close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

От КВ Бубона уголовная ответственность за нарушения в области безопасности труда

код для вставкиСкачать
АННОТАЦИЯ: Статья адвоката коллегии «Форум» (г. Хабаровск) К.В. Бубон — посвящена актуальным, а также вероятным проблемам, которые возникают или могут возникнуть в практике применения статьи 143 УК РФ. В работе обращается внимание на вопросы определ
АННОТАЦИЯ: Статья адвоката коллегии "Форум" (г. Хабаровск) К.В. Бубон - посвящена актуальным, а также вероятным проблемам, которые возникают или могут возникнуть в практике применения статьи 143 УК РФ. В работе обращается внимание на вопросы определения субъекта ответственности по данной статье УК РФ, а также на её место среди прочих норм права, призванных гарантировать справедливые и безопасные условия труда.
Ключевые слова: Охрана труда, безопасность труда, техника безопасности, обязанности работодателя в области охраны труда, ответственность работодателя в области охраны труда, обязанности работодателя при несчастном случае, уголовное право;
Уголовная ответственность за нарушения
в области безопасности труда
Аварии и различного рода техногенные катастрофы стали в последние десятилетия сущим бедствием как для России так и для стран ближнего и дальнего зарубежья. Глядя на длинный перечень этих трагических событий глазами юриста, невольно задумываешься о правовом "срезе" происходящего, о том, каким образом наше законодательство реагирует на подобного рода юридические факты, какие правовые последствия влекут они за собой, начиная, прежде всего, с несчастных случаев на производстве.
В уголовно-правовой сфере находится, на самом деле, не так много правовых инструментов, позволяющих государству более или менее адекватно реагировать на подобные ситуации. Одним из них является ст. 143 УК РФ, предусматривающая ответственность за нарушение правил техники безопасности или иных правил охраны труда, повлекшее тяжкие последствия.
Из практической деятельности правоохранительных органов становится очевидно, что данная статья уголовного кодекса (дела этой категории относятся к подследственности прокуратуры) применяется гораздо реже, чем могла бы, принимая во внимание достаточно высокий травматизм на производстве. Не удалось также обнаружить по данному поводу что-либо вразумительное и в периодической печати. На основании этого я делаю вывод, что эта статья относится к разряду малораспространённых, возбуждаемых и расследуемых редко и неохотно, а в суд почти не поступающих; то есть близка к тем юридическим составам, которые принято называть "мёртвыми статьями УК РФ". Тем не менее, травм и смертей, связанных с техническими причинами, на предприятиях было и остаётся достаточно много.
Причинам сложившейся ситуации, а также юридическим особенностям ст. 143 УК РФ я и посвящаю данную работу. В этой статье автор намерен строить рассуждения на примере уголовного дела из собственной практики, которое показалось наиболее типическим и отражающим как свойства состава ст. 143 УК РФ, так и состояние общественных отношений, в сфере которых данной статье УК РФ предстоит "работать". Начну свои рассуждения с изложения фабулы этого дела.
Итак, 20 февраля 2000 года в одно из МУП (Муниципальное унитарное предприятие коммунального хозяйства) г. Хабаровска поступило сообщение об отсутствии отопления в одном из жилых домов на обслуживаемой территории. На место выехала ремонтная бригада в составе мастера Н. и рабочих К. и З. Осмотрев здание и прилегающую площадь, указанные лица не обнаружили каких - либо повреждений. Повреждена оказалась труба, находящаяся примерно в ста метрах от дома, недалеко от технического колодца. Из повреждения фонтанировал крутой кипяток.
Подойдя к колодцу, Н и К приняли решение перекрыть поступление воды, для чего необходимо было спуститься в колодец. Визуально было видно, что внутри также стоит вода, но её температура не была никем проверена. Н поручил К перекрыть вентиль, а сам страховал его снаружи, удерживая на канате за страховочный пояс. К поскользнулся и упал в воду, оказавшуюся кипятком. Несмотря на медицинскую помощь, К через некоторое время скончался в больнице от обширных ожогов кожи.
В процессе расследования уголовного дела, возбужденного по данному факту, прокуратура установила, что повреждение, локализовать которое пытались Н, К и З, не находится на территории, обслуживаемой данным МУП. Более того, злосчастная труба официально никому не принадлежит - ни предприятиям коммунального хозяйства города, ни теплосетям. По крайней мере, установить её принадлежность органы расследования сочли невозможным.
Кроме того, следствием была изъята на предприятии документация о деятельности главного подозреваемого по делу - Н, а именно приказ о приёме на работу и функциональные обязанности, ни один из данных документов ему под подписку, как оказалось, не объявлялся.
К материалам дела было приобщено заключение Службы охраны труда, составленное по факту несчастного случая на производстве, согласно которому к нарушениям правил техники безопасности отнесены: 1. Отсутствие у потерпевшего резиновых сапог (вместо них были кирзовые). 2. Отсутствие у потерпевшего брезентовой спецодежды. 3. Отсутствие надлежащего инструктажа, и всё.
Я столь скрупулёзно привёл все подробности данного дела для того, чтобы теперь показать, какие именно проблемы встанут перед следствием, буде оно попытается применять статью 143 УК РФ.
Итак, объективной стороной состава преступления, предусмотренного ст. 143 УК РФ является нарушение правил охраны труда (правил техники безопасности), выражающееся в форме действия либо бездействия. Другими словами, нарушить установленные нормы можно как активно (например, поручив работнику выполнять операции, сопряжённые с риском для жизни и здоровья, в необорудованном месте либо негодными инструментами), так и пассивно (например, не приняв меры к ограждению вращающихся частей станка защитными кожухами или не выдав работнику соответствующих защитных средств).
В приведённом мною примере усматриваются элементы активных действий лица, руководившего работами, которые могли выразиться, например, в том, что он поручил сотруднику выполнение задания, не проверив предварительно условия, в которых тому предстоит действовать, не определив степень возможной опасности. Служба охраны труда придерживается, правда, несколько иного мнения по этому поводу, но об этом мы ещё скажем ниже.
Другим обязательным элементом объективной стороны состава ст. 143 УК РФ являются последствия в виде причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью (часть первая ст. 143 УК РФ) либо его смерть (квалифицирующий признак части второй ст. 143 УК РФ). Причинение материального, морального или иного вреда, а также причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего не образует состава ст. 143 УК РФ. Приведённый пример, как мы видим, на момент возбуждения уголовного дела уже образовывал признаки состава преступления, предусмотренного частью 2 ст. 143 УК РФ.
Следует отметить, что потерпевшим по делам данной категории не обязательно должен являться сотрудник предприятия, подчинённый обвиняемого. От несчастного случая может пострадать постороннее лицо, и такой факт также будет образовывать состав ст. 143 УК РФ.
Одним из важнейших элементов объективной стороны состава преступления является причинная связь между деянием (в форме действия или бездействия) и наступившими последствиями. Согласно Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 1991 года №1 "О судебной практике по делам о нарушении правил охраны труда и безопасности горных, строительных и иных работ", при рассмотрении каждого дела о нарушении правил охраны труда и безопасности работ особое значение приобретает как раз тщательное и всестороннее исследование причинной связи между имевшими место нарушениями и наступившими вредными последствиями, что и должно быть обосновано в приговоре.
Кроме того, в нём суд обязан сослаться на конкретные пункты действующих правил охраны труда, нарушение которых повлекло указанные в законе последствия. "Примеряя" эту позицию Верховного Суда к приведённой выше ситуации, мы натолкнёмся на вывод, что заключение службы охраны труда, приобщённое к уголовному делу, явно нарушает хрупкую материю непосредственной прямой причинной связи. Резиновые сапоги и брезентовая спецодежда, а также своевременный надлежащий инструктаж не могли бы в данной ситуации спасти жизнь потерпевшему, а отсутствие этих вещей, следовательно, не является причиной наступивших общественно опасных последствий.
Следствие, всё же, вынуждено ориентироваться именно на заключение данной Службы как на наиболее авторитетное в сложившихся обстоятельствах. Однако ни Служба охраны труда, ни следствие не способны обнаружить в законе прямых указаний на то, в чём же выразились нарушения в данном конкретном случае. Исследуя Основы законодательства Российской Федерации об охране труда от 6 августа 1993 года, на которые ссылается в своём заключении Служба охраны труда, я обнаружил только два пункта ("д" и "е") статьи девятой Основ, которые могут иметь отношение к делу. Согласно этим пунктам работодатель обязан обеспечить выдачу специальной одежды, обуви и средств защиты и эффективный контроль за воздействием опасных производственных факторов.
Только для построения обвинения, на мой взгляд, таких широких формулировок, как в Основах, недостаточно. Ведь для постановки обвинительного приговора в суде прокуратуре необходимо прямо и конкретно указать, что и по каким нормам не было выдано работнику, в соответствии с каким именно нормативным документом эти вещи должны выдаваться при данном роде работ. Кроме того, необходимо доказать, какие контрольные действия руководителем работ не были выполнены перед их началом, в соответствии с каким правовым актом руководитель был обязан их произвести при данных конкретных работах.
Ведь для того, чтобы привлечь человека к уголовной ответственности за нарушение каких - либо правил, сами эти правила должны быть формализованы в виде нормативного акта. Разобраться в сложном хитросплетении различных приказов и инструкций, касающихся охраны труда, само по себе непросто, а тут примешивается ещё туманный термин "работодатель", который добавляет проблем с определением субъекта данного преступления. Об этом выскажемся несколько ниже, когда будем говорить о субъекте этого состава.
Поскольку диспозиция статьи 143 УК РФ является ярким примером бланкетной диспозиции, сам состав этой правовой нормы становится в прямую зависимость от состояния той подотрасли права, ссылка на которую присутствует в законе. Я осмелюсь оценить нормотворчество в области технической охраны и безопасности труда как путаное, непоследовательное и сплошь изъеденное зияющими пробелами. В силу этого значительно осложняется применение исследуемой статьи УК РФ. В используемом примере эта сложность проявляется в неопределённости, что конкретно было нарушено, выражаясь в статьях и пунктах хоть какого-нибудь нормативного акта.
Следующими важными элементами объективной стороны состава преступления, на которые автор планирует здесь обратить внимание, являются время и место совершения преступления. Поскольку многие профессии, как это видно, в частности, из приведённого примера, подразумевают работу в разных местах, имеются основания порассуждать, какую влияние оказывает место действия на юридическую квалификацию. По глубочайшему убеждению автора, состав преступления, предусмотренного ст. 143 УК РФ действительно зависит от места, на котором произошёл несчастный случай.
Ответственность лица, привлекаемого по данной статье может распространяться только на инциденты, произошедшие на территории предприятия либо на той территории, которая данным предприятием обслуживается, или где сотрудники обязаны были производить работы в силу закона, договора либо согласно территориального, административного деления, принятого в силу специфики деятельности организации. Из приведённой ситуации, например, видно, что потерпевший получил травмы не на той территории, на которую распространялась ответственность предприятия, сотрудником которого он являлся. Исходя из этого можно сделать вывод, что в данной ситуации Н не выступал как руководитель и не имел реальной возможности обеспечить выполнение техники безопасности на чужом участке работы.
То же самое можно сказать и в отношение времени, в которое имел место несчастный случай. По моему мнению, о наличии состава преступления, предусмотренного ст. 143 УК РФ может свидетельствовать, в частности, то обстоятельство, что потерпевший получил травмы в рабочее время. Для того чтобы проиллюстрировать это утверждение, могу привести следующий пример:
Предприятие, деятельность которого связана с выездом бригад за пределы города на срок в несколько дней, организовало площадку для работ, оборудованную домиком - "бытовкой". В то время, когда все работники покинули производственную территорию и отправились домой на выходные, один из них, по договорённости с остальными, не ставя в известность руководство, самовольно остался. Во время выходных, на этой территории возник пожар, в котором оставшийся и погиб.
В данной ситуации отсутствуют признаки ст. 143 УК РФ по целому ряду причин, среди которых, в частности, то, что работник оставался на месте самовольно, и то, что несчастный случай с ним произошёл в нерабочее время, то есть не при исполнении им своих обязанностей. Привлечь кого - либо к уголовной ответственности в этом случае вряд ли возможно, даже если будет установлено, что гибель рабочего произошла по технологическим, а не бытовым причинам.
Объектом данного преступления являются право граждан на обеспечение условий труда, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, а также жизнь и здоровье человека.
Субъективная сторона данного состава характеризуется неосторожностью в форме небрежности или легкомыслия.
Наиболее проблематичным для юридического анализа представляется такой элемент состава данного преступления, как субъект. В соответствии с действующим в настоящее время постановлением Пленума Верховного суда РФ от 23 апреля 1991 года № 1 "О судебной практике по делам о нарушении правил охраны труда и безопасности горных, строительных и иных работ" ответственность по ст. 143 УК РФ могут нести должностные лица, на которых в силу их служебного положения или по специальному распоряжению непосредственно возложена обязанность обеспечивать соблюдение правил охраны труда на определённом участке работ, а также руководители предприятий и организаций, их заместители, главные инженеры, главные специалисты предприятий, если они не приняли мер к устранению заведомо известного им нарушения правил охраны труда либо дали указания, противоречащие этим правилам.
Формулировки данного постановления на первый взгляд кажутся вполне прозрачными и определёнными, но на практике определить в достаточно разветвлённой организации, кто должен нести ответственность за тот или иной инцидент, не всегда представляется возможным по целому ряду причин.
Во - первых, следует обратить внимание на то, что ответственность по ст. 143 УК РФ могут нести руководящие работники негосударственных, частных предприятий, организаций, не являющиеся должностными лицами.
Во - вторых, коль скоро мы уже ведём речь о лицах, на которых возложена определённая обязанность, то мы должны по каждому конкретному делу проверять, соблюдена ли на данном предприятии надлежащая процедура закрепления обязанностей по охране труда за каким - либо работником. Если уж на кого - то и возлагаются обязанности, за несоблюдение которых возможна уголовная ответственность, то это должно быть оформлено приказом руководства, который в обязательном порядке объявляется лицу под подписку. Либо пункт о принятии человеком таких обязанностей должен быть предусмотрен трудовым договором (контрактом) либо иным специальным соглашением. В противном случае открывается широчайший простор для злоупотреблений, когда в каждой конкретной ситуации будет не установлен тот, кто ответственен за произошедшее, а произвольно избран "крайний".
Иначе говоря, субъект ст. 143 УК РФ - специальный, это лицо, которому под роспись объявлен приказ о закреплении за ним обязанностей по контролю за соблюдением правил техники безопасности и обеспечению соответствующих условий труда, либо таковые обязанности закреплены за ним в силу трудового договора или специального соглашения.
Однако, как хорошо видно из первого примера, надлежащий порядок закрепления обязанностей на практике в организациях и на предприятиях не соблюдается, видимо, в силу старинного принципа "пока гром не грянет"...
Из этого вытекает, что правовая конструкция ст. 143 УК РФ поставлена в зависимость не только от качества законодательства по охране труда, но от добросовестности многочисленных государственных чиновников и руководителей предприятий, на что не стоит очень уж полагаться.
Возможно, в самом кодексе следует точнее определить субъект этой статьи, как лицо, осуществляющее непосредственное руководство работами. Даже в любом ином случае, какой бы субъект не был избран законодателем, его правовая дефиниция должна быть достаточно чёткой, а не ставиться в подчинённое положение по отношению к сословию руководителей мельчайшего ранга. Так или иначе, формулировка статьи 143 УК РФ, действующая на момент окончания этой статьи, возлагает на следствие обязанность выявления лица, несущего ответственность за данный конкретный инцидент. При этом успешность этой деятельности, хотим мы этого или нет, в значительной степени зависит от добросовестности самого руководства предприятия в сфере документального возложения обязанностей по технике безопасности на одного из работников (обычно - работников руководящего "эшелона").
Примером того, как туманно могут быть сформулированы вопросы, связанные с субъектом состава преступления, предусмотренного статьёй 143 УК РФ, могут служить некоторые пункты "Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации водопроводно-канализационного хозяйства", утверждённых постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 16 августа 2002 г. №61. Так, в соответствии с пунктом 1.1.4. этого нормативного акта "в организациях должен осуществляться контроль за соблюдением настоящих Правил, требований инструкций по охране труда, разрабатываемых в соответствии с Правилами. Ответственность за состояние охраны труда в организации несет работодатель".
Понятно, что для гражданского процесса такой широкой формулировки вполне достаточно: ответчиком по гражданскому иску, связанному с нарушением в области безопасности труда, действительно будет "работодатель" как юридическое лицо или индивидуальный предприниматель. Для решения вопроса о привлечении конкретного человека к уголовной ответственности, такой степени конкретизации явно недостаточно.
Пункт 1.1.5. этого же нормативного акта устанавливает, что "На основе настоящих Правил руководителями соответствующих структурных подразделений организации разрабатываются инструкции по охране труда для работников, которые утверждаются приказом работодателя по согласованию с соответствующим профсоюзным либо иным уполномоченным работниками представительным органом". И здесь тоже нельзя найти ответа, какой метод выявления ответственного лица следует применить, если организация не имеет "соответствующих структурных подразделений", либо их обязанности не оформлены должным образом.
Уголовное дело, которое было возбуждено по факту несчастного случая на производстве, обозначенного в этой статье как первый пример, было, насколько это известно автору, приостановлено за неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Уголовное преследование Н было правомерно прекращено. Удивительно, но уголовное дело заблудилось среди должностной номенклатуры городского коммунального хозяйства, не найдя ответственного лица (отсюда и формулировка по приостановлению дела). Конечный итог свидетельствует о том, что ст. 143 УК РФ мало приспособлена к применению в современных условиях по причинам, которые автор постарался раскрыть в данной статье.
Самым существенным недостатком, который я усматриваю в исследуемой статье уголовного закона, является недостаточная конкретизация субъекта состава преступления. Преодоление этого недостатка, на мой взгляд, связано с более точным осознанием законодателем взаимосвязей и взаимодействий различных лиц внутри хозяйствующего субъекта. Очевидно, что лицом, ответственным за тот или иной конкретный инцидент, может быть только тот, на кого возложена соответствующая обязанность. На мой взгляд, здесь возможны два подхода. Ответственность может нести тот, кто:
А) непосредственно руководил работами, во время которых произошёл инцидент, связанный с производственным травматизмом (и здесь центральным станет вопрос, кто назначил его "старшим" именно при этих работах, и в каком порядке это произошло).
Б) тот, на кого ответственность возложена внутренним локальным нормативным актом предприятия, безотносительно, участвовал ли он в непосредственном руководстве работами на месте, где произошёл инцидент, или не участвовал (в данном случае неосторожность в форме небрежности будет заключаться в том, что это лицо не посетило объект и не предприняло всех мер, необходимых и достаточных для организации безопасного производственного процесса).
Понятно, что оба этих подхода являются плодом авторского размышления. Для того чтобы они приобрели силу закона, они должны быть оформлены нормативно. Возможен и третий подход, представляющий собой нечто среднее между первыми двумя. В соответствии с ним ответственность за безопасные условия труда рассматривается как обременение, которое несёт лично руководитель предприятия или организации до тех пор, пока не возложит её на другое лицо, в установленном законом порядке, на основании первого или второго подхода.
И здесь я хотел бы остановиться ещё на одном немаловажном моменте. Третий подход, предложенный мною в этой работе, имеет одну слабость: он несколько сомнителен с криминологической точки зрения. Ответственность не должна "перебрасываться как горячая картофелина", пусть даже и на будущее, как мне кажется. С другой стороны, закон не должен чрезмерно вмешиваться в распределение компетенций внутри предприятия или организации, которые являются самостоятельными хозяйствующими субъектами. Так или иначе, выбор между этими подходами, или поиск другого подхода, требует исследования большего количества случаев производственного травматизма, чем автор имеет возможность исследовать в настоящее время.
Следует учитывать, что привлечение к уголовной ответственности лица за нарушения в области безопасности и охраны труда, не является защитой прав данного конкретного потерпевшего. К сожалению, ряд примеров показывает, что отечественная судебная практика хронически недооценивает жизнь, здоровье, честь и достоинство граждан, когда дело доходит до определения размеров компенсаций. Говорить в этой ситуации о том, что привлечение виновного к уголовной ответственности само по себе является защитой права на безопасные условия труда - опасное и очень недальновидное лукавство.
Несмотря на сказанное, хотелось бы в заключение отметить, что важность норм ст. 143 Уголовного Кодекса Российской Федерации будет только возрастать с ростом отечественной экономики.
Справедливые и безопасные условия труда необходимо охранять всеми средствами, находящимися в распоряжении государства, в том числе и уголовно-правовыми, которые следует рассматривать не как самостоятельные или в какой-то степени достаточные инструменты защиты прав конкретного потерпевшего, но только как механизмы общей и специальной превенции. Другими словами, предполагается, что само наличие в уголовном законе действенной нормы, устанавливающей строгую ответственность за грубые нарушения в области безопасности труда, должно быть сильной превентивной мерой для распространения таких нарушений. Это будет одной из сильных гарантий построения разумного общественного устройства.
Однако центром внимания применительно к каждому конкретному факту травматизма на рабочем месте должен стать вопрос о компенсации пострадавшему вреда, причинённого его здоровью, а также его последующая профессиональная и социальная реабилитация. Ни в коем случае не должны выпадать из сферы общественной заботы интересы семей работников, погибших на производстве. Только разумное сочетание уголовно-правовых мер с гражданско-правовыми и с мерами социальной поддержки позволит говорить о полноте предпринимаемых усилий. И статья 143 УК РФ, конечно же, не является какой-то универсальной "панацеей", что очевидно.
Библиография
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 1991 года №1 "О судебной практике по делам о нарушении правил охраны труда и безопасности горных, строительных и иных работ" №1 (в ред. от 21.12.93 №11) // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. М., 1997. С. 472.
Основы законодательства Российской Федерации об охране труда от 6 августа 1993 г. //Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1993. № 35. Ст. 1412; Собрание законодательства РФ. 1995. № 30. Ст. 2865.
Контактная информация об авторе:
Адвокат коллегии "Форум" (г. Хабаровск) Бубон Константин Владимирович yourconsulting@rambler.ru
1
К.В. Бубон
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа