close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

УС 1989-03

код для вставкиСкачать
ISSN 0134-241Х ПОРТРЕТ ЖЕНЫ В П ЛАТКЕ НА ФОНЕ ЗИМНЕГО ПЕйЗАЖА. (Середина 1900 - х п.) Оче?к ЛИДИИ МЕДВЕДЕВОА Ч иТitмте НёI сТр. 8. ZYloiluk 111 I рzаИlllоВku Есть в старом у ральском городе Ор е нбург е улица, но с ящ а я имя худож н ика Попова, и стоит иа этой улице старый, ушедший в землю, совсем уж маленький дом, в котором жил Лукиан Васильевич со своей семьей. Скрипят сту­
пеиьки крыльца, мягко поддается под рукою м е дная кно­
почка звонка. Пройдя сени, попадаешь в уютный, типично староореибургский дворик. Сейчас ои застроен сараями и сарайчиками и потому кажется тесным, но во втором десяти­
летии нашего века з десь стояла просторная мастерская художиика. Миогие картины Лукиана Попова написаны здесь! Не нужно обладать особе н ной фантазией, чтобы предста­
вить, как у открытой двери в залитый горячим солнцем двор остановилась, откликнулась на зов мужа молод е нькая Ве р а Васильева, дочка купца Крючкова. Остановилась, перевел а дыхание, подняла на него ясные серые глаза и залилась ярким румянцем то ли от з астенчивости, то ли от жары, то ли от полы х ающи х огн е м кумачовы х са рафана и платка, по-крестьянски повязан н ого на голове. Такой и осталась она навсегда на одном из портретов в экспо з и­
ции Оренбургского му з ея изобразительных и с кусств. Как же он любил ее и как часто возникало ее лицо, ее ладная фигурка в картинах Попова! Не только ж е ной, ма т ерью его д е тей, постоянной и любимой натурщицей была оиа для него, но и воплощением русского женского -
характера. Пр и внешней хрупкости и слабости угадывались в ией жизнеиная сила, достоинство, терпени е и самоотвер­
женность. Лукиа н Попов как бы примерял к ней драмати­
ческие судьбы крестьянок своих работ, а в ее поэтической юной прелести, в ее миловидности видел отражение женских образов, рождавшихея в сказках и песнях матери. в HOMEPE~ ЛИТЕРАТУРНО­
ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ НАУЧНО-ПОПУЛЯРНЫЙ ЕЖЕМЕСЯЧНЫЙ ЖУРНАЛ ДЛЯ ДЕТЕЙ И ЮНОШЕСТВА ОРГ АН СОЮЗА. ПИСАТЕЛЕЙ РСФСР СВЕРДЛОВСКОЙ ПИСАТЕЛЬСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ И СВЕРДЛОВСКorо ОБКОМА ВЛКем ИЗДАЕТСЯ С АПРЕЛЯ f958 ГОДА СВЕРДЛОВСК СРЕДНЕ-УРАЛЬСКОЕ КНИЖНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО УРАЛЬСКИй ~ ,. з '89 Муса Гали ДОБРОТА РОЖДАЕТ ДОБРОТУ И. Шакинко СИБИРСКАЯ КОЛЛЕКЦИЯ ПЕТРА Л. Сурин СЕРЕБРЯНЫЕ ЧАСЫ КУРСАНТА Р. Енакаев «ПЕСНЯ ДЕВУШКИ-РЫБАЧКИ» Л. Медведева ХУДОЖНИК ИЗ АРХАНГЕЛОВКИ В. Краливин ОСТРОВА И КАПИТАНЫ. Роман. Книrа третья. НАСЛЕДНИКИ. Продолжение ЖУРНАЛ В ЖУРНАЛЕ "А.ЭЛИТ А·59» ЗАОЧНЫЙ КЛФ • А. Больных ВИДЕТЬ ЗВЕЗДЫ. Повесть, Окончание М.Осорrин ВРЕМЕНА. МОЛОДОСТЬ. Продолжение А. Анчуrов КТО СЕГОДНЯ В МОДЕ -
МОЖЕТ, ТЫ! Н. Максимова "НЕНОРМАЛЫ" ИЗ "КАРТИННИКА" Д. Нинуа ЗАЧЕМ СДАВАТЬ ШАРМАНКУ В МУЗЕЙ! .. С. Нохрин 50 ЭКСЛИБРИСНЫХ ВЫСТ Авок МИР НА ЛАДОНИ А. Семенин, И. Беляев ЭКЗОТЫ НА ОКНАХ Продолжение 2 3 7 7 8 9 • 34 35 55 67 72 74 76 77 13 w Редакционная коллеrИJl: Станислав МЕШАВКМН (rлавный редактор), Евrений АНАНЬЕВ, Виктор АСТАФЬЕВ, Виталий БУГРОВ, Муса ГАЛИ, Юний ГОРБУНОВ, Герман ИВАНОВ, Серrей КАЗАНЦЕВ (ответственный секретарь), Владислав КРАПИВИН, Юрий КУРОЧКИН, Давид ЛИВШИЦ (заместитель rлаsноrо редактора), Николай НИКОНОВ, Олеr ПОСКРЕБЫШЕВ, Анатолий СЕМЕРУн, Константин СКВОРЦОВ, Аркадий СТРУГАЦКИЙ Художественный редактор Евгений ПИНАЕВ Технический редактор Людмила БУДРИНА Корректор Майя БУРАНГУЛОВА Адрес редакции: 620219. г. Свердловск, ГСП-353, ул. 8 Марта, 228 Телефоны отделов: 51-55-56 (писем, молодежных про6лем), 51-22-40 (секретариат), 51-09-71 (Фаитастики, прозы и поэзии), 51-53-20 (науки-и техники, публицистики ), 51-09-69 (краеведени" ) Рукописи ПРИНlIмаются перепе­
чатанными на машинке через 2 интервала, 60 знаков в стро­
ке, 28-30 строк на странице. По вопросам подписки и до­
ставки обращаться в районные отделения «Союэпечати». Сдано в набор 09.11.88. Подписаио к печати 19.01.89: НС 25010. Формат бумаги 84Х 108'1'6. Бумага типографская N, 2. Высокая печать. Уел. печ. л. 8,82. УЧ.·изд. л. 12,3. Усл. Кр.·ОТТ. 11,34. Тираж 490 000. О-А завод: 1-250000). Цена 40 коп. Заказ 451. Типография ИЗДательства «Уральский рабочий» 620219, г. Свердловск. пр. Ленина, 49. На l-a СТр. обложки фОТО Олега Капорейко €MapT на Урале». © «Уральский следопыт~. 1989 Г. дОБРОТА Муса ГАЛИ POrJiilAET дОБРОТУ БЕРЛИН. ПЛОЩАДЬ A8rYCTA БЕБЕЛЯ •• ,Н будllТ дЬЯ6Q.f/, опозорен. , Гете Дождем осеННИМВI>'М"'Т весь Берлин. По времени-реке плыв.ет он будто. Вернулось солнце JC нам,-
и эа минуту Пре05раэИl1СЯ старый ис;полин. Опять тепло, и смех, и голоса. И лебеди на Шпрее -
белой "арой" 'и ма"'та телебашни, точно парус, Возносит над землею небеса. Плывет Берлин по времени-реке. Любуюсь им... Но смутная тревога Овладевает мною nOHeMHory, И снегом проступает на виске. Темнеют краски в ярком свете дня, Тревога-память воскрешает были, И камни мостовых заговорили, Вдруг ожив под ногами у меня. -
Постой, поэт, послущай наш рассказl Здесь, где сейчас твои ступают ноги, Пылал огонь, ЧЬ"1 стращные ожоги И через ГОДЫ истязают l1ac. Здесь жгли костры, каких не видел ты. На наших спинах бушевало пламя! .. -
Что жгл"! в l1eM, кам,",и? -
В нем сжигали Память. И Разум. И НадеЖД"I, И Мечты. В нем к н и г и жглиl .. -
И Я увидел вдруг Все те костры, и дья!!ольское пламя, И палачей с плащеми за плечами, И горы книг, пылающих вокруг. Швырял ИХ впекло стро'iный сумасброд. Но Разум не подвластен черной силе. Уже давно те палечи в могиле, А он, непокоривши'iся, жи!!ет. И с ним Надежды нащи и Мечты .•• Восстав из пепла, к l1aM sернулись книги ... Плывет Берлин сквозь солнечные блики Под парусом Люб!!и и Доброты. Любуюсь им, ГУЛЯЯ налегке, Все примечаю "1 во все вникею, Ст"1ХИ ему от сердца посвящаю, Как другу, 2 на башкирском языке. БЕРЕЗbl В ТРЕПТОВ·ПАРКЕ То ЛИ звон, то ЛИ стон донеслись до меня: «Наше время ушло, вас почти не затронув, Но легли мы костьми ради вешего дня,­
Двадцать l1ac МИЛЛИОI10В, двадцать нас МИЛЛИОI10В, .. » ... В Трептов.парке, где БРОI1ЗОВЫЙ мой побратим ПОДI1ЯЛ девочку-Жизнь над , затихшим Берлином, Подхожу я к подросшим сестренкам своим, К белоствольным березкам­
сестренкам любимым. Занавески раздвинув, встает ли заря, Закипают ли в небе июльские грозы, Малахитом светясь или медью горя, В безысходной печали тоскуют березы. Год сменяется годом, Сl1ежинки­
дождем, Пламеl1еют цветы и летят паутины, Но зимою и летом, но ночью и днем Плачут сестры мои в саМОМ цеl1тре Берлина. Ах, березы мои, ах сестрен~и мои, Как сюда вы пришли? ИЗ О<акого далёке? Уж не в Белой ли мыли вы косы свои? Уж не Дёмы ли пили ,волшебные соки? Ах, березы мои, вам о них не забыть, Но ичое гr-oетет ваши девичьи плечи: Вем тоски своей вечной вовек не избыть, Вам любви своей горестной выплакать нечем. Ах, сестренки мои, мне ли вас не понять? Самому нелегко удержаться , от стонов. В небесах -
синева, а по сердцу -
опять: "Двадцать нас миллионов, двадцать нас миллионовl .. » СОЛОВЕй в чужой стране родного "Соловья»' Поет моя землячО<а Нажия. Я слушаю и думаю светло: " • "СОЛОjiей» -
башк"рская народная песн",. О как же далеко нас занеслоl Я слушаю, заранее скорбя: О Нажия, поймут ли тут тебя? Волнуешься " ты, но все же ПОЙ,­
Вокруг друзья и "Соловей" с тобой. Ах, соловей, соловушка, браток, Подаi:i-КёI свой хрустальный голосок! Где ты родился, где зарю встречал? Г де звуки для мелодий собирал? И слышится мне голос соловья: "На родине твоей родился я. В дуще народной гнездышко я свил, Ее надежды в песню перелит). А Нажия волнуется, поет. Ей тоже голос подарил народ. Душа народа -
песня соловья. Поймут ЛИ это в зале, Нажия? А зал молчит, почти не· дышит зал. Но вот очнулся, зарукоплесо<ал! .• О, знать, напрасно волновался я: Народа душу не понять нельзя. ВОЛНЫ ЭЛЬ&bI Но ни бурный вал, ни ветер Уз любви не разорвет. Шиллер Катит Эльба к морю зыбь речную, ОТ дождей не отводя лица, СЛОIIНО бы цепочку аОIlОТУЮ-
Ту, что без начала и конца. ЧТО волна -
то звонкое колечко. Друг за дружкой-
как за днями дни. Годы, точно воды, быстротечны, Но не властны надо мной ОI1И. И опять Я молодой и чистый, Шиллера ~итаю наизустt •• Пред его поэзией лучис.тоЙ Сам лучом волшебным становлюсь. И хоть мир и злобен, и о<оварен, Наши)!; уз 'не раЗОРElет вражда: Песня песне вторит, как товарищ, Доброту рождает доброта. Эта правда мне служила светом В гуле битв и в тишине могил, И когда водой из Эльбы этой Я коня усталого поил. То она ~ранила нас бессонно ОТ безверья, от хулы, от мин: То она "Сикстинскую мадонну» Вывела из дрезденских РУИI1 ... Нынче Дрезден видит сны иные, Но все те же чайки "ад peKoCi ... Пусть "есут их крылья молодые Нам лишь радость, счастье и покой. Перевод с башкирского Роберта Паля. 'СflIБ~IРСКASI КОJ\J\ЕКЦJlISI ПЕТРА Игорь ШАКИНКО Рис. Олега Бухарова Впервые я увидел эту коллекцию более десяти лет назад. Попасть в Особую клздовую Эрмитажа не так-то просто­
елишком много желаюших. А открывали ее для посети­
телей, помнится, всего раза ЩJа в неделю. Уже в первом музейном зале я «споткнулся» на Си­
бирской коллекции Петра Великого -
так она называется еще с проiuлого века. Высокое, изумительное мастерство без всяких скидок на древность. Особенно интригуют сцены борьбы зверей­
то натуралистиt!ескн реальных, то странно фантастических. Древние мастера запечатлели не просто «житейские» сце­
ны, которые они наблюдали. Это одновременно и фило­
софские раздумья, если можно примеljИТЬ современные термииы к тем временам. Это звери-символы, звери-мифы, в которых отразились довольно сложные попытки понять и осмыслить окружающий мир и место человека в нем. Конечно, древние мастера-философы говорили на своем, особом, образном языке, отличном от нашего. И мне З3-
хотелось разгадать эту мифологическую фантастику, по­
нять раздумья людей, которые жили два с половиной ты­
сячелетия до меня: ведь должны же люди понимать друг друга даже через такие преграды времени. А началась коллекция Петра I е подарка Никиты Де­
мидова. ПОДАРОК НИКИТЫ ДЕМИДОВА В 1715 году, октября 29-го У царя Петра и Екатерины родился царевич Петр Петрович. Это была не только се­
мейная радость, но и государственное событие. И событие для Петра наиважнейшее. Родился наследник. К тому времени Петр окончательно разочаровался в старшем сыне царевиче Алексее, родившемся еще от пер­
'вой жены. Тот вовсе не собирался следовать дорогой отца, все попытки которого заразить сына своими планами и делами кончались неудачей. Итак, царь радовался и ликовал. По старинному рус­
скому обычаю родственники и близкне люди при крещении новорожденного навещали родительницу и подносили ей подарки. А уж наследнику I/YCCKOfO преетала на подарки, конечно, не поскупились. Но что именно преподнесли Ека­
терине, например, светлейший князь Менщиков или «ве­
ликий адмирал» Апраксин не упомяну.'! даже самый до­
тощный биограф Петра 1 И. И. Голиков. Но об одном подарке он извещает особо. «В один при езд г. Демидова в Петербург родился мо­
нарху сын. царевич Петр Петрович, и когда знатные особw при поздравлении мочархини по ·древнему обычаю noaHG-
сили приличные дары, то он, nользуясь сим случаем, nод-
J нес Ея же Величеству богатые золотые бугровые сибирскuе вещи и сто тыся't рублей денег». ПО мнению известного археолога М. П. Грязнова, эти «бугровые сибирские вещи» состояли из «великолепных ЛИТЫХ поясных блях с изображением борьбы зверей и шейных гривн с фигурами зверей на концах». Подарок Никиты Демидова заинтересовал царя Петра, любившего разные курьезы. Очевидно, он дотошно рас­
спросил невьянского заводчика о древних золотых вещах. Что именно рассказа,'! царю Никита Демидов, не известно. Известно только, что Петр немедля послал в Тобольск к сибирскому губернатору князю Матвею Петровичу Гага­
рину указ, написанный собственноручно, что в это время случалось нечасто. Подлинник указа вместе с другими уникальными документами сгорел во время опустошитель­
ного пожара. Но суть излагагтся в гагаринском указе, который нескоЛtко л~т назад обнаружила научный СОТРУД­
ник Эрмитажа М. В. Завитухина. <к 1717 -го июля в 5 день. По указу великого государя и по приказу губернатора Сибири князя Матвея Петровича raeapUHa на Тюмень полковнику и коменданту господину Воронецкому с то­
варищи. 17 о именному его царского вели'tества tjказу. который писан рукою его царского величества, древние золотые и серебряные вещи, которые находят в земле древних по/(­
лаш, всяких чинов людям велено объявлять в Тоболскц и велено у них брать те вещи в казну великого государя, а отдавать им за те взятые вещи ис казны деньги. А ныне ПО ведению губернатору Сибирии князю Мат­
вею Петровичу Гагарину, что тоболские де татара Сейдяш да Семен повезли на Тюмень для продажи таковых най­
денных вещей, а тех де вещах золотых весу пятнадцать фунтов. Н тебе по получении сего указу велеть тех татар сыскивать... Н как их сыщут, то про те вещи их допра­
шивать и про то розыскивать: где они нашли 1'е вещи и сколько, и для чего не объявили, и кому они те золотые и серебряНьtе вещи продали на Тюмени. Н тот розыск, и тех людей всех, кому они продали, також и золотые вещи, что у кого не сыщР.тца. всех прислать в Тоболеск, часа не про.ыедля, за караулом и велеть объявить в Тоболеску губернатору князю Матвею ПеТlJOВИЧУ Гагарину». К сему для верности губернатор Сибири князь Матвей Петрович Гагарин приписал своей рукой: <КМатвей Гагарин. Кроме что в казну великого госцда­
ря отнюдь тех вещей никому скупать не велено U покупать на Тюмени не велеть». Это послание ОТIЮСИТСЯ уже к поискам новых золотых вещей. Но у сибирского губернатора еше до царского ука­
за имелись древние "олотые iI серебряные изделия, о которых, наверное, и сообщил Петру Никита Демидов. И уже в конце декабря 1715 года или в самых первых числах января 1716·го парь получил от Гагарина посылку с десятью золотыми предметами. Ибо 10 января, уже осмотрев присланные древности, Петр передал их на хра­
нение своему гоф-интенданту П. И. Мошкову. В декабре 1716 года князь Гагарин отправил из ТоБО,1Ьска самый богатый древний клад (вернее, клады) из 122 золотых изделий. А в октябре 1717 года -
третью группу .. _ Впрочем, предполагают, что еше новгородские ушкуй­
ники знали о сказочных. богатствах могильных курганов за Каменным поясом. Вполне надежно можно предполо· жить, что об этих курганах ведали и русские первопроход­
цы и просто «гулящие люди», которые осваивали Сибирь после Ермака. И не только знали. Уже в ХУII веке, а возможно, и раньше, появилась даже такая профессия -
бугровщики, т_ е. люди, которые занимались раскопками древних курганов (бугров). По крайней мере, начиная с ХУIII столетия на Урале и в Сибири ие находили ни одного не разграбленного ранее могильника. Первое или одно из первых письменных свидетельств о сибирских золотых и серебряных изделиях оставил ... амстердамский бургомистр Николай Витсен. Описывая пу­
тешествие по Сибири в 1688 году воеводы боярина Федо­
ра Алексеевича Головина, Витсен сообщает и такой эпизод, :4 Когда rOJI01HIR спустился по Иртышу }то Оби, то уви­
дел, что в «протекающую между скалами реку обрываются большие глыбы земли и падают вниз под напором воды ... Огромная глыба каменистой земли упала с гор в реку на низовой берег и рассыпалась. Вместе с землей упал гроб ... с костями давно у,иершего человека, с остатками серебряных запястий, серебряным ожерельем и серебряным сосудом, который ... боярин в 1698 году в бытность свою 80 главе чрезвычайного московского посольства в наше.И государстве оставил мне на память. На дне этого сосуда nосредИf(е видна большая нагая мужская фигура со щитом в левой руке, а сбоку, несколь­
ко позади ее, другая стоящая фигура ... ; вокруг горы и местами поодаль маленькие человеческие фигуры, одетые в пеструю мохнатую одежду, да несколько животных, а именно олени ... » Другое сообщение Витсена гласило: «Недавно в Сибири, неподilЛеку от Верхотурья нашли золотую фигурку в деревянном вместилище под большим холмом __ . Фигура изображает птицу... с распущенными крыльями и головою ыужчины с острым носом ... » И еще одно место из труда Витсена: «Другой идол, присланный lflHe из Сибири ... из чекан­
ного золота также вынут из древней могилы, где были найдены человеческие кости, под курганом или большим холмом_ Он изображает стоящего четвероногого зверя вроде тигра или льва с человеческой головой и двумя распущенными крыльями .. _» О Николае Витсене СТОИТ сказать несколько слов. Как ни парадоксально, но амстердамский бургомистр оказался одним из лучших знатоков русской Азии. Правда, сам он называл Сибирь иначе. Его обширный географический труд, изданный в 1692 году, назывался «Северная И Вос-
точная Татария~ • Еще при Алексее Михайловиче Витсен совершил путе­
шествие по России, а затем многие годы собирал материал по географии Азии, особенно русской Азии. Он был до­
вольно близко знаком с самнм парем Петром (в 1687 году издал карту Сибири. которую посвятил царям Иоанну и Петру), а также с главой Сибчрского приказа Андреем Андреевичем Виниусом, от которого, как и от многих дру­
гих, и получал информацию о Сибири. И в последующие годы Витсен, причем гораздо раньше, чем сам Петр, продолжал получать через каких-то своих агентов сибирское могильное золото и серебро. В письме от 8 декабря 1704 года он сообшал, что посланные к нему сибирские редкости не дошли, ибо отправлены морем, а корабль захватили пщ~аты. Можно предполагать, что отправителем этой посы.1КИ был Виниус. В 1703 году он сорершил поездку по Уралу и Сибири (несколько неде.ль провел на Невьянском заво­
де), занимался там горными делами и, возможно, вывез могильные драгоценнuсти, которые и отправил тайно от царя в Амстердам. Кстати, эти и другие махинации и явились причиной опалы Вини уса_ Но и после падения Виниуса ВйТсен продолжал получать из Сибири «подарки». В 1714 году -
золотые украшения, извлеченные и" древних могил Сибири. Украшения были велико.lепны, Об ,>том можно судить по гравюрам, собст­
венноручно сделанным Витсеном. После его смерти в 1717 году Петр пытался приобрести его коллекцию, но тщетно: вдова откззалась продать «остинские (т. е. вос­
точные.- Н_ Ш.) дорогие вещи», ссылаясь на то, что не является единственной наследницей. Коллекцию Витсена продали с публичных торгов. Уже в XIX веке Археологи­
ческая комиссия России запрашивала директора Нидер­
ландского музея древностей: нет ли коллекции Витсена в каком-либо музее или частиом собрании? Но тот отве­
тил, что «сибирские древности ... не находятся в коллекци­
. ях нашего края». О могильных украшениях упоминали почти все путе­
шественники и ученые, которые побывали в Сибири в XVIII веке. '. О курганном сибирском золоте знал и первый горный начальник уральских заБОДОВ Василий Никитич Татищев. Задолго до подарка первые Демидовы тоже наверняка знали о находках в древних курганах. Не заинтересовать­
ся ими они просто не могли. А система информации о сибирских событиях и делах (и., не только о сибирских) У них была поставле}!а превосходно. И для бугровшиков­
грабителей курганов -
Никита и Акинфий Демидовы яв­
лялись одними из самых удобных покупателей золотых и серебряных изделий: находятся почти «рядом», богачи, и выдавать бугровшиков властям им ци к чему. Скорее наоборот: приваживать этих' гробокопателей -
самая вы­
года. Золотые звери и, конечно, бугровшики вывели Демидо­
вых на алтайские месторождения золотых и серебряных руд. Именно Никита и Акинфий первыми в России стали разрабатывать, правда, тайно, древние рудники, в которых когда-то добывали золото и серебро для изготовления фантастических зверей, Когда в 1722 году Никита Демидов обешал Петру 1 найти серебряную руду, он уже знал, где ее искать. А Акинфий Демидов вслед за курганными зверями добрал­
ся до старинных серебряных и золотых копей. Таким образом, мы знаем, когда и кто начал Сибир­
скую коллекцию. Но еше многое остается на уровне вер­
сий, гипотез, догадок, предположений. Вот уже более ста лет идут ученые споры о так назы­
ваемом скифо-сибирском' зверином стиле. ЗВЕРИНЫй СТИЛЬ Этот стиль древнего искусства назван так недаром. Ибо основные его персонажи -
звери. Самые разные: волки, львы, тигры, олени, бараны, кони, змеи ... Их мы узнаем сразу. А есть еше звери комбинированные, Например, лев с головой орла или орел со змеиной головой. Нередко в одном изображении сочетается три-четыре разных зверя. у одного, например, тело и голова оленя, клюв грифона, хвост хишника кошачьей породы, ветвистые рога закан­
чиваются птичьими головками, такие же головки на за­
гривке и кончике хвоста. И наконец, третий вид зверей -
это фантастические, мифические, сказочные сушества, созданные воображением древнего мастера. Их невозможно описать -
нужно ви­
деть. А основной сюжет звериного стиля -
борьба, схватка, соперничество. Борьба кабана со змеей, тигра с мифи­
ческим волком и т. д. Вот пара ажурных рельефных блях, выполненных в технике чеканки. Они зеркально повторя­
ют одну и ту же композицию: мифический крылатый хи­
шник с телом льва и рогами антилопы терзает припав­
шего на передние ноги коня. Их странно переплетенные тела придают сцене особую выразительность и динамич­
ность. Довольно часто встреча~тся фантастический грифон. У него тело зверя кошачьеи породы, орлиная голова с рогами антилопы и мошные крылья. Грифона можно ви­
деть в схватке с самыми разными животными -
волком, львом, тигром, кабансм, лосем, оленем, конем ... Одна из. версий о Сибирской коллекции утверждает, что подавляюшее большинство изделий найдены вовсе не в Сибири. Их истинная «родина» -
Крым И степи При­
черноморья, то есть Скифия. Другие настаивают на том, что центром звериного стиля следует считать Астраханский край -
ведь здесь найдены уникальные веши того же стиля. Кстати, послед­
няя такая находка археологов относится к концу 1987 го­
да, о чем сообшила газета «Известия». Среди ЗОЛОТЫ'х предметов, найденных в захоронении, выделяется боль­
шая пектораль -
украшение в виде полумесяца, На за­
лотой пластине диаметром около сорока сантиметров изо­
бражены грифоны, терзаюшие льва, львицы, напавшие на лань, львы, расправляюшиеся с баранами. Есть и другие гипотезы. Золотых зверей становится все больше и больше. В одном только Эрмитаже к тем изделиям, что составляли' первичную Сибирскую коллек­
Ц1!Ю, ДОlkвились уже не сотни -
тысячи иовых. И соби-
рались они с гигантской территории -
от Причерноморья до Забайкалья. И при всем разнообразии приемов в изо­
бражении животных все эти изделия из разных мест представляют единый звериный стиль. Сам по себе он -'явление очень широко распростра· ненное у многих древних народов: египтян, ассирийцев, вавилонцев, китайцев, персов. индийпев... Но у скифо­
сибирского звериного стиля свое особое лицо. Зверей Си­
бирской коллекции не спутаешь с другими. Скифо-сибирский стиль -
это еше и 'язык обшения. Ведь народы или племена, создавшие его, не' имели письменности. И не потому, что были глупее других, Про­
сто нужды особой не БЫ.10. Посредством своих зверей они сообшаJlИ друг другу и другим народам все, что нужно. Удивительная сила образности! Помните хрестоматийный пример из Геродота в школь­
ных учебниках. Скифский царь послал п'ерсидскому царю Дарию «записку»: птицу, мышь, лягушку и пять стрел. Дарий прочитал «записку» так: «Если вы, персы, как птицы не улетите в небо, как мыши не зароетесь в землю или как лягушки не поскачете в болото, то не вернетесь назад, пораженные этими стрелами». На таком языке скифы рассказывали о ('ложнЫх космических яв­
лениях и явлениях природы. Например, ученые утверж· дают, что лев, терзаюший быка, означает... переход от зимы к лету, Оказывается, с наступлением весны созве­
здие Льва становится ярче и как бы пожирает созвездие Быка, которое бледнеет. Это, мол, замечали многие древ­
ние народы. Ученые, правда, оговариваются, что сцены борьбы зверей многозначны, и смысл БО,lьшинства их еше не разгадан. Сфера скифо-сибирского звериного стиля -
это ши· рокий пояс, опоясавший почти всю Евразию. Природа его единства, выраженного в искусстве, еше непонятна ученым. Скифо-сибирский мир -
это не империя и даже не объединенные силой племена. Поэтому его называют несколько громоздко и довольно расплывчато: скифо-си, бирское культурно-историческое единство. Оно сложи­
лось в середине 1 тысячелетия до нашей эры вдоль се­
верных границ древнейших цивилизаций: Греции, Аха­
менидского Ирана, эллинистических государств и древ­
него Китая, с которыми этот мир 'торговал и воевал, обменивался мыслями и богами. Какими мыслями? И почему скифы считали, что луч­
ше всего их передавать через зверей? Они очень редко изображали человека, почти никогда -
растения. Лишь мифологическое древо жизни. В основном звери, звери, звери. И борьба. Вечная борьба. И так несколько веков подряд с редкой настойчивостью. Вызвано какой-то глу­
бокой потребностью? Какой? ЗОЛОТОй ВЕК АЛТАЯ Где же именно найдены золотые звери .СибирскоЙ коллекции? Этот вопрос задают многие. Ответ на него искали еше Никита и Акинфий Демидовы. Однако от­
нюдь не из научных побуждений. Демидовы искали золотую тропу, по которой при­
шли золотые звери. И нашли ее раньше ученых, по край­
ней мере, на два столетия. Тропа привела их на Алтай, а точнее, к верховьям Иртыша и Оби -
к древним, как тогда говорили, чудским копям. Именно там и начал Акинфий Демидов ставить свои заводы. Попал в самьiй центр древнейших месторождений. Когда алтайские руд­
ники и заводы у него забрали, то оказалось, 'lТО почти из ста (ста!) рудных мест, начатых при Акинфии Ники­
тиче, большинство явились чудскими копями, Там не раз наХОДИJIИ заваленных древних рудокопов, горные инстру­
менты, остатки плавильных печей. Если бы Акинфий имел страсть к археологии, какую услугу он оказал бы исторической науке! Но у него были другие страсти, а потому тогл,ашние находки не сохранились. Туманна и баснословна древнейшая история Алтая. Лишь небольш!'е пока фрагменты рассказали нам исто­
р,ики В археологи. Хотя именно эдесь им повезло уни-
калыю. Раскопка знаменитых Пазырыкских курган,Ов ста­
ла событием планетарным. Бугровщики похозяйничали и здесь: разграбили почти все золотые и серебряные вещи. А вот вещи из дерева, кожи, ткани не тронули. Но главная уникальность Па' зырыка -
в великолепнейшей сохранности этих вещей. Под каменной насыпью курганов оказалась вечная мерз­
лота, которая и спасла находки от губительного вре­
.мени ... Пазырыкское время называют также и ЗОЛОТЫМ веком Алтая. Тогдашние племена кочевников пасли скот, обрабатывали мотыгами землю, воевали, торговали ... А еще они добывали золото и серебро. Люди этих племен не только сами ели, пили и умирали иа золоте и сереб­
ре, но поставляли драгоценные металлы и изделия из них в другие ближние и дальние страны. Даже посредника своего имели --
Ахеминидскую Бактрию. Эта традици­
онная ...:. несколько веков -
торговля алтайским золотом нарушена была похоДом Александра Македонского. Ахе­
минидская держава рухнула. Что случилось с племенем, поставлявшим золото, не совсем понятно, но металл та же Бактрия стала ВВОЗИТЬ из далекого Китая, Это, наверно, было неудобно и доро­
го, потому бактjшйский царь Евтидем I (225-189) пред. принял грандиозный поход в Сибирь. Известно, что вои­
ны Евтидема пошли по какон-то «старой золотой доро­
ге», но дошли только до Иссык-Куля и почему-то не ре· шились повернуть на север. Б~штрийские войска раз· громил царь селевкидов -
Антиох III. Знаменитый «зо­
лотой век» Алтая КОНЧИЛСЯ, оставив после себя золотые курганы. Племя или народ, создавший вели!(ое ИСI<УС' ство, исчез. Здесь удивляет вот какая странность. ПО Геродоту, Аристею и иным свидетельствам, мы имеем кое-какие туманные сведения об аРГИJ;rеях, ари­
маспах, исседонах... их обычаях, занятиях, внешнем виде и т. л.. Это люди, хотя и с фантастическими странностя­
ми: одно племя спит по полгода, у других только один глаз во лбу, третьи от рождения плешивы ... И названия племеа более-менее человеческие. А вот на схеме племен, составленной нашим современником археологом ,с. И. Ру· денко, интересуюшее нас племя цазывается «грифы, сте· регущие золото». Собственно, так его называли со вре­
мен Геродота. Почему? Состояло ли оно из фантастиче· ских грифов? Или ЭТО были люди, в услужении которых находились грифы? И почему они заслонены какой-то таинственной дымкой? ГРl!фами, или грифонами, называют существо с ту­
ловищем животного кошачьей породы, с крыльями ц го­
ЛОвой орла. Если упрощенно, то это лев и орел. Uapb зверей и царь птиц. Впрочем, смысл грифа сложнее и вариантнее. Но и эти самые сильные, мужественные, мудрые и прозорливые грифы не смогли защитить и coxpaHHT~ своих таинственных хозяев -
племя или иарод, которыи назывался «храняшие золото грифы~,. Он бесследно ис­
чез еще до нашей. эры. Михаил Петрович Грязнов, много лет изучавший алтайские курганы (его даже называли охотником за грифами), писал: «Высоко развитое, реалистическое по форме и мифо­
логическое по содержанию искусство ранних коче8l'IUтu>в Алтая не получило своего развития в последующие эпохи ни на Алтае, ни вообще в степных районах Азии и Евро­
пы. Его традиции забыты, а художественное I>щстерство l!сполнителей утрачено». Утраченным оказалось не только высокое мастерство. Почти на два тысячелетия погасли плавильные печи. В начале ХУНI века джунrары, населявшие эти места, старались захватить в плен русских, знавших горное дело, чтобы завести у себя выплавку металла. Долго после гибели своего народа грифы никого не допускали к древ­
н "М ;юпям. Лишь через двадцать веков рудознатцы Никиты и Акинdшя Демидовых заново их открыли. Так было от­
крыто первое русское золото и f\ачалась уже иная жнзнь у древних рудников. 6 РАЗМЫШЛЕНИЯ О ЗОЛОТОМ ЗВЕРЬЕ Несколько лет -
с перерывами на многое другое­
эти ввери не давали мне покоя. Что же знали древние мастера, создавшие золотых зверей? Какое свое особое знание, понимание мира, уже забытое нами, вкладывали мастера в золотых зверей? Историю нам долгое время подавали так, что складывалось ДОSОЛЬНОПРl!митивное представление о людях давних тысячелетий. Их занима.'IИ якобы лишь чисто житейские интересы -
жилище, пища и т. п. Меня удивили слова академика А. П. Окладникова, изучавшего искусство палеолита, в том числе наскальные изображения: «Вдумачтесь только, какими вопросами ин­
тересовались герои их преданий; как образовалась Вселен­
ная? КЮ<; появились ДЮДИ на Земле? в чем смысл их жизни?» А что заКЛЮ'iепо в золотых зверях? Где-то нашел подсказ­
ку -
В них отражены. кроме всего прочего, мифы -
своего рода фантастика. Мифы, читаю в научном труде,- это особый сплав и ПQЗl1ания, и творчества. А мифологическое воображение является высшей творчеСI\ОЙ ДУХОВНОЙ силой Человека ... Эта мысль показалась мне верной и интересной. Более того -
плодотворной для нас сего:!!няшних. Она призывает с уважением относиться к на.шим предкам, ДУХОВНО обо­
гащаться от них. Я чувствовал, что завидую мастерам, создавшим зо­
лотых зверей. Когда они изображали борьбу льва с бы­
ком, передавая приход весны, это была для них вовсе не находка оригинального художественного образа, как мо­
жет пока:,аТЬС5/ современным искусствоведам. А быдо, как мне кажется, наИВНОе чувство единства мироздания. Они бессознательно (а может быть, сознательно?) выражали свое единение с природой, кровную СВЯЗЬ' с ней, свое родство и с ЖИВОТНЬiМИ, И С небесными светилами. Они чувсТ!ювали гаРМОr!l!Ю мира и себя в нем. Оказывается, я Завидовал их ЦЕЛЬНОСТИ. Тому мифическому чувству цельносТи, о котором писал Пушкин в своем «Пророке»: и j3НЯЛ Я неба содроганье, И горний ангелов полет, r 1 гад морских подводный ход, 11 дольней лозы прозябанье. Потом начались все Iювые и новые завоевания разума. И потери, потери, потери... И сегодня одну из болезней челов~чества философы называют синдромом отчуждения. Человек оТделился от природы, а его СОзнание от бытия, ОН стал разумен, но -
потерял внутреннюю гармонию. Какой-то странный па раДОКС: чем больше человек изучал законы природы, тем меньше понимал ее язык, ее нужды, все меньше «ждал милостей от природы», становясь ее властелином. Появились бредовые идеи -
вроде поворота рек ... Сеченов первым предложил изучать человека в це­
лом -
его тело и душу в связи с окружаюшим миром. Идею всеединства выдвинул в прошлом веке 8.lrадимир Соловьев, стремясь К «цельному», синтетическому знанию. К 'изучению «всеобщerо опыта», к грандиозному синтезу наук призывал Н. Ф. Федоров. Он предлагал как бы воскресить I1cex умерших, возвратить утраченное. По Фе­
дорову -
любовь и уважение к своим предшестве!lникам­
это «чувства, которые возвышают и самих потомков~. Одна из самых главных его мыслей -
не мириться с по­
терями, возвратить утраченное из прошлого. Современная фантастика (ЫФ) и древний миф сродни друг другу. И в той, и в другом соединены реалы!Ость и мечта, прорыв из сущего в будущее. Миф фантастичен, а фантастика ~ это современный миф. НФ -
это продол­
жение мифа. Обоим доступен любой калейдоскоп, любая комбинация явлений -
и реальных, и чудесных,- созда­
ваемых творческой силой воображения. И миф, и фанта­
стика не только «выдумка», но и позиание тайн мира. Вот какие раздумья ВЫЗl3IIли у меня золотые звери из Сибирской коллекции Петра Великого. ' Леонид СУРИН, краевед ВаСИЛИIQ Тарю{анову было два­
дцать цдtь, l\Огда' началась первая мировая война.', Не миновала она многих юрюзанцев. Надел n: он сол­
датскую шинель n: три года провел в окопах YIJtep-офицером. На роди­
ну, в Юрюзань, вернулся уже после Велдкоц Октябрьской СОЦIJалистцче­
ской революции. А детом 1919 года снова ушел на фронт -
на ЭТОТ раз с частнми Красной Армии, освобождавшей Урал и СIJбирь от колчаковце!!. Как опытного {! военноМ деле красноар­
мейцз" после МноГДх боев с бeJJ:ЫМn направили Василия Никандровича на учебу в Высшую военную шко­
лу Сибири. В' первой роте образцово­
учебного отряда стал вскоре курсант Тараканов ПоМОЩНИ!(ОМ !(омаНДИР<J взвода. Тогда-то, 3 марта 1921 года, и случился тот бой. Красноармейс!(ая: часть, в !(ОТОРОЙ служил Тарананов, начала отступ­
ление от станции Исыр!(уль. С бон­
ми баТа.lIЬОН курсантов Высшей во­
енной школы Сибири ПОДОШеЛ н де­
ревне Посвящевс}(оЙ. Началось настуНление. Тара!(анов со своим В3ВОДОМ По глубо!(ому сне­
гу спешил подобраться поближе !( деревне. Местность была открытая. То тут, то там ПОДПI1малнсь в степи ветряные MeдьHI1цы' а на всех вет­
ря!(ах стрелки-снайперы. Они били по паступавшим ред!(им, но метким прицельным огнем. Рухнул в снег пулеметчин, упал второй курсант. Со стоном схватился за грудь мо­
лодой курсант-сибирлr<. Замолчал пулемет, и Тараканов увидел СИ" РОТЛИВО замершl3ГО 1'Ia лыжах «Ma:к~ сима». Он бросился к пулемету и в ту жв секунду почувствова.1I Силь­
ный удар в !(OJleHo. Острая боль на МИг затумаНИllа' сознание. Пом~г Губанков, . рослый мечистый кур­
савт. -
Даваи вдвоем! Поддерживая друг друга, 0пl'1 во­
лочили за собой пулемет. Но тут ВОIlая пуля ударила Василия в пле­
чо. Ранило и ГубаНRова ... Канал сила пОМОГЛа Дllажды ра­
ненному Тараканову дотащить пу­
лемет до своих, он и сам не мог понять. За мужество и стойкость в иераВIIОМ БОIQ и за спасение пу­
лемета Васцлий Ни!(андрович Та­
РВДд,нов приказом революционпого военного Совета войск Сl'Iбири был награжден серебряными часами. Посло гражданской войны Тара· канов веРНУДСIl в Юрюзань, рабо­
тал кузнецом Щ\ под!(овном заводе ДО тех IIОР по!(а не стад жертвой несчастнorо случая на производст­
ЩJ -
лишился ру!(н. С завода пришлось уйти, 11 даль­
нейшая трудовая биография Васи­
лия Ни!(андровича связана уже ие с производством, а с лесничеством, Но серебряные часы за храбрость и . мужество, нроявлодные в бою с белыми у деревни ПОСJ!ящевской, хранил ветеран до последних дней СIlоей жи3JIИ. а. ЮРIQВ(f,НЬ. ,,;r .« Jlecня дedJjШКU­
fthtO'аЧJat » Равиль ЕНАКАЕВ, краевед у поэта Мусы Джалили есть та­
кое стихотворение. В нем слова: Но nе хочет 8лобnый Каспий усмирuться: . Губы nеnnые оп вытяnу.lt хитро, Чтоб рыбачкой, как добычей, nожuвиться. Y:roBu! Тебя рыбачка nе боится. И пашей девушки nе трон,ь! Публикуя стихотворение в кнnге, выедшейй в 1934 году, поэт снаб­
дил его примечанием: «В июле 1933 года кула!( !fекозырев из де­
ревни Дурнаево утопил J! море кол­
хозницу-ударющу тов. Чураеву (из письма КОЛХОSНИRОВ)~. НО :в после­
дующих сборюшах этого примеча­
пия уже пет. Известно также, "IТО Поэт намеревался написать либрет~ то оперы «Девуш!(а-рыбачка~. В оенову стихотворения Легла действительные события. Муса Джа­
лйль приехал в Астрахань 20 nюля 1933 года в качестве корреспонден­
та центральной татарской газетЫ «Коммунист», J!ыходившей в Мо­
скве. Поэт принял участие в работе первого межрайонного съезда RОл­
хозаинов-рыбако», ОТКРЫВtnоr
ося 25 ИЮJlЯ в Яl:!tнем театре имени Карла Марйса. На оъезде Муса Д}на­
лиль и узнал о гибеШI девятна;ща­
тилетней девушки-рыбачки из села Дуриаево (ныне НаримаIJОВСИОГ
О райо:ва) Марии Чураевой-Стеuз,шщ­
иовой. Она одной ие первых женщин вступила в пеВОДНУIQ бригаду, была ударницей. Зведо, в котором она работа;ш, заметнуло невод. Мария вместе с Некозыревым пошла с пят­
ным колом. Достигнув места, где течение Волги БЫJIO особенно стре­
мительным и сильным, Не!(озырев сбросил с плеч лямку и отпустил пятной кол, а затем, не дав Марии возможности снять лямку, тощшул ее в воду. Теченпе подхватило не­
вод, а Щ\lесте с ним Ii! девущку ... В щ)становлении бюро КраСIIОЯР­
ского райкома ВКП (6) от 22 июля 1933 ГQдa говорилось: ~УБRЙСТВО ку­
лаком НэкозыревJ,JМ удар:ющыко,1I-­
ХОдНИЦЫ Марии Чураевой-Степацец­
ковой Лlщяется теРРОРЛСТRчеСКИ}J актом классового врага, направлен­
ным на подрыв мощи колхоза и срыв вЫIIО,JIнения плана ВJ,lлоВа рыбы}). Ночью после съезда Муса джа­
ЛЩIЬ и написад стихотворение «Пес­
ня деJ3УЩКИ-РЫб а'lКЮ>. Поэт проqи­
тал его на литературном ~e~@pe редакции газеты «ЯЛКЫII» 26 I!IQJIЯ, на другой де н? стихотворение про­
звучало по астраханскому радцо, а 28 июля было опубликовано с ПQРТ­
ретом М. Джалиля в газете «Ял­
кьш». Муса встречался с читателями в здании татарского педучи.rщща. выступал в редакции газеты «{{ом­
мунист». В Астрахани поэт опубли­
ковал eIЦe одно стихотворение «IIИСЬМО с Волги&, Бывший ответ­
ствеНllЫЙ секретарь газеты «Ялкын» С. Тагnров сохраiinЛ нескольдо НО­
меров газеТЫ, ГДе нlltIечатанJ,l СТlI­
хи и статьи Мусы Джалиця. Там же опубликована бlюграфил поэта, статья о его T:80pQeCKOM пути. Задумав написать либретто оп,,", ры, поет повнакомилсл 00 многими рыбаками, прочитал немало книг о рыбном промысле. В дальнейшем им были наПlIсаны «Волны,>, «Песни моряков», ПОЛОlRенпые на blIУЗьt~ комповитором i Джаудатом Файви, а также «Хор рыбаков», арии рыбач~ lШ, которые должны были войти в .пибретто будущей ОIIеры. Можно предположить, что Джалиль думал о р:ыбаЦКQЙ теме и вдали от Роди­
llbl ~ В Моабитс!(ой тюрьме, где па­
писал стихотворение «Рыбаки». Астраханскими впеча:rлеuиями на­
веяны 1I другие стихи поэта. с. Вм" Оре.nбургсl&ОЙ об//" 7 Лидия МЕДВЕДЕВА I1 IpzalllJla~ku Нач.ало ка i~a стр. обложки Странное чувство охватывает человека при воспоми­
наниях детства: к,ш это давно и как это близко, Вот и для Попова, зрелого человека и художника, писавшего свою автобиографию, мать представлялась мо­
лодой, овеянной поэтическим очарованием сказок и песен, которые он от нее слышал. Образ матери, земли, приро­
ды -
все это было для него очень близко, все это стало важнейшим условием его художественного развития. Уроженец села Архангеловки (в 35 верстах от Орен­
бурга), будущий художник не терял, связи с дер~внеЙ. Родители его продолжали с ранней весны до позднеи осе­
ни жить в Архйнгеловке и после того как перебрались в город. «Это было большое счастье для меня,-
писал в сво­
ей автобиографии Лукиан ПОПQВ,-
я не был оторван от кормилицы матери-сырой земли, от родных степей и, гор». Попов учился в городской школе, ПОТОМ в трехклас­
СНОМ городском училище, но не закончил его. Двенадuа­
тилетнего мальчика определили работать в КНИЖI;IЫЙ и писчебумажный М'lгазин В. Курникова, где продавались краски, карандаш,,-, даже картины и, как писал в той же автобиографии Попов, «это для меня первая улыбка судь­
бы. Не попади я к нему в магазин, меня как художника, кто знает, пожалуй бы, и не существовало». Запомнилось на всю жизнь одно поручение хозяина -
отнести заказан­
ную раму для картины А. М, Васнецову, приехавшему для работы в Оренбург, запомнилйсь его ласковая привстлн­
вость, «трогательная простоТ3. обращения». Привечали спо­
собного подростка и IЗ кружке отставного солдата, худож­
ника-самоучки И. Мехеда, где он и получил первоначаль­
ные познания в живописи. В августе 1893 года Попов уезжает в Петербург с надеждой стать художником. Ca~1ЫM тяжелым и голодным был первый год, и если бы не нравственная поддержка ма­
тери, трудно предугадать его исход. В 1897 году Л. Попов поступает Б Академию худо­
жеств, в М'lстерскую изаестного русского художника В. Маковского. Очевидно, уже тогда интересы его лежали в области жанровой живописи, признанным мастером ко­
торой и был В. Маковский. Будучи учеником Академии, Попов дебютирует на передвижной выставке, в 1903 году становится полноправным членом Товарищества передвиж­
ных выставок. По окончании Академии художеств, в том же 1903 году, Попов возвращается в Оренбург. Выходец из крестьянской среды, представитель демо­
кратической интеллигенции, Попов здесь, в далекой про­
винции, отчетливо чувствовал грозовую атмосферу первой русской революции 1905-1907 годов. Его творчество­
горячий отклик на события тех лет. Понимание того, что бесправие, нищета неизбежно подводят крестьян к рево­
люции, подс',азало тему переселенчества, мощным пото­
ком в начале века пересекавшего губернию. Сюда, в орен­
бургские степи, собирая ма гериал для знаменитой ка рти­
ны «Смерть переселенца», приезжад Сергей Иванов; ин-
тересуясь переселенческим ВJПРОСОМ, побьщал Глеб Успен­
ский. Они видели прежде всего трагедию этих людей, до­
веденных до отчаяния, Лукиан же Попов акцентировал чувство собственного достоинства в своих героях, гнев крестьян, готовность изменить свою судьбу, постоять за себя. Поэтому так мужественны, так социально активны образы крестьян в картинах «Ходоки на новые места» (1904). «ПереселеНllЫ зимой» (1901-1904), «Переседенцы В грозу» (1897-1902). К этому циклу примыкает картина «Крепкий сон» (1911-1912), образом которой художник сообщает особеннук: поэтичность, создаваемую прекрасно написанным lIейзажем: очень «оренбургским» по вольной широте просто ров, по спьяняющсII высоте воздушного про­
странства. О гражданственности, общественном пафосе творчества Л. Попова FОВОРЯГ уже названия его произведений: «Сво­
боден:. (1905), «Агитатор» (1906), «Вставай, подымайся» (1906), «На митинге» (1906), «Социалисты» (1907). Когда отхдыну.ла водна революции, утопленной в по­
токах крови, Лукиан Попов остался среди тех представи­
телей демократической интеЛJIИгенции, кто сохранид веру в революционные потенциальные возможности народа. От­
того таким освежающим и очищающим весенним ветром обновления наполнена его картина «Луга затопило:. (1908), оттого такой внушающей уважение страстью борьбы ис­
полнены образы мужиков в картине, Оттого призывно И волнующе звучит красный цвет в общем приглушенном серебристом колорите картины, оттого и весна -
начало начал и половодье -
грозный разгул стихийных сид приро­
ды. Люди, возмужавшие в революционной борьбе, осо­
знавшие себя в новом качестве свободного человека, вре­
менно отступившие и вновь готовые к бою. Картины Л. Попова появляясь на выставках пере­
движников, привлекали внимание и зрителей, и прессы. Последняя не всегда была доброжелательна к художнику, ее не УС1 раивали его «большие картины с мужиками и ба­
бами», бунтующая сила. угадываемая в этих людях. И нужно быдо быть сильным, цельным человеком, чтобы 'выстоять, не уступить. Зато и занимал, и занимает Лу­
киан Попов особенное место среди представителей позд­
него передвижничества, в массе своей отходяшего от демо­
кратических, прогрессивных идеалов семидесятников. На выставках среди многочисленных пейзажей, портретов, на­
тюрмортов, работ этюдного характера картины Л. Попова обжигали горячим ВеТРОМ социальных перемен, застав­
ляли всматриваться в умные, волевые лица своих совре­
менников, крестьян, представитедей демократической ин­
теллигенции. Тонкчм чутьем художника и гражданина Лу­
киан Попов угада n и колоссальные возможности нового социального слоя, поднимающегося на борьбу,- пр оле­
тариата. По свидетельству жены художнш(з В. В. Попо­
вой, ее мужа часто посещали рабочие, а порой и пози­
ровали. Существуют в Оренбургском музее изобразительных искусств этюды так называемого «рыжего», образ новый и неожиданный ддя Попова, чем-то напоминающий нам Павла из «Матери» А. ГOPЬKO~O, машиниста Нила из его же «Мещан». Эта яркая социальная окрашенность твор­
чества Попова выделяла его из художественной среды, по существу делала одним из предшественников социадисти­
ческого реализма в советском искусстве. В 1912 году Лукиана Васильевича Попова избрали академиком живописи. Всего 12 лет охватывает период самостоятедьной творческой работы художника. Росли дети и, значит, росли заботы о семье, произведения далеко не всегда находиди покупателей Приходилось браться за любые дела: распи­
сывать церкви, работать преподаватедем в кадетском кор­
пусе. А тут еще болезнь и смерть сына ... Летом 1914 года Лукиан Попов неожиданно скончался. Данью признателыюсти оренбуржцев своему земляку стало пер@именование улицы Фельдшерской в улицу Лу­
киана Попова и создание мемориального зала Попова в экспозиции Оренбургского музея изобразительных искусств. -
.; .... )( I 8 о-
10 :z: :1: o::t ф Q. Ф u <i: Q ... ~ о L... W "3" О LlI « о.. « a:I О с; О L... .; .... ;:::. i О u ~ :s: :.= с w о.. :.= -
cci ~ ;:::. о ~ С О 1-
« м « L... >. с; ПОД КРАСНЫМ СВЕТОМ. (1910-е гг.) Часть вторая ПОРОГ КИНО с продолжением Егор соврал, когда сказал А1ихаилу, что терп.еть не может кино. Смотреть некоторые фИJIЬМЫ он лю­
бил. Причем фильмы, казалось бы, для Кошака со­
вершенно неподходящие. «Таверна» полегла бы от смеха, если бы там узнали. Егор стеснялся этой слабости даже перед собой. Фи.1ЬМЫ были слюнявые, он сам это понимал. Часто очень старые и совсем детские. «Старик Хот­
табыч», «Кыш и Два портфеля», «Внимание, чере­
паха!», «Денискины истории», «Тайна волшебной две­
ри»... Иногда это БЫJIИ сказки, иногда вроде бы «про настоящую жизнь» -
все равно на экране происходило то, чего на самом деле не бывает. Там среди разноцветных домов, по очень зеленой траве, под необычайно синим небом ходили добрые волшеб­
ники и другие неправдоподобные люди: улыбчивые учительницы, трогательно заботливые папы и мамы и -ясноглазые маJIЬЧИКИ и девочки. С этими маJIьчика­
ми и девочками ПРОИСХОДИJIИ смешные и поучитель­
ные ПРИКJIючения, которые сами по себе Егора не вол­
новали. Его привлекал воздух и свет этих бесхитрост­
ных кинолент, беззаботность, разноцветная празднич­
ность, ясная простота в отношениях между героями. Когда удавалось выловить в киноафише название такого фильма, Егор воровато усмехался, поднимал воротник, натягивал поглубже шапку и ехал в даль­
ний кинотеатр ИJIИ клуб. Ехал хотя знал, что уйдет из кино с ощущением еще одного обмана. Даже с тоской. Возможно, это была печаль по той жизни, когда мир казаJIСЯ действительно разноцветным и добрым. Печаль о времени, когда был Горнист ... Егорка увидел его, когда впервые приехал в «Элек-
троник». -
Горнист будил ребят по утрам. Растрепанный после сна, босой, он выскакивал на влажное от росы крыльцо, торопливо заправлял майку в трусики, ве­
село щурился и вскидывал трубу. На серебряном раструбе загорался мохнатый сгусток нестерпимо яр­
кого солнца, стреляющий горячими искрами. Сигнал Горниста был не привычная «побудка», а длинный, переливчатыЙ. Бодрый и в то же время ласковый какой-то. Словно этот трубач -
конопатый больше-
Продолжение. Начало в М 11, 12,88 г. Книга третья ротый Игорек -
подбежал к Егоркиной кровати, сме­
ется и треплет его по плечу._. БываJIО, что Егорка просыпался раньше всех в паJIате, садился на подоконник и ждал, когда Иго­
рек выпрыгнет на крыльцо и заиграет. Так ждаJI, что внутри замираJIО. Это были сладкие минуты ожида­
ния сказки и тайного восторга. Егорка млел от спрятанной в душе любви к Гор­
нисту и, конечно, мечтал с ним подружиться. Но Иго· рек был старше, вокруг него всегда кружился рой весе"lЫХ приятеJIеЙ. Ладно, пусть. Егорка БЫJI счаст­
лив и тем, еСJIИ трубач Игорек замечал его мимохо­
дом и улыбался на бегу или ГОВОРИJI несколько слов._ Потом Горика Петрова родители увезли из «ЭJIек­
троника», и скоро СЛУЧИJIОСЬ то, что зачеркнуло прежние радости. На СJIедующий год «ЭJIектроник» был уже не тот. И сигнаJIЫ горна, З'аписанные на ПJIенку, разлетались из ревущих динамиков. А Игорька не было. А еСJIИ бы он и оказался снова, то что?. Все это случилось давным-давно, в МJIаденческие годы. Однако вспоминалось иногда. Порой вспыхнет солнце на оконном стекле иди пряжке у сумки -
и словно утренняя мелодия пробьется сквозь серую монотонность дней ... Но вспышка -
она и есть вспыш­
ка. Миг. А потом -
тяжесть на душе какая-то. Впро­
чем -
неДОJIГО. Так же, как и грусть после разно­
цветной киносказки ... Кино называлось «Девочка и крокодил» и, ка­
жется, рассказываJIО про забавные поиски сбежав­
ших откуда-то зверей. Хотя, возможно, Егор путал с фИJIЬМО'\'[ «УкраJIИ зебру» ИJIИ «CJIOH И веревочка». Неважно... Егор в тряском и тесном автобусе поехал на окраину, в Клуб теКСТИJIЬЩИКОВ. За стеКJIами ПРОПОJIзаJI осенний день с ГОJIЫМИ и мокрыми топо, лями. Неопределенный какой-то день: то солнце ПРОГJIянет, то опять все укроется пепеJIЬНОЙ п:асмур­
ностью. С неба -
то морось, то снежинки ... И в жизни, в настроении какая·то неопределен­
ность ... Недавно были осенние каникулы. За ними сразу, контрастом, траурные дни -
умер Брежнев. Эти дни скомкали привычный ритм, ощущалась неясная тре­
вога. В разговорах, в вопросах, во взглядах. Даже Курбаши в «Т2верне» сказаJI необычно серьезно: -
Вот что, джигиты, вы это... ПОJIегче сейчас. Чегой-то дружиннички активность запроявляли. -
А мы чего? -
хмыкнул КОПЧИК.- Законов не нарушаем. -
Если сунутся, скажем: «дайте молодежи KYJlb-
турный КJIуб, чтобы интеЛJIигентно проводить вече­
ра»,- с тонкой сваей УJIыбочкой- добавил Валет.-
НАСЛЕДНИКИ Путь в архипелаrе Рис. Евгении Стерлиговой 2 «Уральский следопыт:> No 3 9 Создадим кружок любителей клаdcической музыки, будем собираться легально._ -
Точно ... -
сумрачно сказал Курбаши. Неясное беспокойство коснулось и семьи Петро­
вых. Отец ПОзже стал приходnть с завода и однаж­
ДЫ Сказал матери: -
Зашевелились ... Думают, онn оДни честные ра-
ботники, а остальные ... Их бы в мою шкуру ... А Пестухав? -
привычно обеспокоилась мать. -
А он везде выплывет. Такое ... вещество не то­
нет ... На несколько дней оказалось скомканным школь" ное распnсанис. ВОТ и сегодня вместо шеСти уроков­
четыре. УчитеJl€Й куда-то там вызвали. Ну и пре­
красно. Поэтому и можно ехать не спеша в дальщrй клуб на старый кинофильм ... Однако оказалось, что сеанс про дево,ЧКУ n кро· кадила отменен. 1Зместо него в афише значился двух­
серийный амерnканский «Спартак». Егор шепОтом BbrpyraJi КnИОlllное начальство от кассира до мини­
стра, а потом взял билет. Не ехать же обратно не солоно хлебавши. «Спартака» ОН раньше не видел. Может, и есть на что посмотреть. Гладиаторы там всякие, рубйться станут.... А главное -
на экране обязательно будет лето. Зеленое, солнечное. А то холод и серая морось так осточерте.rrlt ... Фильм Егору не понравился. Красок там хватало, звона мечей тоже, но какое-то надоедливое это все было. Мускулистые герои в шлемах с гребешками были похожи один на Apyrot'o, перепутывались. И так все дошо, затянутЬ ... Егор начал отВJiекаться, рассеянно думать о сво­
ем. О поездке в Среднекамск и возвращении с Ми­
хаилом ... Михаил с той поры знать о себе не давал, хотя обещм! позвонить... Егор поймал себя на том, что думает о молчании Михаила с .посадой ... Что за чушь! Больно еМу, Кошаку, это надо! История Спартака на экране кончи,1а,сь не так, как в учебнике и книжках. Это на минуту доставило Егору УДЬВОJIьствие. Оказывается, Спартак (по край­
ней мере, в фильме) был вовсе не такой уж герой, а тоже человек СО страхами и слабостями. И в по­
СЛедние минуты не избегнул унижения ... Обратный автобус оказался ПОJ1УПУСтым. Егор устроился один на заднеir скамье. Впереди него зв­
нимала два сиденья обширная тетушка. Из-за тетуш­
ки виднелись две мальчишечьи вязаные шапки. Одна коричневая -
гребешком, другая -
синяя, с белым пушистым шариком. Шапки были знакомые, особенно коричневая. А торчащие уши и тонкая шея старшего мальчишки -
тем более. А когда Егор услышал го­
лоса, стало совсем ясно, что это Ямщиковы. Младший Ямщиков звонко и решительно крити­
ковал фильм: -
Откуда они взяли, что ОН в плен попался? Джованъоли пишет, что он в бою погиб! «Смотри-ка, мышонок читал Джованьоли!» Редактор не то согласился, не то заспорил С бра­
том: -
Дело даже не в этом. У Джованьоли ведь то­
Же не точная история, а роман. Главное, что амери· канцы вообще всего Спартака исказили. Показали, будто он всю жизнь' бь!.l1 раб в душе и таким остал­
ся до смерти. Видаtь, им это выгодно ... Потому что они сами за рабство! ... Они показывают, будто он был рабом и сы-
10 ном раба. А это чушь,-':' негромко, но отчетливо не­
годовал Редактор.- Он был фракийский воин и по­
пал к римлянам в плен. А потом поднял восстание ... Оп бы ни за что на свете не да.l распять себя! -
Конечно! У него же меч в руках был! А он .. " ... Меч Спартаку, схваченному после битвы, дали римляне. И молодому воину, другу Спартака, далn. Обступили их плотным кругом. Красс надменно ска­
зал: . -
у вас будет последний гладиаторский бой. Один умрет от меча. А победитель будет распят. И вот друзья кидаются друг на друга. Каждый старается убить товарища, чтобы избавить его от по· зорной смерти на столбе с перекладиноЙ. Спартак сильнее, он побеждает. И медленно умирает, привя· занНЫй к приколоченному на высоте брусу ... -
У них же были мечи! -
опять стеклянным от обиды голосом сказал Ваня.- Если по правде, они бы на римлян, а не друг на друга кинулись! Они бы сколько еще врагов искрошил}!! -
По правде так и БЫJ10,- утешил брата Редак" тор (а Егор усмехнулся).- Даже еще лучше. Спар· так в последней битве дрался двумя мечами. Враги его окружили, а он швырнул в них свои тяжелый щит, подхватил левой рукой второй меч и рубился, Пока был жив ... Его пОтом нашли под грудой рим­
лян ... Ваня негромко (почти неразличимо для Егора) сказал: -
Я про это не знал... про два меча. В книжке, по-моему, этого нет. -
Про Спартака ведь Не одна кнnжка. Я читал ..• Егор сидел, втянув t'0J10BY и отвернувшись к ок­
ну. Не хотелось, чтобы ЯмЩиковы узнали его. Но они назад и не смотрели. На остановке у овощнGГО магазина они ВЫШЛИ через переднюю дверь, а Егор выскочил сзади, зацепив заругавшегося пенсионера. Чтобы огрызнуться, Егор. на две секунды задер­
жался и Мельком услышал Венькины слова. Тот ска­
зал братишке: -
Беги в БУЛОЧНУНj И -
сразу домой. А я капу­
сту куплю ... Но тут же Егор перестал дfмать и о вредном пен­
сионере, и о ЯмiЦиковых, потому что увидел Копчика. Копчик топал вместе с «нетаверновскими» друж­
ками Чижом и Хныком. Теми самыМи, с кем ловили Редактора. На ходу Копчик отдирал зубами крышку сигаретной пачки. Егор почувствовал, как хорошо сейчаС', в этой уличной промозглости, подымить, погреть себя ую1'­
ным табачным огоньком. Но просто так подкатывать к Копчику было неинтересно. Лучше сделать нако­
лочку -
выскочить неожиданно. КОПЧИК вздрогнет и, может быть, даже завизжит, он же истеричный. Прав­
да, потом он заноет: когда Кошак отдаст деньги за кассету? Егор объявил, что потерял ее, и КОПЧИК требовал девятнадцать рэ: девять за саму кассету· и червонец за ценную запись. С него, мол, тоже тря­
сут ... Ну ничего, три недели терпел, потерпит еще ... Егор знал, что Копчик с дружками пойдет к свое­
му дому по Калужской. Это была улица с вековыми березами и домами купеческих времен. Некоторые дома стояли разрушенные. Городские власти посту­
пали с ними крайне бестолково: выселят людей из старого оёобняка, разломают его и оставляют в та­
ком виде. Развалины темнеют оконными проемами, • I зарастают крапивои._ \ Егор, не заМеченный Копчиком и К0мпанией, по­
спешил вперед и укрылся в раЗQИ'fQМ 0СQбняке с ос­
татками узорного чугунного крыльuа. Притаился у внутренней стены с клочьями обоев -
так, чтобы из глубины Вl1деть через пустое окно улицу. Крыша над головой. была пробита, Неожиданно пошел круПный снег. В проломе, на фоне светлоr'О неба, он казался темно-серым, а черную землю и се­
рый забор в оконном проеме заштриховывал белыми густыми росчерками, Егор поднял воротник, придви" нулся к окну. чтобы не прозевать Копчика. Но сперва он увидел Редактора, тот поспешно шагал и вертел головой: снег залетал ему З8 широ­
кий ворот, на голую тощую шею. А руки у Веньки были заняты -
в одной школьная сумка, в другой авоська с тяжелым вилком. Егор мельком и привычно позлорадствовал: как Редактору снег·то за шиворот! И услышал топот; Веньку догоняли. Венька по-петушиному оглянулся и сразу встал спиной к толстой березе. Не побежал. Куда убежишь от троих-то, да еще с грузом. Хотя не в грузе дело. Егор понимал, что Редактор не побежал бы и на­
легке ... Со странным чувством удовольствия (попалась птичкаl) , любопытства н неловкости Егор опять ото­
двинулся в глубь разрушенной KOMltaTbI -
чтобы остаться незамеченным и посмотреть бесплатный спектакль. Ну что, Редактор? Это тебе не про Спар­
така рассуждать, который с двумя мечами на толпу 2* римлян. Это реа.тrьная наша житуха, никакой роман­
тики. Не Красс и не Помпей, а Копчик с двумя друж­
ками, не слыхавшими ни о Джованьоли, ни о зако­
нах рыцарских поединков. Они народ простой ... Копчик вынул изо рта сигарету, притушил о каб­
лук и спрятал в карман. Сказал почти ласковО!: -
Ямщик, не гони лошадей ... -
Чего опять надо? ~ отозвался Венька. Безна-
дежным тоном, но и без заметного страха. Даже с ноткой пренебрежительной скуки. Уловив эту нотку, но еще сдерживаясь, Копчик процедил: -
Так, Ямщичок, ничего нового. Давно тебя не били. -
Последний раз аккурат десять дней иазад,­
хихикнул Чиж. -
Ну, давайте,- тихо сказал Венька и, кажется, uрищурился (за снегом не разглядишь толком). И опустил на землю сумку и вилок в сетке. -
Щас махаться опять будет,- сопя. сказал низкорослый толстый Хнык.- В тот ,раз по губе мне задел, подлюка. Щас не заденешь ..• -
Ох и надоели вы мне, гады,- уныло произнес Венька.- Хоть бы понять: чего вам надо-то? Чего вяжетесь? Чиж опять хихикнул по-своему (<<х-хых ... ») и при­
гQтьвился. Оглянулся на l(опчика. Но тот вдруг предложил миролюбиво; -
А ты откупись, Венечка. Недороro возьмем. -
Да? -
непонятно сказал Редактор. Ага! -
обрадоsался, даже подскочил Хнык, 11 самый глупый ИЗ троих.- По трояку на нос! Всего! -
Много себя ценишь,- холодно сказал ему Коп­
ЧИК.- Хватит и по рублю. Не в деньгах счастье. Не правда ли, Веня? В голосе Копчика Егор уловил насмешливо-фило­
софскую интонацию. Странно знакомую, но Копчику. не свойственную. И вдруг понял: таким тоном в дав­
ние времена говорил иногда Боба Шкип. И оттого, ЧТО Копчик, скотина, пытается подражать Шкипу, Кошака резанула злость. Вот выскочить бы да вре­
зать Копчику по соплям! А потом и двум его холуям. Это хорошо получилось бы, если нахрапом! А может, и Редактор хоть маленько помог бы ... Егор даже улыбнулся, представив такую неправ­
ДОПОДОбную вещь. И прикинул в уме: а что было бы . потом? Наверно, многое в жизни пошло бы по-дру­
гому... По-другому -
это как? Куда и зачем? Без «таверны»? И главное, ради кого? Выходит, ради Редактора? Лезет же в голову всякое ... Копчик -
он все-таки Копчик. Хотя и противный иногда, но свой. И понятныЙ. Вот И сейчас он ясен Егору как дважды два. Не так yif( важно Копчику раскровянить еще раз Ямщикава. Главное для него,. как было и для Кошака, переломить Редактора. Без битья -
даже лучше. Пусть покорится страху, пусть послушным станет. Иначе какая-то неуверенность на душе ... И давя в себе эту неуверенность, Копчик повторил: -
Хватит трояка на всех. Недорого. Выложишь, Ямщичок? .. -
Если бы вы знали ... -
громко выдохнул Венька. -
Если нету, мы подождем,- сунулся Чиж.-
Ага, Копчик? -
Если бы вы знали,- устало сказал Редактор,­
как вы мне осточертели ... Я бы все деньги, какие смог достаТЬ,отдал бы, чтобы не видеть вас никогда больше ... Егор не дышал в своем углу, чтобы слышать все. Сквозь летящую сетку снега он смутно видел Веньку снеразличимым лиuом и спины троих. И тихо было так, что слышался шорох снежных мух. -
Так что? -
нетерпеливо разбил тишину Чиж.­
Нету,что ли? -
да не в этом дело,- печально сказал Редак­
тор.- Не могу я, Копчик, дать вам по рублю. -
Не uенишь, значит ... -Копчик покивал.-
А ладно, мы не гордые. По двадиать копеек дашь? И не тронем больше, гад буду, если совру. Егор совсем замер. Обидно же, если ему, Коша· ку, Венька не уступил, а КQПЧИКУ теперь сдастся! А ведь он может! Потому что здесь и гордость мож­
но сохранить! Отдаст Копчику с друзьями двугривен­
ные и усмехнется: ~Bce, в расчете! Гуляйте и помни­
те уговор ... » Получится, что он не откупился, а вроде бы кинул по обглоданной косточке зубатым псам. Но нет, Редактор не способен был на удовки с собой. -
Не выйдет, Копчик,- сказал он. -
А может, хоть гривенник? -
серьезно спросил КоПчик.- Один на троих? А, Веня? Так сказать, сим­
волически ... Это было уже совсем интересно. У Егора жилки напряглись от любопытства и невольного сочувствия Редактору. Ни копейки я не дам, отвяжись,-:- отозвался тот. даже ни копейки?! -
у :Копчика проскользну-
12 ла истерическая нотка. НО ОН сдержал себя. Кажет­
ся, заулыбался: -
А может, копейку-то дашь? Ну, одну копеечку? Маленький медячок? А? -
Копчик спросил это почти жалобно. -
Ни гроша,~ сказал Венька и вздохнул. -
Неужели такой жадный? -
голос Копчика стал 3.Ловеще ласковым.- Всего копеечку. Не дашь -
по морде опять набьем. Дашь -
больше никогда не тро­
ну. Неужели для этого жалко медяка? -
да не жалко,- убежденно и спокойно, будто они просто так беседуют, разъяснил Венька.- Не жалко мне медяка. Я же говорю, кучу денег не по­
жалел бы, только чтобы ты отвязался от меня ... При­
скребаешься все время, засады дурацкие устраива­
ешь. Знаешь как опротивело! -
Ну, так в чем же дело? -
удовлетворенно спро­
сил Копчик. -
А·ни В чеМ,-устало сказал Венька.-Не могу я от тебя' откупаться. И бегать не могу. Мне потом противно будет перед самим собой: какого-то Коп­
чика медяками задобрить хотел ... Копчик быстро ударил его по зубам. Венька на­
гнул голову, вскинул PYKZI И бро'СИЛСЯ на Копчика. Было видно, что бросился безнадежно -
лишь бы не стоять беспомощно, когда бьют. Его сбили на з'емлю сразу -
Хнык ударил сбоку, а Чиж дал подножку. И Егор успел заметить, как Редактор прикрыл голову и как его успели пнуть несколько раз. Но раздался гневный мужской голос, и компания в секунду «дала ноги», исчезла за сне­
гом. Венька вскочил. Рядом с ним оказались мужчина и женщина, по­
жилые. Женщина охала. и отряхивала Редактора, мужчина что-то спрашивал и кашлял. А Егору на секунду почудилось, что Венька смотрит в оконный проем и видит его, Кошака. Ерунда, конечно ... Егор ощутил вдруг, что мускулы у него натяну­
ты, как для скачка. С чего бы это? Уж не хотел ли он с полминуты назад выскочить и вмешаться в дра­
ку? Чушь какая ... Он расслабил мышцы, по-кошачьи скользнул за внутреннюю перегородку, прошел несколько разру­
шенных комнат и оказался на пустыре. Снег валил все гуще (не зима ли наконец пришла?). Егор пов'ерх шапки натянул капюшон. И дворами вышел на боль­
шую улицу ПеРВQмаЙскую. Смутно было на душе. Неясно. дома постоял перед стеллажом, отыскал «Спар­
така» Джованьоли, бухнулся на тахту, полистал, ус­
мехаясь. Отбросил книгу. Вспомнил, как лихо улепетнули Копчик, Хнык и Чиж. Подумал: «Повезло Венечке, что прохожие по­
явились». Потом подумал еще -
будто СО стороны услыхал: «А может, и Копчику повезло ... » И уж со­
всем дурацкая мысль проскочила: «А может, и всем нам ... » Лучше всего было бы пойти в ,«таверну» И рас­
сказать про этот случай. Как перепуганно Копчик драпал от [lapbI пенеионеров. Приукрасить, конечно. Будет общая ржачка, а Копчик станет лупать гла­
зами: откуда Кошак все знает? Но вставать было лень. И «ржачки», ПО правде говоря, не хотелось.. Вот если бы, как раньше, был в «таверне» Кама с гитарой_ Мы помнить будем путь в архипелаге, Где каждый остров был для нас загад1СОй ..• Порот С утра болела голова и скребло в горле. Егор сначала не хотел даже идти в школу. Но потом по­
думал, как мать пристанет к нему с градусником и таблетками: «Глотай, Горик, не капризничай, это от головы, а это от жара ... » Хотя знает, что его от лю-
бых таблеток с души воротит. . Сонно и тупо, ни о чем связно не думая, отсидел Егор на уроке истории. И продолжал сидеть после звонка. Все с гвалтом и толкотней спешили из каби­
нета, а Егору лень было вставать. Наконец вста.l1, поволок за ремень к двери грязную сумку ... И в дверях -
лицом к лицу -
сошелся с Ямщи­
ковым. Был Редактор бледный, и глаза у него пылали. Именно это книжное сравнение пришло в гудящую голову Егора, когда наткнулся. на Венькин взгляд. Редактор (подумать только!) загородил Кошаку до­
рогу и тихо, с придыханием, выдал: -
Ох и подонок ты, Петров ... Егор даже забыл про хворь. Замигал. И хоте.'] спросить ехидно, а получилось глупо: -
А ... чему обязан? Часто дыша от ненависти, Редактор объяснил: -
Раньше я думал, что ты просто сволочь. А ты еще и трусливая сволочь ... Врезать Редактору -
это было проще всего. Ка­
жется, Венька того и ждал. Сам нарывался. А Егор опять ощутил вялость и тупую боль в голове. Он отвоел глаза от Венькиных зрачков, посмотрел ему в лоб и сказал пренебрежительно: -
Люблю узнавать про себя что-то новое. Под­
робности будут? Насчет трусости. -
Думаешь, я не знаю, что это ты Копчика с его шестерками на меня вчера натравил? А сам -
в ук­
рытие! Чтобы характеристику не испортить! -
Я?! -
изумился Егор. Помолчал, соображая. И себе уже, а не Веньке сказал: -
А ... Заметил, зна­
чит ... -
Да, Кошак. Ты увлекся зрелищем и неосторож­
но высунул свою трусливую морду. -
Было бы на' что смотреть ... -
хмыкнул Егор, и вдруг стало неловко. Сам этому удивился. И чтобы задавить глупую стыдливость, обстоятельно разъ­
яснил: -
Да, сделалось интересно, как ты начал ма­
хаться на Копчика. Просто цирк. -
Трое на одного -
всегда цирк,- сипло сказал Венька. И Егор ощутил его ненависть, как ощущают кожей холод или жар. «А ведь есть от чего ... »-
вдруг подумал он. Без сочувствия Редактору, конеч­
но, без смущения уже, а так, аналитически. Себя и Веньку переставил в уме, как шахматные фигуры. Будто его, Кошака, трое прижимают к березе, а Ре­
дактор, ухмыляясь, глядит из развалин. Тут, пожа­
луй, заведешься ... -
Ну, и чего ты хочешь? -
спросил Егор. -
Хочу выяснить. Ты стопроцентная падаль или что-то от человека осталось? -
Любопытно ... А как? -
Если ты меня за что-то не терпишь, можешь один на один? Или вы там привыкли только сворой, по-шакальи? -
Стыкнуться, что ли? -
удивился Егор. -
Хоть прямо здесь, хоть за гаражами на дворе! Боишься? Конечно, ни Копчика рядом не будет, ни­
кого другого ... Кошат<у не нужен был Копчик, если такое дело, Кошак, даже кислый и вареный, как сейчас, мог сре­
зать Редактора одним приемом, раскатать в блин, сложить вдвое и вчетверо и законопатить им любую щель ... Но ... А потом-то что? Венька утрет кровь, за­
лечит ссадины и останется в своей прежней .непобе­
димой ненависти. И все равно. будет думать, что Егор -
наводчик. -
Измордую я тебя, а какой смысл-то? -
спро­
сил Егор. -
Боишься,- искренне сказал Венька. В гневном своем запале он, видимо, ощущал силу совладать с Кошаком. -
Ну, даваЙ ... -
вздохнул Егор и отступил в ка­
бинет.- Давай уж здесь, пока никого нет. Этобыст­
ро ... А на дворе холодрыга ... -
Его передернул озноб. Венька сжал губы и шагнул следом. Абсолютно бесстрашный, он был сейчас даже симпатичен. Егор сделал шаг еще назад и сел за ближний стол. Под­
пер щеку. -
Подожди, Редактор. Одно слово... Ты сейчас, возможно, мне даже и навешаешь по ушам. Я се­
годня полудохлый, а ты в таком ... яростном вдохно­
вении. Как Спартак, который с двумя мечами на рим­
лян ... ~ Он заметил, как у Веньки удивленно обмякли и разомкнулись губы, приподнялись брови.-
Я толь­
ко хочу, чтобы ты знал ... Это я честно говорю: Коп­
чика с ребятами я не наводил. Я его сам там под­
карауливал, чтобы выпрыгнуть и шмон устроить. А тут тебя черт принес ... -
Заврался, Кошачок,- презрительно сказал Венька. -
Да нет же! -
Егор сам удивился, как ему хо­
чется, чтобы Редактор поверил. А зачем? Не все ли равно ... -
А впрочем, дело твое, не верь ... -
Он вы­
толкнул себя из-за стола.- Айда к доске, там про­
сторнее ... Только потом бочку на меня не кати, не я начал. -
Не бойся, скажу, что я ... Начать они, конечно, не успели. Ворвалась в ка­
бинет орава из восьмого «Б». -
Ну ВОТ ... -
сказал Егор Веньке. -
Выкрутился,- бросил ему Реда'КТОР. Брезгли-
во, но, кажется, и с тайным облегчением. Оба вышли в коридор. Венька на прощанье смерил Егора взгля­
дом -
будто плюнул. -
Можно ведь и за гаражами,- сказал Егор.­
Только уж на другой перемене, сейчас звонок будет ... -
Ага! А ты сбеги с урока й позови свою кодлу! Не позову, обойдусь и так... Хотя дурак ты, Редактор. В двадцатом веке живешь, а все в рыца­
рей играешь ... -
А ты в кого? -
А я -
в себя ... -
отозвался Егор. Потер лоб и удивленно сказал: -
Вот черт._ Мне почему-то хо­
чется тебе доказать, что не звал я вчера Копчика. Глупо, конечно ... -
Не глупо, а бесполезно,-
глядя в сторону, от­
ветил Венька. Без прежней злости, утомленно.- Ну ладно, я поверю. А что с того? Все равно ты подо­
нок, и я тебя терпеть не могу. -
Закономерно,- усмехнулся Егор.- За что тебе меня любить? Им бы разойтись, а они шли по коридору как при­
ятели. Со стороны казалось -
одноклассники беседу­
ют о привычных делах. , ........ я НЕ' про «любить»,..., rлядя под нсrи, разъяс­
нил Венька.- Я ненавижу ... таких, как ты. -
Каких? -
Таких вот ... которые не живут, а приспосабли-
ваются. \ ,-
Я? Приспосабливаюсь? -
по-настоящему уди­
вИлся Егор. -
А разве нет? Везде. На ущще тебя бандюги из «таверны» берегут. А в других слуqаях важный товарищ Петров за сыночка заступится. Один звонок по телефону и -
Все в порядке ... -
Много ты знаешь,- тяжело сказал Егор. -
А что, не так? -
Ну ... пускай так. А тебе завидно? -
Вот еще. Без дружков да без папаши ты чего стоишь-то? "-
А ты? -
огрызнулся Егор. Без злости, авто­
матическИ. -
А при чем тут я? Мне и не надо, qтобы кто-то мне завидовал. И другим я жизнь не отравляю ... -
Как знать ... -
А !ют так и знаИ! Если я с кеМ спорю, то чест-
но. На глухих дорожках да еще с помощниками нико­
го не караулил. Eгo~ кивнул: -
Да, в спорах ты сильней, чем в драках ... -
Ну, ты СО мной еще не дрался! -
опять взвин-
тился Венька.- ТЫ все чужими руками. -
Опять ты прав, Ямщиков,- согласился Егор. Даже с каким-то удовольствием. И добавiIЛ неожи­
данно: -
В одном только не прав. НО ТЫ не знаешь ... -
Чего такого я не знаю? -
сказал Венька аг­
рессивно. -
Про отца; .. Не отец он мне. Венька сбил шаг и удивленно глянул сбоку на Егора. -
Ага,- кивнул Егор.- Он отчим, я недавно уз­
нал. Отец был инженер-подводник, его убили банди­
ТЫ. Давно ... Венька шевельнул плечом -
и удивленно, и сму­
щенно, и непримиримо. И слова его были такие же: -
Ну а ... какая разница в конце концов? Что это меняет? --' Сам пока не пойму ... -
Ну а ... мне-то что? Зачем ТЫ мне это говоришь? -
Не знаю ... -
медленно сказал Егор, потому чтО не знал.- Правда не знаю ... Может быть, потому, что больше некому? И БЫстро пошел вперед, оставил Веньку. «Может быть, потому, что больше некому» ... За­
чем он это сказал? «Не знаю ... » I Или правда, хотелось рассказать об отце и не знал, кому? Не в «таверне» же говорить об этом. «А почему не в «таверне»?» Он же столько раз там рассказывал о своих де­
лах. Даже тайнами делился... Видать, не те были тайны. Услыхав историю погибшего отца, обитатели «таверны» скорее всего полезли бы в детали: «А от­
куда знаешь? .. А ты· чё, брата-мента заимел? Ну да­
ешь, Кошак! .. А тех хануриков взяли? И чего? Вышку дали? .. Конечно, вышку, это ж заранее обдуманная мокруха ... » Нет, не для «таверны» разговор ... Ну, а Веньке­
та все-таки зачем сказал? Что за язык-то дернуло? 14 Он дума.'! об 9ТОМ иа уроках, а потом -
дома. когда бесцельно валялся на тахте или бродил по комнатам (под периодические просьбы надеть та­
почки) с И фраза эта «Не знаю ... Может быт,' боль­
ше некому» повторя.'Iась Е/ мыслях и что-то очень напоминала, обретала знакомую интонацию. И наконец Егор вспомнил: 'тем же тоном, со спо­
койным' удивлением и холодной честностью, пытаясь понять самого себя, он в вагоне, после стычки с Фа­
тером и Федюней, сказал Михаилу: «Не знаю... Мо­
жет быть; потому, что ты все-таки брат?» Ну, а сейчас-то что? Редактор-то здесь при чем? И случай совсем не тот ... Но от разговора с Венькой мысли уже перешли к Михаилу. Егор подумал, что прошло три недели, а тот о себе не напоминал. А ведь обешал позвонить! И Егор признался себе, что все это время помнил про обещание Михаила. Со смесью любопытства и тревоги ждал звонка. «А зачем это тебе надо?» -
одернул он себя. «1\ мне и не надо! Просто ... трепло такое. Говорил «позвоню», а сам ... » И ответом на эту мысль громко запел птичьими трелями новый кнопочный телефон. Длинные между­
городные сигнальi1 Отец еще не пришел, мать ушла к знакомым (<<Горик, салат в холодильнике, котлеты на плите, я буду к девяти. И не ходи босиком ... »). Егор выскочил в переднюю и взял трубку. Звонил, конечно, не Михаил. Спрашивали отца. Кажется, из Москвы. Воинственный женский голос. Егор сумрачно разъяснил, чтО Виктор Романович Петров так рано с работы не приходит, надо звонить на завод. -
Там его тоже нет на месте! -
Естественно. Он не сидит в кресле, а мотается по объектам. А карманных телефонов еще не при­
думали. -
Меньше бы мотался, больше было бы проку,­
отчетливо сказали на том конце провода. И Егор представил раздраженную округлую даму. -
Так и передать? -
ехидно спросил он. -
Так и передайте. . -
Ему захочется узнать: от кого именно? -
А вы не пугайте! Времена не теl -
И гудки. Егор присел на замшевый пуф у телефонного сто­
лика. Забыл про скандальную даму и несколько ми­
нут думал о своем. Потом, усмехаясь от неловкости перед собой, вызвал 006 -
справочное «междугород­
ки». -
Код Среднекамска скажите, пожалуйста ... Посидел еще с полминуты. Механически,. словно кто-то другой двигает его пальцами, набрал вызов Среднекамска и домашний телефон Михаила -
номер он помнил наизусть. Почему-то бестолково затюкало внутри. Глупо. Во-первых, вообще глупо, а во-вторых, старший сер­
жант Гаймуратов наверняка на дежурстве или в ко· мандировке ... -
Да,- сказал женский грлос.- Я вас слушаю ..• Алло! -
Это квартира Гаймуратовых? ЗдравствуЙте.~ А можно Михаила ... Юрьевича? -
Миша, тебя ... -
сказали в далеком незнакомом доме.- Иди скорее, кажется, опять междугородняя ... -
С'Iушаю,- глуховато сказал Михаил.- Кто го­
ворит?. Это Севастополь? Алло!_. -
r!риэет.- ВЬtдохку.n Егор.- Это пе СезастоnоJТЪ. ЭТО я, Егор ... Петров. -
А·а ... -
прозвучало без радости, даже с доса­
дой. И вдруг по-новому: -
Кто? Егор?! ОЙ, ну здрав­
ствуй! Молодчина, что позвонил! Ты извини, я сразу не rtонял; я: тут с СеваСтополем недавно ГОJ30РnЛ, Ii вдруг опять такой же звонок! .. Как дела? -
Дела ... Да по-всякому. -
А почему звонишь? Что-то произошло?. Или так просто? -
Так просто ... А что может IlРОИЗОЙТИ? -= Егор за усмешкой спрятал растерянность. В самом деле, зачем он позвонил? Хотя бы причину заранее при­
думал, идиот.- я: так... Бумажка с твоим номером под руку попалась ... а я дома один сижу, делать не­
чего. С простудой к тому же ... -
Сильно простыл? -
Д~ нет,. маленько .. горло скребет ... -= <И вооб-
ще что-то скребет,- добавил он про себя.-'- На душе, как говорится ... » И вдруг сkазал: -
МИШ!l ••• А У тебя фотография есть? Чья? Моя? -
Отца ... Ну ... Нечаева; -
Есть, конечно, Егор! Много! -
Как-то, понимаешь, по-дурацки тОгда вышло; .. Ничего не успел спросить ТОЛКОм. Может, правда надо было зайти к вам ... Егор понимал, что «сдает позиции», но не было в нем обиды на себя и смущения. Только грустно немного было." Михаил помолчал и сказал с осторожной ласко­
востью: -
Все поправимо, Егор. я: завтра же вышлю сни­
мок. Эта ласковость и готовиость разом оживили в Егоре прежнюю неприязнь. Он хoteл насупленно от­
ветить, что у него не горит, но Михаил заговорил опять: -
А еС'Ли надо скорее, 1'0 позвони Ревакому! у него снимков То.лИка тоже много. В том числе и детск.ие_. -
Это режиссер, что ли? -= ощетинился Егор. ---
Да. А что? -
А ты не знаешь, «что»? 51, по-моему, расска-
, зывал. Как говорят деловые люди, «у нас nе сложи-
' лнсь отношения». -
Плюнь! Он :ще не знал, кто ты такойl А когда узнает ... -
И что? Изменит мнение о McreM моральном облике? -
Егор ... Брось ты этот тон, а? Ну, в самом деле ... -
Да не в тоне дело... Значит, .пришлешь кар-
точку? -
я: же сказал... А про Ревскоro я вот почему ВСПОмнил. Он бы мог получше, чем фотографии по­
казать. я: тебе не успел рассказать тогда ... -
Кинопленку, что ли? -
догадался Егор. -
Когда мы с Толиком были в Севастополе, Рев-
скlIй нас заманил учgствовать в съемках, в массовке. Толик там в одном эпизоде ... Сейчас этот фильм ред­
ко идет, но в кинохранилище-то он есть, Ревский мог бы ... А как называется кино? -
«Корабли в Лиссе». ;..... Может, пойдет на повторных э!{ранах. Тогда и посмотрю. -
Как хочешь... Егор ... -
\:fTO~ -
А ты никому не говорил._ про нашу встречу? И что знаешь про отца? -
Зачем? -
сказал Егор прежним toHOM, как в С редиека м ске. -
Да нет, я так ... Может, и к лучшему. Егора вдруг опять толкнуло: -
Я говорил ... одному человеку. Сегодня._ -
Кому? -
Да;.; ТЫ не поверишь.- Егор стесненно хмык-
нул.- Веньке Редактору. -
Ко-му? -
Ну, TOMycaMQMY ... с которым мы ... Не пом-
нишь, что ли? '-
Нет, я помню! Но почему ему-то? .. Или вы что? Вдруг помирились? -
Наоборот ... -
Егор поймал себя, что криво уды, бается.- Он меня, понимаешь ли, на поединок вы· звал. Пылая благородной ненавистью. А вместо дра­
ки вышла беседа... Глупая, правда ... -
А из-за чего поединок? -
Да так ... мелочи жизни. -
Замахнулся -
стукай,- сказал Михаил.- На-
ча.'! -
говори. -'-
Ну, если интересно тебе ... И Егор, все так же улыбаясь, поведал о своеи засаде на Копчика и о стычке Редактора с Копчи­
ком, Чижом и Хныком. -
Д-да ... -
помолчав, сказал Михаил. -
Что «да»? -
напружинив нервы, спросил Егор. -
Так ... -
голос Михаила стал вялым.- А ты, значит,· был в роли «американского наблюдателя»? Егор монотонно поинтересовался: -
А в какой роли ты хотел бы меня видеть? -
Честно говоря, в роли этого Редактора ... -
Ну, меня так легко не возьмешь, если даже трое... . -
я не о том. я: подумал, что будь Редактор на твоем месте, а ТЫ на его, он не наблюдал бы спо­
койно. А что бы сделал? Ну, если он такой, как мне кажется ... А он такой и есть,- жестко вставил Егор. ... Тогда 011 кинулся бы на помощь. Что?! Ради м е н я? О господи ты боже мой ... -
страдальчески ото­
зВался за много километров двоюродный брат.- Ну как тебе объяснить элементарные истины... Человек не бывает порядочным ради к о г о-т о... Он, если честный, то сам по себе. И ради себя в конце концов. Чтобы совесть не грызла. А иначе ... -
Если «ради себя», то это уже эгоизм, против которого ты активно борешься,- ядовито заметил Егор. -
Ну и прекрасно, если человек т а к о й эгоист! Он на месте сидеть не станет, если видит, как трое бьют одного ... -
Даже если его врага? -
Трое нормальных людей не будут бить даже врага. Обезвредить могут, если он правда Bpar, скру­
тить... А издеваться -
это лишь подонки могут ... Кстати, с чего ты вбил себе в башку, что Редактор ТВой враг? -
ЖШЩЪ вбила,- с философской усмешкой от­
ветствовал Erop.-
Развела нас по разные стороны баррикад. -
Ну и дурак,- вздохнул Михаил. 1S -
Ну и сам дурак,-
с непонятным облегчением сообщил Егор. -
А ты можешь честно ответить на один вопрос? Егор подумал и сказал, с оттенком печаJIЬНОЙ гор­
дости: -
Ты мог бы заметить, что я всегда говорю с то­
бой честно_ -
Тогда скажи: там, в развалинах, тебе ни на секунду не хотелось выскочить и вмешаться? «Нет, конечно! .. Я не знаю ... » Он вспомнил мгно­
венье, когда представил, что может сделать такое. Представил или какой-то миг х о т е л? Егор опять поежился от неловкости перед собой. Сказал дурашливо и сумрачно: -
Товариш старший сержант, можно, я не буду отвечать на этот вопрос? _ -
Можно,- быстро согласился Михаил -
Это уже хорошо. Тогда Егор почти заорал· в трубку: -
Что за подлая привычка у тебя копаться в лю­
дях! Тошно даже! Михаил неприятно заржал. Потом сказал: -
А Копчик твой, судя по всему, законченный мерзавец. -
Такой же, как и Я,- мстительно сообщил Егор.- Как говорят в свете, «мы люди одного круга». -
Будем надеяться, что не совсем одного ... -
Не надейся,- искренне сказал Егор.-
Я дру-
зей не продаю ... -
Верю. Смотри только, чтобы «друзья» тебя не продали ... -
Иди ты знаешь кудаl -
Лучше пойду искать фотографию. Завтра по-
шлю ... Ты еще не раздумал? -
А ты? Или жалко стало? -
Завтра же ... А телефон Ревского дать? -
Обойдусь,- буркнул Егор.- Пока ... -
И поло-
жил трубку. Весь вечер Егор злился на Михаила и на себя. И вообще на жизнь. Но утром почувствовал, что вчерашний разговор не оставил злого осадка. Вспо­
минался он даже с каким-то интересом. Будто Егор кого-то переспорил или решил сложную задачку. Хотя никого не переспорил и ничего не решил. Венька на Егора не глядел, о драке не напоминад. Видно, запал его угас. Или что-то переменилось. Скоро Егор перестал думать и о Михаиле, и о Вень­
ке и думал только об одном: что ни в коем случае не будет разыскивать Ревского. Этого еще не хвата­
ло! Больно нужен ему этот кинодеятель! И к тому же, что Егор скажет, если позвонит? ... Хотя сказать можно. Например, так: «Я не стал бы отрывать вас от творческого процесса, но есть об­
стоятельства ... » Или так: «Это Егор Петров, который не угодил вашим вкусам при кинопробах. Вы тогда уверяли, что я никогда не смогу. быть братом. Ока­
залось, что я все-таки смог ... » -
Егор не без удо­
вольствия вспоминал случай в. электричке. Ведь в самом деле смог ... А может, так: «Не хотел вас тревожить, но мой двоюродный брат, Михаил Гаймуратов ... вы ведь его знаете, не так ли? Так вот, он посоветовал ... » Вечером он отыскал в ящике стола старую запис­
ную книжку с телефоном киностудии_ Там сообщили, что теперь у заместителя главного режиссера Рев­
ского другой номер. По другому номеру Ревского. тоже не оказалось, сказали -
он дома. 16 -
А домашний телефон можно?. да я и не хочу надоедать, он сам просил звонить домой, но я поте­
рял номер! -
вдохновенно соврал Егор.- Как?. Спа­
сибо. Медленно давя на кнопки, Егор набрал нужные шесть цифр ... «Александр Яковлевич? Прошу про­
стить, возможно, мой звонок будет вам неприятен, но ... » -
Слушаю! -'-
весело отозвался РевскиЙ,.- Алло? Ну, что молчите, кто это? -
Помолчал сам и вдруг спросил уже иначе: -
Это ... Егор? -
да ... -
растерянно выдохнул Егор. -
Ну вот и хорошо. 'Гай мне еще вчера позвонил, что ты меня, наверно, разыщешь ..• -
Кто позвонил? -
Гай. Миша ... -
А-а ... -
сказал Егор. -
Слушай, Егор! Нам надо обязательно встре-
титься, слышишь? -
Ревский опять заговорил с ве­
селой торопливостью.- Это подумать только, как случается в жизни, а? Слышишь? Только сейчас я' никак не могу, тут такое дело, сыновья из армии возвращаются, . близнецы. Звон и переполох, на вок­
зал мчимся с женой ... А завтра ... давай прямо на сту­
дию, а? К шестнадцати. ноль-ноль! Устроит тебя? Я встречу у прохощюЙ. Придешь? -
Да ... -
сказал Егор, словно шагая за порог. Счет Паруса надвигались. В них была спокойная упру­
гая радость и в то же время -
неотвратимость. Сначала исполинское четырехмачтовое судно мед­
ленно разворачивалось на синем, растянутом от сте­
ны до стены экране, обращало на зрителя увенчан­
ный треугольными кливерами бушприт, потом начи­
нало двигаться, неумолимо наращивая скорость. Мно-
. гоэтажные марсели и брамсели вырастали -
громад­
ные, как снежные горы, закрывали небо и море. Приближались вплотную, и пространство заполнялось гудением натянутого полотна и струнных тросов, шу­
мом обгоняющего парусник ветра и плеском взрезан­
ной воды ... Это было главным впечаТ.lением от фильма ... Егор смотрел «Корабли в Лиссе» вдвоем с Рев­
ским, в маленьком зале киностудии. Ревский «вы­
царапал» фильм в кинопрокате и «выбил» на полтора часа зал для просмотра. Экран был небольшой, но Егор сидел от него очень близко, море как бы обнимало Егора с трех сторон. В целом от кинокартины впечатление осталось скомканное. Может, потому, что Егор нервно ждал кадров с Анатолием, Нечаевым и за пестрым дейст­
вием, за главным героем почти не следил. Шестна­
дцатилетний парнишка, будуший писатель, то пре­
вращал'ся в героев своих еще не написанных книг, то попадал во всякие переделки в реальной жизни, но все это Егор воспринимал как вступление к глав­
ному. Пока не ПОЯВИЛСЯ парусник «Фелицата» ... -
Вот, сеЙчас ... -
прошептал рядом РевскиЙ. тяжел'ыIe аккорды сотрясали зал и экран. Под глухую печальную песню (слов которой он не разо­
брал), Егор увидел скорбное шествие. Матросы несли носилки с зашитым в парусину телом капитана. Бдоль притихшего строя морских волков. -
Бот он, Толик, в безрукавке. Бидишь? Егор кивнул. Но не испытал ничего. Не' смог он представить, что вот этот худой русый парень в опе­
реточном костюме контрабандиста, с пистолетом за алым кушаком -
его отец. Нереально все было. Не увязывалось... С другой стороны, нереальным каза­
лось и то, что этого человека нет на свете. Как же нет? Бот он! Каждый волосок виден, капелька бле-' стит на щеке ... Но разве это отец? Молодой, совершенно незнако­
мый человек в каком-то чужом, полусказочном мире ... Сумятицу мыслей перебило будто неслышным вскриком -
загорелый длинноногий мальчишка в по­
хожей на полосатый мешок фуфайке стоял рядом с этим ... с Толиком, и вдруг уткнулся ему в грудь лицом. от плача затряслось вылезшее из прорехи плечо. Потом показали мальчишку очень крупно. На миг оторвал он лицо от рубашки Толика, глянул испод­
лобья с экрана. Глаза были мокрые, капли оставили на коричневых щеках сырые дорожки. -
ГаЙ ... -
сказал РевскиЙ. -
Что? -
Гай, говорю ... Мишка. -
А-а ... Ничего похожего на Михаила в этом пиратском юнге не было. Разве что в глазах, залитых слезами, такая же резкая синева. Но Гай снова прижался лицом к Толику. И странно -
не было никакой печали у Егора, никакого ощущения тоски или несчастья, но вдруг засел в горле угловатый комок. Егор закашлял и сум­
рачно спросил: -
Он что это? По правде? ' -
Что? -
Ну ... слезы ... -:-
Дорогой мой, в кино все по правде, по-иному нельзя ... Б этих словах почудился Егору отголосок друго­
го разговора: когда Ревский говорил на давней ре­
петиции, что Егор все делает ненатурально. И Егор сразу нервно подтянулся. А Ревский вдруг сказал в торчащий над спинкой стула микрофон: -
Стоп! -
И экран погас, и зажегся желтый свет. -
Что? -
спросил Егор, пряча глаза.- Конец сеанса? -
А ты хочешь смотреть до конца? Толика боль­
ше не будет ... -
Ну и что? -
взвинченно сказал Егор. -
Да ничего ... Я подумаJl: вдруг тебе неинте· ресно ... Интересно,- буркнул Егор.- А... Гай? Будет еще? -
Он -
да... Но я хочу еще раз эпизод с Толи­
ком показать, чтобы ты получше запомнил... Коля! Отмотай, голубчик, три минуты и пусти снова! .. И опять была сумрачная песня, носилки, строй моряков. Снова плакал Гай, а молодой моряк с пи­
столетом так и не увязался в душе Егора со словом «отец»... И С этим· недоумением, с досадой и даже виноватостью С~ОТ.рел Егор «Корабли в Лиссе» даль· ше. До той минуты, когда синее пространство быстро и неотвратимо заполнили непостижимо громадные паруса. Это было как глубокий вздох. Или будто в глу-
хай комнате бесшумно высадили окна и вошел влаж­
ный летнцй воздух ... Потом среди парусов показался тот мальчишка­
Гай. Уже не в драной фуфайке, а в трепещущей на ветру алой блузе. Он стоял высоко на вантах, тон­
кий, с разлетающимися волосами, и даже не стоял, а будто летел вместе с парусами и ветром. И кричал встревоженно, отчаянно и радостно: -
Остров! Бижу остров! .. И Егор ощутил, что он сам -
этот мальчишка. И высоту почувствовал, и ветер, и счастье ОТКРЫТIJ;'. Но это была секунда. А впечатдение от надвигаю­
щихся парусов осталось надо.'lГО. Когда зажегся свет, они с полминуты сидели моп­
ча. Наконец Егор спросил, чтобы разбить неловкость: -
А почему этот фильм сейчас не покаЗbJвают? -
Изредка идет на всяких заштатных экранах. И по телевидению как-то пускали .•• -
Я не видел. Ревский вздохнул и сказал: -
Ну, что там говорить, это не шедевр. Дали вторую категорию, в некоторых газетах обругали. Много, мол, всякой дешевой символики, ненужной экзотики. Непонятно широкому зрителю ... -
Бсе там понятно. А некоторые места просто здорово СНЯТЫ,- честно сказал Егор.- Только ... -
Что? -
насторожился РевскиЙ. -
Да нет, это уже не про кино ... Просто как,то не верится, что тот пацан ... Гай ... это Михаил. -
И про отца не верится. Да? -
тихо сказал РевскиЙ.- Это естественно. Трудно так сразу ... Но посмотреть, наверно, было надо. Ты сам просил. -
Да. Спасибо.- Егор встал.- Может, потом еще где-нибудь посмотрю, если будет случай. -
Думаю, что будет ... -
Ревский как-то несолид­
но поморщился, на носу и подбородке ясно выступали мальчишечьи веснушки.- Ты как-нибудь заходи ко мне домой, а? Поговорим спокойно про все ... Я по­
нимаю, наше прежнее знакомство было неудачное. да черт с ним, а? Сейчас-то все по-другому ... «А что по-другому?» -
подумал Егор, но стеснен­
но сказал: -
Ладно ... -
И фотографии покажу, у меня много. Я когда-
то этим делом очень увлекался... А пока вот. Это тебе.-
Он протянул конверт от фотобумаги. Егор взял, вынул снимки. Это были кадры из фильма и моменты съемок. Гай на вантах, портрет смеющегося Толика в пират­
екой безрукавке. Егор начал всматриваться в его лицо, но вдруг застеснялся и спрятал фотографию под другие. И увидел снимок, не похожий на осталь­
ные: бледноватый, маленький, с какими-то пацанами. Ревский сказал -
тоже с непонятным смущением: -
А это ... Здесь, конечно, еще труднее предста­
вить Толика отцом. Наша детская карточка, я «фото­
кором» снимал, самодельным aBTocr:ycKoM... Давай, покажу кто где_ Дома Егор закрылся в своей комнате и разложил снимки на столе. Бот Анатолий Нечаев и Гай в ше­
ренге пира:гов (опять колыхнулась в памяти сумрач­
ная мелодия песни). Бот Гай целится из старинных пистолетов, а Толик на заднем плане беседует с PeB~ 17 ским. СlIова строй пиратов, а перед C"l"роем Рев­
ский и какой-то дядька у кищжэ,меры... ТО,l!ик, Гa~ и ... это кто же? Мама такая БQl.ца тог.ца,? МQ,IIОДэ,Jo1 совсем, в белой ШJIяпе. Они ВТР9ем стоят нв, набе. режной (похоже, что в Я,I!те), и Гай устало присло­
нился к Толику. Прижался даже ... И Егор вдруг дep~ нул плечами от досады. От мгновенного УКQла рев­
ности и ОТ злости на этого ра'с::трепв,щiOГР тощего пацана, который липнет к Толику... ( Он тут ?"к6 сердито засмеЯJIС::Я Щ:Щ со(\ой: «Т!>! ЧТО, сдурел? Какое тебе дело? И что тебе ЭТQт Гай?» А Гаю было напле~ать на мысли Егора! Г/:IЙ на ФОне вздутых парусов, вынутыый как .рук, тощ~ий, охваченный ветром, выБР<lсqIВа.ц ~перед руч и KP~, чаJI, кричал о своем острове ... А инженер Нечаев, беззаботно смеясь, Все смотре,/! и С1,lщр.е.ц с БОJ1ЬЩОЙ ГЛЩЦl.евоЙ карт(,щки JЩ Егс\ра. почтя i! глаза. Но именно ПРЧТи, С,цОЩЮ в !IОСJiед­
нюю секунду неуловимо OTJ:\eJ! взгля.ц, не хотел от­
ветить на какой-то вопрос. Рещай, мол, с::ам, А что решать-то? Егор С){{I:IЛ губы, C,IIQЖ1ИЛ СНЩ,f" ки в пачку. Оставил один, -
старый, «детский». Эта фотография притягивала его особо. Потому что не будь вон того мальчишки в коротких вельве­
товых штанах и мятой, вылезшей из-под командир­
ского ремня рубашке, не было бы и Егора. Тут уж ничего не црде.цаещь ... Егор не искэ,д сходства. Не ЦОХQЩ он IIИ на взрос­
лого АнаТO.1lИЯ
1
НИ на То,дикасмальчишку. Дэ,Вi:lО 11.11-
18 вестнр, что ри «/?ылцтая KOIJJI$J» дЯ.l\Ц С~режи, ПQгиб­
шего маминого брата. да... И не сам по себе ОДЩI­
наДЦ/I,тидетний Тодька Нечаев инreресова,l! Егора, а все, что было' вмес::те с ним, Весь тот лепшй .цень, который был lIа ФОтокарточке размерОМ девять ца двенадцать. ' Он, этот день, хорощо отпечцтался со стекляино~ ПJIастинки стаРИiЩО",rо '«ФОТОК,ора,:'., К, рнтактный ,спо­
соб -
ОТЩi:ЧНfiЯ щтука! Гfускай сцимtж бледный, зато видеll каждый стебелек травы, каждый волоерк во взъерошенных f'ебячьих чубчиках, каждый «rлц~ок;' от сучка на досках садовой эстрады. И звеЗДQЧКiI на командирской, старой (сейчас такие уже не ноеят) пряжке Тo.nика. А на ?~ез,цочке ви~нЪ/ даже._ Егор быстро отыскал в ящике лупу._ Видны даже кр(щ~е~, HЦle серц и молот с И'<;IЩРКоЙ смпца. . Егор повел выпуклым стеклом по снимку. С fI~­
пряженн~м, :qочтн бо,цеЗненЦЫ~ !lHT~peCOM 8ГJIЯДЫ­
валеЦ в каж.цущ дeTa~~, В те ъreJ!.рЧ~1 KOToplie б ы J1 J.I т о г Д а. ~ лищ реря'f, ~~Topыe тож~ б ы .ч и т о r Д а: ИзумuтеJIf~IНIS! четкос'Гь прlIдметРВ сде:'!аJj:(i. мир на фртограф~и реа,дЬ~WI\L Вот цар<iщща H~ подбородке у деВЧQНКИ. Ват реfiейная rO,l!OIH{~, приставщая К руб­
чатой ткаци мятых щтцнов, ~a реJ\llешком у MaJIb, чишки деревяннwй пистол~ с ручкрй, обмотанной, изолеНТОЙ, и кщiчик изо,центы ОТI\леился .. , ТqДЩIJ: 1IЗ Tpe~ С ЦQЛОВИНО~ десятков дет растая­
ла, и Егор Вll.1IOтную придвинулся К тому даВtlецу IlOВQТ)lPВ:ЦCKOMY дету сорщ ВОСь'мого ГОДЩ. ЦQlШО даже 3tiщl.Х T,PI:IUbl ощутил. Но зедь это было т о г Д ~. А сеЙчас.? Где все это? ' ~ ЩI~Рl3ые косцу.пась Егорав~чцаl1 загаДIЩ. Слов­
цо темцым крылом на цего махцули.' Как это -
б ы л о, а теперь н е т? Куда деваетсп уходящая жи:щь? Как это может быть, чтобы вот такого цастоящего дця­
с тр;шой, солццем, встрешщцымц живчп.щ ребята-
ми -
це стало? ' Что такое J3ремя? А мщкет,' убежаЩЩJе дцц все-таки цсчезаl9Т це совсем? Может, где-то QJЩ есть, ~охранилиср? Может, ЛI9ДИ когда-нибудь научатся их Jщзвращать? А зачем? Наверно, чтоБы не делалось так обиюю: было, и вдруг -н ет ... Семеро 'мальчищек и д,линнац девчонка стояли перед полуразруще1ЩОЙ эстрадой в запущенном саду. Веселые, разгоряченные после сыгранной самодея­
тельной пьесы про шпионов (Ревский о ней расска­
зал). НО Пljеса эта, игра эта тоже была т о г да. Сейчас ее нет, И ребят этих цет. Дед о даже це в том, ЧТО вот этот пацан, Толик, потом погиб. Живые -
оНИ то:ще не те_ Мальчик с деловито прикушеиноi1 губой (дергает цитку автоспуска) , с тюбетецкой ца пружинистых l\УДРЯШj{ах, в старомодцом матросском костюме с ГЗJiСТУЧК:ОМ: и длинцыx ЧУЛj{ах -
теперь замести­
тель глющого режисс ера, автор цескольких фильмов. Он-то, ЗаМГЛавреж, естр, а где вот этот мальчик? А вот Рафик, Рафаэль. Тоже теперь в кино. Муль. тики деЛает. Говорят, ХОРОЦIИе, лауреатом стал. Лад­
но. А большеглазый nацаненок в пилотке и ковбойке СОХра~ЦI,J1IСЯ в .лауреате? OCTaJ\CI1? " ' '. сА мОжет быть, это не/:lажно? -
пЬдумал Егор. с Н()ВОЙ ТР'9РГОЦ.- Может., важно то, что остацется п оеле? после -
это KOrдll.? Когда в длинной кщюленте дней мелькцет черный кадр и дальше кадры ,пойдут пустые? Без тебя? «Это для ~ня пустwеи чеРНLIе. Ар.ля других?.» сА чтр тебе до другпх? ТР! про ЭТО не узнаешь ... » «ОбидНj)_. А есл~ ничего не останется, еще обид-
нее ... » ' «А что 1'111 хqтел оставить? И д л я ~ о г о?» Это уже пщодило на разговор с МихаИ{IOМ, в по­
езде. Но Erop прогнал воспоминание об эЛектричке, ОН хотел разобраться сам, без Михаила. Разобрать­
ся и С заГаДКой времени, и с мыслью, что его, ErOPIl, тоже когда-нибудь не станет на свете, И с вопросом: где, что и для ~oгo остsщется от цего в бесконечном и кеобратимом времени? ОТ Щурнка Ревского и от Рафика останутся фильмы. От мальчика Толика ОСТ1i\ЛиСЬ людям под­
водные аппараТрI дл~ Ifзучения: l',ЮрСКИХ глубин. А еще ... еще он, Егор, Qста,лся ... Ну и что? Во1' пода­
рrщ, че,1\!:щ~честву! А ЧТО Егор C1ilM остцвит после себя? Мащ,чишк~ с KPIiICHBI:JM КО1\щндирским ЩЩОМ:, в аккуратио){, по росту, вренцом ~ОС1'юме оставит свои книги. Потому что он -
писатель Олег Наклонов. И, Кtтцти, тоже отец. Оц ТОГДа, на выступлении, го­
ворил про сына. Про насл'едника ... ЛюБОПI>IТНО, ЧТ\> за сын у этого пцсателя? Небось образцовое ДИТЯ, отличник и ученик музыкалчноii школы. Ревекий упомянул мель~ом, что И сам Наклонов был «мальчиком тимуровского ПЛЦl:fа». -TOJIbKO чересчур,- добавил он с холодноватой УС!У1I1
Ш
КОfi. -
Как ЭТО «чересчур»~ -
спросил тогда Егор. -
Ну ... этакий несгибаемый командир. Не лищен-
ный, ВПРОЧеМ, некоторого себялюбия... ПО крайпей мере, дружба Толика с Ол~гом КОЦЧИJЩСЪ ду,>лью. даже с кровью ... -
Как это? Ревский увлеченно, хотя и flеСt(ОЛЬКО ТQрор,ливо (уже заглядывали Б дверl1 И иамеj{iiЛИ Александру Яковлевичу, ~TO его ждут) Р<lСс!{ЗЗаЛ про СТыЧкИ «робингуда» Нечаева с командиром Н"клоновым. про «волчью яму» в лагере и про драку на Черной репке, когда будущий инженер-подводник раСК1'!асил буду­
щей лИТературноц знаменитости нос, ~ Впрочем, потом они оба ВСПРМИНIlЛИ .об этом с юмором. Жадь, что встретиться во взрос~ой жИЗНИ не успели .. , ' -
А.11ександр Яковлевич, а... Толик,., оп чrо .. ни­
будь рассказьщал про Крузецштерпа? -
Да! Он им увлекалС,я, он СТИХи рро него на­
писал. И про одну рукопись о нем уrIOминал, це,щ!.i! история. Он и в Севастополе про нее говорил. -
Наклонов у нас в школе Вblступал, он книгу про Крузенштерна пищет. Значит, ЩI с той поры этим и заинтересовал·ся? -
Все возможно. Олег был личн()стью твердой, но и впечатлительной ... Ревского ЩIЯТЬ IIОТОРОЦИЛИ, tI оН ПРПРОЩ/lЛСЯ, снова сказав, чтобы Егор звои~л И за~ОДJj:Л. Тот сирq­
сил напосл~док: -
А вы с Наклоновым встречаетесь? -
М-м ... да. I1зредкlj.. Жизнь суматошная. , -
Александр Яковлевич, вы не говорите ему про меня. 11 вооБЩе цикому, ладнр? -
Конечно! Это уж, Егор, ты решай сам ... ... Егор снова наклонился над фотокарточкой. Ко­
мандир Наклонов держал руки по швам: и смотре., перед собоц увереIПJО и тпердо. А Толик улыбался и немного щури.лс~ 91' солнца. И, Егор ИСIIытал вдруг веселое УДОВQльствие, что НeJiIЫ~ОКИ!f щуплый ТОЛ!IК разбил нос рослому, сильному на IЩII, Наклрнову. Через несколько дией случилось неожидаННОе и неприятное. Erop шел в туцлет~ чтобы ПОДЮЦIТЬ на большой перемене, и путь ему заступили два второ, классника: Стрельцов и Ванька Яl\j:ЩИКОВ. ' -
Кошак,- сказаJJ Стрельцрв, наклонил набок голову и глянул нах;альцо.- Чего вам опять надо от его брата? -
Он кивну,л на Ваню, Тот стоял спокой­
ный, но с напряженными плечами и с· кулаками в карманах. . -
Не поня:л,- Егор '-За JНщонизмом скрыл расте­
рянность от фантастической дерзости малявок. Тех, между прочим, стало больше: ресшумно обступили они восьмиклассника Петрова. -
До чего непонятдивый,- задумчиво произнес Стрельцов и сощурился. А Ваня тихо, но зло сказал: -
Вчера ваш Копчик и еще KaKJj:e∙TO... опять к Веньке полезли. Что вам надо? Егор хотел искренне сказать, что ,лично ему ничего от Редактора не наДQ, но малявка Стрельцов качнул голову к другому плечу н ВПОЩI€ серьезно цообещал: -
Кошак, ты доскребешь... ' , Всему есть предел. Егор смерил расстояние до СтрелЬЦQ~а. -
Ты на. что рассчитываеШЬ, KpOЦIKa? На ТI}, что микроба нельзя расплющить КYJ1;aKOM? 19 Он, стрельцов, далеко поnд~ -
юмор у него, у не­
годяя: -
От микробов и слоны дохнут. Нас много. Их и правда стало много. Человек тридцать, и все мальчишки. Из двух классов, что ли, собрались? И молчаливые такие, не по-хорошему сдержанные. Вот опять дурацкое положение! -
Да я-то' при чем?! -
рявкнул Егор.- Вы что, совсем психи? У Веньки с Копчиком свои дела, мне на них обоих плевать! А Копчика я давным-давно в глаза не видел! Это была правда. Егор не был в «таверне» боль­
ше недел~. То опять куда-то Курбаши с ключом ис­
чез, то события всякие: разговор с Михаилом, Рев­
ский, кино. И мысли после этого ... А еще причина­
тот же Копчик: не хотелось встречаться. Сразу на­
чнет канючить насчет долга, а таких денег пока нет ... -
Как увидишь, скажи ему: пускай Веньку боль­
ше не трогает,- потребовал Стрельцов, не опуская дерзких глаз. -
А вот ты пойди и скажи. Я вам не нанимался. -
Найти не можем,- объяснил сбоку незнакомый мальчишка с глазами-угольками.- Найдем, ему хуже будет ... -
Бедный Копчик,- сказал Егор. -
Бедные будете вы все, если еще Ванькинога брата тронете,- неожиданно взъярился Стрельцов.­
Думаешь, мы не найдем вашу «таверну»? А когда найдем, выжжем, как паяльной лампой! Мой дедушка так в деревне клопов выжигал! Егор ощутил что-то вроде уважения. Сказал серьезно: -
Это я передам. В целях противопожарной без· опасности ... -
Тебе письмо,- сказала Алина Михаевна, ког­
да Егор пришел из школы.- Странное, без обратного адреса. А штемпель среднекамский. От кого бы это? -
В голосе ее было спрятанное беспокойство. ) Конверт лежал на столе в комнате Егора. Понят-
но, почему письмо шло целую неделю! Михаил не написал индекс и перепутал номер квартиры. А еще МШlИция! .. Вскрыть конверт Егор не успел, мать снова появилась на пороге. С бумажкой в руке. -
А вот тоже непонятное... Счет за разговор со Среднекамском... Это ты говорил? -
Почему именно я? -
растерянно буркнул Егор. -
А кто? Я туда не звонила, папа всегда говорит по служебному... Горик, с кем ты разговаривал в Ср'еднекамске? Скажи маме ... «Все, Кошак, раскалывайся,- сказал себе Егор.-
Пора». -
Ну, разговаривал ... -
С кем? Егор сел на тахту и зевнул. С братом. -
С кем? .. О, господи ... -
С двоюродным братом. С Михаилом Гаймура-
товым,-
глядя в стену, монотонно произнес Егор. Мать села на стул. И Егор вспомнил картину, ко­
торую видел в «Огоньке», репродукцию. Называется «Похоронка». Там женщина в платке и ватнике так же сидела и держала в опущенной руке белый бу­
мажный квадратик. Правда, мать в атласном халате 'не похожа была на ту изможденную колхозницу, и не было на стене черного репродуктора, и КОПТИJIКИ 20 на столе не было. Но в позе матери была такая же безнадежность ... Впрочем, ненадолго! Алина Михаевна гневно взметнула прическу, лицо покраснело. -
Значит, он, мерзавец, все же наболтал тебе эту чушь! Ну зачем так ..• про чушь-то? -
тихо сказал Егор. -
Потому что это самая настоящая и._ -
Не надо, мама ... И ничего он не наболтал. Ты сама говорила слишком громко. -
А ты подслушивал! -
Вот он подслушивал ... -
Егор дотянулся до ящика в столе, вытащил «ПлэЙер». Алина Михаевна слушала свой диал.ог с Михаи­
лом всего полминуты, потом сказала с неприятным взвизгом: -
Выключи! Сотри! -
Сотру. Теперь уже все равно ... Только при за-
писи я тут целый ансамбль стер, а кассета чужая. Хозяин с меня девятнадцать рублей трясет ... Это еще по-божески, потому что знакомый. Ты выдай, ладно? А то я затянул с долгом ... -
Еще чего! -
Алина Михаевна резко шагнула к' двери и обернулась.-
Я должна оплачивать твои шпионские фокусы! .. Как ты смел тайком записывать разговор матери?! -
Не матери, а мента. Я думал, он капать на меня пришел. -
Боже, это что еще за выражения?! Где ты на­
хватался таких блатных словечек?! -
На факультативе по эстетике,- вздохнул Егор.- Девятнадцать рэ за кассету да три пятьдесят за телефон -
деньги, что ли? Да еще пятерку бы, а то даже на буфет де осталось. -
На буфет получишь, а про остальные я рас­
скажу отцу,- с необычной решительностью заявила Алина МихаевНа. -
Какому... отцу? -
вполголоса спросил Егор. -
Да ты что! .. Горик ... -
Она опять села в похо-
ронной позе.- Что же._ значит, паш папа теперь уже не отец тебе? -
Я просто уточнил,- глупо сказал Егор .. -
Т о м у.о. человеку, Горик, я рассказать уже ничего не могу ... Он был ... хороший человек. Но тебя еще на свете не было, когда его не стало. А папа ... он хоть раз когда-нибудь ... дал тебе разве понять, что ты ему не родной? Вспомни! А? -
Да, вспомнить есть ЧТО,- резиново улыбнулся Егор. -
ГОРИIе.. В конце концов, ты же должен пони­
мать. Папе мы обязаны всем. В с е м._ Чем? -
холодно ощетинился Егор. -
Он тебя растил и кормил! -
Рос я сам. А кормил, потому что обязан. Раз усыновил. И еще будет кормить ... Пока фамилию не сменю.- Последние слова у Егора выскочили неожи­
данно. -
Фа ... что? Ты сошел с ума! Кто тебе разрешит менять фамилию! -
До паспорта два года. А там -
сам себе хо­
зяин. -
И ЭТОЗ8 все, что он для тебя сделал! -
Ч т о он для меня сделал? -
спросил Егор и почувствовал неожиданные, совсем детские слезы. -
Он тебя воспитал. -
Да УЖ,- сипло отозвался Егор.- Воспитывать он умел... Хоть бы ремнем, как нормальный отец нормального пацана, а то ведь... методика целая. Не лень было за прутьями ходить. -
Ну ... он же не со зла. Не потому, что ты ... не его. Он боялся, что ты станешь... Господи, кругом только и слышно о трудных подростках, о детской преступности. Отца можно понять, Горик ... Ты, может быть, ему еше спасибо скажешь ... -
Уже сказал,- горько хмыкнул Егор. Вспомнил стамеску. Если бь( не папа, еще неизвестно, кем бы ты стал. -
А кем я стал? Алина Михаевна помолчала и сказала с трагиче­
ской ноткой: -
Да, надо признать. Ты стал неблагодарной свиньей. Вот видишь. Бессердечным эгоистом._ Именно,- кивнул Егор. Я давно хотела сказать, давно замечаю ... Ты ... Что? [орик, ну как ты можешь? Что я м о г у? Вообще ... С матерью так разговаривать. Егор подумал. -
Мама, а когда он меня лупил, очень слышно было, как я орал? Через двери ... И"'IИ ты уходила по­
дальше? Мать заплакала, и Егора царапнула жалость. Или угрызение какое-то. (Боба Шкип любил говорить: «Иногда совести уже нет, а угрызения ее еще оста­
лись»). Это бывало и раньше, если мать начинала ронять слезы. -
Горик, давай договоримся. Не будем ни о чем папе рассказывать, а? У него и так неприятности на работе. Ведь все равно ничего не изменишь. -
А я рассказывать и не собирался ..• Он-то не собирался. Но сама Алина Михаевна не выдержала, в тот же вечер обо всем рассказала мужу. -
Егор! -
крикнул тот из своей комнаты.- За­
гляни ко мне, дружище! Егор вошел. Все было, как всегда. И розовый, как дамская комбинация, абажур... Только черного футляра не было, Гошка давно его растоптал и вы­
кинул в мусорный контейнер. -
Свет-Георгий,- сказал отец. Иногда он так обращался к Егору, потому что официально, по мет­
рике, тот и был Георгием.-
Для начала вопрос: не ЗВОНИJJа ли мне дней семь-восемь назад из другого города некая дама со скандальным голосом? -
Звонила. Говорит: нет его ни дома, ни на ра­
боте ... -
Та-ак .. -
Виктор Романович обернулся к мате­
ри (та появилась в дверях).- Значит, укатила в сто­
лицу все-таки, стерва. Я же говорил им: нельзя этой бабе доверять. Теперь понятно, почему крик в мини­
стерстве._. -
А Пестухов что? -
А все то же: «Товарищи дорогие, но я же еще когда предупреждал ... » Ну ладно, мы еще посмотрим, в горкоме я уже мосты навел ... -
Он повернулся к Егору.- Ну, так что, юноша? -
Что? -
слегка растерялся Егор. -
Мама СI{азала, что ты проник в нечаянную семейную тайну. Так? -
Выходит, проник. .. -
нехотя сказал Егор. -
Но ты же понимаешь, надеюсь, что это никакой роли не играет? Легкая анкетная деталь, не более. Не правда ли? -
Как это? -
Егор старательно смотрел на аба· жур. -
Я хочу сказать, что на наших отношениях это никогда не сказывалось и не должно сказываться впредь. Не так ли? -
Виктор Романович умел авто­
ритетно улаживать производственные конфликты и, судя по всему, полагал, что сейчас дело не сложнее. Егор неопределенно шевельнул плечом. Виктор Романович бодро произнес: -
Вот и прекрасно! А то. мама тут в панику удаРИJIась, будто ты собрался фамилию менять ... А? -
Это мама сказала ... А я вообще разговора не заводил. Знал и молчал. А она счет за телефон уви­
дела и в крик ... Виктор Романович повернулся к жене: -
Ну, а в чем проблема? Трешки несчастной, что ли, жаль? Алина Михаевна потерянно сказала: -
Да разве в деньгах дело ... Там и письмо, и кассета эта. Все у меня в голове перепуталось. -
Ну, заплатим и за кассету, раз так вышло ... -
с неожиданной усталостью сказал Виктор Романа­
вич.- Не пришлось бы в скором времени по другим счетам платить, покрупнее... . Егор перевел взгляд с абажура на отца. В глазах плавали зеленые пятна, и все же различил Егор, что отец сидит обмякший, утомленный. А потом разгля­
дел и лицо -
обрюзгшее, с незнакомыми складками. Впрочем, Виктор Романович тут же подобрался. -
Ну, а что за письмо? Если не секрет. -
Не секрет, фотокарточка. Что, я не имею права знать, как выглядел ... тот отец? -
Имеешь, имеешь,- в голосе Виктора Романо­
вича уже звучала бодрая снисходительность.- Куда деваться, раз уж так получилось. Но вот что, Геор­
гий-Свет. Помни, что все-таки ты Петров. Кроме тебя у нас с мамой детей нет. Единственный наследник. Ведь не кто-нибудь, а мы тебя, так сказать, взлелея­
ли ... -
Лелеяли, так сказать, заботливо,- не сдержал­
ся Егор. Отец помолчал и сказал примирительно; -
Я понимаю. Да ведь без конфликтов нигде не проживешь. Без них, как говорят, развитие останав-
ливается ... Ты в прежние годы тоже был не сахар, я помню ... -
Он нервно усмехнулся.- И я не Мака-
ренко, всякое бывало, сгоряча-то ... Егор опять стал смотреть на абажур. -
И вот еще что, дружище ... -
Виктор Романо­
вич сел прямее.- Ты пойми. Наша фамилия в городе известная, мы у людей на виду. Надо марку держать. Уяснил? -
Насчет марки? У яснил,- тихо сказал Егор.­
Только насчет «сгоряча» ты не говори. Ты перед этим каждый раз руки мыл ... Пойду я, уроков много ... Засов Чтобы не оставлять следов на свежем наметанном снегу, Кошак привычно прыгнул от дыры в заборе 21 на кирпичны'й выступ у входа В погреб. ТОo/Iкиу.ll до­
щатую дверь. Промерзшие ступеньки запели rщ.ll. 8.0-
гами. Был . ceГOДH~ крепкий холод -
ВИД8.0, пришла наконец настоящая зима. Внизу, в темноте, Егор СТУI<НУЛ по внутренней двери. Условными ударами: раз-два, раз-щзц, раз­
два~три (<<Чижик-пыжик, где ты был?»). За дверью было тихо: выжидали. Кошак постучал опять (такое правило). Тогда QТКИНУЛИ крюк. . «Таверна» дыхнула на Егора привычнЫм ТfЩЛQм, сладковатым запахом заплесневелых углов, обуглен­
ного железа пеЧУРI<И. И, сигаретным духом, Ра~ьшеl при Бобе Шкипе, порядки были церушимые: КУР!fJIИ только в отдушицу и дымоход. СеЙЧаС все чаще ды­
мили просто так. Ицогда I\урбаши говорил: «::?й вы, кто смолит, передвиньтесь к печке, чтоб тянуло ... Да . не е,nозьте задницами, а цередвицьтесь. А то ско­
ро ,вознесемся от дыма, как моцгол~фьер ... » (сКак чё?» -
ЦРОНИЧиО спрашивал КОПЧЦК). Но табачный аромат был уже неистребим. Мать не раз ПРИНЮХJf­
валась к финской курточке Егора, когда он вечерОМ являлся домОй. И в глазах Алины Михаевныбыл без­
молвнЫЙ и тревожный вопрос. Впрочем, она энаJI!I, конечно, что Горик насчет курения не безгрешен. Оба, однако, «соБЛlQдалп ПРПJIИЧ.ИЯ» и мслчаJIИ ... СеЙчас СМОлИJIИ двое: белобрысый безбровый Сыса (тот, что когда-то вместе с Копчиком ПРЩlЯэался к ГОШI.<е) и «мышонок» Позвонок -
тихий ПЯТиК,IНIСС­
ник с лицом испуганного отличнцк!\. Сыса KYPfIJ'! нахально, а Позвонок дцсцицлiщцрованно ЦУfi!К!lЛ дым В открытую печурку. ОН бь1Л счаСТJIИn и Эlтим­
Валет лишь недавно ЦОЗJ;lОЛИЛ ему I<УРИТЬ. Сам Валет кейфовал -
тоМно ЦОJ\удежал па КJlе­
ецчатрм дищще, цритащеццом со свалки, и CJlуша.л кассетни!{ (не «Плэйер», конечно, а добитую «Веену» ). Сдержанное р»тмичцое «ДЗQIм,бам» щш{)~инало тру­
дягу-теПJ10ВОЗ ца маневровых путях... ПУJlЯ сидел у Валета в ногах и ус.иуж,люю держа.л ~ассетник на коленях. Еще один мышонок -
Лип~ -
в углу щепал то­
пориком лучицу для растопки. Печку разожгут, кQгда на дворе совсем стемнеет И можно буде1' це боятьея, что стелющийся дътм из спрятацноц в кцрпичах тру­
бы выдаст эдешццй приют. А по!<а нагоцял уютяое тепло (и сумму на счет местцого ЖЭКа) электр.пче­
скиii рефлектор. Подпольное ПОДКJIючение к щитку местной котельной было сделано по всем правцлцм техцики и консцирацци. На другом диаане -'-
Щшовее и поцщре -
переки­
ДЫВaJ\ИСЬ картами КОПЧИК, длицньrй Мак (не ОТ шОт­
ландскоГО имени, а от прозвища Макарона) , сам его сиятельство Курбаши и Баньчи!{ -
подросший и уже милостиво допускаемщ1 К раЗl:\лечениям старших. Яркая лаМПОЧКа под фацнсовым треснувшим кол­
па1<СН4 осцещала ПОД;:Iемную комцату с кирпичными cT~HaMЦ н ПРОГНИВШИмИ плаХаМИ пола. Ср стеиbl, с нового плзц:зта, лукаво, умудренцо и слегка устаJfО улыбалась Алла Пугачева -
оца стояла среди круг­
лых короба\{ с фильмамц и путаницы распущенных кинолент. . Друrая стена пестрела старинными жестян!'ц,\И знаками страховых обществ и ржавыми объявления­
ми типа «Не .влезаЙ, убьет!», «Посторонним вход воспрещен», «Осторожно, высокое цапряжщщеl» и «Опасная зона». ИХ отдирали с покосившихся дере­
nяиных ворот, заборов, столбов и трацсформаторных будок....,. Из любви к ис!'усству: flачаЛQ этой КОЛЛiЖ-
цац ПОJJ()жщr, Гf)ВОРЯ:т, Ka},fi!, притащиnшиц черный жееТflноj% ЩИ'J'с)" СО мозами: «Граждане! Сделаем наше кладбище местом .!II'СТОЙЦQГО ПОминЩзеПиsl усоп­
ших!» Три ТI,lf),lIПЧ1<И УКР8,шаJlИ оббитую жестью дверь в дальнем углу. Нц первоii б""л череп ~ МОЛЩfЯМИ, на второп ~ сте:кля~ной -
цадцись «Директор», на тре­
тьей -
«Осторожно! qлац собака!» Ни ltlJpeKТQpa. ни собаки за дверъю не было, а была пустая .комцата с кирпичным полом и забитым доскамЦ ОкошкОм ЩЩ ЦОТОлlФм (В IJeM Qсталась отдушина величиной с кулак). Здесь, бывало, хра­
лились добытые у малобдительцых в,ладмьцев вело­
сипеды. n ~IЦliIдщзе.l\О~ углу лежала кое-какця еда. Валялись ящики и полецья для печки. Здесь, у 0'\1'" ДушиНI>I, В преЖJ{ие времена курили. Сюда же Валет ицогда отводил «для воспитательцых целей» мышат, По-домашцему тикали ходики с бегв.ющцми ко­
шачьими глазками -
цх ТОЖе в СВое вре~я прицес откуда-то Кама::. Все 'здесь было CJ;lqe, ПРИl3ычное ДJfЯ Кошака. и он был в «таверне» привычцым, желанным. Своим. Курбаши милостиво сделал' ему ручкой. Осталь­
.ные тоже так или иначе изъявили удовольствие. Лишь у КОПЧИl<8 на капризном личике появился не­
терпеливый вопрос: «Как насчет долга?» Егор сел к расшатаниому Круглому столу, деловито выложил три пятеРКJ{, трешку и металлический рубль. И япон­
скую кассету. Разговор Михаила с. матерью был уже стерт. У Егора была мысль предложить Копчику на выбор .... или' пусть берет вазад чи~тую кассету из-
110Д «Викингов~, или Д~ВflТЪ рублей за нее. Но в Ш'). CJI~дНИЙ момент его С.11(!)вно ЧТО.ТО под руку толкнуло: кассету суцул в карман. -
Вот, Копчик, твои деньжата. Будем В расчете. -
давно l10ра,- сказад неблагод:арный Копчик и уперся глазами в иc:tl"РУДНЫЙ кар,ман Егора.-
А кассета? Она самая? -
Оца ... -
тумацно улыбнулся Егор.":'" Только уже не с «Викингами». Так что тебе она ни к чему. -
А говорил, что посеял,~ подозрительно сказал Копчик. . -
Долго было объяснять... Пришлось один сроч­
ный разговор записать, а чистой пленки не оказа­
лось. Случаются детективные MoMeнты .. --
Еrор rово­
рил леrЩВQ и загадочно. Копчик иа детективный КРЮЧОК не илюнул. ~ Такую запись сгубил. Надо было с тебя три червоцца стрясти .. -
Можцо было ц три,,,,,,,,, поддразнил Егор,-.l!еЛQ ТQГO с,\,ои,IJО. Но тецерь ПО3ДНQ ... да ты це иешай НОС, Копчи~, де!3ц,\,надцать гу.льдецои тоже .цеиьги. По крайцей . Mep{J, не продется тебе е Хныком и Чижом копейки у РеД(1l\тора выцрашивать. КQПЧИК rлЩIУJl быс'l'РО и <:0 злостью: «Откуда зцаешь?» И это «выпрашивать~, видно, тоже УЛQВИЛ. ДО вопросов, однако, не УIПfЗЦJIСЯ, небрежно разъяс­
цил: -
С твоим РедаI<ТОром дело другое. Мне там це копейки важны, а llРИЦЦЯП. -
Это я поним:аю,- примирительно сказал Егор. Привалился к столу. Зевцул.~ И все же, Копчик, ты Ямщцко!3а оставь, Копчик очень УДИlщ.дся: -
С черо это? -
Вот с «того»,- вздохнул Егор.- Тебе «прцн-
цин», а на меця !3 WКQJЩ WЯUlI<Ц. -
«Фыфки».,.,- робко пошутнл в углу Липа, вспо­
мнивший недавний телефильм про пацанеика, це умевшего говррить букву «Ш». -
«ХЫХIЦf».- поддержа,1I его Позвонок и ::закаш­
лялся. -
ПОЗj30ЦОК, брось курцть,- сказал Валет.-
Вторую сегодня сосешь. -
Мне маленько осталось.,. Валет ласково пообещал: . -
nощщиок, накажу. Будет больно. Тот быстренько' СУНУoll окурок В печку. Копчик сказал Егору: -
А ты здесь при чем? У меня к' вашему чок­
нутому Ямщикову свой интерес. -
ты объясни это Щlшей директорше Клаве. Она-то Зjiает, что в первый раз имецно я тебя на Веньку навел. -
Первый раз был у кассы цирка, а не с тобой. -
Этого Клава KaJ{ раз не знает ... -
Вот ты и объясни ей,- злорадцо предложил Копчик.- Тебе цадо, ты и: объясняй. Если так ее боишься. Егор не боядся. Не в директорше дело. дело в том, что не должец. больше Копчик .трогать Ямщи­
кова. Пусть Релактор ходит сrюкоЙио. Так хочется Егору. Так ему лучще rючему-то. Хотя бы потому, что не надо отвлекаться на Веиьку мыслями, когда думаешь о чем-то серъезцом. Например, опарусах ... И вообще, рыдом Н!,') вышел Копчик, чтобы таких, как Венька, ломать. УЖ если Д<iже ему, Кошаку, Редактор не по зубам, то другим и подавно ... Егор удивленно прислушался к себ!,') и: цоцяд: сознание, что Венька Редактор ему не по зубаМ, не вызывает ни озлобления, ни простой досады. В дру­
гое время, еще недавно, Кошак спать бы не мог, придумывал бы способы, Kai{ сделать этого гада Ямщикова покорным. А сейчас? Что же случилось? Все мысли текут СЛОВНО' на фоне синего ЭКР<iна, где вырастают многоэтажные, неотвратнмо наплываю­
щие паруса ... Но ведь в глубине души Егор отступился от Веньки еще Д о пар у с о в. даже до телефонного разговора с Михаилом. По'Ч.~му? Как разобрать.ся? Впрочем, он и не пытался разбираться. Воспо­
минание о парусах опять стало главным. Они дви­
гались уверенно, словно их нес ие корабль, а сама судьба. Или время. То нерушимое, равномерное, без­
остановочное время, о котором думал ~гop, когда смотрел иа маленький сиимок сорок восьмого года. И это движеиие nарусьв в памяти Егора совер­
шаJIОСЬ под сумрачиую мелодию песни, которую в Фцльме пели матросы. Егор удивцлся, что вспомни-
Jiись слова: . Опускается ночь -
все чернее и злей, Но звезду в тучах выбрал секстан ... И еще: . После ТЬ.tсячи .миль в ураганах и тьме На РClссвете В80йдут острова. Беззаботен и смел там Jчальчишечий смех, Там по плечи густая трава... . И дальше: , МЫ будем nQМ/ЩТЬ путь в архипелаге, Где каждый остров был для нас загадкой .. , Стоп ... Это уже не из фильма. Это пеСffЯ Камы. Как две песни сложились в одну? Вроде бы и не похожи... Нет, что-то есть похожее. Настроение? ИЛИ ТО, что там и там -
про 'остров.а? Был бы здесь Кама, взял бы гитару ... Тогда мож­
но БЫJ!О бы сравнить эти песни. Но Камы нет. Есть лениво усмехающийся Кур­
баши, аечно соиный Мак-Макарона, облизывающий nухлые красные гуБЬ! Валет. И к'ОПЧJiК ... Тот уже . начал зав.одитЬся. CI{OPO запсихует, Потому что на­
верияка приця,1J МИИУТ,цую 3аДУМЧJiВОСтЬ и рассеян­
ную УЛl~Iбку Кошака за л!,')нивое преЗрение к нему, к Копчику. . А Егор р:ойм~л себя на том, что смотрит на всех как-то Юlдалека. СJlОВНО пРоЩается." да' ты что, Кошак?! Из-за КОПЧИl\;а, что ди? Не:ужели все ло­
мать из-за этого крепща? -
Ничего я Клаве об'Ьяснять ие буду ... -
Егор мягко потянулся и поудобн!,')е УСТРQИЛСЯ на табуре­
те. Грудь1О лег на Стод.- Я. тебе, КОПЧliК дорогой, объясню, Ты СВОИмИ психодогическими Эl<сперимен­
тами... Эксперимент ЭТО знаЧf!Т ОПЫТ, Копчи~... Ты ими всем нам свицъю JIOдклаДJ>lваешь.- ОИ весело огдядел всех по кругу: -
Кстати, иитересная инфор­
мация, джентльмеиы. И ты, Копчик, послушай ... Со;зреда негаданиая си,ла в лице микромышат нашей образцовой шкоды. В к.цассе, гд!,') Венькин брат учится, Лидер -
иекий СтреЛI>ЦОВ. ГРОЗИЛJi нашу резиденццю отыскать и выжечь иае, ii:IlK хлопов ... Может, и ие выжгут, 110 хорошую дымовуху эти гав­
рики nустцть могут. Бдите ... -
Стрельца . я: зиаю,- подал голос Позвонок_ И польщенцый 06щим вниманцем, Э2\ТОРОПI'!ЛСЯ: -
Он иедалеко от нас живет, у него cecrpa болыпая уже тетка, иачальница в клубе СИСf(ра», я туда раньше ·ходил ... А отец ВаIIЬКИ ЯМЩИКOIза им ЦЦ1хматы сде­
лал большущие, Вот такие, ца c~oeM станке точил. Я у иих одного короля стырил, они его чуркой от городков замеНf!JIИ, а Венькин отец его снова сделал в своей мастерской, на станке ... -
Богато живет мужик,- лениво сказал Курба­
ШИ.- Мастерскую им.еет с техникой ... -
Да не ... -
Позвонок хихикнул.- Эта у него сарай. А станок маленький ... Я видел, мы почти ря­
дом живем. -
Сарай-то во дворе? ~ безразлично спросил Копчик. И Егор наСТОРОЖiiЛСЯ. -
Ага. Рядом с нащим забором.,. -
Кто кому еще дымовуху ... -
I<опчиксуетлиl'lO подобрался. Глазки сделались как бураj3ЧИКИ.­
Стружки, оии хорошо горят ... -
И хозяину штраф от ПQжарников, а то и СРОК,- подад реп.1IИКУ сонный Мак.- У Копчика ко­
телок тумкает ... «Только без ГОРЯЧКи,- сказад себе Егор.- Толь­
ко виду це показываi!:, что тебя это царапает ... » Он сказал с безразличцым зевком: -
Совсем ты съехал по фазе, Копчик. Засып­
лешься ни за что ... -
Это как? -
Глазки-шурупы ввинтились в Егора. В самом деле, как? Сунут в щель сарая бумаж­
ный пакетик с простой химической см!,')сью. Она изве­
стна любому, срабатывает через несколько минут. И никаких следов. ' Стараясь не ПQкаЗЫВаТЬ беСПQкойства, Erop ска­
за.'1: -
Курбаши, объясии этому болвану.' Закон на­
рушает ... 3aKOJ:I был такой: «таверна» сама по себе ЮI на какие дела не ходит. Здесь собираются для отдохно­
вения души. У каждого на стороне могут быть др у-
23 зья, заботы, всякие «операции», но к «тав'ерне» это прямого отношения иметь не должно. Подвигов своих здесь друг от друга не скрывали (народ надежный), прятали иногда в «директорской» кое-какие вещич­
ки -
но и только. Никогда К:урбаши не звал с собой на «работу» никого из «больничников». И вообще никто друг друга не звал. Разве только если надо заступиться за своего ... Может быть, потому и жила в Больничном саду подвальная «TilВepHa» дольше других «бункеров» и «блиндажей». Она была как мирная гавань для воз­
вращавшихся с промысла флибустьеров. Но сейчас К:урбаши сказал, что закона Копчик не нарушает. Если ему охота сделать ИЛJ1юмина­
цию ~ дело его. Он пойдет на это не с «больнични­
камю>, а со своими кадрами. -
И Позвонка сманивать не вздумай,- предуп­
редил Валет.- Мальчику ни к чему мелкая уголов­
щина. -
Обойдусь,- деловито .сообщил К:опчик. Он опять посверлил Егора ехидными глазками, и Егор понял: угадал гад К:опчик его тревогу, его боязнь. И теперь уже не назло Веньке 5Iмщикову, а назло ему, К:ошаку, 'будет двигать' свой пожарный план. -
Ты к Редактору что-то имеешь, а что тебе отец-то его сделал? -тихо спросил Егор. И все удив­
ленно примолкли. Такая «моральная» постановка вопроса была здесь в новинку. Копчик среагирова.1J быстро: 24 -
А, одно семя! Тогда Егор сказал напрямик, тяжело, с расста­
новкой: -
К:опчик. Не делай этого. -
Ты чё! -
К:опчик подскочил, будто в зад ему воткнулась диванная пружина.- Такой сделался, да? На своих, падла! Это он пока только заводился. Однако скоро (Егор, это знал)' Копчик заверещит и кинется как злая крыса. Но. было уже все равно, и Егор сказал с ленцой: -
Что-то погода меняется. Не знаешь, Копчик? -
Чё? .. -
он малость осел от неожиданности. -
Колено болит,- пояснил Егор.- Всегда ноет к смене погоды. С той поры, как я его о твои зубки починил. Помнишь? -
Ты... ты ... -
не то запел, не то заплакал К:ОП­
чик и \ приготовился прыгнуть. Егор встал, пяткой отбросил табурет. Курбаши властно сказал: -
Ша, джигиты! Если охота, идите на воздух. Или хотя бы в «директорскую». И чтобы без смерто-
убийства... , Егор скакнул спиной к двери. Оттуда проговорил: -
Не пойду. Здесь скажу ... Ты, К:опчик, не су­
нешься к сараю Ямщиковых. И Веньку больше не тронешь. Усек? А то говорить я с тобой буду ... как при первой встрече. Копчик" взвизгнул и рванулся, но Курбаши дер­
нул его за свитер. Кинул на диван. И встал сам. -
КOlиак, ты что? Ай, нехорошо. Мы тут, мож­
но сказать, одна семья, а ты ... Егор знал, с какой силой надо грянуться спиной о дверь, чтобы она открыл ась мгновенно. И сказал в рыжее лицо Курбаши: -
Вот и послушайте меня тихо, по-семейному, Копчик не сунется к Ямщиковым, а ты, Курбаши, за этим проследишь ... -
А ну, иди, поговорим,- нехорошо попросил Курбаши. Егор спиной вышиб дверь, и она тут же захлоп­
нулась. В морозном «предбаннике» -
глухой мрак. Где же засов? .. Черт, где засов?! А, вот! Железо лязгнуло. В ту же секунду на дверь надавили из­
нутри. Фиг вам! Щеколда, на которую Курбаши, уходя, вешал амбарный замок, выдержит долго ... А чтобы вы там приутихли -
вот! Егор нащупал над головой провисший провод И рванул. За дверью взвы­
ли и стало тихо. Ищут спички ... Егор выбрался в сад. Было уже совсем темно. Хорошо пахло снегом, он еле мерцал. Набирая снег в ботинки, Егор добрался до кустов у разрушенной стены. Здесь была замаскированная железная труба дымохода. В полуметре от земли. Егор сказал в пахнущий дымом раструб: -
ЭЙ, Курбаши! Подойди к печке, поговорим ... -
Он знал, что в подвале голос его звучит гулко и ут­
робно, будто заговорила сама печка. Было тихо. Егор ждал. Сердце колотилось нестер­
пимо. Как в давние времена, когда приближалась неотвратимая отцовская расправа. Но сейчас -
черта с два! Расправы не будет! Из трубы наконец донесся голос Курбаши: Ну, Кошачок, ты даешь ... Даю ... Чего хочешь? Того, что сказал. Чтобы Копчик усох и не вы­
ступал. А ты за ним последил. Иди открой дверь, дурак. Тогда поговорим. -
Я что, шизофреник? -
А разве нет? Ты думаешь, засов тебя спасет навеки? -
На некоторое время,- сказал Егор. И от вол­
нения закашлялся. Прижал к губам горсть снега. -
На маленькое время, Кошачок,- донеслось из трубы.- Ай, на совсем маленькое, дорогой. А как будем разговаривать, когда встретимся? А? -
Вежливо будем.- Егор слегка. успокоился.­
Ты же меня давно знаешь, Курбаши. Разве я такой безмозглый, как Копчик? Не· в засове дело. Есть запоры покрепче ... -
На что намекаешь, дорогой? -
А вот слушай, дорогой ... И скажи там, чтобы не ломали дверь, бесполезно... Помнишь, Копчик дал мне кассету с «Викингами» И мы слушали? А по­
том Копчик слинял, а мы остались, да еще Гриб за­
глянул. Ты о чем тогда говорил? Говорил ты, Кур­
баши, как смешно лишился колес один автомобиль в дальнем гараже за кино «Буревестником». И как ловко вы с Грибом катнули эти колеса нужным лю­
дям ... -
Сволочь,- сказал Курбаши.- Ну, Кошак, ка­
кая же ты ... -
Ти-хо ... Что ты нервничаешь? Ну да, ты дога­
дался, почему стерлись «Викинги». Что-то меня буд­
то в руку тогда толкнуло -
на запись нажать. По­
научному называется «интуиция». 3 «Уральский следопыт» JV, 3 -
Га-ад ... -
дохнуло из трубы. -
Ну, зачем так, Курбаши-джан? -
мирно ска-
зал Егор.-- Ничего же не случилось. Никто пока запись не слышал ... Теперь Егор почти успокоился. Душа его радо­
валась спасительной выдумке. Вдохновение не раз выручало Егора в отчаянные моменты, не подвело и сейчас. Как здорово, что он догадался не отдать ,кассету Копчику, намекнул насчет важной записи! Еще не знал, зачем это надо, а инстинкт сработал ... -
Кошак, ты чего хочешь-то? -
уже по-иному, покладисто спросил из глубины Курбаши. -
Я? Да ничего. Только чтобы с Ямщиковыми обходились вежливо. И чтобы ... -
Егор нервно усмех­
нулся,- со мной тоже. И тогда запись не услышит ни один смертный. -
О'кэй ... -
после небольшого молчания отозвал­
ся Курбаши.- Провод-то подцепи обратно, Кошачок, дышать не видно. И дверь отопри. -
Не-е! Темно там, еще шарахнет током. Тех­
нику безопасности надо соблюдать. Сами почините, со свечкой. -
Ну, дверь открой. -
Окошечко в «директорской» распечатайте, кто-
нибудь из мышат вылезет, отопрет. На десять минут работы. Как раз, чтобы мне кассету унести в надеж­
ное место ... -
Умен Кошак,- вздохнул в подвале Курбаши. Да уж такой ... С кассетой-то не балуйся. Потом поговорим еще. Можно и поговорить. Ну, пока ... Уже через пять минут, по дороге к дому, нервное ощущение победы сменилось у Егора тоской истра­
хои. Даже отчаянием. Тоска была по «таверне», потерянной раз и на­
всегда: куда он теперь один-то денется? Страх­
оттого, что расчет на кассету -
слабенький, как па­
утинка. Что, если Курбаши придет в себя и засомне­
вается? Потребует: «А ну, К6шачок, прокрути запись! Не пудришь ли ты мне извилины?» Тогда как быть? «Тогда -
кранты,- сказал себе Егор.- Хоть из города сматываЙся». Потому что он знал: измену не простят. Почему он так сразу -
дверью хлоп и на засов? Все оставил за этой дверью, как отрезал! Из-за чего? Из-за злости на Копчика? Из-за этого шизика Ре­
дактора? Ох, дурак, дурак, дурак ... Дома он промаялся такими мыслями до полу­
ночи и несколько раз решал: самое дело -
вернуть­
ся в «таверну» и с небрежным смехом сказать, что история с кассетой -
это сплошная хохма. Шуточка. Ну, пускай неудачная. Копчик, скотина, разозлил, вот он, Кошак, и психанул. Всякое бывает. Не ста­
нет же Курбаши из-за этого дела Кошака мордовать и гнать из «таверны». И все же он не пошел. Во-первых, чувствовал: т а к у ю шуточку никогда Курбаши не простит. По­
тому что покусился Кошак на очень серьезную вещь -
на его, курбашовское, доверие. В доносчики пригрозил пойти! А этим не грозят даже шутя. А во­
вторых, если и примут обратно, не то уже будет от­
ношение к Кошаку. Станет он как разжалованный из полковников в рядовые. А Копчик вознесется. И, кстати, тогда уж постарается устроить «иллюми­
нацию» обязательно ... Измотанный сомнениями, Егор n:аконец уенул, а утром поднялся с тем же страхом, с теми же терза­
ниями. И сперва не хотел даже в ШКОЛУ идти: не­
здоровится, мол. НО инстинкт подсказал: раскисать и прятаться нельзя -
это еше хуже. На первый урок Егор все же опоздал и шел к школе, когда совсем рассветало. Утро было ясное, снегу за ночь еще намело, и он сахарно сверкал. Разбрасывал разноцветные искрЬ1 .. И Егор приобод­
рился. Сквозь сомнения и страхи пробиJiась мысль; которая вчера Лишь задаiJленно КОnOIiIилась под другими, трусливы1и.. Даже не мыль,' а ощущение: он, Егор, пошел на разрыв с «таверной» не из-за ссоры с Копчиком. И не ради Веньки Ямщикова. То есть не только ради Веньки, прежде всего ~ ради себя. Потому что давно уже хотел какого-то взрыва в серой своей и мОнотонной жизни. Пусть болезнен­
ного разлома, пусть отчаянной встряски; лишь бы что,то изменилось ... В конце концов, разве не с этим тайным жела­
нием каких-то перемен поехал он в Среднекамск к Михаилу? «Не с этим! Ни с каким не с желанием! -
рявкнул на себя Егор. И сшtсходителъно, как бы со стороны, сказал себе: -
Ну-ну... Егорушка. Не вертись; дет­
ка ... » И с удивлением понял, что думает уже не о Курбаши, не о «таверне», а так ... в себе самом ко­
пается. Ну и дела! .. Уроки прошли быстро, хотя и скучно. Разнооб­
разие внесла лишь стычка Егора с Классной Розой по поводу пропущенного первого урока. «Ты, Петров, по-прежнему полагаешь, что тебе все позволено! Напрасно, голубчик. Не те времена ... » Он не понял, какие «не те времена» и заБыJI о разговоре. Его занимало другое: в классе не бьtло Ямщикова. Это почему-то слегка встревожило Егора. Он хотел даже заглянуть к второклассникам и спро­
сить про Редактора у Ваньки; но... Да не то чтобы он опасался идти к этой нахальной мелкоте, а просто не хоtелось. Облепят опять, прицепятся, как пияв­
ки ... Дома снова на Егора наваЛIlЛИСЬ сомнения. И опять на минуту подумалось: «Может, вернуть­
ся?» Чтобы отвлечься (и заодно чтобы сказать спа­
сибо за присланный снимок, а то как,то неловко), Егор позвонил Михаилу. Но с домашнего телефона женщина ответила, что Михаил Юрьевич в команди­
ровке и вернется завтра. Это неожиданно сильно огорчило Егора, и невеселых мыслей стало больше. Хуже всего была неизвестностh: как теперь поведет себя Курбаши? Неужели будет тихо сидеть ибоять, ся кошаковской кассеты? .. И Егор обрадовался, ког­
да вдруг появился Валет. Хоть что-то прояснится! Валет и раньше захаживал к Егору. Матери он нравился: изящный, вежливый. -
Валя! Какой ты молодец, что зашел. А то Го­
рик второй день сидит и куксится ... [орик, дай Вале папины тапочки ... В комнате Егора Валет полулег на тахту и со­
ЧУВСТJ3енно глянул на выжидающего Егора. -
Наколочка вышла, Котик. Не записывал ты исповедь нашего храброго шефа. -
Да? -
машинально сказал Егор. И, кажется, получилось ничего, спокойно и немного иронично. -
да, мой хороший. Иначе как бы ты мог через день ttосле того дать послушать «ВИКИНГОIJ» Грибу? Все ухнуло внутри у Егора; Холодно стало. Вот 26 дубина креТйНl'lчеtt!:ая, ЮI1{ же не подумал об этом?! Теперь -
хана ... И все же Кошак -
он Кошак. В душе паника, а на лице rtренебрежительная ухмылка. Повел пле­
чом, достал из ящика «Плэйер», из другого -
кассе­
ту (приметную, желтую, «Денон» ), аккуратно вставил в маг ... «Господи, зачем я это делаю? Чтобы оття­
нуть провал на полминуты? Иди на чудо надеюсь? На какое? .. Может, мать что-то включит на кухне и пережжет пробки? Или на станции случится авария? Или ... что?» Он даванул кнопку перемотки, словно собираясь пустить пленку с начала. И смотрел на Валета спо­
койно и улЫбчиво. Сейчас, мол, убедишься сам. А в мыляхx метал ось отчаянное желание невозможного: «Ну пусть что"нибудь случится! Пусть!» А что могло случиться? И Егор понял, что оста­
ется одно: в последний момент «нечаянно» махнуть рукой и сбить «Плэйер» на пол. Чтобы маг улетел вон туда, к батарее, чтобы грохнулся о чугунные ребра изо всех сил. А то она, японская техника, го­
воряt, такая: ею хоть гвозди забивай, а все равно пОет... И к тому же сделать это надо натурально! Чтобы не заметил Валет умысла... Хотя, конечно, трудно представить, что кто-то будет нарочно рас­
шибать Маг фирмы «Сони» ... «Ну, а потом что? Принесут другой кассетник: «давай, Кошачок, заводи ... » Егор нетерпеливо размотал провода динамиков. С сомнениеМ J3зглянул на Валета: -
Или лучше наушники? Чтобы меньше шума. Запись не для всяких ушей ... держи. Валет наушники не взял. -
Нет, Кошачок, я шефу обещал, что слушать не буду. Кто меньше знает, дольше живет. С вашими делами разбирайтесь сами ... -
Как хочешь;- безразлично (очень безразлич· но!) сказал Егор. И почувствовал, БУдто с него сва­
ливается подтаявшая ледяная корка. Он убрал маг­
нитофон. Лениво объяснил: -
А Грибу я, кстати, давал «Черных мустангов». Ему что «Викинги», что «Мустанги», что «Сказки Венского леса». Сидел, чмокал: «О, кайф ... » Валет вежливо посмеялся. Егор сел рядом, зевнул: -
А с Курбаши мне чего разбираться? Мы друг другу все сказали. -
Он спрашивает: что ты хочешь за кассету? Если она есть ... Егор посмотрел на Валета: что, мол, вы с Курба· ши совсем за идиота меня держите? -
Есть такой мультик: один глупый ежик всем свои колючки раздарил, и его тут же кошка съела. Как мышонка. -
Курбаши не съест,- веско сказал Валет.- Он, если обещает, то железно. -
Может быть,- подумав, согласился Егор.- Но какая У меня будет жизнь? Даже эта сопля Копчик станет смотреть на меня, как... на чурку городош­
ную, которой краденого короля заменили. Помнишь, Позвонок рассказывал ... Валет нейтрально пожал плечами: есть, мол, в твоих словах некоторая логика. И сказал, светски меняя тему беседы: -
Кстати, Копчик Позвонка у меня откупил. -
Как это? -
Просто. За трояк. Мне Позвонок ни к чему, не тот кадр. А Копчик на него вид имеет. -
Какой? -
с тревогой спросил Erop. -
А черт его знает. Я: в чужие дела не ёуюсь. Егор нервно предупредил! -
Передай Курбаши: если Копчик что-то все же задумал против Я:мщиковых, я устрою радиопередачу для массового слушателя. -
Передам. Такая моя роль -
дипкурьер между двумя несговорчивыми державами ... -
Горик, иди сюда на минуту! -
окликнула из коридора Алина Михаевна. И когда Егор вышел к ней, сказала: -
Спроси у Вали, что он хочет. Чай с вареньем или кофе? -
Спрошу,- улыбнулся Егор. Пришел в комнату. Встал у двери. Валет сидел в небрежной позе. С без­
различным лицом. Егор прижал закрывшуюся дверь спиной и тихо сказал: -
Положи кассету на стол, Валет. Быстро. Убью ... Он был слабее высокого ловкого Валета, но сей­
час преимущества оказались на его стороне: позиiНlЯ у двери, ярость и понимание, что надо драться до самого отчаянного конца. Валет улыбнулся, развел руками и выложил кассету из кармана. Встал. -
Не эту,- сквозь зубы произнес Егор.- Ну ... Все так же улыбаясь, Валет вынул другую. -
Брось сюда. Мне в руки,- приказал Кошак.­
Не шути, Валетик ... -
Он поймал кассету и убедился, что она та самая -
с неприметным карандашным штрихом на желтой наклейке. Отошел от двери. С об­
легчением сказал, подражая Курбаши: -
Ай, нехорошо, Валет. Ай, неправильно, доро­
гой ... Улыбка у Валета стала тонкой, как у героев Дюма. -
Ты очень умен, Кошак. Лично мне жаль, что ты с нами поссорился. Тебя будет очень не хватать у нас в «таверне». -
И мне жаль,- почти искренне сказал Егор.­
Но я не виноват, вы сами ... А может, судьба ... Мать хотела чай или кофе приготовить, но, по-моему, ты спешишь, Валет, не правда ли? -
Ты прав. Прощай, Кошачок. -
Адью, Валет. Вот так по-джентльменски окончил ась их беседа. И Егор остался один. Опять со своими путаными мыслями и сомнениями. Ощущение новой победы было непрочным, а страхи и колебания снова росли. «Может, вернуться? Сказать про все Курбаши?» «Брось, Кошачок. Ты, как говорится, сжег все корабли ... » Мысли цепляются одна за другую, Проскочившее Б них слово «сжег» напомнило о планах Копчика. Зачем он, гад, перекупил Позвонка? Вдруг все-таки решится поджечь мастерскую? Он такой -
если шиза в извилину въедет, его и Курбаши не остановит. «Так что же теперь? Может, и правда сжечь ко­
рабли? Все до одного? Окончательно?» Мысль опять вильнула в сторону -
оттолкнулась на этот раз от слова «корабли». Четырехмачтовое океанское судно неторопливо развернулось в аква­
мариновом простаре воды и неба и стало надвигать­
ся на Егора многоэтажными парусами. 3* Не шуми, океан, ты не так уж суров, Ha/>i причин для вражды не найти ... ; .. Мы nэмпим э'tот ily'tb в архипелаге­
Запутанный такой инезнакомый ... Н е знали, в чей песок вонзим мы флаги, Н о знали -
не найдем дорогу к дому ... Милосердный владыка марей и ветров Да хранит нас на зыбком пути ... Надо же, как перепутались слова разных песен ... А кто сохранит на зыбком пути Егора? «Слушай! Значит, ты просто-напросто трус?» Но он не боялся теперь ни Курбаши, ни кого дру­
гого. То есть боялся, но не так уж... Сильнее был страх вот перед этой неприкаянностью, раздвоен­
ностью. Так и маяться теперь? И тогда; чтобы в самом деле сжечь все корабли, разломать мосты, обрубить канаты и освободить себя от сомнений, Кошак сделал то, что «таверна» не пpvстит уже никогда. Переход на другую сторо­
ну не прощают нигде никому. В старой записной книжке он отыскал телефон Светки Бутаковой (в был"rе времена Егор иногда развлекался тем, что звонил ей вечером и загадочно Молчал в трубку). ~ Бутакова? Привет, начальница. Это Петров ... -
Он предсtавил, как округлились у Светки глаза.­
Ну, только не дыши так шумно от изумления. У меня один вопрос. -
Ну ... какой вопрос? -
наконец отозвалась та. Подозрительно и недовольно. -
Ты не знаешь, почему сегодня не было Я:мщи-
кова? -
А. .. тебе-то что? ~ Волнуюсь за члена классного коллектива. Светка подумала. -
Ты, наверно, опять какую-то пакость ему сде­
лал? -
Дура. Чего бы я тогда тебя спрашивал? -
Ох и хам tы, Петенька... Ничего я не знаю про Я:МЩИкова. -
А где живет, знаешь? Ты же командирша, все адреса должны у тебя быть записаны. -
Знаю, но не скажу. '-
Военная тайна, что ли? -
Для тебя -
да! А то ты опять со своей бандой к нему при вяжешься. -
Извини, Бутакова; но ты снова дура. Если бы я имел к Редактору счет, стал бы я тебе звонить? Она помолчала опять и соврала: --
Нет у меня адреса. -
Но у меня правда серьезное дело к нему! Не успею -
будешь виновата! Светка нерешительно сказала: -
У меня есть его телефон. Звони и сам дога­
варивайся ... Номер Ямщиковьtх Егор набрал, победивши стыд­
ливую нерешительность и разозлившись на себя. От­
ветил голосок: Квартира Я:мщиковых. -
Это ... Иван? -
Ага ... А это кто? -
Это ... Егор Петров. Позови Веньку. После молчания, после сердитого сопения в труб­
ке раздалось: Чего надо, Кошак? -
Позови, Иван. Дело ... 27 -
Он не может говорить. У него ангица ... Ч-черт .. _ А отец дома? -
Че-го? -
удивился Ваня. -
У меня дело не к Веньке, а к вашему отцу. Понял ты? Ваня подумал, спросил: Позвать? -
Нет, постой. Скажи ваш адрес, я приду сам ... Декабрь Рано утром, еще до школы, позвонил Курбаши. -
Привет, Кошачок ... Слушай, как-то не закон­
<шлся наш разговор, а? Разве не закончился? -
напряженно сказал Егор. Может, сговоримся насчет кассеты? Валету ты ничего толком не ответил ... Кошачок, у меня все по-
деловому: товар -
деньги ... А? И не думай плохого, безопасность я тебе гарантирую. -
Ха. Ха. Ха,- сказал Егор. -
да ты что! Мое слово железное. А цену я дам серьезную. дело есть дело. -
Я сказал «ха» не насчет безопасности,- разъ­
яснил Егор.-
Я подумал: можно бизнес провернуть -
пальчики оближешь ... Нет, Курбаши, не буду я хими­
чить. Мы с тобой люди благородные. Хочешь, уступ­
лю даром? То есть запись даром. А кассету -
за девять гульденов, по номиналу, без процентов ... Слу­
шай на здоровье. Курбаши помолчал_ Спросил, будто из глухой глубины: -
Копию снял? -
А ты думал! И не одну, а две,- вдохновенно соврал Егор.- Причем одна уже у родственников в Среднекамске, а вторая... Не сыщут ни Томин, ни 3наменский, ни сам Шерлок Холмс. -
Ясненько,- потерянно отозвался Курбаши. И было понятно, что он отчаянно думает. Егор пошел на крупный риск. Чтобы закрепить позиции: -
Кстати! Валет болтал, будто ты не веришь, что есть запись. Подожди, я маг принесу, через те­
лефон хорошо слышно ... А, черт! Уже в школу пора. Ну ничего, подожди, я быстро! Курбаши ответил, как и рассчитывал Егор: Ты что, совсем шизик? Такие речи по теле­
фону! Как хочешь ... Эх, Кошак, Кошак, зря ты это ... Ну, взял ты меня на крючок. А зачем? Сам-то как будешь? Пусто тебе будет, Кошачок, нехорошо... Еще в древней Библии сказано: «Если человек одинокий и другого никого нет у него, как ему быть? Когда упадет один и некому поднять его, недоброе это дело и суета сует» ... «Экклезиаст» называется эта глава ... В точку ударил, гад. Но не было уже пути назад у Кошака. -
Я думал, ты специалист по Корану, а ты и Библию знаешь. -
Я вообще начитанный,- хмыкнул Курбаши.­
Я ведь не в слесаря, а в философы метил. Как и Боба ... Не судьба ... Я тебе и классику могу проци­
тировать. Хотя бы «Тараса Бульбу». Как та м пр() товарищество сказано. И про предательство ... А кто тебя предает?! -возмутился Егор.- Не 28 трогайте ЯМЩИКОJЗblХ, не лезьте ко мне, и кассеты будут молчать как камни. Ты, главное, смотри, чтобы Копчик дурака не валял ... Я на всякий случай пре­
дупредил Ямщиковых, но он же псих ... -
В том-то и дело! -
у Курбаши прозвучали от­
кровенно боязливые нотки.-
Я что И хочу сказать! Я за Копчика не отвечаю, он вроде на откол пошел. На то дело, что на пленке, ему начхать, он на нем не завязан._. -
Придется тебе отвечать за Копчика, Курбаши. Ничего не поделаешь, придется. Держи его покреп­
че, это единственный выход,- злорадно сказал Егор. И положил трубку. Ангина у Редактора оказалась не такой уж силь­
ной ... Накануне, когда Егор говорил с его отцом, Вень­
ка даже не показался. Старший Ямщиков сам от­
крыл дверь и сказал, что Венька лежит с замотан­
ным горлом и, кажется, спит. Но сейчас, утром, Редактор появился в школе. Перед самым звонком. Глянул на Егора, и тот понял, что Веньке все из­
вестно. Венька и не притворялся, не играл в безразличие. После первого урока догнал Егора в коридоре. Петров... Слушай, зачем ты это сделал, а? -
Что? А! .. Ты про вчерашнее, что ли? -
А про что еще ... -
сипловато сказал Венька. Они остановились у окна. Мимо двигался нетороп­
ливый, с завихрениями поток старшеклассников, ме­
няющих кабинеты. В потоке стайками плотвы носи­
лась малышня. Венька стоял перед Егором еще более тонкий, чем всегда, бледный. Его цепляли портфелями. -
Я не понимаю,- сказал Егор.-
Ты чем опять недоволен? -
Я не говорю, что недоволен ... -
Венька смот­
рел то Егору в глаза, то куда-то вбок.- Просто не­
ясно ... -
Тебе же отец, наверно, все объяснил. -
Он объяснил, ч т о ты сказал. Но не объяснил, за чем. «Его это и не интересовало»,- мысленно ответил Егор. Он помнил, что разговор был простой и корот­
кий. Старший Ямщиков вроде бы и не удивился, что Венькин одноклассник Петров пришел и рассказы­
вает такую вещь: есть, мол, компания, которая при­
дирается к Веньке и в отместку ему надумала пустить «петуха» В мастерскую. Может, и просто треп­
лются, но на всякий случай надо быть начеку. Тем более что некий Позвонок живет неподалеку и по приказу Копчика может сделать всякое. «Ах, паразиты! -
не возмутился, а скорее уди­
вился Аркадий Иванович (а Ваня сидел в уголке и молча, прицельно как-то глядел на Кошака) .-
Чего им неймется? Пришли бы в мастерскую, ябы им станок показал, делу научил ... Ну, спасибо тебе, Егор. Я, конечно, буду смотреть. Хотя, если всерьез l1акость задумают, как углядишь? .. Слушай, а Вень­
ка мой говорил, что у него с тобой вроде бы нела­
ды? До драки доходило?» «Было,- хмуро сказал Егор.- Сейчас разговор не о том ... » «Оно верно, сейчас не до детских ссор ... А Коль­
ка-то Позвонков какой фрукт! Я же его с пеленок знаю, с отцом его в одном цехе работали... Отец потом развелся, уехал, а Николай, значит, и пока­
тился по наклонной ... С матерью, что ли, поговорить, хотя она, конечно, особа излишне шумная ... » И вспомнив этот разговор, Егор сейчас сказал Веньке: -
Что значит «зачем»? Думаешь, что я какой­
то финт хочу скрутить? Венька мотнул головой, и смешно затряслись со­
сvльки-волосы. . -
Нет, я так не думаю. Но согласись, что это неожиданно ... Для т е б я неожиданно,-
с усмешкой уточнил Егор. Ну, да ... А у меня такой характер: всегда хо­
чется разобраться. Понять мотивы поступка. «Мотивы» самые шкурнические,- слегка разо­
злился Егор (непонятно только: на Веньку или на себя).- Ты после той истории думаешь, что я... на веки вечные твой враг. Копчик тебя запалит, а ты решишь, что это моя коварная месть. N1He это за· чем? Отвечай еще потом ... Венька снова глянул Егору в лиuо, быстро обли­
зал пухлые, с трещинками губы. Тихо сказал: -
Нет, я думаю, ты не из-за этого. -
да ты душекопатель-профессионал, Редактор,-
уже крепче разозлился Егор.- Ты что, благородные причины во мне ищешь? Не ищи, я эгоист. Венька улыбнулся еле-еле, уголком рта. Ну ... ладно. Все равно спасибо. -
Не надо... Отеи твой спасибо уже сказал. -
А я не от него, а от меня ... Отеи ведь не знал, что ты рискуешь. Егор скривился: А чем я рискую? -
Если в вашей «таверне» узнают ... -
А они знают, Венечка ... -
вздохнул Егор.- Ни-
чего мне не грозит, я не дурак, чтобы головой в кап­
кан, принял меры ... Так что не усматривай во мне рьщарства. -
Ну ладно ... -
опять сказал Венька. И отошел. И оглянулся на миг. Это движение Веньки Редак­
тора -
быстрый поворот головы и хитровато-веселый взгляд -
толкнули Егора, как резкое напоминание. О чем-то очень знакомом. О чем? На уроке литературы начался с пустяка и разго­
релся «скандал на эстетическую и философскую те­
му» (как выразился невозмутимый Максим ШИТИ­
ков). Классная Роза сказала: -
Мстислав Георгиевич жалуется на нас, дру­
зья. Он распространяет билеты в молодежный театр «Эхо», И оказалось, что в нашем классе на спек­
такль не хочет идти никто ... -
А что, это разве по программе? -
спросил глу­
пый Карасев, и Роза поморщилась. -
Это новое, смелое течение в современном те­
атральном искусстве. И мне казалось, что восьми­
классники уже достаТОЧI;О взрослые, чтобы ... -
Настолько новое и настолько смелое, что ни­
кто билеты не берет. Как бы чего не вышло,- вдруг подал голос Антон Разумовский по прозвищу Граф. Рослый, толстый, на графа он был похож, как боч­
ка на фарфоровую вазу, занимался штангой. Каза­
лось бы, ему ли судить о театре. Роза так и выска­
залась: -
Боже мой, Разумовский ... Оставь свой тяжело­
атлетический юмор. Разумовский не сдался: -
А У этого «Эха» сплошное эханье и оханье ... думают, если Высоцкого поют, так уже смелость и передовые идеи. -
Высоuкий как раз не означает еще передовых идей,- быстро сказала Роза Анатольевна.- Отноше­
ние к нему неоднозначно ... Однако вы должны быть в курсе современных культурных течений. Надо втор­
гаться в жизнь и учиться формулировать свое мне­
ние о действительности ... -
Ага! -
воскликнул маленький Юрка Громов.­
Ямщиков тогда сформулировал в сочинении, что мно­
го Молчалиных развелось. Что ему поставили? -
Ему поставили «три», Громов! Хотя можно было и «два». Не за самостоятельность суждений, а за уход от основной темы ... -
Оно так и бывает,- подал голос Шитиков.­
Как проявил не ту самостоятельность, не из учебни­
ка, так и уход ... -
Вы всегда любое дело сводите к пустой бол­
товне и дутой полемике,- скорбно сказала Класс­
ная Роза.- Это понятно. Для истинного самостоя­
тельного мышления нужен все-таки хоть какой-то интеллектуальный уровень. А у вас одни дискотеки в головах, на серьезный спектакль или кониерт ар­
каном не затащишь. -
Особенно когда тащат насильно,- выдохнул РазумовскиЙ.- Поп-физик говорит: «Таких, как ты, надо за шиворот в uивилизацию тащить». А я гово­
рю: «У меня весовая категория не та». А он говорит: «Дашь дневник ... » -
дневник ты дашь мне,- подытожила Роза Анатольевна.- За «Поп-физика». Совсем охамели ... Недаром журналисты в газетах охают: «Что за по­
коление! Откуда такие нищие духом?» -
Кто-кто? -
спросил глупый Карасев. -
Ты, Карась, хотя бы «Тома Сойера» прочи-
тал,- сказала Светка Бутакова.- даже там про это есть: «Блаженны нищие духом, ибо они ... » Помнишь, Том Сой ер молитву для школы не мог выучить? Та­
кой же глупый, как некоторые ... -
Совершенно верно,- Классная Роза благо­
склонно взглянула на Бутакову.- Именно в убогом обществе насилия и наживы сильным мира выгодно, чтобы больше людей вырастали нищими духом. То есть с убогим умом, не умеющие самостоятельно мыслить... Потому-то Иисус Христос и обещал та­
ким людям uарствие небесное... Это написано еще в Ветхом завете, в Евангелии ... -
Евангелие -
это Новый завет,- вдруг отчет­
ливо сказал Ямщиков.- А у выражения «блаженны нищие духом» там совсем другой смысл. Оно озна­
чает: «Счастливы те, кто стал нищим, отказался от богатства и наживы по велению своего духа» ... Классная Роза растерянно мигнула, но отозва­
лась ехидно: -
да? Любопытная трактовочка. -
Это он «Мастера И Маргариты» начитался,-
произнесла томная Симакова и потрогала сережки.­
Там Иисус Христос положительный персонаж. В «Мастере» об этом не написано. Лучше по­
читай статью в )..(вухтомнике «Мифы народов мира». Широкое издание для массового читателя,- в голове Веньки прозвучала не свойственная ему язвитель­
ность.- Тоже помогает от нищеты духа. 29 ~ Не знаю, что там В двухтомнике,- сухо -сказа­
ла Роза Анатольевна,- а твои высказывания, Ямщи­
ков, отдают ... не нашим душком. Еще в давние вре­
мена хитрые идеологи разных мастей пытались до­
казать, что ... Она запнулась, подбирая формулировку, а Егора дернуло за язык. Ну, совершенно неожиданно! -
И-и ты, Ямщиков, с такими взглядами наде­
ешься попасть в девятый класс? -. возгласил он так похоже на Классную Розу, что все грохнули. Роза онемела. А когда ржание поутихло, она пе­
чально произнесла: -
Докатились. Ямщиков и Петров в одной уп· ряжке. С чего бы это? -
А я тоже люблю библейские тексты. Вы тут на Редактора нажали, а я и вспомнил: «Плохо, если человек один. Недоброе это дело и суета сует. Когда упадет, кто поднимет его?» Это из «Экклезиаста», глава такая ... Бутакова подскочил а за столом: -
Петеньке бы эти слова раньше вспомнить, ког­
да он на Ямщикова с дружками своими лез! И уж не Петрову быть проповедником евангель­
ского бескорыстия ... -
добавила Классная Роза. -
С его джинсами и магнитофонами,- заключи­
ла Бутакова. Егор сказал: -
Хочешь, чтобы доказать свое бескорыстие, si расшибу кассетник о твою голову? Он прочен, но твоя активистская башка тверже. -
Аминь,- произнес «граф» Разумовский. Снова загоготали, и Классная Роза оборвала ве­
селье хлопком по столу. И сообщила, что хулиганские наклонности Петрова известны давно, их терпели до поры, но все кончается. Ибо меняются обстоятельства. «Опять она об этом»,- подумал Егор. Далее Роза взволнованно поведала, что неожиданная поддержка Ямщикова Петровым вполне логична. -
Если разобраться, и тот, и другой -
явления одного идейного уровня. Две стороны одной медали. Каждый по-своему, но оба противопоставляют себя коллективу и посягают на школьный порядок. И я думаю, что комсомольцы класса дадут верную оцен­
ку религиозным вылазкам одного и хулиганским уг­
розам другого ... А теперь переходим к уроку. Дать оценку «вылазкам И угрозам» не удалось. Когда Бутакова после уроков закричала о собрании, Егор напомнил, что он, увы, еще не комсомолец. Но ты же член классного коллектива! Ты об я-
зан! Чево-чево? -
сказал Егор. А Венька достал бумажку и вежливо помахал перед носом у Светки: -
Видишь, написано: «Освобождается от занятий до пятого декабря». Сегодня я в школе добровольно, так что собрание придется отложить... А ты пока возьми двухтомник «Мифы», почитай все-таки. А то неудобно получится. Вдруг автор статьи какой-ни· будь знаменитый лауреат, а ты на него ... -
Мы не с лауреатом будем спорить, а с твоей пропагандой! -
Бутакова,- тихо сказал Венька и побледнел.­
Ты смотрела недавно по телевизору филЬм «Большой вальс»? Ну ... и что? Старый фильм, еще до войны шел ... И вот тогда 30 моя бабушка (она еще молодая была) одной своей подруге... такой же, как ты... это кино похвалила. В разговоре ... И отсидела бабушка три года за про­
паганду буржуазного искусства. Сколько ты мне оп­
ределишь? За то, что сослаJIСЯ на статью в словаре? Он обошел Бутакову, как тумбочку, а в дверях вдруг опять оглянулся на Егора. Без улыбки, но сно­
ва как-то знакомо ... Кого же напомнил ему Венька дважды за этот день? Егор пытался сообразить и не смог. Но это не вызвало раздражения. Осталось чувство, как от ус­
кользающего из памяти хорошего сна. Дома Егор дождался, когда мать уйдет по своим делам, и позвонил в Среднекамск. Рассчитал: если сегодня утром Михаил вернулся из командировки, должен быть в отгуле. Так и вышло. -
Слушаю ... -
сказал Михаил.- Это ты, Егор? Я догадался ... Ну что, получил снимок? -
Ага. Спасибо ... -
Я много не стал посылать. Знал, что Ревский тебя uелой пачкой наградит. -
Все ты знаешь наперед,- огрызнулся Егор.­
Иногда аж противно ... Зачем ты Ревскому позвонил про меня? -
Догадался, что ты все равно к нему пойдешь. Разве хуже вышло? -
Хуже -
не хуже, а кто тебя просил? -
Ты зачем звонишь-то? Чтобы поругаться? Егор звонил не за этим. Просто надо же к кому-то прислониться, если прежних друзей не стало. НО он сказал: -
Ну и поругаться. А что? -
Ладно, валяй ... -
Не хочется уже,- вздохнул Егор.- Ты подго-
товился, это неинтересно ... Да я и так ругалея недав­
но, надоело ... С кем, если не секрет? С Классной Розой. В богословский спор влез. Ого! Сам не знаю, чего сунулся ... И Егор, стеснительно хмыкая, выложил суть кон­
фликта. -
Судя по всему,- сказал Михаил,- ваша Роза с шипами ... Шипы остры, но сама она тупа ... А Редактор твой -
парнишка начитанный. С чего это он «мой»? -
Не цепляйся к словам ... И кстати, почему ты полез за него вступаться? «Сам не понимаю. По глупости»,- едва не бурк­
нул Егор. И вместо этого сказал печально: -
Не знаю ... Миша. Это не только сегодня. Вооб-
ще у меня тут ... Ты слушаешь? Сидя у телефона и глядя на себя в полутемное коридорное зеркало, он рассказал Михаилу все, что случилось за последние дни. Обстоятельно, задумчиво даже. Будто сам с собой беседова.ТJ. Об одном умол­
чал: о своей хитрости с кассетой. Потому что слово надо держать. Михаил встревоженно спросил: -
Егор, а ты не боишься, что теперь не дадут проходу? -
Не боюсь. Я знаю, чем их унять. -
Ох, смотри ... Ну, ты молодец, конечно. НикаКQЙ он был не молодец, но почувствовал: похвала ему приятна. И вся натура Кошака тут же возмутилась против этого. -
Чего ты меня ублажаешь-то! Дурак я ... Двоюродный брат сразу сменил тон. -
дурак -
это верно. Одна надежда -
с возрас­
том пройдет. -
У тебя вот не прошло,- нахально сказал Егор. -
А я что ... я признаю. За последнее время столь-
ко глупостей наделал. -
Влюбился, что ли? -
осенило Егора. Л1ихаил помолчал. -
да как тебе сказать... Влюбился-то давно. Л1еньше тебя был. И до сих пор расхлебываю ... Не­
стандартная ситуация. «Завидное постоянство»,- чуть не брякнул Егор. Но почуял: не надо. Л1ихаил сказал бодрее: -
Повидаться бы, братец Егорушка, нам. Пого­
ворить ... -
А я с тобой по телефону почему-то лучше раз­
говариваю,- признался Егор.-
Легче, чем тогда ... -
Это бывает. Но не век же нам так ... И к тому же счета придут. Как ты дома-то объяснишь? -
А было уже ... Отец все знает. -
Ну и ... что? -
А ничего такого,- почти весело ото:!Ввлся Егор.- «Ты,- говорит,- все равно Петрой И мой на­
следник ... » -
Л10жет, он в чем-то и прав. -
А по-моему, просто ему не до того. У него на заводе какая-то заваруха, слухи ходят. Л1не и Роза уже намекала: обожди, мол, обстоятельства меняют­
ся, скоро за папочку не спрячешься. -
А ты прячешься? -
А они сами меня за него прячут! -
взорвался Егор.- В гробу я видел такую жизнь! -
Не вулканизируй ... Слушай, раз уж Виктор Ро­
манович и Алина Л1ихаевна все знают ... Ну? -
Тогда у меня один вопрос .... Какой? -
Нет, лучше я приеду на днях, тогда ПОГQВОРИМ. -
Специально для этого вопроса приедешь? -
по-
чему-то встревожился Егор. -
Не специально. Привезу тут одного ... Несколько дней прошли спокойно и быстро. «Та­
верна» о себе не напоминала, про собрание в классе тоже забыли, хотя Венька уже не болел и ходил на уроки исправно. Несмотря на отсутствие событий и одиночество, Егор не скучал. Была у него уверенность, что скоро случится что-то интересное и важное. А на­
чало зимы сверкало под солнцем широкими пластами снеговых заносов -
такими же чистыми, как паруса «Крузенштерна». ... В пятницу после уроков к Егору подошел в раз­
девалке смущенный Венька. -
Петров... Там тебя милиционер спрашивает. У выхода ... Просил найти и сказать, что ждет ... Егор сразу понял: Старший сержант? Который тогда... с тобой был? -
Ну ... -
На лице у Веньки была непривычная виноватость. И вопрос. Но Егор -
куртку на плечи и выскочил из школы. Михаил стоял не один. К нему притерся пацане­
нок лет десяти -
помятый и словно припорошенный угольной пылью. В длинном пальто и растрепанной ушастой шапке. Лицо мальчишки терялось под бес-
формеl:ШЬ~ :шапкой, И Егор заметил только похожие на серые блестящие пуговицы глаза. Пацаненок гля­
нул ими на Егора подозрительно и ревниво, но тут же отключился. Покрепче взял Михаила за шинель­
ный рукав. -
Привет,- сказал Егор.- Ты нарочно, что ли, именно Веньку послал искать меня? -
А что? Вижу -
знакомый. Вот и попросил ... Слушай, давай сперва отведем домой этого добра молодца, а потом погуляем, поговорим ... Это недале­
ко, на улице Чернышевского. Они пошли от школы, и мальчишка по-прежнему держал Михаила за рукав. Ничего не говорил. Во­
ротник у пальто был широкий, рваный, шарф разъез­
жался, и тонкая грязная шея мальчишки беззащитно торчала из ворота (это напомнило Егору Веньку)_ Иногда мальчишка странно, крупно переглатывал, и на горле его напрягались и опадали под кожей резиновые жилки. «Заглотыш»,- неожиданно придумалось у Егора прозвище. Заглотьtшами пацаны в «Электронике» на­
зывали крошечные крючки для рыбешек. Егор никог­
да рыбалку не любил и на пойманных окунят и пес­
кариков смотрел со смесью отвращения и жалости. Это было в давнем детстве, до случая с бабочкой ... Теперь мальчишка, глотающий не то страх, не то слезы, показался Егору такой вот рыбешкой, попав­
шей на крючок-заглотыш. И поэтому сам -
Загло­
тыш. Шли быстро. Видно, Л1ихаил торопился кончить командировочное дело со своим подопечным, Загло­
ТЫШ Не отставал, послушно топал подшитыми вален­
ками по спрессованному на тротуаре снегу. В углу рта у него была крупная болячка, и он часто трогал ее кончиком языка. Улица Чернышевского была рядом с Калужской. Тоже старая, в тополях и березах. Заглотыш жил на первом этаже двухэтажного приземистого дома. Е глубине двора. В темных сенях пахло керосином, а в широкой низкой комнате -
застарелым табачным чадом и кислятиной. Худая тетка в замызганном ха­
лате, но со сверкающими сережками и следами по­
мады на губах тоненько заподвывала и облапила Заглотыша. Он выскользнул, сел у окна. Молча наблюдал, как мать, ставшая послушно-деловитой, кивает и подписывает бумаги. И опять кивает -
ког­
да Л1ихаил говорит, что скоро заедет и проверит, в каких условиях живет мальчик. Егор стоял у дверей и смотрел такими же глазами I какими юный Эдуард из книжки «Принц И нищий~ оглядывал убогое жилище Тома Кенти. даже «тавер­
на» с ее утильной мебелью и кирпичными стенами была несравнима с этой берлогой. Там уют и тепло, а здесь унылая безысходность. Стол, разномастные стулья и даже новый телевизор казались липкими. Отгораживающая угол пятнистая занавесь источала запах прокисшего винегрета. За ней кто-то тихо ше­
вельнулся и вздохнул. -
На работу устроились? -
бесцветным голосом спросил Л1ихаил. -
А как же, а как же! На складе макулатуры, приемщица я. Добрые люди помогли ... А сегодня у меня отгул. -
Отгул или загул? -
А? .. ,Да вы не беспокойтесь, товарищ милицио-
нер. Теперь будет, как я Валерию Петровичу, участ­
ковому нашему, обещала. 31 Михаил со щелчком закрыл сумку. -
Я наведаюсь сам, помимо участкового... Ну, Витек, я пошел. Оставайся, живи, как договорились. Я потом навещу ... Витек-Заглотыш не двинулся с места, только глотнул. Егор с облегчением выше.'! на двор, Михаил за ним. Они были уже за калиткой, когда раздались всхлипы и топот, и Заглотыш догнал их. Вцепился в Михаила, щекой прилепился к рукаву. -
Дядя Миша-а! Не надо! -
Что не надо? Витек! Что с тобой? -
Не надо, не уходите! Я с вами! -
Куда ты со мной-то? Вить ... Это же неJIЬЗЯ ... А мама? -
С ва-ами! -
рыдал Заглотыш и цеплялся. Вы­
скочила мать, ухватила его. Кое-как оторвали За­
глотыша от Михаила, увели. Он все вскрикивал: «Не надо! С вами! .. » Когда опять вышли на улицу, Егор неловко спро-
сил: -
И это что, каждый раз так? Михаил сказал угрюмо: -
Каждый раз по-разному... Но по-хорошему редко ... -
Работка у тебя ... -
Сволочная. -
А этот ... Витек ... Он же все равно сбежит опять. -
Не копай ты мне душу, Егорушка,- попросил Михаил.- Лучше скажи, у тебя-то как? Что именно? . 32 -
Ну, хотя бы, как у Ревского побывал. Егор пожал плечом: чего, мол, такого ... Но стал рассказывать. И разговорился не хуже, чем по теле­
фону. И про фильм сказал. Признался даже, что не может до конца поверить, будто молодой матрос, мелькнувший на экране,- отец. -
Ну, это понятно,- кивнул Михаил. -
А вообще-то в картине «что-то есть» ... Сперва они ходили по тихим улицам, где време­
нами с отяжелевших веток искрящимися струйками сыпался снег. Потом зашли в кафе «Лира» -
по­
греться и перекусить. Когда опять оказались на ули­
це, J\\ихаил сказал: -
Ну, а теперь давай потихоньку к вокзалу. До поезда полтора часа ... -
А вопрос? Помнишь, ты говорил по телефону ... До этого он терпеливо, хотя и с беспокойством ждал. Но сколько еще ждать? --
Г10МНЮ,- кивнул Михаил. И как-то обмяк, будто даже виноватым сделался.-
Я вот что думал ... раз уж дома у тебя все известно ... Может, сказать пр" тебя и моим? Маме, сестре? Ты пойми, это же для них ... Егор. Ты разве еще не сказал? -
стесненно спросил А какое я имею право? Без твоего согласия ... Теперь-то уж не все ли равно? Не все равно,- вздохнул Михаил.- Тут ведь вот что. Хочешь -
не хочешь, а на тебя кое-что ля­
жет. Ну, вроде как обязанности какие-то. Заехать иногда, повидаться ... 11, может, всякие поцелуи и ласки стерпеть, женщины ведь. даже если тебе это не по душе ... -
Да уж стерплю,-
слегка дурашливо пообещал Егор. И сказал нерешительно: -
Может, мы скоро чаще будем видеться. Я в Среднекамск, наверно, переберусь к осени. -
Как так? -
Там училище есть, речных штурманов и меха-
ников выпускают. -
И ты решил идти в речники? Давно? -
Недавно ... Там и для плавания «река-море» готовят, Я слышал. И даже просто для морей ... В на­
стоящую мореходку мне, наверно, не пробиться с мо­
ими-то отметками, а в Среднекамское училище, го­
ворят, легче. После восьмого ... Михаил молчал. -
Не одобряешь, что ли? -
разочарованно спро­
сил Егор. -
Не одобряю ... Во-первых, это не совсем то учи­
лище, каким оно тебе кажется. Скорее, обычное ПТУ. И по уровню, и по нравам. И пацанам, уехавшим из дома, там ох как нелегко ... -
Ничего, меня не съедят ... Подумаешь, ПТУ. Везде кричат, что это теперь главнее· всего, а ты ... -
Главнее -
это когда человек твердо решил, обдуманно. А ты хочешь, как проще ... Подожди пси­
ховать, послушай... Во-первых, ты лазейку ищешь, чтобы со своими трояками проскользнуть. А во-вто­
рых, стараешься поскорее от жизни с отцом изба­
виться. Тем более когда узнал такое ... Все ты понимаешь,- язвительно сказал Егор. -
А что? Не так? -
Так, да не совсем ... -
Ну, не совсем ... Еще романтика дальних стран-
ствий. Но только в училище ты не увидишь тех па­
русов, что на экране. Егор чуть не закричал. -
До чего ты любишь в нутро залазить! Так бы и дал по шее. -
Ну дай,- засмеялся Михаил.- А в училище не советую. -
А что советуешь? -
Кончай десятый, ума-разума набирайся, ат-
тестат получай приличный. И если не передумаешь, поступай в мореходку или высшее морское. Тебе ведь не река нужна, а море. Верно? ~ И еще два года тянуть с папой Вик-Романычем? -
И с матерью. К ней-то ты что имеешь? Егор молчал. Трудно объяснить, что хочется пол­
ного перелома. Раз уж столько в жизни изменилось, пусть меняется до конца. Чтобы все было другое­
и город, и люди, и дела._ Михаил осторожно сказал: -
Два года -
разве много? Дольше терпел ... -
Деваться было некуда. -
Ну ... -Михаил быстро глянул на Егора. Про· говорил, словно преодолевая последнюю неловкость: -
Если что случится, ты же понимаешь: у тебя в Сред· некамске тоже есть дом. Егор качнул головой. То ли кивнул, то ли так просто_ Нет, все было неплохо, но только он про­
дрог наконец в своей финской курточке, и поэтому хотелось закурить. И сигареты были. НО при Михаи­
ле Егор не решился ... На следующий день после· уроков Егора догнал I на улице Венька. Спросил насупленно: -
у тебя неприятности, что ли? -
С чего ты взял? -
А вчера... милиционер. Если думаешь, что из-
за меня, то зря. Мы с ним тогда просто случайно вместе ШJ1И. Егор сделал значительное ,,1ИЦО и с полминуты поглядывал на хмуро-виноватого Веньку. Потом как ~ бы спохватился: -
А, милиционер! .. Это мой двоюродный брат. Венька смешно замигал и даже остановился. -
Ну да,- сказал Егор уже серьезно.- Он в те дни как раз меня разыскивал. И про отца я от него узнал. Про настоящего ... Помнишь, я тебе говорил? -
Значит, это правда? -
глаза у Веньки стали сочувствующие. -
Кто же такими вещами шутит,- усмехнулся Егор. И подумал: «Зачем я опять С ним об этом?:!> Но тут судьба словно решила наградить его за от­
кровенность. Венька, стоявший у дощатого, со снеж· ным гребешком, забора, переступил, отодвинулся, и за ним открылась маленькая белая афиша: «Клуб им. Гагарина. 9 декабря. Худ. фильм «Корабли в Лиссе». Нач. в 17.00». -
Ух ТЫ,-
невольно сказал Егор.- Клуб Гага­
рина это где? Венька оглянулся на афишу. -
Это у фабрики «Маяк», недалеко... А что, хо­
рошее кино? -
Кому как ... -
Егор подавил желание сказать о том, ч т о для него этот фильм. И без того раз­
болтался ... -
Я и не слышал о таком,- сказал Венька.­
Это по Грину? -
Ага ... Паруса, пираты ... -
Надо сходить с Ванюшкой. Он такое обожает ... А ты пойдешь? Егор вспомнил, что с собой нет ни копейки. Вчера он сунул в карман рубль, но истратил на буфет и сигареты (нельзя же все время попрошайничать). Егор плюнул от огорчения. Матери дома не будет до вечера, уехала к знакомым. Занять не у кого. Он разочарованно похлопал по карманам. -
Если хочешь,- сказал Венька,-
я куплю би­
лет и тебе. А ты приходи прямо к клубу. Без пятна­
дцати пять ... Егору отчаянно хотелось еще раз посмотреть «КО-
рабли». -
Можно ... -
сказал он. Венька кивнул и, уходя, опять знакомо оглянулся. И тогда, как при неожиданном повороте лучей, все высветил ось, вспомнилось и выr.троилось в кар­
тину. ... Думая о речном училище, Егор не раз вспоми­
нал синий плес с затопленной колокольней. ОН уви­
дел его и сейчас. Почти как наяву. Обходя колоколь­
ню по широкой дуге, шли над водой накренившиеся пирамиды легких многоярусных парусов. А в широ­
ком проеме колокольни, держась одной рукой за вы­
ступ, а другой сжимая опущенную серебряную трубу, стоял мальчишка. Горнист Игорек. Тот, кто после сигнала убегал с крыльца и оглядывался на всех весело и доверчиво. Как Венька ... ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ 33 •... :::::~:. ~ 'f) ПОД О"JfЫЙ y..t< МИКРОСКОПОМ КОЕ-ЧТО об опасностях Траднцнонно упрекая нас за то, что слишком конкретны, рассчнтаны лншь на знанне теКСТОII (н, суало быть, на механичеСi(ое переЛИ\=ТЫliiil­
ние доступных книг) задания наших викторин, читатели довольно дружно требуют иных вопросов -
творческо­
го характера, побуждающих к обоб­
щенням н размышлениям, к поиску не механическому, а интеллектуаль­
ному. Идя навстречу этим пожелани­
ям, мы с каждом HOBO!'i !lIIКТОРИНОМ расширяем IIОЗМОЖНОСТН дЛЯ тако­
го -
интеллектуального -
поиска. И всяким раз не без грусти убежда­
емся: дело все-таки не в отсутствин творческих заданим. Вспомним, к примеру, преДПОЩi!­
ние ПОДТllердить или onpolleprHYTb суждение о том, что «существует два типа неизвестнь!х опасностем; неИЗllестная опасность, заключенная в известном явлении, и известная опасность, источннк котором неИЗllе­
стен. Последняя, несомненно, во много раз страшнее». Мы уже писали в прошлогоднем декабрьском номе­
ре, что нз 346 участников ВИIIТОРИ­
ны лишь 13 (!) попытались выпол­
нить это задание. Всех прочих -
«не увлекло)): показалось слишком скуч­
ным. Однако ж посмотрите, как мно­
го можно «выжаты> [при желанииl) и из этого «скучного)) задания ••• Разобраться в этом суждении оказалось довольно мудрено ... Опасность и явление. Рассуждая логически, можно установить следу­
ющие возможные варианты: 1) известная опасность в извест­
ном явлении; 2) неизвестная опасность в из­
вестном явлении; 3) известная опасность в неиз­
вестном явлении; 4) неизвестная опасность в не­
известном явлении. Так как по определению к не­
известныМ опасностям относятся опасности с хотя бы одним неизве­
стным составляющим, то первый ва­
риант отбросим. Остались три, два 34 из них -
упомянуты 8 80просе. Рас­
смотрим их, оставив пока мест нашу нумерацию вариантов. 4. Неи;звестная опасность в не­
известном явлении. Обе составляющие неизвестны, ест!, только интуитивное предчувст­
вие опасности. Примеры из НФ: «За лесом у моря» Г. Разумова, "Обо­
ротная сторона» В. Колупаева. В ряде произведений опасность становится более реальной, но тем не менее остается не",звеСТIiОЙ и не­
известно откуда исходящей. Так, в «Опеке» Р. Шекли за человеком охо­
тится трэнг, нельзя политурить. Что это такое, в чем заключается опас­
ность, исходящая от трэнга,- неиз­
вестно. Этот вариант может иметь ме­
сто и тогда, когда испытывается что­
л",бо с неизвестными свойствами. Пример: изобрели антигравитатор, тот УНИНТОЖjo1л силу притяжения меж­
ду молекулами -
и человек превра­
тился в облако (с. Сандрелли. Чело­
век-облако). Таким образом, по крайней мере в одном пункте суждение в вопро­
се неправильное. Кроме двух ука­
занных в нем, существует еще один тип неизвестной опасности. 2. Неизвестная опасность в из­
вестном явлении. Здесь можно выделить два под­
типа: а) Опасность таят в себе извест­
ные людям предметы и явления, ко­
торые проявляют неизвестные преж­
де свойства. Это могут быть, напри­
мер, игрушечные солдатики (С. Кинг. Сражение), ЭМОЦИОфильмы (Р. Сабиа. Премьера), метеорит, обращающий живое тело в металл (Ю. Цветков. 995-й святой) ... б) Опасность таят в себе имита­
ции под jo1Зllестные людям предме­
ты или явления, таковыми не явля­
ющиеся. Это, например, странные существа, похожие на куски прово­
локи (Д. БиЛlЭНКИН. «Здесь водятся проволоки»), стреляющие облака (Д. Де-Спиллер. Планета калейдоско­
пов), сущеСТ60-хамелеон, принявшее облик прекрасной девушки (Ю. Ни­
китин. Здесь все проще и легче). 3. Известная опасность, источник которой неизвестен. Двр подтипа можно выделить и здесь. а) Опасность исходит от неизве­
стных существ, животных, растений (О. Ларионова. Подсадная утка; Б. Руденко. Озеро; Д. Вильяме. Хищ­
ник). б) Известная опасность исходит от явления, "налогичного которому человек еще не встречал. Так, в "По­
вестке о мобилизации» С. Комацу источником опасности становится маньяк, бред которого претворяется в реальность; в «Праве на самоза­
щиту» А. Столярова происходят от­
равления людей -
и выясняется, что таким образом природа защищается от тех, кто приносит ей вред. Итак, какой же тип неизвестных опасностей страшнее? Понимание опасности, страх, с нею связанный,- все это очень субъ­
ективно. у разных людей разное от­
ношение к опасности, в различной степени свойственен им страх, как и умение его преодолевать. Но, на наш взгляд, существен­
ное различие между двумя типами неизвестныx опасностей, указанны­
ми в вопросе, заключается в следу­
ющем. Первый (описанный нами в пункте 2) предполагает внезапное возникновение опасности. Рассмот­
ренные два подтипа подтверждают это. Никакого страха перед опас­
ностью человек не испытывает, ведь все, что его окружает, по его мне­
IiИЮ, Зljакомо, а значит, известно все то, что можно ожидать от этих пред­
метов и явлений. И когда они поро­
ждают неожиданную (неизвестную) опасность, человек испытывает страх, действие которого однократно. Ведь в дальнейшем, приобретя опыт, че­
ловек постарается избежать опасно­
сти. Второй тип неизвестных опасно­
стей (он рассмотрен нами в пунк­
те 3) предполагает длительное воз­
действие на человека, психологиче­
ское давление страха перед опас­
ностью. Так что чисто психологически по длительности воздействия страха вто­
рой тип страшнее. Но намного ли­
это уже весьма субъектjo1ВНО. Обще­
известно, что страшна не столько сама боль, сколько ее ожидание. По аналогии можно представить пер­
вый тип -
б о лью, а второй -
ее о ж и Д а н и е м. Сделаем следующие выводы. Суждение, заключенное в цитате из рассказа Д. Вильямса «Хищник)}, мо­
жно опровергнуть в том, что оно ука­
зьrвает лишь два вида неизвестных опасностей. И, несомненно, можно подпердить в том, что второй тип названных в нем опасностей страш­
нее первого. С. ИВАl-jОВ, В. ЧЕРНИК r. Горловка •••••••••••••••••• \ \' \ \ ПОВЕСТЬ ~ -
Отстань, подлиза! -
раздраженно сказал -ТаЙлон.- Сожрал половину наших запасов -
и еще недоволен! Проглот несчастный! Действительно, ущерб ветчине был нанесен серьеЗНРIЙ. Наскоро перекусив и напившись воды из найденной в мешке фляги -
мама позаботи­
лась обо всем! -
Т айлон положил обратно в шка­
тулку таинственный лист и пластинку, которую решил рассмотреть повнимательнее завтра. Сей­
час он хотел ТОЛЬКО одного -
выспаться . ..... Ну, давай укладываться, расхититель,­
обратился Тайлон к приятелю, вытянулся во весь рост и поплотнее запахнул воротник куртки, хотя от прелой хвои исходило приятное тепло. Крошка Енот моментально прыгнул ему на грудь, немного поерзал, сворачиваясь клубоч­
ком, и вскоре засопел, уткнувшись носом в соб­
ственный хвост. Тайлон еще какое-то время кре­
пился, убеждая себя, что нужно быть настороже, но усталость, сладковатый аромат гниения и ти­
шина сморили его. Последней мыслью было: как там дома, как MaMa~ Проснулся Тайлон от того, что кто-то осто­
рожно теребил его за ухо. Т айлон завозился, забормотал что-то спросонья -
и почувствовал, как маленькая лапка зажимает ему рот. Проти­
рая глаза, сел. Крошка Енот, а это он разбудил Тайлона, испуганно еЖИЛС5l, прижимаясь к нему. Было еще темно, но первые робкие лучики света уже начинали пробиваться сквозь полог Александр ветвей. Тайлон сразу понял, что встревожило &ольныx Крошку,- в привычной тяжелой тишине разда­
вались какие-то непонятные звуки. Он замер, затаив дыхание, прислушался. Чьи-то шаги ... Звяканье железа ... Тайлон прижался к стволу, пожалев, что вче­
ра поленился отойти подальше от тропинки. В себя он пришел от какого-то вороватого Звуки приближались. шороха. Приподнявшись на локтях, с трудом Внезапно на тропинке, Тайлону показалось, различил в сгустившемся сумраке шевелящийся буквально у него перед носом, возникли боль­
И вздрагивающий мешок. Он даже не успел уди- шие грязные сапоги со шпорами, плывущие по виться, так как сразу заметил подергивающий- воздуху. Он сунул кулак в рот, чтобы не закри­
ся черно-белый хвост, торчащий из мешка. Хмык- чать, но, приглядевшись, понял, что это всадник. нув, Тайлон схватил этот хвост и дернул. Исте- Черную шерсть лошади он в сумраке не заме­
рически взвизгнув, из мешка вылетел Крошка тил. Енот и закачался в поднятой руке. Лошадь медленно ступала, зарываясь копы-
_ Ах ты, воришка! тами в толстый ковер, устилавший землю и Крошка, на всякий случай зажмурившись, по- скрадывавший звуки. Теперь-то Тайлон понял, спешно дожевывал ветчину. почему ему казалось, будто звуки доносятся из-
_ За это завтра ты будешь у меня постить- далека -
лес очень сильно глушил их. Всадник ся! Я еще посмотрю, сколько ты слопал, может когда был совсем рядом, его храп доносился быть, заставлю поголодать и поДольше. совершенно отчетливо. Крошка Енот висел вниз головой с видом пол- Лошадь сделала еще несколько шагов и оста-
ной покорности и искреннего раскаяния, что, новилась, шумно дыша. Звякнули колечки впрочем, не помешало ему доесть ветчину. Тай- сбруи, до Тайлона долетел новый приступ храпа. лон разжал кулак, и Крошка тяжело шлепнулся ~ Вслед за первым на тропинке показался вто­
на землю. Поняв, что трепки не будет, он при-
~ рой всадник, точнее, вторые сапоги. Большего вычно заскулил, жалуясь. ~ из своего убежища Тайлон не видел. Да и не Окончание. Начало см. в N2 2 ~ очень стремился увидеть, справедливо полагая, ~ что так оно спокойнее. 35 -~--..,,:o ~ Капитан смачно сплюнул и от души выругался. -
Ничего, поймаем -
отведу душу. -
Не переусердствуйте! Мальчишка нужен Магистрату. Но я не собираюсь убивать его. -
Нужен целым, не забывайте! -
Вас не поймешь, советник. Все равно ведь сожжете. Так не один ли черт, каким он попадет к вам? Советник?! Тайлон снова чуть не вскрикнул. Вот это даl Советник Магистрата! Тайлон на мгновение почувствовал прилив гордости: ведь все это из-за него! Но потом вспомнил послед­
ние слова капитана и похолодел. «Все равно сож­
жете»l! Про аутодафе в деревне если и рассказывали, Что там?- брюзгливо спросил из темноты то лишь шепотом, на ухо, опасливо озираясь. кто-то невидимыЙ. Если потом спросишь человека, он отведет глаза -
Гарт уснул,- с довольным хохотком со- и промямлит, что ничего не знает, ничего не слы­
общил второй всадник, остановившийся прямо шал, ничего не видел, ничего не говорил. Дел напротив Тайлона. Магистрата касаться опасались. «Зло способен -
Разбуди,- приказал голос из темноты, при- побороть только огонь!» Страшное правило, при-
надлежащий, видимо, начальнику. менявшееся крайне редко, гонцы Магистрата Второй всадник тронул свою лошадь, послы- специально приезжали сообщить о таких случа-
шался звучный удар, испуганный вскрик. ях ... Но действовало оно неукоснительно. -
АН Что?! Кто?! -
А вы и не пытайтесь понять, капитан. Ма-
Грубый смех. гистрат велик и мудр, он знает, что делает. -
Дрыхнуть надо поменьше, чучелоl Капитан раздраженно дернул поводья, его -
Я тебе это припомню, Явил,- мстительно лошадь нервно затанцевала на месте. пообещал бесцеремонно разбуженный Гарт. -
Слушайте, советник, а не могли мы обо-
-
Постараюсь не забыть! гнать мальчишку? Плетется сейчас где-нибудь Мимо Тайлона прошла третья лошадь, чет-
далеко позади нас. Или вообще лежит под со-
вертая... седним деревом и слушает, как мы с вами бе-
-
Проклятый мальчишка,- снова раздался седуем. Слезть, что ли, посмотреть? брюзгливый голос.-
Я падаю от усталости. Тайлон сжался в комочек, готовясь скольз-
-
Ничего, капитан. Поймаем его -
отоспи- нуть дальше в чащу. Странное дело, он почти тесь за все,- пообещал ехавший следом. совсем перестал бояться. На лошадях им с тро-
Капитан гулко зевнул, было слышно, как он пинки не сойти, застрянут на первом же шагу. шлепает себя по щекам. Значит, никакого преимущества у них не будет. -
Еще немного -
и я усну, как Гарт. Вторые Скорее шансы будут на его стороне -
он мень­
сутки в седле. А тут ночь эта ... Едешь и дума-
ше, ему легче пробираться между деревьями. ешь, как бы глаза не выколоть о сучья. Прокля- Бросьте свои шуточки, капитан. тая ночь, поганый мальчишка, мерзкий лес... -
А что, вполне может быть, что он здесь. Тайлон присмотрелся повнимательней и раз-
-
Может -
не может ... Охота связываться с личил тяжелый боевой арбалет, притороченный колючками... Да и не дурак же он, бежал не­
к седлу. Стражники из Города! Значит, мама го- бось как ошпаренный все это время. Ведь ему ворила правду, им действительно так важно пой- в Неправильный Мир нужно попасть обязательно мать его, Тайлона. Даже капитан стражи?! Тай- раньше нас. А равнины ему не миновать, там и лон не мог припомнить, чтобы к ним в деревуш- поймаем. Впрочем, если хотите щеголять потом ке наведывался кто-либо важнее гонца Магист- с изодранной физиономией -
не смею вам пре­
рата, а здесь... пятствовать. Лезьте. Только пропустите меня -
Вперед! -
приказал шестой человек, ехав- вперед, я не буду вас ждать. ший последним. Капитан снова выругался. Но кто смеет приказывать капитану? -
Хватит,- резко оборвал его советник.-
-
Лошади шатаются. Скоро они просто от-
На этой тропе мы не сможем догнать стражни-
кажутся идти. :. ков, если задержимся еще. А мне не хочется -
Вперед! Кончится лес -
тогда и отдохнем. '% ехать одному по лесу. На равнине он от нас не скроется. Но мы не ~ -
Мн.,е тоже,- согласился капитан. должны дать ему лишней форы. Две ночи и ~ -
Тогда вперед. вчерашний, день -
достаточно и этого. ~ Капитан хлестнул лошадь, и та неуклюжим 36 галопом пошла вслед за скрывшимися страж- а: никами. Тайлон, в котором любопытство пересилило наконец осторожность, высунулся из-за ствола и даже рискнул отвести в сторону ветку, мешав­
шую ему смотреть. Но, кроме неясной серой тени, скользнувшей по тропинке, различить ни­
чего не смог. -
Ладно,- мирно сказал он, щелкнув по носу все еще дрожавшего Крошку Енота.- По­
смотрим на советника в следующий раз. Еще встретимся, я это чувствую.-
И сокрушенно до­
бавил: -
Хотя мне этого совсем не хочется. -
Что мы теперь будем делать? -
спросил Тайлон Крошку Енота после завтрака. Тот облизнулся и поправил бакенбарды. Сно­
ва облизнулся, прозрачно намекая, что самое лучшее -
это продолжить еду. -
Нет, хватит. Ты наелся на три дня вперед.­
На мордочке Крошки Енота отразилось такое смятение, что Тайлон, не выдержав, рассмеялся.­
Скажи лучше, куда пойдем? Ведь они ждут нас на опушке. А может быть, даже подкарауливают где-нибудь на тропе.- Тайлон пощекотал гор­
лышко Крошке Еноту.- Но идти надо. Крошка фыркнул и шумно почесался. Идти или оставаться на месте -
ему было безразлично. Лишь бы вместе сТаЙлоном. Тайлон задумался. Потом снова полез в ме­
шок. Крошка Енот встрепенулся было, решив, что сейчас они займутся приятным и полезным для здоровья делом. Увидев, что Тайлон достает все­
го лишь невкусно пахнущую желеэку, разочаро­
ванно отвернулся. Открыв шкатулку, Тайлон расправил загадоч­
ный лист. Днем он не казался ни таинственным, ни колдовским. Тайлон напряженно смотрел на него, пытаясь разгадать смысл непонятных ри­
сунков, которые чуть мерцали, переливаясь, и казались живыми. Было в НИХ что-то знакомое ... ТаЙ110Н вспомнил мамины слова, что шкатулка поможет ему найти дорогу. Поможет. Только как? Снова перед глазами все поплыло, закру­
жилось, в висках застучали сотни крошечных мо­
лоточков. Тайлон почувствовал, что проваливает­
ся куда-то, летит ... Он зажмурился и обхватил голову руками. -
Глупыш,- потрепал его по загривку ТаЙлон. Крошка Енот обиженно чихнул. -
Ладно, ладно. Я пошутил. Ты у меня хоро­
ший, умница. Что бы я без тебя делал? А ведь я до сих пор не поблагодарил тебя, ты очень во­
время предупредил меня ночью. Спасибо. Крошка Енот потерся мордочкой о щеку Тай­
лона и сел рядом, страшно довольный. -
Сейчас мы с тобой сидим и дрожим от страха вот здесь,-
палец Тайлона уперся в змея­
щуюся по зеленому полю прерывистую черную полосу.- Вот наша тропа, а вот здесь мы. Что же это значит? Это значит, что нам надо идти по тро­
пе не до опушки,- палец скользнул к тому ме­
сту, где зеленый цвет сменялся бледно-коричне­
вым,- а всего лишь досюда.- Тайлон ногтем подчеркнул место, где черный пунктир раздваи­
вался.- Про вторую тропу они не знают и ждать на ней нас не будут. А на равнину она выходит достаточно далеко от первой. Спрячемся как-ни­
будь. Тайлон сложил карту, спрятал в шкатулку, а ее убрал в мешок. -
Господин советник умный человек, но он учел не все. Иногда лишние знания очень полез­
ны, хотя он наверняка думает иначе. Тайлон чуть удивился, что смеет так говорить о советнике Магистрата. Механически удивился, как бы по обязанности. -
Однако кроме умного советника там есть еще глупый капитан, от которого можно ждать любой пакости. Не желаешь ли, приятель, прогу­
ляться, посмотреть, не поджидает ли нас впереди засада? Нет, Крошке Еноту не хотелось. -
Пойми, у нас нет другого выхода. Мне снова нужна твоя помощь, Крошка. Ты ведь сме­
лый, иначе остался бы дома, у печки.- Крошка Енот приосанился, чувствовать себя смелым ему нравилось.- Ты должен идти первым, ты малень­
кий, тебе легче прятаться. И если увидишь кого­
нибудь, предупреди меня. Крошка Енот лизнул Тайлона в щеку, высунул­
ся из-под ели, настороженно поводя носиком. Потом неслышной тенью скользнул наружу. Перед мысленным взором медленно попол-
Лес кончился внезапно, хотя Тайлон и ждал зли огненные буквы. этого. Вырвавшись из колючих зарослей шипов-
Карта ... Карта! ника, они с Крошкой Енотом оказались вдруг на Теперь он знает, что делать. Решительно, слов- открытом пространстве. Перед ними лежала слег­
но всю жизнь только этим и занимался, он раз- ка всхолмленная равнина, заросшая высокой тра­
ложил ее на земле, чуть повернул. Откуда-то в вой, расцвеченная пестрыми мазками диковинных памяти всплыли слова «ориентировать поазиму- цветов. Солнце, стоявшее прямо над головой, ту». Что это такое, Тайлон не знал, но был уве- светило так ярко, что щурились глаза, привыкшие рен, что поступает правильно. Ладно, если это: к полумраку мертвого леса. называется именно так, будем ориентировать по <f -
Как красиво,- прошептал ТаЙлон. Крошка азимуту. Крошка Енот, заинтересовавшись, под- ~ был с ним совершенно согласен. полз поближе. Но для него карта была бес по-
:;; Но они всю жизнь провели в лесу и впервые лезной. ~ видели так много пустого места. Ведь не сравни-
37 вать же с этой равниной маllе/iьн:ие ПОll5Jн~",?ИТай-
i 30ЩllО. Сейчас то же самое. Но почему запре­
лон невольно попятился к такому JE)oAHOMY ..., при-
-
щали ходить по этой тропинке? Ведь здесь так вычному лесу. На JE)авнине ОН чувствовал себя хорошо ••• ГОлым И беЭЗаЩI1ТНЫМ: по(поянtjо Кёщалось, будто Зi1быв о недавних страхах и опасениях, Тай­
на него смотрят чьи-то недоБJE)ые глаза, в памяти лон не СПеша шел по мягкой траве, жалея /fИШЬ вставаllИ ТЯжеSfые арбалеты с толстыми С;:Т.:JЛЬ/iЫ- о том, что ПРОВ~lIЯЛСЯ слишком долго под солн­
ми теТИВаМИ, цем -
JiёlТертая рубёlЩКОЙ кожа горела все силь-
Крошка /:нот, напротив, nр"'ЩеЛ в f1~lIHbl" во- нее, а раздеться снова было бы еще хуже. Крош­
сторг И С радостным ПИfКОМ гонялся за перепар- ка Енот челноком СНQвал вокруг, холмы нрави­
ХИВёlЮЩ\'IМИ с цветка на ЦВеУОН: бабочк,:JМИ, лис;:ь ему FQраздо бол!>ще, чем лес. Черно-белый T",l!i110H присмотрелся ПОв/i' .... r\атеlli>неl1. PAёlll~- полосатый хвщ:т флажком мелькал то спереди, ке, среди зеленых ХОЛМОВ, стеЩlЛёlСЬ узкая "р- то СЗаДИ, то справа, то слева. ричневая лентС)чка дороги, которая, !'ак он ПОtjял, Вдруг в лицо ударил сильный !10РЫВ ветра, БЫЛа ПРОДОЛ)f(sнием СТаран ТРОПI'l/iКИ. Присrавив раЗД,:JЛОСЬ басовитое Шl1пение и свист воздуха, ладонь КОЗЫРЫ$:ОМ кО лБУ, чтобi>f ПРИКР!>IТЬ rIJa~!'I рассекаемого исполинск!'!ми крыьями •. Солнце на от солнца, он с трудом различил шесть крощеч-
MrHOEleHl1e пропало, скрытое громадной тенью. H!>IX точек/ ПОЛЗУЩИХ по дороге, Дёlлеко.,.далеко, Тайлон остановился, ВТЯнУВ голову в плечи. Крош­
там, где холм!>/ незаметно переХQДI<IЛИ в серо- ка Енот, путаясь в траве, с испуганным писком голубую ЛИНИIO ГОРИЗОНТёI. бросился к нему, ПРИЖ,:JЛСЯ к ногам. Тамлон довольно YCMexHYlIc5j. Они реUJI1ЛИ, что С:;:нова налетел порь,в ветра, и в следующий беглец опередил их, и сейчас мчатся вперед, не- момент перед Тайлоном ВОЗНИJ( чей-то силуэт. щадно нахлесть,вая лошадей. Стоя против СО11нЦ,:J, он не сразу разглядел -
чей. Он потянулся, раскинув рук!'! и fJОдрgВЛ9Я /-10 потом понял -
и по коже пробежали холод­
лицо лаСj<ОВЫМ СОЛl1ечным лучам. ХОРЩJJоl По-
H!>le мура
Ш
КI1. том СНJJЛ куртку, рубi1ШКУ и УПаЛ /1а спину, бmi1- Орел. Орел-великан! женно ЩУРЯСI;t на СОIJнце. СквозЬ ПЩ1УnРиКР/>IТl;>fе OrpOMHaJl, втрое выше Тайлона, птица стояла ресницы он разлl'lЧИЛ в ГО11убом небе МёlЛен!:>КУЮ пеРед ним, аккуратно складывая БО/fьшие крылья. черную точку... Бросился в глаза длинный тяжелый клюв. Крюч-
Тайлон и не пытался опредеllИТ!>, Скол!>!<о коватын, )(ищны .... провалялся, греясь на солныке.. На небе =-
ни оБры/(ии страшных сказок, запомнившихся в ТУЧК"!, лаСКОElЫЙ ветерок ПРИ.I'JТНО хрлоДит раэго- детстве, и еще более страшных историй, услы­
ряченное тело ... АН ПРРСТО наСЛi1Ждi:!!!СЯ, а I?Ilqx-
шанных позднее, заКJE)УЖИЛ"!СЬ в голове. Они Быии ватищ:я, лищ/:, когда грудь и ру!<и /iаЧёlЛО >t<вЧЬ, разнь,ми, но сход"!Л"!СЬ в одном. Орел-Великан, как огнем. С сожалением посмотрев на ГJPН:Pёlc- жуткое порождение НепраВИЛЫ:iОГО Мира, изред­
невшую кожу, Т"ЙllОН натяну!! рубаЩj(У и CIlI1CT-
ка ",рорываясь в обычный мир, съедал всех по-
HYll КРQшке Еноту. павшихся ... -
Приятель! Не желаете 111<1 ПРОГУ!lЯТ!>СЯ?! ОРеЛ тем аРеменем наклонил голову, как-то Пережевывая какоН.,то корещ,ж, f{РРЩКi1 ~HP'l' неСОЛI1ДНQ.,-- по-куриному, OAHI1M глазом -
раз­
устаВI1ЛСЯ на ТаНлона. Тот M!1IXHYII ему РУкОй И, глядывая путещественников. Деловито пощелкал МУРЛь1ча что-то веселое, защагаJ1 ВНиЗ по полого- КЛЮElQМ, переступил с Л,:JПы на лапу, выворачивая му склону, крутя Над ГОЛОElОЙ снятой КУРТj<Ой, КОГТJlМИ крупные комья земли, и посмотрел дру_ Вот только не ПРОХОДиЛО неприятное ЧУ/ilСТВР, гим Гllазом. что KTQ,..TO следит за H"'IM/'I, ЭУДИllО J!ДОЕ!I1ТОЙ з~но-
-
М-да. PёlccMoTpeB деЛQ более внимательно, зой. Тайлон HeCKOfl/:,f(O раз останаЕ!лнвалlZЯ и я вынужден ПРИЗНj;lТЬ со всей откровенностью, вниматеflЬНО осматривалр!.,...... ММЦОГI;I поблизости что ситуаци,f! склаДЫВ,:Jетс.I'J далеко не столь бле­
не было. Шлемы стражников по-прежнему слабо стяще, как представлялось на первый, нужно пря­
мерцали на дальних холмах и не приближались. мо заявить -
легкомысленный взгляд. Однажды, правда, рядом с ними ВСПЫJIiУЛ ос;ле- Тайлон слабо икнул и опустился на траву, едва питеЛЬ/iЫЙ отблеск, БОЛЬНI;I резанувший по ГЛ,:JЗj;lМ, не придавив Крошку Енота. Г()ворил Орел! ХОЛОДнОе ледяное cBepKёlH!'!e, З,:JвораЖИЕ!ё'llQщt:t~ 11 -
Тем не менее, приняв во внимание все таКОе же стращное, как взгля,ц э,"еин!:>!х .ГЛ!ilЭ. НО привхо,цящие орстоятельства, мощно все-таки это было л"!шь OAHj;I>t<Abl ... А В Hel5e, K!ilIi: соринка преДllоl10ЩIНЬ, что обед, хотя и не столь сытный, в глазу, не ОТДqЛЯЯСЬ и не по,цхр,ця блнщв, ПJ1!>!ла как предполагалрсь первоначально, состоится. черная точка. Она /-Ie могла бь/Ть ОП!1lСНQЙ, н ТаЙ- СЛQВCI В!:>lскакивали из клюва с едва уловимой ЛОн перестал обращат!> ма нее ВНИМj;lние. задержкой, и Тайлону казалось, что разговор Aj;l_ Кажется что-то? Мало 111'1 что может ПОI<С!эать-
:. ется ОР11У с большим трудом. ся, если он впервые в жизни ОТОРВj;lЛСЯ от при- ~ -
Какой обед? -
машинально спросил он. вычной стены деревьев, укрывающей со всех; Орел солидно откашлялся. сторон. Ведь и мертвый лес с:tjflчС!ла ПОКёlэFlЛСЯ :;; -..,.. Давайте Мq1с:ЛИТЬ логически. Тогда мы МРё!чньrм и УГРЮМЫМ, однако ужtilс:нргg не '1pl;lt4-1 легко придем к единственно правильному выво-
~ ду: в данном случае лишь один из присутствую- ~ сами выскакивали из памяти.- Но сейчас, к вели­
щих имеет основания рассчитывать на более или -
чайшему сожалению, неотложные дела настоя-
менее солидный обед. А именно -
я. тельно побуждают меня удалиться. -
Что -
я? -
не поняв, переспросил ТаЙлон. -
Да-да, разумеется,- автоматически отве-
-
Как -
что? -
в свою очередь не понял тил Орел, слегка кланяясь.- Не смею вам пре-
Орел, увлеченный собственным красноречием. пятствовать, хотя с немалым огорчением лиша-
-
А что -
как? юсь вашего исключительно приятного общества. Орел замотал головой и нетерпеливр махнул Тайлон дернул за шкирку совсем обалдевше-
крыльями, опрокинув поднявшегося БЫflО Тай- го Крошку Енота и начал медленно отступать к лона обратно на траву. не столь уж далекому лесу. Орел, грустно при­
-
Спокойнее, спокойнее ... Давайте вернемся крыв глаза, следил за ним без всякого выраже-
к самому началу логической цеП0ЧКИ, начыем, так ния. Но вдруг спохватился. сказать, с яйца. -
Нет, па-азвольте! А обед?! -
Какого яйца? -
снова вмешался ТаЙлон. Одним прыжком, чуть шевельнув крыльями, Орел досадливо заЖМУРИflСЯ и затопал он снова оказался перед Тайлоном, закрывая ему ногами. дорогу. -
Ты все время мешаешь мне мыслить логи-
-
Позвольте опять потревожить вас. Мне чески! Я вынужден заметить, что твое поведение крайне жаль причинять вам неудобства, но, смею не укладывается в рамки правил приличия, кото- вас уверить, это кратковременное явление не рые предписывают внимательно выслушивать будет служить для вас источником неприятных собеседника, который высказывает свои сообра- воспоминаний. Дело в том,- Орел немного за­
жения, которые, в свою очередь, могут быть смущался,- что я намерен вас съесть. подвергнуты обсуждению оппонентом, который Тайлон посмотрел на него снизу вверх. обязан излагать свои аргументы в порядке стро-
-
А зачем? гой последовательности, которая... -
А-а ... -
Орел явно растерялся.- Э-э ... Мне -
Стой-стой-стой! -
замахал руками Тай- так хочется. лон.-
Я совершенно перестал понимать. ТЫ го-
-
Но это логически необоснованно. ворю.uь так умно. Нельзя ли попроще и помед- Орел расправил крылья, как бы пожимая пле-
ленней? чами. -
Да? -
приосанился Орел.- Эх, если бы -
Должен с сожалением признаться, что над тебя слышал сейчас злокозненный Эскистафель- таким аспектом данной ПР0блемы я до сих пор кунгсхольм! Этот мерзкий ЗЛОПрlхатель в своих не задумывался.- Он замолчал, от смущения гнусных и абсолютно безосновательных выпадах перебирая клювом перья под мышкой.- Но Я постоянно обвиняет меня в легковесности и да- ведь в некотором роде нело~ко, К0нечно, в этом же, с возмущением должен отметить, мнимой признаваться, однако объективная истина для ме­
беспочвенности суждений. ня всегда была дороже всего на свете, я где-то, -
Вот это да,- восхищенно прошептал знаете ли, хищник. ТаЙлон. Тайлон, полностью успокоившись, назидатель-
О Крошке Еноте и говорить не приходилось -
но погрозил Орлу пальцем. он сидел, вытаращив глаза и свесив розовый Но прежде всего вы мыслящее существо! язык из открывшегося от удивления рта, совер-
-
Разумеется,- выпятил грудь Орел. шенно забыв о первоначальном испуге. Странно, -
Из этого следует совершенно естествен-
но и Тайлон совсем перестал воспринимать Орла ный вывод: достойно ли существа, почитающего как стр-рашного хищника, хотя внушительный себя мыслящим, слепо идти на поводу у низмен­
клюв назойливо лез в глаза. ных инстинктов, не пытаясь даже подвести под -
В то же время я с удовлетворением отме- них логическую базу? чаю,- продолжал Орел,_ что безукоризненная Разумеется, нет,- сразу согласился Орел. завершенность моих силлогизмов становится за-
-
Тогда до свидания,- поклонился ТаЙлон. метной свежему взгляду, не скованному пред-
-
Нет, па-азвольте!- снова возопил Орел.-
взятым мнением, особенно априорно негативным, Должен я пообедать или нет?! как у неисправимого зложелателя Эскистафель-
-
Если это будет логически обосновано. По­
кунгсхольма, закосневшего в неизличимой желч- тому что из всего вышеизложенного с неОПР0-
ности и не видящего решительно ничего далее вержимой ясностью следует, что поддержание своего противного крючковатого носа, с первой жизнедеятельности, каковая является постоянным же минуты. и совершенно неотъемлемым признаком и, бо-
Орел гордо вскинул клюв. '" лее того, абсолютно обязательным условием ... -
Очень хорошо,- сказал Тайлон, поднима- ~ -
Пе-ре-кра-ти-те! -
затопал лапами Орел.-
ЯСЬ.- Просто великолепно. Я чрезвычайно поль-
i Пе-ре-стань-те! щен, что удостоился чести побеседовать со столь:; Он оriустился на землю, судорожно отдуваяс::, образованной и мудрой lПицей,- нужные слова ~и встопорщив перья. 39 -
Есть хочу!- жалобно сообщилон.~,'·'·; i долетев нескольких десятков шагов, наты кались -
Это прекрасно, но при чем тут я?- холод-
-
на невидимую преграду и взлетали вверх чудо-
но спросил ТаЙлон.- Давайте мыслить логи- вищным фонтаном. Рваные клочья поднимались чески... высоко в небо, скрываясь из глаз, так что Тай­
Продолжить ему не удалось. Глаза Орла по- лону казалось, будто перед ним колеблется ди­
дернулись белесоватыми пленками, голова бес- ковинный плотный занавес, за которым скрыва­
сильно упала, стукнув клювом о камень. ется вход в Неправильный Мир. Мелкий и на вид -
Вот тебе раз,-
удивился ТаЙлон.- Неуже- очень противный дождь косой сеткой стелился ли я его до смерти заговорил? Ведь только-толь- ниже туч. ко во вкус вошел. Крошка... То, что Тайлону все-таки удалось различить, Он обернулся, разыскивая Крошку Енота. Тот бодрости не внушало. Низкие чахлые кустики сидел на задних лапах, мерно раскачиваясь перемежались пучками такой же чахлой травы, и бессмысленно глядя остекленевшими глазами желтой и поникшеЙ. Мелькали озерца непрони­
прямо перед собой. Тайлон, встревожившись, цаемо черной воды, подернутые по краям ржа­
подергал его за усы. Крошка Енот очнулся, оша- вой плесенью, даже издали вызывавшей дрожь лело крутя головой, тяжело задышал. омерзения. Над озерцами клубился, не подни-
-
Пошли-ка побыстрее, пока он не очнулся,-
маясь, зеленоватый дым или пар. И это была предложил Тайлон, но тут же остановил бросив- всего лишь граница Неправильного Мира, по ко­
шегося валкой рысью Крошку Енота.- Постой, торому Тайлону предстояло идти. постой... Он сел, обхватив колени. Попытаться обойти Он подошел к лежащему без чувств Орлу, болото? Но карта, с которой он полностью ос­
взъерошил перья на груди и с удовлетворением воился и знал почти наизусть, показывала, что отметил: живой. обход займет слишком много времени, непозво­
Похлопал Орла по щекам. Приоткрылся мут- лительно много. Тайлон не знал, есть ли оно у ный глаз со слезой. него. Правда, ему удалось отвлечь погоню. Тай-
-
Уже?-
слабым хриплым голосом спросил лон усмехнулся, представив встречу господина Орел. советника с Орлом -
слишком проголодавшим-
-
Уже, уже,- успокоил Тайлон и намеренно ся, чтобы пускаться в разглагольствования и мыс-
грубо продолжил:- Жрать хочешь? лить логически. -
Да,-
выдохнул Орел. Но кто скажет, что ждет его самого? И если -
Тогда смотри.-
Упираясь обеими руками в он пойдет вокруг болота, и если пойдет напря-
холодный клюв, Тайлон с трудом повернул ОГ· мик." Слишком длинный путь по Неправильному ромную голову. Миру не может быть безопасным. -
Вижу,- послушно согласился Орел. А болото ... Словно подтверждая его сомне-
-
Целых шесть лошадейl Совершенно не ния, одна из луж забурлила, вязкая и тяжелая мыслящих и не строящих никаких силлогизмов вода, более всего похожая на липкую черную по первой фигуре, что абсолютно адекватно... грязь, заклокотала, как кипящая. По ней пробе-
Глаза Орла опять закатились. жали круги, в луже мелькнуло чье-то щупальце, -
Надо же,-
с досадой произнес ТаЙлон.- полыхнул дрожащий синеватый огонь ... Хищник, а Itакая слабая нервная система. Стыдно. Усевшись спиной к болоту, Крошка Енот ясно Он дунул Орлу в ноздри. Тот, постанывая от показал, что идти туда не хочет. Однако этого натуги, упираясь крыльями в землю, кое-как под- обжору и трусишку можно было в расчет не при-
нялся. нимать. Если пойдет Тайлон, пойдет и он. -
Я с неизбывным удовольствием буду вспо- Тайлон встал и нехотя подошел к невидимой минать нашу встречу,- полузадушенным шепо- стене ... том вымолвил ОН.- НО, если мыслить логически... Истерически взвизгнув, Крошка Енот метнул­
Век бы тебя не видел!- энергично, с чувством ся мимо него прямо в дождь. И в то же мгно'" закончил Орел. вение, сухо щелкнув, тяжелая железная стрела Тайлон беззвучно хихикнул. воткнулась в сухую землю рядом сТайлоном, Орел несколько раз, пробуя, неуверенно зарывшись по самое перо. Он обернулся, ин­
взмахнул крыльями, потом подпрыгнул и по- стинктивно присев, и вторая стрела просвистела летел. над головой. Налетев на стену, она завязла в ней, -
Мы еще встретимся,- донеслось сверху. мерно раскачиваясь и разбрасывая снопы свер-
_ Ты с ним хочешь встретиться?- спросил кающих красноватых искр. Тайлон Крошку Енота.- Вот и я не хочу ... Ладно, Тайлон увидел медленно идущих к нему чет­
двинулись. А то смотри, солнце уже садится, а:. верых -
только четверых! -
людей. Трое страж,: впереди болото. Но все равно кое-кому я не ~ ников в запыленных, давно потерявших парадныи завидую... ~ блеск кольчугах и высокий худой человек в изо-
Низкие серые тучи, подгоняемые сильным:;; дранной красной шелковой мантии. ветром, стремительно неслись на Тайлона. Не -= Тайлон попятился, следя за плотным страж-
40 ником с замотанной окрававленной тряпкой го-;- даже редкая цепочка пеньков, по которой они ловой, державшим наготове свой арбалет. Вне-
-
бежали. запно стражник вскинул его к плечу, но, каким-
С тоской оглядываясь вокруг в поисках ка­
то шестым чувством уловив это мгновение, кой-нибудь дороги, Тайлон грустно размышлял, Тайлон стремительно прыгнул в сторону, и новая что же делать дальше. Дороги не было. А от стрела повисла в воздухе, чуть дрожа. одной мысли повторить путь назад начинала Один из стражников остановился и, пристег- кружиться голова. Только сейчас он понял, что нув К арбалету вертушку, перекосившись и хакая смертельно устал. События последних дней вы­
от напряжения, начал натягивать тугой лук. Двое мотали его предельно. Не было даже сил испу­
других продолжали не спеша подходить, подго- гаться того, что их могло ожидать дальше. няемые требовательными взмахами руки совет- Машинально пошарив в мешке -
может, за-
ника. валялось что съестное -
и ничего не найдя, Тай-
Вот и ответ на все вопросы. Мгновенно пере-
лон достал шкатулку, а пустой мешок, размах­
став колебаться, Тайлон ринулся к болоту. Он нувшись, швырнул В топь. Вода громко плеснула, пролетел стену, ничего не ощутив, только лицо точно кинул он большой камень, вверх взлетела на бегу обдало холодным ветром со странным струя жемчужно светящегося пара, опоясанная пряным запахом. Тайлон свистнул Крошке Еноту, языками зеленого пламени. Потом все успокои­
в сомнении и страхе топтавшемуся перед лужей, лось, и снова вокруг маленького островка лежа­
и с лихостью, за собой ранее не замечавшейся, ло неподвижное, ничего не отражающее черное прыгнул на поросшую гнилой осокой кочку. зеркало. Словно какой-то рычаг щелкнул в нем, отклю- Посмотрев на Крошку Енота, распластавшего-
чив все чувства. Снова в висках застучали знако- ся на земле и спящего сном праведника, Тайлон мые молоточки, и Тайлон превратился в меха- расстелил куртку, подтащил поближе сопящего низм, безошибочно определяющий направление приятеля и лег. прыжка, силу толчка и место приземления. Вяз-
кая грязь хищно чавкала и хлюпала под ногами, выплевывая мутные струйки вонючей воды; по- Проснулся он с отчетливым ощущением, что крытые скользкой тиной коряги моментально по- рядом кто-то есть. Не открывая глаз, Тайлон гружались с бульканьем в черную трясину, но глубоко вздохнул, делая вид, что спит по-прежне­
Тайлон уже летел к следующему островку. му крепко, и как бы невзначай повернулся на бок, Крошка Енот, плачуще подвизгивая, скакал скрывая от чужого взора ножны. Рука незаметно следом. Пару раз он срывался, но каким-то чу- скользнула вниз, рукоять ножа удобно легла в дом, весь перемазанный противно пахнущей ладонь. Тайлон звучно зевнул и почмокал губа­
грязью, увешанный нитями мха и водорослей, ми, как наслаждающийся заслуженным отдыхом выбирался на твердую основу и, пища от ужаса, человек. И стремительно вскочил, поворачиваясь прыгал дальше. в ту сторону, где, как он считал, находится про-
Наконец Тайлон остановился, переведя дыха- тивник. ние. Мокрый и жалкий Крошка Енот, дрожа как Над островком, лениво покачиваясь, ползли в лихорадке, прижался к нему и полез на руки. струйки тумана, и ... и ... и никого не было. Только Тайлон поднял его, с жалостью глядя на пуши- Крошка Енот, угревшийся в теплом рукаве курт­
стую и шелковистую прежде, а теперь грязную, ки, недовольно зевал, намереваясь улечься снова. свалявшуюся шерстку. И зачем он потащил Крош- За спиной раздался тихий смех. Тайлон мол­
ку с собой? Шепча на ухо другу какие-то успо- ниеносно обернулся. Никого. Лишь по черной коительные глупости, Тайлон гладил его, помо- воде поспешно разбегались круги, будто кто-то гая прийти в себя. нырнул в болото. Они попали на маленький островок в самом Левой рукой Тайлон вытер выступившую. на сердце болота. Его глинистая макушка была по- лбу испарину. И опять за спиной прозвучал то­
хожа на чью-то лысину, на ней ничего не росло. ненький смешок. На этот раз Тайлон медленно Окружавшая островок трясина клубилась зеле-
повернул голову, не двигаясь с места. И снова новатым паром и временами глухо вздыхала. никого не увидел. Только сейчас Тайлон обратил внимание, что С трудом уняв начинающие дрожать пальцы, дождя нет. Низко над головой, протяни руку -
Тайлон спрятал нож в ножны и сел рядом с пре­
и дотронешься, летели тучи, хотя ветра Тайлон спокойно дрыхнущим Крошкой Енотом. не ощущал. Иногда из болота выползало зеле-
Пытаться разгадать тайны Неправильного Ми­
новатое облако, заволакивая островок, и тогда ра было занятием совершенно бессмысленным. вокруг разливалось удушливое зловоние. = Надо было просто сидеть и ждать. Тайлон попытался рассмотреть, оторвались ли ~ Снова прозвучал писклявый смешок. Тайлон '" они от погони, но ничего кроме стены того же ~ недовольно поморщился. зеленоватого тумана, вливавшегося в тучи и:;; И н·е надоело? -
спросил он. мчавшегося вместе с ними, не различил. Пропала ~ -
А ты драться не будешь? -
вопросом на 4 .УраJIЬСКИЙ сJIедопыт~ No 3 41 вопрос ответил неизвестный, все еще не ПОI<азы- Е: ся, колдовать мешает. И так-то плохо получается, ваясь. -
да еще всякие под руку лезут ... И намекает, что Очень ты мне нужен! не грех бы площадь уступить, он-де такое безо-
Ну, смотри, пообещал! бразие здесь разведет -
ни пройти, ни проехать Ладно, вылезай. будет. А вот плюну на все, уйду. Не потому, что А мне не надо вылезать,- прозвучало сза- испугался, а так, связываться неохота, руки пач-
ДИ,-
я уже здесь. кать. Надоело, понимаете -
надоело! .. Тайлон, потягиваясь, встал. Тайлон похлопал по пухлому, маслянистому -
Но-но ... ты же обещал,- плаксиво запри- на ощупь плечику. читал низенький зеленый человечек, увешанный -
Пошли со мной? водорослями. -
Верно, пошли! -
загорелся водяной.-
-
Не трону я тебя, не скули. Только куда? -
Да-да,- недоверчиво протянул чел ове- Прямо и дальше. чек.- А ножик во-он какой. Большой. Ты, это... -
Да-а ... А как болото кончится~ Смотри ... Я В случае чего ... Этого, как его ... Ух -
Ты ведь сам хотел уйти. как!.. Водяной почесал в затылке правой рукой, на Его глазки сверкнули пронзительным зеленым которой было шесть пальцев. Потом левай, укра­
светом, но Тайлон не испугался. ЯСНО было, что шенной восемью пальцами. Потом поскреб ма­
человечек сам до смерти перепуган и лишь пы-
кушку обеими руками сразу. тается выглядеть страшным. Поэтому Тайлон спо-
-
Ладно! Была -
не была ... Идем. койно спросил: И он бодро зашагал по воде. -
А ты кто такой? -
А ты чего ждешь? Зеленый человечек застеснялся. Тайлон молча развел руками. -
Кто, кто ... Живу я здесь.- Он хлюпнул но- Водяной звонко шлепнул себя ладошкой по сом.- Водяной я. лбу. -
Водяной? -
недоверчиво переспросил Тай-
-
Совсем забыл! ЛОН.- НО ведь они не такие! Он три раза щелкнул пальцами правой руки, Залившись стыдливым зеленым румянцем -
два раза -
левой, и от островка, стремительно или зеленцом? -
человечек потупился и согла- разворачиваясь, покатилось что-то вроде коври-
сился: ка. Тайлон поднял куртку со все еще спящим -
В том-то и вся беда... Крошкой Енотом, подошел к берегу и предусмо-
Через пятнадцать минут Тайлон в деталях трительно попробовал коврик ногой. От Неудач­
знал нехитрую и грустную историю Водяного-Не- ника можно было ждать чего угодно. Коврик удачника. Ему не везло. Не везло всегда и во прогибался, пружинил, но держал. всем, начиная с того дня, когда его, еще личин-
-
Не веришь, да-а? ку, чуть не перешиб клешней рак-хулиган. Пере-
-
Верю,-
с сомнением произнес ТаЙлон. шибить не перешиб, но что из того получилось -
И они пошли. видите сами. Другие-то -
ого какие. Попробуй Вел их коврик, разматывавшийся дальше по подступись ... И ростом, и статью ... Выделили ему, болоту сам собой, без участия Водяного. Так как за ущербностью, самое скверное болото. Тут на пейзаж вокруг не отличался ни живописностью, дне ключи чистые бьют. Ужас. И холодные, от ни разнообразием, то они -
не считая спавшего каких ревматизм начинается, слышите -
уже ка- Крошку Енота -
коротали время в беседе, сво­
шель получился. Так что все свое время он тра- дившейся к монологу Водяного, сетовавшего на тит, чтобы эту чистую воду заквасить или проту- превратности судьбы. шить. Или протухнуть? Вот и он не знает. А делать Через некоторое время впереди сквозь зеле­
надо, иначе спросят, ох, строго спросят. За хло- ный туман замаячило темное пятно. Коврик рез­
потами и трудами пропустил недавно через бо- ко дернулся к нему, словно учуял конец пути. лото троих людей, так соседи на смех подняли. Тайлон едва устоял на ногах -
успел ухватиться Недотепой обзывают. Но, правда, недавно пой- за Водяного, шедшего рядом. Вскоре они стояли мал тут одного. Грубый такой, невоспитанныЙ. на том же самом островке. Ругается, арбалетом размахивает. Нет, чтобы -
М-да,- сказал ТаЙлон. вежливо попросить, глядишь, и отпустил бы. Нет, -
М-да,- согласился Водяной. топить не стал, ну его, противно. Стоит в двух На этот раз он поскреб подбородок и снова шагах от берега по пояс в болоте и вылезти не защелкал пальцами. Опять от берега начал раз­
может. Долго стоять будет, пока ему не надоест. матываться коврик, по которому, обуреваемый Ему -
в смысле водяному, а не грубому. И не '" нехорошими предчувствиями, двинулся ТаЙлон. вытащат, потому как пятками напрочно к дну; Водяной-Неудачник, подозрительно озираясь, прирос, укоренился. Вообще все надоело. Недав- ~ шлепал по воде рядом. Тайлона сильно мутило но сосед один, бойкий такой, из молодых да ран-
:;; от ужасной вони, извергаемой трясиной, и он НИХ, под него копать начал. В болото наведывает-
., почти не следил за дорогой. Но Водяной мрач-
42 нел все больше и больше, и потому Тайлон S' Водяной-Неудачник засопел и выпалил: воспринял как должное, когда они снова вышли -
Как будто ты дорогу знаешь! на знакомый островок. Я все знаю. Водяной задумчиво уставился на свои ноги, И человека вывести можешь? словно ожидал от них ответа, почему они всякий Могу! ,раз возвращают его к островку. Потом сгрыз А слабо! три ногтя на левой руке и два на правой. Это А смотриl вроде бы помогло, так как он <: обрадованной Молодой сунул в рот четыре пальца -
там физиономией захлопал в ладоши. Раз ... Раз ... Раз- поместились бы и еще десять -
и оглушительно два-три... свистнул. С металлическим звоном от островка От островка в третиi1 раз побежал коврик. потянулась широкая дорога, как будто выкован­
Тайлон, откровенно посмеиваясь, ступил на него. ная из пластин вороненого железа. С лязгом История получал ась забавная, если не считать выскакивали неведомо откуда все новые звенья, того, что Онн никак не моглн выбраться из то- прирастали к уже лежащим на воде ... Водяной­
пей. Неудачник украдкой подмигнул Тайлону, и тот, На этот раз Водяной разве только не обню- поманив по-прежнему взъерошенного Крошку ХИЕ\ал дорогу. То и дело пробовал воду паль- Енота, быстро зашагал по дороге. чиком, забегал вперед, даже становился на Сзади доносились азартные выкрики: четвереньки, что-то пристально разглядывая. Нет, а ты кто такой?! Однако пришли онн именно туда, откуда вышли: Да как ты смеешь?! на островок. А слабо тебе! Бросив на землю куртку, чтобы разбуднть А смотри! засоню Крошtcу, Тайлон ехидно поинтересовался: Только без рукl -
И что же дальше? -
Гляди, рыба бесхвостая! -
Можно попробовать еще разоtc,- пред- Тайлон бежал по дороге, гулко звеневшей ложнл ВодяноЙ.- Пойдем назад... под ногами, боясь, что она вдруг исчезнет и он -
А будет толк? останется плавать в противной черной жиже, Водяной пожал Пl1ечиками. лениво колыхавшейся вннзу. Сумеет ли Неудач-
-
Вообще-то я прлагаю, что это сосед, -
ник продержаться достаточно долго? Крошку пояснил ОН.-
ИЗ этнх ОНш молодых. Нахальный Енота, похоже, одолевали те же сомнення, так такой... как он прнпустнл во всю прыть, и когда запы-
-
Попробуй с ним договориться. хавшийся Тайлон достнг берега, уже ждал его, -
Да-а ... Откуда я знаю, чего он потребует? довольно улыбаясь. Крошка Енот, сонно зевавший и потягивав- Тайлон выскочил на твердую каменистую щийся, вдруг злобно заР!:>lчал, ощетннился и землю и полной грудью вдохнул чнстый воздух. оскалнл клык,,",. Тайлон обернулся. Да, вот это Хорошо! .. был настоящнй водяной! Высокий, тоже зеле-
С тнхим хлопком недалеко от него нз воды ный. Глаза его поnыхали мрачным багровым вырвалось зеленое пламя н возник, недовольно огнем, а когда открывался широкнй лягушачий тряся головой, ВодяноЙ-Неудачннк. рот, в нем сверtcали четыре ряда острейших зу-
-
Опять не то получилось,- дуя на обож-
бов, и Е! ВQЗДу!(е flЛЫЛ удушливый смрад. женные пальцы, сообщил ОН.-
И так все время . ...,-.SI ще говорнл, ....,... застонал Водяной-Не- Понимаешь -
всегда ... -
Помолчав, он довольно удачнии·"..",. Я же предупреждал ... Я так и знал, захихикал:- Нет, но как мы его? .. Все-таки кое что Молодой явится. на что и я способен, правда? Он, конечно, хоро-
Тот ДРВQЛ!:>нО З!'IКЛОКОТё!Л. ший колдун, спору нет. Но есть у него один ма-
-
С,лvщ!'lЙ, что тебе H!'IAO?-
довольно спо- ленький, просто крошечный недостаток -
дурак! койно спросил ТаЙлон. Он давно исчерпал свои -
Ты молодец, -
искренне восхитился Тай-
запас!:>, стрс,!)са и уд,,!влення. лон.- Ловко его обвел. Огромное тебе спасибо, -
А П~, вообще молчи,.- оборвал его МО- выручил! лодоЙ. -
Чего уж там ... -
довольно позеленел Во-
-
Как знаещь. Мне, вообще-то, бе~различно. дяноЙ. -
И мне тоже Все равно,- пискнул ВОДЯНОЙ-
_ Ну так что, пошли? Неу,цачник. Водяной сразу поскучнел . ...-
Цыть!-. прикрикнул на него МолодоЙ.-
С Да-а ... ТЫ хоть знаешь, куда идешы1 тобой разговор особый пойдет. Добро делать -
Точно не знаю,- признался ТаЙлон. вздумаl1?! '" -
А меня сманиваешь! Знаю я вас, людей ... -
Но-но ... Ты это ... Не того... ; Безрассудные. Вам-то что, а я бессмертный ... Не-
-
Посмотрите на этого растяпу!-, развесе- ~ охота пропадать в каком-нибудь капкане. Нет, лился МолодоЙ . ..,.-
Из собственного болота доро-
! уж лучше' я останусь. Здесь все свое, привычное. гн не ЗНj:lет, а Ty,o,iiI же -
грознть... 0;0 -
Но ведь тебе здесь плохо!- удивилсSl 4* 43 ТаЙлон.- Этот Молодой, он же тебе покою не S' однажды, так и это было как-то не всерьез ... У дастl -Тайлона не исчезло ощущение нереальности -
А, переживем,- тряхнул головой Водяной- происходящего. Опасностей особых не было, на­
Неудачник.- Старый враг лучше новых двух. против, все помогали ему -
и Орел, и Водя­
Мало ли кто в дороге встретится. ной. Хотя со стражниками, похоже, они обо­
-
Смотри сам,- вздохнул ТаЙлон.- А то... шлись без лишних церемоний. Может, и расска-
-
Нет, иди без меня ... Ах да,- спохватился зы эти сочиняли стражники? Кому-то выгодно, водяной.- Чуть не забыл!- Описав правой ру-
чтобы люди боялись Неправильного Мира. кой круг в воздухе, СН выдернул откуда-то ме-
шок ТаЙлона.-
Я тут тебе рыбки приготовил. Копченой. Тайлон прижал руки к груди. -
Не знаю, как тебя и благодарить. -
Это пока, потом узнаешь,- Водяной-Не-
удачник грустно усмехнулся.- Хоть я и нику­
дышный, но все-таки волшебник, немного вижу будущее. А может быть, я и на этот раз оши­
баюсь ... Он помахал Тайлону и растаял в зеленом ту­
мане. Маленький красный крестик на карте был уже совсем рядом. Но то на карте! На самом же де­
ле до него еще идти и идти ... Тайлон потер гудящие ноги. Крошка Енот старательно вылизывал лапку, начавшую крово­
точить -
сбил о камни. Сдал, бедняжка. Шерст­
ка свалялась и потускнела, глазки перестали блестеть, усы уныло обвисли. Он, кажется, да­
же полинял, превратившись из черно-белого яр­
кого зверя в однотонного, пыльно серого при­
храмывающего бедолагу. Забыл уже, как гонял­
ся за бабочками, ковыляет кое-как по дороге ... Пошатываясь, Крошка Енот подошел к сидяще­
му Тайлону и без сил сунулся носом ему в ру­
ки. -
Устал, маленький ... Потерпи еще немнож­
ко ... Слушай,- обрадованно предложил Тайлон, удивляясь, как не додумался до этого раньше,­
давай я тебя понесу. Полезай в мешок. Крошка Енот приоткрыл один глаз и вяло мотнул хвостом. -
Эх, дурашка,- сказал Тайлон, приподни­
мая Крошкину мордочку за бакенбарды.- За­
чем ты увязался за мной? Сидел бы в тепле, ла-
кал молоко ... Крошка Енот слабо улыбнулся. И они пошли дальше. -
Вроде бы нас больше не ожидают ника-
кие непри ... Тайлон, не закончив фразу, остановился по­
среди дороги с открытым ртом. Еще бы ... -
Это мы, кажется, поспешили,- растерян­
но проговорил он. Равнина, простиравшаяся насколько хватало глаз, вдруг вздыбилась судорожными толчками. В зловещей тишине перед Тайлоном вырастали могучие горы, отвесные скалы, угрюмые пики, вершины которых уходили в облака. Он сделал еще два осторожных шага, и тут тишину разорвал злобный свист ледяного ветра между голых камней, послышался грохот дале­
ких лавин, рушащихся с вершин... И снова все стихло. I Тайлон передернул плечами. Неправильный Мир неисчерпаем на фокусы и сюрпризы, не следует обманываться, если дела идут хоро-
шо -
это не надолго. Тропинка, извиваясь, уходила в глубь горного лабиринта, над которым возвышались пять осо­
бенно высоких пиков. Средний был украшен сверкающей на солнце ледяной шапкой. А ведь минуту назад никаких гор и в помине не было. -
Хороши шуточки,- вздохнул ТаЙлон. Крошке Еноту, неисправимому оптимисту, проблем здесь не виделось. Пожевать есть че­
го -
и ладно. Подумаешь, горы! Не то видывали. Идти с каждым шагом становилось все труд­
нее, словно они пробивались сквозь мягкую лип­
кую массу, густеющую на глазах. Тайлон не сра­
зу понял, что они борются со все усиливающим-
ся ветром. Он медленно брел по ущелью, стены кото­
рого вздымались высоко над головой. Ветер крепчал, уже приходилось закрывать лицо ру­
ками, так как становилось трудно дышать, а из г лаз невольно текли слезы. Казалось стран-
Одного Тайлон никак не мог понять. Все рас- ным -
не слышать ни единого звука. сказы о Неправильном Мире, которые ему при-
Но вот мимо Тайлона просвистела горсть велось услышать, были удивительно однообраз- мелких камешков, сорванных с обрыва. И сра­
ны: кто-то кого-то ел, кто-то кого-то мучил... зу ветер словно отбросил маску, за которой Лились потоки крови, раздавался хруст костей, прятался. В ушах засвистело и заревело, будто истошные вопли. Стаи кровожадных людоедов враз заиграли тысячи великанских труб. В узком рыскали в поисках жертв, в промежутках между" ущелье с гладкими, словно полированными сте­
кошмарными трапезами сводя счеты с невидан-; нами шум отдавался особенно громко. Зажав 111 ными чудовищами, столь же хищными, но еще !Е уши пальцами, прикрывая лицо локтями и со-
более ужасными. :,:; гнувшись' почти вдвое, Тайлон пытался двигать­
А тут .•. Никто никого не ел. Ну, попытались ~ ся дальше. С каждым шагом, который ему уда-
44 валось сделать, ветер дул еще свирепее. Мере-
S" Сумасшедшая гонка продолжалась недолго, щилось, что его порывы налетают со всех сто-
-
постепенно напор ветра ослабевал, можно уже рон сразу, стремясь поднять Тайлона в воздух было не бежать, и Тайлон перешел на шаг. По­
и бросить на острые камни на дне ущелья. Мел-
том и вовсе остановился. кий щебень свистел вокруг непрерывно, с гром- Он стоял на том самом месте, где не так кими щелчками ударяясь о скалы. Несколько давно опрометчиво заверил Крошку Енота, что камней попали в Тайлона. неприятности их больше не ждут. А вот и сам Крошка Енот, весивший гораздо меньше, дав- Крошка, запыленный и помятый, сидит с оби­
но был сбит с ног и кувырком полетел к выходу женным и одиноким видом... Увидев возвра­
из ущелья. Тайлон рванулся было помочь ему, щающегося Тайлона, он радостно заверещал, по но понял, что стоит повернуться -
и он сам по- своему обыкновению кидаясь лизаться. летит следом за приятелем. Поэтому он продол-
-
Перестань, перестань,- отбивался ТаЙлон. жал пробираться дальше. Но, посмотрев внимательнее на поцарапан-
Хватаясь за глыбы, вросшие в землю, Тайлон ную, сияющую мордочку друга, ухватил его обе­
ухитрился поднять голову. Большие обломки ими руками за загривок и прижал к себе, за-
скал, лежавшие на краях ущелья, шевелились и дергались, как живые, грозя сорваться вниз. Тайлона пробрала дрожь, он поплотнее припал к земле и, раздирая в клочья одежду, в кровь сбивая руки, упорно пополз вперед. Над ним летели уже целые булыжники, один из них с такой силой хватил Тайлона по спине, что дыхание перехватило, он не сразу пришел в себя. К счастью, он не разжал побелевших от напряжения пальцев. Опомнившись, кое-как двинулся дальше. В реве ветра ему чудились чьи-то злобные голоса, непрерывно выкрикивающие проклятья, рывшись лицом в теплый мех. -
Прости, что я не смог тебе помочь. Нуж­
но было попытаться пройти. Любой ценой. Крошка Енот преданно лизнул его в нос, по­
том, мягко ухватив зубами, дернул за ухо. -
Не сердись! Крошка больше не сердился, он был просто рад. Тайлон обернулся. Горы пропали, и до само­
го горизонта расстилалась унылая, выжженная солнцем равнина. Но два-три шага вперед -
и как по неслышному приказу перед Тайлоном снова выросла исполинская зубчатая стена. Тай-
истерическое повизгивание, злорадный хохот. лон нерешительно сделал еще шаг -
и услышал Ветер метался над ним, хватал за руки, пытался предостерегающий шорох ветра, ощутил его ды­
оторвать от спасительной земли, бросить на гра- хание. И отступил. нитную стену, разбить насмерть. -
Здесь нас не пропустят, это точно. Но, Впереди послышался неясный гул. Тайлон по-
если верить карте, идти нужно именно здесь. холодел -
чудовищная каменная глыба, разме- Вот только как? Похоже, карта о чем-то умал­
рами больше самого высокого дома, медленны- чивает. ми неровными толчками, будто подгоняемая не- Тайлон задумался. И снова услышал знако­
видимым великаном, ползла навстречу. Она пе- мые молоточки, застучавшие в висках, тонкое рекрыла все ущелье от стены до стены, и не бы- протяжное гудение. Перед его взором начали ло никакой возможности увернуться от нее. Ост- медленно проплывать стены ущелья, по которо­
рые зазубренные края глыбы с противным скре- му он недавно летел с такой поспешностью. жетом царапали гранит, оставляя на нем глубо- Прямо ... прямо ... теперь направо, мимо глубокой кие белые борозды. Если какой-нибудь обломок расселины, разрезающей гранитный массив на­
падал на пути глыбы, она с хрустом дробила его двое ... еще немного вперед ... еще ... нет, стоп ... в порошок. Стоп! Тайлон замер, чувствуя, как бешено колотит- В серой гладкой стене у самой земли черне-
ся сердце. ло небольшое пятно. Кто-то словно придвинул Глыба приближалась, с каждым мгновением изображение к самым глазам, и Тайлон ясно двигаясь все быстрее и увереннее. различил уходящую в глубь горы пещеру. Пеще-
И Тайлон решился. ра! Вот путь, который проведет его в обход Он вскочил, позволив ветру подхватить себя, Ущелья Ветров ... и со всех ног помчался назад, к выходу из Тайлон встал. Возвращаться в ущелье ох как ущелья. Камни, коричневые, серые, черные, дер-
не хотелось. До пещеры еще ползти и ползти. гались и прыгали перед глазами, когда он ог- Но выбора не было. Он схватил Крошку Енота рамными прыжками несся по тропинке. У него и запихнул его под куртку, чтобы не потерять была только одна забота -
не упасть, любой це-
на этот раз. Крошка протестующе завозился, ной удержаться на ногах. Если он и не свернет == но Тайлон щелкнул его по макушке. себе шею при падении, встать во второй раз ве- ~ -
Сиди спокойно! тер ему не даст. Он прижмет Тайлона к земле, ~ Крошка Енот тявкнул, но царапаться пере-
удержит до тех пор, пока не подползет этот про-
:;; стал. . илятый камень... ~ И во второй раз Тайлон зашагал по ущелью. 45 Ветер встретил его как старого знакомого ра-
i все ниже и ниже, уходя в глубины горного хреб­
достным фамильярным свистом и в знак привет- -та. Крошка Енот пут алея под ногами, боялся ствия запустил несколькими мелкими камнями. отойти хотя бы на шаг, то и дело верещал, ко­
Но Тайлон не обратил на него никакого внима- гда Тайлон нечаянно наступал ему на лапу. Тай­
ния, его беспокоило лишь одно: не слишком ли лон прикрикнул было, но на Крошку это не про­
далеко продвинулась та глыба, не закрыла ли извело никакого впечатления, страх был сильнее. она вход в пещеру. Внутренний голос не гово- Несколько раз от пещеры ответвлялись бо­
рил ничего тревожного, и Тайлон, доверившись ковые ходы. Тайлон уверенно пропускал их. Од­
ему, как уже делал не раз, быстро шел между нако когда впереди мелькнул неясный красно­
обломками, сброшенными на дно ущелья буше- ватый отсвет, похожий на проблеск горящего вавшим недавно ураганом. вдалеке факела, он заколебался. Правильно ли Ветер снова начал крепчать, но Тайлон уже он идет? Вроде бы правильно, но откуда этот увидел вход в пещеру и бросился к нему бе- свет? Его здесь быть не должно. Вторая память гом. Едва он юркнул в расселину, как ветер за- молчала. ревел с утроенной силой. Но было поздно --
Деться нам все равно некуда,- постарал­
добыча ускользнула. Сразу после входа пеще- ся Тайлон приободрить не столько Крошку Ено­
ра резко изламывалась, и ветру никак не удава- та, сколько самого себя.- Надо двигаться. лось прорваться внутрь. Но уже шагов через десять он остановился. -
Вот так,- удовлетворенно сказал ТаЙлон. Подземный ход был разорван пополам прова­
И опять поспешил. Как бы в ответ снаружи лом, из которого и струился неровный дымный что-то зашуршало, загремело, раздался оглуши- багровый свет. Тайлон осторожно подполз к тельный треск, и свет, лившийся в пещеру, по­
гас. Все стихло. Тайлон опрометью бросился назад. Входа в пещеру больше не существовало. В кромешной темноте Тайлон нащупал лишь хо­
лодный ноздреватый камень, плотно запечатав­
ший отверстие. В испуге он закричал, ударил по камню кулаком. Но вскоре опомнился. Зачем это? Выхода нет -
и ладно. Он все равно не со­
бирался возвращаться, его путь ведет вперед, в недра гор. Отчаиваться нет оснований, плохо только, что стало слишком темно. Тайлон вытряхнул Крошку Енота наружу. -
Вылезай, голубчик, приехал. Дальше пой-
провалу и заглянул внутрь. Это был глубокий колодец, уходящий, каза­
лось, к самому сердцу Планеты. Где-то там, да­
леко внизу, бушевало пламя. Огромные красные языки неспешно взлетали вверх, свиваясь в коль­
ца, и бессильно опадали, не достигая краев ко­
лодца. В лицо пахнуло нестерпимым жаром. Да, па­
дать туда долго ... -
Ну 1011-
спросил ТаЙлон. Он уже привык советоваться с Крошкой Енотом, тот вносил не­
обходимый элемент осторожности. Крошка молча попятился от колодца. Естест-
дешь сам. вен но. Крошке Еноту все это чрезвычайно не понра-
-
Я тебя понимаю, но ведь выход закрыт. вилось -
и темнота, и сырой потолок пещеры, Крошка Енот шумно почесался. и необходимость идти самому. А в особенности -
Тогда как знаешь, а я пошел,- привстал то, что Тайлон и не заикнулся об ужине, время было ТаЙлон. которого давно наступило. Крошка, выпучив глаза, опрометью бросился Тайлон же пытался сообразить, как им идти, к нему. если в такой тьме не видно даже собственной -
Я, похоже, просто обречен сегодня тас­
руки. Ведь так недолго и голову расшибить о кать тебя на себе,- придавая голосу строгость, какой-нибудь выступ. Но тут он с изумлением сказал ТаЙлон. понял, что видит в темноте. Видит?! Да, Как ту- Он взял приятеля за шкирку и снова упрятал ман, медленно истаивая на солнце, постепенно под куртку. Потом отошел подальше, прикинул открывает спрятанную картину, так и сейчас пе- расстояние -
ошибиться было нельзя. Уняв не­
ред Тайлоном появились неровные осклизлые приятную дрожь, втянул воздух сквозь зубы и стены, пол, усеянный беспорядочно разбросан- побежал ... ными камнями ... Мрак рассеялся? Нет. Это про- На другой стороне колодца Тайлон удивлен­
должались чудеса, к которым Тайлон уже при-
но оглянулся, не веря своим глазам, Перепрыг­
вык. нуть ... Да ему это просто не по силам! Впрочем, Пещера змеилась в толще горы самым при-
многое из того, что он делал в этом путешест­
чудливым образом. Сначала Тайлон пытался за- вии, было ему не по силам. Он не мог объяс­
поминать дорогу, но бесчисленные повороты, нить, как он это делал: в такие моменты созна­
подъемы и спуски вскоре запутали его, и он ~ ние отключалось, и кто-то другой, гораздо бо-
о. _ _ просто механически шел, отдавшись на волю та-
k лее сильныи и уверенны и, управлял его телом. инственного чутья, столько раз выручавшего его. ~ В нем ка.к бы жили два человека. Один -
обыч­
Постепенно подземный ход -
так Тайлон назы-:;; ный Тайлон, робкий неуклюжий лесовик. Но был вал теперь про себя пещеру -
стал забирать ~ и другой. Тайлон знал, что это тоже он, но толь-
46 ко такой, каким ему еще предстоит сделаться.!;;; нием потянулся ---
и охнул от боли в почернев-
Поскорее бы... -
ших, окровавленных руках. Вдоль подземного хода прокатилось легкое -
Еще одна такая норка,- заметил он, раз-
дуновение, едва уловимый порыв свежего воз- глядывая раны,---
и мне придется плохо. духа. Тайлон понял, что их странствия по под- Пещера вывела их на небольшую ровную пло-
земно,му лабиринту близятся к концу. щадку, усеянную большими круглыми глыбами, ---
Ну вот, а ты боялся,--- неизвестно кому скатившимися с горы. Тайлон сунулся было к сказал он. краю площадки, но заметив, что она кончается Однако ход прямо на глазах становился уже обрывом, не стал более испытывать судьбу и и ниже. Если раньше Тайлон шел свободно, то внезапно появившееся, однако могущее так же теперь ему то и дело приходилось протискивать- внезапно и пропасть ночное зрение. ся боком и следить, чтобы не зацепить макуш-
---
Привал?--- спросил он Крошку. кой потолок. И как он ни старался, пару раз с Тот не протестовал. такой силой налетел на торчащие сверху высту-
-
Хватит с нас на сегодня, слишком хорошо пы, что искры сыпались из глаз. тоже нехорошо. Но в любом случае от господи-
-
Хорошо тебе,- завистливо сказал он на советника мы оторвались. Ему-то здесь не Крошке Еноту, ощупывая шишку.--- Ты малень- проползти, у-у,---
шипя от боли, Тайлон потрогал кий. ссадину на боку.--- Ладно, спать. Дальше идти можно было уже только согнув­
шись, а вскоре пришлось встать на четвереньки. Но и так продвинуться далеко не удалось, пото- Тайлон лежал на спине, раскинув руки. Это лок прижал ТаЙЛОj,iа к самому полу. Ему начало было так приятно: лежать и не думать ни о чем. казаться, что гора медленно опускается, сейчас Боль почти утихла. Если доверять карте, близок безжалостные каменные челюсти раздавят их. конец пути. Солнышко встает, день будет отлич­
Усилием воли отргнав черные мысли, Тайлон ным. Чего еще желать? Интересно, какая она, подтолкнул замершего было Крошку Енота. ракета? Почему-то Тайлону она представлялась ---
Давай, ползи, не задерживаЙся. в виде железного дома с фигурными ставнями. Слыша, как трещит раздираемая о выступы В памяти проплывали какие-то странные, ничего куртка, Тайлоj,i полз к проглянувшему вдалеке не значащие слова: штурман, параллакс, ска­
маленькому синеватому пятнышку. Но внезапно фандр ... Но и только. Теперь, когда препятствий понял, что больше не может продвинуться ни на больше не осталось, вторая память начисто от­
шаг. Он рванулся изо всех сил, что-то затреща- казала. ло, хрустнуло, на него посыпался влажный песок, ТаЙЛОН прищур~лся. Белые облака, подсве­
н::> сдвинуться с места не удалось. Крошка Енот, ченные встающим солнцем, казались небрежны­
проскочивший вперед, мельтешил черным пят- ми мазками волшебной кисти на утреннем не­
нышком, закрывая свет, льющийся от выхода. бе, еще не сбросившем полностью густую ноч­
Он нетерпелив·о взлаивал, приглашая Тайлона за ную синеву. Облака никуда не спешили, они собой. словно приклеенные стояли на месте. ТаЙЛОН Тот дернулся еще раз, и опять ничего не по- зевнул, по гладил мерно сопящего Крошку Ено­
лучилось. Застрял он прочно. Кое-как, ободрав та. Тот почмокал, заскулил во сне, глубокий руки и насажав синяков, сумел отползти назад, вздох волной прокатился по маленькому тель-
где было чуть свободнее. цу, и Крошка, всхрапнув, снова затих. ---
Давайте мыслить логически, как говорит Шевелиться не хотелось, но какой-то вред-
наш общий знакомый. Надо срочно похудеть, ный камешек впился в спину ... Спешить некуда однако непонятно, как это сделать. Мыслим. и незачем. Погоня осталась AaI\eKo позади, за Еще мыслим. Снова мыслим. Опять мыслим ... ---
болотом, которое им ни за что не перейти. Тай­
Тайлон обрадованно присвистнул.- Крошка, ко лон улыбнулся, вспомнив рассказ Водяного-Не­
мнеl удачника. Кто же там прирос пятками ко дну? Крошка Енот вернулся к нему, ткнулся в ла- Вот здорово бы, если бы советник ... Тогда не ос-
ДОНЬ мокрым носом. таЛQСЬ бы вообще никаких забот. Не то чтобы -
На, держиl- Тайлон, вращаясь ужом, стя- ТаЙЛОI1 очень опасался советниКа, но шевелился нул с себя куртку.- Никогда не думал, что это какой-то червячок, оставалась легкая тень со­
так тяжело ---
раздеваться в печной трубе. Не мнения. Все-таки это был опасI1ый враг. Чем-то завидую трубочистам ... ---
Он привязал узелок с он отличался от остальных людей ... одеждой к шее Крошки Енота, ПQежился от хо- Тайлон сел, с хрустом потянулся, стряхивая лода.--- Двинулись! :. истому. И почувствовал, что на него смотрят. На этот раз ему удалось миновать узкое ме-"'!' Однако ничуть не встревожился. сто почти без задержки, лишь сильно ободрав ~ -
Эй!---
весело крикнул, поднимая руку.-
бок. :;; Выходи! Я тебя вижу. Выбравшись из пещеры, ·Тё;l14лон с наСЛёlЖ.t!е-" Ответом было молчание. 47 --;.~ ------------
... i Остановился и советник. Криво усмехнув-
-
шись, он поманил Тайлона к себе. Тайлон огля-
нулся еще раз. Камни внизу казались острыми, как стрелы ... -
Иди, иди,- голос советника прозвучал хрипло, как карканье. ОН закашлялся, захлебы­
ваясь и хватаясь за грудь. Погоня и ему далась нелегко. Что делать1 Драться с троими1 Бессмыслен­
но, его пристрелят в первую же минуту. И ру­
ка поранена ... Но и живым даваться тоже нель­
зя, в памяти, как ржавый гвоздь в доске, засе­
ли слова капитана о костре. Нет уж, лучше кам­
ни. Это, по крайней мере, недолго. Тайлон с тоской посмотрел вниз. Острые гранитные клыки, осыпь мелкого щебня ... Советник, прокашлявшись, выпрямился. Лицо Он встал, намереваясь пойти и посмотреть, его теперь, кроме скуки и раздражения, ничего кто там спрятался среди камней, но послышал-
не выражало. ся резкий щелчок, и что-то СИЛЬНО стукнуло Тай-
-
Взять, -
небрежно махнул он рукой. лона по левой руке. Он замер, растерянно ус- Стражники, аккуратно положив арбалеты на тавившись на разорванный рукав и наливающую- камни, переглядываясь и довольно хмыкая, ся кровью неглубокую, но длинную рану. Рука пошли к Тайлону. сразу онемела. В отчаянии Тайлон выхватил окровавленной Снова раздался такой же щелчок, и тяжелая рукой нож и, неловко размахнувшись, не целясь железная стрела звякнула о камень возле его швырнул его. На лице стражника отразилось не-
ног. поддельное удивление, когда нож, щелкнув о Догнали! Вот чего он не ожидал... нагрудную пластину, пробил ее так же легко, как Тайлон пошатнулся, зажимая здоровой рукой если бы она была бумажной. Какое-то время он рану, пальцы моментально стали красными от стоял, изумленно глядя на рукоять ножа, плечи бившей толчками КРОВИ. И тогда из-за камней его вздрагивали. А потом как-то неуклюже, так, вышел советник. Сейчас он выглядел страшно. что сразу стало ясно, что падает мертвец, страж­
Когда-то красная шелковая мантия была измя-
ник рухнул ничком. Каска слетела с его головы та, обтрепалась и выцвела, превратилась в ры-
и с жестяным бряканьем запрыгала по камням. жую, грязную, местами прожженную тряпку. Второй стражник с воплем шарахнулся на­
Советник зарос густой черной щетиной, сразу зад, к советнику, мгновенно оценившему обста­
сделавшей его похожим не то на разбойника, новку и уже нагнувшемуся за арбалетом. не то на нищего. Воспаленные красные глаза Колебаться было некогда, и Тайлон прыгнул. слезились, но в них сверкала такая злоба, что Он изо всех сил оттолкнулся, метя правее, Тайлон неволь но отшатнулся. туда, где бугрилась осыпь. На лету зажмурился, Вслед за ним появились два стражника -
зная, что это глупо, однако страх был сильнее ... только двое!- такие же грязные и оборванные. Большая куча щебня смягчила удар. И все равно Но в отличие от советника выглядели они не Тайлону показалось, что кто-то зверски выкру­
грозно, а просто жалко. Исцарапанные и заржа- чивает ноги, множество острых камней впились вевшие кольчуги, торчащие из-под них лох- в тело, раздирая кожу и мышцы, потом его по­
мотья ... Впрочем, арбалеты в их руках угрожаю- тащило вниз. А потом все пропало. ще топорщились новыми стрелами. Советник, подбежавший к обрыву, увидел, Советник не спешил. Он, похоже, знал, что как тело Тайлона, поднимая тучу пыли, увлекая за спиной Тайлона обрыв и бежать ему некуда. за собой поток камней и безвольно кувыркаясь, Прихрамывая и болезненно морщась, когда при-
покатилоСЬ вниз. Осыпь ожила, зашевелилась, ходилось ступать на правую ногу, советник мед-
превратившись в каменную реку. Не обращая лен но шел к Тайлону. Тот растерянно пятился, никакого внимания на метнувшегося прочь то и дело оглядываясь, чтобы не свалиться с Крошку Енота, советник поднял арбалет и, тща­
кручи. тельно прицелившись, выпустил стрелу, метя в Проходя мимо Крошки Енота, :raйлон несиль- голову Тайлону. Тело вздрогнуло от удара и но пнул его. Крошка проснулся, взвился с оби-:. замерло. женным воплем, но, заметив стражников, мгно-
"!' венно умолк и подбежал к Тайлону. А тот ... ос- ~ тановился на краю обрыва. Дальше отступать:;; Перед· глазами плавали светящиеся розовые б ~ -
ыло некуда. = круги, а где-то далеко, в левон руке, глухо ту-
43 кала кровь. В ушах стоял неумолчный звон сотен S' данно легко. Ничто не напоминало о мучитель­
комаров, и все тело болело, словно его долго -
ной, рвущей на части, жгущей огнем боли, кото­
Н старательно жевали. рая недавно грызла его. Он посмотрел на руки. Тайлон застонал и попытался сесть, но это не Ничего. Видны только два-три белых шрамика, получилось. Тогда он поднял невероятно тяже- еле различимых. Ни крови, ни ушибов, ни рва­
лую правую руку и провел ею по лицу, пытаясь ных ран. сорвать розовую пелену. Рука стала черно-крас- Тайлон лихорадочно ощупал себя. Вода не ной. Или это все та же пелена? . смогла отмыть покрывавшую лохмотья кровь, зна-
Снова кровь ... далеко вверху -
почему все чит прыжок с обрыва не приснился ему. Но отку­
такое далекое?- возле маленького медно-крас- да эта звенящая легкость во всем теле, ощуще­
ного солнца он увидел черную линию обрыва, ние свободы и силы? Ран не осталось ни одной, которая почему-то качалас!>. Так это он оттуда всюду в прорехах была видна розовая кожа, прыгнул? Не может быть... лишь кое-где, внимательно присмотревшись, А почему прыгнул? .. Потому что надо идти... можно было различить почти исчезнувшие Надо ли? ... И куда? .. Ах да, он должен добрать- шрамы. ся до ракеты. Только зачем? И почему он прыг-
Ныла, правда, ушибленная нога. Но Тайлон нул? Спасалея? Тайлон дернулся. Вспомнил! Нуж- заметил, что как раз она-то не попала в ручей. но уносить ноги, пока советник не спустился и Подчиняясь внезапному наитию, он уселся прямо не перерезал ему глотку... в воду и стал ждать. БаГРОВО-фиолетовый крово-
С третьей попытки Тайлону удалось пере вер- подтек на глазах терял яркость, пожелтел, вско­
нуться на живот. Прикусив губу, чтобы не закри- ре и вовсе пропал. Вот это ручеек! чать от боли в истерзанном теле, он встал на Нет, положительно Неправильный Мир нра-
четвереньки. Камни перед глазами метались и вился Тайлону. прыгали, словно земля дрожала в ознобе. По- Но тут он вспомнил о преследователях и том она завертелась еще стремительнее, пыта- вскочил. И охнул от боли. Ушиб, видимо, был го­
ясь сбросить Тайлона. По телу пробежала су- раздо серьезнее, чем казалось на первый взгляд. дорога, к горлу подступил липкий комок. Тай- Тайлон охотно посидел бы в ручье еще, дожида­
лона вырвало. ясь, пока нога заживет окончательно, но нужно Еще более ослабевший от мучительных при-
было спешить. Если советник каким-то образом ступов рвоты, Тайлон поднялся, постанывая. Его прошел через горы, то здесь он не заставит качало, каждый шаг отдавался в голове звоном себя ждать. Отдышавшись, Тайлон еще раз ох­
огромного колокола, но он упрямо заставлял нул и шагнул в заросли орешника, обступившие себя переставлять ноги. ручей. Оступаясь, падая, поднимаясь и снова падая, Захваченный своими мыслями, Тайлон не за-
он брел, не зная куда, положившись на неведо- метил, как шевельнулись кусты сбоку и чуть за мое чувство, помогавшее в минуты опасности. спиной. Был бы рядом Крошка Енот, он обяза­
Оно провело его через лес, через болото, через тельно предупредил бы. Но Тайлон шел один ... подземный лабиринт, спасет и сейчас... Сильный удар обрушился на голову. В послед-
Когда впереди замаячило что-то зеленое, ний момент Тайлон успел уклониться, но плечо Тайлон даже заплакал. Равнина. Он вышел к сразу онемело, и он опрокинулся на землю. цели. Ракета совсем близко, только бы хватило Мелькнула грязная мешковина, жесткие руки сил добраться до нее. Т б сжали горло, айлон за ился, захрипел -
но на-
Смутно донеслось тихое журчание. Ручеек. прасно. На голову напялили вонючий мешок и Тайлон, шатаясь, брел наугад, пытаясь по звуку выйти к воде. Наконец перед ним сверкнула се-
ребристо-голубая полоска. Он открыл запекший­
ся рот и рухнул, вытянув руки. Еще успел ощу­
тить резкий, как удар, холод воды и снова по­
терял сознание. куда-то поволокли ... Опять гудела и кружилась голова, ныли сви­
репо стянутые ремнями руки и ноги. Прямо пе­
ред носом Тайлона качался, свесившись с тра­
винки, крошечный паучок. Не было сил поднять­
ся, и Тайлон застонал. -
Очнулся,- удовлетворенно отметил зна-
Очнулся он от холода, пронизывающего все комый голос. тело и заставляющего дрожать. Открыл глаза. Над Тайлоном, держась за щеку и страдаль­
Он лежал, уткнувшись носом в мелкий белый чески сморщившись, стоял советник. Последний песок, такой мягкий, что напоминал бархат. Изо- стражник сидел поодаль, лениво ковыряя веткой дранные лохмотья, ничем не напоминавшие курт-
" В небольшом костре. ку и штаны, промокли насквозь и противно лип-
~ -
Зубы болят,- ни к кому не обращаясь, ли к телу. Прямо под ним весело бормотала ~ сообщил. советник.- Ты не умеешь зубы заго­
вода, пробиваясь сквозь песок. :;; варивать?- нагнулся он к ТаЙлону.- Ведь ты же Он стукнул зубами и сел. Удалось это неожи-" колдунl 49. Тайлон промолчал. Советник выпрямился и по-
s' ешь дума"ь, что тебя СЧИТIJЮТ за ИДИОТIJ. А AlJl1b. гладил вспухшую щеку. ~ ше ... Может возникнуть соблазн прибегнуть к Не хочешь -
не надо. Ох, и надоел ты форсированным методам допроса, чтобы узнать мне ... Гонялись, гонялись. Но хорошо то, что хо- правду. рошо кончается, правда? Советник задумчиво попробовал лезвие паль-
Тайлон отвернулся, уткнувшись носом в траву. цем. Заметив, что Тайлон непроизвольно дер­
-
А вот это не СТОИТ,- советник носком нулся, он рассеянно сказал: грязного сапога повернул голову Тайлона к се-
-
Не волнуйся, я не собираюсь делать с то­
бе.-
Нужно быть вежливым, особенно в таком бой ничего плохого. Пока не собираIOСЬ.- Он положении, как твое. Ты, видно, забыл, что име-
нагнулся к самому уху Тайлона и прошипел:­
ешь дело с советником Маtистрата. Ведь если я Этот нож режет железо так же легко, как мас­
обижусь, тебе придется очень скверно. ло. Почему? Эта вещь из Старого Мира, дума-
Тайлон не ответил. Тогда советник, по-преж- ешь я этого не понимаю? Дурак! Мне известно нему улыбаясь, не размахиваясь, но очень боль- много больше, чем ты полагаешь. Сам нож ме­
но пнул его под ребра. Тайлон охнул. ня не интересует. Кто тебе дал его, кто? Имя! -
Ага, язык у нас имеется. Отлично, а то я Вот единственное, что мне нужно. Такие вещи в уж всерьез опасался, что мы поймали немого. лесу не валяются. Говори, щенок! Стражник у костра радостно хрюкнул. Он ударил Тайлона кулаком по зубам. Тай­
-
Раз колдун не хочет с нами разговари- лон сплюнул кровь, выступившую из рассечен-
вать,- вздохнул советник,- мы попытаемся ных губ, и снова отвернулся. Советник пожа:: обойтись без этого. В конце концов и для тако- плечами. го случая предусмотрена надлежащая процедура -
Опять не отвечаешь. После того что ты суда. -
Глядя на побледневшее лицо Тайлона, нам подстроил, я считал тебя умнее. Глупец не советник пояснил: -
Да-а, суда! А ты и не знал, рискнул бы пуститься в такое путешествие: рас­
что советник Магистрата полномочен единолично полагая только поросячьей резвостью, не про­
вершить правосудие, выносить приговоры и при- шел бы и половины пути. А ты прошел почтv. водить их в исполнение во всех областях, под- весь путь. Так в чем дело? властных Магистрату? Тайлон неопределенно хмыкнул. Советник по-
-
Неправильный Мир неподвластен Магист- морщился. рату,- с трудом разлепив запекшиеся губы, воз-
-
Тогда давай считать по порядку,- он заг-
разил Тайлон; нул первый палец.- Возмутительные разговорь~ -
Мы заговорили. Как приятно,- с шутов- о вещах, не существующих воистину, а потому ской улыбкой отозвался советник.- Твое мнение отвлекающих людей на беспочвенные мечтания по данному вопросу меня ни в малейшей степе- и размышления, растлевающие умы и души. Раз­
ни не интересует. Это я определяю, что принад- говоры о вещах запретныхl Звезды?! Я тебе по­
лежит Магистрату, а что -
нет. Это я слуга за- кажу звезды! -
забывшись, рявкнул ОН.- Затем кона, и если понадобится, я издам тот закон, в второе. Неявка в Магистрат по вызову. Это не­
котором возникла нужда. Теперь ты понял, что подчинение власти. Это бунт! Ты полагаешь, что не нужно со мной ссориться? подобное можно простить? -
он саркастически -
Понял. усмехнулся.- Какое там простить... Хотя бы не -
Ну вот и хорошо. Просто отлично,- бла- заметить. Нет, неповиновение власти должно ка-
годушно произнес советник, усаживаясь ря- раться мгновенно и абсолютно беспощадно. дом.- Извини, не развязываю, потому что знаю, В-третьих. Бегство в Неправильный Мир. Ах да,­
чего можно от тебя ожидать. А может, и не спохватился советник.- Это вроде бы не запре­
знаю? -
ехидно осведомился он.- Когда име-
щено. Но мы просто представить не могли, что ешь дело со Старым Миром, нужно ухо держать найдется сумасшедший... Неписаные законы то­
востро. Да ... Долгонько мы не могли встретить-
же нельзя нарушать, кара в таких случаях быва­
ся, но я не в претензии, добыча того стоит. ет столь же действенной, как и при нарушении Вспомни только, кто помогал тебе... Впрочем, законов официальных. А поскольку наказание об этом потом. Сейчас займемся формальной исходит не от властей, оно зачастую бывает го­
стороной дела.- Он достал из сумки нож.- раздо более жестоким. В-четвертых,- советник Откуда это у тебя? загнул очередной палец.- Трое стражников и Нашел. капитан. Этого тоже нельзя ни забыть, ни про-
-
Где? стить. Да стоит мне уйти ненадолго, оставив тебя -
В лесу. наедине вот с ним,- ОН кивнул на стражника,-
Советник покачал головой. '" и знаешь, что будет? Вижу, знаешь ... -
Нехорошо. Некрасиво. Лгать тоже нужно; Советник с сомнением поглядел на загнутые уметь. Ложь примитивная и глупая не вызывает ~ паЛЬЦЫ,_как бы прикидывая: хватит или еще? у собеседника ничего, кроме раздражения и :;; -
Все это в совокупности и даже по отдель­
презрения. Ей никто не верит. Невольно начина- ~ ности означает только одно. Я, конечно, не смо-
гу сжечь тебя четыреЖД~I, но вполне в моих си- ~ И Тайлон понял, что никуда он с ЭТОй поляны лах сделать так, чтобы ты предпочел четырех-
-
не уйдет, его при кончат здесь же. Найдут ключ, кратное сожжение тому, что с тобой произой- не найдут -
исход будет один. И не потому, что дет.- Он похлопал Тайлона по плечу.- Впро- советник жаждет сжечь нарушителя законов­
чем, успокойся. Пока я не буду ничего делать. это ему совершенно безразлично, наплевать ему Надеюсь, мы с тобой все-таки договоримся. и на нарушителя, и на закон. Просто Тайлон по-
-
О чем? мимо воли прикоснулся к какой-то страшной Тайлон вскинул голову и едаа не закричал. тайне, сам того не ведая, оказался замешанным В небе кружила маленькая черная точка. Ма- в чужие дела. И еще советнику не хочется, что­
ленькая, чуть заметная. бы Тайлон заговорил в Магистрате, он сам хочет -
Вот это деловой разговор. Сам понима- узнать что-то. Похоже, господин советник затеял ешь, тащить тебя связанным в Город настолько свою собственную игру, ставкой в которой слу­
трудно, что я предпочту закончить все здесь и жит голова не только одного Тайлона. сейчас. После чего я отпущу тебя. Сумеешь вер- Черная точка, плывущая в небе, стала круп­
нуться домой -
твое счастье. А нет ... Ну что же, нее. Тайлону померещилось, что он даже разли­
я сделал все, что мог. Такая, значит, твоя судьба. чает силуэт птицы. Или это слезятся воспаленные -
Что я должен сделать? -
спросил Тайлон, глаза? с надеждой глядя в небо. Но точка не увеличи- Но снова послышался знакомый свист воздуха валась. в орлиных перьях. Советник вскочил с переко-
Цена твоей свободы -
ключ от ракеты. шенным от ужаса лицом, выхватывая из-под рва­
-
Какой ... ракеты? ной мантии какую-то странную изогнутую желез-
-
Как только тебе не надоело притворять- ку. Раздались грохот и бряканье -
с перепугу СЯ,- брезгливо сказал советник.- ТЫ очень рис- стражник кувыркнулся в костер и тут же вскочил, куешь. Вот надоест мне... истошно вопя и судорожно хлопая себя по бо­
-
Ладно. Я знаю о ракете, знаю, что она кам. Просаленный камзол начал тлеть ... близко. Но я, честное слово, понятия не имею Огромная тень на мгновение накрыла их. Со-
ни о каком ключе. ветник, присев на корточки, вытянул вверх пра-
-
Зачем же ты тогда рвался сюда? вую руку, перехватив ее запястье левой. Разда-
-
Точно сам не знаю. Да и выбора у меня лись отрывистые щелчки, как будто кто-то ло-
не было. мал толстые сухие сучья. Сморщив нос и оскалив Советник поскреб подбородок. острые белые зубы, отчего стал разительно по-
-
Тоже резонно. Впрочем, не знаю ... С од- хож на затравленного волка, рычащего в бес­
ной стороны, ты вроде бы не лжешь ... Но с дру- сильной ярости, советник выругался и змеей гой... Не понимаю ... Ведь должен быть ключ, скользнул в кусты. долженl Твоя мать знала об этом наверняка, Стражник продолжал бестолково метаться она обязана была предупредить тебя! вокруг костра, пока гигантская лапа с кривыми Советник схватил Тайлона за плечи и припод- когтями, более похожими на кинжалы, не при­
нял, вцепившись взглядом прямо ему в глаза. гвоздила его к земле. Тайлон ощутил приступ Тайлон заметил, как его зрачки расширились, и дурноты при виде слабо дернувшегося тела. тут же почувствовал, как кто-то чужой и грубый -
Чрезвычайно рад приветствовать старого врывается в мозг, шарит там, проникая в самые знакомого, встреча с которым служит для меня отдаленные уголки, выворачивая все наизнанку. источником наиприятнейших воспоминаний,-
-
Не понимаю,- почти жалобно повторил церемонно поклонился Орел. советник.- Ты действительно понятия не имеешь -
К сожалению, лишен ВОЗМОжности отве­
о ключе! Но в памяти у тебя спрятано нечто, до тить на ваше приветствие надлежащим обра­
чего я не смог добраться. Это невозможно, это- ЗОМ,- светски ответил ТаЙлон. го никогда не было! Зачем же ты шел?! -
Если препятствием тому служат одни толь-
-
Вероятно, потому, что ракета существует. ко путы, несколько ограничивающие вашу сво-
-
Значит, нарушена подписка ... Я говорил боду передвижения, то я был бы чрезвычайно этим слюнявым либералам, что нельзя выпускать благодарен вам, когда бы вы сочли возможным никого ... Разве можно доверять ... Кто не с нами, повернуться на бок, ибо в настоящем вашем по­
тот против нас. Так нет, пожалели. Одумается... ложении мне будет не совсем удобно устранить Одумалась ... -
Советник замолчал, захваченный оные, поскольку меня терзают опасения причи­
какой-то новой мыслью. Потом медленно прого- нить вам боль. ворил: -
Слушай ... Ничего еще не потеряно. Тайлон почувствовал, что начинает погружать­
Ведь ты можешь иметь ключ с собой, не подоз-
'" ся в зыбкую трясину полуобморока. В тот раз ревая, что это ключ. Если лаборатория мнемони- ~ он заговорил Орла. сейчас происходило обрат­
ки ... -
он осекся, помолчал и весело подмигнул ~ ное. ЧТО9Ы побыетрее ПОкончить с разговором, ТаЙлону.- Ты ведь многое узнал по дороге. :;; он повернулся, хотя это было непросто. Слишком многое. Это странно. ., Оказалось, что огромнЫй ОРЛИНЫй клюв, спо-
51 собный одним ударом рассечь напополам быка, ff ник, путешествуя по Неправильному Миру, по* может работать с точностью резца ювелира. Два -
растерял всю свою стражу ... Непонятно только, тихих щелчка, осторожный рывок -
и обрывки чего же от Тайлона все ждут? И что ему даль-
ремней упали. ше делать? Тайлон поднялся, растирая затекшие запястья. Сначала надо бы попасть внутрь ракеты, -
Спасибо. там разберемся, что к чему. Но где вход? -
Оказанная услуга не стоит благодарностей. Тайлон медленно, как во сне, пошел вдоль Давайте мыслить логически: д,олжен же я вы- ракеты, скользя ладонями по металлу. Спохва­
полнить свой долг по отношению к тому, кого тившись, остановился. пока хоть и не рискну зачислить в свои друзья, Идти так можно было бы очень долго. Это НО к кому мои чувства выходят за рамки обще- неправильно... Он почувствовал, как знакомо обязательной вежливости. и привычно застучало в висках, послышался Вспомнив об удравшем советнике, Тайлон тонкий комариный звон. На этот раз в голове осторожно спросил: как будто закрутился сверкающий разноцвет-
-
С вами ничего плохого не случилось? ный шар, завертелся, разбрасывая снопы искр. -
Ты имеешь в виду жалкие потуги этого не- Тайлон испугался. И шар тотчас погас. счастного дурака? -
не совсем интеллигентно Он перевел дыхание. Во всяком случае те­
переспросил Орел.-
С радостью должен вас перь он точно знал, куда нужно идти. Повину­
заверить, что они не причинили, да и не могли ясь неслышимому зову, Тайлон повернулся и не­
причинить мне ни малейшего вреда. Одновре- ловко, как деревянный, зашагал назад, по­
менно хочу выразить свою глубочайшую призна- прежнему ведя ладонью по обшивке. тельность за вашу трогательную заботу. Странное слово -
обшивка ... -
Но почему ты помогаешь мне? Внутренний толчок заставил его остановить-
Орел задумался. ся. Прямо перед собой Тайлон увидел перели-
-
Хочется,- неожиданно коротко ответил вающийся на солнце, как драгоценный камень, он. Потом добавил: -
Позвольте мне пока воз- небольшой красный круг. По кругу пробегали держаться от ответа на ваш вопрос. волны золотистых искр. Орел взмахнул крыльями, как всегда сбив Тайлон внимательно посмотрел на него, круг Тайлона с ног. засветился, вспыхнул, и часть серебристой стены _ Покорнейше прошу прощения,- извинил- вдруг подал ась назад, открывая проход в не­
ся он, взлетая.-
И будь осторожнее, я не всег- большую комнату. Тайлон оглянулся. Ему поме­
да смогу выручить тебя. А тот, сбежавший, где- рещилось, что где-то снова сверкнул льдистый то рядом. Мы еще встретимся, помни. голубой луч, который он видел однажды... Хотя нет, показалось, просто показалось ... Он вошел. Однако никакой второй двери в комнате не Ракета поражала. Даже в самых безудерж- было. Тайлон осторожно постучал кулаком по ных фантазиях Тайлону не рисовалось ничего по- матово-серебристой стене, испускавшей неяркий добного. Колоссальная стена сверкающего ме- рассеянный свет. Ничего. Он робко попросил: талла протянулась насколько хватало взгляда и _ Пустите меня. вздымалась до самого неба. Невозможно было Ничего. представить, чтобы такая громадина могла взле-
-
Откройте! теть. Впервые Тайлон оробел, видя, каково было Снова ничего. могущество Старого Мира. И впервые он понял, Дошел, называется. Близок локоть, а не уку­
чего опасался Магистрат. сишь. Но как раз тогда, когда Тайлон, вконец Вытянув руки, неверными шагами, как сле- расстроившись, собрался вылезти наружу, что­
пой, Тайлон подошел к ракете и зажмурил глаза. бы спокойно обдумать положение, на стене ПРО* Дошел! ступил небольшой черный прямоугольник, и не-
Когда*то давно, полжизни назад, в начале громкий приятный голос вежливо попросил: пути Тайлон попросту не знал, что его ожидает. -
Ваш пропуск, пожалуйста. Сказал бы ему кто -
не поверил бы, а пове- Тайлон растерялся. Пропуск? У него не было рил -
так наверняка не пошел бы. Прав был никакого пропуска, и он в этом честно при­
советник, он кинулся в дорогу от щенячьего за- знался. дора и избытка сил. и прошел вопреки всем и Тот же голос размеренно повторил: вся. Хотя почему вопреки? Ему помогали, много I -
Предъявите ваш пропуск, пожалуйста. помогали. Страшный Неправильный Мир оказал-
'" Тайлон чуть не заплакал. Знать хотя бы как ~ , ся вполне гостеприимным. Но, похоже, и здесь,,!, выглядит этот проклятый пропуск. Все же какая-
помощь была небескорыстной. И Орел, и Водя- ~ то зацепка ... И в этот момент он вспомнил слова ной на ЧТО*ТО намекали. Может, именно этим и :;; советника, что может иметь с собой ключ сам объяснял ось их отношение k нему? Ведь совет-" о том не подозревая. Но что у него есть? Тай-
52 лон лихорадочно схаатил шкатулку, открыл ее, Ef не крosо>:кадный, в прошлый раз почти наверня­
вытряхнул карту. Пластинка ... Где она?! Должна -
ка тебя отпустил бы. А сейчас, когда ты знаешь быть ... Ага, вот ... Сейчас, сейчас он попробует... все, не могу. Я не враг себе, не могу рубить сук И тогда Таi1лон услышал тихий скрипучий голос: под собой ... -
Отлично. А теперь дай это сюда. Объяснялось все донельзя просто. Магистрат Дернувшись от неожиданности, Тайлон повер- немало потрудился, устанавливая нынешние по­
нулся. В проеме люка -
люка?! -
четко обрисо- рядки, и совсем не собирался с ними расставать­
вываясь на фоне голубого неба, виднелся чер- ся. Лесные деревни снабжали Город, каждый ный силуэт. Это был советник. . знал свое место, все шло размеренно и спокой-
-
Быстрее,- поторопил он, покачивая зажа- но. Единственное, что могло нарушить благост­
той в руке знакомой кривой железкой, направ- ное равновесие,- это внешнее воздействие. И ляя ее в грудь Тайлону. Магистрат постарался уничтожить самую М~IСЛЬ Тайлон ошеломленно молчал. о возможности внешнего воздействия. Ведь ес-
-
Ты заставляешь меня ждать,- нетерпели-
ли человек видит звезды, то однажды ему в го-
во каркнул советник. лову придет сравнить их с собственным солн-
-
Вот это? -
глупо переспросил Тайлон, под- цем. А раз они так похожи -
значит, там тоже нимая зажатую в кулаке пластинку. могут жить люди. Д там вспоминается история -
Именно. древней родины, появляются новые Джордано -
А зачем она вам? Бруно, и так далее. Как помешать подобным Советник угрюмо усмехнулся. мыслям? Да очень просто. Если никто не будет -
Затем же, зачем и тебе. Посмотреть, что видеть звезд, то никому в голову и не придут там, внутри. крамольные мысли. -
Так пошли вместе,- предложил Тайлон, ... Еще шаг ... стараясь, чтобы его слова прозвучали как мож- Кое-кто утверждал, что Магистрат в угоду но наивнее и искреннее. себе затормозил развитие Планеты. Такие люди -
Вместе? -
поперхнулся советник.- А по- противились прививкам ... Была еще одна угро­
чему бы... Нет,- спохватился он.-
Я не знаю, за -
ракета. До нее Магистрат добраться не мог. что ждет за этой дверью, а ты можешь знать, Не было карт Неправильного Мира, не было ни­
потому И предлагаешь. Я не могу тебе поверить. какой уверенности в успехе похода. Попытки бы­
Слишком много поставлено на карту, чтобы я ли. Не раз и не два ... Но все рейды кончались мог позволить себе рисковать. одинаково -
выделенные отряды пропадали бес-
-
Чем рисковать? Что ждет? -
с отчаянием следно. Теперь понятно, почему. Советника по­
спросил Тайлон, делая крошечный, совсем неза- ражает, как они прорвались. Ведь они встрети­
метный шаг в сторону советника.- За что вы лись, наверное, лишь с одной десятой частью преследуете меня?! Чего добиваетесь? Ведь я ужасов Неправильного Мира ... же не сделал ничего плохого. Вы-то это знаете... Советника передернуло. Позвольте мне уйти отсюда,- плачущим голо- Сначала советник не собирался искать раке-
сом закончил он. ту, просто ему повезло. Он не верил, что раке-
-
Уйти? Не-ет,- протянул советник. Однако та сохранилась, считал ее просто легендой. Все опустил пистолет. Пистолет?! Опять новое слово. вещи участников Последней Экспедиции уничто­
-
Но почему?! Объясните же!.. жались так тщательно ... Но ему дико повезло. -
Да потому, что одно твое существова- Теперь ситуация изменилась, и поменяется кое-
ние -
смертельная угроза для нас. И то, что ты что в блаженном мире ... сумел пробиться сюда, только подтверждает, на-
-
Так, значит, вы тоже? -
робко спросил сколько Tbl опасен. Но сейчас мы одним ударом ТаЙлон. устраним обе угрозы -
и тебя, и ракету. Без нее -
Что -
тоже? вы все станете беспомощны.- Советник самодо-
-
Видите звезды? вольно усмехнулся. Но в голосе его не было Советник снисходительно рассмеялся. твердости. -
Конечно, вижу. Я могу и многое другое. -
Какая угроза?! Я ничего не понимаю... Находить дорогу без компаса, читать мысли ... и Еще шажок. еще кое-что ... -
Разве мать тебе действительно ничего не -
Пользоваться пистолетом и биноклем,-
рассказывала? -
не поверил советник. подсказал ТаЙлон. -
Нет. -
И это тоже,- ласково согласился совет-
СовеТНИI< задумался, потер подбородок, что- ник. Но вдруг стремительно побледнел.-
Не мо-
та прикидывая. Потом решился. g., жет быть ... Ты не должен этого знать ... Неправ-
-
Ладно, приговоренный имеет право уз-
"\" да, мы никогда не рассматривали эту возмож-
ltI нать, за что именно ему вынесен приговор. По-
!i: насть всерьез". Лаборатория была уничтожена, нимаешь. если бы ты не добрался до ракеты, у :;; никого из.nоследнего экипажа не осталось в жи­
тебя еще остались бы шансы выжить. Я человек ~ вых ... Генетическая бомба памяти -
сказка ... 53 -
А может, и мне можно IC вам, раз я ТёlКОИ 5i' же, как вы? -
наивно поинтересовался Таилон. -
Советник судорожно сглотнул и дернул голо­
вой, точно воротник стал внезапно ему тесен. Потом принужденно улыбнулся. -
Нет, что позволено Юпитеру ... Ты хоть знаешь, кто такой Юпитер? Нет? И не нужно ... Что позволено нам, избранным, даже не всему Магистрату ... о том простолюдины И мечтать не должны. А ты вдобавок ... Впрочем, заболтались мы с тобой. Давай сюда ключ,- он протянул руку. -
Держите! Тайлон кинул ему пластину, советник неволь­
но дернулся, и в тот же момент Тайлон прыгнул. Реакция советника оказалась молниеносной -
он успел вскинуть пистолет, но Тайлон на лету рубанул его ребром ладони по предплечью. Оружие ушло вниз. Выстрел гулко отдался в ма­
леньком отсеке, и пуля, с противным скрипом пройдясь по стенам, вылетела наружу. Другой рукой Тайлон ударил советника в под­
бородок. Голова противника неловко дернулась назад, он мешком рухнул на пол. Тайлон нава­
лился на него, стараясь вырвать пистолет, и они покатились по полу. Советник был много старше и сильнее, он ча­
ще оказывался сверху, норовя тут же схватить Тайлона за горло. Однако тот, более верткий, всякий раз вырывался, а улучив мгновение, с си­
лой ударил подкованным каблуком по руке, сжимавшей пистолет, припечатав ее к полу. Со­
ветник взвыл от боли, пальцы разжались, и Тай­
J10H пинком выбросил пистолет наружу. Однако советник не думал сдаваться. Резко дернув Тай­
лона за ногу, он снова опрокинул его, стреми­
тельно ВСКОЧИJl и бросился к выходу. Тайлон ринулся за ним, но опоздал. Советник, выпрыгнув из люка, уже подбегал к валявшему­
ся на земле пистолету. Тайлон похолодел. На пощаду рассчитывать не приходилось. Но вдруг откуда-то сзади метнулась знако­
мая черно-белая молния. Советник истошно за­
орал, тряся в воздухе рукою, но крупный поло­
сатый зверь, вцепившийся в кисть, не разжимал зубов и только злобно рычал. -
Крошка Енот! -
радостно выкрикнул Тай-
лон. Он вовремя успел подхватить пистолет. Со­
ветник с размаха ударил Крошку Енота о землю и стряхнул его. Но было поздно. Угрюмо набычившись, советник стоял перед Тайлоном, прижимая к груди окровавленную ру-
f(Y∙ -
Посмотрим,- Тайлон неВОI1ЬНО оглянуnс:" Советник усмехнулся. -
Вряд ЛИ это тебе поможет. Ведь ты не умеешь убивать людей. Вот сейчас ты обязан при кончить меня, а ведь не сможешь, духу не хватит. Я даже мог бы попытаться отобрать у тебя пистолет, если бы не опасался, что ты с пе­
реп угу выстрелишь ... Да, недооценили мы тебя. Точно не знали -
и вот результат. Кое-кто еще поплатится за это ... -
Он махнул здоровой ру­
кой, повернулся и, косолапо ступая, побрел прочь. Тайлон с трудом поднял ставший вдруг неве­
роятно тяжелым пистолет и передернул затвор. Прицелился. И опустил пистолет. Снова поднял. Советник обернулся, погрозил ему окровав­
ленной рукой и сипло выкрикнул: -
Мы еще встретимся! -
Встретимся,- беззвучно, одними губами, повторил ТаЙлон. Он сунул пистолет за пазуху и подбежал к беспомощно лежащему на земле Крошке Еноту. Поднял его, осторожно дунул в нос. Но Крошка не пошевелился. Тайлон испуганно прислушал­
ся -
сердчишко глухо тукало, то замирая, то лихорадочно трепеща. Медицинский отсек­
эти слова сами внезапно вынырнули из глубин памяти. Тайлон опрометью бросился к ракете. Вскочил в переходный отсек, встретивший его словами: -
Предъявите ваш пропуск, пожалуйста. Тайлон подхватил валявшуюся на полу пла­
стинку и прижал ее к черному прямоугольнику. Что-то скрипнуло, пластинка растаяла, точно пря­
моугольник проглотил ее, и тот же голос чуть торжественно объявил: -
Добро пожаловать, капитан. Сухо чмокнув, стена разошлась, И, держа на руках Крошку Енота, Тайлон вошел ... Александру Больных 35 лет. По образованию инже­
нер-фиашс, выпускник Уральского политехнического UHCTi1-
тута, он работает в комсомольском эксnеРi1ментаЛЬНОJt1 научно-nроuзеодствеЮЮ,l1 об'ОедuнеНi1i1 при Свердловском об rи,н!? ВЛ КСМ. Фантастические рассказы А. Больных nечатались в «Уральскод следопыте», в НФ сборниках Чехословакии и Г ДР, повесть "Костер для скорnиона»­
G журнале «Урал» в 1986 году. В Средне-Уральском книж-
Что, победил?1 Радуешься? I НQ}Л llздательстве готовится к выпуску отдельной книгой Похоже,- согласился ТаЙлон. " повесть-сказка А. Больных. Он уцастник Малеевского сеАШ-
Р _ б словно выплюнул, сказал ~ нара молодых Ф"антастов, староста литературного се_~ш-
ано, зло но, '" нара свердловскои «Аэлиты»_ советник.- Ты победил меня одного. Посмот- ~ Повесть «Видеть звезды» летом 1988 г. была оnубли­
рим, что ты сможешь сделать со всем Магист-
:;; кована в '-киевской республиканской nионеРСIИЙ газете ~ "Юный ленинец». ратом. 54 •••••• о • • ••• Михаил ОСО РГИ Н Рис. Н шилая Мооса Михаил Аllдреевu ч Ос оргU/l. ПllРU Ж. 1939 г. Художник А. БНJIИ. Страсть превращать ЧIIСТLrй лист бумаги в суету скользящи х строк с зачер!шутыми словами и над­
строчными добавками, вечно вязать н ескончае~1Ое кружево МblСЛII и слов, эта неи зжитая страсть, пере­
шедшая в ПРИВblЧКУ, побужда е т меня продолжить за п иски о жизни. Но ес ли детство и юпость, всегда овеянные поэзиеr\ вспоминались с легкостью и для н их на х о дил ись IIзбраННblе слова, то з р еJr ые годы­
это уж не картинки, не туманная акваре ль, вольная игра кистей и красок; и это н е написанн ая и ОТJIO­
женная в сторону книга. Их не отделишь с просто­
той И по лны м с покойстви ем от ДI · rя се годня шне го, ко­
то р ый просится В последнюю графу человеческих с ро ­
ков, в рубрику подкравшейся старости,- что ни го­
ЕО р И, как ни с т арайся преув ел ич ение:vr недугов вы ­
звать возражение зеркала: «вы удивительно сохра­
нил и сь, это только случайная слабость, которая ПРОlr­
дет». Н а жизни поперечные трещины, она давно р ас ­
п аJlас ь на части, и не все в ней кажется действитель ­
ным и своим. Есть такое на секом о е, медве дк а, ма­
ленький жестокий вредитель-корнеед; огородник и уве р яют, ч то р азрубленная пополам острой мо тыгой медведка, п рожо р ливость которой знаменита, ин о г да съедает отделивщуюся часть своего туловища. Со мной п остоян н о происходит подобное: отрезок отда­
ленного пр о ш лого п ерестает бы т ь своим, он кажется выдумкой, л и терату р иым материалом, и если исклlO -
Про должен и е. Н ачало в Nя 1, 2. ЧИТh е го из жизни, я н е поч увс твую ни боли, ни со­
жа.1СНИЯ. N\He кажется забавным этот белобрысый NIOС I<ОВСКИЙ адвокатик, отраст и вший для солидности иородку И носивший много длинных званий, п оч т ен ­
ны х И неудобопроизносимых: «помощ ни к при сяжного поверенного округа МОСКОвской судебной па латы», «ПРИСЯ ЖIIЫ!"I стряпчий I {оммер ческ о го суда», «опекун суда сиротского», «юр и ско н сул ьт общества купече­
СJШХ прrшаз'IИКОВ», « ч лен общества поп еч ит ельс тва о бедных» и мно г ое е ще. В в озрас те двадц а ти пят и ле т мы были и С ЧИТaJJИСЬ взрослым и. Я говорю это ны­
нешним тридцат и летним, со рокалетним ма льчи ка м, в се еще бе зот ветственным и н еус тро е нным в жизни, говорю не в УIШр и не в поу чень е, жизнь осложни­
лась, н е померно УДЛИН51ется и п ериод к ней подго ­
ТОВIШ. Сорок лет казались н ам пределом молодости 11 ЖИВ О!"J силы. В этом возрасте люди уже ус п окаи­
ваются и хотя т, чтобы все кру гом было устойчиво и неI ~ О.ТIебнмо, а ыы жаждали движения и бунта. Свои пр о фессии мы С'IIпали об щественным служением и не хотел и замыка т ься в технической узости, были не­
пр емен но романтиками, и, Jшн ечн о, революционерами. П озже, в эмиг рант ские годы, живя в Ита лии по сле J\р у шения революции пя того года, я попросил однаж­
ды приятеля, итальянского адвоката: «Укажи мне хо ­
ро ш и й ку р с итальянской л итературы». Он удивлен но от ве тил: «Я не филолог, я юрист».- «Мне не нужно кн!!г специальных, укажи обычный хорощий учебник». Он повтори л: « Да ведь я же адвокат, откуда мне 55 знать?» И я понял, как мы отличались от европейцев своим отрицанием специальности, своей жаждой зна­
ний общих. Я, наверное, мог бы указать ему лучший курс хирургии, физики, философии, даже руководства по столярничеству или рыбной ловле. Но и в своей профессионалыlOЙ области мы не искали непременно карьеры и заработка. Я несколько побаивался боль­
ших выступлений и очень любил кропотливые делиш­
ки в мировых судах, где была так очевидна помощь юриста бедному тяжебнику, не разбиравшемуся в статьях закона, где было можно героически обру­
шиться на подпольного ходатая по делам, тянувшего с клиента деньги, невежественного и полного само­
уверенности, пока он не сталкивался с подлинным, хоть и молодым юристом. Я с горячностью и волне­
нием защищал прощелыгу, поклявшегося мне, что он не крал пальто с вешалки и что он -
жертва навета. Судья, доверившись моей искренней убежденности, оправдыва<~ моего клиента, который потом приносил мне скромный гонорар: серебряную ложку, очевидно, тоже им украденную, а впрочем, она оказалась фаль­
шивого серебра. Я смеялся, но продолжал и впредь верить. Случайно, по указанию какой-нибудь кухар­
ки, видевшей на двери мою адвокатскую дощечку, вваливались ко мне владимирские мужики, строитель­
ные рабочие, бородатые, тяжелонагие, и я вел дело их артели, обиженной подрядчиком, и чувствовал себя защитником прав трудового народа. Я не брал с них денег и даже тратил от своей скудости, считая честью быть их покровителем и ходатаем; и выиграв дело, взыскав с нечестного подрядчика недоплачен­
ные им гроши, я сиял радостью и провожал их до дверей, похлопывая по плечу со всей моей молодой солидностью. Я не хвастаю добродетелью,-
я был точно такой, как все не дурные люди моего времени, из средних общественных классов, прежде всего­
«служители правды и справедливости»; это придавало жизни особый вкус и нисколько не мешало нам к сорока годам обрастать более жесткой кожей и пере­
ходить в стан удовлетворенных, умеренных, растив­
ших брюшко, но все еще считавших себя и жертвами и врагами «режима». Все же были и такие, которые до старости оставались поэтами, будем к ним спра­
ведливы. Еще и сейчас встречаю людей моего про­
шлого; они помнят слова студенческих песен, они пьют водку, настоянную на перце, вздыхают и куда-то рвутся, хотя жизнь давно приколола их кнопочками к семье, к делу, к бесконечно катящейся по проторен­
ной дороге жизненной тележке. Бесценные товарищи, просчитавшиеся мечтатели, кавалеры осмеянного ордена русских интеллигентных чудаков! Полный к ним нежности, я горжусь своим с ними кровным род­
ством, хотя события личной жизни рано выбили меня из их рядов и вообще из русской жизни и унесли наблюдать жизнь чужую,- только наблюдать, серд­
цем в ней не участвуя. Я вспомнил о своем кратком, трехлетнем адвокат­
стве, так как с чего-то нужно начать рассказ о зре­
лых годах. У меня была приемная, был кабинет, были телефон, пишущая машинка, копировальный пресс, портфель, фрак со значком, настольная библиотека юридических справочников, деловые обложки с моей фамилией, медная дощечка на внешней двери, эмали­
рованная на улице. Я защищал, взыскивал по без­
надежным векселям, писал великолепно составлен­
ные письма «с соверщенным почтением». В швейцар­
ской «здания судебных установлений» был у меня 56 свой крюк на вешалкс,С наклеенноl!: над ним моей фамилией, которую швейцар иногда помнил, на ве­
шалку не глядя. Я работал самостоятельно, незави­
сима от патрона, ведшего лишь большие дела и не имевшего для меня маленьких. Я выезжал иногда в фабричные городки, где рабочие протягивали мне культяпки рук, искалеченных текстильной машиной, давал купеческим приказчикам советы по коммерче­
ским делам, которые они знали гораздо лучше меня, мирил наследников, полюбовно поделивших доход­
ные дома, но поссорившихся из-за произвольно заре­
занной свиньи и кучи старого железа, опекал сирот, бродил по камерам участковых судей и квартирам судебных приставов. У меня была недорогая, но со­
лидная шуба и боты, шаркавшие по снежной москов­
ской мостовой, и об одном проведенном мною деле была газетная заметка. Но очень скоро на диване в моей приемной стали спать по ночам подозритель­
ные люди, бежавшие с политическор каторги, на ма­
шинке отстукиваться тексты пылких и буйных про­
кламаций, которыми затем набивался мой адвокат­
ский портфель, квартира стала служить для явок и сборищ, мое звание -
для прикрытия общения с са­
мыми разнообразными молодыми людьми, мало похо­
жими на клиентов. Был 1904 год. Наступил и 1905 год -
год москов­
ского вооруженного восстания. Не будет последова­
тельности в моей жизненной повести. Нет, я не буду рассказывать о революции. Вообще не буду расска­
зывать,- мне хочется рождать образы прошлого, дав им полную свободу. Мы живем в последовательности дней, месяцев и годов; но, оглядываясь на прошлое, мы видим путаницу событий, толпу людей, нагромож­
дение сроков и дат. В бывшем есть реальное и есть кажущееся, прежде важное стало ничтожным, ма­
ленький случай вырос в Гималаи, легкий мотивчик песни запомнился в укор стершейся в памяти симфо­
нии. В воображении я ищу друга тех времен, моло­
дого и полного надежд, и он, потирая старческую поясницу, досадно кивает мне издали на друзей позд­
нейших, давно его заменивших; я ищу женщин, но их карточки выцвели, съеденные солнцем и временем, и даже от прежних икон остались только потухшие лампадки с плавающими в деревянном масле мухами. Есть счастливцы, прожившие весь свой век в одном доме, в одной квартире, все в тех же комнатах, стены которых дышат их дыханием и привычно отражают звуки их слов; их письменные столы, регистраторы, ящики их комодов, кладовые наполнены прекрасной рухлядью вещественных доказательств их быта. Дру­
гим удается по всему свету таскать за собой огром­
ный, по углам лоснящийся кожаный чемодан с на­
клейками гостиниц, таможен, с царапинами сотни вагонных полок и багажных складов,- чемодан, вме­
щающий самое ценное, ветхое и новое; трогательную собственность, внешний оттиск внутренних пережи­
ваний, воплощенье жестов и дум, суету и кутерьму остывших страстишек, сокровенную ненаписанную историю. у меня ничего этого нет, хотя я очень люб­
лю вещи и вещицы. Все, что меня окружает, до не­
приличия молодо, ему не больше года. В груде писем только недавние даты, и эта единственная рукопись только сегодня начата. Так бывало не всегда, но время от времени так случалось: спасшись при оче­
редномкораблекрушении, я подплывал к незнако­
мому берегу и из веток незнакомого дерева строил очередной шалаш. Затем, осмотревшись, Робинзон вырубает хижину, находит и сеет се~лена хлебных злаков, приручает козу, знакомится с Пятницей. Но с Робинзоном Даниэля Дефо это случилось только раз,- как прочны были раньше общественные устои, как была несложна человеческая жизнь! Затем он вернулся на родину и пустил в мякоть кресла проч­
ные корни. Он пил настоящее вино, или эль, или сидр, и мозолил ближним уши рассказами о своем необы­
чайном приключении, пока Пятница неистово врал о том же в кругу знакомой соседской прислуги. Ва­
риант -
Дон Кихот И Санчо Панса; романы должны ко.нчаться хорошо. В действительности люди богатой жизни нередко умирают на промежуточной станции или под забором,- но не стоит говорить чувстви­
тельно. У меня много времени, и если вы столь же свободны слушать, я расскажу случай, до которого в порядке последовательности вряд ли добрался бы, так как он заимствуется из истории самой свежей катастрофы, впечатления которой не изглаДИJ1ИСЬ. Но для начала рассказа я должен откатиться лет на восемьдесят назад к шестидесятым годам прошлого века. Мой отец, молодой юрист, провинциал, увидал в театре, в ложе уфимского губернатора Аксакова, красивую девушку, только что приехавшую в город. В тот же вечер он перегнул пополам длинные листы писчей бумаги и начал писать дневник, обращенный к этой незнакомке,- дневник любовных страданий. Он владел пером лучше, чем чувствами, и повесть о его Jlюбви сохранилась среди его бумаг и перешла по наСJlедству ко мне, тем более что предметом его любви, казавшейся столь же страстной, СКОJlЬ и без­
надежной, была его будущая жена -
моя мать. Тет­
радь пожелтеJlа, сохранив все БJlагоухание юности; она озаглавлена «Мои бредни», и нить романа обры­
вается в ней на первых встречах и первом ощущении полной безнадежности. Случай спас эту тетрадь при трех моих жизненных крушениях,- всякий раз она неожиданно выплывала из небытия и снова оказы­
валась в заветном ящике моего стола. Убегая из Парижа, которому ГРОЗИJlО унижение, я был вынуж­
ден оставить там все, что было мне дорого. Пол­
чища Аттилы захваТИJlИ город, и мои рукописи, мои книги привлеКJlИ их внимание; за полторы тысячи Jlет гунны не изменили своих привычек и своего вкуса к грабежам. Когда моим друзьям удаJlОСЬ проник­
нуть в ограбленную квартиру, они не наШJlИ в ней ничего, кроме лежавшей на полу, среди мусора, ста­
рой тетрадки, которую подобрали, чтобы передать мне, когда мы увидимся -
если увидимся. Это был дневник моего отца, единственная, чудом сохранив­
шаяся семейная реликвия. Вы видите, как судьба, порывая крепчайшие связи, не стесняясь никакими кощунствами, заботливо или насмеШJlИВО сохраняет нам щелочку для дыхания, предлагая в JlИЧНОЙ жиз­
ни ПРОДJlИТЬ историческое событие. Со мной нет этой тетрадки, но она меня ждет и не ПОЗВОJlяет мне ска­
зать, что прошлого не было и что жизнь заРОДИJ1ась вот в этом крестьянском домике, в окна которого настойчиво заглядывает французское СОJlнце . .я под­
чиняюсь и продолжаю писать повесть долгих лет. Если где-нибудь уцеJlела хоть часть моего жиз­
ненного барахла -
в каких-нибудь важных учрежде­
ниях ПОJlитического сыска, да будут они все прокляты вместе с их изобретателями,- то среди вещей, вещиц и бумаг могла бы оказаться фотография молодого человека, худого, долговолосаго, в платье с чужого плеча. Он сидит в саду, в плетеном кресле, и направ-
5 сУральск!<'й вледопыт» М 3 ленный на него объектив аппарата нипочем не уло­
вит его душевного состояния. Это я, вышедший толь­
ко что из московской Таганской тюрьмы и скрыв­
шийся на даче у знакомых -
лишь на два дня. Меня выпустил под залог СJlедователь, свидетели которого отказались меня признать, но узнать о моей свободе могут жандармы, уже приговорившие меня к ссылке в Сибирь. Русские учреждения по подавлению лич­
ности были сложны и работали не всегда дружно; вероятно, сейчас эта часть поставлена более образ­
цово в новом царстве свободы. Во всяком случае завтра я пущусь в дорогу, остриженный и выбритый, и мой путь, с кратким перерывом, продолжится со­
рок Jlет. Только тот знает, что такое свобода, кто знает также, что такое тюрьма, что такое полметра кир­
пичной стены, отделяющей от вольного воздуха. Хло­
панье тяжелой, обитой железом дубовой двери и по­
ворот ключа. Равнодушие видавшего виды тюремного сторожа. Ломкость ногтей, царапающих стену. Бес­
силие ненависти,- а ведь мы проповедывали любовь ко всем! Керосиновая лампа в клетке под потолком, сестра-узница. Мука бездействия. Прислушиваясь­
слышишь тишину, кажущуюся стоном. А может, все это ТОДЬКО кажется? Закрыв глаза -
ждешь чудес­
ного прозрения, открыв -
видишь т.е же стены с не­
брежно забеленными известью надписями предшест­
венников. Но одна УСКО.'IЬЗНУ.1Jа от внимания -
на обо­
роте деревянного табурета: «На ВО,lе я друзья очень был мало жизнь проклятая заела». ПисаJl, должно быть, вор-рецидивист. В высокое окно заглядывает голубизна отнятого неба; в проделанную в двери дырочку, откинув внешнюю заслонку, смотрит глаз надзирателя -
не повесился Jlи заключенный. В спи­
сок проклятий молодой юрист вносит: закон -
про­
извол -
суд -
право -
насилие -
государство, все в одну рубрику, без разделов и оттенков. Сумасшедшие люди, во что превратили вы жизнь, такую радость, такое благо! Сжать виски, чтобы самому не сойти с ума. Вот так звери в зоологическом саду меряют шагами пол клетки, механически занося ногу при по­
воротах, всякий раз ступая на свОй прежний след. Это мои братья -
и вор-рецидивист, и пантера, и мартышка, и канарейка. Отчего же сюда не приво­
дят детей -
показать им их будущее? Как-то я уви­
дал в парижской газете фотографию слона, убившего сторожа зверинца; я вырезал портрет слона и хра­
нил с любовью, хотя в то время уже много лет про­
жил без решетки. За яд, который вы влили в мою КРОВЬ,- И уже нельзя ее очистить', я всю жизнь ста­
рался это сделать! -
за этот яд я высекаю на кам­
не, выжигаю на дубовой доске, отливаю в свинцовые буквы свой список проклятий, С тех дней до пределов маленький человеческой вечности. У меня нет СJlОВ, или, наоборот, я боюсь ими заХJlебнуться. И если бы моего палача посадили под замок,-
я сорвал бы за­
мок и с его двери. Бессильны мои строки, мои выкрики. Старый пи­
сатель, я отлично знаю, что лишь спокойными, взве­
шенными, может быть, рассчетливо злыми и ядови­
тыми словами можно передать свои негодующие мыс­
ли; крик ранит только детей и женщин. Но я пишу не произведенье -
я пишу жизнь. И мне трудно обой­
тись без отступлений. Насколько легче писать о дру­
гих, шить платья на марионеток, ниточками которых играют пальцы! Дальше -
только пятна памяти . .я в сером пальто 57 и серой, на лоб надвинутой кепке, в своем тщатель­
ном маскараде бол/>ше всего похожий на человека, который своим таинственным видом хочет привлечь ВЩlмание, то есть хочет того, чего меньше всего хо­
тел бы. В Петербурге с вокзала прямо на финлянд­
СЕ:ИЙ пароход. Со мной нет никаких вещей; впрочем, у меня вообще ничего нет, потому что мое прошлое зачеркнуто, а за время моего пребывания в тюрьме все, что не было украдено полицией, украдено до­
чиста, до последней нитки, другими профессиональ­
ными ворами. И на этих последllИХ я не обижен: они -
мои братья по тюрьме, и от них я отличался только гражданской одеждой и одиночной камерой. Я родился в середине великого пути, который про­
ложен через всю Россию в восточную Сибирь; слу­
ЖИЛ раньше, служит и сейчас. Через мой родной го­
род гнаЛ!1 'пешком арестантов, доставленных по реке на барках. Так и говорилось: «гнали», говорят так про скот и про людей необычной, бунтующей ВОЩI. Арестантские песни были у нас в почете. Вообще, мы, русские, странные люди. Когда .на европейской улиuе ловят преступника, обыватели в этом помогают; у нас радовались и помогали любому побегу. Наши сибир­
ские крестьяне называли арестантов «несчастненьки­
ми», купuы И богомольные старушки ПОСi;>lЛали в тюрь­
му чай, сахар и калачи. В Париже я долго жил близ тюрьмы Сантэ, и никогда, проходя мимо нее, не упус­
кал подума'ть: как было бы хорошо взорвать эту вы­
сокую ограду и посмотреть, как во все сторсщы раз­
бегутся заключенные! Сре.z;tи них не tylало негодяев, хотя, конечно, не больше, чем среди тех, кто их ли­
шил свободы. Я охотно спрят·ал бы у себя бежав­
шего из тюрьмы бандита. После ofl, вероятно, обо­
брал бы меня, может быть, прирезал; но, конечно, не это может меня остановить. Вам такие слова по!(а­
жутся назойливо-дерзкими, такие мысли парадок­
сальными; но от вас, защитников принuипа свободы ШIЧНОСТИ, я отличаюсь только последовательностью и откровенностью. На пароходе я' притворился иностранцем, вер­
нее -
немым. Перегои был не велик, и в Гельсинг­
форсе я был по-настоящему свободен. Еще просы­
пался ночью при малейшем шорохе, мне казалось, что сейчас загремит ключ В замке тяжелой Д13ерц ИЛИ дежурный УГОЛОВf!ЫЙ арестант откинет в этой двери форточку и веседо крикнет «КИПЯТОК!». НО ут­
ром гулял по эспланаде и любовался румянuем и сытым видом фИf!НОВ И швеДОБ. В порту пахло ры­
бой и йодом. Ес.I!И БЬ) не застенчивость, я ВСПРЫГilУJ1 бы на уличную тумбу и, взметнуl3 руками, закричал: «Сейчас улечу -
я свободен!» Я был почти в Европе; и Европа казалась' мне... я еще со}3сем не Зf!ал Ев­
ропы. Я ТОЛЫ{О что рОдился. Финляндия -
прекрас­
ная девушка, у которой двуглавый орел хочет выр­
вать книгу ее законов; эта картина виседа в моем адвокатском кабинете. И lЮТ я В Финляндии. у меня нет при себе де только люБимыIx старых вещей, КдИГ, матерщlCКОГО портрета и дешевого, стои­
мостью в одно су, куплеююго Щl базаре колечка, которым мы, шутя и с!;!рье:що, оБРУЧliЛ\1СЬ с моей будущей женой,- у меня не осталось даже обр
азо
l3 жизни, н.е ИСПОЛЬ3013анных I3разброс по моим кни:гам и очеркам. Все, что я сейчас пишу, мне кажется уж рассказанным когда-то, по какому-1'О случайному поводу,- мы так нерасчетливы,' бедные ТРУДOJзые 58 писатели. Какой-нибудь придуманный человек на страНИU8Х моей книги, наверное, смотрелся в сnокой, ную воду у берегов Финского залива, жил на остров­
ке ф.инляндских щхер, дышал воздухом, напоенным хвоеи, и, торопливо раздевшись, бросался вниз го­
ловой с вылизанного временем и вол»ой камня в по­
лусоленую воду, чтобы побыть некоторое время Б славном обществе щук, карасей, корюшек и салаку­
шек. Не без удивления он спрашивал почтенную хо­
зяйку, для чего она nривешивает светлую шерстинку к висячей люстре и почему так часто ее меняет,-
и проникался уважением к ЧИСТОЦЛотности отменного народа, узнав, что это -
скромная уборная для мух, любящих садиться С»1fЗУ на висящие предметы. Мо­
жет быть, я даже рассказал где-Нllбудь, как по уЛи­
иам ф1fНСКОЙ столицы бродили русские СЫЩИК1f, uри­
нюхиваясь, не пахнет ли в каком-нибудь подъезде дома динамитом, который в спальных подушечках или под корсетом uровозили в Петербург революцион­
»ые девушки, одетые светскими дамами, заставляя дрожать министров и обитателя Зимнего дворца. Мы жили в Финляндии не долго, меньше года, и я не успел обрасти вещами -
помешала бедность и мечта о скором возврате в коренную Россию. Но вышло иначе, и однажды пришлось торопливо собраться и погрузиться на пароход, отплывавший к берегам сре­
динной Европы; Финляндия лишь в слабой степени пользовал ась автономией управления, и положение русских политических беглецов не было 13 ней прочным. Европа именуется великой страной, но для нас, привыкших к простраНСТl3ам, она лишь маленький мирок, правда -
тесно заселенный и насыщенный историческими словечками. Она суетлива, буржуазна, домовита и считает минуты за время,- мы шnыря­
емся часами и днями, не придавая им uенности. Она утонула в предметах собственности, которыми I каж­
дый в ней дорожит почти так же, как ЖИЗНЬЮ,- нам, голым героям, это казалось смешным. Но она, тог­
дашняя (уже давно нет той Европы!), очаровывала нас свободой, какой мы никогда не знавали, ненуж­
ностью паспортов, возможностью громко высказы­
вать свои мысли lJ, не перекрестясь, перещагивать границы. Мелькнула Дания, затормозился поезд на франкфуртском вокзале -
и вот белым корабликом заколебался лебедь на Женевском озере. В калей­
доскопе прыгали и пересыпались рilЗноuвеТ!lые стек. лышки. Это и есть Монблан? Какое нагромождение прекрасных безделушек на нашем пути! Еще так недавно я нроводил по пять суток в вагоне, чтобы навестить свою мать в дни Уilиверситетских каникул; здесь в сутки мы пересекали несколько государств, Мы обращали на себя IщиМаЩlе и внешним БИДОМ I! громким говором; '7то так естественно: возвышать голос в Киеве, чтоБЬJ СJЩШНО было 13 .I\10СКБе н чтобы откликнулцсь в Иркутске и Владивостоке. МЫ не ПРИЩ,JКЛИ к МИ»Щ1.Тюрам. Я живу в Европе тридцать лет, ее масштабы давно мне знакомы, но до сих пор иногда ощущаю себя слоном в игрушечной лавке. Франuня, например, очень почтенная страна, но все же она меньше губернии, в которой я родился; гу­
берний в Росщш быдо восемьдесят. Я пишу это, ко­
нечiIо, не без гордости. Я не дружу с правительством нынешнец России, как не дружил с праЩiТелями цар. екай, как не СI!ел бы дружбы и с «временным», если бы оно обрати,JIОСЬ в постоянное, чего, к счастью или несчастью, не случилось. Но на карту Евразии я очень Лjоблю CMOTpeTf!,' вымеряя пальцами' ~аI\УЮ'lIибудь roрд~ивую страцу и пытаЯСIl впихнуть ее в уезд Пермской FубеРнии, который па лошадях, дважды в <од, объезжа.д мой отец по своим судейскям делам, прихватив служцщеrо и мещок с морожеlj:ЫМЦ пель­
меНЯМII. Что скрывать -
РОССИЙСlще «мыста:. во мне живет прочно. Вот добраТf!СЯ бы JЩть сейчас до <ра­
ницы, ла кувЬ\рком через rолоJ3У прокатиться «0'1' фИНСКИХ х.дадцых ска.д до цдаменцой Колхиды»,ле­
гонько зашибив свой хребет об уральский. Громадна наша страна, и я понимаю тех' европейцев, которые называют Сибирь русской колонией: им завидно; а Сибирь самая подлинная Россия, ее не оторвешь. И мы -
люди большого роста, крепкие и здорщ~ые, равно привыкщие к жаре и морозу. Если бы Россия не бы.ца из века в век деревянной и горючей, она задавила бы мир архитектурой и исторцей, как да­
вити Сl'lущает литературой и: музыкой. НА ее на­
стоящая история вся впереди, я старым я хвастаю только так, для сведения счетов с мураШиками, на­
зывающи:ю\ нас «нежелатеJ1ЬНЫМИ иностранцами»; я не сержусь на· этих мурашей, зная, что они все равно мне поклонятся, а я, по ПРИРОДНОМУ цашему веЛИКОДУШjfЮ, ПРОТЯНУ им не два пальца, а всю ря­
терцю,- мы народ ОТХОДЧЯIИ"Й. 51 люблю в Европе северяц. МЫ pOДH~. ВОЗМОЖНО. ЧТQ есть во мце И татарин, 1-\0 во всяком СЛУЧl\е есть варяг. Мы пропахли смолой, мы одинаково молJ.JМСЯ и лещему и водяному. Князья и викинги, мы равно· землепашцы, охотники, рыболовы, люди простые, без дурацких . феодальных замащек, без кkченья, го.цу­
быми I\РОВЯМИ, без доклонения гербам -
ЦРИРОДНh1е демократы. Только мы знаем, что такое BeCH~; и жур­
чацщем ручы~в, стрекотом мущьих и жучьих КРЫЛbl­
шек озвучена и паша n скаидинаВСК/lЯ литература. Из сердец наших ~ ударь кинжалом -
БрыпетT кровь, а не немецкое пиво, Ее французский С!'lдр, и не па­
тщ:а с примесью курортных БОД. ДумаlO, что на ЭТQм можно и закончить восторжецное бахва.цI>СТВО. Оно несколько отвлекло меня от картин беrущей ленты кинематографа. Снега Савойи. Сэи-готарский туннель. 'поезд вылетает lIа ВОЛЬНЫЙ ВQЗДУХ и ка­
тится под гору, прямо от зимы на лето. Теплая ночь в отеле,- от мельканья чужих пейзажей и усталости голОВа плохо сообраЖает. Но на утро в распахнутое окно врывается столько сощща, СКQЛЫЩ может его уместиться в созцании, и я впервые Б жизни вижу ацельсин lle в магазинном ящике, а Щ\ ветке. ЭТО­
Нерви, итадьянский при(Sрежный городок, позже· МНе QтоwнецшиЙ. В полдень меСТЩ,lЙ ПОезд УБОЗИТ ЩIС ~ друrое MecTeQKo на той же Ривьере, где уже Снята цидла д.ця нерол\;>wой КОМп81IИИ русских беглецо!'!. Я -
це Бедекер, чтобы отмечать звездоч!<амц места, гд~ ~I:Щ и бы.ц, да и звездочек, пожалуй, ие XIH\THT на мОеМ ~aKaTЦOM небе, Италии, роману мрей моло­
дости, я цосвлтцл И книги И оско,лки КЩIТ, 8се это укаТИJ\ОСЬ в прощлое, и Ита,лия тепеРI> не та, даЖе имя ее ЗВУЧ.\fт ПО-ИЦОNlУ. Черноглазая девущка захо­
теЛа стать синьорой, а я любил именно черноглазую деsущку, любовью северянина, пригретого чужим солнцем. Спасибо, дорогая, за. десiть лет ласковой дружбы! Я понимаю, что нельзя вечно оставаться цветочницей на Испанской лестнице или плясать та­
рантеллу. Та девушка с затибрс'кой CTOPOHQI Рима, работница таб;lЧ\ЮЙ фабрИJ<И, получивша5\ пр из за красоту -
за деиствительцую, непобедимую, всепоко­
ряющую красоту,- тоже впоследствии выщла замуж 5* за европейского комиссионера, представителя фирмы моторов. Все эта меня Мl!ЛО касается, Н моя любовь была платонической, может быть, даже простой БJIa­
rодаРНОСТI>Ю. В вапщанском музее есть жертвенник рождающейся Венеры -
я его llаЗl>щаю по-своему,­
и руки прислужниц помогают боrине покинуть мор­
скую nену. ВQIjfдя, она надеяет современный костюм Il будет ПРlltJимаrь В своем салоне дипдоматов и изобретателей патентованных <осударственных си­
стем. Мне-то что за Де,110! Я Вllдал э'l"ЦХ людей сот­
нями; оци продаются в лщючках :j1семирной IlСТОРИИ. Но Венеру, с живого мрамора КО'l"орой llежной тканью сбегает вода, я не обещал забыть,- о; gioventu, prima-
vera della vita 1! Среди дву~рядных пер,лов блеснул зо­
лотой зуб ... Раскланиваюсь издаЩI и отхожу, потому что у нас есть свой собственный исrуКlЩ, и, по со-
~ести говоря, азиаты умеют чище оттяпывать головы /тем, кто им не по вкусу. . Не мало горечи. в моих словах. Amor che а пиНо amato атаг регdоца ... 2 •. Но времеца поэзии прошли. Три этажа дацтовской поэмы уже соединены подъемной машиной, и мальчик, одетый в черную рубашку с галстуком, выкрикивает: «Jpurgatorio, avanti сЫ scen-
de» 3. Я выхожу, не дожидаясь обещанного рая, куда .Уже поднял ось достаточно европеЙСIЩХ народов. Уклоняюсь от соблазна писать историю виллы «Мария» на средиземноморском побережье, чтобы не обратить моей повести в усердную хронику. Но в па­
мяти ЖИВ скат к морю обширного сада, запущенного, разросшеrося, в котором пестрели цветы и налива­
лись плоды без ухода, по воле; часть сада нависла над выходом из жедезнодорожного ТУlIнеля, откуда с внезапным грохотом и лязгом вырывались поезда и снова проваливались в тищину. Сад кончался го­
лыми скалами, по которым шла вниз тропинка к не­
большому заливу, нашему собственному, отовсюду закрытому. Пляжа не было -
в голубую воду гл яде­
лись глыбы серого острого плитняка, они же синели под водой и жались к берегу. В бурю заливчик обра­
щался в кипящую кастрюлю, вода выбрасывалась на большую высоту, и соленая пыль через весь сад за­
летала в наши окна. Летом мы купались трижды в день, были среди нас охотники и до зимнего ку­
панья. Все мы были работниками, писали статьи и книги для российских издательств, ЖИ.'1И скромной коммуной, дивили итальянцев количеством выкури­
BaeMQIX папирос и получаемых и отправляемых писем. В десяти комнатах сменялись проезжие гости, пре­
имуществеНlJО беглецы, иногда из сибирской каторги. у меня было особое пристанище, заброшенная до­
машцяя капелла с каменнрй МаД0ННОЙ на преетоле, служившем мне складом юшг. и рукописей. В рако. вине прц IIходе, Ii воде не благословенной, зеленели «волосы Венеры», кудрявая травка, обильно росшая в нише подземного ручейка, вытекавшего из сада. Здесь я проводил летом ночи за работой до утрец­
него общего купанья, здесь же в полутьме и прохладе отсыпался днем. У каждого были свои привычки и 1 «О, юцость, весна жизни!» (из «божественной коме­
дии» Данте.- Прuм.. ред. Перевод с ИТ"ЛЬЯНСКОГО здесь И далее И. Кормнльцева) 2 «Любовь. горькая дЛЯ ТОГО, КТО любит» (из Данте, Дословно).- П рuлt. ред, 3 «Чистилише, выходщ'е».- Прим,. ред, 59 свой образ жизни, но полуночниками мы были все, и нередко под утро собирались в нашей обширной кухне и устраивали «макаронаты» С фьяской красного вина. Общей болезнью была ностальгия, но мы ста: рались быть бодрыми и щедрыми на шутки. Ком­
муну возглавлял старший из нас по возрасту, изве­
стный экономист, заботливо находивший нам работу, человек одинокий и большой труженик, подобно нам -
выброшенный З3 борт русской жизни. Из Рос­
сии получались невеселые письма, убивавшие в нас надежду на скорый возврат. Это было время «orар­
I):OB», когда молодежь в России, отойдя от революции, бросил ась пр ожигать жизнь в пьяном наркотическом угаре, в половых опытах, в кружках самоубийц; эта жизнь отражалась и в литературе. Когда вести были слишком безнадежными, можно было выйти ночью в сад, лечь навзничь на ступенях или на доске садо­
вого стола и смотреть на чужое звездное небо. В день жаркий я выбирал в саду разросшееся фиговое де­
рево, устраивался удобно и покойно среди его вет­
вей, ел накаленные солнцем, сочившиеся сахаром фиги и дремал. Jia высоком обрыве через мою го­
лову пролетел вниз человек; я вскрикнул и увидал, как он уцепился руками за выступ площадки и, смеясь, повернул ко мне скуластое лицо; он хоте.'! испугать меня, но не рассчитал прыжка; он был отцом двоих детей и видным литературным и пар­
тийным работником. Другой спустился к заливу в сильный прибой и решил выкупаться в пене; волна прокатила его по острым камням, окрасилась его кровью и выбросила его на уступ, где в спокойные дни Быпаривалась соль из стоялой морской воды; недели через три он снова мог купаться. Мне захо­
телось подняться в сад от самого моря по крутому отвесу метров в тридцать высоты. Бы.'IО жутко, но занятно попытать судьбу. На середине подъема посы­
пались камни, и мои ноги повисли в воздухе; одна рука еще цеплял ась крепко за камень, другая цскала опоры выIе.. Если испугаться, то погибнешь. Затем камень, за который я держался, стал уступать и мед­
ленно отделяться от земли; в то же время нога на­
щупала новую опору. Я не велел ногам дрожать, потому что тогда хотел жить. Я спасся и наверху долго лежал на траве. Мы шутили с морем, со ска­
лами, с жизнью. У одного из наших гостей пришлось отобрать револьвер, но ему вернули, когда он обещал не порочить нашей мирной виллы. Было ясно, что дальше так жить нельзя, что нас не спасет работа, и мы решили разъехаться, часть -
в недальнее ме­
стечко, часть -
в Париж, часть -
тайно в Россию. Молодой астроном, долго живший с нами, талантли­
вый человек, нежный поэт, полиглот и красавец, про­
стился первым. Через Париж он уехал в Петербург с паспортом итальянца. Он выдержал стиль, и я по­
лучил от него письмо, написанное накануне казни, лишь в одну строчку: «Salutio dall' altrove» 1. В какой-то день я взбирался .по крутой лестнице на пятый этаж дома: населенного мелкими. чиновни­
ками и рабочими. в Риме, против ватиканской стены. Синьора Эрнеста и синьор Карло, у которых я снял комнату, оказались приветливыми хозяевами, их слу­
га и друг Серафино стал моим другом и слугой. Из окон комнаты еще были видны пустыри Prati di Cas-
tello 2, теперь давно уже застроенные. Я был к тому времени одинок в Риме и в мире. На мне был легко­
мысленный серый .'Iел.иЙ костюмчик, купленный в Ге­
нуе на базаре за шесть франков,- была зи:да. Багаж состоял из чемодана с бельем и пишущей машинки, сохранившейся с адвокатских времен. Для моих' хо­
зяев я был «sor avvocato» З, дЛЯ самого себя -
писате­
лем, не написавшим ничего путного, но rOTOBbIM на­
чать карьеру. Пока я жил газетными статьями, кото­
рые посылал в Москву. На моем литературном счету несколько изданных книжонок, не стоющих памяти, и влеченье к перу, сказавшееся· еще на гимназической скамье. Мне было ровно тридцать пять .'!ет: еще вполне мыслимое начало новой жизни. И новая жизнь началась. в своей зрелой жизни я умышленно пропускаю целую большую область -
чувств, обманчивых или значительных, не раз эту жизнь осложнявших. Она изжита и зачеркнута одним поздним чувством, с ко­
торым я закрою глаза. В кольцах цепи осталось и останется только одно грошовое колечко с каплей красного сургуча вместо драгоценного камня; всему остадьному -
почтительный поклон; его я не потре-
вожу напрасными строками. . Я прожил восемь лет в Вечном Городе, теперь ставшем городом современным; его вечность подчи­
щена и подбрита, окружена решеткой, занесена в ре­
гистр, украшена дощечкой с красиво вырисованной надписью. Раньше в нем слитно жили века: кузнец ковал железо в театре Марцелла и забивал гвоздь в вековой камень, не догадываясь о своем кощунстве; кошки плодились на форуме Траяна, прохожий шагал по земле, наросшей на остатках храма. Это было кра­
сиво и непрактично, как все красивое. Бойкие моло­
дые люди, над 'которыми пытались смеяться, открыли поход против Рима, против веков, против академии и лунного света -
за солнце и мотор. Крикливые гуси спасли Рим древний и погуби.'IИ его в современности. Однажды русские невинные экскурсанты, приехав в Рим, вошли ночью в Колизей и запели хором «Вниз по матушке, по Волге»; так поступить МОГ.'Iи только милые дикари. Сейчас на Капитолие уместна фаши­
стская «Джовинецца», гимн работы опереточного мас" тера, и только Ватикан остается крепостью старой, слишком старой веры. Я очень любил Ита.'IИЮ и прилежно ее изучал, не музейную, а современную мне, живую, Италию в труде, в песне, в нуждах и надеждах. Я написал о ее жизни две кн:иги и рассказывал о ней в сотнях статей, печатавшихся в России. Города Италии были моими комнатами: Рим -
рабочим кабинетом, Флорен­
ция -
библиотекой, Венеция -
гостиной, Неаполь­
террасой, с которой открывался такой прекрасный вид. Мне были одинаково знакомы север и юг, Ри­
вьера и каштановые леса Тосканы, лики джотто в Ас­
сиз ах и фреска «Sposalizio» 4 В Витербо. Я уходил пи­
сать в домик Цезаря на Форуме -
еще были целы в домике шесть дубков,- слушал орган во Фьезоле, тонул в бурный день при выходе из каприйского го­
лубого грота, брал приступом с генуэзскими рабо­
чими портовые угольные насыпи, негодовал с толпой в дни казни в Испании Франческо Ферреро, томился на процессе каморры, БРОДИ.l по доверху наполнен-
1 «Привет из потустороннего мира».-
П pU."I. ред. 2 Прати ди . Кастелло (название местности).-
П рим. ред. 3 «Синьор адвокат».-
П рим. ред. 4 «8енчание».-
П рим. ред. ному вулканическим пеплом местечку Торре-де.тп,,­
Греко, вешал на шею змей на празднике Сан-доме­
нико в Абруццах, забывал вее современное в стенах Лукки, отличал вино Фраскати от его орвьетских и каприйских соперников, дружил с одноглазым Пип­
по, певцом кабачков, просидел диван в кафе Араньо. При мне родились в римском музее Девочка из Ан­
цио И Киренаикская Венера, которая, конечно, ни­
когда Венерой не была. Когда мне делалось тоскливо в Риме, я садился в вагон прямого поезда и ехал в один из знакомых или еще незнакомых городов, иногда выходя, чтобы переночевать в живописном местечке. Я только в первые годы нуждзлся и поку­
пал на завтрак pizzi 1, на обед ТЫIшенное семя; дальше работа в крупных русских издательствах с,П,елала мою жизнь легкоЙ. Я скоро оброс книгами и вещами, выселил из квартиры своих милых хозяев, оставив при себе Сера­
фино. В Рим приезжало много русских, которые на­
вещали старожила, и связь с Россией была прочна­
хотя заочна. Вернуться я не мог,-
для этого потре­
бовалась война, всколыхнувшая прежнее чувство и' придавшая решимости. Я так привык к Риму и своей новой оседлости, что даже в недолгих отлучках ску­
чал по Палатину, по обрубкам Пасквино и Марфо­
рио, по звучной речи и знакомому кабачку, где много лет кормил меня макаронами и горячим zabaione 2 тол­
стый падроне сор Анджело, и так свежа была вода лучшего акведука. Только летом я ненадолго изме­
нял Риму для пляжа Средиземного моря да иногда московская газета посылала меня прокатиться на Балканы или по Европе, готовившей войну. Тогда я обнимался с черногорцами, сочувствовал восстав­
шим албанцам, слушал в Загребе жалобы хорватов на сербов и мадьярский архитектурный стиль, осаж­
дал с болгарами Адрианополь или просто удивлялся Парижу, катался на лодке по швейцарским озерам, сидел перед кружкой в мюнхенской пивной. Вероятно, я был счастлив, хотя и считал себя из­
гнанником и страдальцем. Были и сложности в жизни человека, еще слишком молодого, чтобы дорожить одиночеством. Но когда, взяв палку, хлеба и козьего сыра, я уходил с морского побережья в горы, где так свободно дышать и в редких домиках живут необыч­
ные, совсем не знающие других миров люди, когда я, пройдя день, засыпал ночью в случайно найденном шалаше,- мог ли я не быть счастливым, проснув­
шись под утро от ГОРIIОГО холода и увидав туманы в ущельях! Я бормотал малосвязные слова или напе­
вал песню, уже не русскую, русские забыты, и опять шагал все равно куда, чтобы скорее согреться. для здоровых ног был одинаково юсгок и подъем и спуск, а проводник мне не был нужен: можно ли заплу­
таться в карликовой стране уроженцу тысячеверст­
ных лесов? И вся западная Европа -
не резная ли табакерка, умещающаяся в кармане? Затем опять -
дом, моя уже не малая библиотека, знакомый труд и музыка отчетливой римской речи, отличиям которой я учился подражать, чтобы быть настоящим Romano di Roma 3. Любезнее данте мне были сонеты Белли и Чезаре Паскарьелла да рим­
ские stornell 4, порой будившие по ночам. Кабачок сора Анджело назывался Roma sparita-
Исчезнувший Рим. Обширная полутемная комната, в которой сидели ТОJlЬКО в ненастную погоду, и два· рик, обраЗQВr-tнный высокими зданиями и превращен­
ный в виноградник. В стены влеплено несколько ан-
тичных барельефов, может быть, найденных хозяином в римском поле, а может быть, купленных на одной из фабрик античных осколков, которые продавались англичанам за подлинные. В углу фонтан чистейшей воды, в клетке редкая птица -
сорока, ПОДQбранная со сломанной ногой. В дни бедности, как и в дни благополучия, я был самым верным клиентом Ис­
чезнувшего Рима, своим человеком; здесь столовался, сюда ПРИВОДЮI заезжих гостей,- редкий русский пи­
сатель, побывавший в те годы в Риме, не знал ка­
бачка сора Анджело. Зимой было тепло и уютно, ле­
том прохладно· и уединенно. В последние года моей итальянской жизни в кабачке обедали в летние ме,­
сяцы русские народные учителя, приезжавшие груп­
пами по пятьдесят человек; обычно сталкивались здесь сразу две группы, было весело, суетливо, не­
лепо,- кусок России под виноградным навесом. Это были мои дети, их проехало через Рим и другие го­
рода Италии три тысячи; мои помощники читали им лекции и показывали музеи, на мне лежала работа организаторская, трудная и отрадная. Был июнь четырнадцатого года. В кабачке сора Анджело я говорил встревоженным, ничего не пони­
мавшим людям о том, что будет дальше. Люди будут перегрызать друг другу горла, будет потоками литься кровь, валяться куски разорванных тел, перемешан­
ные с осколками металла. Трупы будут сваливаться в братские могилы, море будет выбрасывать мертвых на пляжи, как побитых бурей медуз. Будут разру­
шаться города и сметаться с лица земли села и де­
ревни; беженцам, нищим, сиротам некуда будет скрыться от ужасов войны. Они слушали, как испу­
ганные дети. Я увез их в Венецию, где ждали еще другие, о которых нужно было позаботиться. Еще нужно было вывезти сюда застрявших в Швейцарии. Нужно было снять целиком два парохода на Одессу и уплатить вперед золотом, которое откуда-то до­
стать. Две недели кошмара'и нечеловеческой работы. Когда отошел второй пароход, с которого мне ма­
хали платками, я почувствовал себя одиноким, как никогда,- Россия была в войне, скоро могла высту­
пить и Италия, а я оставался за бортом событий, в чужой стране, еще более отрезанный от родины. Нейтральная Италия -
центр европейской инфор­
мации, посредник всех связей; я завалеI, работой. Промелькнул год. Неотвязная мысль -
пуститься в путь кругом Европы и явиться к призыву В России моего класса. Во мне нет н'икакой воинственности, но десяти .1ет достаточно, чтобы соскучиться по родным местам и решиться на авантюру. Бросить налажен­
ную оседлость, добрые связи, независимое положе­
ние, привычную обстановку, уже не малую собран­
ную библиотеку,-
и с цветущего юга поехать на се­
вер, через еще незнакомые страны, затем на восток, в свою страну, на полную неизвестность, на арест, на ссылку куда-нибудь за Байкал, из Вечного Го­
рода прямо в вечные мерзлоты,- разве это не блес­
тящая авантюра! Я был привычным путешественни­
ком, и путь казался мне заслуживающим внимания и интереса. Мой поезд провожало несколько римских друзей. Один из них, русский эмигрант, но итальянский адво-
Пицца. (во множественном числе).-Прим. ред. Название соуса.- П рим. ред. 3 "Римлянином из Рима».-
17 рим. ред. Скворцы.-
17 рим. ред. 61 кат, l'Iоднес: мне бfкет краСПQlХ роз (MQl признавали ТОЛЬКО !(раСНQlЙ цвет); от имени всех он сказал мне напуч~твенное СЛОВО}!: обцял на прощанье. Полутора годами позже, Б дни революции, я узнал из захва­
ченных бумаг rюлицейского СЫСJ(а, что этот человек успел послать донеСение о моем предстоящем при­
езде в Россию; 01{ был агентом тайной русской по­
лиции. Иудицо лобзацие! Но я Ilе собирался скры­
BaTbC!'j, я ехал J:Iапролом; на рРдИlJ:у, не выражая раскаяцья, ехал блудцый сын; оц мог там на что­
нибудь пригодиться -
или ему могла пригодиться на что-нибудь его родина. , Могла же жизнь начаться снова! Мце не было еще сорока лет. Я еду с легкой душой и легким багажом; все, что можно, оставлено в Риме. У меня нет почти никаких Документов,- но Европа, даже воюющая, еще не приучилась считать чеЛOl~ека приложением к его бу­
магам. Вообще же я и ищу приключен}!:й, обогащаю­
щих жизнь. Будет о нем рассказывать, будет о чем писать. СНОЕа оглядываюсь и СНOjза вспоминаю, что было мацо моментов в ЖИЗIЩ, память о которых я не ос­
вободиц БQI от лишнего груЗа, занеся их на белые ЛИGТJ,J бумаги. Не раз писал о столицах !30евавшей и нейтральной ЕвропЬ! в те злополучные ДН}!:, о Риме, оставленном без большого сожаленья, о печальном в те дни Париже, полном траура, молчаливом, по­
ЩlВленном и истощенном войной, о бодром И почти веселом Лондоне, хотя и затеМНЯIjшем уще свои ули­
цы ночью. Не страшен был переезд через Ламанш, не тронуты войной порты Southempton и другой, на­
звания которого я ;шать не мог, так как из Лондона мы ехали по Jiеизвестному назначению, в темном по­
е,Ще с завешанными окнами и из вагонов вышли прямо на мосткц парохода, отплывавшего в норвеж­
ский Берген. Опять водяной дом, Вi>Iшедший в море нрчью, спасате.ц\>ныIe пm;jса, разговоры полушепотом, как будто мог нас услышать нецриятель. Исполни­
лось мое давнее желание хоть проездом поаидать Норвегию, страну лесов и горных озер,- она пред­
стала перед нами в утренний ранний час, j3 полуту­
мане берегов и шхер, и путь через нее был щедрой оплатой за треВОЖ!lУЮ ночь; впрочем, ::)ту ночь я спал превосхоДно, отложив в сторону свой спасательный снаряд. Я не собирался тонуть, так как впереди было слишком много интересного, и поездка по Европе ока­
залась ПУСТЯI):ОМ. Осло звался тогда Христианией, серый скромный город, в котором я провел только сутки, но в Стокгольме я задержался на цеЛЫй ме­
сяц; я не настаивал на том, чтобы прямо с русской границы попасть в тюрьму, и реШI1JI использовать думские знакомства и влияте,ЛЬНОСТЬ моей газеты, чтобы на, краi\:ний случай подготовить себе если не своБОДНQIЙ j3ъезд в столицы, то продолжение путе­
шестщtЯ: на С130Й счет, без nрщЮЖатЫХ и без этапов, до TypyxaHcl):oro I):рая в Сибири, куда, l):aK я узнал, предполагалось сОf;:лать меня на пять лет. В самый ДЛИf\НЫЙ дj;нь 6 году Я был, наконец, в Хапаранде и Торнео, где солнце скрылось только i,a час и снова вьщлы,ло сонное и це ОТДОХf\ущuее. При его свете пожилой жандармс!{ий офицер писал протокол, пока я старался подружиться с его охотничьей собакой; он объявил мне, что получид телеграмму о моем пропуске до Петербурга. Это была большая и неожи­
данная удача, и, когда поезд, из-за меf\Я задержан­
ный на границе дольше обычного, ТРОНУ.'lся в путь, 62 я чувствовал себя именинником. Еще задержка в Бе­
лоострове, личный оБЫСI): в жандармской' комнате и рукоплескание моих соседей по вагону, когда я, руки в карманах, l3ерну.цся в l3arOH" а за мной" ниж­
НИЙ чин доставил и мои обысканные чемоДрны. Не­
смотря на эти задержки, чувствовалось, что россия уже не та, какой я ее оставил, и что в ее полицей­
ской машине нет прежней уверенности. дым отечества пахнул мне в лицо на Ij:еобычайно грязных улицах Петербурга,-
я отвь!к от России и сразу примечал 'ее недостатки. Мне был сладок и прия,тен ЭТОТ дым отечества. Неторопщшо, едва под­
стегивая лошадь, вез меня по улицам самыIй настоя­
щий русский ИЗj30ЗЧИК. ОН 6ез меня в дом знакомых, где меня ждали не без, волнения; но я не волно­
ваJIСЯ, так l):aK еще не понимал ясно, что случилось и куда я попал после долгой дороги, тянувшейся не то два месяца, не то все десять лет. В данную ми­
нуту я был свободен и мог назвать извОзчику любой адрес: остальное меня не занимало. В Петербурге сейчас белые ночи. Я не обязан БD.Jlьше ДУМCjть и говорить по-итальянски, и к первому встречному могу обратиться с вопросом на родном языке. Все это похоже на сказку, но дворник, который метет улицу, в его рваной и штопаной поцуформе, похож на рус­
ского МУЖИl):а. Я еду Щ\ Васильевский остров. Если все это действительно так, то ЖИ,ЩЬ делается очень занимательной. Петербург -
холодный и неприятныi\ ЧИНОВНИЧИЙ город, а вот Москву увидать хочется. Подхватив пишущую машинку, с которой я не .рас­
ставался, и небольшой чемодан, предоставив осталь­
ное заботам извозчика, я поднялся на второй этаж и ПОЗВОflИЛ. Поставив в тексте ,черточку на середине пути­
nel mezzo del cammin 1 -
это l):aK бы I):аменная тумба с отмеТI):ОЙ расстояния,-
я пью слабое и кисленью)е фраНЦУЗСl):ое вино, vln gris, которое предпочитаю тя­
желым и пьяным. ГОРОДОI): спит, натрудившись за ве­
сенний день. Глубокая ночь. К:ТО-ТО упомянул О Пе­
тербурге, если это мне не послышалось. Но Петер­
бурга в то время не было, был Петроград, как теперь Ленинград. Работа великого мастера, подписанная реставратором. Все это до удивительности н'е важно и не имеет значения. Спит французское тихое ме­
стеЧI):О, в котором минувшей весной был артиллерий­
ский бой, разбивший снарядом цамятник убитым в прошлую войну; можно поставить новый -
разом за обе войны, и это Эl):ономнее. Возможно, что именно здесь и закончатся мои странствия, хотя мое жела­
ние не TaI):OBO. «В середине пути нашей жизни я очу­
тился в дремучем лесу, так как прямая дорога была потеряна». К:огда в 1916 году я возвращался в Рос­
СИЮ,со мнqй, В ручном чемоданчике, были две ми­
ниатюрные книги: «Божественная комедия» данте и «Размышления» Марка Аврелия. Таможенный чинов­
ник, изображавший одновременно' и цензора, повер­
те,ц в руках один томик, не понял, осведомился и вер­
нул мне; ПОIj:адеялся, что к!lижки не страшные, не запрещенные, обе были в пергаменте и похожи на молитвенники. Я KOe-l):ак цитирую наизусть данте, язык которого мне ближе знаком, но Марк Аврелий писал, 1): сожалению, по-гречески; и однако римсиий 1 «Сер"едина пути» (с этих слов начинается в ориги­
нале о:БожеСТJ;jенная комедия» Данте).- П;шм. ред. императ{)pi ПОМОГ4iЛ ьще в зеМI:lЫХ щ:пытаниях, этот цyдpы~ и: урав~овеЦIецный стоик, впр~щем, не CTOД~­
уж даJI~Нj{Й родств.енщцс скепти:ческоГQ автора «ЭI<­
I},лезцаста.. «Есди страДанре неперено~цо, оно уби­
ц~еr; еслц тР! его выдержал, значит, оп,о переносицо», На !"теце, :грубо ощтукатурещщй и СИЛЬНQ закоцтe.nоЙ ц запылещiP~, ВЦClП' отрывной ка,nеlJдаРЬ, доску i{P-
торого Я расписал, ЗНаками зодиак,а, ОЦЯтЬ весца, но четвертью века позще. ~дeCb С() ЩЩЙ нет iцшги Дан­
те, !Цi аврмиевbtх сентенций; оба томцка пропали при одной ИЗ ЖИЗНЩIИЬjХ кат;'lСТРОф. Я цазываю ката­
строфами потерю того, что было б,пизко И дорог@; оБЫЧliQ для меня это кнцгц И непутевые, Ifичего дру­
ГИм не ГОВQРf1щие вещи и вещицы. Катастрофой же называется и другое, что трудно оБЪ!IСНИТj, и С,nОЖНО излагать. В городке, растянутом по течецию реки Ш:ilР, дО трех тыСЯч жителей; возраст его ~ много столетий, н.О он как вырос из деревни, так и QстаJlСя CJlHTbll\o1 с неlQ. Не з:щцо, дойду ли я Ц своец порести о }!<щ!нц дО рассказа о ТОМ, каКfjМИ ветрами занесло ltIeH!I СlQда. Городок спрятался в самом сердце Фраfi­
ции. И если мне в нем не ОЧЩiЬ УIQТНО, это не его вина. l(aI(: тргда, в БаJlТийскqм море, на цути ИЗ Ф~щ­
дЯllД.ии в t:эроцу, QOKOBa~ каЧl{а, головокружение, Ц кащется в тумане, ЦТО цароход стоит на f,iecTe. Или КЗ1< Mj{OГQ позще, Ц залцве Фищ:ком, в j<омцащПi са­
мых I\o1IiPHblX люд~й, изгнзfiных ИЗ ССс;Р писателей, фц')щсофов, университеТСIЦlХ профессоров с сеМ1!ЯМИ1~ и тоже туман инеизвестность jщереди. Зачем-то И за ЧТQ-ТР разрушещще жИ3llli, РЦЗl\o1еТЗFlнЫЙ рыт, кОТР­
рому пора бы уже стать пщюйныltl, и ужасная oCj{Q' мцна на душе от ЩЩХ этих «Цl;торцпескцх собwтцй», О KQTOPtilX буд,ут цщ:а1'l~ ТВ{lескопцчещшми С,1JОjiами, ни разу не эцглянув в ltIЩi:роскоq на бедм и rope(:Tf\ цщ:тра,lЦ1ВЩЦХ от нщ букашек. Весна стоит ХР{Iодная. Мне все-Все раЦIfО. я: не ув.ерен;. IJУЩНО Jlи еще р,у, MaT~, ВСПР!l{инаrь, рисать. Я. безмер'цо устаJl Щ' эЧ'Р\ }f{изненных цеРеГОНОВ, цодъеМОI\, спусков, путещест-· вий, Нi\коплений и ПQтерь, ВСТРеЧ и' РаЗЛУК, РТ Tyltl8-
нов, от воя цapOXOДHЫ~ и военцых (:ирен, от ци'сем, ОТ чужих несчастий, от qera часов, <::рывания кален­
дарню( ли~rОЧКОI\, от вечных зацисей жизненной прц­
хода-расходной книги. к,огда-нибудь ул~жется ли БQ­
ковая кач~а? я: не 11РОЩУ о минуточке, господин ца­
лач, я ЩОТНQ ее вам уступащ. Тогдашний' Петрогра,д показмся мне за9авным, н!) MH{lblM С!ilОВЙ не,лепщ:ть'Р. я: не име,n црава в HB\IoI жить, но уже' на ВТРРQЙ дець приезда сиде,'! в 1I}YD-
на,лИ~ТСКQЙ ложе Государственной думы и с,лушал ЦI;1<УСНQ построенные РЕЩИ депутатов, боязливо де­
лавщщ реВОЛIQЦИЮ, в которую не верили ни они, ни неуважавщее, их црщщтеJlЬСТВО. Но Ijсе-таки врйца сцутаJlа РОССЦЙСt<Yю полицеЙСi{Уff> СТРОЦf!ОСТЬ, я чуц­
СТIIQвал :ilTO Щ) себе; надо 14НРЙ 'вц(:е,п ЗаочНЫй IlРИ­
[QBqp l{ ссылке в JЮСТОЧf!У~ СиБИрq,~ это подтвер, ди,л l\iHe трварцщ министра BfiYTpeHHfIX дел, КРТОРОУО я УД~ВЩI чисто еВРРl1ейским телефонн~lVI ЗIЩfIКО14 и сообщ~нием о· моем приезде; в РРСС\1Ц :;)1'0 счцталос\> цеllо:цюлитеJ{Ь~ОЙ дерзостыQ. я: ПРРСИJl его принят!:! l\1еня и, приехаl3, цродиктовал ero д?кти,1!о разреW!10 телj,НУЮ бумащку на проезд в jVlOCi{BY; ОЦ удивленно подписаJl . ...:., Но Вы Ifе' имеет~ права жить в Москве, вас выщ.цет оттуда командующий вренным OKPYГOM.~ я: ц здесь не имеlQ права жить, одцако вы меня почему-то це ВЫСJ!али.~ Да, ЭТQ верно, цо случай доБРОВОЛQjiОГО ~ОЗljращеfIЦЯ эмигранта каксто не ире­
~y'~MQТp.eц; тогда ущ~ цоез~айте в MOCi\BY CKopee.~ я: . уеду сегодня же. а там УВИДИТСЯ.- Он соглаеился, и я понял почему: я был bce-тlj.КИ европейцем и кор­
респондентом крупной газеты, а Россия БЫJJа СОIQ3-
ницей великцх демократцй и де,пала ИII:f глазки. И вот, наконец, MocKB/I.: 1!iой настоящий родцой город; для многих РОДИнОЙ делается город их уни­
верситетского ПОсl3ящеНЩi; для меня сверх того Мо­
СЮ~1i БЫJlа городом посвящения реВОJIЮЦИОННОГО и первЬ!м этапом взрос,nой жизни. Здесь был разрушеu мой цервый оседлый быт, я создал себе третцЙ. раз-
рушив ВТОРQЙ в городе Вечном. . В редакции моей газеты (<<Русские Ведомости») сидели мудрые старцы. ОНИ сказа.nи мне: -
Вы давно Ifе жи,ли в России. ПоезЖайте ее (Iос~ютреть и не торопитесь о цей писатj,. Верuувцшсь, побываете и на фронте. И я поехал .. ВСJlед за мной exaJJ .приказ о моем задержании и высылке, но он никаj{ не мог меня до­
гнать. ИСЦОРТИJlась прлицейская мащина! Когда, оръехаlj весь север европейской России и побывав на западном фронте, я вернулся в Москву, приказ еще кочевал, потеряв мои следы. я: ycueJ! снять квартиру, прочно обосновlj.Тj,СЯ, писал, чиrал ДОК,JIады о евро­
пейских настроениях! оцять ПQСИЛьНО цомога,ц кры­
сам подтачивать сцищеflные устои, и только накануне революции догнал меня ПРИКlj.З, та!{ и РСТ;'lВfilИЙСЯ не-
3 ЫПОJlненным. Но мне хочется вспомнить, что ВСПОМНИТСЯ о ме­
сяцах, проведенных в дороге, о той россии. КОТОРУIQ «умом не понять» и «аршином не измерить». Как всякий поэт, Тютчев, конеч.НО, преувеличива­
ет: пространства России измерены, и умом ее понять М:ОЖflО. Но «стать» у нее действительно особенная, потому и не понимал ее до конца rюлупетербуржец­
ПОJlУИНОСТР анец, ПОJlУПОЭТ. ПОЛУЧИНОВIfИК, писацший иногда превосходные стихи на слабом русском язЫке. Давно изжив квасной патриотизм, я не боюсь порою хвастать и восхищаться РоссиеЙ-зеМJIеЙ. К сожале­
нию, ее всегда выдумывали, выдумывают и сейчас, выдумываю, вероятно, и я. Ее хотят представить себе целиком ~ а цеJlЫЮЙ России нет и никогда не было, она состоит из нагромождения земель, климатов, гор, равнин, народов, языков и КУJlЬТУР. Ее изображают медведем; с тем же успехом можно изобразить и бе­
лугой, снопом, жаворонком, винрградной лозой, почкой маJlахита. Из нее, многообразноя и языче­
ской, старательно выкраивали «матушку-Русь право­
славную», как сейчас хотят представить ее безбож­
ницей и КОМСОМОJlКОЙ. НеЛИКОJlепный базар ее племен маJlевали «народом-богоносцем»; ее строевой и мач­
товый лес расщепливали на палки хоругвей; ее щи­
рим прдра~али кучерской поддевкой и резным кру­
говым ковшом; ее Ваньку-дурака, хитрую, кряжи­
стую бестию, наряжали в театральный костюм Ивана Сусаuина или жаЛ9вали то uарским преСТОJlОМ, т,{) марксистской ортодоксальностью. Над искажением лика России fiемало поработали два замечательных русских КJlассика ~ Гоголь и Достоевский, !I не роди русская земля Льва ТОJlСТОУР, т.ак бр! нам и не ви­
дать ее подлинного лика. Едва Jlи не самое БОJlьшое несчастие России в том, что ею всегда упраВЛЯIQТ, хотя лучше всего она упраВJlялась бы сама, как саМа течет большая река, растет трава на заливном лугу, само светцт сощще, бе~ прмрщи электрических стан­
ций. Не знаlQ, ~aK это было бы~ но знаlО, как про-
63 исходило и ПРОИСХОДИТ ПРОТИБоположное и как на головы мудрых (не умных, не просвещенных, а от природы мудрых) напяливают дурацкие колпаки. Я очень люблю Россию,- ту, которую знаю,-
и это естественно для ее законнейшего сына,- но не ува­
жаю за ее ленивую волю: она позволяет кататься на своей вые каждому любителю верховой езды. Иногда, встав на дыбы, она опрокидывает' всадника -
и сей­
час же позволяет взнуздать себя. другому. Пожалуй, действительно медведь -
лучший ее образ: сила не­
обычайная и легкая приручаемость: кольцо в но­
здри -
и танцуй под любую музыку. Но просторы! Целый месяц я пробирался по се­
верным губерниям через заросли деревьев и Jlюдей; и люди и деревья были смолисты, корявы и ветвисты на один бок. С ними хорошо было и говорить, и мол­
чать, и думать не спеша -
и с людьми и с деревьями. После европейских балаганчиков и аккуратно загла­
женных на штанах складках -
деревянные просторы, армяки и татарские халаты, природная кривизна ли­
ний, по воле растущие бороды, великое разнообразие ТИПGВ, и уже если тупость -
так тупость, а если ум -
так свой собственный, не из книжки с картинками. Зеленый ковер, расшитый серебряными змеями рек. Нищая рвань на мешках с золотом. Главное -
нет этого душка плесени и мертвечинки, скопившейся тух­
лой истории, которая повсюду шибает в нос в Ев­
ропе. Родится человек, живет, дохнет и перегнивает на сельском кладбище по всем правилам естествен­
ной науки, без надгробий и некрологов, и кладбище всегда лесное, а не штукатуренное, гнить на нем при­
ятно. И города не на шахматной доске, а выросли из деревенской грибницы, сами назвали себя и свои улицы, найти в них никого невозможно, а спроси бабу -
укажет. Кому это -
беспорядок, но у меня от линованного порядка Европы были на глазах мозоли и на душе оскомина, я радовался нашей первобыт­
насти и нелепости нашей, в которой есть свой высший порядок, утвержденный природой, а не чиновничьей астролябией. Тут дело не в буколической поэзии и не в живописности, а в том, что цена цивилизации мне была уже знакома, и ра'довалась анархическая душа нашей неизмеримой «технической отсталости». Я тоже выдумал свою Россию, и мне казалось -
веро­
ятно, ошибался,- что эта Россия пойдет иными пу­
тями и к иным целям, естественно и просто, безо всяких миссионерских знаний, без кичливости, спо­
койным шагом. Никакого «нового слова» не скажет, а жить будет все-таки по-своему, во всяком случае­
пока это можно, пока и нас не захлестнет европей­
ская цивилизация и не сделает образцовым муравей­
ником. И я дышал как раньше никогда не дышал, до растяжения грудной клетки и сладкой боли. Но я видел не только это. Ведался больше с земскими местными людьми,-
и поражался их работе. Они де­
лали огромное дело, стесняясь его малости, вообра­
жая, что вот там, в Европах, где и руки не связаны, и средств больше, что только там работают по-на­
стоящему; они не подозревали, что подобное беско­
рыстие, преданность такую и такую веру ни в каких Европах не встретишь, разве как исключение, что ни один народный учитель не будет там работать в по­
добных условиях, ни один врач не станет объезжать на худой крестьянской лошаденке стоверстные окру­
ги, что они -
истинные подвижники и подлинные герои. Перед ними не было ни карьеры, ни чинов, ни материального благополучия, напротив -
полная уве-
64 ренность, tfTO так и пойдет вся жизнь в медвежьем углу, и хорошо, если раз в десять лет доведется по­
бывать если не в столицах, то хоть в губернском го­
роде на каком-нибудь агрономическом, учительском, врачебном съезде. И они все-таки успевали читать «толстый» журнал, осведомляться, что делается в этих самых просвещенных Европах, толкать свою науку и огорчаться, что так мало знают и так огра­
ничена область применения их сил: каких-нибудь де­
сять-двадцать тысяч гектаров креСТЬЯНСКGЙ земли, три сотни детских дифтеритов, пять-шесть школьных поколений, да помощь делу кустарному, да участие в кооперативном движении и уж, конечно, устройство в своем районе, общими средствами, нескольких хо­
рошо подобранных народных библиотек. Я побывал и в своем родном городе, в единствен­
ном, где показался себе совсем чужим. Там большой революционный мужик, миллионщик и инженер, по­
строил на свой счет университет с лабораториями и клиниками; на открытие этого университета я и при­
ехал. Этого миллионщика, дававшего и на просвеще­
ние, и на революцию большие деньги, что не мешало ему прижимать рабочих на своих приисках и копях,­
его, кажется, после прикончили. Забавные люди жили в России! Помню одного сибирского промышленника, .составившего себе огромный капита.'! на устройстве паровых мельниц. Туго набив мошну, он приехал в Москву, сошелся с революционерами, оттенки кото­
рых его не интересовали, и все деньги ухлопал на издательство легальных и нелегальных популярных книжек. Таких людей было не мало -
попробуй их понять! В Саратове я сдружился с культурнейшим европейцем, почему-то служившим секретарем в гу­
бернском земстве. Большой знаток и ценитель искус­
ства Востока и искусства жизни. Он угостил меня тончайшими винами и такими же фруктами, приве­
зенными то ли из Ташкента, то ли из Самарканда; никогда после я таких не видал и не едал. Он был образованнейшим человеком, барином и в то же вре­
мя демократом до мозга костей. Его дом был музеем искусства. Мы провели с ним ночь в' одной из тех бесед, на которые способны только русские; говорили о Париже, о Будде, о реках, о границах свободы личности, о Платоне, об Ивэт Гильбер, вятском зем­
стве и курганных раскопках. В революции он .принял самое близкое участие, _ но после Октября был не­
чаянно расстрелян: он был слишком ярок опереньем среди серых провинциальных птиц. Кама-
и Волга дали мне часы и дни наслажде­
НИЙ,-
я видел их тогда в последний раз в своей жиз­
НИ,- тогда бы нужно было вспоминать и писать о детстве и юности; нашлись бы настоящие слова и живые краски. Но мои чемоданы были набиты зем­
скими отчетами и статистическими сводками; газета требовала работы серьезной, на каждом этапе меня снабжали целыми библиотеками и подносили мне из­
делия местных кустарей: великолепные вещички ли­
того чугуна, крашеных ванек-встанек, берестовые бу­
раЧIШ, яркие деревянные ложки, горки уральских камней, евангелия из цельного куска соли, с.'!адкие пряники художественной работы, детские лапотки из лыка, яйца-писанки и прочие вещички, которые после рывали на международных выставках и прельщали европейскую публику. Но в то время Россия была еще только Россией -
простое имя, годное на все случаи, не отяжеленное нудной связью слов иност­
ранных и надуманных, не сокращенное в буквенный вывих языка. Она росла быстро и подземно, как толстый и прямой побег спаржи, одним стволом; потом она сломилась и от корней дала букет коря­
вых, но сильных кривуль; может быть, это лучше, я не знаю. И того, что случилось, уже никакая сила не переменит,- как не повернуть теченья Камы, но­
сившего когда-то и мою лодочку. В Москве меня спросили: . -
Ну, понравилась ли вам Россия? Я ответил: -
Лет бы двадцать свободных, чтобы изучить ее уголок. Понравилась, понравилась! Приехал иност­
ранцем, а теперь чувствую, что тутошний. Тутошним хотел бы и остаться. я со смущеньем приступаю к дальнеЙШl!М запи­
скам о жизни. О прошлом хорошо писать в спокой­
ствии настоящего, в легком от него уходе. Русский летописец живет в келье под елью, иностранец в баш­
не слоновой кости. Моя деревенская хибара стоит на берегу реки, разделившей две Франции, занятую не­
приятелем и свободную, и из-за реки доносится не­
мецкая речь. Это можно преодолеть, но нельзя во­
обще отвернуться от свершающейся истории, и мои записки легко могут превратиться в дневник. Я вернулся в Россию в день .1етнего солнцестоя­
ния, 22 июня 1916 года. Сегодня тот же день солнце­
стояния двадцатью пятью годами позже. В прошлом году, в те же дни, это местечко было занято с боя немцами; мы были здесь и прятались в лесочке на самой линии артиллерийского боя. Нынешним утром я вспомнил об этом, перечитывая раньше написан­
ные страницы, но' утром мы еще не знали, что в день летнего солнцестояния Россия вступила в новую войну. В день, когда распахивается дверь в будущее, в этот страшный и волнующий день, я пытаюсь думать только о прошлом. Может быть, это не так уж и трудно. Вглядываясь в собственную душу, вижу, как она утратила способность в полной мере отзываться не только на то, что называем «историческими собы­
тиями», но и на изгибы судеб моей родины, для ко­
торой сегодняшний день станет роковой датой. Это не эгоизм и, конечно,- не равнодушие; это -
крайняя усталость и как бы уход в потустороннее. да я и не знаю, чего желать России; она превратил ась для меня в символ, и уж не ощущаю ее живой. Я любил зем­
лю, но не в ее ясных границах. Земля останется, оста­
нется п русский язык, на котором я говорю и пишу. Исчезнет много людей,-
но с ними давно нет обще­
ния, и на смену им придут новые. Победительница или побежденная, раздвинув свои пределы или рас­
павшись на клочья, Россия останется для меня про­
шлым даже и в том невероятном случае, если я еще успею ее увидеть. Не все ли равно, что происходит сегодня и предстоит завтра, если дальше еще беско­
нечный ряд будущих дней не доступен нашему со­
знанию; где-нибудь нужно поставить межевой столб духовного своего имения. Так рассуждает ум, и сердце, закутавшись в за­
щитный покров, старается ему не возражать. Оно будет подсматривать в щелку, оно будет сдерживать свои биения, попытаться быть примером благоразу­
мия и выдержки. Если не всегда это ему удастся,­
его не осудят те, с кем оно билось когда-то соглас­
ным трепетом. Я деловито хмурю брови и продолжаю. у меня не было и нет никакой, собственности, кроме крошечного участка земли во Франции под Парижем, где разбит нашими руками сад, кажу­
щийся нам очаровательным. На участке я выстроил из тонких ство.10В спиленных деревьев избушку для хранения садовых орудий, а при избушке навес, чтобы укрыться от дождя. После милых людей это-
-
самое любимое из оставшегося в жизни. У меня были еще книги, которые я собирал годам!! и терял при очередных катастрофах; из иных последняя пережита совсем недавно, когда я и моя жена пришли пешком с железнодорожной станции маленького города в дру­
гой городок через неприятельскую линию, пронеся с собой чемоданчик с переменой белья, коробкой кон­
сервов и бутылкой чистой воды,- И это было всей нашей сохранившейся собственностью; все остальное погибло в Париже -
библиотека, архив, картины, вся обстановка нашего трудового уюта. Если бы мне при­
грозили сейчас лишением всех жизненных б:Iаг, я бы от души рассмеялся. Правда, я не могу читать и писать без очков и не люблю курить без дешевого вишневого мундштука, но в конце концов и это ли­
шение было бы не страшнее пережитых неоднократно. Что касается благ ИБЫХ, не материальных, шобви, дружбы, духовной связи с такими же бедняками и тружениками, каким всю жизнь был я, что каса­
ется моих дум, уверенностей, житейской философии, что касается поэзии, единственного полного распоря­
дителя и единственной подлинной цели жизни, то ведь этого отнять никто не может; с этим рождаются или этому приобшаются., и с этим уходят в бе~стра­
стие Великого Востока. Тому назад четверть века, в дни послеоктябрьского переворота в Л10скве, я за­
шел вечером навестить старую женщину, rшанистку, жившую в переулке близ Трубной площади, в не­
взрачном домике, где она обставила себе уютно квар­
тиру из двух комнат; одну из них почти целиком за­
нял рояль. Все, что она имела, было приобретено ее заработками -
уроками музыки. Однажды к ней при­
шли новые люди, строившие новую, счастливую жизнь J3 России, и забрали все ее имущество, не успев увез­
ти, за громоздкостью, то,']ько рояль, по обещав за ним вернуться; впрочем, ей оставили еще диван, на котором она спала, и два стула, да кое-что из посуды. Сна позвала меня провести с нею и ее близким дру­
ты, виолончелистом и композитором, в !vlocKBe очень изrзестным, последний музыкальный вечер. Вечер­
значило и ночь, так как нельзя было поздно выходить на улицу без опасения быть случайно подстреленным не то бандитами, не то пугливым постовым милицио­
нером. Смеясь, она рассказала, как все это произо­
шло. В сущности, они были славными парнями, эти усердные реквизиторы; они были вежливы и стара­
лись объяснить ей, как несознательному буржуаз­
ному элементу, почему ее лишают части материаль­
ных благ, необходимых пролетариату. Она не возра­
жала -
это БЫJ!() бесполезно, но не могла отказать себе в удоrзольствии ответить им, что самого ценного она им все-таки не отдаст -
и отдать не может, как и они не могут ее 5ТОГО лишить. «Самое ценное вот здесь,- она показала на лоб и на сердце: мой ум, ~IOИ знааия, мой музыкальный талант, и это оста­
нется при мне -
всегда и всюду при мне останется, что бы со мной ни сделали. ЕС,1И бы я сама захотела, eCJ1!'I бы согласилась, снизошла,- понимаете? -
сни­
зошла, пожаловала, я бы могла сделать вам подарок, сыграть что-нибудь, возвысить и вас, сколько воз­
можно, до себя, но я этого не сделаю, потому что 6S вы пользуетесь против меня силоЙ, а я rрубуlО силу презираю и ей никогда не уступлю. И вот вы забе­
рете все и уйдете такими же бедняками, какими сюда пришли, а я, )3сего лишившись, останусь такой же богатЬй,- вы понимаете меня?» Они выслушали, но не все поняли и сказали: «Инструмент пока у вас побудет на вашей ответственности, сейчас грузовика у нас нет, а только все равно заберем для рабочего клуба». Электрического света в Э1"От ден:ь не было. Я сидел на диване )3 пальто, подобрав ноги, так как квартмра была це топлена. В соседней комнате моя при~тельница аккомпанировала виолончели. В сущ­
ности это был могильнЫй склеп; в котором друзья­
покойники чествовали музыкой новоприбывшего в их среду. Не знаю, не помню, что они иtрали, в пере­
рывах согревая себя чаем, приготовленным на при­
мусе. Был декабрь, расстрелянная Москва спала, нервно вздрагивая, при стуках в дверь. История шест­
вовала в полном спокойствии,""": ей опасаться было нечего, она всегда права. Мы ни о чем не думали, и звуки у каждоГо преl3ращались в нужные и знакомые ему образы. Не правда, что тонущий человек за ми­
нуту успевает ПРОЖRТЬ целые прошедшие годы и ВСПОМНRТЬ В нйх самое ценное и дорогое. Я тонул ~B самой волшебной обстановке, 13 голубизне Среди­
земного моря у высокйх отвесных скал, у выхода из каприйского голубого грота, и я помню только одну несказанную фразу: «Так значит это и есть ... » -
и чу­
дом спасенный, я эту фразу повторял про себя. Му­
зыка выключила нас из жизни и погрузила в мисти­
ческую бездну, но никаких ясных мыслей не дала. Человек повертывается спиной к будущему, лицом кпрошлому, но не видит ни того, ни другого: образы проходят перед спящими глазами, м эти образы за­
кутаны однообразными покрывалами, их толпа беско­
нечна и беспрерывна. Мало-помалу все превращается в аккорд, в стройность, рожденную из хаоса, но НМ­
какая оценка не возможна. Под утро мы вышли с композитором, который, дрожа от холода, обнимал свою виолончель и прятал лицо в воротник шубенки. Я проводил его до дому и больше никогда не видал. Я тоже нес домоЙ сокровище, полную чашу, которую не хотел расплескать,-
идею романа, 13 котором ка­
кая-то роль будет отведена и моему спутнику. Но . только спустя три года, в казанской ссылке, были написаны его первые строки. В чужом городе Я окрестил свой первый большой роман именем одной из замечатеЛliНЫХ улиц города родного: сСивцев Вра-
жек». ' Но не слишком ли горделиво утверждать, что ни­
кто не может отнять наши духовные ценности? Так хочется думать и хочется воображать себя несокру­
шимой скалой, кряжистым стволом, который ни со­
гнуть, . ни СЛОA;lать не возможно. Вспоминая свои тюрьмы, ссылки, высылки, допросы, суды, всю исто­
риюнаси.'IИЙ и издевательств, каким можно подверг­
нуть человека мысли независимой, в сущности до­
вольно ленивого и не заслужившего такого внима­
НИЙ,- я не думаю, чтобы погреШИJI С.'Iабостью ИЛИ сдачей, илИ проЯIШЛ себя малодушным, или поrtы­
тался скрыть свои взгляды и смягчить участь сдел­
кой с совестью. Этого не было. Но душа все же опустошалась на' каждом этапе, воля все-таки над­
калыiалась,' и искривлялся жизненный путь, который я старался себе наметить, искривлялся не только внешне, но и внутренне. Мы н·ачинаем чистой и nроч­
ной верой, но до конца проносим только обрывки 66 знамен, которыми .!IОРОЖ!i~ ПО любовной памяти и потому, что меН1IТЬ их было бы поздно, да пожалуй и не на что. Так, например, я определяю свое отноше­
ние к русской реВQЛЮЦiШ, которой был участник6М. Я знаю, что нелепо дробить ее на части, одйу при­
знавая, другую отрицая или подвергая соМнеttию: революция последовательна и едина, и Февраль не· мыслим без Октября. Был неизбежен и был нужен полный социальный переворот, и совершиться он мог только в жестоких и кровавых формах. Я это знаю, и я принимаю это фатально, как принимают судьбу. но чувство не могло. никогда оправдать возврата к организованному насилью, к полному отказу от того, ЧТ!;> смягчало в наших глазах жестокость минут переворота,- отказу ot устаНОВ.'Iения гражданской свободы, осуществления основ натих мечтаний. Ме­
нять рабство на номе рабство -
этому не стоило отдавать всю жизнь. И неизбежность не может слу­
жить нравственным оправданием. Можно убить в пылу страсти, в самозащите, в отчаянном нападении, но холодное, расчетливое палачество внутает от­
вращение,- а нам предлагали им восхищаться и его в6спевать. Для меня· революция -
вечный протест, вечн~я борьба с насилиеМ над личностью, во всЯКИЙ момент, во всяком строе,-
и я не зову этим именем защиту позиций, занятых новыМи властителями. Ре­
волюция -
крушение, а не остановка и не строитель­
ство. Величайшая ересь мыслить ее «перманентной:' в смысле охраны и созидания нового государствен­
ного строя. Взявший власть -
уже враг революции, ее убийца, основоположник контрреволюции. Наша история это подтвердила; Все это я знаю, но знание не окрасит заново поблекшего знамени и не спасе1' от натиска противоречий; крах прежних дyxoBHых ценностей неизбежен. ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ """"'I"'I'II""'I""""'I'IIIIIIIII"'I'IIIIII'1111111111111111'" нто fEPDDHe в ffiilbE-
ffiD2flET, T!JI? 3а.метн:u о соврежl!UUо.м ~ .моJt~дежпо,м, двuжеuuu «, ~~ Андреи ~ IJ АНЧУГОВ . epEr'\~ ВМЕСТО ВСТУПЛЕНИЯ В детстве я, как " большинство моих сверстников, отчаянно бредил индейцами. Эх, как хотелось вскочить на полудикого коня и ловко, по-индейски завалившись на бок, помчаться по прерии, сжимая в руке винчестер или томагавк ... Примерно в шестом классе я понял, что индейцем мне никогда не стать. Красным конником или неуловимым мстителем -
тоже. В кино или книгах отважные мальчиш­
ки то и дело совершали подвиги, а нам лишь оставалось гонять на велосипедах по небольшому дворику. В школе -
та же история. На классных часах основ­
ная тема -
«В жизни всегда есть место подвигу», а на «Зарницу» бдительные учителя водили нас парами ... Дома вокруг не горели, в реке никто не Тону.ч, а до границы так далеко, что трудно разоблачить хотя бы одного шпиона. Лично я нисколько не сомневаюсь, что когда среди ,одноклассников началась эпидемия фарцовки,- не жажда денег заставляла их топтаться с «пластами» у магазина «Мелодия». Они тогда брали реванш за то, что не при­
шлось про мчаться с винчестером по прерии ... Не пришлось уходить от погони «бледнолицых» -
так хоть через забо­
ры уйти от погони оперотрядовцев ... Аире'К-тор илu nОЛ'К-О6'Н,U'К-?. Может быть -
нет, может быть-
да. На нашем месте должна б/;>IТЬ звезда. Ты чувствуешь сквозняк оттого, Что это место свободно. Реформа ШКОЛЫ сегодня стала неизбежной. И не столько «сверху», сколько «снизу». Нынешних школьников учить как прежде -
нельзя. Они смело спорят и ничего не принимают на веру -
требуют, чтобы их убедили, дока­
зали истину, а не заставляли вызубрить. Чтобы не навредить своему герою, я утаю номер школы и изменю его имя. К сьжалению, опыт говорит, что публикация подобных фактов зачастую приводит к последствиям, прямо ПРОТИВОПОЛОЖНЫМ желаемым. Итак, Костя в девятом классе очень увлекся литерату­
рой и историеИ. Причем больше всего он заинтересовался периодом культа личности, тем более что современная ли­
тература дает по этому вопросу куда б6льше фактов, чем учебник истории. Почти одновременно на парня обруши­
лись Шатров, Бек, Рыбаков, Гранин, Дудинцев -
есть от чего закружиться голове. Вопросов масса. К кому с ними идти? -
к учителям! , Но как, скажите на милость. мьлоденЬ!юй учительнице истории отвечать на вопросы ученика, если она сама учи­
лась по тем же учебникам? Можно, конеЧНо, честно при­
знаться, что у нее в голове тоже сумбур, и попытаться вместе разобраться; но молоденькая учительница посчита­
ла, что от признания своей некомпетентности она потеряет уtrительский престиж. Это во-первых. А во-вторых, при­
дется жертва,ваtь личным временем, последний факт ока­
зался решающим -
ребенок, работа, тетрадки и т. д .... Где уж тут по библиотекам ходить, журналы читать. Попробуй поспорить с умным видом о том, чего не знаешь ... И как всегда при подобных безвыходных положениях пошел в дело отработанный ход конем: «Ты мешаешь ве­
сти урок. Выйди немедленно из класса!:& Такая же ситуация сложилась у парня и на уроках литературы. А с математикой и физикой у Кости нелады еще с седьмого класса: его тянули на тройках, отчего он вконец запустил материал. Теперь, когда была затронута цеховая честь, тройки сменились двойками. Но все это были только цветочки. Ягодки начались, когда в борьбу со строптивым учеником включился дирек­
тор школы, заслуженный учитель республики. Поскольку Костин интерес уже превратился в иронию, существова­
ла и на этот случай отработанная тактика: раз мешаешь учителю вести урок -
значит, ты хулиган. А хулиганами у нас занимается милиция. Костя задавал свои «вопро­
сики», его вышибали с урока, а затем домой приходила повестка И3 милиции. На первый раз предупредили, за· тем поставили на учет ... Директору школы можно, пожалуй, выдать патент на социальное изобретение: он соединил органы народного образования с I1равоохраНlIтельными. Присвоить учителям звания (самому директору дать полковюiка), а школу опу­
тать колючей проволокой -
все дела. «ВопросИfШ зада­
ешь -
в карцер!» Я встречаJ1СЯ с Костей. Хороший, толковый парень, правда, немного нигилист. Но и тут ничего удивительно­
го нет, если принять во внимание, как он познавал инте­
ресующую его тему на практике. Удивительно другое: как он вообще веру в разумнрсть и справедливость не !Юте­
рял. Сейчас у Кости все нормально, с учета его сняли, он собирается получить аттестат и поступать в институт. Но на уроках больше не спорит, старается свое миение дер­
жать при себе. И главное -
не иметь никаких дел с мишшисй ... Можно недоумепать, почему в райотделе милиции так легко ПОШЛIf на поводу у директора. Но что тут такого, экстраьрдинарного? Спросите любого подростка, и он вам расскажет массу ис'Горий, \(ак Мшпщия активно включа­
ется в воспитательный процесс ... В городе Ишиме милиционер Астахов замеtил явное нарушение порядка в кафе «llIашлычное» -
у одного из посетителей была ... косичка! Непозволительно длинные волосы Петра Земляных сзади были перехвачены резинкой. На требование снять резинку нарушитель порядка ответил отказом -
наглое неподчинеЙие. После того как милицио­
нер сорвал-· резинку, Петр возмутижя и тем самыМ оскор­
бил представителя власти. А поскольку на столике у мо­
лодых людей стояло шампанское, сержант милиции пре-
проводил всех троих -
Петра Земляных, Галину и Сергея Дюгаевых -
в медвытрезвитель. Из показаний П. Земляных: «При спуске по лестнице шедший впереди Астахов ударил меня кулаком в лицо три-четыре раза. Когда я пришел в себя, то увидел на полу Галину, лицо которой было в крови, кровь сочилась из разбитой губы. Когда я стал помогать ей подняться, Астахов взял нас за волосы и ударил друг о друга голо­
вами ... » Молодые люди оказались строптивыми, за что и полу­
чили свое. Но, к великому удивлению сержанта Астахова, сразу после вытрезвителя пошли на медицинское освиде­
тельствование н подали в суд. Хоть и с большим трудом, но правда восторжествовала -
Иван Астахов был осужден на четыре года лишения свободы. Вот только; как сооб­
щает газета «Тюменский комсомолец», недавно Галину встретили на улнце два милиционера. «Как, ты еще жи­
вая?» -
удивились они. А ведь ребята читают про культ личности и про вре­
мена Гулага... И почему бы им не додуматься до того, что не в одном Сталине дело? Сколько таких вот ретивых исполнителей было на всех кругах ада культа личности ... Можно заблуждаться, но оставаться людьми, и были, конечио, и такие, что помогали, делали снисхождение. Но были и другие -
кто упивался даже маленькой властью, кто усердствовал в жестокости, кто находил упоение в том, чтобы унижать ... Может быть, как раз на этот вопрос искал ответа Костя: а сам-то он как бы поступал; а те люди, которые сейчас вокруг,- что они обо всем этом думают? Кем бы стал каждый в тех обстоятельствах? И что значило, и чего стоило -
остаться человеком_. «Во, nрu'ду;мал, а?.» Мирос.лав НЕМИРОВ, паик: -
Летом 1986 года, в поисках «где оскорбленному есть чувству уголок» я уехал в Уренгой, строить газо­
провод и зарабатывать миллион денег. Весной следующего года вернулся в Тюмень с целью «поддать жару». Мил­
лион так и не заработа.л. Основным моим занятием в Тю­
мени было подстрекание (народа) на всемирную рок-рево­
люцию и тотальное переустройство Вселенной на основе братства и любви. Как я стал рокером? Очень просто. Одному быть не сильно здорово, так? А кругом -
первая половина вось­
мидесятых... И тут я услышал -
это было в 8З-м, вес­
ной 'т' «Аквариум»: В этом городе должен быть кто-то живой. В этом городе должен быть кто-то еще. Я слышу голоса, они поют для меня ... В марте 85·го я совершенно случайно оказался на ле­
нинградском рок-фестивале. Ни на один концерт я попасть так и не смог, но активно тусовался. Гребенщиков пронз­
вел на меня очень большое впечатление. «Аквариум», вес­
на, город Ленинград и общее ощущение, что тут и сейчас происходит нечто небывалое, невиданное. Иная жизнь и берег дальний! Что тут сейчас осуществляется то, о чем мы даже думать себе не позволяли, не то что сказать это вслух: СВОБОДА, ТВОРЧЕСТВО, БРАТСТВО, ЛЮБО ВЫ Я и в самом деле обладаю талантом подстрекать лю­
дей. Вернулся тогда в Тюмень и сразу начал организовы­
вать рок-клуб. Стал даже его администратором. Был у меня тогда еженедельник -
такой гроссбух, в который я всякие дела записывал. И вот как-то приходит к нам в рок-лабораторию не­
кий молодой человек. -
Я,- говорит,- художник, зовут меня Авдей. Хочу оформить ваш рок-фестИваль. Вообще-то я рок не люблю, но помочь могу. Нужно будет только полотна какого-ни­
будь метров пятьсот да договориться С табачиой фабри-
68 коil (или с l(оидитерскоil, ялп со швейной), чтобы набрать у них всякие обрезки, отходы -
всякий, значит, не пач­
кающий мусор. -
Мусор-то тебе зачем? -
спрашиваю его. -
Как зачем? Ведь у вас же рок! Ты только пред-
ставь себе: приходят люди на концерт в ДК, а тут все чисто, сверкает, мраморные лестницы, кожаные диваны ... Ну, и результат: все сразу надувают щеки и изо всех сил стараются делать умный ВИд. Чинно сидят в зале, интел­
лигентно хлопают, потихоньку зевают... Вы этого хотите? Нет? Значит, надо завалить помещение мусором! Пред­
ставляешь, как классно -
приходят всякие девчонки, губки' бантиком, прически, шпильки, и бродят среди ящиков?! Во придумал, а? ... з аnроmоr:.олuровано ... Никто мне не поверит, Но, может, я взрослею И становлюсь, соответственно, толще, Ниже, глупей, а также бессовестней. Ведь раньше я был гораздо моложе, Раньше было совсем другое время ... 4:Наутuлус Помпилиус» Почему-то детство принято вспоминать с иронией. Вроде бы приглашаешь посмеяться вместе над тем, ка­
кнм ты был КОГД<t-ТО наивным и глупым. Наверное, ирония -
это бастион, глухая стена, которая зашищает тебя, сегодняшнего, от твоего же детства. Ведь есть что защищать? Если начать измерять сегодняшние достижения теми, детскими, мерками, то может оказаться, что ты неудачник. А как же? Великим путешественником не стал? Открытие, которое перевернуло бы весь мир, не совершил? Гениальную книгу тоже не иаписал. Нет уж, лучше добродушная ирония по отношению к своему детству и детским претензиям тех юнцов, которые собираются переустраивать Вселенную. А наиболее шумных переустраивателей следует отвести к участковому. Вот только, в конце концов, любая, пусть даже самая добродушная ирония оказывается путем бесперспективным. Как ни крути, а вера в друга была тогда самой сильной. Отношение к женщине -
самым светлым, когда ты впервые пригласил одноклассницу на танец, и настоящей любовью была только та -
первая. Суметь бы сегодня так любить и верить ... Все-таки инфантильность -
не такое уж ругательное слово. Вы не замечали, что инфантильными мы стали назы­
вать не только тех, кто чуть ли не до пенсии сидит на ро­
дительской шее, но и тех, кто продолжает любить и верить, несмотря на то, что он уже вышел из детского возраста? ... Это так просто -
сочинять песни. Но я уже не хочу быть поэтом. Это так просто, я хочу быть­
Bcero ЛИШЬ ... -
поет группа «Наутилус». Чувствуете, в какой угол загнали МOJюдежь? Вот уже и они не хотят быть поэтами. Впрочем, я не 'Верю, что Слава Бутусов совершенно искренне поет эту песню, Правда, сегодня группа «Наути­
лус Помпилиус» на волне и входит в десятку сильнейших. Так что опасность перестать быть поэтами у них очень велика. Пережив годы подполья, доморощенный советский рок стоит сейчас у края пропасти. То, чего не могли сделать отделы культуры, в короткий срок успешно завершает ее величество Коммерция. Радио и телевизионные програм­
мы буквально ломятся от кричащей, гремящей и визжашей пошлости:-
Сквозь стену запретов рок прошел по эстафете -
от магнитофона к магнитофону. Теперь картина иная: сред-
с1'13а массовой информации 110вернулись к советскому року '!шцом, протянув К нему сразу две руки -
бьющую и бе­
рущую. Сначала берущая рука тщательно просеивает все магнитофонные альбомы, отбирая то, что соответствует понятню «кассовый». Затем рука бьющая громит молодеж­
ную музыку за пошлость и асоциальность. Между тем сегодняшние магнитофонные лидеры как Р6З и завоевали популярность в результате повышенного интереса к социальным проблемам. Значит, ПРaJ~ая рука не ведает того, что творит левая? Громить-то надо не самодеятельные группы, а музыкальную редактуру ... Алек­
сандр Градский с интонациями старого доброго зазывалы раз в неделю выкрикивает названия групп, получивших высокие места в отечественном хит-параде: «По-прежнему высоко держится свердловекая группа «Наутилус Помпи­
лиус»! Ее по праву называют открытием сезона! А сейчас послушайте песню в исполнении группы «Рондо»! .. » Да, песни «Наутилуса» пока еще трудно услышать по радио. Видимо, держатся ребята. Хотя, я уверен, они сегодня стоят перед жестоким выбором: «Хотите денег, концертов, славы? Пожалуйста! Только перестаньте быть поэтами. Забудьте идеалы, и мы вас сделаем идоламиl» А идолы сегодня в цене (я имею в виду рок-идолов). Дети всегда стараются как можно раньше повзрослеть. И им кажется, 'ITO дЛЯ этого не обязательно быть похо­
жими на отцов. А между тем повторяют все ошибки отцов и болеют теми же болячками ... Передо мной лежит очень интересный документ -
«Протоколы заседаний неформального объединения люби­
телей тяжелого металла». Можете себе представить? С од­
ной стороны -
«металлисты», самое эпатирующее, самое ниспровергающее, звеtl:ящее цепями молодежное направле­
ние, с другой -
«протоколы заседаний», кошыарный символ бюрократизыа ... Как-то не укладывается в голове картина: рука в за­
шипованной перчатке тщательно выводит: «На заседании был заслушан доклад ... » Но все именно так: и шипы, и цепи, и «заслушан доклад». Можно подуыать, что это один из парадоксов перест­
ройки комсомола. Но нет -
сказано же: объединение «ые-_ таллистов» -
это самое что ни на есть «неформальное». На учете нигде не состоят, собираются в подвале, слуша­
ют музыку. За'lем же им-то все эти бюрократические за-
машки?! -
. Я не пересгаю удивляться. Мы тоже слушали музыку и тоже не могли найти себе места, кроме подвалов. И компании у нас были. Не было только тяги обязатель­
но навесить на себя и на других ярлыки: мы -
«пан­
ки», вы -
«металлисты», а они -
«фанаты». Виктор Uой поет: «Перемен мы ждем, перемен». Так 'ITO же, это и есть те «перемены»? Боюсь, что да. Юные нигилисты водружают на флаг музыку -
чаше ту, что больше раздражает их отцов. «Вам не нравится? А нам нравится! Потому что мы другие!» И после столь объемного, программного заявления идут дорожкой, тысячу раз топтанной. «Мы не хотим жить так, как живете ВЫ»,- заявил на том памятном за­
седании в подвале бряцающий цепями «революционер». И секретарь с, оранжевым гребешком занес его слова в протокол .... т о, 'Что становится смешным, перестает быть опасным Сергей ,ЛУКЛШИН, рок-группа «Водопад»: -
Первые раскаты грома донеслись до нас в образе знакомого верхотурского обэхээсэсника-меломана, который конфиденциально сообщил, что «Водопад» ходит на Шува­
кише (свердловская барахолка), И' хорошо ходит -
30 рэ катушка. в воздухе пахло грозой. Оца налетела стремительно. Новый первый секретарь райкома комсомола Павел Тренихин, озабоченный перест­
ройкой, страстно искал новых форм работы с верхотур­
скими оболтусами. Эти трудные мысли rtривели его в один из отделов Свердловского обкома комсомола. -
Мы бедные, сермяжные, неперспективные! -
взмо­
.лился Паша.- Дайте нам рок-команду на районное ме­
роприятие! Обкомовский товариш, курирующий рок, внимательно разглядывал Пашу: ' -
Слушай, ты чего дурака из себя строишь? Тут весь Свердловск на ушах ходит из-за какого-то ,верхотурского «Водопада», а ты, здрасьте-пожалуйста, на бедность жа­
луешься! Обескураженный Паша прямо с электрички полетел в районный Дом культуры ... Это бьmа самая большая удача верхотурского комсо­
мола со времен декабристского восстания. К черту конспирацию! К черту подполье! Трепещите, аппаратчики, это идет «Водопад» имени Вахтанга Кика-
бидзе! ' И вот ежевечерне, с 19.00 до часу ночи, дымились «Караты» и «Электроники». Сильно мешали разные дев­
чонки, шпана, зав. отделом культуры и работники райкома ВЛКСМ. В час ночи вывалнвались очумевшие и восьми­
километровой прогулкой пытались проветрить головы. Гос­
поди, кто т~лько не сотрудни.чал с «Водопадом» В то время! Брат Юрки Радисева, две десятиклассницы, Серега Лумпов, залетный шабашник и местный бард Дулевич. По вечерам у кинобудки, где до одури репетировали, соби­
рались кучки любопытствующих. К первому августа магнитофонный альбом сПанк­
съезд» был закончен. Была создана довольно хлесткая карикатура на этот нелепый мирок горлопанов, большинст­
во из которых понятия не имели, что им надо в этом мире. Давным-давно известно, что первым же ветерком жизни без мамы с них напрочь сдует все эти дурацкие регалии, и остаток своих дней они посвятят борьбе с женой и погоне за «бабками», тряпками и прочей дрянью. . При этом «Водопад» показывает, что большинство этих «свирепых» панков и «металлистов» всего лишь обык­
новенные пацаны, играющие в свои странные игры лишь потому, что эти занятия' до недавних пор были гораздо интереснее. Герои «Водопада» не были страшными. Видимо, возражая этой тенденции, Николай Грахов, през'идент свердловского рок-клуба, позднее сказад: «Пло­
хо вы еще этих панков знаете!» Да, это так. Но речь-то прежде всего идет не об убежденных идеологах ДВffжения, разЬчарованных до аб­
сурда, а о тех желторотых, которые тянутся к ним, при­
влеченные яркой атриБУ1ИКОЙ и внешней независимостью. «То, что становится смешным, перестает быть опасным». А если этот смех окрашен еще состраданием, то это уже не смех, а дружеская рука, протянутая пацанам. И с этой точки зрения «Водопад» со своим «Панк-съездом» проделал работу за целый аппарат комитета комсомола. Если не *,иря'К, -
зна'Чит, Когда наступит время оправданий. Что я скажу тебе? Что я не видел смысла делать плохо, И я не видел шансов сделать лучше._ f!AKBapUYM» Бывают, такие упорные дети, которые никак не хотят исправляться. Когда их ставят в угол, они стоят и стоят там, не желая произнести одну-единственную фразу: «Я больше не буду!» 69 БОJJьше Toro; наступает момент, коrда ЭТI!М врелным детям начинает даже нравиться. стоять в УI'ЛУ. Проходит озлобление, и они вдруг замечают, что в углу вовсе не­
плохо -
никто не мешает, не дергает, не заставляет де­
лать что-то такое, что тебе не по душе. Вот только скучно ... Но и это до Тех пор, пока не по­
нял, что кроме окружающеrо мира существует еще и дру­
гой -
таинственный и не менее интересный, твой личньiii, внутренний мир. «Начинай делать революцию там, где стоишЬJ>,- пер­
вая заповедь, которую я услыша.1 от тюменских митьк6в. Впрочем, сначала следует объяснить, кто такие мить-
кЙ. Слухов на их счет в молодежной среде ходит много. Митьки -'-
это русские народные хиппи ... .Митьки ходят В рванье, много пьют ... Митьки -
монахи: алкоголь и женщины их не инте­
ресуют ... Митьки ходят в тельняшках, матросских брюках и с октябрятскими звездочками на шапках ... Митьки -
это люди, уставшие от жизни ... Митьки -
это ,1ЮДИ, которые хотят наконец начать жить полной жизнью ... Митьки ПЬЯНIЩЫ... Митьки трезвенники... Кретины ... Умнейшие ребята ... Неудивительно, что, узнав о появлении митьков в Тю­
мени, я побежал за билетами на поезд. Кстати, никаких тельняшек, рванья, лаптей и прочих якобы обязательных рега,тий я не увидел. Так что -
ника­
кой экзотики. Митьки деЙСТВИГeJIЬНО равнодушны к одеж­
де, но это равнодушие не ПОК'lзное: нравится тебе хоДнть в телогрейке и болотных сапоtах -
ну и ходи себе; лю­
бишь одеться Щtголем -
одеваЙся. Главное, чтобы одежда не стала лля тебя смыслом жизни. -
Звачит, ТЗК,- начал объяснять мне мироустройст­
во ({I1О-МИТЬКОВСКИ» Слава БаКУJIИI!.- Существуют на све­
те жнряки и братишки" Если ты не жиряк и не стремишь­
ся им стать, то ты митёк и, стало быть, братишка нам. Вот и вся премудрасть. Не подумайте только, что митьки _. примитивные ребята. У них «в братищках» зна­
чатся и АристотеJ1Ь. и Писарев, и Достоевский ... Попробую объяснить, как я сам понял суть «митьков­
ства». Окружа!GЩНЙ мир (не умозрительно, а на ЛИЧНОМ опыте) видится ИМ жестоким. Но в отличие от настроен­
ных нигилистически «металлистов» И панков их не устра­
ивает позиция обличителей социального зла. Они хотят созидать. Но -
что И как? Митьки рещйли сохранить самих себя. Г,1авное -
не стать жиряком! «Ты вилишь зло ~ важно, чтобы ТБОЯ душа не стала от этого черной». Со­
хранить в себе веру, доброту и тягу к творчеству -
вот главная задача митьков. А Д,1Я этого не надо дать друг другу озлобиться. Что­
бы остаВ3.nась вера, необходимы рядом настоящие друзья. Вот еще одна, тоже главная ~адача -
быть вериым, су­
меть в люрую минуту помочь братишке. Поэтому IJХ сравнивают с хиппи. Вспомните лозунг «Любовь спасет мир». Но. митьки не хиппи. Они не наде­
ются спасти lvIVp. Они пытаются спасти себя. А может быть, спас:ая с{Обя -
спасут и мир. «( Н аооело nооои1f,о'ч/ке! » Оксана ВАСИЛЬЕВА, миtёк: -
Бывает, что и митьковскай ласковость -
пока зное или ·просто игра. А на само.м деле мы Действительно про­
сто очень любим друг друга. у меия апатия была, кризис жуткий. Я работала на заводе, друзей тем не менее -
никого. Потом еще несчастье произошло -
у меня погибла единственная подружка Лен­
ка ... Очень-очень пло.хо. было, жить не хотелось. По. утрам просыпалась с о.дноЙ мыслью: «Господи, зачем?!> А когда мы познаКОll1ИЛИСЬ, замечательно. стало. жить! 70 Мне не нраВI!ТСЯ, ЧТо все -
митьки да митьки... Вот вы узнали, что есть такие ми'I'ьки,- приехали. А е<:ли бы мы, скажем, не назвали себя, а просто существовали­
Слава Бакулин, Оксана, Оля Трофимова, ВОЛОДII Медне­
дев,-.ВЬ! бы приехал!!? Да никто бы даже не подозревал, что мы на свете существуем! .. Это тенденция такая -
молодежи надо как-то закре­
питься, заявить о себе. «АГ:1, IIвление! Ara, МИТЬКИ!1-
будто щар такой огромный. А потом, кЬгда начинают ин­
тересоваться,ТО оказывается, что внутри этого шара есть какие-то лабиринты, сложности ... Мы и раньш~ были между собою братки. Просто. не знали, что мы братки. Ко.гда, скажем, GJJaBKe IiЛОХО, он звонит: «Ой, сестренка, тоскливо., приезжай!» У всех бы­
вают сложности в жизни, а 80Т у всех ЛIi есть кому по­
звонить? Тяжело народу жить. Я не знаю, то ли это бол\!знь всеобщая, то ли какой-то психоз? Человек не может себе места найти. Надоело поодиночке существоваты Ну, ри­
суешь себе картины, помираещь с ТОСIШ. Картинки-то, мо­
жет, и хорошие получаются, но хочется общения какого­
то. Были у нас выставки. Только все наши попытки взбод­
рить как-то публику, в шок привести, а то она спит и ии­
чего не видит,- все это заканчивалось ШIачевно. Доходило даже дс? скаНДЫlа. Я ПРИllципиаJIЫЮ забрала все свои ра­
боты, потому ЧТО большинство делает лажу; и это боjJЬ­
шинство почему-та имеет склонность руководить. Мы что-то ТIытаемся делать; и пусть нас как угодно называют. Мне все равно -
митёк я или не митёк. Я че­
лов~к, я живу И мне хочется что·то делать. достоевский в «Дне,вниках писателя» рассуждает о самоубийстве и приводит такой пример: две девушки по­
кончиди с собой. Одна, дочь зиаменитого писателя, эми~ грировала и там, на Западе, от тоски, от одиночества или еще от чего пропитала вату хлороформом и вдохнула. Пе­
ред этим она оставила записку: если я нечаянно проснусь, то встретьте мое появление на этот свет Клико.. Игра ка­
кая-то с жизнью и смертью! А второй случай ~ девушка выпрыгнула ИЗ окна с иконой на груди. Понимаете? Из-за чего человек умирает? Из-за того, что он пустой, ил!! из-за того, что вокруг пустота и нико­
му не нужна его духовная наполненность? То, что делается в Тюмени,-это, я считаю, пустота. Даже родители нас не понимают. У одной девочки мама' работы увезла на дачу вместо ПОJIОВИКОВ. Я работы дома пыталась повесить, а родителям надо, чтобы там ковер висел. Главное, чтобы человеК был сыт, одет, обут, и это подав.1яет. Протест какой-то возникает против пустоты. И KaKa~ разница, как иас называют? Ну, митьками­
так митьками. Суть не в этам. Суть в том, что ты дела­
ешь, как делаешь и вообще -
зачем живешь. с oxpa1tu свое лицо Мне уже скоро за тридцать -
CaJ.toe время мечтать: О далегшх мирах, О волшебных дарах, Что когда-нибудь под ноги J.tfte упадут, О бескрайних морях, Об открытых дверях, За которы;.!и верят, и любят, и ждут меня ... «Зодчие> ... Митьки, рокеры, паики, «мета.1ЛИСТЫ>, люберы, фа­
наты, телогреечники -
это то, что вспоминается с ходу. Теперь сделаеМ усилие: хайлайфисты, пацифисты, новые хиппи, вол новики, брейкеры, попперы ... Можно уже стано­
виться коллекционером. Но в к~коЙ·то момент это зl'lшгrие tеряет смысл. Если откровенно, то все молодежные группы делятся на два лагеря. Может быть, я ошибаюсь, но мне кажется, что критерием этого деления является усталость. Суть в том, махнул или не махнул ты рукой ... Молодежь активно ищет идеалы. Не отвлеченные, не абстрактные -
способные наполнить жизнь не словами, а делом. Ради чего жить? Когда ответишь на этот вопрос­
сама собой решится проблема: как жить. Вот та застава, у которой река молодежной жизни делится на два рукава. Для старших· они как близнецы: этот в цепях, с крашеным гребешком, и этот в цепях, с i крашеным гребешком ... Но если первый ищет ответ на во­
прос: «Как жить?», то второй, устав от поисков, заменил идеал идолом: «Буду жить ради «металла». Или: «Буду жить ради футбольной комаlщы». Или: «Вуду жить ради группы «Секрет». Это ТО,' что разделяет молодежь. Объединяет же­
стремление быть вместе, рядом. Сегодня опять всплывает и наполняется новым, конкретным содержанием мечта на­
шиx дедов, родившаяся в семнадцатом и погибшая в два с дцать девятом -
мечта о коммуне. И многие сегодняшние «неформ:ашки» -
это маленькие коммуиы. А вот заявка посерьезнее. Я читаю «Положение О производственно-жилом комп­
лексе в. сельской местности»: « ... комплекс представляет со­
бой небольшое экспериментальное автономное поселение, разумно сочетающее индивидуа.%ное и коллективное по­
требление, постепенно вводяпринцип общности иМущест­
ва». Вы думаете, это архивный документ?! Ничуть не бы­
ваJlО! «ПОJlOжение» написано в 1987 году. « ... Производст­
венно-жилой комплекс имеет полную юридичеекую и эко­
НQ1.шческую самостоятельность на принп:ипах хозрасчеtа, самоокупаемости и самофинансирования». Что же это как не коммуна? Конечно же, не попперы и не брейкеры пытаются сей­
час построить коммуну в Пермской области. Строят те, кто «БОj]ел» биттлами в конце шестидесятых, «хипповал» в семидесятых, пытался устроить спокойную жизнь и сде­
лать карьеру в начале восьмидесятых. Нет, мое поколение все еще принадлежит к славному племени молодых! Все­
то нас волнует, ни от чего не хотим оставаться в сторо­
не ... Например, проблемы мясного животноводства. Оказы­
вается, в нашей стране оно развито очень слабо. На мясо забиваются либо бычки (а у них мясо жесткое), либо дой­
ные коровы. Между тем существуют специальные мясные породы крупного рогатоt6 ската. Когда на Алтае стали создавать заповедник генофонда животных, дирекция закупила таких коров. Порода называется «ГD.(ювеи:.. За небольшой про­
межуток времени эти коровы набирают до тонны весом, а качество МЯса! .. Да только мало напоминают головеи наших родных буренок. Мощные, с большими рогами, они держатся ста­
дом и имеют очень плохой характер -
злые неимоверно. Чтобы как-то окупить затраченную валюту, дирекция заповедника передала стадо головеев местному колхозу. Импортным КОРОJЗaм пришлась по душе сибирская травка, и вскоре стадо заметно увеличилось. Пришла пора сда­
вать мясо. Колхозники на своих кобыленках поехали уп'равляться со стадом. Вот тут-то головеи и показали свой буржуаз..l ный нрав! .. Колхозное воинство было наголову разбито, а поляна залита лошадиной кровью. Не потехи ради, ока­
зывается, американские ковбои показывают свою ловкость на родео ... Без сноровки с такими коровами не справиться. Ситуация складывалась критическая: по району гуляет неуправляемое стадо диких к6ров, справиться с ними ни­
кто не может. Даже самые отчаянные головы предпочита­
ли не выходить на эту «корриду». ПОПОЛЗJlИ даже слухи, что для помощи животноводам будут вызванш автомат­
чики ... В это тяжелое время в кабинет председателя райис­
полкома явились молодые люди в затертых джинсах и с длинными, ДО ПJlE'Ч волосами. Представи.ryись ~ндеаниста. МИ», то есть поклонниками философии североамерикан­
ских индейцев, и предложили свою помощь в укрощении диких и страшных коров. Трудно было поверить, I1ТО эти «волосатики» что-то смоtут сделать. Но, говорят, утопающий за соломин/{у хва­
taeTC!I. Председатель махну.п рукой и произнес: «Делайте, чtо хотиtеl!> Последователи индейской философии под дружный смех колхозников обрядились в кожаные штаны с бахро­
мой и в перья, достали лассо ... Финал такой: сегодня группа молодых людей в 15-
20 человек дает солидный процент в план района по сда­
че мяса, причем мяса высшего сорта. Районное начальство скрипит зубами, но терпит этих непонятных «индейцев»: еще бы, в кои годы перестал ходить район в должниках! ... Если свернуть с Чуйского тракта, то через несколько километров лесной дороги откроется удивительная KapТlI­
на: стоит среди глухой сибирской тайги настоящее индей­
ское поселение. Летом ребята живут в «типи» (разновид­
иость вигвама), зимой перебираются в восстановленную своими сиJlами заброшенную деревеньkу. Есть среди этих ребят скульпторыI' художники, инже­
неры, слесарь шестоtо разряда и даже бывшая стюардес­
са междуна родиых авиалиний. Много было в их жизни удач и неудач, но все брошено ради этого житья в тайге, здоровой работы, дружеской атмосферы и крепких детей. Они собрали в деревеньке прекрасную библиотеку. Спорят, думают, творят. Чего еще желать? Вот только «индейским детям» туго приходится в ме­
стной школе -
слишком развиты они, HeKotopble на не­
скольких языках читают. Учителя их не Jlюбят. Да и ро­
дителям временами приходится не сладко -
ведь как бель­
мо на глазу в обычном, ничем не выделяющемся раЙоне._ Какие могут быть у нас индейцы?! Абсурд! .. А для жителей поселения время компромиссов уже прошло. Слишком многим пришлось бы им пожертвова ть, если бы они только понуро ВЫПОJlНЯЛИ все предписания !I не отстаивали бы ·свЬю автономию, со всем соглашаясь. Они, например, отказЫваются вести бухгалтерскую ведо­
мость: «МЫ дело делаем, а если вам бумажки нужны, то сами их и пишите». Но ведь работа выполняется, платить за нее надо ... Что поделаешь, приходится кодхозному на­
чальству раз в месяц засылать на «враждебную террито­
рию» бухгалтера. Что касается индейской философии, которая больше всего пугает ранонное начальство, то самая «страшная» суть ее заключеНа в ПОГОJ30рке: "Индейские старики самые красивые в мире, потому что за всю жизнь у них было только одно лицо!~ ВМЕСТО 3АКЛЮЧЕНИ;J ...Историю о сибирских индейцах рассказал мне один знакомый режиссер. Я задумался: а сколько лиц у меня было с тех пор. как в шестом, примерно, классе я понял, что индейцем мне никогда не стать? Сколько лиц у меня сейчас -
дома, на работе, среди друзей, перед начальст­
вом или когда я один? .. Какое из них деЙСТвительно мое? Если мой знакомый кинорежиссер рассказал все пра­
вильно, а я правильно понял -
то, пожалуй, я тоже хочу быть индейцем. Это самое главное сегодня -
сохранить свое лицо. В подвалах и на чердаках, в аудиториях и классных комнатах, в квартирах и актовЫх залах, с пеной у рта, до хрипоты спорят рокеры с брейкерами, панки с «металли­
стами». И пусть сегодня они tоворят одно, а завтра будут утверждать совсем обратное. Пока они искренни в поис­
ках, они не теряют своего лица. Только не пришлось бы им потом мучительно вспоминать -
какое же оно было?_ «Перемен мы ждем, перемен ... » -
поет Виктор ЦоЙ. 11111111111111111I111I11I11111111111 ******************** t{HENiJ5IffifJRblJ.1 из==== Наталья МАКСИМОВА Июнь прошлого года. Тюмень. Первый Всесоюз­
ный фестиваль «альтернативной и леворадикальной» музыки. Я оказалась среди панков: какофония зву­
ков экстравагантный вид. Семейные трусы до колен с лампасами и портупеей на боку у солиста новосибир­
ской группы «Путти». Местная «Культурная револю­
ция» обещает показать всем «кузькину мать». Казан­
ская «Тина» пытается во время своих выступлений сделать из микрофонов железное месиво. Чувствую, как мои восклицательные эмоции постепенно меня­
ются на многоточия. Интересно, конечно ... Но ... Что­
ТО Я немного устала ... Странные звуки заставили меня перестать клевать носом. На сцене музыканты играют кто на чем: флей­
ты, рожки, колокольчики, дудочки, детские гармошки и барабаны, трещотки, разные сопелки-шумелки-сви­
стелки-пыхтелки ... Водят хороводы, притопывают, хло­
пают в ладоши, дарят зрителям какие-то картинки (похоже, они нарисованы на дереве -
из зала не разглядеть). А на фоне всего этого бородатый муж­
чина в костюме не то шута, не то скомороха нараспев читает: Кому живется весело, вольготно на Руси? l'AHe живется весело, вольготно на Руси, Тебе живется весело, вольготно на Руси, Ему живется весело, вольготно на Руси ... Такого огромного, дружного, магнитом тянущего к себе зрителя сборища я еще нигде не видела. Так я впервые познакомил ась со свердловским народным обществом «Картиннию>. Вообще-то я совсем не умею рисовать и тем не менее схватила досочку. как хватается за нее уто­
пающий. Кисточка слишком толстовата. С важным видом меняю ее на огрызок с торчащими тремя во­
лосками и придвигаю поближе. краски. Что бы такое изобразить? Вот крыша дома. А на ней -
кот, по­
чему-то голубой (может, это при луне так). Кот на удивление симпатичный выходит. Мое напряжение вроде бы спало, и я уже могу нормально общаться. Рядом со мной -
незнакомые люди. Переговарива­
ются, шутят, подтрунивают над кем-то из знакомых. Сидят себе, рисуют на досочках картинки и -
обра­
зуют общество «Картинник». Про меня словно за­
были. Ну и слава богу, потому что мои первые шаги в тесном подвальчике дома на ул. Толмачева, 5 хо' зяин Б. У. Кашкин встретил с подозрением: «Гово­
ришь, писать про нас пришла... Ишь ты, писать ... А зачем? На факультете журналистики учишься? Ну и что? .. » И внезапно оживился: «А Свету iVlальцеву знаешь? Она в этом году закончила университет и уехала по распределению. Сначала тоже пришла про нас писать. А потом рисовать стала, выступала вме­
сте с нами ... Да, такой Светы у нас больше не будет. Нет, не надо нам никого!» Ну, знаете! Кашкин, он же Евгений Михайлович Малахин, еще немного поворчал и суну.!] мне в руки досоч_ку: «Рисуй! Посмотрим, какая из тебя рисо­
вальщица». Так родился на свет мой голубой кот. Малахин заглянул через плечо и радостно-заинтере­
сованно запричита,lI: -
Вовчик, посмотри-ка, на твой сюжет похоже. Просто второй Бегемот! Оказывается, когда-то Вовчик (очень медлитель­
ный, в меру упитаннь!й мужчина в расцвете сил. Носит длинные волосы и говорит вполголоса. Поэт, художник. Псевдоним -
Вобло) нарисовал булгаков­
ского кота и во время выступлений оставил его на память в киевском музее автора «Мастера и Мар­
гариты». И доселе «кошачья» Te'via как-то не повто­
рялась. Какую бы тебе надпись придумать? ~- Я сама придумаю. -
Нет уж, здесь все стишки к картинкам сочи­
НЯЮ Я. Пиши вот что: «Кошек вовсе нет на свете, даже очень голуБЕХ). Здорово, а? -
Малахин по­
кряхтел от удовольствия. «Тиран»,- подумала я. И стала выводить его со,ова на досочке. Общество «Картинник» -
это динамичные неор­
динарные сборища. Одни люди приходят сегодня, вторые -
завтра, третьи появляются вообще раз в месяц, когда им вздумается. Но уж если ты появился в мастерской -
будь добр, рисуй. Кашкин терпеть не может бездельников, кто приходит просто потре­
пать языком. Поэт Сандро Мокша признался мне, что ему нравится рисовать абстракции, а не иллю­
страции к кашкинским стихам. И вообще браться за кисточку не хочется. Но как-то неудобно: все вокруг работают, а ты сидишь, лясы точишь. Весь малахпнский подвальчик завален досочка-
******************** 72 ******************** ми -
большими и маленькими. Их рисовали и ри­
суют друзья iI знакомые Евгения Михайловича. Сна­
чала досочки никак не назывались. Это потом по­
явились морально-бытовые, житейско-познавательные, кухонно-познавательные и познавательно-шинкова­
тельные. То есть с одной стороны ~ рисунок с тек­
стом, на другой стороне -
режь себе, шинкуй и лук, и морковку. Или просто повесь на стенку досочку, в которой «прошу учесть, есть мораль и польза есть». Вот, например, несколько текстов из таких досочек: Если дышите озоном, Не ходите по газонам. Хиппи, панков удивит Мой всегда опрятный вид. Я с животными дружу, Грушу отдаю ежу. Добрый ежик, сев на кочку, Всем отрежет по кусочку. Позже стали делать антиалкогольные ДОСОЧК/i примерно такого содержания: Если ты любитель рока, Водка для тебя морока. Ты в нашем обществе словно репей, Стань человеком и больше не пей. По-моему, любой человек с чувством юмора уви­
дит здесь тонкие, смелые пародии на крикливые пла­
каты застойных времен. Но продолжу свой рассказ. Однажды этих досо­
чек скопилось преогромное количество. И тогда ре­
шили провести выставку-концерт. Досочки дарили тем, кто пришел поглазеть на «ненормалов», кто бы­
стро находил контакт с «Картинниками», подпевал им, подыгрывал или просто смеялся от души. Форма общения со зрителем была найдена. Так теперь про­
ходят все концерты «Картинника». Душа всей «картинной» компании -
Б. У. Каш­
кин. (Далее последуют творческие псевдонимы, коими «Картинники» подписывают свои творения. Я, напри­
мер, именовала себя Кляксой. Самые постоянные его «сотрудники» -
п. Ушкина, Вобло, Лиля, о. Т. Вёрт­
кин, Шабуров, Дик, Батарейкин, майор Макарон, это Жома Шиплис и многие другие. Кстати, последний псевдоним появился не без участия Шабурова. од­
нажды он ходил в гости к друзьям. В квартиру по­
звонили. Дверь открыла маленькая дочка знакомых, ШJОХО выговаривающая слова. Когда ее спросили: «Кто там приходил?», она невозмутимо ответила: «Это Жома Шиплис» и ушла в свою комнату. Взрос­
лые только спустя некоторое время поняли, что таин­
ственный ЖОМА ШИПЛИС не что иное, как «эта­
жом ошиблись».) Хотите, расскажу немножко о Малахине? Не­
множко, -потому что хочу, чтобы он оставался для вас странным, загадочным, несколько смешным и сумасбродным «стариканом» с бородой, в красных штанах и насквозь промокшей от пота рубахе (что~ что, а выкладываться на выступлениях Кашкии умеет на все сто!), с колокольчиками на шапочке -
один из небольшого числа скоморохов урбанизироrзанного времени. Осенью прошлого года Евгению Михайло­
вичу стукнуло пятьдесят. Он любит гулять по город­
скому дендрарию и собирать шампиньоны. Ужасно сердится, когда хватают без спроса его губную гар­
мошку. Великий [!мпровизатор: на ходу может со­
чинить что угодно. В его личном архиве уйма стихов. С Евгением Михайловичем интересно говорить, особенно спорить о разных новаторских подходах к слову. Уважаемые студенты-филологи, каждый год исписывающие на бестолковые, никому не нужные курсовые работы тонны бумаги! Малахин для вас­
бездонный кладезь, к которому необходимо только найти подходящий ключик. Как же вы его прогля­
дели?! Однажды к Малахину после выступления подошла восторженная девушка и сказала: «Вы -
настоящий сумасшедший!». «Что?» -
возмутился Евгений ,1'vlи­
хайлович. «А я, к сожалению, 1I0рмальная»,- вздох­
нула она. Своими высту~лениями «КартиюIИЮ> стремится научить толпу, оеЗJIИКУЮ массу людей раскрепо­
щаться. Иногда ему помогают МУЗbIканты из сверд­
ловских рок-групп «Чай-Ф» И «Апрельский марш». Бывают выступления удачные, бывают -
отвратитель­
ные, когда зрите.1И недоумевают: что за идиоты с картинками собрались пошуметь? Мне кажется, в этом виноваты сами «Картинники»: нет в их концертах живости скоморохов, неожиданных действий уличных «Лицедеев» Вячеслава Полунина, хеппенингских ша­
гов, провоцирующих зрителя на действие. Ведь успех представления, массовость реакции на концерт-спек­
такль будет лишь тогда, когда «Картинник» сумеет объединить незнакомых между собой людей без ка­
кого бbI то ни было сценария и режиссуры и пробу­
дить их творческие возможности, их умение смеяться над самим собой. Этому, наверное, нужно еще долго учиться. ... Нарва, Тюмень, московский Арбат, Пермь. Гео­
графия поездок «Картинника» разнообразна. И на­
верняка будет еще больше. А я уже не смогу катать­
ся с ними по стране и тормошить скучные лица. Просто недавно я поняла, Евгений Михайлович, вы были правы, я -
не Света Мальцева, которая в любой момент была готова сорваться с места и идти выступать ИЛИ часами рисовать досочки, которая даже из Ижевска, где она сейчас работает, прислала досочки для новых шедевров «Картинника». Рассея­
лось поверхностное восхищение, появились другие интересы, на которые уходит уйма времени. До сви­
дания, дорогой Евгений Михайлович. Я успела к вам здорово привыкнуть, даже к вашей ворч.1ИВОСТИ. Оставляю металлофончик, авось да пригодится в музыкальном сопровождении ваших выступлений. И еще краски. Ухожу, не попрощавшись. до свидания, мой «Картинник». Клякса. ******************** Издр ~вле этот тбилис ский район с У3Iш!.lИ улочками, ноторые то эапыхавш ис ь взбегают в гору, то стремитель" но, перехватив дыхание, устремляются к Куре, окрещен Авлабаром. Старо жил ы ПОМllЯТ, как по выложенным кам­
нем мостовым ходили голосисты е нр естьлне из ближних деревень, тяну ли под уздцы ОС ЛИIШВ И беспрерывно кри ­
чали: «Бу-у-уйла ма-а-ацони!» -
пр едла г али буйволиilУЮ простоквашу ... Помнят, как местные жи т ели. собираясь у ка лит ок СВОДх дворов, играли в парды, слушали щар ­
манку. По сей д ень зд ес ь жив е т. бережно сохр аня я тр ади ­
ции тифлисц ев, единственный в городе, а может, и в респуБЛИRе мастер шарманок Акоп Кит ес ОВ. Для н'е го н е име е т значения, кто постучал в дверь -
любитель ша рм анки или сосе д ский сорванец: если е сть желание послущ а ть, дв е ри дяди Акопа открыты для всех ... В Гр у зии пер е иосной орган появился в 6(),х го да х пр ошлого столетия. Его на звали ша рманка -
по мо дной. полюбивщейся тогда песенке «Шарманте Катарин е». Да и с а ма шарманка была «шарманте» -
прелестная! .. По­
ворот ручки -
и трогат ельная мелодия из дал е ког'о прош­
лого разливается-растена е тся на весь двор, завивается в а журны х перилах бал!{оноВ ... Тринадцатилетним мальчишкой Акоп Китесов, сын краснодер евщик а, впервые разобрал шарманку. Это е виду она кажется простой. А пов е рнешь ручку -
начи­
нает в,р а щатьс я вал, начинают работать мехи; стержень­
ни на в алу, установл енн ы е в определенном порядк е, за­
девают лады, те открывютT трубы, в которы е поступа е т воз дух. Флейты-трубы так мастерски перепл е тены и по­
до гнан ы друг к другу, что иголке нег де завалиться. Не­
удив ительно, что такое чудо по корил о подростка. Отец был ис~ренне рад. Ма ст ером стан ет сын! .. И ведь вот что сделал отец -
у ехал в Одессу, к и з в е стному м а стеру щарманок Н е ч аде, чтобы лучше изучить особен­
ности и секреты их.' Вся плотницкая работа, начиная от 74 Дав и д Н ИНУА З ачем C)l;aBaTL шарманку в -
.• ~ музеи ... настилки полов и сборки резных шкафов, кончая м елни м ремонтом отдельных д е та лей шарманок, легла на ш!ечи паренька. Старые шарманщики сокрушались: «Уехал Вано ... Кто лучше н его МI МОД ИЮ «набьет», ша рманку по­
ч и нит?» Но сын не уронил чести мастера -
отца. Самым трудным оказаЛОСJ, «набит ь » м ел одию. Бо.лее 700 раЗНОJ\3либерных латунпых стержены\вB и сноб не ­
обхо димо вбить в валик. Чуть си льнее ударил, «утопил» СI(обу -
и шарманка станет фальшивить, переидет на пронзительный кошачий визг. Ч е рез п ару лет Аноп не просто «набил~, повторив уже кем-то (<Н а битую» мело ­
дию, а переложил сов е рш ен но новую песню на ваЛИI\. Старики восхищ е нно воскликнули: «Ва-а-а! .. » -
этим в се было сказано. Природа щедро одарила Аl\Опа талантом краснод е ­
р ев щика и аб солютным слухом. Но без харантера. без стр е мл ени я к познанию вряд ли и с этими качествами можно было рассчитыв ат ь на успех. Акоп Китесов -
мастер-самоучна. С помощью отца разучил ноты, пер е ­
носил их на клавиатуру щарман!{и, учи лс я по дбират ь определенные сорта древесины, БJIагодаря ч ему меня ­
лось з вуча ние. Бол ее двухсот основных деталей из липы сосны, груши, дуба 11 других поро ~ цuобхоДимо изгото~ Вд1Ъ, чтобы оживить инструм е нт. При :этом каждую по­
роду нужно так ум е ючи просущить, чтобы даже необ-, струганная доска получила только ей свойственную то­
нальность. Много дет назад существов али спец и альные артели. Одни готовили деревянные, детал и, другие собирали их в инструм е нт, третьи «набива.ли» меJIOДИЮ. Акоп Ките­
сов делает все это один. О себ е старый мастер р ассказы ­
вать не любит: работал, в период во е нного' лихоле т ь я служил, потом оп ят ь работал -
п л отшшом, I,расиодерев­
щиком. И всю жизнь мечтал вс е го с ебя посвятить шар­
ыанк е. Эта во з можность появилась тольно н е давно, после выхода па Пенсию. Рвдно встретишь людей, столь преданных увлеч е нию д е тс тва. Сейчас он вновь обрел ту ноту любви, которая в д охновляла его много лет назад посл е занятий в школ е б е JI\ать неснолько километров в гору, в духан Вердена, что б ы послушать лучших шарманщинов и и х новые м ел одии, чтобы, бесплатно починяя н еожида нно обло­
l\I ИБШУЮ СЯ снобу или лады, узнавать с екрет ы разных мастеров. Сегодня он вс ецел о заня т реставрац ией этих ДИ В ЕЫ Х инструментов. -
Что т ы все обо мне сп рашив аешь, лучше ПОСМОТ­
ри фото ... -
говорит мастер, доставая пож е лтевшие кар­
тонные сиимки.- Это ш а рманщик Гоги. Это Михо. Их уже нет, уы е рли. Это шарманка Ревазова, замечател ьны й ll н струмент! .. А это Васо Алимов, Ника Мервелов ... «На· битые» ими п есн и за душу брали! Мальчишкой был, но помню -.на к а ждом угл у крутили их, ну просто кю{ сейчас п е сни Пугачев ой ... Мода на шарманку стала проходить с появлением пе р вы х граммофонов, а з атем пат ефо нов. Н: тому же тр а гедии KOТIц a 30-х годов, траур во е нных похоропон I шк ак не вязались с веселой, трепетной и н е повторимой шарманкой. Лишь с введением праздннк а Тбилцсоба, f:о гда ожив ают I,а ртинки из прошлого, стала воз р ожда ть ­
сп шарм анка. Тогда, лет десять назад, муз'ей народных музьщальнJ,IХ инструментов приобрел д е вять п ереносных ор ганов, вернее, то, что осталось от пих -
пусты е ящики­
футля ры некогда лучших фирм: Н ечада, Сулеменко, Стененко, Зингер.,. Надежд на их возвращение к жизни не было, Но сейчас они вс е действуют! .. И то лько ОДНО­
НУ А l\ОПУ Н:итесову известно, сколько тру да пришлось в л ожить в них, чтобы они зап ел и в полную си лу своих ме хо в. -
Но к а к бы это Сказать?.~ раздумчиво говорит АI>ОП.- Н а д у ше радости не было ... Да, шарманка гото­
п а, Но она iKC ДJШ музея .. , А гДе ее место? На улице, чт обы люди с лу шали, чтобы радовались ей. Вот скажи м не, СR О Л ЬКО с ей час кафе OTI>∙PQIBaeTcH в ста рых подва­
ла х? Думаешь, П С.ТI ьая там шарманку RРУТИТЬ? Эх, за­
б ы л и вы щарманку,.. Забыли! Я вот одну шарманку собрал и подарил музею народных инс тр ум е нтов. Д ру­
г ую попарю старшему сыну, пусть хоть его 'дети смогут r!О:{РУТИТЬ. Еще одну хочу сделать, она буде т, как тран­
зист орный прцеМНИI" как «Спидо л а». пе больше ~ это ЦJIЯ М.;Jа д шего сына. Думаю еще одну изго то вить, уни­
Е:,ЛЬНУЮ... Если ИСПО J!ь зоват ь традиционпые флейты шаJlман о!' и металлические. г олоса аlшордеонов -
пол у ­
ч r Гl СЯ неповторимое звучапие ... Ах, к ак будет звучать! .. Ты когда -ни будь играл на шарманке? Ва -а -а ... А ещз т u:шисец! Н а, RРУТИ! Теперь я послушаю . ... Мелодия звучала, вызволял из памяти что-то да­
Л С Е ое, грустно е, на реД!,ость пежное, как воспоминание детства. Н:огда крупные капли дождя загоняли в наш дво р усатого шарманщика в ч ерном карту зе и широчен­
ных шароварах. Он играл для своего удоволь с твия, а мы все и с пытывали радость от е го игры. Вспоминались бесп окойные б а бУШЮI. зазывающие домой носившихся по лужам внунов .. , Седые старцы, п окручив ая ус, осаж ­
дали жен: «Оставь ребенка. Вспомни свое детспюl -
и тут же лукаво добавляли: -
Хотя откуда т ебе помнить? Оно было так давно». Этого было достаточно. чтобы ба­
бушки забыли о внуках и выговаривали мужьям за не­
таIпичное отнош е ние 1\ жеНС I ШМУ возрасту ... А малыши носились под дождем, и слад коп ахнущие ц вст ы акации прилипали к их ногам. И п ела, пела шар­
~IarII\a, что-то грустное и н е жно е, чистое и наивное, с в о е ... н а с н и м 1, а х: Акоп I\итесоп; на прааДНИl{ е Тби­
лисоба; ожившие картинки Тифлиса ... ФОТО Рубена РУХl>ян,а. '15 МИР НАШИХ УВЛЕЧЕНИй Серrей НОХРИН Если честно говорить, то в наших домашних библиотеках экс.~ибрис -
гость редкий. Чаще на первом разво­
роте книги можно обнаружить витие­
ватую роспись владельца или в луч­
шем случае -
самоде.iIЬНЫЙ фиолето­
вый оттиск: «Книга из библиотеки Н-ского». Да, пожалуй, и вся книж­
ная графика, составной частью кото­
рой является искусство экслибриса,­
страна для многих заповедная. ... ПятыЙ год существует секция книжной графики и экслибриса при свердловском клубе любителей книги «Рифей». Пять лет назад, в 83-м, со­
стоялась и первая выставка экслиб­
риса в городе. На суд зрителей свои работы представил Анатолий Лепи­
хин, свердловский самодеятельный художник, посвятивший перу и кисти свободное от своих основных, бухгал­
терских, дел время: Вот с тех пор секция, все участники которой тоже работают на добровольных началах, встала на ноги и пошла ... В каком направлении двигать­
ся -
с самого первого дня знали ее организаторы: преподаватель СИНХа Семен Аронович Ваксман и ведущий инженер института «Уралмеханобр» Сергей Аркадьевич Аникин. Курс ле­
жал через знакомство уральцев с лучшими образцами книжной графи­
ки, к поиску и сплочению наших ху­
дожников -
самодеятельных и про­
фессиональных, именитых и пока не известных. Такая направленность пол­
ностью исключала превращение секции в своего рода клуб разглагольствую­
щих ·эстетав. От членов секции гра­
фики требовалась такая простая и сложная штука, как обыкновенный труд. На первых порах эта была пе­
реписка с художниками-графиками­
москвичами, украинцами, прибалта­
ми. Нужны были выставки. работ. Иных способов знакомства с худож­
никамине существует. Не каждому что-то говорят такие имена, как Иван Кириакиди, Георгий Малаков или Владимир Марьин; для того чтобы имена «заговорили», надо было пока­
зывать работы широкому зрителю. Стали приходить ответы: быди согдаСИl!, быди и отказы -
творческие люди, как известно, народ каприз­
ный. Но «рифейцы» тоже оказались не дыком шиты. Они сразу постави­
ли дело так, чтобы застраховать его от обыденности и посредствениости. Круг знакомств ширился. В Сверд­
довск стади наезжать гости -
знако­
I\!ИЛИСЬ с деятельностью сею1.ИИ, рас­
спрашивали о том о сем, «л'юдей 76 смотреди, себя казали». Право на вы­
ставку художник получал после пол­
ного признания в секции. Работы оценивали, с художником вели об­
стоятельный творческий (и деловой) РllЗГОВОР -
и принимали его в почет­
ные члены клубной сеrшии. Принятие это было далеко не формальным, ие­
смотря на то что художник подучал право на выставку. Мы ПРИВЫКЛИ к бесчисленному множеству «почетных членов», никакой отдачи, кроме «по­
четности», от них не требуется. еРи­
фейцы» же требовали не «почетно­
сти», а отчетности. Примером может служить вы­
ставка -
даже не выставка, а де­
монстрация в секции -
шестнадца1;И офортов к «Сдову О полку Иго реве» нашего известного художника Вита­
лия Воловича. Замечательно оформ­
ленную Е;НИГУ многие уже видели, но мало кто знает, что первыми, на чей суд представдялись все иллюстрации в книге, были члены секции книжной графики: художник держал перед ними творческий отчет. На очереди новая находка свердловчан -
Евгений Синилов из приволжского города Камышина. Его персональная выставка состоялась совсем недавно, и «Рифей» сразу ре­
шил прибрать художника под свое крыло ... Ни организаторы выставок, ни сами авторы экслибрисов абсолютно ничего в материальном плане не име­
ют от своих трудов и забот. Что же за «топливо питает мотор»? Да еще в наше горячее и суетное время коо­
перативно-предпринимательских вспы­
шек, когда на любом дефиците, ча­
стенько включая и духовный, бойкие и расторопные люди делают деньги? С таким вопросом я шагнул в дом руководителя секции Семена Ваксмана. Второй шаг, .образно го­
воря, мне сделать ие удалось. Ком­
ната представляла из себя библиоте­
ку, музей и перегруженное складское помещение одновремеино. Пустого пространства как такового просто не было... На книжных полках рядом с довольно редкими изданиями разме­
щались экземпляры прямо-таки уни­
кальные: в свое время хозяин увле­
кался книжной миниатюрой, и около 400 книг, размером мал мала мень­
ше, аккуратными иизкорослыми ря­
дами стояли в специально сделанных для них книжных шкафчиках. У стеи, на полках, а то и просто на полу ле­
жали, висели планшеты, а.льбомы, листы ватмаиа с размещениыми на них оттисками. Здесь нашли себе rrриют почти 50 выставок, что были организованы за время существования секции. . --
11а это как болезнь зараз­
ная,-- говорил хозяин, перекладывая огромные альбомы,-
чем дальше, тем больше... Это Калита, это Реснис, а это наш Алексей Казанцев ... В сущ­
ности, плох тот нумизмат или фила­
телист, который испытывает удовле­
творение лишь' от того, что обладает редкой вещью ... Истииные коллекцио­
неры должны -
делиться своей ра­
достью с другими. Мы здесь не ис­
ключение, хотя с уверенностью могу сказать, что секция в своих загашни­
ках сегодия имеет столько работ и такого уровня, что нам не стыдно выставиться в любом городе страны. Самофинансирование? .. Нет, вы знае­
те, мы шли с самого начала от «ду­
ховного голодания». Переводить те­
перь дело иа самоокупаемость -
значит противоречить себе. Мы --
любители. Любители киижной графи­
ки. И этим все сказано. А вдруг случится -
мало мы зна­
ем таких примеров? -
прогорит запал энтузиазма, и пятьдесят-какой-ни­
будь по счету выставки свердловча­
не не дождутся? .-
Ну ... В том, что дело заглох­
нет, сильио сомневаюсь. Мы уже крепко стоим на ногах. А вот от пзд­
держки и помощи не отказались бы. Разделил бы нашу головную боль по организации выставок отдел куль­
туры, например, или отделение Союза художников,- многие проблемы ре­
шились бы сами собой ... Скорее всего, случится другое­
«рифейцы» осуществят свои солидные планы: ни. больше ни меньше как со­
здание в городе творческого центра книжной графики, с охватом всего уральского региона -
с учителями и учениками, со своеобразным почер­
ком, со своей школой. Они научились работать с раз­
махом -
судя по именам да и по географии тоже. В течение несколь­
ких лет «Рифей» поддерживает связь с клубом любителей искусств в Пльзене. Чешские художники йозеф Йих,. Зденек Румлер. Владимир Га­
ниц принимают участие в свердлов­
ских выставках, причем специально для них делают экслибрисы. А в Пльзене впервые показана выставка советских художников, ор­
ганизованная «рифейцами»,-
«30 лет КОСil1ИЧССКОЙ эры в экслибрисах». C.u. 4-ю стр. обл.ожкu Их организатором стал Че­
лябинский институт культуры. По­
ВОДОМ- 100-летие со дня рожде­
ния замечательного русского биб­
лиографа Николая Васильевича Здобнова. Целью -
положить на­
чало постоянным встречам ураль­
ских книговедов и библиографОВ. }Кизнь и работа классика оте­
чественной библиографИИ заслу­
жиsает изучения и осмысления. Достаточно сказать, что до сих пор не собран и не опубликован даже частично эпистолярный ар­
хив ученого, В том числе его ин­
тереснейшая переписка с ураль­
ским краеведом В. П. Бирюковым. Чтения . могут стать началом широкого и плодотворного инте­
реса к творчеству Н. В. Здобнова и его жизни, оборвавшейся в пе­
риод сталинских репрессий. Участники Чтений познакоми­
лись с интересными докладами о воплощении идей Здобнова В со­
временном библиографоведении и краеведении, о связях ученого с Уралом. В институте была развер­
нута выставка работ Здобнова, редких его фотографИЙ. С воспоминаниями об отце на Чтениях вытупилл сын ученого Ростис~ав Николаевич Здобнов. Ю. ГОРБУНОВ Это ж сколько народу побы­
вало в гостях '1 нашей ближайшей соседки по Солнечной системе­
на Луне... Сначала в мечтах, ко­
нечно, 8 фантастике. Добирались туда герои НФ произведений раз­
ными способами. ОДНИХ забрасы­
вала на Луну морская буря (Лу­
киан Самосатский, ок. 200 г.), или пружинная катапульта (Д. Рассен, 1703), или пушка (Ж Верн, 1865); других поднимали демоны науки (И. Кеплер, 1634), лебеди (Ф. г од­
аин, 1638), или ВОЗДУШ'-tый шар. наполненный сверхлегк"м газом (Э. По, 1835), или «минус-мате­
рия» (А. Дюма-сын, 1865), равно­
значная, очевидно, «кэ~вориту» (Г. Уэллс, 1901 ) ... вот и доБРдЛИс.ь МЫ ДО нашего века, лунная фан­
тастика закончилась, началиСь ре­
альные 110леlЫ на Луну. Не берусь с полной уверен­
ностью оспаривать приоритет вне­
земных цивилизаций, но первый земной металл коснулся Луны 14 сентября 1959 года -
это были вымпелы с изображением герба СССР, доставленныe советской ав­
томатической межпланетной стан­
цией "Луна-2». Ее полет стал первым в ммре межпланетным пе­
репетом. Через месяц «Луна-З" сделала первые фотографии об­
ратной стороны Луны и теле­
транслирuвала их на Землю. С тех пор небеснвя красавица едва успеiЗала поеорачиваться пе-' :s: ... u О а.. • • • е • • • е • 48 е мир ред объективами летучих фотогра­
фов -
«Лун», «ЗОНДОВ», «Рейнд­
жеров», «СервеЙоров» ... А первые панорамы с поверхности Луны пе­
редала «Луна-9», впервые совер­
ШИВ мягкую посадку в конце маршрута длиной 400 тыс. км И доказав тем самым, что Луна не затоплена ПЫJlЬЮ, Луна -
твер­
дая, как и предсказывал С. П. Ко­
ролев. Так что американцы лете­
ли на Луну уже в твердой уве­
ренности, что не нырнут В пыле­
вую ловушку. Соединенным IlJTaTaM фаталь­
но не везло на первых этапах лунных исследований. Неудачно закончились в 1958 году четыре попытки забросить на Луну стан­
цию {(Пионер». Не выпол'"!или за­
дание шесть "Рейнджеров», и лишь седьмой в июле 64-го пере­
дал nepBble крупныe планы лун­
ной поверхности перед тем как о нее разбиться. Те неудачи окупи­
лись сторицей, когда командир «Аполлона-11» Н. Армстронг пер­
вым из землян ступил на иную планету. ОбщенационаЛbl-lая про­
грамма США по высадке челове­
ка на Луну увенчалась победой. Это произошло в 1969 году 27 июля в 5 часов 56 мин. по Гринвичу. Советские исследования Луны сразу были сориентированы на ав­
томаты. В сентябре 1970 г. лун­
ный грунт доставила на Землю "Луна-16». Ученые СССР и США ьбменялись образцами лунных по­
род. Частички Луны, привезенные другими советскими станциями, передавались в лаборатории Фран­
ции, Индии, Чехословакии, Англии. Оказалось, что лунные породы богаты не только металлами­
алюминием, магнием, железом, титаном, но и кислородом. Зна­
чит, прямо из лунного камня можно будет добывать топливо для звездолетов. Д вот «лунитов» привезти не удалось. Уже после третьей экспедиции американские астронавты Qтказались от каран­
тина: никаких микроорганизмов на Луне не обнаружено. Зато В пыли нашли множество мельчай­
ших стеклянных шариков, из-за них ходить по Луне скользко­
на это жаловались астронавты. Что ж, можно не ходить, а ез­
дить. Через год после высадки «Лунохода-l» экипаж "Аполло-
• • • • • ф • • • е .. е • • • • • • " на-15» выгрузил у подножия лун­
ных Апеннин первый луномо­
биль -
«Ровер»; ОН ездил со ско­
ростью 13 км в час, третий "Ро­
вер» в последней лунной экспе­
диции сумел пройти 35,7 км. Тише едешь -
дальше будешь. Правоту этой пословицы подтвер­
дил наш "Луноход-2». Неспешно исследуя Море Ясности, он поста­
вил рекорд дальности лунных маршрутов -37 км. В последние годы Земля ос­
тавила свою ближайшую спутницу в покое, занявшись изучением дальних соседей и прохожих-ко­
мет. Но земляне еще вернутся к лунныM полетам и вновь, может быть, вспомнят, что первым на ракете совершил путешествие к Луне -
пусть в мечтах, но ведь это было еще в 1649 году'-: фран­
цузский писатель Сира но де Бер­
жерак. Недаром его именем на­
зван один из кратеров на Луне. с. КАЗАНЦЕВ ф Да, на Филиппинах существу­
ет такая экзотическая профессия, причем занимаются этим только дети. На дне (на глубине до 25 метров) расстилается сеть, пос­
ле чего большая группа ребят прыгает с лодок в воду и, обра­
зовав огромный полукруг по пе­
риметру рифа, начинает двигать­
ся к сети. Каждый мальчишка имеет прочный длинный шнур С нейлоновыми лентами, тяжеJjыM каменным грузом на одном конце и буйком на другом. Мальчишки непрерывно подергивают шнуры. Рыба пугается наДвигающейся на нее непонятной стены «водорос­
лей» и неволь но устремляется к сети. Рыболовам, сидящим в лод­
ке, остается топько поднять ее на поверхность. Этот способ ловли тяжел и опасен. Пловцы рискуют не вы­
плыть из-под сети, получить удар камнем-грузом, подвергнуться на­
падению акулы или быть ранен­
ныии испуганной иглой-рыбой. БыаютT случаи, когда малолетние рыболовы тонут. За 10 месяцев изнурительной работы -
а имен­
но столько длится каждое плава­
ние -
ребята получат всего лишь по 350 долларов, но и это боль­
шое подспорье семье. Е. СОЛД}. ТКИИ '17 ••••••••••• Эпзоты 'на опнах Аnександр' СЕМЕНИИ, Иван &ЕЛЯЕВ • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • Гранат На берегу Каспия в жаркий день старик-азербайджа­
нец угощает нас соком граната. Он быстро разминает плод, и под его ловкими пальцами плотная корка податливо про­
гибается. Через несколько минут кажется, что внутри пло­
да передивается один сок. Старик срезает верхущку гра­
ната и выливает из него почти полный' стакан янтарной жидкости. Вкус граната великолепен: чуть терпкий, приятно осве­
жающий; с удивительно удачным сочетанием кислого и сладкого -
его трудно с чем-nибо сравндть. Вместе с маминой и инжиром гранат -
давняя куль­
тура в Средиземноморье. А первое письменное упомина­
ние о нем находим в летописи Марафонского сражения, датируемой 490 годом до н. э. У древних греков он слу­
жил символом благополучия и плодородия. Молодоженам в те времена кидали под ноги плоды граната: счнталось­
они принесут счастье. Знаменитый Гиппократ лечил гра­
натовым соком раны и язвы, щироко пользовал их прн дизентерии и болях в желудке. В России сей фрукт в давние времена был знаком лищь немногим, ведь в диком виде растет он только на юге Средней Азии и в Закавказье, где в те времена воз­
делывали его в культуре очень мало. Сегодня все изменилось. В СССР выращивают гранат в республиках Средней Азии, в Крыму и на Кавказе: 60 тысяч тонв -
таков ежегодный его урожай. А чтобы уuидеть гранатЬ! во всем разнообразии, надо отправиться в местечко Кара-Кала, что на юге Туркмении. Там, на план­
тации опытной станции Всесоюзного института растение­
водства, более 820 форм и сортов -
самая богатая кол­
лекция i/TOfO растени>! не тuлько в СССР, но и во всем мире. rpaHaTOBble деревь>! походят БОJIьще на кустарники: на 3-4 метра. редко выще, поднимаются они lIад землей. Однако живут ДОЛl'о и достоверно установлено, что про­
должаться гранатовый «вею> может лет триста. Небольшие ланцетные дисточки покрывают светло-коричневые ветки, а многие побеги так тонки и слабы, что удивляешься, как могут удержаться на них огромные плоды. Но чуда нет: «семенные яб.доки» вырастают лищь на ветвях длинных и то.дстых. Гранат прекрасно укореняется и зелеными, и одревес­
невшими черенками. Садить их следует так же, как садим МЬ! черенки тополей и ив,- почти на всю длину. Достав черенок, можно подумать и о TOj\f, как вырастить гранат в комнате. Не забудем только, что это растение очень изменчиво. Успех erQ ку.дьтуры во многом зависит от того, с какого экземпляра взяты черенки. Брать их лучше всего с плодо­
носящих растеиий, тогда, укоренившись, молодые расте­
ния могут зацвести уже через год. Однако полноценные ПJЮДЫ разовьются 'у них лищь lIа 3-4-й год. Как и инжир, встречаетс>! гранат 13 природе и на пес­
чаНbIХ, Ii На каменистых, и иа сухих щебенистых почвах. Кажется, к почвам он безрвзличен соверщенно. Но это не 1'111<: на богатых дерново-перегноЙных. землях у него и куст становится выще, и плоды несравненно крупнее. Поэтому Продолженне Начало в Ng 2. 78 для молодых, только что укоренившихся растений годится такой питательный субстрат: в равном объеме дерновая, перегнойная, листовая земля и песок. Корневая система граната поверхнuстная и не такая мощная, как у инжира: пересаживают его реже, а посуду берут лишь ненамного превыщающую предыдущую по объему. Для растений в возрасте трех лет и старще ИСПОJlЬЗУЮТ более питательную смесь: 2 ч. глинисто·дерновоЙ, 1 ч. перегнойной, 1 ч_ ли­
стовой зеМJlИ, 1 ч. песка. Второй способ размножения -
семенами. Всходят они хорошо, через 2-3 недели, 'и не требуют какой-либо спе­
циальной предпосевной обработки. Посев производят в лег­
кую дерново-песчаную почву. Сеянцы развиваются внача­
ле довольно медленно и при весеннем посеве к осени до­
стигают лишь 15-20 см в в'ысоту. Свердловчанка В. А. Тихомирова привезла из, Тащкен­
та HeMlloro семян сорта «Узбекистан», посеяла их в легкую песчаную землю. Вскоре появи.пись дружные всходы. И хотя растения росли медленно (сорт «Узбекистан» низкорос­
лый), но на следующий год зацвели, а к концу второго года на каждом из них созрело по пять плодов величи­
ной с крупное яйцо. Особых секретов в уходе за растени­
ями у Веры Александровны нет. Деревца находились у нее в небольщих горщках, которые размещались на подо­
коннике комнаты, выходящей окнами на запад. «Узбеки­
стан» зарекомендовал себя как очень неПРИХОТJlИВЫЙ сорт. Он оказался достаточно теневыносливым, практически ни­
чем не болел, н, несмотря на ,теплую зимовку (+20 ос и выше), не позволившую ему сбросить листья, весной обильно зацвел. Но семена -
еще не гарант'ия успеха. ВО вниматель­
ном уходе нуждаются и самые неприхотливые растения. Особенно важно создать им нужные условия в зимнее время. Хотя гранат не вечнозеленое дерево, но -если зимой содержать его при высокой температуре (более 15 ОС), он сбрасывает листья лищь частично. Вечнозелеными часто остаются и I-2-летние растения. Даже при прохладной зимовке гранат ненадолго расстается с листьями. Так. в оранжерее Ботанического сада УрО АН СССР, где сред­
няя температура декабря и января +9-10 ОС, он пол­
ностью без листьев стоит лищь в ноябре. Попав же в теп­
лую зимовку, гранат словно «вспоминает» свое да"екое прошлое: когда,то климат был теплее, и растение совсем не сбрасывало на зиму листья. Короток у граната период покоя. И все-таки .создаЙте для растения хотя бы 2-3-недельное «похолодание» (пе­
ренесите его в прохладный подвал, сократите полив) -
и этого будет достаточно, чтобы оно отдохнуло. Но подва­
лы есть не у каждого, а на подоконниках в комнатах трудно добиться нужного понижения температуры. Что же делать? Только то, что возможно. Поставьте растение ближе к окну и отделите его полиэтиленовой пленкой от остальной части комнаты. Это простейщее приспособление позволит снизить температуру воздуха на несколько гра­
дусов. Сократите полив, оборвите часть листьев, прищип­
ните кончики растущих побегов. Одно из главных условий успешной культуры грана­
та -
правильное формирование кроны. Ветви растут у него беспорядочно и появляютс>! в самых разных местах: обиль­
но развив-ается у растения и корнева>! ПОРОС,1Ь. Неопытный растениевод сразу становится в тупик: побегов так много, что любая попытка придать гранату «благообразный> вид кажется бесполезной! Что делать? Не «жалетъ~ раетепие: в январе, до распускания листьев, обрезать большую 'la.сть мелких веток. Удалять их надо и во время вегетации. От корпя должно отходить лишь 4-6 основных . скелетных ветвей. Можно сформировать грана"!' и в виде деревца с невысоким штамбом: при этом придется только постоян­
но удалять корневую поросль. Начинающим плодоводам очень досаждает и такое неприятное явление: по весне их растения обильно зацве­
тают и, радуя красочными цветами, обещают богатый уро­
жай. Проходит, однако, некоторое время и, один за дру. гим, цветки опадают, иногда все до одного. Растерянный любнтель бросается опылять оставшиеся цветки, начинает подкармливать гранат то калийными, то фосфорными удоб­
рениями. Все тщетно! На rmодоношении это не сказывает­
ся. Но как же исправить создавщееся положение? Главное -
берите черенки е плодоносящих растений. Именно с плодоносящих, а не с цветущих.' И, кроме того, надо учитывать еще одну «тонкость»: на ветках у грана­
та распускаются цветки двух типов. Одни длинностолБЧ'а­
тые, кувшинчатого вида, ценятся особо -
из них-то и об­
разуются плоды! Другие, более распростертые и с корот­
ким столбиком, плодов обычно не завязывают. Взяв чере­
нок с ветки растения, формирующего исключительно ко­
роткостолбча1'ЫЕ' цвет«и, любитель-плодовод и сталкивается е неприятностью, о которой мы говорили: укоренившийся черенок, став ),{олодым растением, также дает лишь бес­
плодные цветки. Разумеется, это не значит, что, взяв «удачный» черенок, можно застраховать себя от пусто­
цветов. Они, безусловно, БУI1УТ: в плоды у граната, в за­
висимости от сорта, превращаются от 1 до 20 процентов длинностолбчатых цветков, а все остальные (также длин­
ностолбчатые) опадают. Плоды в комнатных условиях созревают в октябре­
декабре. Едва ли можно нздеяться, что достигнут они здесь 1,5-/(илограммового веса, как это слу'!ается при вы­
ращивании растений на плантациях. Но получить 100-
и даже 200-граммовые «семенные яблоки» любителям ДОВО­
дилось. Как правило, гранаты, созревшие в комнатах, кис­
лее плодов, выросших под южным солнцем. Но и они до­
статочно вкусны, содержат те же питательные и биологи­
чески активные вещества. Очень важным в его агротехнике является вопрос правильного полива. Бесспорно, «жаролюбивый» гранат может вынести непродолжителыюе пересыхание почвьr. Одно сказать: растет по соседству с пустынями! В комнате нет, однако, надобности копировать при роду, ведь не ставим же мы опыт на его выживаемость! Да и известно: при по­
ливе на культурных плантациях урожайность граната выше, чем в еСТЕственных условиях. Вот почему летом по­
ливают paCTef!He через день, а то и ежедневно. В это вре­
мя полезно выносить его HJ открытый воздух -
на балкон, в сад,- постепенно приучая к яркому солнечному свету. В сентябре полив сокращают, а в ноябре, с наступлением периода покоя, землю увлажняют один раз в неделю,· но и в это время не следует пересушивать молодые растения. Подкормка граната ПРИНIIнпиально не отличается от таковой для инжира. Многие специалисты отмечают толь­
ко, что гранат очень отзывчив к удобрению роговыми стружками. Мушмула Растет в Японии неболыuое деревце мушмула. Неча­
сто встретишь деревья, диаметр кроны которых был бы больше их высоты. ВСе растение словно «невсамделищное»: крупные и плотные, как картон, листья, густо опушенные рыжеватым н волосками, почти не колеблются от ветра и ПОХОДЯТ на театральную декорацию. Uветки небольшие, белые или кремовые, qобраны в красивые пирамидальные метелки. Как и листья, они вначале кажутся неживыми, но подойдите поближе-
и изумительно нежный аромат сразу развеет ваши подозрения, . Нелзсковую пору внбрала 1IryIlIмулз для п:ветения: ее восковидные цветочки появляются в самый разгар зимы. Понятно, что японская зима не чета нашей. Но все-таки и там погода в это время прохладная, случаются и не­
большие заморозки. На Черноморском побережье Кавказа, где выращивают это растение, оно зацветает одним из первых, а урожай приносит весной, когда и черешня. еще не созрела. На плантациях собирают до 80-100 кг пло­
дов с одного взрослого дерева. Когда ешь золотисто-оранжевые плоды мушмулы, то возникает ощущение, что сочетаются в них свойства не­
скольких знакомых фруктов: IЮ консистенции они близки к абрикосу, по вкусу напоминают некоторые сорта яблок или апельсины, а приятным запахом вызывают· ассоцнации с ананасом или спелыми ягодамн земляники. В зависимости от сорта, диаметр плода варьируется от 3 до 10 СМ, внутри него развивается одно или несколь­
ко крупных семян. Сравнительно с ПЛОДОМ, ОНИ настолько велики, что нередко составляют половину его массы. Раз­
молотые и поджаренные, семена служат своеобразным за­
менителем кофе. Но помните: в небольшом количестве в . них присутствует ядовитая синильная кислота, так что ЗJЮ.o употреблять rюдобными напитками не следует! у любителя-плодовода часто возникает сомнение: сто-­
ит ли вообще выращивать мущмулу в комнате? Это не­
большое деревце (в природе обычно не преВЫЦIает 5-
6 м высоты) в первые годы своей жизни растет почти так же БЫСТрО,как эвкалипт. В 5-летнем возрасте его высота может достигнуть 2,5 м (!). Затем темпы PQcтa значитель­
но замедляются, но «беспокойная юность» иногда сказы­
вается на отношении к разведению мушмулы. Вот почему так важна правильная обрезка. Форми. ровать растение надо в виде деревца с низким щтамбом, от которого отходят 3-4 скелетных ветви. При достиже­
нии ими длины 20 см их прищипывают. На каждой ске­
летной ветке из пазушных почек развиваются первые побе­
ги -
два из них оставляют и, когда те вырастут на 15-
20 см, тоже прищиПывают. Регулярными прищипками в первые три roда удается в значительной степени умерить «буйный нрав» мущмулы. «Японская слива» хорошо размножается семенами. После созревания· плодов семена отделяют от мякоти И, подсушив 2-3 дня в сухом теплом месте, садят в почве&­
ную' смесь такого состава: в равных количествах дерновая., Щlстовая земля и песок. Поскольку семена' МУц!ЫУJlЫ круп­
ные, сеют их по одному сразу в небольц!ие. горшки (диа­
метром 7-9 СМ); глубина заделки в землю -
3-4 см. Всходы появляются через 15-20 дней. Реже размножают мушмулу черенками. Нет, их уко-­
peHelfHe не связано с особыми трудностями -
просто не­
опытных садоводов отпугивает непривычный вид молодых побегов этого дерева: толщина их такова, какую принима­
ют ветви 'иных плодовых культур В 3-5-летием возрасте! Не сразу поверишь, что такая <палка» укоренится, Но по­
пробуйте -
щансы на успех очень велики. Весной (ДО начала активного роста) среж~те хорошо одревесневшие прошлогодние ообеги и разделите их на отрезки длиной 12-15 см. Поскольку листья 'мушмулы очень крупные, то укоротите их иа 2/з длины. Укоре!fЯЮТ черенки в крупнозернистом песке в условиях повышеиной влажности воздуха при температуре +23-25 ОС; корешки образуются через месяЦ. Первое плодоношение мущмулы при размиожении се­
менами наступает на 5--6-й год жизни, при развитии из черенков -, на 4-5-й год. Мушмула сравнительно малотребовательна к почвам (в природе произрастает на каменистых склонах гор Uеит­
рального Китая). Но длительной сухости почвы не ВЬЩQ. сит. Поэтому поливают летом мущмулу обильно И содер­
жат на светлом, но слегка затененном месте. В осенне­
зимний период полив сокращают, а температуру поддер­
живают в пределах +8-12 ОС. Подкормку проводят С февраля по октябрь. Мушмула хорошо отзывается на удобрение навозной жижей, а так­
же на внесение в почву солей калия -
к этому элементу 79 она проявляет особое «пристрастие»: очень велико его содержание в плодах. Большое внимание уделяйте профилактике болезней и вредителей. И глаВНjJе в 'Ото М деле -
содержание расте­
ния в чистоте. Будем огкровенны: заставить заивести мушмулу в комнатах -
дело нелегкое. Немногим садоводам-любителям удается это сдt:лать. И одно из главных препятствий ус­
пешному развитию растения -
сухой воздух помещений. Хотя листья мушмулы плотные и к,ожистые, но происходит она из районов с влажным климатом. Казалось бы, выход следует искать в частом опрыскивании растения, но мера Эта не всегда эффективна'. КроМе того, опрыскивание надо проводить осторожно, иначе вода, скопившаяся в широких пазухах листьев, может послужить причиной загнивания их черешков, Томатное дерево Горазда природа на выдумку: и конфетные, и колбас­
ные, и железные деревья встретит на земле человек. А в горных районах Перу и Эквадора растет помидорное или томатное дерево. Те, кому доводилось разводить этого заморского ЭКЗО­
та, наверное, помнят свои сомнения, возникавшие при по­
явлении его всходов, уж не семена ли обычного подсол­
нуха попали по ошибке в посевной ящик? И в ,самом деле: сеянuы быстро поднимаются и все больше походят на под­
солнеЧНIIК: у них огромные .JIистья-«лопухю> И зеленый, с виду травs;нистый стебель. Вот-вот, кажется, появится на нем похожее на озорное солнышко золотистое соuветие. Но к осени стволик одревесневает, а весной выбрасывает кисти белых цветков, напоминающих uветки ... картофеля. Картофель и томатное дерЕ.ВО -
близкие родственники, принадлежащие к одному семейству пасленовых. Во многом необычно 9ТО растение. Три метра для де­
рева -
высота пустяковая, а для томатного дерева 9ТО почти предел. На родине при размножении семенами оно плодоносит уже ца втором году жизни. Вполне оправдывает свое название томатное дерево. Плоды его и по форме; и по пвету походят на помидоры. Что же касается вкуса, то у одних сортов он действи­
тельно «помидорный», а у других -
жгучий и горький, за­
ставляющий заподозрить, что перед тобой не овощ, а ка­
кой-то вид пряности. К 9ТОМУ добавляется инеобычный для овоща аромат: будто вдыхаешь пряный запах иветка бархатuев! Во рту перчит, зубы сводит, дыхание на миг прерывается -
кажется, весь организм подвергается серь­
езному испытанию. Но вот плод благоиолучно съеден, а ощущение такое, словно встали вы после хорошего обе­
да -
не скоро вернется чувстве ГО,10да иосле столь осно­
вательного вкусового Ii обонятельного стресса. Разумеется, больше поклонников завоев.али овощные сорта, хотя говорить о значите.%ноЙ популярности 9ТОГО растения пока не приходится. Культивируют его в ЮЖflОЙ Америке и Юго-Восточной Азии, в США и на Мадейре, в Шри-Ланка и на юге Европы, IЮ везде как бы «между прочим» -
плантации томатного дерева невелики, а их урожай крайне мал по сравнению с урожаем важнейших плодовых КУЛЬТУD. Думается, такое небрежение к томатному дереву не­
заслуженно: плоды его очень полезны и питательны (осо­
бенно они богаты пектиновыми веществами), хороши и в свежем виде, и в овощных салатах, и в качестве основно­
го компонента в желе, консервах, джемах, напитках и т. д. Выращивать растение лучше всего из семян. Они слег­
ка сплюснуты и несколько крупнее семян помидоров. Сеют их в легкую дерново-песчаную землю на глубину I см. В стратификации tI ИНОЙ предпосевной оБР8Ботке семена не нуждаются. Нужно ЛIiШЬ позаботиться, чтобы субстрат не был заражен (полип почву раствором марганиевокис­
лого калия), и, посеяв семена, набраться терпения: иног­
да всходят они недружно, их прорастание может затянуть-
ся на 1,5-2 месяца. . 80 Размножают томатное дерево п Iюлуодревесневшимп черенками. Побеги, предназначенные для черенкования, разрезают на отрезки длиной 12-15 см, имеющие 1-3 развитых листа, которые укорачивают на 1/2 или 2/з их длины. Черенки растения толстые, а на 'срезе очень соч­
ные, П09ТОМУ перед посадкой срезы должны подсохнуть 1-2 часа на воздухе. Чтобы не погибли листья, их окру­
жают на это время колпаком из полиэтиленовой пленки, смоченной водой; сам ЖЕ' срез оставляют открытым. Пос­
ле подсушКl' cpe~ посыпают толченым углем и лишь тогда черенки садят Субстрат аля укоренения -
.крупнозерни­
стый. песок или легкая воздухопроницаемая иОчвенная смесь. Как пр" семенном, так и при вегетативном размно­
жении плодоносит томатное дерево обычно на третий год. Пять-шесть лет дает стабильные урожаи (25-30 плодов с одного растения), затем стареет, а еще через несколько лет погибает. Земляная смесь для растений в возрасте до 2-3 лет состоит из дерновой, иерегнойной земли и песка, взятых в равных соотношениях. Для взрослых растений составля­
ют более иитательный почвенный субстрат -
дерновая зем­
ля, перегнойная земля, песок в соотношении -2: 2 : 1. Подкормку проводят С февраля по октябрь. Виды и дозы удобрений ма.10 отличаются от таковых для боль­
шинства других плодовых растений. Летом, во время ак­
тивного роста, томатное дерево очень отзывчиво на полив настоем коровяка. В коние осени и зимой часть листьев опадает, рост побегов замедляется, и растение переходит в состояние относительного покоя. ПолеЗdО содержать его в 'Ото время, в светлых прохладных помещениях (+ 12-14 ОС). а по­
ливать очень умеренно. На лето томатное дерево можно переносить на балкон или разместить на открытом возду­
хе в саду -
в обоих случаях еro следует притенять от пря­
мых солнечных лучей, обильно поливать и время от вре­
мени осторожно опрыскива гь. Поскольку растет томатное дерево быстро, то первые три годэ еГО пересаживают ежегодно. Чтобы сделать ра­
стение низкорослым, крону формируют с низким штамбом и короткими скелетными ветвями, перед началом роста верхушки побегов прищипывают; Пассuфлора Когда видишь пассифлору впервые, с трудом верится. что цветки ее созданы ПРИРОДОЙ, а не являются плодом бо­
гатой фантазии ребенка. Уж очень они крупны, нежны и беззащитны. Их всевозможные «красивые детали», кажет­
ся, совершенно лишены биологической целесообразности. Такими иветками обычно расписывают посуду и панно, расшивают одежду и ковры. В оранжереях и 'комнатах пассифлора заиветает в марте. Цветки распускаются утром, и так быстро, что можно увидеть движение лепестков. Рэспустившийся иветок очень крупный, иногда до 12 см в диаметре. В нем столько жизни и красоты, что даже не склонные к сентимеlj:тальности ботаники-система­
тики не у,::тояли: назвали растение «пассифлорой», что В перевод е означает «иветок страсти», «страстоцвет». Но хрупка и неуловима его красота -
уже к вечеру прекрас­
ный пветок закрывается, а к утру погибает. Одно утеше­
ние: цветков у пассифлоры много, и они, сменяя друг дру­
га, создают Бпечатление обильного непрекращающегося иветения вплоть до кониа лета. Цветок, который нам так понравился, принадлежит пассифлоре голубой. Это одно из самых декоративных вьющихся растений. Многим оно хорошо известно. В Юж­
НОЙ Америке встречается еще около 400 видов этого рода. у одних цветки яркие и красочные, другие окрашены в тона нежные и мягкие, но всегда отличаются они той при­
чудливой формой, за которую растения получили еще одно название -
«кавалерска!! звезда». Мало кто знает, однако, что пассифлоры являются и ценными плодовыми культурами. Около 60 видов их приносят съедобные плоды, в том числе пассифлора голубая. Но в комнатах, обильно цветя все лето, это растение плодов н е завязывает. Даже искусственно опыляя цветки, не удается добиться плодоношения. В чем тут дело -
отбирает ли буйно цветущее растение у себя все силы, либо надо выбр а ть строго определенный момент, при котором опыление буд е т успешным,- сказать трудно: биология страстоцветов почти не изучена. Но как бы то ни было, есть и такие виды пассифлор, у которых плоды завязываются с удивительной л е гкостью и без всякой « посторонней" помощи. Одно из таких непривередливых растений, приносящих плоды в комнате,- пассифлора съедобная. Эта мощная быстрорастущая лиана, происходящая из влажных тропи­
ческих лесов Южной Америки, взбирается по ствола"1 рядом растущих деревьев на 25, 50 и даже 80(!) метров в высоту. Размеры, что и говорить, гигантские. Однако нас это не должно беспокоить, ведь лианы -
не прямостоящие расте ­
ния, их стебли, причудливо изгибаясь, не требуют такого пространства, как деревья. И кроме того, в горшке или ящике пассифлоры не бывают столь сильнорослыми. А самое главное: по весне растения коротко обрезаются, что проде­
лывают не столько с намерением сдержать их буйный рост, сколько все из-за той же утилитарной цели -
плоды у пассифлоры образуются лишь на молодом приросте, а новые побеги появляются при ежегодной обрезке. Короткая обрезка, которой подвергается растение весной, дает возможность получать большое количество посадочного материала. Обрезанные ветки разрезают на черенки, причем используют и зеленые, и полуодревесневшие побеги. Черенки могут быть как короткими (5-7 см), с одним листом и пазуш­
ной почкой, так и длинными (15-20 см), с тремя ра з витыми листьями. Укореняют их при +22-25° в условиях повышен ­
ной влажности воздуха и достаточной освещенности; п е рвы е корешки образуются через 3-4 недели. Хорошо размножается пассифлора и семенами. На д о только помнить, что оболочка' их очень плотная, а потом у перед посевом семена надпиливают. Сеют их в феврале ­
марте в смесь дерновой, перегнойной земли и песка. В ф а з е первых двух листочков молодые растения пересаживают в 7 - 9-~антиметровые горшки. Как и большинство других лиан, растет пассифлора очень быстро, поэтому надо сра з у по ­
заботиться о создании для нее опоры. Первое цветение и плодоношение при семенном и вег е ­
тативном размножении наступает на втором году жи з ни растения. Залогом успешной культуры пассифлоры съедобной явля ­
ется, прежде всего, правильное ее содержание в зимн ее время. Если растение находится в темной и теплой ком ­
нате, где к тому же и очень сухой воздух,- цветет оно слабо: бутоны опадают, а то и вовсе не появляются. Оп ­
тимальные условия содержания и меры ухода зимой: +10-12°, обилие света, частые опрыскивания листьев теплой водой, очень умеренный, но регулярный полив. Летом пассифлору обильно поливают и весь перио д активной вегетации, раз в десять дней, подкармливают поочередно полным минеральным удобрением с микроэ ле­
ментами и настоем коровяка. Как и зимой, часто опрыски ­
вают листья, стараясь, чтобы капли воды не попали на развивающиеся цветки. До трех лет растение пересаживают ежегодно, зат е м ­
через 2-3 года. Почва должна быть рыхлой, питательной ­
слабокислой или нейтральной. Все самые распространенные вредители тепличных и о р ан­
жерейных растений -
тля, червец, щитовка и др.- мог у т поражать и пассифлору. Однако при внимательном ухо д е болеет она так редко, что по праву заслужила репут а цию одной из самых неприхотливых комнатных культур. Нам пока не доводилось встречать растениеводов-лю ­
бителей, разводящих на Урале плодовые виды пассифлор в комнате (пассифлора голубая не в счет). Что ж, т ем любопытнее попытаться их вырастить. По нашему мн е нию, у этих растений есть все предпосылки получить « комн а тн ую пропискр на Урале. Гранат «Узбекистан» -
плодовое деревце для выращивания в комнатах. Цветы мушмулы японской кажутся сделанными из воска. Плоды томатного дерева. Среди цветущих лиан ПёlССИФЛОРёl голубая -
одна из самых популярных. ж '" 3 f .. :.:: ...: с:о О t::; :S: J: :S: U ':S: :S: J: ш '-
с:о ш ИВАН КИРИАКИДИ (г. Ташкент) АЛЕКСЕй КАЗАНЦЕВ (г. Свердловек) Цена 40 коп. ~ J: :S: .D а.. « ~ а.. :S: ~ :S: q: « t::; с:о АБРАМ МИСТЕ ЦК Ий (г. ЙИХ йОЗЕФ (ЧССР, г. Пльэень) Индекс 73413, Урапьски" СЛЕДОПЫТ, 1989, Н!! 3, 1-80. .. ... '" а.. ...: (J :S: J: U ш а.. u :S: J: t::; :S: с:о АНАТОЛИй ЛЕПИХИН (г. Свердловск) В.ГРАНИНА ':S: :S: '-
а.. О ш '-
Автор
val20101
Документ
Категория
Уральский следопыт
Просмотров
757
Размер файла
35 688 Кб
Теги
1989
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа