно длинная,
так что охотников растить под ней капризную кувшинку не
находилось.Весь желтый лотос на территорию России ввози-
ли из Индокитая через Афганистан или Албанистан.
– Это ты,гражданин Гырзаш,будешь рассказывать дев-
кам,которых по аулам трахаешь,—задушевно посоветовал я.—
Наше,самое милостивое благочиние слезам не верит,а уж
байкам про лотосы на горных лугах...Так что,будем при-
знание писать,или клыки чистить?
– Ай,началнык,огыжаеш старый Гырзаш!—Орк демон-
стративно схватился за голову.—Клыкы чыстый!Глэстыть
вэсь!
Еще бы не блестеть—нижний левый из оружейной стали
сделан.Как он только себе губу не пропорет?
– Ты не понял,Гырзаш,—объяснил я ему.—Это не ты себе,
это лейтенант Бабичев тебе клыки будет чистить.
Бабичева со спины часто принимают за тролля.Да и с
лица иногда тоже.
Гражданин Гырзаш,очевидно,вспомнил,во сколько ему
обошелся броневой клык,и попытался перемножить сумму на
количество своих зубов—а те у него росли хоть и негусто,зато
в два ряда,как положено порядочному орку.Выходило,оче-
видно,нечто астрономическое,потому что неугомонный южа-
нин притих.Отчетливо слышалось,как извилины в его непо-
датливом маломощном мозгу перестраивались на новый лад.
– Началнык,—проникновенным голосом выговорил орк,
138 Валентин Зорин
когда я уже совсем решился подмигнуть Бабичеву,чтобы
тот взял подозреваемого за шиворот и подержал немного.—
Вэришь-нэ вэришь—галрог попутал!
– Мы люди простые,богобоязненные,раешные,—
благодушно промолвил я,уже зная,чем закончится наша
беседа.—Мы в балрогов не верим.
– Вай-вай!—очень натурально завыл орк.Я понимал
его отчаяние—вместо изрядной суммы ему светил крупный
срок,скостить который он сможет только—страшно сказать!—
сотрудничеством со следствием.—Если Агдулла Грых нэ
галрог,так точно галрогов сын!Уговорыл!
– Так и запишем,—удовлетворенно потер я руки.
– Скажы,архангэл,—взмолился Гырзаш,когда его выводи-
ли из будочки,где на время рейда по Черемушкинскому база-
ру разместился почти весь личный состав отдела.—Как лотус
нашол?
– Очень просто я его нашел,—ухмыльнулся я,доставая
из-за пазухи корявую железку на серебряной цепочке.Желез-
ку окружало бледное голубоватое свечение.—Талисман у меня
есть.Видишь—светится!
– Ы-ы!—взвыл Гырзаш.—Выйду турма—рэзат Грыха гуду!
Крычал—столычный глагочыный тукой,не найдет!
Он все еще орал и матерился,пока его запихивали в «во-
ронок».
Все же удивительно,до чего суеверный народ эти горцы.
Да будь у нас такие детекторы наркотиков—разве стали бы
мы торгашей по рынкам шмонать?
На самом деле лотос унюхал Лисохвостов.Он,конечно,
не совсем собака,но служебная лиса—тоже очень неплохо.
А железку мне подарил старый друг,бывший «афганец» Ко-
стя Долгаев,и представляла она собой кусок танковой брони
производства Пермского завода.Эльфийское оружие,как из-
вестно,при приближении орков светится.
Всеволод Серов
Три часа—это все ж полегче,чем полдень.Все,что могло
раскалится,уже давно раскалилось,зато и тень кое-какая
начала образовываться.И если положение позволяет—а оно
позволяет!—то можно в это самую тень заковыряться и от-
туда,с ленцой,позевывая,наблюдать как Центурион гоняет
по плацу молодняк.Молодняк уже обалдел совершенно,фор-
ма вся в пыли и потеках.Наверняка не рубит и половины из
того,что орет им прапор.
Делать не фига не хочется совершенно.Все мысли—те,
которые остались—словно жирные мухи роятся над столовкой.
Там есть хоть чего-нибудь прохладное.Но туда пока нельзя.
Можно напиться простой воды из крана,но,во-первых,бочка
на солнце и давно уже прокалилась насквозь,так что вода в
ней даже и не теплая—в ней яйца можно варить,вкрутую.А
во-вторых,кран находится с другой стороны казармы.Куда-то
подниматься,тащиться—да ну его к орку!
– А морякам нашим,—неожиданно заявляет Ладога,—в
тропиках красное вино выдают.
– А ты почем знаешь?—лениво интересуется Колобок.
– Брат у меня там служил,—охотно отзывается Ладога.—
На Северном,в бригаде подплава.
– Ну ты загнул.Скажешь,он у тебя гном?
То,что на субмаринах,тем более на таких,что ходят в
дальние походы,экипажи комплектуются из гномов,должно
быть известно даже такому лесному ежику,как Ладога.Ариф-
метика элементарная—меньше объемы жилых отсеков,боль-
ше места для всего остального.Да и вообще—кому,как не
139
140 Всеволод Серов
гномам,плавать на этих железных рыбинах,битком набитых
всякой механикой.Изобрели вы,ребята,на свои бороды,хре-
новину для исследования затопленных подземелий,вот и флаг
вам в руки!
– Так я ж не говорил,что он на самих субмаринах!—
обижается Ладога.—Он на фрегате обеспечения по мачтам
скакал.А фрегат—в составе 5-й эскадры.Всю средиземную
лужу,считай,облазил—Крит с Кипром,Каир,Марокко...в
Ла-Валетте у рыцарей бывали.
– Живут же,блин,люди,—вздыхает кто-то.
– Ну и вот,—продолжает Ладога.—В тропиках им кажный
день вино выдавали—красное полусухое,пополам с водой.
Почему-то именно эта деталь меня убеждает.Вряд ли
сам Ладога способен отличить полусухое вино от полуслад-
кого.В его родной деревне всех гастрономических изысков—
«монополька» да местный первач.
– Живут же люди.—Теперь я вижу,что это произносит
Тиман.—Мало того,что их по всяким заграницам на халяву
катают,так еще и вином накачивают,за казенный-то кошт.
– Тебя вон,блин,тоже в заграницу за казенные деньги
довезли.—Курешан сплевывает на стену свою всегдашнюю бу-
рую жвачку и продолжает.—Тоже блин,турпоездочка.Восток,
понимаешь,экзотика.Дело тонкое.И чем тебе,спрашивает-
ся,Кабул хуже Каира?А что пирамид тут нетути,так заместо
них горы присобачены.Хочешь,попроси—специально для тебя
экскурсию организують.
Курешан ржет,а меня от этого ржанья передергивает.Я
все еще не могу забыть тот,месячной давности рейд на пла-
то.Ползущие внизу по склону облака,холод,слепящий снег,
вьюга,нещадно бьющая в лицо,стрелы из-под карниза и ка-
тящиеся вниз фигурки.И немигающий взгляд желтых глаз.
– Слышь,Анчарский!—просит Костяной.—Расскажи еще
раз,как ты первый раз в егеря загремел.
– Я ведь тебе уже рассказывал.
– Так то мне,а молодняк-то еще не слышал,—улыбается
141
Костяной.—Им это знаешь,какой наукой будет!Да и я не
прочь по новой послушать.Дела давно минувших дней,пре-
данья старины глубокой.Это ведь при Катьке Второй было,
так?
– Последние годы правления императрицы Екатерины Вто-
рой,позднее нареченной Великой,—соглашается Анчарский.—
Собственно...
Только эльф,даже такой ассимилировавшийся,может в
сорокапятиградусную жару выговорить «собственно».
– Ш!—Поднимает ладонь Аоэллин.—Смотрим.
Около штабного крыльца с гулким хлопком сваливает-
ся с небес «хитачи» капитана Глума—потертый трофейный
коврик,управляемый старым,опытным камикадзе.Насто-
ящим,из числа тех,кого япошки загоняли в взрываю-
щиеся ступы.Некоторых умудрились ловить по нескольку
раз,например этого—он себя называет Мацуси-хрен-дальше-
разберешь—ловили трижды во время войны и ухитрились-
таки изловить еще раз после.Хитрющий народ эти самураи.
– Ух ты,а это кто несется резво,пыль вздымая?—
приподнялся на локте Тиман.—Неужто сам Вадимыч?
– Сам Николай свет-Вадимыч пожаловал?—приподнимает
бровь Шар.—Надо же,такие эльфы,и без конвоя.
Мы прячем улыбки.Наш полковой некромант недавно от-
личился совершенно обаятельным образом.По наводке мест-
ного информатора он и два сержанта-эльфа отправились ло-
вить шамана Валяй-Оглы,очень нас всех достающего.Шама-
на они,правда,не поймали,зато совершенно случайно забили
на горной тропе нехилый караван.Трофеев накидалась куча,
а связи,как всегда не было.
Вроде бы добро надо бросать,потому как понятно,что два
эльфа на себе много не уволокут,а Вадимычу свой инвентарь
бы допереть,но некроманта заела жаба.Он соорудил полевую
пентаграмму,убил всю ночь,но к утру поднял нескольких,
наиболее сохранившихся басмачей.И возвратился назад,ведя
за собой череду сгорбившихся от навьюченных грузов зомби.
142 Всеволод Серов
– Эй!—окликнул сержант Гимли пробегавшего мимо парня
из третьей роты.—Чего стряслось-то?
– Рейдовики монстра завалили!
– Типа свежак?
Убегавший махнул рукой,что,в общем-то,могло означать
все,что угодно,и понесся дальше.
– Ну-ну,—задумчиво протянул Анчарский.—А не пойти ли
и нам,господа,поглядеть на сие диво?
Поглядеть на нового монстра,конечно,стоит.Заодно и по-
слушать тех,кто сумел его завалить.Конечно,потом будет и
вскрытие и тэ дэ и тэ пэ,но пока Москва спустит инструк-
цию...
Хуже всего,если это подарочек из-за Большого Бугра.
Чуть полегче,если выяснится,что сие продукт жизнедеятель-
ности местных шаманов.Ну а лучше всего,если выяснится,
что это стихийное порождение,очередная жертва побочных
эффектов.Как-никак война идет седьмой год,и местность,
даже в пустыне,загажена преизрядно.
Грузовой ковер появляется минут пять спустя.Он идет низ-
ко,над самой землей,и приходится щуриться,чтобы разгля-
деть его на фоне барханов.Приподнимается,чтобы перевалить
через ограду базы и шипением приземляется на плацу.
– А ну,разойдись!Разойдись!
Толпа—ну и нехило же у нас бездельников!—неохотно раз-
двигается,давая проход высокому начальству.
– Ну,чего стоим!На раз-два—взяли!Потащили.
Закутанную в брезент тушу стягивают с ковра и развора-
чивают.
– Ё-ох!—восхищенно выдыхает кто-то.
Монстр велик.В нем не меньше четырех локтей,если счи-
тать от широких,обильно оснащенных длинными когтями лап
до кончиков остроконечных ушей.А если с крыльями,то и
все шесть.
– Явно не местная птичка.
– Изделие французское либо итальянское.—Анчарский
143
говорит медленно,словно бы растягивая слова.—Скорее
французское—любят галлы с каменными горгульями возить-
ся.Взят,судя по ране,«ледяным кулаком».
Ну да,монстры на каменной или,по-ученому,кремневой
основе малочувствительны к огню и пулям,а вот с холодом у
них отношения неважные—заморозка делает камень хрупким.
Я проталкиваюсь поближе к ковру.
– Потери есть?—осведомляется начштаба.
– Лехе-третьему руку оторвало.—Командир дозора кивает
на тушу.—Чисто так—чик,и нету.Хорошо хоть,сожрать не
успело.Ну,мы рану сразу геликом зажали...Лекари сказали,
что обратно присобачить сумеют.
– Хорошо,коли так.
Глава 3,или О вреде невежества
144
Всеволод Серов,среда,16 июня
– Кажется,—Марина неуверенно оглянулась на эстраду.—
Скоро начнется выступление.
– Ну и что?—спросил я.—Ты-то ведь сегодня не выступа-
ешь.
– Да,но...—чуть замялась она,—понимаешь,я бы не хо-
тела...ребята будут работать,а я тут,в зале,веселюсь.
– Не вопрос.—Я поднял руку,пытаясь привлечь внимание
официанта.—Эй,человек.Счет,пжалста.
– Я надеюсь,—вполголоса сказал Зорин младшей сестре,
помогая ей подняться,—вы позволите мне вас проводить.Вре-
мя,конечно,не столь позднее,но...
Фраза не предназначалась для моих ушей,но я ее услы-
шал.И возмутился.
– То есть как это «проводить»?Не-ет,так дело не пойдет.
Я требую продолжения банкета!
– А что,у вас,—Зорин уставился,точнее,попытался хо-
лодно уставиться на меня.Получилось у него неважно,я не
зря весь вечер бдительно следил за его бокалом,—имеются
конкретные предложения?
– Н-ну.—Пробормотал я.В голове вертелось столько сакра-
ментальное «Извозчик,к Яру».«А где-то там к Яру проносятся
тройки...»
– Можем поехать кататься.По ночной Москве...реке...
на этом...«Майском жуке»...то есть «Майском цветке»!
– Ой,—радостно воскликнула Марина,—я слышала про
это.Кораблик,который плавает без помощи магии,да?—
Кажется,она хотела захлопать в ладоши,но в последний мо-
145
146 Всеволод Серов,среда,16 июня
мент устыдилась столь детского порыва.—Давайте,поедем,ну
пожалуйста,—обратилась она к нашим спутникам—когда еще
получиться так выбраться,всем вместе,—«ого»,подумал я,—
раз уж Сева приглашает.
И платит за всех,закончил я,мысленно пытаясь устроить
содержимому своего кошелька ревизию.По идее,должно было
хватить,впрочем,сейчас принесут счет и я смогу убедиться в
этом.В крайнем случае,придется делать крюк ко мне домой,
за заначкой.
Валентин Зорин,среда,16 июня
Ковер в шашечку мчался едва ли не над самой водой,низко-
низко,так что отражения городских огней сливались в рябя-
щие полосы,оранжевые и голубые на смоляно-черном,точно
ленты в косе хохлушки.Все ароматы перебивал илистый за-
пах реки.Незаметно от спутниц я вцепился в болтающийся
ремень безопасности—никто,конечно,не пристегивался,это
недостойно гусар,как заявил гордый собой Серов...Вообще-
то я заметил,что он ведет себя гораздо более разухабисто,чем
можно было объяснить количеством выпитого.Зато я за один
вечер ухитрился влить в себя больше алкоголя,чем обычно
позволяю себе за месяц—с подачи,сколько мне помнилось,
брата аквариумиста,доливавшего мой бокал,стоило уровню
жидкости в нем опуститься хоть на палец.
«Мэйфлауэр» появился перед нами неожиданно.Палубная
надстройка,конечно,маячила впереди еще пару минут до то-
го,но я,например,попросту решил,что это какой-то пави-
льон на берегу.А потом мы совершили крутой вираж,резко
забирая вверх у бывших Свято-Владимирских,а ныне вновь
Воробьевых гор,и,уходя чуть ли не в пике,увидали перед
собою...
– Матерь божия!—выдохнула какая-то из сестер Валевич—
изумленный открывшимся мне зрелищем,я не обернулся по-
смотреть,которая.
Нет,я знал,конечно,как выглядят пароходы.Был в ис-
тории момент,когда они составляли конкуренцию магическим
кораблям—баржам на буксире у левиафанов,бурелетам и про-
чим разновидностям вплоть до джинноходных чароносцев Сев-
147
148 Валентин Зорин,среда,16 июня
морфлота.Но в памяти моей они отпечатались именно как
мелкие пестренькие картинки в учебнике истории,паровые
корабли давно вышли из употребления даже у гномов,извест-
ных нездоровой любовью к механическим игрушкам,и я не
ожидал,что открывшееся нам зрелище окажется настолько...
внушительным.
Могучая туша «Мэйфлауэра» рассекала речные воды,точ-
но заплывший нечаянно по каналу Пяти морей кит.Злодейски
поблескивали лопасти медленно ворочающихся колес,роняя с
высоты пенистые струи.От носа до кормы корабль был уве-
шан гирляндами огней—зеленых лесовых,желтоватых болот-
ных,серебристых могильных,радужных фейных,—и такими
же огоньками испещрены были зонты,накрывавшие от взгля-
дов пролетных расставленные вдоль поручней столики.Впе-
чатление немного портила только низенькая толстая труба,
извергавшая клубы серого дыма;ветер относил их в сторону
Греко-славянской академии.
Таксист сделал круг над кораблем,позволяя девушкам вдо-
воль навизжаться от восторга—видно,почуял поживу,решил,
что двое солидного вида мужчин не поскупятся.Откуда ж
ему знать,что мои,к счастью,не пощипанные ужином фи-
нансы были извлечены не далее,как сегодня утром,из пред-
последней заначки,и подкреплены одолженной у Смазлика
сотней баксов,которую,между прочим,еще и отдавать при-
дется когда-то?
На очередном кругу мне померещилось,что где-то в отда-
лении,на юго-западе,мелькают языки пламени,отражаясь в
небе,и без того исчерченном городскими огнями.Я попытался
присмотреться,но в этот момент ковер,как назло,завалился
на бок,и я чуть не слетел с него,постыдно ухватившись за
ремень безопасности.
– Держитесь,—посоветовал Серов беззлобно.Я молча
кивнул.—А то палуба железная.
Я присмотрелся.Действительно,на бортах виднелись ряды
заклепок.
149
– Как же он плавает?—невольно вырвалось у меня.
– Как любое судно,—пожал плечами аквариумист.—Они
потому и протянули так долго,паровики-то—в текучей воде,
на холодном железе не всякое заклятье продержится больше
пяти минут.
Я поежился.На мой вкус это была слишком сложная тех-
ника.А я предпочитаю доброе старое волшебство.
Правда,из всех изобретенных человечеством чар мне сей-
час более всего пригодились бы протрезвляющие.За отсут-
ствием таковых я украдкой вытащил из внутреннего кармана
на мундире леденец от кашля и сунул в рот,пытаясь перебить
исходящие из недр желудка винные пары.Серов покосился на
меня и чихнул.Потом чихнул еще раз.
– Брат Зорин!—не выдержал он минуту спустя.—Христом-
богом молю,выплюньте эту...эту мерзость!
Его едва не трясло.
– А что случилось?—удивился я.
Аквариумист снова чихнул,пытаясь откусывать чистый
воздух из-за края ковра.
– У меня,—объяснил
он,ожесточенно потирая переносицу,—аллергия на эвкалип-
товое масло.Страшная.
Я поспешно отправил леденец за борт,запоздало ужас-
нувшись,что попаду по темени кому-нибудь из сидящих на
палубе.Но,судя по отсутствию воплей,обошлось.Хорошо,
что коровы не летают...
Черно-белый ковер по-лихачески затормозил у самых пе-
рил (или поручней?Бог знает,как их называют моряки).Во-
дитель через плечо поклонился дамам и протянул руку.Серов
полез в карман,а я,пользуясь случаем,спрыгнул на палубу
и подал руки дамам—одной правую,а второй—левую.Не по
правилам,зато никому не обидно.
Всеволод Серов,среда,16 июня
– Предлагаю расположиться на верхней палубе,—сказал я.—
Не знаю,как вам,а мне эти клубы,вырывающие из салона,
равно как и доносящиеся оттуда звуки...доверия не внуша-
ют.
– С-с удовольствием.—Марина шагнула вперед и тут же
качнулась куда-то в сторону.Я поймал её почти у самых реек,
долженствующих изображать из себя ограждение,схватил за
талию,притянул обратно...
– Ох,—она умудрилась извернуться и теперь стояла лицом
ко мне.—Кажется...я немножко пьяна.Это ведь,—Её руки
скользнули по моей груди и обвились вокруг шеи,—не страш-
но,правда?
– Конечно нет,—отозвался я,прикидывая,хватит ли моего
равновесия на смертельный номер—подъем по трапу с девуш-
кой на руках.—Совсем-совсем не страшно.
– А я,—прошептала девушка,—тебе верю.
– Пойдем,—попросил я.—Нас...уже ждут.
К моему удивлению,под навесом на верхней палубе то-
же располагался небольшой оркестрик.Трое молодых парней
с гитарами,одетые в костюмы,которые я,после недолгого
раздумья классифицировал как псевдо-испанские.Что ж,учи-
тывая разухабистые трели балалайки,доносящиеся снизу,это
была весьма приятная нежданность.
– А мы уже сделали заказ,—сообщила Арина,когда мы
подошли к столику.—Не возражаете?
– Отнюдь.—Я взялся за спинку стула,осторожно покосил-
ся вправо—мне досталось место у самого борта и рядом мед-
150
151
ленно проплывали лопасти колеса,с гулким плеском ударяясь
о расцвеченную тысячами огней воду.
– Интересно?—неожиданно сказала Марина.—Это настоя-
щие испанцы?
– А что?
– Было бы...здорово,—мечтательно сообщила девушка.—
Я...люблю танцевать под их музыку.
– Не вопрос,—отозвался я,в очередной раз за вечер на-
шаривая в кармане изрядно похудевший кошелек.—Желание
дамы—для кавалера закон.
Похоже,я тоже недооценил степень собственного опьяне-
ния,потому что вопрос:«Ребята,вы русский понимаете?»,
хоть и был,на мой взгляд,достаточно логичным,но задан
был слегка заплетающимся голосом.
– Wir verstehen deutsch nicht,—отозвался один из них,вы-
сокий парень с длинными,забранными в «конский хвост» во-
лосами.На правой стороне его костюма поблескивала выши-
тая серебром надпись «Эль Мариаче».—Et n’est pas compris en
franзais aussi.Да и в своем родном испанском не очень.Зато
вот с русским—никаких проблем.Чего надо-то,кореш?
– А сыграйте-ка,парни,—Я многозначительно звякнул
столбиком талеров,—что-нибудь этакое...ну,как у вас обыч-
но просят?Чтобы душа развернулась и обратно свернулась.
– Угу,в трубочку,—хмыкнул «испанец».—Ты с девушкой
танцевать хочешь,так?—Он как-то хитро сжал гриф и одним
движением выдал замысловатый аккорд.—Сделаем.Для кра-
сивой пары и играть приятно.
Я даже не успел вернуться к столику—за моей спиной,за-
звенел,казалось,сам воздух,и гитарные переливы потянулись
над черной водой.
– Вы позволите пригласить Вас?
В ее глазах плясали бешеные чертики.
– С удовольствием.
Марина словно преобразилась после этих слов.Вместо вя-
ловатой расхлябанности подпития в ее движениях появилась
152 Всеволод Серов,среда,16 июня
четкая,хищная резкость и,глядя как она идет на площад-
ку перед эстрадой я вдруг с кристальной четкостью осознал,
что она умеет танцевать латиноамериканские танцы,и умеет
хорошо.В отличие от меня,грешного.
– Не боишься?
– Я?С чего бы?
– Тогда держись!
Валентин Зорин,четверг,17 июня
Остаток ночи запомнился мне плохо.
Мы летали над Москвой,и внизу проплывали томящим
душу хороводом ночные огни—двойные черты улиц,пестрые
пламена зазывной иллюминации,сигнальные фонарики ми-
риад ковров,горящие негасимым светом купола церквей.В
небе сияла почти полная луна,но ее серебряные лучи теря-
лись в многокрасочном полыханьи темного города,и только
душа моя тянулась к ночному светилу,и выла в тоске;мир
расплывался,истаивая чудесной сказкой,и лишь запахи би-
ли в нос,точно тролли—коверная пыль,от которой воздух в
столице уже давно похож на мутную взвесь,и тысячи кол-
довских трав.Мимо промчалась стая ведьмаков на метлах с
черными лакированными рукоятками;развевались на встреч-
ном ветру черно-зеленые шарфы,точно змеи.Один ведьмак,
пролетая мимо,дернул за хвост своего знакомца-кота,и тот
испустил оглушительный мяв—видно,пытался напугать про-
летных,но добился только обратного эффекта.«Не дозволю
котика тиранить!»,кричал,кажется,Серов,и порывался на-
бить обидчику морду,а сестры Валевич хором принялись его
успокаивать,оставив меня за рулем.Потом афганец обмяк и
едва не расплакался,бормоча себе под нос:«Понабежали,сво-
лочи...м-мальчики с хогвартскими дипломами...растащили
страну...»
Потом в моих воспоминаниях образовался провал,потому
что я совершенно не помню,каким образом мне удалось за-
тащить всю компанию на смотровую площадку Останкинской
звонницы,а главное—как нас туда вообще пустили в три ча-
153
154 Валентин Зорин,четверг,17 июня
са ночи.Судя по всему,моими стараниями,потому что на
подъемнике Серов благодарил меня вполголоса,но что я тако-
го мог наговорить крестоносцам-охранникам—ума не дам.С
высоты город был виден—избитое выражение,зато правда—
как на ладони.Далеко внизу поблескивала обсидианом башня
Московского союза черных магов,построенная явно в пику
высочайшей во всей Союзной Стройке колокольне,но до ее
габаритов явно не дотягивавшая—верхушка ее,с площадкой
для шабашей,едва доставала до вершин титанических контр-
форсов,поддерживавших белоснежное тулово.
Серов с Валевич-старшей отошли на другую сторону пло-
щадки,а мы с Ариной остались наедине.
– Какой огромный город,—прошептала девушка,глядя
вниз.
Я глядел больше не вниз—чего я не видел в Москве?—
а вверх.Небо было чистое,мерцали звезды,которые трудно
бывает разглядеть снизу,когда фонари слепят глаза,и только
Луна перекошенным колобком катилась к западу,в сторону
Бородинского парка.
– Большой,—согласился я,чтобы поддержать беседу.Мне
почему-то страшно неловко было беседовать с этой неразго-
ворчивой красавицей с огромными глазами.—Осемь мильонов
душ своих,и полстолько приезжих...ну и плюс те,у кого
души нет,но они в статистику не входят.
– Какую статистику?—не поняла Арина.
– Преступности,—вздохнул я.—Нежить и нечисть в нее не
попадают.
– Вы всегда думаете о работе?—поинтересовалась девушка.
– Нет,—я покачал головой.—Только когда не сплю.Я ведь
и встречу эту с вами затеял,чтобы поговорить...об убийстве
Парамонова.
– С Мариной,—педантично поправила меня девица Вале-
вич.
Я открыл было рот,и запнулся.
– Погодите,—пробормотал я,—ничего не понимаю...
155
– Сегодня утром вы говорили с Мариной,—повторила де-
вушка терпеливо.—Это она назначила вам встречу.
Я непроизвольно обернулся—наши спутники скрылись за
решетчатым коробом подъемника.и я подозревал,что отнюдь
не случайно.
– Но...
– Она решила,—по Аринушкиному лицу промелькнула
улыбка,—что мне нужна компания.За компанию.
– Щедрая какая женщина.—Наверное,я и правда слишком
много выпил,иначе точно не ляпнул бы этакой бестактности.
К моему удивлению,Арина не обиделась.
– О,она у меня такая,—отмахнулась девушка небрежно,
из чего я заключил,что это скорей она опекала сестру,чем
наоборот.
– Только я все равно не понимаю,—признался я.—Кто из
вас был дома в час убийства?
– Я,—обронила Арина.—Но я вряд ли смогу вам помочь.Я
выглянула из двери на шум...
Ого!Отважная мне попалась свидетельница.Не всякий
бугай в наши неспокойные времена наберется храбрости по-
дойти к дверному глазку,даже если на лестнице заорут «На
помощь!».
–...Он проскочил мимо меня,задел плечом и
оттолкнул,—продолжала девушка,—но я не видела его лица—
на нем была маска,смешная такая,детская—тигр полоса-
тый...А со спины—ничего примечательного—куртка кожа-
ная,легкая такая,брюки темные...
– Мы потом нашли эту маску,—мрачно заметил я.—В му-
сорнике у дома.
– А на ней были следы ауры?—жадно спросила Арина
вдруг.—В детективах убийца всегда оставляет следы ауры.
– У него нет ауры,—объяснил я.—Он теневик.Иначе все
было бы куда как проще.
– А-а...—Девушка понурилась.
156 Валентин Зорин,четверг,17 июня
– Вам очень повезло,что вы еще живы,—добавил я неиз-
вестно зачем.—Он мог убить вас.Как того охранника.
– Зачем?—недоуменно переспросила она.
– Чтобы не оставлять свидетелей,—объяснил я чуть снис-
ходительно.
– Но я-то не видела его лица!—возмутилась Арина.
– Охранник тоже,—отозвался я.—Понимаете,он-то следов
не оставляет,но вот на нем чужая аура держится очень долго.
Вы сами сказали—он оттолкнул вас.Коснулся.На нем горят
ваши следы,и если бы мы вышли на него...это неопровер-
жимая улика.
– Да я-то тут при чем?—Девушка все еще не понимала.
Я вздохнул.
– Сохраняется аура живых,—объяснил я мягко.—
Понимаете?
– Ох-х-х...—выдавила она.
Я машинально начертал ногтем на перилах знак второго
зрения,и тело девушки враз окуталось радужной пеленой,в
которой преобладали глубокие изумрудные и травянистые то-
на,по временам скатывавшиеся в синеву.Покосился в сторо-
ну шахты подъемника—к моему изумлению,просвечивавшая
сквозь решетку аура старшей сестры теперь отливала теми
же цветами,разве что чуть светлее.Серов казался бледной
тенью,и только руки его переливались обрывками заемного
сияния,лишь немногим более яркими,чем захватанные тыся-
чами ладоней перила.
На груди Арины темнели пятна—отпечаток пальцев Неви-
димки.Разорванная аура уже начинала затягивать рану.Где-
то сейчас гуляют эти неповторимые клочки смарагдового све-
чения?
– И
все-таки,—попытался я развеять мрачное настроение,—какой
он был?Высокий,не очень?Как сложен?
– Роста...да вашего примерно.—Девушка нахмурилась.—
И сложения...самого обычного,ну вот как вы,как Сева этот
157
Маринкин...
Я и сам обратил внимания,что мы с кавалером Валевич-
старшей относимся к одному типу мужчин.Может,этим я
и обязан приглашением в «Ательстан»?Сходство близнецов
порой приобретает самые неожиданные формы.
– Из-под маски только шапочка видна была...черненькая,
вроде чулка.
Ну-ну.Простыми методами маскировки Невидимка,как
мы удостоверились,не пренебрегает.По-видимому,совершив
один прокол,на этом он и остановился.
– Понятно,—обреченно вздохнул я.—Спасибо.
Арина вдруг поежилась зябко.
– Холодно,—пожаловалась она.
В других обстоятельствах я счел бы это за приглашение
обнять ее за плечи и вообще согреть своим телом,но разгово-
ры об убийстве как-то не располагали к легкому флирту.
– Возьмите мой кафтан,—предложил я.
– А сами как же?—неубедительно отмахнулась девушка.
– Берите-берите.—Я набросил тяжелый кафтан ей на
плечи.—Я стойкий.
Не объяснять же,в самом деле.что за крови во мне по-
намешаны.Я еще в школьные годы выучился не распростра-
няться знакомым девушкам о своем происхождении.
– Ой!—Арина взмахнула ресницами.—А где Маринка и Се-
ва?
Я оглянулся.Вот притча!Стоило глаз отвести,а их уже
нет.
– Надо полагать,они решили продолжить праздник
вдвоем,—улыбнулся я чуть завистливо.
– Тогда...мне,наверное,пора домой,—чуть слышно
вздохнула девушка.—Кому-то ведь завтра выступать.
Ага.Только не завтра,а уже давно сегодня—вон,рассвет
занимается.А мне,кстати,на работу.Это капиталист Серов
может свалить дела на продавцов—их у него аж двое.
158 Валентин Зорин,четверг,17 июня
– Я провожу вас.—Само собой,не отправлять же девушку
одну в четыре часа утра!
Почти всю дорогу мы молчали.Только когда я помог Арине
подняться на третий этаж,подождал,пока она,шепча под
нос что-то совсем неженственное,не справится с заедающим
замком,и пришла пора прощаться,она заговорила:
– Простите,что не смогла вам помочь.То,что сделал этот
тип...просто ужасно.
– Вы мне очень помогли,—убежденно проговорил я.—
Очень.
Девушка недоверчиво покачала головой.
И тогда я решился.
– Вы позволите...заглянуть к вам еще?—выдавил я сквозь
перехваченное горло.
– Конечно!—шепнула Арина,коротко и жарко улыбнув-
шись,и вдруг неловко чмокнула в щеку.
Я глупо ухмыльнулся захлопнувшейся перед моим носом
двери и двинулся вниз.
На последней ступеньке лестницы я приостановился,пыта-
ясь разглядеть в сочащейся сквозь узкие окошки рассветной
мгле незамытые пятна крови,оставленные раненым насмерть
телохранителем Парамонова.Наверное,для второго зрения
они сияли бы не хуже прожекторов,если только бедняга не
преставился в Склифе за ночь.И тут меня словно обухом по
темени ударило.
Мы могли бы опознать Невидимку по следам Аринушки-
ной ауры.Могли бы.Невидимка—мужчина чуть выше сред-
него роста,обычного сложения...похожий на меня...или
теневика Серова...
На Серова,который так удачно познакомился с Мариной
Валевич в день убийства.А сегодня мило державшего ее под
ручку.Он заляпан ее аурой по уши.
И мне вдруг показалось,что это не совпадение.
Потом я решительно потряс головой,отгоняя нелепое на-
важдение.Ну какой из Серова,правда,киллер?Парень он,
159
конечно,крепкий,и боевой опыт у него,судя по афганским
байкам,немалый,но нет в нем той безжалостности,того ле-
денящего душу безразличия к чужой жизни,что отличает
профессиональных наемных убийц.Да и своим нелепым до
забавности занятием—аквариумными рыбками—он,кажется,
искренне увлечен...хотя это как раз не показатель.Брали
мы,помню,одного некроманта,совсем двинувшегося крышей
на почве смертной магии—восемь человек под атейм пустил,
гнида—так у него вся квартира была аквариумами заставлена.
И ведь не пираний каких-нибудь разводил,а обычных вуа-
лехвостов.Уже в камере,закованный в холодное железо,все
беспокоился о ценных экземплярах.
И все-таки с ходу пустить Серова в оперативную разработ-
ку я не был готов.То ли понадеялся на чутье аринушкиной
сестрицы,то ли на собственное...Короче говоря,покуда я та-
щился до ближайшего портала,идея благополучно вылетела у
меня из головы.
А потом и вовсе стало не до того.Поглядывая то на ча-
сы,то на стремительно наливающийся синевой небосвод,я
пришел к выводу,что возвращаться домой в Подольск—глупо.
Проще пересидеть оставшееся до начала рабочего дня время
за столом.Заодно и подразгрести накопившиеся завалы нена-
писанных отчетов,неподписанных сводок и прочего,раз уж
все равно после бурной ночи на более интеллектуальную де-
ятельность я все равно не способен.Туда я и направил свои
стопы.
Слабый запах паленого ударил по моим ноздрям,еще ко-
гда я выходил из портала,но в тот момент я решил,что это
опять что-нибудь подожгла ночная смена на соседнем заводи-
ке.За три года работы в райотделе я так и не удосужился
выяснить,что же производит эта контора,но на моей памяти
пожарные ковры подлетали туда не реже раза в квартал,и вся
округа,по-моему,втайне ожидала,что когда-нибудь заводчане
доиграются.Получилось,однако,по-другому.Выпрыгнув из
троллейбуса—от нашего портала идти было не так и далеко,
160 Валентин Зорин,четверг,17 июня
но я по старой курсантской привычке берег ноги—я завернул
за угол...и остановился,как вкопанный.
Теперь мне стало понятно происхождение преследовавшего
мое чувствительное обоняние запаха гари.На месте районного
благочиния громоздились черные руины.
Стены от жара растрескались,балки прогорели,и здание
сложилось внутрь себя,образовав неаккуратную кучу про-
копченого кирпича,из которой сломанными костями торчали
обугленные бревна.
Не сводя глаз с жуткого зрелища—будто стоило мне отве-
сти взгляд,как пожарище пропадет,а я останусь дурак ду-
раком со своими галлюцинациями—я пересек улицу и остано-
вился у желтой ленты чарного ограждения.Меня трясло.
Судя по всему,пожар случился недавно—в воздухе еще
припахивало тиной,значит,на тушение вызывали русал.Из-
рядно полыхало,должно быть.Не этого ли пламени отблески
я видел,раскатывая над ночной Москвой вместе с милой де-
вицей Валевич?
– Валя,а,Валь!
От неожиданности я едва не подпрыгнул.По другую сторо-
ну черты маячил призрак дядя Коля.Проявляться при дневном
свете ему было тяжело,особенно теперь,когда его обиталище
разрушено—призрак выглядел больным и прозрачным,поми-
нутно истаивая вовсе.Потом дядя Коля собирался с силами,
манифестировался как положено,и снова начинал расточать-
ся.
– Дядя Коля!—Сказать,что я обрадовался,мало.За время
службы я изрядно привязался к старому участковому,а во
время пожара тот мог просто рассеяться.
– Эх,Валь,ты вишь...—Дядю Колю душили невидимые
слезы.—Вишь,что творится-то,а?..
– Что случилось,дядя Коля?
Призрак махнул еле видимой рукой.
– Погорели мы—не видишь,Валь?За полночь как
полыхнет—ой,что было!Я пожарных вызывать,спросонья
161
номер набрать не могу—пальцы сквозь кнопки проходят.А
потом уж не до пожарных было.Трое наших,вишь,так и
остались.Угорели.Даже костей не найти,не похоронить по-
христиански.
– Кто?
Я с трепетом ждал ответа.
– Да тезка мой,Коля Ястребов,—вздохнул призрак.—
Дежурный он был ночью.Еще Петя Ганич,да ты его не пом-
нишь,коверный он,задремать лег в шоферке:не разбудили.И
архивист наш,ну,со смешной фамилией такой,мой ровесник:
– Пападопуло,что ли?—воскликнул я.
– Вот-вот,—кивнул дядя Коля.—По это самое место папа.
Я покачал головой.Илларион Спиридионович Пападопуло
казался мне вечным,как само благочиние,и тем паче я не
решился бы судить,ровесник ли он дяде Коле.Скорее уж со-
творению Вселенной—морщины на его ссохшемся личике ско-
пились,верно,не за одно тысячелетие.Впрочем,если брат
Пападопуло и присутствовал при том знаменательном собы-
тии,у него,вероятно,нашлось,что сказать его виновнику.
Старик никогда и ничем не был доволен.
Архивистом я бы назвал его с большой натяжкой.Ил-
ларион ведал комнатой хранения материальных и нематери-
альных улик,вещественных доказательств и конфискован-
ных ценностей.За последние он,впрочем,нести ответствен-
ность отказывался—слишком часто они испарялись,станови-
лись жертвой халатности или похищались злокозненными ба-
рабашками,как-то обходившими магические затворы.
– А он-то каким боком ночью в участке оказался?—спросил
я потрясенно.
– А бес его знает!—махнул рукой дядя Коля.—В его хозяй-
стве все и полыхнуло.
Если бы у меня под боком оказалась стена,я бы сполз по
ней.Но остатки стены едва доходили мне до колена,поэтому
я ограничился тем,что огласил квартал тихим воем,весьма
похожим на волчий.
162 Валентин Зорин,четверг,17 июня
Только сейчас я понял,что огонь погубил не только тро-
их человек.Он сожрал все документы,изъятые при обыске
в квартире свежеубитого Парамонова и хранившиеся в хозяй-
стве Пападопуло.Искать мотив преступления мне было негде.
По возможности и способу никаких зацепок не находилось—и
уже не найдется.А завтра выйдет номер «Светской жизни» с
моим интервью Хельге Аведрис,в котором я бодренько обе-
щаю найти Невидимку до выходных!
Что мне скажет по этому поводу Свет Никитич,я просто
боялся себе представить.
– Ты,Коль,эта...Забыл я совсем!—всполошился
призрак.—Свет Никитич был,просил всем передать—
помещение нам выделят,значит,у эсвешников,на Таганке,
но не раньше завтрего,а пока,в общем,кто чем может,тем и
заниматься,без бумаг—все завтра задним числом выправим.
Всех свободных—на расследование...ну,это не про тебя.
– Да,—печально вздохнул я.—Не про меня.
Какой дурак сказал,будто рукописи не горят?Горят;а их
обгорелые души не вызовешь из того чистилища,где грешные
буквы смывают с белоснежных страниц.
Многое получится восстановить,я даже знаю,на кого
можно будет взвалить это неблагодарное занятие.А сам я
покуда...пожалуй,обращусь к Никодимову.Он ведет дело
Сумракова,и у него могут найтись материалы предыдущих,
ничем не завершенных расследований.Почему-то мне каза-
лось,будто разгадку нелепого убийства я смогу отыскать в
них.
Как неудачно сложилось...Или удача тут не при чем?
Нечему было возгораться на пыльных стеллажах в царстве
мертвых улик.Все мало-мальски опасные предметы отправ-
лялись вначале на стол к экспертам-криминалистам—мало ли
какое проклятье там наложено.И не курил старик Илларион—
богопротивное,дескать,занятие,хотя даже из бывших и ны-
нешних орденцев каждый второй смолит.Как ни боролся с
этим злом меченый предстоятель—не извел,только позору на-
163
хлебался.(Кстати,а почему богопротивное,собственно?Ко-
нечно,в Америке при посредстве этой травки кого только не
вызывают...а хотя бы и самого Колибри-Левшу в наинепри-
ятнейших его ипостасях...но то в Америке,а попробуйте
у нас в Нечерноземье помолиться индейским богам!Да вас
последняя кикимора на смех поднимет).
А вот если шальную искру в хранилище подбросили,тогда
дело мое дрянь.Конечно,сейчас не старый режим,но охра-
нительные чары на здании обновляются регулярно,и чтобы
обойти их,нужен или сильный маг...или предатель.
Последняя мыслишка проскользнула так незаметно,что я
не успел ее придавить в зародыше,как мерзкого гада.Нет,
лучше я буду грешить на чернокнижников.Тем более,что из
наших ребят нет никого,о ком я мог бы подумать настолько
плохо.
Трое человек,билось у меня в мозгу.Трое погибли из-за
парамоновских бумаг.Нет,пятеро—сам газетер и охранник из
«Чингисхана»,который тоже не жилец.
Что же такого накопал неуемный Парамоша в пермских
лесах?
Всеволод Серов,четверг,17 июня
От остановки путь мой лежал через луг—широкий,недавно
скошенный.Вокруг копны сена с сердитым жужжанием ви-
лись пчелы—жаловались,надо полагать,что нектар весь вы-
сох.А за лугом тропинка сворачивала,огибая холм,увенчан-
ный особняком председателя садово-огородного товарищества,
похожим больше на бункер в занавесочках.Вообще-то к Гро-
мовой дачке существовала и другая дорога—та,по которой
подъезжал всяческий гужевой транспорт.Но,чтобы выйти на
нее,мне пришлось бы сделать крюк в добрых три версты.
Таковы уж причуды подмосковных геодезистов.Кроме того,
тропинку через луг я любил.Даже в нынешнем,слегка по-
хмельном и совершенно невыспанном состоянии.
Но собственно дом с нее углядеть было никак
невозможно—мешал уже упомянутый холм с джинноубежи-
щем.Поэтому зрелище,открывшееся моему взору,когда я,
перевалив за гребень,вывернул к ограде,застало меня врас-
плох.
Дома не было.
От чистенького белого флигелечка,в котором мы с Громом
всего несколько дней назад осторожно прихлебывали эльфий-
ский чай,осталась только черная проплешина.
Я осторожно приблизился к краю пепелища,опустился на
колени и коснулся пепла.
Сухой,серый и мелкий,почти пыль.После обычной сала-
мандры такого не остается.Духи огня переменчивы,они хва-
таются за один предмет,тут же бросают его и перескакивают
на следующий.Обычные духи огня...
164
165
И память услужливо развернула картинку—Кандагар;ве-
чернее,быстро темнеющее небо,черный зев пещеры,на фоне
которого бьется ослепительно-белая бабочка «гатлинга»,пули
цокают вокруг,рикошетя от камней,и рыжий Серега Лялин,
приподнявшись,наводит на пещеру «шайтан-трубу»,дергает
спуск—из трубы с шипением вырывается рой и,увеличива-
ясь в размерах,уносится вверх по склону,несколько секунд
пещера кажется наполненной ярко-алыми нитями,а потом ог-
ненные точки вырываются наружу и,пролетев несколько са-
женей,гаснут.
Когда мы вошли в пещеру,там везде—на стенах,потол-
ке,на том,что осталось от расчета «гатлинга» и от самого
«гатлинга»,—лежал такой же сухой серый пепел.
Однако!«Огненные шмели»,сколь мне мнилось,до сих
пор считаются секретным оружием.Конечно,при нынешнем
развале армии,и не такие вещи,случалось,со складов ухо-
дили,но все же...Это явно выше уровня среднего прапора.
Скорее уж—среднего генерала.Или не среднего,потому что
на вооружении обычных частей «шайтан-трубы» не состоят,
это привилегия егерей,паладинов,десанта и прочей элитной
публики.
Интересно,представляют ли себе эти веселые ребята,на
кого,точнее,на ЧТО они замахнулись?По идее—должны бы,
но в наше,сплошь отмороженное,время...
Впрочем,даже сам по себе Гром тоже представлял...фи-
гуру.Таких не сбрасывают с доски небрежным пинком,таких
снимают.
Мне,правда,от этого не легче.Я на этой доске,по боль-
шому счету,даже и не пешка,а так—щепка отколовшаяся.
При удаче,конечно,могу занозить,да кто ж позволит?
Я вздохнул и еще раз перелил из ладони в ладонь горсть
сыпучего тяжелого праха.
Все,проехали.Охи-вздохи и прочие стенания—запихать
в темный угол и отложить до более спокойных времен,буде
таковые все ж наступят.Пошла работа.
166 Всеволод Серов,четверг,17 июня
В принципе,сложившаяся ситуевина совсем уж непреду-
смотренной не является.Именуется она на русском бюрокра-
тическом «утеря контакта с вышестоящим командованием»,и
на сей счет существуют у меня вполне недвусмысленные ин-
струкции.
Вот только следовать им отчего-то очень и очень неохота.
Я старательно оттер руки пучком травы и,не оглядываясь,
зашагал назад.
М-да.Я бы сказал—паршиво,если бы дело не обстояло
еще хуже.
Обратный путь через луг занял столько же,сколько и до-
рога от остановки—четверть часа,—и все это время я яростно
тискал в кармане плаща ребристую рукоятку револьвера.Глу-
по,конечно—вряд ли наши противники,кто бы они ни были,
настолько параноидальны,что оставят наблюдать за пепели-
щем немагических дозорных.Но кошки на душе скребли.
Мне повезло—пригородный дилижанс подошел к остановке
почти сразу же.Более того,мне удалось обнаружить уголок
скамейки,не занятый пенсионерами с их воистину необъятны-
ми корзинами.Я поднял воротник кафтана,надвинул на лоб
шляпу,враз сделавшись похожим на классического лубочного
«шпиена» и,закрыв глаза,постарался по возможности отгоро-
диться от шумного мира вокруг и «прокачать» сложившуюся
обстановку.
Глупо,конечно,было бы думать,что смерть Грома мог-
ла хоть каким-то боком оказаться связана с моими последни-
ми делами.Черный маг среднего калибра,а тем более шут-
газетер—явно не те фигуры,которые могли бы хоть как-то
дотянутся до Грома при жизни,а уж в посмертии-то и подав-
но.На бывшего полковника были такие дела завязаны...
Стоп!Ну-ка,ну-ка...назад...«такие дела завязаны»?
Да,такие вещи могут резко поднять стоимость человека,
особенно в наши неспокойные времена.
Что могло быть завязано на Сумракова?О Парамоше я по-
ка не думал—его подноготная была мне более-менее известна.
167
Визгу и пыли от него бывало,временами,много,а толку—как
с приснопамятного козла.Нынче газетерскими разоблачения-
ми мало кого напугаешь.На последних думских выборах кан-
дидаты друг на друга такие ушаты лили,что,казалось,свято-
го можно было бы в черта перекрестить.Ан,глядь—расселись
чинно по жердочкам,присосались к кормушке и знай себе чи-
рикают.Небось,спроси—так и не вспомнят,что за околесицу
про них говорили,и чего сами с трибун несли.
А что касается последних выступлений неугомонного
Парамоши—ни гаримовцы,ни корсуньские не посмели бы под-
нять руку на Грома.Тогда что же—чернокнижник?
Сумраков Глеб Никитович,лицензированный маг «обще-
го профиля»,как любят у нас нынче туманно выражаются,
имел несколько «делов»,среди которых,как мне помнилось,
самым крупным было товарищество «Ыырсын и сын»,зани-
мавшее разнообразными экспортно-импортными операциями—
проще говоря,гнавшее из-за большого бугра бочки всякой ал-
химической дряни—навстречу такому же потоку продукции
бывшей раешной промышленности.Непроизносимое же имеч-
ко в названии товарищества объяснялось тем,что булькаю-
щие бочки следовали по территории бывшей Стройки якобы
транзитом—и,соответственно,не облагались пошлинами—до
границ одной из то ли кавказской,то ли алтайской свободно-
базарных зон,где их содержимое резво разливалось Ыырсы-
ном,сыном и всяческими их родичами в более мелкие емкости
и снова отправлялось в путешествие по родным просторам—но
уже как произведенное в свободной Россиянии и опять-таки
ввозными пошлинами необлагаемое.
Понятно,что не один господин Сумраков промышлял столь
прибыльным способом,да и с этой,отдельно взятой коровы,
наверняка имел далеко не весь надой—но и не самую малень-
кую ложку в общей миске.Плюс еще доля в «Виго-банке»,
плюс еще несколько заморочек поменьше...Да и в лунев-
ской банде—не люблю я это новомодное словечко «группи-
ровка»!Какие это нафиг,прости Господи,группировки?!Тоже
168 Всеволод Серов,четверг,17 июня
мне,группа армий «Юг»!—покойный был далеко не послед-
ней «шестеркой»,а скорее наоборот,лицом приближенным,
обласканным и облеченным доверием главаря.Соответственно
и доходы от этого занятия...
Самое забавное в этом деле то,что,мнилось мне,заказал
Глебушку кто-то из своих,луневских.То ли кого-то из под-
ручных жаба заела,то ли самого Сумракова,так что хапнул
не по чину или просто не поделился с кем надо.Уж больно
подробную раскладку дал мне Гром на клиента.Вряд ли он
стал бы держать в его окружении своего человечка—не того
ранга фигура,уж скорее сам Сумрак оказался бы на крюч-
ке у бывшего инквизитора.А если бы вдруг и завел,то не
стал бы мне его светить—выдал бы необходимый для работы
минимум,а дальше танцуй сам,Сева,чай,оно не в первый
раз.
Смущало меня только одно—Сумраков был черным магом.
Не Альхазред,конечно,и не Маркиз,но долгое общение с де-
моническими силами даже сереньким,в сущности,людишкам
придает некое мефистофельское величие.По большей части
напускное,но всякое бывает.Колдуны средней руки откалы-
вают иногда такие номера—диву даешься,ей-богу!Мщение из
могилы,кровавая рука,змеящаяся в тумане...вот шуточки в
стиле этих юмористов-висельников.
Кстати!А с чего я вообще взял,что Гром мертв?
Понятное дело,что после «огненных шмелей» тела не оста-
лось.После них даже ауры не остается,выгорает напрочь.
Наш взводный чародей в ту пещеру,помню,зайти не мог—
говорил,незримое пламя глаза палит.Но нигде не сказано,
что этой ночью Гром был дома.Старый хитрец мог уйти из
этой ловушки...
Но тогда мне придется его искать.Нет—придется най-
ти.Или того,кто займет место Грома.Это называется—
«налаживание контакта с командованием».
И не стоит торопиться.Что там я вчера сгоряча наобе-
щал Шару?Встретиться с заказчиком?Вот этим и займусь.
169
Не заходя в магазин—иначе придется объясняться с напарни-
ком,а я сейчас не в том умонастроении,чтобы беседовать о
(возможной,черт!) гибели Грома спокойно.
Я придирчиво оглядел рукав камзола,по которому только
что прошлась плетеной корзиной гренадерского вида старуха.
Будем надеяться,что господин Туруханов меня простит.
Валентин Зорин,четверг,17 июня
– А ты что приперся?—рявкнул на меня Никодимов,и сипло
закашлялся,давясь сигаретным дымом.
– Что такое,Павел Кузьмич?—миролюбиво осведомился я,
присаживаясь за перекошенный стол.
М-да-а.Если уже у следователей из городского благочиния
такие развалины бумагу держат,то нам,районным,след мол-
чать в тряпочку и не высовываться с капитальным ремонтом.
Надо будет,пожалуй,поблагодарить перед этапом тех поджи-
гателей,когда и если мы их поймаем—новое помещение они
нам обеспечили.О цене я старался не думать.
А если добрейшей души Никодимов начал на старых зна-
комых бросаться,значит,случилось нечто из ряда вон.И
недавно—иначе я бы уже прослышал.
– А ты не?..—Никодимов раздраженно махнул рукой,отче-
го сизые клубы поплыли причудливыми куфическими узорами.
Я попытался задержать дыхание—в тесном кабинете можно
было вешать топор.—Точно,вы же погорельцы теперь,не до
того...Петрикова знаешь?
– Какого Петрикова?
– Замминистра лесной промышленности.Нет?Его похити-
ли третьего дня.—Павел Кузьмич вздрогнул.—Ни переговоров,
ничего...Всех на уши подняли...Нашли его сегодня.
– Где?
– В парке у часовни Алексия Набольшего.Сам знаешь—
там слонов выгуливать можно,не заметят.Если бы не руна...
Он замялся.Я с трудом нашарил его взгляд своим,и ру-
ка моя,как бы против воли,вывела на завалявшемся поверх
170
171
официальных пергаментов листе бумаги два размашистых ро-
счерка.Невидимые,они все равно жгли глаза.
– Вот-вот.—Никодимов
ожесточенно затушил «беломорину».—Как эти поступали с
нарушителями границ—знаешь?
Я знал.К сожалению своему.Есть такое заклятие—
орденские риторы именовали его «время,вперед!»,хотя
вообще-то оно состоит из девяти гласных,три из которых
неотличимы для человеческого уха,зато раздельно воспри-
нимаются теми,кто,собственно,и придумал немудрящие ча-
ры,заставляющие любое растение за считанные часы из се-
мечка превращаться в крепкий росток или саженец.Вполне
безобидное заклятие.Если только семечко при этом не нахо-
дится в чьей-то грудной клетке.Я не стал спрашивать,был
ли несчастный Петриков еще жив,когда заклятие вступило в
силу—есть вещи,о которых лучше не думать.
– И что это было?
Когда имеешь дело с фанатиками,важна порой бывает
каждая мелочь.Язык деревьев,как и язык цветов,достаточ-
но универсален.Осина презрения?Дуб стойкости намерений?
Гибкое упрямство вяза?
Павел Кузьмич оперся обоими ладонями о стол,словно
пытаясь закрыть ими начертанную мной невидимую руну.
– Мэллорн.
– О-ой!—выдавил я.
Это было очень плохо.Мэллорны растут только в грани-
цах эльфийских пущ.Если мэллорн прорастает в самом серд-
це Москвы...то посадившие его объявляют всем,способным
понять язык их безумия,что не успокоятся,пока эта земля не
отойдет им.А случиться это должно,покуда не засохнет от
старости посаженное дерево.
Мэллорны,правда,живут очень долго.Но меня это не
успокаивало.Никодимова,как я понимал—тоже.
– И что теперь?—поинтересовался я без особой надежды.
– А что?—передразнил меня Никодимов.—Как всегда—
172 Валентин Зорин,четверг,17 июня
план-перехват,посты на трассах,понты на цырлах...Я дру-
гого боюсь.Боюсь,что опять начнется.Взрыв на Манежной
помнишь?
Я молча кивнул.
– Ну вот,—пожал плечами Павел Кузьмич.—Есть дан-
ные...Да что я тебе втираю—случайно одного поймали,по
глупости попался,так вот—при нем два снаряженных талис-
мана было.В сумме,саперы говорят,килогейста на три.Еле
расколдовали,со старшого,силы Томина,ты его не знаешь,
семь потов сошло.Чуешь,чем пахнет?Это уже не игрушки
механические,это современное чародейство.
– Помноженное,—добавил я мрачно,—на очень древнюю
злобу.
– М-гм,—кивнул Никодимов.—Так ты чего явился?Не по
старой же дружбе?
Я покраснел.Знакомых по прежнему месту службы мне
всегда неловко было навещать,несмотря на то,что я,в сущ-
ности,послужил козлом отпущения за всю группу.
– Так до дела Сумракова у вас,Павел Кузьмич,руки не
дойдут?—поинтересовался я.
– Может,
и дойдут,—неопределенно отозвался следователь.—А твоя-то
какая корысть?
– А я веду дело Парамонова,—сознался я.
– Этого...из «Светской хроники»?—изумился
Никодимов.—Опять Невидимка,что ли?
Пришла моя очередь кивать молча и грустно.
– Вот сволочи!—Никодимов погрозил потолку мощной фи-
гой.
Я его понимал.Все попытки свести дела Невидимки в одно
наталкивались на чье-то стойкое противодействие,притом что
никто так и не понял—чье.Можно было подозревать,что у
неуловимого киллера есть покровители на Самом Верху,если
бы его «клиентура» не свидетельствовала об обратном.Жерт-
вами его становились люди хоть и влиятельные,но не столь
173
важные,как даже несчастный Петриков.
Но пока что каждым эпизодом в длинной цепи похождений
теневика-убийцы занималась своя команда.
– А у тебя,небось,вся документация—в дым?—Павел
Кузьмич снова уставился на меня.—И что?
– У вас ведь должны быть материалы по его прежним
делишкам?—с надеждой спросил я.—Ведь не может не быть!
– Есть,—согласился Никодимов.—Хочешь пока покопаться
в старье,покуда протоколы наново не переснимут?Ну,копай-
ся,Бог в помощь.Мы так ничего не отыскали...—Он похло-
пал себя по карманам.—А,пропасть!Зажигалки нет?Помню,
ты при себе вечно таскал.
Старик не ошибся.Я не курю—при моем чувствитель-
ном обонянии это занятие сродни мазохизму—но зажигалку
и правда ношу в кармане для немногих курящих сослужив-
цев,а больше—для создания дружеской атмосферы,посколь-
ку свидетели и подозреваемые с перепугу начинают одинаково
смолить,точно пароходы.
– Все та же «зиппа»?—поинтересовался Никодимов,прини-
мая от меня блестящую железку.
– Нет,Павел Кузьмич,—Я покачал головой.—Та совсем по-
гнулась,проще было новую купить.
Старик перещелкнул пластинкой.На миг две половин-
ки гравированного на нержавейке символа—печати огня—
совместились,вспыхнув пламенными нитями,и так же быст-
ро остыли,когда пружина вернула подвижную часть узора в
прежнее,безопасное положение.Никодимов отнял от зажи-
галки очередную «беломорину» и с отвращением затянулся.
– Вот что,Валя,—бросил он.Я не обиделся—старик при-
надлежал к тем немногим,кому я позволяю называть себя
фамильярно.—Бери ты,к шутам,эти материалы,и тащи,что
тебе надо,на размножение.Только чтобы из отдела оригиналы
не выносить.А то мало ли...
Я покивал.Все-таки копия,снятая магически—это одно,а
замылить официальный документ—это только начальство мо-
174 Валентин Зорин,четверг,17 июня
жет,власти,начальства и ангелы предержащие,а нас за это
хорошо если увольняют.Хотя народ и без того распустил-
ся.Вон,при бывш.святом Иосифе основная мера наказания
была—смертная казнь с последующими каторжными работа-
ми.И преступность,между прочим,падала неуклонно...но
я отвлекаюсь.
– Хорошо,Павел Кузьмич,—ответил я.—Мне,в принципе,
больше заключения и сводки нужны.
Зажигалку я вернул в карман.Дорогая вещь,по моей зар-
плате особенно.Правда,китайские поделки покупать дороже
обойдется;в Поднебесной огнедышащих дракончиков рисуют
теплостойкой краской на бамбуке—на десятый раз или краска
сойдет,или бамбук прогорит.И теряются они,легкие,беспе-
речь.А «зиппо» берешь в руки—маешь,как говорят братья-
славяне,вещь.
От Никодимова я выходил,сжимая в руках тощую стоп-
ку бумаг.Материалов оказалось до обидного немного—
Невидимка,как я уже усвоил,ловко заметал следы.Правда,
мысли мои в тот момент были заняты несколько иным.Ес-
ли Парамонов сорвал с ветки свою спелую сенсацию где-то
в полунезависимой Биармии,и одновременно с этим в перво-
престольной вновь начинают бесноваться эльфийские терро-
ристы...нет ли тут связи?
Чем ближе я подходил к ближайшему порталу,тем боль-
ше мне казалось,что связь есть,да еще какая прочная,и
от этой мысли меня трясло все сильнее.Эльфы Биармии—это
вам не кавказские орки,несколько кланов которых по сю по-
ру ведут нескончаемую партизанскую войну с федералами.У
тех нет ничего,кроме кровожадной мстительности да шаман-
ского колдовства,питаемого жертвоприношениями пленников.
Обиды эльфов старше,а мудрость—древнее.Те из Перворож-
денных,кто так и не научился жить обок с недолговечными
племенами,—по счастью,таких немного,—питают к нам демо-
ническую ненависть,и ей же учат своих юнцов.А дивьи чары
до сих пор почитаются среди сильнейших,несмотря на все
175
успехи научного чародейства.
Всеволод Серов,четверг,17 июня
– Значит,Вальтер Павлович,рыбки...—задумчиво прогово-
рил я,оглядываясь.
– Н-ну...можно сказать и так,—почему-то неохотно со-
гласился мой собеседник.
Я оглянулся,оценивая обстановку.Собственно,обстановки
как таковой не было.Будущая контора—Вальтер Туруханов
(вероятно,крещен он был лет тридцать назад Владимиром,
ну да Бог ему судья) упорно называл ее на западный ма-
нер офисом—располагалась аккурат напротив старой,на том
же втором этаже монументального уродства,в своем преды-
дущем воплощении служившего обиталищем печально знаме-
нитому на всю Стройку институту орденской экклезиологии.
Ладаном попахивало до сих пор,невзирая на прошедшие годы
и текущий ляхремонт.Очевидно,господин Туруханов решил
подсуетиться заранее,пока стены,как и планы,еще можно
безбоязненно ломать.Похвально.
– И что вы хотите получить?—поинтересовался я напря-
мик.
– Ну...—Управляющий замялся.—Я,собственно,не офор-
митель...
Чем дальше,тем меньше нравился мне этот человек.Вел
он себя совсем не так,как положено вести себе деловым лю-
дям нового строя—наглым,уверенным,так и нарывающимся
на пулю.Может,зловещая атмосфера пресловутого институ-
та довлела над ним,может,что еще,только г-н Туруханов
проявлял все признаки узника нечистой совести.Он потел,
мямлил,не знал,куда девать руки,прислонялся к брошеному
176
177
разгильдяями-ляхами барахлу,поминутно пачкаясь в извест-
ке,одним словом,мандражировал вовсю.
– Тут я вам,знаете,не советчик,—развел я руками.—Я
и сам в дизайнеры не рвусь.Вы мне покажите,куда хотите
поставить аквариум.
– У нашего интерьерщика,—Вальтер Туруханов обвел
взглядом захламленный пол и белоснежные стены,—была идея
вот здесь,в перегородке—тут у нас будет перегородка—
разместить аквариумы...вдоль всей стены,соответственно.
Сможете?
– Господин Туруханов,—терпеливо повторил я,—наша фир-
ма сможет все,что вы запросите.Вопрос в том,чтобы
вы не пошли на попятный,когда дело будет сделано.Вы
же понимаете—аквариумы придется делать на заказ.Опять-
таки—задняя стенка тоже будет прозрачной,или нет?Как бу-
дут оформлены оба помещения?Мне ведь нужно грунт подо-
брать,растения,рыбок,в конце концов...вы хотите морской
аквариум,под коралловые рифы,или пресноводный?Не знае-
те?
Туруханов беспомощно покачал головой.
– В конце концов,чем ваша фирма занимается?—не выдер-
жал я.
– Торговля стратегическими материалами,—отрубил мой
заказчик,внезапно посуровев.
Я мысленно проклял свой длинный язык.Сколько раз у
меня срывались с крючка такие,простите за каламбур,рыбки,
а все из-за дурацкого любопытства.
– Это я к тому,—подавляя смущение,заявил я,—что неко-
торые предпочитают тематические аквариумы.Например,в
конторе одной фирмы,торгующей сантехникой,стоит соот-
ветствующий водоем—дно в виде пузырьковой ванны,и трубы
вместо водорослей.
Чистая,между прочим,правда,только не я эту красоту
делал.
– Боюсь,нам это не подойдет,—вздохнул Туруханов.—Был
178 Всеволод Серов,четверг,17 июня
проект отделать стены нашим товаром,но вы же понимаете—
тут людям работать,да и посетители...всякие бывают,не
хочу сказать ничего дурного...
«Хочешь-хочешь»,подумалось мне.И тут в голове у меня
щелкнуло.А щелкнув—слетело с языка раньше,чем я успел
подавиться:
– Самоцветы!Экспорт самоцветного сырья—теперь я
вспомнил вашу фирму.
Туруханов благосклонно кивнул,а я чуть не покраснел.
Вот уж вправду—вспомнил.Странно,как у меня только из
головы вылетело!Наверное,я не сразу связал название с мно-
гочисленными репортажами в газетах и по эфиру,потому что
не верил,чтобы предприятие такого размаха нанимало офор-
мителей по заштатным лавочкам.Впрочем,не боги горшки
обжигают...
А если разобраться—таких сволочей и подоить не грех.Го-
нят,паразиты,уральские камни глыбами на запад так,что
порталы лопаются,без обработки,без полировки,как тупое
безволшебное сырье...и плевать им,что истощаются карьеры
и штольни,что последнюю огневушку-поскакушку в Нижне-
камском магопарке держат на искусственном вскармливании
сусальным золотом,что отношения с тамошними карлами-
сиртя у нас из-за этого портятся постоянно.А благочиние
наше замечательное вместе с прокуратурой стыдливо отводят
глазки,потому что принадлежит эта шарашкина контора,вме-
сте с десятками таких же,к деловой империи небезызвестного
Олега Кленова,который пресловутым Ледащицким и Баронам
уступает только в наглости,но отнюдь не в бессовестности
или размерах состояния...Ну,вы у меня еще расплатитесь.
Я вам такой счет выставлю,что фининспектор бы кровавыми
слезами заплакал.
– Мы,согласитесь,компания известная,—умным голосом
заметил Туруханов,—и хотелось бы,чтобы заказ был выпол-
нен в наилучшем виде.
– Я еще раз повторю—сделать можно все,—парировал
179
я.—Вопрос в том,чего вы хотите.Кстати,об отделке—
самоцветный щебень в качестве грунта может смотреться
очень стильно,—волшебное слово,действующее на столичных
жителей гипнотически,—но нужно быть очень внимательным
в подборе минералов.
– А рыбкам это не вредно?—с любопытством осведомился
Туруханов.
– Смотря что,—пожал я плечами.—Конечно,малахит луч-
ше в воду не кидать...а вот крошку разноцветной яшмы—
легко.Особенно если подобрать по оттенкам,чтобы грунт ме-
нял окраску из одного края аквариума в другой.
Заказчик клюнул.Это я по глазам понял.Взгляд Вальтера
Туруханова забегал по несуществующей покуда стене,приме-
ривая будущие аквариумы и выкладывая мозаики из пестрых
камушков.
– Но тогда,—я продолжал ковать железо,не отходя от
кассы,—придется поставить фильтратор,иначе начнет скап-
ливаться ил,и вид будет неопрятный.А спрятать в той же
перегородке,вместе с компрессором...
Туруханов покивал,делая вид,будто разбирается в филь-
траторах не хуже,чем в сортах халцедона.
В конце концов я раскрутил его не только на четыре
аквариума—по числу секций перегородки—но и на полный
комплект оборудования к каждому,включая пресловутые ком-
прессоры,фильтры для воды и прочую муть.Вообще-то чи-
стить аквариумы можно и вручную,препоручив это заня-
тие конторской уборщице,—только дренажную трубку в грунт
заложить,—а воду лучше доливать не фильтрованную,а от-
стоянную,но я дал себе слово нагреть ЗАО «Альгамейд Сред-
неруссия» и его могущественного хозяина,г-на Кленова,по
полной программе.А дал слово—держи!
Смешнее всего было даже не то,что рыбок я как раз на-
меревался подселить самых обычных.Среди африканских ци-
хлид попадаются крайне декоративные виды,тех же псевдо-
трофеусов из озера Малави можно подобрать почти любого
180 Всеволод Серов,четверг,17 июня
оттенка;все они предпочитают каменистое дно,прозрачную
воду и живой корм,за который я тоже буду драть втридорога.
А возни с ними и вполовину не так много,как с коралловыми
рыбками.
Фокус заключался в том,что я намеревался продать Валь-
теру Туруханову отходы его же собственного производства—ту
самую каменную крошку,—убедив легковерного менеджера,
что,пройдя через мои руки,она приобретет некие совершенно
чудодейственные свойства.Впрочем,я и правда собирался ее
промыть.
Возможно,я бы еще что-нибудь сторговал податливому
клиенту,но мои соловьиные трели были грубо прерваны пес-
нью куда менее мелодичной.В карманах Туруханова кто-то
старательно и неумело высвистывал первые такты Сороковой
симфонии Моцарта.
– Простите,—пробормотал управляющий,судорожно об-
хлопываясь по бокам,точно пытался сам себе обыск учинить.
Свистун затих было,но тут же снова завел порочить бес-
смертное творение.
– Тьфу,черт!—ругнулся Туруханов.—А,вот!
Он,наконец,достал из поясного кармашка мобильник и,
смачно прищелкнув пальцами,крикнул:«ДА?!».
– Вальтер Павлович...—донеслось из шарика.
– Ну что?!—взревел управляющий.—Я же просил не...
Ответа я не услышал—Туруханов так крепко прижал ша-
рик к уху,что звук совершенно терялся в его широкой ладони.
Мнение мое о нервном приказчике несколько поднялось.
Большинство деловых людей средней руки обходится зачаро-
ванными бумажками под стеклом—ну,звонишь с ближайшего
кристалла оператору,а тот симпатически выписывает сообще-
ние адресату.Сотовую связь пока что могут позволить себе
только серьезные люди,хотя у меня создавалось стойкое ощу-
щение,что через год-другой даже базарные торгаши станут
щеголять кисетами для мобил,как сейчас—для страничников.
– Хорошо,—буркнул Туруханов,серьезнея на глазах,—
181
хорошо...сделаю...Передайте Иегудиилу Пересветычу,что
«да».Да...ну,минут двадцать...да.
Он второй раз прищелкнул пальцами,разрушая связные
чары.
– Интересная у вас модель,—не удержался я.—Первый раз
вижу такой маленький.«Нокия»?
– «Эриксон»,—гордо отозвался управляющий.—«М58».
– Эм—в смысле «морион»?—уточнил я,подаваясь вперед,
чтоб получше разглядеть демонстрируемый Турухановым хру-
сталик.
Действительно,стек-
лянисто блестящий шар был непроглядно-черен.С тех пор,
как Белл впервые показал,что звук может передаваться от-
дельно от изображения,для связи стали использовать кварц
всех оттенков,а кое-где—и простое стекло;чуть ли не буты-
лочное.Но для сложных,плотноупакованных чар лучше под-
ходят полудрагоценные сорта.По поверхности шара бежала
гравировка—стилизованные соты.
– Последняя модель,—заметил Туруханов,
пряча мобильник.—Так,Всеволод Арсентьевич,контракт мы
сейчас подпишем?
– Пожалуй,—согласился я.
– Тогда пройдемте в старый офис,и Танечка оформит...
Он бережно поволок меня за локоть к дверям.
– Мне еще придется сюда не раз заходить,—предупредил
я.—Снять размеры аквариумов...
– Нет проблем,—успокоил меня Туруханов.—Мы вам вы-
правим временный пропуск,как строителям.Сможете забе-
гать в любое время...охрана внизу вообще круглосуточно,
а двери открыты с восьми и до десяти вечера.Единственное
условие,—Он повернулся ко мне,—все должно быть сделано
в течение двух недель.За строителей я ручаюсь,но сроки
действительно очень жесткие...—Решимость опять покинула
его,и он сбился.
– Надо—значит,сделаем,—успокоил я его,а про себя до-
182 Всеволод Серов,четверг,17 июня
бавил:«За отдельную плату».
На самом деле мне вовсе не хотелось тратить время на гос-
подина Кленова и его прихвостней.Исчезновение и возможная
гибель Грома,дышащий мне в затылок дурак-следователь—
вот что грозило отнимать у меня большую часть следующих
нескольких дней.Но...склеить четыре аквариума из эльфий-
ского стекла я могу поручить Шару,у него лучше выйдет...
а все остальное можно за три дня устроить,включая цихлид.
Так что за неделю можно управится...если через неделю я
буду еще жив.
Валентин Зорин,четверг,17 июня
– Валь,ты меня пустишь или нет?
– Что?—Я оторвал пустой,как улыбка эфирноведущего,
взгляд от крайне увлекательного чтива—протокола осмотра
места происшествия,то есть убийства некоего Коглы Ахмадо-
вича Гурмаза,одним из первых павшего от пули Невидимки.
Правда,тогда мы еще не знали,что это Невидимка,отче-
го гибель средней руки коммерсанта,возжелавшего подмять
под себя трижды деленый-переделеный Святоместинский ры-
нок,прошла незамеченной газетами.Честно говоря,последние
десять минут я тупо пялился в третью страницу,силясь сооб-
разить,как должна была называть покойника в детстве мама.
Надо мной сторожевой башней возвышался Дося Малин-
кин.В таком ракурсе он сильно напоминал тех стражей,что
Господь поставил у врат Эдемских,только вместо меча пла-
менного сжимал в руках небрежно свернутую трубочкой стоп-
ку бумаг толщиной в три пальца.Впрочем,и по Библии херу-
вимов много,а меч им даден один,на всех не хватает...
– Дося,—проникновенно прохрипел я,протирая глаза—те
горели,запорошенные сухой сажей,с помощью которой сни-
мают копии.—Мне выделили этот стол два часа назад.До
этого я ютился на столе у вахтера.Не за столом,а на столе!
Вот и ответь—с какого рожна горячего я тебя должен пускать?
– Твое время,—сурово ответствовал Малинкин,—утреннее.
А после обеда,извини,мое.Вон,Никитич график составил.
Ему и жалуйся.
– Не буду жаловаться,—вздохнул я,поднимаясь на ноги.—
Пойду лучше домой.
183
184 Валентин Зорин,четверг,17 июня
– И правильно,—отрубил Малинкин.—Тебе все равно де-
лать нечего.
У меня на этот счет уже сложилось несколько иное мне-
ние.Но в словах Малинкина была своя логика—продолжить
следствие по делу Парамонова я не смогу,покуда не вос-
становят документацию.Заняться делами менее срочными и
примечательными—тем более,потому что до них у машбюро
руки еще не скоро дойдут.А Досифей окажется завален по
уши своей текучкой не позднее завтрашнего утра.Или огра-
бят кого-нибудь,или нахулиганят спьяну—народ-то по старой,
раешной привычке тащится в благочиние с каждой жалобой.
– Садись тогда.—Я махнул рукой в сторону освобожден-
ного сиденья,одновременно пытаясь упихать раскиданные по
столу бумаги в ящик.Поразмыслил—не прихватить ли с собой
хотя бы сводку педанта Никодимова по всем «эпизодам» с уча-
стием Невидимки—но решил,что подобная нагрузка для моих
мозгов окажется непосильной.—Твоя половина какая—правая
или левая?
– Пусть будет правая,—буркнул мой коллега,словно делал
мне особенное одолжение.
Притулившийся рядом на изрядной стопе одинаковых си-
зых папок с надписью «Дело номер...» Смазлик потянулся
было утащить стул для собственных нужд,но Малинкин с
неожиданным для своих габаритов проворством припечатал
сей предмет меблировки к полу.
– Зеленым,—мстительно процедил он,—стула не давали.
На Смазлика он дулся со дня последней тринадцатой
зарплаты,которой лишился в ходе безобразного расплева с
начальством—инициированного,как подозревал крепкий ор-
денец Досифей,пронырливым нехристем.
– Нужен мне твой...понос,—буркнул гоблин,всем видом
изображая лису на винограднике.
Я ретировался прежде,чем разгорится перепалка.По сча-
стью,всех уцелевших сотрудников нашего райотдела сев-
восточники вселили компактно,на половине подчердачного
185
этажа,и свара не могла оскорбить ничьего слуха—свои-то
давно привыкли.Морщилась только Китана,но ее сегодня как
раз не было—она с бригадой на выезде перетрясала в Цари-
цыне старый склад,где очередная когорта народных умельцев
настропалилась безо всякой магии делать молдавский коньяк
из технического спирта,чифира и леденцов «Чупа-чупс».И
что характерно—торговали им три месяца,прежде чем самый
ушлый потребитель сообразил,что на этикетке написано «Бе-
лый цапель».
От недосыпу и усталости я начинал временами отплывать
в какую-то нирвану.Проходя мимо вахтерки,я поймал себя
на том,что мучительно вслушиваюсь в доносящийся из вет-
хорежимного эфироузла бубнеж.
–...После недавних беспорядков в секторе Мордор и
на западном берегу Андуин.А теперь—о новостях магии.
Несмотря на то,что американский сенат принял недавно за-
кон,запрещающий эктоплазматическое клонирование,теологи
других стран категорически не согласны с такой постановкой
вопроса...
Я встряхнул головой,отгоняя наваждение.Еще только за-
бот о международном положении мне не хватает для полного
счастья.Вот добреду до дома (это городскими порталами до
Ковроткаческой,и оттуда областными восемь ворот...добре-
сти бы,не свалившись),и спать...спать...спать...
Всеволод Серов,четверг,17 июня
Шар выслушал мое сообщение предельно внимательно.
Таким—заострившимся,сжавшимся,словно изготовившийся к
прыжку снежный барс,—я не видел своего друга уже давно.
Пожалуй,что с самого Афгана.После ранения Шар отгоро-
дился от окружающего мира стеной циничной иронии—а сей-
час егерская закалка с хрустом прорвалась сквозь эту оболоч-
ку.
– И что теперь ты намерен предпринять?
– Хороший вопрос.—Я пожал плечами.—Попытаюсь задей-
ствовать резервные каналы связи.
– А ты уверен,что они не замыкались на того же Грома?—
спросил эльф.—Сколь мне мнилось,они предназначались,в
основном,для того,что обеспечить безличную связь,в случае,
если прямой контакт станет...рискованным.
– Не уверен,—вздохнул я.—Но в любом случае что-то де-
лать надо.
– А вот в этом не уверен я!—резко отозвался эльф.
– Почему?!
– Потому!Это одна из самых типичнейших ваших челове-
ческих черт—чуть что,бегать и суетиться,точно безголовые
куры,даже тогда,когда необходимо просто спокойно обду-
мать обстановку,дабы,—Эльф повысил тон,—принять наибо-
лее взвешенное решение.
– А мне не нужно обдумывать!—огрызнулся я.—У меня на
этот счет есть прямая инструкция—в случае утраты связи с
куратором действовать так-то и сяк-то,сэмэ пункт шестой
следующего раздела.
186
187
– Мы «за речкой»,—Шар вопросительно приподнял
бровь,—так часто следовали инструкциям?
– Нет,—отозвался я,помолчав.—Но там была война.Вой-
ны не выигрываются по методичкам мирного времени.Нам
пришлось самим учиться...выживать и побеждать.
—Почему ты решил,—холодно сказал эльф,—что это—не
война?
– А что,—Я демонстративно покосился на окно,—нас уже
бомбят?
– «Огненные шмели»,по-твоему,детские игрушки?—
осведомился Шар опасным голосом.
– В любом случае,—отмолвился я после очередной паузы,—
нам придется проявить активность...как-то обозначить себя.
– Зачем?
– Если уж ты взялся мыслить категориями Сунь-цзы,—
усмехнулся я,—то попробую пояснить на понятном тебе языке.
Противник нанес первый удар,так?Теперь ход за теми,кого
мы условно,до поры до времени,считаем «нашей стороной».
И если мы не поторопимся как-то обозначить,что «мы здесь
и мы свои»,то этот ответный удар может прийтись и по нам.
– Ты думаешь?
– Честно?Шайтан его знает!—сознался я.—Все эти игры
рыцарей плаща и кинжала...мы с тобой в них плаваем весь-
ма мелко.
– Мы?
– А у тебя есть опыт в проведении подобных игрищ?—
удивился я.—Поделись.
– У меня есть та толика здравого смысла,—проворчал
эльф,—которой благие боги обделили вас.
– И что же вещает тебе в ухо эта бесценная крупица,о
мудрейший?
– Что влип я с тобой по самое нехочу,—проворчал
эльф.—Ладно.Обойди эти ваши «каналы безличной связи»—
скворечники с двойным дном и прочий подобный идиотизм.
Только вы,люди,могли настолько все запутать и...прокля-
188 Всеволод Серов,четверг,17 июня
тье,даже слова подходящего подобрать не могу.
– Идиотизировать,—услужливо подсказал я.
– О да!—вздохнул Шар.—А я пока...
– Ты пока—что?—осведомился я минуту спустя,поняв,что
по доброй воле мне продолжения фразы не дождаться.
– Поразмыслю,—огрызнулся эльф.—О делах наших скорб-
ных.
– Эй-эй!—улыбнулся я.—Это не шараповская фраза.
– Мя!—подтвердил Македонский,свесившись с аквариума.
Валентин Зорин,четверг,17 июня
От портала к своей инсуле я брел уже в таком состоянии,что
и не заметил этих двоих,покуда трепыхаться не стало поздно.
Амбалы как амбалы.Я бы заподозрил в них волотов-
полукровок,если бы не знал,как такие великаны получаются.
Когда нарастительные чары на себя по поводу и без наклады-
вают,мышцы прямо на глазах бугрятся.Потом,правда,при-
ходится расплачиваться—организм измывательства над собой
не приемлет—но то потом,а так хочется в трудной борьбе за-
получить самый толстый бицепс в округе!Даже кровавым —в
прямом смысле—потом.
И самое смешное—если не баловаться лишним чародей-
ством,можно добиться тех же результатов.Только при этом
ты еще и пользоваться научишься приобретенным богатством,
и не останется оно дурным мясом...Но я отвлекся.
А следовало мне—тогда—насторожиться.Обычно подмос-
ковные качки ходят,точно на кол посаженные.Эти же дви-
гались необычно ловко;возможно,потому я и не обратил на
них внимания.
Что дело неладно,я понял,только когда сообразил—мне
не уступают дороги.Это при том,что был я в форменном
кафтане.Окрестному хулиганью при виде меня следовало рас-
ползаться по темным углам.
Я уже хотел отодвинуться к бортику,дать дорогу—еще не
хватало по дороге домой после такого веселого дня ввязаться
в драку—когда громилы разом метнулись ко мне.
Испугаться я не успел.Даже разозлиться не смог,потому
что после таких ударов,какой пришелся мне под ложечку,ос-
189
190 Валентин Зорин,четверг,17 июня
новной эмоцией—по личному опыту утверждаю—оказывается
мучительное недоумение.А потом мне засветили в челюсть,и
я,кажется,отключился на секунду.
Когда я вновь вернулся в реальность,чьи-то грубые руки
до странности профессионально шмонали по моим карманам.
Сильный пинок заставил меня согнуться в три погибели.Руки
торопливо отдернулись,донеслась из вышины тихая ругань,и
протопотали,удаляясь,шаги.
Я перевел дух и со стоном сел,слепо шаря по нагревшейся
за день брусчатке.Пальцы наткнулись на что-то мягкое—моя
папка.
Осторожно,чтобы не разбить ставшую после удара
стеклянно-хрупкой голову,я повернулся.Похоже было,что
грабителей привлекла в первую очередь она—три-четыре зава-
лявшихся в ней с незапамятных времен листка были разбро-
саны по мостовой,разодранные в клочья.И только не найдя
в ней ничего ценного,амбалы принялись шарить по сусекам.
Я без особой надежды поискал кошелек.Само собой,то-
го не было.Спасибо еще,что остались ключи—их я обычно
пристегиваю цепочкой к поясу.Кафтан порван,корочка—я то-
ропливо пошарил за пазухой—треснула посередке:показывать
еще можно,но лучше бы новую выправить.
Надо же,какая нелепость!Господство из отдела по особо
грешным избит районными хулиганами.Хоть статью в газету
пиши.
Я потер челюсть.Надо бы поторопиться домой,и прило-
жить холодную примочку.Иначе я завтра не объяснюсь перед
Свет Никитичем.
К счастью,до моей инсулы оставалось совсем немного.То-
ропливо,стараясь не показываться редким прохожим,я проко-
вылял последние пару сот локтей,забежал в подъезд и бросил
крошек в шахту.
Как всегда,дух почавкал с минуту,прежде чем подтащить
из подвала платформу-подъемник.По совести,его давно сле-
довало перезаклясть—на стене шахты еще угадывалась печать
191
приходской канцелярии по безопасности подъемников,но ес-
ли с цемента отшелушится еще пара чешуек бронзовой крас-
ки,чары спадут окончательно,и околдованный сильф с ги-
каньем устремится на свободу.А если платформа при этом
будет колыхаться в районе восьмого,скажем,этажа,то в наш
дом придется вызывать экзорцистов—мало ли какой дряни из
нижних миров слетится на свежую кровушку.
В этот раз,однако,дух воздвиг подъемник без особенных
жалоб—разве что постонал немного ради проформы.Меня,на-
строенного нападением на подозрительный лад,это,впрочем
не успокоило.Не иначе подлая нечисть считает часы до осво-
бождения.
А у дверей своей квартиры я застыл,как вкопанный.
Дверь была открыта.
Сердце у меня ушло в пятки,потрепыхалось там секунду
и остановилось вовсе.Мало того,что я только что лишил-
ся кошелька—после вчерашнего кутежа там не так много и
оставалось—но воры настолько безмозглые,чтобы польститься
на мое холостяцкое обиталище,всенепременно обчистят квар-
тиру до последней крошки,как мыши.Выносят все—старые
носки и граненые стаканы,амулеты лохматого года выпуска
и эфирники марки КВН.Если мне очень повезет,то мебель
осталась.Так что одалживать завтра у Смазлика хотя бы пару
сотен до получки смогу на свежую голову.
Главное,даже благочиние не вызвать!Во-первых—
засмеют.А во-вторых—все равно не поймают они никого.По-
пробуй,отлови таких идиотов!Ни одному нормальному чело-
веку или нелюдю в голову не придет такое учинить,как наши
уголовники-любители порой вытворяют.
По привычке обмотав руку носовым платком,я взялся за
дверную ручку.Еще не хватало застать этих остолопов на ме-
сте преступления...У меня даже жезла служебного при себе
нет,так он и сгорел в участке,вместе со столом и кабинетом.
Я решительно вдохнул,и переступив через порог,рванул шнур
симпатического светильника.Прихожая и комната озарились
192 Валентин Зорин,четверг,17 июня
неживым оранжеватым светом.
В квартире не было никого.Разве что предполагаемые гра-
бители,заслышав мои шаги,попрятались в сортире,где их по-
лагается мочить согласно последним директивам...но в это
я не верю.И все вещи на месте.
Нет...не на месте.Чем внимательнее я приглядывался к
привычной спартанской обстановке,тем глубже укреплялся в
мысли,что мое жилище перерыли сверху донизу.Переставле-
ны книги в шкафу,все разбросано на столе,выдвинуты ящи-
ки...так выглядит квартира после тщательного обыска,или
после визита опытного домушника.И ничего не пропало—в
этом я почему-то был уверен.
Я обернулся,глянув на косяк,и присвистнул беззвучно.
Линии охранного амулета сорвало вместе с краской,ее чешуи
усыпали коврик в прихожей.А ведь заклятие я накладывал
собственноручно,и был уверен,что оно сможет противосто-
ять хоть разрыв-траве—излюбленному средству взломщиков-
любителей.Видно,ошибся...или здесь поработали чары осо-
бенной мощности.Замок после этого просто выбили ногой.
Покачав головой,я затворил дверь и закрыл на крючок.
Как же я завтра на работу-то пойду?А,придумал—наложу
малую соломонову печать.Потом,правда,следы останутся,
печать даже глину прожигает...но после взлома дверь все
равно придется менять.Главное—не забыть слово-шибболет,
иначе я в квартиру никогда не попаду.Разве что через балкон.
Печать накладывается не на дверь,а на проем.
Для проверки я заглянул в щель за шкафом,где хранил
заначку.Жалкая стопка талеров никуда не делась.
Чем дальше,тем интереснее.Что могли искать грабители
в моем доме?
«То же самое,что искали двое громил в твоей папке,ду-
рень!»,ответил мне внутренний голос.
В папке.Качки-хулиганы начали с того,что обшарили
мою,вечно пустую,папку для бумаг,которую я таскаю с со-
бой только по привычке.А незадолго до этого в моей квартире
193
что-то искали...в шкафу,на столе—тоже бумаги.Какие?
Материалы по делу Парамонова.Те самые,что сгорели
этой—нет,уже прошлой—ночью в участке.
Кто-то очень хотел удостовериться,что этих бумаг не оста-
лось на нашем свете.Возможно,рукописи,как и души,не го-
рят,но вызвать призрак сожженной бумаги из того посмертия,
что их ожидает,еще никому не удалось.
Значит,интуиция не обманула меня.Убитый газетер дей-
ствительно накопал нечто важное.Настолько важное,что ма-
ло было избавиться от человека—следовало уничтожить все,
над чем он работал.Обрубить все хвосты.
И,скорее всего,неведомым мне заказчикам это удалось.
Я потер лоб.Спать хотелось зверски,но еще больше хоте-
лось есть.Поставить,что ли,макароны вариться?
Пока закипала вода,я вернулся в комнату—отчего-то мне
не хотелось находиться здесь,точно касания чужих,недоб-
рых рук оставили свою ауру на вещах,разрушив хрупкий ко-
кон безопасности,заключавший в себе квартиру.Чтобы изба-
виться от тишины,включил эфирник,попытался посмотреть.
Показывали какой-то боевик.Я едва не упустил сбежавшие
из кастрюли макароны,но так и не уловил,являлось ли жрав-
шее всех подряд чудовище жертвой гениетической инжинерии,
или наоборот—посланцем гениев-хранителей наследственно-
сти,разъяренных вмешательством в их дела.В конце кон-
цов бестолковая суета на экране мне надоела,и я переключил
эфирник на «Дискавери»—из всех каналов с соседской тарел-
ки этот у меня принимался лучше всего.Показывали «Год-
зиллу»,и я устроился перед экраном на диване с огромной
миской засыпанных зеленым сыром макарон.Люблю хорошие
документальные фильмы.
Когда макароны кончились,сил моих достало только на то,
чтобы повалиться на бок,последним движением отключить
эфирник и заснуть мертвым сном.
Интерлюдия
194
Валентин Зорин
– И думать нечего—бытовуха,—убежденно заявил Женька
Локшин.—Кан-кретная такая бытовуха.
– Не верю,—отозвался я,глядя,как эксперты вдвоем
управляются с допотопным кирлианографом,на котором,по
слухам,где-то стояло клеймо самого Бертильона.—Не верю я
в такую бытовуху.
– И я не верю,—сознался Женька.—Но ведь бытовуха же,
ну зуб даю!
И правда,очень похоже.Старикан,вокруг которого как
раз и суетились эксперты,а заодно и патохилеры,даже мне
казался не очень симпатичным.Во всяком случае,я не хотел
бы жить с ним в одной коммуналке—а кому-то приходилось.
До самого недавнего времени.
Истошным визгом квартира огласилась в шесть утра,когда
страдавшая хронической бессонницей бабка Дарья из третьей
комнаты обнаружила старикана на полу в кухне.К луже кро-
ви,в которой валялся Олег Родольвович Кромер,сбежались
тараканы,наверное,изо всех соседних квартир,а тараканов
бабка не переносила.
– И кто из соседей,по-твоему,его шлепнул?—
поинтересовался я.
– А хер его знает!—выпалил Женька и,зажав рот ладонью,
воровато оглянулся.Благочинским на службе выражаться не
положено.Наложат еще взыскание по церковной части,потом
отмаливай.
– Тогда пошли по порядку?—предложил я.—Комната пер-
вая занята бабкой Дарьей.
195
196 Валентин Зорин
– Язви ее в душу,—пробормотал Женька,и опять прикрыл
болтливый рот.
На самом деле бабка и у меня вызывала острое желание
куда-нибудь ее уязвить.Допрашивать ее было сложно до неве-
роятия,все вопросы она каким-то образом сводила к ненавист-
ным пруссакам и начинала поливать шестиногих супостатов
изысканным,филологически безупречным многоэтажным ма-
том.У меня сложилось впечатление,что бабка слегка не в
себе.Вдобавок в комнатушке стоял давний,неизбывный дух
тараканьей отравы.
– Похожа она на потенци-
ального убийцу?—поинтересовался я риторически,и сам же
ответил:—Не очень.Комната вторая...
– Занималась покойным,—пробубнил Женька.
Олегом,упокой Господи его душу,Родольвовичем.Судя по
имени и росту,наполовину карлой.Наверное,все же гномом—
это у скандинавов долго было в обычае дружественных нелю-
дей звать без разбору «альвами»,педантичные же немцы всех
поделили,прежде чем начать резать—кто «цверген»,кто «аль-
вен»,кто вообще гоблин.Кстати,отсюда же и орудие убий-
ства.Старикану раскроили череп собственным именным топо-
ром.С дарственной надписью—«Досточтимому Олегу Кроме-
ру за заслуги в деле защиты православной веры и Братского
Ордена» от орденского маршала Буденого.Я представил себе
молодого Кромера на лихом коне,и мне стало дурно.В ком-
нате у старикана висел на стене ковер,тяжелый от пыли,а на
ковре были развешаны наградные кресты и нимбы.Видимо,
покойный Кромер успел поучаствовать не только в Граждан-
ской войне,но и в Великой Отечественной,потому что успел
собрать полный комплект нимбов Славы Господней всех трех
степеней—в Гражданку их еще не давали.А уж нимбов Свя-
таго Креста Трудов Господних он заработал аж четыре штуки.
При таких заслугах удивительно,что мне не встречалось его
имя в учебниках...и что проживал он в коммуналке.Впро-
чем,в наши времена ветеранам приходится тяжко.
197
– Сколько ж ему лет-то было?—спросил я.
– Сто пятнадцать,—ответил Женька.—Еще царское время
застал.
Для наполовину человека заслуга небольшая—почти все
народы живут дольше людей.Разве что орки с гоблинами нас
не обошли.А так...я лично знавал эльфов,помнивших Петра
Первого.Карлы живут поменьше,но и для них сто лет—всего
лишь зрелый возраст.Великанам срок отмерен еще меньший—
чуть больше человечьего.Оборотни,строго говоря,не отдель-
ный народ—лично не встречал,но бывают оборотни любой
расы,так же,как любое живое существо может стать вам-
пиром;оборотничество не прибавляет жизни,но сам процесс
трансформации излечивает почти от всех болезней.
– Едва ли он покончил жизнь самоубийством,—проворчал
я.—Комната третья...
–...И четвертая,—продолжил за меня Женька.—Где Коль-
цовы живут.Вот Васька Кольцов его и шлепнул по пьяному
делу.
Упомянутый Васька в данный момент лежал в глубокой
отключке и допросу не поддавался.И неудивительно—судя по
словам бабки Дарьи,домой он вчера вернулся около одинна-
дцати,примерно полчаса буянил в коридоре,испугавшись уви-
денного,в очередной раз разбил зеркальце,после чего удалил-
ся в комнату.Дом был старый,добротный,двери—дубовые,
зачарованные еще дореволюционными колдунами,и что тво-
рил Васька после этого,останется,видимо,тайной.Жена его
Марья,щеголявшая свеженьким,с пылу с жару,«фонарем»,
ничего вразумительного по этому поводу заявить не могла,но
утверждала,что муж из комнаты ночью не выходил—не мог.
– Комнаты пятая и шестая,—гнул я свою линию.—
Интеллигенты Мисюрины.
– Потап Инннокентьич и Галина Михайловна,—подхватил
вошедший во вкус Женька.—Находились в состоянии перма-
нентной идеологической войны с покойным.
Состояние вполне объяснимое—Мисюрины считали,что
198 Валентин Зорин
таким твердолобым орденцам,как их сосед,место в зоопар-
ке,невзирая на боевые заслуги,а Кромер—что таких Мисю-
риных давно пора отправлять в Сибирь вагонами,как при
бывш.святом Иосифе.Конфликт не переходил на уровень ру-
коприкладства только по причине преклонного возраста обеих
сторон.Продукты,тем не менее,и вторая комната,и пятая (в
шестой Мисюрин держал свою редкую библиотеку секулярной
литературы,в том числе продемонстрированное им уникаль-
ное собрание биографий Верховных магистров российского ма-
сонства) хранили под замком,из опасения,что коварный враг
одолжит у бабки Дарьи тараканьего яду.
– И седьмая комната...пустует уже три года как,—
закончил я.
Забавно—квартир в Москве хронически не хватает.Я сам
таскаюсь на работу через областные порталы аж из Подоль-
ска,восемь ворот до пересадки в городскую портальную сеть.
А тут пустует вполне еще жилая комната.Прописанный в
ней брат...то есть,простите,господин находился на данный
момент в местах отдаленных—шабашил,кажется,в Германии
строителем.Пикантность ситуации заключалась в том,что ни
о его точном местонахождении,ни о том,жив ли блудный
жилец вообще,никто сведений не имел,в том числе и до-
моуправление.А выселить его никак нельзя было,поскольку
квартплата от его имени приходила регулярно.
– И все!—с торжеством провозгласил Женька.
Можно,само собой,предположить,что в дом ночью про-
никли злоумышленники,пристукнули ветерана и скрылись,
ничего не взяв—в том числе оставив ценные нимбы,которые
на «черном рынке» можно толкнуть за приличную сумму.Но
не позволяет бритва Оккама.А так мы имеем классический
вариант «запертой комнаты».Убийца—кто-то из соседей Кро-
мера.Кто?
Неясная мысль зашевелилась у меня под теменем.
– А ну-ка,—скомандовал я,—пойдем глянем на жертву.
Женька сморщился.
199
– Жмуриков не видал?—поинтересовался он.
– Видал-видал,—рассеянно отозвался я.
Место преступления—кухню коммуналки—отгородили от
внешнего мира символической желтой тесьмой,не дававшей
рассеяться магоследам,буде такие обнаружатся,но «корочки»
давали нам способность пересекать ограждение.Я присмот-
релся к жалкому в смерти телу полугнома,и удовлетворенно
хмыкнул.
– Теперь пошли в его комнату,—скомандовал я.
– На тебя что,зуд напал?—недоуменно полюбопытствовал
Женька.
Я не ответил.Складывавшаяся у меня версия казалась на-
столько логичной,что меня волновало только одно—не найду
ли я противоречащих ей улик.Потому их я и выискивал.Луч-
ше это сделаю я,чем кто-то другой.
Мы с Женькой еще раз оглядели комнату.Просторная—
пожалуй,в нее поместилась бы вся моя малогабаритка.
Старая-престарая мебель,потертые покрывала...интересно,
а жена у Олега Родольвовича была?Да,была;на стене ви-
сит старинная симпатограмма—молодой,импозантный офицер
и юная некрасивая девушка с букетиком.Мне вдруг стало
стыдно за то,что я так грубо дотронулся до чужой судьбы.
Так,что тут еще есть?Эфирник в углу на тумбочке,огромный
круглый стол в центре комнаты,побитая вазочка...
– Ты видишь?—спросил я у Женьки,закончив осмотр.
– Что?
– То,чего тут нет,—ответил я на манер пифии.—Пошли на
кухню.
– Слушай,ты меня замотал!—возмутился Женька.—Это не
квартира,а дракошня какая-то,от кухни до сортира троллей-
бус пускать можно!
– Пошли-пошли,—кровожадно приказал я.—Сейчас ты бу-
дешь свидетелем тому,как я с треском сяду в лужу.
– Тогда пойду,—согласился покладистый Женька.
Эксперт-патохилер мне попался на удивление трезвый.
200 Валентин Зорин
Обычно эти сермяжные хароны пьют по-черному.Хотя если
бы я постоянно имел дело с трупами—сброшенной человече-
ской оболочкой,лишенной духа,разума и жизни,изношенной,
грязной,нелепой,—я бы тоже спился.
– Проверьте содержимое его желудка,—приказал я.
– Что?—Эксперт воззрился на меня взглядом бешеного
кролика.—Ему раскроили череп,на случай,если вы не за-
метили.И умер он от этого,будьте покойны.
– Я знаю,—ответил я.—Проверяйте.
Патохилер покорно вздохнул и опустился рядом с телом на
колени.Чтобы сосредоточиться,он закрыл глаза,и протянул
руки вперед,отчего поза его приобрела гротескное сходство с
позой целителя,налагающего руки на больного.
Пальцы патохилера коснулись дряблого старческого живо-
та,без сопротивления прошли через кожу и зашарили где-то
внутри.
– А вот какое у нас сердечко,—бубнил лекарь,—
дрябленькое,бляшковатое такое...ай,а аорта-то как камен-
ная,снутре штукатуреная...
Рука его скользнула глубже,и лекарь замолк.Я невольно
нагнулся к нему.
– Интересно...—пробормотал он через минуту-другую.—
Некоторое количество...буры.Очень странно.
– Она вообще ядовитая?—поинтересовался я.
К стыду своему я плохо разбирался в бытовых ядах—как
раз во время этого курса у меня случился скоротечный роман,
и зачет я сдавал на одних молитвах.Как ни странно,сдал с
первого раза:вытащил один из трех выученных билетов.
– Вообще да,—ответил медик.—А в такой дозе—нет.Что-
бы отравиться бурой насмерть,нужно ее столько сожрать—не
всякий желудок выдержит.А тут и чайной ложки не было.
– Тогда понятно.—Я разогнулся.—Ну что,Жень,пошли к
бабке?
– Ты умом двинулся?—тихонько взвыл мой коллега.—Тебе
одного раза мало было?
201
– Пошли,—Я попросту потащил его за собой,ухватив за
рукав.
В комнате бабки Дарьи было душно.Мелкая пыль висела в
воздухе,сухостью опаляя горло.Сама хозяйка шуршала чем-
то в углу,распространяя белесые пыльные волны.
– Дарья Васильевна Феоктистова?—вопросил я,с трудом
удерживаясь,чтобы не расчихаться.
– Ась?—недружелюбно откликнулась бабка,с кряхтеньем
разгибаясь.
– Вы обвиняетесь в убийстве Олега Родольвовича
Кромера,—провозгласил я.—Вы можете что-то сказать в свое
оправдание?
Бабка Дарья уперла руки в боки и воззрилась на меня,как
на очередного шестиногого супостата.
– А чего он пруссаков разводил?—взвизгнула она.
Когда орущую и сквернословящую бабку упихали,нако-
нец,на благочинский ковер,Женька обернулся ко мне и го-
лосом голодного волота потребовал:
– Колись!
– А чего колоться?—удивился я.
– Колись,как старуху расколол!
– Все просто.—Я пожал плечами.—Ты топор этот видел?
Мисюрины бы его просто не подняли.Могли поднять Кольцов,
Кольцова и бабка Дарья.Но Кольцовы были заняты исключи-
тельно друг другом—он буянил,она терпела.Оставалась баб-
ка.И я принялся искать мотив.
– Ну и?—не выдержал Женька,когда пауза затянулась.
– У Кромера не было холодильника,—ответил я.—
Продукты он хранил в комнате,в тепле.Для помешанной
на борьбе с тараканами старухи это был вполне веский мо-
тив.Вначале она попыталась травануть ветерана,а когда не
получилось—в сердцах огрела его топором.
Женька уныло помолчал.
– Да!—воскликнул он внезапно,расцветая на глазах.—Я
же говорил—типичная бытовуха!
Всеволод Серов
Полдень.
Тень ушла.Вымерла.Нет,вру,ее и не было никогда.
Тень—это миф,легенда,такая же,как прохлада,дождь,снег.
Хотя нет,снег—во-он он.Отблескивает себе,зараза,на вер-
хотуре.Глумится фарфоровым оскалом.Здесь в полдень даже
кустики усыхают.Плавятся в слепящем мареве.А уж живые
твари и подавно носы не высунут.На весь Афган остались
только мы,грешные,да три «гробовика»,на которых мы рас-
секаем.
А ведь как меня учили любить лес!Настоящий егерь,учи-
ли,должен сливаться с лесом,растворяться в нем,становится
частью его.Любить по-настоящему,а не так как эти снобы-
эльфы,хоть и живут в нем чертову уйму веков.Только они лес
не любят,хоть и треплются об этом направо и налево.Они его
куль-ти-ви-руют.Подстригают изо дня в день,словно британ-
ский газон.А от настоящего леса—с чащобами,буреломами—
шарахаются не хуже каких-нибудь горных гномов.По таким
местам дорога только волкам да егерям.
А теперь мы трясемся в мертвой железяке посреди вы-
жженной пустыни и от ближайшей «зеленки» добрая дюжина
верст,да и нельзя нам в нее соваться—наверняка басмачи в
ней кишат,что блохи на собаке.
Терпеть ненавижу!
Гробовики высаживают нас у подножья.Капитан дожида-
ется,пока они удалятся,строит нас и спокойно так,ласково
командует:«Вперед».
Вперед—это значит вверх.
202
203
Когда мы,взмокнув,взбираемся на вершину,за первой го-
рой обнаруживается вторая.Б...прости,господи,наверняка
и третья имеется.Этот горный массив,в Бога,в душу...И
нам по нему переться к месту засады.Ночью.Я е..!
Под утро капитан объявляет привал.Расползаемся под ва-
луны,занимаем круговую оборону.Воды мало.Мы уже вы-
хлестали почти половину запаса,а ведь нам еще и в засаде
сидеть.
К полудню выясняется,что мы сидим еще и без связи.Ос-
новной канал отчего-то накрылся медным тазом,а к запасному
молитвеннику служка поленился захватить переплет.Капитан
лупит его по ушам,но связь от этого не появляется.
Сержант Аоэллин нашел лозой воду.Пытаемся до нее
докопаться—ни хрена.Сплошной камень.Костяной предлага-
ет рвануть его к чертям шашкой.Не пойму,шутит он,или
всерьез.Весь в пыли,только глаза из-под чалмы блестят.
Темнеет.Выдвигаемся ближе к дороге.Здесь,похоже,дей-
ствительно Край Непуганых Идиотов.Чуть ли не каждые пол-
часа шляются какие-то личности—так руки и чешутся сграба-
стать такую группку и потолковать по душам во-он за теми
валунами.Но капитан дает отлуп.В чем-то он прав—если
этих придурков кто-то хватится...
Под утро я начинаю кемарить с открытыми глазами и вижу,
как ко мне подбирается толпа басмачей размером с палец.На
головах у них почему-то не чалмы,а маленькие островерхие
зеленые колпачки.Пытаются продать анаши.Разгоняю.
Примерно к полудню Костяной дорывается-таки до воды.С
помощью двух шашек.Очень вовремя,валуны уже раскали-
лись так,что плюнь—зашипит.Забиваемся под них как можно
глубже и изо всех сил завидуем ящерицам.
По дороге проходят два ишака и верблюд.С ними семь
рыл;из них двое,похоже,гоблины.У троих луки,один тащит
ружье,другого оружия не видно.Это явно не тот караван,
ради которого мы тут парились.
Оживает карманное зеркальце командира.Нашим наконец
204 Всеволод Серов
стало интересно,чего это мы молчим уже битые сутки.По-
чесались,называется.Завяжи мы прошлой ночью бой,нас бы
уже давно нашинковали в мелкую сечку.
Как бы то ни было,теперь связь есть.Штабные маги на-
скоро закляли духа-ретранслятора—как я понял,что-то вроде
астрального вестника,но труба пониже дым пожиже.Все бы
ничего,главное,что бы он не слинял с перепугу когда начнет-
ся.
Темнеет.
На дороге появляются три орка.Один—в зеленой чалме
хаджи,двое других—с ручными бомбардами.Разведка боем,
вот как это называется.
Мулла вдруг останавливается.Пальцы его левой руки
быстро-быстро перебирают четки,а правая медленно поднима-
ется,будто в трансе,нашаривая чарометное гнездо.Капитан
дает Аоэллину отмашку.
Чтобы выстрелить из лука,эльфу приходится встать.Его
гибкая фигура явственно выделяется на фоне склона,но это
уже неважно.Первая стрела пробивает глотку муллы наис-
кось,широкий наконечник режет сосуды и гортань.Две дру-
гих укладывают охранников прежде,чем те успевают обер-
нуться.
– Тре-е!..
Потом на склон обрушивается огненный дождь.Это рань-
ше мне казалось,что здесь жарко.Теперь я с тоской вспо-
минаю полуденную прохладу.Пламенные капли стекают по
бокам валунов,оставляя глубоко проеденные дорожки.Корот-
ко вскрикивает Костяной,зажимая прожженный рукав.
А по дороге,вслед фронту озаряющего путь смертоносного
ливня,уже катится душманская орда.
Я припадаю к камням,выцеливая вожаков в неверном све-
те жидкого пламени.Они падают один за другим,но орда
рвется вперед и вверх.Мелькают в прицеле хари—людские,
орочьи,гоблинские.Аоэллин рядом со мной,преодолевая от-
вращение,палит из жезла.
205
– Джинн!..
Это капитан,и в голосе его звучит тревога.Я отрываюсь
на миг от окуляра,чтобы бросить взгляд на парящую поверх
противоположного гребня фигуру.
Огненный плащ,железная корона и неимоверное количе-
ство аляповатых перстней,как у орка-цветочника на базаре.
Я вздыхаю с облегчением.Технически марид,конечно,тоже
джинн...ну так прапорщик—тоже почти офицер.Правда,по-
па с нами нет,и это уравнивает шансы.
В тылу орды вырастают палатки,словно дождевики—на
глазах.Муллы,пригибаясь,ползут туда;покуда я снимаю
двоих,остальные добираются до цели.Теперь черта с два их
подстрелишь.Хотя...Я прикидываю,где должна находиться
грудь стоящего на коленях,прицеливаюсь...дергаюсь,когда
Костяной одну за другой швыряет две гранаты в откатившую-
ся толпу...целюсь снова и стреляю.
По полотну расползается красное пятно.Воет от злобы ма-
рид.
Что-то орут шаманы.Со стороны дороги веером налета-
ют осколки раскаленного стекла,заставляя нас залечь,и
под вспышки осветительных заклятий орда вновь лезет на
приступ.Марид держится позади,мечет молнии в стрелков.
Несколько наших пытаются сосредоточить огонь на нем,но
обычные пули не причиняют джинну вреда—он только отма-
хивается и сипло орет что-то по-арабски.Наверное,грозится
разрушать города и строить дворцы.Обычная похвальба—до
сих пор еще ни у одного джинна не хватило силенок снести
город с лица земли;даже когда армии Сулеймана Велико-
лепного стояли под стенами Вены,судьбу сражения решали
пушки и священники.Да и с дворцами у них не очень.
Я перезаряжаю винтовку спецпатронами,торопливо про-
шептывая над каждым «Отче наш».На миг поднимаю голову—
за моей спиной,под прикрытием груды валунов,двое целите-
лей останавливают кровь молодому парню,еще не заработав-
шему почетной клички.Марид не обращает на меня внима-
206 Всеволод Серов
ния.Глаза его мерцают текучей бронзой—нечисть полагается
целиком на колдовское зрение,для которого я невидим.Под
прикрытием молний душманы лезут все выше.
Тщательно целюсь.Какие места могут быть уязвимы на
теле джинна?Глаза?Сердце?Взгляд мой останавливается на
широких зубцах короны,испещренных куфической вязью.Вот
оно!
Пуля сбивает венец с лысой башки марида,и тот валит-
ся наземь,придавливая гоблина в засаленом халате.Джинн
торжествующе воет,прежде чем обрушиться в гневе на сво-
их пленителей.В рядах противника—паника.Зажатые между
разъяренным маридом и нами,душманы начинают разбегать-
ся.
Через полчаса все кончено.Только белеют во тьме рух-
нувшие палатки,да посверкивают молнии,застрявшие между
камней.
Мы продолжаем ждать.
Глава 4,или О горестях познания
207
Всеволод Серов,пятница,18 июня
«...о невидимке»—донеслось до меня.
Будь у меня нервы самую малость послабее,непременно
заработал бы хороший порез.А так меня еще хватило,чтобы
спокойно доскоблить щеку,вытереть бритву,положить ее на
место и спокойно выйти в гостиную.
Естественно,это была ложная тревога.Просто-напросто
развалившийся в инвалидном кресле за прилавком Шар
отчего-то возжелал слушать свою «На страже Отчизны»—не
знаю почему,но у меня это название постоянно вызывало об-
раз здоровенного тролля-вертухая,деловито прохаживающе-
гося с дубьем вдоль решетки,из-за которой и виднеется лик
нашей многострадальной Отчизны—на максимально возмож-
ной громкости.Смотреть он эфирник,видите ли,гнушается,
а вот слушать ему лесная честь позволяет.
Повествовали же сегодня о коврах-невидимках.
Сейчас,понятно,уже не докопаться,в чью хитроумную
башку пришла мысль совместить ковер-самолет и шапку-
невидимку.Этого не помнят даже эльфы,хотя последствия
сего изобретения они запечатлели скрупулезно.
Первое время аргумент был действительно неотразимым—
внезапная смерть с ясного неба.Правда,от драконов неви-
димость не спасала.Хитрые твари полагались не только на
зрение.А потом в ход пошло колдовское видение,заклятья
дальнего обнаружения,так что вскорости невидимок научи-
лись засекать чуть ли не раньше,чем обычные ковры.Ну а
поскольку стоили они не пример дороже,гром-небесные воево-
ды скрипнули зубами,вздохнули и списали ковры-невидимки
208
209
нафиг.
А сейчас,похоже,кто-то пытается воскресить этот протух-
ший трупик.
Пытаясь вытряхнуть из ляхского флякончика остатки
лосьона—котик,ну еще капельку!—я подошел поближе к
эфирнику.Хм.Забавно.Эти ребята,похоже,попытались спе-
реть мою фирменную идею—теневые способности.
Изображено на довольно-таки размытой симпатограмме
творение иметь хоть какое-нибудь сходство с обычным ков-
ром решительно отказывалось.А походило оно...походило
оно...я попытался накопать в своей памяти подходящие ас-
социации и решил,что больше всего это творение смахивает
на помесь бумажного китайского дракончика,которыми доб-
рые жители Поднебесной завалили наши игрушечные лотки и,
пожалуй,ската.Каркас в духе набросков Да Винчи—парень,
конечно,был гений,не спорю,но заносило его порой так,что
и до сих пор разгрести не можем—а все остальное прозрачное,
словно стеклянный сомик.
Магией,пожалуй,такую штуку действительно не засе-
чешь.Суммарная мощность всех бортовых заклинаний,вклю-
чая левитирующее составляет всего...сколько-сколько?!
И они хотят сказать,что ЭТО будет летать?
Словно бы в ответ на мои мысли в эфирнике появилось
лицо какого-то гнома,точнее,там появилась его борода.Бо-
рода была отрекомендована ведущим как «один из виднейших
специалистов по немагическим летательным аппаратам»—надо
же,и такие,оказывается,бывают.
Я присел на ручку кресла и приготовился слушать.
Слушать было нечего.Поминутно тыкая пальцем в доску,
на которой были небрежно намалеваны какие-то расчленен-
ные эллипсы со стрелками,гном понес такую заумь,что уши
начали сами собой сворачиваться в трубочку.Я-то уже дав-
но усвоил для себя,что подобные словеса «аэродинамическое
сопротивление»,«подъемная сила набегающего потока»,кото-
рые простой народ часто принимает за матерщину,а то и за
210 Всеволод Серов,пятница,18 июня
хитроумно насылаемое проклятье,так вот,эти «технические»
словца очень любит употреблять всякая псевдомагическая ин-
тилихенция,которая принципиально не может объяснить все
двумя-тремя простейшими магическими терминами.
И вообще.Может я,конечно,порой излишне консервати-
вен,но любой механизм,устроенный сложнее,чем моя тро-
фейная «зиппа»,вызывает у меня приступ тихого ужаса.Ну
не могу я понять,как оно там работает без магии,не могу,
хоть тресни!Взять,например,тот же брегет.Я как-то отковы-
рял внутреннюю крышку,заглянул—чуть худо не сделалось.
Чертова уйма всяких шестеренок,колесиков,пружинок,маят-
нички какие-то крохотные и оно все там постоянно движется,
живет своей,абсолютно неизвестной нам жизнью.И чем они
там еще занимаются,кроме как время показываю—один толь-
ко черт и знает.
Помнится,учили меня в такие вот брегеты взрывчатку за-
пихивать.Милое дело—выкидываешь нафиг всю эту механи-
ческую начинку,сажаешь жучка-часовщика в крохотной ко-
робочке,а все освободившееся пространство—замазочкой.И
пространства этого там получается уйма.Особенно если кли-
ент такие часики к уху поднесет...эффект просто головокру-
жительный.До полной потери головы.
Я это к чему говорю—не нужно их там столько для работы.
Они там еще и чем-то другим занимаются...
Вот подумаешь на досуге о чем-нибудь таком...а может,
не такой уж бред эти «протоколы семигорских мудрецов».А
с чего бы эти коротышки так любят с механикой возится?
Подозрительно.То ли дело старая,добрая магия.
Кстати,о магии.Не пора ли нам кое-что проведать?
Некоторые думают,что тайник с ценным содержимым—
это что-то такое,ну,этакое,массивное и труднодоступное,
вроде сейфа Путиловского завода,закрывается не менее чем
заклятой скалой,а на вопль «сезам,да отворись же,наконец»,
начинает надсадно скрипеть.
Ага.Только вот пока ты в такой тайник за чем-нибудь
211
полезешь,тебя уже семь раз «убьют,зарэжут и нашинкуют,
понял,да?»,как говаривал,бывало,старший сержант Грзмыш.
Поэтому я не стал проламываться сквозь каменную кладку,
а просто подошел к одному из наших магомариумов,просунул
руки сквозь заклинание и вытащил на свет божий здоровен-
ную декоративную корягу.
С виду обычная деревяшка,каких по любым прудам—
хоть завались.А вот если на этот корень надавить особым
образом...Я почувствовал,как холодное ребристое навер-
шие жезла привычно скользит мне в ладонь—и мир вокруг на
какой-то миг неуловимо дернулся...
...И ледяная стрела рассыпалась на склоне горы белым,
пушистым и бесполезным облаком снежинок,от ответного
файербола над головой завыла каменная крошка и тут в дю-
жине шагов,словно из-под земли выскочил басмач,полуго-
лый,в драных ватных штанах,с клочковатой бороденкой и
истошно завизжал,вознося над головой кувшин,и что в нем—
даже думать не хочется и так все ясно,да вот только времени
нет ни...—а наконечник жезла уже налился ослепительно-
белым и пылающий жгут,изгибаясь,уходит вперед и рассе-
кает басмача чуть выше пояса и нижняя половина почему-то
падает сразу,а верхняя продолжает висеть в воздухе,скаля в
беззвучном уже вопле кривые зубы,наконец,тоже рушиться
вниз и последним падает кувшин,с гулким хлопком сминаясь
в бесформенную груду осколков...шиххх...удар чудовищ-
ной силы сметает нас со склона,и мы летим вниз,в пустоту
и темноту.Прохладную и безмолвную,как ладонь сестренки-
послушницы на лбу...
...и снова замер на привычном месте.Я извлек жезл до
конца,«обнажил»,как говорили у нас,крутанул в ладони,
примериваясь,вгляделся в гипнотическое мерцание искорки в
кристалле.
Это был не стандартный пехотный огнеплюй и даже не
«паучья плеть»,который мы пользовались «за речкой».Основ-
ное заклинание—«ледяной кулак» девятого уровня,морозно-
212 Всеволод Серов,пятница,18 июня
дробящее действие,оч-чень эффективная штука—и второе
«костяная ступка»,применяется,в основном,против скелетов,
но и остальным мгновенный переход всех костей в мучное
состояние тоже маслом не кажется.Полностью заряженный
кристалл на сто двадцать зарядов.Запасной хранился отдель-
но,в более защищенном месте.
Отличный «струмент»,да вот только по улице его без нуж-
ды таскать ох как не стоит—по нонешнему времени.Разгул
терроризма;античары висят чуть ли не на каждых дверях,
а за одно хранение,про носку я уж не говорю,много чего
обещано...по 117-ому смертному.И сказочка о самообороне
тут не покатит.Это против кого же вы,батенька,обороняться
собрались,а?Часом не 205-ого ли отдельного вампирского?
Я с тоской вздохнул,еще раз любовно провел ладонью
по лакированным черным завиткам и спрятал жезл обратно в
тайник.
Придется обходится тем,что власти предержащие,скрипя
зубами,все ж таки доверили собственным верноподданным—
холодным и огнестрелом.Огнестрел у меня,правда,тоже на-
сквозь незаконный,патронный,но возиться каждый раз со
всеми этими капсюлями да навесками—увольте.Когда на раз-
борках,что ни день,в ход во всю идут боевые чары...нет
уж,коли у меня есть деньги оплачивать сие удовольствие,я
его иметь буду.
Спустившись в лавку,я обнаружил,что мой бывший сослу-
живец Шаррон-аэп-и так далее преспокойно восседал вовсе не
в инвалидном,а в моем любимом кресле,обложившись моим
же плюшевыми подушечками и листал какую-то книженцию,
время от времени издавая мерзкое хихиканье.Знаю,это совер-
шенно не по-эльфьему,но Шар это делает,и не спрашивайте
меня,как.Его вот лучше спросите!
– Чего изволим почитывать?—осведомился я.
Шар немедленно перевернул книгу обложкой кверху.С об-
ложки на меня уставилась вытаращенными буркалами очеред-
ная лубочная девица,оснащенная широченным мечом и двумя
213
полосками ткани,по совокупной ширине самую малость мечу
уступавшие.
– «Пьяные ежики Гора»—прочитал я вслух название
эпоса.—Ну-ну.И много ежиков уже напластали?И кто сле-
дующий на очереди?Белые горячки Гора,надо полагать?
– Между прочим,чрезвычайно занимательно и поучитель-
ное произведение,—с истинно эльфийской чопорностью ото-
звался Шар.—Я всегда предполагал,что ваша раса страдает
огромным множеством вагинальных фобий,но такого количе-
ства не мог представить даже в самых смелых выкладках.Ни-
чего удивительного,что в вашем фольклоре отводится столь-
ко места страдания несчастных возлюбленных,не сумевших
образовать полноценный союз.Наоборот,странно,что вы во-
обще ухитряетесь хоть как-то размножатся.
– Ой-ой,мона подумать,мона подумать!—возмутился я.—
И про Эоланитаэль и Беолна тоже люди накатали,угу,сви-
ток,на триста локтей.И все,что характерно,про страдания
несчастных—как ты там выразился—не сумевших создать пол-
ноценный союз.Действительно,чего эта гордячка Эола лома-
лась столько времени?Шла бы сразу за Эгламиралиона,гля-
дишь,все бы живы остались.
– Не тронь!—Шар сделал вид,что пытается выбраться из
кресла.—Своими грязными лапами жемчужину эльфийского
творчества!Что ты вообще в этом понимаешь,животное!
– Сами вы во всем виноваты,—огрызнулся я.
– Что-о?
– Я тут недавно этого,умную книжку прочел—там так и
написано,черным по-белому.
На самом деле труд сей имел длиннейше-зубодробительное
название «О влиянии ранне-эльфийских цивилизаций на пра-
человеческие популяции и их дальнейшее»—вот чего дальней-
шее,я уже не запомнил.Да и сам труд осилил едва ли на
треть.
– Сидели бы мы,—вещал я,—простые обезьяны,в своих
лесах,каждый на своей ветке,жрали бы бананы в две лапы и
214 Всеволод Серов,пятница,18 июня
горя не знали.Так нет же,пришли всякие,мало того,что по-
есть не дали,так еще начали всякими палками да железяками
размахивать...
– Древние эльфы,—подсказал заинтригованный Шар,—не
знали железа.
– Ну,бронзовяками,—отмахнулся я.—Выгнали на равнину,
а там всякая саблезубая нечисть бродит,так и норовит за
бок цапнуть.Хочешь,не хочешь,пришлось сбиваться в стаи,
брать в руки палку поострее и становится на задние лапы
повыше,чтобы саблезуба в траве на расстоянии углядеть.А
теперь,когда мы,слега подусовершенствовав палки,захотели
вернутся назад в свои исконные леса,вы делаете еще более
круглые глаза и удивляетесь—ах,как же так,да мы тут всегда
жили!
– Забавная,однако,теория,—протянул Шар.
– А всей-то вашей заслуги в том,—продолжил я,—что ва-
ших предков-лемуров кто-то крепко тряханул с лиан на пару
сотен тысчонок лет раньше.
– Да уж,—усмехнулся Шар.—Вот узнать бы кто.
– И?—не удержался я.
– Пошли бы...—Шар встал и плавно,словно перетекая из
одного положения в другое,потянулся.—Пошли бы и набили
ему морду.Совместными усилиями.
– Времени у меня нет на такие глупости,—отрезал я.—
Пойду проверять...эти...как ты их вчера окрестить изво-
лил?Скворечники?
– С двойным дном,—кивнул Шар.—Ну...счастливо...ко-
ли не шутишь.
И вновь углубился в чтение.
Выходя из дома,я,по правде говоря,имел довольно смут-
ное представление о том,что буду делать дальше.Шарить
по «скворечникам» мне после вчерашних шараповских проро-
честв было почему-то страшновато.Разузнать о Сумракове и
Парамонове?—мысль,конечно,хорошая.Как отдельно взятая
мысль.Практическое же ее выполнение,скажем так,упира-
215
лось...в отдельно взятые трудности.Из возможных источ-
ников информации примерно треть знали меня под настоящим
именем,что делало даже косвенные вопросы типа «А слышал,
как недавно этого хлопнули?Зуб даю,кто-то из наших» за-
нятием весьма рискованным.Еще треть запросто могли сдать
меня с потрохами или благочинию—а там еще,как ни странно,
не перевелись индивидуумы вроде давешнего Зорина,способ-
ные прибавить одно к одному и получить при этом двойку,а
не пять и три в периоде—или луневским.Последние же се-
бя арифметическими подсчетами утруждать не станут.У них
счеты особые,для окончательных вычислений.
Остается,правда,еще одна треть,которая по различным
причинам практически никакой опасности для меня не пред-
ставляет.Правда,и ценности реальной она,скорее всего,тоже
не представляет—а вот скормить мне всяческие слухи,кото-
рые еще больше запутают дело,с них станется запросто.
«Сенсация.Сенсация.Только в ”Светской жизни!” Интим-
ная жизнь эфирной звезды!Вызов киллеру-невидимке!Астро-
лог...»
Я затормозил так резко,что идущий позади господин едва
не врезался аккурат промеж моих лопаток.Сомневаюсь,что
бы он услышал мои извинения,потому что бормотал я их,
будучи уже на середине улицы.
– Сколько?
– Да уж алтына не пожалейте,господин хороший,—весело
сверкнул газами с чумазой мордочки мальчишка-разносчик.—
Свежая-то журнала,с пылу,с жару...
– Ну,прям пирожки,—усмехнулся я,осторожно разворачи-
вая остро пахнувший краской лист.
Искомая статья отыскалась на второй странице.Пропеча-
танный жирными,даже,пожалую,слегка аляповатыми буква-
ми заголовок «Невидимка будет пойман!сулится полиция...».
Эк они круто загнули.Я даже огляделся—не пикируют ли
на меня,оглашая воем все окрест,патрульные ковры.И потом,
почему полиция?У нас,мнится мне,пока что все ж таки по-
216 Всеволод Серов,пятница,18 июня
ка что пресвятое благочиние,а разговоры о переименовании,
даром что ведутся,почитай,осьмой год,так разговорами и
остались.Неужто я и отцам вольного города Нью-амстердама
успел досадить?
Ну-ка,ну-ка,почитаем,чего ж обо мне,любимом,в газе-
тах пишут...
На второй странице меня посетила идея.
Всеволод Серов пятница,18 июня
– И не попадайся мне сегодня на глаза!—закончил Свет Ни-
китич,налившись дурной кровью так,что я всерьез испугался
за его здоровье.—Марш отсюда!Если ты не найдешь этого
придурочного киллера до понедельника,я скормлю тебя рай-
онным упырям,потому что больше от тебя все равно нет ни-
какого проку!
Я выскочил за дверь,не дожидаясь второго приглашения,
и привалился к притолоке.После учиненного мне Свет Ники-
тичем разноса поджилки мои дрожали,а колени подкашива-
лись,и отнюдь не из-за угрозы пойти гулям на корм.Умеет
все-таки наш начальник вселить в прошедших огонь и воду
благочинских страх божий.
А еще хуже мне сделалось,когда я заметил,что мои кол-
леги,вместо того,чтобы заниматься активной следственной
деятельностью,толпятся вокруг стола,выделенного на дво-
их Смазлику и Печенкину,и мерзко хихикают,по-мышиному
шурша глянцевой бумагой.
– Ну что,Валя?—подозрительно-ласково поинтересовался
Досифей Малинкин.—Как результаты?
– Не мешай!—одернул его кирлиамант Дивич,близоруко
щурясь.Очков он не носил—все равно большую часть ра-
бочего времени он воспринимал мир исключительно вторым
зрением.—Гигант мысли думает.
– Мгм,—поддержал Смазлик—хорошо еще,что он,а не Пе-
ченкин.Вообще-то занимать стол была очередь последнего,но
наш штатный сын аспида и гиены умотал на место очередного
происшествия,и на его стуле восседал гнусно ухмыляющийся
217
218 Всеволод Серов пятница,18 июня
гоблин.То,что ухмыляться иначе соплеменники Смазлика не
способны,меня утешало слабо.—Правда.Думает.Как может.
– Валь,а кто это тебя так?—внес свою лепту Хавалов (его
участок,само собой,соединили с нашим),тыча толстым паль-
цем в сторону моей сине-лиловой скулы.—Бандитская пуля?
– Да ну вас!—возмутилась Китана.—Идиоты.Не видите—
на человеке лица нет.Валь!—Она обернулась ко мне.—
Никитич после тебя сильно не в духе,или можно зайти?
Я попытался отлепиться от косяка.
– Я бы,—выдавилось у меня,—не советовал.
Китана покачала головой.
– Отдайте журнал!—цыкнула она на коллег,продолжав-
ших бесцеремонно глумиться над последствиями моего поза-
вчерашнего безрассудства.—Не для вас покупала.
– Погоди.—Я все же доковылял до стола и оперся о него,
бесцеремонно отпихнув Малинкина.Стол возмущенно заскри-
пел,а Дося—фыркнул.—Дай хоть гляну,на что это похоже.
В кабинете у Свет Никитича я разглядел только два сло-
ва в заголовке—«невидимка» и «полиция»,и то потому,что
напечатаны они были карминно-красными буквами в ладонь
высотой.
Я ожидал худшего,и здорово промахнулся.Мне в голову
прийти не могло,что может быть так плохо.Хельга Аведрис
поработала на «отлично»—сама ли,а то подключив штатно-
го архивариуса,сказать трудно,но ей удалось художественно
иллюстрировать статью симпатографиями со всех мест,где
Невидимка оставлял свои подписи.А венчала эту пирамиду
смертоубийств моя физиономия,зарисованная чьим-то борзым
пером в тот момент,когда я серьезно делился важными ма-
териалами с проклятой газетершей.Заголовок же полностью
выглядел так:«Невидимка будет пойман!сулится полиция».
Я решил,что ненавижу гномов.
– Да,Валя,—почти сочувственно проговорил Смазлик,
оглядывая попеременно то меня,то журнал,то притихшую
в ожидании кучку коллег.—Ну ты попал!!
219
– Ангелы вы мои...—процедил я,сворачивая ненавист-
ный журнал в трубочку и вручая Китане на манер букета.—
Падшие!
Слухи,как известно,распространяются быстрее звука.
Но Коля Иванников был уже наслышан о моем позоре не
поэтому—просто его столик притулился в дальнем углу то-
го же крольчатника.Только врожденная серьезность мешала
ему поплясать на костях проштрафившегося товарища.
– Ну ты,Валя,загнул—к концу недели!—пробасил он вме-
сто приветствия.—Нам бы к концу недели все протоколы вос-
становить,и то,если без выходных.А сверхурочку кто опла-
чивать будет?Буджеть?—Заморское словечко он всегда выго-
варивал с сильным рязанским акцентом.—От него дождешься.
– А твои орлы уже взялись за это дело?—с надеждой по-
интересовался я.
Коля кивнул.
– Ежели хочешь,присоединяйся,—предложил он безо вся-
кой надежды в голосе.В конце концов,положение следова-
теля по особо грешным имеет свои преимущества—никто не
ждет,что я брошу все дела и примусь заново обходить все
квартиры в парамоновском доме.Разве что в восемнадцатую
заглянуть...
Я отогнал от себя сладостные видения,в которых мое зна-
комство с барышней Валевич-младшей становилось куда более
близким и тесным,чем можно ожидать,и мне стало совсем
тоскливо.
– А что толку?—отмахнулся я.—Все равно дневника не вос-
становишь.
– Какого дневника?—удивился Коля.
Поглощенный приступом саможалости,я едва не пропу-
стил его слова мимо ушей.
– Что значит—какого?—вырвалось у меня,когда Коля уже
вернулся к груде документов,грозившей обрушить стол—
порченый,судя по виду,еще водами всемирного потопа.—А
по описи...
220 Всеволод Серов пятница,18 июня
Я дернулся было к своему рабочему месту,и тут же со-
образил,что опись,как и все бумаги по делу Парамонова,
сгорела.
– А что—опись?—пробурчал Коля.—Я и так с той квартиры
каждую бумажку помню.Не было там никакого дневника.
– Тайного,—уточнил я.—Замаскированного...
Язык мой сам собой завязался морским узлом.Замаскиро-
ванный под Евангелие блокнот легко мог ускользнуть от бла-
гочинских аргусов и церберов.Память у Коли действительно
отменная.Если он не помнит о дневнике—его не было среди
собранных улик...
А это значит,что последние записи,находки,наметки для
статей Парамоши так и лежат у него на квартире,за чарным
ограждением.
– Подожди меня!—крикнул я,и выбежал из комнаты,про-
вожаемый дюжиной недоуменных взглядов.
Само собой,пока я волком выгрызал бюрократизм—
разрешение на снятие печати,разрешение на наложение печа-
ти,расписаться в журнале регистрации,расписаться за выдан-
ную печать...—Коля уже умотал «на объект»,то есть на по-
жарище на месте нашего райотдела.Я подумал было прихва-
тить с собой кого-нибудь чином помладше,но махнул рукой—
что,один не справлюсь?—и,запихав заранее все потребные
бланки в любимую папочку,помчался к ближайшему порталу,
что на Таганской площади.
Всеволод Серов,пятница,18 июня
Сказать,что вид сгоревшего участка меня озадачил—значит,
не сказать почти ничего.Я замер,уподобившись одной из мно-
гочисленных Лотовых жен,и,если бы добрые люди за моей
спиной не решили-таки миновать меня по бокам,поминая при
этом незлым раешным матерком—так бы и грохнулся оземь
соляным столбом.
Надо же,какое совпадение!Или...не совпадение?
Я с превеликим трудом удержался от того,чтобы не под-
нырнуть под желтую,с жирными черными закорючками охра-
нительных рун,ленту.Удержало меня не столько вера в мощь
охранных заклинаний—на них бы и моих природных способ-
ностей хватило,не говоря уж о защитных амулетах,—сколько
внушительная фигура постового ангелочка,прохаживавшего-
ся взад-вперед вдоль ленты,возложив могучую правую длань
на эфес шашки явно неуставной длины.
Вместо этого я несколько раз вдохнул-выдохнул,успока-
ивая,словно перед выстрелом,дыхание и,приблизившись к
постовому,спросил.
– Простите,а...что случилось?
Серафим воззрился на меня сверху вниз,оценивая мой
рост,а заодно,по-видимому,и уровень моих умственных спо-
собностей.
Вопрос был и вправду дурацкий,но ничего лучшего я сым-
провизировать не сумел.
– Пожар случился,господин хороший,—жалостливо-
издевательским тоном отозвался серафим.—В прошлую ночь.
– Надо же.—Побормотал я,вытягивая голову в тщетной
221
222 Всеволод Серов,пятница,18 июня
попытке заглянуть за плечо постового.
Великаний родич напрочь перегораживал своей необъят-
ной тушей обугленный проем бывших дверей,но даже в остав-
шуюся свободной щель я сумел различить,что пепел—хвала
Господу,самый обычный,черная жирная сажа,а не сухая се-
рая пыль,остающаяся после «огненных шмелей»—и впрямь
примерно суточной давности.
Впрочем,с опозданием подумал я,если бы по этой хибаре
долбанули «шмелями»,от нее осталось бы немногим больше,
чем от полковничьего флигелечка.Фугасное действие «шме-
лей» зажигательному уступает совсем ненамного.
–А вам,господин хороший,какое собственно дело?—
вопросил серафим.
– Да я вообще-то к другу шел,—сказал я,постаравшись,
чтобы голос мой прозвучал как можно более расстроено.Как
говорил,помнится,на спецкурсе препод по актерскому—из
клиента давить слезу нужно быстро,пока не опомнился.—Он
как раз в этом участке работал.Валька Зорин,следователь по
особо грешным.Я у него полсотни новыми до получки стрель-
нул,щас занести хотел,а тут,—я огорченно развел руками,—
такое.
Складки на широченном лбу серафима разошлись,словно
по волшебству.
– Зорин,Зорин...—задумчиво пробормотал он.—Ну да,
был такой.
– Что значит—был?—Я аж подскочил.—Он что—сгорел?
Сомнительно,конечно,учитывая,что большую часть но-
чи брат благочинный провел в компании со мной и девица-
ми Валевич на незабвенном пароходике «Цветок мая»,но чем
нечистый не шутит—вдруг угораздило бедолагу?
– Да не,Господь с тобой,—махнул на меня лапищей
серафим.—Жив твой Зорин.Из оперов один только погорел,
Ястребов Николай.А остальные двое—один коверный и архи-
вист наш,Илларион Спиридонович,царствие им небесное.
– Воистину.—Я,следом за ангелом,осенил себя крестом.
223
– А вот где твой Зорин сейчас может обретаться...—
Серафим озадаченно поскреб затылок,от чего фуражка съе-
хав на лоб,придала его могучей фигуре несколько комичный
вид.—Того я,прости уж брат,не ведаю.
– Ну вот,—вздохнул я.—А я-то торопился...думал,обра-
дую человека.
– Ты это...—Похоже,мой,насквозь любительский,театр
одного актера и в самом деле расторгал постового.—В город-
ской сыск сходи,на Петровку....Или нет!Лучше в северо-
восточную районку.Наших всех теперь туда подселили,на
четвертый этаж.
– Ну да,а что я им скажу,—уныло пробормотал я.—Они ж
меня с моей полсотней в шею...
– Да не боись ты,паря,—покровительственно пробасил
серафим.—Что,по-твоему,на Петровке одни нелюди сидят?
– Ну,—неуверенно протянул я,разводя руками.—Не знаю.
– Ну,а в крайнем разе,—серафим наклонил голову и пе-
решел на полушепот,—скажи,что Зорин тебя повесткой вы-
зывал,как свидетеля.А спросят,где повестка—скажешь,что
как это,—постовой ткнул большим пальцем себе за спину,—
увидал,так и выронил.Ну и ее того...ветром.
– Ох,не знаю,—пробормотал я.—Грех ведь!
– Так ведь для святого-то дела,—расплылся в улыбке
серафим.—Долг другу вернуть—это ж святое дело,ей-ей.Ис-
тинно тебе глаголю.Для такого и малый грех на душу взять
след,дабы большего не допустить.
– Ну,спасибо тебе,брат!—искренне сказал я.—Убедил ты
меня.Успокоил душу мою мятущуюся.
– Дык мы ж что...—Серафим заулыбался еще шире.—Мы
ж тоже...когда к нам со всей душой,мы ж завсегда рады.
Ну,ступай с миром,брат.
– И ты в мире пребудь,брат,—пожелал я напоследок по-
стовому и,повернувшись,нырнул в поток прохожих.
Пожелал,надо заметить,вполне искренне.Дядя Сима-
серафим честно направил меня по месту нахождения господ-
224 Всеволод Серов,пятница,18 июня
ства Зорина.Которого я собирался найти как можно скорее,и
больше из поля зрения не выпускать.
Уже полчаса спустя я удобно устроился на скамейке ак-
курат напротив четырехэтажного,сплошь в нелепых финти-
флюшках «русского барокко»,канареечно-желтого здания рай-
блага Северо-восточного округа столицы.Настроения моего
не могли ухудшить даже кишащие вокруг голуби и старушки
с многотонными авоськами—и те и другие претендовали на
долю единственного сиденья в окрестностях.
С моей позиции вход просматривался отлично—и все-таки
я едва не пропустил Зорина.Расслабился,олух,подсознатель-
но уверив себя,что благочинный не выйдет с работы раньше
шести и чуть не лопухнулся.На войне мне такая расслабуха
могла бы выйти боком...а войти где-нибудь в районе сердца
и причудливо погулять по внутренностям.
Сойдя со ступенек,Зорин повернул направо—что меня
устраивало как нельзя больше,потому что именно с этой сто-
роны не было ничего,способного перекрыть сектор обзора.
Я спокойно,не торопясь,достал из сумки двадцатикрат-
ный «Эль»,стоивший больше,чем половина из проносивших-
ся надо мной ковров.А ведь это еще далеко не самый дорогой
целевик из числа сработанных Герхардом Сваровски за по-
следние десять лет.Надежность и безупречное качество стоят
дорого,порой даже запредельно дорого—но деньги эти окупа-
ются всегда,ибо скупой платит дважды.
Так же неторопливо я навел черное перекрестье на фигуру
в форменном кафтане,прошептал буквы команды—целевик ти-
хо зажужжал,черный кружок перекрасился в желтый.Я ста-
рательно удерживал Зорина в пределах этого кружка,пока,
наконец,жужжание не завершилось четко слышимым меха-
ническим щелчком,а кружок не окрасился в ярко-красный.
Внизу поля зрения,справа и слева появились крохотные
циферки—поправки в локтях и кликах соответственно.
Вот,собственно и все.«Эль» надежно сопровождает объект
на дистанции до двенадцати килолоктей,не обращая при этом
225
внимания на преграды толщиной до шести локтей и постоянно
выдает при этом данные для стрельбы—если,конечно,его удо-
сужились для этого настроить.Последнее,правда,для меня
не столь актуально,как обычно,ибо стрелять в брата Зорина
я не собираюсь.Даже наоборот—я намерен его защищать!
Валентин Зорин пятница,18 июня
Только зайдя в квартиру,я сообразил,что забыл в участке од-
ну очень полезную вещь—серебряный коллоид,которым обма-
зывают пальцы,чтобы не следить аурой.Поэтому перерывать
книжные полки покойного газетера мне пришлось,по старин-
ке замотав руки носовым платком.
Для человека творческой профессии Парамонов читал явно
немного.Если не считать двух полок словарей и энциклопе-
дий,всю его библиотеку составляли:полное собрание похож-
дений некоего мстителя-одиночки с неблагозвучным погоня-
лом Заклятый,несколько книжек модных нынче прозаиков—
судя по особенной глянцевости корешков,непрочтенных,—
кучка энтобусного чтива в мягких обложках,засаленного,на-
оборот,до канифольного блеска,и жалко притулившуюся в
уголке стопу раешного еще издания наихристианнейшей лите-
ратуры:«Указы XXVII Орденского Собора»,цитатник по рабо-
там отцов церкви,книга «Строители Сибирского Рая»,и,само
собой,производственный роман всех времен и народов,жупел
десятиклассников «Понедельник начинается в субботу».Сам
я,каюсь,ознакомился с карьерой младшего тавматурга При-
валова только до второй главы,а сочинение на тему попросту
списал,за что и получил заслуженный трояк,и совершен-
но не мог представить,зачем кому-то держать этот памятник
ушедшей эпохи у себя дома—разве только из ностальгических
соображений.
А вот Евангелия на книжной полке я не нашел.Была,
правда,большая Толковая Библия и маленькая,зато с парал-
лельным текстом Септуагинты.
226
227
Искомую книжицу—тощенькую,с потертым крестом на
обложке—я обнаружил в ящике письменного стола,мысленно
прокляв себя за недогадливость:конечно,не на полке место
блокноту для особо важных заметок,даже если замаскирован
он под книгу.Подержал в руках,полистал зачем-то—ничего,
кроме примелькавшихся с детства строк,разумеется.
Собственно,на этом можно было заканчивать.Оформить
документацию,забрать блокнот в участок,дождаться,покуда
замотанные эксперты не снимут с нее чары...Но мне ужасно
хотелось заглянуть в парамоновские записи.
Упомянув в свое время,что защиту,налагаемую на тайно-
писные книги их создателями,снять—невелика хитрость,я не
шутил.Но для меня вопрос стоял несколько иначе—не «мож-
но ли ее взломать в принципе»,а «сумею ли я сделать это
сейчас и здесь?».
Инструментария я,само собой,из дому не прихватил—моя
специальность не то,чтобы очень полезна в условиях,прибли-
женных к боевым.Пожалуй,в другом доме у меня бы ничего
и не вышло.Но покойный Парамонов был,благодарение всем
святым,журналистом.И я очень удивился бы,не обнаружив
в его столе набора разноцветных карандашей,кучки линеек
(исписанных,точно школьные,редкостно однообразным набо-
ром непристойностей,отчего вся кучка напоминала остатки
лилипутского забора),циркуля и прочих чертежных принад-
лежностей.Некоторые предметы покрывала пыль—очевидно,
Парамонов ими не пользовался,но дома держал для солидно-
сти.
Когда я начинал заниматься знаковой магией (ее еще назы-
вают геометрической,или начертательной),то делал это никак
уж не в практических целях.Просто врач присоветовал мне
найти хобби,требующее усидчивости,терпения и особенно
хладнокровия пред лицом неудач—короче говоря,именно тех
качеств,которых мне не хватало,и которые мне следовало
всеми силами развивать,дабы вписаться в людское общество.
Поскольку вышивание крестиком меня не привлекало,а рыб-
228 Валентин Зорин пятница,18 июня
ная ловля наводила смертную скуку и не обещала даже ми-
нимальных результатов—как известно,водяные волчьего духу
не переносят,—я избрал не преследуемую даже подозритель-
ными раешными властями начертательную магию.Такое ис-
ключение из общей тенденции любую магию находить и ка-
рать сделано было,полагаю,именно потому,что приспособить
начертательную магию к делу крайне трудно.Да,с ее помо-
щью можно добиться практически любого результата.В одном
дореволюционном труде мне встретился даже намек на то,что
Гауссу удавалось вызывать ангелов,пользуясь исключитель-
но геометрическими символами.Другой вопрос—а на кой ляд
сдались такие трудности?На печать средней сложности ухо-
дит в среднем часа четыре—это если вы все сделали правиль-
но с первого раза.Я уже не говорю на расходах на ватман
и карандаши.С помощью обыденной магии того же резуль-
тата можно добиться двумя-тремя комплексными заклятьями,
набормотать которые—дело пяти минут.И уж ни в коем слу-
чае бытовую геометрическую магию нельзя приспособить для
нападения.Самое большее—для защиты.
Удивительным было,что занятие мне понравилось.Навер-
ное,мнимая независимость от системы потакала волчьей сто-
роне моей натуры.И я втянулся.Пускай первые мои символы
можно было клеить на стены в сортире,пусть у меня уходили
недели на то,что средний чародей выколдовал бы за час—это
был мой талант,моя способность!Постепенно оказалось,что
у меня твердая рука,цепкий глаз и неплохая интуция.Я на-
чал доверять собственным амулетам—они порой срабатывали
лучше казеных.
Теперь мне предстояло выяснить,чего стоит моя редкост-
ная магия так сказать,в поле.
Самым сложным было не ошибиться в размере рамки.Сде-
лаешь пошире—она не наложится на страницу,и читать ста-
нет неудобно,сделаешь поуже—и на нее не поместится ор-
намент.Вопреки распространенному мнению,узоры начерта-
тельной магии не обязаны быть сложными.Главное—точность
229
исполнения.Я выбрал один из самых простых,так называ-
емое «лучистое плетение».Обычный твердый карандаш,ли-
нейка с жирной надписью «КАЗЛЫ» (буква «А» кудрявилась
завитушками) и транспортир.
Подумав,я добавил по углам будущей рамки миниатюр-
ные знаки отвержения.С топологической точки зрения такой
знак есть не что иное,как нарушенная соломонова печать,а
что может скрывать секреты лучше,чем старинная придум-
ка иудейского царя?Старик обогнал свое время—к тому вре-
мени,когда появились достаточно точные измерительные ин-
струменты,чародейство достигло высот,сравнимых с нынеш-
ними,и геометрическая магия оказалась попросту не нужна.
Та же история,что и с пулеметами—кому нужна эта здоровая
железная дура,когда огневой жезл даст ей сто очков вперед?
На весь узор у меня ушло минут двадцать.В такой спеш-
ке я еще никогда не работал,и здорово опасался за результат,
когда по три раза примеривался,чтобы провести одну линию—
малейшая ошибка в начертательной магии может привести к
тому,что весь знак придется перерисовывать.Но,к моему
большому удивлению,рамка заработала.Когда я вырезал ее
из листа плотной писчей бумаги и с внутренним трепетом
наложил на первую страницу Евангелия от Матфея,четкие
печатные буквы расплылись и моему завороженному взгляду
предстали угловатые каракули господина Парамонова.
Те самые,что послужили причиной его гибели.
На первых страницах ничего интересного я не нашел—
похоже было,что книга заполнялась от случая к случаю,и
начальные записи датировались прошлым годом.Как раз то-
гда Парамонов раскручивал дело «Модемага» и г-на Трубен-
цова лично—о том были и заметки.Трубенцов к настоящему
моменту уже третий месяц куковал в американской тюрьме,
ожидая процесса,после которого его должны были выдать не
то в Гишпанию,не то в Россию—смотря чьи аргументы суд
признает более убедительными.Так что начало книги я про-
листал,не раздумывая.
230 Валентин Зорин пятница,18 июня
Дальше стало поинтереснее.Похоже было,что тайную
книгу покойный Парамонов не только для работы использо-
вал.Во всяком случае,я обнаружил там список доступных
журналисток с исчерпывающими комментариями о степени
доступности и целесообразности пользования оной.Наряду
с подобными экскурсами в сексологию книга содержала на-
метки статей—как написанных,так и отложенных,загадоч-
ные комментарии типа «Читал В-С.Мура редкая,все хва-
лят.Обо...рать?»,и тому подобное.Я уже отчаялся выудить
что бы то ни было полезное с этих страниц,когда заметки
оборвались.Несколько разворотов были намеренно оставлены
пустыми,а потом через всю страницу шла жирная надпись:
«Оркск».И подзаголовок «Дело века».
Скромностью и христианским смирением покойный Пара-
монов явно не страдал.Что ж,пусть будет «дело века».А что
я помню про Оркск?Да только одно—городишко этот никак не
входит в зону ответственности столичного благочиния.Я мыс-
ленно пометил себе справиться хотя бы в энциклопедическом
словаре,и перелистнул страницу.
Следующий разворот был сплошь покрыт затейливой вя-
зью,которую я,не разобравшись,принял за арабскую,но
пригляделся и сообразил—простая стенограмма.Сделанная от
руки,а не самопишущим пером,и,похоже,руки у Парамоно-
ва крепко дрожали—вон как строки ходят...Стоп.Вот в это
не верю.Газетчики наши трезвенниками не бывают,но про-
жженный журналюга Парамонов и после ящика водки стро-
чил бы ровненько.Значит,писал он в очень неудобной позе.
Строки заносит вправо вверх...ну да,все понятно.По зерка-
лу говорил господин Парамонов.Притом не дома,а где-то на
улице,не то в будке,потому что блокнота не смог положить
на стол—вот и стенографировал на весу.
Было бы еще интереснее,если б я умел читать стено-
граммы.Обращаться за помощью к коллегам покойника мне
отчего-то не хотелось.
А что там дальше?Очень разборчиво выписанный список
231
имен и фамилий,и каждой присвоен номер.
Первым идет...надо же.Под кого копать вздумал,Пара-
моша?Совсем ума лишился?Таких людей задевать...А вот
дальше совсем интересно.Что может связывать уже упомяну-
того новобоярина и орского (правильно было бы,конечно,пи-
сать «оркского»,но получалось двусмысленно,и орчане,они
же оркчане,страшно обижались) градоначальника?Какие у
пресловутого Ледащицкого интересы в этой дыре?
Дальше шли совсем непонятные фамилии.Городницкий,
Виссарион Николаевич,с пометкой «п-к сгб»—вероятно,«пол-
ковник службы ГБ»,хотя с тем же успехом это могло значить
«покойник сгубил».Некие господа Тончик и Барятов,без имен
и пометок.За шестым номером значился некто преп.Лукиан,
конс.по запр.маг.д.—понимай как знаешь.
Следующим шел Оэларион ап Ыгвейн ыд Орласт Гиладре-
лиен.Семерка около его имени была подчеркнута трижды.
Каким ветром эльфа занесло в эту,до сих пор чисто люд-
скую компанию?Дивный народ не стремится превзойти чело-
века на его собственном поле,предпочитая существовать с на-
ми по соседству.Возможно,причиной тут банальная опаска—
эльфы еще не выиграли ни одной войны с людьми.Мы пло-
димся быстро,как орки,но прогрессируем куда быстрее.Эль-
фы побеждали нас раз за разом...а им это не помогало.
Древнейшая раса оказалась в нелепом и унизительном по-
ложении взрослого,которого заплевывают жеваной бумагой
обнаглевшие первоклашки.А пока лесные жители раскочега-
ривались дать дерзкому пацанью сдачи,пацанье поднакачало
мышцы,и лезть в драку стало не только противно,но и опас-
но.
Но отдельные эльфы все же выходят из своих лесных ан-
клавов,и мало кто из них прозябает в безвестности.Эльф
среди людей,как правило,добивается высокого положения,
несмотря на все предрассудки.Не то,чтобы «дивьи люди» бы-
ли умнее—просто долгая жизнь наделяет их богатым опытом.
Гиладрелиен...встречалась ли мне эта фамилия?Паспорт-
232 Валентин Зорин пятница,18 июня
ной Парамонов,зараза такая,не указал.Сам он ее,небось,
помнил...а мне как догадываться?Оэларион Гиладрелиен...
созвучного ничего не выходит.А если по смыслу?Говорили
мне,дураку—учи языки!
Кленов.Вот его как зовут—Олег Кленов.
Неудивительно,что я не признал его по имени.Иные эль-
фы настолько плотно ассимилируются,что даже фамилии при-
нимают человеческие.Кленов—из таких.Не удивлюсь,что
половина имеющих с ним дело даже не догадывается,что
он эльф,причем из пермских,особенно замкнутых.За что
его изгнали,вряд ли кто помнил—полтораста лет спустя.Во
всяком случае,диплом он получал уже в Московском уни-
верситете.После революции он как-то выплыл—вначале глав-
ным технологом на Камском маготехническом.Потом Ниж-
некамск переименовали в Исаво-похлебкинск (согласно апо-
крифу,изначально хотели назвать Иосифо-похлебкинском,но
кто-то из вышестоящих поправил согласно Священному Пи-
санию,отчего верноподданический порыв несколько смазал-
ся).Оэларион Кленов остался,уже технологом на ИПМТЗ—
кто хочет,пусть сам расшифровывает.Потом эпоху огол-
телой акривии сменила краткая оттепель икономии,город
стал—обратно—Нижнекамском,а Кленов—директором завода.
К концу раешных времен эльф-отщепенец добрался до поста
зам.министра—недюжинное достижение для разумного,чис-
лившегося в ордене сугубо формально.
Когда грянула всеобщая секуляризация,брат Кленов пере-
красился в господина одним из первых.Не знаю уж,каки-
ми заслугами он заполучил контрольный пакет акций свое-
го родного Камского маготехнического,но с тех пор к ним
прибавились еще много разных пакетов и пакетиков.Конеч-
но,до скверной славы наших олигархов ему было далеко,но,
по-моему,больше из-за того,что эльф Гиладрелиен не стре-
мился выделяться.Имея за спиной такие гиганты оборонки,
он не нуждался в бесконечном бессмысленном хапанье,стыд-
ливо прикрываемом репортажиками по скупленным на корню
233
эфирным каналам.
И вот теперь эта личность всплывает в связи с журналист-
ским расследованием.Которое вел Парамонов,эта,по выра-
жению Хельги Аведрис,«гиена с пером в заднице».Что-то тут
не вяжется...
Дальше пошли через одну фамилии знакомые и совершен-
но мне не известные.Впрочем,допускаю,и это были люди
в своем роде замечательные,но до сих пор все же чтившие
Десять заповедей,как завещал великий Бендер.
Последней шла фамилия некоего Карлина Дмитрия Ники-
тича.Ее я тоже запомнил—если список,как я подозревал,со-
ставлялся по мере поступления сведений,то последние строки
могут иметь к убийству более тесное отношение,чем первые.
Больше в блокноте не было ни строки.То ли пройдошли-
вый газетер и не вызнал ничего более,то ли побоялся запи-
сывать даже в тайный блокнот.
Да,но что же делать мне?
Я рассеянно сложил мнимое Евангелие,завернул в паке-
тик,сунул вместе с незаполненными бланками в тут же обрю-
хатевшуюся папочку и покинул пахнущую запустением квар-
тиру.По пути вниз я задержался на миг у дверей квартиры
номер восемнадцать—не позвонить ли?—но побоялся,и только
сгорбился пристыженно,выходя из подъезда.
Уже на остановке я сообразил глянуть на часы,и ахнул—за
разлиновкой талисмана время пролетело совершенно незамет-
но.До конца рабочего дня оставалось чуть больше получаса,
и,поразмыслив,я решил употребить их с пользой.Конеч-
но,Свет Никитич разорется—раз такое ЧП,он нас всех на
сверхурочные работы выгонит,в добровольно-принудительном
порядке,—но я у него и так не на лучшем счету после утрен-
ней статьи,каплей море не намочишь...
С уличного зеркала я позвонил в участок.Соединять меня
долго не хотели,в мутном полированном алюминии почему-
то раз за разом возникала скверного вида регистраторша из
северо-восточного округа.В конце концов я прозвонился на-
234 Валентин Зорин пятница,18 июня
шим,за что и был вознагражден видом усталой и красной фи-
зиономии Малинкина.Положительно,Дося меня преследует,
свинья он эдакая!
– Слушай,Дося,—без предисловий поинтересовался я,—ты
знаешь,где сейчас наши эксперты сидят?
– Да здесь и сидят,—пожал он плечами.—Теоретически.
Только они все сейчас на погорелище.Тебе кого надо-то?
– Кого-нибудь!—Я махнул рукой,имитируя раздражение.—
Слушай,ты передай Свет-Никитичу,что я к ним.Тут у меня
одна штука...
Я вкратце объяснил,что мне удалось найти на квартире у
Парамонова.
– Хочу показать кое-кому,—закончил я.—В общем,завтра
с утра у него будет на столе та находка,за которую Парамоша
поплатился головой.
Дося уважительно присвистнул.
– Ну ты молоток,Валь,—признал он неохотно.—Передам.
Бывай.
Мясистая длань Малинкина надвинулась на меня из глу-
бины алюминия,и зеркало потухло.
На самом деле я не собирался показывать находку нашим
экспертам.Мне было известно—совершенно случайно и со-
вершенно точно—что Никодимов умеет читать стенограммы
лучше любой секретутки.
Всеволод Серов,пятница,18 июня
Теперь следовало действовать быстро.Я перешел улицу,стал
рядом со свежевыкрашенной белыми полосками вешалкой и
призывно замахал руками.
Первым начало снижаться обычное или,как нынче можно
говорить,муниципальное,такси.Понятно,что столь замет-
ный транспорт меня не устраивал,равно как и следующий—
сравнительно новый мариенбургский гобелен,к сожалению,от
носа до конца расписанный рекламой своей извозной конторы.
А вот третий ковер был в самый раз.Старая добрая полу-
торасаженка,«полуторка» по-простому,Юбилейный выпуск—
через весь ковер тянулась поблекшая,но еще вполне читаемая
надпись:«Решения XVII Собора—в жизнь!».
Никаких признаков извозного цеха сей ковер не нес,что
подходило мне как нельзя больше.И летчик меня тоже устра-
ивал,по крайней мере с виду—человек,средних лет,комплек-
цией походившей на бывшего,уже начавшего расплываться,
борца.
– Докуда?—лаконично осведомился он,зависая передо
мной в полусажени от тротуара.
– До вечера,—сообщил я,забираясь на ковер.
– Вечер большой,—сообщил коверный,начав,тем не менее,
потихоньку набирать высоту.
Оно и верно.Главное—принять клиента на борт,а там вид-
но будет.
– Хм.—Я изобразил задумчивость.—Часов до восьми.
Сомнительно,конечно,чтобы Зорин посвятил служебным
делам столько личного времени,но кто его знает?Вдруг он и в
235
236 Всеволод Серов,пятница,18 июня
самом деле образцовый благочинный,отдающий делу защиты
пожизненного и посмертного покоя честных граждан не только
служебное,но и личное время.
Мысль,что у моего наблюдаемого могут найтись и личные
дела позже восьми часов мне в тот момент как-то в голову не
пришла.
– Восемьдесят.
– Талеров?—переспросил я.Несмотря на всю серьезность
дела,названная сумма была слишком уж велика—по крайней
мере для меня—чтобы расстаться с ней без боя.
– Не,тугриков ордынских!
– Дядя,ты чего?—Я покосился на объектив «Эля».Зорин
как раз проходил к автобусной остановке.Поскольку энтобуса
нужного направления в переделах ближайших двух кварталов
не наблюдалось,я решил,что пара минут у меня есть.—За
восемьдесят талеров можно гобелен забугорный на день снять.
– Тык то ежли сам,без летуна,—отозвался коверный.—А
коли не сам—тридцать звонких в час,отдай и не греши.Вот
и считай—сейчас еще и четырех нет.
– Ну ты даешь,мужик!—почти искренне удивился я.—Тебе
ж русским языком говорят:«забугорный гобелен».Покажи,
какими нитками твое чудо—«слейпнир»,и я тебе сей же час
все полтораста звонких отсыплю.
– Кому надо,тому и ишак—пегас,—проворчал летчик.—
Семьдесят пять.
– Семьдесят,—бросил я решительно.—Семьдесят и два-
дцать вперед.
– Сорок вперед.
– Идет,—поспешно сказал я и потянулся за кошелем как
раз в тот момент,когда под нами прогрохотали по булыжнику
колеса энтобуса.
– Куда лететь-то?—осведомился летчик.
– Пока—прямо,—сказал я.Сколь мне мнилось,энтобус
двадцать седьмого маршрута,в который только что загрузил-
ся брат Зорин,ближайшие пару верст следовал прямо по Де-
237
сятимученической,никуда не сворачивая.—И не торопясь.А
там...видно будет.
Летчик покосился в мою сторону,как мне показалось,до-
вольно неприязненно.
– А вы,господин хороший,часом не сыскарь будете?—
громко и нервно осведомился он.
– Господи упаси!—Я даже вполне правдоподобно шарах-
нулся в сторону.—Неужто похож?
– А кто знает,—уже более спокойным тоном проворчал
коверный,—на кого они похожи?
– Вообще-то...—немного растерянно начал я,—сейчас я
как раз одного...субчика выследить и пытаюсь.
– А что он сотворил-то?
Я смерил летчика испытующим взглядом,стиснул зубы,
изображая судорожную внутреннюю борьбу с самим собой и
завершил этюд тяжким вздохом.Желание излить душу побе-
дило.(Что и требовалось доказать)
– У меня с дружком,—начал я,оглядываясь на отстав-
ший энтобус,—дело небольшое,фирма по-нонешнему.Не так,
чтобы очень...в месяц обороту примерно столько,сколько
Ледащицкий-старший на парчовые подштанники тратит.На-
роду немного,все свои.Родственники там,знакомые.
– Во-во,—заметил летчик.—Нонеча с улицы и полы-то ме-
сти не возьмут.
– Так ведь время-то какое,брат,—снова вздохнул я.—Это ж
раньше,при Стойке,каждый был сторож ближнему своему,а
сейчас?Спиной повернуться и то,бывает,пять раз подумаешь.
– И то правда,брат.
– Ну вот,—продолжил я.—А этого,—я кивнул в сторону
энтобуса,—пять месяцев назад теща сосватала...помощни-
ком бухгалтера...на мою голову.
Я уже успел разглядеть на пальце летчика крохотный
блестящий ободок,а потому бил наверняка.Любая женатая
особь мужеского полу при упоминании сей...жениной ма-
мы,тотчас же преисполняется к говорящему—обычно являю-
238 Всеволод Серов,пятница,18 июня
щемуся,как и в моем вымышленном случае,пострадавшим—
необычайным сочувствием.Даже те из них,кто соседствует
с вышеупомянутыми особами душа в душу—а таких отнюдь
не столь мало,как изображает молва,—ибо архетип могуч и
действием обладает воистину магическим.
– И что?Приворовывать начал?
– Ага,щас!—оскалился я.—Бухгалтером-то у нас Васина,
компаньона моего,супружница законная.У нее все эти ба-
лансы,дебеты с кредитами...комар носа не подточит.Он-то,
когда к нам лез,может и надеялся на что,ан нет—коротки-то
ручонки оказались.
– А в чем дело-то?
Я вздохнул в третий раз.
– Пару месяцев назад...—Энтобус подошел к очередной
остановке и я на миг прервался,косясь на целевик.Впрочем
и без двадцатикратного увеличения было ясно видно,что Зо-
рина среди выходящих нет—...ну да,с пару месяцев начали
мы с Васькой подозревать,что у нас «крыса» завелась.Снача-
ла по мелочи...там—сделка сорвалась,ну,бывает,там—цену
за нужный товар заломили до небес,к стенке приперли.Но
когда раз за разом пошло,тут уж мы крепко призадумались.
Я огляделся по сторонам и,придвинувшись ближе к лет-
чику,перешел на шепот:
– А нынче нам фарт выпал...да такой,что,если дело
выгорит,то с подштанников Ледащицкого на штаны перейдем.
– Ого,—уважительно присвистнул летчик.
– То-то и оно,—кивнул я.—Но если пронюхают...
– Ну,эт-то то понятно.
– Так что мы с Васькой порешили,—объяснил я.—Надо
всенепременно эту «крысу» выловить.
– А чего сами-то?—удивился летчик.
– Ну а как же...я ж говорю,брат,народу-то у нас немно-
го,все свои.Как тут быть—вечером одному на ухо шепнешь,
а наутро все знают.Жены,дети...семьями все дружны.Как
такое поручишь...Опять же—а вдруг все ж напраслину на
239
человека взводим?Вдруг—не он,а другой?Это ж пятно та-
кое...не—я покачал головой—своих никак нельзя!
– А со стороны кого нанять?—предположил летчик.—Коли
уж о таких деньжищах речь зашла?
– Да думали...—Я вздохнул в четвертый раз.—Ходил я в
одно это...агентство,будь оно неладно.Солидное,такое...
флигелечек у них двухэтажный на Каширском,после ляхре-
монта...как показали они мне свиток с расценками ихними—
тут-то я за голову и схватился.
– Что,так страшно?
– Хуже!—отозвался я.—А в еще одно ходил...цены-то
там пониже,да только такие рыла сидят.Я как на те рыла
глянул—всех мыслей,как бы с фраера очередного деньгу сру-
бить,да в ларек за спотыкаловкой.А уж после бутыля они
отчет накатают...Нет уж,лучше самому.
– Э-то ты верно сказал,брат,—заметил летчик.—Если хо-
чешь,чтобы как надо сделали—делай сам.Нонеча веры нико-
му нет.
– Так и я о том же.—Радостно закивал я.
– Да-а,дела.—Коверный с задумчивым видом поскреб
затылок.—Ну...командуй,коли так.
– Пока давай так,как сейчас,—сказал я.—А над углом
зависнешь.Вверх,главное,особо не иди.
Мы уже успели набрать больше сотни саженей высоты,а
выше двухсот я забираться не хотел.Зорина-то я с целевиком
не потеряю,но меня интересовал отнюдь не только сам брат
благочинный,а то,что будет происходить вокруг его персоны.
Тут мне пришла в голову очередная запоздалая мысль,от-
чего я резко развернулся и лихорадочно зашарил объективом
по небу.
Ничего.По крайней мере ничего,чтобы можно было с хо-
ду идентифицировать,как происки возможных конкурентов.
Движение в Над-Москве было в этот час довольно интенсив-
ное,но других ковров,совпадающих с нами по направлению
и,главное,по скорости,в окрестностях не наблюдалось.Бли-
240 Всеволод Серов,пятница,18 июня
зился вечерний час пик и счастливые обладатели летательных
средств спешили покинуть столичное небо до того,как оно
превратиться в воздушный аналог «русской рулетки».
Конечно,существовала вероятность,что меня засекли пер-
вым,и теперь уже мою скромную персону кто-то вдумчиво
изучает во что-нибудь оптически-мощное...Но тут уж ниче-
го не попишешь,придется рисковать.А ля гер,как на войне.
Были еще магические шпионы,но в их возможности я
охотно верил лишь во время просмотра очередной пьески
про аббата Бонда.В условиях же современного города с его
зашумленным эфиром,повышенным—в разы по сравнению
с естественным—магическим фоном...попытка удержать на
контакте какую-нибудь ворону уже через десять минут пре-
вратиться в сущую пытку.Накладывать же автономное за-
клятье...во-первых,всегда остается риск,что птице просто-
напросто не хватит ума правильно воспринять информацию—
мозги-то маленькие—и уж всяко она не сообразит немедленно
сообщить о чем-нибудь важном.А попадет под шальной вы-
брос остаточной магии—и все,каша в голове и из всех мыслей
разве что желание лететь по прямой.
В поле маги обычно решают этот вопрос,«окучивая» сразу
стаю—таким способом можно обеспечить сравнительно регу-
лярное получения репортажей,да и иметь дело со образо-
вавшимся в результате коллективным псевдоразумом гораздо
удобнее.
Можно попытаться решить вопрос еще проще—навесить
заклинание непосредственно на объект слежки,но в наше вре-
мя такой способ прокатит разве что с каким-нибудь бомжом,
а никак не со следователем по особо грешным.Если у него
в тот же миг не завизжат полдюжины амулетов,то цена ему
грош в базарный день,а у меня сложилось впечатление,что
Зорин себя ценит куда дороже.Я и за целевик-то немного
опасался,а в нем ведь не наш доморощеный наговор в стиле
раешной школы «быстрей-быстрей,много-много»,а элитное
заклинание штучной работы.
241
Так что остается старое доброе—а заодно и дешевое—
топанье ножками.
В этот момент оставшийся позади ковра энтобус,наконец,
подкатил к остановке и я,даже не успев еще поднести объ-
ектив к глазам,углядел в мельтешении знакомый форменный
кафтан.
– Подай чуть левее,к крышам,—скомандовал я,не
оборачиваясь.—И медленно—вперед.
А вот теперь начинается работа.
Я вытянулся на ковре,устраиваясь подобнее,старательно
упер локти,навел перекрестье на окаймленную красным фи-
гуру благочинного.Перевел левее...правее...
Челночная последовательность наблюдения—азы снайпер-
ского дела,накрепко вбитые когда-то в зеленого лопоухого
мальчишку в Китежской учебке.Наблюдать,запоминать,ана-
лизировать...пересмотреть врага.Снайпер,который не су-
меет это сделать,очень скоро становиться мертвым снайпе-
ром.
Нас учили очень хорошо—я стал отличным снайпером.
Первого топтуна я вычислил через семь минут.Человек,
мужчина средних лет в ношеном темном кафтане.Дальше
пошло проще—второго я выцелил в момент передачи эстафе-
ты.А еще через несколько минут засек и третьего.
Надо признать,карусель вокруг клиента эта компания кру-
тила довольно грамотно,ни раз не приближаясь к Зорину бли-
же,чем десяток саженей.Возможно,они так же пользовались
какой-нибудь мелкой магией...
Я даже сумел засечь момент доклада одного из топтунов—
сразу после того,как брат благочинный вышел из подъезда
дома,в коем пробыл ровно пять минут сорок три секунды—
если верить моему брегету.
В общем,все получилось настолько просто и гладко,что
мне стоило бы заподозрить дурное хотя бы на основе Зако-
на Всемирной Подлости.Естественно,я поступил наоборот—
расслабился,впал в грех гордыни и чуть было не лопухнулся
242 Всеволод Серов,пятница,18 июня
самым позорнейшим образом.
Правда,тут свою роль сыграли еще и особенности челове-
ческого мышления.Хоть я и не отсеивал возможных кандида-
тов в зоринские «хвосты» сознательно,мое подсознание,по-
хоже,выполняло эту работу самостоятельно,располагая уви-
денные лица в порядке наибольшей вероятности.Мужчины,
женщины,старики,дети,нелюди...
Я потратил почти две минуты на пускание слюней,раз-
глядывая в «Эль» очаровательное личико юной эльфийки—и
только потом до меня дошло,что это премилое личико,равно
как и прилагающуюся к нему точеную фигурку в замшевом
колете я уже видел...не далее,как четверть часа назад.
Это было настолько невероятно,что в первый момент я
был готов поверить даже в случайное совпадение.И следу-
ющие полчаса у меня ушли именно на то,чтобы убедиться в
очевидном—за Зориным следили эльфы.Точнее—молодые эль-
фы.Еще точнее—подростки.
Это было настолько невероятно...почти что противоесте-
ственно,что первая тройка топтунов,похоже,так и не засекла
своих конкурентов,несмотря на то,что вели себя те исклю-
чительно по-дилетантски,сближаясь порой с «объектом» чуть
ли не на расстояние вытянутой руки.
Правда,эльфов выручала численность—я насчитал целую
дюжину юных эльфов,перемещающихся в одном с братом
благочинным направлении.Еще одним сильным местом ост-
роухих была связь—судя по их маневрам,они постоянно пе-
реговаривались между собой.
Валентин Зорин,пятница,18 июня
– Валя,тебе не говорили,что ты настырный юнец?—пробасил
Никодимов,затягиваясь очередной «беломориной».
– Говорили,Пал Кузьмич,—согласился я,пытаясь не за-
кашляться.Хотя мы стояли на улице,вокруг моего стар-
шего коллеги уже образовалось расплывающееся синеватое
облачко.—А вам не говорили,что курение вызывает рак лег-
ких?
– Пф!—отмахнулся Никодимов,встрепенув ленивые дым-
ные струи.—Скорее меня сведет в могилу язва.Так что тебе
надо на этот раз?
Я бережно извлек из папки копию,снятую мной с двух
страниц парамоновского блокнота.С тех пор,как дубликаторы
перестали ставить только в закрытых институтах,за дверями
из холодного железа,в столице с этим нет проблемы;тяжело
было только точно уложить рамочку на страницу.
– Павел Кузьмич,помогите прочесть,—попросил я смирен-
но.
Никодимов,прищурившись,глянул на листки.
– Пошли на ковер,—предложил он.—Тут,я вижу,много...
Записывать для себя будешь?
Я кивнул.
– А говорили тебе—учи науки,—ехидно заметил следова-
тель.
Мы пристроились на краешке потертого нижегородского
«половика»,наспех и неловко перекрашеного из сине-желтого
в черно-белый,на западный манер.Коверный отошел поку-
рить,и нам никто не мешал—только эксперты в отдалении
243
244 Валентин Зорин,пятница,18 июня
сосредоточенно вымеряли траекторию сглаза.Обычное дело—
какая-то ведьма сгоряча окатила низко пролетавший ковер
ненаправленным проклятьем;а то ему высоко лететь,когда
гружен он стальными балками!У коверного,само собой,ин-
фаркт,ковер—в стену,груз,само собой,сквозь стену и по
квартирам раешных обывателей...хорошо,никого не зашиб-
ло...
– Это вообще,извини,что?—поинтересовался Никодимов,
обдувая листки струей дыма,достойной мичуринских драко-
нов.
– Улика,—кратко ответил я.
– Ну...молчи-молчи,дело твое.Карандаш взял?
Я кивнул,изготовившись над общей тетрадкой,купленной
в той же канцтоварной лавочке,где я снимал дубликаты.
– Тогда слушай.—Никодимов прокашлялся.
Я еще в прежние времена заметил за ним интересную
особенность—мой старший коллега очень выразительно читал.
Вот и сейчас я будто наяву слышал голоса—немузыкальный
тенорок Парамонова и звенящий от страха баритон его неве-
домого собеседника—хотя не был знаком ни с тем,ни с дру-
гим.
Парамонов:Добрый день,Дмитрий Никитич.Как и дого-
варивались...
Собеседник:Да,да!У меня мало времени...вот-вот при-
дет...минуты две...
Парамонов:Тогда—я правильно понял,вы хотели сказать,
что выступления серкелуин поддерживаются...
Собеседник:Именно!Кормильцев их науськал.Это его
идея.Я тут не при чем...Он уговорил Долина,но он и его
подставит,я знаю!
Парамонов:Успокойтесь,Дмитрий Никитич,Христа ради!
На этом месте я сообразил,с кем беседует газетер—в его
списке последним шел некий Дмитрий Никитич Карлин.А
вот как он связан с бывшим орским (или все же оркским?)
мэром,а с недавних пор—пермским губернатором Долиным,
245
оставалось пока загадкой.
Парамонов:Никаких документов у вас,само собой,нет?
Карлин:Кого вы за идиота держите?Меня?Упыря?Он ве-
дет с ними свои дела,а Долина приглашает снимать сливки...
Я уже тогда понял,что пахнет керосином...(неразборчиво)
Парамонов:Дмитрий Никитич?
Карлин:Идет,скотина...Вот что—я слышал,что Хиргор
отправляется в Москву на днях,и акция назначена на два-
дцать третье.Все.Потом созвонимся.
Никодимов замолк.
Я ошарашенно потряс головой.Расшифрованная,стено-
грамма больше порождала вопросов,чем давала ответов.
Кто такие Кормильцев,Упырь и Хиргор?Какие сливки
предстоит снимать мэру?Что за акция в Москве?И что озна-
чает загадочное словечко «серкелуин»?
Впрочем,последнее вызывает хотя бы смутные ассоциации.
Слово,похоже,эльфийское...хотя я не настолько хорошо
знаком с древней речью,в академии нас больше гоняли по
греческому и латыни.
– Ну что?—поинтересовался Никодимов,помолчав.
– Полезно,—неопределенно откликнулся я.—Спасибо,Пал
Кузьмич.
– Ох,Валя...—Старик покачал головой.«Беломорина»
окончательно изошла пеплом;Никодимов машинально выплю-
нул окурок,глянул недоуменно—что еще за гадость?—и растер
каблуком.—Укатают тебя еще крутые горки...смотри...
– Остерегусь,—пообещал я уверенно.
Никодимов пожал плечами.
– Тут...—Он пошарил по карманам.—Спрашивали о тебе,
между прочим.
Сердце зачем-то попыталось спрятаться за ахиллесовым су-
хожилием,потом решило,что благочинским трусить непри-
лично,и вернулось за грудину.
– Кто?—каркнул я.
246 Валентин Зорин,пятница,18 июня
Чего я боюсь,Господи?Кому я нужен?Не уроды же вче-
рашние пришли довломить мне недовломленное?
– Да...мужичок какой-то...—отмахнулся Никодимов.—
Без особых примет,но по повадкам—газетер.Подлость так
и прет из глазенок.Ну да ты у нас теперь звезда эфирных
волн...—прищурился старик.—Смотри,чтобы слава в голову
не ударила.
– Меня в голову только кулаками бьют,—пожаловался я.—
Совсем расклеился на кабинетной работе.
– Да,приложили знатно,—согласился Никодимов.—Ну что,
может,по старой дружбе заедешь к нам?Мы-то не погорель-
цы,можно и кофею погонять,и...этой...после службы...
беленькой...
– Спасибо,Пал Кузьмич,но откажусь,—ответил я с
сожалением.—Мне до дому знаете сколько переть?
– Знаю,помню,ты еще в отряде все уши прожужжал...
Ладно уж,беги...
Старик осекся.Я понял,отчего—верно,хотел по старче-
ской снисходительности назвать меня,как всех своих подчи-
ненных,«щенком»,да вспомнил,что этого слова я не терплю.
А прежде знал твердо,и запинок таких не бывало.Время ле-
тит...
Я распрощался с Никодимовым и двинулся прочь,к оста-
новке.
Идти пришлось мимо пострадавшей инсулы.Я отскочил с
дороги здоровенного тролля,в одиночку тащившего на горбу
балку толщиной с меня,а длиной едва не с энтобус,под дикие
вопли темпераментного десятника-орка:
– Ы-ы-ы!...Лэвэй,лэвэй,тэбэ говорат,гагронк ша-
кушдуг!А ты стой,галрог твой мама ымел!..
Случайно я натолкнулся плечом на встречного прохожего—
молодого,ста лет не будет,эльфа,и был поражен тем,с какой
ненавистью тот глянул на меня в ответ.Если бы скопившийся
в глубине его синих очей лед взаправду обрушился на мою
голову,думаю,меня бы и саламандра не отогрела.На мое
247
растерянное «извините...» эльф даже не обернулся.
В злые времена мы живем.Даже эльфы,и те звереют по-
немногу.
Всеволод Серов,пятница,18 июня
Быстро сгущающиеся сумерки сильно облегчили мне мою
задачу—особенно с учетом того,что количество прохожих на
улицах стремительно уменьшалось по мере удаления от пор-
тала.М-да,Подольск,это вам не столица.Хотя...тоже мне
провинция—семь порталов от Царицына.
Как бы то ни было,мне снова пришлось освежить в памяти
навыки скрадывания—благо редкие эльмовы огни обществен-
ных светильников давали света чуть ли не меньше,чем мель-
кавшая в разрывах мутных туч неровно обгрызанная луна.Я
не теневик,я просто тень...просто тень,дергающая на стене
в такт порывам ветра.
Зорин прибавил шагу—похоже,мы приближались к цели
нашего путешествия.Я даже заранее зябко поежился,при-
кидывая,где можно будет обустроиться на ночь.Черт,как
все-таки неудобно без личного ковра.Так бы сгонял домой,а
с утра—обратно на пост.Тут же лету всего ничего.
Ага.Трудно жить в обители без боевого жезла,особенно
отцу-настоятелю.Тем более,выпускать Зорина из-под колпака
не хочется даже на ночь.Мало ли кто решит к нему в гости
заглянуть.
Тропинка,по которой шел господин благочинный,резко
свернула,выводя на узкую аллею,окаймленную молоденьки-
ми тополями и зарослями какого-то кустарника.Я замедлил
шаг,осторожно глянул сквозь ветви...и время замедлило
бег,растягивая минуты,точь-в-точь,как там,за речкой.
Что-то сверкнуло в дальнем конце аллеи,две алые точ-
ки в полутора саженях над землей.Я шагнул вперед,еще
248
249
не осознавая толком,что увидел—дурак,не закапал вовремя
эликсир,видел бы все,как днем—напрягая глаза,различил,
как поднимается,горбясь,черная тень,рванул плащ...
Низкий,клокочущий рык волной прокатился по аллее,хо-
лодя кровь и заставляя рубашку на спине липнуть к позво-
ночнику.Черная как сама тьма,нечеловечески гибкая фигура
метнулась вперед.
Ей надо было преодолеть сорок локтей,а мне—сделать три
шага вперед и один вправо,и все-таки я едва не опоздал,по-
тому что последние десять саженей тварь решила преодолеть
одним прыжком.
Она словно бы плыла по воздуху,вытянув вперед отблес-
кивающие когтями лапы,и я из-за всех сил жал на немыслимо
туго поддававшийся спуск...просто наваждение какое-то!
А потом обрез рявкнул,изрыгнув из обоих стволов снопы
пламени и оборотень отлетел назад,словно получив пинок
гигантским сапогом.
Ух.Я вытер рукавом пот,едва не распоров при этом себе
лоб курками обреза.Зорин все еще продолжал стоять соляным
столбом,изображая из себя жену Лота.Я обошел его,на ходу
пряча обрез в одну кобуру и доставая револьвер из другой.
Оборотень был еще жив,хотя заряды картечи разорвали
его почти пополам.Тройка-прим,сталь,свинец и благослов-
ленное серебро в одинаковой пропорции,вообще-то ему после
такой дозы полагалось склеить лапы на месте,но я не обо-
льщался,памятуя о невероятно живучести этих существ.Мо-
жет он...нет,она и не смогла бы выжить самостоятельно,
но продержаться пару часов до квалифицированной помощи—
вполне.Если,конечно,я предоставлю ей этот шанс.
При моем приближении оборотень издал хриплый полувой-
полустон и завозился в луже крови,пытаясь приподняться.
Ей пришлось наполовину оборотиться обратно—иначе серебро
уже бы прикончило ее,но до конца стать человеком она то-
же не могла и то,что балансировало на узкой грани между
человеком и зверем,выглядело...отвратно.
250 Всеволод Серов,пятница,18 июня
– Ты...что...
Я не отвечал,занятый более важным делом—выясняя,ко-
торая из пуль в барабане имеет крестообразный надпил.
– Ты...где...
Она не могла видеть меня звериной составляющей,а для
затуманеной болью человеческой я был всего лишь неясной
тенью—и все же тварь нашла в себе силы приподняться и
даже замахнулась на меня лапой.
Пуля «рекса» вошла ей переносицу—и голова оборотня
лопнула,точно спелая дыня.
– Ну,вот и...—Начал я,оборачиваясь...и замер.
Его благочиние господство Зорин медленно надвигался на
меня—чуть ссутулившись и низко,утробно рыча.
– Зорин,стоять!—Выдохнул я,старясь,чтобы окрик про-
звучал как можно убедительнее.—Еще шаг и я стреляю!
Валентин Зорин,пятница,18 июня
Я потряс башкой...нет,все-таки головой,отгоняя искушение
обернуться.Солнце,солнце,меня озаряет ясное солнце,а не
предательница-луна...Конечно,уличный фонарь мало похож
на дневное светило,но,вперившись в него взглядом,я сумел-
таки убедить бунтующий организм,что человеческий облик
мне сейчас подходит больше звериного.
– Уф-ф!—выдохнул аквариумист.
Только сейчас я сообразил,что все это время он держал
меня на прицеле—наверное,опасался,что я,не разобрав,бро-
шусь.
Я перевел взгляд на перемолотое в фарш тело пантеры-
оборотня.Интересные у него патроны...простая дробь не
может повредить перекидышу до такой степени.
И вот тут меня начало трясти.Крупной дрожью.В тот мо-
мент,когда я осознал разом две вещи.Первое—что я только
что чуть не поддался своей волчьей натуре.Окажись на ме-
сте Серова кто-то на самую каплю менее знакомый—и тот мог
бы погибнуть под когтями и клыками смертельно испуганно-
го,и потому смертельно опасного зверя.Аквариумист повел
себя совершенно правильно.Когда имеешь дело с одиночным,
случайным,не науськанным оборотнем—стой не двигаясь,го-
вори повелительно,стреляй без колебаний.Но Серов,в конце
концов,бывший егерь;навидался,верно,«за речкой» моих со-
родичей.
А второе—меня только что пытались убить.Безо всяких
сомнений—убить,и именно меня.Один из немногих спосо-
бов гарантированно расправиться с оборотнем—это натравить
251
252 Валентин Зорин,пятница,18 июня
на него другого оборотня,крупнее и сильнее.Второй способ
только что продемонстрировал Серов,но об этом я предпочи-
тал не думать.В конце концов,не у каждого найдутся дома
особые боеприпасы.Есть еще и третий способ—смертная ма-
гия,однако к ней перевертни до некоторой степени устойчивы.
Меня пытались убить.Эта мысль вновь и вновь билась
в мой обронзовевший череп,заполняя мысли набатным гу-
лом.Меня хотели уничтожить—тихо,надежно,страшно.Еще
бабушка надвое сказала,осталось ли бы от меня хоть что-
то,кроме пятен крови на мостовой и одного-двух мослов,не
случись поблизости Серова—чтобы прокормить тело пантеры,
нужно очень много мяса.
На подкашивающихся ногах я сделал два шага вперед.
Смерть запустила процесс обратного превращения,и то,что
лежало передо мной,с каждой секундой все более напоминало
совершенно обычный изувеченный женский труп.
Впрочем,обычный—это сильно сказано.На человеке раны
заживают не так.И уж во всяком случае—не затягиваются
после смерти.Я обратил внимание на смуглую кожу,огрубе-
лые руки,золотую серьгу на полуоторванном ухе.Одежды на
оборотне,само собой,не было—у нас,в отличие от колдунов-
перевертней,она не захватывается в нелюдское обличье,—а
то,что осталось от лица убийцы,можно было показывать в
музее ужасов,но и так было ясно—цыганка.И то правда—у
кого еще в наших краях может найтись в жилах кровь лео-
пардов,как не у ромалэ,чьи предки вышли из Индии?
Я перевел взгляд на своего спасителя.Серов медленно опу-
стил револьвер.
– Вы в себе?—коротко спросил он.
Я молча кивнул.
И только теперь мне пришло в голову еще одно.Мой
спаситель—не тот,за кого выдает себя.Потому что простые
аквариумисты не ходят по ночному Подольску с обрезами за
плечом.Даже если они шесть лет трубили в Афгане.
– Куда теперь?—поинтересовался Серов так же резко.
253
– Ко мне?—полувопросительно выдавил я—меня все еще
трясло всего,вплоть до кончика языка.
«Афганец» поразмыслил секунду.
– Рискованно,—предупредил он.
– Деньги.—Я пожал плечами.
– А.—Серов кивнул.—Пошли.
Со стороны наш диалог,должно быть,напоминал сценку
из бандитской комедии типа «Таро,талеры,два жезла».Аква-
риумист развернулся,быстрым шагом направившись в сторону
моей инсулы.Я едва поспевал за ним.
По дороге мне пришла в голову еще одна мысль:откуда
ему знать,где я живу?
И кстати—как он вообще здесь очутился?
– Брат Серов...—начал я невнятно.
– Потом,—отрезал афганец.—Когда оторвемся.
«За нами что—следят?»,хотел было спросить я,но прику-
сил язык.Серов,видимо,шел по моему следу не хуже гончей
от самой Москвы,так почему бы другому не повторить этот
подвиг?
Всю дорогу я нервно озирался оттого,что в каждой тени
мне мерещились рубины чьих-то глаз—к счастью,только ме-
рещились,потому что слепая ярость,без которой моя жидкая
кровь не позволяла оборачиваться,сошла,сменившись пара-
лизующим страхом.Но до самых дверей квартиры мы дошли
без приключений.
– Стойте!—Я придержал за плечо уже намерившегося
взяться за ручку Серова.Печати в углах проема уже нача-
ли тревожно посверкивать.
Я нашептал слово-шибболет (если кому интересно—
«интенсификация»;только полные идиоты ставят паролем сло-
во «пароль»),и защитный узор,вспыхнув напоследок,погас.
– Все.—Я распахнул дверь перед гостем.—Теперь можно.
– Сильно,—одобрил «аквариумист»,по-хозяйски оглядывая
мою гостиную,она же спальня и все остальные комнаты.—Где
ставили?
254 Валентин Зорин,пятница,18 июня
– Сам,—коротко отозвался я,залезая в шкаф.Заначку я
держал,по освященной временем традиции,в его задней стен-
ке.
– Вы графомаг?—непритворно удивился Серов.
Я мотнул головой,не оборачиваясь.По комнате располза-
лось облако пыли.
– Готово?—осведомился «афганец» пару минут спустя.
Мне понравилась его манера—не сходя с места,осматри-
ваться,чуть покачиваясь с пятки на носок.Совершенно наша,
благочинская манера.Интересно,а в органах он прежде не
работал?
– Погодите,—бросил я,переходя от шкафа к столу и углуб-
ляясь в недра его ящиков.—Прихвачу карандаши.
– Тогда берите все,—посоветовал Серов.—Может приго-
диться.
Я хотел было ляпнуть «откуда вам знать?».Но не стал.
Вдруг он и впрямь—знает?Человек бывалый...
Что за бред я несу?Откуда у этого типа,пусть даже быв-
шего егеря,уголовный опыт?Как в нем совмещаются нэпман-
надомник—с убийцей оборотней,ворошиловским стрелком?
Стрелок.
В голове у меня с холодным железным лязгом сомкнулись
половинки печати,вызывая демона Оккама.
– Вы!—воскликнул я невольно,оборачиваясь.—Вы—
Невидимка.
Наверное,у меня был довольно нелепый вид—с вязанкой
карандашей в одной руке и циркулем в другой.Но Серов не
улыбнулся.Это мне очень понравилось.Потому что когда ма-
лознакомый человек с улыбкой наставляет вам в грудь дуло
револьвера,в его улыбке сразу начинает чудиться нечто нехо-
рошее.А если улыбки нет,то и глупости в голову не лезут.
«Афганец» кивнул.Один раз.Не сводя с меня взгляда—
мол,заметил или нет?
Я заметил.
– Поторопитесь,—велел любитель тропических рыбок,
255
опуская оружие.—И пойдем.Кажется,мы оба вляпались в
очень неприятную историю.
Интерлюдия
256
Валентин Зорин
– Ну что,Осенев?—ласково поинтересовалась сестра
Феврония.—Отвечать будем?
Осенев боднул воздух,но не промолвил ни слова.Сестра
Феврония потеребила нарясный крест и благодушно улыбну-
лась.
– Так к каким категориям подданных Союзной Стройки
относится уголовный кодекс?—переспросила она.
Уу,Хавронья!
Как эта кличка ходит среди студентов—ума не дам,потому
что произнести ее вслух никто не решается,даже если сест-
ры Февронии в универе нет заведомо.Только похрюкивают
тихонько,или там пятачок покажут...медный.И все,что за-
бавно,догадываются,хотя с лица наш преподаватель ничуть
свинью не напоминает.Скорее уж лошадь.Скорбную поносом.
А Осенев тоже хорош.Попрут его,как пить дать,попрут
после такого завала.Тут никакая «сильная рука» не поможет.
Завалить семестровый зачет—это же надо!Хавронья,конеч-
но,стерва изрядная,все жилы из тебя вытянет,стоит слабину
почуять,но оценки ставит всегда справедливо.Во всяком слу-
чае,ее еще никто не поймал на том,что она валит знающего.
А незнающим—не приходи.Премонитус,известное дело,пре-
мунитус.
– К людям...—выдавил из себя Осенев.—К нелюдям...
– Правильно,Осенев,и к людям относится,и к нелюдям,—
подтвердила сестра Феврония.—А точнее?
Осенев обмяк.
– Ко всем подданным относится уголовный кодекс,—
257
258 Валентин Зорин
объявила Хавронья,словно приколачивая Христа к кресту.—
Ко всем без исключения.Свободны,Осенев.Придете на пере-
сдачу.
Мой сокурсник уныло поплелся к двери.Почти как в пе-
сенке про негритят—«и их осталось девять...».Нас,правда,
осталось не девять,а девятнадцать,но суть от этого не меня-
лась.
– Гармаш!—командирским голосом возгласила сестра
Феврония.—Так почему уголовный кодекс относится ко всем
подданным Союзной Стройки?
Мой сосед неторопливо поднялся с места.
– Потому,матушка,что подданным Стройки как раз и яв-
ляется тот,к кому относятся ее законы,—ответил он.Протяж-
ный гоблинский акцент в его речи был почти незаметен.—А
жители,к коим закон отнесен быть не может,подданными
не считаются.Таковы суть нежить,равно как некрещеная и
пришлая нечисть.
– Правильно,Гармаш,—одобрила Хавронья.—А исключе-
ния?
Голбин задумался.
– Частичными исключениями,матушка,—ответил он,
наконец,—можно считать те случаи,когда жители,не являю-
щиеся подданными,могут совершать преступления,караемые
согласно уголовному кодексу.В таких случаях и превентив-
ные либо карательные меры совершаются согласно законам,
применяемым к подданным Стройки.Например,хотя вампи-
ры,как любая нежить,не могут быть подданными какого бы
то ни было государства,но за совершенное убийство вампир
карается по тем же статьям Уголовного кодекса,что и любой
живущий.
– Верно,—кивнула Хавронья.—А еще исключения?
Ну что ты человека...тьфу,гоблина,извини,Гармаш...
торопишь,ведьма?!Весь курс знает—нельзя Гармаша гнать.
Он,когда торопится,теряется и злится.Уже не один зачет
так проваливал.Хотя умом,пожалуй,меня обойдет.
259
А Хавронья,зараза,валит его нарочно.Орденцы,они у нас
такие—на словах все расы,конечно,равны,но только люди
почему-то равнее других.
– А еще...—Гармаш намеренно делал паузы,чтобы со-
браться с мыслями.—Подданными Стройки не являются ино-
странцы любой категории,так что уголовный кодекс к ним
относится ограниченно,в рамках соответствующих междуна-
родных соглашений.
– Тоже верно,Гармаш...—Сестра Феврония дернулась и
резко подняла голову.—Зорин,встаньте!
Да что же это делается?Я-то ее чем не устраиваю?!
– Зорин,сдайте немедленно шпаргалку,—потребовала Хав-
ронья.
– Какую шпаргалку?—возмутился я.
– Не шутите со мной!—озлившись,монахиня хлопнула ла-
донью по столу.—Сдайте шпаргалку или покиньте авдиторию!
– Какую шпаргалку?—Я начинал потихоньку закипать.
Спокойно,Валя,только спокойно!
– Ту,с которой вы подсказывали своему другу Гармашу,—
ответила Хавронья стальным голосом.—Которому по вашей
милости придется ответить еще на несколько вопросов,и не
самых простых.
Я глянул в сторону двери.Там подмигивал синеватыми ру-
нами ларец,куда мы все перед зачетом складывали разное
магическое барахло.Попробуй в магически чистом зале за-
пустить «шпору»—вмиг засекут.Только у меня шпаргалок не
было.Я же не зря четыре дня,не вылезая,зубрил курс ос-
нов права к этому,будь он неладен,зачету!Не нужна мне
шпаргалка!
– И не пытайтесь отпираться,Зорин,—заявила монашка.—
На вас детектор зашкаливает.
– Да где он зашкаливает?!—взвыл я.—Покажите мне этот
детектор!
Не самая умная просьба—вот отправит меня Хавронья на
пересдачу,и ничего я не смогу поделать.Не в студенческий же
260 Валентин Зорин
комитет идти.И не в хрисомольский—они там вроде филиала
орденского совета.А сестра Феврония в ордсовете человек не
из последних.
Монашка вытащила из-под стола маятник.Гирька мота-
лась туда-сюда как оглашенная,и качания ее были устремле-
ны точно в мою сторону.
Вся авдитория уже глядела только на меня,про Гармаша
забыли.Да нет у меня шпаргалки!На что же так реагирует
этот клятый детектор?
От обиды,от злости,от отчаяния я чуть не закричал.
Страшно болели напряженные плечи,точно каждый взгляд
в спину бил архангельским жезлом.
И тут я понял.Понял и тупо уставился на свои руки,на
густой покров мелких светлых волосков на тыльной стороне
ладони.Черт,сегодня же четверг,полнолуние!Не так мне
много и надо сегодня...
– Матушка...—прохрипел я,совсем было собравшись объ-
яснить,что это не на шпаргалку,это на меня зашкаливает
детектор,но на лице сестры Февронии появилась такая гад-
ливая усмешка,что вспыхнувшая у меня над сердцем злоба
перешла предельную черту.
Сознание я,как обычно,потерял—к счастью,ненадолго.
Похоже было,что приступ длился лишь несколько минут,а
трансформация прервалась,не завершившись,иначе я бы пом-
нил те минуты,что провел в ином облике.Полагаю,наша
преподавательша приложила к этому руку—все же орденские
молитвы имеют изрядную силу.
Взгляды снова охлестывали меня,но уже другие—
испуганные,опасливые.
– Почему вы не предупредили деканат,что вы оборотень?—
поинтересовалась сестра Феврония.
– Я на четверть оборотень,—ответил я заплетающим-
ся языком.Иной облик давал о себе знать как никогда
сильно—наверное,потому,что ему так и не дали выйти на
поверхность.—Это происходит,только когда я очень зол...—
261
Что-то толкнуло меня приврать:—И только в полнолуние.
Хавронья явно не знала,что сказать.
– Тогда...можете идти,—процедила она.—Я запишу,что
вы не могли сдавать зачет по состоянию здоровья.Придете,
когда остальные будут пересдавать.—После почти незаметной
паузы она добавила:—И вы,Гармаш,давайте зачетку и идите.
Гармаш ушел.Я остался.
– Что же вы стоите?—раздраженно поинтересовалась Фев-
рония.
– Я готов сдавать зачет,—ответил я.
– Только что после оборота?—вяло попыталась посопротив-
ляться монашка.
– Ну,вы же знаете,что шпаргалок у меня нет,—ответил я,
и улыбнулся.
Мне даже сначала не показалось странным,что она по-
бледнела.И только потом я понял,что улыбнулся по-волчьи—
приподняв уголки рта и обнажив клыки.
Всеволод Серов
Жара за шестьдесят.Точно,не меньше,что бы там градусник
не показывал.Курорт для саламандр.Кираса уже,наверное,
докрасна раскалилась,даром что под камуфляжем.А про кас-
ку и думать не хочется,да и нечем—мозги кипят уже давно!
Не,одна мысль все же осталась.Вода!Жидкость!!!Холод-
ный,с лимонным привкусом чай,который заваривают наши
эльфы для возвращающихся.За одну кружку этого чая любой
из нас поменяет сейчас все сокровища мира,все на свете—не
глядя.Пи-ить!
Б...прости мя,грешного,Господи,как же я хочу пить!
А во фляге осталось еще не меньше четверти.Вылакать
бы—и гори оно все адским огнем!И плевать,сколько еще
до колодца.И на то,что сначала—само собой—напоят всю
скотину,а люди могут и потерпеть.Потому что если хоть
один мамонт откинет бивни,его поклажу навьючат на нас,
ослов.
Наверное,если бы не десятник,мы бы все уже давно все
вылакали.Но присутствие командира дис-ци-пли-нирует.Хотя
пить от этого меньше не хочется.
Мамонту впереди тоже жарко,бедолаге.Вон как уша-
ми хлопает—только номера мелькают.Даром что южная раз-
новидность,томского питомника.Да и нашему броненосцу
несладко—чешуя на боках ходуном ходит.
Поймать бы того штабного воеводу,который это устро-
ил...конвой этот г...нахватали,кто под руку подвернулся—
два танка,три ящерки,ну и мы,грешные.На тридцать с
лишним мамонтов—слезы,так,аппетит душкам раздразнить.
262
263
По-хорошему,делать это надо было,как месяц назад,под
Хостом—звено грузовых ковров,звено ступ «прикрышки»—
заняли высоту,пропустили колонну,снялись и вперед на пару
верст.А то ползем—справа ущелье,слева гора и ждешь—то ли
фугасом рванут,то ли файерболом приласкают,то ли просто
каменюкой по каске долбанут!
В Бога,в душу,в мать,прости мя,грешника,Господи!
Терпеть ненавижу!
Ездоков нынче развелось до хрена—драгуны,уланы,кон-
ногренадеры,какие-то амазонско-единорожные особые части с
дикой текучестью кадров...Это окромя самой кавалерии.И
все в Рай на чужой холке норовят въехать!А ножками только
разведка и мы,грешники.Остальным все по х...Взгромоз-
дил себя животине на загривок—и хоть трава не расти!
Глухой удар взрыва тряхнул дорогу.
Ну вот,накаркал,блин!
Хорошее место выбрали духи—всей дороги локтей шесть
в ширину,да еще изгиб вокруг утесика.Небольшой изгиб,а
все же...с нашего места головной танк еще видно,а задним
уже—фигушки.Головному,кстати,похоже,повезло.То ли наш
охранный призрак сработал в кои-то века,то ли ихний сапер
поторопился—впереди рвануло.Впрочем,по нему тут же сразу
двумя файерболами шибанули.Один даже попал.Китайские
файерболы—трескучие,искр до хрена.
И сразу по колонне—стрелы,камни,гранаты.Из ружей не
палят—берегут,гады.
Наши в гору ринулись,со мной только Лешка-мухобойщик
остался.
Странно,что эти уроды сразу в атаку не помчались.Я од-
ного шамана-файербольщика выцелил,только слабину у спус-
ка выбрал—Лешка по нему врезал.От душка только брызги
полетели—пятидесятка,это вам не фунт изюму.
Мой троллебой,впрочем,тоже.Ага,вот один с ружьем.
Лешего ж ты так голову выставил—значит,не нужна она тебе!
Б...да у них картечница!Ладно,у нас тоже.Наша даже
264 Всеволод Серов
покрупнее будет.
Задний танк пальнул.Толку,правда—до половины склона
долетело,там только камни в щебенку,и все.Крутой склон,
ему так в жисть ствол не вывернуть.
Ага,а вот и второй посошок.Н-на,сволочь!
И мамонты ревут—спасу нет!
Б...какая гильза горячая...палец обжег...Я эти гильзы
завскладом в жопу затолкаю!Дел у меня других нет в бою—
гильзы его драгоценные ловить!Может,ему еще и пули из
трупов выковыривать?!
Этот бой закончился так же быстро,как начался.Один из
гренадерских ящеров сумел-таки добраться до гребня.Пер-
вым же плевком сшиб восьмерых,а ссыпавшийся с его спины
десант дочистил склон.
А одного мамонта мы все же потеряли.И вдали,за наши-
ми спинами,тоже что-то гулко ухало,стонало,поднимались
в небо неестественно-ровные столбы пыли и мерцали рыжие
сполохи,отражавшиеся прямо в безоблачном небе,потому что
по нашим следам шла еще одна колонна,а за ней—еще одна,
а прикрытия нам не будет,и разведки не будет,потому что
все они—там,впереди,в укрепрайоне,до которого нам еще
переть и переть,потому что ни пыли,ни сполохов,ни сирене-
вого пламени не виднеется впереди...
И страшно хочется пить!
Глава 5,или О противозаконных
деяниях
265
Всеволод Серов,пятница,18 июня
– На станцию идти бесполезно,—сказал я,роняя крошки в
шахту подъемника.—Не успеем убраться.Когда там у вас бли-
жайший портал?
– В два,по-моему,—неуверенно отозвался Зорин.—Правда,
есть еще торговые караваны.
– Не успеем,—повторил я.—Они вот-вот хватятся своей
зверушки.
– И что вы предлагаете?—язвительно осведомился
благочинный.—Топать до Москвы пешкарусом?
В первый момент его ирония показалась мне неуместной,
но спустя пару секунд я сообразил,что господство Зорин про-
сто пытается прикрыть ею свою растерянность.
– Вы уголовный кодекс хорошо знаете?
– Ну...вообще-то это моя работа.
– В последнее время это отнюдь не показатель,—заметил
я,доставая обрез.
Мы как раз подходили месту схватки с оборотнем.Вот
уж никогда не думал,что вид обезображенного женского тела
может доставить мне столько...нет,все же не удовольствия,
а душевного спокойствия.Ибо от этого существа я был го-
тов даже сейчас ожидать любой пакости—пока его пепел не
развеян где-нибудь над текучей водой.
Шестое правило егерей—не оставляй никого за спиной.
Полагаю,Зорин придерживался схожего мнения—по край-
ней мере,на тело он косился столь же насторожено,и в кар-
мане при этом судорожно сжимал нечто отнюдь не похожее
очертаниями на молитвенник.
266
267
– Так что вы собираетесь предпринять?
– Что у нас полагается за угон транспортного средства?—
осведомился я,пряча обрез обратно—на другом конце улицы
показалась фигура случайного,судя по тому,как он резво
перешел при виде нас на другую сторону,прохожего.
– Ну,зависит от обстоятельств,—начал
брат благочинный.—Обычное хищение—от трех до семи лет
каторжных работ.Если с отягощающими...
– А если группой лиц,состоящих в сговоре?
– Это уже хуже,—нахмурился Зорин.—Хотя...все зави-
сит,как представят дело не суде.Можно отделаться и «недо-
носительством»,это до полутора и обычно с отсрочкой,а то
и вовсе условно.Но если по участию в преступной организа-
ции,то здесь,согласно уложению,можно и на весь четвертак
«загреметь».
– Что ж,—отозвался я,добывая из кармана набор волшеб-
ных палочек,с виду похожий на шейное ожерелье какого-
нибудь африканского шамана,—остается надеяться,что у вас
есть хорошие связи в тех кругах,которые ведают дышлом от
закона.
– Вы...—Зорин уставился на палочки с таким видом,слов-
но к ним и в самом деле прилагалось разукрашенное торча-
щими из зада перьями Мумбо-Юмбо.—Но вы же теневик!
– Ах,вот что вас смущает!—Я оглядел вешалку,прики-
дывая,какой из вывешенных шедевров портно-ремонтного ис-
кусства в состоянии донести наши персоны до Москвы с наи-
меньшим риском.Пожалуй,что вот этот «китеж» сойдет,по
крайней мере,заплат на нем меньше всего.
– Как говорит один мой знакомый—магия умеет много
гитик,—весело сказал я,перебирая палочки.Подошла четвер-
тая,чей кончик,засветившись нежным малиновым светом,
прошел сквозь древнее охранное заклинание,словно тролль
через толпу.
– Вуаля.
– Эк вы!—озадаченно потер шею Зорин.—Чувствуется...
268 Всеволод Серов,пятница,18 июня
рука мастера.
– Ну,положим,мастер из меня же тот...ломастер,—
отозвался я,распутывая нити управляющего заклинания.Ка-
кие же они у «китежа»,знал ведь,учил...склеротик!Крас-
ный,синий,голубой,не-пойми-еще-какой...ага,вот так.
Коврик под нами вздрогнул,дернулся пару раз и,взмыв на
пару вершков,завис над вешалкой.
Отлично.Теперь эти нитки узелком...
– Ну,—оглянулся я на замершего в нерешительности
Зорина.—Приглашения ждете?Проснитесь,мадемуазель,ка-
рета у подъезда!
Брат благочинный пробыл в раздумчивом ступоре еще
несколько секунд,после чего пробормотал что-то вроде «а-
а,была не была» и,махнув зачем-то рукой в сторону порта-
ла,взгромоздился на ковер.Я сразу же повел ковер вверх,
развернулся «помелошным» виражом,едва не снеся при этом
конек с навершия какой-то подольской крыши—ткань коврика
при этом издала протестующий треск—и направился в сторону
раскинувшегося на полнеба столичного зарева.
– Так вот,—продолжил я,переводя «китеж» в пологий на-
бор высоты,—магия и в самом деле умеет много гитик.Осо-
бенно загнивающее западное чернокнижье.Оно,кашено,за-
гнивает,но,согласитесь,какой аромат...а еще на этом за-
гнивающем западе очень пекутся о всяческих инвалидах,к
коим относят и теневиков.
– Усилитель?
– Именно.—Для пущей наглядности я продемонстриро-
вал Зорину затянутую в замшевую перчатку правую руку.—
Просто,как и все гениальное.
– То-то я думал,как вы с прицелом управляетесь,—
пробормотал брат благочинный,привычно чертя пальцем по
ковру знак второго зрения.—Но...
– Ха,—Мы уже летели в версте над землей и я,снова
взялся за нити,выравнивая ковер.—Заклинания активизиру-
ется только при контакте с другим заклинанием,или по ко-
269
манде,на которую хватает даже моих способностей.Экономия
заряда.А для меня еще и маскировка.
– Подобное изделие,—задумчиво сказал Зорин—должно
стоить очень дорого.
– Ошибаетесь,—отозвался я.—Оно стоит зверски дорого.
Но для меня окупается стократно.
– Ну да,—все так же задумчиво произнес Зорин.—Вы это
себе может позволить...при вашей профессии.
– Да что ты...—Я стиснул нити так,что коврик протесту-
юще взбрыкнул,едва не сбросив нас на землю.—Как будто я
выбирал свою,с позволения сказать,профессию?!
– Сейчас вы скажете,что это сделал за вас тот офицер,что
поставил в призывном листе пометку «спецчасть»,—отозвался
брат благочинный.—Но ведь другие сумели забыть,что их
учили стрелять,колоть,жечь и взрывать.У меня есть друзья,
побывавшие «за речкой».Им пришлось тяжело,не спорю,но
они сумели с этим справиться.А вы,похоже,не навоевавшись,
решили принести войну с собой!
– У других не было...—рявкнул я,сорвавшись на крик,
осекся и неслышным шепотом закончил—...не было за спи-
ной Черного Ущелья.
– Это—не оправдание!—отрезал Зорин.
Некоторое время мы молча неслись сквозь ночь.Я чуть
ослабил защитное заклинание и встречный ветер тугой пер-
чаткой ударил в лицо,ероша волосы и высекая слезы из глаз.
– Простите меня,—неожиданно сказал Зорин.—Я судил о
вас...почти не зная...забыв о заповеди...мой грех,брат.
Прости,если сможешь.
– Все...—я сглотнул подступивший к горлу комок.Не так
уж часто у меня просят прощения.—Все в порядке,брат.Про-
сти и ты меня.И поверь,что были...причины,что я стал
тем,кто я есть.Только сейчас для этого не время и ни место.
– Согласен.—Кивнул Зорин.—Но я хотел бы сделать то,
для чего сейчас по-моему,не поручусь за место,но уже время
точно самое подходящее.
270 Всеволод Серов,пятница,18 июня
– И что?
– Попытаться разобраться в происходящем.
– Ха.—Шум ветра мешал говорить и я вернул нить на
место.—Добро пожаловать в клуб любителей загадок.Лич-
но я занимаюсь этим со вчерашнего утра и пока особенных
успехов не достиг.Собственно,я как раз и хотел узнать,что
вам удалось «накопать» по делу Сумракова?
– Сумракова?—Мой,казалось,вполне логичный вопрос по-
верг Зорина в недоумение.—Но я не занимаюсь Сумраковым.
Там одна бригада с Петровки—зубр на зубре.
– Тогда какого...—я осекся.—То есть,вы хотите сказать,
что и впрямь работаете Парамошу?
Благочинный недоуменно кивнул.
– А-а,почему,собственно,это вызывает у вас такое
удивление?—спросил он.
– Так ведь именно это и было напечатано в газете.—
Пояснил я.
– И?
– Первое правило чтения так называемой «свободной»
прессы,—пояснил я,—понимать все написанное с точностью
до наоборот.Особенно,когда речь идет об «информации,по-
лученной от компетентных источников».Я был уверен,что вы
слили этой репортерше чистейшую дезу.
– Хм.—Зорин выглядел несколько...пристыженным,что
ли.—Дело в том,что мой опыт общения с прессой...не столь
велик.Вообще-то я не ожидал появления этой статьи.По
крайней мере,так скоро.
– Вот оно что.—Справа под нами сверкнули кольца приго-
родных порталов.—А я-то...называется,два лоха нашли друг
друга.
– Высоту сбавьте!—неожиданно потребовал Зорин,вгля-
дываясь в проносящиеся под ковром огни.—И возьмите чуть
левее.
– А в чем дело?—осведомился я,изгибая ковер.
– Где-то здесь,—Благочинный озабоченно огляделся по
271
сторонам,—проходит посадочная глиссада для порта Трех Свя-
тителей.
Черт!Мне стоило больших усилий не начать оглядываться
в поисках надвигающейся черной туши междугороднего ковра.
Впрочем,во-первых,у этих ребят целая иллюминация по кра-
ям,а во-вторых,даже если успеешь заметить,толку все равно
немного—у суперковров опаснее всего не лобовое столкнове-
ние,а возникающее позади воздушное и магическое завихре-
ние.Коли попадешь в такую струю,остается одно—цепляться
за ремни и молиться о том,чтобы «танец осеннего листа»
кончился раньше,чем запас высоты.
– Вы-то откуда знаете?У вас же ковра нет.
– У меня глаза есть!—огрызнулся Зорин.—Которыми я
сводки читаю.Над этим местом каждые три дня кто-нибудь в
лепешку разбивается.И,в основном,по ночам.
– Ладно-ладно,—проворчал я,выравнивая ковер над кры-
шами и плавно снижая скорость.—Будем считать,что вы меня
убедили...в преимуществах пешего хождения.Сейчас найду
подходящую вешалку и начнем здоровый образ жизни.
Вешалка отыскалась аккурат возле вычурных арок метро,
что устраивало меня как нельзя больше—тамошние порталы
«рубят» следящие заклинания не хуже мага средней руки.
– А дальше?—поинтересовался благочинный.
– Дальше—ногами,—отрезал я.—Тут недалеко...ближе,
чем мне хотелось бы оставлять угнанный ковер,ну да Бог с
ним.
Зорин огляделся,и я невольно последовал его примеру.
Вокруг не было никого,только в конце переулка,под лило-
во мерцающей буквой «М»,двое изрядно пьяных мужичков
пытались друг друга удержать от падения,точно пара криво
вбитых шестов от вигвама.На всякий случай я все же сделал
вид,что ставлю охранные чары—не ради того,чтобы уберечь
чужой ковер,а потому,что оставить тряпочку без сигнализа-
ции на общественной вешалке может только круглый идиот.
А идиоты привлекают внимание.
Валентин Зорин,суббота,19 июня
Вывеска магазина—позолоченный вуалехвост,по-моему,в на-
туральную величину—совершенно скрывалась во мгле,с тру-
дом разгоняемой уличными фонарями.Вдобавок перед домом
мостовую размыло,судя по всему,давно,и неяркий,синюш-
ный эльмов свет отражался в глинистой луже.Поэтому толь-
ко когда мой провожатый сообщил «Добрались»,я понял,что
лавка его,а заодно,как выяснилось,и жилище,расположены
в старинном,масонской постройки двухэтажном доме,невесть
как уцелевшем во многочисленных перепланировках и пере-
стройках,хуже войны изувечивших лицо Москвы.Невесть с
чего вспомнился жуткий полуверстовой высоты храм святаго
Владимира Симбирскаго,который собирались поначалу возве-
сти на месте снесенных Валентиновых терм (ныне восстанов-
ленных по новому проекту;увековечиться архитектору помог
образ страдальца—за градостроительные потуги князь Давид
изгнал его из родной Грузии).До бронзового святого ростом в
сотню локтей дело не дошло—решили,что проект попахивает
язычеством,и идолище осталось на бумаге;зато приснопамят-
ные мастерок и угольник на фасадах могли сохраниться разве
что чудом.
Однако факт оставался фактом:по обе стороны промои-
ны возвышались типовые раешные пятиэтажки,а между ними
жался двухэтажный домик неопределимого в темноте цвета,
обрамленный старыми,кривыми липами.За домом такой же
лужей стояла чернота—земля круто обрывалась вниз,так что
со стороны двора-колодца в доме было на этаж больше.В ок-
нах смутно виднелись аквариумы.Я пригляделся и отпрянул—
272
273
на меня из глубины пялились чьи-то пустые,серебряные зе-
ницы.
Впрочем,сквозь матовые стекла входной двери пробивал-
ся теплый свет,отчерчивая силуэтами гравированные по тра-
фарету буквы—«Декоративные аквариумные рыбки».Судя по
всему,Невидимку ждали.Я попытался представить себе,с
кем может сосуществовать эта пережившая свою эпоху ходя-
чая смерть.Рыбки вряд ли станут зажигать лампу...
Серов возился с ключами добрую минуту,и только когда
щелкнула собачка,обернулся ко мне.
– Вы,—промолвил он почти виновато,—не удивляйтесь
только...
Чему—киллер не уточнил,а распахнул дверь настежь.
Звякнул дурацкий колокольчик,какие обычно вешают при
входе в лавку,чтобы не заклинать бесов-охранников.
– Ну,здравствуй,—бросил он нарочито-бодро.
Я не сразу разглядел,к кому тот обращается.В дверях
стоял Кот.
Не простой Васька или Мурзик.И уж ни в коем случае
не Пушок.Нет.Пожалуй,за такое обращение этот кот мог бы
обидчику лицо располосовать.
Росту в коте было—не совру—больше локтя.В загривке.
Когда эта тварь уставилась на меня огромными изумрудными
глазами и неторопливо оскалила клыки в беззвучном шипе-
нии,я—каюсь—с перепугу зашарил по карманам в поисках
жезла.
– Саша!—строго промолвил Серов.—Это гости.
Кот исподлобья оглядел меня,потом,прищурившись,пере-
вел взгляд на хозяина.
– Мм-мря?!—осведомился он.
– Гости,гости,—подтвердил киллер.—Нечего тут гонор по-
казывать.
Кот фыркнул и демонстративно отвернулся.Как и следова-
ло ожидать,ряха у него была шире седалища.Обыкновенный
дворовый кот—черный с белой манишкой и носочками,покры-
274 Валентин Зорин,суббота,19 июня
тый боевыми шрамами,корноухий,—только очень ухоженный.
И очень большой.
– Познакомьтесь—Александр Македонский,—представил
киллер.
Я сначала подумал,что меня,подумал,что мой провожа-
тый спятил,и только большим усилием мысли соотнес вели-
кого полководца с наглым четвероногим.
– Очень приятно,—только и выдавил я.
Удалявшийся кот при этих словах обернулся,смерил меня
презрительным взглядом через плечо и отрезал:
– Мр.
– Не понравились вы ему,—извиняющимся тоном объяснил
киллер.
– Меня кошки вообще не любят,—машинально отозвался
я.—Знаете,порода у меня не та.
– А-а...—протянул Серов.—Ну,Македонскому должно
быть стыдно—он ведь служебный кот.Просто он чужих недо-
любливает.
– Погодите,—прервал я его,—так это саперный кот?
– Ну да.—«Афганец» недоуменно глянул на меня.—А какой
еще?
Действительно.Ужасно хотелось спросить,берет ли мой
собеседник кота с собой на дело,но я воздержался.Зато с
таким постояльцем никакой охраны не надо.Саперные коты,
как и любые другие,почти невосприимчивы к магии,зато
сами чуют ее за версту.К тому же они умнее обычных...
и сильнее.Я обратил внимание,что дверной косяк изнутри
изрядно поточен когтями.Самые глубокие царапины уходили
на полпальца в дерево.
– Ну,с одним моим товарищем вы познакомились,—
радушно заметил Серов,запирая дверь изнутри,—а сейчас
увидите и второго.
В торговом зале было темно,если не считать за освещение
два-три подсвеченных аквариума,где копошилась,невзирая
на время суток,какая-то мелкая живность.Замеченный мною
275
теплый свет струился из подсобки.
– А я уж начал сам с собою держать пари,когда ты
вернешься,—послышался оттуда непередаваемо певучий голос.
– По-моему,—ответил Серов,—к тебе должна была сего-
дня приходить Танечка.Или Лерочка?..В общем,я решил
задержаться,покуда тебя,страдальца,не обуходят по полной
программе.
– В русском языке,—поправил невидимый эльф,—нет та-
кого слова.Правильно говорить «окружат заботой,подоба-
ющей утонченному и цивилизованному существу».Кстати—
меня подводит слух,или ты с гостями?
– Ничего тебя не подводит,—добродушно огрызнулся Се-
ров,а мне шепнул:—Проходите,проходите...
Все это настолько не вязалось с образом хладнокровно-
го убийцы,что я попытался разогнать наваждение короткой
молитвой.Ничего,конечно,не вышло—и я который день не
исповедан,да и что,в сущности,такого?Разве убийцы—не
люди?Только когда они,в точном соответствии с Уложением,
«нелюдь,нечисть альбо нежить».
То,что сперва я принял за подсобку,оказалось комнатой,
причем довольно просторной.Половина ее,судя по всему,дей-
ствительно использовалась для хранения всякой ерунды,ко-
торой в зале не выставишь,а тащить всякий раз со склада—
лениво;на огромном столе громоздился,прикрытый марлей,
лоток,в котором что-то мерзко шевелилось.В другом же кон-
це комнаты стоял диван,напротив него—эфирник,а между
ними—столик вроде кофейного.
Эльф сидел на диване,и с первого же взгляда я по-
нял,почему он не вышел навстречу другу.У эльфа не бы-
ло обоих ног.Ниже колена поблескивали серебром проте-
зы;в нескольких местах покрытие сошло,обнажив низмен-
ную бронзу.К подлокотнику дивана был прислонен костыль.
Новенький,непохожий на раешные рогульки,весь блестящий
сталью и дорогим деревом,с валиком из настоящей пробки...
но все равно—костыль.
276 Валентин Зорин,суббота,19 июня
– Прежде чем мой товарищ попытается в очередной раз
изуродовать благородные звуки наречья Перворожденных сво-
им неуклюжим языком,—промолвил эльф,когда я замер на
пороге,—представлюсь сам:Шаррон ап Идрис ыд Даэрун Аы-
гвейн Отоэлариун,прозванный Наурлином Кулуремом.
От неожиданности и смущения—к обществу эльфов надо
привыкнуть,а у меня такого опыта не было—я ответил ему
так же,как только что коту:
– Очень приятно.
– Шарапов,—поправил товарища Серов.—Шарапов твоя
фамилия по пачпорту.Игорь Дорофеич,если быть точным.
С погонялом...
– Лучше не переводи!—взметнулся эльф.—Мое данное про-
звище только на певучем наречии лесных эльфов звучит,э...
– Прилично?—ехидно поинтересовался Невидимка,хотя
даже я,не обремененный познаниями в высоком эльфийском,
понял,что в переводе кличка эльфа-инвалида звучит не столь
похабно,сколь бессмысленно.
Шаррон удостоил товарища единственного презрительного
взгляда.
– Не обращайте внимания,—посоветовал он,взирая на ме-
ня пристально и бесстрастно,словно на сложный,беспоря-
дочный путь мотылька вокруг лампы.—Сева всегда со мной
препирается.Хотите чаю?
Вообще-то я хотел жрать.Благодаря Парамонову с его
дневником я остался без обеда,а стараниями цыганки-
оборотня—без ужина.Желудок,давно отвыкший от аскети-
ческих подвигов времен студенчества,жаловался и извивался.
Но...пустой чай на Руси хлестать не принято—не китайцы,
слава Богу.
– Если можно,—вежливо откликнулся я,и без спросу опу-
стился на стул.Ноги меня не держали.
Происходящее все больше напоминало чаепитие у Болван-
щика.Киллер проворно вытащил из шкафа одну жестяную
коробку из-под датского печенья,открыл было,тут же за-
277
хлопнул и полез за второй,где—на удивление—и впрямь ока-
залось печенье.Эльф,не вставая,поставил чайник на перенос-
ную клетку.За обернутыми асбестом прутьями лениво билась
дряхленькая саламандра,давно из жарко-белой перекрасив-
шаяся в насыщенный цвет холодеющих углей.
Я ожидал,что чай будет алановый,но инвалид Шарапов
насыпал в заварник три ложки обыкновенных черных катыш-
ков,придирчиво обнюхивая каждую.Учитывая,что листья
хранились в жестянке с криво налепленным ярлычком «Улит-
ки декор.»,предосторожность,на мой взгляд,излишней не
была.
– Ну,Валентин Павлович,—промолвил Серов,когда свя-
щеннодействие завершилось,и чай был разлит по внушитель-
ным кружкам.—Рассказывайте вы первым.
Ответил я не сразу,чтобы не подавиться печеньем.Эльф
самодовольно покосился на меня,дикого примата,откусывая
от своего кусочка крошки по одной.Ну и пусть!
– Даже не знаю,с чего начать,—признался я,отхлебнув
чаю—изумительного,надо признаться.
– Вы говорите,что расследовали дело Парамонова,—
заметил Невидимка.
– Да,—согласился я.—А вы его убили,так?
– Так,—не стал отпираться киллер-аквариумист.—А вы
знаете,почему я начал следить за вами?
– Почувствовали угрозу?—вяло попытался атаковать я.
– Нет.—Серов покачал головой.—На меня вы бы не вы-
шли...верно?
Я вспомнил,как инстинктивно отбросил зародившиеся бы-
ло подозрения безумной позапрошлой ночью.И кивнул.
– Вы могли отыскать меня только через заказчика,—
продолжал киллер.—И начали действовать в этом направле-
нии.А вот чего вы не знаете...—Он помолчал,собираясь с
мыслями.—Мой посредник убит.
Я оцепенел.Это могло оказаться и совпадением...
– Не подумайте,—словно прочел мои мысли Серов,—что
278 Валентин Зорин,суббота,19 июня
это случайность.Он,—перед этим словом киллер запнулся,
будто готов был назвать если не имя,то прозвище,и я мыс-
ленно поаплодировал его осмотрительности,—погиб следую-
щей же ночью.Дом сожгли «огненным шмелем».
– Интересная получается цепочка.—Я понял,что говорю
это вслух,только по тому,как напрягся эльф.—Убивают Па-
рамонова.Потом сгорает участок,где хранились вещдоки по
его делу.Потом убивают посредника,который нанял килле-
ра.Потом кто-то обшаривает мои карманы,перебирает все в
квартире...и,наконец,пытается убить.
– Кто-то заметает следы,—нарушил молчание Шаррон-
Шарапов.Эльфийский акцент делал рубленые фразы еще бо-
лее зловещими.—Кто-то не хочет,чтобы материалы Парамоно-
ва вышли на свет.
– Кто следующий в цепочке?—риторически поинтересовал-
ся я.
– По-прежнему вы,—ответил Серов.—А потом—я...если
бы нас могли отыскать.Во что мне лично не очень верится.
«Хвоста» за ковром не было.А дом,—он взглядом указал на
черные коробочки талисманов на каждой двери,—экранирован
надежно.
– Кто-то очень торопится,—продолжил эльф,будто не за-
метив паузы.
– Почему?—спросил я.
– Все очень грубо.Очень грязно,—объяснил Шаррон.—
Слишком много следов.Тот,кто действует подобным образом,
или самоуверен без меры,или не видит иного пути избавиться
от угрозы куда худшей.
– Материалы Парамонова,—пробормотал я.—Все упирается
в этот чертов ненаписанный репортаж.
– О содержа-
нии которого мы можем только догадываться,—закончил за
меня Серов.
– Не совсем,—вырвалось у меня.
О чем я тут же и пожалел.
279
– Вам что-то известно?—Киллер,прищурившись,глянул на
меня,и мне отчетливо представилось,что между нами стоит
оптический прицел.
Какое-то мгновение я подумывал наврать,отговориться...
но только теперь до меня дошло,что мы с удачливым убий-
цей в одной лодке.Игра в «казаки-разбойники» кончилась,
сменившись новомодными гонками на выживание.
– Вот.—Я вытащил из папки дубликаты разчарованных
рамкой страниц парамоновского дневника.—Ради этого меня
хотели убить.Проблема в том,что я понятия не имею,что
это.
Серов с Шарроном разом склонились над столом.
– Оркск,—раздумчиво пропел эльф.Как ему удалось на-
столько растянуть слово,в котором на одну гласную—четыре
согласных,ума не дам.—Хм...
– Кленов,—с отвращением промолвил Невидимка.—ЗАО
«Родина продакшн».
– Что-что?—Ни о чем подобном в заметках покойного не
говорилось.
– Сева шутит,—мягко пояснил эльф.—Его не далее,как
два дня назад,пригласили установить декоративные аквари-
умы в конторе ЗАО «Альгамейд Среднеруссия»,входящей в
концерн Кленова.
Внезапно Невидимка собрал листы в стопку и сунул мне
обратно.
– Это ничего нам не даст,—бросил он.—Можем хоть до
морковкина заговения перечитывать записи Парамоши—самое
важное он,зуб даю,держал в голове.Так что если мы не
хотим расследовать «дело века» вместо него,и кончить,как
он—предлагаю плюнуть на причины,и сосредоточиться на вы-
живании.
Все мои инстинкты—как приобретенные благочинские,так
и врожденные волчьи—протестовали против такого решения,
но умом я понимал,что киллер прав.Из поборника законно-
сти я стремительно превращался в изгоя и уголовника,и не
280 Валентин Зорин,суббота,19 июня
видел решительно никаких способов избежать подобной мета-
морфозы,не отправившись притом на тот свет.
Мелодичное треньканье зеркальной рамки раздалось так
неожиданно,что я вздрогнул,едва не расплескав при этом
чай.
– Интересно,—пробормотал Серов,поднимаясь из кресла—
кому это я мог понадобиться...в столь неурочное время?
На всякий случай я поставил чай на столик и встал—вряд
ли,конечно,кто-нибудь сумел бы различить меня из зеркала,
учитывая царящий в комнате полумрак и столь неудобный
ракурс,но все же.
Правда,это имело и обратную сторону—чтобы разглядеть
появившегося в туманном стекле,мне пришлось сильно изо-
гнуться и вытянуть шею.
– Господин Серов?
Насколько мне удавалось различить,вызывавший был
человеком—лет сорока,чуть лысоватый,золоченая дужка
пенсне на переносице—из всех разумных рас только мы,ве-
ликаны,да гномы добровольно соглашаемся таскать на носу
подобную нелепицу.
В одном я был уверен совершенно точно—лицо в зеркале
было мне абсолютно незнакомо.
– Это я,—отозвался аквариумист,—а чем,собственно...
– Я от Грома.—Поспешно сказал вызывающий.
Пытаясь различить происходящее в зеркале я,тем ме-
нее,сумел краем глаза уловить,как враз изменилось лицо
Серова—и поразился этой перемене.Его черты заострились
настолько,что будь мой спаситель оборотнем,я бы решил,
что он собрался перекидываться.
– Слушаю.
– Брат Гром не может связаться с вами лично,—сообщил
вызывающий,глядя при этом,насколько я мог судить,куда-
то мимо Серова,словно пытаясь разглядеть нечто в глубине
комнаты,на столе с лотками.—Обстоятельства...поэтому он
попросил меня связаться с вами и передать...
281
– Простите,—перебил его аквариумист.—Прежде,чем мы
продолжим разговор,я бы хотел увидеть...или услышать
что-нибудь подтверждающее ваши полномочия.
– Да,разумеется.—Вызывающий озабоченно огляделся.—К
сожалению,брат Гром...впрочем,моего удостоверения вам
будет достаточно.
– Вполне.
– Прошу.
Я углядел на прижатой к зеркалу корочке нежное сия-
ние креста и содрогнулся.Так вот кто были истинные хозяева
Невидимки!Ходили слухи,что бывшая Орденская инквизи-
ция,ныне по случаю секуляризации спешно перекрещеная в
Службу государственной безопасности,пользуется услугами
наемных убийц...но раз уж я такое разведал,шансов уце-
леть у меня не больше,чем у снежинки в пекле.
– Городницкий Виссарион Николаевич,—нараспев прочитал
Серов.—Полковник...
– Надеюсь,—чуть обиженным тоном осведомился его собе-
седник,убирая корочку от стекла.—Этого вам достаточно?
Городницкий,Городницкий...где-то я слышал эту фами-
лию,совсем недавно.Слышал...или читал.
– Так точно,брат полковник!—Серов вытянулся по стой-
ке смирно,словно на плацу,и я с трудом подавил желание
последовать его примеру.—Слушаю ваши приказания!
– Собственно,—Инквизитор в зеркале снова начал вгляды-
ваться куда-то за спиной Серова,—приказание пока только од-
но и очень простое.Оставайтесь на месте и не предпринимай-
те никаких действий.Ситуация нами контролируется...как
только она будет взята под контроль окончательно,полковник
Тандыров...то есть,брат Гром восстановит ваш канал связи.
– Так точно!—рявкнул Серов.
Господин Городницкий поморщился.
– Главное—ничего не предпринимайте самостоятельно,—
настойчиво повторил он и погасил зеркало.
– С-сука!—выдохнул Серов в потемневшее стекло.
282 Валентин Зорин,суббота,19 июня
Он медленно развернулся—и я поразился полыхающей в
его глазах ненависти.Будь мой товарищ по несчастью магом
хоть сколь-нибудь малых способностей—наверняка бы сейчас
по комнате с визгом носились мельчайшие осколки зеркала,
ну а мне бы угрожала реальная участь быть зажаренным на
месте.
– Шар!
– Да?
– Собираемся!—Аквариумист резким жестом захватил пя-
терней собственную шевелюру,словно собрался выдернуть ее
в целях маскировки.—Быстро!
– А,—начал я,—что,собственно,произошло?
Все еще пребывая в позе памятника барону,Серов по-
смотрел на меня—и,словно из него выдернули скрепляющую
шпильку—обмяк,опустил волосы—рука его при этом стекла
по лицу—и обессилено опустился на край кресла.
– Полковник Гром,—устало произнес он,—не мог никому
дать вызов этого зеркала.Потому что не знал его.Оно заре-
гистрировано не на мое имя,а на магазин,то есть на частное
предприятие «Дискус-92».
По лицу эльфа скользнула улыбка—видно,с этим названи-
ем у него связаны были какие-то забавные воспоминания.
– Тогда как же...
– Они шли не от человека...—все тем же бесцвет-
ным тоном продолжил Серов,—а от места.Установили
местонахождение,—он лениво махнул рукой в мою сторону,—
скорее всего,ваше.Определили адрес,вызов к зеркалу...и
только потом установили,кому именно принадлежит магазин.
– Но вы же говорили,что ваш дом надежно экранирован!
– Говорил,—кивнул Серов.—Потому что дурак был.Забыл,
что на каждую хитрую скважину всегда может найтись от-
мычка...если очень надо.А этим ребятам,похоже,надо пря-
мо позарез.
– И что вы собираетесь предпринимать?
– Нечто,—Серов мотнул головой в сторону зеркала,—прямо
283
противоположное тому,что советовал господин полковник Го-
родницкий.
И в этот момент я вспомнил,где мне попадалась эта фа-
милия.
– Список,—выдавил я.—Пункт третий.
Шаррон с запредельной ловкостью выдернул нужный лист
из стопки.
– Действительно,—сделал он одолжение.—Тени сгущают-
ся.
– Что?—не понял я.
– Так,—пояснил эльф,—принято
говорить среди прорицателей—коротко,непонятно и зловеще.
«Тени сгущаются»,«Зло грядет»...
Серов отрывисто хохотнул.
– Так,—распорядился он.—Сматываемся.Быстро.
– Прихвати мою скатку,—попросил эльф,когда его това-
рищ ринулся к двери.
Мне собирать было нечего.Я упихал листы обратно в пап-
ку и принялся ждать.
Киллер вернулся быстро.В руках он нес по саквояжику:
свой,едва ступив на порог комнаты,отправил метким броском
к дальней стене,второй метнул Шарапову—эльф выхватил по-
сылку из воздуха.Потом запустил руку в один из аквариумов
и выдернул связку коряг.Я не заметил,что он сделал с ними,
но только оглаженные водой сучья один за другим преврати-
лись в боевые жезлы.Один Серов сунул за пазуху,второй
бросил другу,третий—чуть промедлив—мне.
Я поймал тяжелую,мокрую палку с хрустальным набал-
дашником.Мельком глянул на резной узор,считывая древ-
ние символы;«пламень верхнего мира»,седьмой уровень—
обычный благочинский жезл,с какими еще в войну ходили
офицеры.Себе,как я заметил,киллер выбрал модель помощ-
нее.Но лучше такой,чем вовсе без оружия.После встречи
с пантерой-оборотнем я не слишком доверял своим способно-
стям перекидыша.
284 Валентин Зорин,суббота,19 июня
Оставшийся набор коряг киллер запихнул в саквояж.Что
это было на самом деле,я не рискнул спрашивать—одна коря-
га была очень длинная.
– Сюда,—махнул рукой Серов.—Черным ходом.Улицей
опасно.Македонский!—окликнул он.
Дотоле,невзирая на суматоху,дрыхший в углу кот при-
поднял голову.
– Ноги уносим,—объяснил ему Невидимка,—мон шер.
– Мрр,—буркнул кот,поднимаясь и стряхивая с лап неви-
димые пылинки.
За подсобкой оказалась лестница.Ступеньки уходили в
полутьму вверх,на второй этаж,и вниз,в полуподвал,откуда,
как коротко пояснил Серов,можно было выйти во двор.
Лестница казалась мне страшно длинной,хотя в менее
подавленном настроении я бы скатился с нее вмиг.Но нам
приходилось подлаживаться под инвалида Шарапова,а тот не
торопился—сильно подозреваю,чтобы сохранить эльфийское
изящество походки,которого не так-то просто добиться на
протезах и с костылем.Даже кот с нелепой кличкой Маке-
донский по временам останавливался и с укоризной смотрел
на серовского друга.
Поэтому у меня было время обратить внимание на стран-
ное поведение саперного кота.Когда до двери нам оставалось
четыре смутно видимых в мерцании волшебного огонька сту-
пеньки,Македонский забеспокоился.И без того не малень-
кий,он вздыбил шерсть,став похожим на некрупного черно-
белого тигра,и,припадая к земле,зашипел.От его шипа у
меня мурашки побежали по коже.Слышалась в нем древ-
няя кошачья ярость.Должно быть,так последние саблезубые
тигры приветствовали охотничий отряд первобытных эльфов—
единственную непреодолимую силу на своем пути.
– Кот,вы что?—глупо спросил я.
Я не мог обратиться к этому животному на «ты»,и тем
более кликнуть «Сашкой»—слишком уж разумно оно себя
вело,—но называть кота Македонским,как это делал Серов,
285
казалось мне совсем уж диким.
Напрягшееся мохнатое тело исторгло гулкий,рокочущий
звук.Я не сразу осознал,что кот рычит,потому что до сих
пор не сталкивался с рычащими кошками.Белая кисточка на
хвосте моталась туда-сюда.
– Назад!—приказал Серов враз осипшим голосом.—Все на-
зад!
И тут я понял.Македонский был саперным котом.
За дверью нас ждала мина.
– Медленно!—скомандовал Шаррон ап Идрис.—Там может
быть датчик движения.
Я сделал шаг назад.Македонский не двигался с места,
только рокотал тихо и мрачно,не сводя немигающего взгляда
с точки за дверью.
Еще шаг.Еще.Черт,как же трудно идти по лестнице спи-
ной вперед.
– Кто мог подсунуть вам под двери мину,Всеволод
Арсентьич?—спросил я негромко.
– Сейчас это неважно,—отмахнулся Невидимка.—Нам бы
ноги унести.Когда мы заходили,мины,как вы понимаете,не
было.Значит,ее заложили от силы час тому обратно.
– Знать бы,какой там взрыватель...—пропел Шарапов
мягким эльфийским говорком.
За это время мы кое-как одолели полпролета.
И тут кот Македонский с оглушительным мявом ринулся
вверх по лестнице,едва не сбив меня с ног.
– Наза-ад!—заорал Серов в полный голос,хватая товарища
за плечо и буквально швыряя на площадку.
Мина взорвалась.
Сильней всего мне запомнился звук—не грохот,как от бо-
евого файербола,и не гром,а шипение,точно внизу выки-
пал огромный чайник.Полыхнуло багровым огнем,и с дроб-
ным оглушительным треском вдарил по стенам заряд камен-
ной шрапнели.И все затихло.Снизу потянуло сквозняком,
горячей лавой и тухлыми яйцами.
286 Валентин Зорин,суббота,19 июня
– Хорошая была мина,—грустно сообщил Шаррон,пытаясь
встать,опираясь на костыль.—«Толбачик-15».
– Не «десятка»?—с сомнением переспросил Серов.—Что-то
слабо жахнуло.
– Это потому,что глупцы ставили,—авторитетно заявил
эльф.—Истинный мастер-подрывник направил бы всю силу
взрыва в проем.Тогда было бы понятно,что это,несомнен-
но,«Толбачик-15».Увы нам—мы живем в печальное время,
оскудевшее талантами.
Я принюхался.Мне упорно казалось,что к многообразию
ароматов примешивается запашок паленой шерсти.И только
оглядев себя,я понял,откуда он исходит.Осколок вулканиче-
ской мины зацепил мой рукав,и теперь сукно тлело.
– Эй!—спохватился Серов.—А где Македонский?Эй,Ма-
кедонский!
Я хотел присоединиться,но подзывать того,кто только
что спас тебе жизнь,банальным «кис-кис»,показалось мне
непристойным.
Кот выглянул из-за двери.Я готов был поклясться,что
выражение лица у него виноватое.
– Мр-р-р-р-мур,—пробормотал он,подходя к Серову и ты-
каясь носом в колено.—Мря?
– Да ладно уж,—ворчливо буркнул Невидимка,и потре-
пал неприступного кота по широкой приплюснутой башке.—
Замнем.
– Мрр,—одернул его кот.
– Так его,сапер!—ухмыльнулся Шаррон.Выражение это
так не вязалось с его благородной эльфийской физиономией,
что я чуть не фыркнул.
– Скорешились тут на мою голову,—пробурчал Серов.—У
кого есть идеи?
– Какие?—все так же глупо поинтересовался я.
– Как будем отсюда выбираться?!—рявкнул Невидимка.
Мне пришло в голову,что я вообще-то до сих пор пока-
зывал себя далеко не с лучшей стороны.Особенно в том,что
287
касается интеллекта.
– На мой взгляд,—заметил я,—если мина подложена недав-
но,то ее владельцы могли устроить засаду с любой стороны,
хоть в дверь ползи,хоть в окно.
– И что нам это дает?—Шаррон покосился на меня,подняв
изломанную бровь,что у менее утонченных рас соответство-
вало примерно полутора часам изощренных насмешек.
– А что как ни ползи,все равно можно нарваться!—
отрубил я.
Серов хотел было возразить,но,раскрыв рот,замер.
– Верно,—проговорил он,наконец.—Если заминирован чер-
ный ход...то и парадное—тоже,и дом,полагаю,обложен.
Поэтому...выждем.
– А если нас возьмут здесь?—надменно поинтересовался
эльф.
– Не возьмут,—уверенно отозвался Невидимка.—Не осме-
лятся.И так уже мина грохнула.Сейчас начнут выяснять по
хрусталикам—подорвался ли кто,и что делать.Эфир звенеть
будет.Выждем часа два-три,но не до самого света...а там...
есть у меня задумка.Если время позволит...
Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Ладно.—Я в очередной раз предпринял неудачную попыт-
ку лишить себя скальпа.—Не получилось уйти по-хорошему,
будем уходить по-нашему.В смысле—старыми егерским мето-
дами.Шар,ты чего так пристально ушами шевелишь?
– Слушаю,—лаконично отозвался эльф.
– Что?
– Слушаю,не летят ли пожарные,—снизошел до поясне-
ний мой компаньон.—Ведь,полагаю,даже ты согласишься,
что взрыв «Толбачика-15» не самое типичное явление для мос-
ковских широт.
– В последние годы,—буркнул Зорин,—гораздо более ти-
пичное,чем хотелось бы.
Я попытался последовать примеру Шара.Единственным
доносящимся с улицы звуком был истошный вой всполошен-
ного взрывом демона-охранника квартала за два от нас.
– Кстати,—заметил благочинный.—Дымом не пахнет.
– Еще бы,—вздохнул я.—Чему там гореть?Кирпичам?Зато
ремонт в та-акую копеечку влетит...хорошо хоть,не фасад.
– Это,—холодно произнес Шар,—одна из последних вещей,
о которых я бы стал волноваться,будучи на твоем месте.
– Можно подумать,твое место от моего за тридевять
земель!—огрызнулся я.
– Если пожар не начался,—Зорин,похоже,решил проигно-
рировать нашу «семейную» перебранку,—то,полагаю,нам не
стоит ожидать пожарных,равно как и моих коллег раньше
утра...если кто-нибудь вообще соблагоизволил отзеркалить
о происшедшем.
288
289
– Раньше утра...—задумчиво повторил я.—Утро...утро—
это хорошо.Народ на улицах появиться...какие никакие,а
свидетели.
– Это если нам позволят спокойно его дождаться,—с со-
мнением в голосе произнес Шар.—Я лично,в противополож-
ность тебе,с трудом верю,что наши оппоненты,кто бы они
ни были,пожелают предоставить нам возможность еще раз
насладиться оттенками солнечной зари.
– А я верю в общевойсковую тактику,—огрызнулся я.—Эти
самые «они» должны знать,что в доме находятся минимум
трое вооруженных...разумных.Если пытаться штурмовать
нас по всем правилам,тут будет вселенский галдеж.И руины
на полквартала вокруг.
Шар осторожно прислонил костыль к спинке кресла,опер-
ся на стену и,прижавшись к ней,плавно перетек к окну.
– Один на крыше напротив,—сообщил он.—С арбалетом.
– Это сколько угодно,—ухмыльнулся я.—Хоть с простыми
стрелами,хоть с заговоренными.Для того,чтобы по нашим
окнам лупить,армейская бомбарда нужна.
– Так что же вы все-таки предлагаете?—спросил Зорин.
– Есть одна забавная идея....—Я окинул фигуру брата
благочинного скептическим взглядом.Расстаться со своими
служебными прибамбасами он вряд ли согласиться...ну да
ладно,и так сойдет.
– Откройте ящик в секретере,—попросил я.—Справа от
вас,второй сверху.И достаньте оттуда ошейник.Такой чер-
ный,кожаный,с медными треугольничками.Он там прямо
сверху лежит...первое,что в глаза бросается.
– Этот?
– Он самый.Нет-нет,мне его протягивать не надо.Это
вам.
– Мне?—недоуменно переспросил Зорин.—Но...даже ес-
ли я перекинусь,он все равно никоим образом...
– Просто нацепите его на руку,—предложил я.—Или лучше
на ногу,тогда,может,спадать не будет.Я,конечно,заранее
290 Всеволод Серов,суббота,19 июня
приношу вам свои извинения за возможные неудобства,но
это единственный маскирующий талисман,оставшийся неза-
действованным.
– А дальше что?—осведомился благочинный,закатывая
штанину и подозрительно косясь на Македонского.Должно
быть,опасался,что кот не согласится одолжить обновку.
– Кажется,—слабо улыбнулся Шар,—я догадываюсь,что
собрался предпринять Сева.Ты хочешь устроить засаду на
охотника,не так ли?
– Именно,—кивнул я.—Мина сработала...и если они до-
статочно долгое время не смогут засечь наше присутствие,им
придется предположить,что они осаждают морг.
– Тогда предлагаю перейти наверх,—сказал Шар.
– Зачем?
– Потому что в стоящих там валлонских креслах мы смо-
жем расположиться куда большим удобством,чем на име-
ющихся здесь колченогих творениях раешного столярного
искусства,—пояснил эльф.—И сделать это я настоятельно ре-
комендую как можно быстрее,пока они окончательно,—он вы-
тянул руку,указывая на тлеющую под карнизом бирюзовую
нить,—не сломали нашу защиту от прослушки.
– Ну,—с явственным сомнением в голосе произнес Зорин.—
Не могу сказать,что эта ваша идея мне по душе,но поскольку
ничего лучше сам предложить не могу...
– Короче,принято единогласно,—перебил я его.—Тогда ти-
хонько поднимаемся наверх,располагаемся в креслах—и си-
дим как мышки в норке!К тебе,хвостатый,это особенно от-
носиться,понял?Сидеть тихо!Тихо сидеть!
– Мяв,—недовольно отозвался Македонский.
– Будешь много выступать—уши бантиком завяжу!—
пообещал я.
– Мя-я,—презрительно процедил кот и,недобро прищурив-
шись напоследок в мою сторону,развернулся и двумя гигант-
скими скачками преодолел ведущую наверх лестницу.—Мр-
мряв!
291
После долгих часов,заполненных вязкой тишиной,трень-
канье зеркальной рамки прозвучало подобно грому небесных
литавр.
– Кажется клюнуло,—старательно проартикулировал я,ра-
зевая рот подобно выброшенной на берег рыбе.—Проверяют.
– Не думаю,—отрицательно качнул головой эльф
напротив.—Это было слишком глупо...даже по людским мер-
кам.
– Здравствуйте,—донесся из зеркала сонный голосок
бесенка-ответчика.—К сожалению,никто из хозяев этого зер-
кала не может сейчас ответить на ваш вызов.Пожалуйста,
продиктуйте мне все,что вы хотели бы им сообщить,и я
непременно передам этим козлам ваше сообщение при первой
же возможности.
– Сева,привет!—При звуках девичьего голоса меня броси-
ло в дрожь.Зорин тоже напрягся,не сразу,видно,осознав,
что появившееся в туманном стекле личико принадлежит не
Арине Валевич,а её сестре.Интересно получается:я путаю
девушек на вид,а он—на слух.—Извини,что беспокою ни свет
ни заря...просто...просто мне очень захотелось поговорить
с тобой.
Я за хвост выдернул бесенка из зеркала,мысленно пообе-
щав,что за козла он еще ответит.Стекло пошло мелкой ря-
бью,потом застыло вновь.
– Я не сплю,—ответил я громче,чем хотел:приходилось
перекрикивать обиженное верещание беса.Зорин украдкой
показал тому крест,и нечистый обморочно повис у меня в
руке.Иногда мне кажется,что эти самоответчики обходятся
куда дороже,чем мы за них платим!
– Ой,—смутилась Марина.—Ты извини,что я тебя подня-
ла...
– Говорю—не спим мы,—я попытался напустить на себя
разудалый вид.—Македонский,подтверди!
– Ммря,—односложно ответил кот.
– Да мы с Аришей тоже,—смутилась девушка.—Она ме-
292 Всеволод Серов,суббота,19 июня
ня подняла...теперь обе мечемся,куры безголовые.Что-то
нехорошее в воздухе висит.
– Как так?—не понял я.
– Глаз дурной,—объяснила Марина.—Мы,конечно,ведьмы
недоученные,с третьего курса ушли...но уж настолько-то
нас успели просветить.Смотрит кто-то дурным глазом,да так
злобно—мурашки по коже.А кто—не знаем.
«Зато мы знаем»,мелькнуло в голове.Но как люди Город-
ницкого вышли на сестер?Через меня?...Или вели слежку
за благочинским господством еще со среды,с нашей гусарской
пирушки?
– Сидите дома,—жестко проговорил я.—К окнам не подхо-
дите.Ждите нашего звонка.
– Сева?—недоуменно переспросила девушка.—В чем дело?
Что-то случилось?
Ну и как я буду объясняться?Проклятие,сколько лет про-
шло,как я вернулся из-за речки!Почему осталось при мне
убеждение,будто приказы—не обсуждаются?
– К сожалению,случилось.—Зорин отодвинул меня пле-
чом.Благочинский решительно выдернул корочку и подчерк-
нуто оправил рукав там,где его прожгла раскаленная лапилля.
Физиономия его закаменела по-служебному.
– Видите ли,Марина Станиславовна,—вкрадчиво начал он,
приведя меня попутно в совершенное недоумение:я и не знал,
как ее звать по отчеству!—мне очень жаль,что так вышло,но
вы оказались впутаны в неприятную историю из-за меня.
– Вас?!—недоверчиво переспросила девушка.
– Увы.—Благочинский развел руками.—В ходе расследова-
ния убийства Парамонова мы столкнулись с противодействи-
ем...ээ...
Шар открыл было рот—подсказать,но я наступил ему на
ногу.
–...Весьма влиятельных группировок,—выкрутился
Зорин.—К сожалению,мы не сразу поняли—насколько.В ре-
зультате под угрозой оказались жизни и здоровье всех,с кем
293
я встречался в последние дни.
Марина зажала рот ладонью.Мне хотелось думать,что от
ужаса.
–.Это,как видите,относится и ко Всеволоду Арсентьичу,
чей помощью я заручился,—вел свое благочинный.—Боюсь,
что в отношении вас с Ариной придется задействовать про-
грамму защиты свидетелей.Так что,действительно,я бы про-
сил вас оставаться дома и ждать звонка.Незнакомым людям
не открывайте.И не волнуйтесь—мы непременно переправим
вас в безопасное место.Это ненадолго—расследование близит-
ся к концу.
Судя по выражению лица,Валевич-старшая была близка к
обмороку.В зеркале наметилось шевеление,потом одно деви-
чье личико сменилось другим,куда более решительным.
– Все понятно,—проговорила Арина.—Ждем звонка.—Она
ослепительно улыбнулась,и я ощутил мгновенный укол
бессмысленной ревности:почему мне не досталось такой
улыбки?—До скорого.Приезжайте,как только сможете!
Зеркало погасло.
– В бога,в душу,в мать и царствие небесное!—выдохнул я
в полный голос,вскакивая из кресла.—Вот ведь...женщина!
– Которая из?—меланхолически поинтересовался Зорин,
убирая берестяной свиток с глаз и видимо мягчая лицом.
– Обе!—рявкнул я.—Да и вы хороши!Программа защиты
свидетелей...
– А чего вы хотели?—Благочинский поднял брови.—Чтобы
девушки бегали по потолку,да вдобавок,обидевшись,не пу-
стили нас в квартиру...да еще,чего доброго,моих товарищей
вызвали?Кроме того,все остальное—чистая правда.Семинар
по белой лжи,четвертый курс юрфака...
Я перевел дыхание,и понял,что Зорин прав.В моем
невольном товарище обнаруживались неожиданные глубины.
Однако ярости моей это не уняло.
– Спокойно,Сева,—предостерегающе вскинул руку Шар.—
Не поддавайся эмоциям.
294 Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Легко сказать...
Вдох-выдох,вдох-выдох.Я зажмурился,представляя в ру-
ках ласковую холодную тяжесть винтовки.Вдохнул-выдохнул,
собрался...
– А если зеркало прослушивается?—осведомился я сдав-
ленным шепотом.—Сколько у них...у нас времени?
– Интересный вопрос,—задумчиво пропел эльф.—Зависит
от множества факторов.Например,где находится существо,
принимающее решения—в непосредственной близости от нас,
или же предпочитает руководить событиями из безопасного
удаления.
– Короче.Час у нас есть?
– Возможно.
– Звучит почти как «да»,—усмехнулся я.—Ладно...При-
дется задействовать план «ять»...минуя план «буки»,«веди»
и остальную кириллицу.Шар?
– Что?
– По-моему,это в твоем чемодане.Меленькие черно-
красные пилюли в коробочке из-под...
– Нет!
Судя по удивленному лицу Зорина,брат благочинный впер-
вые столкнулся со столь непосредственным проявлением эмо-
ций со стороны эльфа.
– А в чем,собственно,дело?—осведомился он.
– Меня,—с нажимом произнес Шар одновременно с ним.—
Ты туда идти не заставишь.Ни-ко-гда.
– Пойдешь-пойдешь.Как миленький.
– Да объясните вы,орк вас задери,в чем дело?!—не вы-
держал Зорин.—Что это за пилюли,и какого...
– Пилюли,—холодно произнес Шар,откидываясь в
кресле,—напрочь отбивающие обоняние.
– Надолго?
– Минут на десять-пятнадцать,—примирительно произнес
я.—Больше и не понадобится.
– Я!Туда!Не пойду!—отчеканил эльф.
295
– Куда «туда»?!
– Ми пойдем через Уморию,—замогильным тоном произ-
нес я,небезуспешно—как мне показалось,—подражая голосу
популярного актера в не менее знаменитой комедии.—Через
шахту...
– Канализации.—Шар не произнес это слово,а будто вы-
плюнул сквозь плотно стиснутые губы.—Я туда не пойду!—в
третий раз повторил он.
– Длинноухий,я что,мать твою,голосование объявлял?—
рявкнул я.—Или совсем страх на гражданке потерял?А ну,
встать,когда с тобой старший по званию разговаривает!
Должно быть я в этот миг выглядел и впрямь жутковато,
потому от меня отвел глаза не только Шар,но и бывший,в
общем-то,не при чем Зорин,а также устроившийся на столике
в углу Македонский.
– Раздаешь всем пилюли,—продолжил я тоном ниже.—И
ведешь вниз.Там ждете меня.
– А ты?
– А я...я тут немного пошумлю.Чтобы нашим друзьям
было о чем поразмыслить...Отвлечься...от лишних мыслей.
Им,падлам,думать вредно,—убежденно отозвался я.
Собственно,шуметь пришлось бы по любому—когда я
осторожно отвел стволом штуцера занавеску,две приземи-
стые серые фигуры как раз пересекали двор.Зашевелились,
значит...ну да для вас же хуже.
У арбалетчика напротив были неплохие рефлексы—
услышав звон разбиваемого стекла,он успел вскинуть свою
дуру и даже нажать на спуск.Стрела—заговоренная,судя по
противному визгу—улетела куда-то за дом,дабы устроить на
чьем-то балконе локальную Хиросиму,а стрелок,обзаведший-
ся третьим глазом во лбу,плавно рухнул на черепицу.
Следующая пуля влетела точно между глаз типу,высунув-
шемуся из-за дождевой бочки на углу дома напротив.Затем
в стену дома рядом с моим окном влепили что-то мощное—
судя по вспышке,грохоту и брызнувшим кирпичам,«радуж-
296 Всеволод Серов,суббота,19 июня
ную молнию»—заставившеё весь домик забиться в падучей.
Едва только я поднялся с пола и начал отряхиваться от штука-
турки и осколков стекла,как все повторилось снова—на этот
раз я сумел разглядеть догорающие в полете обломки кирпи-
чей.Файербол,этак пятого уровня мощности.Неудивитель-
но,что этот олух никак не может попасть в цель размером
с окно—привык работать по площадям.Представляю,однако,
что творится в магазине...бедные рыбки!
Мысль об разбитых аквариумах настолько разозлила меня,
что я совершил действие,в корне противоречащее всем писа-
ным и неписаным снайперским правилам—вместо того,чтобы
тихонько уползти с дважды засвеченной позиции,встал во
весь рост и подошел к окну.
Разумеется,гад и не думал скрываться—спокойно стоял се-
бе у подъезда,в малиновом гильдейском кафтане,и любовался
на дело рук своих,а посох начал поднимать,лишь разглядев
меня,да и как-то неторопливо.
Верно,его не предупредили,с кем придется иметь дело.По
крайней мере,когда он падал,на лице у него было выражение
крайнего удивления.
В этот момент загремело внизу.Видимо,та первая,сумев-
шая преодолеть двор пара,то ли получив нагоняй от вышеси-
дящего командования,то ли по собственной инициативе по-
шла на штурм черного хода—благо тамошняя дверь отсутство-
вала как таковая,снесенная взрывом «толбачика».Это была
плохая идея,но они об этом не догадывались...пока.
Впрочем,начали они неплохо,закинув в проем ручную
бомбу—от нее и пошел грохот.Разумно.Иначе минимум
один из них познакомился бы с «арранской ловчей сетью»—
охранным заклинанием,вообще-то запрещенным к использо-
ванию в Россиянии из-за повышенной негуманности.Полная
реабилитация пострадавшего занимает два года...если пове-
зет с лекарем.
На самом деле,можно даже позволить им побродить по до-
му.Кроме «ловчей сети» у нас было активировано еще штук
297
пять ловушек,которые легко снимет мало-мальски понимаю-
щий маг,зато с легкостью могли бы вляпаться олухи вроде
них.Можно было бы...но один из них начал подниматься на
второй этаж.
Я подождал,пока осторожные шаги по ступенькам достиг-
нут середины пролета и ударом ноги распахнул дверь.В ко-
сяк тут же вонзились две стрелки ручного самострела—судя
по маслянистому отблеску наконечников,отравленные—а их
хозяин отправился в полет к подножью лестницы.
Секунду спустя из соседнего помещения донесся вопль,
звон бьющегося стекла,плеск,а затем еще один,куда более
жуткий,вой.Он почти сразу же затих,сменившись хрустом и
чавканьем.Ловушка,но не магическая—привязанная к стойке
аквариума леска иногда может сработать не хуже.Все зави-
сит от того,кто в теремочке,то есть в аквариуме,живет.Не
гуппи едиными жив человек...
Меня немного беспокоило видимое отсутствие у типа вни-
зу дыры в груди,которую,по идее,должен был проделать
выстрел в упор.На всякий случай я сменил штуцер на жезл—
зря,как выяснилось.Надетая бандитом мифрильная бронежи-
летка удержала пулю,но затылок,а заодно,похоже,и шейные
позвонки,не перенесли удара о стену.
Должно быть,моим товарищам по несчастью эти мину-
ты ожидания обошлись дороже,чем мне—раздававшиеся на-
верху звуки трудно было назвать способствующими душевно-
му спокойствию.По крайней мере,мое появление живым и
даже относительно—если не принимать во внимание порезы
от стекла и безнадежно испорченную штукатуркой одежду—
невредимым было встречено дружным вздохом облегчения,к
которому присоединился даже Македонский.
– Что вы там устроили?—с раздражением осведомился
Зорин.—Битву за Прохоровку?
– Ну что вы,—усмехнулся я,—мы люди скромные.Я всего
лишь отыграл для нас лишние десять минут...до следующей
попытки штурма.
298 Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Целых десять минут?—недоверчиво переспросил Шар.
– Семь точно.Привести в порядок расстроенные ряды,—я
всухую заглотал протянутую эльфом пилюлю и скривился,—
поднять кнутом и пряником упавший моральный дух воинства.
И давайте не терять их понапрасну.Ну-ка,на раз-два...взя-
ли!
Действие зелья сказалось не сразу—я успел почувство-
вать хлынувшую из-под приподнявшейся плиты тяжелую вол-
ну смрада.Может,это и впрямь было не самой лучшей мыс-
лью...
Первый в черный зев соскользнул Шар.Следом отправи-
лись его костыль,его сумка и неодобрительно порыкивающий
Македонский.Зорин,прежде чем спрыгнуть,пробормотал се-
бе под нос что-то вроде «раньше надо было предлагать...».
Затем в черноту ухнул мой саквояж,на что тьма внизу от-
реагировала чьим-то придушенным богохульством.Я сел на
край,одной рукой упершись в плиту,а второй—вцепившись в
подпорку.Набрал полную грудь воздуха,качнулся вперед...
приземлился на полусогнутых,а над моей головой с глухим
лязгом встала на место плита.
– Куда теперь?
– Хороший вопрос,—отозвался я,озабоченно оглядывая
правый башмак—в момент прыжка из-под него раздался
какой-то подозрительный чавк.Похоже на остатки...нет,
лучше об этом сейчас не думать.Все равно ничего толком
не видно.
– Шар,ты скоро там?
– Уже,—лаконично отозвался эльф,приподнимая перед со-
бой пылающий мягким зеленоватым светом камень в кожаной
сеточке.
– Камень Люцифера,—неодобрительно вдохнул Зорин.—Вы
что,не могли взять простую эльмову лучину?
– Эти базарные наговоры от первого же ветерка гаснут,—
отозвался я.—А камень еще и высвечивает кое-каких местных
обитателей.Вам же не хочется вляпаться...ну,скажем,в
299
гнездилище холерчиков?
– Не хочется,—кивнул Зорин.—Но все равно...
– Да бросьте!Там той черной магии—плюнуть и растереть.
– Если кто-нибудь возьмет у меня саквояж,—прорвавшаяся
в голосе Шара толика раздражения была эквивалентна визг-
ливому воплю минут на пять,—то я...
– Ш-ш-ш-р!
Я успел подумать,что последний раз Македонский издава-
ла такое шипение на лестнице черного хода...и что в замкну-
том пространстве тоннеля мина выставленная сколь угодно
неопытным подрывником имеет очень хорошие шансы порвать
нас на кровавые тряпочки.
В этот момент на нас напали.
Тварь двигалась бесшумно и очень быстро.Я едва успел
засечь краем глаза движение впереди,на самой границе мрака
и призрачного зеленого света,испускаемого камнем Люцифе-
ра...крутанулся,наводя жезл...но тварь была уже рядом с
эльфом и никто не успевал ничего сделать.
Никто,кроме кота.Вытянутая черная тень метнулась на-
перерез грязно-желтому пятну,сбила его наземь,и отскочила
в сторону.Серебристой рыбкой блеснул нож,пригвоздив тварь
к полу,но это было уже лишнее—из распоротого брюха гро-
тескной полуптицы-полуящерицы вовсю хлестал дымящийся
ихор.
Македонский неспешно обошел тело поверженного врага
по кругу,презрительно фыркнул,сел и,как ни в чем ни бы-
вало,принялся умываться.
– Вот тебе и семь минут,Сева.—Шар,осторожно накло-
нившись,вытащил свой нож из горла твари,несколько раз
воткнул его в пол,после чего выудил из кармана изящный
белый платочек и принялся старательно протирать лезвие.—
Они знали про этот ход,просто не захотели мараться сами.
Решили ограничиться стражем.
– Лень в сочетании с брезгливостью,—заметил я,—не са-
мые полезные в жизни качества.
300 Всеволод Серов,суббота,19 июня
Зорин осторожно наклонился к твари.Та еще шевелилась,
пытаясь подняться на переломанных крыльях,и только когда
благочинный прочел над ней «Отче наш»,выводя замыслова-
тые знаки служебным крестом,затихла.Уродливая тушка тут
же начала распадаться на составные органы,те превращались
в гниющую слизь.Ихор поддерживает жизнь гомункулов по-
чти до бесконечности,но когда тварь убита,кровь богов ста-
новится ядом,растворяющим тело не хуже алкагеста.
– Ножки Буша приспособили,—вполголоса заметил
благочинный.—Ну,умельцы...
– Македонский,—поинтересовался я для проформы,—
больше тут никто не ошивается?
Кот глянул на меня с укоризной и отрицательно повел
хвостом—мол,обижаешь,начальник,что мы—службы не зна-
ем?
– Они сумеют перехватить нас?—озабоченно спросил Зо-
рин,поднимаясь с колен.
Я отрицательно мотнул головой.
– Не думаю.Могут разве попытаться перекрыть пару-
тройку окрестных люков...потому мы к ним и не пойдем.
Здесь много путей и прямые—далеко не всегда самые корот-
кие.
Московские катакомбы—это особый мир,большая часть
которого создавалась не людьми и не для людей.Начало свое
они берут с тех незапамятных времен,когда московские ве-
ликие князья,следуя тогдашней европейской моде,запрещали
«поганым подземным карлам посередь людев жилище налажи-
вать».С тех пор кто здесь только не селился—от тех же гно-
мов до беглых этапников...а уж легенд понасочиняли!Миф
о подземных тоннелях,протянувшихся до самой преисподней,
среди них едва ли не самый обыденный.
– Вы так хорошо ориентируетесь здесь,—промолвил Зорин
осторожно.—Любите бродить под землей?
– Ненавижу,—признался я,подхватывая саквояж Шара—
Но...в раешные времена это называлось «производственной
301
необходимостью».Мало кто решается преследовать скрывше-
гося по катакомбам.
– Резонно.
– А вы жезл-то за пояс не затыкайте,—сказал я.—Здесь
оружие лучше держать наготове.
– Гигантские крысы?—понимающе осведомился благочин-
ный.
– Возможно.—Я надеялся,что в бледном свете люциферо-
ва камня Зорин не сумеет различить возникшую на моем лице
ухмылку.—Возможно,они тут тоже водятся.Но я больше опа-
саюсь гномов-бомжей.
– Сева,куда дальше?—окликнул меня Шар,останавлива-
ясь перед чернеющим в стене отверстием поперечного хода.
– Пока прямо,—скомандовал я.—Нужная нам дыра следу-
ющая слева...и там тебе придется поднапрячься.
– Только не говори,—простонал Шар,—что ты заставишь
нас ползти по крысиной норе!
– Нет!Я не настолько злопамятен.
– А что...—начал было Зорин и,нелепо взмахнув руками,
начал валиться на спину—я едва успел подхватить его.
Нечто черное,красноглазое,громко хлопая кожаными
лоскутами—то ли ушами,то ли крыльями—взвилось из ку-
чи рядом с благочинным и,пронзительно каркнув,скрылось в
коридоре.
– Ну и куда ты смотрел?—сурово осведомился я у Маке-
донского.
– Мур-ря!—виновато отозвался он.—Мряв!
– Что это было?
– Полагаю,какой-нибудь не слишком удачный
гомункулус,—сказал Шар,вглядываясь в темноту всепроница-
ющими эльфьими очами.—Я успел немного рассмотреть это,
без сомнения достойное жалости,создание.Не думаю,что-
бы создателем подобного уродца мог бы быть кто-либо кроме
людей.
– А само по себе оно,значит,вылупится не могло?—
302 Всеволод Серов,суббота,19 июня
возмутился я.—Знаешь,сколько всякой алхимической дряни
в канализацию сливают?Еще и не такое из дерьма повылуп-
ляется.
– Порожденные стихийной магией твари,—холодно ото-
звался эльф,—при всей их внешней неэстетичности обычно
все же более...устрашающе функциональны.Кстати,мы,как
я понимаю,пришли?
–Угадал.
– Вы говорили «следующая дыра»,—напомнил Зорин.—А
не «дубовый люк».
– Будет вам и дыра,—я задумчиво уставился на резные узо-
ры,пытаясь припомнить,на какой из резных завитков нужно
было давить,а какой—отводить в сторону.Кажется так...ага!
Люк соорудили гномы лет полтораста назад—по крайней
мере,в этом уверял меня профессор,которому я принес пе-
речерненный узор.Он же порекомендовал книгу,в которой
описывались применявшиеся тогда ими «секретки»—а то бы я
даже с «сквозь-взглядом» состарился,пытаясь разобраться в
бесчисленных рычагах,пружинах,противовесах,отравленных
иголках и прочей хитроумной начинке.
За люком начинался спуск—саженного поперечника труба
с идеально гладкими стенками,представлявшая собой цельно-
выдолбленный древесный ствол.Как гномы сумели затащить
его под землю—ума не дам.
– Мне бы хотелось,– вкрадчиво произнес Зорин,—все же
знать немного больше,чем сейчас...прежде чем вот так ны-
рять вниз головой неизвестно куда.
– Ну,во-первых,никто не заставляет вас лезть туда вниз
головой,—улыбнулся я.—Скорее наоборот,я бы рекомендовал
отправляться в этот путь вперед ногами,а не рогами,которые
у вас отсутствуют.Что же касается вашего вопроса—отвечаю:
в тридцати саженях под нами находиться один из узлов...
короче,нечто,с помощью чего я надеюсь добраться до наших
сестриц раньше,чем это сумеют проделать наши оппоненты.
– Подземные Чердачки?—удивленно воскликнул
303
благочинный.—Я думал,что это очередная легенда...
– Могу вас заверить,что эта легенда имеет в своем осно-
вании вполне реальные факты,—чопорно произнес Шар.
– Но ей же лет двести!
– Полагаю,триста двадцать два будет более близкой к ис-
тине цифрой,—пропел эльф.—Именно к этой дате относится
первое упоминание в хрониках,гномьих,разумеется.Транс-
портная система,основанная на магии домовых...активно
использовавшаяся московской общиной гномов более двухсот
лет...и уничтоженная Инквизицией перед началом метро-
строительства...якобы.Тогдашние маги пришли к выводу,
что гармоника этого заклинания может помешать нормально-
му функционированию станционных порталов.
– Она работает,—заверил я Зорина.—Я уже несколько раз
пользовался ею.Очень старое,но кто-кто,а гномы умеют де-
лать вещи на века.
– Но как же она уцелела?
– Братья-инквизиторы,—на этот раз в голосе Шара звучали
поучающие нотки,—были куда более практичными существа-
ми,чем принято считать...в обществе.Зачем уничтожать
то,что можно успешно использовать?Избранным,разумеет-
ся.Подземные Чердачки всерьез рассматривались в качестве
пути эвакуации из Кремля во время войны,когда передовые
дивизии Сынов Сатаны подошли к Москве—орденский совет
счел тогда,что времена первых христиан давно прошли,и му-
ченичество больше не в моде.В тот раз—не пригодилось...
– Тогда—понятно,—процедил Зорин.—И понятно,откуда
вы про неё узнали.
– Главное—не пытайтесь тормозить самостоятельно!—
сказал я,усаживаясь на край.—Там,внизу,есть для этого
особое...ну,короче,там вы эту скорость и потеряете,а в
трубе просто застрянете.
– Ты бы лучше кота с собой взял,—посоветовал эльф.—
Саквояжи и сами доехать смогут.
– Разумно,—я поставил саквояж и поманил к себе Маке-
304 Всеволод Серов,суббота,19 июня
донского.Кот с подозрением покосился на дыру,но на колени
все же запрыгнул—и хорошо,потому что поднимать этот пуд
когтей,зубов и мышц против его желания я бы лично не осме-
лился.
– Хороший кот,хороший,—пробормотал я,—Когти только
убери...ага,вот так...и скалиться на меня перестань.Хоро-
ший кот...а сейчас мы с тобой немного покатаемся.Ты ведь
на коврах летал...—Кажется,это было неудачный довод,по-
тому что кот сразу напрягся и принялся яростно подергивать
кончиком хвоста—с коврами у него были связаны далеко не
самые лучшие воспоминания.—Спокойно,спокойно...
Полезная штука—военная дисциплина.Полагаю,именно
благодаря ей Македонский,проваливаясь вместе со мной,
ограничился возмущенным мявом и не стал запускать в ме-
ня когти.
Валентин Зорин,суббота,19 июня
– Побыстрее нельзя?—недовольно осведомился эльф,пытаясь
дышать ртом.Выходило некультурно,но сочащиеся из-за на-
ших спин миазмы не позволяли втягивать воздух через нос.
Меня лично и без того вело на сторону после головокружи-
тельной поездки через Подземные Чердачки—увы,не столь
быстрой,как обещал самоуверенный Серов.Загадочные таб-
летки перестали действовать минут пять тому обратно,и каж-
дая секунда из трех сотен истекших казалась мне смрадной
вечностью.
– Я и так стараюсь,—огрызнулся Невидимка.—Кто же знал,
что дверь запрут с той стороны?
Замок подался неожиданно.Дверь с потусторонним скри-
пом распахнулась настежь,и мы гурьбой вылетели на свежий
воздух—в тесную,заставленную полками кладовую.
– М-да,—заметил Серов,оглядываясь,—все сильно изме-
нилось с тех пор,как я тут был в последний раз...
– Я вам,брат,могу,не глядя,объяснить,что изменилось,—
отозвался я,пытаясь энергичными телодвижениями разогнать
застоявшиеся в складках мундира комья густого клоачного
воздуха.—Раньше тут был пустой подвал,верно?А теперь в
подвале устроили лавку.Хорошо еще,что не заложили ва-
шу потайную дверь кирпичом—обошлись бумагой заговорен-
ной...ляхремонт,чтоб его...
– То-то я думаю—что она так открывается тяжело...—
задумчиво промолвил киллер.
– Лучше давайте подумаем,как отсюда выбраться,—
предложил я.
305
306 Валентин Зорин,суббота,19 июня
– А что тут думать?—Серов распахнул дверь в торговый
зал.В лавке было темно,но сквозь окошки под потолком со-
чился с улицы потусторонний свет эльмовых фонарей,смеши-
ваясь с мерцанием камня в руках Шаррона.—Открываем...
– И через полчаса сюда явятся мои товарищи,—закончил
я.—Злые от недосыпу.И вяжут нас по руками и ногам.
– Почему?—удивился киллер.
Я вздохнул.Вот что значит узкая специализация.
– Потому что сигнализация сработает непременно,—
объяснил я.—Но хозяева лавок на нее не больно-то полагают-
ся,поэтому на двери висит амбарный замок.Поверх листового
железа.С той стороны.
Серов подозрительно посмотрел на меня.
– Не далее,как две недели назад,—добавил я,—такое де-
ло проходило через наш участок.Только воришка выбил ок-
но.В лавку залез...покрутился,да и застрял.—Я показал под
потолок.—Точно такие были окошки.Узенькие,высоко—не до-
прыгнуть.А пока он прилавок подтаскивал,да мешок пропи-
хивал,тут и наши подоспели.
Я не стал уточнять,что главный герой этой истории уже
пользовался славой самого безмозглого воришки за всю ис-
торию сыска—во всяком случае,его только на моей памяти
ловили трижды,и всякий раз—на такой вот глупости.
– Сигнализацию можно отключить,—подал голос Шарапов.
– Иногда можно,—признал я.—Но...
Я приподнялся на цыпочки,чтобы получше разглядеть при-
битый к косяку кожаный футлярчик.
– Не в этом случае.
Тянущиеся от талисмана нити светились для колдовского
зрения первозданной синевой,по ним пробегали волны бело-
калильного жара.Почти физически ощущалась грозная мощь,
что водила рукой писца,начертавшего древние символы на
пергаменте.
– Я бы лично не рискнул трогать мезузу руками,—добавил
я,отходя подальше.
307
Серов согласно кивнул.Что бы там не утверждали агент
Фишер со своим создателем,каббалистическая теургия скло-
няется не к боевой магии,а к оборонительной.Даже простень-
кие гематрические талисманы считаются наиболее надежными
из охранных средств,что уже говорить о настоящей мезузе,
таящей в себе строки Пятикнижия Моисеева?Дернуло нас
угодить в такую кошерную лавку!
– А может...переборем?—Серов неуверенно перекрестил-
ся.
Я покачал головой.
– Вы правда хотите помериться крепостью веры с тем,кто
это ставил?—риторически поинтересовался я.
Если бы истинную веру можно было распознать по вели-
чию совершенных ею чудес,религиозные войны не раздирали
бы человечество от сотворения мира.Сейчас модно приводить
в пример злодеяния Ордена,но мне ближе примеры из школь-
ной программы—немецкие концентрационные алтари,где мил-
лионы людей и нелюдей питали невинной кровью демонов пре-
исподней,и вызванные не верой,но низменным чародейством
гиперсаламандры Хиросимы.
Поэтому я не рискнул бы незваным ступить на порог этой
лавки.Не думаю,что на меня обрушатся пламень и сера—
смертельные охранные ловушки запрещены законом,в конце
концов...
– Давайте лучше через окно,—помедлив,согласился Серов.
Пока мы с Невидимкой волокли прилавок к окну,с нас
сошло семь потов.Эльф по причине инвалидности участия
не принимал,а Македонский и вовсе норовил пристроиться
поверх нашего груза,за что был с руганью изгнан.
В конце концов мы,все четверо,оказались на улице—как
и обещал киллер,за три квартала от парамоновского дома.
–
Как думаете,откуда следят за квартирой?—поинтересовался
я,прибавляя шагу.—И как?
Шарапов подчеркнуто застучал костылем по асфальту.
308 Валентин Зорин,суббота,19 июня
– Двое в подъезде,—не раздумывая,ответил Серов,—и на-
блюдатель в доме напротив.Какой там этаж—третий?Тогда,
возможно,еще один прикрывает окна,хотя вряд ли.Подвоха
не ждут.Это если им не сообщили еще,что мы ушли.Тогда
девушки уже,скорей всего,в заложницах.
– Раз так...—Меня охватило какое-то странное
возбуждение.—Игорь Дорофеич...
– Шар,—коротко поправил меня эльф.
– Хир Шаррон,вон там впереди зеркальная будка—я по-
звоню девушкам,потом вызывайте такси и ждите здесь.А мы
с Всеволодом Арсентьичем...
– Брат благочинный,—не выдержал Серов,—вам не надоело
политесы разводить?
Я махнул рукой.
– Привычка.Короче,мы идем вызволять пленниц.
– Не
торопитесь,—попытался урезонить меня Невидимка.—Переть
напролом...
– Православный люд,—процитировал я лозунг времен ра-
ешной юности,—легких путей не ищет.
Зеркало было египетское—из полированной бронзы,но и
его хулиганы исхитрились процарапать гвоздем.Изображение
Марины Валевич слегка подрагивало в мутно-желтой толще.
– Вы уже здесь?—всхлипнула она.—Мы уже извелись...
– Ни слова больше!—Я предупреждающе вскинул руку.—
Ждите.
– Что дальше?—осведомился Серов,когда мы подошли к
дому.
– Идите,—подтолкнул я его.—Никогда в органах не рабо-
тали?
– Нет,—недоуменно ответил Невидимка.
– Идите-идите.
Я распахнул дверь подъезда,свободной рукой выхватывая
корочки.Серов от удивления едва не выронил люциферов ка-
мень.Двое накачанных парней в черных куртках,склонив-
309
шихся к мобильнику,словно по команде,обернулись к нам.
– Пропустите!—командирским голосом гаркнул я.
– Э,мужик...—неуверенно начал один.
– Благочиние!—выпалил я.—Не препятствуйте следствию.
– Э...—еще более неуверенно протянул второй громила.
– Херувим,—бросил я Серову через плечо,—задержите
этих двоих до выяснения.
Слова эти оказали действие почти магическое.Громилы
вынеслись из подъезда рысаками,едва не сбив моего напар-
ника с ног.Конечно,через пару минут они придут в себя,
заметят,что в виду нет казенного ковра,а нет—так им по мо-
бильнику подскажут...Хотя почему,собственно?Кто сказал,
что следившая за мной команда и те,кто напал на дом Неви-
димки,работают вместе?Возможно,никто и не догадывается,
что вместе с особо опасным киллером действует благочинец-
ренегат.
– Стойте здесь,—шепнул я Невидимке на ухо,—если что—
стреляйте!
В темноте ступени подворачивались под ноги,откуда-то
вырастали углы,и тут же прятались в стенах—должно быть,
здешний домовой крепко недолюбливал ночных гостей.Я за-
барабанил в дверь,рискуя выломать плохо заклятую фанерку.
– Сева?—послышался дрожащий голосок.
– Нет,это я.Выходите,скорее!
Корочку я спрятал,вытащив взамен из-за пазухи жезл;по-
думав,снял с предохранителя—в набалдашнике закрутились
режущие глаз белые искры,отчего на лестнице стало чуть
светлее.
Арина едва не за руку вытащила старшую сестру из квар-
тиры.Я молча поволок обоих вниз,к выходу.И уже на по-
следних ступенях вверху,за нашими спинами—жахнуло.
В первый момент мне показалось,что невидимый стрелок
влепил огненным шаром в окно квартирки сестер.По лестнице
явственно потянуло гарью.
Люциферов камень блеснул нездоровой зеленью из стисну-
310 Валентин Зорин,суббота,19 июня
тых пальцев Серова.
– Проклятие!—Невидимка помотал головой.—Если дом под
обстрелом,как же мы выйдем?
– А прикрытие?..—начала Арина,и осеклась.
– Никакого прикрытия нет,—выпалил я,внутренне
сжавшись.—Наш товарищ на улице ждет транспорта...
И если по выходящим из подъезда кто-нибудь вздума-
ет шмальнуть файерболом,от нас только пепел на мосто-
вой останется.Сверху уже доносились возбужденные голоса,
кто-то шлепал тапками по лестнице,истерически верещал—
непременно вызвали благочиние,и пожарных.Счет времени
шел на минуты;если нас не стопчут жильцы,так непременно
загребут до выяснения.А уж если мою физиономию припом-
нит дотошная баба Клава...
Я скинул мундир,и принялся расстегивать рубашку,мучи-
тельно припоминая все прошлые обиды.Как назло,накатило
вялое толстовство.Ну,обошли...ну,выперли...ну,премии
не дали...ну их.
– Брат Серов,—попросил я недоуменно взирающего на ме-
ня киллера,—ударьте меня.
– Что?
– Приложите от души,—повторил я.
– Зачем?—истерически хихикнула Марина Валевич.
– Для маскировки,—успел я выпалить прежде,чем Неви-
димка врезал мне под дых.
Было больно,и очень обидно.Я подхватил эту обиду,и
переплавил ее в ярость,затмевающую сознание и...
В толпе выбегающих из подъезда жильцов никто не об-
ратил внимания на двоих девушек,бережно поддерживаю-
щих мужчину в небрежно накинутом на плечи благочинском
мундире—верно,раненого.Уж если что и привлекало внима-
ние,так это носившаяся вокруг огромная серая псина неопре-
деленной породы.Люди всегда видят только то,что хотят ви-
деть.
И уже потом,когда я перекинулся обратно,Серов смог
311
рассказать мне,что увидел,подняв на миг голову.Взрыв гря-
нул не у сестер,а этажом выше—в опечатанной квартире по-
койного Парамонова,испепелив все внутри.Значит,стрелок
полагал,что мы направляемся туда.Все нити снова и снова
приводили нас к орскому «делу века».
Интерлюдия
312
Валентин Зорин
Сверху причудливо раскинувшиеся в стороны хвосты очере-
дей отчего-то напомнили мне Горынычей—еще тех,древних,
чуть ли не диких драконов южнорусской породы,изображе-
ниями которых так любят иллюстрировать учебники истории.
Дело даже не в характерном змеином извиве,а в том,что
очереди эти столь же безмозглы и столь же бессмертны—они
были всегда,сколько я себя помню,и с распадом Стройки не
изменилось абсолютно ничего—ну:разве что они стали еще
длиннее.
Дежурная бригада сиротливо скучилась в сторонке,около
служебного «горбунка»—Женька Дробин,стажер и двое херу-
вимов.
– И чего ждем-с?—осведомился я,подходя.
– Гапона,—бодро отозвался Женька.—Генерального,со-от-
ветственно,архипастыря особого назначения.
– А самим,значит,слабо?—кивнул я в сторону плаката
«Слава московским гномам-метростроевцам—строителям Рая
на Земле!»
– Да ну их!—окрысился Женька.—Мы уже было
сунулись—такой гам поднялся.Ясно ведь,что по служебной
надобности...Да что там...Мона подумать,мне больше
всех надо.
– Но-но,—шутливо предостерег я.—Ты мне тут не разлагай,
при подчиненных.
– По-моему,они от нас какого-то подвоха ждут,—вмешался
стажер.
– И правильно ждут,—заметил я,извлекая корочку.—Когда
313
314 Валентин Зорин
это народу от нас добро выпадало?Вот гадость какую простым
раешным обывателям...А ну,расступись!Благочиние!Рас-
ступитесь,добры люди-нелюди!
Очередь—я успел приметить в ней несколько потомков ве-
ликанов и даже трех троллей—встретила нас угрюмым ворча-
нием.
– Куды прут,куды прут?!
– В очередь!Всех в очередь!
– Знаем мы их!
– У-у,ироды!
– Нонеча вам не Стройка!Нонеча все истинно равны!
– Ага,как же!Депутатам расскажи!
– Или колдуну какому черному!Он как рассмеется,гля-
дишь,и убивать не станет—токмо в жабу превратит!
– Или этим!
– Ну куды преш-то!
– Благочиние,господство Зорин!—проорал я,размахивая
корочками.
До охранника у чарной лестницы оставалось сажени три,
и большую их часть занимал собой здоровенный амбал с яв-
ной толикой орочьей крови.Впрочем,острота слуха с этой
толикой явно не передалась.
– В очередь их!—провизжал откуда-то сбоку истошный
женский голос.
– Меня,меня пустите!—завопил кто-то.—Я им покажу!
Один из херувимов схватился за эфес служебной шашки
(как и положено,огненной).
– Расступитесь,чада!—донесся из-за моей спины зычный
рев.—Ибо дело у нас воистину праведное и срочное.
– Ух,как вы вовремя,отец Иннокентий,—приветствовал я
гапона.—А то подавили бы нас...
– Увещевать-то надо,—прогудел гапон.—Слово доброе—оно
ведь великую Силу имеет.
Служебный крест он при этом держал наизготовку,и со-
мневаться не приходилось—если кому доброго слова окажется
315
мало,попотчует промеж глаз,да так,что следующим,кого эти
глаза узрят,будет благообразный дедушка с нимбом и связкой
ключей.
– Прахадытэ скорее,—взмахнул лапищей охранник.—Нэ
скальпливайтесь.
Ступая на самобеглую лестницу я,скорее по привычке,
нежели по нужде,затаил дыхание.Шаг—мимо пронеслись,
сливаясь в полосу эльмовы огни на стенах тоннеля—второй,
третий,и я уже стоял на гладком граните портала.
– Интересно,—рядом со мной материализовался Женька,
еще более встрепанный,чем наверху.—Этот орк наверху име-
ет в виду,что он всех скальпировать будет или просто скаль-
пелем резать?
– Он—орк,—угрюмо отозвался я.—Он просто всех имеет.В
виду.
Завеса портала впереди брызнула синевой—и выплюнула в
нас поток столичных жителей,дружно устремившихся к фио-
летовому сиянию второго портала.
– Так,—озабоченно сказал Женька.—А который-то из
двух?
–
Наш—тот,который на Свято-Георгиевскую,—сориентировал я
подчиненных.—Эксперты сейчас прибудут.
– А что,собственно,произошло?—не выдержал Женька.—
Нам в дежурке так ничего толком не сказали.Есть подозре-
ние...косвенные данные...Из-за чего такой шорох?
– Не подозрение.—Я выдержал внушительную паузу и
ткнул пальцем в потолочную фреску.—Мнение.Есть мне-
ние...
– Да какое,прости Господи,мнение?
– Сегодня,в районе полудня,в этот портал вошел сын,—я
воровато оглянулся по сторонам и продемонстрировал Кольке
обрывок газетной карикатуры,—вот его.Вошел и не вышел.
– Да ну?!—оскалился Женька.—Не может быть!Что б та-
кие эльфы—и без конвоя?..
316 Валентин Зорин
– Ковер у него расколдовался,—пояснил я.—Хорошо так
расколдовался,о тотемный столб у ресторана «Вигвам Мани-
ту».А наш то ли торопился куда-то,то ли...Короче,тревогу
подняли почти сразу,у него амулет был на симпатической свя-
зи.Личный маг самого,—я кивнул на потолок,—проследил его
до входа в этот портал.И все.
– Он хоть жив-то еще?
– Маг говорит «жив».Только,—я попытался дословно при-
помнить слова дрожащего кругленького человечка в зеленом
кафтане,—до жути испуган.
– Час от часу не легче,—вздохнул Женька.
– Воистину тяжка наша стезя,—молвил отец
Иннокентий.—Но се был выбор наш...
– Когда стали проверять архивы,—продолжил я,—отрыли
еще несколько случаев,которые вполне могут оказаться кар-
тами из той же колоды.Семеро пропавших без вести,все—за
последние полгода.Медиумы утверждают,что все семеро жи-
вы,но вот указать точное местонахождение...
– Зиндан какой-нибудь оркский,—буркнул один из
серафимов.—У них под Грышнак-Юртом...
– Ляд их знает,—пробормотал я.—Уж направление-то
должны были взять.
– А что еще?—требовательно осведомился Женька.
– Еще есть две какие-то странные заявы.Купчина пер-
вогильдейский утверждал,что на важную встречу опоздал,
потому что в этот,—я ткнул пальцем в сторону фиолетового
мерцания,—портал вошел двенадцать нуль семь,а вышел в
двенадцать двадцать три,восемь открытий спустя.И схожая
заява от уральского гномуса—тоже имеет привычку поминут-
но с брегетом сверяться.
– Ну да,—хмыкнул Женька.—Случаев-то,может,и поболе
набежит,да вот беда—хронометры у нас пока что в диковину-
с!
– Однако же,—задумчиво сказал я.—Крайне занятно бы
выяснить,где они эти четверть часа пребывали.Чует мое серд-
317
це,что и сын нашего славного самого где-то в тех же местах
и обретается.
– А может,это просто портал того—глючит?—радостно
предположил Женька.—Это,как его...самопроизвольно?
– Ох,не верю я в такие самопроизвольные штучки-
дрючки,—вздохнул я.—Когда портал глючит,пассажиров в за-
крытых гробах хоронят.А вот в чьи-нибудь шаловливые руч-
ки...или лапы...или щупальца—верю!
– Не,ну бывает же!—не сдавался Женька.
– Всякое бывает,—согласился я.—Вот мы у экспертов сей-
час и спросим,чего бывает,а чего быть не может по опреде-
лению.
Прямо перед нами вспыхнул алый овал служебного пор-
тала.Задача не из простых,учитывая,какие помехи должны
были давать два огромных постоянных портала станции.
– День добрый.
– Здоровеньки булы,панове!—тряхнул оселедцем в мою
сторону старший эксперт Остап Андреевич Хольмский.—Ну,
що за лихо тут зробылось?Пациент скорише жив,чи вже
холодный?
– А вот это,—сказал я,—нам и хотелось бы выяснить.
Остап Андреевич—чистокровный гном,воспитанный в се-
мье потомственных запорожских казаков.О детстве своем он
вспоминает неохотно,зато из других его реплик можно за-
ключить,что,прежде чем осесть в стольном граде Москве
и остепениться,пан Хольмский неплохо погулял на охвачен-
ной пламенем Гражданской Украине.По крайней мере о таких
легендарных личностях,как Махно и Котовский,Остап Ан-
дреевич упоминает вполне панибратски.
– Ща все выясним!—бодро пообещал пан старший эксперт
и,насвистывая в усы какую-то затейливую мелодийку,повер-
нулся к подчиненным—худощавому астрологу в потертой си-
ней мантии и двум молоденьким послушникам в форменных
сутанах.—А ну,хлопцы,живо за работу.
И работа закипела.Закипела в прямом смысле слова,пото-
318 Валентин Зорин
му что среди прочего эксперты установили портативный тре-
ножник на спиртовке,в котором сразу же начало булькать
нечто желтое и очень вонючее.На нас же с ангелами вы-
пало обеспечивать магам место для работы—задача вельми
нелегкая,учитывая,что приближался конец рабочего дня,и
валившие из порталов толпы стремительно густели.Особенно
доставалось астрологу,на чертимые которым линии все время
заступал кто-то из оттесненных толпой.При каждом таком
случае маг багровел и принимался тихо шипеть—как я подо-
зревал,отнюдь не «Богородице,дево,радуйся».
– Эге,—выдохнул наконец Остап Андреевич,поднимая
вверх пробирку с крохотной бело-синей ящеркой.Тварюшка
извивалась,точно ее собирались резать.—Вот те раз!
– Что-то нащупали?—нетерпеливо спросил Женька.
– В точку!—отозвался Хольмский.—Как есть нащупали.
Явный след чужеродной магии,причем,—гном наставительно
поднял палец,—есть мнение,не,подозрение,що не просто ма-
гии,а темной.Що в таком разе надлежит робыть,—он резко
развернулся к споим помощникам,—а?
– Э-э...погасить портал?—неуверенно предположил один
из послушников.
– Бунчуком тебя по лбу гасить,дурья башка!—В подтвер-
ждение своих слов,Остап Андреевич отвесил подчиненному
звучный щелбан.—Во-перших,хтож тоби це позволить—таке
дороге чародейство портить,да еще у самый трефовый,не,пи-
ковый час?А у-отрих,ежели мы цей портал закроем,де гаран-
тия,що та паскудина,котора нам тут холеру вчинила,кудысь
в другое место не переберэтся?А?Мовчишь,вражина?То-то
и оно.Не,гасить портал ни в коему рази ни потрибно.А от
зробыть так,щоб по нему нияка дурна тварина не шлялясь...
– Я к начальствующему,—озабоченно промолвил отец
Иннокентий.—Вас он может и не послушать,а вот меня...
пусть только попробует!—И в подтверждение своих слов пере-
хватил поудобрее казенный крест.Добрый фратер Тук в срав-
нении с нашим гапоном сошел бы за Махатму Ганди.
319
– В самом деле,—нахмурившись,сказал Женька,—скоро
самое половодье хлынет.Как же...
– Та не забивайте головы,хлопцы,—беспечно обронил
Остап Андреевич.—Вы що думаете,що вы одни таки вумные?
Перемкнут два соседних портала друг на друга.Не впервой.
– Порталы-то ладно,—задумался Женька.—А толпа,что
сверху валит?
– О.—Вздохнул гном.—Вот то таки да,проблема.
– Вот что,—решительно сказал я.—Бери,Евгений,обоих
херувимов и быстро—наверх.Как только придет приказ за-
крывать вход—становитесь рядом с привратниками и начина-
ете работать демонами Максвелла.
– Кем-кем?—скривился Женька.
– Максвелл...это же что-то из магодинамики?—
неуверенно сказал стажер.
– И чему тебя только в университете учили?—вздохнул я.—
Короче—всех выпускать и никого не впускать!Теперь ясно?
– Так точно.
– Э-э...ваше господство,—замаялся вдруг один из
херувимов.—А,может,того...
– Ну,говори.—Подбодрил я его.
– Там же щас наверху,—мотнул головой ободренный
херувим,—почитай,ад кромешный.Народец с работы ломит-
ся,злой,уставший.Ежли просто им дорогу загородить,они ж
нас в гранит втопчут—и брызг не останется.А вот ежли...
– Ну-ну...
– Ежли,скажем,объявить,что бонба обнаружена,—
выдохнул херувим,—али демон какой на свободу вырвался...
тут-то народец и порскнет в разные стороны.Он нынче пуг-
лив,народец-то.
Я задумался.Вообще-то,конечно,соблазнительное пред-
ложение.Херувим прав—народ сейчас прессой накручен сверх
меры,и при первом же намеке на теракт бросится,как нечи-
стый от ладана.Но,с другой стороны,отвечать потом за
«провоцирование панических слухов»...а,если,упаси Боже,
320 Валентин Зорин
опять погром с перепугу устроят,как после взрыва на Малой
Успенской?
– Нет,—решительно заявил я,—объявлять заведомо недо-
стоверную информацию запрещаю!Но,—уже тише продолжил
я,наклоняясь к херувиму,—если подобный слух возникнет сам
по себе...в конце концов,пресечение слухов не является на-
шей первоочередной задачей.
Несколько секунд херувим старательно переваривал мой
шедевр казуистической канцелярщины.Затем лицо его про-
яснилось и он,рявкнув «слушаюсь!»,устремился к лестнице,
придерживая правой рукой шашку.
Я вздохнул,хотя,каюсь,прозвучало это слегка лицемерно.
Если вы желаете донести какую-либо информацию до тол-
пы,вовсе не обязательно надсаживать глотку.Как раз на-
оборот,если толпа изначально настроена к вам негативно—
а народ наверху будет настроен крайне негативно—ваша ин-
формация будет отвергнута на спинномозговом уровне.А вот
если почти такой же,как ты сам,простой раешный брат-
благочинный,воровато оглянувшись,прошепчет—куды прешь,
дурило,БОНБА там!—можно не сомневаться,на толпу эта
весть подействует не хуже искры на порох.
Ох,прости Господи,мя,грешного.Не для себя ведь.
Как бы то ни было,через четверть часа в огромном под-
земном зале остались только мы.
– Ну вот,—довольно потер руки Хольмский.—От зараз ми
займемся нашим больным вплотную.
Гном не шутил—добыв из внутреннего кармана камзола
квадратные очки,он придвинулся к фиолетовому овалу и при-
нялся старательно изучать таинственные переливы.
– Тинаику,—потребовал он,не отводя глаз от портала.
Послушник мигом вложил в протянутую руку маленькую
черную палочку,изрезанную затейливой витой резьбой.Гном
осторожно коснулся ею мерцающей пленки—раздалось тихое
шипение и вверх поползла струйка ядовито-зеленого дыма.
– Та-ак,—зловеще выдохнул Хольмский.
321
Он привычным жестом задвинул начавшие было сползать
очки обратно к переносице,подергал себя за левый ус и,об-
хватив подбородок,задумчиво уставился на портал.
– Викентий,—окликнул он астролога,не отводя глаз от фи-
олетового сияния.
– Да?
– Будь ласка,проверь мне пятый и седьмой круги второй
ступени.
– Полная проверка?—переспросил маг.
– Самая полная,—кивнул гном.—И...особое внимание об-
рати на трещины.
– А вы—обернулся он к послушникам—живо готовьте
эликсир Калеорна.На две трети.
– Но...—начал было один из послушников.—Остап Андре-
евич,где ж мы шальмугру возьмем.?Она же в стандартный
набор не входит.
– Ох,чума на мою седу голову!—вздохнул Хольмский.—
Всему вчиты дурнив треба.Ну возьмите пятый универсальный
декокт,там же чорним по белому намалевано—«у тому числи
може замениты и сок шальмугры».Дурни пустоголови!
– Что-нибудь нащупали,Остап Андреевич?—спросил я.
– Есть трошки,—неохотно отозвался эксперт—узор цей.
Видев я такий узор...один раз...в 43-ем пид Харькивом.
Почекай,сейчас точно вызнаем.
Ждать пришлось недолго.Холмский мельком глянул про-
тянутую астрологом дощечку,удовлетворенно хмыкнул,об-
макнул стеклянную палочку в поднесенный послушником со-
суд и резким движением стряхнул несколько капель на пор-
тал.
В тех местах,где капли соприкоснулись с пленкой,цвет
портала вдруг начал стремительно меняться с обычного фи-
олетового на серый с черными прожилками.Пятна стреми-
тельно расширялись...слились...затопили всю поверхность
портала...потом в тех же местах снова возник прежний цвет,
и через несколько мгновений портал снова засиял привычными
322 Валентин Зорин
красками.
– О!—довольно осклабился гном.—Усе бачилы?
Вопрос был явно риторический.
– Значить,от шо я тебе скажу,хлопче,—молвил эксперт.—
Радуйся—це ни тварина из аду,ни природне явление и даже не
терористови происки.Це просто якась людина,притом дюже
дурна.
– Ы?
– Как я вже сказав,—продолжал гном.—Цей узов я вже ба-
чив...в войну.Прозывается сия холера Серым Кругом,или
Серым Лабиринтом,и представляет из себе одну из тих лову-
шек,яки зроблены Сатаною на погибель тем,хто не хоче вчи-
тыся,а хоче усе и сразу.От.Серый Лабиринт,—Остап Андре-
евич подергал правый ус,—это испытание.Кто его пройдет—
получает силу мага третьего-четвертого,а то и пятого ранга.
– А подвох в чем?
– А подвох в том,—усмехнулся гном,—что,ступив на этот
путь,вернуться уже нельзя—згинешь.Только вперед.А впе-
ред идти тоже может далеко не всякий.
– Что-то я такое слышал,—задумчиво пробормотал
Женька.—Где-то когда-то...
– И от кака засада,—продолжил эксперт,—чтобы путь сей
пройти до конца,такие силы в душе нужно иметь,яки не у
всякого мага есть.
– То есть,—расшифровал я,—если кто-то и сможет пройти
до конца,значит,он уже настолько крут,что ему эта сила уже
ничего толком не прибавит?
– Розумиешь,хлопче,—одобрительно кивнул Хольмский.—
Але тут-то и постарався враг рода человечьего.Коли сил идти
нет,а погибать в цвете лет ох как не хочется,тут-то нога сама
тебя на Трещину и потянет.
Нет,точно,где-то я это слышал!На уроках закона Божье-
го,что ли?
– А Трещина,—продолжил Хольмский,—о-о,это очень под-
ла штука.К средоточию она тебя выведет,и силу ты полу-
323
чишь.Да только взамен она по мыслям твоим проляжет.
– М-да.
Я начинал понимать,с чем нам предстоит иметь дело.Су-
масшедший маг-самоучка.Малоприятно.В принципе,боль-
шинство магов не назовешь психически здоровыми существа-
ми,но если уж его считают больным собственные же собра-
тья...
– Так от я и бачу.—Остап Андреевич добыл из кармана ша-
ровар свою знаменитую «запорожскую» трубку и,запалив ее
кончиком пальца,с видимым наслажденем затянулся—Немцы
тоже спервоначалу решили настругать эрзац-магов,числом
поболе,ценой подешевле.
Если бы только немцы!Я вспомнил рассказы деда об их
училище.Трехмесячные курсы,полтора десятка основных за-
клинаний первого уровня—и на фронт!А потом их огненные
шары рассыпались по щитам немецких некромантов,точно
стакан—о рыцарские латы.
– Мол,истинный ариец этот вшивый Лабиринт пройдет,
стеком по голенищам похлопывая,да «Хорста Весселя» насви-
стывая.Собрали роту добровольцев из всяких там СС,прогна-
ли через Круг и направили на Восточный Фронт—на испыта-
ния.Две недели поиспытывали,а потом загнали всю ораву в
овраг и,—гном звучно хлопнул ладонями,—в пыль.
– Ясно,—кивнул я.—Ну а с порталом-то что?
– Осади!Зараз все поведаю!—Остап Андреевич,наклонив-
шись,выбил трубку о каблук,нисколько не смущаясь образо-
вавшейся при этом на полу дымящейся кучки.
– Урод этот,Трещиной меченый,—сказал он.—В ткань пор-
тального заклятья свое вплел.Хитрое заклинание,соткано
замысловато.Всех,кто через этот портал шагает,оно на вкус
пробует и тех,кто понравится,—хвать!—Гном закашлялся.—И
в неведомую даль.
– Так,—задумчиво сказал я.—А проследить его можно?
– Можно-то можно,—отозвался Хольмский.—Да только
для этого активировать его надобно,а для этого...
324 Валентин Зорин
– А для этого придется ему кого-нибудь скормить,—
закончил я.
– То-то и оно,—развел руками Остап Андреевич.
– Ну так зачем дело стало?—недоуменно спросил
Женька.—Щас пойду,поймаю дворнягу...
– Э-э,не все так просто,—вздохнул гном.—Собака тут не
помощник,хоть весь наш питомник пропусти.
– Думаете,человек нужен?
Человек,гном,эльф...эх,знать бы,какие у него пара-
метры поиска?!
– Гном в него попадал,—напомнил Женька.—Помните за-
яву?
– Конечно...—Хольмский словно бы размышлял вслух.—
Если так,то и заклятье прослеживать не надо.Амулет в зубы
и вперед.
– У этого...сына...амулет был,—напомнил Женька.—А
толку с него?
– А-а,—отмахнулся от него гном.—Амулет амулету рознь.
Мы на «живца» вот что,—Хольмский метнулся к мешку и
несколько секунд ожесточенно рылся в нем,после чего с
радостным возгласом продемонстрировал собравшимся свою
добычу—небольшой,с пол-ладони серебряный амулет в ко-
торый были несимметрично заделаны три крупных розовых
камня,—наденем.Сейчас.—Он чем-то щелкнул и от амулета
отвалилась серпообразная пластинка.—К этому портал можно
куда угодно открыть,хоть в рай,хоть в преисподнюю.
– Ну,будем надеяться,что последнее нам все же не
понадобится,—улыбнулся я.—Давайте ваш амулет.
– Эй,Зорин,ты чего?—озабоченно воскликнул Женька.—
Мало куда эта хрень забросит.
– А ты,—повернулся я к нему,—давай,вызывай дежурку—
пусть СОБОР готовят.Нашими черта с два обойдемся.
Особенно если учесть,что наши все,как назло,сорвались
брать ополоумевшего уголовника,захватившего полный ковер
детворы.Что же,пусть и у соборного отряда быстрого отече-
325
ского реагирования будет свой праздник.
– Валь,ты это...—неуверенно произнес Женька.—Голос у
него срывался.—Поосторожнее там.
– Преклони колени,чадо,—могуче прогудел отец Инно-
кентий и,воздев пред собой крест,размашисто перекрестил
меня.—Благословен будь,воин Валентин,на подвиг ратный.
– Да что батюшка,какой уж тут подвиг,—пробормотал я,
но гапон,не обращая внимания на мой лепет,ткнул мне в
губы крест.
– Ступай с Богом!
– Вообще-то есть у меня еще один хороший камушек,—
задумчиво пробормотал Хольмский.—На тот случай,если аму-
лет по дороге потеряется.Только его глотать надо.
– Нет уж,—выдохнул я,подходя к порталу.
Фиолетовый покров мерцал как-то по особенному—или мне
просто показалось.Вот он начал наливаться синевой...я,за-
таив дыханье,бросился вперед—и вылетел из портала на про-
тивоположной стороне зала.Ну да,сейчас порталы станции
замкнуты сами на себя.
Фигурки на противоположном конце замахали мне рука-
ми.Я махнул в ответ и,снова набрав полные легкие воздуха,
шагнул обратно в портал,благо он еще не закрылся.
– Ничего,—разочарованно сказал Женька.—Ровным счетом
ничего.
Мы поэкспериментировали еще два открытия.За время по-
следнего я умудрился проскакать туда-сюда целых восемь раз
и пришли к неутешительному для меня выводу—в таинствен-
ные параметры я не попадал.
– Ладно уж,Валя,—вздохнул Женька,когда я в очередной
раз вылетел на него из портала.—Кончай.Ежу уже понятно,
что «живец» из тебя никудышный.Давай сюда эту побрякуш-
ку.
Он привычно преклонил колени для благословения,звучно
чмокнул крест,поправил амулет и,улыбнувшись напоследок,
шагнул в портал.
326 Валентин Зорин
Мы дружно обернулись к противоположной стене.Крохот-
ная фигурка Женьки помахала нам рукой,шагнула назад...
и исчезла.
Мне потребовалось несколько томительно-долгих секунд,
чтобы сообразить,что заклинание,наконец,сработало.
– НУ!
– Сейчас,сейчас.—Хольмский медленной водил ладонью
над лежащей на второй руке пластинке.—Сейчас...есть.
Изогнутая пластинка полыхнула ослепительно-белым.
Хольмский,сложив ладони «лодочкой»,словно бы выплеснул
этот свет вперед—и перед нами засиял алый овал служебного
портала—такой же,как и в двух саженях позади нас.
– Пошли!—заорал я в карманное зеркальце.—Пошли!
СОБОРовцы не подвели.Один за другим—две пятерки в
полном боевом облачении,—гремя металлом,они выскакивали
из одного портала и через четыре шага,мощно оттолкнувшись
«рыбкой»,ныряли во второй.
На всякий случай я досчитал до пяти—вдруг появится еще
какой-нибудь опоздавший и,взведя курки пистолета,шагнул
следом.
Все было уже кончено.Я едва успел глянуть,кого волок-
ли к порталу двое дюжих пастырей—молодую черноволосую
женщину,всю одежду которой составляли несколько обрыв-
ков черной кожи и многочисленные перекрещенные ремни,а
лицо было явственно отмечено печатью безумия.Она что-то
выкрикивала что-то яростно-бессвязное до тех пор,пока не
скрылась в портале.
– Блин!—всхлипнул стоящий справа—хвала Господу,жи-
вой и невредимый—Женька.—Я еле отскочить успел.Вы,
блин,как ломанулись.
– Ну так нас же накрутили!—огрызнулся рослый
десятник.—Мы уже думали,тут прям филиал преисподней,
а не этот,—он брезгливо повел рукой,—тараканий питомник.
– Да уж.—Я обвел взглядом помещение,подозритель-
но напоминавшее обычный московский подвал,самую ма-
327
лость подреставрированный,ну и наверняка,хорошо заэкра-
нированный.Тараканов тут было много,причем необычайно
крупных—в палец длиной.Хорошо еще,что эти твари отчего-
то не спускались на пол,зато на стенах местами образовыва-
ли сплошной шевелящийся ковер.Особенно много их было на
стене напротив портала,где наличествовало некое седалище,
долженствующее,по-видимому,изображать трон.А на проти-
воположной стене...
– Вот она,пропажа,—до бестактности громко сказал
Женька.
Я скользнул взглядом по подвешенным телам,натолкнул-
ся на выкаченные,наполненные ужасом глаза молодого—лет
двадцати—парня.Смотрел я не дольше секунды—уж больно
жалко выглядел сын самого.
– Как слышишь?—Командир СОБОРовцев был настроен на
более деловой лад.—Слышишь?Мне нужна одежда.Да,обыч-
ная одежда,комплектов десять.Где взять?Я что,обо всем
думать должен?В каптерке десяток ряс подбери...
– Слышь,Валь,—тихонько прошептал Женька.—Когда бу-
дем нашим в участке рассказывать...давай без подробностей,
а?Засмеют ведь.
– Засмеют,—согласно кивнул я.
Всеволод Серов
– Ну как,видишь чего-нибудь?—придушенным шепотом осве-
домляется Ладога.
– Вижу,—отзываюсь я.
– Что?!
– Горы.Луна почти полная.
– Ишак ты недорезанный!—обиженно шепчет Ладога,—Я
ж серьезно.
Мы сидим в засаде больше трех часов и уже я успел отой-
ти от сумасшедшего пролета по ущелью,когда каменистые
склоны проносятся рядом—руку протяни!—от борта ковра,ле-
тящего со скоростью больше сотни верст в час.Но—Бог мило-
вал,а умения нашим ковролетчикам не занимать.Если надо,
они любой ведьме сто очков вперед дадут.
Сегодня нашей группе повезло—в том смысле,что нас по-
слали не «вверх».Вверх—это значит,в горы окружающие пла-
то,потому что там уже через пару часов начинаешь думать не
о басмачах,а о том,как бы не окочуриться к утру от холо-
да.И как добыть хоть каплю воды из промерзшей насквозь
фляги.
Хотел бы знать,какой вообще смысл в этих засадах?Пере-
валы зимой завалены снегом.За три недели «блошиных прыж-
ков» по этим проклятым горам мы еще не «завалили» не одно-
го каравана.Притом,что на равнине результат «давал» порой
каждый пятый выход.
Дорога,на которой мы сидим,идет с равнины вглубь гор-
ного массива.На самом деле дорог из кишлачной зоны две
и по какой пойдет караван—если он вообще пойдет сегодня—
328
329
ведает только его старший,да еще аллах.Но группа у нас
маленькая,а потому вторую дорогу командир приказал про-
сто заминировать.
Плохо то,что то места засады до ближайшего кишлака
верблюд доплюнет—меньше двух верст.А по окрестным горам
наверняка шастает пара-тройка банд.
– Ну,чего там?
Ладога нервничает и я знаю,в чем заключается причи-
на его нервозности—в крохотной склянке эликсира,которую
он судорожно зажимает в левом кулаке.Снадобье,дарующее
колдовское зрение—штука ох как недешевая,а потому коман-
дование,в великой мудрости своей,приняло решение об эко-
номии столь ценного продукта.О том,как весело сидеть в
чужих горах,пялясь в непроглядную тьму перед собой и на-
деясь лишь на то,что сидящий рядом друг успеет вовремя
подать сигнал—ибо эликсир действует отнюдь не мгновенно—
в высоких штабах как-то не думается.
Я искренне сочувствую Ладоге,но помочь ему ничем не
могу.Из высохшего русла ручья,где устроилась наша под-
группа,дорога просматривается отлично до самого входа в
ущелье и на ней нет никого.О чем я ему и сообщаю.
– Ч-черт,—выдыхает от и,тут же спохватившись,осеня-
ет себя крестным знамением.—Прости Господи,вырвалось...
хоть бы рассвет поскорее настал,а?
– Да брось ты дергаться,—шепчу я.—Вон,с Гимли пример
бери.
Третий в моей подгруппе—рыжебородый сержант-гном то-
же лишен ночного зрения,но кажется,это его нисколько не
беспокоит.Равно как,впрочем и много еще чего.Свою склян-
ку с эликсиром он небрежно сунул куда-то в карман,арбалет
положил на землю.Озабочен же наш с Ладогой напарник со-
стоянием большого пальца своей правой ноги,который он и
пытается разглядеть в зыбком лунном свете.
– Гимли.
– Ну?
330 Всеволод Серов
– Одень носок обратно,—шепотом приказываю я.
– Зачем?
– Он распространяет вокруг настолько неповторимый
аромат,—поясняю я.—Что на этот запах скоро сбегутся все
окрестные гоблины.
К моему удивлению,гном подчиняется и лишь начав шну-
ровать мокасин,бормочет себе под нос что-то вроде «интеил-
лихент хренов».
– Как-как ты меня назвал?—переспрашиваю я,догадыва-
ясь,впрочем,что именно пытался выговорить гном.«Инате-
рилериутелиен»...это свое прозвище я и сам без подготовки
разве что с третьей попытки произнесу.
За горами на северо-востоке ночное небо на миг озаряется
багровой вспышкой.Долгие мгновения мы ждем грохота—но
его все нет и нет.
– А земля-то дрогнула,—авторитетно заявляет Гимли.—Не
иначе,как «Огненным смерчем» врезали.
– Скажешь тоже,—недоверчиво мотает головой Ладога.—
Делать нашим боль нечего,как «смерчем» по хребту наобум
лупить.
– Ну почему же наобум,—возражает сержант.—В той сто-
роне как раз трасса проходит.Я как раз по ней в прошлый
раз конвой сопровождал...три дня,жара за сорок...ду-
мал,сдохну на солнцепеке.Там на блокпостах такие сопляки
сидят—подходы минами завалили,сами за частокол нос вы-
сунуть боятся.В них из темноты одну стрелу пустят—сразу
поддержку запрашивают.Я одного отловил,спрашиваю:«Вы
хоть один секрет выставляете?»,так он на меня та-акими гла-
зами посмотрел.Днем-то они храбрые—сигареты у погонщи-
ков клянчить,да мирных декхан трясти.
– Да какие они тут мирные?—огрызается Ладога.—
Еретики,одно слово.Пока ты на него ствол наведенным дер-
жишь,он тебе и лыбиться и кивает,а стоит отвернуться—и
сразу кинжал под лопатку.
– А нехрен кирасу снимать,если по дувалам бродить
331
собрался,—говорит Гимли.
– Угу.В ней же два десятка фунтов.В полдень самое то.
– Если ты такой хиляк,хрена в егерях делаешь?—
презрительно замечает гном.—Я вот еще и кольчужку дедов-
скую под панцирь подсунул—и сижу спокойно,а ты,сын иша-
ка,трясешься,как зомби на танцах.
– Слышал,а?—разворачивается ко мне Ладога.
– Слышал.
– Ну так скажи чего...ты ж у нас,типа,старший...по
званию.Чего этот недомерок тут разоряется.
– Во-первых,рядовой,—говорю я.—Брат сержант тебе не
разоряется,а разговоры разговаривает,а во-вторых,правильно
он все излагает.Если ты сам...
– Чу,—перебивает меня Гимли.—Слышу.
Слух у гнома тоньше моего...но на дороге чисто до само-
го входа в ущелье,а потому я без лишних слов разворачиваю
винтовку в сторону кишлачной зоны и приникаю к прицелу.
Вскоре звук доносится и до меня.Противный,дергающий
нервы скрип арбы,которую,наверное,лет пять не смазыва-
ли...или эта арба везет чего-то совсем уж неподъемное.
– Одна,—шепчет мне гном.
Я коротко киваю,не отрываясь при этом от прицела—ибо
как раз в этот момент арба показывается из-за поворота.Она
и впрямь перегружена по самое немогу—чем-то габаритным,
заботливо укутанным брезентом.
– Ну?—горячо шепчет Ладога и,не дожидаясь моей коман-
ды,опрокидывает склянку себе в горло.—Че там?
Я коротким жестом показываю,чтобы он заткнулся—время
разговоров кончилось!
Арба приближается к нам очень медленно—я успеваю во
всех подробностях рассмотреть морду переднего вола,мало
чем отличающееся от него рыло сидящего на передке гоблина
и лицо сидящего рядом с ним человека,небрежно придержи-
вающего длинный и тонкий—похоже,китайский—посох.
Амулет в нагрудном кармане молчит—и значит,коман-
332 Всеволод Серов
дир группы не считает нужным отступать от первоначаль-
ного плана.По нему головная или единичная цель должна
пропускаться—для поражения средствами подгруппы,дальней
по маршруту движения.
О...задергался...
– Слушаю,брат лейтенант.
– Продолжайте наблюдение за окраиной,—доносится до ме-
ня сквозь характерное каменное потрескивание.—Если посвя-
тится еще что-нибудь—сообщайте.
– Понял.
Арба неторопливо проезжает мимо нас.Снова текут ми-
нуты...наконец,удаляющийся скрип прерывается щелчками
разряжаемых арбалетов,хриплым вскриком—и характерным
треском файербола.Короткая суматоха боя длится букваль-
но несколько секунд,после чего на дороге вновь воцаряется
тишина.
– Уй-е,—разочарованно бормочет Ладога.—Нашумели-
таки.
– Не каркай,—одергивает его Гимли.—Один бабах—еще не
шум.В этих горах по ночам часто стреляют.
В моем кармане вновь начинает дергаться амулет.
– Слушаю,брат лейтенант.
– В вашу сторону,—в этот раз помехи меньше и голос
командира группы слышен достаточно отчетливо.—Движется
один.
– Понял.
Я разворачиваюсь в сторону ущелья,как раз в тот момент,
когда уцелевший басмач,решив,очевидно,что он достаточно
удалился от места засады,вылезает обратно на дорогу.Впро-
чем,движется он осторожно,а в руках у него...в руках у
него,похоже,давешний китайский посох,хотя сам басмач не
тот,что сидел рядом с гоблом-погонщиком.
– Брать живым,брат лейтенант?
– Нет!—после короткой паузы сообщает мне амулет.—
Валите...только тихо.
333
Тихо—это не ко мне.
– Гимли,—шепчу я.—Видишь гостя?Надо бы его успокоить
без лишней пыли.
– Я таких гостей,—бормочет гном,поднимая арбалет.
Несколько секунд старательно целится...затем,пробормотав
нечто,совершенно не поддающееся переводу со Старой речи,
осторожно кладет арбалет на землю и,прежде чем я успеваю
что-либо сказать,исчезает впереди.
Мы с Ладогой обмениваемся недоуменными взглядами.
– Ну...—шепчу я,поднимая арбалет.—Гимли,сын Гвали-
на...инициативный,блин.Ты мне еще...
До басмача с посохом остается не меньше двух десятков
шагов,когда темная пятно рядом с дорогой резко дергается—и
получавший тяжелый гномский нож в горло человек беззвучно
падает в дорожную пыль.
Глава 6,или Об удачной маскировке
334
Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Значит так,—сказал я,взгромождаясь на вычурно выгну-
тую спинку скамейки—дурацкая мальчишеская привычка,от
которой,видимо так и не излечусь.—Первое,что нам нужно
сделать—это замаскироваться.
– Да уж,—иронически заметил Зорин.—В своем нынешнем
составе мы являемся достаточно...заметной целью.
Последние его слова вызвали у сестриц очередной приступ
бледности.
– Начнем с...—я пару раз качнул перед собой указатель-
ным перстом,запоздало сообразил,что копирую адского по-
сланца из «Ангела Смерти-2» и обвиняюще ткнул в сторону
эльфа.—С тебя!
– Логично,—едва заметно усмехнулся Шар.—Ты,Сева,как
всегда начинаешь с самого трудного.
– Вовсе нет,—качнувшись вперед,я подхватил костыль
прежде,чем эльф успел убрать его за пределы моей
досягаемости.—Видишь его?
– Вижу,а чем дело?
– Смотри внимательно,потому что,—я попытался как мож-
но точнее скопировать интонацию известного барда,—«видишь
ты его в последний раз»!
– Сева!
– Поздно,барышня,—заметил я,проследив за траекторией
полета костыля,завершившейся,как я и планировал,в го-
степриимно распахнутом зеве мусорника в пяти саженях от
нашей скамейки.—Прокомпостировали.
– Позволь осведомиться,—холодно произнес эльф,—
335
336 Всеволод Серов,суббота,19 июня
таскать меня на шее будешь лично ты,или возложишь эту
неприятную обязанность на кого-либо другого?
– Ну почему же неприятную?—удивился я.—Ты слишком
низкого о себе мнения,мой друг.Думаю,наши дамы с радо-
стью согласятся заменить тебе эту холодную железяку.Не так
ли?
– Разумеется.—К моему удивлению,первой по достоинству
оценила мою идею не Марина,а её тихоня-сестра.—Что может
быть естественней девушки,прогуливающейся под руку с эль-
фом?
– Но вам же будет тяжело,—попытался было протестовать
Шар.
– Вовсе нет,—парировала девушка.—Вы,эльфы,легче
человека,не так ли?Как там древние греки говорили—
«легкокостные лучники,стрелы метавшие в толпы свирепых
ахейцев...»?И уж точно вы легче того дивана,который мы
вдвоем—помнишь,Мариш?—затащили к себе на этаж без вся-
кой посторонней помощи.
– К тому же,—добавила Марина,—мы будем меняться.
– Вот и договорились,—игнорируя протестующее воскли-
цание эльфа,заключил я.—Теперь вы,брат Зорин...
– Полагаю,—задумчиво сказал благочинный,—я могу огра-
ничиться снятием форменного кафтана.—Он встал со скамей-
ки и принялся неторопливо расстегивать крючки.Можно было
понять его неохоту:оборотню только что пришлось пережить
несколько исключительно неприятных минут,пока он тороп-
ливо одевался в подъезде,а мы караулили случайных про-
хожих.Кроме того,я не дал ему перегрызть глотку таксисту,
который не хотел брать на ковер собаку,а это не способствует
хорошему настроению.—Благо сегодняшняя погода позволяет.
А без формы меня навряд ли сумеют узнать три четверти моих
собственных знакомых.Не считая,разумеется,сослуживцев.
– Почему «не считая»?—спросил я.
– Умение запоминать физиономические особенности
разыскиваемого,—пояснил Зорин,—входит в требуемые от нас
337
профессиональные навыки.
– Допустим,—я скептически оглядел синюю рубашку бла-
гочинного,на мой профессиональный взгляд не менее формен-
ную,чем кафтан,но решил придержать свои комментарии до
лучших времен.В смысле—до ближайшего магазина готового
платья.
– Еще один выдающийся...э-э...часть нашего дружного
коллектива...
– Мяв!
– Правильно!Именно ты!
– Мяур!—подтвердил Македонский,зевнул,продемонстри-
ровав всем желающим белоснежно-сверкающие клыки и,от-
вернувшись от меня,принялся сосредоточенно наблюдать за
прогуливающейся около соседней скамейки парой голубей.
– Не представляю,как можно замаскировать такого
зверя,—призналась Арина.—Разве что сделать его невидимым.
– Как раз этим мы вернее всего привлечем к себе
внимание,—возразил Зорин.—Сейчас детекторы заклинаний
висят на входе в каждую лавку...
– У нас,—вставил Шар,—не висели.Мы доверяли своим
покупателям.
– В каждую хоть немного уважающую себя лавку,—
продолжил Зорин.—Не говоря уже об античарных амулетах на
патрульных коврах...да что там,любой маг средней руки...
– Хватит,хватит,—прервал я тираду брата благочинного.—
Конечно же,вы правы.Но кто вам сказал,что для того,чтобы
сделать кота невидимым,надо обязательно использовать ма-
гию?
– Вы знаете другой способ?
– Знаю,—кивнул я.—Да и вы знаете,только пока еще об
этом не догадываетесь.
– Ну-ну,—неопределенно произнес Зорин.
– Кстати,—спохватился я,—у кого из нас самый разборчи-
вый почерк?
– У меня,—сказал Зорин,заставив начавшего было откры-
338 Всеволод Серов,суббота,19 июня
вать рот для произнесения очередной напевной фразы Шара
замереть с забавной полуулыбкой на лице.—Я,как-никак,на-
чертатель.Да и на службе...начальство,знаете ли,пред-
почитает,дабы протоколы были удобочитаемы,а пишущая
машинка—одна на весь отдел,да и то...была.
– Значит,—резюмировал я,—вы и будете писать список по-
купок?
– Каких покупок?
– Необходимых,—отрезал я.—За которыми после пойдете
с Ариной,в то время,пока Шар,Марина и Александр будут
изображать на этой скамейке скучающую пару с домашним
любимцем в придачу.
– А ты чем в это время будешь заниматься?—с подозрением
осведомился эльф.
– Я,—тоскливый вздох,выданный мной,привел бы в вос-
торг моего репетитора по актерскому мастерству—ибо был на
девять десятых искренним.—Пойду совершать насилие...как
только наши дамы сообщат мне координаты ближайшей па-
рикмахерской.
Над кем я собираюсь совершить акт насилия,уточнять ни-
кто не пожелал,решив,по все видимости,не отягощать душу
грехом недоносительства.Правда,в данном конкретном слу-
чае им ничего не угрожало,ибо насилие я собирался совер-
шать над собой.Точнее—над своей внешностью.
– Как стричь будем?—спросила парикмахерша,—высокая
блондинка,чьи ухоженные локоны,без сомнения,служили са-
мой лучшей рекламой заведения—заворачивая меня во вкусно
хрустящее покрывало.—Коротко,полубокс?
– А скажите,—стоило мне положить руки на подлокотники,
как по лицу начал немедленно путешествовать зуд—от шеи
справа вверх к уху и дальше в сторону подбородка.—Можно
из моей шевелюры изобразить что-нибудь эдакое...курчавое?
Как у юного Пушкина?
– Вы серьезно?—удивленно осведомилась у моего отраже-
ния девушка.
339
– Угу.Можно ведь?
– Ну,—неуверенно сказала парикмахерша,—Я могу попро-
бовать сделать что-нибудь в стиле афро.Правда,придется ис-
пользовать алхимию...
– Нормалек,—довольно кивнул я.—Валяйте.Хай пацаны
пасти поразевают.
Блондинка вздохнула и,сокрушенно качнув напоследок го-
ловой,принялась за работу.Я зажмурился.Ну,алхимия—не
магия,должна на мою колдоустойчивую шевелюру подейство-
вать...
– Готово.
Я осторожно поднял правое веко.Затем левое.
Что ж,это был еще не самый худший вариант из тех,
что проплывали перед моим внутренним взором за последние
минуты.Не самый...но один из них.
– Во!—Чтобы издать этот радостный возглас,мне при-
шлось очень старательно разжимать кривящиеся губы.—Шо
надо!Сколько?
– Семьдесят два рубля,—оттарабанила парикмахерша.
– Держите без сдачи.—Улыбка выходила более-менее
натуральная,только вот уголок рта как-то нехорошо
подергивался.—Да,это...у вас тут типа почта где?
– За углом.Почта и междугородка.
– Угу.Самое то.
Мне повезло.Кабинка междугородней связи пустовала,хо-
тя,как я помнил,обычно к ней выстраивалась очередь голов
из трех минимум.Впрочем,последнее мое воспоминание от-
носилось чуть ли не к строечным временам.
В кабинке я секунд двадцать тупо пялился в зеркало,с
трудом удерживаясь от того,чтобы не раздолбать изображе-
ние чем-нибудь тупым и тяжелым—собственным лобешником,
например.Потом приступ отвращения мал-помалу сошел на
нет и смог сосредоточиться на первом деле,из-за которого,
собственно,и зашел сюда.
– Внимание...соединяю.
340 Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Сева?—Судя по слою пыли с той стороны стекла и тре-
щине в правом углу,мой бывший однополчанин не очень-
то часто пользовался этим зеркалом.—Сколько лет,сколько
зим...мать моя скала,что ты с собой сотворил?!
– Привет,Макс.—Я постарался,чтобы мой голос звучал
как можно беззаботнее.—Ты не волнуйся,я не тронулся.Ну,
разве что немного.Это нынче в столице мода такая.Послед-
ний псих,то есть,писк.Как у тебя?
– Да все по-старому.Копчу небо потихоньку.У нас же
провинция,что тут случиться может?Тишь да гладь...тоска
да болото.
– Скучаешь,значит,—усмехнулся я.—Слушай,а тебя силь-
но напряжет,если я к небе на днях заявлюсь?И не один?
– Без вопросов,Сева,—отозвался мой собеседник.—Хоть
роту привози—расквартирую.Я ж в этих хоромах один,аки
перст.Со жратвой,правда,может напряг выйти...
– Ну,эта проблема—не проблема,—сказал я.—Значит,до-
говорились?
– В любое время.Я сейчас из дома ни ногой.Ну,разве что
до лавки и обратно.Минут десять,если что,подождешь?
– Нет,развернусь и в обратно Москву двину!Лады,тогда
до встречи.
– До скорой встречи,—поправил меня Макс и отключился.
Я тоскливо посмотрел на вновь возникшую в стекле кудря-
вую голову.Тяжело вздохнул и полез в саквояж за тюбиком.
Главное—не жалеть крема.Руки по локоть,шея...фиг
с ней,с рубашкой.От крема её,если что,потом отстирать
можно будет запросто,а вот от крови—уже нет.
Прежде,чем уйти,я позвонил еще в справочную.Там ме-
ня не обнадежили.Ближайший портал на Владимир откры-
вался через полчаса—не добежать никак,хоть пуп надорви.Я
бы один не успел,а с мной будут девушки с Шаром,и Ма-
кедонский в маскировке.Следующие два распахнутся только
вечером,с интервалом в полчаса.Видимо,такое расписание
осталось еще с последних раешных и первых послеразваль-
341
ных лет,когда колбасу вначале везли грузовыми порталами в
столицу из дальних епархий,а потом—обратно по провинциям
в авоськах.Так что нам предстояло скоротать день в Москве.
– Would you be so kind to tell me where’s the library?
– What library are you...—начал было Шар и осекся,по-
трясенно глядя на мою ухмыляющуюся физиономию.
– Сева?!
– Какая сева?—удивился я.—Моя не знать никакая сева.
Моя хотеть библиотека!
– Севка?!—Кажется,для Марины мой новый облик стал ку-
да большим потрясением,чем я предполагал.Только свернув-
шийся на скамейке Македонский удостоил меня единствен-
ного взгляда из-под прищуренных век,после чего продолжил
наблюдать за потерявшими всякий страх голубями.
– Это заклинание такое,да?
– Нет,это тюбик камуфляжного крема и алхимическая
завивка,—гордо сообщил я.—Ну как,похож я на арапа Петра
Великого?
– Не очень,—Шар внимательно оглядел мой новый
прикид—красно-желто-синюю рубашку с короткими рукавами
и стол же попугайской расцветки шорты.—Черты лица у тебя
все же славянские,а не негроидные.Так ты сойдешь разве что
за какого-нибудь сына фестиваля Дружбы Юных Верующих.
Мой товарищ просто замечательно умеет опускать ковры с
небес.
– Представляю,чтобы ты сказал,—вздохнул я,—вздумай я
замаскироваться под гоблина.
– Гоблин—это не только и не столько раса,—наставительно
заметил эльф.—Это образ мысли.Если бы тебя стало на по-
добный идиотизм,мне бы пришлось признать,что ты этому
образу соответствуешь.
– Спасибо,напарник,—сдернув с головы воображаемый
колпак с погремушками,я изобразил шутовской поклон.—
Спасибо,о мудрейший из эльфов,что поделился с недостой-
ным человеком крупицей твоей драгоценной мудрости.
342 Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Сева,—строго-утомленным тоном учительницы началь-
ных классов произнесла Марина.—Перестань паясничать.
– Слушаюсь и повинуюсь,моя госпожа.
– Сева!
– Не обращайте внимания,—сказал Шар.—Он таким обра-
зом пытается разрядить нервное напряжение.У него «за реч-
кой» даже одно из прозвищ было соответствующее,«инатери-
лериутелиен»,в переводе с благородного языка—Тот,с чьего
языка срываются разящие без промаха стрелы.
Кроме Шара и еще четверых эльфов выговорить это без
запинки не мог никто.
– Ага,—сказала Марина—а вот и Аринка с Валентином.
– Позвала бы ты их,что ли?—посоветовал я.—А то они,
по-моему,глядя на вашу оживленную беседу с послом людо-
едского племени,подходить бояться.
– М-да,—только
и выдавил благочинный,присмотревшись.—Вас же вроде бы
магия не берет?
Пришлось вторично объяснить,как я добился столь выда-
ющихся результатов.
– А плохая новость,—закончил я,—заключается в том,что
нам придется кантоваться по городу до владимирского створа.
– Зачем нам во Владимир?—подозрительно полюбопытство-
вал Зорин.
– Не во Владимир,а в Ковров,—поправил я.—Там живет
один наш старый друг,который приютит нас на время...
Я не стал уточнять,что приют требуется скорее девушкам
и,может быть,Шару.Господство Зорин,на мой взгляд,при
всей наивности мог за себя постоять.
– И что такого?—поинтересовалась Марина.—Погуляем...
– Нас будут искать,—объяснил благочинный терпеливо.—
Наша маскировка обманет невнимательного наблюдателя,но
не магический глаз...и не демона-ищейку.Сидеть на месте и
метаться по городу одинаково рискованно.Если бы мы знали,
где нас не станут искать заведомо...
343
– Кажется,я знаю,—сорвалось у меня с языка.
Все разом обернулись ко мне.Так...если я забыл драго-
ценную бумажку в разгромленной лавке...
– Вот!—Заветный пропуск оказался там,куда я его
запихнул—во внутреннем кармане кафтана.—«Настоящим раз-
решается доступ в помещения ЗАО ”Альгамейд Среднерус-
сия”:Всеволоду Серову,представителю фирмы ”Дискус-92”».
И я совершенно уверен,что нас не будут искать в пустующем
офисе одной из компаний кленовского концерна.
– Если только ориентировка на нас еще не ушла охране,—
пессимистично дополнил Зорин.
– С какой стати?—Я пожал плечами.—Одно дело—
наемники,открывшие на нас охоту,и совсем другое—
вневедомственная охрана.И...мне почему-то кажется,что
кленовцы еще не соотнесли аквариумиста Серова и...мое
второе «я».
– Тогда вперед,—Благочинный поднялся было со скамейки,
но я его остановил.
– Подождите.Давайте переложим покупки.Все равно надо
будет зайти еще кое за чем для антуража.
В магазине канцелярских принадлежностей наша пестрая
компания произвела некоторый фурор и изрядное опустоше-
ние.Когда намереваешься создать видимость бурной деятель-
ности,нужно очень много бумаги.Оттуда мы направились
прямо к метро-порталу на Великомученической.
Проходя мимо книжного развала чуть ли не у самой арки,
Зорин вдруг резко дернулся вбок,чтобы застыть в нелепой по-
зе у прилавка.Я открыл было рот,но благочинный остановил
меня взмахом руки.
– Это у меня уже есть...это я читал...Скажите,—
обратился он к патлатому лоточнику,—нового Иверсона не бы-
ло?
– Иверсона?—переспросил продавец.—Это который про
агента Фишера?Нет,последний месяца два как вышел—«Дело
о тотемных столбах».Уже взяли?
344 Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Ага,—печально вздохнул Зорин.—Сразу же.Я их все со-
брал.Когда следующий—не слышно ничего?
– Откуда ж мне знать?—развел руками лоточник,и тут
же переключился на следующего клиента:—Девушка,девуш-
ка,вам любовного?
Я только головой покачал.Доселе я полагал свои лите-
ратурные вкусы низменными,но узнав,что мой невольный
спутник хранит дома стопу макулатуры,равную той,что ле-
жала на прилавке—весь набор похождений заморского агента-
теколога,начиная с «Дела о свалке отравных заклятий»,—
несколько упрочила мое самомнение.
– Любезнейший,—внезапно вмешалась Марина Валевич,—
а Покрышкиной новой у вас нет?
– Это которой?—снова сфокусировался на нас продавец.
Уши его встали торчком.—«Брэнд сивой кобылы»?Есть,а как
же...
– Нет,следующей,—высокомерно поправила его моя
шляхетка.—Как там ее...
– Не-е,—протянул лоточник,—куда там.У нее же график—
по книге в месяц,а прошлая две недели как...
– Ну,неважно,—отмахнулась Марина.
Чувствуя,что добыча ускользает,лоточник пошел на
крайние меры.Лиходейская его физиономия осклабилась по-
орочьи,что,верно,следовало понимать как жизнерадостную
улыбку;разведя плечи,продавец забормотал под нос что-
то безнадежно изувеченное рязанским говором,одновременно
пытаясь торопливо начертить на книге тринадцать полосок.
– Странно,—вполголоса заметил Шар,—я и не думал,что
кто-то еще пытается колдовать по Карнеги...
Лоточник покраснел и нарочно скорчил кислую мину.
Я отвернулся,и едва не сбил с ног молодого эльфа в коро-
тенькой кожаной курточке.Мелькнули ледяные синие глаза,
я пробормотал что-то вроде «пардон»,а затем толпа разнесла
нас.
– Заметили?—вполголоса поинтересовался Зорин,когда мы
345
миновали турникет.
– Серкелуин,—ответил Шар коротко.—Идиоты.
Благочинный побледнел.
– Что такое «серкелуин»?
– На высоком эльфийском это значит «голубая кровь»,—
пояснил мой товарищ,неловко ступая на самобеглую лестни-
цу.Здесь,ближе к центру,порталы по избежание интерферен-
ции заглублялись надежно—не то,что в новых районах,где
вблизи ворот магическое поле ходуном ходит.—«Голубая»—в
смысле «холодная».Так называют себя радикальные борцы за
независимость Биармии.
– Террористы,значит,—процедил благочинный.
– Не всегда,—поправил педантичный Шар.—Но в большин-
стве своем.Серкелуин поддерживают контакты с ирландской
Армией освобождения сидхе,уэльским Западным Фронтом,
польской божетарней,белорусской Дивьей сябранней...хотя
это вы и без меня знаете.
– Я не знаю,что им от нас надо,—пробурчал Зорин.
– Кленов—эльф,—заметила внезапно Арина Валевич.
В голове у меня завертелись шестеренки,перещелкивая
варианты один за другим.
– И что это нам дает?Помогает он соплеменникам,или
ставит палки в колеса?
– Трудно сказать,—по обыкновению преуменьшил Шар.—
Но из людских городов серкелуин наиболее активны в Перми
и Оркске.
Впереди,внизу,завиднелись сине-лиловые вспышки затво-
ряющихся и отворяющихся порталов.
– Как думаешь,он меня узнал?—мрачно поинтересовался
я.
– Едва ли,—утешил меня Шар.—Неловко об этом гово-
рить...но для большинства эльдар все вы,люди,на одно
лицо.А мальчик еще не набрался опыта вас различать.
– Почему ты так думаешь?—невольно спросил я.
– У него на рукаве был вышит старинный иероглиф,—
346 Всеволод Серов,суббота,19 июня
охотно пояснил мой товарищ,—из тех,какими мы пользова-
лись прежде,чем заимствовать даэроновы руны.—Я вспомнил,
что консервативные биармийцы так и не перешли на общеэль-
фийскую письменность—тенгвар,—по преданию восходящую
чуть ли не ко временам самого Феанора.Впрочем,по тем ле-
гендам эльфы до Четвертой Эпохи жили едва ли не вечно,так
что доверия у меня к ним не больше,чем к неправдоподобным
генеалогиям из книги Бытие.
– Символ «алир»,—продолжал Шар,—означает «росток»,
верней сказать,«саженец дерева высотой не более четырех
ладоней».При том,что у людей в на этом месте принято раз-
мещать знаки различия,я бы предположил,что иероглиф ис-
полняет ту же функцию.
Я тоже заметил,что борцы с чем-либо особенно охотно
перенимают черты противника.Взять хотя бы охотников за
драконами...
Толпа вокруг нас замерла на секунду.Потом впереди
вспыхнула на миг стена синего пламени,и в проеме портала,
только что уходившем в никуда,завиднелся перрон следую-
щей станции.Потоки людей потекли в обоих направлениях,
торопясь проскочить массивную арку до того,как потусто-
ронний голос рявкнет:«Осторожно,порталы закрываются!».
Из застекленной будки на прохожих подозрительно зыркала
смотрительница-троллиха.
– Будем надеяться,—проворчал благочинный,когда мы,
удачно пристроившись вслед согнутому в три погибели воло-
ту (на станциях раешные строители не экономили,а вот сами
порталы в целях экономии делались невысокими),проскочили
обсидиановую арку,—что в вашей «Родина Продакшн» окажет-
ся хоть одно зеркальце.Я хочу разобраться в этой истории.
Его широкая,скуластая физиономия вдруг приобрела жут-
коватое сходство с мордой гончей.Или,напомнил я себе,иду-
щего по следу волка.
Впереди уже разгорался синим пламенем следующий про-
ем.
347
Бывший институт экклезиологии стоял на Явлинской
улице—при Стройке,понятное дело,Христоявленской,но по-
сле развала переименованной в духе воинствующего атеиз-
ма.Охранник в будке на первом этаже изучал наш пропуск
так долго,что я уж было начал сомневаться в его читатель-
ных способностях.Конечно,пока среди людей трудно сыскать
неграмотного—спасибо «дурному наследию Стройки»,не жа-
левшей сил на то,чтобы каждый мог лично припасть к ис-
точнику мудрости,мутным потоком лившемуся из-под перьев
святых отцов.Вот лет через десять-пятнадцать...если пред-
лагаемые нынешним министром просвещения реформы пойдут
в ход...
От скуки я принялся пристально изучать криво нашитую
на рукаве черного мундира доморощенного цербера эмблему—
на красном фоне грозно растопыривала капюшон изготовивша-
яся к атаке кобра.Рисовавший то ли никогда в жизни не ви-
дел данную разновидность змей,то ли решил польстить своей
модели—клыками такой длины мог бы гордиться любой вам-
пир.Вокруг змеюки колечком свивалась надпись «Охранное
агентство ”Эфа”».
– Я,эта,—произнес,наконец,страж.—Не понимаю.
– Что именно?
– Тут эта,—охранник ткнул коряво обгрызенным ногтем
куда-то в середину листка.—Сказано «Всеволод Серов,пред-
ставитель фирмы ”Дискус-92”».Во,—охранник оторвался от
листика и обвел нашу странную компанию торжествующе-
подозрительным взглядом.—И кто из вас Серов?
– Вы,эта,—смиренным тоном попросил я,—следующую
строчку прочитайте.
– Чего?
– В следующей строчке,—сообщил я,—черным по белому
прописано «А также необходимый для производства работ пер-
сонал и оборудование».
– Ну?
– Это и есть мы,—старательно выделяя каждое слово,про-
348 Всеволод Серов,суббота,19 июня
изнес я.—Необходимый для работы персонал.Он,—кивок в
сторону Шара,—мастер-декоратор,специалист по интерьеру.—
Я решил что столь мудреное заморское словечко как нельзя
лучше совпадет с представлениями охранника о возможных
занятиях эльфа.—Две стекольщицы и мастер по компрессо-
рам.И...—на этот раз кивок был адресован черной как моя
рожа цилиндрической штуковине,которую с видимым напря-
жением удерживал в руках Зорин.—Необходимое оборудова-
ние.
– А ты?
– А че,непонятно?—усмехнулся я.—Специалист по тропи-
ческим рыбам.Не по пингвинам же.
– Ню-ню,—скептически прищурился охранник,возвращая
мне пропуск.
– Можно нам пройти.
– Проходь...стой!—внезапно спохватился он,когда я уже
взялся за вертушку.—Фигню-то вашу,эта,открой.
– Дядя,ты чего!—Думаю,вытаращенным мной буркалам
мог бы позавидовать настоящий арап.—Там же гидаспнутый
светильщик.Стоит,как бахрома от нового «слейпнера».Спе-
цом из Индонезии притаранили,лично для Туруханова.
– Ну и че?
– А то,что рыбина эта глубоководная!Выше полутора
верст не поднимается!Хочешь,чтобы тебя струей по потол-
ку размазало—валяй,открывай.
– Ва-ась!
На этот трубный зов из свежеокрашенной белой краской
фанерной будочки выбрался второй охранник и не торопясь
зашагал к нам,отряхивая по дороге черный мундир от много-
численных хлебных крошек.
– В чем проблемы?
– Ну и какого орка ты меня дергал?—возмутился он,выслу-
шав сбивчивое объяснение напарника.—Тебе шо,больше всех
надо?Пропуск в порядке—в порядке.Сам Вальтер подписал.
Че людей зазря дергаешь?
349
– Так ведь это,—замялся его партнер.—Слышал же...сам
Кормильцев вчера примчался.А ну как проверка какая...
– А третьего дня сам Кленов прибывал,—фыркнул Вася.—
И шо с того?Делать больше Упырю нечего,окромя как при-
вратникам ревизии устраивать.Ты бы,Митяй,не о верхах
думал,а о том начальстве,что к нам поближе.А то вон Пет-
рович на позатой неделе ворчал,что,дескать,были жалобы—
не здоровается охрана,зад лишний раз от табурета поднять
лениться.
– Так а эта,чего с этим-то делать?
– Что,думаешь,бомбу тащат?—отвернувшись от напарни-
ка,Вася по-приятельски подмигнул мне.—Тады вот шо.Сго-
няй в дежурку и позови Никодимыча.
– А че я,—сник Вася.—Я ж тока...
– Давай,давай,—подбодрил его напарник.—Взялся за
гуж...одна нога здесь,другая там.
– Молодой еще,—доверительно сообщил он мне,дождав-
шись пока враз ссутулившийся Митяй скроется за углом.—
Службы не знает.Вот и приходиться...учить на примере.
– И как,поддается обучению?
– Да куды ж он денется,—Вася с задумчивым видом сунул
указательный палец за правую щеку и принялся сосредоточен-
но скрести им о зубы.—Научится,—невнятно прогудел он.—А
не научится,дык на его место желающих—пруд пруди,хош в
чинах,хош с крестами.
Митя появился полминуты спустя в сопровождении вы-
сокого сухощавого мужчины лет сорока в темно-синей ман-
тии,на груди которого также наличествовал красный кружок
с коброй-вампиром.
– Там живое существо,—процедил он сквозь зубы,удо-
стоив черный цилиндр одного-единственного небрежного
взгляда.—Без магических способностей.Это все?
– Ага,—радостно кивнул Вася,—проходите,господа.Ты уж
звиняй,Никодимыч,что потревожили...ну,померещились
молодому террористы,с кем не бывает.
350 Всеволод Серов,суббота,19 июня
Долгий взгляд,которым маг наградил судорожно сжавше-
гося Митяя явно не сулил последнему безоблачной жизни в
самом ближайшем будущем.
Валентин Зорин,суббота,19 июня
Парадная лестница бывшего экклезиологического института
громоздилась перед нами застывшей лавиной.Смотреть на
нее было страшно—казалось,что груда исшарканого тысячами
подошв мрамора вот-вот сорвется,чтобы обрушиться на нас
неподъемным грузом.Вездесущий ляхремонт еще не добрал-
ся до парадного,и лики новосвятых презрительно и грозно
взирали с потолка на суетящихся внизу чернокнижников.
К счастью,не склонные к самоистязанию новые владель-
цы дома врезали в прорубленный от крыши до подвала ко-
лодец новенький,ужасно не подходивший к обстановке,за-
то очень удобный подъемник.Не старый раешный—каменная
плита,что болтается в трубе вверх-вниз,повинуясь воле за-
клятого сильфа,—а импортный.
– Патерностер,—щегольнул мудреным словечком Серов,
когда мы,преодолевая неохоту,шагнули в колодец,и сгустив-
шийся воздух понес нас ввысь.
– Почему так?—полюбопытствовала Марина.
– Потому что если над вами летит молодая особа в корот-
кой юбочке,—снисходительно объяснил Шар,—а вы случайно
подняли голову,то можно начинать молиться:«И не введи
меня во искушение».
Я-то подумал,что это единственное,что успевает выгово-
рить падающий с верхнего этажа,если сильф выйдет из-под
контроля.Печать заклятия сияла на дне колодца,ничем...
хотя нет:глаза мои уловили неясный блеск стекла.Ну и слава
Богу—а то вдруг какого-нибудь слабонервного купчину стош-
нит прямо на тонкие линии Знака...
351
352 Валентин Зорин,суббота,19 июня
Секретарша в старой конторе «Альгамейда»,замотанная до
полной потери искусственного загара,выдала нам ключи от
нового офиса,едва глянув на пропуск,а заодно пояснила,что
евреев-ремонтников по случаю субботы сегодня нет:нежданая
удача.Контора находилась в полном нашем распоряжении до
самого вечера,если только не явится вдруг господин Туруха-
нов,чтобы лично осмотреть плоды дизайнерских усилий.Для
надежности я переставил стремянку и портативный алтарь к
дверям,чтобы,не запираясь,иметь несколько минут на под-
готовку,если кому-то придет в голову проверить,чем занята
разношерстная компания аквариумистов-любителей.
Зеркало обнаружилось в углу—недешевое,на пятнадцать
дюймов,но видимо,перенесенное из старой конторы:рама по-
обтерлась,и амальгама в уголке отошла.Я в одиночку перево-
лок его на подоконник,стараясь не запутаться в силовых ли-
ниях,для чего мне приходилось поминутно откладывать свою
ношу и подновлять заклятье колдовского зрения,выводя пе-
чать пальцем в белой известковой пыли,густо покрывавшей
все,что не присыпала обычная серая.По стенам еще теп-
лились остатки старинной институтской ауры,почти сплошь
грязно-желтой от лицемерия,с редкими темными и светлыми
прожилками.
– И как вы собираетесь расследовать это дело?—
полюбопытствовал Серов,в компании девушек оживленно со-
здававший атмосферу делового беспорядка.Эльф Шарапов
пристроился на подоконнике рядом со мной,глядя в одну точ-
ку.Можно было догадаться,что марш-бросок по городу дался
бывшему егерю тяжелее,чем тот готов был показать.Выпу-
щенный из канистры кот уселся рядом и занялся туалетом.
– Очень быстро,—ответил я,тщетно пытаясь обнаружить
среди ведер из-под краски завалявшийся телефонный справоч-
ник.Справочника,конечно,не было.Что ж,придется обой-
тись подручными средствами.
– Обычно,—пояснил я,выкладывая перед собой блокнот,
пару самопишущих перьев и копии разчарованных страничек
353
парамоновского дневника,—расследование дел подобного мас-
штаба занимает месяцы,а то и годы.Но только из-за воло-
киты.Если не придерживаться формальностей...управишься
быстрее.Смотрите...
Я разложил странички веером и принялся натягивать из-
рядно помятый мундир.
– В стенограмме разговора с Карлиным упоминаются сер-
келуин,пермский губернатор Долин и какой-то Кормиль-
цев...
– Который проверяет здешних охранников?—не вставая,
поинтересовался Шар.
В голове у меня взорвалась бомба.
– Точно,—прошептал я.—«Делать больше Упырю нече-
го...»—тут и про Упыря сказано.Вот и выясним заодно,кто
такой господин Кормильцев,и как связан с охранным агент-
ством «Эфа».
Старая,потасканная бесовка из справочной смерила меня
смурным взглядом.
– «Эфа»?Явлинская улица,дом 13,зеркало 5364-819.
Зеркало погасло.
– Как интересно,—заметила Арина Валевич,заглядывая
мне через плечо.—В этом же доме?
Я вновь скинул форменный кафтан и решительно набрал
поспешно записанный номер.Некоторое время стекло остава-
лось темным,в глубине его пробегали сполохи;потом мгла
рассеялась,и смутно видимую дальнюю стену небольшого ка-
бинета заслонила слегка затасканная физиономия немолодого,
капелланского вида мужичка в таком же,что у охранников
внизу,мундире.При виде его на память сразу шли опереточ-
ные генералы из банановых республик.
– Ну и х...Агентство «Эфа»,—поправился он,сообразив,
что физиономия моя ему незнакома.—По какому делу?
– Добрый день,—радушно приветствовал я его,игнори-
руя нелюбезный тон.—Фирма «Дискус-92»,—Серов беззвучно
зашипел,—старший менеджер Печенкин.Могу я ознакомиться
354 Валентин Зорин,суббота,19 июня
с вашими расценками?
– К-какими расценками?—«Генерал» отупело воззрился на
меня.
– На охранные услуги,—объяснил я.—Вы ведь охранная
фирма?
– Э-э...—Мужик замялся.Похоже,вопрос находился за
пределами его умственных способностей.—Ну,да.
– Так какие у вас расценки?—повторил я с отработан-
ной интонацией «скорее-смирения-нежели-гнева».При допро-
сах очень помогает.
– А...это...мы посто-
ронних клиентов не обслуживаем,—выдал мужик,просветлев
лицом.—Строго...—Кто-то на заднем плане устало подсказал:
«Эксклюзивное».—...Эксклюзивное предприятие!
– Понятно,—протянул я.—Что же,извините за беспокой-
ство.
Зеркало потемнело вновь.
– На что ставим,—поинтересовался Серов,—эта змеюка и
есть отдел безопасности концерна Кленова?
– Без сомнения,—согласился я.—Но это нам не слишком
поможет.Что ж,воспользуемся тяжелой артиллерией...
Я зажмурился,стискивая в пальцах перо,позволил ру-
ке самой выводить цифры на чистом листке.Память мышц,
натренированная графомагическими опытами,крепче,чем па-
мять рассудка.
– Все молчим тихо,—предупредил я,напрягшись.Эта се-
рия номеров вся зарезервирована за федеральными службами,
если я вдруг перепутал пару цифр...
– Федеральный реестр предприятий,статистический от-
дел...Валя?Валя Зорин?!
– Он самый,—смущенно улыбнулся я.—Привет,Танюш.
Как поживает ваша картотека?
– Отлично!—Танечка Слямзина поправила пергидрольную
прядку и скосила взгляд на собственное отражение в зерка-
ле.Я бы сказал,что к ее зеленоватым щечкам прическа «а-
355
ля Галадриэль в молодости» подходила не больше,чем поте-
ки радужной эльфийской пудры под глазами,но критиковать
внешность гоблинки у меня храбрости не хватало.Кроме то-
го,сердечной доброты у моей бывшей сокурсницы хватало на
три батальона эльфийских красавиц.—Ты бы лучше про детей
спросил,ирод!
– И как твои оба?—послушно спросил я.
– Мои трое,—победно поправила гоблинка,—великолепно.
– Поздравляю,—искренне вставил я.
– Так что тебе надо?Опять справку вне очереди?
Я покачал головой.
– Хуже.Ты сможешь выяснить для меня кое-что...не
проводя по документам?
– Валя!—вскричала Танечка.—Ты никак решил заняться
частным промыслом?Нет,не отвечай!Не желаю знать!Что
тебе надо,конспиратор?
– Меня интересует охранное агентство «Эфа»,—ответил
я.—Физический адрес...
– Не надо,—отмахнулась гоблинка.—Если название указа-
но правильно,бесы найдут.
– А еще...не фигурирует ли где в качестве учредителя
или акционера некто Дмитрий Никитич Карлин,—добавил я,
спохватившись.
Таня подозрительно глянула на меня.
– Но ты понимаешь,Валя—конфиденциальных данных...
– Ни в коем случае!—Я замахал руками.—Только общедо-
ступные.Главное,поскорее...И посмотри,где еще проходит
руководство этой «Эфы».
– Четверть часа тебя устроит?—хитро прищурилась го-
блинка.
– Быстро,—с одобрением заметил я.—Что,запросов мало?
– Нет,нам базу данных обновили,—объяснила Танечка.—
Раньше у нас какие-то азиатские бесы стояли,чуть ли не с
самой Явы,а теперь—конкретный такой малый дельфийский
оракул.—Она вздохнула.—Только лавром паленым очень несет,
356 Валентин Зорин,суббота,19 июня
и девочкам аполлоны всякие по углам мерещатся...
– Тогда я перезвоню.—Я взмахом руки стер изображение
с зеркала,и опять оказался нос к носу с собственной унылой
физиономией.
– У вас довольно обширные знакомства,брат Зорин,—
заметил Серов не то одобрительно,не то насмешливо.
– Крутимся помаленьку.—Я пожал плечами.—А чем вы
там,собственно,заняты,брат?
– Да...—Киллер-аквариумист покраснел.—Увлекся...ду-
мал,как тут взаправду аквариумы расставить.
Мы впятером (включая Македонского) посмотрели на него,
как на идиота.
За время ожидания я успел выяснить через справочную
еще несколько телефонов.Номер статистического отдела я на-
бирал с некоторым трепетом.
– А,опять ты,сукин сын!—жизнерадостно приветствовала
меня Танечка,продолжая наводить марафет.—Записывай.
Я взял перо наизготовку.
– Охранное агентство «Эфа».Адрес регистрации...
– Пока не надо,—перебил я.
– Закрытое акционерное общество,исполнительный
директор—Кормильцев Илья Борисович.
– Замечательно,—пробормотал я.—А владельцы у этих ак-
ций есть?
– Ну...—неопределенно протянула Танюша.
– Хотя бы примерно!—взмолился я.
– Оэларион Гиладрелиен,—начала было гоблинка,но я пре-
рвал ее:
– Спасибо,хватит.А сколько акций принадлежит Кормиль-
цеву?
– Нисколько,—пожала плечами Танечка.—Лицо,ограни-
ченно дееспособное.
Я придержал челюсть.
– А Карлин?—Голосовые связки мои сработали независимо
от мозга.
357
Оказалось,что Дмитрий Никитич является мелким акцио-
нером нескольких предприятий кленовского концерна.Ситуа-
ция прояснялась:таким способом наши олигархи часто поощ-
ряют сговорчивых чиновников.
– Спасибо,Танюш.Бывай.
– С тебя шампанское,—напомнила моя бывшая
сокурсница.—Восьмая бутылка.
– А что значит «ограниченно дееспособное лицо»?—
наивно поинтересовалась Марина Валевич,когда зеркало
потемнело.—Дебил?
– Нет,милая,—проронил Серов в наступившей тишине.—
Боюсь,что гораздо хуже.
– Юридически недееспособными,—объяснил я,—считаются
не только идиоты и безумцы,но и все,кто не может отвечать
за свои действия,или быть привлеченными к ответственности
за них.Это нечисть и нежить.
– А если учесть имя и прозвище господина Кормильце-
ва...—вставил Шарапов.
Я кивнул.
– Да.Он,скорей всего,вампир.
Следующим в моем списке стоял Карлин—как мне удалось
выяснить без особых сложностей,лицо высокопоставленное:
помощник губернатора Долина.Поэтому на месте его не ока-
залось.Миленькая остроухая секретарша прощебетала,что
Дмитрий Никитич будет после обеда.А это значило,что рас-
спросить его мы сможем не раньше,чем через пару часов.
Время ожидания мы провели безо всякой пользы—в спо-
рах,где истина,против общепринятого,не рождается.Рож-
дались и рушились схемы изощреннейших заговоров против
людей,эльфов,государства российского и злокозненных кон-
курентов.Я бы предпочел следовать заветам Исаака Ньюто-
на и не измышлять гипотез—великий теолог и чародей оста-
вил потомкам немало полезного,но этот принцип я бы назвал
главным,особенно в благочинской работе.Однако же спорщи-
ки поминутно интересовались моим мнением,так что я ахнуть
358 Валентин Зорин,суббота,19 июня
не успел,как с пеной у рта доказывал,что серкелуин не могут
быть связаны с госбезопасностью никаким боком:во-первых,
из абсолютного презрения ко всем человеческим институтам,
а во-вторых,потому что ни один человек в своем уме не ста-
нет связываться с эльфами-террористами.Не питая особен-
ных иллюзий в отношении бывших инквизиторов (после брата
Городницкого—трудновато),я все же полагал,что с головой у
них все в порядке.
Поначалу мы переругивались вполголоса,опасаясь при-
влечь внимание,но потом незаметно осмелели,и под освя-
щенными некогда сводами гуляло эхо.К обеду мы настолько
уже одерзели,что я отправился в офис напротив поинтересо-
ваться,как в здешних пенатах насчет пожрать.
Секретарша посмотрела на меня странно,но сообщила,что
в подвале находится бывшая институтская столовая,а ныне—
кафетерий «Синяя птица»,излюбленный сотрудниками обре-
тавшихся в здании фирм и фирмочек.Так что ежели у господ
аквариумистов возникнет желание...
Желание было.Мы скатились по лестнице не хуже отпу-
щенных с урока семинаристов,и уперлись в негостеприимно
закрытые двери столовой,откуда тянуло перекаленым жиром
и ароматным,но невкусным кофе из кофеварки.
Очевидно,из уважения ко вкусам основных посетителей—
купцов,подкупчиков и приказчиков средней руки,да чародеев
с золотыми цепями—столики в «Синей птице» были рассчита-
ны самое большее на троих,чтобы не стеснять почтеннейшую
публику,и заполнялись,само собой,по шахматному принци-
пу.В результате нас разметало по всему залу,и Невидим-
ке,которому выпало за всех расплачиваться (я уже начинал
волноваться за финансовое положение небольшого нашего от-
ряда),долго пришлось убеждать домового в черном костюме,
что вон там тоже сидят наши,и там...Домовой требовал
называть себя половым,и делал вид,что не понимает.В кон-
це концов его удалось усмирить,потребовав жалобную книгу,
и со стороны кухни поплыли вместе с неаппетитным дым-
359
ком и звоном посуды тяжело груженые подносы.Слава богу,
застиранные до дыр,и все равно неизменно замаранные жи-
ром,какао и почему-то смазкой скатерти-самобранки раешных
времен остались в прошлом,хотя ляхремонт,после которого,
надо полагать,заведение и обрело свое гордое имя,затронул
только зал—в полуоткрытых дверях мелькали мятые казаны с
инвентарными номерками на боку.
Смолотив тарелку солянки—дежурного блюда всех после-
раешных едален,—я вернул способность воспринимать окру-
жающее не через призму острой мизантропии,и в ожидании
перемены блюд принялся прислушиваться.Народу было мно-
го,места уходивших посетителей тут же занимали новые,и
острый слух мой вырывал из многоголосицы то одну,то дру-
гую фразу:
– Прикинь,этот муфлон мне впаривал,что персидские ков-
ры хуже японских!В них,говорит,моль не заводится!Я его
развел по Кольцевой прошвырнуться...
– В общем,скажи,что,согласно модельному анализу по
Дамблдору...Что?Записываешь?По буквам тебе?Де-а-ме-
бе...Короче,наплети ему что-нибудь позаковыристее!..
– Нет,с этими,из «Волхва Велимудра»,дела иметь нель-
зя.Они же отмороженные там все,волчий хвост.Тут «Маги-
банк» с ними пытался разобраться,так они благочинных с
лестницы спустили,с ребятами Гырмаша—знаешь таких?клы-
ки длинней хера—на стрелку выехали,так от тех только по-
ловина вернулась.Говорят,у велимудровцев большой блат в
нижних сферах,чуть ли не у самого Азрамаила...
–...Ну и впаяли ему шесть лет строгой епитимьи...
– Тут вчера просто анекдот был.Приходит один,торгует
контейнер с эфирниками.Шеф размахнулся—ну как же,япон-
ская полировка!гравировка!фирма!А у нас работает один па-
рень,въедливый такой,он копнул поглубже—мамочки родные,
эти эфирники ближе,чем на сто верст,даже у японского кон-
сульства не бывали,обточены чуть не каменным топором...
– Этого мастера-магипулятора,типа,ты гони в три шеи,
360 Валентин Зорин,суббота,19 июня
таких сразу убивать надо,еще до рождения...
– А я вчера ковер помял,представляешь?Сдуру на желтый
рванул,а слева на меня—грузовик!Я—в штопор,а там дерево.
Весь корд менять теперь,и узор штопать...блин,обдерут как
покойника...
Веселая,однако,жизнь у новорусских колдунов.
Через столик налево от нас молодой,школярского вида ча-
родейчик что-то оживленно обсуждал по-французски со ста-
рым негром в одеянии жреца вуду.Тот солидно помахивал
погремушкой,увешанной крысиными черепами,и многозна-
чительно кивал.Я заметил,что с погремушки в тарелку мо-
лодому сыплется мелкий серый порошок,но предупреждать
чародейчика не стал.Сам знает,с кем связался.А если нет—
глупость должна быть наказуема в уголовном порядке,я все-
гда так считал.
– Мы ходим по кругу,—пробормотал я,поглядывая на
Серова.—Все эти измышления...пустое.Пока мы не узна-
ем,отчего заварилась эта каша,толку от наших трепыханий
не будет.
– Отчего и для чего,—так же вполголоса отозвался
аквариумист-убийца.
Я покачал головой.
– Нет.Только «отчего».Вы,наверное,в армии привыкли,
что любой приказ отдается для чего-то.Преступления сплошь
и рядом совершаются...без цели.Но вот причина есть всегда.
Мы помолчали.
– Все упирается в ненаписанный репортаж Парамонова,—
продолжил я,пытаясь собраться с мыслями.К концу девушки
вошли в раж,и выдвигали самые дикие предположения:кон-
цепция «предварительной фазы Апокалипсиса» казалась еще
вполне разумной в сравнении с ними.—Но те материалы,что
достались нам,не позволяют восстановить всю цепочку со-
бытий...а я даже не могу выдать Карлину своего незнания,
потому что он тут же струсит!Заметили,как он с Парамо-
новым беседовал—коротко,нервозно?Не знает,чего больше
361
опасаться—благочиния или бывших соратников.Мечется меж-
ду двух стульев.
– Мы постоянно упускаем из виду фактор времени,—
заметил Невидимка.—Вся эта афера—устранение Парамонова,
потом—свидетелей,—носит отпечаток дикой спешки.Похоже,
что...
– Двадцать третье,—перебил я его.—Акция назначена на
двадцать третье—так сказал Карлин.Осталось четыре дня.
Мы уставились друг на друга.
– Акция серкелуин,—не спросил Серов.
Я кивнул.
– Помните взрыв на Манежной?Будет хуже.
Киллер ожесточенно потер виски.
– Надо что-то делать.Сообщить,что ли...
– Куда?—язвительно поинтересовался я.—В благочиние?В
инквизицию?Да кто нам поверит?Извините,мы тут случайно
наткнулись на следы подготовки теракта,покуда ваши кол-
леги пытались наделать в нас дырок...да,кстати,мы—это
бывший «вихряк»,раскаявшийся убийца и трое совершенно
посторонних лиц,заслуживающих непременного доверия!Ка-
щенко по таким плачет...вечно у него надгробие мокрое...
Серов глянул на меня исподлобья.
– И что вы предлагаете?Изобразить американский боевик
среди родных осин?
– А есть выбор?
Киллер выразительно помыл руки под невидимой струей.
Я так же молча продемонстрировал ему средний палец—жест,
давно уже не связанный с ритуалами плодородия.
Сидевший через столик Шар воззрился на нас круглыми
глазами.Никогда не думал,что увижу ошарашенного эльфа.
Серов смешался.
– Ч-черт,забыл пакетик прихватить,—пожаловался он.—
Надо ведь будет Македонскому что-нибудь принести,а то он
там голодный...—Киллер вдруг вскинул голову.—Погодите,
так вы служили в «Вихре»?
362 Валентин Зорин,суббота,19 июня
– Да...Служил.Не «Вымпел»,конечно,не «Альфа»...
– Но спецотряд быстрого реагирования МВД,—закончил
за меня Невидимка,—тоже неплохо.Как же вы оказались в
районной благоуправе?
– А как вы стали...—Я устыдился собственной резкости.—
Простите.По несдержанности оказался.Как раз после Ма-
нежной.
– И вы меня извините,—неожиданно откликнулся Серов.—
Не хотел показаться сволочью...только я,как заметили,че-
ловек военный,и первое правило ветерана затвердил накреп-
ко.
– Это которое?—невольно заинтересовался я.
– Никаких авантюр.
Я беспомощно расхохотался.Ничего смешнее не мог ска-
зать человек,зарабатывавший на хлеб с маслом убийствами
бизнесменов с подпорченной репутацией.
– Можете веселиться сколько влезет,—заметил Серов,вер-
но истолковав мое поведение,—но моя основная профессия
требует жестко соблюдать эти...как их...нормативы.Шаг
вправо,шаг влево—ты труп.Как на тропе по минному полю.
– Могу представить,зачем вам саперный кот,—фыркнул я.
Аквариумист покачал головой.
– Да нет,просто он тоже инвалид войны.Как мы с Шаром.
Я не осмелился бы спросить,как пострадал Невидимка,но
он,помедлив,объяснил сам:
– Шару оторвало ноги.Македонскому—отбило чутье.А
мне...перешибло судьбу.
Уточнять я не стал.
Завершив трапезу,мы еще немного поваландались,доса-
сывая приторную шипучку (на спиртные напитки мы,не сго-
вариваясь,наложили негласное табу),прежде чем двинуться
наверх.
Проходя мимо вахтерской будки,я вдруг остановился,как
вкопанный.Серов хотел было дернуть меня за рукав,но про-
следил направление взгляда,и тоже застыл на манер жены
363
Лота.На столе у дежурного стоял портативный эфирник—
изображение в глубине кристалла впору было под микро-
скопом разглядывать,но голоса разносились по вестибюлю
вполне отчетливо.
–...Убит стрелой в глаз.По предварительным данным,
лучник стрелял с крыши дома за полтора квартала от ме-
ста гибели Дмитрия Карлина,что практически исключает вер-
сию о криминальных разборках,в которых мог быть замешан
помощник пермского губернатора.Явно совершенное эльфом
преступление носит отчетливо политический характер.Пока
трудно сказать,чего добивалась этим Армия освобождения
Биармии,однако представитель Малахитового чертога от ли-
ца Хозяйки Медной горы уже обвинил в преступлении терро-
ристов из этой организации.А теперь международные ново-
сти.Туркменский парламент единогласно наградил президен-
та Ыгрзмука Углуковича почетным званием верховного сауро-
на...
– Карлину,—мрачно промолвил я,когда мы поднялись на
второй этаж,—можно не звонить.
– Думаешь,это как-то...—начала Арина,но я покачал
головой.
– Скорей всего,серкелуин проверили,с кем связывался
Парамонов во время командировок.Просто так совпало...
– А может,и нет,—заметил Шарапов.—Мы загнали себя в
ловушку,понимаете?
Услышав щелчок замка,за дверью угрожающе зашипел
Македонский.Мы ублажили его отбивной из пакетика,и эльф
продолжил:
– Все,что мы делаем,только убеждает наших противников
в том,что мы наложили руку на парамоновское наследство и
знаем,на что его употребить.В обратном они уверятся,только
когда отправят нас на заокраинный Запад,—человек сказал бы
«на тот свет»,но я понял идиому,—а тогда будет поздновато,
не находите?
– Ничего,—попытался я утешить не то себя,не то
364 Валентин Зорин,суббота,19 июня
девушек,—нам осталось продержаться четыре дня.
– Не получится,—хладнокровно возразил Серов.—Это дело
останется миной под чьей-то репутацией еще долго.Или мы
докопаемся до сути,или нас закопают самих.Второе вероят-
нее.
Арина,подойдя к столу,принялась рассеянно перебирать
листочки с записями.
– Консультант по запретной магической деятельности,—
прочитала она вслух.—Интересно...
– Где?—вскинулся я.
– Вот.—Девушка показала.—Номер шестой,преподобный
Лукиан.
– Запретной.—Я покатал слово на языке и,обжегшись,
сплюнул.
– И как это понимать?—полюбопытствовал Серов.—Кто у
нас балуется высшей некромантией?Серкелуин или сам Кле-
нов?
– Не обязательно некромантией,—безмятежно откликну-
лась Марина.—К запретным областям магии относится вызов
демонов Седьмого,Восьмого и Девятого круга,двойникова-
ние,а также заклятия и печати массового поражения.
– Потрясающе,—резюмировал аквариумист.—Только демо-
нов Восьмого круга в центре Москвы нам не хватало для пол-
ного счастья.
– Некромантию,—заметил Шарапов,—отбрасываем.Могли
бы усвоить за тысячелетия,что эльфы никогда не опускались
до того,чтобы использовать магию смерти.
Серов пожал плечами.
– Сказание об Эолатаниэль?—предположил он.
– Во-первых,это сказание,а не летопись,—с достоинством
возразил эльф,—а во-вторых,Беолна не поднимали из мерт-
вых,а возвратили к жизни.Большая разница.Впрочем,что
там было в первоисточнике,соглашусь,никто не знает,ибо
изначальный текст «Песни о Лейтиан» утерян...
– Вернемся к нашим баранам,—предложил я.—Давайте
365
пойдем с другого конца.Чем может концерн Кленова снаб-
дить серкелуин?
– Да чем угодно,—фыркнул Невидимка.—Это же военка,у
них...
– Не совсем так,—поправила Марина.—Большая часть ар-
канов запретной магии требует или соблюдения очень специ-
фических условий,или особенных ингредиентов,производство
которых,в свою очередь,находится под строжайшим контро-
лем.Этим занимаются особо секретные лаборатории,а не про-
мышленность в прямом смысле слова.Мы говорим о чем-то
крупнотоннажном.
– Ждите здесь.—Невидимка вскочил на ноги.—Я скоро.
Вернулся он минут через двадцать.Лицо его сияло из-под
слоя камуфляжного крема.
– Вот,—объявил он,вываливая на подоконник охапку
каких-то проспектов и прейскурантов.—Получите.Полный ас-
сортимент продукции концерна,поступающей в свободную
продажу.Думаю,остальное нас волнует меньше—все же стро-
гий учет.
– Я попробую разобраться,—вызвалась Арина,отчего в
груди у меня сладко потеплело.
– Как вам это удалось?—поинтересовался я вполголоса,ко-
гда девушка отобрала у меня перо и блокнот.
Аквариумист пожал плечами.
– Я попытался закупить материалы для террариума с са-
ламандрами.
Видимо,недоумение отразилось на моем лице,потому что
Серов,сжалившись,пояснил:
– Понимаете,в обыденном языке саламандрами называ-
ют стихийных духов огня,но это неправильно.В науке тем
же словом обозначают огненных ящерок.Их среда обитания—
расплавленная лава.К сожалению,жидкий камень непрозра-
чен,поэтому в неволе их обычно помещают в расплавленный
хрусталь.Согласитесь,материалы для такого террариума тре-
буются тоже...специфические.Оказалось,что концерн Кле-
366 Валентин Зорин,суббота,19 июня
нова обладает фактически монополией на производство воль-
фрама и других тугоплавких металлов.Ну вот,потом мы с
этой приказчицей разговорились—очень милая особа,жаль,я
Шара с собой не взял,—и я вскользь упомянул о понтовых и
безбашенных клиентах,которым вынь да положь,чтобы было
дорого.Всякие особенные редкости там...Ну,а эту публику
хлебом не корми,дай продать что-нибудь.Она мне едва не
насильно эти бумажки всучила.
Усмехнувшись,киллер отошел,чтобы о чем-то перегово-
рить с Шараповым.Кот сидел у его ног и время от времени
вставлял в разговор свои «мря» и «мррр».Без дела остались
только мы с Мариной.
– А откуда вы столько знаете о запретной магии?—
поинтересовался я,чтобы как-то завязать беседу.
– В институте учила,—Валевич-старшая по-
вела плечиками.—Военные кафедры еще никто отменить не
додумался...вот и готовят армейских чародеев.Я-то думала,
это сугубая теория...демоны низших кругов,мегасаламанд-
ры,поражающее действие чар мощностью от двадцати мега-
гейст...В голову придти не могло,чтобы кому-то в голову
придет этим пользоваться.
– Надо же,—я покачал головой.—Я сам немного увлекаюсь
печатной магией,но в другие области волшебства никогда глу-
боко не вдавался.
– Правда?—Марина вскинула ресницы.—Может,хоть вы
мне объясните—как выглядит настоящая печать Соломона?У
нас в учебнике почему-то не было рисунка,только описание.
– Истинную печать Соломона,—объяснил я,—невозможно
воспроизвести типографским способом.Странно даже,что вам
этого не объясняли.
– Почему?—полюбопытствовала девушка.
– Это чрезвычайно могущественный символ,и предна-
значен он для того,чтобы удерживать сверхъестественных
существ,—пояснил я.—Самим фактом своего существования
печать сворачивает пространство в логически—и тем самым
367
топологически—замкнутой области.Но для этого...печать
должна быть начертана правильно.А для получения оттиска
нужно ее зеркальное отображение.
– Ну и?—не поняла Марина.
– Оно идентично печати Соломона,видимой изнутри
ловушки,—мягко объяснил я.
Секунду девушка глядела на меня непонимающе,потом ли-
цо ее исказилось от ужаса.
– Так она...
– Угу,—кивнул я.—Такая типографская форма свернула бы
пространство вокруг себя,превратившись в маленькую «чер-
ную дыру».А так как логически замкнутой областью это про-
странство обычно не является,то такая дыра подвержена рас-
сеянию по законам квантовой магии.На этом принципе осно-
ваны современные печатные бомбы.
– Я думала,ими вызывают стихийных духов,—
пробормотала Марина.
– В основном саламандр,—согласился я.—Это старинный
общеизвестный способ,думаю,поэтому о нем решились упо-
мянуть в учебниках...но тут возникают проблемы техни-
ческого порядка.—Я чувствовал,что меня заносит,но так
редко мне удавалось поговорить о чем-то душевно близком,
что остановиться не мог.—Печать должна продержаться до-
статочно долго,чтобы дух завершил манифестацию—хотя бы
полсекунды—но преддействовать она начинает до того,как ее
части сомкнутся.Поэтому их приходится гравировать на пла-
стинах из тугоплавкого металла,по отдельным элементам узо-
ра,а если не выдержан хоть один допуск—все заполировывать
и делать наново.Обычно для этого используют...
И вот тут у меня слова рыбьим хребтом застряли в горле.
– Вольфрам.
– Вольфрам,—повторила Арина,сметая груду проспектов
с подоконника.—Все остальное—ерунда,пригодная разве что
для талисманов и ведьмовских заговоров.«Покупайте родони-
товые талисманы с Урала»—ага,от пьянства они защищают,
368 Валентин Зорин,суббота,19 июня
только вызывают при этом паркинсонизм по сродству с мар-
ганцем...аметистовые куда безопаснее.
– Ариша,—проникновенно заметила ее сестра,—мы все зна-
ем,что ты умная.
Всеволод Серов,суббота,19 июня
– Твой друг живет здесь,во Владимире?—с любопытством
спросила Марина,оглядываясь вокруг.
– Нет,—ответил я,с облегчением ставя контейнер с Ма-
кедонским на перрон вокзала.Вот уж не думал,что моя до-
машняя зверюга так отожралась за последние годы.Может,
выпустить его уже?Вроде бы эльфов поблизости не видать,
даже Шар запропастился куда-то...
– А где?
В короткой черной кожаной курточке и раскраске стиля
«вампирша» моя спутница выглядела просто чертовски соблаз-
нительно,а поэтому вместо ответа я просто обнял её.Кажет-
ся,такие губы называют «зовущими»...ярко-алые,призывно
полураскрытые...краем глаза я заметил,как проходящая ми-
мо старушка в ужасе шарахнулась от нас,размашисто пере-
крестилась,трижды сплюнула и только после этого продолжи-
ла свой путь,бормоча—так,что слышно было на пол-улицы—
что-то про «окаянных арапов» и прочих «бусурманей».
– Так все-таки,где живет твой друг?—повторила Марина
свой вопрос минут пять спустя,когда мы,наконец,сумели от-
клеиться друг от друга и даже привести себя в относительный
порядок.
– В Коврове.
– Никогда о таком не слышала,—призналась девушка.—Это
село?
– Обижаете,барышня,—улыбнулся я.—Вполне достойный
город,на правом берегу Клязьмы.От столицы всего-то две с
хвостиком сотни верст.
369
370 Всеволод Серов,суббота,19 июня
– А откуда такое название?Там ковры делают?
– Ага,коврики,—пошутил я.—Точнее,метлы,а еще точнее,
летающие веники для подрастающего поколения.Делают...
на заводе имени Дегтярева.
– Сева,я серьезно!
– Я тоже...почти серьезно,—сказал я.—В Коврове дей-
ствительно есть завод имени Дегтярева и на нем действитель-
но сейчас делают мини-метлы...хотя вообще-то он специа-
лизируется на боевых посохах.
– Тогда почему город так называется?
– Понятия не имею,—признался я.—Вроде бы им,еще в
бытность его селом владели князья Ковровы...а вообще—
приедем,надо будет у Макса спросить.Уж он-то точно все
эти легенды наизусть помнит.
Я не преувеличивал—в последний мой визит Макс пытался
поведать мне одну из местных легенд.Кажется,там поминал-
ся сын Юрия Долгорукого,зверолов Елифанко,двое леших и
еще полдюжины персонажей,упомнить которых я не сумел—
дело было ночью,уже переходящей в утро,а в качестве ак-
компанемента Макс выбрал «Песню о диком вепре»,которою
с большим воодушевлением отбивал на опустошенном нами
пивном бочонке.
– О,а вот и остальные,—воскликнула Марина,
попытавшись—не очень,впрочем,настойчиво—высвободиться
из моих объятий.
– Прошу простить за задержку,—мрачно сказал Зорин,
подходя вплотную.—Но у меня возникли некоторые пробле-
мы.
– С перекидкой?—сочувственно осведомился я.Сей-
час,глядя на хмурого брата-благочинного,идея с волком-
поводырем для слепого эльфа уже не казалась мне столь ге-
ниальной,как в Москве.Перестраховка,да...
– С переодеванием.—Зорин смерил нас с Мариной мрач-
ным взглядом и,так и не удостоив ответом,развернулся к
младшей из близняшек.
371
– Поведение господина Зорина,—пропел Шар,—я,учитывая
сопутствующие обстоятельства,должен признать заслужива-
ющим самой высокой оценки.
– А сам ты как?
– Лучше,чем некоторые,—ответил эльф,аккуратно скла-
дывая большие зеркальные очки в нагрудный карман.—Даже
сумел обойтись без помощи мадемуазель Арины—одна моя
юная соплеменница установила надо несчастным инвалидом
опеку.Весьма деятельную опеку,—добавил он после секунд-
ной паузы.—Наш товарищ по несчастью едва сумел найти ме-
сто,чтобы переоблачиться.
– У неё случайно не было вышитого иероглифа на рукаве?
Или там на воротничке?
– Представь себе,нет,—холодно отозвался эльф.—
Сочувствующих экстремистам среди нашей молодежи вовсе
не так много,как это кажется со стороны.
– Угу,—кивнул я.—Если верить новостям,то делу серке-
луин сочувствует каждый второй эльф,не считая каждого
первого.
– Ты,—медленно спросил Шар,—расписание узнавал?
– А как же.Ближайший портал на Ковров открывается
через,—я покосился на угрюмо чернеющие на вокзальном фа-
саде часы,—уже через семнадцать минут.Как раз хватит вре-
мени,чтобы дружными усилиями нашего коллектива отдраить
с меня камуфляж.
– Вообще-то,—негромко заметила Марина.—Не знаю,как
вы,а лично я была бы не прочь перекусить.
– Не советую,—развернулся к ней Зорин.—Я,прежде чем
сумел перекинуться,нанюхался ароматов из местного буфета
вдоволь.Поверьте мне на слово,лучше туда вовсе не заходить,
не говоря уж о том,чтобы вкушать приготовленную там пищу.
– Что,все настолько плохо?—удивился я.—А мне казалось,
что после корма для упырей под названием «колбаса останкин-
ская» бывших раешных жителей уже ничем не напугаешь.
Очередной мрачный взгляд Зорина заставил меня изменить
372 Всеволод Серов,суббота,19 июня
свежевысказанную точку зрения...равно как и убедил в том,
что тему эту лучше не развивать.
– А может,попробуем поискать какой-нибудь ресторан?—
неуверенно предложила Марина.—Вокзал ведь в центре горо-
да...А портал пропустим.
– Следующего придется ждать почти до темноты.Луч-
ше попробуем потерпеть еще каких-нибудь час-полтора,—
попросил я.—Стоит нам добраться до Макса и нас непременно
накормят.
По крайней мере,я на это не без оснований рассчитывал.
Правда,Макс упоминал о возможном «напряге со жратвой»,
но по его понятиям это состояние начиналось в тот момент,
когда он не чувствовал себя способным накормить досыта
десяток-другой саблезубых тигров.
– Предлагаю компромисс,—сказал Шар,сдувая с плеча
уже третью за минуту несуществующую пылинку.—Пусть да-
мы прогуляются до ближайшего ларька на привокзальной пло-
щади и приобретут там себе по паре стаканчиков мороженно-
го,а заодно—бутылку «Мистики».
– «Мистики»,—переспросил я.—Зачем нам эта алхимиче-
ская отрава?В ней разве что алкагеста не содержится...и то
по действию она ему не сильно уступает.
– Именно за этим,—серьезно сказал эльф.—Если ты не
сумеешь за двадцать минут вернуть себе свой естественный
окрас...
– Тогда,—перебил я его,—берите лучше «Золотой вереск»!
К неграм или китайцам местное население за последние годы
успело немного привыкнуть,но вот существо с фиолетовой
рожей точно вызовет среди провинциальных жителей нездо-
ровую сенсацию.
Интерлюдия
373
Валентин Зорин
«Скорые»,наверное,слетелись со всей Москвы.Мерцало ха-
рактерное голубоватое сияние,и сильно пахло озоном.Над
каждым вытащенным раненым трудилось по два-три целителя.
Впрочем,раненых было не так уж и много.Убитых намного
больше.
В праздничные дни здесь всегда толпится тьма народу.Вы-
бираются семьями,с детишками...
Ударная волна и осколки прошлись по толпе жутким
зигзагом—двадцать саженей на северо-запад,потом вправо
градусов на сорок,потом еще чуть правее.Этот страшный
путь был отмечен изломанными,рваными телами и кровью.
Много крови.Местами потоки сливались в сплошную алую
полосу.
Мы еще должны были благодарить Господа за вспыхнув-
шую панику.И того,оставшегося неизвестным тролля,вели-
кана или—чем черт не шутит?!Страх,говорят,удесятеряет
силы—человека,который сумел-таки опрокинуть массивную
каменную тушу урны!
Теперь выпотрошенные из бумажного пакета внутренности
второй бомбы безобидной с виду россыпью валялись на брус-
чатке.Громоздкий часовой механизм,примотанный леской к
двум брускам триамита,тщательно наломанные лезвия бритв
и множество разноцветных стеклянных шариков,которые тор-
гуют детишкам на лотках,по полдюжины даже за нынешний,
окончательно издешевевший целковый.
– Как думаешь,—хрипло спросил я стоявшего рядом
эксперта.—Кто?
374
375
– И думать нечего,—зло сплюнув в сторону,ответил он.—
Эльфы.Я еще когда к площади полетал,понял.Сверху оно
знаешь как...алое на желтом...Эстетики проклятые.
Эльфы.Я еще раз посмотрел на кровавый след,пытаясь
представить,как этот кошмар может выглядеть с высоты и
внезапно понял.Хотя понял я,наверное,раньше,просто до-
гадка была настолько...кощунственной,что мозг не сразу
смог признать ее.
Вторая,неразорвавшаяся бомба должна была начертить
кровью недостающий изгиб руны «ваэль»—свобода!
– План-перехват объявили?—спросил Коля Девельков,по-
шевеливая пальцами так,что слышался хруст вражьих глоток.
– Мгм,—отозвался эксперт.—Сразу.А толку...
– Господа!Господа,пропустите!
Мы с Колей разом обернулись,нахмурившись—новомодное
обращение,так и не вытеснившее раешных «братьев»,резало
слух.Сквозь плотную толпу благочинских всех званий и ма-
стей пытались прорваться двое—боевитая газетерша и угрю-
мый оператор с магическим глазом на плече.У меня сердце
екнуло при мысли,что немыслимо дорогая хрустальная сфера
может выскочить из рук и грянуться о булыжник.
– Господа!Пропустите!
– А вы,сестра,кто будете?—недружелюбно поинтересовал-
ся Коля,загораживая широкой спиной залитую кровью пло-
щадь.
– «Независимое российское телевидение»,Фатьма
Торкулаева,—Девица подергала табличку на груди—с именем
и кумпанейским иероглифом,нехорошо напоминавшим символ
Международного теософского общества.—Отойдите,вы заго-
раживаете ракурс!
– Да?—Коля картинно извернулся,безуспешно выискивая
утерянный ракурс у себя за спиной,где-то в районе ягодиц.—
Не вижу!
Газетерша фыркнула,и переключила внимание на меня.
– Сударь,как вы относитесь к борьбе эльфийской ра-
376 Валентин Зорин
сы за независимость от репрессивного пост-теократического
режима?—выпалила она на одном дыхании.
– Коля,—попросил я,—покажи сестре ракурс.
Девельков покорно подвинулся,едва не своротив столик,
на котором эксперт сосредоточенно выкладывал пасьянс из
карт Таро.
– Ну и как вы думаете?—обводя кошмарную панораму
взмахом руки,поинтересовался я—как мне думалось,рито-
рически.
– Само собой,невозможно ставить знак равенства меж-
ду действиями экстремистов,пускай и движимых благородной
идеей,и искренними и честными представителями перворож-
денных,стремящихся выработать совместный модус вивенди
для своей расы и смертных...—на одном дыхании выдала га-
зетерша.
Девельков икнул.У него с длинными фразами шла вечная
война,отчего колины рапорты возвращались от начальства,
как от редактора—исчерканные красным.
– Почему?—спросил я.
Сестра Торкулаева воззрилась на меня,как на умалишен-
ного.
– Почему нельзя?—повторил я.—Что такого благородного в
идее обнести родимый лес забором и сидеть за ним?С какой
стати ради этой идеи надо бомбы взрывать?
– Как я сказала,экстремисты...—попыталась было вер-
нуть темп газетерша,но я остановил ее.
– Если кто-то проповедует идеи,ради которых бросают
бомбы,—жестко промолвил я,—он бросает бомбу.
Коля трижды демонстративно хлопнул в ладоши.
Газетерша не удостоила нас ответом.
– Трудно ожидать объективного расследования этого дела
от наших правоохранительных органов,—пропела она в хру-
стальный глаз камеры,—более озабоченных сохранением сво-
его имиджа борцов с терроризмом,чем выявлением причин,
толкающих древнейший народ на сопротивление федеральным
377
властям...
Меня толкнули в спину.Я обернулся.
Невысокая женщина в порваном цветастом платье смотре-
ла на газетершу и ее спутника с такой лютой ненавистью,что
я невольно посторонился,давая дорогу потокам силы,хле-
ставшим из лаково-черных,слепых от слез очей.За плечом
женщины возвышался ее муж.Лицо его судорожно кривилось
от горя и ярости,руки бессильно хватали что-то невидимое;по
рукаву стекала алая струйка,и на груди расплывалось огром-
ное пятно крови—но чужой,и уже подсыхающей.
– Фима,ракурс!—скомандовала Торкулаева властно,и
не переводя дыхания,продолжила:—Поддерживаемое вла-
стями традиционное самоуправление Биармии во главе с
Хирикулуримие—Хозяйкой Медной Горы—не раз показывало
свое бессилие...
Хмурый долговязый Фима повернулся,сладострастно по-
жирая пострадавших взглядом каменного глаза.Женщина—
верно,приезжая с Кавказа,заметна была в ней примесь оро-
чьей крови (впрочем,после назгуло-татарской орды все мы
немножко гоблины)—шагнула к нему,стискивая кулачки.Опе-
ратор отшатнулся,и меня словно бес попутал.
Я подставил Фиме подножку.
Оператор завис на миг в позе Пизанской башни,балан-
сируя на одном каблуке.Мужик шагнул к нему—не то под-
держать,не то подтолкнуть,—и башня рухнула.Хрустальный
глаз вылетел из неловких рук,словно арбузное семечко,замер
в воздухе и грянулся под ноги оторопевшей Фатьме Торкулае-
вой.В миг падения что-то полыхнуло в нем яблочно-зеленым
светом,и по желтому кирпичу Манежной площади рассыпа-
лись тысячи сверкающих изумрудов-осколков.
Газетерша обернулась ко мне.От возмущения она только
открывала рот,подобно известной щуке,и в глазах ее билось
беззвучное:«Сатра-апы-ы!».
Наверное,этот случай сошел бы мне с рук,если бы я
держал рот на замке.
378 Валентин Зорин
– М-да,—пробормотал я,подавляя полусмех-полурык.—Ну
что же вы?Такой ракурс упустили...
Всеволод Серов
Этот сон мне снится чаще других.Кажется,я знаю,почему.
К утру нас осталось шестеро.Колобок,Аоэллин,Анчар-
ский,я и еще двое,чьих имен я не знал—они были из второго
отряда и к нам попали,в общем-то,случайно—по полку про-
катилась очередная эпидемия черт-те-чего,но с обязательным
поносом,после которой боеспособных штыков едва наскреба-
лось с роту.А посему группы,выходящие «на войну»,добива-
лись до штатного всеми,кто попадался под руку.
Один из этих двоих был эльф,ангельски красивый парень
с васильковыми глазами и длинными не по-уставному волоса-
ми цвета спелой пшеницы,а второй—человек.
У нас оставалось по горсти патронов на каждого,две фляги
воды и початая пачка «Эльбруса».Позади—пропасть.
Склон перед нами был усеян черными телами—перед рас-
светом,когда басмачи поперли особенно плотной толпой,по
ним отработали ступы.Басмачам это обошлось в сотню под-
жаренных,а мы остались без наводчика—во время последнего
захода его засек шаман или мулла—леший знает,кто у них
там был.
Это было две атаки назад.
С рассветом басмачи оттянулись назад,только изредка по-
стреливали снайперы.Одного я снял,но почти разу же по ва-
луну,из-за которого я стрелял,врезали сразу три файербола—
останься я за ним,быть мне омлетом.Аоэллин шепотом об-
материл меня на Старой Речи и велел беречь патроны для
дела.
Особенно обидно было то,что кончились гранаты.С ни-
379
380 Всеволод Серов
ми мы еще могли надеяться продать свои шкуры за хорошую
цену.
В общем-то никто из нас уже не надеялся уйти с этой вер-
шины,а потому грязно-зеленая тряпка,медленно плывущая в
нашу сторону,была поначалу принята за клок дыма,потом—
за морок,и только когда этот морок,тяжело развернувшись,
начал заходить на посадку со стороны пропасти,мы поверили
в его материальность.
Похоже,басмачи были того же мнения,потому как ни-
чем иным напавший на них ступор объяснить было невозмож-
но.Только когда ковер скрылся за камнями,запоздало взвыл
«гатлинг»,щедро осыпав вершину нитями трассеров.
Мы подошли к ковру.Это была стандартная транспортная
«осьмушка»—восемь квадратных саженей прошитой кордом
ткани,гном-бортпортной за многостволкой,и человек-пилот.
Мне сразу не понравилось,как он смотрел на нас,точнее—
как он прятал глаза.
– Дело такое,парни,—хриплым голосом сказал пилот,ста-
рательно глядя в сторону.—Меня за вами никто специально не
посылал.Я обычный почтарь,возвращался из Темреза,услы-
шал про вас,решил...короче,я могу забрать только троих,
больше эта тряпка не подымет.Такое вот дело,парни.
Что ж,на войне бывает всякое.Бывает и такое.Трое—это
лучше,чем никто.Осталось только решить,кому лететь,а
кому...лежать на камнях.Вот только решать не хотелось.
Мы сидели на ковре,а он дрожал под нами,словно
живой—мне казалось,что я слышу надрывные крики силь-
фов,пытавшихся поднять неподъемный для них груз—и каж-
дый старался не смотреть в глаза другим.
Потом гном молча начал выбрасывать за борт все,что
мог—инструменты,заплаты,наши винтовки,патроны—даже
фляги.И на миг всем показалось,что вот-вот—и взлетит.Но
на войне не бывает чудес,кроме утвержденных командовани-
ем.
Потом незнакомый мне эльф с волосами цвета спелой пше-
381
ницы подобрал выпавшую на ковер пачку «Эльбруса»,закурил,
жадно затянувшись...закашлялся и вдруг одним плавным,
стремительным движением прыгнул на землю.А ковер,кач-
нувшись,пошел вверх.
Этот сон мне снится чаще других.Кажется,я знаю,поче-
му.Наверное,он снится и остальным из нашей пятерки.Но
каждому—свой.Потому что каждому из нас снится,что это у
него хватило мужества соскочить тогда с «осьмушки».
Глава 7,или О прелести
провинциальных городков
382
Валентин Зорин,суббота,19 июня
Пожалуй,даже логично,что в городе Коврове испокон ве-
ку ковров не ткали.Орденский капитул,пользуясь той же
логикой,постановил вскоре после теократического перево-
рота небольшой оружейный заводик,существовавший тут и
прежде—расширить,обновить,а главное—переименовать,что-
бы никто не догадался.В стране,где производством смерто-
убийственных орудий ведало министерство сельского хозяй-
ства,другого ожидать и не следовало.Поэтому промышлен-
ный гигант,кормивший ныне большую часть обывателей не
только города,но и всей Владимирской губернии,носил гор-
дое имя Ковровского метловязального,хотя всякого,кто попы-
тался бы на его продукции покататься верхом,ждало горькое
разочарование.Здесь производились жезлы—огневые и ледя-
ные,освященные и заклятые сотней различных способов,—а
также прочее магическое оружие,вроде приснопамятных «ог-
ненных шмелей».
Если бы не комбинат,я бы,пожалуй,смог полюбить этот
город.Он был очень старый.На центральных улицах это не
так ощущалось—мелькали перед глазами какие-то шельмов-
ские рекламки,вывески латиницей—вершина провинциально-
го шика,проплывали над головой в редкой струйке потер-
тых бухарских ковриков ворсистые исфаганские,химически-
пестрые немецкие,шелковые японские.Но сделаешь шаг в
сторону—и вот ты уже попал в раешные времена,когда из
подворотен несет гнилой картошкой,а на стенах пишут не
«Йог-Сотот жив!»,а «Петька—казел!».Сделаешь еще шаг—а
вокруг город дореволюционных времен,и кажется,что вот-вот
383
384 Валентин Зорин,суббота,19 июня
вывернет из-за угла городовой,и строго поинтересуется—чем
это занят гость,и не злоумышляет ли вдруг на богоравного
кесаря.И мнится—вот так пройдешься до самого конца по пе-
реулку,и выйдешь в чисто поле,где и города-то нет,а только
сельцо за оградой стоит в темных,злых лесах,где не пройти-
не проехать одному,не поймав дивьей стрелы в глаз...
А комбинат это благолепие портил категорически.Видно
его было из любого места—когда не темные громады корпу-
сов,так неестественно-четкие столбы дыма,вздымающиеся
из колоссальных курильниц.Напитанный запахами странных
трав ветер нес мельчайшую древесную пыль—отходы поли-
ровки и резьбы.Над городом стоял страшный,чахоточно-
астматический кашель.Куда там иноземным свалкам отрав-
ных заклятий!Вся округа стараниями минсельхоза превра-
тилась в такую свалку.Еще за десять порталов до Коврова
можно было заметить на местности пометы рассеянной,следо-
вой магии.Деревья кривые,витые,увешанные «ведьмиными
хвостами»;голые,поросшие поганками и бурьяном поляны.
Что должно было твориться на городском ветроотстойнике,
где десятилетиями копился заряженный смертельным чародей-
ством прах—страшно и подумать.На паперти главного город-
ского собора (равноапостольного святого Владимира,как и в
прежние времена—есть все же вечные ценности в провинции)
взгляд мой сразу отличал профессиональных попрошаек от на-
стоящих,окончательно опустившихся нищих.Свалка остави-
ла на них свои следы:проклятья и сглазы,ожоги от сконцен-
трированной магической энергии.Нищим подавали охотнее.
Домик,куда привел нас Серов,располагался ближе к окра-
ине.Брать такси Невидимка категорически отказался в це-
лях конспирации,хотя,на мой взгляд,кавалькада из пя-
ти человек с котом на буксире в общественном транспорте
привлекала внимания не меньше—во всяком случае,леший-
водитель,нервно шевеля веточками,ежеминутно поглядывал
на нас через плечо,даже когда энтобус отъехал,высадив нас
на остановке со смешным названием «Телячья улица».Ко-
385
нечными остановками маршрута значились «Мясокомбинат» и
«Гор.кладбище».Как говорится—вот и гадай,что откуда возят.
– Ну вот,—проговорил киллер,оглядываясь.—Где-то тут...
ага!
Он указал вперед и налево,где за перекрестком,на проти-
воположном углу,за совсем не символической оградой прятал-
ся одноэтажный дом.Над воротами покачивалась вывеска—
две скрещенных иголки.
– Ковросервис?—с некоторым сомнением поинтересовался
Шарапов.
– Да,—рассеянно отозвался Серов,—знаю,не по его специ-
альности,но кому сейчас нужен тавматург-трансмогрификатор
высшей категории?
Я покосился в сторону поднимающихся над кронами дым-
ных столбов.Неужели на заводе места не нашлось?
Мы двинулись через улицу,когда Шарапов вдруг резко
оглянулся.Я невольно последовал его примеру,и едва не сбил-
ся с шага.Невидимый с остановки корявый худосочный дубок
скрывал в своей тени молодого эльфа в кожаной курточке.
Тот пристально наблюдал за мастерской,не обращая никакого
внимания на нас.
– Шар,—бронзовым шепотом проронил Серов,—что у него
вышито на рукаве?
Я с трудом мог различить,что на плече куртки вообще
что-то вышито.Но «нет зренья острей,чем у эльфов».
– Руна «алир»,—обреченно прошептал инвалид.—А что
еще?
– Под ней—ничего?—уточнил Невидимка.
– Ничего,—Шарапов понимающе покивал.—Рядовой серк,
а то и просто сочувствующий.
Но как эльфы-отщепенцы нашли нас?Серов клялся,что
по нашему следу им не пройти...
– Не обращайте на него внимания.—Киллер обернулся ко
мне.—Я скорей поверю,что им зачем-то понадобился Макс,
или кто-то из его клиентов,чем что они вели нас от самой
386 Валентин Зорин,суббота,19 июня
Москвы.
– Мальчики?—Марина Валевич только теперь заметила,
что мы остановились.—Мальчики,в чем дело?
– Все в порядке,—монотонно,как магнетизер,пробубнил
Серов.—Все спокойно...
Кого он пытался обмануть—не знаю,потому что после его
слов обе сестры,как по команде,принялись в ужасе озирать-
ся.Эльф,оторвавшись на миг от созерцания ведущей во двор
мастерской посадочной дорожки (ее отмечали,за отсутствием
узаконенных буйков,воздушные шарики на привязи),смерил
нас презрительным взглядом,и вернулся к своему занятию.
Похоже было,что он действительно следит за домом.
Правда,когда мы протиснулись сквозь узенькую калитку
(ковры,само собой,в воротах не нуждались—если тряпочка
не может перетащить себя через забор,ее не в сервис сдавать
впору,а на свалку нести,пускай там волшебную пыль соби-
рает),странное поведение террориста перестало меня трево-
жить.Навстречу посетителям вышел хозяин мастерской.Это
был гном.
Почему-то в обыденном сознании образ гнома рисуется
однозначно—рост в ширину плеч и седая борода до колена.
Между тем между собою племена подземных жителей раз-
нятся не меньше,чем народы,или даже расы людей.Сиртя,
карлы Уральских гор,не седеют—волосы у них с рождения
белы,точно воркутинский снег,—и бороды у них не растут.А
знакомый Серова явно принадлежал к их роду.
Впрочем,у хозяина мастерской даже для гнома внешность
была примечательная.По меркам камнерожденных он был
худощав—это значило,что плечи его едва уступали моим,при
том,что носом гном упирался мне в пупок,—и прятал розо-
вые,как у кролика,глаза за щегольскими черными очками от
«Картье».По-видимому,ковроремонт оплачивался неплохо,а
пропыленная мантия,вся в полустертых рунах,служила ма-
стеру лишь спецодеждой.На шее гнома висел амулет на брон-
зовой цепочке—два по-особому скрещенных миниатюрных до-
387
лота.Теперь понятно,почему он не работает на оружейном
заводе:в орденские времена никто бы язычника близко к ору-
жейной фабрике не подпустил,а потом стало выгоднее заши-
вать порванные ковры.
– Сева!—взревел гном по-медвежьи,стискивая Невидимку
в объятьях.Это должно было выглядеть смешно—тавматург-
ковровед едва доставал старому товарищу до груди—но
почему-то не выглядело.—Какими судьбами?!
– Привет,Макс.—Серов сделал такое движение,будто пы-
тался встряхнуть белобрысый валун в халате за плечи.—Сам
знаешь—за помощью.
– Эх!—Гном махнул рукой.—Так я и думал!А просто ста-
рого друга навестить,значит,времени нет.Торопыги,что с
вас возьмешь...Ну да скала с тобой,проходи,проходи...
а это кто?—Он по очереди ткнул длинным,узловатым паль-
цем в мою сторону,потом—в сестер.Видимо,с Шараповым и
Македонским ему уже встречаться доводилось.
– Это—барышни Валевич,—представил
девушек Невидимка,—эээ...Марина,—неуверенный жест,—
и Арина.—Слава Всевышнему,он их не перепутал.—А мой
товарищ—Зорин,Валентин Павлович,господство пресвятого
благочиния.
Дамам Макс поклонился,мне же руки не протянул.
– Ты,—поинтересовался он у Серова,—кого мне привел?Я
из-за тебя кого в дом свой пустил?
От волнения он заговорил по-русски с сильным акцентом,
которого я не замечал в первые минуты.
– Друга,—не колеблясь,ответил Невидимка.
Макс окинул меня подозрительным взглядом.
– Ну,скала с тобой,—повторил он.—Поверю.
– Макс,—перебил его Шарапов,—ты знаешь,что за твоим
домом следят серкелуин?
Гном расхохотался.
– Эта жердина все там торчит,под дубом?—выдавил он
сквозь смех.—У-у,сейчас я ему...
388 Валентин Зорин,суббота,19 июня
– Ты лучше нам объясни,—попросил Серов.
– Видишь?—Макс обвел рукой двор.На ржавой ве-
шалке громоздилось штук шесть ковров,в большинстве—
заштопанных до полной потери узора.Еще один лежал под
тентом,на яме;рядом на поддоне валялись зловещего ви-
да иглы,мотки зачарованных ниток,куски кордовой прово-
локи и самогреющий паяльник.—Один работаю!Был у меня
напарник—хороший мужик,Володей звать.Тоже с завода...
знаешь,когда началась эта петрушка,там много народу по-
увольнялось,друзья мои...в общем,прибился он ко мне.
Непьющий,мастер на все руки—под горой бы его на вес ма-
лахита ценили.Так мы с ним сработались—любо-дорого смот-
реть,камни радовались!А с год назад—знаешь?—завод купил
один наш олигарх.Который бишь...а,Кленов.Там уже и
покупать-то нечего было,все поделили Анишкин с Кобелевым:
откусили много,да половина крошками осыпалась.Немно-
го помешкали,как у нас водится...а потом такая работа
закипела—сами видели,дым небо застит.Какой-то большой
заказ на ручные жезлы—в Африку их гонят,что ли?—потом
еще один...в общем,ушел Володя обратно.Старых-то спецов
не осталось почти,ему там предложили место начцеха—оклад
еще тот,даже в наших деревянных.Ну вот,а месяца два на-
зад заявились ко мне эти юнцы востроухие—извини,Шар!И
все про Володьку спрашивать.Наглые такие—что комары.Я
им укорот-то дал,да только с тех пор крутятся они подле мо-
ей мастерской,что искры над горном,как ни гоняю.Вреда,
правда,от них нет,а все же неспокойно как-то.
– А-а...—протянул Невидимка неопределенно,будто сам
не решил—поверить товарищу,или согласиться лишь для ви-
ду,чтобы обид не делать.
– Во-во,—продолжил гном.—Я уже думал,это от Горба-
того приветик.Он меня крышевать вздумал,так я его живо
отвадил—пообещал на его дурошлепов хирд натравить.Вроде
отступились,но так,по мелочи,наезжают порой.
Мне оставалось только догадываться,кто такой
389
Горбатый—видимо,местный «авторитет»,—и какие дела наш
гостеприимный хозяин ведет с гномской мафией.Хирд обыч-
но не попадает на острое перо газетера,но по безжалостности
не уступит даже ниппонской якудзе,а по влиянию—орочьим и
гоблинским бандам,набравшим большой вес после того,как
правильные русские разбойники рассеялись по лагерям Се-
верного Рая.«Соловьёв—на Соловки»,как гласил популярный
лозунг того времени.В результате традиции беззакония бы-
ли утеряны,а лихих людей старой закалки сменили нелюди,
отмороженные,как сам Имир.
– Плохо,—пробормотал Серов.—Если бы я знал,что ком-
бинат перешел Кленову...
– Сева,—перебил его эльф,—обрати внимание.
Только тут я заметил,что Шарапов внимательно вглядыва-
ется в забор.На миг я ужаснулся,решив,что хваленое зрение
эльфов проницает даже два пальца занозистой березы,и лишь
потом сообразил,что инвалид смотрит на улицу через одино-
кую щель между плотно подогнанных досок.
– К нашему соглядатаю,—поведал Шар,не сходя с места,—
подошел еще один...поговорил о чем-то,и сменил.А у этого
на рукаве—руна «эльд».Озирается...очень пристально смот-
рит на дом.Нам лучше зайти под крышу.
– Похоже,—заметил Серов,когда гном засуетился,пыта-
ясь одновременно протолкнуть ораву гостей в тесные двери,—
вести о нашем прибытии летят быстрее молнии.
– Я видел одного гиппогрифа,который обогнал молнию,—
ворчливо вставил Макс.—Правда,потом его долго лечили от
растяжения крыло-лопаточных связок.
Он загнал нас в гостиную,выволок,пыхтя,огромный древ-
ний самовар и порысил за щепками.Девушки бессильно об-
мякли на стульях,обитых потертым атласом в пошлый цвето-
чек.Вообще место здешней мебели было в антикварном ма-
газине.На ножке стула я заметил криво вырезанное ножом:
«Ося и Киса здесь были».
– Что делать станем?—поинтересовался я вполголоса.—
390 Валентин Зорин,суббота,19 июня
Бежать не получилось...
– Я не собирался бежать,—с достоинством возразил
аквариумист.—Это называется «стратегическое отступление».
После него по всем уставам следует контратака.
– Берем языка?—лениво поинтересовался Шарапов,брезг-
ливо пристроившийся на гамбсовском стуле,чтобы растереть
усталые ноги.
– Из этих...—Я осекся,чтобы не сказать «эльфов».—
Серкелуин?
Невидимка кивнул.
– Тогда я пойду,—вызвался я.
– Стоит ли?—усомнился эльф.—Сева...
– Нет,господство прав,—поддержал меня киллер.—Его фи-
зиономия,как я понял,им примелькалась.Кроме того,меня
нельзя нащупать магией.Только...справитесь?
– «Вихрь»,—напомнил я,пожимая плечами.—Если я,даже
после стольких лет,не смогу заломать одинокого эльфа,меня
пора на рогатину брать.
Вернулся гном с охапкой щепок.
– Сейчас будем чай пить,—объявил он,—с вареньем и га-
летами.Перед ужином.
– Обожди,Макс,—Серов встал.—Выпусти господство Зо-
рина...он скоро вернется.А мы с тобой в подвал спустимся.
– Я пока заварю.—Шар со вздохом поднялся на ноги.—Где
у тебя алановые лепестки?
– В буфете пошарь.—Гном махнул рукой.—Идемте,ваше
благочиние.
На улице было все так же жарко.Солнце висело где-то
над самым горизонтом,едва проглядывая из-за столпившихся
крыш,но не теряло белокалильной яркости,и его лучи про-
бивали убогие серые тени,так что даже самый тощий вампир
не нашел бы в них укрытия.А вот эльфу было все равно.Он
стоял под дубком,скрестив руки на груди,и,кажется,даже
не потел в своей кожаной курточке.
Только мое появление заставило его очнуться.Возможно,
391
в иерархии здешних серкелуин он и занимал высокий пост,но
соглядатай из эльфа был никудышный.Он,не скрываясь,про-
водил меня взглядом,а стоило мне пройти мимо—вытащил из
кармана мобильник,и что-то забормотал в хрустальный шар,
после чего двинулся за мной торопливыми шагами,опасаясь
упустить из виду.
Я,признаться,и сам не знал,куда иду.Возможно,мне
следовало зайти в церковь—купола ее проглядывали над кры-
шами пятном жгучего золотого блеска—но я опасался увидать
в храме что-нибудь не вполне потребное.С падением Стройки
прихожане,железной рукой Ордена согнанные на лоно церк-
ви,разбежались не хуже тараканов.Кто-то припомнил ко-
лымские да сибирские филиалы Ада,без которых построить
земной Рай почему-то не получалось,кто-то издавна мечтал о
свободе вероисповедания,а большинство попросту крестилось
да шло в Орден ради карьеры,и когда золотишком запахло
в другом месте—ринулись туда,сбивая друг друга с ног и
обзываясь обидными словами при посредстве секуляризован-
ных газет...Остались только искренне верующие,пусть и
грешники—вроде меня.Понастроенных в раешные годы хра-
мов оказалось слишком много.Картошку хранить,как в домах
масонских обществ после революции,выходило накладно,но
я не раз видал под сбитыми крестами то дорогой кабак,то
лавку чародейских товаров.
Нет,побуду без причастия.Хотя бы до завтра.Как-никак
воскресенье,святой день.
Эльф тащился за мной,как приклеенный.Наверное,мы
забавно смотрелись—двое прохожих на пустынной улице,свя-
занные невидимой нитью—и мне даже стало немного его жал-
ко.Уж очень неуместно он выглядел на улице старинного рус-
ского городка,этот пришелец из холодных уральских пущ.
Пришлось напомнить себе,что на Валдае тоже когда-то жи-
ли дивьи люди;и если бы старейшинам-хирам не взбрело в
головы выжечь смертную скверну,жили бы до сих пор.
Меня волновало только одно—чтобы мой шпик не вытре-
392 Валентин Зорин,суббота,19 июня
бовал себе смену на посту у ковросервиса.Поэтому брать его
следовало поскорее.Я замедлил шаг,так что преследователь
вынужден был приблизиться,а,увидев подходящий забор на
углу—не покосившийся штакетник,а надежная бетонная сте-
на из украденных на комбинате плит—деловито свернул и за-
мер,насторожась.
К счастью,слух у эльфов хоть и острый,но не в той степе-
ни,что зрение.Кроме того,серкелуин торопился.Он выскочил
из-за угла,взглядом нашаривая свою мишень там,куда она,по
его мнению,должна была уковылять за те томительные мину-
ты,что я вынужден был,вжавшись в забор,дожидаться этого
остолопа.Дальше все было просто.Я швырнул эльфа вперед,
ухватив за плечо,и из-за спины уткнул в щеку набалдашник
жезла.
– Тихо,—прошипел я,пресекая неуклюжую попытку вы-
рваться.
Эльф зашипел,выпалив что-то на квенья.
– Тихо,—повторил я.—Пошли.
Я отпустил его руку и осторожно спрятал жезл под каф-
тан,в котором медленно плавился.Серкелуин рванулся было
в сторону,но я тут же поймал его снова.
– Даже не думай,—предостерег я его.—И на помощь не
зови.Кто тебе здесь поможет?
Судя по тому,как заозирался мой пленник,догадка моя
была верной:народы селятся кучно,и Макс вряд ли устро-
ил бы свою мастерскую в эльфийском квартале.Во всяком
случае,дома здесь через один были подозрительно приземи-
стые,аляповато-пестрые,и откуда-то доносился лязг молота о
наковальню.
– Шагай.—Я подтолкнул эльфа вперед.
Расслабиться я себе позволил,только когда мы с плен-
ником перешагнули порог мастерской.Как оказалось—рано,
потому что ошалевший с отчаяния эльф в очередной раз по-
пытался сбежать,и едва не