close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Линн Эндрюс, Полет седьмой луны

код для вставкиСкачать
Линн Эндрюс – Полет седьмой луны
Lynn V, Andrews
FLIGHT OF THE SEVENTH MOON
THE TEACHING OF THE SHIELDS
Illustrations by N. Scott Moraaday
HarperPrism
An Imprint of HarperPaperbacks
Линн ЭНДРЮС
ПОЛЕТ СЕДЬМОЙ ЛУНЫ
СОФИЯ" 1999
Перевод Е. Харитонова
Редакция И. Старых
Обложка О. Куклина
Лини Эндрюс. Полет Седьмой Луны.
Перев. с англ. — К.: «София», Ltd., 1999. — 272 с.
ISBN 5-220-00251-1
OSR by Doddy
Многие воспринимают Линн Эндрюс как женский вариант Кастанеды, и популярность ее книг начинает приближаться к популярности Карл оса Кастанеды во всем мире. Каждая новая ее книга сильнее и увлекательнее предыдущей. Встретьтесь с волшебным миром шаманов Севера и Юкатана!
Линн В. Эндрюс начала поиск открытия себя в американской культуре аборигенов, что и описала в своей замечательной книге «Шаманка». Здесь — продолжение ее рассказа об обучении защитным силам, которые необходимы ей в ее столкновении с колдуном но имени Рыжий Пес. При помощи своего учителя, индейской женщины-шаманки Агнес Быстрой Лосихи, Линн Эндрюс учится тому, что ее путь защиты — в самореализации. Каждый уровень самораскрытия представлен щитом — физическим отражением ее осознания. Все четыре щита, собранные вместе, представляют Эндрюс как целостную женскую сущность. «Полет Седьмой Луны» — захватывающе сильное и магическое повествование, богатое символикой и древней мудрости.
ОГЛАВЛЕНИЕ
ПРЕДИСЛОВИЕ
ЩИТ ЗАЩИТНИЦЫ ДЕТЕЙ: ЮГ
ЩИТ СПЯЩЕЙ МЕДВЕДИЦЫ: ЗАПАД
ЩИТ БИЗОНА: СЕВЕР
ЩИТ ОГНЯ-ЧТО-ПАДАЕТ-С-НЕБЕС: ВОСТОК
ПОКРОВ, СДЕЛАННЫЙ ИЗ ТЕНЕЙ: СУЩНОСТЬ
— Я всегда говорила тебе, Линн, что, если ты достигла силы, ее необходимо удержать. Достичь — это одно. Сохранить — совсем другое.
Она сделала паузу и положила свою левую ладонь на открытую правую.
Женской части каждого из нас, будь то мужчина или женщина, необходимо позволить действовать. Учись получать, учись сохранять. Я не говорю «удерживать». Я говорю «сохранять». Огромная разница.
Но как же можно забрать у меня духовную часть корзинки7. Ведь теперь она — часть меня?
Убив тебя. — Агнес увидела ужас в моих глазах. — Если Рыжий Пес сможет это сделать. Он должен провести тебя. Ты украла его женскую силу, и он хочет вернуть ее. И он способен на все. Не забывай, что он великий маг, полностью посвятивший себя этому искусству.
ЛУНА В ТВОИХ ЛАДОНЯХ
Если взять луну в ладони
и повернуть ее
(тяжелое, тусклое блюдо), то окажешься здесь;
если поднять высохшую водоросль с песка
и повернуть ее, то увидишь яркий янтарь, твои глаза
выглянут, как и прежде
(ты не помнишь)
когда поворачивается моя душа, проникая на обратную сторону
всего: листа шалфея и кизила, крыла
ночной бабочки
и пушинки одуванчика, сокрытой в земле.
Хильда Дулитл, Избранное
ПРЕДИСЛОВИЕ
Я женщина.
Последние несколько лет жизни я провела в духовных поисках. Вначале исканий мне встречались учителя-мужчины. Каждый из них по-своему подарил мне потрясающие проникновения в понимание моей собственной природы. И все же чего-то не хватало. Я знала, что хочу учиться у женщины: для меня это было единственно возможным вариантом. Мне повезло. После серии экстраординарных событий Агнес Быстрая Лосиха, коренная американка, целительница, живущая в Канаде, в штате Манитоба, стала моим учителем.
Во время нашей первой встречи я поинтересовалась, не странно ли, что некто из Беверли-Хилс сидит в ее тихом домике и просит о помощи.
«Всегда есть помощники и знаки, указывающие дорогу для тех, кому необходима помощь, — ответила она. — Впервые в жизни, даже не осознавая этого, ты последовала своим истинным путем. В том, что ты здесь, нет ничего удивительного. Многое говорило о твоем приходе — было бы странно, если бы ты не появилась. Знаешь, к женщине просветление приходит иначе, чем к мужчине».
Я поинтересовалась, учит ли Агнес мужчин так же, как женщин. Она рассмеялась и ответила, что этототвегя должна отыскать сама. «Попробуй научить встретившегося тебе мужчину, как нужно вынашивать и рожать детей».
В книге «Полет Седьмой Луны» рассказывается о том, как Лгнес посвятила меня в женственность и мою внутреннюю индивидуальность. С помощью видении и ритуалов она провела меня через период ученичества, дала рабочую мандалу — защиту, которую я могу использовать в каждодневной жизни. В основе опыта, полученного во время ритуалов, лежит древняя мудрость женщины. Моя история сходна с историей каждой женщины, отправившейся на поиск истины. Отличны лишь ситуации, потому что каждая из пас уникальна, но источник понимания един для всех.
Агнес никогда не говорила мне, чему именно я должна учиться. Она просто вводила меня в ситуацию, в которой я должна была расти и изменяться, чтобы выжить. В «Шаманке» рассказывается о том, как Агнес направляла меня на начальном этапе.
Освоение первых четырех аспектов сделало меня сильной физически, так как, по мнению Агнес, необходим баланс между духовным обучением и физической выносливостью. Она так же вводила меня в ситуации, в которых я училась находить равновесие между женским и мужским элементами.
Большая часть обучения была связана с поиском священной свадебной корзинки. Агнес научила меня проявлять акт силы или красоты в миру. Для меня таким поступком стало написание книги. Я поняла, что причина для акта красоты кроется в необходимости создать для себя зеркало, чтобы понять, кем же ты являешься в действительности. При помощи сверхъестественных событий, моего путешествия в Канаду, работы со сновидениями Агнес дала мне понять, что для каждого из нас чрезвычайно важно быть вырванным из механического существования для того, чтобы произошло реальное изменение, возможно, даже трансформация. Необходимо отбросить все наши структуры и верования, чтобы услышать нечто новое.
Однажды я поинтересовалась мнением Агнес насчет библейского высказывания «много званых, да мало избранных». Она рассмеялась и сказала, что все мы званые и все избранные, если только нам хватает смелости войти в неизвестное. Я хочу поделиться с вами древними традициями в том виде, в каком их запомнили Агнес Быстрая Лосиха и Сестры Щита.
Сестры Щита — это тайное общество, основой которого являются древнейшиетрадиции женщин. Несмотря на то что в начале членство в нем ограничивалось коренными американками, энергетические изменения, происходящие с нашей планетой, привели к необходимости инициации женщин других рас. Мы делимся нашими знаниями между племенами и нациями в попытке обрести баланс, мудроаъ и более полное понимание истины нашей Матери-Земли.
ЩИТ ЗАЩИТНИЦЫ ДЕТЕЙ: ЮГ
Иногда я жалею себя, но всегда
охвачен великими ветрами, дующими в небесах.
Оджибвэй (перевод Фрэнсиса Дэнсмора)
Я стояла у входа в отель Беверли-Хилс. Теплый южный ветерок, словно мягкий шелк, ласкал кожу. В воздухе витал аромат жимолости. Я сделала глубокий вдох, пытаясь pacoia-биться. Я ждала Хаймейостса Сторма, автора «Семи сгрел», целителя из Монтаны, и двух кинопродюсеров из Нью-Йорка, хотевших снять фильм на основе моей книги «Шаманка». Мысль о вегрече с Хаймейосгсом придала мне спокойствия. Я смотрела на грозные черные тучи над головой и думала о возможной причине опоздания моих знакомых.
Ожидая, когда служащий отеля отгонит мою машину на стоянку, я расехматривала панораму отеля. Бассейн, кабинки для переодеваний, именитые гости — короли и королевы, кинодивы, бизнесмены — придавали отелю особую атмосферу, и обычно мне доставляло удовольствие останавливаться здесь. Но сегодня все было иначе. Я направлялась в Канаду, к Лгнес Быстрой Лосихе, индианке из племени кри, ставшей моим учителем. Пару дней назад я сдала свой дом внаем, планируя провести несколько дней в отеле.
Когда служащий забрал машину и багаж, мое внимание отвлекло прибытие ярко-розового «кадиллака-севиль», из недр которого возникла ослепительная и великолепная девушка. Все взоры были прикованы к ней, да и неудивительно: одежда девушки, как и окрас ее той-пуделя, были ярко-розового цвета. «Таков он, Голливуд», — промелькнула циничная мысль. К отелю подъехал лимузин, номерной знак которого читался следующим образом: «ОТЕЦ». Здесь, правда, помпы было гораздо меньше. Я наблюдала из своего укрытия (колонны, увитой плющом и цветами), как все четыре дверцы лимузина внезапно распахнулись, словно у них было свое мнение на этот счет, затем наступила пауза. Через несколько мгновений прислуга в униформе нервно засуетилась, бросив шись помогать пожилому джентльмену перебраться с заднего сиденья автомобиля на уже ожидавшее его электрическое кресло-коляску. Мужчина показался мне знакомым, хотя я и не могла вспомнить, где именно и при каких обстоятельствах мы встречались. Характерным жестом узловатой, словно в наростах, ладони он нетерпеливо руководил действиями суетившихся вокруг него людей. Старик чуть ли не зарычал на своего растерявшегося шофера, когда тот потерял равновесие, споткнувшись о колесо коляски.
Проезжая мимо, седовласый джентльмен внезапно нагнулся и погладил меня по ноге. Я отшатнулась и угодила туфлей прямо в клумбу. Под каблуком хрустнули нежные стебли анютиных глазок, я широко раскинула руки, пытаясь не упасть.
Сильная рука поддержала меня под локоть. Это был Хаймейосгс, подоспевший как раз вовремя. Я выбралась из только что политой клумбы и подобрала туфельку, измазанную мокрой землей. Держа ее в руке, поддерживаемая Стор-мом, я проковыляла в вестибюль отеля, где извинилась и направилась в туалетную комнату. Стоя перед раковиной и пытаясь отмыть землю с туфельки, я уловила в зеркале отражение блондинки в белом платье, которая с недоумением смотрела на меня. Образ расплывался у меня перед глазами, я все же поняла, что рассматриваю сама себя. Голова
ужасно болела.
Опустившись на розовый стульчик перед умывальником я пыталась прийти в себя. І Ірокатилась волна тошноты. Я встряхнула головой и взглянула на незнакомый расплывающийся в зеркале образ. Выглядела я ужасно, но чувствовала себя еще хуже. Ощущение было как у пациента после наркоза, когда он оглядывает незнакомую обстановку, чувствуя себя испуганным и беспомощным. Как жаль, что Агнес не может дать мне совет в данную минуту.
Агнес Быстрая Лосиха — нааавница, обладающая действительно неимоверными качествами. Она стара, но временами выглядитудивителыю молодо. Несколько лет она учила меня пользоваться древней мудростью женщин.
Агнес часто помогает шаманка по имени Руби Много Вождей. Руби не столь вежлива, а временами просто груба. В ее присутствии я чувствую себя неуверенно, — возможно, потому, что она отражает мои собственные страхи. Она производит впечатление эгоистки. Но сила ее удивительна, каждое ее движение исполнено смысла.
Мое обучение, как я это понимаю теперь, было связано с прорывом через культурные ограничения, наложенные не только на меня, но и на всех женщин. Когда я поделилась с Агнес своими планами по поводу написания книги, она предупредила меня об ожидающей борьбе:
«Ты собираешься писать о древней силе женщины, о почти забытом учении. Многие выступят против твоего послания, но потребность в нем столь велика, что тебе стоит попробовать. Ты белая женщина из огромного города, трудно будет поверить тебе».
Агнес глубоко уверена в необходимости восстановления баланса между мужской и женской энергией Матери-Земли.
Она чувствует, что мы живем во время видения, во время, когда люди Земли вновь готовы услышать тайны, скрываемые слишком долго. Это время очищения и прорыва. Мы можем либо уничтожить Мать-Землю, либо научиться жить в гармонии с ней. Для того чтобы научиться жить в гармонии, и мужчинам и женщинам предстоит заново открыть свою женскую сторону. Агнес считает, что внутренняя женщина в каждом из нас нуждается в исцелении и возрождении.
Именно в процессе поиска этой женской энергии я встрегилась со своим противником, Рыжим Псом, который украл ее для себя в форме священной свадебной корзинки. Этот белый человек разыскал Агнес для того, чтобы восстановить утраченный баланс женской энергии в собственном сознании. Однако Агнес — трудный орешек, а Рыжий Пес был жесток. Когда он попытался взять всю силу только себе, Агнес отрезала его, и он стал не шаманом, но колдуном, обратившимся к злу вместо любви. Рыжего Пса я боялась и боюсь до сих пор больше всех на земле.
Моя задумчивость внезапно была прервана звуком знакомого голоса:
— Линн, послушай меня. Ты в опасности, необходимо действовать.
Голос Агнес столь ясно звуча/і у меня в голове, что я даже оглянулась. Но в комнате находилась лишь хорошо одетая женщина, мывшая руки, да звучала мелодия, доносившаяся из встроенных репродукторов.
«У тебя нет щитов, нет защиты. Ты открыта со всех сторон и так и напрашиваешься на атаку. Если не хочешь, чтобы Рыжий Пес напал на тебя, ты должна научиться выстраивать защиту».
— Щитов? — удивилась я, но страх заструился у меня по спине.
«Да», — сказала она, отвечая на мой мысленный вопрос.
Я прикрыла глаза. Я почти видела Агнес сидящей за деревянным столом маленькой хижины: напряженное выражение ее древнего лица, длинные седые косы, касающиеся красной рубашки.
«Видишь ли, твой свет разгорается, и теперь ты представляешь интерес для разных сил — хороших и плохих — так мотыльки летят на пламя свечи. Рожденное в физическом мире существует и в мире духов».
— Какой вид защиты? — подумала я. И вновь прозвучал ответ:
«Щит, позволяющий проникать только мыслеформам света, щит, отражающий и возвращающий все темное и разрушительное пославшему». Затем ее далекий голос .медленно произнес: «К тому, кто нанес удар. Ты попала в беду потому, что забрала украденную Рыжим Псом свадебную корзинку и таким образом победила его. Ты ведь не будешь стоять перед рысью, напрашиваясь на обед? Ты ведь станешь защищаться? Сейчас ты в еще большей опасности! Когда ты получила сон, ты отнесла его в Дом Духа и предъявила Качинам, Хранителям Великого Сновидения. Так почему же ты не попросила их о защите?
— Я не знала, что нужно было просить, — ответила я так, словно действительно разговаривала с Агнес.
«Защита — вот о чем нужно просить в первую очередь. — Ее голос звучал раздраженно. — Второе — это направление. Никак не думала, что ты такая тупая».
— Что же мне теперь делать, Агнес? Ты мне поможешь? — спросила я вслух. Женщина, мывшая руки, странно посмотрела на меня и поспешила выйти.
Агнес рассмеялась:
«Лины, ты снова исполняешь роль Бедной Коровы, взращивая недостаток мужества». На этом ее голос стих.
Я чувствовала себя полностью истощенной. Был ли голос Агнес иллюзией, воображением? Точно одно: я находилась в состоянии транса. Сколько времени я провела здесь? Мне казалось, что прошло несколько дней. Я взглянула на часы. Прошло лишь несколько минут. По-прежнему чувствуя слабость, я поспешила в вестибюль.
Эй, Линн, с тобой все в порядке? — поинтересовался Сторм. Выглядел он крайне озабоченным.
Да... Просто небольшая слабость. Возможно, мне нужно подкрепиться. — Выглядела я, должно быть, ужасно, потому что он подхватил меня под руку и повел по вестибюлю, пол которого был укрыт ковром красного цвета. Его глаза неотступно следили за мной.
Мы сели за столик и заказали ланч. Первое, что дошло до моего сознания, был необычайно громкий звук голосов. И вновь я почувствовала себя так, словно вышла из густого тумана. Когда туман рассеялся, все мои чувства обострились. Уровень шума был невыносимый. Мне пришлось прищуриться, потому что глаза не выдерживали сверкания начищенного серебра и драгоценных украшений посетительниц. Я встряхнула головой, чтобы прийти в себя. Хаймейосгс все еще держал меня за руку. Осторожно прикоснувшись к подбородку, он повернул мое лицо к себе:
— Что с тобой происходит? — Его голос прозвучал встревожен но.
— Чувствую себя отвратительно. — Взгляд зацепился за быстрое движение в противоположной стороне комнаты. И снова он — тот старик в кресле-коляске. Показалось, что на мгновение в зале стало слишком тихо. Появились двоехорощо одетых мужчин — один постарше, второй моложе. Я поняла, что это те, кого мы ждали.
— Вы, должно быть, Линн Эндрюс, — сказал молодой. Встать я не смогла, поэтому протянула руку:
— Мисгер Стивене, как поживаете? Это Хаймейосгс Сторм.
Я попыталась улыбнуться. Должно быть, эти два важных джентльмена подумали, что я пьяна с самого утра.
— Позвольте представить вам нашего денежного туза из Нью-Йорка — Джек Портленд.
Пожилой улыбнулся, и оба мужчины присели за наш столик. Джек неотрывно смотрел на меня, затем произнес:
— Линн, я готов вкладывать деньги в проект вашего фильма, так что давайте покончим с этим вопросом. Я согласен со всеми сроками, которые мы обговаривали по телефону. Завтра мой адвокат созвонится с вашим агентом, хороню''
— Согласна.
— Вот о чем я действительно хотел бы поговорить, так это о вашей книге и вашем опыте. — Он откинулся на спинку кресла с видом человека, привыкшего ко всеобщему вниманию. Расправив внушительный животик, Джек склонил голову набок. — Мне бы хотелось услышать о колдуньях и Рыжем Псе. Всем известно, что не существует ничего подобного колдовству, однако... — Пока он говорил, луч света пронзил комнату. Засверкали танцующие пылинки, седые волосы Джека, освещенные солнцем, превратились в некое подобие нимба. Внезапно нахлынули воспоминания моего двухлетней давности противостояния с Рыжим Псом.
Следуя указаниям Агнес, я отправилась в хижину Рыжего Пса, чтобы вернуть свадебную корзинку, дающую силу. Думая, что нахожусь в доме одна, я потянулась к ней. И вдруг, словно из ниоткуда, он возник передо мной. Рыжий Пес обладал неимоверной силон, и, когда он потянулся к корзинке, из нее вырвались лучи света, соединившиеся с рукой Рыжего Пса. Солнечный луч, пронзивший зал ресторана, казалось, вновь вернул события того дня. Джек поерзал в кресле. Свет из окна отразился на столовом серебре и ослепил меня. Джек продолжал:
— И что это за чепуха насчет сверкающих лучей? Я доверчив, но не до такой же степени, чтобы поверить, будто колдун превратился в старика, когда вы перерезали последний из лучей. Должно быть, это всего лишь метафора?
Я смотрела на Джека, а луч солнца вновь окружил его голову ореолом света. У меня возникло странное ощущение оттого, что Джек захотел обсудить именно эти последние моменты моего противостояния с человеком, которого я боялась больше всего на свете.
Внезапно меня охватила мощная волна тошноты. Я попыталась сделать глубокий вдох, собирая всю свою силу и энергию. На голову опустилась тяжесть, я почувствовала внутри сильное давление, все поплыло у меня перед глазами. На мгновение я даже услышала ветер Манитобы, гуляющий по хижине Рыжего Пса, низкий, яростный звук его рычания.
— Я настаиваю, чтобы вы признали, что не существует такого феномена, как колдовство, — потребовал Джек.
Желудочный спазм попытался скрутить меня пополам, но мне удалось преодолеть его. Ничего не заметив, двое мужчин стали заказывать ланч и выпивку.
В противоположном углу зала я заметила старика в кресле-коляске, купающегося в лучах свега. Он был одет в безупречный, идеально пошитый черный костюм с искрой. Старик медленно проводил ладонью по своей седой шевелюре, очевидно наслаждаясь ощущением от прикосновений. Его профиль казался странно знакомым. Я осторожно рассматривала его, не понимая, что же в нем так сильно меня привлекает. Старик опустил ладонь на колесо, я перевела взгляд на его ноги и чуть не задохнулась. Хаймейосгс сжал мою руку, когда судорога пробежала по моему телу. На старике были вышитые бисером кожаные мокасины. В лучах солнечного света хрусталь искрился всеми цветами радуги. Очень медленно старик повернулся и посмотрел прямо на меня. В его глазах промелькнуло нечто дьявольское.
Его ноги... — прошептала я Хаймейосту. — Рыжий Пес. — Произнеся его имя я согнулась пополам от невыносимой боли и обхватила ноги руками. Нечто прилипло к моей ноге.
Хаймейосгс... моя нога: на ноге!
Сторм склонился, опрокинув бокал с остатками вина. Бирюзовая бисеринка впилась мне в ногу! Я яростно отцепила ее, бисеринка упала и покатилась по полу. Я услышала завывание темных ветров Манитобы. На меня лавиной обрушился приступ кашля.
Задыхаюсь, — еле выдавила я, хватая воздух губами.
Эй, в чем дело, Линн? — поинтересовался Джек. Посетители смотрели на меня с сожалением и осуждением. Представляю, какой у меня был вид! Метрдотель и Хаймейос-тс помогли мне дойти до лифта мимо удивленной публики. А двое продюсеров, ничего не понимая, беспомощно остались сидеть за столиком. В кабинке лифта мне стало совсем плохо, я почти ничего не видела и не воспринимала. Помню только дверь своего номера, а затем огромные листья, нарисованные на стенах номера, утратили очертания. Меня прошиб холодный пот, когда Хаймейосгс уложил меня на кровать и задвинул портьеры.
Где твои шаманские снадобья? — потребовал он ответа.
В кожаном чемодане.
Я махнула рукой в направлении угла, где были составлены мои вещи. Хаймейосгс рывком открыл молнию и вытащил мое красное покрывало целительницы, связанное кожаным ремешком. Он молча развернул сверток и принес мне сделанную из тыквы трещотку, мой амулет, выдернув из пучка перьев, привязанных к рукоятке, одно. Он приподнял меня и протянул мне перо.
— Линн, ты должна съесть это перо орла, или ты умрешь. Рыжий Пес наложил на тебя заклятье смерти. Перо — единственная сила, которая сейчас может спасти тебя.
Не задавая вопросов, я взяла протянутое перышко и начала жевать. Звук был такой, словно я крошила кости. Волна тошноты пробежала по всему моему телу. Я содрогнулась от боли, но продолжала жевать, решительно цепляясь за жизнь. Продолжал звонить телефон, пока Хаймейосгс не снял трубку с рычагов и не положил ее на стол. Стучали в дверь. Издалека доносилось завывание сирены машины «скорой помощи». «Какой комичный способ смерти», — подумала я. Когда перышко окончательно было разжевано и проглочено, Хаймейосгс дал мне стакан, наполненный какой-то горькой жидкостью, которую он достал из своей сумки.
— Пей, — приказал он, поддерживая меня в полусидячем положении. Залпом осушив стакан, я расслабилась.
Я впала в благодатное забытье. В эту ночь мне снились сны из самых сокровенных и исцеляющих глубин моего существа. Во сне я чувствовала заботливую и охраняющую энергию звезд. Внимание было направлено на небольшую бело-голубую точку света, расположенную одновременно внутри моего сердца и в пространстве космоса. Она обладала восхитительными качествами, я оіггущала их внутри себя как наиболее сильную и мощную свою часть.
На рассвете следующего дня я проснулась и чихнула от спертого, затхлого запаха дыма, пропитавшего воздух комнаты. Пепельница была переполнена окурками. Рядом с кроватью сидел Сторм; раздавалось его ровное дыхание, глаза были закрыты. Я была рада, что этот человек находится рядом со мной. Сторм медленно открыл глаза и так нежно улыбнулся, что слезы покатились по моим щекам. Он поднялся и присел на краешек моей постели. Выглядел он бледным и неимоверно усталым. Взгляд его глаз говорил о том, что я чуть не умерла, и что он благодарен существованию за то, что я выкарабкалась. Он осторожно погладил меня по лбу.
Линн, почему ты не сказала, что у тебя нег щита, защиты?
Я думала, что защищена. В общем, я как-то не думала об этом.
Линн, ты забрала женскую силу у одного из самых сильных колдунов, живущих ныне, и «как-то не думала» о защите? — Он покачал головой. — Все вы, новички, одинаковы. Вы не осознаете силы мира, но себя делаете доступными для них. — Сторм подался вперед и крепко сжал мою руку. — Разве ты не знала, что Рыжий Пес постарается убить тебя? Ему это почти удалось. — Разочарование Сторма по поводу моей глупости росло. Он поднялся и зашагал из стороны в сторону, бормоча себе что-то под нос. Затем резко развернулся и громко прошептал:
Ты широко раскрыта, словно распахнутая дверь. Ты даже не носишь сережку. Послушай, дружок, тебе необходимо немедленно научшъся защищать себя. И в этом помочь тебе может только Агнес. Она единственный человек, который может спасти тебе жизнь.
Мне нужно кое-что доделать, а затем я собираюсь поехать к ней и показать свою книгу, — прошептала я, еще чувствуя слабость. — Через несколько дней.
Линн, тебе дана возможность стать шаманкой, человеком, способным видеть, знать и различать сквозь все наслоения иллюзии. Ты обязана быть воином. Твой рост — это процесс, и ты не можешь пропустить хоть один шаг путешествия. Принимай уроки, какими бы жестокими они тебе ни казались. Посмотри, насколько ты отождествляешься содоб-рением или неодобрением со стороны. Перестань смотреть на себя чужими глазами, для этого у тебя есть свои. Научись воспринимать мир из глубин своей изначальной точки.
Я вспомнила свой сон о бело-голубой звезде. На ум пришли слова отца: «Надеюсь, что после того, как я уйду, найдется человек, который будет направлять тебя любящей рукой. Весь мир ждет исправления любовью».
Мы оба вздохнули. Во мне возникло чувство глубокой связи с этим человеком и его словами. Мы были одно целое.
После двухдневного отдыха, чувствуя себя окрепшей, я уехала в Манитобу. Ярким солнечным днем самолет приземлился в Виннипеге, я наняла машину и отправилась в резервацию. Я словно на крыльях примчалась к домику Агнес. Схватив книгу, небольшую сумку с вещами и пакет с продуктами, сигаретами, белым хлебом, копченой колбасой и другими лакомствами для Агнес, я направилась к двери домика. Дверь распахнулась, и из нее вышли Агнес, Руби и Джули, ученица Руби, молодая, красивая индианка из племени кри. Они рассмеялись, столкнувшись в дверях.
— Ты опоздала, — улыбаясь произнесла Руби. — Мы уже заждались. — Взглянув на мое удивленное лицо, Агнес прыснула от смеха. Подбежала Джули и взяла у меня пакет с продуктами. Она лукаво посмотрела на меня и спросила:
Что задержало тебя, Линн? Я застыла в недоумении.
. Сюда невозможно послать сообщение. Как вы узнали о моем приезде?
Рыжий Пес заблаговременно позвонил и предупредил нас.
Они, смеясь, принялись меня обнимать.
Сегодня вечером в твою честь мы будем есть олениці — сообщила Агнес.
Меня тронул столь теплый прием, я вдохнула воздух полной грудью. Все казалось чудесным. Впервые за многие месяцы я позволила себе расслабиться.
Когда мы зашли в дом, Агнес подала мне бумажный стаканчик:
— Возьми, это твой чай. — От стакана поднимался пар. Я выждала минутку, а затем осторожно положила на центр стола свою книгу, ожидая реакции.
— Что это? Хоть я и слепая, но вижу, что ты переполнена собой, — резко промолвила Руби, указывая на книгу. Агнес и Джули недоуменно переглянулись и пожали плечами.
— Это книга, которую я написала, — гордо ответила я. — Мне бы хотелось прочитать ее вам.
А о чем она? — поинтересовалась Руби.
О тебе, об Агнес, о Джули и Рыжем Псе, о свадебной корзинке и... — Я замолчала. — Она обо всех нас! — Меня так и распирало от гордости.
Что?! Ты никогда не говорила, что собираешься писать обо мне.
Агнес рассмеялась:
— Руби, мы не обязаны говорить тебе обо всем на свете. Руби казалась оскорбленной:
Агнес, ты не говорила, что Линн пишет книги. Если бы я знала, ни за что не стала бы помогать. Никогда бы не дала тебе Матушку-трещотку.
Перестань, Руби. К тому же это моя трещотка, — сказала Агнес.
Меня взволновал неожиданный поворот событий.
Эй, что происходит? Я-то думала, что вы обрадуетесь книге.
Ну... — Руби почесала левую руку. — Пожалуй, я послушаю, о чем ты там пишешь.
Руби, поешь немного, — сказала Джули, пододвигая тарелку с мясом. — Давай, поешь, тебе сразу станет лучше.
Послушай, не смей указывать, что мне делать. — Она прихлопнула ладонью муху, пристроившуюся на столе, и яростно поковырялась вилкой в тарелке.
Каждый раз, когда я пыталась заговорить о своем опыте общения с Рыжим Псом, Руби заставляла меня замолчать, словно знала, что именно я хочу сказать.
Я не понимала столь странного поведения Руби. Она все испортила. Внезапно я подумала о ней не как о сильной шаманке, о которой написала в своей книге, а как о невоспитанном, капризном ребенке, пожелавшем испортить всем настроение.
Агнес села за стол и принялась за еду. Между делом она указала вилкой на книгу. Капелька жира упала на обложку, испачкав глянец бумаги. Я поторопилась вытереть жир, но пятно осталось. Да, не на такой прием я рассчитывала. Мысленно я представила обед в компании цивилизованных людей.
Агнес словно прочитала мои мысли:
— Ну же, Линн, сейчас мы цивилизованно пообедаем, а потом ты нам почитаешь.
Безразлично я открыла первую страницу книги и начала читать. Радость от желания поделиться столь знаменательным событием выветрилась из меня. Тем не менее, ни разу не оторвавшись от текста, я прочитала целых две главы. Я собиралась читать дальше, но Руби постоянно стонала и ворчала, держась за живот. Во мне закипало раздражение. Руби отрыгнула. Ну, это уж слишком. Я захлопнула книгу.
Руби, что происходит? — спросила я, глядя на Руби с
нескрываемым отвращением.
Ты описала меня не такой хорошей, как на самом
деле, — захныкала она. — Люди подумают, что я старая ко лода. А ведь для своего возраста я вполне привлекательна. Ты согласна, Агнес? Я гораздо лучше, чем описание Линн.
Руби взбила волосы, словно находясь перед воображаемым фотографом, кокетливо склонив голову движением молоденькой девушки.
— Конечно, Руби. Но посмотри, во что она превратила меня, — присоединилась Агнес. — Я тоже хороша для своих лет! — Агнес выпятила грудь и прошлась по комнате, словно надутый индюк.
Несмотря на кипевшую во мне злость, я рассмеялась.
Почему вы смеетесь надо мной? — спросила я.
По крайней мере, ты могла бы сказать, что мы дамы среднего возраста.
Вот именно, — поддакнула Руби.
Зачем они так вели себя? Может быть, они высмеивали мое тщеславие? Эта мысль взволновала меня.
— К тому же, Линн, ты явно отдаешь предпочтение Агнес. Как хорошо, что ты не моя ученица. Я чувствую себя несправедливо обиженной и преданной. Ты превратила нас в грубых, хитрых старух.
Но именно такими они и предстали предо мной всего несколько мгновений назад. Затем, тоном воспитанной маленькой девочки, Руби скромно произнесла:
— Ты же знаешь, что мы изо всех сил стараемся быть хорошими.
Никем не замеченная, Джули на цыпочках подошла к двери. Обе старухи демонстративно прихорашивались. Я недоуменно наблюдала за их жестами, не веря своим глазам. Чувства мои были задеты. Я была полностью сбита с толку. Внезапно Руби прекратила кривлянье и повернулась ко мне. Она медленно подошла и обвела руками вдоль моего тела, держа руки на расстоянии двух дюймов. Руби закрыла глаза.
— Линн, — сказала она, — ты пользуешься своим телом так, словно оно консервная банка, привязанная к хвосту твоего сознания.
Агнес рассмеялась и обратила ко мне сморщенное лицо, тормоша меня за одежду. Чувство обиды нарастало. Руби села, насмешка пропала из ее голоса.
Я уверена, что Агнес твой великий учитель, предупредила, что ты в опасности.
Да, в некотором роде, но что именно ты имеешь в виду? — Я посмотрела на Агнес ожидая объяснений.
Я как раз собиралась поговорить об этом. — Агнес выглядела немного глуповато.
Поговорить о чем? — нетерпеливо перебила я. Во мне зашевелилось беспокойство. Я стала задавать вопросы по поводу моего разговора с Агнес в туалетной комнате отеля. Мне отчаянно хотелось рассказать ей о том, что я чуть не умерла в тот день.
Но при попыткезаговорить Руби прерваламеня взмахом руки.
— Ха. Сейчас ты в большей безопасности, чем когда-ли-
0О Она подалась вперед и прошептала: — И ты можешь не уцелеть!
Внезапно Агнес стала очень серьезной. Руби взглянула на Агнес:
— Мне не следовало просить у тебя помощи в том деле с Рыжим Псом.
Сама бы ты ничего не сделала, — ответила Агнес. Ну, это уже слишком. Мое терпение лопнуло.
Я чувствую себя пешкой! — выкрикнула я.
А что такое пешка? — невинно поинтересовалась Руби.
Это шахматная фигурка, которая не обладает почти никакой силой и значимостью.
— Так оно и есть, — успокоила меня Руби.
— Я чувствую себя оскорбленной! Вы используете и обманываете меня. Но почему? — Меня просто разрывало от негодования.
Агнес спокойно села на стул, склонила голову набок и наблюдала за вспышкой моего гнева.
— Агнес что в конце концов происходит, что вы от меня скрываете? — Я вся кипела.
— Хо! Ты вступила в круг силы, так чего же ты ожидала? Руби резко отодвинула стул.
— А іде Джули? — Она обошла комнату, а затем резко произнесла: — Я ухожу. — И вылетела из хижины. Через секунду она заглянула в комнату и сказала: — Увидимся.
Мнепотребовалось время и мужество, чтобы задать вопрос:
— Что я делаю неправильно? Я сделала гак, как ты сказала мне. Я думала, что написание этой книги было неким видом защиты для меня — привнесением в мир части твоего учения, раскрытием тайн, скрывавшихся во мраке забытья. — Мой голос доносился словно из глубокого колодца.
— Пора начать пользоваться собственной головой, Линн.
— Я думала, что пользуюсь, — тихо ответила я, чувствуя себя пятилетним ребенком. — Я думала, вы обрадуетесь книге. Я думала, что делаю все согласно твоим указаниям.
Я чуть не плакала. Агнес встала и налила еще чаю. На секунду выражение ее лица смягчилось, затем она подошла ко мне и погладила по голове.
Я думала, что свадебная корзинка наполнит меня силой.
Ничего подобного. Она делает тебя завершенной в некотором роде, но это всего лишь начало. — Агнес вздохнула. — Ты моя ученица. По закону я обязана помочь тебе. К сожалению, — она усмехнулась, — я не обладаю знанием, которое потребуется тебе на этом повороте дороги...
Замечательно. И ты говоришь мне об этом только сейчас.
— Руби может помочь.
— Великолепно. Слепец ведет слепца. — При воспоминании о дерзости Руби меня передернуло. — Она ни за что не станет помогать мне. А ты можешь ее заставить?
— Нет.
— Почему? — Я запаниковала. — Она ведь твоя подруга!
— Никакая она мне ни подруга. Мне никогда не нравилась Руби. Она шаманка, и я ее уважаю. Я уважаю то, что она делает. Но в остальном она самая эгоистичная старая крыса, которую я когда-либо встречала.
— Но ведь она твоя лучшая... Агнес прервала меня: Я многому научилась у нее. Ты вот думаешь, что она помогала мне. Но она действительно может помочь тебе. Правда, мне не нравятся ее ученики. Я не имею в виду Джули, но Вен и Драм... — она показала большим пальцем вниз.
Бен и Драм? Ты должно быть шутишь!
Агнес была серьезна как никогда.
Агнес как же они стали учениками Руби?
— Бен и Драм остались без учителя, когда ты забрала свадебную корзинку у Рыжего Пса.
Я была в шоке. Агнес продолжала:
— Сначала они пришли ко мне, но я отослала их прочь, потому что мне не нравятся ученики-мужчины. Для меня это равнозначно провалу. От них никакой пользы. Но Руби... как шаманка, она обладает особым родом силы, который необходим им.
Однажды я встретила их на дороге. Мальчики очень нервничали и предложили мне сигареты. У них было несколько красивых одеял, поэтому я позволила им войти. Драм дал мне табак. Я поинтересовалась, что им от меня нужно. Я вынуждена была принять их, потому что таков закон. Драм ответил, что они хотят, чтобы я учила их, инициировала в свой путь. Я ответила, что смотрю на них, на двух идиотов, и вижу, что мой хенока-путь, учение Священного Шутовства, или Противоположностей, не для них. Если они хотят получить совет, то должны отправиться в другое место. Возможно, на юг. Возможно, в Колорадо. Но если они хотят настоящей силы, то им нужно учиться у Руби. При звуке ее имени парни нервно засуетились. Они хотели учиться у меня, потому что ты, моя ученица, победила Рыжего Пса, их учителя. Они были приближенными учениками Рыжего Пса, пока ты не вернула себе свадеб)іую корзинку, лишив его женской силы.
Он не станет таким, как прежде, пока не вернет утраченный баланс. А на это уйдет много времени. Возможно, годы ею доконают.
Агнес почему ты использовала термин «хейока» — разве это не слово из диалекта лакота?
Я использую это слово потому, что в жилах моей наставницы текла кровь северных шайенов, кри и лакота. А ее наставница была из племени лакота. Мне пришлось далеко уйти от дома, чтобы учиться; это было очень давно. Я разговариваю на языках многих индейских племен, лакота оди и из них. Пути хейока я научилась на языке своей наставницы. Только она смогла мне помочь, когда моя дочь отправилась к праотцам. Тогда я очень страдала. И почти ничего не понимала. Многому в своей целительской практике я научилась у своих прабабушек, которые были лакота и шайен, вот я и пользуюсь их языком; гак же поступает и Руби. Эти языки обладают огромной силой и достоинством.
— Мне тоже нравится их звучание.
— Я знаю, они глубоко проникают в тебя. Должно быть, когда-то ты говорила на лакоте.
— Что ты имеешь в виду?
— Этого я не могу сказать. Ты сама должна все вспомнить. Для тебя это вопрос огромной важности. Но звуки языка приведут тебя в место забытья и воспоминания, в счастливую жизнь, которую ты некогда вела среди долин до того, как пришел белый человек.
Я закусила губу. От мягкого звучанья ее голоса и слов мне захотелось плакать. Я отвернулась. Агнес взяла меня за подбородок и повернула мое лицо к себе. Она заставила меня взглянуть ей в глаза.
Тогда значит, я могу видеть твой смех, но твоих слез я видеть не должна? — Слезинки скатились по щекам, и Агнес прижала меня к себе.
Агнес внимательно изучала мое лицо, затем взяла стакан со споим чаем и поставила его на самый краешек стола.
Возвратимся к тому, о чем мы говорили. Я научу тебя всему, что знаю сама, однако твои проблемы ставят меня в крайне затруднительное положение. — Агнес сбила бумажный стаканчик со стола, он беззвучно упал на пол. Она потянулась вперед. — Мы с Руби находимся в постоянном поединке, считая друг друга достойными противниками. Сейчас нам необходимо быть особенно осторожными. Эта дама на все способна. Особенно, если тебе от нее действительно что-то нужно.
Агнес помолчала, а затем доверительно произнесла:
— Вообще-то я никогда не верила, что Руби слепа. Судя по ее поведению, этого не скажешь. Думаю, она говорит о своей слепоте, чтобы заставлять других обслуживать себя.Ты бы видела, как Бен и Драм ухаживают за ней. Джули очень ревнует. Каждый раз, когда кто-то делает Руби услугу, Джули устраивает скандал. Думаю, однажды Руби разгонит всех своих учеников. Каждый из них тянет одеяло на себя. Но тебе необходимо учиться у нее, нравится тебе это или нет. Да, тебе не позавидуешь, Линн. Если ты собираешься получить то, в чем ты нуждаешься, тогда тебе лучше поторопиться, пока Руби не разогнала всех и не исчезла. Я слышала, что у нее где-то есть дружок. Когда-то она была замужем и частенько подумывает о том, чтобы вернуться к старой перечнице.
— Замужем? Руби? Не слепая? О чем ты говоришь, Агнес? Гы пытаешься научить меня чему-то?
Агнес рассмеялась:
— Ну конечно. Я не хочу имегь ничего общего с Руби. Мне от нее ничего не нужно. А вот ты нуждаешься в ней.
— Но Агнес вы с Руби... вы действительно очень близки.
— Это только кажется. Но я вижу, что вся твоя жизнь теперь зависитотнее. Если ты незаручишься помощью Руби, я за твою жизнь не дам и ломаного гроша. Но тогда твои васинус никогда не узнают о необходимости щита для детей.
Я покачала головой, стыдясь своей глупости.
— Но что же мне делать, Агнес? Агнес пожала плечами.
— Мы придумаем, как заставить Руби помочь тебе, — она моргнула. — Возможно, .мы просто проведем эту старую крысу. В любом случае, сейчас не время обсуждать эту тему, — Агнес нежно улыбнулась. — Я рада, что ты приехала. Почему бы тебе не убрать в доме? Я-то надеялась на лето, полное удовольствий и веселья, а ты заявилась, как кусок швейцарского сыра. — Агнес хлопнула себя по бедрам. — Знаешь, мне нужно навестить племянника, который живет на озере Оджибвей. Вот тебе веник. — Она похлопала меня по плечу и хихикнула. — Я действительно рада тебя видеть. Ты заставляешь меня смеяться. Тебе необходимы щиты, но пока хватит и этого.
Неожиданно Агнес обсыпала меня пшеничными зернами, которые, должно быть, все это время держала в ладони. Затем она дернула меня за серьгу.
— Серьга защитит тебя от шеи и выше. Надеюсь, у меня больше никогда не будет белой ученицы, — пробормотала она.
Агнес вышла за дровами. В состоянии транса я подмела хижину. Неимоверных усилий стоило мне передвинуть стол и стулья. И все же я чувствовала потребность в такой простои работе. С особой тщательностью я подметала, пытаясь не оставить и пылинки в темных углах комнаты. Мусора было много, таким же засоренным казался мне мой ум. Я негодовала от своей уступчивости и презирала себя. Агнес отсутствовала слишком долго. Я была просто разбита. Налетел ветер и зашатал верхушки сосен. Обычно шум ветра зачаровывал меня, но сейчас он лишь усилил мое чувство одиночества. Хижина затрещала, хлопнула ставня на кухонном окне. Я вышла на улицу и накинула на ставню крючок. В воздухе пахло дождем. Пару часов назад для меня во всем присутствовала магия, теперь же я чувствовала л ишь разочарование. Серп луны казался далеким и тусклым. Было холодно. Хижина Агнес показалась мне сущей развалюхой. Зачем я здесь? Я поплелась в дом.
Агнес разводила огонь, заботливо раздувая в нем жизнь. Не раздеваясь, я забралась в спальный мешок и заснула глубоким сном.
Уже рассвет. Значил-, очарование рассеялось, моя волчица, — произнесла Агнес, стоя надо мной. Неужели уже утро? Я взглянула на нее снизу вверх. Она напоминала самого безжалостного ангела на свете. Я продолжала лежать, уста-виві пись пустым взглядом в потолок, пытаясь таким образом защитить свои чувства.
Неужели я выгляжу разочарованной? — тихо поинтересовалась я, не желая, чтобы Агнес узнала пределы моей ранимости.
Скажем так... твое внутреннее жилище кажется безучастным, в нем нет энергии и страсти, словно внутри тебя появился прокол. Твоя воля создала эту черную дыру, твоя воля должна и закрыть ее. Твоя воля. — Агнес ухватилась за концы шального мешка и с такой силой тряхнула его, что я оказалась на полу. Я вскочила на ноги и поспешно оделась.
Утро пришло сшшкомнеожиданно. Я небыла готова к встрече С ним.
— Это тебе. — Лгнес поставила на стол чай. Мы молча позавтракали. В окно просачивался серенький рассвет. Я раздумывала над словами Агнес, но, по большому счету, мне было на все наплевать. Мысли расплывались. Возможно, она права. Я создала дыру и чувствовала, что меня в нее затягивает. Я сама создала свою слабость и безразличие. Вся Вселенная казалась мне сплошным обманом.
Агнес рассмеялась...
— Где же твое мужество? Когда мне было столько лет, сколько тебе сейчас, со мной произошло то же самое. Причина была другой, но я тоже утратила волю. Я стала слишком мягкой. Причин для беспокойства нет, когда ты выбираешь эту дорогу. Такое случается. Это хороший знак.
Я взглянула на Агнес. Она показалась мне старой и незнакомой.
— И что же в этом хорошего? — Я чувствовала себя мертвой.
— Это хорошо, потому что ты умираешь.
Да, Агнес это просто здорово. — Я с отвращением покачала головой.
Ты выбрала силу, Линн. Сила выбрала тебя. Разве я когда-нибудь говорила, что путь целителя — легкий путь? Смерть рядом с тобой. Вы знакомитесь друг с другом. Смерть — это все, что у тебя есть.
Каждое произнесенное слово еще глубже вводило меня в депрессию. Я і юднялась и на негнущихся ногахобошла стол, больше не желая ни о чем думать.
— Давай, Линн, мы поедем к Руби. Принеси мне веник. Я принесла веник, благодарная за задание, и последовала за Агнес к машине. Я не отрывала взгляда от земли. Всю дорогу мы молчали. Я обрадовалась, когда в хижине никого не оказалось.
Динн, прибери в доме, пока я разыщу Руби.
Я послушно вошла в дом и начала подметать, сосредоточившись на звуке, издаваемом прикосновениями веника к еревянному полу. Я подмела, вытерла пыль и перемыла гору разных тарелок. Никто не приходил. Прошли часы, или мне так показалось. Я чувствовала себя пленницей. Рухнув на койку, стоявшую под открытым окном, я решила вздремнуть. Мне показалось, что донесся скрип кресла-качалки Руби которое стояло на веранде. Затем послышались голоса.
Да, Агнес, на этот раз ты повеселишься. Как же доверчива твоя ученица.
Ты права, Руби, она такая тупица.
Я так и обмерла. Они насмехались надо мной. Я лежала и слушала, как они обсуждали мою глупость. Они зашептались. О чем они говорят? Неожиданно раздался смех.
А как тебе ее прическа? Сплошные кудряшки... нам никогда не сделать из нее индеанку. — Агнес вновь рассмеялась.
Ну, по крайней мере хоть книгу написала. Вряд ли она приедет еще. Возможно, я заставлю ее убрать старую навозную кучу.
Они истерично захохотали.
Это уж слишком! Я и не думала, что способна на такую ярость. Сорвавшись с койки, я выскочила на улицу. Агнес заметила мою тень и обернулась. Ее наигранное удивление еще больше разъярило меня.
— А, это ты, — сказала она.
— Да, Агнес это всего лишь я. И я немедленно уезжаю. Я не собираюсь находиться там, где меня не желают видеть.
Мне очень хотелось задеть их за живое. Какая же я была дура, проглатывая все с открытым ртом. Идиотка! Они правы. Я глупа. Если таков путь знания, я не хочу идти по нему. Я развернулась и направилась к машине.
Линн, давай я провожу тебя до машины. — Агнес поднялась и пошла за мною след в след. Я рванулась вперед, Агнес не отставала, доводя меня до бешенства.
Перестань преследовать меня, — заорала я и резко оглянулась, желая взглянуть ей в глаза. Но Агнес стояла в футах десяти от меня. Я остановилась как вкопанная, потому что была уверена, что она у меня за спиной. Я презрительно фыркнула и отвернулась от Агнес, неожиданно ноги мои запнулись одна об другую, и через мгновенье я уже лежала на земле, уткнувшись лицом в землю. По коже поползли горячие мурашки.
Агнес сказала:
— Думаю, тебе лучше самой поехать и собрать свои вещи. Надеюсь, что ездишь ты лучше, чем ходишь.
Она развернулась и не спеша вернулась в домик Руби.
Поднимаясь, выплевывая песок и отряхиваясь от пыли, я внезапно поняла, что не могу уехать. В приступе ярости я совсем позабыла о Рыжем Псе и о том, о чем Сторм говорил мне в отеле Беверли-Хилс. На глаза навернулись слезы злости и отчаянья. Словно побитый щенок в поисках еды, я побрела к хижине Руби, представ пред их взором. Они смотрели на меня так, словно были уверены, что я вернусь. Я села за стол и выплеснула на них все, что пережила в отеле. Вслед за моим рассказом последовала продолжительная пауза. Затем обе женщины подошли ко мне, обняли с двух сгорон, смеясь и пытаясь пощекотать меня, вытирая катившиеся у меня по щекам слезы.
Ни к чему нам эти драмы! — засмеялась Руби. — Нам необходимо было разбудить тебя.
Я не понимаю, — сказала я, ошеломленная переменой в их поведении.
Мы никак не могли дождаться, когда же ты начнешь рассказывать, — с наигранным возмущением произнесла Агнес.
— Я пыталась рассказать. Неужели вы обо всем знали?
Как ты думаешь, кто разговаривал в твоей голове, горничная, что ли? — Взглянув на выражение моего лица, Агнес рассмеялась.
Так это действительно была ты? Как же мог Рыжий Пес появиться в столь шикарном лимузине, да еще в такой изысканной одежде? Он выглядел безукоризненно.
Таков излюбленный трюк магов — появляться там, где их меньше всего ждут. Он выбрал такую форму как способ сбить тебя с толку. Маги могуг перемещаться в любых направлениях, иногда в нескольких сразу. — Агнес улыбнулась и покачала головой. — Для него вовсе не трудно казаться джентльменом — некогда он был известен как Отец Пирсон, священник.
Ну да, конечно. — Я вспомнила надпись на табличке с номерными знаками... «ОТЕЦ». Должно быть, Рыжему Псу нравилась эта шутка.
Агнес улыбнулась...
— Он знает, как следует себя вести в так называемом цивилизованном обществе. Он знает, какими образами набиты головы людей, как, по их мнению, следует выглядеть и что должно происходить. Он в любом месте чувствует себя как дома. Это очень просто.
Я вновь почувствовала укусы эго и пообещала себе впредь быть особо бдительной.
— Лги ее, эти ужасные события говорят о том, сколь многому мне еще предстоит научиться. Я не смогла справиться со всем этим. Я забыла все, чему ты меня учила. Я не воспользовалась моими знаниями. Ты не все рассказала о ею силе.
Я поймала себя на том, что вновь хочу свалить всю вину на Агнес.
— Агнес, я стала обвинять тебя, потому что боюсь.
Я подтянула колени к подбородку, обхватила их руками и стала раскачиваться. Агнес прищелкнула языком и прищурила один глаз. Она не отреагировала на мои страхи, отчею я почувствовала себя еще глупее. Руби собралась ложиться спать. Мы собрали вещи, попрощались и вышли, проговори и всю дорогу до дома.
Я всегда говорила тебе, Линн, что, если ты достигла силы, ее необходимо удержать. Достичь — это одно, сохранить — совсем другое. — Она сложила обе ладони в жесте рукопожатия. — Женской части каждого из нас будь то мужчина или женщина, необходимо позволить действовать. Учись получать, учись сохранять. Я не говорю удерживать. Я говорю «сохранять». Огромная разница.
Но как же можно забрать у меня духовную часть корзинки, ведь теперь она стала моей частью?
Убив тебя. — Агнес увидела ужас в моих глазах. — Если ему удастся. Но он должен сделать это достойным, по его мнению, способом. Он должен провести тебя. Он не станет стрелять. Это слишком просто. Ты украла его женскую силу, и он хочет вернуть ее. Он не хочет брать то, что ты предложишь ему. И он способен на все. То, что для тебя почти невозможно, для него пара пустяков. Не забывай, что он великий маг, полностью посвятивший себя этому искусству. Когда ты только приехала, ты была почти мертва. Сейчас ты возбуждена, испугана и зла, но ты снова живешь. — Она закашлялась. — По крайней мере, на какое-то время.
Агнес встала во весь рост и принялась внимательно разглядывать мое тело.
. Да в тебе больше дырок, чем в решете. — Улыбка
исчезла с ее лица. — Я вижу, что ты свернула со своего пути, Лини. Вот почему .мы так отнеслись к тебе. Необходимо было вернуть тебя. Ты думаешь, что своей книгой завершила нечто. Ты успокоилась и стала самодовольной. Вот когда ты вступила в настоящую опасность.
Я услышала свой голос. Это был дрожащий голосок маленького и напуганного ребенка...
Но я же сделала только то, что ты мне сказала. Разве это не было поступком силы?
Было. Написав о своих переживаниях, ты дала некоторым женщинам средство, инструмент, при помощи которого они смогут выйти за пределы. Женщинам это необходимо. Когда женщина совершает поступок силы, она словно создает произведение искусства. Это навсегда изменяет ее. Это дает ей новое видение Матери-Земли. Учит ее понимать, что она чувствует, и чувствовать то, что она понимает. Когда такое случается, она создает себя заново. Она знает чего хочет, что необходимо для нее, и она знает чего не хочет, в чем нет никакой необходимости. В процессе деления своим опытом ты сбилась с пули. Ты забыла, в каком именно месте магического колеса находишься ты. Ты сбилась с пути.
Я припарковала машину возле дома.
— Агнес послушай, — я пыталась подобрать правильные слова, — Агнес, все время я думала только о твоем учении.
— Учение мое ничего не стоит, если ты сбилась с пути.
Но я не понимаю, что именно я сделала не так. Я по-прежнему привержена знанию.
Правильно, но одного знания недостаточно, — сказала Агнес, когда мы вошли в дом. Она села и взглянула мне в лицо. — Ты еще не вполне понимаешь свое знание, а пониманию научить невозможно. Оно просто приходит. Поэтому знание сидит в твоей голове, словно неприготовленная еда на плите.
Агнес встала и подошла к плите, включила ее и стала помешивать деревянной ложкой суп, продолжая говорить.
— Ты считаешь, что делаешь все правильно. Однако это не так. Ты потерялась. Ты считаешь, что многое знаешь. Но твое знание испаряется.
— И что же мне теперь делать?
— Тебе придется делать все что я тебе скажу. — Агнес перестала помеї пивать суп. — Возможно, я буду «шшять тебя.
— Что ты сделаешь?
— Мы проведем церемонию с кристаллами, чтобы я смогла заглянуть в тебя и понять, где именно произошел сбой.
— Я незнала, что ты до сихпор работаешь с кристаллами.
Агнес разлила суп по деревянным тарелкам.
— На. Ешь. Пусть мое помешивание этого супа направит тебя в место покоя. — Я наблюдала за движениями руки Агнес когда она разогревала суп, и это, кажется, действительно успокоило мои натянутые нервы. Мы молча поели, а затем вышли на улицу.
Мы сидели на пороге хижины. Тени становились длиннее. Я наблюдала, как меняется выражение ее лица в сгущающихся сумерках... морщины углубились, а потом почти исчезли. Агнес отдыхала, закрыв глаза. Я чувствовала себя более спокойно, благодаря судьбу за встречу с этой странной женщиной.
Движение — произнесла Агнес растягивая звуки
слова. Она не открыла глаз и не пошевелилась. — Движение, движение движение — она продолжала монотонно произносить одно и тоже слово.
Движение? — переспросила я.
— Движение, движение. Звуки словно гудели.
Ты хочешь, чтобы я двигалась, Агнес?
— Я хочу чтобы ты услышала звук, стоящий за моими словами. Звуки скрепляют слово. Движение движение — продолжала повторять она.
Я внимательно вслушивалась. Странный, какой-то утробный звук.
— Движение движение. — Агнес медленно открыла глаза, поемо грела на меня и хихикнула.
Почему ты смеешься?
Вся кровь ударила тебе в голову!
Рассмеявшись, я поняла, что напрягла мышцы лица, пытаясь понять то, что хотела передать мне Агнес.
Слушай отсюда. — Агнес похлопала меня по солнечному сплетению.
Движение, — она раз шестьдесят произнесла это слово. — За словом скрывается мысль. Попробуй уловить, увидеть ее при помощи твоего тела сновидений. — Она вновь похлопала по животу, гипнотично повторяя слово.
— Я ничего не вижу, — отчаявшись, произнесла я.
— Для этого нужно откинуть ум и слугнать только телом. Очисть ум. I [опробуй еще раз. Ты увидишь. — И она вновь стала повторять: — Движение, движение.
На этот раз я увидела — или почувствовала — магическое колесо в звуке слова, сложенное из круга камней. Я увидела себя, движущейся от веры и невинности с южной стороны колеса в сторону мудрости и силы, на север. Двигаясь вперед, на вершине колеса я увидела фигуру лося. Агнес замолчала, продолжая наблюдать за мной, на ее лице появилось комичное выражение. Я открыла глаза и яростно заморгала, потому что образ остался со мной. Очень медленно он растаял.
— Вот видишь, все очень просто.
Агнес потерла руки, и мы рассмеялись. Когда мы вошли в дом, уже совсем стемнело. Мы остановились у огня, затем сели за стол, зажгли лампу.
— Похоже на галлюцинацию.
Это просто иной способ видения. Когда происходит нечто очень важное, лучше смотреть при помощи тела сновидений, потому что глаза могут обмануть, а ум подстроить шутку. Не говори мне, что именно ты видела... магическое колесо, сделанное из камней, и ты двигалась на север, правильно?
Да, и кое-что еще! — Я была в восхищении. — Я поняла, что ты хотела сказать мне о движении. Я никогда не понимала, когда ты говорила, что сначала должно произойти движение, прежде чем ты сможешь трансформировать себя из материи в дух. Теперь понимаю, но я не могу объяснить, как же я это увидела.
— В этом-то все и дело. Есть вещи, которые невозможно объяснить словами. Вот почему необходимо научиться двум способам видения — при помощи глаз и при помощи тела сновидения.
Агнес протянула руку и погладила меня по животу. Я ощутила ее нежность.
— Агнес, ты усложняешь мне жизнь.
Агнес, как сорока, склонила голову на бок...
— Я?..
То, что произошло... Я хотела бы поделиться этим в своей книге. Но как же я все объясню?
— - Я никогда не говорила, что тебе будег легко.
Агнес встала и принялась готовить чай из трав.
Литературные обозреватели и антропологи — даже некоторые коренные индейцы — не понимают того, что я пишу о вас с Руби.
— Почему? — Агнес улыбнулась и постучала пальцами по сгене.
— Они считают, что ваше поведение слишком измен чи -во, непредсказуемо... то вы блестящие философы, а то поступаете как сварливые домохозяйки из Виннипега. То вы целительницы, ведущие меня через долину смерти, а в следующее мгновение вы превращаетесь в шаловливых детей. Людям трудно это понять.
Наступила тишина. Агнес разливала чай. Тяжело вздохнув, она села за стол.
— Мир считает индейцев покоренным народом. Нас считают маленьким народом, заключенным в рамки племени, жертвой, помещенной в резервацию. Еще недавно нас убивали за исполнение Танца Теней. Наша реальная сила скрыта. Это вынужденная мера, если мы хотим сохранить ее. Человека силы боится не только белый мир, многие индейцы из-за страха тоже отвернулись от нас. Ты это знаешь, но иногда забываешь. Очень часто даже наши люди не узнают нас. Мы скрываемся, мы вынуждены поступать таким образом. Однако мы путешествуем и встречаемся друг с другом. Делимся знанием, так было всегда. Если ученику, например, нужно учиться качинас, мы посылаем его по красной дороге на юг к пуэблос. Почему вам это кажется странным?
— Люди считают, что, если ты принадлежишь к племени кри, значит, ты должна полагаться только на мудрость своего племени.
— Если ваш ученик хочет повидать Францию, разве вы не можете послать его учиться во Францию?
— Так и происходит.
— Мы поступаем так же. Конечно, некоторые шаманы никогда не выходят за рамки знаний своего племени. Это их путь, и я его уважаю. Каждый целитель обладает собственным пониманием и видением, которое следует уважать.
Ты так и пышешь словами и знаниями белого мира. Все это преисполнено смысла. Но здесь мы заставляем тебя прожить то, чему хотим научить тебя. Именно поэтому мы меняем личины. Мы есть само учение. Мы не забираемся на сцену и непоучаем тебя прописным истинам. Мы заставляем тебя чувствовать и дышать истиной, стать ею. Ты реагируеі пь на нашу игру, вступая тем самым на путь.
— Как это трудно объяснить людям.
Читатель сам переписывает каждую книгу. Каждая книга становится твоим личным учителем. Ты вносишь в книгу то, чем являешься.
Мне кажется, люди найдут в этой книге то, что им ігужно.
Правильно. А теперь давай спать. Завтра нам предстоит длинный день.
Пару минут спустя, когда я забралась в спальный мешок, до меня донеслось мерное посапывание Агнес. Она уже спала. Снаружи доносился шум раскачиваемых деревьев. Я слушала шуршанье листвы, пока мерные звуки не унесли меня в страну грез.
Проснувшись, я увидела, что Агнес распахнула дверь хижины и глубоко вдыхала свежий утренний воздух. Я чувствовала, с какой радостью расширяются ее легкие, словно была частью ее тела. Солнце нежным светом окутывало фи-гуру Агнес. Она казалась светящейся. Когда она заговорила, то голос ее звучал мелодично. Нечто в этом голосе заставило меня почувствовать радость во всем теле. Я встала, и мы приготовили «мегеру» — так Агнес называла завтрак, состоящий из овсяной каши и чая.
— Линн, когда ты поймешь, что жизнь — это магия, тогда и только тогда ты сможешь начать практиковать магию. — Казалось, что ее голос раздается со всех сторон. — Жешпинам необходима форма, которая является двойником мужской формы, но только их собственная. Подражая мужчинам, женщины теряют свою силу, свою особенность и специфичность.
Я хочу сказать тебе следующее... я не могу исцелить тебя, будучи отделенной от тебя. Мне необходимо касаться твоего духа, вглядываться в тебя. Для этого я хочу использовать помощников — кристаллы. Кристаллы учат сути и истинному началу. Когда ты познаешь основы, кристаллы учат тебя видеть все больше и больше. Внутри кристаллов есть пламя — тебя может затянуть в этот огонь, огонь, который очищает сердце от всех мотивов и делает тебя открытой. И в этот момент я смогу увидеть тебя всю.
Агнес подошла к окну и закрыла его. Жестом она попросила меня свернуть спальник.
— Собери все, что понадобится тебе в течениепары дітей, Линн.
Я еще чувствовала усталость от дороги в Манитобу, но знала, что лучше не возражать.
Вскоре мы уже ехали на юг, подпрыгивая на выбоинах дорог. Над пустынными долинами Манитобы расстилался рассвет. В золоте солнца низкорослые деревья принимали причудливые формы. Неожиданно Агнес попросила меня свернуть на запад, на проселочную дорогу. Послеэтого попорота мы не произнесли ни слова. Когда і юследнии луї солнца скрылся за горизонтом, мы свернули к странному нагромождению камней.
Под скалами раскинулось огражденное пастбище. Агнес попросила меня остановиться около изгороди, в нескольких фугах от дороги. Я огляделась по сторонам и не заметила признаков какого-либо жилья. Мы собрали свои вещи и перелезли через ограду из колючей проволоки. Я не имела ни малейшего представления, куда мы направляемся. В сумеречном свете я заметила очертания бунгало, прилепившегося к скалам. Я быстро подошла к Агнес. Она рассмеялась, почувствовав мое волнение.
— Куда мы идем? — поинтересовалась я.
Мое внимание привлек сизый дымок. Посмотрев вверх, я увидела дым, поднимавшийся кругами с вершины холма.
— Мы направляемся в вигвам моей двоюродной сестры. Пока мы обошли покалый склон, уже почти стемнело.
Внезапно я поняла, что «холм» и был огромной земляной хижиной. Мы подошли ко входу, завешанному шкурой буй вола.
Подожди здесь, — приказала Агнес и исчезла в проеме. Мгновение спустя она пригласила меня войти. Я откинула полог и вошла в туннель, ступени которого вели вглубь земли футов на пять. Я вошла в помещение футов сорока в диаметре. По центру находилось кострище, костер еле тлел. Дым выходил сквозь отверстие в потолке. Агнес принялась за костер.
Это вигвам Бабушки Ходячий Посох. Она занимается кристаллами и камнями. Ее нет дома, но для нас все приготовлено. Положи свой спальник сюда. — Агнес указала на подставку.
Я испытывала благоговейный трепет от увиденного: четыре огромные колонны поддерживали крышу. С балок сии сали причудливо расписанные шкуры. Повсюду лежали необыкновенные предметы — разрисованные шкуры бизонов и других животных, индейские ковры, раскиданные по земляному полу. Помещение обладало простым очарованием. Я взглянула на закопченное отверстие в потолке, которое вначале приняла за костер на вершине холма. Интересно, сколько еще я не заметила, потому что пользовалась обычным восприялліем.
Я огляделась по сторонам и увидела, что вигвам по структуре напоминает жилища индейцев Юга.
Что такой тип вигвама делает в Канаде? — поинтересовалась я.
Моя сестра прибыла из Оклахомы, но предпочитает сохранять прежний стиль жизни. Садись, и давай немного поговорим.
Агнес похлопала по ковру рядом с собой. Я села рядом, грея ноги у костра.
— Ближе.
Я придвинулась. Агнес уставилась в огонь.
— Ты, наверное, не понимаешь, зачем мы приехали сюда?
— Нет, не понимаю.
— Все мы здесь для того, чтобы учиться; особенность заключается в том, что тебе надо научиться многому. Часто бывает так, что в самом начале мы не вполне понимаем, чему именно нам нужно научиться.
Я наблюдала, как отблики пламени танцуют на ее прекрасном старом лице, и слезы восхищения перед красотой
Агнес и ее народа спирали мне грудь. У меня возникло ощущение, словно мы вернулись на целые века в прошлое. Слезы благодарности катились по щекам. Агнес сжала мои ладони.
Мы пили травяной чай, ели бутерброды с копченой колбасой, смеялись, вспоминая случившееся. Агнес уверила меня, что они с Руби вовсе не думают обо мне плохо.
Необходимо было по-настоящему разозлить тебя, чтобы разбудить твою силу, — сказала она и раскрыла сверток, достав из него множество мешочков, наполненных кристаллами разной величины. Агнес доставала кристаллы и раскладывала их между нами, рассказывая, откуда они, какой из нихмужской, какой женский, а какой нейтральный. Кристаллы представляли многие священные места мира. Потом мы вышли из хижины и положили несколько кристаллов на столик, стоявший около входа в вигвам.
Бабушка Луна пробудит их сегодня ночью. Когда женщина работает с кристаллами, она обращается к Бабушке Луне. Дедушка Солнце пробуждает кристаллы, с которыми работают мужчины.
Мы вошли внутрь. Агнес подала мне четыре кристалла.
— Вот, — сказала она. — Ты будешь спать с ними. Тебе будет полезно пополнить свою энергию.
Я забралась в спальный мешок, положила один кристалл в изголовье, второй в ноги, а два кристалла зажала в руках. Я закрыла глаза и мгновенно уснула. Мне снились пирамиды, освещенные сиянием полной луны.
Я хорошо отдохнула, напряжение ушло, уровень энергии значительно вырос. Пробуждение в земляной хижине равносильно возрождению. Земля — прекрасный защитник от жары, холода и звуков.
Свет наполнил вигвам. Я быстро встала и свернула спальник, положила кристаллы на одеяло. Приготовив чай, я села на шкурку из меха выдры. Все кругом было преисполнено тишины.
Вскоре вернулась Агнес сообщив, что время близится к полудню и что мне необходимо отдохнуть.
А что Бабушка Ходячий Посох делает с этими разрисованными шкурами? — поинтересовалась я. — Думаю, они представляют собой огромную ценность. Она не хочет показать их или отправить на выставку?
Ни за что, — насмешливо ответила Агнес и жестом показала, чтобы я внимательнее присмотрелась к рисункам — Многое из истории народа передается в легендах, многое вплетено в целительные пояса. Многое забыто. Но есть люди, обладающие способностью вспоминать. Бабушка Ходячий Посох одна из них, она вспоминает пути своего народа. Она зарисовывает легенды на шкурах буйволов. Насколько мне известно, никто из белых людей не видел их. Она знала, что ты придешь, и могла бы убрать их, спрятать. Кристаллы посоветовали ей довериться тебе. Это великая честь. Бабушка Ходячий Посох — великий воин и учитель, возможно, когда-нибудь тебе представится случай познакомиться с ней.
На одной из шкур была нарисована странная фигура, вокруг которой расположились сидящие люди. Это была женщина с плоским лбом, как у индейцев племени майя, скрученные волосы выступали вперед, напоминая рога.
— Агнес а что обозначает эта фигура?
— Это скрученные волосы. До прихода белого человека скрученные волосы — бродячие рассказчики — ходили по всей земле. Все их любили — за их особый вид целительства. Думаю, что в те древние времена ты была скрученными волосами. Вместо того чтобы писать книги, ты ходила из деревни в деревню. Куда бы они ни приходили, их везде ожидал теплый прием, они обладали великим талантом. Вечером возле костра собирались все жители деревушки, чтобы послушать рассказы и поучиться. Скрученные волосы знали множество легенд.
Теперь уже трудно представить силу скрученных волос. Эта женщина могла скопировать любой голос. Она могла вас заставить поверить, что вы разговариваете с ветром, растением или животным. Что бы она ни делала, что бы ни говорила, скрученные волосы могла перенести вас в свой особый мир, в котором люди забывали обо всем на свете. Скрученные волосы были магами высшего ранга. Хочешь, я расскажу тебе легенду? Ее рассказала мне одна из последних скрученных волос по имени Желтое Платье.
Ты еще спрашиваешь!
Я расскажу тебе легенду, которую поведала Желтое Платье. Устраивайся поудобнее.
Я легла на спину, наблюдая за облаками через дымоходное отверстие в потолке.
— Представь, что ты очень устала. Вся деревня ждет Желтое Платье, ждет с огромным почтением. Вскоре она появляется и рассказывает забавные истории, а потом начинает говорить о себе:
«Меня зовут Желтое Платье. Я родилась на севере, но выросла среди Народа Озер. Когда же мне исполнилось двенадцать лет, я отправилась жить к своей тетке в западные поселения. Звали ее Дневная Сова. Тетушка Дневная Сова дала обет, что отправится по Великой Соляной Дороге на юг, в поселения майя, чтобы учиться у них целительству. Я упросила ее взять меня с собой, и она согласилась.
Большую часть пути мы плыли на каноэ. Мы плыли по течению Дедушки Реки, а потом пересели на каноэ, плавающее по морю. Прошло еще пятнадцать дней. Остальную часть дороги мы прошли пешком. Все знали, что мы идем по священному заданию, потому что мы несли с собой говорящий Щит майя. На Щите было изображено четыре ягуара и четыре орла.
В начале путешествия тетушка была толстухой. Но постепенно она худела — я не могла насмотреться, какой красавицей становилась Тетушка Дневная Сова! Прежде она никогда не могла похвалиться отменным здоровьем, но за время путешествия значительно окрепла, став выносливой и сильной.
Мы побывали в пяти деревнях, задерживаясь на год в каждой из них. Мне только исполнилось семнадцать, когда одна очеггь сильная целителышца по имени Трубка пригласила нас посетить Город Кукурузных Танцовщиков. Мы олттравились туда с Тетушкой Дневной Совой и остались гам. Я вступила в Общество Обучения Стрелков — магов. Обучение было закрытым.
Когда мне исполнилось двадцать два года, у меня возникла проблема и я отправилась к тетушке Дневной Сове. «Тетушка, — сказала я ей, — Есть один молодой человек, с которым мне очеггь трудно говорить».
«Кто он такой?» — поинтересовалась Тетушка. «Его зовут Золотой Песок, но я называю его просто Песок».
«Золотой Песок, сын Дитя Грома, — улыбнулась Тетушка, — но почему же ты не можешь с ним разговаривать? Может быть, потому, что он слишком хорош собой?»
«Нет, — вспыхнув, ответила я. — Все дело в Свете Стрелы, его брате. Я ему не нравлюсь, и он постоянно вмешивается. Л мне все равно, разговариваю я с Золотым Песком или нет».
«Сделаю все, что в моих силах», — пообещала Тетушка Дневная Сова.
Прошло много времени, но никаких извести от Тетушки не поступало. Я чахла не по дням, а по часам. Золотой Песок был силен как ягуар. Взгляд его глаз был чист- и ясен духом, завораживая меня. Его грациозные движения вызывали мелодию энергии, передававшуюся от одного человека к другому.
Свет Стрелы, его брат, был на год старше меня. Он тоже входил в Общество Стрелков. Мне казалось, что он недолюбливает меня, потому что он излишне строго относился ко мне во время моего обучения. Долгими часами он заставлял меня работать. Он не давал мне поблажек, если я хоть на минуту сбавляла темп.
Однажды мне нужно было пятьдесят раз попасть в кольцо с расстояния ста метров, ни разу не задев окружноаъ. А все из-за того, что в этот день моя стрела один раз пролетела мимо цели.
Я постоянно думала о Золотом Песке. Он неизменно присутствовал в моем сердце с самого утра и до вечера. Это сводило меня сума. Однажды я не выдержала, подошла к Свету Стрелы и сказала, что люблю его брага, а если ему это не нравится, то мы можем предстать с ним перед Советом Старейших, и тогда посмотрим, кто кому будет слугой!
«Глупышка, — сказал Свет Стрелы, — моя семья уже переговорила с твоей тетушкой и приготовила семь Облачений Кетцаль для дня состязаний».
«Что еще за день состязаний?» — спросила я. «Молчи, — приказал он. — Тебе известен закон молчания».
Правило заключалось в том, что я не имела права задавать своему наставнику по стрельбе вопросы, не касавшиеся медитации на стрельбу.
Время тянулось невыносимо медленно. Однажды вождь созвал всех учеников. Он сказал: «Лучники и лучницы, приближается День Состязаний. По обычаю в этот день мы женим самых достойных членов нашего племени. В этом году воин Золотой Песок и женщина-воин Дождь согласились вступить в брак с победителями Соревнования Масок в мужской и женской команде соответственно».
Никто из нас не принадлежал к племени майя. Никто точно не знал, о чем именно говорит вождь. Нам оставалось только ждать. Через четыре дня нас вновь созвали. Учитель-луч ница обратилась к нам.
«Лучники и л ушицы, — сказала она, — соревнования начинаются завтра. Вы будете состязаться за свое место в Большой Гонке».
Никто не имел ни малейшего представления о «Большой Гонке», но мы были воинами, поэтому всегда были готовы к состязаниям.
Состязание было назначено на следующий день. Собрались сотни людей. Мы никак не ожидали увидеть такое количество народа. Золотой Песок и Дождь восседали в креслах Кетцаль на почетном месте ягуара. Это место выравнивания воспоминаний и забытья — святая святых для индейцев майя.
Игры начались. Мы сражались друг с другом, но проигравших не было. Место в гонке определялось согласно тому, насколько хорошо мы выступили в состязании. Я была крайне возбуждена присутствием Золотого Песка, напрасно пытаясь призвать на помощь силу воли и перестать думать о нем.
К гонке было допущено пятьдесят три человека. Я была последней. Словом, я должна была бежать последней. Никто не знал, куда именно нам предстоит бежать и каковы условия.
Вечером к нам пришел еще один вождь. «Лучники и лучницы, — сказал он, — гонка начнется завтра. Я объясню вам правила. Каждый из вас получит жезл с отметиной.
Вождь замолчал и сел. Пять мужчин и пять женщин принялись раздавать жезлы. Каждый жезл был увенчан головой ягуара. На моем жезле было пятьдесят три отметины. Когда жезлы были розданы, вождь вновь поднялся.
«Только одна лучница нарушила правило, — начал он. — Ее зовут Желтое Платье. Она задала личный вопрос своему наставнику по стрельбе. Поэтому ей при делся начать гонку на сто счетов позднее других».
Вы выстроитесь все в линию, плечо к плечу. Ваши имена будут названы в соответствии с номерами ваших жезлов. Когда имя будет названо, начнется отсчет до ста. За это время вам необходимо послать семь стрел в кольцо на расстоянии пятидесяти шагов.
Затем вы побежите к Солнечной Реке. Здесь вам нужно будет попасть в центр двигающегося кольца шесть раз. После этого ваш маршрут будет пролегать вдоль расставленных флажков. Эти флажки приведут вас к цели. Следующая остановка у Вождя Камней. Здесь вам придется пять раз попасть в раскачивающееся кольцо.
Отсюда вы отправитесь на Цветочную Гору. Там вы повстречаете Вождя Орлов. Четыре стрелы сквозь крутящееся кольцо. Потом вам нужно будет отправиться в Голубую Долину и три раза попасть в подвешенное кольцо. Оттуда вам нужно отправиться к Солнечным Воротам. Здесь нужно попасть дважды. Затем вам нужно будет отыскать свою маску, на которой имеется ваш знак. После этого, вместе с маской, вы возвращаетесь на площадку для состязаний. Вам нужно один раз попасть в кольцо.
Тот, кто не выполнит условий, будет подвержен публичному избиению и на десять лет отдан в услужение. Соревнования оценивают судьи. Их решение не подлежит обсуждению. Нельзя задавать никаких вопросов, это запрещено законом.
Если есть такие, кто не хочет принимать участие в гонке, пусть говорит сейчас и вернет выданный ему жезл. Если кто-то откажется от участия завтра, ему предстоит пять ударов хлыстом, затем он может вернуться домой.
Условия повторяться не будут. Таков закон. Вы прошли специальную подготовку по тренировке памяти. Вы великие лучники и лучницы. Все вожди желают вам отыскать понимание в этой последней гонке. Я сказа/і».
Только один человек сразу же отказался от участия в гонке. На следующее утро отказались еще шестеро. Их наказали и отправили домой. Позже я разговаривала с ними — они так нервничали, что забыли инструкции.
Теперь у меня был сорок шестой номер. Состязание началось. Один за другим, по мере того как назывались номера, игроки бросались вперед. Все наблюдали за происходящим. Первый мужчина медлил, он никак не мог попасть в кольцо. Второй была женщина, она сгреляла еще хуже. Теперь уже трое человек одновременно пытались попасть в кольцо. Неожиданно затрубили в рог.
«Игра остановлена! — выкрикнул вождь. — Какой позор!» — Вождь указал на двоих мужчин, которые считали, что среди множества стрел никто не заметит, сколько стрел попало в круг, но им не удалось обмануть наблюдающих. Они выбыли из игры.
Снова загудели рожки. Выбыли еще трое. Я удивилась, как это геральдам удавалось столь аккуратно вести подсчет. Каждая из наших стрел была окрашена в разные цвета и украшена разноцветными перьями. Глаз лучника многие годы тренируется рассчитывать движение, цвет, размер и направление движения стрелы. Мы не знали, что геральды и сами были лучниками, проходившими свое собственное испытание.
Когда подошла моя очередь, одновременно со мной стреляло еще одиннадцать человек. Я уложилась в отведенное мне время, но многие из моих стрел не достигли своей цели. Чтобы попасть семь раз, мне пришлось сделать шестнадцать выстрелов. Я что есть силы побежала вперед, чтобы пройти второй рубеж. Когда я добралась туда, я так запыхалась, что у меня не хватало сил даже поднять лук. Мне пришлось сесть, чтобы собраться с силами. Я выстрелила пятнадцать раз, чтобы шесть раз попасть.
К следующему рубеж)' я бежала и шла. Там я выстрелила восемь раз. На каждом рубеже нам давали новый запас стрел. Следующая остановка была у Вождя Орлов. Я берегла силы. Один раз я даже остановилась, чтобы попить воды. Впереди себя я увидела хромающего брата. Колючки кактуса впились ему в ногу. Я помогла ему вытащить колючки. Мимо нас пробегали другие участники состязаний.
Вскорости я вытащила все колючки, и мы устремились вперед. Раненый бежал быстро и очень скоро обогнал меня. До следующего рубежа было дальше, чем я рассчитывала. По дороге мне встречались многие лучники и лучницы. Когда я добралась до Вождя Орлов, то была очень внимательна. Мне понадобилось четыре стрелы, чтобы попасть четыре раза.
Когда я добралась до следующего рубежа, солнце поднялось уже очень высоко. Я устала, очень хотелось пить. Я так устала, что уснула. Окружакмтгил меня мир превратился в мир красок и звуков. Я не знала, где нахожусь. Передо мной возник светящийся шар, из которого струились потоки света. Повернувшись лицом к свету, я увидела прекрасную женщину-воина, несшую золотой щит и копье.
«Кто ты?» — спросила я.
«Я та, кто питает», — ответила девушка.
Она была прекрасна, аромат ее те/га наполнил воздух. Лицо ее сияло, меня переполнило благоговейное восхищение.
«Ты богиня или человек, подобно мне?»
«Я та, которая идет рядом с тобой, чтобы указывать тебе путь, — ответила девушка. — Через меня ты можешь получить инициацию. Через меня ты можешь почувствовать вкус победы. Иди до конца и неси ношу народа. Ни одна женщина не будет достойна, пока она не следует своему сердцу».
Когда девушка произнесла эти слова, ее щит засверкал как солнце, и я испугалась. Я проснулась и поняла, что солнце опустилось уже довольно низко. Утолив жажду, я пошла вперед. Никто не встречался мне на дороге, и это вызывало беспокойство. Ближе к вечеру я добралась до следующего рубежа. Я выстрелила три раза и села отдохнуть. Мне предстояло еще одно вращающееся кольцо — у Солнечных Ворот. Дорога шла под уклон, часть пути я бежала, часть шла, но все равно время от времени делала привал, чтобы отдохнуть и набраться сил. Никто не встречался на моем пути.
Было уже совсем темно, когда я дошла до Солнечных Ворот, но кольцо освещалось горящими факелами. Я увидела, что девять лучников и лучниц спят под деревом. Сделав два выстрела, я стала возвращаться. Внезапно я вспомнила о масках. Оставалось всего пять масок. Я выбрала свою маску.
Я чуть не упала, когда попыталась поднять свою маску. Она была очень, очень тяжелой. Моя маска была сделана из золота. А оно очень тяжелое, уж вы мне поверьте. Целый час я провозилась, сооружая подобие заплечного мешка. Взвалив маску на спину, я отправилась к месту начала соревнований.
Чем дольше я шла, тем тяжелее становилась маска. По дороге мне повстречались две женщины, несшие маски в руках. Я посоветовала им соорудить мешок.
Я была очень расстроена. Я старалась изо всех сил, но все равно еле передвигала ноги. Было очень темно, если бы не флажки, я бы давным-давно сбилась бы с дороги.
Усталость была столь сильной, что я постоянно спотыкалась. Мне думалось, что вскоре я смогу передвигаться только ползком.
На горизонте начал заниматься рассвет, когда меня остановила старушка. «Дочь моя, — простонала она, — я больна, помоги мне».
Качаясь от усталости, я остановилась и дала ей напиться. Старушка поблагодарила меня.
«Тебе бы следовало находиться в лагере. Почему ты здесь одна? — спросила я».
«Я провела в лес)' всю ночь, — ответила та. — Мы живем вдвоем с внучкой. Я собирала дрова, но подвернула лодыжку. Боюсь, что моя малышка сейчас в опасности, оставшись одна».
Она смотрела на меня растерянно, в ее глазах читалась мольба. Я стояла, разрываясь между желанием помочь и отправиться дальше, выслав потом помощь. Я объяснила, что принимаю участие в большом состязании. Тогда старушка стала настаивать, чтобы я шла вперед, а потом послала кого-нибудь ей на помощь, но весь ее облик говорил о страдании. Я принялась мастерить носилки.
Солнце поднялось уже высоко над горизонтом, когда работа была закончена. Я знала, что проиграла в гонке, поэтому уже никуда не спешила, но все же старалась изо всех сил. Неуклюже я приволокла старушку в лагерь и перенесла ее в вигвам. Я уже отошла на пару шагов, когда она окликнула меня. «На вот, съешь по дороге, — сказала она. — Храни мужество, доченька. Ничто не может изменить исхода соревнования». Старушка передала мне фрукты. Дрожащими пальцами я взяла дар, поблагодарив за доброту.
Я почувствовала, что утратила способность мыслить ясно. Я шла в сторону главного собрания и ела фрукты. Когда я добралась до места, там находилось не более тридцати человек. Я положила маску и сделала последний выстрел. Затем я отправилась в свой вигвам и заснула. Никто не сказал мне ни слова. Мне хотелось задать тысячу вопросов, но я сохраняла молчание, потому что таков был закон.
Я проспала до самых сумерек. Проснулась с беспокойством в груди. С досадой вспоминая о прошедшей гонке, я побродила по лагерю, затем перекусила. Почувствовав усталость, я вновь уснула.
Утром меня разбудили и позвали на площадь. Одевшись, я отправилась на собрание. Заняв свое место в шеренге соревновавшихся, я подсчитала участников; осталось тридцать человек: пятнадцать женщин и пятнадцать мужчин.
Около сотни вождей в великолепных головных уборах восседали полукругом. На них были красные одежды. Мы молча стояли и ждали своей участи. Время тянулось неимоверно медленно, затем пятьдесят три женщины взошли на место, которое называлось Держатель Огня. Считалось, что это Место Чистоты, там стоял огромный сосуд с водой и огромный сосуд с огнем.
Я видела этих женщин прежде; они часто приходили наблюдать за нашим обучением стрельбе. Каждый раз, когда они приходили, на них были надеты маски Земли, Воздуха, Огня и Воды. Я привыкла к их виду.
Ожидание продолжалось, приходили люди и рассаживались на почетные места. Загудели рожки. На площадку вышли двадцать вождей, все они были облачены в Одеяния Кетцаль.
Один из вождей вышел вперед. «Состязание окончено, — произнес он. — Каждый из стоящих здесь лучников и лучниц подойдет и задаст один личный вопрос. Вопрос нужно прошептать Вождям Кетцаль так, чтобы только они могли услышать». Вождь сел.
Мы знали правило: подходить нужно по очереди. Я стояла посередине. Чем ближе подходила моя очередь, тем больше становилось мое волнение. Я любила Золотого Песка больше всего на свете. Я знала, что проиграла, но мое сердце не могло отпустить его.
Когда подошел мой черед, я подошла к вождям и прошептала: «Хоть я и проиграла, могу ли я что-нибудь сделать, чтобы выйти замуж за Золотого Песка? Я люблю его».
Конечно, мне никто не ответил, как не ответили и другим. Я вернулась в шеренгу соревновавшихся. Вожди Кетцаль и женщины удалились. Вождь лучников приказал нам сесть. Мы повиновались.
Нам принесли еду и сладкий напиток — какао. Вожди Кетцаль появились только к полудню, вслед за ними пришли и другие вожди. Затем пришли женщины, но они сняли свои маски. Среди них я узнала старушку, которой я помогла. Она не хромала.
Вождь женщин встала и стала называть наши имена. Я была последней. Перечислив наши имена, она села. Один из вождей Кетцаль поднялся и объявил: «Все вы получите дополнительный подарок. После того как будет произнесено ваше имя, подойдите и получите дар.
Назывались имена, учасгники состязания выходили вперед и получали в подарок красивую накидку. Каждому давали в подарок замечательный лук и колчан со стрелами. Женщина-воин Дождь лично наградила последнего лучника. Я оставалась последней.
Встал вождь Солнечных Ворот. Он сказал: «Каждый из вас показал доброту своего сердца. Вы помогли своим братьям и сесграм — честь вам и хвала. Все
вы победили в состязании. Но лучницу по имени Желтое Платье мы чтим особо. Она была добра не только к своим братьям и сестрам, она единственная помогла своей Бабушке. За эту помощь предки награждают ее, она станет женой Золотого Песка!» Все встали, чтобы приветствовать меня. Я не могла сдержать слез радости.
Золотой Песок теперь шаман. Мы прожили вместе всю жизнь. Он работает со своей силой на севере. Все эти годы Золотой Песок находился рядом со мной. Когда нас разлучает расстояние, я обращаюсь к нему в своих молитвах. Он верит в меня и заботится обо мне».
Когда Агнес замолчала, я открыла глаза. Мы долго разговаривали о скрученных волосах и священной силе их поучительных рассказов. Агнес утверждала, что некогда я занималась таким родом целительства, ходила по дорогам и передавала всем людям учение в форме легенд. Она сказала, что Ходячий Посох — одна из последних живущих на земле скрученных волос, но что она предпочитает рисовать свои рассказы на шкурах, а не передавать их усгно. Мало кто знаег о Ходячем Посохе, даже индейцы. Для непосвященных ее истинное предназначение оставалось сокрытым. Если некий антрополог или репортер появится в окрестностях, ему скажут, что она просто выращивает буйволов. И ничего больше.
Мы с Агнес решили немного прогуляться. Агнес приказала мне принесга два кувшина и запретила задавать какие-либо вопросы. Мы отправились на юг, дошли до родника. Земля вокруг- родника была влажной, заболоченной. Повсюду кипела жизнь.
— Набери воду в кувшины, — сказала Агнес.
День был в полном разгаре. Я несла кувшины перед собой, стараясь не расплескать воду. В хижине стоял полный чан с водой, поэтому я недоумевала, зачем нам понадобилось набирать еще и кувшины. Я умирала с голоду, но Агнес ire разрешила мне есть. Она сказала, что я могу пить чай, используя воду из чана. Кувшины с водой должны были все время находиться рядом со мной, я должна была заботиться о них с ответственностью воигга. Родниковая вода хороша тем, что она берет свое начало в источнике.
Дух Кристальной Женщины находится здесь, — сказала Агнес, доставая сверток. Она достала белое платье сшитое из шкуры оленя. Солнце сделало шкуру совсем белой.
Тебе следует носить только белое — сказала она. — Возьми. Ходячий Посох сама сшила его для тебя. Она знает, что тебе нужно.
Откуда ей известно?
Кристальная Женщина часто с ней разговаривает. Надень это платье.
Пока я переодевалась, Агнес достала перо и стала очищать землю, подметая ее.
Сними все украшения. На тебе должно быть только белое. Заверни украшения и спрячь.
Зачем, Агнес?
Потому что Кристальная Женщина ненавидит все блестящее. Она не придет, если что-то будет рассеивать ее силу. Помоги мне зажечь светильники.
Я зажгла два светильника. Мы вынесли все металлические предметы наружу. Агггес действовала методичгго, сворачивала шкуры и ковры, обггажая земляной пол. Палкой она нарисовала круг прямо под дымовым отверстием. Нарисованный круг Агнес посыпала огромным количеством желто-белого вещества.
Что это такое? — поинтересовалась я.
Это кукурузная пыльца, — ответила она.
Я хочу, чтобы ты вышла наружу, прихватив свои кувшины, и подождала, пока я не позову тебя. А в это время я приготовлю След Ящерицы.
А что такое След Ящерицы?
Все что нужно, я объясню, когда мы вызовем Кристальную Женщину. Каждому овощу свое время: Кристальная Женщина связана с очень далекой звездой, когда-нибудь я тебе ее покажу. А сейчас уходи. Не урони кувшины и не пролей воду. Это плохой знак. А пока ты ждешь, прислушайся к голосу сестрицы-ветра. Во время вызова Кристальной Женщины она часто начинает петь.
Агнес занялась своим делом, а я, прихватив кувшины, вышланаружу и устроилась неподал екуотвыхо да. Небо было звездное, над долиной висела огромная луна. Воздух был напоен ароматом цветов и травы. Ни один звук не проходил мимо моего внимания. Поднялся ветерок, казалось, что он и вправду напеваел-песенку, издавая нежные, женственные звуки, дыхание ветра осторожно ласкало кожу. Я расслабилась и позволила напеву вегра убаюкаїь себя. Затем раздался пронзительный звук, и все смолкло. Внезапность происшедшего обострила мою бдительность.
— Линн, След Ящерицы готов. Бери свои кувшины и делай все л'ак, как я буду тебе говорить.
Агнес придержала полог над входом, пропуская меня внутрь. Я вошла. Горела одна свеча. Меня охватило ощущение, что атмосфера жилища изменилась. Я замерла. По центру комнаты, на кучке кукурузной пыльцы, был установлен огромный кристалл. Прямо напротив меня все той же пыльцой была нарисована звезда. Из центра круга выходили две стрелки, указывающие на юг и на север. Нарисованы они были ложе при помощи кукурузной пыльцы.
Слушай внимательно, — сказала Агнес. — Обойди Круг в направлении на юг и поставь один кувшин с водой на нарисованный круг, затем отправляйся на запад, там ты будешь сидеть, но, прежде чем сесть, отправься на север. Поставь второй кувшин и вернись на запад. Сядь напротив меня я на востоке, ты на западе. Поняла?
Думаю, что да. Можно задавать вопросы?
Холмик по центру называется Центральной Горой. Круг из кукурузной пыльцы называется Следом Ящерицы. Центральный кристалл мужской по своей природе. Его можно назвать передатчиком или посредником. Нам следует поспешить, чтобы не упустить момент. Делай, что я тебе говорю.
Мы вошли в круг с востока. Я поставила кувшины с водой на юге и севере и села напротив Агнес. Она задула свечу, кукурузная пыльца засветилась в темноте. Я различала серо-голубое свечение, исходящее от Агнес. Сейчас я могу сказать, что по форме она напоминала луманную фигуру мужчины.
Агнес выложила три кристалла на землю. Они были размером с кулак. Пять кристаллов она положила слева и пять кристаллов справа от себя.
— Это кристаллы-помощники, — сказала Агнес. — Это друзья Кристальной Женщины.
Агнес достала шесть молитвенных палочек и воткнула их в землю по три с каждой стороны перед кристаллами. Каждая палочка была обвернута тесемкой и украшена перьями.
— Линн, с этого момента ты должна сидеть не шевелясь. Ночь — время самоуглубления. Теперь мы будем вызывать Кристальную Женщину. Это ее любимое время.
Мы сохраняли молчание, затем Агнес запела на языке племени кри. Никогда ранее я не слышала этой песни, смысл ее был мне неизвестен. Закончив петь, Агнес стала возносить молитвы. Голова ее была откинута, руки воздеты к небу. Я заметила, как одна звезда отразилась в кристалле, лежавшем между нами. Должно быть, ее свет проникал сквозь дымовое отверстие в потолке. Чем дольше я смотрела, тем ярче становилось сияние.
Агнес достала мешочек, висевший на груди, и развязала тесемки. Она погрузила палец в содержимое, затем помазала им центр лба, затем лизнула палец языком.
В это мгновение я заметила, что у нее на коленях лежит большой кристалл. Она поворачивала его из сгороны в сторону, пока в нем не отразилось холодное бело-голубое сияние звезды, сиявшей в центральном кристалле. Казалось, Агнес впала в транс. Молчание длилось очень долго. Склонив голову вперед, она все внимание сконцентрировала на кристалле Затем она повернула голову и посмотрела на меня. В животе у меня появилось очень неприятное ощущение — Агнес говорила, что там находится моя воля.
Линн, ты сбилась с пути, когда не перерезала связующие нити, идущие от тебя к книге. Ты до сих пор связана с ней духовной пуповиной. Эта нити следует оборвать. Тебя связало твое собственное порождение. Когда ты закончила писать, тебе следовало отделиться от написанного. Подобно тому как ребенок отделяется от родителей, так и тебе необходимо пройти через ритуал отделения. Тебе нужно подписать книгу собственной кровью и позволить ей жить своей жизнью. Этой церемонией ты завершишь процесс отпускания. Ты согласна?
Я согласна, но не знаю, как это сделать.
Ну конечно, не знаешь, — сказала она. — Я буду тебя направлять.
И вновь голова Агнес подалась вперед. Казалось, что она потеряла сознание. Как бы мне хотелось когда-нибудь путешествовать вместе с Агнес в состоянии транса сновидений. У меня затекли ноги, сидеть выпрямившись становилось все труднее но я знала, что лучше не двигаться.
Зрение стало подводить меня. Линии кукурузной пыльцы, светившиеся каким-то резким и сухим светом, стали размываться. Я подумала о своей книге о сказанном Агнес и закрыла глаза. Я знала, что она права. В животе все еще ощущалась боль, но я не шевелилась.
Агнес не дала мне никаких указаний. Оставленная наедине с самой собой, я начинала чувствовать себя неуютно. Я уже не чувствовала свое тело. Неподвижность навевала дремоту. Я уже собралась пошевелиться, когда Агнес стала возносить молитвы благодарности силе за ее появление. Церемония закончилась.
Агнес дала сложную инструкцию насчет того, как именно следует убрать комнату. Когда я закончила работу, она сказала:
— Давай посидим немного на свежем воздухе.
Мы вышли наружу. Мое ощущение реальности сместилось. Луна освещала окрестности. Мы сели, и я постаралась устроиться поудобнее.
Что происходило во время церемонии, Агнес? — спросила я. — Ты была так далеко.
Вещество, коло рое я втерла над глазом видения, красное оно происходит из растения-учителя. Я немедленно коснулась им языка. Мгновенно трава переходит из мира растений и отправляется вместе со мной в путешествие в мир сновидений. Этому учатся в течение многих лет. Не всем оно подходит, тебе, например, оно противопоказано.
Ты помнишь, что говорила мне?
Конечно, помню. Помнить — моя работа, потому что я шаманка.
Мне показалось, что ты находишься в трансе, — сказала я.
Так оно и было, но я осознавала все происходящее. Меня допустили в священное для наших предков место. Первое, что я сделала, — вызвала дух четырех ящериц, чтобы они помогли мне связаться с Кристальной Женщиной. Они не замедлили явиться на мой призыв. Затем я попросила помощи у растения-учителя. Кристалл, который я держала на коленях, женский по своей природе, именно через него я и смогла увидеть иное обличье формы. Кристаллы-помощники также давали мне силу и защиту. Когда все было сделано так, как положено, я увидела, что Кристальная Женщина спускается вниз. По форме она напоминает женщину, светящуюся всеми цветами радуги. Кристальная Женщина выпрыгнула из центрального кристалла, стоявшего на Центральной Горе и, как кружащийся огненный свет, встала на нари сованную кукурузной пыльцой звезду между мной и кристаллом на Центральной Горе, потому что Кристальная Женщина всегда стремится овладеть смотрящим. Ее красота превосходит все описания и представления. Она сверкает, подобно миллионам драгоценных камней. Голос ее подобен грому. Единственное что не позволило Кристальной Женщине забрать меня, — это закон, запрещающий ей выходить за пределы нарисованной звезды.
А что бы произошло, если бы она овладела тобой, Агнес?
Она разбила бы меня на тысячи сверкающих кристал -
лов. Я бы превратилась в осколки, захваченные мирами, для объяснения которых невозможно найти слов. Иначе говоря, я бы сошла с ума.
А что произошло, когда Кристальная Женщина предстала перед тобой? — поинтересовалась я.
У этой Женщины дух звезды. Помнишь, когда-то я
тебе говорила, что можно поглотать или поймать дух?
— Помню.
— Знаешь ли ты, сколь могуществен Дедушка-Солнце? Все дети Дедушки-Солнца, все планеты вращаются вокруг него. Звезда обладает сходной природой с Дедушкой-Солнцем. Она обладает таким же могущественным духом. Ничто не могло бы жить без него. Пользоваться кристаллами — все равно что посредством отражения проявлять мир духов. Существует четыре мира. Три из них материальны. Четвертый господствует над всеми остальными реальностями — он называется радужным миром.
Кристальная Женщина рассказала мне как именно ты сбилась с пути. Дух звезды снизошел в мужской кристалл, и Женщина вошла в звезду. Она сообщила мне только необходимое.
Когда она говорила, ты слышала слова?
Да, ее голос столь же прекрасен, как и ее облик.
А откуда Кристальная Женщина знает что-либо обо мне?
— Кристальная Женщина обладает многими аспектами и, как я ужеговорила, энергией звезды. Дух воды в сопровождении духа ящериц направился к кристаллу на Центральной Горе. Таким образом твои эманации связались с центральным кристаллом. Но именно сила растения-учителя связала все компоненты вместе. Кристальная Женщина познала тебя посредством твоих эманации. Кружась перед тобой, твои эманации содержали дух чего-то, что я понять не смогла. Теперь я знаю, что это написанная тобой книга, которую следует отсоединить. Мне следовало бы понять самой, но, видишь, для понимания мне понадобился разговор с Кристальной Женщиной.
— И что же мне теперь делать?
— Завтра мы проведем ритуал прощания. Во время церемонии ты себя не очень хорошо чувствовала. Это потому, что ты отдала некую часть своей силы. Иногда женщины поступают подобным образом, а потом не могут удерживать ситуацию. Ты чувствовала боль в животе потому, что твоя воля ослабла. Для видения ты не использовала свое тело-ум — эти глаза расположены как раз под желудком. Церемония восстановит твою связь с Ваканом, твоей жизненной силой. Сегодня я слишком устала. Встречи с Кристальной Женщиной забирают много энергии. Она знает все на свете. А теперь я отправляюсь спать.
Объяснения Агнес показались мне исчерпывающими. Однако я не знала, должна ли я понимать их буквально или использовать свое собственное представление. Одно я знала точно: знания Агнес огромны. Ее мир преисполнен загадок.
Утром мы отправились в обратный путь. Агнес казалась радостной, настроение у нее было хорошее. Она попросила меня остановиться в магазине в Кроули, чтобы купить цветные ленты.
Городок казался вымершим, когда мы въехали на центральную улицу. Л ишь несколько стариков стояли возле двери лавочки. Когда я выбирала ленты, худенькая седая индианка в розовом ситцевом платье прошла мимо меня. Старушка разговаривала сама с собой. Внезапно она пошатнулась, споткнулась и уронила на пол целую стопку цветной бумаги.
— Давайте я вам помогу. — Я быстро собрала листки и передала их старушке. Она что-то пробормотала себе под нос. Взгляд ее темных глаз метался из стороны в сторону. 11оведение старушки показалось мне очень странным. Ее движе-ш,я напоминали движения ребенка.
Она выхватила у меня листки и затрясла головой. Старушка развернулась и подошла к прилавку. Продавец поинтересовался:
— Ну, Фиби, что еще на сегодня?
фиби окинула меня подозрительным взглядом, потом вытащила мешочек и расплатилась. Она взглянула на меня еще раз, говоря что-то на кри, но я ничего не поняла из ее бормотания. Сіарушка вышла из лавочки. Продавец улыбнулся и пожал плечами.
Агнес — сказала я, когда мы уже ехали в машине. — Что это за женщина, которую мы встретили в магазине? Седовласая старушка. Кажется, ее зовут Фиби.
Я видела, когда она выходила из магазина.
В этой женщине есть что-то странное. Как ты думаешь, что она делает с цветной бумагой?
Кажется, знаю. Это часть ее придуманного мира. Она вырезает из нее куколок. Фиби уже за восемьдесят. Многие считают ее сумасшедшей, но я считаю ее непростой.
Старушка не казалась опасной, однако мрачноепредчув-ствие закралось мне в душу. Оставшуюся часть дороги мы ехали молча, и я выбросила Фиби из своих мыслей.
— А для чего нужны ленльї? — поинтересовалась я, когда мы подходили к хижине Агнес.
— Для церемонии отпускания. Красная лента — юг, белая — север, черная — запад, а желтая — это восток.
Агнес обошла домик, распахнула окна, подвесила пучки трав, собранные ею в дороге вскипятила воду для кофе. Она подала мне старую рубашку и сказала, чтобы я вырезала из нее квадратики в шесть дюймов.
— Где твоя книга? Положи ее на стол.
Я достала книгу и положила ее рядом с чашечкой кофе. Когда рубашка была разрезана, Агнес показала мне, как сделать мешочки, наполнив их смесью табака и трав. Каждый мешочек я перевязала цветной лентой. Мы взяли книгу и вышли из дома. Агнес расстелила под деревом свое покрывало шаманки, и мы сели друг против друга. Она вытащила трубку и сгала возносить молитвы в чечырех направлениях, взывая к Великому Духу, к силам Вселенной, к предкам с просьбой услышать меня в моей просьбе об отпускании. Я раскурила трубку. Затем Агнес отрезала по пряди волос с моей головы и со своей, сложила их в мешочек и перевязала красной лентой. Она рассмеялась:
Это на тот случай, если я тоже связана с твоей книгой, — пояснила она. — /Дай свою руку. Агнес крепко сжала ладонь и полоснула ее лезвием охотничьего ножа. Я поморщилась.
А теперь смажь обе обложки книги своей кровью. Попроси освободить ее от тебя, чтобы она могла расги и идти своим пугем. Теперь она отделена от тебя. Это хорошо.
Я положила книгу, а Агнес запела на кри. Эмоции переполнили меня, и я расплакалась. Меня переполняли чувства, сходные с тем, что испытывает мать по отношению к ребенку. Агнес приказала мне привязать к каждому мешочку по перу. Когда последние слова были произнесены и мы свернули покрывало, я должна была пойти на развилку дорог и подвесить сверток к ветке дерева, но так, чтобы кто-то наверняка мог увидеть и взять сверток. Было не важно, кто мог забрать сверток, это мог сделать и дух дерева.
Вскоре все было сделано.
Когда я вернулась, солнце уже светило вовсю. Чувствовала я себя гораздо лучше. Мы с Агнес решили прогуляться. Мы сели па берегу ручья и стали лакомиться вяленым мясом. Кругом простиралась зелень холмов, весело журчал ручей. Над головой пролетели дикие гуси.
Посмотри, — указала я в небо.
Вижу. Это хранители земных снов.
— Здесь все похоже на сон по сравнению с тем, что я привыкла видеть в Лос-Анджелесе.
Я была счастлива. Впервые за многие недели я чувствовала себя в полной безопасности. Я знала, что бы ни случилось, Агнес поможет мне. Я стала бездумно швырять камешки в ручей.
— Откуда ты знаешь, что тебе нужно кидать камешки в воду? Может быть, тебе следует вытаскивать камни?
Внезапно лицо Агнес стало похоже на птичье глаза ее сверкали. Я чувствовала, что ей доставляет удовольствие насмехаться надо мной.
— Кажется, ты подарила воде два камня. Только что вода сообщила мне, что ты можешь взять у нее два камня для себя. Вода также позволила мне немного рассказать тебе о магии камня.
— Что я должна сделать? — переспросила я, пытаясь вникнуть в суть ее шутливых речей.
— Закрой глаза, Линн. Затем опусти руку в воду и достань камень, постарайся почувствовать его, понять, принадлежит ли он тебе. Если этот камень твой, подержи его в ладони вот так.
Агнес положила небольшой серый камешек себе на ладонь. — А теперь давай посмотрим, получится ли у тебя что-нибудь.
Я закрыла глаза и запустила правую руку в ручей. Вода была ледяная, рука мгновенно онемела. Я перебирала камешки, отбрасывая их в сторону. Потом я нащупала небольшой гладкий камень. Не открывая глаз, я вытащила его из воды и подержала на ладони.
Агнес можно открыть глаза?
Конечно, открой. Попробуй отыскать второй камень с открытыми глазами.
Я продолжила поиски. Мне приглянулся черный камешек, сверкавший под прозрачным слоем воды.
Вот этот, — сказала я.
А теперь сядь вот здесь, я расскажу тебе кое-что о твоих камнях. Возьми камень, который ты только что выбрала, в левую руку. У каждого камня семь лиц. Первое лицо — звук.
Агнес ты же не станешь утверждать, что камни издают звуки?
Именно это я и хочу тебе сказать, я хочу поведать о твоей огромной неосознанности, о том, что ты неправильно воспринимаешь и понимаешь окружающее тебя. Камни действительно издают звуки. Все созданное Великим Духом постоянно взывает, чтобы быть услышанным. Проблема в том, что немногие способны слышать. Отлично помню, как я впервые услышала плач камня.
Это произошло почти в такой же вот день. Я была такой же девчонкой, как и ты, — переполненной ложной гордостью. Я не хотела быть такой, какой казалась себе. Я казалась себе такой маленькой и ничего не стоящей. Я была молода и упряма. Тогда я не была старухой, какая сидит сейчас перед тобой.
Я не сгану рассказывать о том, что происходило в моем сердце в те дни. Мой дух томился. Тогда я еще не подружилась с мудростью. Однажды я отправилась в огромный каньон. Я села на склоне, даже не догадываясь, что это он позвал меня. Я смотрела на пенящийся ручей, протекавший в ущелье. Был полдень, и я курила одну сигарету за другой, изучая бесконечное нагромождение камней вокруг себя. Мне казалось, что бегущая по ущелью вода шумит только для меня.
В тот день внутренняя боль была столь сильной, что мне казалось, будто часть меня кричит от этой нестерпимой боли, а вода подхватывает мой крик о помощи- Позволив этому ощущению войти, я поняла, члх) камни тоже чувствуют мою боль и плачут вместе со мной. Не думай, что этот звук я слышала только ушами, — я слышала и ощущала его всем своим существом. Я побежала к матери. Она стирала белье.
«Мама, — крикнула я, — я слышала, как плачут камни. Может ли это быть правдой?»
«Дочь моя, — мать взглянула на меня. — Ты идешь по пути, которым следуют немногие — пути шамана. Я ничего об этом не знаю, но слышала, что камни могут быть дорогой к познанию. Не бойся, дитя. Это хороший знак».
Вот л-ак для меня все и началось. Камень, который ты держишь в руке, разговаривает со мной, рассказывая интересные вещи.
Агнес, а ты знаешь, что в городах «домашние камни» продают в специальных магазинах?
У меня и так слишком много камней. — Агнес казалась незаинтересованной. — Для новых у меня просто нет места.
Я рассмеялась. Ирония словосочетания «домашние камни» не дошла до Агнес.
Агнес а ты воспринимаешь свои камни как «домашние»?
Ну конечно. Только вот иногда мне кажется, что это они воспринимают меня как свою «домашнюю» индианку. Домашний — означает дружественный. У меня было много диких камней. Некоторые камни мне не удалось подчинить себе, некоторые я не осмеливалась обидеть. Были и такие, держать которые означало слишком большую ответственность.
— Значит, все камни издают звуки?
— Не совсем так. Некоторые из них сохраняют молчание. Их нужно ухметь разговорить.
— А ты расскажешь мне о других лицах камней?
— Их семь. Второе лицо — это зрение. Я недоуменно уставилась на Агнес.
— Я говорю, что камни видят тебя. Это подвластно любому камню. Зрение камней объяснить гораздо труднее, чем их способность разговаривать. Я просто скажу, что камни находятся в уме Великого Духа. Великий Дух смотрит изнутри тебя и меня, точно так же он смотрит из камня. Но есть некоторое отличие. Многие камни могут видеть на огромном расстоянии — например, кристаллы. Если ты видишь в кристалле события, происходящие очень далеко или в далеком будущем, это не ты видишь их. Эти события видел кристалл, а ты лишь увидела то, что он показал тебе. Более точно сказать, что события увидели глаза кристалла. Зрение у камней во много раз превосходит твое или мое. Камням пришлось развивать в себе эту силу. Очень многому можно научиться у камней. Многие камни пришли из других миров. Например, метеориты. Вместе с ними можно увидеть звездных детей. Многие из метеорнії)в потерялись и стремятся возвратиться домой. Если их успокоить, они могут показать тебе прекрасные миры, куда мало кто осмеливается отправляться.
Если обладать таким зрением, которым обладают камни, можно исследовать всю Вселенную, ее прошлое и будущее. Можно отправиться в древность. Если я скажу, что камням известна вся мудрость Земли, тебеэто покажется абсурдным. И все же это так. Камни просто ждут того, с кем могут поделиться своим знанием. Есть такие камни, которые могут открыть перед твоим взором неописуемые богатства знаний.
— А ты можешь видеть глазами камней, Агнес?
— Могу. Это доступно всем, вот только трудно описать, как это происходит. Сначала видишь холодную дымку или туман. Затем взгляд улавливает вспышку. Необходимо ухватить эту вспышку и остановить ее, тогда ты сможешь увидеть то, что видит камень. Некоторые камни крайне лживы, они обманывают смотрящего. Это понятно по тому, какие цвета они показывают. Если цвета слишком красивы и безупречны, значит, это часть ихсна. Но если ты видишь обычные краски, знай, они пытаются показать нечто, о чем тебе необходимо знать. Иногда камни показывают очень болезненные картинки, то, о чем человек предпочитает не знать. Иногда они просто предсказывают будущее.
Я покрутила камешек. Появилось ощущение, что это хрустальный шар, а не камень. Меня переполняли вопросы, я не знала, с чего начать.
— Я хочу научиться видеть глазами камней, Агнес.
— Для камней не существует проблемы, проблема заключается в тебе. Камни очень медлительны. Они пребывают здесь с начала времен, развивая силы, о которых мы с тобой говорим. Если говорить откровенно, то внутри всех камней сокрыто единое око. Законы, управляющие им, не устанавливают границ и пределов. Око камня может проникать повсюду. Они могут сгать вратами в священный лабиринт, который целители называют миром кристаллов, куда они отправляются в поисках ответов на возникающие вопросы. Ты можешь научиться входить в эти врата. Камни могут показать тебе, кем ты должна стать. Они могут показать тебе утраченное и забытое. Они могут показать тебе того, кто украл какую-то вещь и что он с ней сделал. Око камня покажет тебе все это.
— А какие еще лица есть у камня?
— Третий лик — это обоняние. Немногие люди обладают острым обонянием, а вот камни могут уловить аромат, который существовал сотни лет назад. Камни улавливают самые тонкие ароматы.
— Ты, наверное, хочешь сказать, что у камня есть нос? Агнес рассмеялась.
Ну, не совсем так. Камень — это и есть нос. Выслеживание связано с запахами. Проводники древности, потеряв дорогу, знали, кого спросить. Они обращались к камням, и те указывали им нужное направление. Так происходило благодаря способности камней воспринимать запахи. Камень, который ты держишь в руке, впитывает твой аромат, который сохранит на тысячелетия. Этот камень узнает тебя, что бы ты ни придумывала, как бы ты ни пыталась скрыть себя. Если мне кто-то нужен, я обращаюсь к камню, который знает этого человека. Камень «вынюхивает» его место пребывания, таким образом, я всегда знаю, где именно мне нужно искать. Нам и мечтать не стоит о такой способности обоняния, как у камней. Однако следует знать о том, какими способностями они обладают.
А каково их четвертое лицо, Агнес?
Вкус.
Ты хочешь сказать, что камни большие гурманы?
Да. Но я вижу, что я слишком быстро продвигаюсь вперед. У тебя есть ограничения в восприятии, стереть которые можно только со временем. Итак, камни могут есгь. Это их облик.
Пятое лицо — это тактильные ощущения. Камень обладает способностью ощущать.
Шестое лицо — эмоции. Камни очень эмоциональны, они могут затрагивать или создавать эмоции в других.
Седьмой лик — осознанность. Я уже говорила, что Великий Дух пребывает в камнях. Камни, подобно человеку, об-, ладают различными уровнями самоосознания. Камни подобны всему живому, просто они обладают качеством плотности. Хочешь, я покажу тебе еще одно магическое колесо? Как тебе уже известно, они бывают разные.
Агнес расчистила клочок земли и палочкой нарисовала на нем большое колесо. Она нарисовала двенадцать спиц, объясняя, что именно представляет каждая из них. Они являли внутренние области учения, такие, как любовь, разделение, целительство. Каждая спица обладала собственным цветом.
— Дай мне свои камни, Линн. Я передала камни.
— А теперь смотри, — сказала она. — Помнишь, я сказала тебе, что бугорок под большим пальцем ладони — это Юг? Камень войдет в это колесо так же, как он лежал у тебя на ладони. Когда ты передаешь кому-нибудь камень или другой предмет, за этим всегда стоит смысл. Когда ты поднимаешь камень и держишь его, это преисполнено великого смысла. Однажды ты сможешь понять все это, не прибегая к помощи колеса, но сейчас мы воспользуемся его помощью.
Агнес положила камень в центр нарисованного круга и сказала:
— Оба твои камня черные. Черный цвет означает обучение и поиск света. Теперь понятно, почему тебе следует начинать работать с Запада: начинать с формы сновидений и погружения в себя. Углы показывают, что твоей целью является целительство и творчество. Тебе очень полезно постоянно держать рядом с собой что-нибудь пурпурное или фиолетовое. Когда-нибудь ты начнешь работать с кристаллами. Посмотри, интересно, что оба твоих камня имеют по пять углов.
Агнес показала мне что оба камня могут лежать на пяти гранях.
— Видишь, — сказала она. — Это опять-таки говорит о творчестве. Пять — это число человека и число руки. У тебя пять пальцев. Это говорит мне что сила придет через твою способность видеть изнутри и способность к сновидению.
Когда-нибудь я научу тебя, как пользоваться камнями для личной силы. Прежде чем начать работать с кристаллами, необходимо научиться работать с камнями. Личный камень содержит в себе память всей Вселенной, его следует носить в мешочке. Мешочек — в некотором роде угроба. Подобно тому, как Вселенная содержится в пустоте так и ты должна хранить свой личный камень в мешочке.
Агнес стала разворачивать сверток.
— А что мы будем делать сейчас? — поинтересовалась я. В свертке было множество кусочков материи и шкурок
животных. Агнес выбрала шкурку оленихи. Она выложила разнообразные инструменты, ножи, ножницы.
— Дай-ка я тебе покажу, как это следует делать.
Она сказала, что из шкурки нужно вырезать круг и шнурок. Я взяла ножницы и через пару минут дело было сделано.
— А теперь проделай двенадцать отверстий, чтобы завершить свое магическое колесо. Помни, что круг означает баланс духа.
При помощи шила я проткнула двенадцать дырочек по краю шкурки.
— А теперь продень в отверстия шнурок. Хорошо. Это твои первые личные камни. Каждый отравится в свой собственный священный мешочек мудрости.
Я повторила весь процесе приготовив еще один мешочек. На этот раз я сделала все гораздо проворнее. Агнес одобрительно кивала, а когда я закончила, она вдруг строго посмотрела на меня.
— Я сделала что-нибудь не так? — спросила я.
Агнес осмотрела мешочек и вернула его мне. Взглянула на меня. Казалось, она не может подыскать правильные слова.
— Тебе многому предстоит научиться. Я только что подумала, что это твои первые личные камни. Носи их постоянно в свертке вместе с пером твоего высшего существа и жизненными принципами. Положи туда зерно и жди урожай. Истина может открыться, когда ты готовишь обед. Ты можешь отыскать ее в земле. Положи туда растения-помощники — целительные травы, дающие силу. Очень хороша полынь.
Агнес вытащила две веточки полыни и вручила мне.
Положи их в свой сверток. Она отыскала два орлиных пера.
Это тебе тоже пригодится.
Я приняла перья и положила их в сумочку вместе с камнями и полынью.
— Известно тебе об этом или нет, но я расскажу тебе о рождении. Рождение произошло в момент, когда из земли появились камни. Другие священные огни существовали на Земле до нас. Камни — это хранители холмов. В них записаны тайны веков сначала времен. Камни повсеместно используют в качестве инструментов, оружия, для ритуалов, ими ограждают кострище, их применяют в целительстве и магии. Некогда Мать-Земля тоже была камнем. Теперь же пред нами только кусочки.
Ты хочешь сказать, что некогда мы тоже были камнями?
Да. Я расскажу тебе о церемонии. Когда к людям является новый ребенок, я отыскиваю маленький белый камешек с естественным отверстием. Камни с отверстием обладают очень красивым магическим духом. Они могущественны, даже самые маленькие. Когда такой камешек найден, мы делаем мешо чек и кладем туда ш ерсть дикобраза или л о ся. Туда же вкладывается и камень. Затем этот мешочек привязывается к запястью младенца. Таков дар Матери-Земли. Этот камешек вмещает в себе мудрость веков. Это первый личный камешек ребенка. А теперь давай готовить ужин. Скоро придег Руби.
Меня охватило мрачное предчувствие при мысли о встрече с Руби. Воспоминание о Рыжем Псе — причина для изучения новых миров и новых способов восприятия и видения — потоком ворвалось в меня. Мы поспешно вернулись в хижину.
Спустя час я, Агнес и Руби молча сидели за столом. Это было неподходящим временем, чтобы задавать Руби вопросы. Она все время поворачивала голову к двери, словно ожидая кого-то, и курила одну сигарету за другой. Выкурив сигарету, она бросала окурок на пол — славненькая работка предстояла мне. Если она хотела позлить меня, так ей это удалось на все сто.
Агнес убрала со стола тарелки. Закатив рукава рубашки, Агнес принялась мыть посуду. Обычно мытье посуды входило в мои обязанности, и я недоумевала, почему Агнес делает это.
Руби протянула руку и похлопала меня по колену.
Линн, твои действия были преисполнены мужества, ты все сделала правильно, — сказала она. — Но ты рисковала.
В чем же заключался риск? — пробормотала я.
Рискованно было выставлять такую идиотку, как ты, в качестве противника Рыжего Пса.
Подошла Агнес и поставила на стол три бумажных стаканчика для чая.
Агнес — сказала Руби, — нужно что-то делать. Линн находится в опасности. Рыжий Пес может напасть на нее в любую секунд)'. Линн не умеет охранять свое пространство. Время сновидений подошло к концу. Пора действовать. Я рада, что ты здесь, но боюсь, что не смогу помочь тебе.
Что ты имеешь в виду, говоря, что не сможешь помочь мне? Ты должна мне помочь!
Я передала Руби два блока сигарет. Она рассмеялась и отпихнула их.
— Я не курю этот сорт. Я не привыкла к твоим сигаретам.
Я обеспокоено оглянулась на Агнес пытаясь понять, что именно мне следует делать. Я попыталась что-то сказать, но Руби жестом приказала мне замолчать. Она взяла стакан с чаем и отвернулась на мгновение. Интересно, что она делает? Когда она передала мне стаканчик, горячий чай брызнул во всех направлениях. Я вскрикнула и соскочила со стула, выбрасывая стакан в раковину. Агнес и Руби смеялись, хлопая себя по ногам. Я тупо таращилась на них, не в силах ничего понять. Наконец Руби сказала:
— Ты похожа на этот стакан, Линн. В тебе полно дыр.
И вновь я взглянула на Агнес, пытаясь заручиться ее поддержкой. Ее черные глаза яростно сверкали.
Руби права, — она показала на район солнечного сплетения. — Здесь и здесь, повсюду.
Вы меня обманываете. Обе. Вы вновь пытаетесь испугать меня. Я вам не верю.
Можешь думать что угодно, но ты похожа на решето, — сказала Руби. — Твоя сила выливается из тебя. С каждой минутой ты слабеешь. У тебя совсем нет защиты. Ты открыта со всех сторон. А своим отношением ты сама напрашиваешься на нападение. Что угодно может поразить тебя прямо в этот мохмент.
Ты, как свеча, влечешь к себе, — добавила Агнес. — Тебе следует соблюдать особую осторожность, потому что ты находишься в опасном месте.
— Я думала, что мои поступки защитили меня. Агнес и Руби переглянулись, затем посмотрели на меня
каким-то особенным взглядом. Я не знаю, в чем именно заключался психологический процесс но знала, что они говорят правду. Я стала осознавать роящуюся энергию дыр внутри себя. Странное ощущение, преследовавшее меня, стало приобретать смысл.
Духмаю, что поняла. И что мне нужно делать, чтобы защититься?
Линн, ты моя ученица, по закону я должна помогать тебе. Ты должна научиться стать женщиной силы, под этим я подразухмеваю, что ты должна научиться защищать себя от Рыжего Пса. Ты должна принять решение научиться помогать себе. Ты должна уметь создавать хмагические щиты защиты.
О каких щитах ты говоришь?
Существует столько щитов, сколько опасностей, против которых необходима защита. Сейчас тебе следует наудиться закрывать дыры в своем духовном теле.
Почему опасность возникла столь внезапно?
Ты всегда была такой, но сейчас ты привлекательна, потому что выросли твои знания.
И сколько щитов мне нужно создать?
Для полноценной защиты, — сказала Руби, — тебе нужно создать пять щитов. Таково количество для человека-воина.
— Чему мне следует научиться? Руби сделала глоток чая.
— Всему. Тебе предстоит учиться всему. Если ты сможешь сотворить щиты и постичь их смысл, ты познаешь священный закон пояса и отыщешь своих сестер.
— Что это за священный закон пояса и кто мои сестры?
Это ты узнаешь потом, — ответила Руби. — Многие люди имеют защиту от рождения. Им не известны вера и доверие. Ты веришь, и тебе следует познать защиту.
А сейчас Линн, — вмешалась в разговор Агнес — тебе предстоит научиться концентрировать свою защитную энергию. Это составная часть создания щитов.
Руби возмущенно затрясла головой. Она вцепилась в край стола. Обе женщины склонились ко мне. Я сделала глубокий вдох. Это было нечто вроде проверки, экзамена.
— Что вы делаете? — спросила я.
Руби, держа руку на расстоянии шести дюймов, провела его вдоль моего тела и покачала головой.
— Очень .много дыр.
Снаружи донесся шум деревьев, ветер зашумел в верхушках. Дыры в моем теле — все это казалось неимовернььм. Руби закашлялась.
— В прежние времена, — сказала Агнес, — женщины делали всевозможные щиты. Затем все смешалось, человек превратился в ремесленника. Для того чтобы правильно создать щит, необходимо уничтожить конфликтующие внутри тебя части. Щиты — это защи'шая магия. Это зеркало. Щиты существуют практически для всего на свете. Есть столь мощные щиты, что они приносят победу на поле брани. Есгь щиты, дающиечеловекумужество. Есгь щиты, защищающие от нападения черных магов. Есть и такие, которые помогают найти союзников во времена нужды. Но помни, что союзник не сможет биться вместо тебя — он может быть только рядом с тобой. Есть щиты правды, если ты обладаешь такой силой, никто не сможет солгать тебе. Щиты используются не только для защиты. Они исполняют роль записи, свидетельствующей о том, кем является человек во всех своих аспекпах — ментальном, эмоциональном, физическом и духовном. Они свидетельствуют о самой сокровенной сути человека. Они могут рассказать о человеке все.
Руби закурила сигарету и отодвинула сгул. Она выглядела так, словно ждала от меня ответа. Выпустив струйку дыма впотолок, она стала вращать сигарету, разминая ее пальцами.
— Линн, — начала она, — мне не совсем привычны слова английского языка, но хочу рассказать тебе одну историю. Мои люди рассказывают, что воин по имени Горное Озеро захотел иметь щит. Горное Озеро отправился к женщинам, делающим щиты, и попросил их о помощи. «Я одарю вас подарками, я отправлюсь на поиски видения. Я отдам вам все, что хотите, но мне необходим щит, который содержал бы в себе всю силу, какая только есть». «Но это невозможно, — ответили женщины. — Таким щитом ты уже обладаешь, просто он еще не пробужден. Мы считаем неуместным искать эти силы прежде времени». Но воин настаивал. Он сказал, что хочет стать самым сильным воином. «Окажите мне честь, сделайте для меня щит, состоящий из всех сил», — просил Горное Озеро. Женщины провели церемонию, всю ночь они решали, что же им делать. На следующий день воин вновь пришел к ним. «Мы пришли к соглашению, — сказали женщины. — Мы сделаем такой щит для тебя. Твои поступки и подвиги известны по всей округе, наградим тебя так, как ты этого хочешь». Горное Озеро удалился, ему пришло видение, и он рассказал женщинам, что именно он видел. Потом он ждал, когда же щит будет готов.
По деревне пошли слухи, что женщины готовят для воина щит, содержащий все возможные силы и силу завершения. Когда щит был готов, женщины позвали воина. С ним пришли три друга. «Мы сделали то, о чем ты просил нас», — сказали женщины, а затем вынесли щит.
Воин с гордостью взглянул на щит. Символы, которые он видел в своем видении были исполнены с превеликим искусством. Но как только он взял щит в руки, его внезапно объяло пламя. Через мгновение от воигга остался только пепел. С тех времен щит, содержащий всю личную силу, называется священным щитом, или щитом портала. Теперь щиты готовят для специальных целей. Изготовление щитов является серьезным искусством, священнодействием.
Меня тоже ждет воспламенение?
Линн, я покажу, что тебя ждет, — сказала Агнес. Она подошла к кровати, поискала что-то внизу и вытащила круглый сверток, развязав тесемки.
Это древний щит магов, — пояснила она.
Щит был удивительно красив. В этой убогой хижине он смотрелся не на своем месте. Круглая форма щита закрыла всю кровать. Казалось, что щит, составленный из кусочков кожи, напитан естественной силой. Вид его настолько зачаровал меня, что на мгновение я позабыла обо всем на свете.
— Это самая красивая вещь из виденных мною.
Мне он тоже нравится, — заметила Руби, придвигаясь поближе.
Руки прочь, Руби, — сказала Агнес. — Я знаю, что тебе бы хотелось оставить на нем свои коготки.
Руби яростно отпрянула.
Посмотри, — обратилась ко мне Агнес. Она достала пожелтевший кружевной платок. Он казался столь ветхим, что мог рассыпаться в прах. — Этот щит принадлежал моей бабушке, — объяснила Агнес. — А этот платок продала ей жена генерал-губернатора в 1893 году.
Отличная штучка, — пробормотала Руби, осторожно касаясь кружев платка. — Сильная.
— Агнес, спасибо, что показала мне, — сказалая. — Руби, а ты можешь делать такие щиты?
— Ну, не совсем такие. Такой щит необходим магу-целителю. Тебе нужен не такой. Ты ученица, ты еще в самом начале. Я не уверена, что ты вообще что-то знаешь. Это женский щит. Некоторые щиты наполовину женские, наполовину мужские — сбалансированные. Некоторые только мужские. Все щиты делаются индивидуально. Великий щит, магический крут, предназначен для всех.
Для тебя идеальным щитом является сбалансированный щит, щит, приносящий знания и отражающий то, что тебе необходимопознатьисчемпредстоитработать.Твойпервый щит должен иметь сильную связь с магией воды, это будет щит духа. Тебе известна магия черепах?
Нет. А что это такое?
Черепаха представляет Матушку-Землю, — ответила Агнес. — Но она носит на спине огромный щит и является хранителем знания духовных кланов, разбросанных по всей земле; некоторые духовные кланы видимые некоторые остаются невидимыми. Каждый человек принадлежит к одному из таких кланов.
И здесь кроется проблема. Тебе необходимо узнать свой духовный клан, а это далеко не просто. Для этого нужен поступок силы. Когда человек совершаетпоступок силы, один из кланов подвергает его испытанию. Хорошо, если это будет его клан. Шансы пройти испытание чрезвычайно малы. Проходя испытание человек должен оставаться неподвижным. Необходимо расправить плечи и достойно встретить испытание. Нужно позволить представителям духовного клана провести испытание и, что бы ни случилось, не бежать в страхе и ужасе.
А что происходит, когда человек встречает свой духовный клан? — поинтересовалась я.
Тогда он становится одним из видимых. Тогда к человеку приходит настоящая сила. Все и вся будут подчиняться ему. Такой человек достигает всего, чего ни пожелает.
А откуда берут начало духовные кланы?
Все началось в глубокой древности. Сейчас не единственное время за всю историю человечества, когда Земля находилась на грани гибели. Человечество постоянно стремится к катаклизму. В древности была сила, подобная солнцу. По сравнению с ней атомная бомба выглядит петардой для фейерверка. На Маїушке-Земле велась война, равной которой не было ни до, ни после. Люди, выжившие после того катаклизма, решили, что не допустят повторения такой чудовищной бойни. Тогда были сформированы духовные кланы, которым и была вручена вся мудрость. Половина кланов видима, половина невидима.
— И ты говоришь, что я принадлежу одному из них?
— Абсолютно верно. Каждый житель Матери-Земли принадлежит духовному клану. Проблема заключается втом, чтобы отыскать свой. Они не знают тебя, ты не знаешь их. Это напоминает хождение в темноте.
Щит поможет тебе в поиске, — продолжила Агнес. — Когда человек делает щит, он объединяется внутри с самим собой. С каждым щитом происходит овладение определенным качеством, пребывающим в человеке в состоянии отделения от обычных представлений его существа. Это качество следует сплавить со светом. Каждый из нас похож на осколок пыльного зеркала, отражающий один и тот же свет.
Твои щиты подобны картинам. Когда приходит истинное видение, нет никакого сомнения. Щит должен быть сделан в соответствии с твоим видением. Мы называем это парящим в сновидении яйцом. Парящее яйцо следует положить в гнездо, которым и является твой щит.
Для того чтобы правильно создать щит, необходимо огромное умение.
Я расскажу историю о Нарисованном Лице. «Я потеряла свое лицо», — пожаловалась она бабушке. «Ты ничего не потеряла, — ответила та, — ты просто утратила свой рисунок». — «И что же мне теперь делать, бабушка?» — «Ты должна научиться видеть себя в осколках задымленного зеркала, которое есть иллюзия». Тогда Нарисованное Лицо посредством жизненного опыта и видений принялась складывать осколки огромного зеркала вместе, словно это была головоломка. Когда она закончила, то узнала, кем является на самом деле: она была Нарисованным Лицом.
Моя отвегственность, как твоей наставницы в искусстве магов, заключается в том, чтобы снабдить тебя способностью
— способностью сложить разбитые кусочки огромного задымленного зеркала вместе. Со временем ты поймешь, что зеркало в действительности является четырьмя зеркалами, — ЧетыреЗеркала был великим учителем, подобным вашему Иисусу. Говорят, что даже его имя раскрывало любую ложь и обман. По мере развития твоей воли ты начнешь понимать внутренние и внешние аспекты замыслов, ты начнешь доставать из рамки твоего видения и помещагъ в центр себя перекресток волчьих троп. Однажды ты сможешь, собрав все свое внимание в фокус, сбросить личные щиты и воспользоваться великой магией, представленной в каждом из них. Ты увидишь, каким образом эти чудесные силы взаимосвязаны и каким образом они принадлежат тебе.
Линн, ты мечешься из одной стороны в другую, подобно воздушному шарику, получая удары от силы, которая хочет установить над тобой контроль. В твоем мире это могут быть политические, социальные и другие силы; но все это лишь формы магии. Вот почему для тебя так важно определить четыре направления. Тебе необходимо обрести способность работать во всех направлениях, хотя твое место на Великом Колесе находится на Севере.
Мне показалось, ты сказала, что я должна создать «пять» щитов.
У шамана пять лиц. Первое — это лицо советчика. Второе — лицо питания или диеты. Третье — лицо истории. Четвертое — лицо мудрости, а пятое — лицо учителя. Четыре лица внутренние, ты являешься пятымщитом. Север для тебя
— то место, где ты получаешь опыт мудрости. Для тебя это будет самым легким щитом, потому что ты ужеприблизилась вплотную к этой силе. Твоим тотемом является бизон, буйвол. Север для тебя — центрирующий стержень.
Не всем воинам-мужчинам и воинам-женщинам предстоит работать с пятью щитами. Для некоторых нет ни щитов, ни открытий. Инициация недоступна для них. Для них нет танца, нет песен.
Руби замолчала. Она доставала пачки сигарети медленно раскладывала их по столу. Я пыталась понять, имеют ли ее действия какой-то смысл.
— Давай посмотрим на семью. Семья — это очень сильная магия. Иногда все может сместиться. Мужчина может сказать: «Моя жена — это звезда, а я летчик. Я был рожден для нее».
Женщина может разрушить мужчину посредством своего тела, языка, мыслей. Но, уничтожая его, она уничтожает себя. Женщина подчиняется интеллекту мужчины. Она говорит: «Моя личность связана сним, моим мужем». Но ее сон должен обладать собственной личностью. Привязанность преподает нам множество уроков. Но кто дает нам право привязывать и привязываться?
Однажды будут отброшены все магические щиты. Магические щиты создают энергетическую решетку над Матерью-Землей, они оказывают помощь во время очищения.
Каждая личность обладает собственной магией. Уважай каждого и отдавай дань уважения внутреннему магическому щиту всякого человека.
В нашем мире мы формируем руку, или силу, — пять женщин или пять мужчин-магов. С силой приходят числа, жизнь, общность, равенство, вечность, учитель. Все вместе составляет совершенство или безупречность. На женских советах мы меняемся ролями так, чтобы каждая приобрела опыт всех, смогла стать цельной. Рост заключается в изменениях.
Ты еще находишься на пути ученичества. Однажды ты постигнешь суть братства щитов. Сейчас невозможно пояснить тебе что-либо. Просто пойми, что в твоем странствии по земле каждый щит является частью единого Великого Щита. Тебе предстоит стать мастером щитов; когда это произойдет, ты постигнешь достоинство воина.
Руби окружало облако дыма. Она говорила и беспрестанно курила. Агнес молча смотрела — казалось, она все время порывается что-то сказать, — но не вмешивалась Руби обращалась ко мне, тщательно подбирая слова, чтобы я смогла понять ее очень плохой английский. Никогда прежде она не говорила так долго и столь основательно. Удивительно, как хорошо она меня знала: во многом даже лучше, чем я сама. Я потянулась вперед и столкнула сигареты, от которых она отказалась ранее, прямо ей на колени. Руби взяла блок и прижала его к сердцу, а затем положила на стол.
Ну что ж, я их заработала, — сказала она и улыбнулась. — Линн, я помогу в твоем путешествии в равновесие щитов. Я буду помогать тебе в основном через Агнес потому что ты ее ученица. Ее дух отличается от моего. Тебе нужен более осторожный и деликатный наставник, не такой, как я. Обычно я выполняю другую роль. Я подпитываю твои страхи.
Что ты хочешь этим сказать? — Мне не понравились ее слова.
Фигура Руби была едва различима в сгущающихся сумерках. Я была настороже. Ее глаза внезапно сверкнули, напоминая голубые глаза сибирасой лайки. Я почувствовала себя неуютно — от ее взгляда вокруг пупка возникло ощущение тепла.
— Во мне ты видишь все свои сомнения, — сказала Руби. — Ты видишь свой гнев. Ты видишь все, что тебе не нравится, даже свою собственную слепоту. Тебе не очень нравится находиться рядом со мной, потому что ты меня боишься. Наступит день, когда ты сможешь принять себя во всей тотальности, тогда я перестану так волновать тебя. Я перестану представлять собой угрозу. Ты станешь спокойно относиться и к Агнес. Но сейчас это для тебя недоступно, ты ничего не осознаешь. Давай посмотрим на это с другой стороны — посвященный клоун, проверяющий все твои верования. Когда ты позволишь своим страхам рассеяться, позволишь им существовать по их собственному выбору, ты вспомнишь, что древний путь женской силы — это путь утробы. Путь силы — восприимчивость. Ты сможешь приподнять щиты и положиться на саму себя. Когда ты станешь равнодушной ко мне, твои страхи рассеются. Для тебя настанет великий час. Тогда в тебе образуется место для других. А сейчас мы с Агнес поговорим о твоем пути защиты, ты же пойди и наруби немного дров для костра.
Глаза Руби вновь сверктгули привычным сумасшедшим огоньком. В нашу первую встречу Руби держала в руках огромный нож; тогда мне показалось, что она хочет разрезать меня на кусочки. С самой первой встречи я никогда не знала, как себя нужно вести в ее обществе.
Я вышла из хижины и споткнулась о бревно. Агнес и Руби рассмеялись, Агнес встала и закрыла дверь. Было совсем темно. Надо мной раскинулось покрывало из звезд, подсвечивающее небо. Над верхушками сосен висела золотая луна. Ветер стих. У меня состоялась большая беседа с моими учителями, и я чувствовала себя оживленной. Руби права. Она отражает все мои страхи, мне не нравится смотреть на них.
Я включила фонарь и принялась колоть небольшие бревнышки. Прямо надо мной в ветвях дерева ухнула сова. Я прекратила работу и прислонила топор к поленнице. Сова ухнула еще раз. Я осторожно отошла от дерева и стала вглядываться в ветви дерева. Сова взирала на меня стеклянными глазами — глазами, похожими на глаза Руби.
Я подумала о том, что многие коренные американцы боятся и не доверяют совам. Агнес как-то сказала, что сова предвещает перемену, а я всегда приветствовала перемены. Мне было приятно доверялъ сове и считать ее своим союзником. Засунув руку в карман брюк и достав щепоть -табака, предназначенного для подарков, я посыпала им возле дерева.
— Это тебе, — обратилась я к сове.
От непривычной работы мышцы мои постанывали. Прошло никак не меньше часа, когда распахнулась дверь хижины, выпуская наружу полоску света. Руби и Агнес обнявшись, вышли из домика. И в этот момент сова в третий раз ухнула надо мной.
Они немного постояли на пороге разговаривая на кри. Вдруг Агнес рассмеялась, Руби присоединилась к ней. Я продолжала колоть дрова. Женщины некоторое время смотрели на меня, затем Руби подтолкнула Агнес локтем.
Руби подошла ко мне и остановилась, оглянувшись по сторонам, словно проверяя, нет ли кого поблизости. Затем она склонилась вперед и злобно прошептала:
Линн, у тебя действительно не так уж много шансов.
Что ты имеешь в виду?
Руби гак быстро исчезла в сумерках, что мне показалось, будто она растворилась. Я крикнула ей во след:
— Руби, хочешь я отвезу тебя домой?
Но она уже ушла. Слепая старуха в угольно-черной ночи возвращалась домой.
— Она всегда отказывается ездить в машине? — поинтересовалась я у Агнес.
Агнес усмехнулась:
— Только когда очень торопится.
Мы вошли в дом. Агнес выглядела веселой. Она что-то искала на полочках шифоньера. Казалось, она не обращает на меня ни малейшего внимания.
— Не волнуйся, — сказала она. — Нам предстоит много работы. Завтра мы начнем сооружать твой первый щит.
Агнес выложила на стол свертки звериных шкурок и многое другое: шило, ножницы, ножи, моток тесьмы и ветку молодого деревца. Агнес вставила клинообразно обрезанные с обеих сторон кончики ветки в дренажную трубку так, что образовался круг. Работа была проделана очень аккуратно. Затем Агнес обмотала место соединения проволокой. Теперь получилось кольцо, которое Агнес показала мне. Она очень серьезно посмотрела на меня и сказала:
В следующий раз это будешь делать ты. Запомни хорошенько.
Постараюсь, — пообещала я, находясь под впечатлением способностей Агнес.
Мы легли спать. Я молча лежала в темноте, пытаясь вникнуть в смысл моего нового пути щита. Я была так взволнована, что долго не могла уснуть.
На следующий день я готовила шкуры, натягивая их на наклонный деревянный круг. Это занятие требовало такой концентрации, что, когда я справилась с заданием, наступил обед. Пока я работала возле дома, Агнес шила. С большим аппетитом я съела тушеную дичь и пару бисквитов.
После обеда Агнес прислонила стул к стене, и мы некоторое время сидели молча. Я чувствовала себя крайне неуютно под взглядом ее внимательных глаз. Агнес изучала мое лицо.
— Прежде чем ты сделаешь свой первый щит, тебе следует кое-что узнать.
Во-первых, только женщина может делать щит лично для себя. Мужчина этого не может. Это накликало бы беду. Мужчина может приготовить щит для другого мужчины, но никак не для себя. В прежние дни воину было видение или знак, говоривший, кто именно должен сделать для него щит. Но щит нельзя было сделать без участия женщины. Женщины были мастерами щитов. Какяужеговорила.щиты бывают мужскими или женскими по характеру. Сбалансированный щит наполовину мужской, наполовину женский. Это делается при помощи энергии. То, при помощи чего создается щит, также бывает либо мужским, либо женским.
Ты можешь привести пример?
Конечно. Например, цвет. Голубой и зеленый — мужской цвет, розовый и оранжевый — женский. Некоторые шкурки животных мужские, некоторые — женские. В конечном счете энергии пробуждаются.
Как это происходит?
Ты пробуждаешь щит при помощи молитвы, обращенной к галактике, Млечному Пути. Ты молишься бесконечному космосу. Молишься Солнцу. Молишься семерке: Земле, Юпитеру, Марсу, Нептуну, Меркурию, Луне Венере. Во время молитвы сле/гует вложить всю галактику в свой щит. Ты просишь о защите в которой нуждаешься. Просишь защитить тебя от пули, от болезни. Просишь маленькую птичку Меркурий защитить тебя от напастей. Просишь ее даровать тебе скорость ума и тела. Просишь Солнце и Юпитер защитить тебя от безумия. Женский щит обладает качествами пространства и времени. Он даег воину смелость и мужество.
Сейчас я говорю на твоем языке. На моем языке это звучит гораздо лучше, точнее. Марс нужно просить о силе. Мать-Земля дает исцеление и благодать. Луна одаривает человека воображением и интуицией. Иначе их можно назвать Семью Духовными Хранителями Великого Сновидения. Человек просит силу и защиту у животных и растений — разве мы не едины с ними?
Некоторые щиты следует очистить, поместив их под камни, чтобы они могли впитать в себя их силу. Другие необходимо закопать под деревом или просто в Матушку-Землю.
Люди знания — шаманы и целители — видят в щитах различную магию. Они видят настоящий цвет и силу щита. Эту силу невозможно съесть. Ее не могуг украсть, потому что она познана. Ее нельзя сжечь. Энергия продолжит свое существование.
Существует множество способов делать щиты. Мне нравится делать их из ивы. Делаешь из ивы обруч, затем вырезаешь из недубленой кожи крут, обтягиваешь ею обруч. Можно использовать шкуру оленя. Иногда щит украшается кусочками панциря черепахи с кругом из бисера. Край щита можно оплесги конским волосом и украситьперьями. Подходят для этих целей и кости, украшенные узором.
Имеют ли различные части щи-га определенные названия? — поинтересовалась я.
Имеют. Нижние части щита называются благословенными, или основным телом. Верхняя часть щита носит имя хозяина или называется по имеющемуся изображению. Весь щит целиком известен как защита. Определенный покрой или стиль также имеет отдельное название. Иногда в покрое или piiQ'HKe проглядывает конструкция женской или мужской пирамиды Имеет значение и цвет. Белый, например, может быть как мужским, так и женским: все зависит от того, какую энергию вложить в цвет. Смесь белого и красного ближе к женскому. В прежние дни Восток был красным; сейчас красный цвет означает Юг. Золотой цвет символизирует солнечные существа. Золото — это Восток.
А ты можешь рассказать о моем первом щите?
Самое важное — это запомнить, что каждая деталь щита преисполнена смысла. Каждая деталь обладает особым значением для того, кто пользуется щитом. Символ изображает стоящую за ним идею. Идея приходит из сновидения или видения. Щит — это сердце воина. Сердце является силой, связующей все в этом мире воедино. — Агнес осторожно коснулась моей ладони. — А теперь давай немного отдохнем.
Когда я проснулась, Агнес растирала какие-то высушенные травы в порошок между двумя камнями.
Я умылась, причесала волосы и оделась. Приведя себя в порядок, я стала молча ждать. Агнес ссылала порошок травы в кувшин с водой и встряхнула его.
Что ты делаешь? — поинтересовалась я.
Это для тебя, — ответила Агнес. — Можно учиться, наблюдая за грызунами. Я называю это бурундуковой водой. — Агнес подала мне кувшин. — Выпей.
Я поднесла кувшин к губам.
Пахнет не очень хорошо.
Это придаст тебе силы. Пей.
Ладно, мамочка, я съем свой шпинат, — пробормотала я и выпила варево до конца. На вкус вода была довольно горькой, но я почувствовала, что мое тело приняло налиток.
Тебе необходимо больше времени проводить на свежем воздухе тебе нужно набраться сияющей силы Дедушки-
Солнца. 'Гебе понадобятся сильные мускулы. Пусть твои ноги мягко ступают по земле. Познание силы — вот твоя истинная сестра. Внимательно прислушивайся к внутреннему голосу. Нам многое предстоит сделать. Большую часть времени мы проведем вне дома. Нам нужно солнце.
Агнес встала. Она взяла какие-то предметы и попросила меня принести обод. Мы вышли из хижины. Агнес несла несколько острых палочек и сверток с перьями. Мы отошли немного от хижины и присели.
— Положи обод между нами, — приказала Агнес.
Мы сидели друг против друга на вершине небольшого холма. Птицы распевали веселые песенки, я чувствовала, как все вокруг наполнено жизнью. Немного погодя Агнес заговорила.
Давным-давно я присутствовала на собрании племени Красных Вигвамов. Допускались только женщины. Мне понадобилось несколько недель, чтобы добраться до места. Поселение располагалось в очень красивом месте высоко в горах. Мы прибыли в ясный солнечный день, был конец весны, горные пчелы и бабочки перелетали с цветка на цветок. Вокруг поселения были выставлены четыре великих щита Красных Вигвамов. Мне радостно было видеть их.
У нас было много откровенных разговоров. Мы передавали говорящий жезл от женщины к женщине. Многие сердца открылись Великому Духу. Все женщины Красных Вигвамов обладали силой. Мы учились друг у друга, обменивались опытом. На одном из собраний я заметила около вигвама щит, к которому были прикреплены длиннные светлые волосы — скальп человека. Я почувствовала, что этот щит обладает огромной силой, но смысл его ускользал от меня. Щит со скальпом был очень мужской, и все же он был сделан таким образом, что мужская энергия лишь подчеркивала и усиливала его женственность. Я в восхищении покачала головой.
Я поинтересовалась у одной из сестер, каково истинное значение и смысл щита, но та лишь пожала плечами. После того как собрание закончилась, я подошла к старейшей женщине и спросила: «Матушка, каков смысл этого щита?» Старушка нежно посмотрела на меня. «Этот щит называется Разрушитель-Детей. Это очень хороший щит, обладающий огромным достоинством и смыслом. Когда человек убивает ребенка внутри себя и ненавидит свою омертвелость, он начинает приносить вред всем невинным детям. Это очень плохо. Главный закон состоит в том, что вся сила исходит от женщины. Второй закон гласит о запрете причинения вреда ребенку. Разве не ребенок является центром первого щита? Всегда защищай детей. Урок этого щита заключается в том, что много скальпов будет снято с тех, кто причиняет вред детям».
«А каково происхождение этого скальпа, матушка?» — поинтересовалась я. Старушка грустно ответила: «Как тебе известно, дочь моя, в обязанности воина входит бороться и с достоинством уничтожать того, кто причиняет вред детям. Эти длинные светлые волосы — скальп белого солдата, который стрелял в невинных детей, прятавшихся в кустах. Таким способом солдат развлекался. Женщина щита, уже убившая двоих таких же охотников, воткнула нож ему в грудь. Она сняла скальп, когда солдат смотрел на нее удивленными глазами. Думаю, он не мог поверить, что его победила женщина».
Поговорив со старшей женщиной, я отправилась домой. Долго еще я думала об этом щите. Теперь мир изменился, но принципы этого великого закона должны почитаться каждым. Когда ты познаешь человека, задай себе вопрос: уважает ли он своего внутреннего ребенка, потому что только в этом случае он может заботиться о внешнем ребенке.
Какая ужасная история, Агнес. Мне ее никогда не забыть. В наши дни дети так страдают от насилия и жестокости взрослых. Что делает человека жестоким по отношению к детям?
У мужчины, как и у женщины, есть утроба, матка. Многие женщины не являются сестрами, они не развили свою утробу, многие мужчины так же не развили свою матку. Когда матка человека мертва, нет понимания ее плодов. Такие люди постоянно вмешиваются в самореализацию ребенка. Они находятся в состоянии вечного сна.
Я согласно кивнула. Внимательный, пронзительный взгляд Агнес остановился на мне.
— Линн, ты находишься в самом начале. Я, как твоя наставница и советчица, тоже нахожусь в самом начале. Вся жизнь, как и жизнь женщины-шаманки, находится в самом начале. Однажды ты поймешь это. Твой путь рождается здесь. — Агнес приложила руку к сердцу. — Здесь находи гея свет, выходящий из тьмы. Здесь обитают тайны, которые, подобно хорошей еде, питают тебя. Здесь рождаются слова, слова, способные породить великую ложь или великую истину.
Агнес взяла ивовый обод и подержала его передо мной.
— Этот обод станет твоим первым щитом. Он будет тебе полезным инструментом, когда мы его приготовим. Щит начинается на Юге. Юг — это вода. Посмотри и постарайся увидеть, что находится впереди, потому что окружение и запахи дают знаки. Там растут шоколадные вишни с глазами, подобными сапфирам. В прежние дни мы называли его Щитом-Женщины-Болотистой-Реки, щитом женской крови. Это тоже щит ребенка? — поинтересовалась я.
Да. Мы называли его Щитом-Разрушителя-Детей. Это щит хранящих молчание. Это щит духа.
Мой первый щит таит в себе множество смыслов, — задумчиво произнесла я.
Очень много, — подтвердила Агнес. Она вновь положила обод из ивы на землю и указала на ту часть крута, которая находилась ближе ко мне. — Священный алтарь будет расположен здесь, в южной части твоего щита. Здесь находятся учения Великих Кругов. Здесь же расположены и растения — священные растения-учителя. Первое растение — это табак.
Агнес указала рукой на левую сторону обода:
Эта часть щита учит твое тело и сердце. Это знание магии целебных и ядовитых трав. Магическая трубка находится здесь, как и магическая тыква. Здесь же растительное равновесие и рисунок щита.
Вот здесь, — продолжила Агнес, указывая на ту часть обруча, которая была расположена ближе к ней, северную часть, — находится искусство путешествия и целительства на расстоянии. Это танец семи вод. Это работа с кристаллами и обучение у кристаллов Великого Колеса. В центре находится дерево шаманов, дерево женщины-мага, которой ты когда-нибудь станешь.
Мы с Агнес долго разговаривали о значении направлений южного щита. Затем она принялась обучать меггя искусству созданггя щитов. Эти аспекты создания оберега, несмотря на всю свою важность, все же вторичны по сравнению с тем учением, которое огга передавала мне.
— Очень важно, — сказала Агнес, — чтобы ты с особой тщательностью выполняла все, что я тебе говорю. Правильное выравнивание себя — это то, что мы ищем. Если тебе это удастся, все остальное придет.
Два следующих дня я готовила шкуру оленя согласно полученным от Агнес указаниям. Для этого я выбрала поросшую травой полянку неподалеку от домика. Время от времени подходила Агнес и корректировала мои действия, наблюдая за процессом. Когда работа подошла почти к самому концу, Агнес села рядом, скресгив ноги, и провела ладонью по шкуре.
Вот так. Ты должна стать столь же мягкой, как и эта шкурка. Эта шкура не годится для щита войны. Это щит Юга, он требует мягкости.
Как же я могу стать такой же мягкой? — поинтересовалась я.
Наши тела обладают естественными щитами защиты, но существует одна проблема. Со временем мы утрачиваем текучесть. Если текучий человек падает, на нем не остается ни царапинки. Но если человек тверд, он может сломать себе шею. Я хочу, чтобы ты переместила свои внутренние щиты. Они должны быть впереди тебя, тогда ты станешь текучей. Воину текучесть придает огромную силу. Твой первый щит полон радости, празднования. Текучесть подскажет тебе самый естественный путь. Текучесть позволит тебе быть самой собой.
После обеда я принялась натягивать шкуру на обод. Агнес вновь села рядом со мной. Время от времени она улыбалась моим неуклюжим попыткам прикрепить шкуру. Она ничем не подбодрила меня.
Когда я почти закончила, Агнес спросила:
— Ты считаешь это хорошей работой? — Она с сомнением посмотрела на меня. — Шкура должна быть натянута туго. — Взгляд ее глаз посветлел. — У меня для тебя кое-что есть.
Я наблюдала, как Агнес вошла в дом, исчезла в проеме двери. Через пару минут она вернулась. Все вокруг было преисполнено покоя. В руках Агнес держала несколько перьев.
Вот перья орла для твоего щита. — Она дала мне три пера.
О, перья орла! Спасибо, Агнес.
Я знала, чтовеемиреорлиныеперьябылипреисполнены огромного смысла. Я получала их только в особо важные моменты жизни. Я рассмотрела перья и удивленно воскликнула:
Агнес эти перья не принадлежат орлу!
Это орлиные перья.
Этого не может быть. Я могу отличить перья орла.
И кому же принадлежат эти перья? Я задумалась.
По-моему, они принадлежат глухарю.
Вижу, ты не испытываешь уважения к перьям глухаря.
Но ведь это же не орлиные перья.
А я утверждаю, что они принадлежат орлу, — настаивала Агнес.
Агнес прости меня, конечно, но перья глухаря не могут быть орлиными перьями.
— Могут.
— Агнес ты обладаешь огромной силой. Иногда ты можешь заставить меня считать черное белым, но ты не можешь изменить реальность. Я уверена, что это перья глухаря.
— Ничего ты не знаешь.
Спор уже начал раздражать меня. Агнес была очень гордой, но я никак не могла понять, почему она так упорствует в своем утверждении. Мне казалось, что она хочет каким-то образом использовать меня. Рассердившись, я принялась за прерванную работу.
Агнес рассмеялась. Я взглянула на нее и приняла вид оскорбленной добродетели. Мне было больно. Агнес вновь рассмеялась, словно я была самым забавным человеком, которого она видела в своей жизни. Я замерла, пронзенная насмешкой в ее взгляде.
Не удивительно, что мы никогда не уживались, — сказала Агнес
Кто? — спросила я.
Мой народ и твой.
Почему ты говоришь об этом сейчас?
Они постоянно злились друг на друга, взращивая взаимную ненависть. Это было неизбежно, потому что мой народ обладает огромной гордостью и чувством юмора. Твой народ пуглив, он хотел убить каждого, кто смеялся над ним. И все же я считаю белых очень забавными. Вам нужно научиться смеяться над собой.
Что же тебе кажется таким забавным, Агнес?
Вы никогда не расслабляетесь. Каждое слово для вас имеет четкий смысл. Вы словно дубинкой выбиваете значение чего-либо, но так, чтобы оно не противоречило вашей глупости.
Ты имеешь в виду перья глухаря?
Верно. Видишь ли, глухаря еще называют «южным орлом». Ты делаешь южный щит, так какая же сила можег подходить для этой цели? Мы называем глухаря «бизоньим орлом» или «дареным орлом». У нас такие разные языки. Не удивительно, что наши народы никогда не понимали друг друга. Это послужит тебе хорошим уроком, может быть, ты перестанешь быть такой хрупкой.
Глухаря называют бизоньим орлом, подобно тому как сову называют ночным орлом?
Да. Когда делаешь щит ночного орла, то используешь обманныеперья. Ночной орел облачен в обманныеперья. Мы обманываем сами себя, когда путешествуем по этому миру, подобно тому, как ты считаешь, что перья глухаря не могут быть перьями орла. Главное смысл, а не название. Самое лучшее сейчас для тебя — это понять, что такое обман и как из него выйти. Возможно, ты считаешь, что перья глухаря имеют меньшую ценность, чем перья орла. Ты глубоко ошибаешься. Благородный глухарь должен был отдать свою жизнь, чтобы ты смогла получить эти перья. Перья глухаря обладают огромной магической силой, способностью исцелять и обучать нас. Если бы ты хоть раз поохотилась на глухарей, ты бы поняла, что это за совершенная птица, что большая честь иметь ее перья на своем щите.
Оспрей — это орел Запада, орел-рыболов или «сновидя-щий орел» — тот, которого мы, индейцы, называем возлюбленным оспреем. Северного, или дневного орла вы называете «орлом». Вот видишь, для меня всеони являются орлами. Но для тебя, несмотря на все твои познания пернатых, бизоний орел — всего лишь мясо для праздника.
Я почувствовала, что краснею. Агнес пожала плечамгг, разверггулась и ушла прежде чем я успела извиниться.
В эту ночь мне снились разрисованные щиты, я слышала звук барабанов и флейт. Затем я увидела себя, стоящей в красноватых бликах костра. Я танцевала под удары барабана. Я ждала, когда другие женщины присоединятся к моему танцу, я знала, что вскоре их будет мггого. Во время танца я почувствовала судорогу в паху и внизу спины. Я осознала, что костер разгорается, мне становится жарко. Я проснулась и расстегнула спальный мешок.
— Черт побери, — пробормотала я. — Каждый раз одно и то же.
Я встала и взяла пакет с тампонами из сумки. Агнес сидела за столом и вышивала бисером маленькую кожаную сумочку. Она с удивлением смотрела на меня, когда я разрывала упаковку.
— Не торопись, женщина.
Я удивленно взглянула на Агнес. Интересно, о чем на этот раз пойдет разговор? Я чувствовала себя глупо.
Что ты собираешься делать со своей кровью?
Что?
— Что ты собираешься делать со своей кровью? — повторила она.
— Как всегда, я собираюсь воспользоваться тампоном.
Отлично, дочь моя, вполне подходящее занятие для той, кто болтает о силе женщины, о символах. Используй тампон, а затем выбрось его в туалет вместе со всем остальным мусором! Отличный символ. Возможно, мы сможем использовать его на гвоемщите. Это принесет тебе огромную силу. Это говорит об уважении к себе и сестрам. Мне нравится, как цивилизованные женщины используют дары своего тела.
А что же мне делать, Агнес? Не могу же я ходить, истекая кровью. Я знаю, что это дни моей силы — по крайней мере четыре дня, — но что я могу сделать?
Меня испугал тон Агнес и то, какие именно слова она использовала.
- — Так-то уже лучше. Мы приготовим для тебя тайный щит, для хождения с сокрытой кровью. Мы не хотим, чтобы кто-то узнал, что ты исходишь кровью. Пока ничего не видно, мы можем забыть об этом. Пока ничего не известно, воины будут больше любить тебя.
— Агнес, — кровь бежала у меня по ногам, поэтому я решила не двигаться с места. Я не знала, что мне делать.
Агнес подала мне чистое кухонноеполотенцеи, положив в пакет немного хлеба и сыра, сказала, чтобы я следовала за ней, только накинула на себя рубашку. Я быстро оделась, заложив полотенце между ногами. Мы направились в сторону Ручья Мертвеца. Стояло ясное, свежее утро. Легкий ветерок овевал меня. Когда мы подошли к берегу, Агнес пошла медленнее. Она склонилась и стала ощупывать руками мох. Наконец она нашла то, что искала. Рядом росли тополя, поэтому мох находился в тени.
Вот, — произнесла Агнес и указала на мох, обнажая ровные белые зубы в улыбке.
Это хороший мох, — сказала я, не понимая, почему мы сгоим на берегу ручья и разглядываем мох.
Вот здесь ты и посидишь немного, пока я буду рассказывать тебе о тебе самой. Мох очень мягкий, он не поранит тебя. Это самый древний в мире тампон. Садись сюда и радостно отдай Матери-Земле свою кровь, познавай момент своей силы. Твоя кровь священна, она говорит о твоей женственности. Гордись этим. Это не «проклятье», как называют менструацию белые женщины.
Я сняла трусики, положила полотенце в сторону и осторожно села на мох, скрестив ноги. Прохладный мох приятно успокаивал. Было щекотно, я не смогла удержать смех. Агнес села напротив меня и приготовила бутерброды с сыром.
Я проголодалась и ела с аппетитом. Агнес смотрела на бегущие воды ручья. Затем очень тихо она заговорила:
— Женщины связаны с водой, поэтому во время месячных очень хорошо находиться рядом с текущей водой. Мы рождены с первыми словами первой матери. Мы вышли из пустоты, и мы несем пустоту в себе. Наша кровь — это ее тело. Кровь священна. Сказано, что она была рождена из земли и воды, вот почему кровь должна возвратиться в землю, а дух — в воды во время священного сна. Силу крови следует почитать повсеместно, каждый мужчина должен признать, что это начало. В период, когда ты трансформируешь свое тело во время матки, позаботься о том, чтобы семя крови нашей первой матери приветствовалось священным образом, потому что это ее тело. Ее тело было сожжено, чтобы дать жизнь тебе. Ее дым принесет тебе мудрость. Дым — это дар сердца первой матери. Благослови ее память, потому что она живет внутри тебя. Когда ты ешь, это она питает себя. Когда ты куришь, это она получает твое послание и передает его дальше. Когда у тебя менструация, то это она истекает кровью. Когда ты отдаешь свое тело и делишься им в момент акта любви, пусть все части тебя пребудут во имя ее, чтобы ее любовь могла стать полной на этой великой земле.
Долгое время память о той, что дает нам жизнь, скрывалась. Мы забыли, что наша менструация — это период празднования в честь ее жизни, идущей внутри нас. Женщины в такое время должны удаляться от окружающих, потому что это время их силы, время вглядывания внутрь, время взращивания внутренней силы. В это время женщины не принимают участие в определенных церемониях, потому что их сила столь велика, что она вносит смущение в существующий порядок и предметы силы, принадлежащие мужчинам. Некоторые маги-мужчины носят завернутый в платок кусочек меха горностая, чтобы защитить себя в этот период, но это мало помогает. Они обманывают себя. В прежние дни женщины в такой период удалялись в особый вигвам, большинство женщин племени истекали кровью приблизительно в одно и то же время. Так происходило вследствие того, что наши тела входят в гармонию с телами сестер. В такие дни мы засыпали и просыпались вместе с солнцем. Мы работали в одно и то же время, можно сказать, что мы истекали кровью одновременно из-за света Бабушки-Солнца — в те древние времена Солнце было Бабушкой, а не Дедушкой. Так много уже забыто.
О чем видит сны великая Мать-Земля, когда медленно поворачивается во сне? Кажется, что нет конца и края этой темной ночи. Но однажды утром она проснется, расправит, плечи, удивится и разгневается, потому что кости ее тела растасканы клеточка за клеточкой. Темная ночь внутри каждого из нас, ночь, которую мы не можем познать, будет сломана, подобно стреле если мы не пробудимся вместе с ней. Что захочет от нас ее великое земное тело? Когда она истекает кровью, очищая себя, вспомнит ли она, кто мы такие?
Сидя здесь, думай о Великой Матери. Твои колени это ее алтарь. Вложи всю себя в свои молитвы, как ты вкладываешь свою кровь в ее жизнь, проси равновесия и понимания в этой жизни. Отдавай свою кровь, чтобы она могла услышать тебя в своем сне и вспомнить, когда проснется.
Агнес встала.
А теперь я оставлю тебя с ней наедине. — Агнес согнулась и приложила ладони к земле. Затем она достала тампон из своего кармана и подала его мне. Я недоуменно посмотрела на Агнес.
Почему бы не воспользоваться удобствами цивилизации? Мы должны уметь пользоваться всем, что облегчает жизнь. Подобно тому, как каждый кусок еды должен съедаться с чувством благодарности, так и любое приспособление следует использовать с пониманием» чтобы это приносило нам полноту жизни и не лишало достоинства.
Агнес отвернулась и сложила ладони лодочкой. Издав звук, похожий на свист лося, она пошла прочь.
Солнце начинало занимать свое место на небе. Я легла на мох, ласковое солнышко грело кожу. Птицы весело щебетали в ветвях деревьев. Весь день я пролежала на берегу ручья, размышляя о себе как о женщине, понимая, сколько еще масок цивилизации мне предстоит снять. Меня всегда поражало то, как мало я еще знаю о себе. Я лежала на земле, чувствуя обмен энергиями между моим телом и землей. Вокруг копошились насекомые. Солнце, пробивающееся сквозь зеленые листья деревьев, усиливало запах женственности и распускающихся цветов. Я чувствовала настоящую связь, потому что мы дышали одним воздухом, в одном и том же ритме.
Я вернулась в дом уже ближе к вечеру и работала над щитом до самых сумерек. Прежде чем я легла спать, Агнес сообщила мне, что физический щит уже закончен.
— Осталось наполнить его духом, — сказала Агнес.
За завтраком я чувствовала себя великолепно. Это было незнакомое состояние физического и ментального благополучия. Возможно, это была всего лишь иллюзия, но я решила наслаждаться этим, несмотря ни на что.
— Принеси свой щит, — попросила Агнес после того, как посуда была вымыта. — Я хочу, чтобы ты кое-куда съездила. Срочно. У нас не так уж и много времени.
Я постоянно тороплюсь, и Агнеслюбит пустить шпильку по этому поводу.
Я взяла щит и последовала за Агнес к машине. Положив щит на заднее сиденье, я завела машину.
— Куда едем? — спросила я.
— Поедешь по дороге, а потом повернешь направо. Мы проехали около часа, потом Агнес попросила остановиться.
— Следуй за мной, — сказала Агнес. — Возьми щит. Мы шли еще около часа. Агнес вела меня по тропинке, окаймленной шалфеем. Воздух был напоен запахами трав. С юго-востока веял прохладный ветерок. Вдалеке виднелись седые вершины невысоких гор. Тропа закончилась на берегу медлительной реки. Я хотела остановиться для отдыха, но Агнес пошла дальше. Через минуты мы оказались у водопада. Вода падала с высокой скалы, и там, где она ударялась о поверхность реки, стоял густой туман.
— Как красиво, — сказала я.
Здесь много помощников, — ответила Агнес, указывая на водопад. — Они сказали, что здесь ты увидишь свой щит. Ты сможешь отыскать дорогу к машине?
Ты ведь не оставишь меня одну, Агнес?
— У тебя здесь будет много помощников, — произнесла Агнес, указывая на свинцовую воду. — Я уже слышу, как они говорят с тобой.
Ты будешь ждать меня в машине?
Нет. Ты сможешь доехать до дома сама?
Думаю, что да.
— Тебе следует быть более внимательной, Линн. Положи свой щит рядом с водой.
Агнесс объяснила, что я должна услышать совет воды, что вода хочет поделиться со мной. Она сказала, что мне следует воспользоваться слухом. Агнес пояснила, что я должна, не мигая, смотреть на место соединения падающей воды с поверхностью заводи, пока видение не станет расплывчатым.
— В этом месте обитают существа воды, они знают обо всем, что рождается из воды. Это вход в нижний мир, где пребывают наши предки. Именно отсюда могут принта твои защитники.
Агнес сказала, что мне не следует сознательно стремиться к какому-то определенному ментальному состоянию, но пребывать в состоянии сновидения. Край водопада — это канал великого движения и потока, не важно, что я сделаю, но дети воды хотят поделиться со мной.
— Надеюсь, ты найдешь дорогу домой, — закончила она.
Я кивнула головой в знак того, что поняла ее наставления. Агнес пристально посмотрела на меня.
— Ты уверена, что не хочешь ехать домой на машине? — спросила я.
Я видела, что Агнес не намерена ждать меня.
— Подружись с ними, — сказала она.
Я проводила ее взглядом, затем взяла щит и положила его на то место, которое показала мне Агнес. Я решила расслабиться и стала напевать песню духа. Солнце сверкало на поверхности воды с такой силой, что слезы наворачивались мне на глаза. Я смотрела поверх щита на пенящуюся воду, не имея ни малейшего представления, что именно должно произойти.
Я тихонько напевала и смотрела. Казалось, громкий гул воды состоит из множества голосов. В ушах ощущалось неприятное давление. Сила звука постепенно увеличивалась. Только я подумала, что больше не выдержу такого гула, как звук вернулся к прежнему уровню громкости.
Вскоре время стало подшучивать надо мной. Мысли, которые обычно дисциплинированно выстраивались в порядке, стали бесцельно метаться — некоторые из них отправились в неизвестном направлении. Меня это нисколько не пугало. Такая ментальная апуация показалась мне крайне забавной. Я больше не командовала своим воинством. Армия моя была охвачена смятением. Внезапно я поняла, что управитель этим разношерстным народцем находится где-то в животе. Я о щулила его как страх и поняла, что ключ к контролю над умом заключается в критическом отношении.
Глупо делать щиты, — вслух произнесла я.
Мои мысли от этого не выстроились в шеренгу, НО я определенно привлекла их внимание. Казалось, они в ожидании взирали на меня. Я знала, что, если захочу задать вопрос или подумать о чем-то, они сделают все как я захочу. Но это не казалось мне в данный момент важным.
Ко мне пришло еще одно понимание: критичность не была единственным ключом к подчинению мыслей. Этой же цели служит и мистерия.
— Зачем нужно делать щиты? — спросила я.
И в этот момент мои мысли превратились в сыщиков. Я увидела, что они, подобно Шерлоку Холмсу, изучают ключи к разгадке при помощи увеличительного стекла. Каждая из этих мыслей-оіедопьітов предлагала мне ответ.
Я поняла, что мой ум является складом или хранилищем энергии, которая готова отправиться в любом направлении. Энергия, вырабатываемая умом, похожа на бесконечный поток воды.
Вода, падающая со скалы, сверкала в лучах солнца как зеркальное ожерелье. Внезапно меня захватил разноцветный поток сверкающих брызг. Я видела и слышала совершенно поповому — казалось, что и то и другое происходит из единого источника. Взаимодействие и соотношение были не совсем ясны. Уммой стремился к слиянию с этой пульсацией. Мое «Я» желало раствориться в этой высшей гармонии. Я оказалась захваченной моментом, из которого не существовало никакого выхода, но и желания что-либо изменить не возникало.
Я преклонила колени; передо мной лежал щит, а вокруг сверкала и кружилась падающая сверху вода. Водопад вливался в темный грот.
Взгляд мой остановился на валунах, окружающих потоки воды. Внезапно посреди многообразия форм возникла каменная женщина. Ее каменно-серое тело достигало около пятидесяти футов в высоту и около десяти футов в ширину. У женщины были длинные волосы и удивительное лицо. Одета она было в длинную юбку.
Внутри ее каменной формы пребывало множество иных форм. Женщина пристально смотрела на воду. Когда я сосредоточила взгляд на том же месте, звук падающей воды стал подобен грому. С каждой секундой звук усиливался. В том месте, куда смотрела эта каменная дива, вода вспыхивала миллионами оттенков. Перед моим внутренним взором возникла Агнес, держащая водопад в руке. Он поднимался выше и выше в форме света. В другой руке Агнес держала щит, с которого свисали орлиные перья.
Я вновь посмотрела на водопад. Вода состояла из света и огня, который Агнес держала в своей руке. Сам поток брал начало в ее руке. Взглядом я проследила за потоком, устремленным вверх. Казалось, что небо надо мной кружится против часовой стрелки. У меня закружилась голова. Я вновь посмотрела на воду внизу; Агнес исчезла. Звук падающей воды стал еще громче. Я попыталась отыскать каменную женщину. Прямо из водопада выпорхнула стайка сверкающих птичек с крылышками всех цветов радуги. Стайка подлетела ко мне. Птички были просто замечательные. Казалось, словно сама радуга ожила и создала столь чарующее диво. И тут я вновь увидела каменную женщину. Ее взгляд был устремлен на воду, как раз напротив того места, где лежал мой оберег. Я взглянула в то место и увидела, что вода заклубилась, закружилась в водовороте. Казалось, она вибрирует. Я почувствовала, что клонюсь назад и сделала усилие, чтобы восстановить утраченный было баланс. Клубящаяся вода стала расширяться, превращаясь в водоворот. Я не могла отвести взгляд. Она удерживала меня, закручивала, втягивая всеився. Я знала, что этот водоворот сотворила могущественная каменная женщина. Круто ворот рокотал, захватывал, не было никаких сил противостоять ему. Затем из водоворота возник огромный оберег. Он был вполне реален. Щит имел форму мистической спирали. Прежде я никогда не видела ничего подобного. Последовательность образов зачаровывала, заполняла собой все. Столь много света, звука и красоты изливалось на меня, что нечто во мне щелкнуло и я потеряла сознание.
Когда я пришла в себя, было уже темно. Мне не было страшно. Я лежала на боку на земле. Неуклюже встав на ноги, я вошла в воду, чтобы забрать свой оберег, плавающий на поверхности заводи. Лунный свет сиял на поверхности воды, заливая скалы. Я знала, что это место сосредоточения огромной силы. Именно для этого Агнес и привела меня сюда. У меня слегка кружилась голова, я знала, что мне пора уходить. Я попрощалась с водопадом, каменной женщиной и самим местом силы, предложив им табак. Прихватив мокрый от воды щит, я направилась к машине.
Когда поздно ночью я вернулась в домик Агнес, то так и сияла от переполняющей меня энергии и возбуждения. Я почувствовала радость, увидев в окне свет, потому что меня так и распирало от желания поделиться впечатлениями от происшедшего. Я буквально влетела в дом.
Агнес рассмеялась, увидев выражение моего лица. Она встала и приготовила для меня чай.
— Линн, нижу, что сегодня нам уже не заснуть. Садись и рассказывай, пока ты не взорвалась.
Я ликовала, слова свободным потоком лились из меня. Говорила я очень долго. Пока я рассказывала, мы успели выпить по три чашки чая. Я замолчала, ожидая объяснений. Поскрипывали ставни старенького домика, казалось, что ветер прильнул к стенам, вслушиваясь в нашу беседу.
— Сила магии заключается в привнесении гармонии и равновесия в жизнь мага и в жизнь других людей. Когда человек начинает приводить себя в состояние равновесия магическим способом, к нему приходят проблески понимания, потому что твои поступки говорят существам земли, что ты веришь в красоту. Как писателю, тебе это должно быть понятно. Ты превращаешься в прядильщицу. Изучать магию — все равно что наматывать концепцию жизни на реальные, осязаемые формы. Подниматься над обычным видением и видеть силы, дающие нам жизнь. Вот почему я учу тебя понимать с помощью всего твоего существа, всех твоих чувств. Следует использовать зрение, слух, осязание, обоняние, все, что делаегтебя женщиной. То, что случилось с тобой сегодня, произошло со всем твоим существом. Вот почему это было магическое событие, вот почему ты возбуждена. Ты всматривалась в пространство, находящееся за пределами воображения, пространство, принадлежащее шаманам, провидцам. Этот уединенный мир, в котором встречаются безумие и гениальность, знаком человеку магии. Ты достойна войти в великие мистерии этого измерения. Никогда не думай, что пошла этим путем только потому, что работала достаточно усердно в течение многих жизней. Ты сейчас и навсегда в последнем путешествии, с тобой происходит величайшее из возможных приключений — ты следуешь своим путем по великой красной дороге.
Сегодня твоим символом был водоворот. Иначе его еще называют кружением, из которого рождается все. Увиденное тобой является порталом, входом в твою невинность. Это спираль, выход в познание твоей женственности. Птички символизируют цвета радуги — каждая представляет бесконечно расширяющийся круг спирали. Каменная женщина водопада благословила тебя и пригласила в свой мир речных камней. Положи один из них в твой внутренний щит.
Я почти не спала этой ночью. Рано утром я закончила рисунок на щите.
Позавтракав, я отправилась к Руби, мне хотелось, чтобы она оценила мой оберег. Как приятно было идти пешком! Я уже и непомнила, когда ходила по этой тропинке в последний раз. Знакомое озерцо, рядом с которым я повстречала свою сестрицу-стрекозу, радовало глаз. Только к полудню добралась я до берега озера. Усевшись на каменистом бережку, я полакомилась вяленым мясом, заботливо положив щит рядом с собой.
Мне просто необходимо было поразмышлять о последних месяцах моей жизни. Все — щит, Руби, соприкосновение с новым знанием — казалось чудесным и замечательным. Манитоба с ее изменчивым небом и освежающим климатом, великий покой этого места еще больше сблизил меня с Агнес и ее учением. Все происходящее здесь давало мне силу и успокоение. Могу ли я и дальше идти с такой скоростью? Каждое мгновение приносит мне познание нового. Иногда я внутренне оплакиваю множество смертей, происходящих внутри меня. Иногда мне кажется, что время — это всего лишь условное обозначение. Нет никакой смерти; есть лишь изменение, метаморфоза.
Оставшуюся частыіуги я шла и бежала. Меня окружала глубокая тишина. Я долго бежала. Грудь вздымалась и опускалась, дыхание стало затрудненным. Мне всегда казалось, что в резервации каждый камень, каждый куст имеет глаза и уши. Я замедлила шаг. Возникло ощущение, что Рыжий Пес притаился где-то поблизости, готовый нанесги свой смертельный удар. Я заставила себя отбросить эту мысль, полной грудью вдохнув чистый воздух долины. Я не позволила себе думать о нем.
Внизу показалась хижина Руби. Практически всеугро я шла и бежала, ее до.мик оказался дальше, чем я это себе представляла. Я остановилась, прислушиваясь к пространству и великой уединенности. Из трубы поднимался дымок, все же остальное было неподвижно, не было заметно ни единого движения. Кругом царил покой. Я долго стояла, пытаясь слиться с тишиной дня, стараясь быть центрированной. Почувствовав, что мне это удалось, я стала спускаться по тропке.
Приблизившись к домику, я услышала какой-то приглушенный шум внутри дома. Открылась дверь, и на порог вышел Бен. Его голова была повязана платком, он принялся подметать двор метлой. Затем из дома вышел Драм, неся лист бумаги. Он встал на колени рядом с Беном, тот начал сметать мусор на листок.
С суровым видом появилась Руби.
— Работайте старал'ельней, мальчики, — сказала она. — Привет, Руби, — крикнулая. Хотя Агнеспредупредила
меня, что Бен и Драм стали учениками Руби, я была шокирована, увидев их здесь. Я всегда считала их своими врагами.
При звуке моего голоса Бен и Драм вздрогнули. Никто из них меня не видел. Драм, склонившийся над листком бумаги, вскинул руки вверх, выронив собранный мусор, а Бен и вовсе подпрыгнул.
— Это она, — сказал Драм.
Ах вы, неуклюжие идиоты! — закричала Руби, выхватывая метлу из рук Бена. Она пару раз ударила Драма метелкой, а затем повернулась к Бену, выкрикивая какие-то слова на кри.
Мы не хотели испугаться, — оправдывался Драм. — Просто она так неожиданно подкралась. Я ее не боюсь.
Дальше Драм говорил на кри.
Но глаза Драма выдавали его столовой. Вполне очевидно, что они оба испугались меня до смерти. Мне это чрезвычайно понравилось, наполнив меня приятным ощущением силы.
Руби отбросила метлу в сторону.
— Уберите здесь, — сказала она. — А потом вымойте окна. И не обращайте на нее внимания. — Руби кивнула в мою сторону. — Я сама поговорю с Линн.
— Хорошо, мэм, — сказали мужчины. Руби повернулась ко мне.
— Я приняла этих мальчиков себе в ученики, как ты уже, очевидно, слышала. Если они станут досаждать тебе, задай им хорошенько.
Руби развернулась и вошла в дом. Я подошла к дому и остановилась у порога. Бен и Драм с усердием собирали рассыпанный мусор.
— Привет, — поздоровалась я.
Не глядя в мою сторону, они лишь что-то промычали в ответ, продолжая трудиться.
Я отметила огромную перемену во внешности обоих бывших учеников Рыжего Пса. Волосы их были тщательно расчесаны и связаны кожаным ремешком, одежда была чистой, за ней явно ухаживали. Они выглядели абсолютно другими людьми. Изменилась даже их осанка. Я помнила их небритыми, в замызганной, местами порванной одежде. Теперь они выглядели аккуратными, чистыми и собранными. От чистого сердца я сказала:
— Теперь вы выглядите замечательно.
Я ожидала невнятного ответа, но меня поджидал еще один сюрприз. Бен и Драм прервали работу. Они были очень вежливыми.
Вы тоже прекрасно выглядите, мэм, — сказал Драм.
Рад вас видеть, — добавил Бен.
Я не могла поверить в столь разительную перемену. Мне припомнилась наша первая встреча. В тот раз я подумала, что это самые грубые и невоспитанные люди, которых я когда-либо встречала в своей жизни. Они внушали мне страх и отвращение. Я отнесла их к разряду врагов, которых лучше видеть мертвыми, чем живыми. Они и впрямь хотели причинить мне вред.
В этот момент Руби выглянула из хижины, словно хотела знать, о чем именно идет разговор. Бен и Драм мгновенно накинулись на работу.
— Чего ты ждешь, Линн? Проходи в дом, пора пить чай. И давай сюда свой щит.
Впервые Руби действительно пригласила меня в свой дом, словно я пробилась сквозь некий невидимый барьер. Мне было очень приятно.
Внутри домик Руби очень напоминал убранство хижины Лги ее с той лишь разницей, что сейчас в нем все было перевернуто вверх дном. Все ящики кухонного шкафа были выдвинуты. На полке рядом с раковиной была выставлена коллекция разномастных тарелок. На полу, в окружении огромного количества горшков и котелков, сидела Джули. Она іщательно чистила их в старинном тазу. Ввоздухе витал запах щелочного мыла.
В комнате стояли две кровати: одна побольше, вторая больше походила на кушетку. Обе кровати не были застелены. На стуле лежала стопка постельного белья.
Линн! — радостно поприветствовала меня Джули. Она встала и обняла меня, а затем быстро вернулась к прерванной работе.
Мы поговорим в другой раз, — сказала она. — Сейчас... — она повела рукой в сторону горы посуды.
Я аккуратно переступила через завалы бумаги, одежды и кухонной угвари. Сев за стол, я с огромным уважением положила перед собой щит. Руби села напротив.
Ты принесла мне сигареты? — поинтересовалась она.
Нет, Руби. Надо было принести сигареты?
Руби повернулась к Джули и произнесла несколько слов на кри, а затем перевела их для меня на английский:
— Приготовь нам чай.
Джули принялась готовить чай. Она взяла стеклянную банку с травяным настоем, стоявшую на подоконнике, разлила по чашкам, процеживая его через марлю, и поставила обе чашки на стол.
— Я хочу остаться с Линн наедине, — резко произнесла Руби. — Иди рубить дрова. Скажи Бену и Драму, чтобы они не заходили в дом. Займи их работой. Эти двое начнут отлынивать при малейшей возможности.
Без единого слова или взгляда Джули вышла из дома, осторожно прикрыв за собой дверь. Через мгновение донеслись звуки ударов топора.
Словно почувствовав мои мысли, Руби сказала:
— Ее нужно держать в ежовых рукавицах. Я делаю это намеренно, потому что внутри у этих ребят нет хозяина, как нет его и в тебе. — Руби повернулась ко мне профилем, словно смотрела в окно. Что-то в ее движении взволновало меня.
Казалось, она готова наброситься на меня в любой момент. Я отпила чай. Чай был отличный. Я оглядела наполненную солнечным светом комнату. Руби не произнесла ни слова, мне показалось, что она испытывает меня. Я молчала. Скрестив ноги, я поерзала на стуле. Руби ничего не говорила. Я все больше и больше чувствовала себя неуютно. Меня не оставляла мысль, что Руби должна заговорить первой. Но чем больше я ждала, а Руби молча сидела, отвернувшись к столу, тем глупее я себя чувствовала. Я сосредоточилась на дыхании, пытаясь успокоиться. Руби ничем не выказала, что заметила мой щит или заинтересовалась им.
Наконец она очень медленно протянула руку и взяла меня за запястье. Так же медленно она крепко сжала мне руку.
— Я жду, когда ты успокоишься, — сказала она.
Но я разнервничалась еще больше. Руби покачала головой и продолжила:
Что тебе известно о Юге7.
Агнес сказала, что это место веры и невинности. Руби резко оборвала меня:
Я спросила, что тебе известно о Юге? — Онапо-преж-нему смотрела в окно. Я долго рассказывала о том, что узнала и поняла, закончив словами, что Юг красный. Пока я говорила, Руби держала ладонь над моим оберегом, словно проверяя его силу.
А ты знаешь, почему он красный?
Нет.
Если тебе это неизвестно, то что пользы для тебя в том, что он красный?
Думаю, что никакой, — честно призналась я.
О чем тебе говорит красный цвет?
Ну, о крови.
Если ты об этом подумала, тогда ты знаешь, что красный цвет Юга связан с кровью.
Думаю, что да.
А как ты считаешь, каким именно образом он связан с кровью?
Не знаю.
С физическим кровотечением, не так ли? Мы — женщины из плоти и крови, согласна? И мы истекаем кровью.
Каждый месяц, — согласилась я.
Я хочу, чтобы ты осознала это, — сказала Руби. — Индейцы говорят, что матка женщины — это Юг. Ты тело жила свою кровь в этот щит. Это хорошо, но необходимо повторить кое-что вновь. Юг обладает особой силой, когда у тебя кровотечение, ты находишься в своей луне. Правильно? Это время силы. У мужчины тоже есть месячный цикл. Это время его силы. Если он достаточно чувствителен и осознан, он знает, когда наступает его время. Он не выделяет кровь, поэтому время его силы никогда не бывает сголь же сильным, как у женщины. С мужчинами все происходит иначе. Когда мужчина обретает свою силу, он летает. Женщина же спускается, входит в землю. Женщина, находящаяся в своей луне, с легкостью побеждает шамана-мужчину. Некоторые маги-мужчины, проводя церемонию с женщиггой в период менструации, считают, что они могут завладеть ее силой, но такого никогда не происходит.
Ты боролась и выстояла, ты сделала свой первый щит. Твой второй оберег, западный щит, также обладает огромной значимостью. Теперь ты должна отождествиться с Югом — необходимо слияние. Ты должна сознательно жить во внутреннем Юге, хранить в себе ощущение Юга и знать, как вернуться в него. Во время ритуала и когда тебе необходимо знание этого направлеггия, ты должна вспомнить, как попасть в него изнутри. Некоторым магам-мужчинам в этом помогают Четыре Ветра. Женщина-маг пользуется помощью Четырех Гор. Это означает, что женщина может иметь четырех мужей: северного, южного, восточного и западного мужчин. Если кому-то необходим западный обряд, она воспользуется западным мужчиной — его западная энергия поможет ей провести ритуал. Некоторые женщины с успехом пользуются этой практикой.
Ты осознала свою принадлежность к женскому полу — свою матку. Это привело тебя на Юг. Южный оберег является материнским щитом. Как тебе известно, по закону следует оберегать детей, кормить их и воспитывать. Для защиты детей необходима постоянная осознанность и бдительность по отношению к своему внутреннему ребенку. А теперь повтори сказанное, чтобы я могла понять, насколько ты уяснила урок.
Я повторила то, что запомнила.
Руби провела пальцем по ободу чайной чашки и внимательно посмотрела на меня. В ее голосе прозвучали странные нотки, когда она задала вопрос:
— У тебя все еще идет кровь? -Да.
— Отлично. Именно поэтому тебе удалось привлечь необходимые силы.
Руби взяла мой щит и сказала, что оставит его у себя на несколько дней. Я расценила это как одобрение.
Мы поговорили еще минут десять, а потом я сказала:
— Знаешь, Руби, я чувствую себя гак хорошо и уравновешенно благодаря этому щиту, что вряд ли мне нужны другие обереги.
Неужели? — Руби медленно отвернулась от окна. Она встала рядом со мной и осторожно провела рукой от моей головы до ног.
А как тебе нравится это? — спросила она, сильно нажав пальцем под коленкой правой ноги. Волна боли прошла по колену, пронзила правое бедро и выстрелила в правое ухо. В голове раздался звуковой взрыв, я что есть силы отпрянула от Руби.
Что ты делаешь, Руби! Мне ведь больно, — крикнула я.
— Ты сказала, что находишься в равновесии. Если бы ты находилась в равновесии, тебе бы не было больно. Я просто проверила, нужно ли тебе делать что-то еще. Думаю, тебе предстоит большая работа. А ты как считаешь?
— Твоя взяла, — ответила я, усаживаясь на стул и потирая колено. Я была напутана. Руби сказала, чтобы я возвращалась домой, ни с кем не обмолвившись и словом. Я была разочарована, потому что горела желанием поговорить с Джули, Беном и Драмом. Руби также сказала, чтобы я не останавливалась и не отдыхала на обратном пути.
Когда я наконец-то добралась до хижины Агнес я чувствовала огромную усталость. Наступили сумерки. Долины впитывали последние лучи заходящего солнца. Казалось, что Агнес больше чем когда-либо рада меня видеть. Мы поужинали, я все еще чувствовала усталость, все мое тело дрожало, но Агнес хотела поговорить. Она попросила меня рассказать обо всем, что произошло. Я поведала о своем разговоре с Руби.
— Если Руби оставила щит у себя, значит, он готов. Теперь мы можем приступить к западному оберегу. Руби излишне прямой человек, но именно это тебе и необходимо в данный момент. Работа с Руби таит в себе опасность, однако, как ты уже заметала, она не станет колебаться или водить за нос.
Что ты имеешь в ВИДУ?
Руби очень суровый учитель. Она может прочитать мысли человека до того, как он осознает их. Для этого ей не надо делать никаких усилий, но вряд ли это так уж приятно тому, кто попал в ее сети, Понятно. Кстати, сегодня я встретилась с Беном и Драмом. Они вели себя как мышки. И еще я ощутила присутствие Рыжего Пса — он подошел совсем близко.
Поэтому мы и учим тебя искусству создания щитов. — Агнес наклонилась вперед и похлопала меня по руке. — Не волнуйся, всему есть причина, обереги защитят тебя и научат тому, что необходимо знать.
Я внимательно всмотрелась в лицо Агнес. Ее темные глаза были очень серьезны. Внезапно она показалась столь красивой и доброй, что мне захотелось припасть к ней.
— Линн, тебе следует очень осторожно и бережно обращаться с твоей магией волчицы. Не только психически, но в теле сновидений. Сегодня я хочу, чтобы ты увидела магический сон, а утром первым делом записала увиденное. Затем прочтешь мне. А теперь давай спать.
Положив тетрадь рядом со спальным мешком, я устроилась поудобнее и моментально заснула. Мне приснился очень красивый магический сон, который я записала утром. Затем я разбудила Агнес и поделилась своим опытом:
Черная Волчица, держа в уме тысячи тропок, трусцой выбежала из-за сосен и втянула в себя кристально-чистый воздух. Деревья были тихи и полны внимания, равнины хранили молчание и покой. В небо поднималось серебряное лицо луны. Перед глазами волчицы засветился след, превратившись в тропу, змеившуюся по долине. Волчица вступила на тропу и потрусила вперед.
Уши волчицы уловили мелодию эхо, она в ожидании замерла. Эхо прокатилось по устланной сосновыми иглами земле, отразилось от гор. Волчица попятилась, ощутив поток невидимых волн каждым волоском вставшей дыбом шерсти. Она высоко поднимала лапы, словно ступая через топь. Внезапно волна прошла. Волчица замерла, принюхиваясь и прислушиваясь к летящему над зарослями чапарраля эхо. Теперь она знала, какое место силы возносит свою песню. Глаза волчицы вспыхнули от удовольствия.
Луна все выше поднималась в ночном небе, пока волчица радостно трусила вдоль высохшего русла реки на зов светящегося красного глаза туда, где ее ожидала двуногая. Приблизившись к стене темной силы, исходящей из недр земли, волчица обошла ее стороной. Затем она обогнула овраг, минуя возносящие молитву ивы.
Поднявшись на гребень холма, она оглянулась назад, вымеряя расстояние — танцующие огоньки, передвигающиеся концентрическими кругами по распростертой внизу долине. Теперь Черная Волчица находилась почти у цели. Из горла волчицы вырвался зов радости, когда она ощутила свое родство с Бабушкой Луной, показавшей свой лик и торжественно откликнувшейся на призыв.
Сине-фиолетовая трава вздрагивала от нежных прикосновений ветра. Теперь выбор волчицы был окончательным, она продолжила неторопливый бег. Затем в ней стало разгораться желание, и она побежала быстрее. Впереди, рядом с рекой виднелись очертания деревьев. Там, среди камней, которые есть невидимые зубы- Матери-Земли, она повстречается лицом к лицу со своей сестрой. Волчищ знала об этом.
Черная Волчица бежала, радостно ощущая мощь тренированных мускулов. Ночной ветерок ласкал ее густой мех. Ее лапы встречались и расставались с землей, производя гипнотический звук, сходный с барабанной дробью, от этого звука светящаяся тропа пульсировала. Волчица остановилась, принюхиваясь и прислушиваясь. Теперь деревья находились совсем рядом, она слышала перешептывание листвы и звук реки, текущей по своим делам. Пыль, поднятая волчицей, оседала над рекой, как туман или дымка. Волчица отправилась дальше. В тени леса, ближе к земле, виднелись языки бело-оранжевого пламени. Волчица уловила запах и поняла, что добралась до того места, где ее ожидала сестра. Она вышла на поляну, перейдя на настороженную поступь. Волчица приближалась к светящейся фигуре, обходя пятна лунного света. Она предпочла явиться из темноты, представ непосредственно перед покрывалом. На покрывале сидела двуногая — молодая блондинка, женщина. Она курила трубку над магическим щитом. Спирали дыма соединялись со звездами. Волчица знала, что ей следует занять свое место напротив трубки. Она втянула в себя запах священного табака и вступила передними лапами в круг, становясь единой со светом в момент соприкосновения с покрывалом. Двуногая сидела неподвижно, затем их взгляды встретились. Мгновенно пришло понимание, узнавание. Они были одно целое.
Закончив читать, я взглянула на Агнес. Она молчала. Агнес просто смотрела на меня, улыбаясь и кивая головой.
ЩИТ СПЯЩЕЙ МЕДВЕДИЦЫ: ЗАПАД
Познай мираж тебя манящий...
Филипп Ламантиа, «Проявление»
Руби Много Вождей и Джули появились в хижине Агнес уже под вечер. Мне очень нравилась Джули — жаль, что мы так мало времени проводим вместе. Прекрасные черные волосы Джули сияли огнем, а ее живые глаза выражали дружелюбие и внушали доверие.
Джули принесла с собой копченую рыбу. Мы все сели вокруг стола, и Джули развернула газету. У меня аж слюнки потекли в предвкушении лакомства, но Руби протянула руку и отодвинула сверток в сторону:
— Позже, — сказала она. — Сначала вам придется кое-чему научиться.
Мой голод растворился в разочаровании. Руби всегда уводила у меня из-под носа все, чего мне хотелось особенно сильно. Серьезное выражение ее лица говорило, что она не потерпит никаких возражений.
— Скоро совсем стемнеет, — продолжила Руби, жестом показывая, что нам с Джули следуег слушать внимательно. — Мы с Агнес хотим научить вас магии ваших западных щитов. Мы хотам ввести вас в магию земли и научить интроспекции. Самоанализ расположен на Западе. Мы проведем ритуал. А потом мы полакомимся этой копченой рыбкой.
Я почувствовала внутренний протест.
— Можно ли научить человека всматриваться вглубь себя, ведь это внутренний, а не внешний процесс?
— Внутреннее есть внешнее, — вкладывая силу в слова, произнесла Руби.
Мы с Джули непонимающе переглянулись.
Мы хотим познакомить вас с Теневой Женщиной, — сказала Агнес.
Ты имеешь в виду вторую сторону нас самих? — спросила Джули.
Нет, — ответила Руби. — Это будет осознанностью хейока — пониманием истинной связи с Великим Духом. Это сугь Четырех Зеркал, это восточная магия. Подобно муравью, проникающему в муравейник, мы отправимся на Запад, проникнув под землю, в то место, где движется черпая мгла.
В то место, куда приносят молитвенные палочки, — добавила Агнес. — Молитвенные і галочки — это молчаливые алтари земли, они мужские і ю своей природе, для равновесия они нуждаются в женской силе земли.
Мы отправимся в место великого возмужания, — продолжила Руби. — Приходит время, когда ученик удостаивается великого видения. Вследствие величия этого события ученик выходит из равновесия — он начинает воспринимать окружающее как живое существо: каждый камень, каждый механизм, каждую палочку. Но если это видение истинное, приходит большее понимание, тогда ученик замечает, что некоторые камни и даже механизмы действительно живые, а некоторые — мертвы. Мертвые уже прошли через портал на Запад. Все зависит от запаса жизненной силы внутри предмета. Ученик начинает распознавать внутреннюю суть объектов, энергии, цвета, светящиеся формы — их теневую сущность.
Пока Руби говорила, стало совсем темно. Руби продолжала наливать кофе себе в чашку, пока горячая жидкость не коснулась ее пальца, лежащего на ободке.
В западной стороне, — сказала Руби, — мы исполняем
священную песнь. Мы исполняем танец интуиции. Гаков путь тыквы. Мы — носители щита Сновидения.
Руби поднялась и кивнула в сторону Агнес. Та встала, вытащила из-под кровати большой сверток и вручила его мне.
— Он нам понадобится позже, а пока не открывай его.
Судя по всему, это были шкурки животных. Агнес достала сверток поменьше н положила его себе на плечо. Еще один сверток вручила Джули.
— Возьми ключи от машины. Нам нужно проехать миль двадцать-двадцать пять. Большую часть по грунтовой дороге.
Мы сели в машину. Руби и Джули устроились на заднем сиденье. Как всегда, мы ехали в молчании. Был уже поздний вечер. Откуда-то издалека доносилось погромыхивание грома.
— Поверни направо, — сказала Агнес наруї пая длительное молчание.
— Похоже на одну из твоих коровьих троп, — улыбаясь, заметила я.
Сбавив скорость, я свернула направо. Тропка вскоре оборвалась, и мы ехали вдоль оврага, напоминавшего трещину в земле. Я удивилась, когда машину подкинуло на ухабистой колее. С главной дороги эта дорога оставалась невидимой.
— Мало кто из наших людей знает об этом месте, — Агнес помолчала. — Белым оно и вовсе неизвестно. — Она повернулась ко мне и улыбнулась.
Внизу лощины мы внезапно повернули, следуя по краю болота. Проехав еще около мили, Агнес попросила остановить машину. Мы вышли.
Над нами полукругом нависли скалы. Я сделала несколько наклонов, глубоких вдохов, немного размяла кости.
Руби медленно повернулась, принюхиваясь. Я взглянула на скалу, у подножия которой мы остановились, — меня очаровало буйство красок: все оттенки голубого, розового, красно-оранжевого, серый, переходящий в желтовато-коричневый. Поверхность скалы состояла из осадочных пород. Время оставило на ней свои следы. Камень был молчалив, напоминая останки шумерских городов, сохранивших лишь слабые приметы того, что некогда в их стенах кипела жизнь. Зоны дождя и вегра усердно потрудились над камнем, и теперь он имел вид изваяния, над которым работали заботливые руки скульптора.
Во времена до ходей потоки воды обрушивались с края скалы, образуя временные водопады. Один из них находился как раз в том месте, где мы стояли. Мне представился сверкающий поток белой пенящейся воды, ее явственный гул во время падения.
Стволы кедров и тамарисков причудливо изгибались, пробивая себе пугь сквозь камни. Я подобрала кедровую шишку, проверив, нег ли в ней орехов, но белки опередили меня. Мы быстро спустились вниз. Скалы нависли над нами. Кустики шалфея пробивались сквозь каменистую землю. Виднелись отпечатки мышиных лапок и копыт оленей. Высоко над нами перелетали маленькие птички — каждый звук, каждое движение отдавались эхом, растворяясь в тишине.
Агнес назвала это место Стенами Хейока — зеркальным эхом каждого движения жизни в этой местности. Скалы нависли над нами, когда мы начали спускаться вниз по самой высокой скале. Скала была почти отвесной, следовало соблюдать крайнюю осторожность. Агнес указывала путь.
Где-то на полпути она завернула за камень и исчезла из виду. Через пару минут мы тоже добрались до этого места и оказались лицом к лицу с черным отверстием ритуальной пещеры. Вход был сокрыт от посторонних взоров.
Солнце садилось, тени, отбрасываемые скалами, становились длинными, приобретая сиреневый оттенок. Поднялся ветер, швыряя песчинки мне в лицо. На четвереньках я пробралась в пещеру. Попав внутрь, я выпрямилась во весь рост и протерла глаза. Внутри пещера напоминала небольшую комнату, стены которой были украшены изображением символов и рисунками. Изображения на одной из стен казались очень древними. Противоположная стена была покрыта глиной, по которой шел цветной рисунок.
— Это место иногда называют «Местом, Где Обнажаются Скрещенные Стрелы». Это тайная священная пещера. Никому не говори о ее существовании.
Агнес указала на изображение перевернутой свастики, нарисованной красной краской:
— Здесь, в самом центре, обитает Великий Дух. — Агнес вырвала несколько волосков и бросила их в глубокую ямку в полу рядом с остатками костра. Мы сделали то же самое.
— Для предков, — пояснила она.
Темнело. От звуков ветра, доносившихся снаружи, по кожеползли мурашки. Я посмотрелана Агнес и Руби, пытаясь найти в них поддержку, но выражение их лиц было скрыто сгущавшимися тенями.
Агнес передала мне мой сверток и развернула меня спиной к выходу из пещеры. Зависла тишина.
— А теперь пойдемте — Агнес взяла Руби под руку. — Мы спустимся вниз в сокровенное место прошлого.
Агнес держала в руке зажженный факел. Мы пробрались к плоскому камню.
— Он закрываетпроход, — сказала Агнес. — Осторожно отодвиньте его.
Нам с Джули і ютребовал ись недюжинные усилия, что бы сдвинуть камень с места. Мне было холодно и неуютно, я немного боялась. Заглянув в отверстие, я увидела две первые перекладины деревянной лестницы, ведущей в абсолютную темноту. Агнес жестом показала, что мы должны спуститься вниз.
Мне казалось, что кроме меня никто не боится, но Джули ухватилась за меня дрожащей рукой. Она наклонилась вперед и прошептала:
— Линн, я боюсь. Наспоглотят духи предков. Они унесут нас очень далеко, и мы не сможем вернуться назад, разве что только во снах. С нами все кончено.
Я сделала глубокий вдох. Я не нашлась, что ответить, но попыталась подбодрить ее крепким пожатием руки. Однако страх Джули оказался заразным. Каждый мускул моего тела напрягся и задрожал.
— Иди первой, Линн — сказала Руби.
Ступить на лестницу было все равно что сделать шаг в неизвестность. Сердце выпрыгивало у меня из груди. Я медленно опускалась в непроглядную темень, словно в мифический подземный мир. Обуреваемая волнением и беспокойством, я спускалась по лестнице. Бросив взгляд вверх, я увидела Джули, спускающуюся вниз и заслонившую свег факела. Темно было, как в склепе, казалось, что тьма поглощает весь свет. Невозможно было сказать, как глубоко я уже спустилась вниз, однако мне казалось, что лестница была гораздо длиннее, чем я ожидала. По моим подсчетам лестница была около пятидесяти фугов в длину. Когда мои ноги наконец коснулись земли, я отошла в сторону от подножия лестницы и стала поджидать остальных. Интересно, что станет со всеми нами, если лестница сломается? Найдут ли нас здесь? Я огляделась по сторонам и заметила с одной стороны пещеры полку. Пахло сухой землей. По стенам шел вырезанный в камне рисунок. Я провела пальцем по одному из углублений спиралевидная кривая линия, напоминающая змею. Мне захотелось оставить на этой стене свой символ. Смогу ли я когда-нибудь оставить свой знак здесь для другой женщины? Наконец вся наша команда оказалась в сборе.
Агнес сказала, что мы должны положить свои свертки в одно место, на полку. Она предложила нам с Джули попытаться вникнуть в смысл символов, изображенных на стенах, пока они с Руби закончат все необходимые приготовления.
По подземелью заметались тени. Мы находились в круглом зале. На стены, покрашенные веществом, напоминающим мел, были нанесены символы. Я увидела изображение бизона, окруженного охотниками с ножами и пиками в руках; здесь же находились и другие изображения и символы, смысл которых не всегда был доступен мне. Вскоре Агнес и Руби встали рядом с нами. Нас окутывал золотистый, цвета дикого меда, свет факела. По стенам метались гигантские тени.
Агнес поместила факел в трещину в стене. Все мы казались странными в мерцающем свете. Зрение стало подводить меня. Лицо Джули вытянулось, напоминая портреты Модильяни, затем вновь приобрело обычную форму. Бедра Руби сместились направо, затем втянулись до такой степени, что она стала похожа на щепку. Агнес казалась словно вкопанной в землю. Понадобились огромные усилия, чтобы держаться в рамках обычного восприятия. Внутри этих стен я чувствовала себя в абсолютной безопасности, словно в ласковых объятиях Великой Матери.
Сними одежду и украшения, чтобы я могла раскрасить тебя, — сказала Агнес. Ее голос приобрел приглушенный оттенок. — За этот предел проносить ничего нельзя.
Ты тоже разденься, Джули, — обратилась к своей ученице Руби.
Мы с Джули сняли одежду и браслегы. Агнес разрисовывала меня, а Руби — Джули.
— Это место называется Деревом Сновидений, а вы — Служанки Белой Бабочки, пришедшие сюда для обучения.
Агнес разрисовала меня с головы до ног. Рисунок был неизвестен мне, но на руках она изобразила дуги лука, а рядом с грудью — полумесяцы.
— Здесь мы можем смотреть, пользуясь глазами змеи. Этот рисунок называется «Выбор І Іути Алтаря». Этот рисунок поможет высвобождению того, что заложено в тебе, но еще дремлет. Рисунок защитит тебя.
Она сделала мазок краской по моему подбородку и провела две лин и и по щекам. Я взглянула на Джули, которая была раскрашена подобным же образом. После того как Руби и Агнес закончили разрисовывать нас, нас с Джули поставили на расстоянии пяти-шести фугов лицом друг к другу. От краски рисунка возникло странное, покалывающее ощущение. Руби встала слева от Джули, а Агнес слева от меня. Вчетвером мы образовали квадрат. Руби начала петь, к ней присоединилась Агнес. Пока они пели, Агнес подожгла шалфей, щепочки кедра, еще какие-то сушеные травки. Мне показалось, что послание песни заключалось в освящении нашего пути. Пока света было достаточно, чтобы различать фигуры трех женщин. Я знала, что вскоре факел затухнет, исчезнет мерцающее сияние, а с ним и тени. Нас поглотит тьма.
Пение прекратилось.
Агнес встала на колени и сказала:
Мы попросили благословения, изгнали все нежелательное и привели в равновесие это священное место. Мы готовы начать величайшее учение.
Здесь сошлись два мира — духовный и физический. Мы находимся в утробе нашей матери, земли. Здесь содержится все сущее, — сказала Агнес и развязала несколько свертков. Затем она смешала в горшочке разные порошки. — Мы у входа в великое видение. Сюда нисходит все рожденное, отсюда является все когда перерезается пуповина, соединяющая с матерью. Но она возрождается в нас. Мы являемся ее проявлением, мы же находимся в месте конечного возвращения. Сюда мы приходим учиться распознавать сокрытое — смотреть глазами шамана. Представьте что вы — семя внутри священного стручка, ожидающее пробуждения всех сакральных тайн ваших предков. И семя это дремлет внутри каждого.
Я бросила взгляд на Джули. Она выглядела испуганной. Я почувствовала холодок, но это был внутренний холодок, не имевший ничего общего с влажностью подземелья. Мерцание факела успокаивало, однако вся обстановка и окружение были столь непривычными, что я начала нервничать. На меня обрушилась тяжесть, мышцы тела напряглись.
Руби сказала, чтобы Джули продолжала стоять, а меня подвела к небольшому каменному выступу в нескольких футах от нас и усадила на него. Руби сказала, что Агнес нужно сделать еще кое-какие приготовления. С моего нового места желтый свет факела казался бледным. Удивительно, но мне не было холодно. Земля удерживала тепло. Я наблюдала, как Агнес склонилась над горшком, смешивая порошки и вознося молитвы.
Руби подвела Джули поближе ко мне:
— Встань напротив Линн, — сказала она. Агнес поднялась, держа в руке горшок.
— Продолжай сидеть, Линн, — сказала она, подходя поближе. Ее тень нависла над нами. — Сейчас мы представим тебя Женщине Теней. Для тебя Женщина Теней проявится через Джули. Она будет действовать подобным образом. Уже много лет я работаю с Женщиной Теней, и она кое-чему научила меня. Если оглядеться по сторонам, даже здесь, вы поймете, что видите не то, что вам кажется. Сначала мы увидим прошлое. — Агнес протянула вперед перекрещенные руки. — Вот так. Ум принимает ваше видение и приспосабливает его. Когда разговариваешь с Женщиной Теней, то понимаешь, что происходят и другие изменения. При помощи обычного зрения можно видеть энергии, свет, исходящий от животных и двуногих. Однако для этого необходимо усовершенствовать зрение. Если бы вы могли истинно видеть, то вас переполнило бы видение того, что в действительности пребывает здесь и чему вам необходимо научиться. Для нетренированного ума подобное может оказаться не под силу. Двуногие приспособили свой ум к приятию лишь незначительной части реальности. Они оградили себя от священного видения. В данном случае оберег или щит оказывает разрушительное действие. Плохо, когда ребенок видит свет вокруг растений, а родители приказывают ему не болтать чепухи. Когда человек видит тени внутри теней, он можег по собственной воле войти в священный транс, видеть и говорить истину.
Агнес держала в вытянутых руках глиняный горшочек. Ей было трудно говорить, она немного помолчала.
— Посмотри сюда. Тебе следуег преисполниться благоговением и благодарностью, что этот магический горшок может существовать здесь, как он никогда не существовал прежде в великом сновидении. Для мира является трагедией, что они забрали твои глаза. Тебе внушили, что дух вещи является ложью, что вся святость находится вне тебя. Но здесь пребывает единый Великий Дух, внутри его рождаются многие малые духи.
Руби задула факел, внезапно веемы оказались в кромешной тьме.
— Существуют способы, при помощи которых можно проявить дух и сохранить воспоминание о нем, — продолжила Агнес. — Именно это мы и будем делать сейчас. Смотри на Женщину Теней. Смотри прямо перед собой.
Наступило полное молчание, дополненное полной тем-, нотой. Затем внезапно меня ослепила вспышка яркого белого света, продлившаяся секунд десять. До меня донесся голос Агнес:
— Линн, открой глаза и внимательно смотри на Джули.
Джули выглядела фантасмагорично. Она купалась в сиянии самого удивительного света, когда-либо виденного мной. Причиной света был светящийся порошок, который Агнес подбросила в воздух передо мной. Джули столь явно выделялась на этом фоне, что казалась голограммой. Затем свет потух, вновь стало темно, лишь Джули светилась розоватым свечением. Не знаю, было ли это остаточное изображение, но общий эффект ошеломлял.
— Удерживай видение, Лин, — произнесла Агнес. — Держи его.
Теперь светящийся образ не казался рассеянным, словно последовательные кадры кино. Новый опыт напомнил мне о фейерверке, виденном мною однажды. Как только эта мысль промелькнула в уме, светящийся образ исчез.
— В следующий раз постарайся подольше удержать концентрацию внимания, — сказала Агнес.
Вновь вспыхнул свег, словно фигуру Джули внезапно осветил прожектор огромной мощности. В воздухе вспыхнул порошок и погас. Вновь я увидела остаточное свечение фигуры Джули. Теперь ее образ казался более живым. Должно быть, я вскрикнула.
Агнес сказала:
Не разговаривай. Удерживай образ. Ты видишь то, что видит Мать-Земля. Так она узнает своих детей, знает, когда они здоровы, а когда болеют. Посмотри направо. Там свечение не столь яркое. Как ты думаешь, почему? А что ты видишь теперь?
Я вижу розовую форму. Л теперь я могу видеть ее скелет.
— Опиши розовую форму.
Это пожилая женщина. Теперь она усыхает, превращаясь в дряхлую старуху.
А сейчас успокой свой ум, — приказала Агнес. — Расскажи, что происходит теперь.
Посмотрите-ка на эти перья. Она больше походит на гигантскую птицу, чем на человека. Ой, она улетает. Должно быть, ей известна магия птиц. Посмотрите-ка на это крыло!
А теперь, — сказала Агнес, — посмотри и увидь Женщину Теней в облике богини.
И снова вспышка света, озарившая Джули.
— О Боже, она вновь молода.
И снова вспышка. Появилась непроницаемая для света форма. Светящееся лицо Джули превратилось в лицо маленькой девочки. Оно постоянно менялось, теперь Джули была такой, какой станет однажды — она была одета в кожаные штаны с длинной бахромой. Бисер на ее поясе светился стеклянным светом. Я разглядела несколько символов. Седые волосы спускались до самого пояса. Она держала священную трубку. Светящаяся форма протянула трубку мне. Затем образ стал вытягиваться и расплываться, взмывая вверх. Я столь увлеклась всматриванием в эту форму, что подалась вперед и потеряла равновесие. Не было никакого ощущения верха или низа — только парение, совершенно неземное ощущение. Чтобы не упасть, я ухватилась за стену.
Несмотря на то что в пещере было абсолютно темно, Агнес и Руби моментально оказались рядом, удержав меня от падения. Агнес сказала, что этого нового видения было слишком много для моего нетренированного ума, что теперь пришел мой черед действовать в качестве Женщины Теней для Джули.
Я заняла место Джули, и все повторилось вновь. Как только порошок взмыл в воздух, меня моментально ослепил свет. Я не видела ничего, кроме белого света.
Что ты видишь, Джули? — спросила Руби.
О Линн, я тебя вижу... — ее голос замер.
На этот раз будь более внимательной.
Еще одна вспышка. Когда она растаяла, Джули сказала:
— Посмотри, Агнес у нее белокурые волосы до самых пят и золотые туфельки. А какой у нее пояс!
— Какого я цвета? — не выдержала я и задала вопрос. И вновь вспышка света.
— Ты золотисто-белая, если такое только возможно. Ты похожа на северную богиню, возможно из Норвегии. Ты выглядишь лет на двадцать. Какие у тебя красивые волосы! О Боже ты только что превратилась в старуху! — Джули чугь ли не кричала от волнения.
Вновь вспыхнул свег. На этот раз заговорила Агнес:
— Линн, сейчас ты показываешь нам свою золотую суть индианки. У тебя черные волосы, ты несешь щит воина с огромным голубым орлом. Джули, посмотри на ее пояс. На нем изображены символы сновидящего. Тебе около двадцати пяти лет, а теперь ты превращаешься в очень древнюю старуху.
Донесся вздох Джули. Затем Агнес и Джули, словно дети, захлопали в ладоши.
Что вы видите? — поинтересовалась я.
На мгновение ты показалась в образе Белой Бобрихи, той, что принесла народу кри священную трубку, — пояснила Агнес. — На данный момент ваше обучение окончено. Запомните то, что вы видели. — Тишина и темнота окутали нас. На мгновение мне удалось заглянуть в неизбывную пустоту, оставленную силами творения. На неподвижность моегр сознания сама жизнь отбросила тень. Я увидела проблеск источника силы.
После ритуала мы взобрались по лестнице вверх и задвинули камнем вход.
Из щепок, которые принесла с собой Агнес, мы соорудили небольшой костерок. Мы уселись на пол пещеры, расположенной над подземельем. Агнес и Руби внимательно слушали, пока мы с Джули пересказывали виденное нами.
Не могу поверить, — сказала я. — Сколько же лет этому учению?
Оно очень древнее, — ответила Руби. — Никто не знает, сколько времени женщины открывают друг перед другом это знание. Давным-давно женщины-шаманы могли входить в Мать-Землю и выходить из нее в светящейся форме. Только дух может излечить дух. Эта практика предназначена для исцеления сердца и духовного ума.
Линн, — обратилась ко мне Агнес, — изначально это учение было южным учением. Когда мы нисходим, то учимся восходить. Когда мы уходим в землю, то возносимся в духе. По мере того как ступени лестницы спускаются вниз, дух воспаряет вверх. Чем медленнее идет твое тело, тем быстрее путешествует дух.
— Таков ключ к свечению? — спросила я.
Совершенно верно, — ответила Агнес. — Это научит тебя различать свечение во всех формах.
Это Мать-Пещера, место силы, — добавила Руби. — Здесь мы приближены к нашим предкам. В самом начале учение кива было только женским учением. Женщины оставили кие а, потому что они использовали свою силу для выращивания урожая. Если же они входили в кива, то не могли принести силу с небес, они забыли магию выращивания. В прежние дни такое нисхождение в Мать-Пещеру было равнозначно путешествию в утробу. Женщинам не всегда необходимо изучать утробу, но в любом случае они обладают силой над Матерью-Пещерой. Женщины -хейока всегда обладали этим знанием и силой. В любой момент мы можем прийти и выйти отсюда.
Руби, думаю, что мы и так достаточно много сказали, — прервала ее Агнес. — Линн выглядит усталой. У нее такой вид, словно она повстречалась с привидением.
Через два дня после обучения в Матери-Пещере погода изменилась. Всю ночь и утро дождь постукивал по крыше. Когда я проснулась, Агнес не было, поэтому я решила проехаться в Кроули и заправить бензином почти пустой бак. Было еще очень рано, поэтому я могла понаблюдать, как вместе с рассветом пробуждаются птицы. Во время поездки я засунула руку в карман джинсов и нащупала маленький камешек, который взяла на память из пещеры. Он был очень гладкий и приятный на ощупь. Как хорошо, что я взяла его с собой! Агнес сказала, что камень обладает огромными возможностями, что я сделала правильный выбор, однако смоей стороны необходима решимость воина. Она сказала, что при правильном использовании камень сможет оказать мне большую помощь.
На заправку я приехала к самому открытию. Рядом со мной сгоял еще один старенький пикап, в котором шестеро малышей-индейцев лакомились попкорном, деля его, вперемежку с поцелуями, с большой рыжей собакой. Я подала служащему двадцать долларов и попросила наполнить бак, пока я воспользуюсь туалетохм. Когда я направлялась к домику, то заметила нависшую над собой огромную тенкТїа мокром асфальте поблескивал свет, залах дождя и бензина шпал в воздухе. Я взглянула на тучи, нависшие над давно не крашенным строением бензозаправки. Тучи напоминали огромные кудели свалявшейся овечьей шерсти, сквозь которые проглядывала синева неба.
Щелкнув выключателем, я увидела перед собой типичную общественную уборную — кабинка, использованная туалетная бумага, разбросанная по влажному полу, едкий залах мочи. Из водопроводного крана капала вода. Я закрыла дверь. Потом я вымыла руки и направилась к выходу. Я потянулась к выключателю, и в этот момент почувствовала некое движение и навалившуюся на меня тяжесть. Я выпала из времени и пространства. Единственным напоминанием о моем теле было потрескивание в ушах. Когда я щелкнула выключателем, выложенная кафелем стена вдруг превратилась в глинобитную поверхность, не было никакой двери, никакого туалета, никакого видимого выхода. Совершенно неожиданно мое тело и пол под ногами задрожали. Я почувствовала себя альбатросом, парящем в межпространсгвенном полете. Затем, так же совершенно внезапно, все замерло.
Когда я провела рукой по глинобитной стене, ощущая шершавую поверхность ладонью, то поняла, что нахожусь в небольшом круглом помещении. Я запаниковала. Тело мое рвалось на свободу. От охватившего меня ужаса тело обмякло и отяжелело. Прислонясь спиной к стене, я опустилась на колени. И тут я осознала, что одета в кожаные брюки. Сверху раздался звук шагов. Я попросила о помощи, но шаги не зазвучали быстрее, наоборот, поступь стала еще более осторожной.
Затем шаги замерли. Тьму внезапно пронзил луч света, прорвавшийся сквозь круглое отверстие надо мной. Двое индейцев с длинными волосами отодвинули камень и опустили вниз огромную змею. Я не стала просить помощи и не испугалась, вместо этого на меня снизошло непоколебимое спокойствие. Я запела на неизвестном мне языке. Это было совершенно нелогично, но каким-то образом я поняла, что прохожу древний обряд инициации. Я пыталась сохранять спокойствие и понять, что же именно происходит со мной, но ум подвел меня, наполнившись ужасом, когда камень вновь прикрыл отверстие сверху. Я знала, что рядом со мной находится змея — доносилось ее неторопливое шипение. Я боялась даже моргнуть, поэтому я закрыла глаза, заставляя ум успокоиться. Я знала, что если не останусь в центре, то непременно умру.
Внезапно тишина была прервана криком:
— Леди, не могли бы вы выйти и передвинуть свою машину? У меня есть еще один клиент. — В двери застучали. — Леди, с вами все в порядке? Вы здесь уже больше часа.
Вновь раздался стук, затем зазвенели ключи. Дневной свет наполнил сумрак комнаты. Внезапный свет ударил по глазам, когда я увидела двух индейцев, уставившихся на меня. Я скругилась на полу под умывальником. Что-то щелкнуло, и я поднялась на ноги, отряхиваясь и бормоча извинения:
— Извините. Мне что-то нехорошо. Я уже выхожу.
С трудом понимая происходящее, я огляделась по сторонам в поисках змеи. Не было никаких признаков змеи, как и глинобитных стен. \
Я села в машину и уехала, не став ждать сдачу. В зеркало заднего обзора я увидела, как двое мужчин переглянулись, а затем непонимающе покачали головами.
Понадобилось несколько дней, чтобы я смогла принять и усвоить то, что произошло на заправочной станции. Когда я попросила Агнес объяснить мне происходящее, она ответила, что я соскользнула в другое время, в одну из своих прошлых жизней.
Опыт обучения, проведенный в Матери-Пещере, действительно открыл мне видение иных реальностей.
Следующие несколько дней я делала мой щит. Агнес всегда оказывалась рядом, когда мне были необходимы ее наставления и помощь. Я работала не спеша. Наконец я закончила натягивать сыромятную шкуру на ивовый обод. Я проверила щит на прочность: он был сбалансированный и упругий. Все было готово, осталось нанести узор. Агнес сказала, чтобы я взяла щит с собой, потому что она еще раз отведет меня в Мать-Пещеру.
Стоя при свете факела рядом с выходом, Агнес сказала, что на этот раз я должна спуститься вниз одна, положить перед собой щит и медитировать. С оберегом в руке я спустилась вниз по лестнице и начала свое бодрствование так, как мне было сказано. Сверху донесся голос Агнес:
— Линн, мнепридегся задвинуть камень. Я узнаю, когда ты получишь послание. Только после этого я отодвину камень.
Волна сграха обрушилась на меня, когда Агнес медленно сдвинула камень. Раздался звук камня по камню, свет исчез. После приступа непродолжительной клаустрофобии у меня немного закружилась голова. Мне стало интересно, увижу ли я еще одну из своих прошлых жизней. В кромешной темноте раздавалось только биение моего сердца.
Прошли часы, а я все продолжала сидеть в темноте утробы. Сделав глубокий вдох, я попыталась ослабить напряжение в спине. Я наблюдала за дыханием. Затем начала поднимать энергию земли так, как Агнес научила меня. Она сказала: «Линн, послушай и почувствуй, как под тобой дышит земля. Внимательно прислушайся к ней, ляг на нее, однажды ты станешь пророчицей земли. Ты сможешь предвидеть изменения погоды до того, как это станет явно для других Ты сможешь предчувствовать дождь, грозу и напасти до того, как они наступят. Земля будет разговаривать с тобой. Для того чтобы познать ее лучше, открой энергетические центры, расположенные внутри твоего тела. Увидь красный центр в основании позвоночника. Затем двигайся выше, к оранжевому центру под пупком, затем переместись к желтому центру, расположенному рядом с солнечным сплетением, затем перейди к центру, находящемуся на макушке головы».
К тому времени, когда я визуализировала все цвета, я заметила, что обычный белый шум в голове определенно меняется по мере перехода от одного центра к другому. Я проиграла целую цветовую гамму внутри головы. Это открытие окрылило меня. Я продолжала поднимать и опускать энергию в сопровождении раздававшихся внутренних звуков, пытаясь удержать и усилить яркость цветов.
Внезапно, моргнув, я заметила свечение, словно передо мной упал светлячок. Казалось, что он прыгал из стороны в сторону, затем сконцентрировался в центре моего оберега. Я смотрела, как он оставляет светящиеся концентрические узоры. Меня так поразила эта вибрирующая точка света, что я стала сомневаться, уж не игра ли воображения все это. Чем дольше я смотрела, тем шире становился луч света. Менялся и цвет: розовый вначале, ярко-красный в конце. Свет исходил из центра переплетения сложного узора, напоминающего запутанный лабиринт. Казалось, что нет никакого выхода из той сложной проблемы, что сформировалась передо мной. Казалось, событие полностью поглотило мое сознание. Я стала заложницей времени и пространства, света и тени. Я была тюремщиком и заключенным одновременно; я не могла найти выход из лабиринта. Осознанность моя оказалась в западне. Я пыталась освободиться, вырваться, поднять голову. Подняв голову, я увидела две огромные когтистые лапы, стоящие по центру лабиринта. Они светились красным огнем. Испуганно я посмотрела вверх и встретилась взглядом с огромным светящимся медведем-гризли.
— Я Бабушка-Медведица, — обратилось ко мне создание. — Потанцуй со мной, доченька. Пойдем жить со мной іуда, где нет голода и жажды.
Я отчетливо видела каждую деталь массивного тела медведицы. У медведицы был игривый вид, когда она кивала головой, однако мне захотелось убежать.
— Мне страшно, Бабушка.
— Я возьму тебя за руку и проведу через страх. Мы вместе пройдем по священной дороге.
І Іодобно тому, как я сейчас иду по священному пути?
Да. Посмотри своим страхам в лицо, внучка. Это магическая дорога, которую ты искала. Помни о своей женственности. Помни о том, кто ты такая.
Великий дух медведя, что это за лабиринт передо мной?
Медведица подняла огромную лапу и, с неожиданной силой, смела северную и восточную части светящегося лабиринта, оставляя длинные отпечатки кот гей на песке. Я отпрыгнула в сторону.
— Вот это ты, — сказала она и указала в сторону разрушенного лабиринта.
Я внимательно посмотрела.
— Отыщи Север и Восток внутри себя. Только после этого ты сможешь завершить свой путь.
Я изучала разрушенный лабиринт, отчаянно пытаясь запомнить то, что начинало испаряться. Я подняла голову, желая поговорить с Бабушкой Медведицей, но она тоже исчезла.
Я молча сидела в тишине во мне все еще звучал голос медведицы. Возникло чувство расширения, которое в одно мгновение выпрыгнуло за все фасады и предположения силы и саморефлексии в безвременный мир чудес. Я, должно быть, задремала, потому что следующее что я запомнила, была Агнес сдвигающая камень в сторону. Факел в ее руке отбрасывал золотистый свег, от которого у меня заболели глаза. Взглянув на свой оберег, я задрожала. На поверхности шкуры явно виднелись отпечатки медвежьих когтей. Я потрогала их, слезы брызнули из моих глаз. Забрав щит, я медленно стала подниматься по лестнице.
Какое блаженство выйти из кромешной тьмы на дневной свет. Агнес велела, чтобы я пока не рассказывала о своем видении, держала его в сердце. Я была переполнена энергией, меня так и распирало от желания поговорить, поэтому по дороге домой я делилась с Агнес своими мыслями по поводу света и тьмы. Переживание повергло меня в очень рефлексирующее состояние.
— Хороши и день, и ночь, — заметила Агнес — Они разговаривают на своем языке. Язык ночи отличен от языка дня. Язык ночи находится в тебе. Большинство двуногих позабыли язык ночи, но лучше этот язык помнить, потому что, прежде чем настанет рассвет, предстоит длинная ночь.
Когда мы приехали домой, я поведала Агнес о своем опыте общения со светящимся медведем. Она попросила меня описать все события в мельчайших деталях, начиная с того момента, когда она задвинула камень. Я говорила, а она кивала головой и одобрительно улыбнулась, когда я рассказала ей о цветах и звуках. Я говорила очень долго, пытаясь не упустить ни одной детали. Прошлая ночь, как на картинке, вновь прошла перед моим внутренним взором. Одно я знала в точности — Агнес действительно была довольна мной. Думая о чем-то другом, она внимательно вглядывалась в меня, затем резко встала и подошла к шкафу. Распахнув дверцу, она долго искала что-то, затем достала маленький сверток красной материи. Агнес положила сверток в мою левую руку, накрыв его своей правой. Продолжая держать меня за руку, Агнес пристально всматривалась в мои глаза. Взгляд ее был преисполнен нежности и тепла, его переполнял поток бесконечной любви, проникающий прямо в мое сердце. Она сказала:
— Это для твоего оберега. Пришей его елевой стороны, и нарисуй отпечатки медвежьей лапы, ведущие на север. Тебе всегда будеттрудно создать что-либо зимой. Тебе лучше всего работать в другие времена года. Помни об этом, отдыхай в зимние месяцы вместе со своим союзником, великой Матушкой-Гризли. Тебе будетполезно медитировать на нее, потому что она обладает мощной магией.
Я взяла красный сверток и аккуратно развернула материал. Там оказался мешочек из коричневого и серого меха, внутри которого лежал коготь медведя.
Спасибо, Агнес — с чувством произнесла я, зная, какую ценность эта вещь представляет для нее. — Как он к тебе попал?
Это мне подарили сновидящие, когда я повстречалась сними. Магия этого когтя полная, он принесет тебе огромную силу.
Я обняла Агнес. Мы обе устали. Плеснув водой в лицо, я забралась в спальник и уснула прежде чем застегнула молнию спального мешка. На следующее утро я проснулась еще до рассвета. Встав и быстренько одевшись, чтобы не разбудить Агнес, я вышла из домика, захватив с собой щи г, мешочек с когтем медведя и краски. Я решила не возвращаться, пока не закончу свой оберет. Я направилась в одно из своих любимых мест. Там, на вершине покрытого густой травой холма, росло несколько развесистых тополей. Я проработала весь день. Этот оберег обладал качеством возвращения меня внутрь. Когда я вернулась в хижину, Агнес почувствовала мою потребность в тишине. Она одобрительно кивнула, увидев законченный мною щит.
На следующий день я несколько часов стирала и писала письма. Во второй полови не дня я завернула щит в покрывало, положила его в багажник машины, и мы с Агнес отравились в гости к Руби. Мы приехали в сумерки и зашли в дом, неся с собой щит и сверток, который Агнес приготовила для Руби. Г5ещи мы оставили у двери.
Руби и Джули как раз собирались ужинать, Бен и Драм суетились, накрывая на сгол. Комната освещалась приятным мерцанием свечи. Кувшин с лесными цветами дополнял колоритную сценку. Стол был покрыт чистой скатертью в бело-голубую клетку. Руби предложила нам с Агнес присоединиться и разделить с ними трапезу. Мы охотно согласились.
Бен и Драм поедят позже, — заявила Руби. Бен что-то пробормотал. Джули взглянула на меня. Разочарование Драма было очевидным, но они не осмеливались протестовать. Опустив глаза, мужчины подавали на стол жареную оленину с гарниром из картофельного пюре.
Руби, да это настоящее празднество, — заметила Агнес, с аппетитом откусывая мясо. Руби не обратила внимания на слова Агнес, сохраняя на лице выражение обиженной девочки.
Мой кофе остыл, — сказала Руби. Драм взял чашку, вылил дымящуюся жидкость в ковшик и вновь наполнил чашку. — Обед готовился слишком долго, — продолжила Руби. — Было бы хорошо, чтобы еда была готова тогда, когда я хочу есть. — Она принялась за еду. — У нас нет ни одной приличной вилки, — продолжала жаловаться Руби. — Бен, принеси мне салфетку. Мясо совсем не соленое, в нем недостаточно приправ. Никогда ничего не сделают как следует!
Мы с Агнес недоуменно переглянулись. Руби оставалась для меня загадкой.
Но мы положили приправы столько, сколько ты нам сказала, — запротестовали Бен и Драм.
Значит, вы неправильно поняли, — прикрикнула на них Руби.
Знаешь, Руби, мне кажется, что мясо приготовлено вкусно, — вмешалась Агнес.
Я не ем картофельное пюре, — сказала Руби, не обращая никакого внимания на замечание Агнес. — Оно вредно для зубов. Ты же знаешь, Драм, что у меня больные зубы.
Драм даже рот открыл от удивления.
— Но тебе всегда нравилось картофельное пюре.
А сейчас не нравится. — Руби откусила кусочек и поморщилась. Внезапно ее внимание перекинулось на меня. — Линн, что ты делаешь?
Я достаю витамины.
Подайте Линн стакан воды, — прикрикнула Руби. Драм бросился исполнять приказание. — Лично мне все эти таблетки напоминают наркотики.
Это не гак. Это органические витамины.
Я убеждена, что это наркотики. — Руби передала свою тарелку Джули. — Я нехочуэтого. Джули, съешь вместо меня.
Бен выступил вперед, очевидно умирая от голода;
Я съем.
Бен, похоже, ты пытаешься обмануть меня и съесть мой ужин. — Руби придвинула к себе тарелку. — Не думай, что я стану тебе потакать. — Руби откусила большой кусок мяса. Она съела все, что лежало у нее на тарелке и попросила Бена принести все, что осталось. — Не забудь положить картофельного пюре, — потребовала она. Руби съела все в мгновение ока. — Эти двое молодых здоровяков так и норовят увести еду из-под носа такой старушки, как я, — пожаловалась Руби. — И это после всего, что я для них сделала.
Агнес принесла свертки, которые мы оставили около двери.
— Мы принесли тебе немного ягод, — Агнес передала сверток Драму.
Руби выскочила из-за стола и, уперев руки в бока, капризно произнесла:
— Зачем ты принесла мне ягоды? Хочешь сказать, что у меня совсем ничего нет?
Агнес не обратила внимания на выпад Руби, она спокойно уселась за стол.
— Мне просто показалось, что ты их любишь, дорогая, — ответила Агнес. Она уставилась в потолок и покачала головой.
Бен и Драм разворачивали сверток, склонившись над
ним.
— Ну что ж, эти ягоды пойдут нам на десерт. Драм, приготовь их для нас и попробуй съешь хоть одну.
Бен и Драм переглянулись, горестно вздохнув. Покончив с десертом, я попросила Руби посмотреть на мой щит.
— А не может это подождать до завтра? Каждый раз, когда ты появляешься, я и минутки не могу провести с Агнес. Вы можете заночевать сегодня у меня. Возьмете одеяла Бена и Драма. Надеюсь, они чистые. Бен и Драм могуг переночевать в твоей машине.
Я взглянула на Агнес в поиске поддержки. Агнес покачала головой и пожала плечами.
Мы с Агнес хотим наедине сыграть в шашки, а вы, молодые люди, выметайтесь отсюда, но только после того, как уберете все со стола.
В шашки, — только и смогла произнести я.
Да, в шашки. Неужели ты имеешь что-либо против шашек?
Ничего, — ответила я. — Бели ты действительно этого хочешь.
Через несколько минут мы перемыли посуду, прибрали в комнате и вышли из домика. Мы стояли под лунным сиянием, недоуменно переглядываясь. Неожиданно из домика раздались взрывы хохота. Мы с Джули понимающе переглянулись и громко рассмеялись. Бен и Драм смотрели себе под ноги.
— Ребята, — обратилась к ним Джули. — Пойдемте к ручью и разведем костер. Вполне очевидно, что Руби и Агнес не хотят, чтобы мы болтались поблизости. А мы можем поговорить.
Все согласились, и мы направились к ручью, собирая по дороге сухие ветки. Добравшись до ручья, мы отыскали ровную полянку и развели костерок. Земля была сырой, запахло прелой листвой. Вода перекатывалась по камешкам, ее журчание успокаивало. Драм рассказал анекдот, всем стало легко и радостно.
Я попросила Бена и Драма рассказать, что произошло с Рыжим Псом. Хорошее настроение мгновенно испарилось, в воздухе повною напряжение.
Я не знаю, понравится ли Руби, если мы будем говорить о нем, — серьезно сказал Драм, который больше походил на тибетского монаха, чем на индейца племени кри. В его глазах сверкали отблески костра.
Я знаю, что Рыжий Пес был ранен, у него болело сердце. Он сказал, что Агнес дала тебе свою силу, что одна ты никогда бы не смогла его одолеть. Он был очень зол и выгнал нас. Он сказал, что теперь ему нужно найти другую женскую силу. Он запретил нам возвращаться когда-либо, сказав, что мы недостойны тайного знания. Он обвинил нас в утрате корзинки силы, сказал, что из-за нашей небрежности он вынужден искать иное оружие.
Я не крала корзинку у Рыжего Пса, — ответила я. — Я просто забрала то, что принадлежало предкам, — свадебную корзинку — и вернула ее более достойным хранителям — прядильщицам и сновидящим.
Это мы и имели в виду, — пробормотал Бен. — Мы не хотели обидеть тебя.
Я не обиделась, — улыбаясь, ответила я. — Просто придерживайтесь фактов.
www.e-puzzle.ru
В этот момент я поняла, что ни Бен, ни Драм никогда не смогут доверять мне. Их глаза горели от страха, они всегда будут ждать от меня какого-то подвоха. Для этих двоих я была опасной женщиной, с которой необходимо держать ухо востро. Эта мысль наполнила меня странной гордостью.
Что интересного произошло, пока меня не было? — поинтересовалась я.
Произошло кое-что весьма забавное, — сказала Джули. — Однажды появился вот этот молодой человек и стал умолять Руби принять его в ученики.
Джули рассмеялась, а мужчины застонали. Они явно догадывались, о чем именно Джули хочет рассказать мне.
— Мужчина сказал, что он хочет быть магом. Руби ничего не ответила. Она просто слушала. Он продолжал говорить, рассказывая, что познал из книг. «А почему ты пришел ко мне? — спросила Руби. — Я целительница, а не маг. Ты же об этом знаешь». «Мне все равно, кто ты такая. Мне необходим опыт, — ответил мужчина. — Я хочу стать твоим учеником. Я слышал о тебе много хорошего». «Думаю, тебе лучше убираться туда, откуда пришел, — ответила Руби. — Люди пустое болтают. Мы всего лишь кучка краснокожих индейцев. Кто-то подшутил над тобой». Мужчина не принял отказа и полез в карман.
«Сколько у тебя денег», — поинтересовалась Руби.
«Шестьсот, но я могу достать еще», — ответил мужчина.
«Отдай их мне, — сказала Руби и положила деньги в карман рубашки. — Я буду учить тебя. Пойдем со мной. Возьми лопату, я покажу тебе кое-что из магии».
Мужчина последовал за Руби в лесную чащу. Они дошли до какой-то поляны, и Руби приказала ему очистить землю. Мужчина принялся откидывать камни и коряги, выдергивать сухую траву. «Стань лицом на запад, — сказала Руби и нарисовала длинный прямоугольник у ног мужчины. — А теперь скажи, что это магический прямоугольник. Это моя могила, а я есть пища для червей». Мужчина повторил требуемую формулу. «А теперь обойди прямоугольник, и повтори слова на все четыре стороны света».
«Вкладываешь ли ты энергию в прямоугольник?» — спросил мужчина. «Вкладываю», — ответила Руби.
Мужчина слегка испугался, но решил продолжить. Он в точности исполнил все, что от него требовала Руби.
«А теперь возьми лопату и вырой яму фута четыре в глубину по границе нарисованного мною прямоугольника».
Мужчина принялся копать, Руби курила и молча наблюдала за ним. Мужчине очень хотелось поговорить, но каждый раз Руби пресекала все его попытки. Почти весь вечер мужчина копал, но в конце концов он выкопал яму так, как этого требовала Руби.
«А теперь ложись в нее», — приказала Руби.
Мужчине стало не по себе, он попытался протестовать, но Руби продолжала настаивать, чтобы он лег в яму. Когда он все-таки подчинился, Руби сказала: «Сложи руки на груди и попрощайся со всем, что тебе дорого, — сказала она. — Преврати свои слова в молитву. Вложи в нее всего себя. Тебе ведь известно, что магия усиливается от вложенных эмоций».
Мужчина принялся плакать и прощаться со своими любимыми сестрами, машиной и университетским дипломом.
«Отлично, — прокомментировала Руби. — Из всего прочитанного тобой ты должен знать, что земля обладает позитивным излучением».
«Ну конечно, знаю», — согласился мужчина.
«Ты поймешь это еще лучше пока я буду закапывать тебя», — сказала Руби.
«Я...»
Но к этому времени Руби уже закидывал а его землей. Как только земля попала ему в глаза, он вскочил на ноги и зашипел: «Что ты делаешь?»
«Я хороню тебя, — ответила Руби. — Это твоя могила».
«Что ты такое говоришь? Да ты просто сумасшедшая!»
«О черт! — сказала Руби. — Я пропустила часть ритуала. Я забыла размозжить тебе голову лопатой, как остальным».
Мужчина утратил самообладание, выпрыгнул из ямы и принялся бежать.
«Вернись назад, — крикнула Руби. — Тебя ждет могила. Тебя ждут черви».
К тому времени, когда Джули подошла к концу рассказа, мы катались по земле, держась за животы. Когда приступ смеха поутих, Бен подкинул дров в затухающий костерок.
Это напомнило мне об одном случае, свидетелем которого я оказалась совершенно случайно, — сказала я. — Мы возвращались из Кроули, когда на вершине холма увидели огромный красный кадиллак, в котором сидел мужчина. Увидев нас, мужчина подбежал к нашей машине и спросил у Агнес, не она ли Агнес Быстрая Лосиха. Агнес подтвердила, что это она. Мужчина сказал, что уженесколько месяцев ждет с нею встречи. «И чем я могу быть вам полезной?» — поинтересовалась Агнес. Мужчина представился, сказав, что он миллионер. Так же он сообщил, что у него есть предчувствие, что она может помочь ему стать финансовым аватарой.
А что такое финансовый аватара? — спросил Драм. Джули и Бен тоже не знали, что это такое.
Это человек, который реализовал себя посредством денег. Человек, обладающий такой же силой, как Агнес и Руби, но обретший ее с помощью денег.
Бен, Джули и Драм стали обсуждать элу концепцию, придя к выводу, что деньги — слишком трудный и сложный путь самореализации.
— Рассказывай дальше, — обратился ко мне Драм. — Что случилось с этим денежным мешком?
— Агнес сказала, что предчувствие — достаточно веский аргумент, требуется нехма/юе мужество, чтобы следовать своей интуиции. Агнеспоинтересовалась, как же, по его мнению, она может помочь. Мужчина сказал, что она может научить, как пробудить его силы, чтобы он мог заработать еще больше денег-. Агнес поинтересовалась о цене за такую работу. Мужчина ответил, что, учитывая ее скромные потребности, ей хватит пятнадцати сотенных. Агнес запросила больше. Они стали торговаться. Это продолжалось больше часа. В конце концов они сошлись на трех тысячах. Мужчина отсчитал деньги сотенными купюрами. Затем Агнеспоинтересовалась, есгь ли у него спичка. Мужчина перерыл всю машину и отыскал в отделении для перчаток коробок спичек. Когда он вернулся, Агнес сидела, скрестив ноги, на бампере моей машины. Она взяла в левую руку деньги и подожгла их. Мужчина был так ошеломлен, что стоял как вкопанный. Затем, ругаясь, он вырвал у Агнес деньги, затушил и сунул обгоревшие купюры себе в карман. Крикнув Агнес, что она сумасшедшая, мужчина уселся в машину и укатал восвояси.
Бен тяжело вздохнул, все рассмеялись.
— Это еще не все, — продолжила я свой рассказ. — І Іосле того как мужчина уехал, я подошла к Агнес и поинтересовалась, почему она подожгла деньги этого человека. Агнес недоуменно посмотрела на меня. Ее взгляд выражал сострадание. «Я просто показала этому человеку ответ на тот вопрос, который мучил его. Конечно, в этой жизни ему не достигнуть истины, все его связи отрезаны. Он настолько порабощен деньгами, что даже не в состоянии понять их свободу. Его предчувствие было истинным, однако ему не хватило веры. Надеюсь, он вернется, но я знаю, что он не захочет этого, ему никогда не найти наставника».
Где-то в деревьях закричала гагара, перекрикивая наш смех. Я наслаждалась обществом других учеников. В воздухе стоял аромат дымка. Я взглянула на Бена и Драма поверх языков пламени.
— Есть ли кто-нибудь, кого боится Рыжий Пес? — спросила я.
При упоминании имени Рыжего Пса поведение двух мужчин мгновенно изменилось. Их взгляд забегал из стороны в сторону, исчезло довольное и радостное выражение лиц, сохранявшееся большую часть нашего разговора.
Бен занервничал, а потом сказал:
— Есть один человек силы, который действительно зада/і жару Рыжему Псу. Он не из Канады. Помню, как однажды Рыжий Пес рассказывал о церемонии, которая состоялась в Оклахоме, на которой этот шаман по имени Дэвид Карсон совершал совершенно неимоверные вещи. Карсон вошел и...
Неожиданно Драм, словно пружина, отскочил в сторону. Левой рукой он обхватил Бену голову, а правой зажал рот.
Дурак, какой ты дурак! — хрипло выкрикнул Драм. Бен яростно сопротивлялся, пытаясь освободиться. На это ему потребовалось время. — Ты что, сошел с ума, Бен? Он предупреждал, чтобы мы не бесчестили его имени этой историей. С твоей глупостью ты здесь надолго не задержишься. Рыжий Пес раскидает нас в разные стороны.
Да, ты прав, Драм, — кивнув толовой, согласился Бен. — Он рассказал нам об этом лишь для того, чтобы нагнать страху.
Я не знала, что и подумать, поэтому хранила молчание. Бен казался униженным. Джули пришла к нему на помощь.
— Имя этого шамана звучит достаточно грозно, — сказала она. — Руби говорила, что Карсон — хейока, как и она. Это все, что мне известно. А вы, парни, каждого боитесь. Хватит историй. Почему бы нам не спеть?
Мы запели песнь, обращенную к Матери-Земле, которой научила нас Руби. Мы вошли в ритм и пели до тех пор, пока не загас костерок.
ЩИТ БИЗОНА: СЕВЕР
Люди племени кри говорят, что легенды живут в мире и могут выбрать человека, который сможет передать их людям.
Так формируются символические взаимоотношения: если люди правильно вскармливают легенду, она может многое поведать о жизни.
То же самое можно сказать о снах и именах...
Говард Л. Норман, «Цикл желаний»
На следующий вечер, на закате, мы с Агнес решили прогуляться, наблюдая за парящим над нами орлом. Когда мы присели на россыпь камней, солнце уходило за горизонт, его силуэт вырисовывался черным на фоне розового неба. С юго-запада дул теплый, ласковый ветерок, принося с собой запах летнего разнотравья. Движения темных теней по скалам гипнотизировали, навевая сон.
Внезапно я насторожилась. Ярдах в трехстах от нас, на россыпи камней вырисовалась фигура мужчины. Мужчина сгоял недвижно, возвышаясь черным силуэтом на голубом небе. Контур его бороды отливал медью в последних лучах заката. Я знала, что это Рыжий Пес.
— Агнес — прошептала я, но ответа не последовало.
Я повернулась, чтобы привлечь ее внимание. Агнес дремала. Я задержала дыхание и потрясла ее за плечо.
— Посмотри-ка туда. Это Рыжий Пес — взволнованно прошептала я. Я мотнула головой, наблюдая за реакцией Агнес. Взгляд Агнес моментально напрягся, она не повернула головы, но нахмурилась.
Где?
Вон там. — Я повернулась, чтобы показать направление. Слева донесся крик ворона. Второй ворон откликнулся справа от меня.
Он был нон гам. Я видела его.
Агнес похлопала меня по колену и сказала:
А тебе не показалось?
Конечно, неп
Многие люди призывают свои страхи, и страхи, конечно, не замедляют явиться, — сказала Агнес и рассмеялась. — Он не там, а здесь. — Она кивнула вправо и прищурилась. Когда прозвучали эти слова, то в указанном Агнес направлении я увидела размытые очертания вспышки света. У меня закружилась голова. — Нет, он вон где, — показала Агнес. И снова я заметила облачко света. Я была на грани обморока. — Нет, он сзади нас! — Я невольно оглянулась, напутанная до смерти. Последовала еще одна вспышка света, и я стала падать. Агнес подхватила меня.
— Агнес, что ты делаешь! Ты что, пытаешься меня убить?
Сердце выпрыгивало у меня из груди. Я думала, что она смеется надо мной, а я в любую минуту могла потерять сознание, если она продолжит свою игру. Однако продолжения не последовало. Агнес круговыми движениями потерла мне основание позвоночника. От этого немного ослабилось напряжение в горле и груди.
— Перестань призывать, Линн, — сказала Агнес, похлопав меня по колену. — Во время охоты одним из способов привлечения добычи является поиск места в своем уме которое призывает ее. Жертва заинтересуется и придет, тогда ты сможешь ее убить. Подобным образом действуют и твои страхи. Вот враг, напугавший тебя до смерти. Перестань взывать и скройся из виду. Иначе ты действительно призовешь своего врага, и не известно, чем это для тебя закончится.
Ты хочешь сказать, что это мои мысли создали образ Рыжего Пса?
Ты просишь силу привести его к тебе, я предлагаю тебе остановиться ради твоего же блага. Ты призываешь могущественные силы, которые не принесут тебе ничего хорошего.
— И что же мне делать? — раздраженно спросила я. Агнес еще потерла у основания моего позвоночника, так
мне и не отвелив.
— Пойдем, — сказала она.
Следующие два дня Агнес хранила молчание. В последнее время мы много болтали, поэтому столь неожиданный холодный прием задел мои чувства. Каждый раз, когда я пыталась заговорить, Агнес ладошкой закрывала мне рот и качала головой. Казалось, она не намерена учить меня чему-либо. Затем произошло удивительное событие.
Однажды я прогуливалась около хижины и увидела перо дятла, упавшее на землю. Я подобрала его, но выронила. Перышко было маленькое цвета малинового щербета. Поискав перышко, я подобрала его, но вновь выронила. Расстроившись оттого, что не могу удержатьперо, я вновь безуспешно попыталась поднять его с земли.
В этот момент распахнулась дверь, и раздался крик Агнес:
— Линн, оставь его! Оно предназначено не для тебя!
— Ерунда, — крикнула я в ответ и продолжила свои попытки.
Никогда прежде я не видела, чтобы Агнес двигалась с такой скоростью. Не успела я попять, что происходит, как Агнес уже была рядом со мной и трясла меня за плечи.
— Я же сказала, чтобы ты не трогала его, — крикнула
она.
— Но почему?
Агнес перестала трясти меня.
— Это перо принадлежит виндиго — духу гор с ледяным сердцем. Перо принадлежит ему, он послал перо, чтобы поймать тебя. Я слышала, как перо приказало тебе прийти, а ты слепо последовала на зов.
— Откуда же я могу узнать, что именно перо говорит мне?
— Линн, я не знаю, что тебя защищает. Не имею ни малейшего представления. Как тебе удалось избежать столкновений со множеством виндиго, нападавших на тебя. Их очень много, каждый из них манит тебя к смерти.
— Ты и раньше говорила мне об этих духах.
— Жаль, что я не могу объяснить тебе этого на своем языке. В это перо вошел дух, который дал ему жизнь и оживил. Виндиго может войти почта в любое растение, животное или предмет. В данном случае гора — это тоже виндиго. Видишь ту гору?
-Да.
Никогда, ни при каких обстоятельствах не ходи туда, иначе ничто уже не сможет тебя спасти. Для тебя эта гора — виндиго, твоя смерть. Гора послала это перо, чтобы соблазнить тебя и привесги к ней. Она предъявляет на тебя свои права, для тебя это равносильно смерти.
Агнес, я часто испытываю желание подняться на эту гору. Единственное, почему я этого не сделала, так это то, что до нее слишком долго идти.
— Уверяю тебя, ты бы никогда не вернулась.
Я вздрогнула от страха и пообещала никогда не ходить, к горг-виндиго.
А как можно распознать виндиго, Агнес?
Я вижу по твоим глазам, что ты не очень-то серьезно относишься к моим словам, но уверяю тебя, что говорю об этом ради твоего же блага. Некая твоя часть не верит мне, но нечто в тебе знает истину. Учись сновидению в состоянии бодрствования, тогда ты сможешь видеть то, что лицезреет Вел и кий Дух. Ты сможешь увидеть виндиго, которые тянутся к тебе. Ты будешь заранее знать о приближающейся опасности. Тогда ты не погибнешь по глупости. Ты сможешь спасти себя и оказать помощь другим. Говорят, что единственный способ уничтожить виндиго — растопить его ледяное сердце. Не позволяй ловить себя на столь дешевые трюки.
В этот вечер мы сидели на пороге хижины. Я сидела, опершись спиной о стену, а Агнес — скрестив ноги и положив руки на колени. Только что стемнело. Сквозь облака проглядывала луна. Заухала сова. Лунный свег освещал лицо Агнес.
Старики говорят, что все очень просто. Когда делаешь сверток, делай его аккуратно.
Ты говоришь о невинности? — спросила я.
Нет, о простоте. Это совсем другое. Я вижу, что простота для тебя является проблемой. Ты получила целые горы знаний. Но если знание не проверено опытом, оно абсолютно бесполезно, оно остается нереализованным. Ты напоминаешь мне человека с новеньким грузовиком и набором инструментов. Твоя истина — это набор инструментов. Когда ты отправляешься на работу, то оставляешь инструменты в машине. Все очень просто. Ты не пользуешься ими в каждый момент своей жизни. Подобно большинству людей, ты не переживаешь события всей полнотой своего существа. Вот в чем разница между знанием и мудростью. Пойдем в дом, выпьем чаю.
Мы зашли в дом. Агнес засветила фонарь, я вскипятила воду. Агнес сидела на своем обычном месте за кухонным столом, обвив ногами ножки стула, совсем как юная девушка. Налив чай, я села слева от Агнес.
— Посмотри, где ты сидишь, Линн. Тебе это о чем-нибудь говорит?
Я не знала, что и ответить. После минуты раздумий я решила, что если бы стол был круглый, как магическое колесо, то Агнес сидела бы на западе, то есть в месте женской силы. Я сказала:
Я сижу на севере. Правильно?
Правильно. Твое тело знало свое место на севере. Ты этого неосознавала, но передвинула стул сего обычного места на востоке. Твое тело быстрее познает мудрость, чем твой ум.
Обычно ты сидишь напротив меня, — продолжила она, — что означает, что ты направлена на обучение. Обычно твое тело воспринимает меня в качестве учителя, расположенного на Севере, а ты обычно занимаешь место ученицы, сидящей в доверии и невинности на Юге. Но сегодня произошло необычное событие.
Агнес минуту помолчала. Она взяла чашку и отпила чаю, продолжая внимательно смотреть на меня. Агнес тихонько рассмеялась, я почувствовала неловкость. Казалось, ее глаза танцуют в свете фонаря. Почувствовав еще большее смущение, я не знала, что и сказать. Агнес поставила чашку на стол, встала и забралась на стул. Откинув голову назад, она гордо стояла, выглядя очень сильной и гибкой.
Все сознание вашей расы поглощено вот этой частью тела. — Агнесяростно выгнула бедро и медленно повернулась на стуле.
Агнес, осторожно! — вскрикнула я, реагируя на ее буйное поведение. Агнес жестом попросила меня замолчать.
— Стоит только взглянуть на ваши журналы: в них десятки объявлений с изображением чьей-либо задницы, затянутой в тесные джинсы. Ваши люди просто с ума сходят от задниц. 11 этому есть объяснение. Известна ли тебе причина?
Я смотрела на Агнес.
Это как-то связано с сексом?
Не совсем. На самом деле это означает следующее. — Она махнула рукой в сторону стола. — Врачи, учителя и разные лидеры постоянно говорят: «Смотри в себя». — Она наклонилась, словно рассматривая что-то лежащее по центру стола.
Куда бы я ни передвигалась, перед моими глазами все время находились бедра Агнес.
— Что ты видишь? — поинтересовалась она, хлопнув себя по мягкому месту.
Я громко рассмеялась.
— Правильно. Когда ты смотришь внутрь, то следующие за тобой видят только твою попку.
Агнес выпрямилась и через мгновение оказалась стоящей по центру стола.
Вот что тебе необходимо сделать, Линн. — Она повернулась ко мне. Наши глаза встретились. — Стой внутри своего круга. Повернись лицом к следующим за тобой и смотри им прямо в глаза.
У тебя прямо-таки графический способ объяснения, Агнес, — сказала я. Мы обе смеялись.
Я вскочила на стул, желая помочь ей спуститься со стола. Вместо того чтобы позволить мне помочь ей, Агнес подпрыгнула в воздух. Все, что я увидела, были ее бело-розовые носки. Она мягко приземлилась на обе поти. Я же потеряла равновесие. Агнес подоспела как раз вовремя, чтобы не дать мне упасть.
— Стой здесь, — сказала она. — Посмотрим, сможешь ли ТЫ сохранять равновесие во время нашей беседы.
Было немного смешно стоять на стуле посреди кухни, однако, когда Агнес сгояла на стуле, это выглядело самой естественной пещью в мире.
Для тебя будет полезно постоять на стуле, если тебе это, конечно, удастся. — Она отпустила мою руку и отошла в сторону. Стул покачнулся, и я на мгновение утратила равновесие. Агнес встала у меня за спиной. — Не двигайся. Просто слушай, — сказала она. — Я собираюсь сбить тебя, гак что будь готова.
Только не делай мне больно, Агнес.
Я даже не прикоснусь к тебе. — Она понизила голос на октаву. — Передвинув стул сегодня вечером на позицию Севера, твое тело пред] ючло перебраться внутрь священного круга и прекратить по-глупому вглядываться внутрь с периферии. Подумай над этим. Добро пожаловать в круг.
Голос Агнес словно доносился из-под пола, позади меня. Я оглянулась, чтобы проверить, где же именно она стоит. Утратив равновесие, я стала падать со стула, перевернув чайник, стоявший на столе. Агнес подхватила меня и каким-то образом помешала падению.
— Давай выйдем, — сказала она. — Я хочу кое-что показать тебе относительно равновесия.
Я последовала за Агнес. Мы отошли ярдов на двадцать от дома и остановились под лунным сиянием.
Попробуй сбить меня любым известным тебе способом, — сказала она.
Ты шутишь, Агнес?
Ничего подобного. Попробуй.
Ты хочешь, чтобы я тебя сбила с ног?
Попробуй. Ты этого сделать не сможешь.
А вот увидим.
Не получится. Давай. Я не стану сопротивляться. Я к тебе даже не прикоснусь.
Агнес продолжала настаивать, чтобы я попробовала сбить ее, но я инстинктивно сохраняла осторожность. Мне не хотелось причинять ей боль. Я считала, что для меня не составит труда выбить ее из равновесия и повалить на землю, особенно если она не станет сопротивляться.
— Хорошо, Агнес. Но не вини меня, если я причиню тебе боль.
Почувствовав, как напряглись мои мускулы, я набросилась на нее. Но вместо того чтобы схватить Агнес я оказалась лежащей на земле. Каким-то образом ей удалось избежать столкновения.
— Попробуй еще раз, — сказала она. — Возможно, сейчас тебе это удастся.
Я повторила попытку. Агнес слегка отклонилась влево, я же вновь распласталась у ее ног. Она рассмеялась.
Ты попробуй со всей силой, — сказала Агнес. — Разве тебе не хочется сбить меня?
Я стараюсь.
Тогда стань опасной. Стань коварной и сбей меня.
Я набросилась на нее со всей силой. Агнес слегка изменила положение, и из меня чуть дух не вы шел, когда я со всего размаху рухнула на траву. Задыхаясь, я села.
Как это у тебя получается? Я не могу даже приблизиться к тебе.
Моя светящаяся форма выходит на встречу с твоей светящейся формой, — пояснила Агнес, помогая мне подняться с земли. — Чем больше ты стараешься, тем легче мне избежать нападения. Моя светящаяся форма слегка отталкивает твою, и ты оказываешься на земле в основном в резульгаге собственных усилий. Не смотри гак недоуменно. — Глаза Агнес сверкали. — Ну, на сегодня достаточно. Помни — ты можешь использовать свою энергию разумно, только оставаясь центрированной.
Агнес, — задыхаясь, произнесла я, — применяй ко мне более мягкие методы, иначе у тебя не станет ученицы, с которой можно было бы работать.
Может быть, тебе показалось, что я хотела доказать твое бессилие но это не так. У нас с тобой равные возможности. У тебя даже есть преимущества, потому что я старше. Я помогаю тебеосознать собственный потенциал. Давай немного посидим на пороге.
Мы уютно устроились на крылечке. Было приятно сидеть рядом с Агнес в излучении ее ауры. Она легонько обняла меня за плечи.
Человеку всегда предоставляется выбор, — сказала Агнес — Можно питать себя, а можно и уничтожить своей же собственной силой. Когда обучаешь учеников силе очень важно в самом начале провести их через страхи, потому что зло и манипуляция, использование вызываются жадностью и завистью, причиной чему является страх. Чтобы пройти через собственные страхи, необходимо изучить себя. Трудно познать себя без поступка силы или красоты.
Что ты имеешь в виду?
Вначале я объясню тебе что именно я подразумеваю под силой. Смысл этого слова был извращен в твоем мире. І Іри слове «сила» люди испытывают страх. Они вспоминают о полиции или налоговой инспекции, о том, кто обладает властью над ними. Но я не это имею в виду, когда говорю о силе. Для меня сила — это понимание духа магической энергии, протекающей через все живые существа. Человек магии, шаман, может перевести эту энергию в целительство, в трансформацию дуг я себя или окружающих. Власть, сила — это способность смотреть на себя собственными глазами, а не глазами окружающих. Это способность создать круг силы вокруг собственных ног, а не брать силу из круга другого человека. Истинная сила — это любовь.
Проблема одинакова как для мужчин, так и для женщин, но для женщин все гораздо сложнее. Как может женщина из твоего общества достигнуть мудрости? В реальности жен шина не лишена силы, как и мужчина. Вследствие лжи женщине труднее достичь уважения и авторитета в собственной жизни. Тебе, как воину, Линн, необходимо раскрыть силу и научиться правильно использовать ее. Многие женщины рассматривают уважение и признание как некий посторонний объект, отделенный от них, они боятся признать в себе силу. Если ты скажешь женщине, находящейся в положении бессильной жертвы, чтобы она взяла свою силу, она непременно испугается, потому что это подразумевает изменения. Для обретения силы необходимо сделать шаг в мистерию неизвестного. Если человек обладает силой, как, например, женщины, и не использует ее то сила спит внутри, не имея место для фокуса. В таком случае сила извращается, превращаясь в зло. Она может обернуться против человека, позвавшего ее. Если человек отворачивается от своей силы, развиваются внутренние проблемы и разнообразные недуги. Если ты не идешь со своими страхами, если ты делаешь из них врагов, возникает огромная опасность того, что у тебя исчезнет цель, не будет направления для движения, твоя сила станет бездомным скитальцем. Это приводит к разрушению человека.
Ты знаешь кого-нибудь, с кем такое уже произошло?
Многих, — ответила Агнес. — Я расскажу тебе об одной из своих учениц. Она была хорошей женщиной. Она хотела лечить людей, с детства она призывала силу, чтобы использовать ее затем достойным способом. Она изучила все колеса, все способы шаманизма. Она была преданной ученицей, но у нее была одна большая проблема. Ее обуревала странная идея, что она должна контролировать все вокруг себя. При помощи силы она получила хмужа и детей, а затем стала использовать силу, чтобы манипулировать ими. Она переехала в Калгари, но время от времени приезжала ко мне.
Зависть и стремление к контролю над другими порождают черную магию и колдовсгво. Надеюсь, ты никогда не нарушишь свободу воли других людей, пока тебя не попросят о помощи. Эта ученица стала использовать магическую силу, которой я ее обучила, против меня. Я вошла во взаимодействие с силами, которые она посылала с целью установить контроль надо мной. Однажды я преподнесла ей сюрприз: перестала сотрудничать и стала контролировать ее, хотя и не хотела поступать подобным образом.
— И что произошло?
— Я показала ей ее собственный страх. Зеркальное отражение было невыносимым. Она забилась в истерике и попыталась любым способом взять надо мной верх. Следует понять, что причиной неудачи явился ее собственный страх. Она не смогла противостоять сотворенному ею же демону. Ее страх был ненасытен, поглотал всю ее жизненную силу. Страх с такой силой пожирал женщину, что она не могла ничего с этим сделать. Она не смогла посмотреть в лицо этому чудовищу и таким образом освободиться от него.
Она не могла посмотреть на себя, поэтому слала считать, что это я была чудовищем, пожирающим ее. Она поклялась, что убьет меня при помощи той самой силы, которой я ее обучила. Она пробовала много раз, но безуспешно. До сих пор она узник своего страха.
— И ты ничего не можешь для нее сделать?
— Нет. Я не могу предстать перед ее страхом вместо нее. Она должна найти мужество в самой себе. Что бы я ни сделала, это лишь усилит ее страх и продлит мучения.
— Обладает ли она силой, Агнес?
— Да. У нее огромная сила и большие способности. Она влюблена в силу, сила обручена с ней. Однако она не может двигаться вместе сней в совершениепостулка красоты вследствие огромного страха. Она не отыскала свою ноту, свой голос. Я переживаю и часто думаю о ней. Каждый день я посылаю ей любовь и целительную энергию.
Мы еще немного посидели на крылечке, глядя на луну, нависшую над темными силуэтами деревьев. Облако закрыло . лунное сияние. Голос Агнес убаюкивал, она сказала, что нам пора спать. В ее объятиях я почувствовала себя в полной безопасности.
На следующее утро мы проснулись от резкого стука в дверь. Агнес встала и подошла к двери.
— Кто там?
Снаружи раздался резкий голос Руби:
Это Маленькая Красная Шапочка. А ты кого ждешь? Агнес открыла дверь, посторонилась и сказала:
Входи, Маленькая Красная Шапочка.
В хижину ворвалась Руби с огромной сумкой. Она воскликнула:
— Бабушка, какие у тебя большие глазки!
Агнес зарычала, подражая волку, и мы все рассмеялись.
Дико было видеть Руби при полном параде. На голове у нее была маленькая шляпка с вуалькой, волосы аккуратно собраны в узел, губы подкрашены яркой помадой. На шее висела нитка жемчуга. В чулках и черных лаковых туфлях на высоких каблуках она походила на женщину, собравшуюся на бал-маскарад. Я даже заметила кружевной платочек.
— Ну ты и вырядилась, — сказала я.
Руби проигнорировала мое замечание. Она повернулась к Агнес, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.
Пойдем, — сказала она.
Куда, — вмешалась я.
Мы навестим мою кузину. — Руби рухнула на стул и вздохнула. — Почему ты до сих пор не готова? — обратилась она к Агнес.
Я совсем забыла. И я забыла сказать об этом Линн, — ответила Агнес. Как ни в чем не бывало она повернулась ко мне. — Нам необходимо отдохнуть от всех ваших выходок. Мы хотим немного побыть среди людей нашего возраста.
Агнес принялась одеваться.
А как же мой гцит?
А что с ним іакое? — Агнес распахнула шифоньер, достала черную сумочку и поставила ее на комод.
Что мне делать теперь?
Ты все можешь сделать сама. Тебе больше не нужна моя помощь.
Но как я узнаю, правильно ли я поступаю?
Прислушиваясь к собственным ощущениям.
Но для этого мне необходимы видения, медитация и тому подобное.
Ну так сделай это.
Но как? — я запаниковала.
Ты хочешь сказать, что после всего происшедшего ты не знаешь, как получить сновидение?
Агнес надела голубое платье в белый горошек, чулки и коричневые туфли на низком каблуке. Из старенькой шкатулки она достала золотую брошь и приколола ее к белому шарфику, повязанному вокруг шеи.
— Я думала, что ты поможешь мне. Я на тебя рассчитывала.
— Я и помогаю тебе, убираясь отсюда. Шагая за Агнес по комнате, я ныла:
— Куда мне отправиться, чтобы получить видение Севера7. Хотя бы намекни.
Агнес и Руби рассмеялись, затем Руби сказала:
— Линн, а почему бы тебе не отправиться на Северный Полюс? Разве не там обитает Санта Клаус?
— Вам бы только смеяться. Не верю, что вы уезжаете.
— Но мы действительно уходим, — ответили они мне в унисон.
И как же вы гуда доберетесь? Агнес протянула ко мне руку.
Что ты хочешь? — спросила я.
Ключи от твоей машины. Дай их мне.
Ты же не умеешь водить, Агнес.
Обе женщины рассмеялись. Продолжая смеяться, Руби громко сказала:
— Агнес отлично ездит. Помню, однажды она переехала трех белокожих. Эти парни считали, что мы парочка сумасшедших, вот она им и доказала.
Слезы смеха катились по щекам Руби.
Пока Агнес ходила по комнате, собирая вещи, до меня начало доходить, что они действительно уезжают. Агнес и Руби стали выносить старенькие чемоданы из дома. Около двери Агнес обернулась ко мне и сказала:
Поддерживай чистоту и не съешь всю оленину.
Когда ты вернешься? — дрожащим голосом спросила я.
В свое время. Кстати, дай мне двадцать долларов на бензин. — Она улыбнулась. На мгновение наши взгляды пересеклись. В расстроенных чувствах я порылась в сумочке и дала ей деньги.
Агнес, скажи, что я теперь должна делать со щитом? Какую шкурку мне использован»?
Разве это имеет какое-либо значение? — спросила Агнес.
Конечні) же, имеет. Это очень важный момент.
Линн, перестань суетиться, — сказала Руби. — Ты испортишь мне всю поездку. Оберег Севера в любом случае не защитит тебя от Рыжего Пса.
Агнес и Руби торопливо направились к моей машине. Я шла следом за ними, чувствуя, как из моей груди і юдн и мается крик. Положив свои старенькие чемоданы назаднєє сиденье, они забрались в машину и захлопнули дверцы. Я постучала по стеклу со стороны водительского кресла, на котором восседала Агнес. Она недовольно глянула на меня и опустила стекло.
В чем дело, Линн? — раздраженно спросила она.
Разве ты не оставишь мне адрес, помер телефона, хоть какие-нибудь координаты? Что, если мне понадобится связаться с тобой?
Послушай, Линн. Мы с тобой достаточно общались, думаю, что пообщаемся еще. Отсюда ты не сможешь написать или позвонить мне, поэтому тебе не понадобится мой адрес или номер телефона. К тому же я заби раю твою машин у. Куда нужно нажать, чтобы сдать назад? Никак не могу разобраться в новой конструкции коробки передач.
— Агнес, ты же говорила, что умеешь водить машину, — встревоженно воскликнула я. Мне стало дурно, когда я представила, как машина врезается в дерево. Что я скажу страховой компании? І Іеред внутренним взоромпромелькнулакартинка, как я прихожу к Агнес и Руби, похожим на мумии, в какуто-то заштатную больницу, извиняясь за то, что позволила им сесть в машину.
Внезапно раздался шум заводящегося мотора, машина скользнула назад, подпрыгнула на кочке, а затем ринулась вперед, обдав меня запахом выхлопных газов. Они исчезли в облакеподня той пыли. Я стояла, глотая пыль, посреди зелени прекрасных долин Манитобы, ощущая себя покинутой и беспомощной.
Медленным шагом я возвратилась в дом. Расстроенная и злая, я достала из-под незаправленной кровати Агнес свежесрезанную ветку ивы, отыскала шкурку и положила все это на стол. Я села и попыталась согнуть ветку в круг. Ветка выскользнула у меня из пальцев, больно хлестнув по щеке.
— Ах вы старые крысы! — выкрикнула я. — Бросили меня одну.
Щека горела. Я встала и пнула стул. Налив себе цветочного чаю для успокоения, я села и аккуратно принялась за работу.
Без наставлений Агнес каждый шаг в моей работе таил в себе угрозу. То я злилась, то смеялась над нелепостью своего положения.
Меня тревожило не то, что Агнес оставила меня, но неопределенность, связанная с ее возвращен нем. В своей нормальной жизни в Лос-Анджелесе я всегда помечала на календаре все свои встречи и деловые обеды. У меня всегда было четкое представление о том, что я буду делать, когда и с кем. Это давало мне ощущение безопасности, я поняла, что каким-то образом присвоила себе право на Агнес. Р.е неожиданный отъезд выбил у меня почву из-под ног. С Агнес я ни в чем не могла быть уверена. Она предупредила меня: остерегайся определенности.
Я подумала, что она может задержаться на месяц или даже на полгода. Я не могла оставаться в Канаде так долго.
Я вдруг забеспокоилась за Лгнес. Что, если у нее возникнут проблемы с машиной? Вдруг ей понадобится моя помощь? Затем я решила, что Агнес — женщина-маг, которая ПОСТОЯННО путешествует, что она сможет справиться С любой ситуацией лучше, чем кто-либо из моих знакомых.
Проблема заключалась во мне. Я пыталась создать щит, находясь в состоянии относительного невежества. Теперь я знала, как сделать щит, но мое знание носило чисто физический характер; мне недоставало знаний о глубинном смысле оберега. Я ощущала себя немощной. Чем дольше я размышляла над сложившейся ситуацией, тем больше чувствовала, что Лгнес предала меня как свою ученицу. Я начала размышлять нал возможностью получения знаний о щите Севера от кого-то другого. Возможно, другая шаманка поможет мне преодолеть мое ограничение знаний и навыков.
Я і ючувсгвовала потребность во взаимодействии с людьми. Мне было необходимо поговорить с кем-нибудь. Я стала разговаривать вслух сама с собой.
Я попыталась убедить себя в том, что наслаждаюсь покоем и одиночеством. Удивительно, но звук моего собственного голоса нагонял на меня страх. Любой шум я воспринимала за появление Рыжего Пса. В присутствии Руби и Лгнес я не боялась его, хотя часто думала, что Руби еще болееопасна, чем он.
Следующие несколько дней я работала над щитом. Я [измышляла над тем, чему научилась, думала об Агнес, пытаясь понять, какое место она занимает в моей жизни и что она для меня значит. Внутри меня возникло много ощущений, когда я принялась за выполнение ритуалов. Особенно теперь, когда Лгнес не было поблизости. Несколько раз я обращалась к ней, забыв, что ее нет рядом. В конце каждого дня сердце мое переполнялось ожиданием и надеждой, что огга может войти в любую минуту. Во время таких наполненных надеждой минут мне казалось, что вокруг меня танцуют музы. Я вновь находилась в самом начале, но впервые видела и наблюдала.
Я не привыкла к одиночеству и изоляции. Я утратила ощущение времени. Оберег- и Агнес смешались в моих мыслях; они постоянно присутствовали во мне. Меня переполняли образы моего перемещения на Север. Известная мгге ранее жизнь ушла в прошлое.
Прошло около недели после отъезда Агнес, когда однажды ночью я проснулась от желания сходить в туалет. В гем ноте я выбралась из дома, смугно осознавая некий хлопающий звук. В полудреме мне показалось, что я заметила какую-то тень, когда распахнула дверь домика.
Когда я вернулась в дом и закрыла дверь, сон мой улету-чился. От ночного холодного воздуха зубы стучали, как кастаньеты. Я пыталась успокоиться при помощи глубокого дыхания. Глаза привыкли к темноте. Совершенно неожиданно что-то с хлопаньем коснулось макушки моей головы. Все произошло столь неожиданно, что крик застыл в моей груди. В голове пронеслась мысль, что это дух Рыжего Пса проник в дом, а теперь пытается добраться до меня. Я рухнула на пол и на четвереньках заползла под стол, придвинув за собой стул для большей безопасности. Раздался удар и звон разбитого стекла, за которым последовал шум крыльев. Звуки были столь необычны, что я испугалась еще больше и придвинула еще один стул, загораживая проход под стол.
Последовал еще один удар, и вновь на пол посыпалось стекло. Должно быть, я лак далеко залезла под стол, что вышла из-под его прикрытия, потому что эта тварь, кем бы
она ни была, вцепилась мне в плечи, запуталась в волосах. Теперь я уже кричала, не имея ни малейшего представления, что именно находится в доме и откуда оно взялось. Я находилась на грани полной потери самоконтроля, ощущал лишь опасность, когда свет луны, заглянувший в окно, осветил фигуру огромного ворона, бьющегося в надежде отыскать выход. На стекле виднелись следы крови в том месте, в которое ворон вновь и вновь бился головой. Я почувствовала такое облегчение, что это никоим образом не связано с Рыжим I ком или его сообщником, что разрыдалась. І Іодбежав к двери и распахнув ее, я стала выгонять ворона. Но это не помогло. Борон подлетел к двери, но развернулся и вновь направился к окну. В какой-то момент он с такой силой ударился о стекло, что свалился без чувств. Оправившись, ворон сел на подоконник, затем взлетел под потолок, вновь вернулся на подоконник, посидел на нем, покрушл головой, словно принимая решение, и вылетел через распахнутую дверь. Я забралась в свой спальник и моментально заснула.
Проснувшись поутру, я замерла от удивления, увиден Лгнес, державшую в руках мой незаконченный оберет. Она была одета как обычно, у нее был вид человека, готового к атаке.
И ты думаешь, что твой щит обладает какой-либо силой? — спросила она.
Не знаю, как насчет моего і пита, но ты действительно выглядишь зловеще!
В доме все перевернуто вверх дном, поэтому я должна быть ко всему готова, — Лгнес рассмеялась, положила щит на кровать и сказала, чтобы я поднималась.
— Лгнес, как только я проснусь, то расскажу тебе о ночном происшествии.
— Надеюсь. Наверное, ты здорово повеселилась.
Она развела огонь и стала готовить завтрак, пока я приводила себя в порядок.
— Произошло ли с тобой нечто магическое? — поинтересовалась Агнес.
Я поведала о ментальных процессах, происходивших со мной во время ее отсутствия.
— Ничего со мной не произошло, я просто была напугана до смерти. А ты где была?
— И чего же ты боялась?
Л рассказала Агнес о вороне.
— И какой урок ты вынесла из происшедшего?
— Я больше ни за что не пойду ночью в туалет. Буду терпеть до утра.
Я рассмеялась, однако Агнес продолжала бесстрастно смотреть на меня.
— Для меня смысл происшедшего предельно ясен, — сказала она. — Эта птица — ты, вновь и вновь разбивающая голову о невидимый барьер. Как бы долго ты ни шла по неверной дорожке, тебе никогда не достичь свободы. 11 ттпте пришлось остановиться и оглядеться вокруг в поиске иного выхода. Как только она поняла путь, без малейших усилий она стала свободной.
— И как это относится ко мне и моей ситуации?
— Возможно, ты сидишь на чужом коне. Может быть, ты принадлежишь Турции и суфиям, о которых мне рассказывала. Может, тебе нужно кружиться, исполняя танеї і силы.
Ответ Лгнес был столь неожиданным, что я окаменела. Затем я уловила лукавые искорки в ее взгляде и мы обе рассмеялись.
— Агнес я серьезно. Каким образом это относится ко
мне?
— Ты считаешь, что я предложила тебе совершить поступок силы и стать писателем. Но я не сказала, как тебе следует использовать полученные знания. Ты могла бы многое сделать, но ты предпочла запечатлеть свои следы на бумаге. Я уважаю твои поступок. Однако теперь ты считаешь себя писателем. Но это не так. Это лишь выражение твоего невидимого щита. Ты — женщина, проживающая свою магию, свое шаманство, совершившая поступок написания книги, ты продолжаешь определять себя своими поступками.
В жизни каждого ученика имеются плато обучения, — продолжала она. Лгнес начертила на столе несколько зигзагообразных линий на столе. — Когда достигаешь пика горы, — сказала она, указывая на рисунок, — необходимо спуститься, чтобы взобраться на следующую гору. Много раз, достигнув пика, человек считает свое путешествие законченным. Однако не следует обманываться. Это моменты великого обмана, вспомни птицу, бившуюся головой о стекло. Можно вечно сидеть на горе, говоря: «Вот это я. Я писатель. Я учитель. Я целитель». Но разве не понятно, что в данном случае человек сидит на собственном это?
Агнес стерла рисунок.
Что следует делать, когда думаешь, что достиг вершины?
Давай я расскажу тебе правила разных плато, которые ты будешь покорять. Когда носительница щита достигает вершины горы, она не ищет одобрения, потому что стремление к одобрению основано на сомнении. Носительница щита ничего не ждет, не испытывает благоговения или страха, у нее нет верований, суждений или сравнений. Носительница щи га никогда не соревнуется. Она считает себя стоящей в оппозиции к своему оппоненту, но не соревнуется с ним.
Таковы правила для носительницы щита. Хорошенько запомни их. В своем доверии и невинности бойся недооценить противника. На Западе, на месте интроспекции, оцени пай и предугадывай любое движение, которое может сделать твой оппонент. На Севере, в месте мудрости, знай, что противник может обладать любым потенциалом. Во вдохновении Востока познай, что твои воины никогда не истощают себя. Находясь в центре, можно увидеть, что великий главнокомандующий знает все территории, внутренние и внешние. Помни, что наибольшим врагом является невежество, неведение.
Мы еще немного поговорили, после чего принялись наводить порядок в доме. Когда все было закончено, Агнес попросила меня принести кое-какие вещи из багажника машины. То, что я нашла, было удивительно: крыло совы, несколько старых шкур, возможно, ослиных, кусочки разбитого зеркала, побег ивы, несколько кусочков китайского фарфора, похожего на работы династии Мин, и тому подобное. Я не представляла, каким образом это может пригодиться в моей работе, но принесла все в дом. Лгнес отказалась обсуждать странный набор, сказав, чтобы я положила все вещи под кровать и забыла о них.
Во второй половине дня Агнес попросила меня пойти с ней. Мы пересекли дорогу, перешли вброд неглубокий ручей п направились на север. Дул легкий ветерок. Земля под ногами казалась относительно твердой. Яркая зелень растительности кое-где перемежалась с ярко-желтыми, терракотовыми и оранжевыми красками приближающейся осени. Куда ни глянь, простирались зеленые луга с белыми вкраплениями степных цветов. По равнине передвигались кружевные тени облаков. Они напоминали великанов, рождающихся и перерождающихся каждое мгновение и умирающих при малейшем изменении освещения. Я рассматривала нагромождение облаков, пока мы шли и шли сквозь безвременный свет дня и неизбывное безмолвие и покой.
На вершине покрытого травой холма Агнес остановилась.
— Здесь, — сказала она, жесгом предложив мне сесть и указывая на клубящиеся в небе облака. — Я привела тебя сюда, чтобы показать танец ветра. — Она тихонько запела, кивая головой в такт пению. — Облака, — произнесла Агнес, вздымая руку вверх, — вы есть плоть неба, станьте учителем-помощником Линн. — Агнес продолжала петь.
Я смотрела, как набегают темные облака, как солнце окрашивает их в бело-янтарный цвет. Они медленно выстраивались в полукруг на некотором расстоянии от нас, соединяясь и расходясь в стороны. От непрерывного изменения форм и красок у меня слегка закружилась голова. Молния расколола небо, образуя новый узор, загрохотал гром.
— Хо! — обратилась Агнес к молнии. — Великая змея, скрутившая хвост и кусающая землю. Иногда мы называем ее огнем-ладающим-с-неба. Хо! Это моя союзница хлещет свое тело сверкающим светом. Это хорошо.
Последовала еще одна вспышка молнии и удар грома. Пошел дождь, однако на расстоянии двух тысяч ярдов вокруг нас было абсолютно сухо. Туча, принявшаяся было уплотняться над нами, вдруг рассосалась. Продолжала сверкать молния. Повеяло запахом летнего дождя. У меня возникло ощущение, будто облака, молния и дождь разыгрывают перед нами некий спектакль. От этого представления захватывало дух.
— А теперь наблюдай очень внимательно, Линн. Магическое существо вот-вот явится нам. Это бриллиантовый туман, дымка, известная под названием радуги.
Как по расписанию, явилась великолепная, абсолютно правильной формы радуга.
— Как красиво, Агнес. Чудесно.
— Да, она спускается в мир и приносит нам гармонию. Радуга — великий учитель. Она пришла в качестве помощника. Ее духовная сущность желает общаться с тобой, поэтому внимай ей, пока она не испарилась.
Что ты имеешь в виду?
Она пришла поведать тебе о мыслях.
И что мне следует делать? Каким образом она может мне помочь?
Помни, что ты находишься на Севере. Задай себе вопрос: «Нравятся ли ей мои мысли»? Радуга — это связующее звено от одной точки к другой. То же самое можно сказать и о мысли. У радуги нет ни начала, ни конца. Это же утверждение справедливо и относительно мысли. Невозможно потрогать радугу; к мысли тоже нельзя прикоснуться. Радуга может быть мощной или слабой, четкой или расплывчатой. Такова же и мысль. Она составлена словно из ничего, как и наши мысли. Радугу окрашивают солнце небо, ветер, мысль же окрашена эмоциями. Для многих столь же трудно выйти за пределы мыслей, как и за пределы прекрасной красавицы радуги.
Радуга начала медленно растворяться, начиная от основания. Затем красочная арка света растаяла, полностью исчезнув из поля нашего зрения. Я уже больше не видела дождя, не сверкали и молнии. Тучи разошлись в разные стороны, словно кто-то развел их руками. Темная, тяжелая масса дождевых туч в мгновение ока превратилась в парочку легких, невесомых пушинок.
На следующий день вместе со своим щитом я отправилась к ручью. Сидя на пеньке, я с гордостью прижала свою работу к груди.
Пожелтевшие листья, сорванные ветром, мягко опадали на поросшую мхом землю. Я поняла, что зима уже не за горами. Рядом журчал ручей, вода которого отблескивала на мелких перекатах. Мысли о приближающейся осени навевали грусть. Неужели жизнь — это всего лишь ожидание смерти?
Конечно, однажды я тоже отправлюсь в страну духов. Но неужели жизнь — это бесконечные боль и страдания, которым нет никакой причины и объяснения? Только ли это делает боль столь непереносимой? Поможет ли процесс создания щитов в пробуждении моего высшего «Я»? Возможно, работа и символы жили внутри меня, теперь же они помогут найти и понять причину моих страданий, делая их терпимыми. Я взглянула на свое отражение в воде и подумала, сможет ли и щит показать мне мое отражение. Я вспомнила слова Агнес: «Предположим, что великое сновидение выбило тебя из равновесия. Символически это можно изобразить в образе раненого медведя на твоем щите. Медведь — это сновидящий. Таким образом ты принимаешь исцеление раненого медведя, облекаешь его в символы и помещаешь на свой щит. Таким образом при помощи сновидения ты возвращаешь себе равновесие».
Я вспомнила о фантастическом лабиринте который видела в пещере. Агнес сказала, что лабиринт напоминает паутину и что я сама создала паутину из слов. Мне необходимо распутать эту паутину и отыскать себя в центре лабиринта. Символы, такие, как раненый медведь, служили указанием, намеком, помогающим отыскать путь. В начале, сказала Агнес был паук, и в начале было Слово.
Мысли мои были прерваны внезапным приступом страха, заставившим меня вцепиться в щит. Возникло сильное ощуіДение» что 33 мной наблюдают. Я оглянулась по сторонам. Надо мной, словно слеза, с ветки дерева свисала белка. Внимательные умные глазки с интересом наблюдали за тем, что я делаю. Внезапно зверек ринулся вверх, перепрыгнул на другое дерево, пробежался по ветке и замер. Белка повернула голову, чтобы взглянуть на меня, затем распушила хвост. Любопытство все же взяло верх над осторожностью. Зверек занял прежнюю позицию шагах в пятнадцати от меня. Природная грация белки напоминала движения артиста балета или гимнаста.
Посмеявшись над уловками белочки, я принялась за работу, не обращая на нее внимания. Белка раздраженно застрекотала. Я не взглянула на нее. Отложив работу в сторону, я засмотрелась на журчащую воду. Краем глаза я заметила, что белка спрыгнула на землю и теперь стояла под деревом на задних лапках. Она так раскричалась, что я вынуждена была повернуться к ней. Но как только я повернула голову, зверек моментально взлетел на дерево.
И вновь я решила не обращать на пето внимания. Белка подняла такую суматоху, что мне она показалась просто скандалисткой. Затем я услышала, как зверек, по-прежнему громко выражая неудовольствие приблизился ко мне. Когда я бросила на него взгляд, зверек был фугах в трех от меня. Казалось, белка пытается что-то сообщить мне. Она дерзко стояла передо мной, раздраженно взмахивая хвосгом, по крайней мере мне так показалось.
— Исчезни, — сказала я.
И туг зверек окончательно вышел из себя. Он как пружинка подпрыгнул в небо. Но вместо того, чтобы скрыться на дереве как я ожидала, он вспрыгнул прямо на мой щит и
укусил его. Затем белка убежала, я тоже вскочила, вскрикнув и отбросив щит с колеи на землю.
Я не могла поверить, что это белка. Я боялась ее больше, чем она меня. Это была белка, но уж слишком большая. Может быть, это кролик? Я отыскала палку и бросилась вслед. Наконец-то я заметила, как зверек взлетел вверх по стволу дерева и усгроился на ветке прямо напротив меня. Я наклонилась, чтобы отыскать камень или что-нибудь в этом роде, когда ощутила удар шишкой по голове. Ну конечно, это моя пресловутая белка!
В голове у меня пронеслись газетные заголовки: «Линн Эндрюс известная своим странным поведением, убита белкой в боях за территорию где-то в лесах Манитобы. Достоверные источники (белка) утверждают, что на мисс Эндрюс упал неизвестный снаряд в то время, когда она занималась непонятным рукоделием».
— Ну что ж, ты выиграла, паршивка! — крикнула я. Когда я вернулась, чтобы подобрать щит, появилась
Агнес. Она согнулась от смеха.
— Я наблюдала за тобой, — сказала она. — Эта белка многому научилась у тебя. Надеюсь, что и она смогла научить тебя хоть чему-то.
Агнес продолжая смеяться, обняла меня. Мы пошли вдоль ручья. Немного погодя она попросила меня присесть, положив между нами щит.
— Я объясню тебе смысл поведения белки. Взглянув поверх щита в темные глаза Агнес я почувствовала облегчение и расслабление.
Неужели в действиях этой белки есть какой-то смысл? — поинтересовалась я.
Конечно. Для белки ты послужила магическим знаком. Она пришла учиться у тебя. Она посмотрела в лицо своему величайшему страху и подкралась к тебе, чтобы научиться твоей силе. Белка видела энергию, исходящую от твоего щита, и хотела проверить, откроет ли щит свою силу ей. Белка лучше видела твой щит, чем ты. Белки обладают огромной мудростью. Двуногим следует поучиться у них. Белка знает о вращении колеса времен года, она собирает орехи, грибы, ягоды, готовясь к зиме. Белке известно о еде то, о чем человек даже не догадывается. Они знакомы с духом и магией деревьев. Им известны места силы, места излучающие столько энергии, что, попав туда, человек может сойти с ума. Они знают невидимые места и могут переносить любовь одного дерева к другому. Причина, по которой белка укусила твой щит, заключается в том, что ей хотелось понять, готовишь литы некую магическую еду, припасы к грядущей зиме. Белка считала себя более грозным противником, ее больше пугал твой щит, чем ты. Даже когда ты попыталась поймать ее, она посмеялась над твоей беспомощностью. Она целилась вовсе не в тебя, а сделала приношение из своих бесценных запасов. Используй эту шишку в своем щите, потому что это отличный подарок друга, который дал силу твоему щиту. Я хочу, чтобы в свою очередь ты оставила щепотку табака для белки под ее деревом. — Агнес воздела руки к деревьям и тихонько запела сначала на кри, а потом на английском: Ты — дух белки, прыгающей по веткам, Ты белка-запасница, тебе известны все миры.
Ты память дерева, белочка-шаманка.
Ты приносишь свет на путь, затененный листьями.
Ты прыгаешь по веткам, сверкая на солнце.
Ты — видящее существо, ты белочка-шаманка
в теплой шубке.
Белочка-кормилица, белочка-дар.
Ты белочка, обучающая женщину мистической азбуке деревьев.
Слова напева и их ритм наполнили меня неимоверной силой и ощущением возрастающего благополучия и здоровья. Казалось, что вода в ручье замерла, став зеркальной, словно она отдавала свою энергию мне. Образ Агнес внезапно приблизился ко мне, будто я надела очки с диоптриями. Я ухватилась за оберег, пытаясь с его помощью восстановить равновесие. Мне показалось странным, что Агнес тоже держит щит, не выпуская его из рук. Она тянула его к себе. Я ухватилась покрепче, пытаясь сопротивляться, но безуспешно. Когда я вновь взглянула на Агнес, то меня поджидал еще один оптический обман. На этот раз ее тело, вместо того чтобы приблизиться, казалось удаленным. Я пыталась убедить себя, что подобное невозможно. Несмотря на то что подобное уже однажды случалось за время моего ученичества, я пришла в ужас. Хотелось убежать, но я не могла даже пошевелиться. Я потеряла связь с окружающим миром и быстро опустила взгляд на щит, ища в нем равновесия. К своему ужасу, я не узнала собственных рук. С ними что-то случилось. Это были ладони старухи со скрюченными пальцами, ногти больше напоминали когти. Я закатила рукав на левой руке: кожа была старая, морщинистая. Я почувствовала, что лицо у меня старое, сморщенное, сухое. Взяв прядь волос, я увидела, что они абсолютно седые.
— Что происходит? — Голос исходил из самых глубин меня, но был абсолютно непохож на мой.
Агнес тоже была другим человеком. Она склонилась над щитом, на вид ей было не больше тридцати. Она продолжала поворачивать оберег, пока я не отпустила северный край.
Теперь Агнес была еще моложе, затем подросток превратился в ребенка.
— Бабушка, пожалуйста, той мне песню Севера, — попросила маленькая девочка.
Я и не догадывалась, что знаю такую песню, но начала петь. Мой голос звучал как голос старенькой индианки: глубоко и немножко хрипловато:
Я пришла из круговорота озера.
Озеро — мои врата.
Я стою в озере и знаю свою смерть.
Я женщина духа, Я женщина слова, В священное время я выражу свою смерть, Священное время рождается в озере. Я женщина духа, Я принесла тебе свет из дальних далей, С пути, освещенного Бабушкой-Луной. Я — собирательница слов, Мои тропы освещены сиянием луны. Круговорот озера движет мои слова. Я стою в озере и знаю свою смерть. Слова шамана возвращают твой дух, Утраченный дух Великой Земли. Женщине тайны я верну забытые слова духа. — Благодарю тебя, бабушка. Ты благословила меня.
Агнес мгновенно стала стареть. Я вновь почувствовала свои руки, когда Агнес стала поворачивать щит так, что я снова держала его за южный край. Руки приобрели нормальный, обычный вид. Затем глаза застлала пелена, дыхание замерло в груди. Я упала вперед, лицом на щит, хватая воздух ртом. Как только дыхание вошло в обычный ритм, все вновь приобрело свою прежнюю форму.
Агнес склонив голову набок и улыбаясь, смотрела на меня.
Девушка, вам следует соблюдать осторожность. Старость подкрадывается к вам. Надеюсь, вам нравятся старики, бабушка.
Господи! Как это все могло случиться со мной?
Это произошло не с тобой. Видишь ли, на некоторое время мы обменялись эго. Ты действительно нуждаешься в магическом действии, чтобы повстречаться с самой собой. Я бы не стала утруждать себя танцем предельной внутренней сути, если бы в этом не было необходимости. Знаки не ошиблись. Это было твое время на какой-то момент стать моим учителем.
Какие знаки?
Белка и твоя реакция. Я не стесняюсь учиться у своих учеников. Я часто превращаю людей в стариков и краду их молодость, — произнесла Агнес, криво улыбаясь и подмигивая. — Иначе как может так долго жить старуха, которую ты видишь перед собой?
Она встала, собираясь уходить. Агнес бросила мне через плечо:
— Ты бы записала свою песню Севера, пока не забыла слова.
Вечером я спросила Агнес о том, что мне делать с поверхностью моего северного щита. Меня интересовало, когда же я пойду получать необходимое видение. Агнес всплеснула руками, а затем обхватила меня за голову. Она сказала, что мне нужно запечатлеть в рисунке на щите все свои переживания и полученный опыт. Она сказала, что у меня и так было достаточно видений.
На следующий день я чувствовала себя спокойно и расслабленно. Рано утром я принялась за щит. В основании оберега, или на Юге, я нарисовала бизона. Вверху изобразила несколько звезд, представляющих весь Млечный Путь, нашу галактику, и прикрепила два орлиных перышка. Когда я показала свою работу Агнес она отметила, что щит обладает космическим умом и говорит о приношении великому уму. Она посоветовала отнести щит на одобрение Руби. Руби была очень довольна.
ЩИТ ОГНЯ-ЧТО-ПАДАЕТ-С-НЕБЕС: ВОСТОК
Позволь мне говорить на языке своем, Молитвы вознося в молчании долин, В северном крае рек третье лицо мешает Пустоте!
Позволь мне говорить на материнском языке...
Урсула Ле Гунн, «Трудные слова и другие поэмы»
Я решила, что пришло время для создания восточного щита. Когда Агнес вышла за дровами, я заглянула под ее кровать в поисках материала, который, по ее словам, мог пригодиться для создания следующего щита.
— Ах-а-ха, держи свои ручки подальше!
Я лристыженно поднялась на ноги. Повернувшись, я увидела силуэт Агнес в дверном проеме. Она грозила мне пальцем.
Какая ты шустрая, — выговаривала Агнес.
Разве я не могу хотя бы посмотреть?
— Гебе этого знать не нужно, — ответила она. — К тому же ты уже видела, как делаются щиты.
— Не представляю, как из всего этого можно смастерить щит. Мне это кажется просто кучкой мусора.
— Восточный щит — это не шуточки. Это щит хейока, — ответила Агнес, направляясь к раковине.
— Звучит загадочно. А когда я смогу приступить к ра-
Возможно, ты уже готова. Однако сначала тебе необходимо определить свой хейока-барьер. Ты станешь пищей для эхо. Именно так приходит понимание восточного щита. Там ты отыщешь Великое Колесо Духа, в котором звук копирует сам себя. Звук связует все предметы, малейший шум многократно повторяется. Подобно тому, как водная гладь является первым зеркалом для взора, так и хейока-барьер является первым зеркалом для слуха. Но этот барьер не только зеркало, потому что он помогает открыть глаз видения, открыть его к вечносги. Подобно тому как четыре зеркала могут научить тебя простейшей конструкции вечности, звук может разбить иллюзию вокруг священного круга, проведя тебя внутрь.
Агнес я не поспеваю за тобой, — произнесла я, сжав руку Агнес. — Что такое «хейока-барьер»?
Это место, в котором звук издает и отражает эхо. Но не только. Оно сможет показать тебе вторую твою сторону. Это и есть хейока.
Агнес была одета в старенькую рубашку шоколадного цвета, из кармана которой она достала зеркальце и вручила его мне. Зеркальце было маленькое и круглое. Скорее всего, оно было от коробочки с компактной пудрой.
Я хочу, чтобы ты использовала его наподобие зеркала заднего обзора в твоем автомобиле. Вытяни руку с зеркалом перед собой и внимательно наблюдай, что происходит позади тебя. Сосредоточь на этом все свое внимание и бдительность.
Не представляю, зачем тебе понадобилось заставлять меня совершать сголь странные поступки.
Это собирание силы, и это поможет тебе преодолеть барьер. Можешь начать прямо сейчас.
Взяв меня за плечи, Агнес повернула меня на восток, затем подняла .мою руку с зеркалом на уровень глаз.
— Расскажи, что ты видишь позади себя?
Стены, окно, пучки травы, а если поднять зеркало немного выше, то видно кастрюли и тарелки на буфете.
Отлично. А теперь начинай обходить комнату, рассказывая, что ты видишь. Все свое внимание сконцентрируй на отражении в зеркале. А теперь пойдем со мной во двор.
Вместо обычного ощущения приближения к чему-либо, казалось, что все отодвигается от меня. Боковое зрение затуманилось от столь внезапного изменения перспективы, и я не имела ни малейшего представления, что находится впереди меня.
— Иди налево, Линн. А теперь направо. Отлично, л теперь я дам тебе задание. Отыщи белый камешек и принеси его мне.
Я двинулась вперед, но у меня возникло ощущение, что я стою на месте, потому что отражение постоянно отодвигалось от меня. Я подала камень Агнес.
— Больше внимания на зеркало, — сказала она.
Она попросила принести ей еще несколько камней. Вследствие необычного пространственного эффекта я забыла, что именно я делала, мне пришлось остановиться, чтобы вспомнить, какое именно задание я выполняла. Агнес отдавала приказания, а я их выполняла, что продол жалось довольно долго. Агнес все время находила для меня какое-то особенное задание: то она просила собирать ягоды, то набрать воды, то принести лучины для растопки печки. Этот процесс продолжался три дня. Каждую ночь мне снились очень странные сны. В первую ночь мне приснилась моя знакомая из Лос-Анджелеса, которая хотела сообщить мне кое-что очень важное. Казалось, ее слова пролетают мимо, и я никак не могу уловить их смысл. До моего сознания доходили лишь отдельные фразы. Я проснулась, а когда заснула, сон продолжился.
Следующие два дня я вновь выполняла все по дому, держа зеркало перед собой. У меня изменилось восприятие прост ранства. Было очень интересно, хотя все и казалось несколько странным и смещенным. В конце третьего дня Агнес сказала:
— Достаточно. Пойди насобирай немного ягод. Затем расскажешь мне о своих ощущениях.
Я отдала Агнес зеркальце. Возникло странное ощущение утраты. У меня даже заболели глаза. Я сделала пробежку на месте, несколько раз подпрыгнула, а затем в состоянии крайнего возбуждения уселась рядом с Агнес на крыльце. Агнес молчала, ожидая моей реакции.
Во-первых, я поняла, что вижу только что-то одно, но совершенно не осознаю, что в это же время происходит множество других событий. Теперь мир кажегся мне более круглым. Понятия не имею, что это значит, но я зачарована тем, как предметы отдаляются от меня. К чему все это, Агнес?
Я уже говорила, что это подготовка к созданию восточного щита. Это возможность собрать силу. Восток — единственный путь к центру, к самой сердцевине. Когда ты ходила и у тебя возникало ощущение, что мир замираег, остается неподвижным, это было правдой. Это разрушение известного тебе мира.
Это уж точно. Это опустошило и разрушило мое обычное линейное восприятие.
Теперь мир будет собираться совершенно иным способом. Но это будет всего лишь эхо, отголосок известного ранее.
Над головой каркнула ворона, откуда-то ей ответила еще одна.
— Глаза более тесно связаны с ушами, чем ты себе это представляла, что приводит к видению. Каждый предмет, каждое растение, животное, человек обладают индивидуальвой душой. Я тебе уже говорила, что Руби — это Хранителъ-Лика-Щитов. Каждый оберег, подобно человеку, обладает индивидуальным лицом. Каждое лицо производит неповторимый звук. Теперь я хочу, чтобы ты вошла в дом и немного отдохнула. Пронаблюдай за тем, что твой ум скажет тебе насчет звуков, издаваемых ликами. Когда я вернусь, расскажешь мне. Пока ты будешь наблюдать, я пойду поговорю с деревом и приготовлю все необходимое для твоего восточного щита.
Кивнув, я вошла в дом. Поудобнее устроившись на кровати Агнес я так расслабилась, что вскоре потеряла ориентацию во времени. Вздрогнув, я открыла глаза и увидела, что Агнес пристально смотрит на меня.
Было уже темно, и Агнес зажгла свечу. Мы сели за стол.
— Расскажи мне о лицах, — тихо попросила она.
— Мне кажется, — ответила я, — что в любви, политике, обычной жизни человеческое лицо проявляет неординарную часть нашего сознания. Возьмем, к примеру, Елену Прекрасную, по чьей вине началась Троянская война. История свидетельствует, что из-за ее лица затонули тысячи кораблей, погибло целое государство. Есть еще искусство. При взгляде на картину Рембрандта «Тайная вечеря» самое большое впечатление на нас производит лик Христа. — Я не была уверена, что Агнес понятны мои исторические сравнения, однако она ободряюще кивала головой. — Я никогда не переставала думать о значимости лиц. Скорее всего, они составляют большую часть нашей реальности.
А что бы произошло, если бы человек сменил свою внешность?
Разве можно изменить лицо?
Проще простого. Для этого нужно либо быть открытым, либо надеть маску. Создание масок является одним из древнейших навыков шаманов. Позже мы поговорим об этом, а теперь подумай хорошенько и скажи, все ли ты поняла. Существует множество видов масок. Есть маски людей-воинов, мертвых шаманов, маски, воплощающие дух животных и объектов охоты. Есть маски духов-охранников, например россомахи; есть маски, символизирующие дух солнца, луны или сердце великого охотника, например волка. Такие маски могут быть магическими и приносить силу в любом устремлении, будь то охота, танец с просьбой о дожде или урожае или мистическое целительство или сновидение. Подумай о возможности изменения своего лица — превращение в чуждое для твоего обычного восприятия создание — смогла быты стать, например, россомахой? — Агнес трижды довольно сильно хлопнула меня по руке. — Спокойно. Внимательно посмотри на меня и скажи, что ты видишь?
Мерцало пламя свечи, отбрасывая глубокие тени под глаза Агнес. Ее лицо внезапно стало мужским. Затем тени скользнули в сторону носа. Нос увеличился, вытянулся, и вместо Агнес передо мной сидел медведь.
Снова ты меня гипнотизируешь, — сказала я.
Я показываю тебе лики, — ответила она. — Кто я?
Медведь.
— Неужели? — В мгновение ока Агнес превратилась в рысь, глаза которой сверкали, подобно звездам.
Я отпрянула.
— Очаровательно, но перестань, пожалуйста. Ты испугала меня до смерти.
Рысь превратилась в темную массу, из которой возникла Агнес.
— Как это тебе удается, Агнес? Если бы здесь сидел еще кто-то, увидел бы он то, что видела я? Это же невероятно!
Все зависит от человека и от того, насколько сильно я передаю образ. Этому я тебя и обучаю. Я показала тебе, что любое воображение истинно. Представь, как ты меняешься, будучи влюбленной. Любовь — это слово для трансформации. Есть множество существ, достойных твоей любви. Вовсе необязательно, чтобы это был мужчина, которого ты ищешь. Когда человек говорит: «Я тебя люблю», тем самым он заявляет: «Я трансформирую тебя». Но так как человек никого не может менять, то в реальности он заявляет о том, что трансформирует себя и свое видение. Я постоянно живу в пространстве любви, и я разделяю свою любовь с тобой. При нахождении в определенных состояниях меняются даже звуки: например, когда человек влюблен. Я тебеужеговорила, что ящерица — это великий союзник. Тебе известно, что она способна отрастить оторванный хвост? Так происходит потому, что она умеетпроизводить свой собственный звук. Если ты знаешь, как произвести звук предмета, допустим, камня, то за звуком последует и сам камень. Великие шаманы знали об этом. Однако знание это опасно, поэтому прибегать к нему следует с великой осторожностью. Маски обладают силой изменять, трансформировать, подобно звукам.
Я понимаю, что ты имеешь в виду, Агнес. Но разве все мы не носим маски в той или иной форме?
Все мы обманщики, лжецы, это правда. Но мы обманываем самих себя. Возможно, та, которую ты знаешь, — всего лишь маска. Ты предполагаешь, что в той или иной ситуации я могу поступить тем или иным образом, однако тебе не известно, маска ли это. Только что я показала тебе медведя и рысь. Ты считаешь, что маска отличается от твоего видения меня в качестве женщины-мага, целительницы. Но откуда тебе известно, что я шаманка? Может быть, тебе это только кажется? Ты ничего не знаешь наверняка. Тебе остается лишь предполагать, поэтому ты и не знаешь, кто носит маски, а кто нет.
Когда встречаешь обманщика, знай, что всегда имеется основа, то, на что надевается маска. Это и есть истинное лицо человека, это хейока-маска.
Я задумчиво уставилась на Агнес. Никогда прежде не задумывалась я о таких вещах.
— А теперь отправляйся в постель и спи, — приказала она. — Ты устала.
Эту ночь я не сомкнула глаз. В уме кружились образы гротескных масок. Я попросила Агнес рассказать мне что-нибудь, подумав, что это поможет мне заснуть.
— Жил-был воин, — начала она. — Люди звали его Большой Глаз. Однажды он упал в полную змей яму. Он провел в яме несколько дней. Неоднократно змеи кусали его. Он умирал, но на самом пороге смерти он отправился в дом духа змей, где Великий Змей заговорил с ним.
«Ты останешься жить, Большой Глаз, если сделаешь то, что я велю тебе», — сказал Великий Змей.
«Я сделаю так, как ты скажешь», — пообещал Большой Глаз.
«Не будь столь поспешен, как бы тебе не забыть об обещанном», — предупредил его Великий Змей.
«Обещаю никогда не забывать тебя, — сказал Большой Глаз. — Я знаю, что происходит с теми, кто нарушаег данное тебе слово».
«И что же сними происходит?» — поинтересовался Змей.
«Тогда ты превращаешься в молнию небесную, а я не хочу, чтобы за нарушенное обещание в меня ударила молния».
«Правду говоришь, внучек, — произнес Дух Змей. — Именно так выражается мой гнев».
«Что же мне нужно сделать?» — поинтересовался Большой Глаз.
«В конце девятого года тебе необходимо смастерить четыре Приглашающие-Змей-мгски».
«Не беспокойся, Дедушка Змей, маски будут сделаны», — пообещал Большой Глаз.
Итак, Великий Дух спас воина, позволив ему стать великим ведуном. Большой Глаз много и успешно помогал людям.
Когда девятый год стал близиться к концу, Большой Глаз, как и было обещано, принялся мастерить маски. В честь Дедушки Змея было устроено празднество. Четверо танцоров-мужчин надели маски и принялись танцевать.
Большой Глаз сказал, что плохо себя чувствует, и попросил друга отвести его в вигвам, задернув при этом полог входа. Очутившись внутри, Большой Глаз затрясся в конвульсиях, в него вошел дух змея. Превратившись в змею, он выскользнул из-под полога вигвама и свернулся кольцами. Увидевшие его женщины приветствовали его. Один из мужчин, танцевавших танец масок, увидев змею и подумав, что его жена в опасносги, схватил палку и ударил его. Змея пыталась ускользнуть, и женщины указали ему укромное местечко. Избитый и истекающий кровью, он забрался в свое жилище.
Когда избивший его мужчина перевернул все вокруг, пытаясь отыскать змею, Большой Глаз уже принял свой человеческий облик, дух змеи покинул его. На нем не было ни малейшей царапины. Как ни в чем не бывало он вышел из своего вигвама и присоединился к танцующим.
Занималось ясное, прохладное утро. Агнес распахнула окно и дверь, позволяя войти в комнату прохладному ветру. Солнце — или «домашний свет», как Агнес часто называла его, — вливалось через дверной проем. Агнес нежно провела рукой по рисунку скатерти, словно это были ее домашние животные.
— Возьми, — Агнес передала мне небольшой ткацкий станочек. — Сегодня мне нужно кое-что сделать. Постарайся закончить пояс, который ты начинала плести.
Взяв незаконченный поясок, я вышла на крыльцо. Почти рядом со мной на лугу паслась олениха. Она подняла голову, перестав на мгновение жевать. Из уголков рта свисала трава. Она внимательно посмотрела на меня, затем вновь принялась пощипывать травку.
Размышляя о масках и о том, сколь неуловимы различные способы защиты, мне действительно хотелось разобраться и понять то, чему меня обучает Агнес. По мере того как я переплетала нити пояса, во мне возрастала сила земли. В последнее время я сильно изменилась, ушли многие из моих сграхов. Я проработала почти до самого вечера, почти не заметив, как пролетело время.
Наконец я подошла к тому месту, где Агнес занималась своим плетением.
— Вот, — я передала ей незаконченный пояс. Вообще-то мне не удалось сделать слишком много.
— М-м-м, — издала Агнес изучая то, что я успела сделать за день — не больше дюйма. — А ты учишься. Это хорошо. Она вернула мне пояс.
— Что мне делать теперь? — поинтересовалась я, присаживаясь рядом с нею на землю.
Некоторое время Агнес размышляла, не прерывая свою работу. Затем она взглянула вверх и сказала: — Теперь тебе необходимо стать беременной.
Беременной? — Я даже онемела от удивления.
Да. Гебе нужно воплотить определенные нерожденные вещи, прежде чем ты сможешь приступить к созданию щита. Забрав свадебную корзинку у Рыжего Пса, ты научилась развивать матку таким образом, чтобы она могла стать достойным приемником для твоей добычи. Ты сконцентрировала свою силу в матке так, что смогла справиться с заданием. Теперь твоя матка непорочна и готова для посева следующего щита. Семена необходимо носить внутри себя. Для следующей встречи с Хранителями ты должна быть беременна. Почему ты гак смотришь на меня?
Агнес но я не могу забеременеть...
Не волнуйся, сможешь.
Суровое лицо Агнес расплылось в улыбке, когда она увидела мое замешательство.
Нет, ни в коем случае, — запротестовала я.
Для того, чтобы быть беременной в глазах Хранителей, существует несколько способов. Не волнуйся, это всего лишь возможность провеста их. Это как танец — их способ игры. И с тебя, и с меня уже хватит детей.
Агнес снова рассмеялась.
— Будь внимательна. Нужно сделать так, чтобы ты выглядела беременной: мы привяжем к твоему животу несколько нерожденных предметов. Я хочу, чтобы ты отыскала яйцо определенной птицы в определенном гнезде и принесла его сюда. Затем мы завернем его в кусок волчьей шкуры вмесге с другими священными предметами и сорока четырьмя семенами. Все это мы привяжем к твоему животу вмесге с тыквой и перьями. Крайне важно тайком достать это яйцо до завтрашней ночи, когда наступит новолуние. Лучше нам заранее отыскать это гнездо, поэтому сейчас мы отправимся в овраг.
— Но Агнес уже темнеет, — нервничая, возразила я. — Не могу же я в кромешной тьме разыскивать яйца.
— Это единственно возможное время. Я тебе помогу. Мы перекусили на скорую руку и отправились в ночь, направляясь на север в овраг-, идущий вдоль ручья. В темноте я ничего не видела и часто спотыкалась. Агнес посоветовала воспользоваться ночным видением, над развитием которого она долго со мной работала. Я дважды падала, но Агнес сказала, чтобы я шла впереди нее. Вскоре я привыкла к темноте, и мы припустили чуть ли не вприпрыжку. Меня поражала скорость ее передвижения. Она двигалась словно молоденькая девушка.
Когда мы спустились в овраг, я удивилась остроте своего зрения. Противоположная сторона оврага была скалистой, почти отвесной. Но порода была пористой, в ней очень легко можно было вырыть ямку. Мне было известно, что здесь есть несколько лисьих нор. Агнес замедлила шаг, затем внезапно остановилась. Мы одновременно рухнули на землю и долго наблюдали за молчаливыми скалами. Еще в домике Агнес сообщила, что это обитель «неуловимой зимней птицы», как она ее называет. В конце весны самочка закапывается в мягкую породу высоко в скалах, чтобы отложить яйца вне досягаемости зверей. В темные ночи, особенно в новолунье, она ненадолго вылетает из гнезда в поисках еды.
Агнес внимательно рассматривала скалы справа от нас. Я тоже внимательно изучала каждый шорох и тень. Скалы в том месте были высокие и менее доступные. Отвесные скалы казались вполне подходящим месгом для безопасного и тихого птичьего рая. Я неподвижно пролежала в ожидании дальнейших событий около часа. Совершенно неожиданно некая тень молнией пролетела низко над землей и скрылась из виду. И вновь она мелькнула высоко над скалами. Я подумала, что это летучая мышь, но Агнес сказала, что это зимня я птичка, и пояснила, что если я отыскала ее скрытое место меньше чем за два часа, значит, я действительно вхожу в силу Востока.
— Теперь я тебя оставлю, а ты отыщи гнездо. Я подожду тебя в доме. — Она передала мне какой-то предмет, который на ощупь напоминал шкурку с мехом. — Надень вот эту маску, когда направишься к гнезду. Она послужит тебе в качестве проводника.
Маска была мне абсолютно неизвестна. В темноте я провела рукой по поверхности. В некоторых местах мех был выщипан, чтобы придать ей некую форму. Я легко надела маску, словно специально сделанную для меня.
Без единого звука Агнес будто растворилась среди деревьев. Самое главное в выслеживании, как говорила Агнес — это хитрость. Нельзя, чтобы добыча догадалась, что ты преследуешь ее. На мгновение я увидела себя крадущейся в потемках по оврагу с меховой маской на голове — неужели я действительно это сделаю? Затем я вновь отцентрировала свое внимание. Мне стало интересно, смогу ли я забраться на такую высоту так бесшумно, чтобы зимняя птичка не услышала меня. Моим единственным желанием было, чтобы птица летала достаточно долго, позволив мне незаметно забрать у нее одно яйцо и убраться восвояси. Было очень важно проделать это так, чтобы не потревожить птицу. Я натерла руки и тело листьями, отбивая запах человека, чтобы птица-мать приняла оставшиеся яйца.
У меня занемели мускулы. Я не осмеливалась даже повернуть голову. Звериная маска нагрелась, запах кожи стал слабее. Щеки у меня горели, словно от загара, возникло странное ощущение, будто маска принимает мои черты. Я уже не могла провести четкую грань между тем, где заканчивается маска, а где начинается мое лицо. Было жарко. Внезапно изменилось моезрение. Разнообразныеаспектыокружающе-го вдруг стали более четкими, словно проявленными.
Линн, охотница за зимней птицей, — подумала я. Я все больше ощущала себя четвероногим зверем, который живет, припадая брюхом к земле. Я поползла вперед, все больше и больше ощущая себя животным. Чувство это возбуждало меня, обостряя все органы восприятия. Тело пользовалось собственным умом.
Ни один звук не ускользал от моего внимания. Было уже очень поздно, я не имела ни малейшего представления, сколько времени я находилась в засаде. Однако я точно знала, когда пришло время двигаться. Придерживаясь тени, отбрасываемой скалой, на четвереньках я подползла почти к самому гнезду. Находясь в десяти шагах от цели, я все еще не осмеливалась пошевелиться. Замерев на месте, чуть дыша, я ждала, когда еще раз промелькнет молниеносная тень птицы. Тень промелькнула справа. Если бы мне удалось преодолеть два валуна, я добралась бы до гнезда одним рывком.
Внезапно из другого гнезда выпорхнула еще одна птица и последовала за своими товарками. Крадучись, я метнулась к одному валуну, затем к другому. Я знала, что маска каким-то непостижимым образом изменила меня, но мне и на ум не приходило, что моя осознанность тоже обострилась. Странный звук вырвался из моей груди, когда я добралась до гнезда. В гнезде было три яйца. Я взяла одно.
На меня накатила волна неописуемой радости, восторга. Я действовала чисто инстинктивно, без рационального размышления. С невероятной скоростью я выпрямилась и прильнула к скале, полностью слившись с ее тенью, а уже через мгновение я уверенно неслась по лесу, крепко держа добытое яйцо в обеих руках. Это походило на бред. Незнакомый, рычащий звук вырвался из моей груди. Перед тем как выйти на поляну, я остановилась, неуверенно оглядываясь по сторонам. Положив яйцо на мягкую траву, я попыталась снять маску. Лицо словно застыло. Я запаниковала, казалось, что маска вросла в мою кожу. Я попыталась снять маску со стороны подбородка, но мне это не удалось. Возникло такое чувство, что, начиная с плеч, я превратилась в животное. Улегшись на землю, я свернулась клубочком вокруг яйца, защищая его, но не прекращая попыток освободиться от маски, потому что хотела избавиться от странной иллюзии, которую она навевала на меня. Но я продолжала рычать, всеми силами сдерживая желание съесть яйцо. На ум пришла мысль, что Агнес дала маску силы именно для этой возможности. Суждения мои не отличались особой четкостью, но каким-то образом я знала, что мне следовало учиться у маски, а не воевать с ней. Я оказалась заключенной в сознание волчицы. Я даже не сомневалась, что повстречай я сейчас волка или рысь, то смогла бы общаться сними. Интересно, сколько раз я рождалась зверем в своих прошлых жизнях? Почему люди считают животных менее сознательными?
Словно маленькое пушистое животное, я лежала на земле, защищая запретное яйцо. Я тихонько рычала, но инстинкт голода и самосохранения становился все сильнее. Осторожно, мягко касаясь языком скорлупы, я стала облизывать яйцо. Внезапно веемой чувства пришли в боевую готовность. Внимательно глядя по сторонам, я осторожно передвинула яйцо поближе к животу. Я чувствовала опасность, хотя и не слышала ничего подозрительного. Внезапно неподалеку от меня сверкнули удивительно ярко горящие глаза. Затем из тени ко мне метнулась некая неопределенного вида фигура. С меня сорвали маску, исчезло и яйцо. Было нарушено некое инстинктивное правило самозащиты. Я потеряла сознание.
Придя в себя, я обнаружила, что лежу на крыльце домика Агнес. Я попыталась открыть глаза, но веки были словно налиты свинцом. Рядом со мной сидела Агнес. Она положила одну руку мне на голову, а вторую на солнечное сплетение.
— Лежи спокойно, — сказала она.
Ужасно болела голова. Я попыталась встать, но Агнес вновь уложила меня.
— Расслабься, — приказала она. — Я хочу поговорить с тобой.
Агнес взяла с колен маску и показала ее мне. Это была рысь.
— Это твоя смерть — одна из многих, — сказала она. — Все, что осталось от жизни. Некогда ты была духом этого животного — рыси. Атеперья держу ееперед тобой — тобой, которая взирает на эту маску через надменные глаза человека. На этом месте могла оказаться маска камня, света или зеркала, но все равно это был бы учитель, посредством которого приходит истина. Ты износила столько масок! Ты научилась сливаться, незаметно переходить из одного качества в другое, научилась приманивать добычу. Мало кто догадывается, что каждую минуту ты собираешь все новые и новые знания. Ты великая актриса.
Эта маска очень древняя, она наделена огромной силой. Она может провести тебя за пределы всех отождествлений, Может забрать в прошлое, в то время, когда она была живая. Этой ночью она пришла к тебе. И ты ее приняла. Ты была готова к путешествию. Я не знала, что маска хочет забрать тебя, но я видела множество угрожающих знаков, поэтому и поспешила назад к тебе. Я пришла как раз вовремя. Если бы ты съела яйцо в том состоянии, в котором я нашла тебя, ты бы никогда не вернулась.
А яйцо? — прошептала я, пытаясь встать.
Вот. — Агнес протянула мне желтовато-коричневое ЯЙЦО. — Будь осторожна.
Яйцо было теплым, я держала его в руках, не в силах поверить в действительность событий прошлой ночи. Все происходило словно во сне. И лишь ощущение нежности кожи лица и это яйцо доказывали истинность происшедшего.
Маска была очень сильной. Каким образом она могла меня так изменить? Ты должна была предупредить меня.
Это обеднило бы твой опыт. Советы можно давать после переживания. Тебе повезло — хороший знак. Пойдем. Больше никаких разговоров. Думаю, тебе надо поспать.
День уже был в самом разгаре, когда я проснулась и поела. Я чувствовала сильное давление на уши, мне не хотелось разговаривать. Агнес предложила немного пройтись.
Выйдя из дома, я увидела, что Агнес держит в руке небольшую тыквенную трещотку. Она провела ею по моей голове. Трещотка звучала совсем не так, как другие.
Почему у нее такой забавный звук?
Потому что в ней находятся маленькие кусочки драгоценных камней, — пояснила Агнес, улыбаясь и встряхивая трещоткой. — Драгоценные камни разговаривают с миром кристаллов, если ими правильно пользоваться. Драгоценные камни удерживают силу; полудрагоценные камни посылают силу. Послушай, как трещотка разговаривает с тобой. Она заберет все неприятные ощущения.
Агнес поднесла трещотку к правому уху и встряхнула. Ощущение было такое, словно у меня стало потрескивать в с нами стоят Руби и Джули. Я не знала, когда они пришли и как долго находятся здесь. Я хотела было что-то сказать, но Руби жестом приказала мне сохранять молчание, пока Агнес складывает свои вещи. Когда все было закончено, Агнес похлопала меня по руке.
Мы двинулись вперед. Руби несла что-то большое, завернутое в покрывало. Неподалеку от того места, где мы раскуривали трубку, Руби положила свою ношу на землю. Развернув меня к востоку, Руби провела рукой по моему животу.
— Она готова, — сообщила Руби.
Агнес и Руби раздели меня, передав одежду Джули и попросив ее отнести вещи в дом. Джули ушла. Агнес расстелила на земле покрывало. Содержимое свертка произвело на меня тревожное впечатление. Тело напряглось, когда я увидела некий меховой предмет. Я даже попятилась, но не столько от страха, сколько от удивления. Живот наполнился теплом.
Защити ее слева, — сказала Агнес. Руби обошла вокруг меня и встала слева.
Что это такое? — поинтересовалась я.
— Это называется Громовой Пояс, — пояснила Агнес. — Это твой помощник. Держи и молись.
Вернулась Джули. Я внимательно присмотрелась к странной меховой вещице. Она была того серовато-коричневого цвета, который ассоциировался у меня с осенью. По форме она напоминала грушу с выемками под грудь. Агнес и Руби завязали бандаж вокруг меня. Я почувствовала замешательство. Джули с особой внимательносгью наблюдала за процессом. Ветер откинул прядь темных волос с ее лица. Когда я взглянула на Джули, та улыбнулась мне в ответ.
— Я действительно чувствую себя странно, как-то иначе, — сказала я.
— Ты беременна, — отозвалась Агнес. В ееголосе не было и тени насмешки. — Это называется материнским способом обмана Хранителей. Мы хорошо провели все необходимые ритуалы и знаем, что тебя ждут. Когда ты надела маску рыси, то осознала прошлые жизни внутри себя, это было хорошим знаком.
А зачем обманывать Хранителей7. Неужели нет иного способа?
Им нравится быть обманутыми. Если тебе удастся провести их, они будут чтить тебя.
Для светящихся существ, — сверкая глазами, сказала Руби, — ты беременная. Они видят ложное свечение — ложную жизнь внутри тебя.
И для этого мне нужно было раздобыть яйцо, а ты, Агнес, с таким трудом разыскивала сорок четыре семени?
Мы делали это для создания светового обмана, для того, чтобы пришли Хранители и пропустили тебя сквозь барьер.
Разве ты не чувствуешь себя беременной? — поинтересовалась Руби.
Прислушавшись к внутренним ощущениям, я обнаружила, что чувствую себя очень странно, меня слегка подташнивало. Даже если бы я и смогла забыть, как чувствовала себя в последние месяцы беременности, то моментально вспомнила бы. Я была сверхчувствительной огромной бочкой.
— ' Я чувствую себя очень беременной. У меня будет двойня?
Все рассмеялись. Руби надела мне на шею бусы, состоящие из разнообразных кусочков морских раковин, бусинок, старинного бисера, клыков животных. Я потянулась к бусам, чтобы получше рассмотреть их, но Руби перехватила мою руку:
— Нет, — непререкаемо сказала она. — Джули, накинь на Линн покрывало.
Джули взяла сгаренькое покрывало, в которое был завернут Громовой Пояс, и накинула его мне на плечи. Если бы меня могли увидеть сейчас мои знакомые из Калифорнии! Агнеспояснила, что это покрывало рожениц, что многие дети пришли в мир на этом самом покрывале.
В довершение ко всему Агнес дала мне кувшин из красной глины, в котором находилось нечто, что она назвала «скребком, поднявшимся из открывания», сказав, что мне, возможно, понадобятся и кувшин, и скребок, когда я захочу собрать что-то для своего щита. Я поинтересовалась, что означают ее слова. Однако Агнес сказала, что это я должна выяснить лично.
Мы отправились к священному месту, в котором давным-давно проводили церемонию. Обогнув домик справа, мы шли через развалы черных скал, которые невозможно увидеть, если только не подойти к ним справа. Тропка была узкой и почти незаметной. Я шла очень осторожно, прижимая огромный живот к гладкой поверхности камней, чтобы сохранять равновесие. Мы оказались на самом краю глубокого ущелья. Внизу виднелась почти круглая поляна, которую с востока защищала массивная каменная стена. Сверху поляна казалась античным амфитеатром. Дальше наши пути разошлись — Агнес Руби и Джули пошли по другой тропинке. Когда я достигла подножия скал, они взобрались на вершину и заняли три ключевые точки: Джули на юге, Агнес на севере, а Руби на западе. Мне же нужно было обратиться на восток, стоя рядом с россыпью камней. Обратиться к Вос-току значило смотреть на сплошную стену из камня — бордового, розового, серого и черного. Взглянув на массивную стену, освещенную лучами заходящего солнца, я ощутила собственную незначительность и преходящесть. Западный ветерок прильнул к моему телу.
Поставив глиняный кувшин под ноги, я нарисовала вокруг себя священный круг и посыпала его табаком, вложив в круг силу произнесением молитвы, которой выучила меня Агнес. Начальная церемония заняла много времени. Я чувствовала тонкие изменения, происходящие с моим телом, раскрыте, расширение — словно оно готовилось к родам. Я запела песню рождения и, обращаясь к Хранителям, просила их показаться.
Неожиданно с севера Агнес выкрикнула мое имя.
Привет, Линн. — Слова завибрировали, расколов тишшгу. Эхо многократно повторило приветствие, а затем постепенно затихло. С юга откликнулась Джули, которой вторила с запада Руби. Каждый из этих голосов по-разному воздействовал на меня, затрагивая разные части тела. Внезапно их голоса выкрикнули мое имя в унисон.
Привет, Линн.
В ушах стоял ураган звуков: «Привет, привет, Линн, Линн». Слова повторялись вновь и вновь. Я попыталась проскользнуть внугрь, скрыться от оглушающего эхо, но каждая клеточка моего тела дрожала и вибрировала в созвучии со словами. Эхо превратилось в сводящую с ума субстанцию, полотно моего имени окутывало меня, как кокон. И вдруг я почувствовала, что тело вдребезги разбилось и разлетелось искорками во все стороны, напоминая фейерверк.
Звук не затихал и, становясь лишь глубже и громче, проникал в меня. Похожие на птиц тени вышли из меня, словно некие разделяющие барьеры. Понятия не имею, кем были эти существа, но они явно убегали. Промелькнула мысль, что я, возможно, умираю и возвращаюсь к Единству, поэтому эти существа потеряли свое транспортное средство.
— Какое ты имеешь право на рождение? — раздался громовой голос. — Ты была тем, чем являлась. Никто другой не может быть тобой, но ты забрала и это. Почему ты должна родиться, когда столь многие несправедливо умирают?
Каменная стена, находящаяся передо мной, казалось, раскололась, раскрывая клубящийся свет. Впечатление было такое, словно раскололась раковина, внутри которой скрывалось солнце. Свет был так ослепителен, что на него невозможно было смотреть. Пришло ошеломляющее понимание, что этот свет исходит изнутри меня, я видела свое собственное существо, вырванное из великой мистерии света в этот мир тьмы и мрака.
— Прощай, Линн, прощай. — Казало сь, что звук и сходит сзади, сливаясь с вечностью, живущей собственной жизнью, сплавляется с моими мыслями, рассеивая их. Услышав голоса, я быстро развернулась. В голове мелькнула мысль, что это Лгнес и Руби спустились с вершины скалы и стоят позади меня за пределами очерченного круга. Однако моему взору открылись две светящиеся колонны.
Кто вы такие? — спросила я. На ветру стыли слезы страха, катившиеся по щекам.
Мы твои наставники с другой стороны. Ты была принята Хранителями. Мы учим ненависти, а не любви. Это истина. Мы — левая сторона силы. Мынеможемобманывать тебя. Мы учим слабости, а не силе. Это истина. В нашем кругу мужчины обладают силой, они несут в себе пустоту. Мы маги, отдавшие свою силу женщинам-магам. Это истина. Мы заклинатели боли и обмана. Здесь нет никаких преград, никаких барьеров. Здесь мы нашли суть.
Откинула ли я свое тело и чувства? Я была напугана, ужас превратился в невыносимую боль в животе — продолжительные, разрывающие ощущения, словно при родах.
— Я разговариваю с Агнес и Руби? — задала я свой вопрос.
Светящиеся колонны стали растворяться. Формы, которые я приняла за Агнес и Руби, закружились, а затем просто исчезли. Их больше не было. На меня молча смотрели двое молодых мужчин. Они казались агрессивными, сильными, но худыми; от них исходил некий сатанинский дух. Одеты они были в джинсы, ковбойские сапоги и рубашки с длинными рукавами. Походили они на более юную версию моих целителышц. Я внимательно изучила каждую пору на их темных лицах, каждый мускул на их руках. Меня захватила эта реальность. Неужели подобное возможно? Наконец я робко спросила:
Какой силой обладаете вы? — Я не была вполне уверена, что произнесла вопрос вслух.
Нам известны все тайны, но мы ничего не знаем об открытом. Мы обладаем хейока-силами, к которым столь стремилась ты, преодолевая барьер. Мы перевернутая противоположность мужчин-женщин. Наши дороги извилисты и всегда возвращаются к истоку. Мы — это злой койот, познавший покой и мир. Мы одурачили тебя и сможем проделать то же и в будущем. Поверь в нас, или мы умрем, как и мы должны верить в тебя, потому что иначе умрешь ты. Мы отступники силы. Эта магия будет жить внутри тебя и делать свое дело.
Привет, Линн. — Я услышала голоса, говорившие в унисон и отражаемые скалами. Звук был сголь устрашающ, что я утратила любую способность к связному мышлению. Слово следовало за словом похоронным маршем, оставляя глубокий шрамвмоем восприятии. — Привет,Линн. Привет, Линн. Привет, Линн.
Я видела, как Агнес и Руби умирают, растворяясь во внутреннем мужчине. Они пятились от меня, исчезая в темноте. Затем меня ослепил серебряный свег и спалил последовавший взрыв. Я была отброшена назад, но траектория по-лега неким образом изменилась, и я полетела вперед. Меня несло по ребристому тоннелю, словно я действительно переживала мистерию рождения. Следующим связным воспоминанием было то, что я стою на коленях внутри круга. Дул легкий ветерок. Меня слегка подташнивало. Я выпрямилась, подняв с земли глиняный кувшин, и вышла из круга. Я знала, что больше не беременна. Я дала рождение самой себе. Плача, я подошла к каменной стене и стала скрести розовую поверхность при помощи скребка. Появилось свечение. Небольшие кусочки, падавшие в кувшин, казались частью плоти Бога — субстанцией Бога.
Я знала, что рискованно окунулась в непостижимую реальность экстаза и боли, захватившую мою чувствительность. Непостижимым образом эта реальность отражалась в красоте камня и моем взаимодействии спим. Любовно касалась я поверхности камня. Гладкая красная поверхность смягчалась и отсоединялась под легким давлением. I [а ощупь она напоминала эластичную кожу. По мере того, как камень поддавался, нечто внутри меня тоже уходило. Я чувствовала, как перестраиваются мои мускулы, словно я была музыкальным инструментом, который настраивают в гармонии новой тональности. С каждым новым прикосновением к камню я все больше чувствовала себя во внутреннем центре. Весь обман, мысли и ложные эмоции были вымыты из моей системы. Внезапно пришло понимание, что черная магия основывается на реакции против любви, а этот камень своей открытостью и незащищенностью каким-то непостижимым образом учит меня заботе и любви. Соединение камней, звуков, эмоций и любви слало для меня неким алхимическим сплавлением. Я знала, что это принесло смерть моему разрушительному потенциалу, потому что ради подобного переживания мне пришлось отбросить очень многое.
По щекам текли слезы. Я чувствовала, что стою в великой усыпальнице и что Божественная субстанция неким непостижимым для человеческого разумения образом заботится о всем сущем. Опустившись на колени, я плакала от радости, пока не почувствовала, что рука Агнес опустилась мне на плечо.
Вернувшись в дом, Агнес отказалась обсуждать со мной мое видение, сказав, что слова отрицают и искажают истину, мне же следует постараться пронести это видение через всю свою жизнь.
— Самое главное, — сказала Агнес, — это то, что ты слилась с дьяволом и освободилась в любовь. Отрази переживание и любовь на своем щите. Восточный щит — это щит возвращения к истоку, поэтому поверхность оберега дол /К на быть обращена вовнутрь.
Агнес сказала, что восточный щит не имеет формы, поэтому я могу сделать его так, как сочту нужным. Необходимо лиі пь осознанно і іередать і іереживание видения. Она сказала, что мне не нужно думать о себе, как я это обычно делаю, но лишь позволить хейока-наставникам направлять мои действия, позволить своему духу создать этот щит. Агнес сказала, что хейока-щит — и не щит вовсе, а познание и принятие духа.
— Хейока-щиты, висящие в музеях, всегда были загадкой, мистерией, — сказала она. — Об их силе рассказывают неимоверные истории — некоторые из них правдивы, другие выдуманные. Хейока-щиты кажутся сплошным безумием для белых людей: безвкусица, сделанная дикарями, не способ-
иыми защитить себя. Но когда я вижу такой щит, то знаю, что перед моим взором находится нечто, недоступное пониманию обычного человека. То, что я вижу, приветствует меня, потому что я вижу щит хейока, и я познала великую радость. Этот щит говорит: «Я не обману тебя. Я встретился с парадоксом. Меня ничто не удивит, но я знаю, что все сущее есть воля Великого Духа».
— Если уж ты не хочешь говорить о моем переживании, может быть, ты расскажешь, что происходит на самом деле, когда я делаю свой хейока-щит\ — спросила я.
Ты пытаешься завершить свой круг.
Что это значит?
— Каждый рождается в принадлежности какому-либо кругу.
— Не понимаю.
— Пока человек не завершит свой круг, для него нег силы.
— Ты имеешь в виду круг людей?
— Да. В твоем случае это круг женщин. Задачей охотницы, женщины-воина является собрать достаточно личной силы, чтобы отыскать свой круг и соединиться с ним.
— И как мне это сделать?
— Ты сможешь отыскать свой круг, только когда будешь готова к этому. Ни одному человеку не удалось отыскать свой круг, не будучи близким к самореализации. Твой круг взывал к тебе с самого твоего рождения. Но у тебя не хватало личной силы, чтобы услышать его зов. В прошлом ты встречалась со многими людьми из этого круга, но они оставались для тебя невидимыми. Это твоя личная ответственность — никогда не сомневаться в существовании братства по духу. Многому следует научиться, прежде чем войти и быть признанным своим кругом. Когда ты соединишься с ним, твои сестры одарят тебя подарками, их сила станет твоей силой.
Больше Агнес ничего не стала говорить о восточном щите. Я вспомнила, как однажды мой друг сказал, что после встречи с Божественным все кажется смешным до истерики. Во время создания восточного щита меня охватило сходное чувство. Глядя на странный подбор подсобного материала — кучку осколков камня, кусок старой ослиной кожи, деревянные палочки, перья совы, пластмассовую цепочку, тыквенную трещотку, охотничий нож со ржавым, поломанным лезвием, несколько деревянных кружочков с изображением голов индейцев, не говоря уже о куриных косточках и искрив ленной стреле хейока, наконечник которой указывал внутрь, — я была поражена абсурдностью человеческой дилеммы. Собирая все эти предметы в единое целое, я смеялась без всякой причины. С каждым шагом процесса все очевиднее становилась нелепость происходящего, я громко рассмеялась. Я знала, что можно выполнять и глупую работу, и это понимание тоже было замечательно. Щит стал напоминать коллекцию индейского китча мира магов.
Казалось, возникла одна важная проблема в ходе создания щита: я не знала, каким образом использовать то, что я соскребла с хейока-барьера. Смочив собственной слюной каменную пыль, я размазала ее, использовав в качестве краски, по всей поверхности ослиной шкуры. Я как раз пристраивала последнее перышко совы к ободу, когда появилась Агнес и вырвала его у меня из рук. Она улыбнулась.
— Тебе никогда не закончить щит хейока. Сейчас необходимо быть особенно бдительной. Помни, что этот щит привлекает врагов. Это незавершенный оберег, но сила его значительна и неотразима для тех, кто понимает. Наблюдай за каждым споим шагом. Теперь ты уверенно идешь по пути. Ты получила'инициацию в мой мир хейока.
На следующее утро, закончив щит, я поехала в Кроули купить Руби несколько пачек сигарет. Купив сигареты, я решила заехать перекусить в небольшой городишко неподалеку от резервации. Меня тешила идея купить подарки для Лгнес, Руби, Джули, Бена и Драма. Местные жители с интересом разглядывали меня. Для них я была заезжей незнакомкой. Мне понравились чистенькие, опрятные домики. Движения на улицах почти не было, а центр городка состоял всего из нескольких кварталов. Припарковав машину, я перекусила. Выйдя из кафе, я повстречалась со старенькой индианкой, державшей стопку пожелтевших журналов. Эту старушку я уже встречала в магазинчике Кроули.
Тебя зовут Фиби? — поинтересовалась я.
Думаю, что да. — На Фиби было надето то же самое платье, в котором я видела ее в предыдущий раз. В пачке, которую держала старушка, было не меньше тридцати журналов. Подбородок Фиби упирался в фотографию Мерлин Монро.
Помоги нести, — сказала она, передавая мне журналы. Мне ничего не оставалось, как только принять стопку.
Я живу неподалеку, — сказала она.
Я начала раздражаться. Вероятно, Фиби была уверена, что я буду сопровождать ее до самого дома.
Я тороплюсь.
Я тоже, — сказала она, подтолкнув меня к машине. Стало абсолютно понятно, что мне придется позаботиться о старушке. Фиби быстренько подошла к моей машине и уселась на заднее сиденье. Я удивилась, откуда она знает, что это именно моя машина. Чтобы открыть дверцу, мне пришлось положить стоику журналов на капот. Фиби не сделала ни малейшей попытки помочь мне, когда я располагала журналы рядом с ней. Я села за руль.
Итак, куда ехать, Фиби?
Ты найдешь, — ответила она. — По дороге.
Не имея ни малейшего представления, куда ехать, я начала злиться по-настоящему. Неровным, высоким голоском Фиби затянула песенку. Песня была бессмысленной и казалась сложенной с точки зрения ребенка, вырезающего бумажных кукол. Я подумала, что эта женщина, должно быть, выжила из ума. Я продолжала задавать вопросы по поводу местонахождения ее дома. Мы объездили каждую улицу городка. Фиби продолжала отвечать, что ее дом не здесь.
Поверни сюда, — сказала она, указывая на проселочную дорогу, по бокам которой выстроились деревья.
Это пустынное место, — сказала я. — Ты не можешь здесь жить.
— Я жила здесь раньше, — возразила Фиби.
— Ну же, Фиби, мне наплевать, где ты жила раньше. Мне нужно возвращаться. Скажи мне, где ты живешь сейчас. Старушка вновь затянула свою песенку.
— Пожалуйста, Фиби. — Я положила голову и руки на руль. — Где ты живешь?
Она посмотрела на меня так, словно мои слова проходили мимо нее. Она указала рукой на один из свалившихся на пол журналов.
Я внаю, что ты была послана сюда моей бумагой, — сказала она, поднимая журнал и пролистывая его в поисках картинок.
Кажется, у меня появилась идея, — сказала я, развернув машину и поехав обратно в городок. Старушка, скорее всего, страдает безумием. Только я приняла решение отвезти
ее в то место, в котором повстречала, как Фиби передала мне веер, сделанный из листка, вырванного из журнала.
Это мне? Спасибо, Фиби. Я его сохраню. Но, пожалуйста, вспомни, где ты живешь. Разве ты не помнишь дорогу?
Остановись около того зеленого дома на углу, — сказала она, продолжая пролистывать журнал.
Подъехав к дому, я остановилась, не выключая двигатель. Фиби выпрыгнула из машины и быстренько направилась вдоль подъездной дорожки к дому.
— Фиби, подожди. А как же журналы?
Заглушив мотор, я вышла из машины, вытащила журналы и поспешила вслед за старушкой. Входная дверь была еще открыта. Войдя внутрь, я положила журналы на кофейный столик и повернулась, готовая уйти, но вместо этого замерла на месте, потому что оказалась лицом к лицу сРыжим Псом.
— Мне нужно поговорить с тобой. Присядь.
Меня пробрала холодная дрожь. Шок был столь велик, что я даже не могла понять, как очутилась в такой ситуации. Казалось, мои глаза отказываются принимать его присутствие. Рыжий Пес закрыл дверь на замок.
— Присаживайся, — сказал он. — Чувствуй себя как дома.
Я медленно соскользнула в кресло. Рыжий Пес приблизился и уставился на меня тяжелым, немигающим взглядом, излучая подавленную ярость. Я знала, что он готов выцарапать мне глаза и бросить в пучину.
Он был одет в небесно-голубую рубашку, джинсы и дорогие ковбойские ботинки. Выглядел он моложе, чем мне помнилось. В камине горел огонь, бросающий блики на его рубашку. Помимо своей воли я начала дрожать. Взглянув на его ноги, я оглядела комнату в поисках коляски. Рыжий Пес словно прочитал мои мысли.
Кресло-коляска всего лишь обман. Успокойся, Линн. Хочешь чего-нибудь выпить? — Его голос был полон сарказма.
С удовольствием, — удалось выдавить мне, хотя я и знала, что не сделаю ни глотка, но я хотела выиграть время.
Рыжий Пес направился в кухню. Я окинула комнату взглядом в поиске возможного выхода, но на каждом окне, каждой двери висели замки. Комната являла собой сплошной хаос: пластмассовые цветы, стопки цветной бумаги, газеты, полки, заваленные куклами (современные пластмассовые куклы вперемежку со старинными, индейскими), и тому подобный хлам. Здесь же находилась клетка с двумя длиннохвостыми попугаями, начинавшими тревожно кричать, как только к ним приближалась одна из многочисленных кошек. Вскоре вернулся Рыжий Пес, неся два стакана и то, что показалось мне вином со льдом. У меня так дрожали руки, что кусочки льда чуть ли не выпрыгивали из стакана, хотя я и пыталась не подать виду, что отчаянно боюсь. Судя по сладкому запаху, налиток был малиновым соком.
— Я не одобряю алкоголь, — сказал Рыжий Пес, вновь уловив мои мысли. Он явно наслаждался моим ужасом.
Я поставила стакан на столик. Фиби принесла тарелку с горячими бутербродами. Поставив тарелку рядом с моим стаканом, она направилась к допотопной швейной машинке и принялась крутить педаль. Остановившись, она стала яростно обмахиваться одним из превеликого множества бумажных вееров, лежавших на столе. Веера были украшены изображениями Иисуса Христа, Девы Марии и Иосифа. Рыжий Пес, не обращая ни малейшего внимания на Фиби, принялся за бутерброды.
— Очень жарко, — пожаловалась Фиби. — Мухи сведут меня с ума.
Она вновь принялась крутить педаль машинки. Насколько я могла судить, в доме было довольно прохладно. К тому же не было ни одной мухи. Фиби строчила пустоту, потому что в машинке не было ни материала, ни ниток. Комната, наполненная шумом швейной машинки, возней хомяков, попугаев и кошек, напоминала локомотив, готовый вот-вот отправиться в путь. Однако казалось, что ни Рыжий Пес, ни Фиби не замечают этого. У меня возникло ощущение, что я попала в бедлам, и неизвестно, удастся ли мне выбраться из него живой.
Рыжий Пес откинулся на спинку кресла, доедая последний кусок бутерброда.
Знаешь, твои насгавники неправильно учили тебя, Линн, — сказал он.
Неужели?
Чертовски неправильно, — Рыжий Пес покачал головой. — Они сказали, что я твой враг, что мы не подходим друг другу. Как ты думаешь, зачем они учат тебя искусству щитов?
— Для приобретения силы. Рыжий Пес иронично рассмеялся.
— Чепуха. Ты учишься щитам и собираешь силу, чтобы защищаться от меня. И вот я здесь. А что можешь сделать ты, чтобы не позволить мне сделать с гобой все, что я ни пожелаю? Однако я не рок и не возмездие. Я лишь хочу поговорить с тобой. Не надо так меня бояться.
Он взял еще один бутерброд с тарелки, осмотрел его со всех сторон и положил обратно.
— Я никогда не смогу доверять тебе.
Мне показалось, что Рыжий Пес в приступе бешеной ярости разорвет меня на кусочки, и пожалела, что открыла рот.
Глупая ты женщина, — сказал он. — Агнес учит тебя быть видимой. А она видима? А Руби? А я? Конечно, я могу привести тебя к ним, а они могут направить тебя ко мне, но попробуй отыскать кого-нибудь из нас помимо нашей собственной воли. Мне жалко на тебя смотреть. Видимость, доступность — вот твоя Немезида, твой рок. Истинный человек силы скрывается на задворках — его невозможно увидеть. Именно так нам удается оставаться самими собой, удерживая то, чем обладаем. Ты стремилась к силе и отыскала ее, возможно, когда-нибудь ты станешь подобна мне, что несет с собой огромное одиночество. Ты — белая женщина, выпавшая из своей среды, совсем как я. Люди не понимают тебя. Агнес провела тебя сквозь магию, ты уже не сможешь принять участие в массовом сне. И что ты собираешься делать теперь? Куда направишься?
Я отправлюсь домой и буду вести нормальную жизнь, как обычно.
Рыжий Пес словно блокируя мои слова, поднял руку в жесте протеста.
— Никто тебя не узнает. Они будут использовать любые методы, заставляя пойти на компромисс требуя, чтобы ты вновь стала такой, какой была прежде. Ты не сможешь использовать свои знания, потому что, воспользовавшись ими, ты станешь опасной для толпы. Они станут бояться тебя. В соприкосновении с твоей силой они лишь ощутят отсутствие собственной. Они не увидят, что ты изменилась, они не поймут, кем ты стала. Всю свою жизнь ты потратишь на поиск своего круга. Неужели ты думаешь, что отыщешь сестер? Никогда. Никакие щиты в мире не дадуг тебе возможности отыскать братство, потому что его не существует. Если бы оно существовало, кому, как не мне, знать об этом? Я бы украл его силу. Но мне всегда приходилось черпать женскую энергию из таких священных предметов, как свадебная корзинка. Я объехал весь мир в поиске женщины, которая могла бы дать мне силу того уровня, который мне необходим. Ни одна из них не оправдала моих надежд. А разве ты повстречала достойного себя мужчину? В данный момент я пользуюсь силой Фиби. Не следует недооценивать ее. Она чрезвычайно сильна.
Фиби? — Я не могла представить себе Рыжего Пса вместе с этой странной маленькой старушкой. — Какой же силой может обладать она?
Сюда тебя привела ее бумага. Она может убить тебя в любой момент. Я не собираюсь убивать тебя, потому что хочу, чтобы ты получила силу. Уничтожить тебя сейчас не сделает мне чести, потому что ты еще так слаба и глупа. Фиби, подойди на минутку. Я хочу, чтобы ты заглянула в Линн и рассказала об увиденном.
Фиби подошла. Склонившись, она посмотрела мне в глаза безумным взглядом.
— Женщина в зеркале, какой она себя считала, ничего не знала. Ее голос спрашивал, что отражается в нем, но там отражался лишь дом с углом, в котором мышка скреблась, наблюдая за тем, что делалось рядом и в нем. Там еще были формы, хотевшие все понять, но отражение времени в зеркале не могло им ответа дать. Свет атомов вещества отражался от форм, отбрасывающих тени, но где ночная романтика и игра? Да, нечего было сказать: женщине по имени Линн, которая некогда была. Отражало зеркало ум и мыслей шурум-бурум, но пусто было оно, потому что в прошлое все ушло. Она двигалась посреди своего добра, не задумываясь о том, что она приносит в дом, протирая мебель и не зная, что правило золотое есть, которое может порядок принесть. Какое смирение! Как жесток был дурак, не сказав ей того, что хотела услышать она от него. Нужно еще посмотреть, будет ли в отражении честь. О, как растет ребенок! Ставят отметки в драме, прожитой задолго перед нами. Это длилось столь долго, сколько? Усталая, двигаясь в сплошном тумане, она питалась пирогами. К чему баклуши бить, когда знаешь, как жить? Я буду писать, рисовать, вас услаждать. Нет для меня ни времени, ни пространства, ни причин, к чему грустить? Не существует радость для меня, вот только гордость есть одна. Не в чем меня обвинять, я образцовая мать... Что еще знать хотите? Подождите. Следует долго ждать, пока мне будет что сказать.
— Достаточно, Фиби, — прервал старушку Рыжий Пес. — Возможно, Линн поняла, что ты видишь ее гораздо лучше, чем она себе представляла.
Слова этой песенки заставили меня содрогнуться. Фиби подошла к полке, уставленной старыми круглыми шляпными коробками.
— Где я оставила свои ножницы? — произнесла она, поднимая крышки коробок и роясь в их содержимом. — А, вот они, голубчики. — Старуха вытянула руку с ножницами к свету, щелкая концами. — Мне не нравится, как та белая дама посмотрела на меня вчера в магазине.
Рыжий Пес внимательно наблюдал за движениями Фиби.
Почему бы тебе не подрезать ей хвост, Фиби? Почему бы тебе не скрестить ей руки на груди и не уложить в землю?
Женщина из магазина отыщет дверь в небытие, я уложу ее в могилу, чтоб впредь неповадно было. — Из шляпной коробки она достала плотную черную бумагу и принялась вырезать. Постепенно бумага стала принимать форму куклы с воздетыми вверх руками. Затем она вырезала глаза и рот, добавила черную юбочку до колен, затем вырезала две ноги. Словно в поиске одобрения Фиби передала фигурку Рыжему Псу.
— Я вырезала ее из черной бумаги, что означает болезнь! — выкрикнула Фиби.
Не имея ни малейшего представления, что они делают, я все же почувствовала, что в их дейсгвиях содержится нечто дьявольское. Я не осмеливалась задавать вопросы. Некая могущественная сила, окружавшая этих двух, стала черной. Теперь Фиби вырезала прямоугольник из коричневой бумаги, затем она положила куклу на прямоугольник, словно в кровать. Она запела на языке индейцев, а Рыжий Пес вышел из комнаты, довольно посверкивая глазами. Вскоре он вернулся, принеся с собой дымящуюся травку с едким, одуряющим запахом.
Злобное действо продолжалось. Они положили бумажную куклу и «ложе» на небольшой алтарь у стены. Расставляя пластмассовые цветы и зажигая свечи, Фиби что-то бормотала себе под нос. Вновь и вновь она окуривала куклу едким дымом. Рыжий Пес передал ей небольшой пузырек с красной жидкостью, напоминающей кровь. Фиби сбрызнула ею куклу. Затем она взяла стручок в форме загнутых рогов (возможно, это была акация) и проткнула с его помощью куклу в районе желудка. Вновь и вновь она дула на куклу, не прерывая своего напева. Я с ужасом наблюдала за происходящим безумием. Так вот чем занимался Рыжий Пес с этой женщиной! Они занимаются черной магией. Маленькую сгарушку окружало столь много наводящей ужас силы, что доносилось потрескивание. В эксцентричной невинности Фиби свалилась в огромный дьявольский резервуар и теперь пользовалась им с эмоциональной зрелостью семилетнего ребенка.
Я больше не могла вынести этого и стала продвигаться к кухне в надежде на открытую дверь. Рыжий Пес одним прыжком подскочил ко мне и вновь усадил меня в кресло. Не спуская с меня глаз, он одобрительно кивал Фиби. Затем Фиби свернула все дары, куклу и другие предметы, приказав Рыжему Псу взять лопату и похоронить куклу, чтобы с ней было покончено раз и навсегда. Лицо старушки искажал гнев. Ее глаза, наполненные черной силой, которую можег вызвать только беспричинная ненависть, остановились на мне. Я почувствовала, как содрогнулась внутри.
Наблюдая за отвратительным ритуалом, я поняла, что Рыжий Пес в своем стремлении к силе просто безумен. В своем заблуждении во мне он видел то, что считал собой. Не развив в себе женскую сторону, он не мог видеть меня достаточно четко и ясно. Мне показалось, что я смогу выскользнуть от этого безумца живой, если мне удастся изобразить такую уязвимость и глупость, какую я ощущала внутри, и такую слабость, какую он видел во мне.
Рыжий Пес вышел и, очевидно, захоронил все, что они использовали в церемонии. Вернувшись, он уселся в цветастое кресло перед камином. Фиби вышла из комнаты и больше не вернулась. Рыжий Пес опять направил все свое внимание в мою сторону.
— Возможно, тебе интересно узнать, что произошло с Фиби. Будучи молодой, она сошлась с одним очень жестоким магом. Он не был таким хорошим человеком, как я. Вскоре он ей надоел, а когда она попыталась уйти, он превратил ее ум в ум ребенка. Сейчас она рабол-аег с магией Юга, которой он научил ее в ее простой вере и наивности. Она до сих пор обладает силой, которой ее научил бывший друг, но она является женщиной, чья память и история принадлежит ее забытому возлюбленному. Думаю, ты поняла, что с нами лучше не шутить, — закончил он, поудобнее устраиваясь в кресле. Кошка, лежавшая у него на коленях, мяукнув, убежала прочь. Для меня эти двое занимались уничтожением земли, убегая от любви, доверяя лишь одиночеству и хаосу. Для них жизнь была смятением, борьбой и стремлением к мести, отметиной боли на поверхности священного сна.
Взглянув на него, я разрыдалась, закрыв лицо руками.
— Я рад, что ты понимаешь свое положение. Черт, бумажный ритуал — всего лишь первый шаг. Если я захочу, то могу причинить тебе гораздо больше неприятностей.
Я сделала вид, что не могу остановить рыдания. Он передал мне платок утереть слезы.
— Черт побери, прекрати скулить. Ты же все-таки шаманка.
— Не могу ничего сделать. Я так боюсь.
— И чего же ты боишься? Конечно же, меня. Вряд ли ты изменилась, — с презрительной усмешкой произнес Рыжий Пес. — Посмотри на себя. Потребуются годы, чтобы ты была готова противостоять мне. Я для тебя слишком опасен. Без Агнес ты ничто.
К этому моменту я уже полностью не могла контролировать себя и рыдала во весь голос.
— Я отпущу тебя. Вообще-то это не входило в мои планы, но я изменил решение. Л сейчас прекрати ныть. Я собираюсь сделать тебе небольшой подарок, чтобы поднять настроение.
Если бы не охвативший меня ужас, я немедленно почувствовала бы подвох в его поведении. Рыжий Пес, взяв ножницы Фиби, принялся вырезать красивый круглый узор, напоминающий снежинку. Он использовал черную бумагу и работал очень быстро. Положив законченный узор мне на колени, он сказал:
— Она представляет дух воздуха. Передай ее Агнес и скажи, что я наполняю каждый ваш вздох угрозой. А теперь убирайся к своей драгоценной наставнице. Гош ты еще хоть раз попробуешь встать на моем пути, Фиби будет Альбертом Эйнштейном по сравнению с тем, во что превратишься ты.
Что есть мочи я бросилась прочь из этого сумасшедшего дома. Не знаю, как мне удалось добраться до резервации. Направляясь по дорожке к домику Агнес, я все еще рыдала. Агнес сидела в окружении всех моих щитов. Она крикнула, чтобы я остановилась и не подходила ближе.
Я посылала тебе силу. Я знала, что тебе угрожает великая опасность. Сила щита хейока привлекла его. У тебя есгь нечто предназначенное для меня. Что это?
Он дал мне бумажную снежинку.
Это магия Рыжего Пса, которая содержит семена вреда. Он тебя обманул. Его дар убил бы меня. Таков его способ уничтожить тебя. Унеси бумагу подальше, разорви на кусочки и закопай в четырех местах, а затем быстренько возвращайся.
Выполнив указание, я примчалась к Лгнес и рухнула около нее, рыдая от пережитого ужаса и наступившего облегчения. Я рассказала ей о происшествии во всех подробностях. Она поглаживала меня по спине, а затем рассмеялась. Отпрянув, я встревоженно взглянула на нее.
Ты почему смеешься?
Ты его тоже обманула. Тебе это удалось. Твоя уязвимость — самый надежный щит. Ты была столь широко открыта, что он не смог увидеть твою силу. Ты ослепила его своей невинностью.
Тогда зачем я делала все эти щиты?
Это совсем другое. Щиты спасли тебя, потому что представляют твою силу. Они определяют тебя и твою мощь.
Вскоре ты научишься объединять их и пользоваться как единым целым. Рыжий Пес отпустил тебя, потому что он сумасшедший. Он думает, что ты такая же, как он, что для силы тебе необходим кто-то со стороны. Но ты другая. Он считает, что каждый человек стремится быть магом. — Агнесзалилась смехом. — Ты хорошая ученица. Думаю, на некоторое время ты освободилась от него.
Утерев слезы, я улыбнулась, а затем и рассмеялась. Мы разговаривали до самого ужина. Агнес окружила меня необычайной заботой и любовью, зная, сколь аїльно я в них ігуждаюсь.
На следующий день я решила отправиться к Руби пешком. Физическая нагрузка помогла бы мне выровнять энергии. Я взяла с собой пакет с сигаретами и моим «незаконченным» щитом. Во мне бурлило беспокойство, по дороге к Руби я вела непрестанный внутренний диалог. Я до сих пор чувствовала подавленность после всгречи с Рыжим Псом. Многое из сказанного им было правильным. Несмотря на то что он воспринимал реальность в искаженном свете его слова ослабили мою уверенность в принятом решении. Видения, посетившие меня у хейока-барьера, также смущали меня. Действительно ли я видела Агнес и Руби в образе молодых мужчин? Я была уверена в этом, но какое это имело отношение ко мне и моей жизни в Лос-Анджелесе? Я понимала, что мир не таков, каким кажется, но что делать мне? Мое поведение покажется глупым и лишенным смысла всем моим знакомым из прошлой жизни. Помню, как впервые вернулась домой из Канады. Мне было очень трудно, потому что я не могла дать вразумительные объяснения того, что же со мной случилось. Дочь чувствовала себя покинутой, а друзей смущала моя отдаленность.
Мне было чрезвычайно трудно вернуться к оплате счетов, зарабатыванию на жизнь, не говоря уже об участии в прочих играх социума. Понимание пути хейока было еще более трудным. Я не могла понять, каким образом эта философия приложима ко мне поэтому решительно намеревалась получить ответы от Руби, показав ей свой направленный внутрь щит. Я надеялась, что именно этого ожидает от меня Агнес раз сама она отказалась давать какие-либо пояснения. Однако вполне возможно, что Агнес хочет, чтобы эти ответы пришли ко мне в нужное время. В результате таких размышлений меня переполняло чувство подавленности и неуверенности. Мне действительно необходимо прочистить голову. Меня преследовал образ бумажной куклы Фиби. Неужели это произошло на самом деле?
Когда я приблизилась к домику Руби, небо затянуло тучами, легкий ветерок шевелил вершины деревьев. Руби стояла на крыльце, вытирая руки полотенцем.
Привет, Руби. Это я.
Вижу. Ты принесла щит?
— Да, — ответила я, протягивая оберег. Руби приняла щит, и лицо ее озарилось удовлетворенной улыбкой. Столь редко я видела это выражение на ее лице, что на мгновение Руби показалась мне незнакомкой.
— Хо, — сказала она, — вот это щит!
Она внимательно исследовала каждый дюйм поверхности оберега. Сканируя ладонью поверхность щита, она видела цвета, использованные мной, и комментировала их значение. Во всех деталях Руби объяснила значение каждого использованного мной элемента. Затаив дыхание, я стояла, пораженная ее способностью видеть без глаз.
— А где Джули, Бен и Драм? — поинтересовалась я.
— Я отправила каждого в собственное путешествие. Они вернутся к понедельнику, через три дня.
Жестом Руби пригласила меня войти и сесть за стол. С особой осторожностью она положила между нами щит. Затем она сделала и вовсе непривычную для нее вещь: она передвинула стул поближе к моему.
— Хочу быть рядом с тобой, — пояснила она, — чтобы лучше тебя видеть. Я собираюсь сказать тебе нечто очень важное. Ничего не записывай. Просто слушай. Я постараюсь рассеять твое смущение. Я знаю, что сейчас у тебя крайне трудный и тяжелый период.
Руби закурила сигарету и быстро подняла ее вверх. Я знала, что это было ее способом вознесения молитвы.
Я хочу направить тебя по нужной дороге, — произнесла она. — Эта дорога находится там, где растворяются, сливаясь, все дороги. Путь хейока обладает множеством обличий. Твой лик хейока очень необычен. Человечество знает хейока в образе нищего, юродивого, койота, глупца, обманщика. Лгнес передала мне твой рассказ о Будде. Если я правильно поняла, Будда был великим хейока. — Руби вошла в состояние транса и тщательно выговаривала слова, но ее английский по-прежнему оставался ломаным.
Во-первых, существует Дедушка Солнце, бывший некогда молодым, а теперь он является прародителем великих сил. Но однажды солнце уйдет в пустоту. Такова сила хейока — пустота. Во что ты веришь, Линн?
Я пытаюсь быть в настоящем.
Х-м-м. Помнишь, кто ты есть?
— Да, — ответила я, не вполне понимая, что именно Руби имеег в виду.
Она продолжила:
— Хейока не придерживается ни ритуалов в любых их проявлениях, ни философских систем или верований. История содержится внутри этой силы. Ввести тебя в историю и заставить жить — вот сила хейока. Стать Безумной Лошадью или Джорджем Вашингтоном. Это сила смерти — растворение тела пламенем и возвращение на землю. В женщине, в мужчине хейока проявляется огромной любовью к детям, исцеляя и защищая их. Тому, кто не является частью этой традиции, тщеец-хейока покажется чудаком. Во время церемоний люди-хейока могуг просить подаяния. Шаман не дерзнет помешать им, потому что сила хейока может разрушить ритуал. Хейока всегда смутитель ритуала, обманщик, он проверяет твою веру, ее реальность. Для того чтобы быть хейока, необходимо быть просветленным. Стать хейока — значит стать направленной назад женщиной или мужчиной, потому что ты начинаешь видеть отражение жизни, подобно тому как ты видела отражение в зеркале. Я хочу передать тебе медитацию, данную мне много лет назад.
Представь, что ты склонилась над водной гладью — первое зеркало. Ты ныряешь в воду, и твое отражение бросается тебе навстречу. Что произойдет с твоим отражением на водной глади? Подумай.
Это напоминает перекресток дорог — если тебе удастся разгадать его смысл, ты выйдешь за пределы перекрестка. Это всего лишь символ. Идти за пределы известного означает неизвестное. В просветлении ты переживаешь истинную смерть — такова одна из множества мистерий. Конец наступает там, где семь до рог разрывают сон. Еслитебенеобходима сила, выбери одну из дорог. Можно вернуться назад, сказав, что зашел слишком далеко. Когда смотришь вниз, видишь семь аур — выбери извилистые, скрюченные руки хейока и познай любовь и доверие.
Хейока обладает силой холода и тепла. Она может взять из кипящего варева кусок мяса, съесть и не обжечься. Мир нуждается в понимании этого пути, потому что это сила
пустоты, женщины. Мужчины учат женщин — женщины мужчин. Ни одна из других традиций не учит противоположный пол. Всем нам необходимо исцелить свою внутреннюю женщину.
Мы подобны воде. Хейока работает с первобытным эросом, исходящим из самой сути жизни, из каждой клеточки. Наши клетки сжимаются и расширяются, производя восстановление и жизнь. Мы, как живые формы, воспроизводим это же действие в любви и знании. Иногда для прорыва через барьер ума мы используем растения. И все для того, чтобы феномен сжатия и расширения мог быть понят с позиции любви. Потому что хейока связан с любовью. Это утроба, пустота. Мы — всего лишь зеркала. Мы не что иное, как отражение друг друга. Если бы рядом никого не было, я определяла бы себя только через себя.
— Черные дыры вселенной весьма символичны. В понимании хейока все возвращается назад, к истоку. Жизнь плоха, а смерть хороша, потому что мы обмануты собственной иллюзией. Жизнь парадоксальна: выражение «я люблю тебя» на каком-то уровне означает, что я тебя ненавижу. Ты понимаешь? — Руби не стала ждать моего ответа.
— Помнишь тот сон, в котором я тебе приснилась? Когда тебе показалось, что ты видишь то, что находится у меня в голове — сотканную вручную ткань — увиденные тобой узелки были моими учителями хейока. Очень легко можно обмануться, приняв хейока за черных магов, потому что они имеют дело с пустотой: смертью и перерождением. Но это не так. Одна из причин могущественности этого пути заключается в том, что он разрушает героев, кумиров. Герои панически бояться хейока, потому что хейока видят их насквозь, видят глиняные ноги этих колоссов. Люди, определяющие себя только собой, нередко обладают огромной силой, но у них нет матки. Для того чтобы иметь сестер и братьев, необходима матка.
— Я могу ввести в смуту огромное скопление людей — я могу проникнуть в твои мысли и развернуть их на сто восемьдесят градусов, а ты и не догадаешься об этом. Если я могу смутить тебя, знай, что тебе не хватает силы. Вся моя жизнь — это учение. Для меня лучше оставаться незаметной. Я не честолюбива. Хейока всегда поступает по-новому, его поступки всегда неожиданны. Конечно, это звучит странно, но хейока — самый сильный и могущественный путь, если присутствует понимание. Это путь красоты и любви. Когда человек встречает хейока, ему хочется закрыть глаза и пробежать мимо, потому что любое соприкосновение с хейока навсегда изменит его жизнь. — Руби замолчала, взяла меня за руку, проникая в мои мысли.
— Я знаю, что не вполне ясно объяснила их странное поведение. Все происходит из следующей шем: хейока — это просветленный, он пятится назад, потому что знает, что Бог находится сзади. Доверие и прыжок назад — они знают, что Великий Дух подхватит их. Они заставляют тебя смотреть на себя и свои иллюзии. Во время войны они исполняют танец мира.
Затем Руби потянулась ко мне и крепко поцеловала меня в щеку. От неожиданности и удивления я чуть не свалилась со стула.
— А сейчас немного отдохни, пока я буду возносить молитвы над твоим щитом.
Руби вышла, а я прилегла на ее кровать. То, о чем она говорила, переполняло мои мысли. Я чувствовала себя гораздо лучше замешательство рассеивалось. Я начинала любить эту странную женщину!
ПОКРОВ, СДЕЛАННЫЙ ИЗ ТЕНЕЙ: СУЩНОСТЬ
Когда луна сияет в полноте, |
Мы возвращаем свое виденье. Мы следуем циклам. За неприятием охотясь, Теряемся на корабле, И не можем найти свое море.
Не светят больше звезды, Когда кулак небес
таит в себе земли угрозы.
Нет возврата.
Если при свете луны
Расслабишь свой взор ты, Откроешь возможность проникнуть за грани мечты.
Не ослабляя одиночества, Мы попадаем в сущность.
Жизнь слишком хрупка. И наши разбитые части Являют вселенной узор.
Джек Кримминс
Я с особой тщательностью перетирала вымытую посуду. Агнес положила руку мне на плечо. Кожа на ее остроконечных пальцах была блестящей и тонкой, словно брюшко ящерицы. Мы долго смотрели друг на друга.
— За домом пасется лось, — сказала она и посмотрела в сторону. — Они несчастны. Эта страна уже больше не испытывает счастья, как в прежние времена.
Я внимательно посмотрела на Агнес, потому что не привыкла слышать печальные нотки в ее голосе. Неожиданно ее настроение изменилось.
— Мне так жаль, — сказала я. — Я имею в виду животных, я тоже это чувствую.
Агнес застыла на месте, словно ее мысли унеслись далеко-далеко. Мне даже показалось, что по ее щекам вот-вот скатятся слезы. Но когда она повернулась ко мне, в ее глазах сверкал задорный девичий огонек — хитрый, огненный взгляд под старыми, морщинистыми веками. Я отступила в тень.
— Все мы изменились, — сказала она. — Думаю, мы понимаем друг друга.
Она расстегнула карман рубашки, достала небольшой шаманский мешочек и передала его мне. Взяв этот дар, я зажала его крепко в ладони, чувствуя острые углы находящегося внутри кристалла. Агнес сказала:
Тебе придется обзавестись змеей и жить с ней. Вы будете обмениваться силой.
Со змеей? — Я замерла от неожиданности.
Да. Гремучая змея — отличная защита для женщины.
Но мне не очень-то улыбается идея совместной жизни со змеей.
— Тебе и со мной приходится несладко. Ты привыкнешь жить с сестрицей гремучей змеей. Невелика разница.
Лгнес часто смущала меня перед тем, как мне предсгояло выйти в ночь и встретиться с очередной ситуацией жизни и смерти. У меня возникло чувство, что она хочет встряхнуть меня. В прошлом она достаточно пугала меня, чтобы я чему-нибудь удивлялась. Сегодня я даже не могла на нее смотреть. Мне хотелось поскорее начать свое восхождение. Сложив все четыре щита и положив на них сверху магический сверток, я прижала их к животу. Мы вышли в ночь.
— Луна всходит на востоке. Звезда, магическая звезда, говорящая, что все готово, уже загорелась. — Агнес указала на ничем не примечательную звездочку. — Некоторые индейцы называют ее Звездой, вызывающей дельфина из морской пучины.
— А ты все шутишь, — раздраженно сказала я.
Я серьезна, как никогда. Эта звезда внушает страх. — Агнес несколько раз передернула плечами, взяла меня под руку и в ритме танца подвела к машине.
Машину поведу я, — сказала Агнес и стала устраиваться на сиденье водителя, пока я располагала щиты на заднем сиденье.
Агнес ты ведь не собираешься запугать меня до смерти. К тому же моя страховка не распространяется на тебя. Пожалуйста, позволь мне вести машину самой.
— После сегодняшней ночи тебе вообще никогда не понадобится страховка. — Агнес медленно соскользнула на соседнее сиденье. — Машины, подобные этой, забирают энергию. Давай, поехали.
Мы ехали молча, я продолжала думать о странном поведении Агнес. Святости во мне было столько же, сколько и в машине. Я думала, что предстоящая мне сегодня церемония — самая важная. Бывают моменты, когда все утрачивает смысл. Затем я вспомнила переживание, которое произошло у меня с Агнес год назад. У меня была дизентерия, я бредила. Взглянув на Агнес я вдруг поняла, что знание подобно стене, которую следует разрушить, чтобы пережить просветление. Я увидела великую простоту и рассмеялась. Я преодолела трудный поворот на своей дороге и смеялась два дня подряд. Все было так очевидно, но так недоступно. Каждый раз, когда понимание возвращалось, я заливалась смехом. Учитель удерживает тебя именно от того, к чему ты так стремишься. «Что есть истина?» — спросил Понтий Пилат, умывая руки.
Теперь, когда мы ехали по пустынной грунтовой дороге, направляясь к серым горам, Агнес посмеивалась, словно ей были известны мои мысли. Потом мы обе смеялись до слез, а потом вновь молчали. Лишь изредка Агнес давала мне указания относительно дороги. Смех сделал меня немного сильнее, я чувствовала себя уравновешенной. Я избавилась от суегности — еще одного массового наваждения.
Мы ехали мимо отрогов гор, затем Агнес резко наклонилась вперед и попросила повернуть влево, подъехать к деревьям и остановиться. Мы вышли из машины, я забрала свои щиты.
Эта местность была мне абсолютно незнакома. Легкий туман спускался с гор, клубясь на вершинах. Чем дольше я смотрела, тем выше казались горы. Агнес сказала, чтобы я положила щиты на капот машины и пошла с ней. Она подвела меня к основанию массива. Достав кисет, она отсыпала мне немного табака. Мы рассыпали приношение для духов гор на плоский камень. После выполнения формальности Агнес сказала, чтобы я завернула все свои четыре щита в покрывало и следовала за ней. Мы пробирались вверх по едва заметной тропке.
Я постоянно спотыкалась и соскальзывала, пытаясь не повредить щиты. Временами я карабкалась вверх почти на четвереньках. Восхождение было очень трудным и долгим. Наконец мы добрались до вершины. Задыхаясь, я повалилась на землю рядом с Агнес стараясь успокоить дыхание. В небе висел тоненький серпик молодой луны. Где-то тявкали, словно щенки, койоты. Тявканье койотов доносилось с запада, и я внимательно огляделась по сторонам. Поверхность горы была плоской, ярдов сто в ширину. Здесь же находились три кучки камней пирамидальной формы. Вокруг нас простиралась бесплодная равнина, разнообразие вносили л ишь редкие россыпи камня. Я подошла к одной из пирамид, поросшей мхом. Пирамида казалась очень древней, сглаженной временем и ветром. Только теперь я заметила, что нас окружает широкий каменный круг, а три пирамиды расположены почти в самом центре круга. Я поняла, что стою в центре гигантского магического колеса. Повернувшись к Агнес я задрожала, почувствовав, как мощные эманации горы стали проникать в меня.
— Дедушка-Гора очень стар, — сказала Агнес. — Предки особенно почитали его. Он здесь с незапамятных времен и многое повидал на своем веку. Прежде чем прийти сюда, всегда оказывай ему честь, подноси табак. Он взывает ко многим силам, многие силы отвечают ему. Здесь, внутри древнего круга, зарождаются новые силы. Этот круг — земной щит небесных существ. Пусть их вегры и любовь овевают тебя многие годы, которые тебе еще предстоят. Пусть они воспламенят твои щиты.
Мы немного помолчали, затем Агнес помогла мне расстелить покрывало немного южнее трех пирамид. Агнес очень тщательно смела гальку и сухие ветки. Она сказала, что я должна сесть на покрывало.
— Чего мне ждать этой ночью? — спросила я.
— Это невозможно передать словами, — ответила Агнес. — Ты можешь увидеть сияющий дух горы и отправиться в невообразимое путешествие. А можешь увидеть магическую птицу, койота или собаку. Ты можешь полететь на Сскуан и никогда не вернуться с этой священной горы. Теперь ты — великолепное отражение трех находящихся перед тобой пирамид. — Агнес указала на них. — Как вверху, так и внизу. Самое главное — быть серьезной, внимательной и позволить своему знанию находиться в равновесии с субстанцией. Магическое колесо — прекрасная форма для любого содержания.
В начале начал была Вакан, а Вакан — это великая пустота. Она — это великий круг. Она всеобъемлюща — хорошее, плохое, время, пространство, все сущее находится в ней. Затем появился Сскуан, сверкающая молния. Он осветил Вакан с двух сторон. Он — великое зеркало. Вакан посмотрела внутрь и отыскала своего мужчину. Затем они поженились, танцевали и стали одним — солнцем. Откуда нам это известно? Здесь вверху мы пересекаемся с другим миром, миром небесных существ. Там все меняется, все находится позади, все другое и противоречивое.
Агнес тихонько запела, ее лицо, словно у волка, обратилось к лунному серпику. Я почувствовала давление на спину, словно камни древнего магического круга давили на меня. Казалось, пирамиды засветились сначала сероватым светом, а затем необычно белым свечением.
Прежде чем уйти, я хочу курить с тобой здесь, на Дедушке-Горе, трубку, — произнесла Агнес. Затем она рассказала, каким образом следует достать трубку. Выложив содержимое магического свертка, я привязала шаманский мешочек Агнес себе на талию. Мы воскурили табак в честь предков, четырех сторон света, Матери-Земли и Отца-Неба. Мы помолились и окурили себя ароматическими травами. Закончив церемонию, я разъединила свою трубку и убрала ее, предложив табак камням, так как поблизости не было деревьев.
Сохраняй бдительность, — напомнила Агнес, беря меня за руки. — Что бы ни случилось, оставайся в центре и работай сэнергиями этой ночи. Не пытайся дать определение происходящему. Не ограничивай свое восприятие. Каждый посетивший это место обладал всеми способностями, иначе силы не допустили бы его. Ты — посланник силы. Не позволяй себя захватить или испугать, иначе тебя заберут. Если ты все еще будешь в этом мире и тебя не заберут, спускайся вниз на рассвете. Я буду ждать. Если ты не спустишься, я пойму, что ты сделала дар силам, и здесь наши пути расходятся.
Агнес обняла меня, а затем мгновенно растворилась в ночных тенях. Временами доносился звук осыпающихся под ее ногами камней.
С уходом Агнес на меня обрушилась паника. Удивительно, но присутствие Агнес делало любую ситуацию переносимой. Что она имела в виду под «заберут»? Внезапно мое сознание ощутило присутствие каменных пирамид. Затем в голову пришла странная мысль, что это три собеседника, я же — четвертый. Жаль, что я не спросила Агнес об этих пирамидах, но теперь уже было поздно. Казалось, излучение магического круга давит на меня, мне приходилось быть очень бдительной к малейшему своему движению. Я откинула волосы со лба и поняла, что движения мои излишне торопливы и резки. Здесь пребывают первобытные силы, поэтому любое ложное движение не пройдет незамеченным. Казалось, огромные камни по внешнему периметру круга дышат, увеличиваясь в размерах.
Я начала молитву. Вновь раздались завывания койотов, хотя вполне возможно, что это было завывание ветра. Камни под покрывалом холодили тело. С особой осторожностью я развернула щиты и, испытывая гордость, разложила их по сторонам света, сконцентрировавшись на символизме, вложенном в каждый оберег. Мои сны и видения стали аспектами самой формы и материи, из которой они были сделаны. Щиты являли собой концепцию того, кем я являюсь в своей завершенности. Вместе они представляли предельный магический круг, дорожный указатель от моего внепшего существа к внутреннему. Постигнуть их было равнозначно постижению мистерии моего единства.
Никогда прежде я не раскладывала их в таком порядке. ■Меня переполнила красота щитов и то, каким образом они заставили меня познать себя. Они были тождественны мне. Пятым щитом была я сама, пустота, бабушка, сущность. Сев перед южным щитом, я запела его песню доверия и невинности. То же самое я проделала и перед остальными щитами, молилась и пела, прося у западного щита пророческих видений и перерождения духа. У северного щита я просила, чтобы понимание и мудрость исполнили мои мечты и видения. У восточного щятг-хейока в песне я просила просветления, озарения. Сделав подношение каждому из щитов, я вновь раскурила трубку, сидя по центру, на месте Вождей Радуги, месте невидимого щита, на которое со всех сторон сходятся знание и дух.
Я простерла руки к небу. Агнес сказала, что в этот момент церемонии мне следует открыться и удерживать образ моих щитов, словно они являются частями разбитого зеркала, соответствующие друг другу, дополняющие и составляющие единое целое. Я сосредоточилась на образе, и он становился все более четким и ярким, а затем разбитое зеркало вновь стало целым, опутанным временем и материей иллюзорной субстанции под названием жизнь, которая при нагревании испаряется, превращаясь в метафору, и которую время от времени приходится дистиллировать через любовь, превращая в новую форму. Затем я поняла, что оно должно быть передано другому, написанное на ветре четырех направлений сердца.
Неожиданно раздался треск где-то в спине или голове, и зеркальный круг стал кружиться вокруг меня и во мне, словно многоцветный круговорот, втягивая меня, поглощая. Ощущение было такое, словно я была втянута внугрь себя, а затем вывернуга наизнанку. Казалось, все небо наполнилось вспышками разноцветного огня — красного, золотого, белого, голубого. Порывом сильного ветра мне выгнуло спину, и я опрокинулась назад, словно на меня навалилась огромная тяжесть. Земля под покрывалом стала горячей, волнами вздымаясь и опадая в пульсирующем ритме. Надо мной в воздухе кружились серебряные предметы, появилось еще больше огней, вспыхивающих на черном небе. Двигаться я не могла.
Приложив всю свою силу, я пыталась встать. Дул такой ветер, что волосы на моей голове вставали дыбом. Я подумала, что вместе со мной с плоской поверхности земли поднялись вверх и мои щиты, потому что они находились на уровне моих плеч. Конечно, их унесет ветром, но я не могла пошевелиться, чтобы спасти их. Казалось, они вращаются с неимоверной скоростью. На мгновение мне показалось, что я пребываю в разных мирах. Теперь мои щиты разъединились, увеличиваясь в размерах и кружась надо мной. Невозможно было сказать, на каком расстоянии от меня они находятся. Вспышки света отражались от щитов. Они парили надо мной на различных уровнях. Не мигая, взирала я на происходящее. На меня упал луч света; затем еще один, образуя круг. Казалось, свет вибрирует с неимоверно высокой частотой. Свет давил на мой мозг, вызывая головокружение. Я стала терять сознание, и в этот момент все скрылось из виду.
Очнувшись, я поняла, что наступает рассвет. Лежа на спине, я осторожно огляделась по сторонам, не совсем понимая, где именно нахожусь. Мои щиты исчезли. Обойдя круг, я поискала их за пирамидами. Скорее всего, их сдуло ветром. Затем пришла мысль о том, действительно ли мои щиты кружились в воздухе. Какой неимоверный сон мне приснился. Я чувствовала, что у меня побаливает кожа, словно при солнечном ожоге, но не могла понять, как такое могло произойти ночью.
Свернув покрывало, я собрала все свои вещи. Чувствовала я себя просто отлично. Чуть ли не бегом я спустилась с горы. Я торопилась к Агнес желая получить объяснение. Мой мозг чуть не лопался от невероятности случившегося.
Она сидела на капоте машины, накинув на плечи покрывало. С серьезным видом она посмотрела на меня и еще плотнее закуталась в покрывало.
Агнес не могу поверить, что все это происходило на самом деле!
Знаю. Ты видела многое. Перекуси, пока будешь рассказывать о случившемся. Я принесла немного еды. Думаю, ты проголодалась.
Обычно я могу есть, даже если перепугана до смерти. Меня обрадовала предусмотрительность Агнес
Мы устроились поблизости сосны. Я рассказала Агнес обо всем и попросила разъяснений.
— Они забрали твои щиты, — сказала она. — Я касаюсь земли в благодарности. Ты видела летающие небесные щиты.
— А что это такое?
Летающие щиты. То, что ты видела, называется Полет Седьмой Пуны.
Ты хочешь сказать, что мои щиты по-настоящему летали по воздуху?
Нет, Линн. Небесные существа спустились вниз, чтобы приветствовать тебя и твои щиты. Они пришли, потому что ты обладаешь силой призвать их.
Очень долго я не могла произнести ни слова.
— Ты хочешь сказать, что эти летающие щиты сходны слетающими тарелками?
— Послушай меня. Я расскажу тебе старинную легенду. Давным-давно магические круги обитали во внешнем космосе. Они были очень красивы и обладали всеми видами силы. Но они не могли ничего потрогать. Взглянув вниз, магические круги увидели Матушку-Землю, по которой ходило много существ: они могли трогать, но не имели чувств. Магические крути сказали себе: «Почему бы нам не спуститься вниз и не войти в тела этих созданий, чтобы их эго могло чувствовать, а мы трогать? Посмотрите, сколько внизу ходит существ, по они не могут узнать даже друг друга». Итак, магические круги спустились вниз и вошли в тела земных созданий. Момент спускания магических кругов называется зачатием. В момент зачатия магический свет становится сверкающим, а затем выбирает свой определенный цвет и тональность. Я всегда могу распознать беременную женщину по определенному свечению, означающему, что в ее тело сошла сила. В момент смерти магические круги возвращаются во внешний космос а ограниченное временем и пространством тело возвращается Матушке-Земле.
— Мы — два существа и две женщины. В данный момент наши тела и наши круги находятся рядом. Даже если бы мы были глухонемыми, «я» все равно хотело бы обладать верховной властью. Пока «я» получает желаемое ему абсолютно все равно, что оно причиняет боль другим. Мы должны использовать свое «я» для обучения на дорогах земли, — сказала Агнес. — Наши магические круги создают настроения и чувства, дарующие нам баланс.
Теперь я действительно молчала, не произнеся ни слова по дороге домой. Добравшись до хижины Агнес я моментально рухнула в посгель, несмотря на то что был уже полдень. Я всегда считала разговоры об НЛО сущей чепухой и продолжала считать, что все это мне просто приснилось.
Я проспала до оіедующего утра, но сон мой был очень тревожен: мне снились разноцветные огни. Я рассказала о своем сне Агнес, и она объяснила, что наше тело и умподобны антенне и радиоприемнику. Я поинтересовалась, можем ли мы принимать короткие и длинные частоты.
— Можем, конечно. Короткие и длинные волны окружают нас в течение всей жизни, вот только мы не слышим их, пока не научимся настраивать свои чувства или радиоприемники. Только после такой настройки мы способны настроиться на прием множества миров, сосуществующих одновременно с нами. Некоторые люди содержат в себе определенное количество кристаллов. Они похожи на радиоприемники. Информация существует для всех. 11о сути своей мы антенны. Некоторые из нас хорошо настроены. Знание доступно всем. Для обладающих внутренним кристаллом жизнь становится слишком трудной, потому что они видят то, чего не видят другие.
Я поделилась с Агнес своей тревогой по поводу исчезновения моих щитов.
— Я вижу твое беспокойство. Ты даже не помнишь, сколько времени провела на горе. Может, ночь, а может, и целую неделю. Кто может сказать?
Это было чистейшей правдой, я почти полностью утратила ощущение времени с тех пор, как приехала к Агнес, однако точную дату могла сказать.
Я провела на горе всего одну ночь, — непререкаемым тоном произнесла я. — Ты меня ждала.
Линн, ты вошла в утробу великой тайны. Ты многое видела, но в тебе останутся лишь смутные воспоминания, потому что такое знание до сих пор находится за пределами твоей личной силы. Ты вышла из этого великого чрева. Посредством такого рождения ты познаешь великую тайну, потому что ты вышла из нее, ты ее дитя. Благодаря этому рождению ты достигла бессмертия. Ты будешь вспоминать детали по мере твоего отождествления с пустотой, которая есть женщина. Ты сидишь в центре щита сущности на месте бабушек. Ты отбросила все обманы. Мы все проживаем жизнь во лжи и обмане, пока не родимся посредством пустоты. Когда ты все вспомнишь, то станешь шаманкой, показывающей другим, что смерти не существует.
Я почувствовала такую печаль, что разрыдалась. А может быть, я плакала от счастья? Не знаю. Агнес осторожно обняла меня за плечи, и я затихла. Бросив взгляд через окно на осенний лес я поняла, что осталось совсем немного теплых дней.
— Давай усгроим пикник, — предложила Агнес.
— С удовольствием. А где? — поинтересовалась я, утирая слезы.
— Где хочешь. Сейчас везде красиво. Давай приготовим бутерброды.
Минут тридцать мы тряслись по грунтовой дороге, распевая во весь голос. В песне говорилось о глухаре и кроте. Слова мы сочиняли сами.
— Какое великолепное озеро, — сказала я, останавливая машину. Депрессию как рукой сняло.
— Неподалеку отсюда в озеро впадает река, — отклик-ігулась Агнес. Водную гладь застилал клубящийся туман. — Мы проплывем на каноэ пару миль вверх по реке.
Пройдя немного вперед, мы вышли на песчаную косу, где к кусту было привязано каноэ.
— Никогда прежде не видела березовой лодки-долбленки, — удивленно воскликнула я. Я помогла Агнес столкнуть лодку на воду. — Где ты ее достала?
Она у меня уже очень давно. Ее сделали для меня друзья-индейцы. Надеюсь, ты умеешь грести. Течение не слишком быстрое.
В Калифорнии у меня тоже есть лодка, — сказаная. — Думаю, что справлюсь.
Тогда поплыли. — Сложив покрывала и провизию, Агнес осторожно запрыгнула в лодку, оттолкнулась от берега и быстрыми, уверенными движениями весел вывела лодку на чистую воду. Темные волны плескались о борт, когда мы разворачивали лодку, направляясь к устью реки. Было тихо и холодно. Густой туман оседал на верхушках сосен. Все было похоже на сказочный сон. Туман сначала раходился, а потом окружал лодку белой стеной. Сквозь серые тучи иногда пробивался сверкающий луч солнца. Вода была словно масляная. Звук, издаваемый веслами, был приглушенным и ритмичным. Вскоре мы уже плыли вверх по течению реки. Я рассмеялась.
Над чем ты смеешься? — поинтересовалась Агнес.
Я подумала, что всю свою жизнь я плыву против течения в тумане.
Туман рассеялся, воздух был влажный и холодный. Я потуже затянула парку. Вода пенилась под ударами весел. Плыли мы довольно-таки быстро. Река текла медленно, лениво. Мне приглянулась небольшая уютная полянка на берегу.
Давай остановимся здесь, — предложила я.
Здесь небезопасно, — резко ответила Агнес. — Это страна индейцев.
Мы поплыли дальше, но я чувствовала себя счастливой и сильной, мне казалось, что я могу грести целую вечность. Над головой каркали вороны, отбрасывая на воду серо-голубые тени. Время от времени я поглядывала на затянутое облаками небо. Я ощущала себя растворившейся в иной, неземной реальности. Агнес стала треста в другую сторону.
— Ты заметила, насколько быстрее мы плывем, когда гребем вместе? — спросила Агнес. — Посмотри, что происходит с лодкой, когда я гребу в обратную сторону. — Лодку стало швырять из стороны в сторону. — Такова разница между белой женщиной и индианкой, если они следуют протоптанной дорожкой. В вашем обществе женщины собираются небольшими группами и начинают бороться друг с другом вместо того, чтобы давать друг другу силу и указывать направление. Для всего мира является огромной трагедией то, что ваши женщины не имеют кланов и традиций. Заручившись поддержкой других женщин, можно горы свернуть.
Лодка плавала по кругу.
— Хватит, Агнес, я умираю с голоду.
Вместо ответа Агнес быстрыми, четкими движениями весла выровняла лодку и направилась вверх по течению. Стало совершенно очевидно, что она собирается показать мне какое-то определенноеместо. Впереди нас расстилался туман, почти ничего не было видно уже на расстоянии вытянутой руки. С берега свисала сухая трава, виднелись переплетения корней. Мы проплыли сквозь заросли водяных лилий так близко от берега, что при желании можно было коснуться укрывавшего берега мха. Затем мы сделали поворот, и впереди что-то сверкнуло. Сначала туман был такой густой, что я ничего не видела, затем выглянуло солнышко, я разглядела пятнадцать лодок, выстроенных в ряд на берегу. Мы быстро подплыли к берегу. Туман полностью окутал деревья, когда мы причалили рядом с остальными лодками.
Чьи это лодки? — спросила я.
Они принадлежат охотникам, — ответила Агнес.
— Мы ведь не собираемся проводить пикник с кучкой охотников?
— Это особые охотники, — ответила Агнес.
Я шла за Агнес по тропинке вдоль берега. Агнес свернула направо, и теперь в тумане я лишь смутно различала очертания ее фигуры. Мы шли по осиновому лесу. Взяв меня за руку, Агнес буквально тянула меня за собой. Чем дольше мы шли, тем непроходимее становились заросли. Видимость упала почти до нуля.
Мы вышли на огромную, окутанную туманом поляну. Над клубами тумана виднелись несколько щитов, установленных на треноги. Видение было столь удивительно, что я, словно в трансе, приросла к земле, не понимая, действительно ли я это вижу или же это ум играет со мной. К этому моменту туман заволок всю поляну.
— Это был мираж? — поинтересовалась я.
Агнес взяла меня за руку, и мы шагнули прямо в молоко тумана. От росы моя одежда промокла. Я ничего не видела; даже присутствие Агнес шагавшей рядом со мной, скорее угадывалось. Туман казался жемчужно-серым веществом, а редкие лучи солнца, прорывавшиеся с небес превращали его в сверкающее молоко.
— Сюда, — внезапно сказала Агнес. — Встань здесь, посмотри вверх и скажи, что ты видишь.
Словно при наступлении рассвета, стена тумана разорвалась лучом света. Я увидела прямо перед собой поляну; из тишины и неподвижности тумана, подобно золотым солнцам, сверкающим при полном свете дня, проявились яркие, многоцветные магические щиты. Я сосчитала количество: их было сорок четыре — ошеломляющее количество.
— Внимательно посмотри на каждый щит, — сказала Агнес наблюдая за моей реакцией.
Теперь я поняла, что стою в круге щитов. Это были неимоверной красоты обереги, раскрашенные в разнообразнейшие цвета: желтый, красный, пурпурный, белый, коричневый, голубой, фиолетовый и черный. Серебристо-черные перья орла, ястреба и совы колыхались на ветру. Щиты были украшены бисером, мехом, бахромой. Прямо передо мной на шесте висел мой северный щит.
От предчувствия, смешанного с радостью, я задрожала, как осиновый листок. Откуда появился мой щит, откуда взялись все остальные щиты? И только в этот момент, я заметила, что мой щит окружен Щит ом-Левой-Руки, принадлежавшим Агнес и Щитом-Духа-Оленя, который сделала Руби. Я попыталась припомнить все, что Агнес рассказывала мне о братстве щитов. На память пришли слова Рыжего Пса о том, что такого братства не существует. А как же небесные щиты? Мысли мои и вовсе смешались.
— Я не понимаю.
И тут сильный по рыв ветра прижал туман к земле, а затем и вовсе рассеял его. За треногами, поддерживающими щиты, я заметила огромный вигвам и некое каменное сооружение, напоминающее охотничий домик. Я и представить себе не могла, почему он находится здесь. Повернувшись назад, я удивилась еще больше. Агнес стояла справа от меня перед своим щитом. Руби стояла слева. Круг состоял еще из сорока одной женщины. Каждая из них стояла перед своим щитом. В основном этим женщинам было за пятьдесят. Не все из них были индианками. Казалось, все внимание сосредоточено на мне. Я не знала, что и сказать, и нужно ли говорить. Я даже не знала, почему я оказалась здесь.
Сердце выскакивало из груди. Очень древняя старуха с длинными белыми косами, одегая в темно-синее платье с шалью на плечах, выступила в центр круга. Она сказала:
Меня зовут Грейс Шагающий Посох. Мы приветствуем тебя. — Она посмотрела мне прямо в глаза. Это было все равно что смотреть в бездну. — Ты помнишь, кто ты? — спросила она.
Да, — ответила я.
Тогда внимательно посмотри на каждую из нас.
Я посмотрела на всех женщин и со слезами невыразимого счастья поняла, что нечто во мне узнало каждую из них. Здесь, на земле, я увидела воплощение женской мечты. Одновременно пришел мощный поток знания, и я увидела необъяснимое совпадение поступков. Меня поглотило это видение — мистическое переживание радости сущесгвования, отражение радостных и тяжелых событий жизни и смерти, боли и удовольствий. Мой ум следовал по лабиринту символов, образов, первобытных идей, каждое новое проявление захватывало с еще большей силой, чем предыдущее, за всем этим стояло ужасное, болезненное одиночество. Как мало людей сдалось чувству любви, познало ее, дышит ею. Из темноты стало проявляться кармическое колесо, мост. Я знала, что сэтого момента мое единство с этими женщинами вечно.
— Существует одно правило, — сказала Грейс. — Ты никогда не должна называть наши имена людям.
Я поняла справедливость требования, удивившись, что многих из них я уже знала и встречала. Каждая из них была особенной. В их лицах я видела целостность, завершенность. Каждая из них была реализованной, любящей женщиной, просветленной женщиной. Они были моими сестрами. Я отыскала свой круг.
www.e-puzzle.ru
Автор
Елена Щербич
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
365
Размер файла
1 252 Кб
Теги
_линн, эндрюс, полет, седьмой, луны
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа