close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

От КВ Бубона анализ коррупции в адвокатской среде

код для вставкиСкачать
АННОТАЦИЯ: В своей статье адвокат коллегии «Форум» (г. Хабаровск) К.В. Бубон исследует некоторые грани вовлечения адвокатуры в коррупционную преступность в Хабаровском крае и предпринимает попытки оценить, какие масштабы приобрело это явление. Кроме
 АННОТАЦИЯ: В своей статье адвокат коллегии "Форум" (г. Хабаровск) К.В. Бубон исследует некоторые грани вовлечения адвокатуры в коррупционную преступность в Хабаровском крае и предпринимает попытки оценить, какие масштабы приобрело это явление. Кроме того, он поднимает ряд вопросов, касающихся внутреннего устройства адвокатского сообщества и его места в общественных отношениях; исходя из этого, автор приходит к ряду выводов о наличии объективных и субъективных факторов, которые влияют на коррупционную преступность.
Ключевые слова: Адвокат, адвокатура, адвокатская деятельность, адвокат по назначению гражданское право, уголовное право, гражданский процесс, уголовный процесс, права человека, право на защиту, коррупция, законность, состязательный процесс, этика.
Степень и формы вовлечённости адвокатуры в коррупционную преступность на территории Хабаровского края
1. Постановка вопросов.
Представленная Вашему вниманию работа представляет интерес, на мой взгляд, потому, что в ней нашла своё выражение точка зрения на коррупционное поведение адвокатов, которую не часто можно встретить в русскоязычной печати. При выполнении работы я исходил из подмеченного мною на практике обстоятельства, что некоторые адвокаты вступают в специфические "квазикоррупционные" отношения с правоохранительными органами и силовыми структурами.
Эти отношения характеризуются тем, что адвокат начинает ориентироваться на так называемые дела "по назначению", то есть такие, защита по которым финансируется за счёт государства. Механизм оплаты такой работы адвоката в России несовершенен (оплатой работы адвоката часто распоряжаются сами органы обвинения), и, кроме того, крайне несовершенен механизм вступления адвоката в такие дела (до недавнего времени в Хабаровском крае следователь мог вызывать одного и того же адвоката без ограничения "по назначению" во все свои дела).
В силу указанных обстоятельств начал заметно проявлять себя эффект, который я назвал "обратной коррупцией". Смысл этого эффекта состоит в том, что адвокат вступает в дела чисто формально, никакой помощи своему малоимущему доверителю не оказывает, а только оформляет документы на оплату своего бездействия за счёт государства. Тем самым он как бы "продаётся" силовым структурам, и перестаёт выполнять свою функцию защитника и общественного контролёра силовых структур. Чиновники, тем временем, используют свои возможности по распоряжению бюджетными средствами для того, чтобы "подкупить" адвокатов государственными деньгами и облегчить свои отношения с ними.
Отдельные дела Квалификационной коллегии Адвокатской палаты Хабаровского края (органа, ведающего присвоением и прекращением статуса адвоката и занимающегося дисциплинарной практикой) показывают, что адвокаты, поражённые эффектом "обратной коррупции" иногда идут и далее - уже в "прямую коррупцию". За счёт того, что они "удобны" для силовых структур, такие адвокаты легко входят в доверие к их сотрудникам, что является уже признаком нездорового сращивания отдельных адвокатов с правоохранительными органами и предпосылкой дальнейшего преступного поведения. Как показало изучение литературы по теме, описанным эффектам не придаётся того значения, которое они, на мой взгляд, имеют.
В начале работы даны основные понятия и определения, необходимые для анализа последующего материала. В основной части исследования приведена и проанализирована статистика, полученная автором из различных источников и охватывающая макроуровень явления. Там же приведены практические примеры, которые позволяют понять, какие процессы протекают на микроуровне, и как происходит вовлечение людей в коррупцию.
В качестве основной цели моего исследования я выделил выявление форм и способов коррупционного взаимодействия между коррумпированными адвокатами и коррумпированными представителями органов государственной власти и управления, в частности, правоохранительных органов и судов. Также целью работы считаю изучение степени вовлечённости адвокатов в коррупционные процессы.
Основные исследовательские вопросы, которые я поставил перед собой, приступая к работе можно сформулировать следующим образом: Что такое коррупция в адвокатской среде и каковы её причины? Какие формы приобретает коррупция среди адвокатов? Насколько сильно адвокатура Хабаровского края поражена коррупцией? Имеются ли системные причины, способствующие вовлечению адвокатов в коррупцию? Какие механизмы действуют в сфере коррупционного взаимодействия адвокатов с сотрудниками правоохранительных органов и судов? Какими способами взаимодействия чаще всего пользуются коррумпированные адвокаты и коррумпированные чиновники?
Работа снабжена статистическими таблицами и диаграммами, которые расположены отдельно, в самом конце текста.
2. Введение
Вводную часть своей работы я хотел бы посвятить определению и описанию основных понятий, которые будут играть центральную роль для всего последующего исследования. Для того чтобы глубоко понимать предмет рассуждений, сначала следует остановиться на определении субъекта, которому посвящена эта статья. В дальнейшем термин "адвокат" я намерен использовать в том смысле, который он имеет в Федеральном законе от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".
Указанный нормативный акт даёт определение адвоката как "лица, получившего в установленном законом порядке статус адвоката и право осуществлять адвокатскую деятельность. Адвокат является независимым профессиональным советником по правовым вопросам". Продолжая дефиницию понятия "адвокат", законодатель указывает, что тот "не вправе вступать в трудовые отношения в качестве работника, за исключением научной, преподавательской и иной творческой деятельности, а также занимать государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, должности государственной службы и муниципальные должности"1.
Размытость формулировки отнюдь не является кажущейся. На самом деле, практически правовой статус адвоката проще всего определить по организационному, а не по функциональному признаку. Адвокатом в России является лицо, имеющее высшее юридическое образование, не имеющее ограничений для занятия юридической деятельностью2 и состоящее в специальном реестре, порядок ведения которого определяется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
По функциональному же признаку адвокатуру выделить гораздо сложнее по целому ряду причин. С одной стороны, по своим функциям адвокат может оказывать практически любую не запрещённую законом юридическую помощь.
Так, уже цитировавшийся ранее нормативный акт3, даёт перечень действий, которые адвокат вправе совершать, осуществляя свою профессиональную деятельность. В этот перечень входит, в частности: предоставление гражданам и организациям консультаций и справок по правовым вопросам как в устной, так и в письменной форме, составление заявлений, жалоб, ходатайств и других документов правового характера, представление интересов доверителя в любом судопроизводстве. Однако там же имеется оговорка, что адвокат вправе оказывать и иную юридическую помощь, не запрещенную федеральным законом.
Однако, с другой стороны большинство форм деятельности, которые законом определяются, как "адвокатские", в России не запрещены и любым другим гражданам, независимо от наличия у них юридического образования, судимостей, профессиональных и личностных качеств. Так, статья 49 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации даёт определение лицам, которые могут быть представителями в суде. В соответствии с указанной нормой права "представителями в суде могут быть дееспособные лица, имеющие надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела". При этом под "надлежащим оформлением полномочий" понимается вовсе не приобретение статуса адвоката и включение в реестр адвокатов, а всего-навсего получение доверенности от доверителя.
Адвокаты, состоящие в реестре адвокатов и в предусмотренных законом адвокатских организациях, имеют преимущества перед другими гражданами только при вступлении в дела в Арбитражном суде и в уголовном судопроизводстве. Однако, эти преимущества невелики и на практике, например, в уголовное судопроизводство в качестве защитника (так называемого "общественного защитника") также может вступить практически кто угодно. В гражданском судопроизводстве представлять интересы имеет право любое лицо, получившее доверенность от того человека, чьи интересы оно желает представлять. При этом не существует никакого запрета или ограничения на регулярную и систематическую юридическую практику для лиц, не имеющих юридического образования или, например, для имеющих судимость (хотя таковые и не смогли бы вступит в адвокатуру даже при наличии юридического образования).
Правда, статья 50 Гражданского процессуального кодекса РФ предусматривает назначение судом адвоката в качестве представителя в случае отсутствия представителя у ответчика, место жительства которого неизвестно, а также в ряде других предусмотренных федеральным законом случаев. Однако других, более чётких и конкретных ограничений, которые давали бы адвокатам преимущества в осуществлении юридической практики перед другими гражданами, законом не предусмотрено.
Таким образом, сложилась парадоксальная ситуация, при которой требования для поступления в адвокатуру строги, для того, чтобы стать адвокатом, необходимо высшее юридическое образование, стаж работы по юридической специальности не менее двух лет; перед поступлением в адвокатуру соискатели сдают довольно сложный квалификационный экзамен, подтверждают отсутствие судимостей и платят существенный вступительный денежный взнос. Однако при этом заниматься представительством интересов в судах как промыслом или ремеслом может практически любой гражданин России, независимо от его образования, квалификации и социального бэкграунда, пусть это будет даже ранее судимый слесарь-сантехник.
Под адвокатской деятельностью понимается "квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, физическим и юридическим лицам (далее - доверители) в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию"4. При этом особенность процессуального законодательства, которая состоит в допуске к представительству интересов в суде неограниченного круга лиц, приводит к тому, что деятельностью, которая законом трактуется как "адвокатская" в России на практике может заниматься кто угодно, безо всякого контроля как со стороны профессионального сообщества адвокатов, так и со стороны публичных властей.
Я полагаю, что изложенное выше связано с устоявшимся восприятием адвокатуры как одной из форм "общественного служения", хотя в России адвокатура никогда не была государственной, даже в тот период, когда была предпринята попытка "строительства социализма". Исключением является только очень короткий период непосредственно после прихода к власти большевиков, когда юридическая корпорация была государственной структурой. Однако даже советская власть от такой практики отказалась достаточно быстро. Тем не менее, следы концепции адвокатуры как "общественной организации, служащей обществу" можно найти и по сей день не только в теоретических рассуждениях юристов, но и прямо в тексте закона. Так, все формы объединений, которые разрешены адвокатам, являются только некоммерческими организациями.
Здесь я хотел бы сослаться на мнение кандидата юридических наук О.В. Макарова5. С точки зрения этого автора, "...адвокатская деятельность не обладает качествами предпринимательской деятельности, поэтому к ней не применимы принципы конкурентной борьбы". Я склонен только частично присоединиться к этой точке зрения. Внутри адвокатского сообщества вполне допустима конкуренция, и она полезна, но под этим словом не всегда следует понимать его прямое рыночное значение. Конкуренция в адвокатской среде является благом, но только в той части, в которой она не препятствует доступу граждан к правосудию. Обеспечение доступа к правосудию - общественный долг адвокатов, поэтому конкуренция между ними должна иметь некоторые специфические атрибуты, которые установлены Кодексом адвокатской этики. Некоторые вопросы адвокатской конкуренции я хотел бы сейчас осветить.
На первый взгляд, конкуренция между адвокатскими образованиями не имеет прямого отношения к рассматриваемой теме коррупции; однако адвокаты, которые конкурировали бы между собой за доверие клиентов, были бы многократно менее подвержены "обратной коррупции", чем те, которые предпочитают находиться в финансовой зависимости от силовых структур. По этой причине нам стоит определиться с той ролью, которую призвана сыграть конкуренция в процессе построения здоровой адвокатуры.
В частности, в печатных изданиях и в сети Интернет в настоящее время ведётся довольно активная дискуссия по поводу так называемой "монополизации" адвокатами функции независимых юридических советников и функции представительства в судах. На самом деле этот вопрос имеет свою историю и совсем не прямую и однозначную дискуссию сторон. Он, этот вопрос, и является на сегодняшний день центральным, когда речь идёт о конкуренции в сфере юридической помощи, потому что напрямую касается конкурентного "формата", а именно - состава участников конкурентной борьбы.
На самом деле термин "монополия" применительно к деятельности адвокатов неправомерен: единого предприятия под названием "адвокатура" в России не существует. Существует большое количество юридических консультаций, коллегий, адвокатских кабинетов, бюро, т.д., т.п., которые вполне способны конкурировать между собой как по критериям качества работы, так и по критериям цены. Адвокатские палаты как профессиональные объединения призваны следить за соблюдением кодекса этики и соблюдением прочих дисциплинарных правил.
Рекомендации адвокатских палат по ценовой политике (в тех регионах, где они имеют место) не могут иметь директивного общеобязательного значения. Тем более что никто не следит за расценками, которые устанавливают не только адвокатские объединения, но и отдельные адвокаты в этих объединениях. Просто не существует органа с соответствующими полномочиями. Практически в адвокатской сфере ситуация представляется некой противоположностью монополизма: ценообразование ни на что не ориентируется, и оно совершенно вольное. Хорошо ли это - отдельный вопрос, которого я сейчас не буду касаться. Противники "адвокатской монополии" должны понимать, что им придётся так или иначе определиться со своим отношением к кодексу адвокатской этики. Если есть некоторые правила, то их соблюдение должно быть обязательным, либо этих правил не должно быть вовсе. Если же признать необщеобязательным (то есть бессмысленным) Кодекс адвокатской этики (единственные корпоративные правила юридической профессии, которые на сегодняшний день действуют в России), то теряет смысл и адвокатура как единая организация профессиональных юристов. У нас же получается так: "Хочешь соблюдать этические нормы - ступай в адвокатуру, не хочешь, ну и не надо, плюнь на эти условности". Адвокатура превращается в некую дверь посреди чистого поля. Для того, чтобы её пройти, нужно громко назвать свою фамилию, доказать свою квалификацию в ходе экзамена, поклясться соблюдать правовые и нравственные стандарты и быть готовым, что с тебя спросят... Быть несудимым, в конце концов.
А если не хочешь всех этих сложностей, то и ступай себе в суд прямо, "полем", мимо дверцы. В суде у тебя будут те же права, что и у адвоката. По правовому "полю" и так носятся орды гуннов, бредут сумеречные одинокие путники... Однако я хотел бы, чтобы читатели понимали вполне определённо: вопрос "монополизации" адвокатами представительства в судах или "немонополизации" оной - это, в сущности, вопрос обязательности или необязательности кодекса этики для всех, кто занят юридической практикой. Если роль профессионального юридического советника и судебного представителя более твёрдо закрепят за адвокатами, никакой монополии из этого не выйдет, потому что сама по себе адвокатура в своей повседневной деятельности отнюдь не централизована и существует в виде множества разнообразных организационно-правовых форм.
Соответственно, применяя сказанное выше к теме коррупции, следует сказать, что сейчас я говорю о коррупционной ситуации среди адвокатов, то есть юристов, являющихся членами адвокатских объединений. Если ситуация сохранится такой, как сейчас, то тему исследования придётся расширять практически до безграничных пределов, и формулировать примерно как "Коррупция среди лиц, регулярно осуществляющих юридическое представительство". При этом возможность определения субъекта подобного исследования сразу же станет под большой вопрос по причинам, которые уже были описаны мною ранее.
Юридическая помощь по своей общественной природе находится на самой границе между бизнесом и службой обществу, и не является в чистом виде ни тем, ни другим. Впрочем, законодательство России вовсе не считает адвокатскую деятельность коммерческой деятельностью. Из этого вытекают особенности статуса адвоката, структура адвокатских объединений и особенности налогообложения для адвокатов.
Другим принципиальным понятием, которое лежит в основе проводимого исследования, является коррупция. Действующее определение этому явлению дал принятый 25 декабря 2008 г. Федеральный закон №273-ФЗ "О противодействии коррупции". В соответствии с подпунктами "а", "б" пункта 1 статьи 1 указанного Закона под коррупцией понимается: "злоупотребление служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами". Также под коррупцией, по смыслу этого Закона подразумевается совершение перечисленных выше деяний от имени или в интересах юридического лица.
Поскольку адвокат, по смыслу законодательства Российской Федерации, не является государственным служащим, то он может являться субъектом только ограниченного круга коррупционных правонарушений, приведённых в указанном законе. Кроме того, следует иметь в виду, что, с принятием ФЗ "О противодействии коррупции", само её определение разделилось на "коррупцию в уголовно-правовом смысле" и "коррупцию в смысле Федерального закона №273-ФЗ".
"Коррупция в смысле Федерального закона №273-ФЗ" является более широким понятием, чем "коррупция в уголовно-правовом смысле". Федеральный закон №273-ФЗ охватывает как коррупционные преступления, так и иные формы проявления коррупции (например, конфликт интересов), и устанавливает, что "граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства за совершение коррупционных правонарушений несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации". Имеется в виду, что не каждое коррупционное правонарушение относится к сфере уголовного права. Некоторые из них являются административными или дисциплинарными проступками, некоторые - гражданско-правовыми деликтами.
Здесь следует заострить внимание на том, что в, например, законодательстве Соединённых Штатов Америки, если его сопоставить с законодательством Российской Федерации, понятие "мисдиминор" примерно соответствует совокупности понятий российского законодательства "административные правонарушения + малозначительные преступления".
Уголовное право Российской Федерации не выработало эксплицитного понятия "коррупция" для описания её как обобщённого и взаимосвязанного явления. В уголовном праве под коррупцией понимается совокупность отдельных преступлений, предусмотренных статьями Уголовного кодекса, расположенными в главах 23, 30, 31, 32, УК РФ, раздела XI УК РФ. При этом отнюдь не все статьи, входящие в указанные главы УК РФ, посвящены именно коррупционным преступлениям. Таким образом, уголовно-правовое "описание" коррупционной преступности как бы "рассеяно" по Уголовному кодексу Российской Федерации; статьи, касающиеся конкретно коррупции не сгруппированы ни в отдельную главу ни в раздел. Поэтому для того, чтобы распознать, относится ли то или иное преступление к категории коррупционных, каждую статью Уголовного кодекса РФ и каждое возбужденное уголовное дело необходимо отдельно рассматривать и оценивать в контексте Федерального закона №273-ФЗ "О противодействии коррупции".
Особенностью Перечисленных выше глав УК РФ является то, что по большинству составов преступлений, предусмотренных статьями этих глав, к уголовной ответственности могут быть привлечены только лица, подпадающие под определённые, установленные законом признаки (так называемый специальный субъект). Например, специальным субъектом преступлений, предусмотренных статьями 285 (злоупотребление должностными полномочиями), 290 (получение взятки), 292 (служебный подлог) УК РФ являются должностные лица, то есть граждане, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных корпорациях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.
Адвокат, который по своему правовому положению не является должностным лицом государственной службы, а является членом некоммерческой организации, специальным субъектом большинства коррупционных преступлений не является. В силу закона он может быть только соучастником преступлений, совершаемых специальным субъектом. В соответствии со статьёй 33 УК РФ соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник. Соответственно, в случае совершения преступления специальным субъектом (например, в случае получения взятки должностным лицом), адвокат, в силу закона может быть только организатором, подстрекателем или пособником. Однако, некоторые преступления (например, предусмотренное статьёй 191 УК РФ - дача взятки) адвокат может совершить и в качестве исполнителя или соисполнителя.
Примечательно, что в советском Уголовном кодексе РСФСР от 27 октября 1960 г. существовала статья 174.1. "Посредничество во взяточничестве", которая имела следующее содержание:
"Посредничество во взяточничестве -
наказывается лишением свободы на срок от двух до восьми лет.
Посредничество во взяточничестве, совершенное неоднократно или лицом, ранее судившимся за взяточничество, или с использованием своего служебного положения, -
наказывается лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет с конфискацией имущества".
Мне представляется совершенно очевидным, что данная статья, вступившая в юридическую силу с 25 июля 1962 г. и действовавшая до 31 декабря 1996 г. как раз и была рассчитана на "типовое" представление советского законодателя о "типичном" участии адвоката в коррупции. По крайней мере, в тот период, когда я учился юриспруденции, эта статья неофициально рассматривалась юристами именно как "антиадвокатская".
Для целей дальнейшего исследования я намерен сформулировать собственное определение адвокатской коррупции, которым буду пользоваться в дальнейшем для описания соответствующих явлений. Очевидно, что главная трудность здесь вытекает из того обстоятельства, что адвокат не является государственным служащим. Однако коррупционное поведение адвоката можно отделить от других возможных форм его противоправного поведения так же как можно отделить именно коррупционное поведение государственного служащего от других форм его возможной незаконной деятельности.
Характерными признаками коррупции для адвоката с моей точки зрения являются следующие: а) Использование в личных, противоправных целях возможностей, вытекающих именно из профессионального положения адвоката, и не присущих другим профессиям. Указанные признак является, наверное, наименее точным и исчерпывающим, потому что, как уже было сказано ранее, у адвокатов очень немного прав и полномочий, которые бы вытекали исключительно из их профессионального положения, и которых бы не было у прочих граждан России.
2) Коррупционное поведение адвоката отличается от прочих форм его возможного противоправного поведения также тем, что оно в обязательном порядке характеризуется искажением процессуальной роли, в которой адвокат обязан выступать в гражданском или уголовном процессе в соответствии с соглашением, которое он заключил со своим доверителем, или в соответствии с назначением. По законодательству Российской Федерации адвокат может быть представителем истца, ответчика или третьего лица в гражданском процессе, а также быть на стороне защиты в уголовном процессе либо на стороне обвинения в уголовном процессе (представляя интересы потерпевшего или частного обвинителя). Так вот, коррупционным можно признавать только такое поведение, которое искажает соответствующую роль адвоката и приводит его к совершению действий не в соответствии с процессуальным положением, отведённым ему в данном конкретном процессе либо к бездействию там, где он мог и должен был принять решительные юридические меры. Следует помнить, что коррупция - это, прежде всего, порча или извращение коррумпируемой структуры. Обычно под этим словом понимают порчу государственной власти, но в нашем случае речь идёт о порче и извращении профессии адвоката. Действия, даже противоправные, но не направленные прямо на искажение роли адвоката в обществе или судебной процедуре, не следует считать коррупционными.
3) Коррупционные отношения характеризуются, как правило, наличием двух сторон. Одна из сторон располагает каким-либо властным (в исследуемом нами случае - профессиональным адвокатским) ресурсом. Другая сторона желает воспользоваться этим ресурсом вопреки интересам общества либо вопреки законным интересам отдельных лиц. Среди прочих признаков коррупции следует выделить то, что она (коррупция) обычно характеризуется перераспределением каких-то профессиональных или властных возможностей в пользу лиц, которые не имеют права такими возможностями пользоваться. Иными словами коррупция - это форма узурпации власти или узурпации иных профессиональных благ в узкокорыстных интересах и вопреки интересам общества.
4) В любом случае, независимо от наличия или отсутствия в противоправных действиях предыдущих трёх признаков, коррупционными являются любые действия адвоката, направленные на подкуп государственных служащих либо на соучастие в злоупотреблении ими (государственными служащими) своими властными полномочиями.
Исходя из этих признаков, давайте попробуем очертить круг потенциальных коррупционных злоупотреблений, которые возможны в адвокатской практике. Продолжая аналогию с коррумпированными государственными чиновниками, адвокатскую коррупцию можно разделить на две категории:
а) коррупция адвокатов в узком смысле, то есть совокупность коррупционных преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом РФ и совершаемых адвокатами как лично, так и в группе с иными лицами, как правило, государственными служащими. К таким проявлениям коррупции можно отнести совершение преступлений, предусмотренных статьями 201 (злоупотребление полномочиями), 204 (коммерческий подкуп), 285 (злоупотребление должностными полномочиями), 286 (превышение должностных полномочий), 290 (получение взятки), 291 (дача взятки), 292 (служебный подлог), 294 (воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования), 299 (привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности), 300 (незаконное освобождение от уголовной ответственности), 303 (фальсификация доказательств), 305 (вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта), 309 (подкуп или принуждение к даче показаний или уклонению от дачи показаний либо к неправильному переводу) УК РФ, либо соучастие в совершении перечисленных преступлений, включая случаи соучастия в совершении преступлений, субъектом которых адвокат не является.
б) коррупция адвокатов в широком смысле, то есть использование адвокатом своих профессиональных возможностей в корыстных или иных низменных целях, обычно, во вред своему клиенту либо во вред общественным интересам. Далее я намерен показать, что чаще всего коррумпированность адвокатов приводит их к тому, что они действуют во вред именно интересам своего доверителя, но при этом пользуются своими профессиональными возможностями. Особенно характерно в последнее время это для коррупционной ситуации в Хабаровском крае.
Очевидно, что в таком случае коррумпированный адвокат даже не всегда нарушает действующее законодательство Российской Федерации либо нарушает, но не только законодательство. Коррупционному нарушению в этом случае могут быть подвергнуты корпоративные нормы и правила, присущие адвокатской профессии. В России корпоративные правила адвокатов формализованы в виде Кодекса профессиональной этики адвоката6.
Под коррупционными нарушениями в широком смысле слова, кроме совершения коррупционных преступлений, я понимаю нарушение адвокатом статей 8, 9, 10, 11, 12, 13, 16 Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года. В чём конкретно могут выражаться такие нарушения на практике, я покажу позже, когда буду приводить примеры. Наиболее общим для таких нарушений является извращение, ненадлежащее исполнение адвокатом принятой на себя процессуальной роли в конкретном деле, а также ненадлежащие материальные, денежные взаимоотношения адвоката как с участниками судопроизводства, так и с государственными органами, которые оплачивают работу адвоката "по назначению".
Сравнивая перечисленные выше нормативные акты между собой, можно выделить ряд теоретических моделей возможного коррупционного поведения адвоката в России:
Модель 1: Адвокат - инициатор коррупционного взаимодействия с чиновником. Он действует в интересах своего доверителя, обычно, как посредник при передаче взятки и активно предлагает чиновнику взять деньги. Его собственная корыстная заинтересованность связана с получением части денег, затраченных взяткодателем на коррупционную сделку.
Модель 2: Инициатор коррупционного взаимодействия - чиновник. Он подыскивает адвоката, который соглашается систематически посредничать во взяточничестве под прикрытием фиктивной "юридической помощи", которая оказывается ложно и только "для вида", а на самом деле является прикрытием для коррупционного взаимодействия. Обычно в такого рода коррупционном "бизнесе" подозревают адвокатов из числа бывших сотрудников правоохранительных органов. Именно с этим связан запрет, который практикуется в некоторых регионах России (например, в Москве) и состоит в том, что бывшему сотруднику правоохранительных органов или суда, который стал адвокатом, запрещено осуществлять адвокатскую практику на той территории, и в тех органах, где он ранее проходил государственную службу.
Модель 3: Инициатор коррупционного взаимодействия - чиновник. Государственный служащий использует бюджетные деньги, выделяемые для оплаты адвокатов, оказывающих юридическую помощь "по назначению" для того, чтобы подкупить одного или нескольких адвокатов. Такую модель коррупционного взаимодействия я назвал "обратной коррупцией". Её смысл заключается в том, что, получая деньги от государства (а фактически - по постановлениям, которые выносит чиновник, осуществляющий расследование), адвокат попадает в зависимость от этого чиновника. При этом он начинает нарушать кодекс адвокатской этики в том смысле, что не оказывает квалифицированной юридической помощи своему доверителю, и часто не только замалчивает нарушения следствия, но и активно их скрывает.
Следует иметь в виду, что перечисленные выше модели вовсе не охватывают весь спектр российской коррупции. Они даже не охватывают всего спектра коррупции в правоохранительных органах. Это только те модели коррупционного поведения, которые непосредственно касаются адвокатов. Например, мною в ходе наблюдения за различного рода публичными дебатами отмечены случаи, когда обеими сторонами коррупционной сделки являются государственные служащие. Кроме того, лицо, желающее дать взятку, вполне может попытаться сделать это, не пользуясь услугами посредников. Да и сами модели, приведённые мною, могут находиться в сложном динамическом взаимодействии между собой. Например, адвокат, подкупленный в рамках модели номер 3 ("обратная коррупция"), в дальнейшем может стать посредником при передаче взяток (модели 1 и 2).
В связи с этим возможный вопрос о том, кем является адвокат в типичной криминальной ситуации: жертвой коррупционной сделки или коррупционным преступником - не выглядит вполне корректным. Всё зависит от конкретной ситуации, от формы и способа вовлечения того или иного адвоката в коррупционную ситуацию. Так или иначе, следует сделать твёрдый вывод о том, что адвокатура в целом, как профессиональная корпорация, однозначно только страдает от высокого уровня коррупции. С этим связано принятие некоторых корпоративных правил, направленных на предотвращение коррупционного взаимодействия, которые принимаются адвокатскими палатами (речь о таких правилах пойдёт ниже). В то же самое время отдельные адвокаты вполне могут пытаться получить личную выгоду от коррупционных сделок, и при этом они, конечно же, будут коррупционными преступниками либо злостными нарушителями корпоративных правил, но чаще всего - и тем и другим одновременно.
3. Методология:
Исследуемая тема характеризуется прежде всего высокой степенью закрытости любой информации, которая так или иначе с ней связана. Такая закрытость является следствием как высокой латентности самой коррупционной преступности, так и практики государственных органов, которые обычно не склонны делиться с обществом даже самой обобщённой статистической информацией. Требовать же более подробные сведения и статусе лиц, привлекаемых к ответственности и подробностях совершённых коррупционных преступлений нередко бессмысленно в силу тайны следствия либо правоохранительные органы ссылаются на защиту персональных данных обвиняемых и подсудимых.
Особенную закрытость и консерватизм в вопросе предоставления информации из тех органов, куда я обратился, проявляют структуры территориального органа Федеральной службы государственной статистики по Хабаровскому краю и УВД Хабаровского края. Здесь уместно упомянуть, что ранее, в связи с другим своим исследованием я уже обращался к Управлению внутренних дел Хабаровского края за информацией, получил отказ, предъявлял иск к УВД о предоставлении информации. На сегодняшний день дело находится на рассмотрении Европейского Суда по Правам Человека.
В связи с изложенным мои основные усилия на первом (и самом длительном) этапе работы были сосредоточены на преодолении информационной закрытости вопроса и сборе возможно более полной информации. В ходе выполнения исследовательской работы были выполнены следующие действия:
- запрос статистической информации в Судебном департаменте о лицах, осужденных за совершение коррупционных преступлений и о лицах, в отношении которых принимались иные решения судами Хабаровского края;
- получение информации в Адвокатской Палате Хабаровского края о дисциплинарных производствах
- получение информации с сайта Управления Судебного департамента по Хабаровскому краю;
- получение информации с сайта Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации;
- получении информации с сайта Верховного суда;
- сравнение и сопоставление полученной информации;
- изучение литературы по проблеме;
- поиск и изучение публикаций в периодической печати;
- поиск и изучение данных о дисциплинарных производствах Адвокатской палаты.
При этом мною применялись следующие методы исследования из числа рекомендованных научной литературой7:
Анализ документов (традиционный, классический). В ходе указанного анализа мною были изучены и сопоставлены законы, нормативные акты Российской Федерации, законы и нормативные акты других стран, корпоративные правила адвокатуры, научные статьи, публикации о дисциплинарных производствах в отношении адвокатов, другие печатные источники, а также статистические данные.
Как разновидность анализа документов мною применялся анализ сообщений, передаваемых по телевидению8. Это было необходимо для преодоления недостатка информации. Так, я целенаправленно, с 2003 года, обращаю внимание на все сообщения о коррупции в Хабаровском крае - не только те, которые зафиксированы в письменных источниках, но и те, которые содержались в сообщениях телевидения, радио, т.п. Смысл состоит в том, что в ряде случаев информация о коррупционных преступлениях ограничилась одной телевизионной передачей, в печатных источниках (газеты, журналы) информации об этих же преступлениях нет, а УВД Хабаровского края предоставлять данные отказывается (иногда отказывается законно, иногда - незаконно).
Также мною применялся метод интервью. В период, непосредственно предшествующий окончанию данной работы, мною были проинтервьюированы некоторые адвокаты, практикующие в Хабаровском крае. Они рассказали о факте попыток оказания давления на них со стороны государственных служащих, связанных с использованием чиновниками их возможностей по распоряжению государственными деньгами.
Полученные данные расположены в порядке дедуктивного анализа - от наиболее общих к частным.
В ходе работы я также обратился к результатам исследования, проведённого фондом ИНДЕМ при поддержке Центра международного частного предпринимательства (CIPE)9. Указанное исследование было основано на сравнении данных эмпирических исследований 2001 и 2005 года.
В обоих исследованиях 2001 и 2005 гг. использовались специализированные математико-статистические методы анализа социологических данных. С их помощью авторами исследования достигалось объемное представление о коррупции, основанное на надежных индикаторах. Данные исследования беспрецедентны, им нет аналогов в мировой практике изучения коррупции. К последнему исследованию были разработаны специальные программные средства анализа социологических данных.
Размер выборки, согласно имеющемуся источнику, составил: в 2001 году - 2000 респондентов, в 2005 году - 3000 респондентов.
4. Описание исследования и результатов исследования.
В связи с выполнением исследования сначала я обратился к самым общим статистическим сведениям, которые находятся в открытом доступе. В частности, такая работа проведена фондом ИНДЕМ при поддержке Центра международного частного предпринимательства (CIPE) (полевая часть исследования проводилась Исследовательским холдингом РОМИР Мониторинг)10.
Указанные исследования выделили основные проблемы, при решении которых российский малый бизнес чаще всего сталкивается с коррупцией: 1) покупка или аренда производственных и офисных помещений, получение разрешений на их строительство и покупка земли под строительство; 2) проверки деятельности бизнеса различными инстанциями; 3) получение неконкурентного преимущества за счет коррупции.
На первый взгляд, пункты 1 и 3 кажутся нелепыми. Получается, что в первом случае российские предприниматели дают взятки просто "на ровном месте", поскольку при наличии законных оснований вопросы, связанные с арендой и продажей недвижимости, должны решаться наилегчайшим образом. Причём, если уж предприниматель обращается с такой просьбой в государственный орган, то у него, скорее всего, такие основания есть.
Более того, исследование показывает, что "в целом, мы имеем дело с двумя противоположными стратегиями поведения: власть наращивает коррупционное давление на граждан, а граждане бегут от коррупции"11. То есть и социологи подтверждают факт, что российское предпринимательское сословие, в общем и целом, воспринимает высокий уровень коррупции в стране как проблему и угрозу своему материальному благосостоянию.
Это, в свою очередь, означает, что коррумпированный чиновник, то есть лицо, подлежащее ответственности за коррупционные преступления по соответствующим статьям УК РФ, для того чтобы вступить в коррупционные отношения, должен иметь средства и возможности для активного воздействия на гражданина, а не просто ожидать, когда коррупционная ситуация сложится сама собой. То есть в самом общем смысле государственные служащие всё чаще и чаще, согласно исследованию, проведённому фондом ИНДЕМ, сами становятся организаторами и инициаторами возникновения коррупционных ситуаций. В связи с этим правомерен вопрос: располагают ли граждане достаточными правовыми средствами для реагирования на подобного рода обстоятельства? На раскрытии этого вопроса я планирую остановиться ниже.
Этот же источник12 представляет структуру рынка коррупции. Я думаю, читателю будет интересно взглянуть, как распределяются коррупционные сделки по ветвям власти и видам регулирования.
Таблица номер 1 представляет собой диаграмму частот (в процентах) ответов предпринимателей на вопрос "К какой ветви власти относился этот орган?". Этот вопрос задавался тем респондентам, которые отвечали о подробностях своего последнего опыта коррупционного взаимодействия.
Как мы видим, наиболее коррумпированной была и остаётся исполнительная власть, наименее - судебная. Так почему бы менее коррумпированной ветви государства не подключиться к контролю за наиболее коррумпированной? Не вижу никаких противопоказаний. Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что относительно (по сравнению с органами исполнительной власти) небольшая коррумпированность судов может быть связана с их невысокой, в глазах общества, значимостью.
Граждане понимают, что даже если в суде и есть некое дело, то "вопрос решается" очень часто не в открытом и гласном судебном заседании, а "где-то ещё". Так или иначе, обращение гражданина в суд чаще всего может разрешить многие коррупционные ситуации, перевести их в правовое поле, где (в отличие от "коррупционного поля") найдётся место и адвокату. Таким образом, неверие граждан в независимость и беспристрастность правосудия, является отдельным и очень опасным коррупциогенным фактором.
К похожему выводу приходит и исследование фонда "ИНДЕМ", где отмечается, что "...возможности, которые граждане находят сами, избегая коррупции, являются важным антикоррупционным средством, которое может взять на вооружение государство, проводя антикоррупционную политику". Главной среди таких "возможностей" естественным образом должно стать для человека обращение в суд. Главным "помощником" на этом пути естественным образом призван стать адвокат.
Таблица номер 2 свидетельствует именно об этом. В ней отражена частота ответов (в процентах) граждан на вопрос: "По чьей инициативе, по какой причине Вам пришлось давать взятку чиновнику?". На этот вопрос отвечали только те респонденты, которые ответили, что дали взятку в последней коррупционной ситуации, с которой они столкнулись13.
Из этой таблицы видно, что чиновники, по сравнению с 2001 годом, стали чаще выступать в роли инициаторов коррупционной сделки, чем это было раньше. Данный факт соответствует выводу этого же исследования об усилении коррупционного давления чиновников на граждан.
Я, в свою очередь, предложил бы читателю обратить внимание читателя на то, что инициатива граждан (отражена в строке №3) в коррупционном процессе невелика, и она падает. Скорее, она всё чаще принадлежит государственному или муниципальному служащему (строка №1), и активность коррумпированных чиновников возрастает. Не следует сбрасывать со счетов и общую атмосферу, традиционность коррупционного поведения, а также системную предрасположенность государственного аппарата (отражены в строке №2). О том же самом свидетельствует и содержание таблицы номер 2-А14.
Убывающая готовность граждан нести деньги на рынок коррупции, с одной стороны, обнадёживает. Однако отмеченное исследованием усиление коррупционного давления власти не может не удручать. Кроме того, нельзя не отметить бедность информации о проблеме, на что ссылаются даже сами исследователи в своём докладе. Исследования фонда "ИНДЕМ" остаются редкой, едва ли не единственной попыткой измерения российской коррупции.
Сейчас я предлагаю обратить внимание на таблицу №3, которая отражает характеристику судимости в России15. Строка "выявлено лиц, совершивших преступления" свидетельствует об относительной стабильности криминальной ситуации в России с 2002 года. Указанный показатель почти не изменяется с течением времени, зато стабильный рост заметен в строке "привлечено (к уголовной ответственности) необоснованно". И этот последний показатель растёт даже несмотря на общее снижение числа осужденных по уголовным делам за тот же период времени (таблица №4)16. К этому факту нам придётся вернуться ещё не один раз.
Одновременно стабильный рост показывает строка "взяточничество" в таблице "осужденные по приговорам, вступившим в законную силу, по отдельным видам преступлений" (таблица №5)17. При этом рост фиксируется как в абсолютной величине (то есть в виде роста числа лиц, осужденных за совершение соответствующих преступлений), так и в относительном выражении (то есть растёт доля лиц, осужденных за взяточничество в общем количестве лиц, совершивших различные преступления). Мне представляется очень значимым то обстоятельство, что рост коррупции происходит параллельно с ростом незаконного привлечения к уголовной ответственности. Я считаю, что эти данные указывают как на общую деградацию государственной системы под воздействием коррупции, так и на специфическую, силовую и карательную направленность многих коррупционных преступлений, характерных для нашей страны.
Предлагаю обратить особенное внимание на таблицу 5-А18. Как хорошо видно из представленной таблицы, количество осужденных за коррупцию стабильно растёт. При этом число осужденных за дачу взятки из года в год превышает число осужденных за её получение. Ситуация, в представлении этого статистического источника, выглядит даже несколько парадоксально: выходит, что в России взяток дают больше, чем берут, что, конечно же, невозможно. Кроме того, интересно обсудить вопрос, как это обстоятельство соотносится с данными исследования фонда ИНДЕМ, в соответствии с которыми именно чиновники усиливают коррупционное давление на граждан, а не наоборот.
Я полагаю, что приведённые данные подлежат интерпретации исходя из следующего очевидного обстоятельства: само по себе привлечение одной из сторон к уголовной ответственности означает, что коррупционная сделка не состоялась (как правило - по причине отказа противоположной стороны участвовать в ней). Как следует из таблицы №2-Б19, в ситуации, когда гражданин отказывается дать взятку чиновнику, он, как правило, ищет (и находит) другой путь для отстаивания своих интересов либо вообще отказывается от таких попыток. Причём второе (то есть вообще полный отказ от каких-либо попыток отстоять свои интересы) наблюдается тоже очень часто.
В то же самое время, сам по себе отказ чиновника от вступления в коррупционные отношения безо всяких вариантов означает привлечение к уголовной ответственности неудавшегося взяткодателя, поскольку принципиальный чиновник связан обязательствами по государственной службе, в частности, обязательством сообщать начальству о попытках подкупа. Таким образом, коррупционное давление чиновника на гражданина, исходя из этой интерпретации статистических данных, обычно остаётся латентным в связи с тем, что гражданин начинает искать другие пути достижения своих целей либо вообще отказывается от их достижения.
В то же самое время неудачная попытка коррупционного давления на чиновника со стороны гражданина (если чиновник отказывается от взятки) оканчивается для потенциального взяточника привлечением к уголовной ответственности. Иными словами, исследование фонда ИНДЕМ показывает социологический срез коррупционных отношений граждан и чиновников, а статистика, которую предоставляет Судебный департамент, отражает результаты деятельности правоохранительных органов. Иными словами, те и другие данные не противоречат друг другу, а просто вскрывают и показывают разные информационные пласты одного и того же явления.
Хабаровский край, в общем и целом, не выбивается из общероссийских тенденций. В соответствии с данными Управления Судебного департамента в Хабаровском крае (таблица №6 - "данные из отчета о работе (городских) районных судов первой инстанции по рассмотрению уголовных дел") здесь наблюдался рост рассмотрения судами дел коррупционной направленности в период времени с 2003 по 2005 год включительно. После этого произошло небольшое снижение показателей в период времени с 2006 по 2007 год включительно. Показатели достигли своего абсолютного минимума в 2008 году, после чего вновь начался их быстрый и поступательный рост, продолжающийся по сей день20.
Осмыслить приведённые сведения мне предстоит в контексте полученного мною письма из Управления Судебного департамента в Хабаровском крае21, из которого следует, что в период времени, за который производилась статистическая группировка по соответствующему признаку, к уголовной ответственности были привлечены три человека, отвечающие идентификационному признаку запроса "адвокат".
Конкретные данные по этим случаям выглядят следующим образом:
1. Основная статья (по которой назначено наиболее тяжкое наказание): ст. 318 ч. 1 (Применение насилия в отношении представителя власти). Итоговое наказание по обвинительному приговору: Примирение с потерпевшим.
2. Основная статья (по которой назначено наиболее тяжкое наказание): ст. 116 ч. 1 (Побои). Итоговое наказание по обвинительному приговору: Истечение срока давности.
3. Основная статья (по которой назначено наиболее тяжкое наказание): ст. 224 (Небрежное хранение огнестрельного оружия). Итоговое наказание по обвинительному приговору: Деятельное раскаяние (ч.1. ст.28 УПК РФ).
Как мы видим, ни один из адвокатов, привлечённых к уголовной ответственности, не был участником процесса, связанного с совершением именно коррупционного преступления!
Даже если принимать во внимание высокую степень латентности коррупционных преступлений, такое положение вещей не может не вызывать самого неподдельного удивления! Ведь, с одной стороны, профессия адвоката, по сути, нередко предполагает наличие сильных соблазнов в плане вступления в коррупционные отношения с представителями власти. Ну, а с другой стороны, коррупционные преступления в России в целом и в Хабаровском крае в частности, хотя и часто являются латентными, но, тем не менее, суды рассматривают достаточно большое количество таких дел.
Имеются и свои "громкие" антикоррупционные процессы. Так, широкую известность получила ситуация, связанная с "увольнением руководителя следственного управления СКП РФ по Хабаровскому краю Геннадия Фатеева, его заместителя, начальника отдела по расследованию особо важных дел Константина Лысенко, а также заместителя господина Лысенко по отделу Александра Чулкова и следователя того же отдела Сергея Бабака.
...стали известны некоторые обстоятельства, связанные с нашумевшими увольнениями. Как сообщил СКП, в отношении Александра Чулкова и Сергея Бабака, а также бывшего сотрудника милиции Дмитрия Черея возбуждено уголовное дело. Всех троих заподозрили в крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ). По версии следствия, в 2009 году Чулков, Бабак и Черей убедили директора ООО "Многоотраслевое инженерное предприятие Дальнего Востока" (МИП ДВ; самостоятельное подразделение ООО "МИП Востока", специализирующееся на строительстве автодорог) принять участие в конкурсе на право заключения госконтракта по строительству участка федеральной трассы "Амур" (Чита-Хабаровск). Господин Чулков, отметим, курировал в следственном управлении как раз расследование многочисленных уголовных дел, связанных с махинациями вокруг строительства этой трассы. "В дальнейшем подозреваемые ввели предпринимателя в заблуждение, убедив, что они обеспечили ему выигрыш в конкурсе, и потребовав 10% от суммы заключенного контракта, то есть более 47 млн. руб."22.
Впоследствии данное дело получило своё развитие: "В "банду правоохранителей", разоблаченную следователями в Дальневосточном федеральном округе, входило более 200 человек. По словам сотрудников Следственного комитета, преступная группировка такого масштаба не могла не попасть в поле зрения властей региона, поэтому в ближайшее время они собираются выяснить, "насколько коррумпирован этой группой был чиновничий аппарат в крае".
Всего в рамках расследования задержаны 13 подозреваемых, девять из которых следствие считает лидерами ОПГ, против них по 63 эпизодам возбуждено 16 уголовных дел. Как сообщает пресс-служба СК, правоохранительные органы вышли на банду еще осенью 2010 года, когда расследовали деятельность бывших сотрудников хабаровского следственного управления. Высокопоставленные следователи Александр Чулков и Сергей Бабак обвинялись в вымогательстве. Вместе с ними по делу проходил экс-милиционер Дмитрий Черей. По версии следствия, обвиняемые вымогали 47 миллионов рублей у предпринимателя за участие в строительстве федеральной трассы "Амур".
В ходе допросов Черея, Бабака и Чулкова следователи выяснили, что они являлись членами одного большого преступного сообщества, действующее по всему ДФО. По мнению сотрудников СК, банда образовалась после ликвидации группировки "Общак", в которую входили бывшие зеки и "авторитетные" предприниматели. Как считают следователи, ряд сотрудников правоохранительных органов ДФО решили занять нишу "Общака", занимавшегося мошенничеством в налоговой сфере"23.
Приведённый пример как бы намекает, что в нашей провинциальной глуши присутствует значительная коррупционная сила. Иногда (как в данном случае, например) возбуждаются даже уголовные дела, направленные на её обуздание, и эти уголовные дела обещают стать довольно "громкими". Если бы роль адвокатуры в коррупции была велика, то неизбежно, в условиях роста коррупции, имели бы место и приговоры в отношении адвокатов, примерно пропорционально их участию в коррупционной активности. Однако на примере Хабаровского края мы этого явно не наблюдаем.
Для объяснения этого явления нам следует вернуться немного назад и вспомнить, что, в соответствии с исследованиями Фонда ИНДЕМ, наиболее типичные ситуации, в которых граждане вступают в коррупционные отношения с чиновниками, не связаны с судопроизводством, а судебная система, в соответствии с этим же исследованием, остаётся наименее коррумпированной по сравнению с остальными ветвями власти (таблица №1).
Здесь следует обратиться к дисциплинарной практике Адвокатской палаты Хабаровского края (органа, уполномоченного присваивать статус адвоката и лишать адвокатов их статуса, а также применять поощрения и налагать дисциплинарные взыскания). Крайне интересные сведения о дисциплинарных нарушениях адвокатов можно почерпнуть из этого источника.
Так, в 2005 году в Квалификационную коллегию Адвокатской палаты Хабаровского края поступило 121 жалоба на различные действия адвокатов. По 91 из них было отказано в возбуждении в отношении адвоката дисциплинарного производства, 19 жалоб было рассмотрено, в отношении 14 адвокатов были применены меры дисциплинарного воздействия, из них 5 замечаний, 5 предупреждений, был прекращён статус 4 адвокатов.
В 2006 году в Палату адвокатов Хабаровского края поступило 59 жалоб, было рассмотрено 33 жалобы, отказано в возбуждении дисциплинарного производства по 29 жалобам, адвокатского статуса был лишён 1 адвокат, дисциплинарное производство в 3-х случаях было прекращено в связи с примирением с заявителем.
В 2007 году решениями Совета Адвокатской палаты Хабаровского края был прекращён статус адвоката у 12 человек, из них у 7-ми - в связи с неуплатой обязательных отчислений на нужды Адвокатской палаты. Кроме того, в этом же году было вынесено 2 дисциплинарных предупреждения и 3 дисциплинарных производства были прекращены в связи с примирением адвоката с подателем жалобы.
В 2008 году в Палату адвокатов поступило 146 жалоб, из них квалификационной комиссией было рассмотрено 11 жалоб, признаны обоснованными 9 жалоб и производство по 1 жалобе было прекращено в связи с примирением заявителя с адвокатом.
Я хотел бы заострить здесь внимание об отсутствии какой-либо корреляции между количественными показателями дисциплинарной практики адвокатского объединения Хабаровского края и статистикой коррупционной преступности. Между двумя этими группами цифр со всей очевидностью отсутствует какая-либо связь. Если бы вовлечение адвокатуры в коррупционную деятельность в смысле Федерального закона от 25 декабря 2008 г. №273-ФЗ
"О противодействии коррупции" представляло бы существенную долю от профессиональных нарушений адвокатов, то это неминуемо сказалось бы на дисциплинарной практике органов Адвокатской палаты, однако, как мы видим, этого не происходит.
Беседы с осведомлёнными представителями хабаровской адвокатуры показали, что большая часть выявленных нарушений, которые становятся основанием для прекращения статуса адвоката, в Хабаровском крае сводится к неуплате членских взносов. Изучение мною подробностей дисциплинарной практики адвокатской палаты выявило, что действительно, чаще всего основанием для привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности, кроме указанного, являются такие нарушения, как неисполнение решений органов адвокатской палаты, вступление в трудовые отношения с иными организациями (это прямо запрещено законом) и, как ни странно, действия вопреки интересам доверителя. Последний пункт является ключевым, и на его подробном исследовании я остановлюсь позже.
При этом целый ряд авторов склонны видеть в адвокатуре едва ли не основную движущую силу коррупционных процессов в сфере правосудия. В печати можно встретить весьма и весьма резкие высказывания в пользу этой точки зрения. Её сторонников обычно характеризует очень и очень бойкий стиль: "Адвокаты - мошенники и взяткодатели идут на любые аферы с целью обманным путем получить деньги доверителей. Во многом (хотя, конечно же, далеко не во всем) широко распространяемые слухи о "повальном взяточничестве", "круговой поруке" среди следователей, прокуроров, судей - результат работы недобросовестных адвокатов и других мошенников, предлагающих услуги посредников во взяточничестве"24.
Кстати, фамилия автора приведённой цитаты на сегодняшний день считается уже вполне одиозной. В то же самое время в печати наблюдается и противоположное "течение", представители которого обвиняют авторов наподобие доцента Ю.П. Гармаева в тенденциозности и "антиадвокатской направленности" их исследований25.
Впрочем, попытки каким-то образом "вступиться за адвокатуру" отнюдь не уменьшают волну государственно-чиновничьего высокомерия по отношению к юридической корпорации. В своей работе, опубликованной в журнале "Российская юстиция"26, К.А. Кадолко, председатель Мытищинского городского суда Московской области приступает к анализу проблемы коррупции со следующих позиций: "Если бы эта информация исходила из уст адвокатов, которые всегда недовольны, или журналистов из "желтой" прессы, то на эти статьи никто бы особого внимания и не обратил. Другое дело, когда об этом в официальном издании говорят практические работники различного уровня". Иными словами, становится очевидна иррациональная, не объяснимая никакими разумными соображениями, тенденциозность целого ряда авторов в исследуемом вопросе. Многие в России совершенно искренне убеждены, что проблема существует только в том случае, если о ней говорят специальные государственные служащие, а публикации имеют место быть в специализированных государственных журналах.
Именно на работе К.А. Кадолко я хотел бы остановиться подробнее. В своей работе автор поднимает следующие вопросы: "моральное состояние сотрудников и руководителей следственных органов, для которых нарушение законов является чуть ли не нормой. Также имеет место безнаказанность за нарушение закона при ведении следствия, "заказной" характер некоторых уголовных дел, особенно экономической направленности". Под "заказным характером уголовных дел" автор понимает особую коррупционную систему, при которой уголовное дело возбуждается и расследуется корыстно, тенденциозно, в интересах той или иной политической или бизнес-группы, обычно, за крупную взятку. Здесь я хотел бы напомнить читателю про рост числа "привлечённых (к уголовной ответственности) необоснованно" (таблица №3)27. Мы ещё вернёмся к этому показателю позже.
Автор признаёт, что "если говорить о коррупции и злоупотреблениях в государстве в целом, то прежде всего речь должна идти об органах исполнительной власти", чем косвенно подтверждает мой тезис о том, что судебная ветвь власти и связанные с ней процедуры (более открытые и прозрачные по сравнению с другими ветвями власти) менее коррумпированы. Кроме того, это авторское прозрение прекрасно согласуется с приведёнными выше примерами масштабной коррупции в силовых структурах.
Далее К.А. Кадолко ищет решение проблемы, и находит его в следующих сферах: "По закону все негативные явления, злоупотребления и прочие безобразия должна пресечь прокуратура, как орган, стоящий особняком от других ветвей власти и наделенный для этого необходимыми полномочиями". Мнение само по себе абсолютно бесспорное, однако, как и всякое общее место, оно совершенно ничего не объясняет. Прокуратура, конечно, обязана бороться против коррупции, но что делать в случае, если она не преуспела?
Указанный автор горько сетует на то, что "в ходе судебной реформы суды стали органами судебной власти, и на них возложена одна функция: осуществление правосудия по конкретным делам"28. При этом, по его мнению, самого факта вынесения законных и обоснованных, правосудных судебных актов для реализации задач правосудия недостаточно. Он считает, что одновременно суды должны исполнять управленческую, "криминологическую" функцию, которая должна быть реализована путём вынесения отдельных от судебного решения или приговора юридических документов - так называемых "представлений".
Под "представлением" подразумевается распространённый в советской практике документ, который выносился отдельно от судебного акта и представлял собой указание какому-либо лицу (не всегда участнику процесса) совершить какие-либо действия, которые, по мнению судьи, предотвратили бы совершение аналогичных преступлений в дальнейшем. Каким образом такие документы могли бы помочь в противодействии "заказным" уголовным делам, К.А. Кадолко умалчивает. При этом он как-то очень демонстративно игнорирует вопрос о том, что людей, арестованных и неправосудно привлекаемых к уголовной ответственности по так называемым "заказным" делам, возможно, следует просто лучше защищать. Однако этот автор и не может придти к такому выводу, потому что в этом случае ему пришлось бы взять назад свои слова, поместившие адвокатов где-то рядом с "жёлтой прессой" и прочими "малоприятными личностями".
Фоном для заявлений "антиадвокатской направленности" я хотел бы сделать таблицу № 1-А, которая показывает, как делят между собой коррупционный рынок разные ветви власти29. Приведённые данные также наглядно демонстрируют, что судебная ветвь власти отмечена исследователями как наименее коррумпированная (по российским меркам), даже в меньшей степени, чем законодательная власть. Мне представляется совершенно очевидным, что адвокат вряд ли имеет много возможностей проявить себя в качестве коррупционера за пределами судопроизводства.
Для того чтобы объяснить, какой главной опасности подвергается адвокатура на самом деле и каким социальным недугом она действительно тяжело поражена, и что связывает адвокатскую корпорацию с коррумпированными чиновниками, я предлагаю читателю последующие соображения. Систематическая организованная коррупция органов исполнительной власти, правоохранительных органов является главным и внеправовым "конкурентом" адвокатуры. Давайте поставим перед собой вопрос, какой выбор стоит перед гражданином Российской Федерации, столкнувшимся с какой-либо проблемой юридического или административного характера?
На самом деле выбор небогат - а) обратиться к адвокату (в российских реалиях - вообще к какому-либо лицу, которое заявляет, что оказывает юридическую помощь) либо б) дать взятку чиновнику. Первый путь является законным, но долгим. Кроме того, судебные либо иные правовые процедуры, связанные со сбором доказательств, не позволяют добросовестному адвокату гарантировать достижение результата, желаемого доверителем. Сбор и оценка доказательств - слишком тонкое дело для этого.
Дача взятки "предпочтительна" тем, что создаёт иллюзию надёжности и возможности купить готовое решение в короткие сроки и в желаемом виде. Я понимаю, что это звучит достаточно цинично, но я позволю себе называть вещи своими именами. Практика показывает, что в подобных "схемах" адвокат является попросту лишним. С расширением коррупции её адепты становятся всё более "всеядными". Чем более "всеядными" они становятся, тем менее нуждаются в посредниках. Когда продажность чиновников становится отраслью экономики, на неё начинают распространяться общие рыночные принципы, одним из которых является максимальное сокращение числа посредников, задействованных в той или иной финансовой цепочке.
По самым свежим данным фонда политических исследований "Индем" ("Информатика для демократии"), средний размер бытовой взятки в России достигает пяти тысяч рублей, а в деловой сфере он исчисляется сотнями тысяч долларов30. Пять тысяч рублей - очень небольшая сумма, даже по меркам современной России. Жизнь сама наталкивает на мысль, что крупная деловая коррупция, с высокопоставленными чиновниками и миллионными суммами, опасна сама по себе. Но стократ опаснее коррупция, опустившаяся до бытового уровня.
Становится всё очевиднее, что мода на взятки может представлять реальную угрозу будущему российской адвокатуры в целом. Систематическая коррупция поглощает ресурсы (в данном случае ресурсом являются деньги, перетекающие с рынка юридических услуг в карманы коррумпированных чиновников). При этом система чиновничьей продажности тяготеет к замыканию сама в себе. Нельзя сказать, чтобы адвокатское сообщество этого бы совсем не понимало.
Приведу пример: в Хабаровске был осужден сотрудник уголовного розыска, обещавший родственникам подсудимого передать взятку судье за принятие благоприятного решения по уголовному делу. Доказать передачу взятки не удалось, поэтому милиционер был осужден по ст. 159 УК РФ как мошенник. Однако - странное совпадение - судья, фамилия которого прозвучала в этом уголовном деле, поспешил подать в отставку31.
Хотел бы обратить внимание читателя на ряд особенностей, характерных для этой ситуации. Первая особенность - в деле участвовал адвокат, и у меня есть большие и обоснованные сомнения, что ему была уплачена хотя бы одна копейка. Особенность вторая - на этом примере хорошо видно, что коррумпированный чиновник действует активно и затрачивает недюжинные усилия по поиску клиентуры и уводу её с рынка легальных юридических услуг. Таким образом, чиновничий аппарат небезуспешно осваивает ёмкость рынка юридической помощи, откусывая изрядный кусок от того "пирога", который должен принадлежать по праву адвокатам.
Особенность третья - все действующие лица являются государственными служащими, действующими в пределах одного района. Это и понятно - только таким путём можно гарантировать себе регулярный коррупционный доход. Привлечение любого постороннего лица снижает надёжность и доходность этого "бизнеса". Лично я отношусь к средствам, которые были отданы в качестве взяток, как к деньгам, прямо похищенным из адвокатских карманов.
Не следует относиться к изложенной выше ситуации как к единичному случаю.
Пример: Около года назад электронные средства массовой информации города Хабаровска передали сообщение о ситуации, которая была связана с попыткой подкупа сотрудника учреждения, исполняющего уголовное наказание (исправительной колонии). В тот раз взяткодателем выступал следователь органов внутренних дел. Таким образом, даже исходя из той информации, которую можно собрать вопреки общей её закрытости, можно констатировать, что случаи, когда обеими сторонами коррупционной сделки являются государственные служащие, отнюдь не единичны32.
Здесь я хотел бы вновь обратить внимание читателя на строку "привлечено (к уголовной ответственности) необоснованно" (таблица №3). Столь бурный и устойчивый рост необоснованных привлечений к уголовной ответственности граждан за весь период наблюдений, на мой взгляд, как раз и является ключом к "разгадке" всех вопросов, которые ставит передо мной избранная мною тема работы. Я напоминаю, что источником этой информации является Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации, и можно предположить, что отображённая там картина несколько приукрашена. Однако даже с поправкой на это обстоятельство, показатели необоснованного привлечения к уголовной ответственности внушают немалую тревогу. Углубление именно в эту тему позволит изобличить истинные пороки российской адвокатуры, способы её коррупционного "сращивания" с государственными органами и выработать рекомендации по избавлению её от них.
Здесь, с моей точки зрения, будет уместно привести несколько примеров из дисциплинарных производств Квалификационной коллегии Адвокатской Палаты Хабаровского края.
Пример №1: Обвиняемый Д. заключил соглашение о своей защите с адвокатом В. Следователь, ведущий расследование уголовного дела, потребовал, чтобы Д. отказался от нанятого им адвоката, обещая освободить его из следственного изолятора. Взамен следователь предложил сначала адвоката Ш, потом адвоката Х. Обвиняемый Д. говорил адвокатам, которых ему предоставил следователь, что он желает воспользоваться помощью своего адвоката В, однако, те не отреагировали на его устные заявления, присутствовали при проведении следственных действий, поставили свои подписи под протоколами. Д. обратился с жалобой на действия адвокатов Ш и Х в Адвокатскую палату Хабаровского края33.
Пример №2: Адвокат Т. изготовил и представил к оплате 25 определений34 судей по делам, в которых участия фактически не принимал. Указанные действия им были совершены по согласованию с мировыми судьями35.
Прежде чем перейти к наиболее вопиющему и показательному примеру, я сначала прокомментирую эти два. У несведущего человека может возникнуть целый ряд вопросов: почему адвокаты в примере №1 игнорировали мнение своего "подзащитного" и действовали, по всей видимости, в интересах обвинения? Как получилось, что адвокат отчитался документами о делах, в которых фактически не участвовал? Это совершенно правомерные вопросы и отвечая на них я открою самую тёмную тайну российской адвокатуры, обнажу её слабое место.
Дело в том, что материальный достаток многих, кто привлекается к уголовной ответственности в Хабаровском крае, недостаточен для оплаты защитника по уголовному делу. Тем не менее, Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации гарантирует каждому право на бесплатную защиту за счёт государства. Денежные средства на оплату труда защитников "по назначению36" выделяются из федерального бюджета, но распоряжаются ими фактически органы, ведущие расследование по уголовным делам и суды.
Следователь или дознаватель, в производстве которого находится уголовное дело, выносит постановление об оплате труда адвоката, которое и является основанием для оплаты. В данном постановлении указывается объём "выполненной" адвокатом по назначению работы, в чём именно эта "работа" заключалась и конечная сумма, подлежащая выплате адвокату. Суд, в случае участия в процессе защитника "по назначению" выносит определение о его оплате примерно такого же содержания.
Правительство Российской Федерации установило следующий порядок оплаты адвоката "по назначению": "Финансовое обеспечение обязательств, связанных с реализацией настоящего постановления, осуществляется за счет средств федерального бюджета в пределах бюджетных ассигнований, предусматриваемых на соответствующий год федеральным государственным органам, наделенным полномочиями по назначению адвокатов, и Судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации на руководство и управление в сфере установленных функций.
Оплата труда адвоката производится по его заявлению на основании постановления (определения) органа дознания, органа предварительного следствия или суда. Постановление (определение) об оплате труда адвоката, заверенное печатью органа дознания, органа предварительного следствия, прокуратуры или суда, направляется в соответствующую финансовую службу (орган) для перечисления указанных в нем средств на текущий (расчетный) счет адвокатского образования.
Перечисление средств на текущий (расчетный) счет адвокатского образования осуществляется в течение 30 дней с даты получения постановления (определения)"37.
Я отдельно остановлюсь на порочности самой идеи, когда оплата защитника зависит от документа, издаваемого органом, находящимся на стороне государственного обвинения. То, что такая система оплаты адвоката в корне порочна, может убедительно подтвердить уже хотя бы следующий текст из приказа Министерства Юстиции Российской Федерации: "С учетом степени сложности уголовного дела дознаватель, следователь или суд устанавливают размер оплаты труда адвоката за один день участия в качестве защитника в уголовном судопроизводстве, руководствуясь следующими критериями, существующими на момент вынесения соответствующего постановления (определения)"38. Органы дознания и следствия прямо отнесены главой 6 Уголовно-процессуального кодекса РФ к участникам уголовного судопроизводства со стороны обвинения, и, тем не менее, они не только выносят постановления об оплате труда адвокатов, но и "устанавливают размер" его дохода.
Трудно сказать, насколько политическое руководство страны осознаёт глубину и серьёзность проблемы. Так, 22 июля 2008 г. Правительство Российской Федерации издало постановление №555, но и там речь идёт только об индексации (небольшом повышении) оплаты для адвокатов, вступающих в уголовные дела по назначению органов дознания и следователей39.
Но дело обстоит ещё хуже - за вызов (приглашение) защитника "по назначению" также целиком и полностью отвечает следователь или дознаватель, в производстве которого находится уголовное дело. По сути дела, такая система и является для некоторых "горе-адвокатов" дверью в мир коррупции. Явление, в принципе, замечено адвокатским сообществом, и оно даже частично отрефлексировано, осмысленно и для него подобран специальный термин.
Адвокаты, которые специализируются на уголовных делах "по назначению" нередко (а можно сказать, что и обычно) находятся в дружеских доверительных отношениях с сотрудниками органов, осуществляющих предварительное следствие по уголовным делам, а также с сотрудниками органов дознания. Такие адвокаты очень часто готовы идти против интересов доверителя, с которым они не связаны ни материальными ни договорными отношениями. Обычно таких адвокатов в профессиональной среде принято называть "карманными" (имеется в виду, что он находятся в зависимости, то есть "в кармане" у сотрудников того или иного силового ведомства). Сама "связка" между таким адвокатом и следователем, дознавателем или несколькими сотрудниками силовых структур в обиходе иногда называют словом "тандем". Забавно, правда?
Формирование таких "тандемов" длительное время было обусловлено тем, что вступление адвокатов "по назначению" в уголовные дела не регламентировалась никакой предварительной процедурой. Следователь или дознаватель имел возможность позвонить любому "понравившемуся" ему адвокату на выбор, и никто не имел возможности проконтролировать, почему это вдруг один и тот же адвокат работает у одного и того же следователя буквально во всех или почти во всех уголовных делах.
На этапе формирования такого "тандема" он ещё не является собственно коррупцией. Некоторые "энтузиасты" такого "бизнеса" яростно отстаивают его, ссылаясь на отсутствие прямого запрета в законе. Однако такие "сращивания" адвокатов с силовыми структурами государства (чаще всего - со следователями) имеют тенденцию к развитию. На ежегодных конференциях Адвокатской Палаты Хабаровского края нередко ставился вопрос о том, что отдельные адвокаты "приватизировали" целые следственные отделы. Вступить в уголовное дело, находящееся в производстве такого подразделения для адвоката "со стороны", то есть того, кто не имеет знакомств среди его сотрудников, нередко затруднительно, а иногда и вообще невозможно.
Опасность такого сращивания очевидна, но я на всякий случай отдельно оговорю, в чём она заключается. Хотя часто повторяется, что труд адвокатов "по назначению" плохо оплачивается, это не совсем так, ну, или совсем не так. Для того чтобы много зарабатывать в этой сфере необходимо прибегать к некоторым ухищрениям (одному из них или нескольким сразу - по возможности). Наиболее очевидным из них является приписка в постановлении большего количества работы, чем адвокат фактически выполнил.
Сотрудники силовых структур и судьи нередко идут на эту приписку, поскольку это позволяет укреплять связь с адвокатом и усиливает контроль над ним. Этим объясняется появление фиктивных документов об оплате в примере №2. Такое действие иногда в обиходе называется "прикормить". Однако чаще всего участники "тандема" поступают намного проще - адвокат просто вступает в огромное количество уголовных дел - намного большее, чем может реально обработать и выписывает по всем ним документы об оплате своего "труда". Зафиксированы случаи, когда такой адвокат успевал в день участвовать в четырёх или даже шести следственных действиях с разными подозреваемыми, что в реалиях российской системы расследования физически невозможно. Достигается это тем, что адвокат фактически не участвует в следственном действии, а только является подписать протокол, то есть формально имитирует работу вместо собственно работы по защите прав человека.
Доход адвокатов, которые вступили в "тандем", секретом не является, он объявлялся вслух, в очень негативном смысле, на общем собрании адвокатов, поэтому известен всем. Он может достигать сумм от семидесяти до ста тысяч рублей ежемесячно. Для города Хабаровска это достаточная сумма, чтобы продолжать заниматься тем же самым и дальше.
Конечно же, по вине "карманных адвокатов" происходят многие жизненные драмы, но не только они одни. Такие сотрудники дискредитируют саму идею правозащиты и позорят профессию. Нет ничего хуже, чем плохо сделанная подделка и имитация. Но дело не только в этом: мир "тандемов" - это мир приписок, то есть прямых хищений из государственного бюджета путём завышения "отработанных" часов в постановлении. Это каждодневная забота о вытеснении адвокатов, которые намерены добросовестно исполнять свои обязанности. Но и это ещё не всё: сращивание адвоката и следователя на почве "лёгких денег" из государственного бюджета, полученных за плохо сделанную, а то и вовсе не сделанную работу - это всего-навсего первая ступенька коррупционной лестницы. Приведу пример.
Пример №3: 10 сентября 2008 года квалификационная комиссия Адвокатской Палаты Хабаровского края провела слушания по дисциплинарному делу адвоката Г. Дисциплинарное производство в отношении указанного адвоката было возбуждено по представлению Дальневосточного транспортного прокурора, а также вице-президента Адвокатской палаты. В представлениях было указано, что Г. участвовал "по назначению" в защите гражданина С (обвиняемого в совершении преступления). При этом он неоднократно требовал от самого С и его матери С-вой М.В., 500 000 рублей за освобождение из-под стражи и прекращение уголовного дела в отношении С., ссылаясь на то, что является близким другом следователя К., ведущего их дело и может "решить вопрос".
Квалификационной комиссией в ходе проведённых слушаний было установлено, что адвоката Г. для защиты интересов С. назначил следователь К., самостоятельно позвонив ему (адвокату Г.) по телефону, так как у них с адвокатом сложились дружеские отношения. В течение четырёх лет до этого Г. выступал адвокатом "по назначению" в Хабаровской транспортной прокуратуре, в том числе и по уголовным делам, находящимся в производстве у следователя К. На всё это ссылался адвокат Г., когда требовал у С. деньги, как на обоснование наличия некоторых связей, "необходимых для успешного разрешения дела"40.
Особенным цинизмом веет от того факта, что Г. не заключил даже соглашения с С. об участии в его деле в качестве защитника, хотя, согласно статье 25 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем. Вероятно, Г. и не воспринимал свою деятельность как правозащитную, адвокатскую.
Как хорошо видно из этого примера, прежде чем приступить уже непосредственно к противоправной деятельности, Г. длительное время (четыре года) являлся "карманным адвокатом" следствия транспортной прокуратуры, то есть регулярно являлся по вызовам следователей засвидетельствовать некие действия (всегда ли законные?). Взаимосвязь такого "стиля работы" с совершённым адвокатом проступком, на мой взгляд, вполне очевидна. То обстоятельство, что данный эпизод не нашёл своего отражения в криминальной статистике, на мой взгляд, объясняется тем, что взятка (насколько это мне известно) осталась не переданной, поэтому не нашлось достаточных доказательств для уголовного преследования. Однако, резонанс, который эта история вызвала среди коллег, и разбирательство дела органами Адвокатской Палаты оказались достаточными инструментами для того, чтобы Г. лишился статуса адвоката.
Активизация Адвокатской палатой деятельности по противодействию сращиванию адвокатуры с государственными органами выявила, что подчас в разряд "карманных" попадают целые адвокатские объединения. 14 октября 2009 года Советом Адвокатской палаты Хабаровского края было принято Постановление "Об устранении нарушений законности при оказании квалифицированной юридической помощи населению на территории Хабаровского края и внесении изменений в порядок оказания юридической помощи по назначению дознавателя, следователя и суда в порядке ст. 50-51 УПК РФ и ст. 50 ГПК РФ"41.
Указанный документ призван регламентировать вступление адвокатов, прежде всего, в уголовные дела. Идея состоит в том, что запросы следователей о предоставлении бесплатной юридической помощи подследственным будут оформляться в письменном виде и поступать в специальные диспетчерские службы, которые впоследствии направляют разных дежурных адвокатов для оказания юридической помощи гражданину исходя из графика их (адвокатов) дежурства. Таким образом достигается невозможность для следователя вызывать постоянно одного и того же адвоката, "прикармливая" и "прикарманивая" его. Дежурства для адвокатов, согласно правилам, установленным этим документом, не являются обязательными. Адвокаты, желающие работать "по назначению" добровольно вносятся в список, но дни, в которые они будут вызываться для оказания помощи гражданам, определяются сотрудниками Адвокатской палаты путём составления графика.
Следует подчеркнуть, что постановление никак не ограничивает заключение адвокатами соглашений с доверителями напрямую. Ограничения (в виде специального графика работы) относятся только к адвокатам, вступающим в дело по назначению следователя, дознавателя или судьи.
Принятое решение, возможно, со стороны может показаться странным, но на тот момент оно было, наверное, единственно верным. И как только ряд адвокатов узнали, что они больше не будут взаимодействовать со следователем "по телефонному звонку", а вступление в дела "по назначению" будет происходить под контролем, было инициировано гражданское дело по обжалованию постановления от 14 октября 2009 года. Впоследствии, в ходе проверок, проведённых Адвокатской палатой, было установлено, что среди противников этого постановления основную роль играют люди, давно и регулярно "оказывают" гражданам такую "юридическую помощь", которая "носит формальный характер".
Как сообщает корпоративный печатный орган, "Вестник Адвокатской палаты Хабаровского края", "участие адвоката, использующего доверительные отношения с должностными лицами, иногда сводится лишь к подписанию по просьбе последних протоколов следственных действий, без фактического оказания доверителю квалифицированной юридической помощи. Подобные действия допускаются так называемыми "карманными адвокатами" и тогда, когда у доверителя имеется соглашение на участие в деле другого адвоката"42.
Давайте вспомним, что Федеральный закон от 25 декабря 2008 г. №273-ФЗ
"О противодействии коррупции" под коррупцией подразумевает также и "иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя". Таким образом, хотя адвокат и не является специальным субъектом многих коррупционных преступлений, но измена своей профессии, предательство интересов доверителя, из корыстных побуждений или по малодушию, в сущности, являются теми же проявлениями коррупции в широком смысле этого слова.
Такого рода коррупцию, когда адвокат прельщается соблазном заработать лёгкие деньги от дел "по назначению", но впоследствии вступает в сращивание с органами, производящими расследование, я хотел бы назвать "обратной коррупцией". Многие авторы (в том числе и те, кого цитировал я) исходят из того, что адвокат коррумпирует представителей власти, действуя от имени своего доверителя (а в уголовном кодексе РСФСР, как мы помним, имела место даже специальная статья "Посредничество во взяточничестве"). Однако на деле не всё так просто: нередко адвокат и сам становится "коррумпирован", то есть "куплен" теми возможностями, которые открывает перед ним работа "по назначению", за государственные деньги.
В дальнейшем же такие "карманные адвокаты", на мой взгляд, и составляют основную коррупционную когорту, хотя бы уже в силу своей беспринципности и тесным доверительным связям с чиновничеством. Отчасти с этим явлением я и связываю растущее число лиц, привлечённых к уголовной ответственности необоснованно (а нередко - и незаконно) (строка "привлечены необоснованно" таблицы №3).
Представленная мною картина будет неполной, если я не изложу следующие соображения. Неизбежна постановка вопроса: какие особенности законодательства, кроме тех, которые я уже изложил, способствуют формированию изложенной плачевной практики? На мой взгляд, в первую очередь, этому способствует то обстоятельство, что предоставление "бесплатного" адвоката в России не является средством социальной поддержки неимущих, хотя должно быть именно таковым.
Бесплатный адвокат предоставляется на практике вовсе не малоимущим, бедным гражданам, а просто всем, даже тем, кто вообще никакого адвоката и видеть не желает. А ведь по-хорошему, на мой взгляд, защитник, оплачиваемый государством, должен предоставляться только тем, кто не имеет средств на оплату своего представителя. Говоря обобщённо, когда нечто, являющееся, по сути, социальной помощью (как в нашем случае - бесплатная юридическая помощь), "распределяется" среди неопределённо широкого круга лиц, то становится ли такая социальная помощь от этого эффективнее? Конечно же, нет, от этого она не просто становится неэффективной, она от этого вообще перестаёт быть значимой социальной помощью. Адвокат же всякий раз понимает, что просто в тысячу первый раз едет по вызову следователя к человеку, который никакого адвоката не просил, просто подписать протокол следственного действия. Практически это означает следующее: адвокат вбегает - "где расписаться?", - лихорадочно расписывается и убегает.
Для меня очевидно, что для преодоления коррупционных тенденций сращивания адвокатуры с правоохранительными органами необходимо решить целый ряд вопросов, далёких от собственно коррупционной тематики. В первую очередь следует твёрдо придерживаться точки зрения, что "бесплатный" для доверителя адвокат - целевая помощь именно малоимущим, а не всем подряд, как желающим пользоваться помощью защитника, так и не желающим ею пользоваться. Остро назрела проблема разрешения вопроса, кто является малоимущим вообще и кто является малоимущим в смысле УПК РФ. А то ситуация "прикатилась" к тому, что атмосфера даже в конце 80-х - начале 90-х была куда здоровее: в те времена, если человеку не был нужен адвокат, он просто отказывался от него своим заявлением. Максимум - ему вызывали адвоката один раз, чтобы тот засвидетельствовал добровольность отказа, и всё.
Сейчас же "бесплатного" адвоката вызывают буквально ко всем подозреваемым, независимо от того, требовал он себе защитника или не требовал. На первый взгляд, это может показаться чем-то ужасно "позитивным" и "демократическим", но на деле это означает, что следствие получает возможность без ограничений навязывать подозреваемому или обвиняемому своих "карманных" адвокатов даже в том случае, когда у подследственного уже есть свой адвокат по соглашению. Существование подобного явления описывалось мною ранее, и было проиллюстрировано примером из практики. Возможно, это покажется парадоксальным, но предоставление гражданам возможности вообще отказываться от помощи защитника в настоящее время сильно оздоровило бы обстановку в сфере юридической помощи по уголовным делам.
Также следует понимать, что приведённые мною соображения приобрели особенную актуальность со вступлением в силу Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации
от 18 декабря 2001 г. №174-ФЗ. В указанном документе имеется статья 75, в соответствии с которой к недопустимым доказательствам относятся, в частности, показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.
Таким образом, органы обвинения сами заинтересованы в присутствии защитника с тем, чтобы подозреваемый или обвиняемый не имел возможности изменить показания в суде. С одной стороны, это может показаться целесообразным, но с другой стороны, какое всё это имеет отношение к защите прав человека? Адвокат низводится до положения всего-навсего "промокашки", которая призвана ни в коем случае не разоблачать нарушения следствия, а наоборот, прикрывать их.
Следует отметить, что подобного рода сращивание началось не вчера. Это началось при старом УПК РСФСР и происходило постепенно. Назначать адвокатов всем без разбора начали ещё в 90-е из соображений "закрепления (подтверждения) признательных показаний". Ссылка на присутствие адвоката непосредственно при допросе является стандартной уловкой следствия и гособвинения при заявлениях подсудимого на применение пыток. При этом стандартно же происходит подмена понятий - непосредственно при адвокате никто никого, конечно же, не бьёт, но ведь у недобросовестных сотрудников силовых структур достаточно времени как до прихода адвоката, так и после его ухода. Так что в принципе заинтересованность в "карманном адвокате" у "органов" здесь, в том числе, и такая. Таким образом, тема "доступной защиты для неимущих", которая стала такой модной в России в последнее время - это вовсе никакая не "малина", а напротив - это очень и очень ядовитая ягода. А защита прав человека таким способом превращается в свою полную противоположность путём самой вульгарной профанации.
В развитии описываемой ситуации можно выделить этапы: сначала человек мог просто отказаться от помощи адвоката с глазу на глаз со следователем, потом этот отказ стали оформлять только в присутствии адвоката. Ну, а потом уже началось назначение всех адвокатов - всем и непонятно для чего. Именно по этой причине (я ещё остановлюсь на этом дальше) я являюсь убеждённым противником как введения в России "муниципальной" адвокатуры "в американском стиле", так и вообще какого бы то ни было огосударствления адвокатуры под предлогом "юридической помощи малоимущим".
На деле (и для меня это совершенно очевидно), если не изменить сначала процессуальное законодательство, то "бесплатные", "государственные адвокаты" будут не предоставляться малоимущим, а навязываться всем подряд. Так произойдёт уже хотя бы потому, что не выработаны критерии, по которым гражданин признаётся малоимущим для получения бесплатной юридической помощи. Можно представить себе, какое впечатление производит на задержанного ситуация, при которой к нему подходит следователь в буквальном смысле "под ручку" с адвокатом. У человека неизбежно возникает впечатление надвигающейся на него непробиваемой стены. Нередко это так и есть. То, что из огосударствления российской адвокатуры не выйдет ничего хорошего, мне кажется, я теперь объяснил. Адвокат ни при каких обстоятельствах не должен быть камнем на шее своего тонущего доверителя, как бы этого ни хотелось большинству заинтересованных лиц.
Из всего сказанного мною выше вытекает, что эффект "обратной коррупции" чрезвычайно возрастает при повышении значения государственных денег в обороте юридических услуг. Чем больше денег государство бесконтрольно "вкладывает" в "юридическую помощь малоимущим", тем больший соблазн возникает для отдельных недобросовестных адвокатов воспользоваться открывшимися возможностями против общественной пользы, а для отдельных сотрудников силовых ведомств открывается возможность пользоваться своими распорядительными функциями по отношению к государственным деньгам для упрощения своих отношений с адвокатами.
Отдельно хотелось бы остановиться на мировом опыте. Причём следует отметить, что этот мировой опыт должен быть весьма специфический - юридическая помощь малоимущим должна быть организована так, чтобы при этом у адвокатов не возникало ни зависимости от тех или иных заинтересованных государственных структур ни поводов для коррупционного "сращивания" с ними.
Хороший пример дл размышлений даёт в своей работе И.Е. Боровик, адвокат Адвокатской палаты Московской области43. Автор отмечает, что "анализ законодательства зарубежных стран (на примере Японии) показывает, что оказание юридической помощи в предусмотренных законом случаях является обязанностью государства и реализуется адвокатами (ст. 34 Конституции Японии 1946 г.)".
Как следует из приведённой работы, конституция Японии гарантирует каждому право на получение квалифицированной юридической защиты, даже когда обвиняемый не может сам обратиться к помощи квалифицированного адвоката и защитника назначает государство. Адвокат по законодательству Японии в обязательном порядке предоставляется лицу на основании статей 34 и 37 Конституции, где закреплено, что никто не может быть задержан или подвергнут лишению свободы, если ему не будет немедленно предъявлено обвинение и предоставлено право обратиться к адвокату. Конституционная гарантия по предоставлению квалифицированной юридической помощи в законодательстве Японии получила свое дальнейшее развитие и закрепление не только в Законе о практикующих адвокатах 1949 г., но и в Законе от 2 июня 2004 г. "О всесторонней юридической поддержке".
Согласно Закону юридическая помощь адвоката назначается судом, председателями судов, судьями для защиты лиц, являющихся несовершеннолетними, потерпевшими, а также членам их семей (которые пострадали вследствие совершенного преступления; их супругам, родственникам по прямой линии в случае смерти либо причинения серьезного физического или нравственного страдания), ответчиками или подозреваемыми в совершении преступлений в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Японии для того, чтобы обеспечить им доступ к участию в судопроизводстве и полному использованию системы компенсаций за причиненный вред и поддержке пострадавших от преступлений и членов их семей.
Таким образом, законодательством Японии установлен чётко и однозначно определённый круг лиц, имеющих право на получение квалифицированной юридической помощи адвоката в качестве социальной поддержки.
В Японии возмещение затрат, связанных с оказанием юридической помощи, производится не за счет государства, но из средств самого адвокатского сообщества. Защита, будучи не только правом, но и конституционной обязанностью адвокатов (ст. 34 Конституции Японии 1946 г.) тем не менее не ставит адвокатуру в финансовую либо какую-то иную зависимость от государства. Напротив, адвокатура Японии неподконтрольна, независима и осуществляет свою деятельность на основе полной финансовой автономии. Источниками самофинансирования являются ежемесячные членские взносы - 5200 йен и добровольные пожертвования. Из этих средств корпорация и оплачивает труд адвокатов, участвующих в защите бесплатно, или оказывающих помощь малоимущим по гражданским, семейным делам. Японская Федерация ассоциаций адвокатов принимает поручение на ведение даже гражданского дела, если имеется перспектива выигрыша процесса.
Лично мне симпатичен японский подход к организации и, в особенности - независимое финансирование труда адвокатов, работающих "по назначению". Также очень хорошее впечатление оставляет и чёткая определённость категорий граждан, которые могут рассчитывать на оказание юридической помощи как социальную поддержку. К сожалению, Российская адвокатура вряд ли в обозримом будущем будет иметь достаточные собственные средства для финансирования юридической помощи малоимущим, поэтому вопрос о том, как избежать зависимости адвокатов от органов власти и их коррупционного сращивания с властью будет оставаться открытым ещё долгое время.
В качестве одного из способов обеспечения независимости адвокатуры некоторые специалисты рассматривают создание за счет государства специальных адвокатских образований, которые будут специализироваться на оказании бесплатной правовой помощи по типу офисов публичных защитников в Западной Европе и США44.
В США такие ведомства создаются местными органами власти - городским советом, муниципалитетом, мэрией, которые курируют деятельность ведомства, не вмешиваясь в его повседневную работу. Финансируемые из бюджета штата и/или муниципалитета публичные защитники могут получать и благотворительные пожертвования. Считается, что, несмотря на государственное финансирование, такие корпорации не зависят от властей.
Сотрудники ведомств публичных защитников получают заработную плату, набираются в обычном порядке из числа допущенных к практике адвокатов, пожелавших работать в таком ведомстве и прошедших проверку квалификационных комиссий, создаваемых учредившим ведомство органом власти. Деятельность адвокатов, работающих в этих ведомствах, оплачивается государством. Я предлагаю сейчас только обратить внимание на опыт США, а некоторые свои соображения по этому поводу я хотел бы изложить ниже, тем более что раньше я уже частично высказал своё мнение по поводу "муниципальной адвокатуры" в России.
Адвокат, магистр права, кандидат филологических наук А. Соболева в своей работе45 приводит примеры современных юридических практик, которые теоретически могли бы совместить финансирование правозащитной деятельности с её независимостью. Так, "для оказания юридической помощи по уголовным делам за счет бюджетных средств стали создаваться специальные юридические бюро - офисы публичных защитников (public defender), в которых работают члены коллегии адвокатов, получающие зарплату от государства и посвящающие сто процентов своего рабочего времени защите клиентов, которым защитник был предоставлен за счет казны. Из стран Восточной Европы наиболее последовательно пытается создавать институт публичной защиты Литва".
Рациональное зерно, которое я усматриваю в практике офисов публичных защитников, состоит в том, что их сотрудники, хотя их работа и финансируется государством, являются адвокатами в полном смысле этого слова. Я имею в виду, что для поступления на службу в качестве публичного защитника, следует сначала стать адвокатом, получить допуск к профессии. То есть профессиональное сообщество не утрачивает контроль над такими специалистами, что мне представляется весьма важным фактором. О том же речь идёт и в США: "общественными защитниками" могут стать только те юристы, которые уже допущены к юридической практике и являются адвокатами. Вообще, рассмотренные и изученные мною публикации по теме концентрируют внимание, прежде всего на ряде моментов, а именно:
1. Определение круга лиц, нуждающихся в защите их прав на льготной основе.
2. Определение круга дел, по которым юридическая помощь оказывается бесплатно или на льготной основе.
3. Обеспечение независимости юридической корпорации в условиях, когда её деятельность финансируется со стороны (а чаще всего - напрямую государством).
Российская Федерация выделяется на этом фоне тем, что здесь система правового информирования и бесплатной юридической помощи рассматривается не только как часть президентского пакета правовых реформ, но и как часть
антикоррупционных мер. Такова точка зрения экспертов, мнению которых я вполне доверяю46. Однако, на мой взгляд, именно в России делается очень существенная ошибка - власть делает ставку на создание государственных юридических бюро, которые будут находиться в полной зависимости и под контролем государства, но при этом никак не будут связаны с независимым профессиональным сообществом юристов. Такие юристы будут являться чиновниками в чистом виде, и не будут являться адвокатами, в чём и состоит коренное отличие российской идеи от практики, действующей в США.
Опасность такого подхода стала для меня в большей степени очевидна, когда я, уже заканчивая работу над этой статьёй, смог откровенно поговорить с одним моим коллегой, который рассказал мне о факте давления на него со стороны сотрудников одного из судов. Ситуация сложилась следующим образом: в одном из отдалённых районов Хабаровского края недостаточно адвокатов для рассмотрения всех поступающих в суд уголовных дел. Данная проблема решается путём вызова адвокатов "по назначению" из Хабаровска для рассмотрения отдельных дел, по которым не хватает местных адвокатов. Обычно проезд и проживание вызванных адвокатов оплачиваются из средств судебного департамента на основании сведений, которые подаёт районный суд. Приезд адвоката за счёт доверителя является крайне редким явлением в связи с бедностью населения этой местности.
Осенью 2010 года два хабаровских адвоката выехали для участия в рассмотрении уголовного дела. Ознакомившись с материалами, они выявили ряд процессуальных нарушений, препятствовавших дальнейшему продвижению процесса, о чём заявили судье. Следствием принципиальных действий адвокатов, в частности, могло стать освобождение из-под стражи одного из подсудимых. По заявлению адвокатов дело было возвращено органам расследования для устранения нарушений. Самим адвокатам было объявлено, что обратную дорогу им не оплатят, поскольку для этого не были своевременно выделены деньги. Их расходы, возможно, будут компенсироваться позже.
Такой способ финансового давления кажется наивным только на первый взгляд. Суть его состоит в том, что мало кто из адвокатов готов оплачивать дальний и дорогостоящий проезд за счёт личных средств, не имея при этом ровным счётом никаких надежд на заработок. В случае если это дело вновь поступит в суд (а закон допускает такую возможность), есть надежда, что приедут другие адвокаты, не склонные слишком пристально искать нарушения. В этом случае никаких проблем с финансированием их проезда и проживания в гостинице, конечно же, не будет.
Я поинтересовался другими возможными интерпретациями этой ситуации (возможно ли, что оплата обратного проезда действительно не была своевременно оформлена). Однако все коллеги, присутствовавшие при интервью, имели единое мнение - действия суда всеми однозначно интерпретировались как форма финансового давления. С одной стороны, это давление выглядит несколько наивным, но с другой стороны оно не становится от этого менее эффективным (участник интервью заявил, что вряд ли поедет в этот район работать когда-либо ещё).
Таким образом проявляет себя навязчивая апелляция к финансовой зависимости адвоката и как бы даже какое-то "обязательное требование" вступить в отношения, которые я назвал "обратной коррупцией". Мне кажется очевидным, что относительно независимая адвокатура, которая существует в России сейчас, в этом отношении подвергается значительно меньшей опасности, чем проектируемая государственная адвокатура. Государственная юридическая служба будет подвержена подобным формам давления (а возможно, что и другим формам давления, о которых мне пока что ничего не известно), а также различным формам сращивания с другими государственными органами, в значительно большей степени.
Заключение и рекомендации.
В заключение я хотел бы сказать, что безо всякого сомнения, я являюсь убеждённым сторонником упоминавшегося ранее Постановления Совета Адвокатской палаты Хабаровского края от 14 октября 2009 года "Об устранении нарушений законности при оказании квалифицированной юридической помощи населению на территории Хабаровского края и внесении изменений в порядок оказания юридической помощи по назначению дознавателя, следователя и суда в порядке ст. 50-51 УПК РФ и ст. 50 ГПК РФ".
Я считаю, что решение было принято абсолютно верное, но на сегодняшний день явно недостаточное. Проблема состоит в том, что не все необходимые действия находятся в ведении Адвокатской палаты (которая является всего-навсего добровольным некоммерческим объединением адвокатов, но никак не государственным органом). Палата поступила мудро, взяв под контроль вступление адвокатов в дела "по назначению", но оставив полную свободу для вступления адвокатов в дела по соглашению с доверителями. Таким образом был перекрыт один ходов, по которому отдельные коллеги уходили "в коррупцию", покрывая позором себя и профессию.
Из всей работы, проделанной мной, можно сделать следующие выводы: коррупция среди адвокатов охватывает не только непосредственно сферу совершения коррупционных преступлений, в гораздо большей степени она распространяется на иные случаи неправомерного использования адвокатом своих профессиональных возможностей против интересов общества и интересов доверителя. По форме коррупцию а адвокатской среде можно разделить на "прямую" (то есть активный подкуп государственных служащих) и "обратную" (ситуации, когда сам адвокат "продаётся" силовым структурам за государственные деньги, предназначенные для оплаты юридической помощи малоимущим).
Адвокатура Хабаровского края в относительно небольшой степени вовлечена в "прямую" коррупцию, которая вообще в судебных органах распространена значительно меньше, чем в органах исполнительной власти. Однако Хабаровская адвокатура очень сильно поражена "обратной" коррупцией.
У сложившейся ситуации есть свои системные причины: так, деятельность адвокатов "по назначению" продолжает финансироваться теми же органами, которые проводят расследование и которым адвокат иногда призван противостоять (если они допускают нарушения законности). Изменение этого порядка уже в руках только государства, Адвокатская палата здесь очень ограничена в возможностях. Она может только оперировать корпоративными правилами, но не более того.
Обратная коррупция в своём повседневном воплощении выглядит как формальное завышение объёма работы, выполненного адвокатом по уголовному делу по сравнению с тем объёмом работы, который он фактически выполнил. Такое завышение достигается как путём приписки в финансовые документы следственных действий и судебных заседаний, которых фактически не было, так и оплаты адвокату участия в делах, в которых он фактически не участвовал. Чаще всего повышение объёма такой адвокатской "псевдо-работы", подлежащей оплате, достигается предельным снижением качества помощи, предоставляемой адвокатом. Практически адвокат только имитирует участие в процессе путём проставления своих подписей на документах. Целью такого повышения государственных выплат адвокату является установление особых, доверительных отношений между государственными служащими и адвокатом, который получает "лёгкие деньги" по постановлениям чиновников.
В результате адвокат попадает в зависимость от тех сотрудников правоохранительных органов, которые "прикармливают" его своими постановлениями об оплате, и прекращает выполнять свою правозащитную функцию. Часто адвокат, находящийся в отношениях "обратной коррупции" с силовыми структурами, не просто бездействует, но и прямо вредит своему доверителю.
Если народ желает иметь хотя бы относительно здоровую адвокатуру, он должен требовать от власти, чтобы деятельность адвокатов, которые оказывают помощь малоимущим гражданам, финансировались независимым гражданским органом по абсолютно прозрачным и понятным схемам. Ну, а адвокатура должна быть, конечно же, впереди этого движения. Только в этом случае появляется надежда избежать позорного срастания адвокатуры с силовыми структурами государства.
Другим возможным решением вопроса могло бы стать специализированное, отдельное адвокатское формирование, сотрудники которого специализировались бы на работе "по назначению" и получали бы за это фиксированную зарплату. Однако после некоторых раздумий я пришёл к выводу, что такое решение выглядит гораздо менее привлекательным, чем кажется на первый взгляд. Во-первых, как отметил в своём интервью, данном журналу "Адвокат", президент международного Союза (Содружества) адвокатов Г.А. Воскресенский, "в ноябре 1918 года была предпринята попытка создания муниципальной адвокатуры в России - "коллегии обвинителей, защитников и представителей сторон в гражданском процессе". Члены коллегии признавались государственными служащими и получали должностной оклад. Адвокаты оказались полностью зависимыми от государства и суда, отпала материальная заинтересованность в активной защите граждан, возникла коррупция. Этот опыт подсказывает, что муниципальная адвокатура в России не сможет обеспечить квалифицированную и независимую помощь гражданам".
Во-вторых, в контексте моей работы (и по моему собственному глубокому убеждению) такое решение означало бы, в сущности, окончательную победу той самой "обратной коррупции" над здоровой частью адвокатского сообщества. Вся разница состояла бы в том, что адвокаты не "продавались" бы поодиночке, а были бы "куплены оптом" (что обычно бывает даже дешевле во всех смыслах этого слова). Существование "муниципальной адвокатуры" в США связано, прежде всего, со зрелостью и независимостью муниципальной власти, местного самоуправления, которые достаточно очевидны в этой стране. Однако в России до сих пор предпринимаются попытки сформировать так называемую "вертикаль власти".
По логике "вертикали власти" иногда даже звучат предложения о подчинении местных (муниципальных) властей вышестоящим государственным властям. Как следствие, говорить о формировании "муниципальной адвокатуры" можно будет только после формирования независимой и полноценной муниципальной власти, но никак не раньше этого.
Особенную тревогу вызывает то обстоятельство, что сторонники введения в России государственных офисов публичных защитников или так называемой "муниципальной адвокатуры" твёрдо настаивают на том, что работники подобных учреждений ни в коем случае не должны состоять в структурах адвокатуры, а должны быть государственными служащими в чистом виде. Иными словами, такие юристы не только будут финансироваться государством, но они ещё и выйдут из-под контроля профессионального сообщества (дисциплинарного, организационного контроля, и т.п.). Гражданский контроль будет неизбежно подменяться служебной дисциплиной, характерной для вертикально-интегрированной структуры.
Таким образом, сама идея "публичных защитников" в России пока что только выхолащивается до степени полной бессмысленности и в той форме, в какой она подаётся, она, скорее всего, непригодна даже для обсуждения. По совокупности этих соображений, а также учитывая доводы, которые я уже приводил ранее, я считаю себя противником формирования государственной или муниципальной правозащиты в России на современном этапе.
Вместе с тем, я продолжаю настаивать на необходимости изменения порядка финансирования деятельности по оказанию юридической помощи малоимущим, на передаче этой функции в руки независимого органа. Среди прочих положительных эффектов, такое действие обещает очень положительный антикоррупционный эффект, и уж, во всяком случае, оно обещает существенное противокоррупционное оздоровление адвокатуры.
Достижению этой же цели должно способствовать чёткое и понятное определение круга граждан, нуждающихся в социальной поддержке в сфере правосудия, и круга дел, по которым юридическая помощь оказывается бесплатно или на льготных условиях.
Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, как странно может выглядеть со стороны вся эта борьба вокруг дел "по назначению", то есть таких, по которым защита финансируется государством. Конечно же, такие дела ни в коем случае не должны становиться главным, единственным или желательным доходом для адвоката. Такие дела (по назначению) действительно вообще не должны рассматриваться как основной источник дохода, а в большей степени именно как служение обществу. Однако, до тех пор, пока большинство граждан будет пребывать в бедности и цинизме, то есть либо не иметь возможности оплатить своего защитника либо не верить в то, что через судебную процедуру можно чего-то добиться, так вот, пока что-то не изменится в этой области, перемены будут продвигаться очень медленно и тяжело. А работа по делам "по назначению" в то же самое время будет рассматриваться как средство лёгкого и совершенно безответственного заработка, пусть и с "нехорошим душком".
Статья опубликована в журнале "Адвокат" №8, август 2011 года
yourconsulting@rambler.ru
Константин Бубон
Таблицы и диаграммы:
Таблица №147 (диаграмма частот (в процентах) ответов предпринимателей на вопрос "К какой ветви власти относился этот орган?". Этот вопрос задавался тем респондентам, которые отвечали о подробностях своего последнего опыта коррупционного взаимодействия).
Таблица 1-А48 "Диаграмма долей, в которых делят общий объем коррупционного рынка три ветви власти"
Таблица №249 (частота ответов (в процентах) граждан на вопрос: "По чьей инициативе, по какой причине Вам пришлось давать взятку чиновнику?". На этот вопрос отвечали только те респонденты, которые ответили, что дали взятку в последней коррупционной ситуации, с которой они столкнулись).
№Варианты ответа200120051Чиновник заставил (намекнул, создал для этого ситуацию)17,425,12Мне было известно заранее, что здесь без взятки не обойтись57,254,23Чиновник не настаивал на взятке, но я решил, что так надежнее20,318,34Затрудняюсь ответить (или отказ)5,12,4
Таблица №2-А50 Характеристики общероссийского рынка бытовой коррупции в динамике
Характеристика коррупции20012005Охват коррупции (%)50,454,9Риск коррупции (%)25,735,0Спрос на коррупцию (готовность давать взятку, %)74,753,2Интенсивность коррупции (среднее число взяток в год для дающих взятки)1,190,882Средний размер взятки для дающих взятки (рубли)18172780Доля средней взятки в величине прожиточного минимума (на 2001 и 2004 гг. соответственно)1,211,17Среднегодовой взнос одного взяткодателя (рубли)21622452Годовой объем рынка бытовой коррупции (млрд. долл.)2,8253,014
Примечания к таблице № 2-А
Охват коррупции - доля граждан, попадавших хотя бы один раз в жизни в коррупционную ситуацию, независимо от исхода: дали они взятку в этой ситуации или нет.
Риск коррупции - доля случаев попадания в коррупционную ситуацию, когда гражданин сталкивается с государством в связи с той или иной своей проблемой. Риск коррупции может рассматриваться как индикатор интенсивности коррупционного давления власти на граждан. Спрос на коррупцию (готовность давать взятку) - доля случаев, когда средний гражданин дает взятку, оказавшись в коррупционной ситуации. Спрос на коррупцию может рассматриваться в качестве индикатора готовности граждан прибегнуть к коррупции как средству решения своих проблем или готовности поддаться коррупционному давлению со стороны чиновников.
Интенсивность коррупции - среднее число взяток в год, приходящихся на одного произвольного взяткодателя в этом году.
Средний размер взятки - средний размер взятки на одну произвольную коррупционную сделку в этом году.
Среднегодовой взнос - средние годовые затраты одного произвольного взяткодателя в данном году. Определяется как произведение интенсивности коррупции на среднюю взятку.
Годовой объем рынка - оценка (снизу) общего оборота коррупционного рынка, сумма всех взяток, выплачиваемых всеми взяткодателями в течение года.
Таблица №2-Б51 Частоты ответов (в процентах) граждан на вопрос: "Удалось ли Вам решить эту проблему без взятки, подарка или Вы отказались от попыток решить ее?". На этот вопрос отвечали только те респонденты, которые ответили, что не дали взятку в последней коррупционной ситуации, с которой они столкнулись.
Варианты ответа20012005Да, удалось49,868,3Нет, не удалось, я отказался от попыток решить ее45,131,7Отказ от ответа5,10 Таблица №3 (Характеристика судимости в России)52
20022003200420052006200720082009Выявлено лиц, совершивших преступления1 257 7001 236 7331 222 5041 297 1231 360 8601 317 5821 256 1991 219 789Привлечено лиц к уголовной ответственности *992 3021 016 2421 080 7331 246 6691 315 5462010 г.1 241 4941 170 821в том числе: привлечено необоснованно **17 59718 67127 49824 29628 40627 53131 60126 795дела которых возвращены прокурору (в порядке ст.237 УПК РФ)***48 84730 36841 45239 88535 21232 03625 26121 326Осуждено лиц, по приговорам, вступившим в законную силу859 318773 920793 918878 893909 921916 566914 541882 291из них: по делам, поступившим от органов следствия и дознания (без дел по составам част. Обвин.)835 936575 30224 284852 282881 067888 345882 645851 161из них: по составам частного обвинения23 38219 84623 58326 61128 85428 22131 89631 130из них: за особо тяжкие преступления82 35176 80653 55056 92257 32055 72154 63252 472из них: за тяжкие преступления391 676258 358239 068265 914267 505254 195227 994214 048из них: за преступления средней тяжести200 241247 138287 335301 995304 584310 845309 795290 854из них: за преступления небольшой тяжести185 050191 618213 965254 062280 512295 805322 120324 917 Таблица №4 (Осужденные по приговорам, вступившим в законную силу)53
ГодыВсего Прирост (снижение), в %к предыду-щему годук 1981г.к 1991г.к 2001г.19785575640,0 19795905385,9 19806455449,3 19816825065,70,0 19827478659,69,6 19838091478,218,6 19848631946,726,5 1985837310-3,022,7 1986797286-4,816,8 1987580074-27,2-15,0 1988427039-26,4-37,4 19894369882,3-36,0 199053764323,0-21,2 199159382310,4-13,00,0 199266139211,4-3,111,4 199379241019,816,133,4 199492475416,735,555,7 1995103580712,051,874,4 199611110977,362,887,1 19971013431-8,848,570,7 199810710515,756,980,4 1999122325514,279,2106,0 20001183631-3,273,499,3 200112442115,182,3109,50,02002859318-30,925,944,7-30,92003773920-9,913,430,3-37,820047939342,616,333,7-36,2200587889310,728,848,0-29,420069099213,533,353,2-26,920079165660,734,354,4-26,32008914541-0,234,054,0-26,52009882288-3,529,348,6-29,1 Таблица №5 (Осужденные по приговорам, вступившим в законную силу, по отдельным видам преступлений)54
Число осужденныхУдельный вес в общем числе осужденных, в процентах20032004200520062007200820092003200420052006200720082009Всего осуждено773 920793 918878 893909 921916 566914 541882 291100,0100,0100,0100,0100,0100,0100,0В том числе за:
убийство и покушение на убийство19 73720 16520 25718 15316 27514 65313 4992,62,52,32,01,81,61,5умышленное причинение тяжкого вреда здоровью39 19342 43342 99540 53337 84236 35535 8675,15,34,94,54,14,04,1изнасилование и покушение на изнасилование5 7816 7076 5626 9126 3125 2374 4280,70,80,70,80,70,60,5Хулиганство35 3027 4485 6335 1203 8952 9552 3054,60,90,60,60,40,30,3незаконные действия с оружием, боеприпасами, взрывчатыми веществами и взрывными устройствами 17 3268 7309 4778 8278 4338 0038 2702,21,11,11,00,90,90,9Разбой24 35725 40827 99527 79525 65121 24919 2523,13,23,23,12,82,32,2Грабеж58 29568 96382 42086 12281 07073 40968 6947,58,79,49,58,88,07,8вымогательство4 3415 1155 8025 8905 3504 2603 8320,60,60,70,60,60,50,4Кража247 368289 828314 545296 814294 971298 135263 25432,036,535,832,632,232,629,8мошенничество11 45216 70126 41133 68936 80135 49431 7921,52,13,03,74,03,93,6присвоение или растрата10 04711 03111 94011 70711 98310 94510 6071,31,41,41,31,31,21,2взяточничество2 23229303 6094 2294 8695 3395 3880,30,20,40,50,50,60,6преступления, связанные с наркотическими средствами или психотропными веществами84 41559 43363 08978 36491 565101 780107 07610,97,57,28,610,011,112,1 Таблица №5-А55 (Осужденные за взяточничество)
Число осужденныхУдельный вес в общем числе
осужденных, в процентах20032004200520062007200820092003200420052006200720082009Всего22322 93036094 2294 8695 3395 388100,0100,0100,0100,0100,0100,0100,0из них:
за получение взятки958121113741 4721 5971 5761 77642,941,338,134,832,829,533,0в том числе совершенное:
без отягчающих обстоятельств724107612691 3391 4451 4471 62932,436,735,231,729,727,130,2из них:
к лишению свободы561041591632013253322,53,54,43,94,16,16,2условно и с отсрочкой исполнения приговора5818709881 0501 1129811 11026,029,727,424,822,818,420,6к другим мерам84931151251271391873,83,23,23,02,62,63,5при отягчающих обстоятельствах23413510513315212914710,54,62,93,13,12,42,7из них:
к лишению свободы90677390108921054,02,32,02,12,21,71,9к другим мерам1446832434437426,52,30,91,00,90,70,8за дачу взятки1274171922352 7573 2723 7633 61257,158,761,965,267,270,567,0из них:
к лишению свободы591071752192794313322,63,74,85,25,78,16,2к другим мерам1205159520562 4802 9853 3223 27954,054,457,058,661,362,260,9 Таблица №656 Данные из отчета о работе (городских) районных судов первой инстанции по рассмотрению уголовных дел
Виды преступленийСтатья УК РФ
Оста-ток неоконченных дел на начало отчет-ного периода
Поступило дел в отчет-ном периоде
Рассмотрено по существуПереданоВсего окончено
из графы 8 с нарушением сроков, установленных ст.227, 233, 321 УПК РФ
Остаток неоконченных дел па конец отчетного периода
Число лиц по оконченным делам граф 3-6)Выне-сено частных определений
(поста-новлений)
Из гр.З особый
порядок судебного разбирательства
Осуждено
Оправдано
ПрекращеноПринудительные меры к невменяемым
Bвозвращено
прокурору
для устранения недостатков и порядке ст.237 4.2 УПК РФ
С вынесением
приговораС прекращением делаС применением принудительных мер к невменяемымВозвращено прокурору
для
устранения недостатков
в порядке ст.237 ч.2 УПК РФ*По подсудности или подве-домст-венностнпо реабилитирующим основа-ннямпо другим основа-ниям2003АБ123456789101212131415161718
Получение или дача взятки290. 29131272012122370020100
Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного285-289. 292. 293'18502516010. 05191731321401612
Преступ. против лиц, осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей294-298,317-
3212399382911111901532432031116122004Получение или дача взятки290. 29133116104223111151010303
Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления285-289. 292. 2931765251401625782530301402411
Преступления против лиц. осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти294-298.317-3213212762382122113513246701392121102005
Получение или дача взятки290. 29111442741131465931105114010Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления285-289. 292. 29325106419026783154851619031211
Преступления против лиц. осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти294-298.317-32124115603021331081431691036220323
Виды преступленийСтатья УК РФ
Остаток неоконченных дел на начало отчетного периода
Поступило дел в
отчетном периоде
Рассмотрено по существуПереданоВсего
окончено
из графы 8 с нарушением
сроков, установленных
ст.227, 233, 321 УПК РФ
Остаток неоконченных дел на конец отчетного периода
Число лиц, по
поступившим делам (из гр.2)
Число лиц по оконченным делам (из граф 3-6)Вынесено частных
постановлений (определений)
Особый порядок судебного разбирательства (из гр. 3)
осуждено
оправдано
прекращенопринудительные меры к невменяемым
возвращено прокурору для устранении недостатков в порядке ч.2 ст.237 УПК РФ
с вынесением
приговорас прекращением делас применением принудительных мер к невменяемымвозвращено прокурору для устранения недостатков в порядке ч.2 ст.237 УПК РФ*по подсудности или подведомственностипо реабилитирующим основаниямпо другим основаниям
АБ123456789101112131415161718192006Получение или дача взятки290,291930183082313829161040804
Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления285-289, 292. 293481065618033511220421474221223039611
Преступления против лиц, осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти294-298,317-
321312311137311519221284125411600771221542007Получение взятки2907251340312111125131050304
Дача взятки291I157105013131691010413
Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления285-289. 292.29342564280251760227442112903425
Преступления против лиц, осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти294-298. 317-32!4116191600111117382919310401658150362008Получение взятки2901111130050180414140000202
Дача взятки2913161510201801181610102010Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления285-289.
292. 2932236264013245013583261602106Преступления против лиц, осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти294-298. 317-32129143100312517155117165110143425056
Виды преступлений
Статья УК РФ
Остаток неоконченных дел на начало отчетного периода
Поступило дел в
отчетном периоде
Рассмотрено по существуПереданоВсего
окончено
из графы 8 с нарушением
сроков, установленных
ст.227, 233, 321 УПК РФ
Остаток неоконченных дел на конец отчетного периода
Число лиц, по
поступившим делам (из гр.2)
Число лиц по оконченным делам (из граф 3-6)Вынесено частных
постановлений (определений)
Особый порядок судебного разбирательства (из гр. 3)
осуждено
оправдано
прекращенопринудительные меры к невменяемым
возвращено прокурору для устранении недостатков в порядке ч.2 ст.237 УПК РФ
с вынесением
приговорас прекращением делас применением принудительных мер к невменяемымвозвращено прокурору для устранения недостатков в порядке ч.2 ст.237 УПК РФ*по подсудности или подведомственностипо реабилитирующим основаниямпо другим основаниям
АБ12345678910111213141516171819
2009Получение взятки2904251400111601326160000216
Дача взятки2911242400002401272310000013
Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления285-289, 292, 2931348308012050011583370801307
Преступления против лиц. осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти294-298, 317-32117150105160881370301611150015080576 мес. 2010Получение взятки290139150020170510130010204
Дача взятки291112700007161390000015
Другие преступления против интересов службы в органах власти и местного самоуправления285-289, 292, 293113218404026017401701306010
Преступления против лиц. осуществляющих правосудие и предварительное расследование, других представителей власти294-298, 317-32130654914013673287050002001027
Список используемой литературы:
Законы, иные нормативные акты Российской Федерации:
Конституция Российской Федерации
Федеральный закон от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".
Федеральный закон №273-ФЗ "О противодействии коррупции"
Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г.
Уголовный кодекс РФ от 1996 года
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации
от 18 декабря 2001 г. №174-ФЗ
Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14 ноября 2002 г. N 138-ФЗ
Постановление Правительства РФ от 4 июля 2003 г. №400 "О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда".
Приказ Минюста РФ и Минфина РФ от 15 октября 2007 г. №199/87н "Об утверждении Порядка расчета оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, в зависимости от сложности уголовного дела".
Постановление Правительства РФ от 22 июля 2008 г. №555 "Об индексации размера оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, и размера выплат при оказании адвокатами юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами"
Кодекс профессиональной этики адвоката (принят первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г.)
Законы, иные нормативные акты других стран, акты международного права:
Конституции Японии 1946 г.
Закон о практикующих адвокатах 1949 г., Япония
Закон от 2 июня 2004 г. "О всесторонней юридической поддержке", Япония
Конвенция о защите прав человека и основных свобод
(Рим, 4 ноября 1950 г.)
Статьи, монографии, учебные пособия:
Ю.П. Гармаев "Незаконная деятельность адвокатов в уголовном судопроизводстве", учебник
Макаров О.В. Организационные и правовые проблемы становления адвокатуры в российском обществе \\ "Адвокат" №1, январь 2005 года с.20
Ю.П. Гармаев, "Мошенничество со стороны недобросовестных адвокатов"//"Адвокат", №1, январь 2004 г.
Р. Мельниченко, "Антиадвокатская логика"//"Новая адвокатская газета", №2, январь 2010 г.
К.А. Кадолко, "Кто развеет тень беззакония, или о некоторых вопросах
криминологической функции судебной власти"// "Российская юстиция", №8, август 2006 г.
И.Е. Боровик, Гарантии предоставления юридической помощи малоимущим (анализ законодательства Японии и России)/ "Адвокат", №1, январь 2010 г.
Л. Ляшенко, К вопросу об оказании адвокатом бесплатной юридической помощи/"Право и жизнь", №12, декабрь 2009 г.
А. Соболева, Бесплатная юридическая помощь: российская практика и стандарты Совета Европы//"Российская юстиция", №5, май 2003 г.
К.В. Бубон, Адвокат и коррупция//"Адвокат", №6, июнь 2006 г.
Вестники Адвокатской палаты Хабаровского края, выпуски с №2 по №8, Хабаровск, 2003 - 2008 год
Вестник Адвокатской палаты Хабаровского края №13, 2010 год
Социология, учебник под общей редакцией В.Э. Бойкова, Издательство РАГС, М. 2004.
Интернет - ресурсы:
Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации (Основные статистические показатели состояния судимости в России за 2003-2009 годы в разделе Судебного департамента в межведомственном статистическом сборнике "Преступность и правонарушения", ГИАЦ МВД России) http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
Официальный сайт Управления Судебного департамента по Хабаровскому краю http://usd.hbr.sudrf.ru/index.php
Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ www.anti-corr.ru, http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
Ольга Шепелева Права человека: Право на помощь юриста/ "Ведомости", Интернет-ресурс, 23.07.2010
http://www.newsru.com/russia/12nov2010/corrupindem.html
1 Статья 2 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".
2 Имеются в виду ограничения и запреты, которые могут быть связаны, например, с наличием судимости.
3 ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".
4 Там же.
5 Макаров О.В. Организационные и правовые проблемы становления адвокатуры в российском обществе \\ "Адвокат" №1, январь 2005 года с.20
6 Принят первым Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г.
7 Социология, учебник под общей редакцией В.Э. Бойкова, Издательство РАГС, М. 2004. с. 421-469
8 Там же.
9 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ www.anti-corr.ru, http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
10 Результаты этого исследования размещены в свободном доступе на антикоррупционном сайте Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
11 Там же.
12 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
13 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
14 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
15 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
16 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
17 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
18 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
19 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
20 Приложение к письму Управления Судебного департамента в Хабаровском крае К.В. Бубону №6600 от 22.10.2010 года "О предоставлении информации"
21 Там же
22 http://www.kommersant.ru/Doc-rss/1517895
23 http://www.gazeta.ru/social/2011/04/28/3597689.shtml
24 Ю.П. Гармаев, "Мошенничество со стороны недобросовестных адвокатов"//"Адвокат", №1, январь 2004 г. с.53-56
25 Р. Мельниченко, "Антиадвокатская логика"//"Новая адвокатская газета", №2, январь 2010 г. с.3
26 К.А. Кадолко, "Кто развеет тень беззакония, или о некоторых вопросах
криминологической функции судебной власти"// "Российская юстиция", №8, август 2006 г. с.24-27
27 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
28 Вообще, я до сих пор переживаю сильнейшее недоумение, когда перечитываю эту горькую жалобу на то, что из суда сделали орган судебной власти.
29 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
30 http://www.newsru.com/russia/12nov2010/corrupindem.html
31 Автор не имеет возможности назвать какие-либо фамилии по соображениям этического характера.
32 Телепередача "Дажурная часть", "Первый краевой канал", Хабаровский край, 20 марта 2010 г.
33 Обзор дисциплинарной практики, Вестник Адвокатской палаты Хабаровского края, выпуск 4, 2006 год с.25
34 Имеются в виду определения об оплате - документы, которые выносит судья по факту участия адвоката в деле "по назначению" в этих документах судья мотивирует размер оплаты адвоката "по назначению" за счёт государства.
35 Обзор дисциплинарной практики, Вестник Адвокатской палаты Хабаровского края, выпуск 7, 2008 год, с.54
36 Защитник "по назначению" - адвокат, предоставляемый государственным органом подозреваемому, обвиняемому или подсудимому в случае, если тот не в состоянии нанять собственного защитника.
37 Постановление Правительства РФ от 4 июля 2003 г. N 400 "О размере оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда".
38 Приказ Минюста РФ и Минфина РФ от 15 октября 2007 г. N 199/87н "Об утверждении Порядка расчета оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, в зависимости от сложности уголовного дела".
39 Постановление Правительства РФ от 22 июля 2008 г. N 555 "Об индексации размера оплаты труда адвоката, участвующего в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия или суда, и размера выплат при оказании адвокатами юридической помощи военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, по вопросам, связанным с прохождением военной службы, а также по иным основаниям, установленным федеральными законами"
40 Дисциплинарная практика, Вестник Адвокатской палаты Хабаровского края, выпуск №8, Хабаровск, 2008, с. 22-25
41 Вестник Адвокатской палаты Хабаровского края, выпуск №13, Хабаровск, 2010, с. 8-13
42 Там же, с. 9
43 И.Е. Боровик, Гарантии предоставления юридической помощи малоимущим (анализ законодательства Японии и России)/ "Адвокат", №1, январь 2010 г. с. 39-42
44 Л. Ляшенко, К вопросу об оказании адвокатом бесплатной юридической помощи/"Право и жизнь", №12, декабрь 2009 г. с. 21
45 А. Соболева, Бесплатная юридическая помощь: российская практика и стандарты Совета Европы/"Российская юстиция", №5, май 2003 г. с.34
46 Ольга Шепелева Права человека: Право на помощь юриста/ "Ведомости", Интернет-ресурс, 23.07.2010
47 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
48 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
49 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
50 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
51 Антикоррупционный сайт Фонда ИНДЕМ http://www.anti-corr.ru/indem/2005diagnost/2005diag_press.doc
52 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
53 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
54 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
55 Данные Судебного Департамента при Верховном Суде Российской Федерации. http://cdep.sudrf.ru/userimages/S_dlya_GIATs_MVD_P09-P12_2010.xls
56 Приложение к письму Управления Судебного департамента в Хабаровском крае К.В. Бубону №6600 от 22.10.2010 года "О предоставлении информации"
---------------
------------------------------------------------------------
---------------
------------------------------------------------------------
1
Бубон К.В. Степень и формы вовлечённости адвокатуры в коррупционную преступность на территории Хабаровского края
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа