close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

УС 1990-06

код для вставкиСкачать
РАФАЭЛЬ В ТАГИЛЕ? МАРИНА АГЕЕВА. иск усствовед. г лав ный хранитель Нижн ета Гl1 ЛЬСКО ГО государ­
ствен н ого музея и зоб р азитель н ых искусств КУССТВ -« СКОГО ХУДОЖНИКА ЛОСЬ 480 ЛЕТ ... 1924 год. В Нижн ем Таги ле. на чердак е бывшего господского дома. до революции принадлежавшего заводовладельцам Демидовым. обнаружено несколько картин, в том числе потем н ев шая и ра с к олотая доска со следами старой живо пи с и. Находк у передали в краеведческий музей. Сотруд ни ки музея, промыв картину, сумел и пр о; читать н адпис ь золотом п о вороту платья Мадо нны: «Рафаэль Урбинас, п и сав шии в 1509 году». Понимая важность на ходки, сделали сообще н ие в Москву, в Глав ­
н ауку, а ч ерез год в Нижний Тагил приехал Игорь Эмману и лов и ч Грабарь, и звест­
ный худож ник, реставратор и искусствовед. Осмотрев картин у, он за ключил, что картина, прежде все го, н уждается в реставрации, а затем -
в тщатель н ом и зу­
чении. Три года понадобилось Грабарю и его коллеге Б. Н. Яковлеву, чтобы вернуть картину к жизни. Параллельно Иг орь Эммануилович занимался и зучен и ем истор ии картины, ус тан овле ни ем факта п одл инн ости. Дело в том, что к этому времен и было зафикс иров а но более 40 картин с таким же сюжетом, претендоваВIJIИХ на то, чтобы н азываться по дл инни кам и Рафаэля. Чтобы понять сложность этого вопроса, об р ат и мся к и стории и б и о гр афи и Рафа эля Са н ти. Кон е ц XV -
н ачало XVI века -
в р емя, ког­
да и скусство Италии пережива е т расцвет Вы­
сокого Возрождения, и Рафаэль Са нти ­
одна и з сам ы х ярк и х фигур этого п ер ио да. В 1508 году папа Юли й 11 пр иг ла ш ает художн ик а в Рим, п оручив ему созда ни е фре ­
сок во дворце Ватикан а. Год спустя художн и к н аписал картину «Lвятое семе йство ». В з яв в ос н ову известн ый евангельский сюжет, Рафаэль и зоб ра з и л Марию и с тарца И осифа в тот м иг, ког да они любуются про с н ув ши мся мла­
де нцем Иис усом Хр и стом. В г лазах юной ма­
тери све тят ся любовь, нежно сть и тревога за судьбу сына. Четкая урав н овешен н ая компо ­
зиция, изысканное цветовое ре ш ение восхищают сво и м сове рш е н ством. Судьба картины удивительна, полна при­
ключений и всякого рода н еожида нн остей. П ОС J lе смерти Рафаэля (1520) она принадлежала ц е ркви Санта Мария, что находит с я в Риме на улице Пополо. В те времена картина п олу чи ла н овое имя: «МаДО НI-J а дель Пополо». В 40 -е годы XVI века ее украли из церкви, н о вскоре, н а й ­
де нн ую и возвращен н ую, п омест и ли на старое место. В ко н це XVI века «Мадонной» насильно завладел кардинал Сфондрато, пользовавшийся в то время неограниченной властью, но по сле смерт и кардинала картины в его коллекции н е оказалось. Следы «Мадон ны » всплывают то в одной, ТО в другой частной ко ллекци и. Появ­
ляются коп ии и вариа нт ы. К н ачалу ХХ века таких «Мадо нн » насчитывается множество. Какая же и з ни х п одл инн ая? Не та J I И, ч то обнаружена в Нижнем Тагиле? На этот во про с и хотел, в ходе рес т ав р ации, дать ответ И. Э. Грабарь. Обследовав произведение, о н приш ел к выводу: «Тагильский экземпляр не коп ия .. ( ... ) и з со­
хранившихся экземпля р ов .. самым ранним, бес­
с п ор н о, является нижн е тагильскиЙ. ( ... ) «Ма­
дон н а» и з Нижн е го Тагила, может быть, тот самый про ори гин ал, который находился н е когда в Римской ц е ркви Санта Мария дель По поло». Возника ет вопрос, каким образом картина Рафаэля Сант и поп ала в Нижни й Тагил? «У ральский следопыт» писал об 'НОМ в 1971 году, н о точного о тв ета нет до сих п о р, од н а ко с увере нн остью можно сказать, что судьба ее свя ­
за н а с семье й Дем и дов ы х, владе ль ц ев мно ги х уральских заводов, в том числ е и нижнетагиль­
ских. Вероятнее вс е г о, картину приобрел Нико­
лай Ни к и т ич Демидов (1773-1828), живший долгое время во Флор е нции и им евший боль­
шую коллекцию картин итальянских худож ни ­
ков. В «С писках» его коллекции знача т ся две картины Рафаэля, н о, к - сожалению, без указа­
ния их названия. Ин тересно в этом п ла н е письмо п риказчика Я. См ир нова. адресованное Н. Н. Де­
мидову и з Лондо н а в мае 1819 года: «Сегодня гос п од ин Бурке н еож и данно приш ел ко мне ска­
за
ть, чт о картина Рафа эл я н аз н а ч ается опять в продажу, что последняя цена 6000 гиней. И так н е у г одно л и Вам будет сделаться обладателем прекрасного творения рук человеческих? Если Вы решите с ь, т о о н пр ос ит ником у н е сказ ы ­
вать це ны, требуемой за его Рафаэля ... » Быть может, здес ь идет р ечь о нашей кар­
ТИНР' Ча сть художестве нн ой коллекци и Демидовым и была послана н а Урал для укра ш е ния господ­
ских домов и ц еркве й в Нижн ем Тагиле. В ре­
ЗУJ l ьтате тагильчане стал и обладателями цен­
ног о экс поната, инт ересного как с искусство­
ведческой, так и ис т ори ч еской то чки з р е ни я. -1 I В НОМЕРЕ: ЛИТЕР А ТУРНО­
ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ НАУЧНО-ПОПУ ЛЯРНЫЙ ЕЖЕМЕСЯЧНЫй ЖУРНАЛ ДЛЯ ДЕТЕЙ И ЮНОШЕСТВА ОРГ АН СОЮЗА ПИСАТЕЛЕй РСФСР СВЕРДЛОВСКОй ПИСАТЕЛЬСКОЙ ОРГ АНИЗАЦИИ И СВЕРДЛОВСКОГО ОБКОМА ВЛКСМ ИЗДАЕТСЯ С АПРЕЛЯ 1958 ГОДА СВЕРДЛОВСК СРЕДНЕ-УР АЛЬСКОЕ КНИЖНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО О. Поскребыwев ИСПЫТЫВАЕТ ВРЕМЯ НАС ••• ! И. Деськов,!В. Деськов ВИДЕТЬ ЗВЕЗДЫI • О. Луз ян инов ВО ИМЯ И ВО СЛАВУ « ••• БЕСПОМОЩНОСТЬ ПЕРЕД ГРОМАДОJII НЕСДЕ­
ЛАННОГО» Н. Соломко ГОРБУНОК. Повесть. Окончание Ю. Самсонов СТИХИ И. Заrородских ЦАРСКАЯ ОХОТА Н. Березовский ПОБЕГ. Повесть. Начало ЖУРНАЛ В ЖУРНАЛЕ «АЭЛИТА» В. Михайлов НОЧЬ ЧЕРНОГО ХРУСТАЛЯ. Повесть. Начало ЗАОЧНЫй КЛФ В. прыткое ЭКСПЕДИЦИЯ в СТАРУЮ КРЕПОСТЬ А. Резниченко КОЛЛЕКЦИОНЕР ЗЕМЛЕТРЯСЕНИй В. Шкерин ПАЛАЧ ДЕКАБРИСТОВ НА УРАЛЕ А. Артемов ЛЮДИ КОЛЫМЫ • Э. Берроуз ТАРЗАН -
ПРИЕМЫШ ОБЕЗЬЯНЫ. Продолжение МИР НА ЛАДОНИ • Ю. Шинкаренко ВЛАСТЕЛИНЫ И ПЛАСТitЛИНЫ Н. Максимова ИЗ ОБЪЯСНИТЕЛЬНОЙ Ей, ВАМ И ЕМУ 2 4 1t1 13 23 24 25 53 54 54 57 69 70 79 Редакционная коллегия: Станислав МЕШАВКИН (главный редактор), Евгений АНАНЬЕВ, Виктор АСТАФЬЕВ, Виталий БУГРОВ, Муса ГАЛИ, Юний ГОРБУНОВ, Герман ИВАНОВ Iзаместитель главного редактора), Серrей КАЗАНЦЕВ (ответственный секретарь), Владислав КРАПИВИН, Юрий КУРОЧКИН, Давид ЛИВШИЦ, Николай НИКОНОВ, Олег ПОСКРЕБЫШЕВ, Анатолий СЕМЕРУН, Константин СКВОРЦОВ, Аркадий СТРУГАЦКИй, Юрий ШИНКАРЕНКО Художественный редактор Евгений ПИНАЕВ Технический редактор Людмила БУДРИНА Корректор Ольга НАГИБИНА Адрес редакции: 620219. Г. CBepДJIOBCK, ГСП-353, ул. Декабристов, 67 Телефоиы отделов: 22-36-62 (Фантастики), 22-45-01 (краеведеиия, секретариат), 22-10-74 (писем, науки и техники), 22-04-81 (прозы и поэзии. публицистики. молодежных проблем). Рукописн принимаются перепе­
чатанными на машинке qерез 2 интервала. 60 знаков в СТРО· ке. 28-30 строк на странице. По вопросам подписки tI до· ставки обращаться в раЙОННblе отделения «Союзпечати». Бра ко· ванные экземпляры отправля fb 8 типографию издательства «Уральский рабочий». Сдано в наБОD 05.03.90. I10дписано к печати 20.04.90. не 15044. Формат бумаги 84XI08'I, •. Бумага типографская ", 2. В ысока я печать. У ел. печ. л. 8.82. Уч.·изд. л. -13.6. Усл. кр.-отт. 11.76. [ираж 500000. (2-й завод: 250001-500000). 3аказ 531. Цена 40 коп. Типография издательства «Уральский рабочий». b2021g. г. Свердловск. пр. Ленина. 49. На 1·Й стр. обложки фото Олега Каnорейко к. оч.ерку «Царская охота». © "Уральский следопыт:> . .1990 г. Олеr ПОСКРЕБЫШЕВ uaпIIППu •• 18ВВIIВIIJIII.П.llшПППlП ..... 1I Мудрость и человеЧfЮСТЬ, грусть и лукавинка, образность, напевность, глубинная мысль, выраженная с по­
трясающей простотой -
и,ненно 'Эти качества ОТJlечают ндши 'tUтатели, откликаясь на стихи и публицистиче­
ские выступления автора, новую по­
этическую подборку которого пред­
ставляет «Уральский следопыт». 10 июля народно_ну поэту Удяур­
тии, члену редколлегlllt нашего жур­
нала Олегу Алексеевичу Поскребыше­
ву исполняется 60 лет. Пожелае],t е,ну крепкого здоровья. бодрости и творческого долголетия, а значит, и новых прекрасных стихов! 1115i!]I!I!llil!llIllliUIiJПnIIlIПШlПllDllDlliaпo 2 СО ... Соболезнуем -
боль разделяем, Сострадаем -
страданье берем. На несчастье спешим с соучастьем­
Подпереть человека добром. По труду мой надежный сотрудник, Верный спутник в сопутье крутом, Мы -
сподвижники в ходе будней, Сотрапезники за столом. Не злорадствуя, злобы ради, А сорадствуя тем, кто рад, Я -
сорадник твой, друг-соратник, Сосчастливец, счастливый мой брат! Для соседства хочу всех собрать я И для песен в согласные дни, Собеседники и собратья, Совесельники-соловьи. Не совместно ль мы против худа И решали не сообща ль: Узы дружбы союзом будут, Как составом, летящим вдаль! НИ КОЛА, НИ ДВОРА_. Рябина качалась, и цвел огород, Щеколда стучала у новых ворот, В колодец плескалась вода из ведра ... И вот тебе на -
ни кола, ни двора! Была деревенька, была -
да сплыла: Такие дела, что и впрямь ни кола! Как будто -
живую! -
в несчастье мирском Пожар в одночасье слизнул языком. А как тут, бывало, старалась она И вырастить хлеб, и убрать до зерна, Косила, метала к зароду зарод, Рожала девчонок, мальчишек -
народ. Когда ж супостат наскочил на страну, Она всех могутных-
скорей на войну ... И день колотилась, и ночь не спала, Лишь только б его довести до кола! Стою я, тоски не умея забыть: Ни зыбки в избе, ни без зыбки избы, Ни ветки в саду, во дворе ни пера­
И нет вообще ни кола, ни двора. Лишь сам, будто кол, я застыл, как пришел, Да мука в груди, как вколоченный кол. И, может, неправ я А ну-ка-
с печалью своей, с весе.10СТЬЮ был бы прав ей?! Легко ль, что всех живших на этой земле, В рябиновых ветках и в хлебном тепле, ПО свету развеяло легче пера, И в душах у них-
ни кола, ни двора! * * * Идя по улице своей, Заметил, удивленный: Меж облетевших тополей Один -
совсем зеленый. Для тех-
Зима не за горой, Все листья разметало. А этот, видите, какой: Стоит и горя мало! Ему как будто потеплей, Чем остальным на свете ... Ах, вон что-
у его корней Прожилка теплосети! Жизнь вдаль течет, Как встарь текла, А он напомнил снова: Вот если б каждому тепла­
Сердечного, Земного! Уж как бы мы тянулись вверх­
Дивитесь и глазейте! -
Когда бы подключить нас всех К взаимной теплосети. Пусть осень, как в трубу трубя, Прохватит лиховеем, Согрей меня, Согрей тебя -
И мы зазеленеем. * * * Гляди -
земля вся исказнилась, Тяжелой памятью томясь. На. братство и НЗ: совместимость Испытывает время нас. Тревогой новой даль затмил ась. В заботах вечных взгляд увяз. На доброту и справедливость Испытывает время нас. Мирское море устремилось Смыть слепоту, и фальшь, и грязь! На чистоту и совестливость Испытывает время нас. 13:РfМЯ шс ... ЗЛО Порою оно, закопать нас грозя, Такую возводит блокаду, Ч то вроде и жить-то на свете нельзя, Но как поосмотришься -
Надо! Неужто пойдем от настырного Горбатясь, Трясясь, Паникуя?! вспять, Да стоит ему клок надежды отдать, Уж то-то -
гляди -
возликует! Нет, Пусть нас колышет, А мы Напролом Собьемся в живую лавину­
И стуком сердец наших Гвозди вобьем, Вколотим в его домовину. ЯСНАЯ РОЩА Пусто в осенней березовой роще. Роща прозрачно-ясна. Ветер ей чуткие ветви полощет­
Только безмолвна она. Свет не смеется и даль не ликует В роще нагой и пустой. Плачено ею за ясность сквозную Сорванной с веток листвой. То, что известно с поры стародавней, Видно по роще теперь: В ясности есть обнаженность страданий, Есть отраженность потерь. * * * Ну да, не позабылось до сих пор: Оборотившись быстро, как на выстрел, Вы на себе поймали чей-то взор -
Нацелившийся, Цепкий, Ненавистный. Он тут же извернулся, как зверёк, Поласковел, Сомлел, как пламя в тигле; Он даже ловко притвориться смог, Что вы его врасплох и не застигли. Но годы проползут И пролетят, Жизнь отсчитает череду событий, А этот взг.1ЯД ... Чужой мгновенный взгляд, у вы, не станет ни на миг забытый. * * * Ко всему возможно ль притерпеться, Можно ли привыкнуть ко всему? ... Не бери ты это близко к сердцу. -... Ладно,- говорил Я,- не возьму. Много было в коловерти быта Всяких дел, инеудач, 11 бед. Это близко к сердцу не бери ты. Понял, -
отвечал Я,-
нет так нет. Жизнь могла тревогами затискать. Предлагала и любовь, и грусть. Не бери ты это к сердцу близко. -
Что ж, -
твердил в ответ Я.­
Ладно. Пусть. Можно все просеивать сквозь сито, Так что оставалась тишь да гладь. Но скажите -
как потом и жить-то, Если к сердцу жизнь саму не брать?1 * * * Бывает -
и хлеб равнодушной рукою С гримасой швырнет кто-то наземь спесиво; Бывает -
и матери сердце святое Детьми не хранимо, пока оно живо. и счастье, увы, не бугрится горою, Попробуй-ка им всех ДОСТОйных уважить! Но кто же удвоит его и утроит, Кто щедро засеет вселенскую пажить? Сам -
новым росткам пособи укрепиться, Сам -
дай всколоситься и сделаться житом, А дальше по зернышку и по крупице Порадуй всех тем, что тобою добыто. Был путь наш смертельным и скорбно-горючим, Пробит он, прострелян, прожжен и прокован. И если мы к счастью людей не приучим, Нет проку учить и чему-то другому. Бывает -
и хлеб равнодушной рукою С гримасой швырнет кто-то наземь спесивО; Бывает -
и матери сердце святое Детьми не хранимо, пока оно живо ... Рис. Сергея Копылова IIUJIIIIIIIП'IПDIQIIIIIIU'IШ'"""III""IIIII 3 «УРЛЛЬСЮiИ слЕдопыт> (Ng '1 ЗА 1981 ГОД) ПИСАЛ О ПАВЛЕ НИКОЛАЕВИЧЕ ДЕСЬКОВЕ КАК РАЗI - IOСТОРОНI - IЕ ОБРАЗОВАННОМ, ВЫСОКОКВАЛИФИUИРОВАННОМ МАСТЕРЕ ОПТИКИ, УВЛЕЧЕННОМ ЛЮБИТЕЛЕ АСТРОНОМИИ И РАШЮТЕХI - IИКИ. ГЛАСНОСТЬ, ОТКРЫТОСТЬ В 1989 ГОДУ РАСКРЫЛИ НАМ НОВЫЕ, СКРЫТЫЕ ОТ НАС ЗА СТАЛЬНЫМ ЗАНАВЕСОМ СТРАНИUЫ ЕГО ЯРКОй ЖИЗНИ, РАССКАЗАЛИ О НЕМ КАК О КОММУНИСТЕ-ЛЕНИНUЕ В ИСТИННОМ СМЫСЛЕ ЭТИХ СЛОВ, ПОВЕДАЛИ О ЕГО СУДЬБЕ. DИАЕТЬ 3DE3Abl! Бесстрашное пи с ь м о С т алину Н3 уральской деревни в декабре 1931 го да Уральский обком партии назначил П а вла Нико­
лаевича директором машинно - трак­
торной ста:шии. Уже в ес ной 1932 го­
да эта М ТС одной из первых про­
вела весеНН Иl 1 сев, и ее руководите­
лей прем!!ровал Все со юзный Трак­
тороиентр. К уборочной страде МТС п олучила план за готовок ХJlеба, однако, вопр ек и указаниям сверху, райком пар т ии по т ребовал от Павла НиколаеВИЧJ вдвое большей заго­
товки хлеба. Это' вело к тому, что еще не окрепшие КОЛХОЗЫ остава­
лись без семян и фуража, а колхоз­
ники без хлеба. Все это вело к пря ­
мому подрыву веры в коллективный труд, о слаfiляло колхозы. Ясно по­
нимая пагубно с ть таких волевых ре­
шений, П авел Никол ае вич, впредь до подтверж де ния обкомом партии, от каза лся выполня т ь ра с поряжение райкома. За это его с няли с рабо­
ты, ИСКЛЮЧIIЛИ из партии и лишили 4 воинского звания (он относился к старшему ком политсоставу). После­
довали ярлыки: оппортунист, при­
крывшийся партийным билетом ку­
лак, белый оФиuер... Поспешила по­
зл орадствовать и печать. Два года саМОУНllжений, при з наний в несовер­
шенных грехах, переходы с одной работы на другую, и в каждом кол­
лективе его боялись, как прокажен­
ного. Даже с должности секретаря родного Ершовского сельсовета он, без всякого на то основания, был снят. Семья осталась без средств существования. Лишь чере з два года ИКК (Uентральная Контрольная Ко­
миссия) при ИК ВКП(б) восстано­
вила его в партии со с трогим вы­
говором, но злоключения на этом не закончились. О его чувствах нам стало известно из письма его двою­
родного бр ата: «Дорогой Ваня! .. Ты пишешь, что Павел многое пережи в ает. Я знаю, ЧТО он переживает, и чув с твую в се эти трудности роста соuиализма, ко­
торые на 50 проu енто в м ожно было б ез у щерба темпам роста соuиализ ­
ма ликвидировать. Да ты и сам дол ­
жен з нать, если внимательно и се рь­
езно по смот р еть в жи з нь ... Ф е враль 1932 Г., Василий», Больше в сег о Павла Николаеви­
ча во л новали H~ пр ес ледования, а то, к чему привела политика сплош­
ной коллективи заu ии, массового « рас­
кулачивания», которое особенно же­
стоко ударило по се ре д няку, поли­
тика обезличивания к оо перативной собст венно сти, раскрестьянивания к р ест ьян ст в а, полного игнорирования Уста в а сел ь скохозя й ст венно й артели и демократии. Особенно у д ручало т о, что п е ре д товарищамн п о рево­
л юuионной борьбе он не мог найти оправд а ния в сему т ому, что прои с ­
ходило в стра не. Однажды пар т орг Ершовекого колхоза «Память В. и. Ленина» из­
девательски предложил Павлу Нико­
лаевичу выступить с лекциеii об ус­
пехах колхозного строительства ... Это переполнило чашу его терпения. И он, выражая протест против адмн­
нистративно-диктаторских методов руководства, в июне 193~ года сдал партийный билет. Этот шаг стоил ему очень доро­
го. Вот что он писал брату: «Дорогой Ваня! Я не знаю, смо­
жешь ли ты без особой горечи из­
винить меня за такое долгое молча­
ние. Физическое и психическое мое состояние за истекшую весну отчего­
то было таким, что я ие мог ни писать писем, ни читать что-либо серьезное... По этой прнчине я не писал писем не только тебе, но и вообше всем. Накопилось писем две­
надцать очень важных... на которые нужно было отвечать, и немедле~но, а я находился в состоянии какои-то спячки ... » Деськов становится учителем ... Боль, чувство ответственности за все происходящее не дают покоя, и в сентябре 1934 года он начал гото­
вить письмо в ЦК ВКП(б) Сталину. Мы, родственники, знали, что Павел Николаевич отправил какое-то письмо в ЦК, хотя его друг В. и. Ба­
жуков просил: «Паша! Не делай этого -
ты себя погубишь». Павел Николаевич так писал вождю: «Мысль написать Вам вот такое письмо у меня появилась сравни­
тельно давно... Я совсем не уверен, что это письмо прочтете именно Вы, и еще ;,teHee уверен в том, что Вы найдете возможностЬ что-либо пред­
принять по нему ... Однако все труднее становится ,WHe отвечать на вопросы граждан, ,иногие из которых вместе со мной в 17 году организовали здесь Совет­
скую власть и после защищали ее с оружиеJ.i в руках. «Почему это у нас делается так, а не эдак?» Отве­
чать на такие вопросы казенны.ми фраза,wи о трудностях, что дайте, J,tOл, срок и -
постепенно все обра­
зуется, становится все труднее. Ч ув­
ствуя себя в чем-то виноватым перед тов·аРUЩaJЛU, ответственньси перед HUJ,tu за происходящее (ведь я 110-
вел их за собой в декабре 17-го года и вот --
«довел» )... nОЭТОJ;lУ это nисыto, как плод, .может быть, не столько «ума холодных наблюде­
нuй», сколько «сердца горестных за­
жет», я адресую, и. В., u,иеl{НО BaJ.t, т. к. ни районный, ни даже област­
ной ко,ltитеты партии политики не делают, ее делает ЦК, а ЦК руко­
водите Вы, значит --
от Вас II «все качества». О каких же «качествах» писал Павел Николаевич? «Вследствие фактичесг;ого упразд­
нения уставов колхозов (я уверен, «то ни в одном колхозе ftUKTO, ни-
когда в устав не заглядывает: не­
зачем) ... » Колхозы полностью лишены само­
стоятельности. «После «сплошной» коллективи­
зации 1930 года это положение пред­
ставляется ,ине вторым, доnущеННЫ/vj /Ш);Ш перегибом, из которого мало "то выходит». Колхозники хозяевами в колхозе себя не считают. Сеют не то, что считают необходимым, и планы по­
сева культур колхозам даются сверх их физических возможностей. «Уборка ржи у нас начата 22 июля; яровые поспели к S-му ав­
густа; между тем, еще сейчас (сере­
дина сентября) стоит на корню и осыпается 200 га ржи; осыпается 30 га пшеницы, 50 га овса, проса, гречи и т. д. Это при наличии почти постоянной сухой погоды. А что было бы при дождливой погоде?. Прибавьте к этому, что посев ржи поошлой осенью продолжается в э~ом колхозе (колхоз «Память В. и. Ленина» в с. Ершовка) до за;,toрозков (до конца октября );tеся­
ца), когда каждый колхознU/( ска­
жет Вам, что ози,wь, посеянная после 1 сентября,- не хлеб». Однако сеют! «Делается это исключительно для того, чтобы выполнить требование высших организаций о 100 % вы­
полнении плана сева. А где целесо­
образность? Где же, наконе/{, про­
стой здравый смысл? У нас недоста­
ток хлеба (еще не отменена карточ­
ная система, лишь миновал голод 1931-32 гг., унесший миллионы жиз­
ней),- а мы зря бросаем его в зем­
лю; у нас недостаток рабочей и тяг­
ловой силы,- а мы ее бесполезно изматывае);!; у нас не хватает време­
ни на выполнение других боевых хозяйственных камnаний,- а мы «на зло рассудку, наперекор стихия},!» толчем в ступе воду (по «Запискам из Мертвого дома» Достоевского). Если бы /vLbt посеяли -
пусть мень­
ше, да вовремя,- убрали бы вовре­
.мя и без колоссальных потерь, /vtbl бы: 1. хлеба получили больше (кол­
хозники так и говорят: «Трудо­
день у нас был бы дороже»); 2. мы бы не изматывали так рабочую и тягловую силу и 3. уcnеu.mее бы справлялись с други,ии ка,иnанuя,ии ... Сеять рано весной (сверхранний сев), во что бы то ни стало, и любую культуру рано -
у нас С'LUтается БОЛbluевистской доблестыо (установ­
ленные вековой зе,иледельческой nрак­
тикай сроки сева отдельных куль­
тур -
это, видите ли,-
пережиток контрреволюционного прошлого!)>>. Сверхранний сев был «необхо­
дим», потому что почти каждый ру­
ководитель -
от малого до большо­
го -
создавал себе личный автори­
тет, стремился блеснуть своей расто­
ропностью, исполнительностью, доб­
лестью и закончить сев первым. Не­
удивительно, что по количеству Oj}-
денов мы преВ30ШЛИ все страны мира. «Но посмотрите, что из этого по­
лучается. Гречу, старинную местную культуру, председа2'ели колхозов под страхом обвинения во вредитель­
стве, вопреки велениям здравого рас­
судка, посеяли J;lIiого раныие оБЫ'l­
нога для этой культуры срока. За­
,1!ОРОЗКИ в конце весны в нашей зоне оБЫЧNbl. Греча великолепно вЗOluла, даже зацвела и ..• бесславно nогuбла от заморозка в ночь на 11 uюня ... Так отсюда «болыuевики» из по­
литотдела Сарапульской МТС делают скоропалительный вывод: «Греча здесь не по климату; на будущий год мы ее llЗ посева выведем» ... » Коллективизация... Павел Нико­
лаевич еще в 1918 году ДСВОЛbllO отчетливо увидел преимушества KOJ)-
лективного труда при полной само­
стоятельности трудовых коллективов, потому приветствовал создаиие кол­
хозов на добровольных началах и, находясь в 1929 году за тридевять земель от родины, он одним из пер­
вых вступает в свой родной колхоз «Память В. и. Ленина». Административное рвение, часто карьеризм, стремление отрапортовать первыми о невиданных успехах при­
вели к сплошной, принудительной коллективизации. Многие крестьяне, которые пытались сохранить хотя бы малую толику самостояте.1ЬНОСТИ, объявлялись кулаками, либоподку­
лачниками, .1Jнбо просто «без вины виноватыми» и находили себе «при­
ют» на Севере, в Сибири, где все становилось общим: и голод,· и хо­
лод, и попрание человеческих прав, и смерть, и могилы. Лишенные всех предусмотренных Уставом сельскохозяйственной арте" ли прав колхозы, раскрестьяненное крестьянство как не,lЬЗЯ лучше устраивали высшее руководство стра­
ны. Попробуйте командовать еДI1НО­
ш!чниками, самостоятельными кол­
лективами по Bceii стране -
у вас ничего не получится -
каждый из них будет производить то, что спра­
шивает рынок, и тогда, когда есть спрос, и спускаемый только сверху «господин плаю> будет 6еССl1лен на­
вязать им свою волю. Совершенно иное дело -
колхоз, ЖДУlIlИЙ указа­
ний сверху: когда .пахать, когда и что сеять, когда жать. Волевой взмах руки -
все пашут. Взмах -
и все жнут. Взмах -
и все сдают больше, чем могут сдать. О таком военизпрованном, беспрекословно под­
чиненном воле высшего руководства государстве мечтал Л. Д. Троцкий. Одна из его идей: создание трудо­
вых армий с минимумом потребно­
стей, с МI!НИМУМОМ интересов, где люди превращаются в безропотных исполнителей высшей воли. Эта идея, можно сказать, идеально БЫJ!а воплощена в ГУЛАГе. Да и по всей странс, хотя и в меньшей мере, она 5 воплощалась с невиданной в исто­
рии человечества жестокостью. Подумайте, во что был превращен не только коллективизированный тру­
женик, но и весь советскиЙ народ­
в послушный инструмент; на какую клавишу сверху нажмут, на той ноте он и зазвучит: или громи буржуаз­
ную культуру, или вытравливай ре­
лигию, или отвергай все иноземное, или уничтожай всех, кто неугоден. Но были -
БЫЛИ! -
люди, которые не позволяли на себе играть ... Павел Николаевич продолжал писать Сталину: «Два года тому назад я работал в Зауральской части Уральской об­
ласти (территории б. Курганского округа) и наблюдал следующее: осенью мы с соответствующим шу­
мом и, конечно, 4:по-большевистски» проводим хлебозаготовки, беспощад­
но боремся с оппортунизмом на ме­
стах, караем председателей колхо­
зов, председателей сельсоветов и кто повыше за недооценку хлебозагото­
вок, за утаивание хлеба, за «втира­
ние очков» с определением валового сбора зерна и проч. В результате, конечно, добиваемся соответствую­
щих побед в деле выполнения хле­
бозаготовок. А следующей весной тем же колхозам даем продоволь­
ственную и семенную ссуды и этим самым признаем, что в результате кампании хлебозаготовок у данного колхоза и его членов хлеба для пи­
тания и семян для посева осталось недостаточно и что без поддержки они не справятся с работой колхоза. Да это было бы еще полбеды. Но­
ссуды мы даем в самую весеннюю распуту, перед самым весенним се­
вом, и колхозные лошади, вместо того чтобы отдохнуть и набраться сил для полевых работ, no брюхо в талом снег.lJ, в ухабах, в зажорах, в грязи должны таскать за многие аесятки километров буквально по одному-два центнера зерна со ссып­
ного пункта домой, в· колхоз, то зер­
но, которое они же, за те же десят­
ки верст, в такую же распуту таска­
ли из колхоза на ссыппункт. Пред­
ставляете ли Вы себе -
сколько при этом теряется зерна, рассыпается, замачивается, преет? Случалось ли Вам видеть трупы лошадей, павших на дорогах от непосильной работы? Видали ли Вы кобылиц, ожеребив­
шихея в санях с возом зерна на мокрой, навозной весенней дороге и тут же погибших вместе с жеребя­
тами? Первое после коллективизации время крестьянин берег бывшую свою кормилицу -
лошадку, потом решил: «Не горе -
колхозное!» ... » «Затем по совести признаюсь Вам, И осиф Виссарионович, я совершенно не nОНШvlalO необходимости сдачи хлеба государству в процессе самых горячих работ по уборке. Знаете, что получается? В самом начале жатвы еще не выстоявшийся хлеб мо­
лотят, а т. к. зерно еще влажное и 6 не годится для сдачи -
его сушат на солнышке или на сушилках, на что затрачивается масса трудодней, за­
тем значительная часть людей и ло­
шадей отрывается от уборочных ра­
бот для вывозки зерна на ссыпной пункт. Эти строки я пишу 27 сен­
тября. Сильные ночные заморозки сменяются nроливными осенними дождями. СиЛЬНblе ветры. А в на­
шем колхозе не только не Вblжаты еще полностью ЯРОВblе, а -
рожь стоит на корню. (<<Вот На/ии трудо­
дни!» -
говорят колхозники ... )>>. Так поступали в каждом районе, в каждой области всей страны, и всё ради того, чтобы первыми отра­
портовать о «красном обозе», о вы­
полнении плана хлебозаготовок, а что оставалось колхозу, колхозному стаду, людям -
это вышестоящее ру­
ководство не волновало: «Не смогли убрать -
добывайте из-под снега!». Мы прекрасно помним, как скарм­
ливалось животным проросшее на корню, перемороженное, уже ядови­
тое зерно. Прекрасно помним «трон­
дочки», или «тошнотики»,- лепешки из выкопанного из-под снега, пере­
мороженного картофеля. «Итак, Мь! теряем сотни (не ты­
сячи ли?) центнеров не убранного с поля или окрошившегося хлеба ... Это целесообразно? В каких интере­
сах государства так делается? Н епо­
нятно... Я не могу додуматься до какого-либо оправдания описанному безобразию». А «оправдание» не так уж труд­
но найти: чем больше затруднений испытывает народ, тем лучше под­
тверждается тезис об обострении классовоЙ борьбы, тем выше Доверне к «прозорливости» гениальнейшего вождя, тем легче толкнуть народ на «охоту за ведьмами», тем больше почти бесплатных рабочих рук, кото­
рые можно бросить на великие стройки -
стройки величайшего зод­
чего коммунизма. «Может быть, такое положение имеет место только в нашей местной зоне? Но в свете описанного мною разговоры о зажиточной жизни, о культурной жизни звучат фальшиво ... Однако не слишком ли мы поспеши­
ли с фактическим упразднением де­
корума демократизации в крестьян­
ском вопросе? .. Однажды... я попросил у пред се­
дателя колхоза У став сельхозарте­
ли. Председатель ... несколько удив­
ленно, но грубо и уверенно ответил: -
Устава у нас нет; иди в по­
литотдел МТС, там имеются уставы и все распоряжения! Понимаете, И. В.: -
распоряже­
ния. Декорума уже нет .. » Да, даже фиговый листок к 1934 году был сброшен. «Сегодня 3 октября. Осень. Силь­
ныс ночные },юрозы (уже не просто заморозки) сменяются nрониЗblваю­
щей СblРОСТЬЮ осенних ветров, с дож­
дями. Природа замирает, заканчива-
ет свой летний цикл. Человек еще не властен над временами года ... Человеку пора уходить с посеревше­
го, пустынного, ставшего неУЮТНbl},! поля. Я снова бblЛ сегодня в поле. Я видел 1reсжатую, павшую, при­
битую к зе},!ле рожь; я видел скло­
нившиеся на холодную мокрую зем­
лю гРЯЗНblе, nерсзрелые, почернев­
шие кисти про са; я видел сиротливо мотающиеся на ветру под свинцо­
вым небом редкие, в сорняках кисти гречи, неизвестно как выросшие пос­
ле разгрома морозом в ночь па 11 июня и не собранные до сих пор; я видел колхозников, убиравших с /иля кучки какого-то хлама; я ви­
дел... я видел то, чего не должно быть в поле в эту пору. И мне снова стало до ярости досадно за массу зря потраченных колхоза},! труда и средств, обидно за покtlзное безраз­
ЛИ'lllе колхозников, в душе -
я знаю -
проклuнающих такие наши порядки и во всем.- по их мне­
нию -
виноватую пятилетку. Я считаю, что причuной описан­
ного явления является то бесшабаш­
ное ад},!1l/iистрирование, о котором я также уnо},!инал и которое у нас называется жесткой дисциплиной в выполнении государственных плано­
вых заданий». Видите одиноко бредущего IЮ полю человека? В глазах его бес­
сильная ярость, на ,1ице то и дело набухают желваки, а сердце... пы­
лающему сердцу тесно в груди, ему невыносимо больно за людей, за попранные, растоптанные надежды. Скажите, почему ни парторг, ни секретарь РК: партии не вышел в такой день в поле? Почему Павел НИКО'lаевич оказался в одиночестве со своей мучительной болью? Вы скажете, что секретарь райкома об этом не знал? Знал! -
но это его не интересовало -
он любой ценой вы­
давил план хлебозаготовок, оставив детей, стариков, не говоря уже о трудоспособных, вложивших в хлеб "ровь и пот колхозников без хлеба. Он оправдал доверие вышестояших, и какое ему дело до павших лоша­
дей, коров. И тут он также найдет путь, чтобы обелить себя: он лично обнаружит «подрывную деятель­
ность» какого-нибудь пастуха, спро­
вадит его в безвестие, получит от верхов еще большее одобрение и останется чистеНI5КИМ перед партией. Ну, а пропаганда? Пропаганда и те, кто продвигался на поприще «философской» науки, дадут этому теоретическое обоснованне: «Анафе­
ма миллионам и слава одному!» Диктатура пролетариата, о кото­
рой в те годы так много говорилось, была заменена диктатурой системы. Вождь же постепенно, уничтожая всех, кто мог оказаться }ци оказался на его пути, шел к диктатуре над системой. Вот они, те (,все качества». Неисчислимое число жертв (мы '. уверены, что подсчитать их будет невозможно) превратились в новое качество -
величие вождя. Наш на­
род нам представляется в виде го­
родского окультуренного дерева, у которого срублены все ветви. Сколь­
ко удивительных, неповторимых, та­
лантливых людей-ветвей срубил чу­
довищный топор! Сколько чудесных людей не смогла родить и вскормить наша русская земля! Один товарищ высказал мысль, что письмо Павла Николаевича срав­
нимо с письмом Ф. Ф. Раскольнико­
ва. Да, смелости и Федору Федоро­
вичу, и Павлу Николаевичу не зани­
мать. Но если Федор Федорович на­
носит удар по организатору и вдох­
новителю массовых репрессий, то Павел Николаевич -
по выпестован­
ной им командно-административной системе (так будет названа в конце 80-х годов система руководства на­
шей страной, и которую не так-то просто сломать и заменить новой­
она за 70 лет пустила глубочайшие корни, и неудивительно, что письмо Павла Николаевича более полувека было скрыто от нас, и то, что все оно подчеркнуто красным, синим и зеленым карандашами, что не поте­
ряло оно злободневности и в наши Дни). Но вернемся к письму. «К сельскому хозяйству предъяв­
ляются большие требованШl. И чув­
ствуется, что оно с этим н,е c1ЦJaв­
ляется. В чем-то мы, И. В., прохло­
пали... и усугубляем noложение бес­
толковым планированием ... Колхоз «Память В. И. Ленина», о котором я писал выше, к данному молtенту заканчивает сдачу государ­
ству продуктов полеводства (зерна). «Сколько было ржи, тиеницы, чече­
вицы, гречи -
все свезли»,- говорят колхозники. Кроме того, «по постановлеnию общего собрания колхозников» сдано 400 центнеров зерна в порядке хле­
бозакупа. Что же дальше? А дальше вот что. К весне у колхоза недоста­
нет сеЛIЯН около 700 цеnтнеров. Кол­
хозники же уже теперь покупают хлеб (свободной продажи хлеба пет, так «из-под полы») ... И дальше опять с nевинным ви­
дом начнем «планировать»: страхо­
вые семфонды прошлого года еще прошедшей зимой из колхозов «по решениЯЛI общих собраний» увезены куда-то; еще в 1930-31 гг. из кол­
хоза «Память В. И. Леnина» «взаимо­
образно» по распоряжениям рай­
организаций вывезено 3900 пудов сеЛlенного, отсортированного зерна; обратно получить, конечно, не удаст­
ся. Так нам придется весной -
буду­
щей -
с видом этакого пре:зритель­
ного снисхождения (<<Как, мол, вы так, товарищи, хозяйствуете?») ока­
зать колхозу помощь семенами, т. е. ему придется весной снова везти зерно из-за К Q/fthl •.. Я, И. В., решител{)но кг пон,имаю принципов такого плаnирования. Вернее, я их осуждаю. «Подумаешь, как страшно!» -
скажете Вы, 11,0 Вы видите, к. чему это приводит ... дела­
ем это так, что вред.им суку, на ко­
тором сидим ... И нередко наши побе­
ды напоминают победу Пирра». Далее Павел Николаевич пишет о правах человека. Он показывает, что увлеченное гигантским размахом строительства в стране руководство отодвинуло человека на задний план. «для оказания материальной по­
мощи колхозникам, впавшим в нуж­
ду (старость, болезнь), у нас суще­
ствует КОВ К (комиссия взаимопомо­
щи колхозникам). По распоряжению, полученному в середине лета, КОВК должна две трети урожая со своего посева сдать государству, а из остав­
шейся трети создается фонд помо­
щи. КОВК нашего сельсовета при этом условии не сможет оказать реальной помощи нуждающимся ... » Понятно, что все описанное демо­
рализует колхозников ... «В июле я зашел по делу к ста­
рому своему соседу, трудолюбивому, квалифицированному плотнику и землеробу, теперь уже старику, ко­
торому «пора на покоЙ». В разго­
воре он заявил мне: -
Веришь, нет, Павел Николае­
вич, а на завтра у нас со старухой куска хлеба нет; а ведь всю жизнь робил и сейчас роблю. Раньше, бы­
вало, nоробишь, так знаешь, что по­
лучишь, сыт-одет будешь, даже и калача поешь. А нынче робишь­
робишь, а -
не знаешь за что. И все хуже и хуже стаёт... Как ты дума­
ешь, долго ли эти проклятые колхо­
зы продержатся? Мои слова о неизбежности труд­
ностей не произвели на него никако­
го впечатления; он только перевел разговор на другую тему (может быть, это потому, что я сам бьюсь «с куска на кусок»). Планируя и управляя (управлять, значит принуждать -
вот что стало принципом руководства), мы часто бываем слепы и глухи к реальной хозяйственной и политической обста­
новке в том или ином месте, и на это,и фоне наши слащаво-сентимен­
тальные . по языку декларации по адресу, например, здешних колхоз­
ников звучат как-то фальшиво. Надо иметь в виду, что колхозники, осо­
бенно передовые, У.l,1ные мужики, за которыми идут остальные -
совсе.!.! не дети. И если они ничего «не возражают» по поводу планирования колхозного хозяйства, о чем я гово­
рил выше, так это еще не значит, что с ними все в порядке ... В нашей прессе установились тра­
диции трактации понятия «колхоз­
ник» в двух типах: тип первый -
это, конечно, подав­
ляющее болышlНСТВО добрых быв­
ших крестьян единоличников, впол­
не убедившихся в преимуществе КО/l.­
хо:жого строя, живущux безусловно уже зажиточно и культурно u то u дело рапортующих о победах «под Вашим непрестанным большевист­
ским PYKOBOaCTBOJ.I» U т. д. И тип второй. Это -
злой кулак, «пробрав­
/иийся в колхоз с целью развалить» ... и т. д., а между тем действительное лицо действительно подавляющей массы колхозников остается в нашей литературе неосвещенным. Иногда, правда, кроме буколического типа первого образца, у нас рисуется и другой колхозник, это -
темная, мало разбирающаяся в обществен­
ных вопросах, слепая, со стадными инстинктами масса. Конечно, и те, и другие, и третьи колхозники у нас есть... Я не буду доказывать, что колхозник в массе своей -
человек с хорошо развитым хозяйственным инстинк1'ОМ. И Вы, конечно, пред­
ставляете себе, как в его сознании отражаются наши промахи (про­
махи ли?) в строительстве колхо,'J­
наго хозяйства ... при абсолютной не­
возможности критики с его стороны (попробуй критикнуть -
живо попа­
дешь в разряд бузотеров, оппорту­
нистов, ПЛЯiиущих под кулацкую дудку, со всеми вытекающи.ии отсю­
да последствиями!). Ну, и -
«как оно идет, так и иди!.. и вались все к черту!» ... Мне кажется, не ослаб­
ляя руководства, надо бросит{) пол­
ное игнорирование разумного мнения колхозников, полное игнорирование очевидности, и манеру в разговоре с колхозниками по всякому «белому ли, черному ли» поводу с его сторо­
ны -
обязательно утверждать, что это -
обязательно черное. А то ведь забавно: заботы о колхозном строи­
тельстве мы простираем до того, что учим колхозника -
как запрягать ЛО1иадь, как ее КОРЛlи1'Ь, как пахать и боронить; а из-за этой мухи-слона гибель его трудов в поле благодаря нашему «планированию» мы не за­
мечаем. Завинчивая на мелочах, мы развинчивае.и в общем. И действи­
тельно получается, что он действи­
тельно не знает -
как и че.и накор­
мить лоиюдь и во что ее запрягать». Действительно, грубое, невежест­
венное, мелочное, «всезнающее" администрирование вкупе с массо­
выми репрессиями привели к голоду начала 30-х годов. Павел Николаевич продолжает; «Вы понимаете, что описанная обстановка отнюдl> не располагап колхозника к оптимизму. Мне, и nо­
видимому, и другим низовым работ­
никам, в более или менее интилtной беседе с крестьянами нередко прихо­
дится слышать вопрос: «А что, если бы Ленин был жив -
так же ли бы было или лучше?» Вот еще один пример. 3то пожи­
лой, лет под 60, бывumй из са;иых активных моих сподвиЖflUков красно­
гвардеец-партизан, в годы граждан­
ской войны и последующей разрухи занимавший ряд ответственных по­
стов в волости, nередовик. На 'днях 7 в нашем домашнем разговоре... за­
шла речь о домашних хозяйственных делах. Я: -
JI нас с Петром (мой брат) бани нет, хлев разваливается, крыша на избе сгнила, надо что-то делать, а не на что! Он: -
JI меня тоже дела неваж­
ны -
все разваливается; был заго­
товлен лес и пиломатериалы для ремонта, да -
как пошло такое ... (намек на методы проведения у нас ка.ипании по ликвидации кулачест-
ва) подумал ... еще пожалуЙ ... -
бро-
сил, размотал все на дрова ... вались все к черту; избенка некорыстная есть -
и ладно! Надо Вам сказать, что €раскула­
чивание» у нас проводится, действи­
тельно, безалаберно. Это немудрено при той чехарде с председателями сельсовета и парторгами, какая у нас практикуется. За полтора года, что я здесь, у нас -
пятый пред се­
дате ль и пятый или шестой парторг. Членов партии местных нет... П ред­
седатели и парторги -
все «реко­
мендованные»! ... Ну, и натурально­
являются в сельсовет новые предсе­
датель и парторг и с заiJором све­
жих людей начинают выкорчевывать остатки кулачества». В руках у нас акт от 2 августа 1933 года, который ярко показывает то, о чем писал Павел Николаевич. «Мы, нижеподписавшиеся... соста­
вили настояший акт ... Сего числа от правления была разнарядка на мо­
лочение, но работа сорвалась, т. к. член правления Камышев Семен Филиппович умышленно срывает хлебозаготовительную кампанию. Вся­
чески старался и раньше разбить настроение, ... смог разложить кол­
хозников, чтобы работу бросали, что без хлеба голодом работать невоз­
можно... Между колхозниками он имеет большой авторитет на разло­
жение колхоза. Правление просит в скорейший срок помочь в работе: разбить ку­
лацкое настроение колхозников, а Камышева С. Ф. выгнать из колхо­
за с треском, как подкулачника и разлагателя. Председатель правления колхоза (подпись)>>. Заметьте, акт подписан одним председателем. И будьте уверены, что неуемный характер Камышева наверняка нашел «успокоение» где­
нибудь за тридевять земель. В письме вождю Павел Николае­
вич констатирует значительное паде­
ние общей культуры нашего народа. Связь этого падения с методами уп­
правления страной и народом он не раскрывает, но весь тон письма гово­
рит о том, что внутренняя политика, проводимая ЦК, вела к духовному обнищанию народа. Пишет о работе нздательств, поч­
ты, судов, о внутрипартийной поли­
тике. Так 80 страниц откровения, надежды, что он пишет товарищу по 8 революционной борьбе. Но, отправ­
ляя письмо, он довольно четко пред­
ставлял, к каким последствиям это может привести: «Убийство тов. Кирова и ответ­
ный фактический террор наводят на размышления, на тревожные раз­
мышления. Все ли .ч нас так глад­
ко, как говорят наши стереотипно­
торжественные и часто -
я бы ска­
зал -
напыщенные сообщения в пе­
чати? Нельзя ли бы проще и понят­
нее говорить массам, может быть, и тяжелую, суровую правду ... И лик­
видировать бы политиканство в пар­
тии. Некоторые наблюдения мне под­
сказывают, что в нижних слоях пар­
тии нередки люди, по многим вопро­
сам, задетым здесь, думающие так же, как и я. Что же их удерживает от того, чтобы высказаться соответ­
ственно их мыслям где следует? Мо­
жет быть, есть среди них такие, ко­
торые боятся сделать зто ... : кому хочется сразу попасть в категорию «оппортунистов» и даже контррево­
люционеров и без дальнейших раз­
говоров быть выброшенным из пар­
Тии, ославленным на весь мир чест­
ной, да еще и._ попасть, пожалуй, под суд? .. О письме этом никто здесь не знает, и по содержанию его я ни с кем ни одного слова не говорил ... Решил письмо передать прямо в ЦК по двум соображениям: 1. боюсь, кабы здесь в РК пар­
тии оно не оказало на кого-нибудь из товарищей деморализующего дей­
ствия; 2. на днях я еду на работу в Ленинград ... и проездом через Моск­
ву постараюсь передать письмо в цк, если удастся, то лично». Его опасения не были беспочвен­
ными: после убийства С_ М. Киро­
ва (где-то во время гражданской войны дороги С. М. Кирова и Пав­
ла Николаевича сходились, потому Павел Николаевич тяжело пережил гибель Сергея Мироновича, и имя Кирова всегда было священно в на­
шей семье) последовал разгром ле-' нинградской парторганизации, и лишь в 1989 году мы узнали о ленин­
градских Куропатах, «приютивших» более 40 тысяч жертв. 25 мая 1935 года письмо было за­
регистрировано в одном из секто­
ров ЦК ВКП(б). Кто его читал­
нам неизвестно, но как уже упоми­
налось выше, оно подчеркнуто и красным, и синим, и зеленым каран­
дашами. Более двух лет Павел Николае­
вич, видимо, не знал о судьбе своих откровений. В мае 1937 года один из земляков, Зайцев В. П. (уроже­
нец с. Ершовки), попросил Павла Николаевича написать о состоянии дел в Ершовке. Вот тут-то и сыгра­
ла свою роковую роль одна из черт характера деськовых, о которой Павел Николаевич писал своему брату, Ивану Николаевичу: «дорогой Ваня!.. Желаю тебе успеха на новом ответственном по­
прище, и помни, что дело, веДЬ,не в разряде звания (степени), а в ра­
боте. Работать мы тоже умеем, но помни, что у нас есть большой недо­
статок: слишком доверчивое, дохо­
дящее до наивности, отношение к людям. Будь объективен, рассуди­
телен и побольше самостоятельно­
сти там, где считаешь себя правым, однако на рожон не лезь. ВОТ тебе мои отеческие наставления ... 6 апреля 1937 г., Павел». Вот о чем Павел Николаевич на­
писал Зайцеву: « ... Ты спрашиваешь об Ершовке? Ты не был в ней 10 лет? Ну, так теперь: 1. не узнаешь ее, 2. погорю­
ешь над ней, 3. она встретит тебя, как чужая, потому ч.то кроме нас, стариков, тебя никто не знает, а главная масса населения -
под рос­
шее новое, чужое нам поколение; ты не будешь узнавать кого-либо, и тебя не будут узнавать ... А главное, главное -
она поразит тебя своим нищим, унылым видом пустырей, от­
сутствием новых построек и наличи­
ем падающих старых построек, она поразит тебя широким небывалым размахом воровства. Нерадостная картина! Иногда при виде того, что тво­
рится, я впадаю в отчаяние, я боюсь за то, в пользу чего работал, как умел ... Колхоз здесь называется <l:Память В. И. Ленина». Ты ошибешься, если подумаешь, что это «всеершовский» колхоз: в нем сейчас около двадца­
ти -
кажется -
семейств да несколь­
ко десятков одиночек (боюсь точно сказать, т. к. давно этим вопросом не интересовался, а в прошлом году членов колхоза было около 80). Председатель колхоза -
Михаил Ни­
колаевич Коротков (Николая Федо­
ровича сын Миша); а до него был какой-то «кооптированный» аван.тю­
рист, . ограбивший колхоз, вероятно, на несколько десятков тысяч рублей (следов-то нет) и скрывшийся бла­
годаря «бдительности» организаций (В В-Армязьском колхозе «Им. Во­
рошилова» прошлой осенью тоже какой-то «кооптированный» приез­
жий председатель. растратил 33 тыс. рублей и тоже благополучно скрыл­
ся. Ни тот, ни другой до сих пор не найдены), которых, кажется, больше занимает вопрос о том -
не все ли бывшие красные партизаны­
троцкисты, чем вопрос благоразумия 8 хозяйственном строительстве. Ты подумай: сена для скота у колхозов на зиму не оставалось. В позапро­
шлом году был урожай хлебов; оста­
вались громадные ометы соломы. Н о прошлой весной их приказано было сжечь (<<под личную ответст­
венность!»). Сожгли. А зимой сни­
.nали с крыш гнилую соломенную ТРУХУ, nокуnали ее по 80 рублей за 60З и кормили ... Семенами район был обеспечен l' весне на ... 1 %. Ввели «ссуду». А что делается в лесу! Сколько за ряд лет погублено зря первосорт­
ного материала! Навалят деревьев, а не вывозят. Мы, старые работники села, чув­
ствуем себя совершенно лишними. Чувствуется, что .МЫ отнесены чуть не к рубрике контрреволюционеров. Н ам даже покосов не дают; скоро, как сегодня сказал И CTOJ.lUH, по ули­
це ходить запретят! ... Праздная трескотня в газетах: «о чулках», «о новых людях, вкусах и запросах колхозников в третьей пятилетке», о планах «реконструкции города Москвы» и проч.- прuводят в недо­
УА1ение... Я как,то не могу наблю­
дать все это спокойно, теряю душев­
ное равновесие; собираюсь -
и дав­
но уже -
снова написать об всем в цк, чтобы потом мог сознавать, что со своей сторонЬ! сделал все, что мог,- да времени и сил как-то не хватает. Да, признаться, и за себя начинаю опасаться: нанесу себе вред, а пользы от .моего письма будет ли?. К 20-летию существования Совет­
ской России рабочее движение за границей по существу стоит на мерт­
вой точке? Факты, о которых я гово­
рю (а я сказал еще очень мало),­
лучшая агитация против нас ... » Слышишь, читатель? Это сказа· но более полувека тому назад, а осо­
знавать мы начали только сейчас! А Павел Николаевич продолжал: « ... Печать же наша давно утра­
тила трезвость тона: там -
сплош­
ной тошнотворный фимиам да рос­
сыпь орденов, массовое паломниче­
ство за каковЫJ1Щ в Москву вошло в систему ... » Письмо это Зайцевым было спро­
воцировано, так как он «был вынуж­
ден передать письмо органам» и письменно отречься от Павла Нико­
. лаевича Деськова. Таким образом, еще один «контрреволюционер» был разоблачен. Павел Николаевич знал, что над его головой занесен топор, и писал своему брату: «Времени нам дадено отчаянно мало!» 19 августа 1937 года за ним при­
шли. Были соблюдены все правила «приличия»: были понятые, обыск, конфисковали рукописи, чертежи, переписку, документы, фотографии и др., но в протоколе почти ничего не указано, было следствие и сви­
детели. Заявив на следствии, что вскры­
тие всех безобразий он считает дол­
гом революционера, Павел Николае­
вич не увлек за собой ни одного человека.' Но одно нас очень вол­
нует: не обвинен ли кто-нибудь в связях с «врагом народа»? Не по­
страдал ли Бажуков Василий Ива­
нович? Возможно, время ответит на эти вопросы. 2 <Уральский следопыт» М 6 14 декабрп 1937 года в Ижс:;ске приговор был приведен в исполнение. Семье было сообщено, что Павел Николаевич осужден на 10 лет без права переписки. 22 апреля 1957 года, после на· ших HeoДHOKpaТlIЫx заявлений, Вер­
ховный суд У ЛССР признал Павла НИКО.lаевича невиновным в контр· революционной деятельности, но за хранение оружия ему -
расстрелян­
ному -
присудили три года лишения свободы -?! И вскоре нам было сообщено, что Паве,l Николаевич умер 9 декабря 1944 года в местах лишения свободы от воспаления легких. Лишь 2 июля 1987 года Верхов­
ным Судом РСФСР была признана его полная невиновность. 23 мая 1989 года бюро Удмурт· ского обкома КПСС восстановило Деськова П. Н. членом КПСС (по· смертно). . Так доброе имя этому человеку было возвращено, но найти место его гибели, говорят, невозможно. Возможно, со временем найдутся и «ижевские Куропаты» -
надо, чтобы они нашлись, очень надо! Так была расстреляна и его меч· та: увидеть родной народ счастли­
вым, построить в родном селе астро' номическую обсерваторию, чтобы видеть звезды и как можно глубже проникнуть в глубины Вселенной. Он был Человеком огромной, нежной, легко уязвимой души. Все, кто читал его письмо, поражались его удивительной смелости, глубо· чайшей человечности, преданности И'деям Ленина. Некоторых товари­
щей его письмо волнует до слез ... Публикацию подготовили: !ДЕСЬКОВ Иваи Николаевич 1, ДЕСЬКОВ Валерий Иванович. Село Ершовка. 4>отореnродукция Деськова Люциана Ивановича Рисунок Дмитрия Лебедихина 9 • во IfII~IISJ 111 Олег ЛУЗЯНИНОВ РАССКАЗ О ТОМ, КАК со­
ЗДАВАЛСЯ, РАЗРУШАЛСЯ И ВОССТАНАВЛИВАЛСЯ ХРАМ В НИЖНЕМ ТАГИЛЕ. Старые люди Гальянки сходятся на том, что еще в 1936 году в иерк­
ви Александра Невского шли служ­
бы, крестили младенuев, отпевали усопших. А в 1937-м храм ОПУQтел. иенное имущество конфисковали и увезли в неизвестном направлении, а все остальное... Нашлись охотники до кирпича, досок, чугунных плит, пола, кровельного железа и даже красивых дверных ручек и замков, некогда купленных в первопрестоль­
НОЙ. Теп~рь обитатели соседней шко­
JIbl N.! 11 приходили сюда пострелять из рогаток по окнам, по крестам на куполах, по осиротевшим галкам на колокольне ... Потом в церкви был устроен склад дуста. Его распыляли с само­
лета-«кукурузника» над полями Фо­
теевского совхоза. И вот таким изу­
веченным, с покосившимся крестом на главном куполе и помнит храм не одно поколение тагильчан. В та­
ком виде простояли руины до поло­
вины сентября 1985 года. А утром 14 сентября жители ста­
РОЙ Гальянки и горожане «uивили­
зованного берега» увидели совсем обезглавленную перковь, без кото­
рой заречный пейзаж уже не воспри­
нимался. Оказывается, ночью под шатром купола «случился» пожар, приехали пожарные, но тушить не торопились, а скорее бдили, чтобы огонь не перекинулся на жилые раз­
валюшки. Милиция поискала винов­
ных в школе по соседству с храмом, нашла двух мальчиков -
так и хо­
чется скаламбурить: для БИТI>Я! -
но все завершилось в общем-то ба­
нальным, риторическим вопросом в пустоту: «да надо ли раздувать ка­
дило?.» Вскоре окончательно изувеченную перковь огородили дощатым «пья­
ным» забором, который упал через неделю-две, соорудили часть лесов, привезли кирпич, заложили ими не­
сколько дверных и оконных прое­
мов -
быть, сказали, в храме фи­
лиалу историко-рево.1ЮЦИОННОГО му­
зея! Но дело не двинулось дальше благих порывов. А тем временем вое растаскивался кирпич, доски, круг­
лый лес... Типичная, надо сказать, картина. Может быть, церковь не заслу­
живает народной памяти, а ее архи­
тектурные достоинства преувели­
чены? Обратимся к истории, которая давала ответы и не на такие вопро­
сы. В Нижнетагильской краеведче­
ской библиотеке хранится тоненькая брошюрка, изданная в 1878 году в Пермской типографии издательницы Никифоровой -
«Историческая запис­
ка о строении в Нижнетагильском заводе Александро-Невской церкви в память освобождения крестьян из крепостного состояния». Это, по сути дела, полная превратностей история сооружения храма. 19 марта 1861 года в нижнета­
гильском Входоиерусалимском собо­
ре был отслужен благодарственный молебен по случаю отмены в России крепостного права. Верующие вы­
шли на площадь перед заводоуправ­
лением, где публично был прочитан и разъяснен правительственный Указ. Тут же была выражена счастливая мысль о постройке на добровольные пожертвования каменного храма во имя святого благоверного Великого князя Александра Невского -
для жителей запрудной четвертой части Нижнетагильска. 1 июня по предло­
жению вольноотпущенного д. П. Шо­
рина главноуправляющий заводами генерал-майор В. К. Рашет собрал в здании заводоуправления служа­
щих и некоторых купцов из вольно­
отпущенных господина Демидова и предложил им к подписанию заранее составленный ШОРИIIЫМ «приговор» О сооружении храма и образовании попечительского комитета из 4·х че­
ловек. Председателем был избран В. К. Рашет. Сто сорок человек под­
писались под документом, единоглас­
но возложив на Шор ина обязан­
ность хлопотать о сборе пожертво­
ваний. 24 ноября в Перми утверждена строительная комиссия, одобрившая план и фасад будущей церкви по проекту а1>хитектора Нельсона Гир­
ста. 5 февраля 1862 года Синод бла­
гословил начало постройки храма на Вересовой горе, названной тогда же Александровской. В то время это был каменный утес, и первые пожертвования употребили на лом­
ку камня, выравнивание площадки. Пришлось даже вести взрывные ра­
боты, для чего из заводских скла­
дов было выделено два пуда гос­
подского пороху. Шорин оказался че.10веком на редкость предприимчивым, эконом­
ным. Он начал дело с капита.10М всего в три тысячи рублей -
жерт­
вователи оказались не так торова­
ты, как мнилось. Пришлось изобре­
тать способы экономии. Шор ин бе­
рет в аренду господские сараи и устраивает в них выделку кирпича, хотя его можно было купить гото­
вым по шести рублей с полтиной за тысячу. Но ведь на храм понадобит­
ся полтора миллиона штук, и СВОЙ кирпич по пять рублей без пятака дал трехтысячную экономию. для облицовки церковного цоко­
ля понадобились чугунные доски с петлями -
личины. Шорин opraHII-
зовал скупку «задешево» Чугуна, вы­
бранного из отвалов, и негодных чугунных вещей. И опять сберег до 500 рублей. На Александровскую гору завез­
ли речной песок, обожженную из­
весть. строительный лес, подвезли воду в творила и полубочья, и 6 ав­
густа 1862 года цротоиерей Алексей Карпинский свершил обряд освяще­
ния места и закладки церкви. С того же времени при строении учрежден постоянный караул (не клади П.10ХО, не вводи вора в грех!), для чего в деревне Горбуновой был куплен готовый добротный дом за 90 рублей и перевезен к церкви. На всю каменную работу 1 июня 1863 года заключено условие с под­
рядчиком А. Мусатовым -
как нель­
зя более выгодное для общества: «расчитать подрядчика по 3 рубля за сажень камня и за тысячу· КИР-
пича в деле по соверш_РУп6ла и после обревизовки работы '!~рез экспертов с тем, что ежели же запо­
рочат сделанное под,рядчиком, он ли­
шается всей заработки». В первые два года было уложе­
но в стены и своды храма около 600 тысяч кирпичей, но тут была обнаружена кураторами некоторая недостаточность качества и прочно­
сти кладки. Подрядчику пред.10же­
но сделать переделку, отнеся ее на его личный, А. Мусатова, счет. Он понес убыток в две тысячи рублей, н это на целое лето замедлило по­
стройку. Однако в 1869 году все каменные работы были окончены в лучшем виде, купол и своды для прочности залиты раствором смолы с известью и еше для зашиты от дождя и снега заложены наглухо кирпичом или закрыты тёсом. ПО окончании каменных работ Мусатову причиталось около пяти тысяч рублей, но капитал был исто­
шен, платить подрядчику оказалось нечем, и он вынужден был предъ­
явить иск. Один из попечителей, Ми­
хайла Нефёдов, ссудил Шорина сум­
мой в 500 рублей под расписку, чтобы хоть что-то заплатить Мусато­
ву и избежать публичного сканда­
да. Окончательно с подрядчиком рас­
СIIитались только через три года. Но для продолжения строитель­
ства надо было организовать новый сбор средств. Не надеясь только на частные пожертвования, решили «для усиления сумм, нужных на до­
стройку церкви, обложить в 1871 го­
ду при раскладке каждого годного работника не отяготительным сбо­
ром по 15 копеек серебром в год». За шесть лет с 6700 годных работ­
ников было собрано 5500 рублей. Кружечных же сборов при возмож­
ном старании попечительства посту­
пило за 16 лет всего 2440 рублей. д. П. Шорнн В сметных листах отмечает, что и старания частных диц тоже не дали ощутимых сборов: два сборщика, обойдя в течение года значитедьные седения и ярмарки по Верхотурскому, Екатеринбургскому, Ирбитскому уездам, собрали только 192 рубля 85 копеек. А работа предстояла огромная­
оштукатурить церковь снаружи и изнутри. Требовалось четыре тысячи рублей. Эти ассигнования были по­
лучены только в 1873 году. Перм­
ские «Епархиальные ведомости» пи­
сали: «Ежели на получение ассигно­
ванных сумм от волости и от зем­
ской управы требовалось немало хлопот, то можно быть уверенным, что сбор частных пожертвований не даром доставался попечителю Дм. Шорину -
К каждому надобно было обращаться с убеждением и при благоприятных обстоятельствах, к иному несколько раз сходить и съездить, другому не однажды на­
помнить». В 1875 году была закончена шту-
кзтурка внутри. Можно было поду­
мать о настилке чугунных вековеч­
ных полов. Но плиты тагильского литья выходили тяжелые и дорогие, кушвинские -
дешевле и легче. На­
чальник уральских заводов назна­
чил цену литья по рублю с пуда, но при условии, что каждая доска (пли­
та) будет не тяжелее полутора пу­
дов. В этом случае литье даже с пе­
ре возкой выходило на 500 рублей деШевле DjЮТИВ тагильских цен. За выполнение иконостаса екате­
ринбургские мастера, согласно ри­
сунку, представленному Шориным. запросили 2400 рублей. Тогда он ре­
шает делать все местными сред­
ствами, хозяйственным образом. Сто­
ляр М. Бондин подрядился за 200 рублей выполнить иконостас, тогда как другие просили за эту работу 500. Вся иконописная работа поруча­
лась живописцу Ф. д. Топоркову, «который обещал к 20 июля 1877 года оклеить икоиостас холстом с лицевой стороны, прошпаклевать и выкрасить на три раза с полировкой под лак, а из алтаря -
покрыть мас­
ляною краскою на два раза без по­
лировки, исполнить резную работу, где следует, по детальным рисункам, потом вызолотить на поли мент зо­
лотом NQ 1 херувимов, звезды, цар­
ские двери, рамы около образов, ко­
лонны, карнизы и орнаменты и, наконец, в готовые места иконостаса написать с возможною тщательно­
стью 19 икон по сделанному назна­
чению изображений -
и все это в цену одной тысячи рублей». Цены, как видим, вполне божеские. Однако шесть икон на главные места были выполнены в Санкт-Пе­
тербурге. Вот описание трех икон: «В нижнем ярусе -
Спаситель, вру­
чающий апостолу Петру ключи цар­
ства небесного, Богоматерь с Пред­
вечным младенцем, как бы объемлю­
шим Вселенную, и святой благоверный Великий князь Александр Невский на молитве, за которым виднеются монахи, несущие готовую монаше­
скую одежду на перемену княЖеской. Все три образа выполнены, можно сказать, превосходно академиком В. П. Худояровым, местным урожен­
цем». Кстати, за шесть главных икон, написанных Худояровым, он поже­
лал получить вознаграждения 490 рублей, тогда как эта работа по це­
нам художествеиной артели состав­
ляла 1000 рублей. Академик Плюснин написал для иконостаса три больших и пять мень­
ших икон за плату в 230 рублей. Ико­
нописные святцы по рисункам акаде­
мика Солнцева были выписаны из заведения хромотипии господина Хрулева. К 30 августа 1877 года все об­
разы были помещены в иконостас, поставлены чугунно-железные клиро­
сы по моделям архитектора Гирста. К сожалению, царские двери не сов-
сем соответствовали стилю иконоста­
са, будучи исполнены не по рисунку, данному Шориным, а по соглашению мастера с выборными из прихожан. Это случилось во время отсутствия Шорина. Теперь предстояло устроить коло­
кольню. Сношение с колокольными мастерами в Екатеринбурге и Невьян­
ске показало, что отливка с достав­
кой обойдется не дешевле семнадца­
ти руБJJей за пуд, только на один стопудовый колокол потребуется 1700 рублей, да на все остальное 2500 р. -
сумма, превосходящая средства попечительства. Тогда Шо­
рин нашел, что можно купить коло­
кола готовые -
«из излишнего коло­
кольного звоиа Свято-Троицкой ко­
локольни на сумму 1880 рублей 90 копеек -
семь колоколов»! На завершение строительства по­
ступали деньги от жертвователей. Нельзя не упомянуть некоего А. А. Г.- воспитаниика Выйского училища, более 20 лет I!роживаю­
щего в Астрахани. В 1867 году он впервые прислал Шор ину 500 руб­
лей и просил не разглашать его име­
ни. Потом он уполномочил Шорина продать новый каменный дом в Та­
гиле, а вырученные деньги употре­
бить на отливку благовестного коло­
кола к новому храму. И предложил сделать надпись: «От служащих на заводах Павла Павловича Демидо­
ва в знак благодарности за воспи­
тание в Выйском училище». Кроме означенных сумм, он переслал Шо­
рину в разное время 1085 рублей и два персидских ковра. Пока жертвователь служил, ШО­
рин обязан был хранить его имя в тайне, но вот А. А. Г. вышел на пенсию, и Шорин счел своим дол­
гом огласить загадочное имя. Это был А. А. Густомесов. И еще подвернулся счастливый случай: для ополченцев, идущих на Крымскую войну, было собрано 1887 рублей, но рекруты на войну не попали, а подписчики переадресо­
вали пожертвованные деньги на церковь. 30 августа 1877 года, в день па­
мяти Александра Невского, по ко­
локольному звону отслужена в Алек­
сандровской церкви заутреня. Во вре­
мя службы был внесен в церкоВ/;> образ благоверного Великого князя Александра Невского- в дорогой ризе, прислаЩIbIЙ попечителю Шорину из С-Петербурга архимандритом Израи­
лем (тагильским уроженцем), но прежде образ был освящен митропо­
литом Исидором на серебряной раке князя в Александр о-Невской лавре. Потом отслужено молебствие с воз­
глашением многолетия государю им­
ператору-освободителю и создателям храма. Итак, на строительство Алек­
сандро-Невской церкви ушло 16 лет. Сооружение несет признаки башен­
ной архитектуры со шпилем. Церковь 11 удачно привяззпз к местности и ка­
жется грандиозной со всех сторон. По фасаду она похожа на хром, что выстроен архитектором :Кузьм»ным для русских в Париже, но па цене обошлась в 25 раз дешевле .. ,> Такова история, HOBepHe~IC~ в наши дни. ... В 1988 году свяшеннослужите­
ли Тагила и его округи при актив­
ном участии общественного комите­
та «Возрождение» во главе с Геор­
гием Михайловичем Давиденко на­
чали сбор подписей за передачу раз­
рушенного собора общине.. верую­
щих. :Кампания прошла .спокоЙпо и успешно: осенью ∙1988 года· решением горисполкома и Совета Министров республики церковь, обрела хозяина. Первыми пошли к храму своей молодости старушки с ведрами, ло­
Щlтами, метлами. Пока еще было совсем непонятно, как можно все это оживить и одухотворить заново. Но вот освободили церковь от огром­
ного, в несколько тонн бугра снрес­
совавшегося дуста и всякого. нево­
образимого хлама. Отслужили бла­
годарственный молебен в пустой, еще без окон, без дверей uеркви, и, благословясь, наши великолепные духом старички и старушки приня­
лись за дело. Прош.1а зима. В церкви работает отопительная система, настелены двойные полы, вставлены окна и две­
ри, построены хоры для певчих, сооружен временный иконостас, да­
рители собрали первые храмовые иконы и церковные колокола. Утром 15 апреля состоялся тор­
жественный обряд освящения церк­
ви. В заключительной нроповеди архиепископ Л1елхиседек сказал уди­
вительно теплые и несколько поте­
рянные для слуха слова: «Отныне Александр Невский будет вечным покровителем этого храма и охра­
нителем. города ... В век, оскудевший любовью и состраданием, нам надо учиться добродетеЛFj и милосердию у нат.uих предков ... :Когда мы идем в храм, то должны позаботиться о своем нравственном очищении. Да умножится наша любовь друг к другу!» Во время богослужения иерей Геннадий Ведерпиков, настоятель возрожденного храма, был возведен в сан протоиерея. Теперь служба в церкви совер­
шается постоянно, а ремонт и БJтаго­
устройство продлится не один год: храму надлежит предстать перед миром в прежнем своем велико­
лепии. ... В сторожке артельщики сложи­
ли печку, скинулись не очень хрустя­
щими купюрами, принес.1И кой-какие харчишки,-
и вся артель· сыта! Так заве.10СЬ, что кухаркой-обшественни­
цей стала тетя Галя -
Галина Семе­
новна Пономарева, член иерковного совета,«двадцатки». Иногда за стол тут же под HilBecoM у церковной стены t!1ДИТСЯ отец Геннадий. Но засиживаться шибко некогда, так, малость перекусить и опять за дела, а они все срочные, скорые. Случа­
лось, что и сам батюшка лезет на крышу,принимает бадью с гудро­
НОМ, чтобы положить гидроизоляцию на, сферу кирпичного купола. А снизу горластая «черпала» орет, понужает: -
Ну, дерьгяй нето! Чо шапе­
ришша, простынет! -
:Кричит, не видя и не ведая, кому в ангельское поднебесье указы посылает. На церкви один за одним появ­
ляются купола, сияют кресты, бле­
стит оцинкованная жесть кровли. Первыми помощниками в строи­
тедьстве оказались «неформалы» И неорганизованные сознательные граж­
дане, воспитанники детского дома, члены обществ «ЭКО», «Очищение», «Возрождение», «Мемориал», студен­
ты пединститута и филиала УПИ. Трудовые коллективы крупных пред­
приятий (и ма,тых -
тоже!) не на­
шли возможности оказать помощь в восстановлении храма. Отношение аДМJJнистрации предприятий к церк­
ви не одинаково. Дирекция кирпич­
ного завода N2 2, например, свое­
временно доставила кирпич, помогла изготовить оконные рамы, дала подъ­
емную технику. За плату, разумеет­
ся. А вот НТМ:К продал церкви пять тонн оцинкованной жести по трой­
ной цене (по тысяче рублей за тон­
ну) -
как продает кооперативам и прочим организациям. Пенсионер с завода мета,ллокон­
струкций (коллеги зовут его просто Кузьмич) сварил металлическую шатровидную конструкцию главного купола, работая сверхурочно, по вы­
ходным дням, но дополнительной оплаты от церкви за срочность не взял. Даже обиделся маленько. Стройке нужны разборные метал­
лические .1еса. Но в городе не на­
шлось предприятия, где МОГ.1И бы хоть за тройную цену продать или дать в аренду. Хотели сами изгото­
ВИТL -
нет труб. Создана более или менее посто­
янная артель умельцев, но и тут дефицит -
нет профессионального руководителя. Город· не предложил платного инженера-строителя хотя бы в консультанты. Религия все-таки. Опиум не опиум, а старые мораль­
ные тормоза мешают отцам города предложить хоть мало-мальскую по­
мощь, но не мешают им, однако, гордиться церковью как памятником архитектуры, без которого город­
ской заречный ландшафт просто не­
мыслим. Реставрация церкви -
дело не только кропотливое, тонкое, но и трудоемкое. Кто полезет на верхо­
туру делать сложнейшие крове,1ьные работы за гроши? Но стоит повы­
сить в договоре сумму оплаты, как автоматически срабатывает граби­
тельское налогообложение. Церковь отделена, от гo~y Д;) pC,Da, но, види­
мо, не настолько, чтобы государство отказалось от старушечьих пятаков, из которых и складываю:гся тяже­
лые «тыщи». Их надо растянуть, чтобы оштукатурить церковь изнут­
ри и снаружи, поставить иконостас, сделать роспись интерьера, заказать паникадила и колокола, построить ограду, создать профессиональный хор певчих. Церковь отделена от государства, но не настолько же, чтобы музей не мог вернуть храму культовую утварь из своих, не при­
способленных для хранения фондов. Церковь отделена от государства. Но разве не прибавило бы чести каждому жителю города, каждому, кто начинает новый отсчет патрио­
тическому чувству, обложить себя «неотяготитеJIЬНЫМ обязательным сбо­
ром» по 15 копеек в год? Этот на­
лог с потревоженной совести дал бы за пятилетку минимум 150 ты­
сяч рублей и избавил бы от лишних финансовых проблем, ускорил дело. Неужели мы не готовы к самопо­
жертвованию даже по самому ма­
лому счету -
по пятнадцатикопееч­
ной раскладке? Церковь отделена от государства. А за минувший год в храме приняли обряд крещения сотни м,тадениев, подростков, взрослых, даже пожи­
лых. Эти, по самому строгому мини­
муму, уж точно не станут никогда лупить из рогатки по У.1Ичным фо­
нарям, тем паче по церковным окнам. Церковь отделена от государства. Но вот с.nУЧП:IСЯ запрос из Ивдель­
лага: два брата, осужденные и за­
ключенные, потребоваю! у своего начальства батюшку, чтобы раска­
яться в поступках, с которыми не СОГ.lасна их душа, совесть. И отец Геннадий, заручившись официаль­
ным документом от архиерея, мчит­
ся на своем «москвичонке» В места не столь отдаленные ... Церковь отделена от государства. Но . это еще не повод искусственно создавать для верующих и желаю­
щих поработать на субботниках транспортные препятствия, ведь ав­
тобус .J\i'2 12 --
это самый не наде ж­
ный в городе маршрут, а строящий­
ся трамвайный путь пройдет не так уж близко. Церковь отде~Iена... Так ли уж отделена? Ведь тем, кто завтра бу­
дет жить средя нас сознательной жизнью, а сейчас лежит не вдоль, а поперек лавки, христианская мораль привьет животворные заповеди: не убей, не укради, не лжесвидетель­
ствуй, чти отца и матерь свою, не сотвори себе кумира, не прелюбо­
действуй, не желай дома ближнего твоего, помни день субботний ... Последняя заповедь кажется сего­
дня очень актуальной, и соблюсти ее совсем просто: отложить нескончае­
мые суетные дела и прийти к под­
ножию храма, чтобы помочь ему подняться в рост. ИСТОРI4Я этой перепиtки · T~KOBB. В 1949 году выwла KH-'tra Льва КаССI4ЛЯ 14 МаКСl4ма Поля­
новск ого «УЛl4ца младwего сына)). Судьба пионера Володи Дубинина ВЗВОЛНОDала свердловчанку Е. г. Жданову-КурелIOК. И она отправила писате лям свой 0 1 зl>IВ о повести. В ответ Екатерина Георгиевна получила книгу с надписыо: «Наwей энергично отзывчивой читательнице». С того дня началась ее эпистолярная дружба с известным детским писателем Львом Кассилем, продолжавwаяся более двадцати лет. Около двух­
сот писем и открыток получила за эти годы свердловчанка, а встретиться с писателем ей так и не довелось. Кто же она, Екатерина Георгиевна КурелlOК! Ее IOность проwла в годы надвигаlOщейся револlOЦИИ. Отец, Георгий Михайлович Жданов -
известный на Урале под­
польщик, член партии с 1905 года, много сделал для станов­
пения Советской власти на Урале. Катя росла в среде боль­
wевиков, помогала отцу и его соратникам. К тому же у нее открылись артистические способности, 14 она охотно участво­
вала в театральных постановках для красноармейцев, будучи сестрой милосердия, а после освобождения города Лысьвы от колчаковцев -
в работе драмкружка. Сборы от спектаклей и концертов wли в фонд партии. Дальнейwая жизнь Екатерины Георгиевны складывалась нелегко. В годы Великой Отечественной войны она потеряла двух сыновей, старwий, Юрий, пропал без вести в 1941 году, а Вадим погиб при форсировании Днепра в 1943-м. Наверно, поэтому ее так взволновала "Улица младwего сына)) ... ПредлагаlO читателям журнала в сокращении несколько писем Льва Абрамовича Кассиля (в ИlOне исполняется 85 лет со дня его рождения). От их страниц веет дыханием времени. Возникает неприкраwенным облик писателя, и далеким эхом доносятся до нас события литературной жизни 50-х годов. Последнее письмо в Свердловск написано Львом Абра­
мовичем за двенадцать дней до кончины ... I Андрей ГОРБАТОВ (~ ••• :Веспом:ощпосТL ~ пере)); I'ром:а));оп Пuсьжа epE~~ нес));е43ППО.,О» Льва Кассиля па Урал Москва, 21 июня 1950 года. Уважаемая Екатерина Георгиевна! ... Вы пишете, что я много тв о рчески пор або тал послед­
иие ме с яцы. Пустяки, дорогая Е. Г., разве все это может меня удовлетворить? Хотя Вы и не з наете доброй поло­
вины, если не двух третей, того, что я делаю; ничего по­
настоящему значительного я давно уже не делал. добав­
ления и исправления по книге -
это хоть и трудоемкая работа, но не новый объект, так сказать, а дооборудова­
ние уже ранее выстроенного, наполовину обжитого зда­
ния, вход в которое расширяется теперь для п убл ики, толкав шей ся прежде в тесноте. А все другие литературные по делки это дело проходное, однодневное по с воем у зву­
чанию ... Конечно, я ис пы тываю некоторое удовлетворение от того, что моя работа, часто безымянная, где-то врастает в нашу жи з нь, скромно делая свое небольшое дело. Вот, скажем, воззвание детских писателей Советского Союза в защиту мира и детства во всем мире, напечатанное в « Ком­
сомольской» И ,:Пионер с кой» « Пр авдах» l-го июня, напи­
сано целиком мною по предложению Союза писателей и ЦК ВЛКСМ. И мне приятно было видеть потом свои строчки в плакатах Кукрыниксов и стихах Маршака. С волнением прочел я в книге Л. Космодемьян с кой «По­
весть о Зое и Шуре» (напи сан ной пи с ательниuей Ви г до­
ровой) главу «Зеленый шум», где опи с ыв а ется, хотя и с умолчанием моего имени, встреча с Зоей Ко с модемьянской и ее классом весной 1941 года и процитированы два абза­
ца моего очерка «Зеленый шум», написанного и напеча­
танного за неделю до войны в « Правде »: Я И не знал тог­
да, ра зумеется, что описал зоин класс, а Зоя расска з ыва­
ла матери о моем посещении их школы. Но меня волнv-ет мысль, что и моя какая-то строчка запала, пусть хотя -бы в одну извилинку мозга, пламеневшего в этой светлой го­
ловке ... И, наконец, пусть это будет сочтено за совпаде ­
ние, в статье Иосифа Виссарионовича Сталина о языко­
з н ании есть место, где он высмеивает «марксистов», го­
товы х срыть буржуазные железные дороги, и называет таковых « троглодитами». Не сочтите за нескромность и манию величия, поверьте, я говорю тут лишь о смыкании образов, но вспомните главу «Э МЮЭ И троглодиты» из « Швамбрании », где вредитель-педагог хитро воспевает оп­
рощение, начатки пеРВОбытного коммунизма, издевается над гимназистами, давая им кличку «троглодиты»,' И В ~ I 13 слеДУlCше/! главе прямо говорит: «УВEiжаемые троrлодиты ... Железные тропы поездов зарастут!:. Пусть совпадение, но зато какое ВДОХFlOвляюшее! Выступал я тут lIа большом вечере в память Горького с воспомннаннями об Алексее Максимовиче, кое·что на­
печатал в «Вечерней Москве», много ВОЗИJICя с рукописями молодых писателей, М()их ученика!!, и два дня дружески занимался с Сережей Михалковым, по его новой, еше очень сырой пьесе, где он нуждается в серьезно/! помоши извне. Талантлив мой любиМЫй друг безмерно, но час­
тенько приходится «глаголом жечь» его чересчур иной раз прыткую натуру ... Люблю я его, курносого верзилу! Ра­
дуюсь удачам баловня судьбы, но тревожусь, как бы лег­
кость побед не сбила солнечный ток его дара в сторону блеска лауреатских медалей. Писателю, особенно детско­
му, ЮНQшескому, нужно яростно беречь каждую линию своего творческого спектра, не допуская СМешен ий в уго­
ду успеху ... Москва, 9 сентября 1950. ... Когда Вы пишете мне чрезмерно ВЫСОКие слова по­
x!\a.~Ы или переводчик из Чувашии, сам п[сатель, перевед­
ший «Великое Противостояние», сравнивает Меня с Гого­
лем, я испытываю жгучее чувство неловкости, не знаю, куда мне деться от смушения и как объяснить Вам и дру­
гим милым ЛЮДЯМ, что ОИИ заблуждаются. Могу ли я утешать себя миимыми успехами или довольствоваться тем, как я пишу? Да нет, конечно! Поверьте, это не скром­
ность. Наоборот, это -
гордыня человека, истово веряше­
го в могушество подлинного, не знаюшего граииu и пре· делов искусства. Могу ли я довольствоваться тем, что я делаю, когда я слышал Маяковского, учился у него, был его младшим другом, знал Горького, встречался с Ролла­
ном, дружил с Циолковским ... И сейчас я живу в кварти­
ре, где все: и картины, и хрусталь, и каждый кубический сантиметр пространства -
помнят несравненный голос Леонида Витальевича Собинова, великого артиста, кри­
стально чистого рыцаря песни, оставившего свое обаяние, красоту своих глаз и души, прямодушную взыскатель­
ность в вопросах искусства и чести, непримиримый худо­
жественный вкус -
мне, как драгопенное наследство, со­
бранное в его дочери, моей жене... Вот передо мной на моем столе снята она девочкой на коленях у Станислав­
ского, рядом с отцом. Вот смешные стихи, которыми над­
писал свою карточку, подаренную ей, Качалов, любимец нашего дома, которого мы никогда не забудем. Через ком· нату от моей стоит рояль, подаренный РахмаНИНОIjЫМ, висят картины Коровина, ВtЗснецова, Петрова·Водкина, программы домашних концертов, нарисованнЫе Врубелем, бюсты Судьбинина ... Как же должен я писать, чтобы не выгдядеть вороной в павлИньИХ перьях, чтобы хоть не­
множко приблизиться к уровню истинного мастерства, чтобы иметь право дышать этим воздухом, освяшенным лучшими мастерами великого русского искусства!.. Те­
перь Вы поймете, почему мне так неловко читать те Ваши письма, где Вы чрезмерно, слишком восторженно и в не­
соответствуюших мне выражениях говорите 060 мне как о писателе и человеке ... Москва, 16 февраля 1952. ... Вот точный список звонков, посешений, дел. имев­
ших место у меня за один день. Просто я выбрал науда­
чу один день и решил записать все, что я буду делать. День этот по жребию (открыл календарь, не глядя) выпал на 14-е января с. Г., понедельннк. Встал около II-ти, проглядел «Правду», «Известия», «Комс. правду». Звонила Рина Зелена!,! насчет ее юбилеS1. Три звонка из разных редакЦ1IЙ, пока завтракал. Приехал шофер, брал деньги и требование на масло для машины, От 11.30 читал корреспонденuию и писал письмо маме. Пришла скульптор Вера Игнатьевна Мухи­
на, народный художник СССР, тетка жены. Была до часу. Еше при ней пришла Рина Зеленая. Совешалась до двух QaCOB относительно ее юбилея, где я делал вступительное слово о ней. В 2.15 пришел секретарь академика Тарле, по личному делу. Я звонил по его просьбе с Союз писа. телеЙ. В три пришел столяр добавлять книжные стеллажи, а то книги уже погребли меня совсем... Тут же пришла назначенная еше три дня назад одна поэтесса, которую обидели на радио. Читала мне свои стихи, советовал ась. Звонил по ее просьбе куда надо. В эти часы мне звонили: Барто; редакция «Советской женшины»; подшефная ге­
неральша, начинаюшая писательница; подруга жены с просьбой достать «Сагу о Форсайтах» Голсуорси; из прав­
леиия Союза писателей; из «Пионера»; из одной школы с просьбой приехать на сбор; еше раз Барто; один из мо­
лодых писателей, моих питомuеВj сын певuа Озерова, мо­
лодой кинорежиссер, с просьбой принять его; поэт Богдан Чалый, приехавший из Киева; из редакции «Советское ис­
кусство» С просьбой дать отзыв о картинах, изображаюших детей; городской Дом пионеров за советом; из Детгиза насчет одной рукописи, данной мне на отзыв; еще один молодой писатель (Алексин) за советом. Со своей сторо· ны я звонил: писателю аикулину относительно юбилея старого писателя Березовского; в редакцию «Вечерней Москвы» О Рине Зеленой; на квартиру моим мальчикам, узнать, как прошел день в школе; бабушке Коли Дмит­
риева с назначением встречи на завтра; в один из райсо­
ветов с просьбой ускорить обмен комнат больной редак­
торше Детгиза; в подшефный детский дом относительно заседания попечительского совета. Обедали в шесть. До обеда успел с часик поработать. В 7.15 Светлана Леони­
довна ушла играть спектакль. Работали до восьми. В во­
семь включил и настроил нашим телевизор. Звонил в Союз писателей насчет адреса Березовскому, как член юбилейной тройки. Звонил по этому же делу Никулину, опять в Союз, потом Березовскому. Не добившнсь тол­
ку, вызвал машину и сам съездил в Союз. Вернулся после девяти. Пришла знакомая музыковедка, принесла книж­
ку свою об украинском композиторе XIX века Сокаль­
ском. Зашел назначенный днем Богдан Чалый, советовал­
ся насчет своего журнала «Барвинок:., просил рассказать, потом прншел назначенный режиссер Озеров, читал план сценария, советовздСЯ. Звонили из Петрозаводска с пр ось­
бой продвинуть рукопись их автора в Москве. От 11.30 до 12.30 немножко поработал. Пришла из театра Свет­
лана. Ужинали в "ас. Лег в 1 "ас 30 мин. Читал до 2.45 мин. Вот, дорогая Екатерина Георгиевна, когда Вам захочет­
ся обижаться на меня, что я долго не пишу Вам, пере­
читайте этот листок ... Москва, 23 мая 1952. ... Вчера вместе с А. Софроновым, А. Первенцевым (он троюродиый брат Маяковского) и Людмилой Владими­
ровной Маяковской я в 4 часа дня принял на свои руки драгоценный и скорбный груз: урну с прахом моего лю­
бимейшего и незабвениого Старшего Друга и Учителя­
Владимира Владимировича Маяковского. До вчерашнего дня уриа хранилась в крематории. Вчера мы заХОРОНИ.1И ее на Новодевичьем кладбише, где нас встретили: мать Владимира Владимировича, 85-летняя Александра Алек­
сеевна, Н. Тихонов, С. Кирсанов, С. Мнхалков, Е. долма­
товский, П. Вершигора, И. Сельвинский, В. Ажаев, Л. Ю. Брик И многие другие писатели, критикн, артисты, поэты. Н. С. Тихонов сказал краткую речь, а артист Ба­
лашов прочел стихи Маяковского. И вот, сквозь шорох цвету шей сирени, над монументами, воздвигнутыми в честь человеческого горя и памяти, меж старинных стен Новодевичьего, из-за которых теперь в пан?еон загляды­
вает вознесенная на 1/4 километра в небо над другим бе­
регом Москва-реки белокаменная громада университета, под аккомпанемент далеких паровозных гудков н птнчий пересвист, загремели стихи, подобные торжественному са­
люту тяжелых батарей: «Я с теми, кто вышел строить и месть в сплошной лихорадке буден... Отечество славлю, которое есть, но трижды -
которое будет!» ... Не забыть этой мннуты. А мне пришлось прямо с кладбища ехать на встречу со студентами пединститута ... / Москва (Внуково), 24 l<ЮЛЯ 1952. У ва жаемая Екатерина Георгиевна! Ответить Вам быстро на преды ду щее письмо был не в состоянии. Дело в том, что с первых чи се л июля я чув­
ствовал себя плохо. Е зд ил еще с женой иа НИКОЛИН У Гору, на дачу Сережи Мих алк ова, где мы обедали со з на­
менитым скульптором Коненковым, а числа 5-го я начал пер едикто вывать у себя во Внукове машинистке пеРВЫ(1 вариант книги. Продолжал диктовать часов по с емь в сутки и, очевид­
но, переутомил голову и нервную систему_ .. Усилием воли я заставил себя встать, уехать Щj дачу и снова взяться за работу, хотя есть я по-прежнему ниче­
го не мог, боли в желудке продолжались, слабость и дур­
нота изводили, а по ночам терзала мерзкая бессонни ца ... И с этого дня по сегодняшний я, не отрываясь, рабо­
тал. Все это время прошло в с п лошном и сс тупленном тру­
де. Я диктовал машинистке по 9-10 ча со в в день, пока уже она не про сила поща ды. Преодолевая все вр ем я подкр ад ывавшее с я отвращение к работе и неверие в свои с илы, сатанея от записей, вы­
писок, перепутанных заготовок, десять раз менявшихея планов, новых догадок и всего, что HaKonHJ1ocb за два год а рабо ты над материалами о Коле Дмитриеве, я заставил себя продиктовать еще 250 страниц на машинке. Итого ;)000. Сегодня, в час дня, я закончил диктовку первого, еще чернового, варианта и отпустил машинистку. А сей­
час, в семь часов вечера, немножко переведя дух, пишу Вам, так как совесть моя не даст мне спать, пока я Вам не отвечу. Что у меня получило с ь, совершенно н е знаю. Машини­
стка моя, молоденькая и прехорошеньк ая женшина, несколь­
ко раз ревела над печатаемыми страницами и говорит, что книга завладела ею целиком. Но это еше не показатель. У меня пока абсолютно нет чувства удачи или даже тени увере нности в том, что книга получилась. Завтра я уеду на мою дачу в писательском городке Пере делкино, где жи­
вут мои мальчики, побуду с ними, потом поеду в столицу, улажу кое-какие дела, запушенные за это время, qерез ден ь вернусь сюда, во Внуково, и прочту свежим гла з ом в с е, что я накатал ... Знаю уже сейчас, что ряд мест надо будет исправить, кое-что пер е писать заново, а кое-что и выкинуть решительно. Работы я не боюсь (Леонид Осипо­
вич Утесов, следивший За тем, как я работал эти дни, и очень тосковавший, что ему не с кем побо л тать на даче, поражался моей одержимостью и работо с по соб ностью) _ Но дел еше с книгой много, очень много. Это я чувствую. Ника кого удовлетворения у меня еше сейчас нет. Книга только по ст роена, возведена по д крышу, как говорят стро­
ители. А надо еше штукатурить, прово дить освешение и об с тавлять инт е р ьеры. Но эта работа уже приятная Я ее люблю, призн а ть ся. Отр адно бывает видеть, как из ам о рф­
ной фразы по д твоей рукой вд р уг, играя всеми оттен­
к:ми точно нашедших с я слов, вырастает ограненная язы­
кова я формула. Да, П ОНЯJl я еше ра з, почему Флобер, когда пи сал с ие­
ны отравления Эммы Бовари, сам чуть не па дал в корчах от болей в желудке. А Баль з ак, которого как-то друзья позвали в гости на обед, остановившись в рукописи на фразе: «Дело было назначено слу ш анием на ше сть вече­
ра», за обедом вдруг спросил: «Который час?» и, узнав, что без четверти ше ст ь, вскочил и кинулся бежать, сломя голову, домой ... И ТОJlЬКО по доро г е образумился, поняв. что дело «наз начено » V него в р укопнси. которую можно продолжить и завт р а. Если такие умы-ис п олины забывались от самоот в е ржен­
ного, всепоглошаюшего труда, то нам, малышам JliiTepa-
туры, это уж прости теJl ЬНО подавно ... Москва, 19 .мая 1956. Да, горькая и БОJlьшая т ра ге д и я разыгралась в н ашем писатель ск ом горо д кЕ' Пере д еJlКИНО. Меня в т о роковое воскресенье не было H~ д ач е .. .. я вернулся домой, на московскую квартиру, часа в четыре. И тут МЕе по з вонил однн нз MO!IX блнжаllШI-IХ дру -
эеА, писатель Ра"танов, котары!! начал осторожно рас­
спрашивать меня, все ли в порядке в Переделкнно, давно ли я видел Фадеева, все ли с ним благополучно. Я уже п очувствовал неладное, про с ил н е томить меия и сказать с разу, что стряслось. ИРахтанов сооБЩИJl мне, что его пр~ятеJlЮ только что зв онили из Дома творчества, кото­
рыи находился против моей дачи, и ска заJlИ, что Алек са ндр Александрович застрелился ... Я не поверил, по звон ил свое· му старшему сыну Володе, который очень дружен со всей семьей Фадеевы х и пользовался большим вниманием са­
мого Александра Александровича, вечно привозившего eillY пластинки из-за границы и т. д. Просил Володю позвонить на московскую квартиру Фадеева, узнать, проверить и т. д. Сам я не решился звонить туда, очень уж страшно было ... Через 5 минут Володя сказал мне по телефону, что дома в Москве у Фадеевых гости -
они были У пасынка Алек­
сандра Александровича. Я постарался успокоить сына, по­
про с ил прошения, что зря потревожил его и помешал го­
товиться к экзамену в институте. Но сам-то я не успоко­
ился, боясь, что дома в Москве могут еше не знат ь о беде, случившейс я на даче, так как жена Фадеева, наро д ная а ртистк а Степанова, была с МХА Том в Белграде, в Юго­
славии. Я кинулся проверять по всем телефонам, но ни­
кого н е мог застать в Переделкино, а в Союзе у нас ни­
кто не откликался -
день был воскресный. Uелый час бился я у телефона в нестерпимой тревоге. И тут мне позвонили из Союза ... ... Выстрела на даче никто не слышал. Фадеев, погово ­
рив утром с домашними, съев стакан простокваши и вы­
пив чашку кофе, дав распоряжение садовнику, просил не тревожить его до обеда, сказав, что соснет немного, р аз ­
делся, лег, положил на грудь две подушки, чтобы не слыш­
но было выстрела, и пулей иЗ HaгaHa~ бывшего у него еше с партизанских лет, разнес в клочья свое сердце ... Москва, 20 ноября 1956_ ... Много еще в жизни нашей неладного. И порой чув­
ствуешь такую беспомошность перед громадой несделан­
ного. Очень тревожит меня наша молодежь. Все мы перед ней виноваты той неправдой, которая отравляла нашу жизнь. Я готовлю большое выступление в « Литер. газете» о некоторых язвах, разъедающих и сегодня душу моло­
дую ... Не знаю, увидит ли свет зто мое оисание, продикто­
ванное болью и тревогой_ н а с 1-1 и .м к а х: Лев Кассиль. ФОТО Uэ архива С. Л. Собино вой. Публи­
ку ется вnервые. Е. Г. ЖдШiOва с сыно.\!_ /(рым, 1926 г_ .15 Окончание. Начало в N. 5. 16 . , , " r РБ Н Повесть Наталья СОЛОМКО Рис. Ев ге ния Охо т нuкова iЩ4Щ' -
~-"," .... ,-;",-".-
~:~-' ... О том, что смерть есть, Горбунов знал с малолетства, с той малопамятной поры, когда жил на окраине на «по­
хqронной» улице, прямой дорогой ведущей к неухожен­
ному кладбищу, которое называлось Новым. Хоронили часто: где-то там, вдали, в начале улицы, вдруг возникал унылый рев похоронных труб, медленно подползал все ближе, нарастал, надвигался темной стеной, в просвете меж домов появлялась молчаливая толпа, и маленький Горбунов, ТОМИМый тоскливым любопытством, Гlриникал IC окну, чтобы разглядеть сверху, кого это там опять понесли. Носили взрослых. Впрочем, для дошкольника Горбунова кто ж не взросл был1 А T~ помирал кто-нибудь из соседей, и юные жите­
ли двора, бросив игры, неслись к подъезду поглядеть на знакомого покойника, на блестящие трубы музыкантов ... Все детство смерть бродила по краешку жизни, пугала, как страшная сказка, и, как сказка, была невсамделишной, в сущности, не опасной. Ибо к Горбунову отношения не имела. Умирал всегда кто-то. Не он. Он был маленький, смерти не подлежащий. Бессмертный. Потом, когда пришла пора, Горбунов догадался, что тоже когда-то умрет, и долго, безутешно плакал, потря­
сенный своим открытием. Но так далеко еще было до' смерти, такая громада медленных, непрожитых лет скры­
вала ее от Горбунова, еще столько жить, жить, жить пред­
стояло ему, что он успокоился: когда еще это будет. Вот только когда видел похороны, сердце сжималось. Но по­
том, как известно, переехал он с окраины на главную улицу, на которой, в основном, происходили парады 11 демонстрации, и Горбунов совершенно забыл о предстоя­
щей смерти. Кое-кто по-прежнему умирал, разумеется, какие-то посторонние, незнакомые люди, но Горбунова это совершенно не касалось. И вдруг -
перепуганные лица, разговоры шепотом, сборы на венок -
брат как накаркал ... Сам-то, он, конеч­
но, остался живым и невредимым, да 11 что с ним могло случиться, с пустомелей и бездельником, такие живут вечно. Умер Феденька, одноклассник, единственный сын "больших родителей» ... Ну, родители-то у всех одноклассников Горбунова, ска­
жем прямо, были не маленькие, «отцы» города, директо­
ра заводов и театров, сплошные начальники. Но Федень­
кин был самый-самый, и потому совершенно не понятно было, как такое вообще могло произойти. Хоть И знал Горбунов, что Феденька болеет с детства. а все равно не укладывалось в сознании. , В детскую пору был Феденька выскочка, ябедник; во­
ображала,. и вОт однажды, классе в пятом, наверное, а мОжет/ .вшестОМ ОД'ноклассники устро'ИЛИ ему «темную» В ЩКОЛЬНОЙ раздевалке (новичок Горбунов,разумеется, тоже "ПРИН,имал участие, зарабатывая авторитет в коллек­
тиве), а потом' п:лака,ЛИ 'взахлеб, перепуганные посиневшим ф'еденькиным лицом со страшными, черными губами, про­
сlolЛИ прощенloIЯ, КРlolчали: «Не умирай, пожалуйста». Пото­
му' что, оказывается, его нельзя было бить; у него больное сердце. Его и не билlol больше никогда, хотя Феденька много делал такого, за что следовало бы ему надавать как следует. Феденька вырос красивым, румяным парнем, кстати, самым высоким в классе, и ничто не обличало в нем страшную его болезнь, только на физкультуру не ходил и на вечерах не танцевал. В старших классах он уже не ябедничал, но все равно остался паршивцем, мелким пакостником. С девушками у Феденьки проблемне было, 'ОНИ ТОЛЬ-' КО что хороводы вокруг не водили, но все равно люби­
мым его развлечением было увести у кого-нибудь подру­
гу. Удавалось это ему с легкостью: девочки в классе были не дуры, о будущем думали, не впадая в романтические глупости. --О' Старушка, "Челюсти» хочешь посмотреть1 ~ лениво спрашивал Феденька девочку, и кто ж тут устоит? Свой видеомагнитофон был только у него. у единст-
венного, и чего только ни глядели девочки, придя к нему в гости. Ибо "Челюстями», разумеется, не ограничиваЛИI!Ь высокие вкусы Феденькиного отца, а Феденька отлично ум~л открывать гвоздем секретер у родителей в спальне, где хранились кассеты, вовсе не предназначенные для сыновьих просмотров... Льстило девочкам Феденькино внимание, нравилась веселая, легкая жизнь с большим будущим в перспективе, и взгляд Феденькин нагловато­
ласковый, знающий, что все сейчас будет, как он захочет, смущал только внаЧ"Ле, и так легко и просто с ним было­
не возникало отчаянных пауз, как с другими мальчиками, неумело влюбленными, когда разговор вдруг становится непонятным и, стыдным, заходит в темный тупик, и вот мальчик и девочка молчат, молчат, не умея выбраться, 'И ничего .уж,не надо, ни любви, ни дружбы, а только бы кончилось это отчаянное, беспросветное молчание с пят­
нами на щеках. Нет, с Феденькой такого и быть не могло. -
Ой, ну что ты как маленькая,- удивлялся он и при­
нимался умело девочку раздевать.- Ничего не бойся, у меня таблетки есть. Слушай, обалдеть, какая у тебя грудь красивая ... В общем, было, было, за что его бить, паскудника с большим будущим. Перед Новым годом Феденька лег на операцию; не­
сколько лет вымаливал у родителей согласие, а те упи­
рались наотрез, боялись. Какое-то такое условие ставили врачи: или станет совершенно здоровым, или умрет­
простое, как в детской игре, почти сказочное. Феденька просил, умолял, скандалил, он хотел жить, как все; танцевать, бегать, гонять'на спортивl'IОМ' велоси­
педе, а родители любили его и таким -
не танцующим, не делающим резких движений, при малейшем напряжении начинавшем задыхаться, синеть губами. -
Эгоисты! -
кричал им Феденька.-
Я что, всю жизнь так должен1 И никакие отцовские увещевания не помогали. -
Ну подпишите, что согласны ... Мать плакала, отец, крутой, властный человек, давно отвыкший от каких бы то ни было споров и возражений, молчал тоскливо и беспомощно. Они сдались, когда. Фе­
денька при грозил, что уй'дет из дома. Месяц Феденьку готовили к операции; девочки бегали к нему, таскали компоты и апельсины, ревНQвали, интри­
говали, выясняли отношения, целовались на черной .лест­
нице, прятались от злыдни дежурной сестры, по' приказу врача гонявшей Феденькиных посетительниц.: Феденька был нервически'"весел,торопил время, меч­
тал, как после о.nерации по\1де1'·В лес .кататься на лыжах­
впервые В жизн'и. ОднокласснJ'tцы никак не могли выяснить, с кем именно собирается'он.,кататься на лыжах; и готовы Е"IЛИДРУГ другу В глаза вцепиться. Оперiщия была назначена на девятнадцатое, а два­
дцать, ВТОРС!Го Феденьку хоронили ... Горбунов шел ·по морозной улице, в первой своей по­
хоронной, ,процессии. ' и .. мучился:,; н~ужели так бывает~ А Феденька лежал в длинном гробу, , крепко заЖМУРI1В­
ши'СЬ, и чуть улыбался, доводя Горбунова до тяжелой, отчаянной жути. Неясный, почти животный ужас воро. чался под вздохом, мешал дышать. То ли спорить, то ли жаловаться хотелось, и кричать о беззаКQНИИ жизни. Или смерти1 Горбунов Федень'КУ терпеть не мог и желал ему про себя всяческих несчастий. Но не такого же! А может, это нелепая шутка, и в конце концов пакостник встанет из гроба и ухмыльнется; поверили, придурки? Но. на клад­
бище гроб заколотили и опустили в мерзлую землю. Значит, это все на самом деле, понял Горбунов: жил и умер, и никто тут не поможет, не спасет ... Ужасно, ужасно, несправедливо ... И со мной так будет1 Тогда зачем вообще жить1 Кем ты ни стань, что ни ·соверши, а все равно уми­
рать. Зачем, зачем тогда все1 Две недели Горбунов ходил тоскливый, как в воду опу­
щенный, перепуганный беззащитностью своей перед смер­
.тью .. H~ T:y:r вдруг началась война с химичкой: им ВИНСТИ­
туты поступать, а она талдычит все по учебнику, CTpOLlKa в строчку, и ничего объяснить толком не может. Да еще 17 едlofНIofЦ ПОН"СТ"ВIof11" тем, кто з"БУНТОII"I1, пообещав CHIof-
Зlofть оценку з" nOl1yrOAlofe. Ну, тут уж OHIof совсем взбеленlof­
I'IofCb, ПОШЛIof ж"ловаться м AlofpeKTopy. ---
Он" нас плохо УЧlofт, дайте нам другого УЧlofтеля. Дlofректор обещал разобраться, но ХIofМlofчк" встала на­
смерть Iof в раздраженloflof ск"зала что-то про з"жравшlofХСЯ «сынков», которые норовят на чужом горбу в рай. Ну, это r'Ж было ни в какие ворот", вмешалис", оскорбленные ро­
дителlof, Iof ХИМlofчку УВОЛИЛIof. Сразу вслед за этим началась весна, Iof время понес­
"ось: экзамены на носу, торопливое дозуБРИВ"Нlofе биле­
тов, " н" улице Лlofстья, теплый ветер, на волю хочется, д" еще в Горбунове любовь разбушевалась соответствен­
но возрасту 11 BpeMeHI1 года ... Мама, дождавшись его возвращенlofЯ под утро: ---
Где ты шлялся?! У тебя экзамены! ---
Бl1леты Пl1сали у Толика. Надоело это детство хуже горькой редьки, скорей бы все кончилось. Все и кончилось: экзамены, выпускной ... На выпускном вдруг вспомнили про Феденьку и на следующий день, отоспавшись, толпой отправились на I(ладбище. Отыскали могилу; озираясь, чтоб не застукали взрослы,' выпили вина; девочки всплакнули, мальчики по­
молчали под радостный птичий щебет, а потом все снова зашумели, засмеялись, обсуждая только что сброшенные экзамены и грядущую вольную жизнь, совершенно как-то позабыв, зачем они сюда пришли. Печаль прошла, рас­
творилась в этом зеленом солнечном дне. Окружив мо­
гилу Феденьки, уютно устроившись в высокой кладбищен­
ской тр"ве, они весело болтали о навсегда прошедших wкольных годах, хохотали, маХали руками; иногда в раз­
говоре поминали и Феденьку, легко, без грусти. Будто Фе­
денька не умер, а перешел в другую школу. Горбунов выбрал институт военных переводчикав. Поль выбор не одобрил: ---
Пять лет жить в казарме? ---
Зато никаких забот,- не согласилась мама.- Обут, одет, накормлен. И весь мир посмотрит. ---
Посмотрит он ПУСТIoIНЮ С"х"ру, в основном, я пола­
гаю, или что-нибудь в этом роде. Причем через колю­
чую проволоку. Такой, довольно своеобразный, взгляд на мир ... Впрочем, он. не отговаРlofвал Горбунов". В день отлет" Горбунов проспал, он жил один в пус­
той квартире: мама с Настей на даче, Поль а команди­
ровке на Кубе ---
разбудить бlolЛО некому (брат не в счет; когда Мамы не было, он пояаЛЯЛСII довольно чаСТО, но Горбунов не обращал на него внимания). Проснувшись и глянув на будильник (не звонил он, что nиn Горбунов выпрыгнул из постели, шуг"нул из ванНОЙ брата, заспешил, засуетился ---
через сорок минут должно было ПОДОЙТIof таКСИ. Он торопливо завтракал, когда в дверь ПОЗВОНИЛIof. «Уже приехал»,- подумал Горбунов с не­
удовольствием и пошел открывать. Но это был не таксист, это была соседка. Она стояла .. смотрела, как Горбунов жует бутерброд с сыром. -
Здравствуйте,- сказал Горбунов, прожевав,- а мама ... а даче. --
Гелик, спустись ВНИЗ,- сказала соседка, все продол­
жая смотреть на Горбунова.- Там тебя спрашивают ... -
Евгения Федоровна, я на самолет опаздываю,- с "'епонятным для себя испугом отозвался Горбунов. Ему не "равилось, мак она смотрит.-
А что такое? -
Там Боря ... лежит ... Горбунов продолЖал стоять и жеВать бутерброд, по­
вторяя про себя с раздражеНl1ем, что вот опять брат с утра nораньше напился, опять, опять... И при этом совершен­
но отчетливо понимал, что быть такого не может, потому "'то полчаса назад они СТОЛКНУЛИСЬ В ванной, и брат был совершенно трезв. «Напился, напился, напился, скотина!" -
старательно ЗIIВОДИЛ себя Горбунов, ПЫТIIЯСЬ РIIЗОЗI1ИТЬСII. Но не мог. Потому что уже догадался. 18 Где? -
спокойно СПРОсил он, будто еще не знал НН-
чего. Там, внизу ... Брат лежал на узенькой полоске асфальта между до­
мом и газоном, лежал неудобно, вывернувшись, BbIBIofXHYB-
.uись всем телом. Рядом валялись очки с вдребезги раз­
БИВШИМИСII стеклами. Брат пусто и пристально глядел в "ебо (там июльский ветер торопливо гнал на северо-за­
пад лохматое облако), а крови на асфальте совсем не было ... Вокруг тихой толпой стояли люди и глядели, как он лежит, запрокинувшись, а когда вышел Горбунов, они, как по команде, уставились на него. Горбунов не знал, что он должен делать и говорить, стоял и молчал. Подъехало такси, за ним милицейская машина. Горбунов пошел объясняться с таксистом. -
Простите, вы не могли бы немного подожд"ть,­
спросил Горбунов,- а то у нас тут." -
Куда ждать-то, куда ждать! -
зашумел таксист.­
План у меня. А что случилось-то? Горбунов молчал. Шофер, пожилой грузный мужик, аылез из машины, глянул и полез обратно. Это кто? -
спросил ОН хмуро. Брат. А машину кто закаЗl>lвал? Я. Его везти? Нет,- мотнул головой Горбунов.- Мне в аэропорт .. адо. Я в Москву лечу на экзамены ... Ну, куда ж тебе теперь лететь,- сочувственно ска­
зал шофер и уехал. Горбунов проводил его взглядом и побрел к подъезду. Вокруг брата шла некая деловитая суета: его аккурат­
но обвели по асфальту мелом, что-то замеряли рулеткой, тихо переговариваясь, а молодой конопатый сержант ми­
J1ицейской службы уже сурово предлагал зевакам разой­
тись. Они отошли на несколько шагов и опять встали. ---
А тебя, что, не касается? -
пихнул Горбунава сер-
жант.- Проходи. -
Да это брат его, -
сказали из толпы. Тогда Горбунава мягко и решительно взяли под руку. -
Как вас зовут? Горбунов Сliазал. Вы знаете этого человека? -
Знаю. Это мой брат. -
Давайте поднимемся к вам. Горбунов впустил их в квартиру, и они сразу пошли на балкон, что-то долго изучали там, опасно свесившись че­
рез перила. -
Да, пожалуй,-'кивнул один. Другой пожал плечами: мол, это и сразу было ясно. Видимо, они о чем-то спорили, а теперь яришли к обще­
му выводу. Разобравшись с балконом, они занялись Горбуновым. -
Кто здесь проживает, кроме вас? Горбунов сказал. Его попросили вспомнить, когда он видел брата в по-
следний раз. Горбунов сказал: -
Сегодня. Утром . -
Какое у него было настроение? Горбунов сказал: -
Не знаю. -
Что он делал утром? Горбунов сказал: -
Чистил зубы. -
Он что-нибудь говорил вам? Горбунов сказал: -
Нет. Они давным-давно не разговаривали друг с другом--­
не по злости или обиде, а просто не о чем было. Брат не интересовал Горбунова, в сущности, они были чужие люди, что общего могло быть у юного баловня судьбы Горбунава с тем человеком, что лежал теперь в.низу мерт­
вый? Горбунов вышел на балкон. -
Не надо т' да глядеть, -
посоветовал молодой чело-
век, задававший вопросы, и попытался увести в комнату. Горбунов сказал: -
Пошел аон. -
Понимаю, как вам тяжело сейчас .•• Горбуноа сказал: -
Пошел вон. Они ушли. Гррбунов остался один в пустой квартире. В голове у него было пусто, ОН ни о чем не думал и ни­
чего не чувствовал. К подъезду подкатила «скорая», но, выяснив В чем дело, уехала. Брата перевернули на спину, задрали рубашку, ощупа­
I'И. Там о чем-то совещаЛИСI> с деЛОIIИТЫМ раздражением, r орбунов уловил фамилию Поля. ПОЛI> должен бl>IЛ веРНУТI>СЯ завтра. «Весь город уз­
нает, -
тупо подумал Горбунов. -
Неприятная история». Еще одна машина подъехала, брата подняли, чтоб уле­
жить на носилки, и он странно сломался, пов",с на чужих руках, будто был тряпичный. Его укрыли с головой, суну­
ЛИ в машину. Машина уехала. Люди разошлись. Горбунов перегнулся через перила, глянул вниз. Там все было как обычно, только белел нелепый меловый силуэт брата, по­
хожий на неумелый ребячий рисунок. Горбунов подумал: <сИ все, что ли?» -
и побрел в комнаты с отчеТЛИВ.,IМ ощу­
щением, что он что-то должен сделать. Немедленно. Ему брат велел ... "Письмо,- вспомнил ГG>рбунов,- Я должен передат .. письмо ... » Зима, Горбунов влюблен и спешит на свидание, а брат говорит что-то, протягивает конверт ... Как давно зто БЫIIО. и где оно, это ПИСI>МО? Письмо лежало у Горбунава на подушке, обычный кон­
верт без марки, на котором печатными буквами написано: «МlJме)). Горбунов долго рассматривал его, не прикасаясь. а па­
том почему-то вскрыл, обнаружив при зтом, что пальцы у него трясутся. Оказывается, бывает такое. «Эта Я пишу тебе, мама, ошибка твоей МОIIОДОСТИ. Пом­
нишь, как ты плакала и кричаllа, что любишь, любишь его, что жить без него не можешь, у него усы были, и я его ненавидел изо всех сил. Не знаю, CKOllЬKO мне тогда было, но помню, что у него были усы и что ты плакала и кри­
чала про ошибку молодости. Я тогда не понимал еще, что это я -
ошибка, я много чего тогда не пОнимал, по­
нял потом, когда BI>IPOC. Как наЗ1l0, у меня ОТllратительно хорошая память, я вСе помню, мама, будто это было вче­
ра. Это, самое глаllное lIоспоминание моего детства: ты плачешь. Ты IIce время плакала при мне. А когда тебе было весело, то со мной это было никак не связано, смея­
лась ты и улыбалась, когда рядом с тобой появлялся мужчина. Как я помню этот твой смех, такой звонк",й, счастл",вый, деIlЧОНОЧИЙ, и как я его ненавижу. Я был дllЯ тебя посты.Iйй ребенок, мешал жить, я б.,IЛ напомина· нием о несБЫllшемся, ошибкой, за которую надо просит!> "ращения у других мужчин. Ты ведь так боялась остаться одна, а я был не в счет, откуда я взялся, зачем навязаllСЯ на твою голову, куда меня девать? Ты так ХQтела любви, и какая досада, что по неопытности от этого б",lвают дети. А потом еще Гелька появился -
еще одна ошибка. Теб~ опять обманули, TI>I-TO верила, что ОН на тебе жен",тся, надеялась, ждала, и все сроки были упущены, когда еще можно было от Гельки избавит"ся. Помнишь, как ты I1С­
капа бабку, которая реЩItIтся? А как не хотела забирать его из роддома, ПОМНИШlr? А бабушка, она еще жива была, баба Настя, мамушка наша, сказала тебе, что проклянет. если бросишь егО. Ты испугалас .. -
и добродетель тор­
жествовала -
у меня появился брат. Я так радовался ему, тому, что я теперь не один буду. А ты все плакала, пла­
кала, все одна аставалась, нас не замечая, вечно влюб­
лвнная ДВlIочка, с которой все спят, 11 женитloСЯ никто не хочет. Т., ТIIКIIЯ КРlIсивая б.'ЛII. Помню, ТIo' сидишь У эер-
каЛlI, смотришь, смотришь туда. В"IРОСШИ, я MHoro думал: почемуl Ведь красота -
peAKOCTI>, ведь мужчины млел ... от тебя, я с детства помню, какими глазами он ... на тебя СМQтрели. И не понять мне это б"IЛО, пока сам ... е же ... ..,'∙ ся. Все очень просто, мама, все так просто и страш ... о. ЧТО выть хочется. Ты хотела, мама, чтоб любили тебя. Теб~, тебя, чтоб восхищались, служили, жили ДЛ!\ тебя, д сама ты никого н",когда не любила, тебе и в голову .. е np>lXO' д ... ло, что надо любить 8 ответ, что г,юбят не только те­
ЛОМ, 'что отдаются еще и душой. Ты думала, что топько ты тоскуешь по любви, только ты хочешь, чтоб теб~ I1Ю­
б",ли. А хотят все, и все тоскуют. Понимаешь, понимаешь, мамаl Мы все хотим одного и того же: чтоб нас любили. мы помешаны на этом -
все, как один, мы ищем I'юбsи, жаждем любви, пропадаем без любви, это мания наша, вечная тоска ... надежда. И не расстат"ся нам С это" ТОС­
'<ой никогда, я уже понял. Потому что мы все одинаковы. Мы все хот"'м, чтоб люб ... ли нас, но сами любип. не уме­
ем, даже в ответ не умеем, а не то, что просто так, .. е ожидая награды. Вот раэве только дети. Знаешь, как мы пюбили тебя, мама, как мы без тебя пропадаllИ. Мы тос­
ковали по тебе, мы любили тебя так, как ... и один муж­
~ина любить не может. Ему ведь нужна награда. А .. ам от тебя ничего не надо было, а только чтоб ты была ря_ дом. Но ты не замечала нас. Кого ТЫ только ни любнла. мама ... То есть тут возникает терминологическая путаница, но ты поймешь, о чем я. Ты любила всех мужчин, люби­
lIа ",х как вид, за каждого из них ты готова была вы", ... замуж. Только нас ты не любила. Кормил", одевала, тер. пела, раз уж так ВlrIШЛО, что мы есть. Зачем ть. не еда"" нас в детдом, MaMal Там мы были бы законнь,ми СИРОlij­
Ми, там нам было бы плохо, но у нас оставалась надежд,,; вырасти и разыскать тебя, и тогда все стане"' счаСТIIИSО. l<aK во сне, тогда выяснится, что это злые люд .. украл ... нас у тебя, а ты всю ж",знь искала и любила нас, мама. I<а", liaBepHoe, легко жить с такой верой, но ты отняла ее V ...ас, мама. Я уже давно об этом думаю и решился, Чd~О­
нец. Когда растает снег, IiY, может, чут" позже, я умру. Ты знаешь, у меня нет характера ... страшно мне, но .. сде­
лаю это, мама. Я сделаю это у тебя под окнами, чтоб Выи­
ДЯ утром, счастливая, беспамятная, ты увидела ме..... с .. дребезг ... разнесенной башкой, чтоб взгляд тво;;; очну.л­
ся, чтоб хоть женск",й страх крови заставил тебя испу­
гаТlrСЯ, очнуться, вспомнить, что у тебя б ы л сын. Я бь,п. был, мама, хоть ты и не обращаl1а на это обстоятельство вн",мания •. Я погибаl1 от одиночества, потому что ВСЮ мою жизнь я был никому не нужен. Я боюсь умирать, но я сделаю зто рано или поздно, потому что Я ЛИlJ,JниО< тут, меня родили по ошибке. Меня никто Никогда не люб ... л, мама. И я никого не люблю. Потому ЧТО не умею, меня не научили, а сам я не смог, не сумел, не получается. Я урод, меня родили, но забыли ВI10ЖИТЬ душу. Мне не­
... ем любить, и жить мне незачем, бестолку. ЧТО ты СО мной сделала, мама. За чтоl Ведь только тебя я и любил. Прости, что безответно. Твой сын Боря». Горбунов аккуратно сложил письмо, сунул его в кон­
верт ... сжег в ванной, в раКОвине. Потом он П03ВQНИП 1'111 дачу маме. -
Алло, -
весело сказала мама. -
Кастя, прекрати, ты же в"'д"'шь, я разговариваю. Горбунов молчал. Алло"алло ... -
ПQВТорила мама. -
Вас не слышно. -
Алло, -
сказал Горбунов. -
Ты откуда? -
удивилась мама. -
Ты можеШlr приехать домой? -
спрос ... л Горбунов. Так я и зналаl- ахнула мама. -
Т"I опоздал НII са­
молет? -
Ты можешь пр ... ехать домой? -
с отчаянием ПОВТО­
р ... л Горбунов, он не знал, как и что rOBOpIHb. Ничего не понимаю, -
сердито отозвалась мама.­
Откуда ты звонишь? Иэ ДОМII. -
А почему ты дома? Горбунов Молчал. -
Ты что, проспал? Нет, Гелик, ты все-таки редкост­
ный балбес. Ну что у тебя там стряслосьr Горбунов сказал, что пришла соседка 'и сказала, что он пежит внизу. -
Кто?- раЗДj!>аженно поинтересовалась мама. -
Он что, опять напился? Горбунов молчал. -
Гелик, ты можешь мне объяснить, что с тобой про­
изошло? Горбунов сказал, что с ним все' в порядке и чтоб она "риехала домой, потому 'что Борис напился пьяный и упал с балкона. -
По-моему, вы там вместе напились, -
рассердилась .... ама. -
Что за глупые шуткиl Горбуно!! сказал: -
Я не шучу. Его увезли. -
Достукался, -
сказала мама и заплакала. -
В какую больницу его увезли, ты выяснил? Почему ты молчишь1 Отвечай немедленно, Г лебl -
Он умер,- сказал Горбунов. Брата похоронили. Его закопали в землю, неудачника, бесполезного человека, слабака. А плечистый Горбунов остался жить дальше. Это были скромные, вежливые похороны, похожие на вздох облегчения: кто ж не знал, что непутевый Борька Горбунов был позором и наказанием семьи, всех измучил. д13а небритых кладбищенских мужика' быстро заброса­
ли могилу землей, водрузили на холм временную оград­
ку, положили венки, и все замерли, держа' скорбную пау­
зу перед тем, как разойтись к своим делам и заботам и позабыть о дезертире. Горбунов оглянулся вокруг, ища кого-то в похоронной толпе, и не нашел никого. Впрочем, он и сам не знал, кого ищет. Смутная, но неотвязная необходимость -
то ли увидеть кого-то, то ЛИ что-то вспомнить -
не оставля­
па его эти дни. Мама настаивала, чтоб он отправился в Москву, Гор­
бунов упирался, сам не зная зачем, хотя терять год было, разумеется, глупо. -
Оставь его, _ сказал маме Поль. -
После похорон поедет, успеет. В доме не Оl(азалось фотографии брата, и ни паспор­
ra, ни военного билета не было, чтоб переснять. Может, брат потерял их, а может, документы валялись где-нибудь у его друзей подзаборников. Поди разыщи их. Горбунов долго копался в ящиках своего стола и в конце концов нашел старую фотографию серенькую, не резкую, из детства. Там они стояли вдвоем у подъезда облупленного дома, брат обнимал Горбунова за плечи и улыбался. Ему лет семнадцать было, и очки на нем сиде­
"и, как всегда, косо, а дужка перемотана изолентой ... Поль глянул, покачал головой: Вряд ли. Покажу своим фотографам, пусть попро­
буют. Другой все равно нет, -
хмуро сказал Горбунов, вглядываясь в серую муть, где жили когда-то два мальчи­
ка, два брата. Когда-то. Давным-давно. Сидели iia под­
оконнике, смотрели на звезды, загадывали судьбу. Что-то надо было вспомнить Горбунову. И В тоже вре­
мя, чуял он, лучше бы не вспоминать: зто что-то было без­
молвное, грозное, кружило вокруг Горбунова, норовя вы­
рваться из беспамятства. Горбунов не хотел ничего вспо­
минать, но вспоминал, вспоминал, раздраженно хмуря лоб. Не вспоминалось. Нет, не вспоминалось ... Знать бы что. Похороны кончились, пора было уходить. Горбунов опять оглянулся неприкаянно -
словно идти отсюда ему было некуда. -
Пошли, -
сказал Поль и бережно повел маму прочь. Мама, уже устав от слез, поБР(jла, покорно опершись .. а его руку. Горбунов шагнул было следом и замер: кто-то гля­
дел ему в спину, и холодно стало спине от этого взгляда. 20 Горбунов знал, что оборачиваться не нужно, надо уйти потихоньку, будто ничего не почувствовав, все пройдет; позабудется, завтра он улетит в Москву, будет институт, экзамены, он поступит, поступит, поступит обязательно, а там ... Но кто-то глядел, глядел на него. Горбунов обер­
нулся и встретился глазами с братом. Аль кор смотрел из зарослей хвойного венка и улыбался ему давней своей позабытой улыбкой: помнишь? ' Сбившись с ритма, тяжело и больно тукнуло сердце и повисло в холодной пустоте: Горбунов все вспомнил ... Это была ч у ж а я планета. Кем были они с братом1 Подкидышами1 Разведчиками? Заблудившимися среди звезд детьми? Наделены ли некоей тайной миссией, которую должно было им выполнить во что бы то ни стало? А может, звездный род их провинился и был изгнан со звезды, где все добрые, смелые, честные? Не у кого теперь спросить, Алькор ушел, пропал на­
всегда. Куда? Только закроешь глаза -
и он уже здесь, улыбается, глядит, глядит в глаза, будто что-то сказать хочет, а сам молчит. И снится, снится Горбунову: в снах брат еще совсем мальчик -
ему лет пятнадцать, но он все равно старший. -
Значит, ты не умер?- спрашивает его Горбунов. Брат молчит и улыбается, и так легко Горбунову, так счастливо от того, что он рядом. Если б не просыпаться ... Каждый день звонили Г орбунову одноклассники и де­
вушки, неумелыми голосами выражали соболезнование, тут же, впрочем, срываясь на непобедимую юную радость (это ведь не они умерли, они сдавали вступительные эк­
замены, и жизнь сияла им, маня простором будущих лет, где, разумеется, у всех все сбудется). -
Не дури, Горбунок, возьми справку и сдавай в уни­
верситет хотя бы. Это ужасно, что так вышло, конечно, fЕ.бе тяжело сейчас, но не терять же год ... Какую справку? О чем? И где ее брать? Это была чу­
жая планета, чужие голоса, сквозящие глупой надеждой на счастье. А что это -
с ч а с т ь е? Поступить в институт? Д дальше? Дальше, дальше что? На кладбище так сол­
нечно было, зелено (и одуряюще пахло краской -
сосед подновлял оградку), а из оградок на живых присталь­
но глядели умершие ... Тоска, пустыня, чужая, чужая пла­
нета ... Как это вышло, что он все позабыл -
родину свою в вышине, клятву вырасти и вернуться? А сам рос и забы­
вал, и обрастал незаметно местной толстой кожей, и вот привык, притерся, стал своим здесь, где не б ы т ь ч е­
л о в е к о м, а всего лишь к а з а т ь с Я нужно. Так легко дышать этим сладким дымом чужбины, позабыв о поте­
рянном доме в вышине, не муча себя его тяжелыми за­
конами. Не помнить о нем, не думать, не тосковать, жить себе, затерявшись в толпе, стать, как все, неотличи­
мо местным, з Д е ш н и м -
ни злым, ни добрым, ни сме­
лым, ни трусом, ни честным, ни лжецом. Немножко лю­
бить, немножко подличать, ни во что не вмешиваться, и говорить, говорить, говорить правильные слова ... Горбу­
нов давно жил так -
и нравилось. Этр только вначале стыдно, а потом ничего, нормально, что ж поделаешь, здесь все так живут. Зачем он все вспомнил? И что теперь делать, как жить одному? Брат умер, бросил его, как всегда. Приходила ночь, вставало над этой чужой жизнью родное небо, Горбунов смотрел, запрокинувшись в до­
машнюю тьму, проколотую звездами, но не было доро­
ГИ домой, Горбунов не знал, где она. А брат знал? Наверно, знал. Но он умер. -
Зачем ты это сделал?- спрашивал его Горбунов.­
Где ты? Не может быть, чтоб тебя не было, что не будет больше никогда! Отзовись, Mtle так много надо тебе ска­
зать ... -
Павлик, я боюсь ... -
это шепотом мама Полю.­
Он кричит по ночам, все зовет кого-то ... Нет, не Борю ... -
Не трогай его, -
вздохнул Поль. -
Дай прийти в себя. НО мама не послушалась, как всегда. Гелик, у тебя ничего не болит? Нет. Ты бы показался врачу. У меня ничего не болит. Ты очень плохо выглядишь. У меня ничего не болит, мама. Ну, я теБJl очень прошу ... Оставь меня в покоеl Посмотри на себя в зеркало, малыш, -
вмешался Поль. Горбунов, с трудом сосредоточившись, уперся глаза­
ми в зазеркалье: там тоже была комната, светлая, про­
сторная, с балконом, распахнутым в начинаЮЩУЮСJl осень, там, уткнувшись носом. книгу, сидел Аль кор ... Горбунов долго смотрел на него, и брат услышал, медленно под­
нял глаза, улыбнувшись, приложил палец к губам. -
Г елик, что с тобой? -
Ничего, -
раздраженно сказал Горбунов, с трудом OTpbIBaJlCb от зеркала. -
ЧТО вы за МНОЙ подглядываете. Может, еще на Агафуровские меня отправите! Сумасшедший дом в городе носил название «Агафуров­
ские дачи». Горбунов догадался, что сходит с ума, но не испугался. А может, просто брат подал ему знак? Может, он не умер, а просто в е р н у л с я Д о м о й? -
Где ты? -
звал Горбунов. -
Отзовись, подай знак! Но какой знак мог подать человек, меСJlЦ назад за-
копанный в землю. -
Где ты? -
взывал Горбунов. -
Почему молчишь? Прохожие, косясь, обходили стороной бормочущего, глядящего мимо людей парня, который брел по улице. -
Умер!.. Ты умер, да? -
настойчиво ловил брата Горбунов. -
Думаешь, я поверил? Отзовись, ну, ответь мне, Аль кор ... Не бойся, я никому не скажу. Алькор не отвечал. Его не было. и больше не будет никогда? Горбунов не верил, звал, говорил взахлеб. Брат несомненно был, он есть, только прячется, упрямец. Надо лишь докричаться до него, уговорить, умолить отозвать­
ся, выманить его обратно. -
Где ты? ,Слышишь меня? -
кричал Горбунов, но все напрасно было: он кричал в н и к у Д а, в н и к о г Д а, где не было даже эха и звуки глохли, запекаясь на губах. -
Чем ты намерен заниматься? -
спросил его как-то Поль. Горбунов пожал плечами: Работать пойду. Куда? -
Не знаю, -
сказал Горбунов. Ему было все равно. -
Что значит -
не знаю? -
удивился Поль. -
Чего-то же хочется, подумай. Горбунову хотелось домой. Поль был уже главным редактором, человеком до­
ЕОЛ"НО могущественным. Ничто не напоминало в этом строго и хорошо одетом человеке с до синевы выбритым властным лицом прежнего бородача в джинсах и свитере. ОН мог все, ну, или почти все -
з Д е с ь. А з Д е с ь Гор­
бунову было уже ничего не надо. -
В газете у меня не хочешь поработать? -
спросил Поль, и Горбунов, прежде не очен" востривший ум на­
блюдениями за людьми, привычно принимавший види­
мость происходящего за его сущность, вдруг насторожен­
но подобрался, мгновенно почуяв, в чем дело: Поль бо­
ялся за него, хотел, чтоб пасынок был на глазах. Горбунов засмеялся ему в лицо. -
Отлично придумано, Павел Владимирович, двадцать копеекl Но я в порядке. Поль схватил его за плечи могучими ручищами, трях­
нул, заглянул в глаза. -
Что тебя мает, малыш? Не закрывайся, расскажи мне, может, полегчает. Так бывает, поверь. Я не сумасшедший! -
крикнул Горбунов, выдираясь. -
Перестань, -
поморщился Поль, -'-
не истери, ни-
кто и не думает об этом. Выговорись, выговор.ись, Я же вижу ... Горбунов знал, что говорить нельзя, Поль не поймет, решит, что он свихнулся, но уже говорил, говорил взахлеб о том, как жили они с братом -
весело, счастливо, ·как хорошо им было. Поль молчал, слушал и все понимал, кажется. Горбунов вспоминал, рассказывал -
брат будто был рядом. -
Он сам ушел, -
сказал он Полю. -
Я догадался, -
печально кивнул Поль. Мама с Настей были на даче, осень стояла теплая, леТНJlЯ. Никто не мешал им разговаривать. -
Он не оставил письма1- спросил Поль, но Горбу­
нова не глядя. Горбунов не ждал вопроса и молчал. -
Он должен был написать, -
сказал Поль. -
Он не мог не написать. -
Нет, -
отозвался Горбунов. -
Ничего не было. Давно стемнело за окнами, но свет они так и не вклю­
чили за разговором, только снизу, с улицы, подсвечивал фонарь. Поль встал, подошел к окну, закурил. -
Спасибо, малыш, ты славный парень, -
сказал ОН.­
ТЫ сжег письмо в раковине, пепел лежал несколько дней ... Можешь не говорить, что там было, я все ПОНJlЛ. Мир ужасен, люди дерьмо, он умирает, никому ничего не прости В ... -
Он не УМЕ:р, -
сжав зубы, сказал Горбунов. -
Он вернулся домой. Ты, что, в Бога веришь? -
растерянно спросил Поль. -
Просто мы не отсюда. -
Помню, -
грустно усмехнулся Поль. -
В детстве мне тоже так казалось. Но потом это проходит. Жалко Боба. Он был мечтатель, слабый человек, такие редко справляются с жизнью. Ты, мне кажется, всерьез собрал­
ся пойти по его стопам. Зря. В жизни надо быть силь­
ным, малыш, иначе не выиграть. Запомни: сильным, со" бранным, четко знать цель и не отвлекаться. А мечты­
дешевка, это только расслабляет. Мужчина живет делом. Служить делу, делать дело, не жалея себя, быть в нем первым, главным -
это и есть жизнь. Она вся здесь, на там не рассчитывай, выбрось этот бред из головы, а то добром не КОНЧИТСJl. Боб умер, и ничего с зтим не по­
делаешь. Надо ... -
Заткнись! -
сказал Горбунов ~ встал. Если бы Поль обернулся, Горбунов бы его ударил. Но он не обернулся. Стоял, молчал, курил, глядел в заокон­
ную тьму. Брат не умер, не умер. Днем, ночью, дома, на работе, на улице заклинал его Горбунов, звал, звал, звал. Ну чего тебе? -
недовольно отозвался однажды он. Алькор? -
замер Горбунов. Тише ты, не кричи. Это ты? Я, я, успокойся. Алькор... Почему ты так долго молчалl Брат хмыкнул. -
По ТОЙ простой причине, что меня нет -
я умер. -
Неправда, -
засмеялся Горбунов, -
теперь-то ведь ответил. Теперь -
другое дело, -
вздохну11. Алькор. Почему? Потому. что теперь ты сошел с ума. Давай погово-
рим. Да '1 И сам так думал, -
беззаботно согласился Горбунов, -
слушай, а тогда, в зеркале, на балконе ... -
Ты можешь не орать так? -
сухо сказал брат.­
и перестань размахивать руками. Хочешь, чтоб в психушку забрали? -
Наплевать, -
беззаботно отозвался Горбунов, -
ты ведь и там будешь со мной? Брат засмеялся. -
Буду. ПОkа не вылечат. Эта простая и внятная мысль сеБJl, он подобрался, огляделся привела Горбунова в настороженно: вечер, улица в центре, люди идут, е под фонерями медленно, важно падает Снег, Зима уже, что ли1 -
Осень, -
вздохнул Алькор. -
Это первый снег, он заВ1ра растаеl ... Не стой столбом посреди улицы, чокну­
тый, ты идешь с работы домой. -
Я не хочу домой, -
возразил Горбунов, -
я хочу с тобой разговарирать. -
Тогда сворачивай в переулки, там все-таки прохо­
жих меньше. Горбунов послушно шагнул во тьму соседних улочек, ПОЧТII не освещенных фонарями. -
А может, ты все-таки не умер? -
Нет уж, -
сердито пробурчал брат, -
с меня хва-
ТИ'l". Я умер, можешь мне поверить. Ты отдал письм01 Снег все падал мягко, нежно заметал улочку, по ко­
торой Горбунов шел рядом с братом. Я его сжег ... -
Как -
сжег?- замер брат. -
В ванной... Его нельзя было отдавать, ты бы сам потом пожалел. Когда -
п о r о м?- с растерянной злостью прозву­
чал в снежной тьме голос брата. -
Я не мог его отдать, -
упрямо повторил Горбу­
нов. -Как ей жить после этого? Тебя нет, ты умер -
11 ничего уже не исправить, и даже прощения не попросить ... -
Ну и дерьмо же ты! Ты не имел права ... -
А ты?! Ты-то кто?- завопил Горбунов, глотая сле-
ЗЫ.- Посмотри на меня -
я подыхаю без тебя, я зову те6я день и ночь! Тебе мало? Ты хочешь, чтоб и она так, чтобы и ей ни сна, ни покоя ... -
Да! Да, я хочу так! Это мое право, я за него за­
платил. Думаешь, это так легко? -
брат возник рядом, отчетливый, будто живой, с белым, отчаянным лицом, со смертной тоской в глазах -
таким он был, наверно, в то солнечное, последнее свое утро, когда Горбунов прогнал его JoIЗ ванной. -
Прости, -
виновато пробормотал Горбунов, ощутив утреннее, безвыходное одиночество брата. -
Но не мог я, не мог ... Подумай о ней, ты сам, сам мне говорил, что человек должен быть добрым! -
Ничего я не говорил, что ты мелешь. _ Говорил. И в письме писал, когда я еще был ма­
лекьким. Ну помнишь, ты уехал в деревню ... Как ей жить в 'ГcIКОЙ муке, я не хочу, за что ... А ты не знаешь?- глянул исподлобья Алькор. -
Она живет, как умеет. -
А, ты пожалел ее, -
засмеялся недобро брат.-
Ты добрый, да? Только у тебя немножечко отшибло па­
мя.ть: а нас с тобой кто-нибудь жалел? Ну хоть кто-нибудь когда-нибудь... , -
Это у тебя отшибло, -
растерялся Горбунов. -
При чем тут эт01 У них свои законы. Ты же знаешь, с них спросу нет, а мы не отсюда, нам так нельзя. Брат смотрел непонимающе. -
Ты о чем? _ Сам знаешь, -
Горбунов поднял голову, но с неба валил снег, ни одной звезды не было там. Алькор тоже недоумевающе глянул вверх, пожал пле­
чами и вдруг хлопнул себя по лбу и захохотал. _ Ну да, помню-помню ... Слушай, неужто ты до сих пор веришь в эту чушь? -
Это не чушь, перестань. -
Мы нездешние, мы с неба! -
истерически хохоча, выкрикивал он в тусклую вышину. -
Эй, там! Мы ваши! ДобреНhкие, смеленькие, честненькие, не чета тутошним. Мы, изволите ли знать, просто потерялись ... -
Заткнись. -
Спокойно, скорбный умом, все в оорядке. Надо только кричать громче, чтоб они там услышали. Тогда они все бросят и кинутся нас спасать, Нас найдут, о, не сомневайся, за нами приедут, нас отсюда заберут ... Он смолк, уставился на Горбунова круглыми яростными глазами. Там никого нет. Неправда, -
угрюмо сказал Горбунов. 22 -
и никогда не было. Там пусто, хоть тресни! Чему теб"я в школе твоей престижной учили, идеалист парши­
выи! -
Ты сам говорил: не может быть, чтоб там никого, ведь вселенная бесконечна ... -
Бесконечна. И везде -
никого. -
Нет, нет! Кто-то есть обязательно! Откуда тогда мы? -
Тю-тю, да1 Лечиться надо, шизик. «Там все добрые» ... Я сейчас сдохну от смеха. Впрочем, это тавтология: я ведь уже и так умер ... Да если там и есть кто, то, не надейся, ОН такой же, как все тут, точь-в-точь, и плевать ему на нас. Слушай меня внимательно и повторяй: т а м н и к о г О н е т. Неужели ты сам не догадался1 Ах, да, я и забыл: юность, глупость, цветенье надежд ... Как же, как же, помню -
добро 'побеждает, справедливость тор­
жествует, ну, а самое главное: человек создан для счастья, как птица для полета ... -
он вдруг скис, ссутулился, про­
бормотал устало: -
Например, пингвин... Ни хрене не сбывается, Горбунок, все мура ... Человек создан для не­
счастья -
и так нам и надо. Вероятно, мы -
ошибка все­
ленной. Нас не надо -
кто-то недоглядел, упустил, про­
воронил... Никто нас не создавал, вот в чем дело: мы самовольно произошли от обезьяны ... Мы лживы, трусли­
вь. И злы -
и другими не будем никогда. Потому что та­
кова наша природа. -
Нет, -
сказал Горбунов, -
я не согласен. -
Жалко, ты не Господь Бог, -
вздохнул брат. -
Зна-
ешь, это наверно не излечимо, мой бедный сумасшед­
ший брат. И откуда ты этой ереси набрался ... -
Ты сам мне всегда говорил ... -
Ну, знаешь, -
он раздраженно пожал плечами,-
теперь легко все свалить на меня. Я мальчишка был, дурак, я книжек начитался... Я не виноват, что ты мне верил, и, в конце концов, ты давно живешь своей голо­
вой. Все у тебя было нормально, ты гонял свою шайбу, зубрил английский, занимался любовью -
жил в полный кайф и ни о чем таком не вспоминал ... -
Кончай! -
СКазал Горбунов. -
Ты же не такой, ду­
рака валяешь. -
Да разуй ты глаза, наконец: я такой, такой, и всегда был таким, понимаешь ты? -
Нет, ты нарочно притворяешься. -
Я здешний, я такой, как все. И ты тоже. А там никого нет, это только сказка, вечерняя сказка для ма­
лышей, я сочинил все. Неправда, ты на себя наговариваешь. -
Ну да, руки прочь от светлой моей памяти! -
Постой, -
сказал Горбунов и останОвился. -
Я все понял ... -
Ну что еще? -
Ты не Алькор. Просто я сошел с ума и выдумал тебя. Ты оборотень ... -
Еще скажи, что создал меня по образу своему и подобию, -
захохотал брат. -
Знаешь, как это называется? Мания величия. -
Отстань, сочиненный, тебя нет. Понимаешь ты? Я разговариваю с самим собой ... -
Допустим, -
вздохнул брат. -
Но давай разберем­
ся ... Ты звал меня ... -
Не тебя, -
хмуро огрызнулся ~орбунов. -
Я звал Алькора. -
Ну, хорошо, не меня, а Алькора. Ты тосковал, ты разговаривал с ним, ты звал, звал и, скажем прямо, на­
столько расстроил свое воображение, что услышал, как' тебе ответили. Я все верно излагаю? Да, -
настороженно кивнул Горбунов. Это был я ... Теперь ты утверждаешь, что я -
не он. Так? Да. Но тогда, кто же я? Откуда я взялся? Не знаю, -
тоскливо отозвался Горбунов. -
Ты же сам сказал, что я сошел с ума, мало ли, что мне в го­
лову придет ... -
Ты хочешь сказать, что я -
плод твоего больного воображения? \ \ ' i I Да. Не сходится, -
усмехнулся брат, Почему? Потому что глупость еыходит: тосковал по нему, а сочинил меня. -
Говорю же тебе: я болен, чокнулся, свихнулся­
у меня ум за разум зашел ... -
О, ты как всегда хорошо устроилсяl- с издевкой пробормотал длькор. -
Узнаю тебя, это -
да, это ты умеешь. Только ты тут просчитался... . -
Т61 О чем? -
почему-то испугался Горбунов. -
Да все о том же, о том! Думал -
сойдешь с ума-
и никаких проблем, начнется сказка, и все будет так, как тебе удобно? И вина забудется ... -
Какая ... вина? .. -
шепотом спросил Горбунов. -
Та самая. Забыл? Смелый, добрый, честный ... Ду-
мал, сойдешь с ума -
и не спросится с тебя? Думал, я приду к тебе и утешу? И будем считать, что все было, как надо? Живой-то я был тебе не шибко нужен -
не­
удачник, пустомеля, пьяница -
никчемный брат, за ко­
торого стыдно. Помнишь, как ты торопился мимо меня по улице: не дай Бог, я окликну, и все узнают, что этот неприличный человек твой родственник... Зато теперь, когда я умер, меня можно любить. Ну, не настоящего, конечно, а выдуманного, прилизанного, приглаженного, раскрашенного в приятные для глаз тона. Добрый Гор­
бунок, ах, какой добрыйl Он так любил брата! Он даже тронулся с тоски ... -
Прости меня ... -
Бог простит, -
усмехнулся длькор. -
С тебя спро-
су нет, ты ведь у нас теперь блаженны •. Прости, прости ... Что же мне делать? Не знаю. Научи меня, длькор. Брось, -
поморщился брат. -
Ты опять про свое, Чему я могу тебя научить, когда сам ничего не знаю. Я такой же предатель, как ты ... Знаешь, пожалуй, я пойду. CHet вдруг кончился, небо вызвездило на миг в вы-
сокой полынье. Брат махнул рукой и пошел прочь. -
Куда ты? -
позвал Горбунов. -
Домой. Он шел, не касаясь заметенной снегом земли, брел, будто по невидимому склону, и уходил все выше, выше. -
Д я? -
закричал ему вслед Горбунов. -
Я с то-
бойl Брат оглянулся, глянул печальными глазами. -
Тебе нельзя, здесь дорога мертвых. Он уходил, забираясь все выше, теряясь в небесной тьме. я хочу домой! -
крикнул в вышину Горбунов, и в ответ ,l!,онеслось: Ищи дорогу, Д где она, дорога? Горбунов остался один на пустынной ночной улице, на планете, мчащейся во мраке и холоде бесконечной вселенной. Ему шел восемнадцатый год, и был он не добрый, не злой, не смелый, не трус, не честный, не лжец -
так, обыкновенный человек, не знающий дороги. Здесь все были такие, и мучились, и тосковали по дру_ tой жизни, и ждали, когда же она Придет. Потерявшиеся дети, чужестранцы, позаБышиеe дорогу домой. Горбунов ПОДНIIЛ голову, отыскал свой дом в вышине и вдруг заплакал, как когда-то в детстве, давным-давно. Темное небо стояло над землей, как пустой заколо­
ченный дом, и оттуда, из-за звезд, кто-то глядел, rлядел на Горбунова. ЮРИI4 САМСОНОВ в ПОКИНУТОЯ ДЕРЕВНЕ Покатилась, упала звезда­
Август выехал в дальнее поле. Надо мной верещат провода О какой-то несбыточной доле. Что скрывать? Было двойственно мне. Шел я тихо по краешку дола ~ И роса на пшеничной стерне Чем-то прежним меня уколола. В вётлах лаяло зло вороньё, Сердце вторило -
ТОЖе мне птица! -
Про такое былое быльё, Что сто раз вспоминать не годится. Цвел рассвет над деревней вда,1И, Ждать уставшей назад домочадца. Тут как истый радетель земли Не сумел я пока состояться. Отчужденно встречали края И никак узнавать не хотели ... Дом обвис, что скворечня твоя, Из которой жильцы улетели. Не горюй. Потерпи, дорогой! -
Всё налажу- опять будешь славный ... И кручусь, и машу я рукой, Словно ветер надорванной ставней. ВОРОЖЕЯ Едва цыгане у реки Раскинули палатки, В деревне -
двери на крючки, И спрятаны хохлатки. -
Эй, дяденька, тряхни добром! .. -
Ворожея речиста. Звенит фальшивым серебром Трехрядное монисто. Взор и наивен, и остёр -
Как из другого века. И сразу выплыл «Мой костер ... », И пушкинский Алеко. И что-то новое растет, И ты уже не тайно Готов сменять домашний мед На дикий мед скитанья ... * * * Деревня -
прабабка России! Пропахла ты дикой травой. Ну, чем тебя не обносили? -
Теперь норовят -
тишиной! А я на тебя полагаюсь И знаю,что сам не с луны; И я об тебя зажигаюсь Под гаммы воскресшей весны. И чую, что вновь народился -
И ЭТО ни в ком не унять! -
Раскуклился и набычился: Пойду в себе тьму окружать! Сегодня инертную залежь, Всю сорность, что вьшрела в прах, С которой смиренно вожжались­
Страна отдает в перепах. Не вечно ж от мертвенной стужи Увиливать вспять на продрых ... ... И горькую правду свою же Я слушаю от молодых. 23 Ираида ЗА ГОРОДСКИХ, зав. отделом pyccKoro искусства Свердловскоrо музея изобразительных искусств uapCKaQ . охота Переходя Plз зала в зал, вглядываясь в тусклое мерцание серебра и блеск каменьев, думаешь: «Как давно это было! .. » давно узорчатый плат покрывал спину скакуна, бархатное седло принимало всадни­
ка, чьи ноги плотно вставали в чеканные стремена. Красив и изящен конский убор! Конь и на Восто­
ке, и в России был верным другом человека. Во вре­
мя парадного выезда редкостные уборы украшали коня. Эхом старины звучат теперь для нас слова: пахви, оголовь, решма, паперсть, науз ... Все это эле­
менты упряжи, сочетающие в себе и прочность, и красоту. Паперсть из сквозных серебряных, позолоченных пластинок кажется на первый взгляд парадной. Ан нет -
под ней крепкий сыромятный ремень, плотно прилегающий к телу коня. Эти хрупкие на вид ШIа­
стинки защитят от прямого удара сабли. Налобник-решма со свисающими тонкими це­
пями и колечками похож на девичий кокошник, на­
рядный и величавый. N\ногие названия понятны: оголовь, цепь гремя­
чая ... Как ни странно, но цепи гремячие никакой прак­
тической роли в упряжи не играли. А служили кра­
соте. Представьте: идут в ряд кони в шелковых расши­
тых платах, седлах «рытого» бархата с чеканной узорчатой отделкой, решмах с каменьями, уборе зо­
лоченом, и раздается в такт шагам тихий звон -
то ли шелест, то ли плач... Это и есть цепи гремячие. Сочетание красоты и полезности, изящества и проч­
ности, столь не ценимое нами сегодня, давало ощу­
щение уверенности, надежности, силы. И седла русские отличаются от других. Их перед­
няя лука была высокой и слегка наклоненной впе­
ред, а задняя -
низкой и отлогой. Благодаря этому всадник мог легко поворачиваться в седле и отбивать атаку врага. Верным помощником воина была сабля .. Она упот­
реблялась в БИТЕах еще в XI~-XII вв. долго хранили секрет булата восточные мастера. Только в XIX веке горный инженер Аносов на Златоустовском заводе открыл тайну булата ... На клинок стекает чеканный узор, в рукояти тяж­
ко светятся каплями рубины и турмалины и дразнит 24 варварским великолепием бирюза. Оправленные в высокий каст, лишь отполированные или сколотые по двум-трем граням, камни эти и металл, соединяясь, тоже образуют сочетание надежности и красоты. Не знаю, каков звук пищали мастеров Василия Федотова и Евтихия Кузовлева, но вид ее -
сердцу умиление. И ложе, и приклад -
сплошной узор див­
ной красоты, инкрустация слоновой костью и раз­
личными сортами дерева. Замки пищалей были ударными, кремневыми. Они выполнялись в виде львиных голов, драконов, чудищ и отличались изящной отделкой. Надежна упряжь, вынослив конь, тверда рука, беспощадна сабля, и жизнь твоя принадлежит тебе. Вот так, наверно, ду­
мал воин и охотник, слушая ветер в чистом поле. Сейчас оголови и пахви, паперсти и решмы, сабли и пищали мирно соседствуют в витринах. Они вхо­
дят в экспозицию выставки «Парадный выезд и охо­
та в России XVII в.» -
из Оружейной палаты Московского Кремля, сокровищницы русского нацио­
нального искусства. Возникновение ее относится к концу ХУ -
нача­
лу XVI ВВ., когда Москва росла и укреплялась, со­
бирая вокруг себя разрозненные русские земли. Ору­
жейная палата была хранилищем царского оружия и крупнейшей оружейной мастерской. В ней работа­
ли злато-
и среброкузнецы, иконописцы и живо­
писцы. На протяжении XVII века в мастерских и храни­
лищах Московского Кремля сосредоточились лучшие образцы русского декоративного искусства. Те из них, что были связаны с историческими событиями или лицами, пользовались особым вниманием, бе­
режно хранились. Хранилища и мастерские станови­
лись музеем. В 1851 году по проекту архитектора К. А. Тона было построено новое здание ОРУ2l\ейной палаты, в котором она находится и сейчас. Коллекции Оружейной паJIаты огромны и разно­
образны. Это древнее оружие и доспехи, золотые и серебряные издеJIИЯ, ткани, посольские дары, парад­
ное конское убранство. Выставка «Парадный выезд и охота в России XVII века» -
лишь малая часть собрания Оружей­
ной паJIаты. с ,., .. QI 1: О О .. О е САБЛЯ В НОЖНАХ. РОССИII, XVII В. ПАЛАШ В НОЖНАХ. ТУРЦИII, ХУ" В. ai > >< i :.: '" о ~ ;s ж :.: v .А с; О v О 1: А. О 1: О ~ ; с: о 1:[ 2 с::: I z о :х: I CL ф t ,., ~ ..: 00 .... ... I Ннкоnай БЕРЕЗОВСКИй Рис. Владимира Ганзuна Не помню уж точно, что мы тогда натворили -
столько лет KaHy.1Jo! Кажется, Колька Радик стекло камнем в столовой расстеклил, а может, Саш­
ка Драчук кнопки канцелярские на учительский стул' подложил, но как бы там ни было, мы испуганно притихли, вперилисъ в парты, девчонки лишь захихикали, когда в класс сразу после звонка ворвался старший воспитатель. Был он, как всегда, в ярко-желтых ботинках на толстой подошве, каким мы все очень завидовали и почему-то называли а м е р и к а н с к и м и, подошвы их яростно скрипели, что казалось высшим шиком, и теперь в почти мертвой тишине, потому что сникли и девчонки, скрип этот был особенно звучен. От Исаака Львовича, ворвавшегося тогда в класс, у меня остались надол­
го в памяти только эти ботинки, они как бы олицетворяли его власть, какой он был наделен в интернате, а лицо я его забыл. Оно, когда встретились по прошествии долгого времени, оказалось обыкновенным, даже более -
прият­
ным. НО самое удивительное -
он был в тех же самых ботинках, а может, точной их копии, несколько, правда, поблекших. -
Помнишь? -
спросил он меня, смотревшего на него теперь сверху. Ког­
да-то, кажется, совсем недавно, было наоборот. -
Помню,- ответил я, не сомневаясь, о чем вспомнил он. -
Ну и задали вы нам тогда шороху с этим побегом! -
по-свойски сказаJI Исаак Львович.- А кто все же стекло из вас разбил? -
вернулся он к на­
чалу той давней, но не забытой нами истории. Значит, все же было стекло ... Стекло расколотил Ко.1ька Радик, просто так, если смотреть со стороны, 01' нечего делать. Взял да и бросил камень, и никто не видел этого, кроме меня да Сашки Драчука, мы стояли поодаль, задержались после столовой, другие, позавтракав, уже ВТЯНУJIИСЬВ здание школы. -
Ну-ну,- сказал Драчук, а я ничего не сказал. Колька нас не заметил, встретИJIИСЬ мы уже в классе, но и там не поделились: он -
содеянным, мы­
увиденным. А когда прозвенел звонок ... -
Так кто из вас стекло разбил, я спрашиваю? Исаак Львович задавал этот вопрос, наверное, раз в десятый, расхаживая вдоль доски, держа в руке камень, не маленький и не большой, так, треть колотого кирпича, чтобы каждому было ясно:' стекло рассыпалось не само по себе. -
Его обнаружили в столовой,- сказал он о кирпиче, а затем брякнул им об стол: -
Так кто все-таки, спрашиваю?! -
Так все-таки кто, Слава? -
спросил Исаак Львович сегодияшний, и спрашивал он с такой надеждой на правду, пусть и запоздалую, что я не решился скрывать ее дальше. Колька Радик, Исаак Львович. Я так 11 думал тогда,- вздохнул он, поникнув.-
Я, конечно, был не прав, извини,- сказал он через минуту открыто.-
Ты на меня не в обиде? Нет,- сказал Я.- Нет, Исаак Львович, м Ы,-
выделил я местоимение,­
м ы на вас не в обиде. KJIacc молчал. Ему нечего было сказать. Он бы не признался даже под пытками, будь ему известно, чьих рук это дело -
выдать в интернате счи­
tалось самой большой подлостью. Молчали и мы с Драчуком. Молчал и Колька Радик, зная: поднимись он сейчас с признанием, его выведут из клас­
~a навсегда -
по Кольке, как говорил!! учителя, колония уже устала плакать. Журнальный вариант Он оставался в интернате до последнего предупреждения­
после того, как его поймали с катушкой кабеля, умыкну­
того со склада электроподстанции, после того, как он при­
брел в класс пьяный. Из сорванной свинцовой оболочки кабеля, растопив ее, Радик, отливал такие наганы, что их нельзя было отличить от настоящих. I(аким-то чудом один из таких наганов сохранился у меня, я нашел его в куче хлама на чердаке, отдал сыну, и такой восторг плеснулся из его глаз, какого я никогда прежде не видел. Преемст­
венность поколений, наверное, держится и на таких вот вроде бы безделушках ... I(ласс молчал. А Исаак Львович скрипел подошвами, и его вопрос бил в затылок все жестче и жестче, перед глазами ярко запрыгали желтые носки ботинок, да и вос­
питательницу Надежду Дмитриевну, прибившуюся к подо­
коннику, несчастно молчащую, стало жалко, а может, мне просто надоело, что из-за 'Iесчастного стекла, какого нава­
лом в магазинах, устраивают такое дознание, и я поднял­
ся, сказал, глядя в парту: -
Я его разбил, стекло это ... -
и краем глаза увидел, как удивленно вздернулся Радик, зелено ошпарив взглядом. -
Значит, будешь исключен ты. Пора кончать в нашем интернате с безобразиями,- обреченно уронил Исаак Льво­
вич.- После урока зайдешь к директору. Мы вызовем твою мать. Скажите, Исаак Льво!!ич, а что было бы, признайся тогда Радик?.- То есть Радионов,- поправился я. Бывший старший воспитатель не стал юлить: Мы бы определили его в спецучилище. Иначе -
в колонию? -
уточнил я. Да, иначе -
в КОЛОНИЮ,- повторил ОН эхом. А его недавно медалью наградили,- сообшил я, но не для того, чтобы досадить старшему воспитателю или обвинить его в том, что он чуть было не сломал судьбу друга. Хотелось как-то подвести Исаака Львовича к мыс­
ли, что Колька и в ту пору был не хуже других. -
Я знаю,- сказал Исаак Львович.- «3а трудовое от­
личие». Он настояший художник. -
Он маляр,- сказал Я.- Настоящий. -
Да, конечно,- понял меня Исаак Львович.- Но это уже по привычке. Мы часто принижаем одно дело, пыта­
ясь возвысить его другим. Пусть даже- заслуженно.­
И, испытующе глянув, усмехнулся: -
Выходит, ты тогда его спас? -
Нет,- сказал я, наконец вспомнив, что тогда подня­
ло МеНя из-за парты.- Причина была в другом. Ее звали Мирка. Она и сейчас живет в одном со мной городе, мы порой встречаемся, но я не сказал и никогда не скажу ей: вот, мол, Мирка, я когда-то из-за тебя совер· шил пусть маленький, но все-таки подвиг ..• -
Это другое -
она? ~ улыбнулся Исаак Львович. Я смутился. _ -
Помню, Мира Ишмухамедова, Эльмира,- сказал он как бы самому себе.- Знаешь,- это относил ось уже ко мне,- тогда мы, ваши учителя и воспитатели, бродили среди вас как бы в потемках. Свет то вспыхивал, то гас. С годами прошлое освещается ярче и резче. Мне, напри­
мер, тогда было почти столько же, сколько тебе теперь. Но тогда у меня и мысли не мелькнуло, чт{) ты не придешь после урока в директорскую. Ты же не был трусом ..• Да, я не был трусом. -
Так почему же?. -
Не знаю,- сказал я, хотя знал.- Может быть, пото-
му, что когда-то каждый пытается убежать от самого себя. С одним это случается раньше, как со мной. С другими­
позже, как с Толиком Шелковым. Поздние побеги, как правило,болезненнее и чаще безвозвратны. -
О чем ты? -
встревожился Исаак Львович.- И при чем здесь Шелков? Он всегда был примерным мальчиком. -
Год назад он повесился,- сказал я. Исаака Львовича сообщение ошарашило. Но и спра­
вивwись с собой, он не стал допытываться причины. Да я 26 бы в не смог ответить, потому что сам точно ее не знал. 3на.птолько, что перед тем непоправимым действием на ТOJIика нашло озарение, выплеснувшееся на предсмертную записку в пять слов: «Теперь ОНА всегда со мной». -
I(аждый несчастлив по-своему,- покачал головой Исаак Львови'!. -
О ~1\I вы? -
не понял я такого неожиданного вывода. -
О Драчуке,- сказал старший воспитатель.- О тре­
тьем вашем товарище по побегу. Это правда, что он и в землянке играл на трубе? -
Правда. -
Он и сейчас играет на трубе,- сказал Исаак Льво-
вич.- На похоронах,- уточнил он.-
У него сначала была широкая лычка поперек погон, а теперь -
две звездочки вдоль. После побега мать Драчука пристроила его воспитанни­
ком в духовой оркестр при городском гарнизоне, и с тех пор я его не встречал. -
После уроков зайдешь к директору. Мы вызовем твою мать,- сказал Исаак Львович и хлопнул дверью. -
Садись, Беликов,-.тихо сказала Надежда Дмитриев_ на. Она уже отошла от подоконника, стояла за своим сто­
лом, и журиал был paCKpЫT.~ Итак, начнем урок. На чем же мы остановились в последний раз? -
наморщила она лоб.- Вы не помните, ребята? -
подняла она глаза, а уви­
дев меня, по-прежнему стоящего, недоумевающе спроси­
ла: -
Что же ты, Беликов? Садись, я же сказала ... Я слышал учительницу и не слышал, потому что был уже там, на первом этаже, в директорском кабинете, и в кресле напротив I(сении Михайловны сидела моя мать, и лицо ее было устало-скорбным, как тогда, перед гробом отца, где мы сфотографировались с ним в последний раз. Фотография эта цела, лежит в моем альбоме, страшная фотография, и на ней мне восемь лет, а брату четыре, и я жмурю глаза, потому что а них бьет яркое июльское солнце. И еще солнце было очень жаркое -
это видно по майкам, какие на нас с братом, а мама, несмотря на жару, повя­
зана черным платком, и платье на ней черное, совсем не­
давно праздничное, со вздернутыми по тогдашней моде плечами, СШf:\тое для театра, а теперь траурное, хотя и с глубоким, вроде лиры по контуру, вырезом на груди. Кон­
цы платка нисколько его не прикрывают, но никакого свя­
тотатства не чувствуется, напротив -
мрамор обнаженного тела подчеркивает скорбностьпроисходящего. Это платье носилось и после похорон, немного у матери было платьев, чтобы хранить траурное в шифоньере, да и шифоньера, насколько помню, родителн не успели заве­
сти. Мать надевала платье и в праздники -
на Первомай или Новый год, и когда я представнл ее в директорском кабинете, она была тоже в нем, уже несколько выцветшем и поблекшем, но не потерявшем суровой торжественности. Д. руки ее лежат на коленях, молча, молчит и I(сения Ми­
хайловна, в противоположность моей матери, тоненькой и худенькой, пышно-полная, но тоже в платье толстом, суро­
вого цвета -
коричневом. Тогда почему-то все учительни­
цы предпочитали коричневый цвет, а парты в классах были черно-покатые, горбатые, с откидывающимися крыш­
ками; и когда я вспоминаю теперь школу, она непременно черно-коричневого тона -
такая далекая, но такая желан­
ная. Форму мы носили серую, мышиного оттенка, не пид­
жак был, а гимнастерка, она подпоясывалась ремнем с желтой пряжкой, а у девчонок лишь фартучки были белы­
ми, под ними опять же коричневые форменки. Мира Ишму­
хамедова, правда, украшала себя белоснежными воздуш­
ными бантами. Она вплетала их в две смоляные косички, и казалось, что над ней порхают белокрылые бабочки, осо­
бенно когда она бежала. Еще Мирка сидела на уроках в нарукавниках r лянцевой черноты, из материала под на­
званием «саржа», чтобы не продирались локти, и девчонки поначалу над ней смеялись, задирали, но потом заимели подобные -
кто хуже, кто лучше, но насчет бантов ее никто не переПJlЮНУ.п. Она спускалась в бантах даже в нашу землянку, и в землянке тотчас становиЛОСЬ светлее, возможно, лишь для меня, и только ради этого, понял я позже, можно было бежать, хоть на край света, а край света представлялся тогда Америкой, хотя мы уже знали, что края у земли нет, земля круглая, почти круглая. «Убегу в Америку»,- решил я вдруг, поняв невозмож­
ность встречи с матерью в директорском кабинете. Побег свершился, но до Америки было еще очень дале­
ко, и мы серьезно обсуждали, как доберемся до Одессы, как проникнем в трюм парохода или теплохода -
капита­
лизм нас не пугал. И чем горячее мы спорили, тем реаль­
нее представлялся замысел этого предприятия. Но стоило стихнуть обсуждениям, стоило каждому остаться наедине с собой, становилось ясно -
все это бред, необходимый нам лишь для того, чтобы оттянуть возвращение: Кольке Ра­
дику, без сомнения, в колонию, мне -
к маме, Драчуку­
под ремень неизвестно откуда взявшегося отчима. НО день­
ги, необходимые на дорогу, мы все-таки копили, собирая в парке бутылки и сдавая их в приемный пункт. Выручка сбрасывалась в жестянку из-под болгарского компота, туда же отправлялись приношения -
Миркина рублевка, мелочь ребят, с которыми мы поддерживали связь и которые снаб­
жали нас питанием, чаще всего из интернатской столовой, почти горячим. За неделю, помнится, мы накопили десять рублей, сумму для нас почти астрономическую, хотя Радик и хвастался, что проиграл однажды на м а л и н е в карты сто червонцев. «Червонец -
это десятка»,- объяснил он, а что такое «малина» -
промолчал, подразумевал ось, что мы прекрасно знаем значение этого слова. -
Это, значит, тыща? -
подсчитав, вытаращил глаза Драчук. -
Угу,-
подтвердил Радик. -
Чемодан цельный! -.прикинул Драчук. -
Угу,-
сказал Радик.- Если рваными. Рубль, вложенный в нашу копилку Миркой, был разо­
рван почти надвое, такой, утверждал Радик, ни в каком магазине не примут, потому, мол, Ишмухамедиха и отдала, но рубль приняли, истратили его на покупку фонарика. Без ф(щарика, ясно, и побег не побег, да и ночью в зем.1янке, когда прогорала печь, сложенная из кирпичей, светить чем­
то надо было, и когда села единственная батарейка, а за­
пасных мы не купили, дефицитными были тогда батарейки, Радик сказал: «Надо было фонарь керосиновый покупать. Подлил керосинчику -
и пали дальше. Керосина в лавках всегда захлебнись ... » -
Ну что же ты стоишь фонарным столбом?! -
не вы­
держала, наконец, Надежда Дмитриевна, когда я надумал податься в Америку.- Садись, тебе говорят! Надежда Дмитриевна закашлял ась, прижала к губам платочек. Волнуясь, она кашляла особенно часто. Что-то неладное творилось в ее легких, но платочком пользова­
лась только на уроках, а вечерами, когда в том же классе проводились домашние задания, сплевывала мокроту в ак­
куратно свернутые из тетрадных листов кулечки. Надежде Дмитриевне, наверное, жилось трудно, потому что она совмещала преподавание русского языка и литературы с обязанностями воспитателя. Приходила в интернат до ПiJдъема, а уходила после отбоя, когда в палатах гасили свет. Но мы думали тогда, что она копит деньги для па­
мятника отцу. Отец ее погиб в Белоруссни, она часто рас­
сказывала, как он, полковник, сидел вечером в землянке, чадил перед ним фитиль, сжатый в артиллерийской гиль­
зе, он сидел и писал письмо, и вдруг ударил снаряд, и отца засыпало, и он умер, заваленный бревнами и землей, и ему дали орден, посмертно. -
А за что дали орден-то? -
спросил как-то хозяйст­
венный Драчук. И мы, помнится, впервые усомнились в правде этого рассказа, тогда, кажется, пятиклассники. Дей­
ствительно, за что давать орден, если никакого подвига не совершил, даже фрица не убил, а просто сидел в землянке, вот если бы... Надежда Дмитриевна закашлялась, навер­
ное, она не ожидала такого вопроса, сколько раз прежде рассказывала -
и никто не усомнился, а отвечать надо 3* было, и она нашлась, тогда мы вполне удовлетворились объяснением: -
За то, что он не покинул командного поста под ар­
тиллерийским обстрелом ... С годами ее рассказ трансформировался, теперь отец погибал не в землянке, а на артиллерийском наблюдатель­
ном пункте, откуда корректировал огонь своей батареи, но погиб тоже за письмом, какое начал писать в минуту за­
тишья, и оно начиналось так, Надежда Дмитриевна читала на память: «Милые Надюши! Я жив и здоров, только что после баньки, фрицы далеко, и здесь у нас вроде дачи, только вас не хватает, мои маленькие ... » На этом письмо обрывалось, его, недописанное, переслали сослуживцы, и Надежда Дмитриевна непременно поясняла: -
Нас обеих, и маму и меня, зовут Надями. Звали,­
поправлялась тут же. О себе, тогдашней, еще несмышленой девочке войны, она говорила и думала в прошедшем времени, и я только взрослым понял, что мы действительно остаемся в прош­
лом, переступив определенную возрастную грань, а грань между войной и миром особенно резка; и Надежда Дмит­
риевна, рассказывая нам о своем отце, рассказывала слова­
ми матери, какие тогда -.пешком под стол ходила -
слы­
шала от нее после получения похоронки инеоконченной весточки с фронта. Наверное, в ту го.10ДНУЮ И холодную тыловую пору, как ни кутала ее мать в старенькую шалев­
ку, как ни терла озябшие ее ножки, разгоняя кровь, а застудила маленькая Надюша легкие. Болезнь, замаскиро­
вавшись под хронический бронхит, вылезла наружу тубер­
кулезом, когда Надежде Дмитриевне пошел четвертый де­
сяток, перед самым расформированием интерната. -
Милая Надежда Дмитриевна,- сказала директор Ксения Михайловна, когда Надежда Дмитриевна вернулась после лечения и санатория в интернат,- к сожалению, нам придется расстаться: вам нельзя работать со здоровыми детьми,- заплакала директор, а Надежда Дмитриевна, сплюнув в платочек, сдержала слезы, сказала лишь, дрог­
нув голосом: -
Что ж, буду работать с другими,-
и теперь воспи­
тывает детей, у которых тоже неладно с легкими, в сана­
тор но-курортной, или лесной, если неофициально, школе. Когда же я стоял перед ней «фонарным столбом», На­
дежда Дмитриевна была двадцатипятилетней, что, впрочем, не делало ее в наших глазах молодой, нам она виделась старухой. Но, как ни странно, не представляя себя в т а­
к о м возрасте, мы очень хотели скорее стать взрослыми, а взрослость, казалось, начинается сразу после школы, с ра­
боты, когда можно сшить брюки на свой вкус, а не ходить в одинаковых, и закурить в открытую, и сбегать в кино не на дневной, а на вечерний сеанс,- взрослость, нам каза­
лось, гарантирует паспорт. Это я сейчас понимаю, что он вроде куска шагреневой кожи, только сделки с ним не за­
ключить, а тогда ... «Без паспорта,- просвещал Радик,- лю­
бой мент схватит и наладит в детприемник». Паспорт он называл· к с и в о Й. «Была бы ксива,- думал я, продолжая стоять истука­
НОМ,- можно было бы наняться матросом ... » -
Беликов,- сорвалась Надежда Дмитриевна на крик,- ты что, ОГ.10Х?! ИЛИ это демонстрация? Можно выйти? -
внезапно осенило меня. Зачем? Он пи-пи хочет,- пояснил Радик. Радионов! -
Надежда Дмитриевна покраснела.-
Ладно,- сказала она уже мне,-
иди. Только не забудь, где тебя ждут после урока ... «Пусть ждут»,- угрюмо думал я, благополучно вы­
скользнув ИЗ школы. Даже в пальто нараспашку было жарко -
так грело майское солнце. Но ночами по карни­
зам крыш настывали сосульки, лужи подергивались искри­
стой коркой, оттаивали лишь к полудню, а к вечеру земля на взгорках просыхала настолько, что пылилась. Такая была весна. В яблоневом саду против здания школы лоп­
нули почки, выбросив клейкую зелень, но сад еше прогля­
дывался насквозь. в нем не укроешься, а укрыться нужно было непременно. Мало ли кого вынесет на воздух, да и 27 мать, наверное, вызвали по телефону, работала она рядом, в столовой на Хитром рынке. в столовую, бывало, я приводил I(ольку Радика и То­
лика Шелкова. И всегда удивлялся, почему, увидя нас, вздыхают в маминой бухгалтерии женщины, и отказывался, стесняясь, от конфет. какие они норовнли сунуть. Отказы­
вался и Толик, а I(олька брал, и не потому, что был слад­
коежкой, а для сестренки, еще голопузой. Дом Радика -
косая насыпушка -
был в двух шагах от рынка. I(омнатку в одно окно от кухни отделяла об­
ширная печь, а в простенке между печью и стеной был сбит топчан, зава,lенный тряпьем. Из тряпья и вылезла, когда я впереые попал в этот дом, сестренка РаДИl<а, тол­
стая и серьезная. с мокрым носом, с БОЛЯЧI<аМИ на остри­
женной головке и с огромными го.~убыми глазищами. Она родилась здесь же, на этом топчане, а от кого -
это Коль­
ку не интересовало, как, наверное, и его мать. Мужики в эту халупу ПРИХОДlfm! не называясь, беспрозванными и уходили, девочка привыкла, поэтому нас вроде бы и не заметила, а вот к Радику потянулась, молча, но требова­
тельно, и тот, ПО~IНИТСЯ, ДОВО,lЬНО расплылся в улыбке, подхватил ее на руки: -
Во пацанка, а? Узнает!,-
и сунул ей конфету. -
На побывку, что ль? -
выбрела из комнатки мать Радика, но РадИl{ ее точно не заметил, и мать приняла это как должное, прошаркала к столу, заставленному грязной посудой 11 бутылкаl\fИ, короткие редкие волосы ее висели серо-соломенными паТ,lами, лицо, когда-то, видимо, краси­
вое, обрюзгло, под JICBbIM глазом рас ползал ась желтизна. _. Все выжрали, сволочи! -
сказала она, исследовав стол, а Радик как бы отстраНИJIСЯ от всех, прижимал к себе девочку, размазывающую по щекам шоколад, вес­
нушчатое лицо его светилось, а пе'lЬ уже затягивали ве­
черние сумерки, заползающие в окно кухонное, и потолок, казалось, сделался еще ниже, а стены дома съежились. Помню я сестренку Радика и школьницей, в мальчико­
вых стоптанных башмаках, в чулках неопределенного цве­
та, спущенных на коленках, с разномастными заплатами на рукавах школьного платьица явно с чужого плеча, но уже с чистым личико~ В обрамлении льняных локонов, с бан­
том, пусть и несвежим, на макушке. Сдвинув посуду к середине, она вписывала на краю стола в тетрадку акку­
ратными буковками какое-то долгое предложение: нижняя губа прикушена, носик в чернилах. Тогда еще писали перьями, ручки макали в «непроливашки», И В партах для чернильниц были специальные гнезда, на обладателей же авторучек смотрели с завистью. И на первую свою зарпла­
ту, обрыскав пол-Омска, Радик первым делом купил авто-
, ручку, с открытым пером, чернила в нее набирались сжа­
тием пипетки, и девочка задохнулась, увидев перед собой такое ЧVДО. -
Мне? -
наконец выдавила она. -
Тебе, теее.- буркнул Радик, потом сунул матери, ничуть не изменившейся, только теперь желтизна разлива­
лась под правым глазом, какие-то деньги, сказал: -
Мы это, мы прошвырнемся малость, смотри, гроши на питание,-
и мы ушли в парк, где совсем недавно, ми­
нувшей весной, собирали бутылки. Теперь же была поздняя осень. Мы бродили по парку, и I(олька раGсказываJl, как делается н а к а т, что такое к о л е р, и почему ацетоновой краской нельзя красить поверх масляной, Вряд ли он ду­
мал тогда, что малярное дело станет делом его жизни, что наградят за него медалью. А ведь и ему, наверное, мечта­
лось о какой-то необыкновенноii профессии, как мечталось и мне, и Толику Шелкову, и другим мальчишкам. Но сколь­
ко я не вспоминал, к чему тянуло Радика, никак не мог вспомнить, кажется, он всегда отмалчивался, когда заво­
дился разговор о будущем. «Там посмотрим»,- буркал Радик, а у нас было по семь пятниц на неделе, и лишь Толик Шелков и Драчук не изменяли раз определенной мечте. -
Буду военным летчиком, как отец,- говорил Толик. -
Буду музыкантом,- говорил Сашка.- Трубачом,-
уточнял он. 28 Мечту осуществил, пожалуй, только Сашка. И не беда, что приходится играть ему на похоронах. Так уж заведе­
но, может, и отказался бы, да в армии, известно, порядки свои, приказа но -
исполняй: дуй во все легкие «Походную» или траурный марш Шопена. Встретиться бы с Сашкой, у которого вдоль погон две звездочки, да не судьба, видно, если так и не столкнулись почти за два десятка лет, хотя и живем в одном городе. I(то знает, возможно, и лучше, что он остался в моей памяти таким, каким остался,­
длинным и неСf{ладным, измазанным сажей. Я как сейчас вижу отблески пламени из печки на его лице, глаза полны слез, а мы с Радиком, точно остервенев, орем и орем, сидя напротив, одно и то же, одно и то же: -
Тюк, тюк, тюк, тюк -
загорелся наш Драчук! I(огда Сашка наш СПЫJшет, даже мама не узнает ... Драчук сидит, привалившись спиной к сырой стене зем-
лянки, наверху глубокая ночь, н.а коленях Сашки труба, она почти с меня ростом, если поставить ее вертикально, и труба напоминает каску пожарного -
так блестит. -
Ребята, хватит, хватит, ребята,- бормочет Сашка, а мы, заглушая ,тоску, понимание оезысходности нашего предприятия, орем и орем, и Сашка не выдерживает, начи­
нает всхлипывать, роняет голову на свою по.~ую железку, плечи его дергаются, и дикое пение прерываеrcя само со­
бой. Я и Радик говорим в голос: -
Ну ладно, чего уж._ Сашка,- говорим,- ладно ... Драчук вроде перестает плакать, но плечи его продол­
жают дергаться, а над нами слышно -
гуляет ветер. Погода начала портиться еще днем, когда мы бродили по парку в поисках бутылок. Снег там уже вытаял, но лед на котловане еще держался, и мы немного поплавали на Лhдинах, используя вместо весел обломки досок. Минувшим летом, ныряя здесь, Толик Шелков наткнулся на корягу, теперь его щеку от губы до виска пересекает неровный тонкий шрам. Толик и себе, н нам кажется мужественным, шрам его несомненно украшает, это заметно и по девчон­
кам, 1I0глядывающим на него с интересом. Но Толика сей­
час нет с нами, убегать ему незачем, никакой вины за ним не числится; да к тому же мать, тетя Валя, уже решила, что восьмой класс он будет заканчивать в обыкновенной школе. В обыкновенной школе предстоит учиться и мне, но я об этом, конечно же, не знаю, знает лишь мама, но сообщить не может -
я в бегах. Решение убежать пришло внезапно и утвердплось, ког­
да я, миновав директорский кабинет, оказался на улице. Спрятаться пришлось за овощехранилище. Здесь давно уже наше тайное убежище, о нем не догадываются воспитатели, и место довольно неплохо оборудовано: вдоволь ящиков, на которых можно сидеть, есть стол, сбитый на козлах для распилки бревен, имеется даже диван, пусть и с вы­
пирающими пружинами, но на нем так удобно лежать, подставив лицо солнцу. В закутке всегда тихо и безвет­
ренно. Со всех сторон он окружен преградами: крышей овощехранилища, глухой стеной кочегарки, забором без единой щелки, за которым жилые бараки, и наконец желез­
ной оградой -
за оградой начинается пустырь. Не очень широкий, сжатый между территориями интерната и заво­
да, он, расширяясь, тянется на юг и утыкается в лес, кото­
рый хорошо виден в ясную погоду. За лесом, нам извест­
но, учебный аэродром, грохот моторов '()собенно слышен ночью, а днем еле видимые самолеты тянут за собой ИI';­
версионные полосы, или следы, как утверждает Толик Шелков, разбираюшиися в авиации лучше всех нас вместе взятых, потому '1ТО его отец бы.JI летчиком и разбился на учениях. Нынче, видимо, учений нет, небо пусто, ни об­
лачка, я лежу, подставнв лицо солнцу, загораю, кажется, даже немного вздремнул, потому что не услышал появле­
аия Радика и СаЦIКИ Драчука. Ага,- сказал I(олька,-
мы так и знали. Чего там? -
спрашиваю я. -
Паханку твою видели,- отвечает Радик. -
Вызвали, значит,- вроде бы равнодушно говорю я; хотя внутри все сжимается, но отступать поздно, выбор сделан. Сашка Драчук молчит, из коротких рукавов гимна-
стерки торчат тоненькие кисти его рук, озябшие, покрытые гусиной кожей. -
Чего без пальто? -
интересуюсь я. -
Раздевалку заперли, как твоего не нашли,- объяс-
няет Радик. Значит, меня уже ищут. Мама сидит в директорском кабинете, пальцы ее тере­
бят ручку сумки, положенной на колени, волнуется и ди­
ректор Ксения Михайловна, но старается не показать вида, успокаивает: -
Не расстраивайтесь, Зинаида Даниловна, сейчас егО приведут. Но входит Исаак Львович, разводит беспомощно ру­
ками. Маленький 11 озабоченный, он явно чувствует себя виноватым. О Надежде Дмитриевне, вошедшей следом, и говорить нечего она готова сквозь пол провалиться, лишь бы избежать вопрошающего взгляда женщины, сидящей у стола директора. -
Как в воду канул, Ксения Михайловна,- говорит она, сдерживая подступающий кашель. -
А пальто? -
вопрошает Ксения Михайловна. -
И пальто нет в раздевалке,- откликаеТСII Исаак Львович. -
Господи! -
вздыхает мама. -
Придет ваш сын, Зинаида Даниловна,- успокаивает Ксения МихаЙловна.- Никуда не денется. Остыне'т -
и придет. -
Да, да, да, конечно,- сдерживает слезы мама. -
Вы не переживайте, идите на работу, мы вам позво-
ним,- говорит, коря себя за официальный тон, Ксения Ми­
хайловна, и мама, забыв проститься, выходит из кабинета, идет в сторону Хитрого рынка, где ее столовая, и замеча­
ет, что плачет, когда спешащий мимо мужчина приоста­
lIавливается: -
Вам плохо? Может, вам помочь? -
Нет, нет! -
пугается мама.- Спасибо,- говорит она, пытаясь улыбнуться, а слезы катятся уже градом, зубы стучат, Славка представляется то распластанным на трам­
вайной линии, то сбитым машиной, то ... Меня ищут, а я полеживаю на диване, собравшись бе­
жать в Америку, в бок колко давит пружина, солнце сле­
пит глаза, от этого, наверное, они и мокреют ... -
Славка, ты чего теперь? -
спрашивает Радик. Я поднимаюсь с дивана,- неопреде.~енно пожимаю пле­
чами. -
А чего,- прорезвется вдруг голос у Драчука,- мож­
но выкопать землянку и пожить в ней, пока все успоко­
ится. -
А ты-то чего лезешь! -
взрываюсь Я.- Тебя-то из интерната не исключают! -
Я ничего,- хлопает ресницами Сашка. -
Зачевокали! -
тянет Радик, прикуривая. Он давно курит почти в открытую, прячется только от старшего вос­
питателя, Надежда Дмитриевна на него рукой махнула, но меня это зелье не прельщает, накурился раз до тошно­
ты, еще отец был жив, с той поры и не пробовал больше, а теперь вдруг прошу: ....:.. Дай и мне. Радик протягивает папиросу. Я мну ее, как взрослый, дую в мундштук, делаю закус, обжигаюсь первой затяж­
кой, ЗaJ\ашливаюсь, но этого мне и надо -
теперь понятно, почему у меня глаза на мокром месте. -
Накурился табака и взлетел под облака,- говорит Радик подписью из стенгазеты, в которой его нарисовали с сигарой в зубах и раздувшимся, как шар. КарИJШТУРУ рисовал Толик Шелков, он хорошо рисует, я придумывал подпись, и все остались довольны: Надежда Дмитриевна активностью редколлегии, я с То.1ИКОМ свободой до c.Qe-
дующего 'номера, а' Колька нежданной славой -
газету при­
бегали смотреть все классы, с первого по восьмой. В восьмом классе интерната нам всем уже не учиться. Радику вообще не ходить в шко,'у, он будет постигать другую науку, науку труда, и когда я вернусь ИЗ Москвы, 29 он станет уже классным маляром, и я со своим дипломом снеопределенной специа,1ЬНОСТЬЮ «литературная работа» буду завидовать ';)му втихую, а он мне -
открыто: Дурак я, что бросил учиться! Дурак,- сказал мне Радик, когда я сообщил, что решил добраться до Одессы, чтобы затем бежать в Аме­
РИКУ,- тебя без билета на первой же станции сымут. Прежде надо башли заиметь ..• Б а ш л и -
по-Радику -
это деньги. Но прежде мы на пустыре, где барачные соседи интер­
ната уже высадили картофель, отыскали подходящее ме­
СТО,- за взгорком, подковой укрывающим нас с трех сто­
рон, а четвертая не волновала, она выходила на огражде­
ние завода,-
и вырыли огромную яму, провозившись до вечера. Вечером же, когда нас, наконец, разыскал Толик Шелков, мы сделали набеl' на ближайшую стройку -
там сейчас больница имени Лизы Чайкиной -
и покрыли яму бревнами, оставив покатый лаз. -
Землей завтра завалим,- решил Радик. Настала, понял я, пора прощаться, поскольку мне и в голову не приходило, что ребята могут остаться со мной, насчет это­
го не говорили, а предусмотрительность Радика и безотказ­
ность Драчука я объяснял товариществом, заботой обо мне. -
Слушай, может, хватит дурака валять? -
сказал мне Толик. Он всегда почему-то казался взрослее нас, может быть, из-за собранности, целеустремленности, с какой жил и учился, чтобы в конце концов поступить в летное училище, а что он поступит -
в этом никто не сомневался, тогда и вправду думалось, что все двери перед нами открыты, только толкни желанную. -
Ведь не маленький,- сказал он, отводя глаза. И что­
то насторожило меня в его голосе.- Ведь замерзнешь,­
сказал он уже обреченно, догадавшись, должно быть, что до меня не дошла его тайная просьба. -
Мы зто, мы костер распалим,- заявил вдруг Радик. 8 зто трудно было поверить, но это было так: Колька решил остаться, вот почему он не торопился в интернат. -
А ты? -
повернулся Толик к Драчуку. -
А чего я там не видел, в интернате? -
отозвался Сашка. -
Ну, тогда бывайте,- сказал Толик, еще раз с на­
деждой глянув на меня, и зашагал, гордо выпрямив спину, а мы остались. За взгорком -
третий этаж, пять окон слева -
уже светились окна нашей спальни. Теперь там класс вокала, потому что после расформирования в бывших зданиях ин­
терната обосновалось музыкальное училище. И директор­
ствовала в нем по-прежнему Ксения Михайловна, и Миха­
ил Павлович продолжал работать, бывший интернатский завуч, и тоже завучем, и Исаак Львович с год еще был здесь же, только не знаю кем -
кажется, преподавателем физкультуры, а потом уж перешел в другой интернат. И часть нашей жизни, наше детство осталось, наверное, с ними,' и я не знаю более печального глагола, чем этот­
о с т а л с я. Есть, правда, еще б ы л, б ы л о. Минувшее напоминает мне «черную дыру» -.ОНО поглощает, не от­
ражая, настоящее, потому что мы, оставшиеся там, в прош­
лом, продолжаем жить будущим, не подозревая, IJTO дЛЯ многих из нас оно будет несколько иным, чем загадыва­
лось и представлялось. -
Я буду трубачом,- говорил Сашка, представляя себя, наверное, по меньшей мере в оркестре Центрального радио и телевидения,- а стал трубачом в духовой команде городского гарнизона. -
Я буду летчиком,- говорил Толик Шелков, навер­
няка собравшись вслед за Гагариным полететь в космос, и полетел бы, не 1I0встречайся ему на пути та, с которой жить рядом, но без нее -
не было смысла. И может быть, только Колька Радик, не задумывающийся о своем буду­
щем (а если и задумывающийся, то втайне), обреJl себя. став маляром. Но и здесь сыграл случай, потому что в детстве он наверняка не думал быть им, пусть даже на­
гражденным. 30 -
Эй, малый. ты D магазин за куревом не сбегаешь? -
упало на Радика сверху. Радик задрал голову -
красили дом, а окликнули его с лесов, протянутых вдоль третьего этажа. Мужичонка в веселом халате окликнул, тут же пояснив: -
Слазить неохота, а делов всего на пробежку до ма­
газина осталось. Понял? -
Сбегаю,- понял Радик, и к его ногам упал железный рубль. -
А ты почему не в школе? -
поинтересовался мужи­
чонка уже на земле, когда Радик вернулся с сигаретами. -
8ыгнали,- буркнул Радик. -
Меня Петровичем зовут,- сказал мужичонка.- Если что, при бегай завтра с утра -
пособишь, пока напарник болеет ... А кем хотел быть я, точно уже не ПОМНЮ,- кем только не хотел! Но где-то с год -
врачом. Как отец, говорил я, хотя отец мой был простым фельдшером, и в том, что он был т о л ь к о фельдшером, я признался себе уже будучи взрослым. Настолько утвердился в детстве, обманывая сверстников, что отец был все же врачом. -
Хирургом,- говорил я. -
А мой пахан полковник,- просто сказал Радик, подбросив в костер наломанных срезок, и мы с Сашкой ра­
зинули рты. Радик впервые признался в существовании отца, причем не просто отца, а полковника. И не только: мы сразу же уловили отсутствие -
был. Среди нас только у Борьки Фризина был отец, он и определил его в интер­
нат, когда умерла жена, у остальных, как правило, отцов не было, а если и были, то неизвестно где, в бегах, как отзывалась о своем Мирка Ишмухамедова, знавшая его лишь по фотографиям. -
ЗаливаЙ ... -
нерешительно сказал я. Радик молча подбросил еще срезок, пламя, вспыхнув, осветило его -
задумчивого и серьезного. -
А где ж он тогда? -
набрался храбрости Драчук. -
Живет,- буркнул Радик.-
С молодой женой,- по-
яснил ОН.- ОН нас бросил,- добавил через минуту, и пони­
мая, что мы ему не очень верим, сказал: -
Завтра можем к иему смотаться, а теперь спать давайте ... Накрывшись моим пальто, мы прикорнули на земле, чуть согретой костром, и то ли во сне, то ли наяву -
за давностью лет как-то стерлось,- приехали поутру, про­
дрогшие и грязные, к большому пятиэтажному дому в два подъезда, потянулись за Радиком по лестнице, и на чет­
вертом, кажется, этаже, квартира справа, он уверенно вжал кнопку звонка, и дверь тотчас открылась. -
А-а, это ТЫ,- тускло сказала женщина, похожая на Надежду Дмитриевну, только не в коричневом, как она, костюме, а в лег~ом цветастом халатике, под которым, вспыхнул я до ушеи, явно ничего не было. ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ -доктор Рикс! Срочно -
город! ОДА! о' цилиндрах и камерах автомобилей, тепловозов, тепло­
=-
ходов, самолетов, энергостанций, заводов и фабрик, ра-
Женщина ВЬiхватила из кармана халата плоскую робочку коммутива. Нажала кнопку. -
Доктор Рикс? -
Голос в коробочке казался сплю­
щенным.- Снова ОДА! Девочка, роды проходили нор-
ко- цет; отходами ПРОМЫLiJленности -
химической прежде всего, но не ТОЛЫСО, продуктами сжигания мусора; тон­
чайшей цементной, фосфатной, другой всякой пылью; отбросами горнодобывающей и горнообрабатывающей промышленности -
да что перечислять, тут впору за­
водить Черную книгу, чтобы на множестве ее страниц всерьез заняться поименованием всего того, чем мы за десятилетия усовершенствовали наивно-примитивную стихию, а здесь не место для этого; добавим только, что уже не ВОЗДУХОМ, конечно, была эта смесь -
скорее уж следует назвать ее «Аэрозоль-ХХ" -
по номеру НЗ­
шего благодатного столетия и по ее физической сущ­
ности. Не будем говорить здесь и о ТОМ, что не одна только атмосфера подверглась подобному обогащению, мально". Женщина опустила веки -
может быть, чтобы никто не увидел в ее глазах отчаяния. Но голос ее в насту-
пившей мгновенно тишине прозвучал спокойно, ПОЧТИ безмятежно, как если бы ей сообщили -
ну, что лам­
почка в прихожей перегорела, например; только сво­
бодная рука непроизвольно сжалась в кулак: -
Что предприняли? -
Сразу же, по инструкции, дали кислород. Затем ... Она слушала еще несколько секунд. -
Пока дышит нормально. Однако._ ОНа перебила: -
Готовые к перевозке. Сейчас к вам вылетит вертолет. -
Доктор, хотелось бы ... Видите ли, ее отец -
Рас-
rабелл. Она знала, кто такой Растабелл. -
Не волнуйтесь, все будет отлично. Рука с коммутивом медленно опустилась, бессиль-
но повисла, но лишь на секунду. -
Доктор Карлуски, разрешите". Он кивнул узким, морщинистым лицом. -
Разумеется, доктор Рикс. Я уверен -
это вчераш­
ний выброс; следовало ожидать". На несколько мгновений выдержка изменила ей: -
Шесть наших обращений к этому их правительст­
ву, шесть успокоительных ответов -
и все на бумаге, только на бумаге ... В конце концов, это же их дети, а не мои! -
Ну, что ВЫ,- сказал доктор Карлуски, стянув морщины в улыбку.- Правительства всегда бездетны. Хорошо, что у нас еще есть гермобоксы. -
Еще три,- ответила она уже в дsерях.- Что бу­
дет потом -
не знаю ... -
А кто знает? -
сказал ей вслед доктор Карлуски. но и вода, и поверхность земли, и недра ее, да и ближ­
НИЙ космос, пожалуй, тоже; попытаемся лишь назвать этот процесс приспособления природы к человеку са­
мым пригодным для этого словом вместо существующе­
го бодрого термина "техническая цивилизация»; словом этим будет война и не просто война, а гражданская. Потому что только на войне убийства происходят не ис­
подтишка, но явно, и почитаются не за преступление, а за подвиг -
не так ли поступает цивилизация с приро­
ДОЙ? И не ПОДВИГОМ считали мы разве все достижения вышепоименованной? Подвигом, несомненно; и горди­
лись, И ПОДВl<lгали на дальнейшее в том же духе. Итак, вонна. А почему гражданская? Потому что в граждан­
ской войне народ уничтожает сам себя, для народа гражданская война -
форма самоубийства или, если уж не до смерти, то самокалечения во всяком случае. Не вчера это уже стало ясным. И не вчера впервые были произнесены власть предержащими во всех кон­
цах планеты правильные и весьма достойные слова от­
носительно пресечения, недопущения, исправления, восстановления. Так клянется алкоголик: вот сегодня еще выпью, а с за8трашнего дня -
завяжу! Так обеща­
ет сам в себе запутавшийся человек: с понедельника начну новую жизнь! Сколько завтрашних дней прошло, сколько понедельников... Ты еще дышишь, человек? Ну живуч, прямо сказать ... Кто как, впрочем. Кому сейчас, скажем, семьдесят-
Что будет потом, не знал никто. Ни здесь, в Меж- тем дышится легче. Было время адаптироваться: роди-
дународном Научном центре ООН, располагавшемся лись-то о'ни тогда, когда дышать было куда проще. Ко-
в уютном уголке Европы, в Намурии,- ни, пожалуй, нечно, двести, или две тысячи, или двадцать тысяч лет во всем мире. назад воздух был еще чище. Но даже семьдесят лет Правда, не было уже той растерянности, что со пут- назад над полями и в лесах еще держалась благодать, ствовала первыM подобным случаям -
сперва вовсе с неба не лились еще желтые, а то и радиоактивные непостижИоМЫМ, потому что младенцы рождались вроде дожди, а поля и грядки удобрялиеь более по старинке, бы совершенно ЗДОРОВЫМИ, были они доношены, вы- навозцем. Так что хоть в детстве подышали вволю, а ходили правильно, не было ни удушения пуnoвиной и потом приспосабливались понемножку. Тридцатилет-
чикаких ДРУГИJ( бед из числа тех, что подстере'гают еще ние, особенно горожане -
уже другой коленкор: вды-
не родившегося. 8скf3ЫТИЯ показали, что дети были хали аэрозоль с младых ногтей, хотя не столь еще гу-
совершенно нормальными -
только их крохотные лег- стой, как нынче. Ну, а теперь и вовсе не осталось мест кие выглядели как бы сожженными если не кислотой, населенных, куда не проникли бы механизмы и химика-
то удушливым газом; а ведь ничего, кроме воздуха, ты. И вот в разгар научно-технической революции, гро-
каким все дышат, не содержалось в родильных залах. зившейся привести благодарное человечество к полному Все дышат, а эти вдруг не захотели: один, другой, тре- познанию всего на свете и безмятежному благоденст-
тий, четвертый -
и, как говорится, пошло-поехало. Не вию, детишки как-то уж и вовсе хлипкими стали входить только в Намурии, хотя небольшая страна эта оказа- в сей мир, юдоль не слез, но небезвредных отбросов. "ась одной из первых, и не только в Европе; другая Естественные компенсаторы и фильтры первыми не вы-
закономерность, правда, прослеживалась: чем ближе держали нагрузки, тем более, что их оставалось все к большим промышленным районам, тем чаще такие меньше; они были природными богатствами, которые случаи происходили, потому что тем меньше остава- человек транжирил вместо того, чтобы разумно жить лось в этих местах того, чем можно дышать. Отказ ды-
на проценты. И вот наконец и он, наиболее приспособ-
шать в атмосфере; вот что такое ОДА. ЛЯ,ющаяся (за исключением разве крысы, клопа или тара-
И в самом деле: можно ли было называть старым и кана) часть при роды, исчерпал, похоже, свои резервы пегким словом «воздух}) нынешнюю смесь кислорода адаптации и выносливости. Так что к тому дню, с кото-
Н азота со всеми теми неисчислимыми добавками, ка-
g рого началось наше повествование, на всех материках /(ими обильно обогащала ее цивилизация: продуктами = уже не на сотни, а, по статистике Всемирной Организа­
сгорания твердого, жидкого и газообразного топлива в ~ ции Здравоохранения, на тысячи шел счет представи-
~ телям разумного вида, при рождении требовавшим для Журнальный вариант 32 .ё дыхания первобытно-чистого воздуха -
или вовсе от­
'" казывавшимся Жить. ТО ли мутантами они были, ТО ли спираль развития вышла на такую вертикаль -
но так:: -
А у меня еще целая связка вопросов. Чем вы вот получилось. =. заняты сегодня вечером? Что, если я навещу вас дома, Сперва, как уже сказано, растерялись. Но теперь на- в гopoдe~ Ваш муж ревнив! учились крохотных бунтовщиков сберегать: помещали Она усмехнулась. в герметические боксы, куда подавалась приемлемая -
Вечером я приглашена на вечериНl<У -
тут рядом, для младенцев дыхательная смесь, с ароматом хвои в СаЙенс-вилледж. даже. Кормить их тоже ПРИХОДИЛОСЬ с самого начала -
И пойдете? искусственными составами из натуральных (по возмож-
-
Почему бы и нет? А вообще, на возникающие ности) продуктов. И дети жили, словно драгоценные sопросы человек должен находить ответы сам. экспонаты музеев -
за броневыми стеклами. Старше-
-
Браво, это я использую. Что же, раз так -
мчусь му ИЗ НИХ во всем мире шел сейчас четвертый год. в ГОРОД, к Растабеллу. Думаю, они вот-вот начнут ата-
Самая младшая -
вот только что родилась, при нас, ковать правительство всерьез -
теперь, когда он по-
можно сказать. страдал, так сказать, лично. Но сперва забегу к вашим Что будет потом -
это, конечно, не только доктора сейсмикам: они, кажется, что-то такое засекли. Рикс интересовало, не одну лишь эту молодую, кра-
-
Был какой-то странный толчок. Но землетрясений сивую и (под белым халатом) несколько даже Elызываю- тут не бывает ... ще одетую женщину, но и людей не столь уж МОЛОДЫХ, строго одетых и занимавших куда более высокие, а по­
рой даже и высочайшие уровни в мировой иерархии. Но как-то всегда оказывалось, что {(сегодня» было важ­
нее, чем «потом». Мир всё усложнялся, но дышать не становилось легче. Что же касается людей, общества, человечества, то с ним было, как с ядерным реактором: работает, и взорваться вроде бы не должен. Но- может. -
Вызывает клиника Научного центра. Вертолет прибыл? -
Да, доктор Рикс, благодарю вас, только что по­
грузили малышку. Но господин Раста6елл очень встре­
вожен. Он ... -
Успокойте его. -
Доктор Рикс, а не могли бы ВЫ лично поговорить С ним? Вы специалист, да и американская медицина ... -
Позвоню ему, как только дитя окажется у нас и я осмотрю его. -
И еще одна просьба, доктор: если ... Пол под ее ногами ощутимо дрогнул; звякнули ин­
струменты в стеклянных шкафчиках, колыхнулась вода В стеклянном сифоне, листок бумаги спланировал со сто­
ла, и закачала:::ь подвешенная к абажуру настольной лам­
пы куколка: фантастический астронавт-десантник с бластером наизготовку. Физики стали слишком много позволять себе,­
мельком подумала женщv.на.- Совершенно не счита-
ются С тем, что у нас -
дети. -
Да, я слушаю: какая просьба? Алло! Вы меня слы­
шите? Но телефон молчал. Вот поют,- подумал Милов,- ну прямо соловьи ... Во тьме вспыхнул~ искра; мгновенный взвизг резанул по слуху, потом глухо загудело -
словно в глубочайший колокол ударили: ухнул неимоверным басом, покачался из CTOPOHbl В сторону И стал затухать. Но Милов успел уже нырнуть в дыру -
ВХОД В пещерный лабиринт. Собственно, и не пещеры это были, скорее катаком­
бы, тут естественные пустоты, характерные для таких геологических структур, с оБширныии залами (в одном ИЗ них даже подземное озерцо плескалось), l<oTopbIe соединялись вымытыми некогда водой ходами и руко­
творными коридорами, в прошлом -
горными выработ­
ками. В седой древности в пещерах жили, во время Второй войны их использовало Сопротивлени~ а после нее, хотя и не сразу, проложили несколько маршрутов для туристов; MapUJpYTbI эти оборудовапи электриче­
ским освещением, но стоило отклониться от нахожен­
ной трассы -
и человек попадал в первозданную мглу. Входов в катакомбы имелось несколько. все они были снабжены прочными дверями -
сперва деревянными, потом их заменили пластинами из котельного железа: чтобы предотвратить несчастные случаи, какие время от времени приключались с «дикими» туристами и с детьми. Одна из этих дверей сейчас оказалась, на сча­
стье Милова, приотворенной, и пули при шлись по ней. Рикошет,- подумал он, переводя дыхание и напря­
женно вслушиваясь.- Плохо стреляют,- а странно, они должны уметь профессионально, и по звуку в том чис­
ле; но и так ничего, чуть левее -
тут бы мне и конец. Конечно, найдись среди них хоть один порешительнее­
выпрыгнул бы за мной, и длинной очередью вдоль хода, и все ... Если они меня опознали -
человек я заметный, их могли предупредить,- то преследовать они вряд ЛИ сунутся, репутация у меня достойная; но уж постарают-
-
А теперь, доктор, вопрос на засыпку... ся и живым не выпустить, залягут, как кот у норки: на-
-
Честное слово, Гектор, у меня не осталось ни се- верняка ведь думают, что я ЭТИХ ходов не знаю, а если кунды. Надо проверить, как новенькая дышит в боксе, и знаю, то лишь официальные маршруты. Плохо они затем... обо мне думают, плохо ... -
Что ж, я могу брать интервью не только на бегу, Он спешил уйти подальше, прикидывая на ходу, как но и сто!! на голове. Скажите: вОТ ВЫ спасаете этих не- п06ыстрее и побезопаснее выбраться отсюда, чтобы по-
Счастных. Но что ожидает их потом? Герметичные дома, пасть наконец в Научный центр, найти там одного чело-
конторы, цеха, города? Или вы надеетесь научить их ды-
~eKa и выжать из него все, что можно, а потом найти шать той гадостью, какой дышим мы? другого, уже в городе, и с ним сделать то же самое. Это задача для ученых. Я всего лишь врач. Несколько раз Милов свернул почти наУГё!Д: надо было -
Их становится все больше. Не опасаетесь ли вы, сойти с туристской тропы. Сейчас ход расширился, дви-
что в один прекрасный день общество возмутится -
с гаться можно было почти бегом, лишь немного приги-
непредсказуемыми последствиями? баясь. Воздух был cbIpoi'i и затхлый -
значит, другого -
Это не мои проблемы, Гентор. Наше дело -
убе- 8ыхода поблизости не было. Хорошо: никто не успеет дить власти в том, что надо срочно принимать меры не забежать и устроить засаду впереди. Подумав так, Ми-
"Ia словах, а на деле, иначе человечеству грозит гибель пов усмехнулся и еще ускорил шаг. И, словно в отмест-
в недалеком будущем. I<У за ухмылку, кто-то ИЛИ что-то долбануло его по лбу -
Какие меры вы считаете необходимыми? g с такой жестокой силой, что он не устоял на ногах-
-
Любые, которые могут привести f( очищению;' рухнул и, кажется, отключился. среды. ~ Ненадолго, впрочем. Милов пришел в себя то ли от -
Вы верите в воэможность таких мер? :;; невыносимой, дергающей и .стучащеЙ боли в вис.ке, но, -
Я оптимистка. Ну, все, на этом -
наилучшие по-
<1 может быть, и от слабого, осторожного шороха, что по-
желания. " слышался. Милов с силой притиснул висок к холодному, 33 мокрому песку, чтобы умерить боль. Никуда не денешь-
N Хотя, должен сказать, снаружи он тоже не заслуживает СЯ: звуки были звуками шагов, и они приближались осто-
:: доброго слова. рожно, но упорно. --
Дайте нам пройти! -
потребовала женщина. Значит, решились все-таки пакостники,- подумал он -
Обождите секунду,- примирительно сказал Ми~ с неожиданным спокойствием,- пошли на добивание... ЛОВ,-
я попытаюсь встать. Ну, в такой непроглядности в меня еще попасть надо. -
Вам плохо? Или вы ранены? -
спросила женщи-
Правда, и мне по звуку трудно будет их упредить: >ia и шагнула вперед. здесь многократное отражение. Ладно, пусть они начи-
-
Стойте там! -
на всякий случай задержал ее нают, а я тогда -
по вспышкам... Милов. Шаги приближались все медленнее, охотники, види- Она обиженно хмыкнула, но остановилась, говоря: мо, не хотели рисковать. Что же они -
даже фонари-
-
Надеюсь, ваш утренний туалет не затянется? I<ами не запаслись, дурачье, неужели думали, что я по Кофе в постель здесь не подают. Может быть, конечно, туристским ходам побегу? -
с некоторым пренебреже- дома у вас горничная ... Вы из поселка? нием подумал Милов.- А ведь готовились, наверное, -
Дома у меня гарем,- сказал Милов и, упираясь всерьез ... Или просто боятся? .. -
Тут шаги и вовсе за-"адонями в шершавые стенки хода, стал подниматься. мерли. Милов старался дышать как можно реже, тише, -
Боюсь, что господин не из поселка,- сказал муж-
отбойный молоток в черепе перестал частить. Потом чина своей спутнице так, словно Милов был далеко и он услышал совсем рядом едва различимый шепот и не слышал ИХ.-
Я там знаю всех -
и персонал тоже.-
очень удивился: разговаривали по-английски, а не по- Он повысил голос.-
Не могли бы вы сказать, кто вы и намурски и не по-фромски -
то были два местных как оказались здесь? языка. Милов ощупал пальцами голову. «Нет, мне помнится, тут пройти можно, надо только -
Ничего,- вслух сказал он самому себе.- Кажется, опасаться сталактитов, они тут мощные, их не выруба- обошлось без телесных повреждений, связанных с дли-
ли, ЭТО дикий ход». тельным расстройством здоровья. Странный акцент,- подумал Милов.- Местный, надо -
А может быть, он ИЗ этих, которые напали на по-
полагать. В местных языках я -
с грехом пополам ... Так селок? Поджидал нас? -
предположил мужчина. Види-
вот, значит, на что я налетел; надо было идти поосто- мо, темнота придавала ему смелости; вообще-то, судя по рожне е, как это я оплошал ... О чем это они там? манере говорить, он не принадлежал к забиякам. "Жаль, мне бы хоть фонарик захватить. "но кто мог -
Встали? -
нетерпеливо спросила женщина.- ПО-
знать?» здравляю. А теперь, пожалуйста, пропустите нас, если "Как тихо ... Может быть, мне почудилось, и никто не вам не нужна помощь. стонал?» -
Боюсь, она потребуется вам,- ответил Милов.-
Второй -
явно из Штатов,-
решил Милов. Если не ошибаюсь, вы хотите воспользоваться ближним «Нет, не почудилось, я хорошо слышал стон». выходом? Не советую: там ждут меня, но могут открыть Это был уже не шепот, а негромкий голос, и Милов огонь, даже не спросив, кто идет. Нервные люди. едва не присвистнул от удивления: голос принадлежал -
Вы... контрабандист? -
нерешительно спросил женщине. мужчина.- Извините за такое предположение,- тут же Нет,- подумал Милов,- это не мои друзья-приятели. заспешил он. Это случайный народ. Любовники, может быть -
искали -
Нет,- сказал Милов,- все не столь романтично. уединения и заблудились. Пора объявиться -
не то они, Я турист-одиночка, много слышал об этих пещерах, но от безвыходности, начнут делать что-нибудь нескром- возле входа меня хотели ограбить и, кажется, даже ное... убить. Оставалось лишь улизнуть сюда, где потемнее. Он подтянул ноги к животу, изготовленный было к -
Это необычно,- задумчиво проговорил мужчи-
бою пистолет водворил на место. Бесшумно привстал -
на.- О грабителях у нас давным-давно не слыхивали. 11 снова ткнулся головой в сталактит, в самое острие, и Знаете,- оживился ОН,- скорее, это были ... ну, те са-
>iевольно зашипел. мые, что в поселке. Вы не знаете разве, что произошло -
Кто там? -
вскрикнула женщина испуганно. Сра- вечером, в Сайенс-вилледж? зу же зашуршало: мужчина шагнул вперед, дыхание его -
Никогда не бывал там. сделалось шумным. Он мог сейчас, пожалуй, и напасть, -
Перестаные, Граве,- сказала женщина.- Госпо-
не рассуждая -
просто чтобы подавить страх в себе дин хочет сохранить инкогнито. Во всяком случае, ан-
самом. глийский -
не его родной язык. -
Эй, приятель,- по-английски окликнул его Ми-
-
Я из России,- сказал Милов вежливо.- Турист. лов -
негромко, словно сидел за столиком в кафе и -
Все равно; сейчас все мы сидим в одном и том мимо прошел официант.- Осторожно, не запачкайте же джеме по уши. Итак, мистер русский, вы полагаете, об меня обувь. тут нам не выйти? Тот снова остановился. -
Милов,- представился турист.- Даниил Милов, к -
Что ВЫ тут делаете? -
через мгновение осторож- вашим услугам, мэ' м. но спросил он. -
Очень приятно, Дан. Меня зовут Евой. А это гос-
-
Принимаю СОJlнечные ванны,- ответил Милов, подин Граве. Его воспитание не позволяет, чтобы его чувствуя, как возвращается уверенность.- Предупреж-
... азывали по имени. д,зю: я занял лучшее место и не собираюсь уступить -
Что делать,- сказал Граве,-
мы, намуры, кон-
его просто так. сервативны и, признаться, даже гордимся этим. Но ска-
Тот усмехнулся -
просто потому, что того требова- жите, господин Милф: о засаде вы говорили серьезно? ло чувство собственного достоинства. -
К сожалению. -
Меня радует ваш юмор,- ответил он.- Но не -
Я не очень уверен относительно других выходов.-
окажете ли вы любезность говорить серьезно? Тут сказал Граве виновато.- Слишком давно не бывал здесь, собственно, нет ничего смешного... хотя работаю рядом со дня основания Центра. Знаю -
Кончайте болтовню! -
неприязненно сказала жен- только, что выходы есть, но вот где они? .. щинв; судя по звуку ее голоса, она отступила шага на -
Ну же, решим что-нибудь,- нетерпеливо сказаЛil три-четыре -
на случай, если завяжется схватка, навер-
g Ева.- Не люблю неподвижности. Ну а вы, Дан -
вы и ное.- Не знаю, может быть, пещеры -
ваше постоян-
J: 8 самом деле собирались заночевать тут? Мне такая ное обиталище, но нам не хотелось бы медлить. 12 спальня не по вкусу. -
Вы совершенно правы,- согласился Милов; он ~ -
Ночлег не входил в мои планы,- при знал Милов.-
тянул время, чтобы совсем уже оправиться от удара.- ~ Я рассчитывал попасть в Центр -
там ведь есть какой­
Можно простудиться. Да и воздух, откровенно говоря ... '" нибудь странноприимный дом, надеюсь? 34 -
Гостиница,- сказал Граве.- Но в Центр еще ;;;"сно: еще днем мы жили в цивилизованном мире, пусть надо попасть, а зто, я полагаю, сейчас затруднительно. :. не таком зеленом и душистом, как некогда, но все же ... В той стороне один-единственный выход, через него мы Да, мир." В нем прежде всего страдают дети. Я недо-
и попали сюда. Однако,- в голосе его проскользнула любливала Растабелла, слишком уж он фанатичен и ог-
нотка горечи,- в старой тихой Намурии стали происхо- раничен, хотя и талантлив, конечно, а теперь мне его дить невообразимые вещи: там тоже люди с оружием, жаль. Бедная девочка ... Растабелл теперь, наверное, и и мы едва спаслись от них, когда бежали из поселка... вовсе перестанет сдерживаться, а ведь за ним идут _ Так что выбираться придется вместе,- заключи-
люди, его даже правительство побаивается. Кстати, я Ла Ева.- Осталось лишь придумать -
как. ему так и не позвонила. С телефоном никогда такого _ Отчего ж не придумать, если подумать ... -
про- не случалось. Что-то произошло в столице? Или здесь, бормотал Милов, занятый сейчас другими мыслями. в городе? Этот город -
как теневая столица: здесь Ни к чему были ему сейчас эти спутники, а в одиночку живет Растабелл, и еще многие из его компании, этот' он, вероятнее всего, прорвался бы'; но бросить здесь странный Мещерски, другие ... Лестер давно дружит с женщину было бы не по-мужски, а от компаньона ее, Мещерски, у них, по-моему, какие-то общие дела. Лес-
похоже, большого толку ждать не приходилось. Ну что тер... СлИUlКОМ много секретов завелось у него в по-
же, воспримем, как лишнюю помеху, только и всего. следние два года, и это не бабы -
все его налеты на _ Мне известен еще один выход,- сказал ОН.- баб мне были известны едва ли не заранее; нет, тут Правда, он не для туристов: над рекой, в обрыве; но другое -
я думаю, он ... невысоко. Есть в нем одно неудоБСТ80: спуститься вниз Мысли прервались, когда она услышала тихое: там нельзя -
берег нависает, подняться -
тем более. "Тсс ... стоп». Милов остановился, остальные -
тоже, но Можно только прыгнуть В реку. рука женщины оставалась на его плече, он снял ее паль-
-
Просто ужасно, сколь многого я с собой не за- цы осторожно, почти ласково. Повернув голову, едва хватила,- сказала Ева,- ни пижамы, ни купальника... уловимо ВЫДОХНУЛ: _ Я тоже,- сказал Милов,-
я путешествую налег-
-
Обоим -
лечь, только тихо ... Скажу -
бегите, как ке.- Он не стал объяснять, что сумку ему пришлось бро- на сотке, свернете в первый ход направо -
там я вас сить, когда за ним гнались; по счастью, ничего серьез- догоню ... наго там не было, опыт давно научил самое необходи- Помедлил еще секунду и бесшумно двинулся даль-
мое носить в памяти и в карманах.- Да и господин ше. Выход, тот самый, его, чуть серел в кромешной Граве вряд ли предусмотрел такую потребность... тьме пещерного хода, и более светлым пятном выделя-
-
Вы же видите, господин Милф, у нас с собой лась часть стенки напротив. Ползком? Опасно: кто-то ничего... может сидеть у самого проема -
незачем подставлять -
Не вижу, как ни удивительно. Здесь не слишком ему спину ... Он все же опустился на живот, подобрался, светло, а? Ну что же, раз мы не экипированы, придется без единого шороха подполз к выходу -
сейчас дверь лезть в воду в чем мать родила. была распахнута настежь, значит, стерегли, иначе за-
-
Это будет крайне неприлично, господин Милф,-
перли бы. Что делать? Ладно, я-то проползу, но те сурово произнес Граве.- Если бы еще с нами не было двое -
нет, не имею права ... дамы... Решившись, он коротко кашлянул -
и в ту же секун-
-
Вы знаете, Граве,- сказала Ева,-
я не очень лю-
АУ ударили выстрелы, пули врезались в стенку хода. бопытна. Охотники не уш_, у них хватило терпения. Неосторож-
-
Тем более, что все равно ничего не видно,- до- НО мы там разговаривали,- подумал Милов,- громко и бавил Милов.- Впрочем, дело ваше. Только не забудь- долго, и я хорош -
потерял ощущение реальности. Так те, что придется переплывать реку: и из-за обрыва, и что эти знали, что я возвращаюсь, лишь на долю секун-
чтобы обойтись без неожиданностей. ды не хватило у них выдержки -
начали стрелять, не -
Вы полагаете, там тоже опасно? -
с некоторым дожидаясь, пока голова возникнет в проеме, на сером беспокойством спросил Граве. фоне. Странно все же, кого они против меня послали; -
Полагаю, тот выход известен не только мне. профессионалы уже раза два подловили бы. Интерес-
Итак, плыть придется, а разводить потом костер для но, что у них тут вообще происходит? Меня об этом не просушки -
потеря времени, да инебезопасно. Поэто- предупреждали. Ну ладно, еще поиграем ... -
Он не му, плывя, держите одежду над головой. двигался с места, вслушиваясь в шорохи снаружи: там Давно так не пробовала. стрелявшие меняли места, хруст их башмаков по гра-
-
Ну, отдадите мне,- сказал Милов.- Верну сухим. вию был отчетливо слышен. Опершись локтями, Милов -
Вы крайне любезны,- сказала Ева.- Ведите нас, .... едленно изготовился, зная, что сейчас один окажется пещерный лев! в поле зрения; там снаружи, казалось, верно, что в ночи -
Вы хотели сказать -
пещерный человек,- по- их не увидеть, они не понимали, что по сравнению с не-
правил Граве. проглядностью пещеры ночная темнота была едва ли -
Хотела то, что сказала. Не придираЙтесь. не ясным днем. Черное появилось; Милов нажал на -
Нам придется,- предупредил Милов,- миновать спуск. Человек снаружи вскрикнул и упал. Снова заскри-
тот вход, которым воспользовался Я.- ОН знал, что 06-
пел гравий и застучали выстрелы, но Милов лежал сей-
ходного пути нет: схема ходов в окрестностях Центра час в мертвой зоне, чтобы убить его, надо было подой-
была крепко запечатлена в его профессиональной па- ти вплотную к двери и вскочить в ход, но на это никто МЯТИ.- Так что -
никакого шума. Я иду первым, вы, не отваЖивался. Да, странных людей они послали,- по-
Ева, кладете руку мне на плечо, а господин Граве за- думал ОН,- хотя и знают, что Я ухватилС'Я за цепочку ... -
мыкает -
точно так же. Нервная пальба заглохла, когда Милов снял еще одно-
Он ощутил, как легкая ладонь легла на его плечо. го -
выстрелил по вспышке. Наступила пауза, и ТОГАа -
Тронулись! он негромко скомандовал: Они шагали молча, стараясь ступать в ногу. Ева сня-
-
Ну, бегом! .. ла туфли и несла их в руке: острые каблуки тонули в Он знал, что у них в распоряжении несколько секунд: песке; ноги сразу промокли. Одно приключение вместо находившиеся снаружи чуть отступили, решая, какую другого,- думала она, ощущая под пальцами твердое теперь применить тактику, и можно стало промелькнуть плеч~.- Хороший свитер, надеюсь, он не какой-нибудь ~ '>IИМО хода. А вот ему самому придется еще выждать: ДИКОИ расцветки, хотя от русских, говорят, можно ожи-
,;. наверняка те все-таки решатся вскочить и стрелять в дать чего угодно -
и прекрасного вкуса, и самого дур-
:! упор ... Граве протопал мимо, Ева тоже -
и вдруг оста­
наго ... Напрасно я не надела кроссовки -
с брюками ~ новилась прямо над ним, подставляясь под пули, упала вполне уместно ... Правда, их снимать труднее.- Тут ее.ё на колени -
и он почувствовал прикосновение губ; мысли пошли в другом направлении.- Странно и ужа-
11 ПQ.ЦелуЙ пришелся в висок. "с ума сошлаl -
сдавленно 35 36 :;; КРИКНУЛ ОН.-, Дура!» -
забывшись, выругал.:я по-рус­
:: ски. Но она уже вскочила, кинулась дальше, и выстре­
-
лы извне опоздали на долю секунды. Сумасшедшая девка,- подумал Милов с невольным одобрением, хотя и зол на нее был сейчас. И снова замер: судя по звукам, двое подкрадывались к выходу с разных сто­
рон, держась вплотную к склону, чтобы не подставить­
ся, замерли у самого проема -
он слышал их дыхание. Прошла секунда, другая, десятая -
тогда Милов шум­
НО вскочил, затопал ногами, оставаясь на месте. И мгно­
венно один из затаившихся влетел в ход, чтобы ударить в спину убегающему. Милов с";злил его -
в упор, на­
повал. И выметнулся наружу, прикончип последнего, не дав ему опомниться. Ну-ка, а что сейчас снаружи -
мо­
жет быть; здесь и выйти, путь-то расчищен ... Он замер на секунду -
и выстрелы снова прозву­
чали, хотя и с дистанции: видимо, заслышав перепалку, сюда начали стягиваться. Милов подхватил пистолет свалившегося у входа -
плоский браунинг, ОРУЖИе не­
профессиональное; подскочил к первому убитому -
у того был винтовочный обрез, и вовсе не,нужный, зато у лежащего в пещере оказался армейский пистолет. Странне,- подумал Милов,- ни одного автомата, нет, как-то не так все происходит, непривычно, любительст­
во какое-то, а меня ведь ориентировали на специали­
стов ... Но больше думать было некогда, '" ,"'илов побе­
жал вдогонку своим. Надо было правым хором проби­
раться к реке, пока не пр"'нялись травить в,:ерьез. Двое ждали его, как и было УСЛ08лено. Он подошел к ним, как умел, бесшумно. Те приглушенноразгова­
р",вали. «Чужой человек,- говорил Граве,-':' по-моему, он не заслуж",вает довер"'я. Не будь он еще русским ... » Милов застыл: интересно было, что прозвучит в ответ. «Подите вы К черту, Граве,- ответила женщина спо-
койно,-
мы ведь не по схеме компьютера пробираем­
ся, там я бы вам доверилась ... Да и все равно: своих не бросают. Вы стойте тут, а я вернусь: может быть, его ранили ... » «Может быть уб",ли,- ответил в свою очередь Граве,-
'" вы попадете прямо в руки зтим ... »-
«Чем это здесь пахнет?» -
спрос",ла Ева. Л\",лов He~ вольно пр",нюхался: и в самом деле, воздух здесь был немного другим, отдавал чем-то этаким -
не бензином, не кислотой, но что-то было в нем постороннее. «Да,­
сказал Граве,- что-то такое есть на самом деле ... »-
«Это запах вашей трусости»,- сказала Ева. Граве оби­
женно засопел, Милов усмехнулся: сказано было не по делу, но весьма определенно. Он беззвучно сту­
пил. «Нет, без меня вам не выбраться, господин Граве,­
сказал ОН,- тут впереди лаби'ринт, и вы проплутаете в нем до конца жизни, а мне маршрут ",звестен. Тут озерцо вперед"', подземное -
видимо, в него натекло всякой дряни -
ВОТ оно и пахнет. Ваш Центр, видимо, что-то сбрасывает не по адресу».- «Ох, Дан,- сказала Ева, и он с непонятным удовольствием уловил в ее го­
лосе радость.- Наконец-то, а то я уже испугалась».­
«Спасибо, Ева,- сказал Милов.- Теперь поторопимся: похоже, что становится все более сыро, словно бы вода выступает снизу -
не знаю, отчего. Готовы?» -
«Да»,­
ответ",ла Ева, и он нашел в темноте ее PYI<y '" поло­
жил на свое плечо. «Двинулись»,- сказал он, и они пошли Под ногами уж ощутимо хлюпало,. хотя уро­
вень реки находился чамного ниже, это Милов помнил. Сплошные загадки,- подумал он, идя с вытянутым", вперед руками -
одна прямо, другая чуть выше голо­
вы -
чтобы не налететь ни на что сослепу. Выбраться удалось благополучно; три МЯГК"'Х вспле-
ска, прозвучавших почти слитно, не нарушили черного о безмолвия ночи ни окриком, ни выстрелом. Вода была ;; не холо'дной, но какой-то СКОЛЬЗI{ОЙ, маслянистой, про­
::! тивной по ощущению и запаху. В этой реке уже лет ~ пять не купал",сь, нау.ка '" техника своего добились. ~ Трое поплыли к противоположному, правому берегу не = быстро '" бесшумно -
равняясь по женщине, она плы-
ла медленнэе других, и Милов все время держался::;:;' находилась не в Кристалле, а в собственном здании, на рядом -
греб он одной рукой, другую, со своей и ее =. отшибе, как и многие другие институты; однако лаборато-
одеждой, держал над головой, рию ОДА разместили, когда стало необходимым ее Добравшись до берега, трое вздохнули облегченно: создать, именно в монолите, потеснив историков и фи-
пусть и бессознательно, в воде каждый из них каждую лологов, спеЦИi!ЛИСТОВ по мертвым языкам: жизнь секунду ожидал выстрелов вдогон, а здесь уже можно предстоящая как бы вытесняла память о былом, но это было как-то укрыться, Пригнувшись, пробежали в при-
лишь казалось, потому что чистый воздух, которого брежный кустарник, Граве на бегу закашлялся, Нет, требовали пациенты лаборатории, был намного древ-
все-таки в пещере воздух был чище,- подумал Милов, нее и мертвых языков, и старейших мифов -
не гово-
Среди кустов он, не одеваясь, стал рвать жухлую тра-
ря уже о каких угодно письменных свидетельствах, ву, обтираться пучками -
кожа требовала, чтобы с нее Такое решение было понятным; клиника, с ее постоя н-
сняли грязь, экскременты цивилизации, ГЛЯДJl на Ми- ной угрозой переноса инфекции, для младенцев ни-
лова, стали вытираться и те двое, только Ева отошла как не подходила, а свой собственный корпус, не с чуть подальше, заСЛОНИЛI!СЬ кустом, МИЛОВ покосилс:я десятком гермобоксов, а с сотнями, должны Быии за-
туда, где деигалось тускло-белое, неволь но сбивавшее ложить J'lишь В конце года, чтобы OTKpblTb его весной. с нужных сейчас мыслей женское тело, Вдруг вспом- Да, и Крист/!ллом можно было любоваться, и МНОгими нил, как они с Аллочкой ВОТ так, среди ночи КУПI!ЛИСЬ другими сооружениям ... , среди которых даже C/!Mble про-
в Оке; сколько же ЭТО времени прошло1 ОН не стал заические по наЗНl'чению выглядели маленькими ше-
подсчитывать, ни. к чему было. Одевшиеь, все трое деарами архитектуры и инженерии,- да такими, собст-
поднялись на пригорок и присел и, чтобы оглядеться и венно, и были, хотя flоражали не столько красотой СВО-
собраться с мыслями, Ева же -
еще и для того, чтобы ей, сколько неожиданностьЮ. Жизнь цвела и двигалась растереть совершенно окоченевшие ступни. во всех 'этих строениях, в переходах, воздушных и под-
Отсюда, с холмика, открывался хороший вид на На- земны,' и. на автомобильных аллеях и стоянках, и на учный центр, и можно было залюбоваться гигантским, вертолетной площадке на самом верху Кристалла-
хорошо ограненным, сияющим огнями монолитом хру- одним словом, везде. Кроме разве парi<ёi; так называ-
сталя: именно таким представлялся отсюда главный лось пространство вокруг неБОЛЬШОГQпруда' (офици-
корпус. На Центр денег не пожалели, начиная уже с ально его предпочитали называть озером), упорно эа-
проекта, строили всем миром и собрали в него едва раставшего всякой дрянью,- эта часть территории Былa ли не все лучшее, что только существовало в совре- засажена деревьями, еще не так давно совершенно менной науке -
чтобы .умерить национальньiе и дер- здоровым,И, а ,еперь несколько привядшими, как и 8ез-
жааные амбиции и принести побольше пользы всем, а де, и газоны разграфлены аллеями: предполагалось, не сидеть по углам, общаясь через журналы. Время что там будут всвободныЕ' часы прогуливаться' кори-
на Земле стояло вроде бы спокойное, разоружались феи наук ... , апоучающиеся станут с жадностью под-
искренне, снова начали ощущать забытый было вкус хватывать их глубокие мысли и безумные идеи; уче-
к ж",зни, без сердечного сбоя поднимать глаза к небу, ные, однако, эту рощу невзлюбил ... , потому что от не опасаясь, что безоблачная Г1lубина вдруг разразится пруда несло откровенной тухлятиной научно-техниче-
дождем тяжелых семян, из которых вырастают гигант- ского происхождения -
зато ночами там собиралось ские грибы, дышащие ветром пустынь. Из оружейной множество кошек, науки пошло в цивильную так много, как никогда еще: Правда, окрестное население,- такое было,- уже демонтировали ракеты и боеголовки, но технологии ос- не раз и не два выражало неудовольствие самим су-
тавались, и оставались мозги, серое вещество требова- ществованием Центра, от которого якобы передохла ло нагрузки. Международный штиль позволял людям рыба, и хорошо еще, если ТОЛЬКО рыбой дело огра-
из разных, порой очень различных стран общаться и ничится. Жители даже, наняв адвоката, составили 'од-
работать без задних мыслей; не то, чтобы все проти- нажды петицию, в которой требовали перенести науку воречия в мире разрешипись, этого придется -
все по- куда-нибудь, хоть в центр Антрактиды, а' их, туземцев, нимали -
ждать еще долго, ДОЛГО,- но все же чело- оставить в покое и презренном невежестве. До суда, вечество куда больше почувствовало себя чем-то еди- однако, не дошло, потому что истцам резонно ответи-
ным, планету -
недепимой территорией, где границы, ли: во-первых, что если не Центр, то тут воздвигли оставаясь на своих местах, перестали быть стенами ИЛf'l бы что-нибудь еще погромче, погрязнее, подымнее и занавесами -
если и не для политиков, то уж для уче- поядовитее: прогресс нельзя остановить, и всякое ме-
ных -
ВО всяком случае. Поэтому такие вот центры -
сто, на котором можно что-то построить, никак не и отдельных наук, и синтетические, и технические -
имеет права оставаться в первозданной запущенности; возникали все чаще; ведь и с деньгами в государствен- и во-вторых,- в Европе полно продовольствия, куда ных бюджетах стало полегче: демонтаж ракет обходился же местные фермеры станут девать продукты своего все-таки дешевле, чем их строительство и испытания. труда, если Центр вдруг исчезнет с лица земли? Даже Так что золотой век есл'и и не наступил, то уже, по и русский !'ынок ведь не бесконечен. Обитатели ок-
крайней мере, мерещился где-то не в самом далеке, рестных ферм и деревень смирились, по крайней мере Даже такое мчоготрудное дело, как нахождение вза- внешне, а к тем, кто все еще ворчал -
привыкли. Как-
имоприемлемого компромисса между цивилизацией и никак, Центр платил хорошо и хорошими деньгами, на-
природой, начинало казаться в конечном итоге осу- стоящими. Так что и днем и ночью научно-технический ществимым -
но не сразу, не сразу, конечно. прогресс являл здесь миру свой лик -
несколько над-
Оттого-те и быв'3ЛО Т(И( приятно,- думала Ева, менный и самоуверенный, но исполн'енный выражением яростно растирая ступни и лодыжки, совсем уже поте- заботы о всяческом расширении Знания -
на благо лю-
рявшие чувствительность,- приходить сюда вечерами дей, разумеется, кого же еще. по изящному мосту, прекрасно вписанному в пейзаж, И сейчас, ночью, взгляду с пригорка, поросшего и смотреть -
не с этого дикого пригорка, но с другого травой, что начинала сохнуть, едва успев проклюнуть-
холма, повые,' куда и лестницы удобные вели. и вер- ся, и болезненным, тоже как бы расхотевшим расти шина была выровнена и забетонирована, имел ось, на кустарником, лик этот I(азался настолько внушительным, чем посидеть, и напитки и легкие закуски продавались успокаивающим, обнадеживающим, а элегачтные линии в изобилии. Приятно было любоваться сияющим хру- ~ строений -
такими неизменно-вечными, что уже не ве­
стальным монолитом, привыноo узнавая и администра-
,!, рилось, ЧТО вот еще только минуты тому назад людям тивный этаж, и ярусы ресторана и увеселительных ЗВ-
I:! ПРИХОДИЛОСЬ спасаться '1 УЗКИХ пещерных ходах и уби­
ведений, а выше -
технические службы, а еще выше -
~ вать других, чтобы не Быьb убитыми Э'ГИМИ ДРУГ)fМИ­
этажи математ.иков, фи;зиков, ЭI«>НОМИСТОВ, правоведов, ~ по причинам, пока еще совершенно непостижимым, философов, теологов наконец. Клиника, как и полагается, " Успокоение внушало и несильное 'зарево, поднJOtМ<lЮ-
37 щееся далеко отсюда, за лесом, над небольшой и! но фромы естьфромы, это вам скажет кто угодно ... очень надежной АЭС, делавшей и Центр, и поселок::.. Но это БЫЛIi1 намуры, господин Милф ... ученых совершенно независимыми от всей остальной -
Люди бежали,- добавила Ева,- как я заметила, Намурии. Когда ставили Центр, энергии в стране не главным образом к Центру; а куда еще можно было хватало, большая гидростанция только еще строилась, деваться? Надеюсь, им удалось добежать. н Центру удалось получить разрешение намурийского Граве снова икнул. Ева подошла к нему, села ря-
правительства, что обошлось, правда, недешево. Те- дом, сказала что-то успокоительное. Милов краем уха перь ГЭС уже давала ток, обширное водохранилище услышал их разговор, думал же о другом. Нет, это заполнилось до проектной отметки, затопив, правда, все к нему отношения не имело. У ме'ня другая за-
с десяток селений -
естественно, без человеческих дача,- думал ОН.- Главное -
оказаться в нужное вре-
жертв, остальное же, с точки зрения прогресса, сожа-
мя в нужном месте, не то груз опять уйдет -
и канет ления не заслуживало. неизвестно куда, как и в прошлый раз. Нет, чую -
це-
Да, красиво все это было и внушительно. Но стрел я-
:10чка не зря ведет через этот самый Центр ... ли-то -
почему и зачем? Простите? -
спохватился он, поняв, что обраща-
-
Так что же все-та!'и у вас стряслось? -
пОИНТере­
совался Милов. Уже почти совсем оправившись после неожиданных 11риключений, волнений, страха и вынужденного купа­
ния, они все еще сидели, чувствуя себя в относитель­
ной безопасности и как бы оттягивая мгновение, когда придется встать и, очень возможно, снова подвергнуть себя какиМ-то угрозам. Было тихо -
только Граве вре­
менами громко и каждый раз неожиданно икал -
вер­
но, никак еще не мог согреться. _ Да перестаные,- сказала Ева,- уймите свои страхи и не нарушайте торжественной тишины. -
Я не боюсь,- возразил Граве.- Просто я так реагирую на охлаждение. Вы спрашиваете, что стряс­
лось, господин Милф? Нечто такое, что не укладывает­
ся в моем сознании. Нечто небывалое, скажу я вам. Вот именно. Поселок жил своей нормальной вечерней жизнью, поселок, в котором живут ученые и кое-кто из служб Центра. Ну, вы представляете, как в таких поселках проходят вечера ... Черта с два я представляю,- подумал Милов.- Ни­
когда не жил в таких поселках, да и с учеными что у меня общего? С этими одно, пожалуй: я тоже пред­
ставляю здесь ООН -
только в другой области дея­
тельности. У каждого свои проблемы ... _ Ну, разумеется, могу себе представить,- ответил ОН вслух. _ И ВОТ В этот спокойный, совершенно благопри-
стойный, могу вас заверить, поселок внезапно вры­
ваются какие-то... Не знаю даже, как их назвать ... -
Психи,- сказала Ева. _ Во всяком случае, какие-то совершенно непри­
личные люди, хулиганье. Вооруженные -
пистолетами, охотничьими ружьями, не знаю, чем... Врываются в коттеджи. И начинают, вЫ не поверите, избивать людей, крушить все вокруг себя -
мебель, посуду, лампы, кни­
ги, бьют окна... Я как раз занимался терминалом в доме профессора Ляйхта -
они разбили весь компью­
тер, это акт вандализма, нет другого слова... Меня сильно удари.ли в спину, я вынужден был покинуть дом. Я хотел сесть в свою машину и уехать, но на стоянке было множество таких же головорезов­
боюсь что машина может пострадать ... Тогда я побе­
жал K~ входу в пещеры. В этом направлении бежали и другие, за нами гнались, но мне удалось ускольз" нуть -
мне и вот доктору Рикс... Это было ужасно, ужасно -
они избивали людей, стреляли -
я надеюсь, что в воздух, но выстрелы раэдавались совершенно от-
четливо ... _ Интересно,- пробормотал МИЛ08.- Откуда же они вэялись? _ О, на этот вопрос я, к сожалению, могу ответить совершенно точно: это были местные жители, ферме­
ры, сеЛЬСlюхозяйственные рабочие ... Да, как ни ПОСТЫД- ~ но -
это были намуры; а ведь мы испокон веку отли-
;" .чались спокойным, уравновешенным характером; если ~ бы :но совершили фромы, Я, откровенно говоря, не r:: ОЧ,ень удивился бы; поверьте, мне чужда всякая нацио- ~ Нl!льная ограниценность, я ни в коем случае не раси"СТ, .. 38 ются к нему. Я говорю: скорее всего, это месть фермеров. Центру не следовало отказываться от закугок. Это было так неожиданно и для фермеров столь болез­
ненно ... Нет, я не оправдываю их, не поймите преврат­
но, но ведь они на это рассчитывали, и вдруг ... -
Вовсе не вдруг,- не согласилась Ева.-
Мы их уже не раз предупреждали: содержание нитратов в овощах выше всяких допустимых пределов. У Центра достаточно денег, чтобы получать за них доброкачест­
венную пищу. -
Простите меня, доктор, но ЭТО эгоизм,- сказал Граве обиженно.- Конечно, вы иностранка, но мне, намуру, не все равно, как будут жить наши фер­
меры. -
Понятно,- сказал Милов, хотя рассуждения Гра­
ве его совсем не убедили. Впрочем, чего не случается на свете ... -
Значит, поселок они разгромили? -
Он встал, с удовольствием потянулся.- Ну, кажется, мы достаточно отдохнули ... Глядите-ка, а ведь там уже не так темно, как было только что! И в самом деле, облака над местом, где находился поселок, словно бы посветлели. -
Ну, слава Богу,- сказала Ева.- Значит, все кон­
чилось, люди веРНУЮ1СЬ. Может быть, и мне? .. -
поду­
мала она вслух. Милов смотрел на облака; они стано­
вились все ярче, зарево разгоралось неровно, как бы играя -
но упорно. «Если это поселок, то он горит,­
сказал МИI10В,- другого объяснения не нахожу». После этих слов они смотрели молча. Потом Граве сказал: «Да, это, несомненно, пожар. Колоссальный. Какой смысл был исправлять компьютер, который все равно сгорит?» «Господи,- пробормотала Ева,- ну, почему, почему? За то, что мы не купили у НИХ сколько-то тонн капусты или томатов? Это же немыслимо и бес­
смысленно, это невозможно понять!» «Ну,- сказал Гра­
ве,-
люди бежали в спешке, кто-нибудь забыл выклю­
чить нагревательный прибор, а от этого до пожара­
один шаг». «Пожалуй, нет,- сказал Милов.- Очень уж бойко горит. Случайный пожар не распространяется так быстро: ветра почти нет. Тут скорее поджог, с раз­
ных сторон одновременно. Очень благородно с их сто­
роны, ЧТО хоть людей выгнали из домов». Ева усмех­
нулась, сказала: «Ну, меня-то не очень выгоняли­
наоборот, несколько молодых людей хотели задер­
жаться со мной в доме. Юнцы, физиономии в прыщах, решили, видимо, познакомиться вплотную. дi1, вот еще: у них на груди у каждого был пришпилен дубовый лист -
по-моему, не настоящий, а то ли пластиковый, то ли матерчатый ... Отличительный знак, так сказать». -
Как бы там ни было, господа,- сказал Граве и тоже встал,- надо идти. Машичы наши, вероятно, по­
гибли, но моя застрахована, и ваша, доктор, тоже, на­
деюсь? Воспользуемся ранним автобусом, пойдем к мосту, там он делает остановку. Да, да, я понимаю, очень прискорбно, но сейчас мы никому и ничем помочь не в состоянии -
кроме наших семей. Вот и поспешим к ним. Или вы собираетесь оставаться здесь до скончания веков? -
Боюсь,- сказала Ева,- что скончание веков уже наступило. Мужчины повернулмсь к ней. Ева. стояла, вся подав-
;;::' шись вперед, глядя туда, где за лесом, едва просту-:: павшим на левом берегу, в отдалении (за годы лес­
медленно, но решительно отступwл от реки, которая вместо жизни -
или вперемешку с нею -
несла все бо­
лее концентрированную гибель; у деревьев, надо ду­
мать, есть какой-то свой инстинкт, и если каждое в отдельности уйти ОТ опасности не может, то лес в це­
лом такой способностью обладает, так же, как If про­
тивоположной: возвращаться, когда угроза миновала Давайте, Дан,- кивнула Ева. Справитесь~ Ну, я современная женщина. Не беспокойтесь. Гм,-
сказал Милов несколько смущенно и засу-
нул второй пистолет в карман.-
А я-то надеялся изба­
виться от лишнего груза. Господин Граве, вы можете получить его, как только попросите. -
Нет-нет. Очень вам благодарен, но ... Обождите, господин Милф, нам же не в ту сторону! Мост -
там! -
Знаю. Но вы уверены, что на мосту -
чисто? и враг леса -
цивилизованный человек -
оказался вы­
нужден убраться прочь) -
за лесом стоял город, и хотя отсюда не увидеть было If высочайшей из его кровель или башен, но и над ним должно было светить ночное зарево; однако сейчас в той стороне было со­
вершенно темно, и для всех, исключая Милова, в этом было неестественное и страшное. -
Ни искорки,- сказала Ева почти жалобно.-
Ни проблеска ... -
Наверное, перебой с энергией,- успокоил Ми­
лов.- Это лучше, чем пожар. -
Знаете, господа,- неожиданно откровенно произ­
нес Граве,- мне страшно. Не напрасно ли мы успокаи­
ваем себя~ Ева вцепилась пальцами в его плечо, тоже напу­
ганная молчаливым мраком, которого даже горящий поселок не мог одолеть. Милов остался как бы в одиночестве. Он был чужа­
ком тут, If не его город это был, и дела у него были свои, особенные, его спутников совершенно не касаю­
щиеся. Наверное, пора было прощаться с ними If сле­
довать своим путем; город пока его не интересовал, его очередь, города, должна была наступить позже. Надо было уходить, иначе он рисковал попасть в же­
стокий цейтнот. И все же что-то мешало вот так сразу повернуться и д>винуться своим путем. Может быть, как раз потому, что .был о'н здесь посторонним, он сохранял с,пособность думать треэвее И, не имея пока никаких доказательств, как-то -
нутром, что ли -
чувст­
вовал: что-то не та,к, не в отказе покупать капусту было дело, а значит, инцидент мог оказаться не единствен­
ным, и опасность, какой бы она ни была, далеко еще не миновала; интуиция говорила так, а он привык до­
верять ей. Он уже повернулся было, чтобы поторо­
пить спутников, но те и сами вышли, наконец, из своей бездвижности. -
Я чувствую, как Лили зовет меня! -
патетически сказал Граве. Дрожь его прошла, голос звучал едва ли не героически. Ева же, напротив, попыталась пога­
сить волнение насмешкой. -
Браво! -
сказала она.- Вот заговорил мужчина. А вы, Дан, не спешите спасать свою благоверную~ Ту­
ристы ведь ездят семьями. Где вы, кстати, ухитрились потерять ee~ Или она предоставляет вам неограничен­
ную свободу действий~ (Черт знает, что я говорю,- подум&ла она сама.­
Зачем?). -
Я езжу один,- сказал Милов.- Догадался свое­
временно развестись -
давным-давно. -
0,-
сказала Ева,- куда только смотрят женщи­
HЫ~ Какой шанс упускают! Ну, пора идти. Вы, надеюсь, с нами~ -
Это был даже не вопрос, но утверждение. -
С вами,- сказал Мило'в, прикинув еще, что до Центра добраться куда быстрее по шоссе, доехав на автобусе до перекрестка.- Во всяком случае, часть пути проделаем вместе, а уж там -
помашу вам рукой на прощание. -
Значит, бросите нас на произвол судьбы,- ска­
зала Ева. Вместо ответа Милов протянул оба захваченных в CI пещере пистоле-:-а: ~ -
Возьмите на всяких случай... ~ б ~ -
Нет-нет, от этого из авьте,- сказал Граве и спря- ~ тал руки за сп,ину.-
У меня нет разреlUения полиции ~ IiB ношение оружия, и я не впр.зве... "" -
А вам нужно, чтобы было подметено? -
не утер-
пела Ева. Милов усмехнулся: -
Простите, это жаргон... Понимаете ли, у меня есть сильное подозрени,е, что там не безопасно. По­
верьте: охота на людей -
старый, но вечно увлека­
тельный спорт. Поэтому я .,редлагаю идти вброд. Это говорилось уже на ходу; они все прибавляли и прибавляли шагу. Трое шли, наискось 'lриближаясь к воде, иМилов, как и в пещере, шагал впереди -
уверенно, словно был гидом и не раз водил экскурсии ПО этим местам. Гр&ве этого даже не заметил; торопливо переступил короткими ногами, он был душою уже весь в городе, у себя дома, рядом с Лили. Ева оказалась наблюда­
тельнее: и потому, что была женщиной, и еще, навер­
ное -
ничья судьба не 130лновала ее настолько, чтобы совершенно отвлечь от реальности. Увязая каблучками в песке, она нагнала Милова и пошла рядом. Вы говорили, что в,первые здесь, Дан? Так оно и есть. Что вас смущает? Слишком уж уверенно идете. Я опытный путешественник и заблаговременно изучаю местность по картам. -
И на них обозначен каждый брод? Милов усмехнулся. Дан, вы ... -
Что, EBa~ -
Нет, ничего. Милов замедлил шаг. -
Что тако,е? -
она невольно перешла на шепот. Он ответил так же: -
Кусты на берегу. Стойте тут, я проверю. Шагнул -
и растворился в темно-серой мгле. Еве сразу стало зябко. Река плескалась совсем рядом, If в стороне -
выше по течению -
на поверхности воды иг­
рали блики: строенный из дерева поселок горел так сильно, что отблески пламени достигали даже реки. Граве стоял у Евы за спиной, громко сопя. -
Нет, нет,- вдруг сказал он в полный ГОЛОС.­
Все чушь. Нелепость. Земледельцы сошли с ума, но это еще не значит ... Ева, не поворачиваясь, нашарила его руку, стиснула до боли. Граве, смотрите ... Видите? -
А что я должен увидеть, доктор? -
Да не вверх глядите, а на воду! Что-то плыло по течению -
темное, удлиненное, слишком маленькое, чтобы оказаться лодкой. Да, вижу. Какая-то колода, я ·думаю. -
Гра,ве, я боюсь ... То плыл труп. Река несла его неторооливо, словно в торжественной похоронной процессии. Милов возник неслышно, как и ушел. -
Идемте,- сказал ОН.- Тут спокойно. -
Дан, я не полезу в эту ВОАУ_ в ней плавают мертвецы. Ужасно! .. Что это значит? Что уБИ'вают людей. -
Но почему, зачем~ -
Боюсь, что мы это скоро узнаем. Мужайтесь, Ева, другого пути нет.- Он остановился у самого уре­
за воды, прислушался.- Тут. -
Ладно,- со вздохом проговорила Ева.- ТОЛ,ько 39 на этот раз я пойду последнеl1: уж очень густой загар iiOшись, узнать, что все это насаждение KOI-iЧИЛОСЬ -
И ложится на голое тело от ваших ВЗГЛЯДОВ. Е. забыть раз и навсегда. Они медленно Двинулись, слышался ТОЛЬКО легкий -
А если я не хочу забыть? -
подняла голову плеск, ... ЛИШь однажды Ева издала сд~вленное «Ох!» -
Ева.- А вы, Дан? Мне было хорошо, Дан, когда мы оступилась, видно, однако справилась и шла вместе со всеми, но отставая. «Вы осторожно,- ТИХО сказал Ми­
лов,- тут дно паршивое". «Это Я уже поняла»,- так же приглушенно отозвалась женщина. В::>да, которую они расталкивали сначала бедрами, потом грудью, казiЭЛОСЬ, стала еще 'жирнее, неприят­
нее на ощупь, чем была, в ней попадалось больше вся­
кого плавучего мусорiЭ, потом ПРОПЛI>IJlИ еще два тру­
па, один -
ближе к левому берегу, к КОТОрОМУ они на­
правлялись, другой проскользнул почти рядом:. он пnыл лицом вверх, но черты лица было не разглядеть, еще слишком темно было, и Милов лишь понедаялся, что это не тот был' чей с,",имок он видел и запомнил, кого нужно было встретить в Центре не далее, как утром, которое все приближалось. Милов ногой на­
щупывал место для каждого нового шага, середину они уже миновали -
и вдруг с левого берега неожи­
данно и сокрушительно хлестким потоком голубого света ударил пр::>жектор, уперся в.правыЙ, теперь уже дальний' берег, подполз к воде,. qCTOp,O~HO опустился на нее и начал высвечивать, но .не равномерным ска­
нированием, а. ры'вками, зигзага""и-- видимо, управ­
ляли им люди неопытные. ПОСi;lеедва ОI!\УТИМОЙ за­
минки Миnов. прошипел: «Нырять!) ~.нз.столько пове­
лительно, что у спутников его не мелькнуло и мыели о неподчинснии, Голо~ы скрылись под маслянистой по­
верхностью, луч прошел мимо, хотя н .под водой свет был так силен, что ощущался даже кожей. Ева, начав уже задыхаться, первой высунула '~олову, волосы ее повисли, словно водоросли, с них'. сте.Кала вода,едва слышно журча. «Прощай, красота»,-'с- пробормотала она с печальной насмешкой. "Быстро, к .берегу!» -
скоман­
довал Милов. Они зашагали, . расталкивая воду теперь уже коленями, не стесняясь более 'шума: тут и сама река не молчала в неровностях' берега .. «Глаза щип­
лоТ»,- пожаловалась Ева. «Надо было зажмуриться плотнее, тут вам не Майами Бич,-
сердито выговорил ей Милов.- Ну-ка, давайте сюда», .о'ни были уже, I-'а берегу,I-'В песке, иМилов, п'овернувшись, подступил вплотную к женщине -
она отчаянно терла глаза паль­
цами, но легче не становилосlo,- с сиnой отнял ее руки, взял голову Евы в ладони. «Да не жмурьтесь сейчас! -
тихо прикрикнул ОН.- Раньше надо было, там, в воде!» Ева машинально положила руку на его плечо, он и не почувствовал вроде бы, приблизил свое лицо к ее, пегому от растекшегося грима (Граве воз­
мущенно отвернулся и поспешил отойти подальше, про­
исходившее выходило, по его мнению, далеко за вся­
кие мыслимые пределы приличий) и стал языком выли­
зывать ее глаза, поминутно сплевывая. она стояла по-
так стояли. -
Господа,- просительно сказал Граве,- сделайте одолжение ... Мы, намуры, относимся ко всем аспектам морали чрезвычайно серьезно ... Мы -
спокойный, урав­
новешенный народ, мы любим тишину и порядок во всем. -
Это заметно,- сказал Милов.- А сейчас ведите нас, Граве. Идти по влажному песку было легко. Все б,:mсе светлело. Поселок вдалеке, видимо, уже догорал -
за­
рево совсем ослабло, пламя не поднималось столба­
ми, и река казалась теперь черной, как только что заасфальтированная дорога. ПОЧТИ ничто не нарушало тишины; впрочем, это, может быть, сюда, под обрыв, не доносились звуки: и Центр, и ГОрод были там, на­
верху. После очередного порыва ветерка Милов при­
нюхался. -
Бензин? -
предположил он вслух. -
Ну вот, пора подняться,- вместо ответа прогово-
рил Граве.- Тут должна быть тропинка, попробуйте отыскать ее, господин Милф -
я плохо вижу при та­
ком свете. -
Обождите,- Милов медленно прошел вперед.­
Кажется, вот она. Да, похоже. -
Да,- сказал Ева,- а тропинок на вашей карта не было? -
Таких -
нет. Я поддержу вас, Ева, тут круто. Через минуту-другую они вышли на асфальтирован­
ную площадку рядом с дорогой. Автобуса не оказа-
лось. -
Придется, видимо, немного подождать,- сказал Граве. Он взглянул на часы.- Нет, не разберу ... Одна­
ко я уверен, что автобус еще не проходил. -
И не пройдет,- ответил Милов невесело.-
Гля-
дите. Если бы они все еще шли низом, ТО неизбежно Hd-
ткнулись бы на него. Автобус валялся под откосом берега на боку, передняя часть его уходила в воду. -
Вот откуда бензином пахло,- сказал Милов. -
Что же нам делатьf -
расте!!'янно прогозорил Граве. -
Идти пешком. -
Смотрите, и столбы повалены,- сказала Ева ТРС-
вожно. -
Похоже, это не ТОЛЬКО капуста,- проговорил Ми­
лов.- Ну, В путь. Жизнь становится чем дальше, тем интереснее. И они двинулись быстрым шагом. корно и еще секунду оставалась так, когда он уже -
Вы не могли бы помедленнее? -
попросила Ева. отошел, и только после этого вдруг едва не захлебну- Туфли свои она еще внизу то ли потеряла, то ли бро-
лась дыханием, словно придя в себя. Граве в отдале- сила, И снова шла босиком.- Тут все колется,- объяс-
нии успел уже обтереться травой и теперь поспешно нила она,- и М'"'е надоело прыгать, как горной козочке. одевался. бормоча: «Господа, я сильно опасаюсь, что -
Я не узнаю Намурии ... -
проговорил в ответ Гра-
мы опоздаем ... » Луч прожектора широко промахнул ве с искренним трагизмом в голосе. поверху, но теперь они его не боялись: они были вни-
И В самом деле, то, что они видели сейчас и сре-
зу, под обрывом, а прожектор -
высоко на берегу. ди чего находились, не очень походило на то представ-
-
Как фильм о ВОЙf.lе,- сказала Ева, одеваясь.- ление О Намурии, которое возникало по рассказам пу-
Д я думала, что такое никогда не повторится... тешественников, туристским проспектам и рекламным __ о Нет,- сказал Милов задумчиво,-- на войну не по- плакатам -
хотя многое, в общем, и соответствовало хоже, но и нд ПОЛНЫЙ мир тоже. Трудно сказать, что действительности. В таких странах, как Намурия -
да в происходит, но думаю, что мы не зря пренебрегли любой, и не только европейской или североамерикан-
мостом. ской даже -
признаки машинной цивилизации давно -
Я сейчас мечтаю о примитивной вещи,- сказал уже проникли в самые глухие уголки, так что лес по-
Граве; он приблизился к ним медленно, как бы опа-
<:) рой мог удивить ровностью рядов, в каких росли мно­
саясь какой-то новой нескромности, что было бы, по ~ голетние уже, дородные деревья, и в разных направ­
его затаенному мнению, совершенно не удивительным: ~ лен иях рас)(одились от трансформаторов -
в каменных русский, американка -
чего еще можно, от них ожи- ~ будках или на деревянных и бетонных устоях распола­
дать? .. -
Да, v-
крайне примитивной: добраться до дому, ~ гались они -
провода, тслстые, силовые, а на столбах поцеЛ1:>Dать жену, лечь 6 постель, а утром, проснуВ-
::: пониже держались телефонные и телеграфные, а если 40 мачт с проводамине быl'О, то В определенном ритме ~ попадались таблички, предупреждающие, что под зем-::::. лей здесь проходит кабель; аккуратные павильончики автоБусныx oCTaHOBOI( виднелись у дорог; и где-то в пределах видимости оказывался фермер на своем тракторе, оснащенном по сезону -
плугом, сеялкой, косилкой, граблями; и уж, разумеется, не умолкало на дорогах, толы<о среди ночи ослабевая, шуршание шин по асфальту, гудрону, бетону, легкое жужжание лег­
ковых и сердитое гудение грузовых моторов -
немец­
Ю1Х, французских, итальянских, американских, Jtпонских, реже -
советских, чеш<:ких, румынских, к темноте сползавшихея к кемпингам и мотелям, а со светом вновь разлеТдSШИХСЯ 60 всех направлениях ради дела ил"! прихоти. Да, еще вчера так было. И, похоже, кон­
чилось как-то сразу '1 по причинам, которые пока еще было не понять. Сейчас на дороге, по которой u.IЛИ трое, ни машины не погоадалось, не рокотали тракто­
Р;'I на аккуратных полях; столбы с проводами были где повалены, где сильно чаклонены; повалены были до­
рожные указатели и щиты с описанием предстоящих дорожных развязок; зато вдруг масса всякого мусора взялась откуда-то -
мусора, в котором можно было угадать оБЛОМI{И и останки того, что вчера еще было нужными, полезt'ЫМИ и желанными в жизни вещами: главным образом элеlприческими и электронными приборами, от утюга до стереофонического двухкас­
сетника или какой-то ИЗ приставок к персональному компьютеру, без какого не обходился уже давно ни один фермер. Словно бы кто-то сначала собрал и изуродовал это все как только сумел, а потом погру­
зил на многотонные трейлеры и, медленно двигаясь по дороге, неустанно расшвыривал по сторонам -
и на дорогу, и в кюветы, по ,<оторым сейчас медленно тек-
ла вода, неизвестно откуда взявшаяся, потому что дож­
дей давно уже не было. Местами ровное темно-серое покрытие дороги было усеяно мелкими крошками разбитых автомобильных стекол; какие-то тряпки ва­
лялись, остатки одежды, клочья газет, яркие журналь­
ные обложки. ВОТ на какую дорогу вышли и двинулись по ней Ева с двумя спутниками; что же удивительного в том, что нелегко было ей ступать босиком. -
Господи, Ева! -
воскликнул Милов, прямо-таки ужаснувшись, -
Нельзя же так! Где ваши туфли? -
Где прошлогодний снег,- она старалась еще шу­
тить. Милов снял СВОИ туфЛl~, носки. -
Немедленно обуЙтесь. Не смущайтесь -
носки я меняю дважды в день, старый предрассудок. -
Вот еще! -
сказала она.-
У меня двадцать три с пол_овиной, а у вас ... -
Двадцать пять,- сказал МИЛОВ,- набейте в носы травы, или ВОТ вам тряпка ... -
Я, к сожалению, не могу поМОЧЬ,- сказал Гра­
ве,- у меня двадцать девятый номер. А как же вы теперь, господин Милф? ОбоЙдусь. Да и, наверное, на этой дороге можно найти все, что угодно -
И пару обуви в том числе. За меня не волнуйтесь, я считаю, что легко отделался: иначе мне пришлось бы мести Еву на руках -
это было бы, конечно, приятней, но тогда я лишился бы манев­
ренности. -
И почему я не отказалась от ваших ботинок на­
отрез? -
усмехнулаС6 Ева, но во взгляде, который она подняла на Милова, было странное как':>е-то выраже­
ние -
словно она впервые его увидела; да так оно и было ПО сут," дела: при свете -
впервые. И тут она неудержимо, звонко расхохоталась: -
О Дан, что это такое? Нет, я не могу, держу! Прелестно, неподражаемо прелестно ... не вы-
CI Она заливалась, будто не было страхов, грязной реки, зазаленной дороги, стертых ног. быть, и было в ее смехе Ч10-ТО от истерики, но главным оставалось веселье. ~ ::: пещер, :!: Может а все же..:;( " 41 -
Да в чем дело? -
Милов уже готов был оби- ~ то, что ощущаю интуитивно... Хорошо, не стану дока-
деться. :. зывать, скажу только о моих наблюдениях. Я не очень -
Галстук, Дан, ваш галстук! Где вы ухитрились от- хорошо разбираюсь в намурском и совсем не знаю копать такой шедеврl фромского; однако, мне кажется, и журналы, и газе-
Галстук у Милова, теперь уже хорошо видимый в ты -
обрывки их -
попадались тут на обоих языках. глубоком вырезе свитера, был и на самом деле вы- Если бы не это, я предположил бы, что речь идет о дающимся: шириной в лопату, таких давно уже никто национальном конфликте: по слухам, между намурами не носил, он бросался в гла::;а еще и редкой по без- и фромами вовсе не всегда царят мир и согласие ... вкусию расцветкой -
громадными красными розами, -
Это и неудивительно,- сказал Граве.-
Мы, наму-
зелеными листьями, а над ними -
райской птицей всех ры -
народ работящий, тихий, законопослушный; кро-
цветов радуги... ме того, мы живем на этой земле столько, сколько Это у вас там делают такие? Снимите, Дан, ради себя помним. Фромы же появились тут каких-нибудь Бога, иначе я просто не выживу -
смех убьет меня! четыреста лет ,.,азад; это пришлый народ, работают -
Ни за что! -
сказал Милов торжественно. У него спустя рукава, зато любят повеселиться, да ... Не возь-
и в самом деле были причины не снимать эту часть мусь утверждать, что мы с ними всегда ладим. Но экипировки -
до поры, до времени во всяком случае.- чтобы дело дошло до такого ... -
Он пожал плечами. И не просите: я дал обет носить его, и не могу от -
Намуры и нас, ичостранцев, не очень любят,-
этого отказаться. Проиграл пари, понимаете? сказала Ева.- Не в действиях это, насколько могу су-
Пари -
дело святое, это Ева знала. И, отсмеявшись, дить, никогда не проявлялось. Я всегда чувствовала уступила. Встала, прошла два шага, вернулась. себя тут спокойно, как и во всякой цивилизованной -
Что же, вполне приемлемо. Спасибо, Дан. Хотя стране. Теряюсь в догадках ... если вы ждете, что теперь я понесу вас на руках, то -
Вот вь' оба,- сказал Милов,-
были свидетелями, не надейтесь напрасно: и не подумаю. даже участниками этого... назовем его инцидентом в -
Если ВЫ готовы, доктор, то идемте,- поторопил поселке. Наверное ведь люди, ворвавшиеся к вам, что-
Граве.- Мне кажется, мы теряем очень много вре- то говорили, даже кричали, может быть. А вот что? мени. -
Нет, конечно, они вовсе не молчали,- подтвер-
-
А вот мне кажется, нужно еще помедлить,- не- дила Ева.- Один из тех, что вторглись в дом моего ожиданно возразил Милов.- Там, впереди, по-моему, приятеl1Я, сказал мне очень даже выразительно: «А ты, автобусный павильончик еще не разгромили, давайте цыпка, сейчi3С получишь массу удовольствия, ручаюсь». посидим там и немного подумаем. -
Гм,- неО;'lределенно сказал Милов.- Ясно, одна-
-
О чем думать? -
не понял Граве.- Пора домой! ко не совсем на тему. А что слышали вы, господи'н -
Да вот хотя бы об ЭТОМ,- Милов повел рукой Граве? ОКРУГ.- О том, что все это должно означать. Или вы -
Ну, я не возьмусь передать дословно и, при-
по.прежнему думаете, что это не более, чем капуст- знаться, был достаточно взволнован, чтобы ... Но смысл ный бунт? был примерно танов: умные головы, пого,дите, мы вам Граве еще поколебался -
видимо, всякая задержка еще не такое покажем, убийцы очкастые... Да, нечто сейчас вызывала у него даже не досаду, а просто подобное. Были и другие выражения, но они -
не злость. НО шагать дальше одному, надо полагать, улы-
для женского уха. балось еще меньше. -
А вот это уже ближе к сути дела,- сказал Ми-
-
Хорошо,- буркнул он наконец.- Но сделайте ЛОВ.- Ведь Намурия, господин Граве, страна промыш-
одолжение, думайте побыстрее. Только почему для ленная, не так nиl этого надо забираться в будкуl -
О, да! -
ответил Граве, и в голосе его прозву-
-
Дорога, может быть, просматри,вается,- сказал чала гордость.- Нащи изделия известны во всем мире. Милов,- и движущийся предмет nегче заметить. Если Наша электроника, наша химия -
мы успешно конку-
же мы сосредоточимся только на наблюдении... рируем с Америкой, Японией, Герман ией ... -
Ну, хорошо, хорошо. Идемте. -
И природа при этом гибнет,- закончил за него До павиnьончика дошли без приключениЙ. Скамья Милов. в нем сохранилась -
была она каменной. -
Что верно, то верно,- сказала Ева.- Найти зеле-
-
Очень уютно,- сказала Ева.- Ну, Дан, начинайте. ное местечко стало почти невозможно. А даже я еще И постарайтесь успокоить нас, потому что от вида этой помню ... дороги мне хочется плакать. -
Вам легко говорить это, доктор,- Граве, каза-
~ Согласен,- сказал Милов.- Поделюсь своими лось, несколько обиделся.- А что творится у вас мыслями. Нет, тут не вспышка фермерского гнева. Тут дома? что-то куда более серьезное. Господин Граве, вы --
Бордель,- сказала Ева.- Но мы спохватились местный житель, вы лучше знаете свою страну, раньше вашего. Уже почти во всех штатах приняты чем, вероятно, Ева, и во всяком случае, чем я. Что, законы... Как и у вас, Дан, по-моему ... по-вашему, могло произойти? Внешне это напоминает -
Ну, У нас Гlринятие законов -
фактор скорее тре-
некий эмоциональный взрыв, причем тут действовали вожный,- усмехнулся Милов.-
Мы ничего не умеем не одиночки, ~ масса: даже банде хулиганов сотворить так хорошо, как обходить законы, и если до их приня-
такое не под силу, по-моему, за всем этим чувству- ТИ>1 нарушаем правила кое-как, то после -
начинаем ется какая-то ОРГi'!низация. Тут творилось не просто делать это уже ПРОфессионально. Правда, ~ уже не-
бесчинство. Вы обратили внимание? Ни одно деревце которое время не бь'вал дома, и что там сегодня-
не сломано, н", один куст не помят; только изделия могу только представлять ... рук человеческих, и тоже не всякие. Я насчитал во-
-
Все путешествуете,- сказал Граве. семь электрических уrюгов -
И НИ одного простого, -
Все путешествую,- подтвердил Милов.-
У вас полдюжины разбитых стиральных автоматов -
и ни же, Ева, насколы<o я Гlонимаю, просто сильно возросли единого корыта... цены за убийство природы -
как охота на львов стаnа Да их наверняка давно уже не осталось! -
ска- обходиться дороже, когда их осталось мало. Цены зала Ева. возросли, но охота не прекраl'илась. Ну, а тут, в вашей Может быть. Но вот журналы на дороге нам по-
CI стране, господин Граве ... падались только связанные с техникой, а не, скажем, С:-
-
у нас,- сухо ПРО'оворил Граве,- происходит то с порнографиеЙ... ~ же, что и везде. Мы вовсе не желали и не желаем от-
-
У нас нет таких,- хмуро сказал Граве. ~ ставать от уровня цивилизации. Да, конечно, есть из-
-
Я чувствую, ЭТО звучит неубедительно -
но дело .. держки -
но наше демократическое общество успешно в том, что я стараюсь перевести на язык доказательств " протестует. Партия Зеленых -
вам о ней, разумеется, 42 4* известно,- уже прочно утвердилась в парламенте и;:' сказать более. 'я лучше знаю нас с нашим националь­
активно действует. Наши молодые защитники природы Е. ным характером, чем вы,- о господин Милфе я уже предприняли у берегов Новой Зела·I~ДИИ.~ не говорю. И вот что я утверждаю: произ·ошел инци-
-
А, ну, это, конечно, колоссально,- согласился дент, да; но не надо сразу же давать ему громкие на-
Милов.- Судьба Новой Зеландии, безусловно, должна звания, эпизод есть эпизод, и если пошел дождь, даже волновать вас безмерно. Ну, а на берегах вот этой сильный, не надо спешить с заключением о начале реки -
Дины, кажется, я верно наз·вал -
что они сде- пото,па! лали~ Л Я -
авина может начаться с одного камушка разве -
нполага~, немало,- сказал Граве.- В частности, не TaK~ И почему бы этому событию не о!(азат~ся та-
даже аучныи центр вынужден платить немалые ЮfМ вот камушком? А лавина -
это и есть та самая штрафы... НТ-контрреволюция. Кстати, вы не замечали, что у ре-
-
Все верно,- согласился Милов.- Зелень исчезает волюций проявляется тенденция -
завершиться собст-
в природе, но вместо зеленых листьев возникают зеле- венной противо,положностью? ные бумажки на банковских счетах. Вы никогда не про-
-
Не изучал революций,- буркнул Граве. бовали приготовить салат из двадцатидолларовых бу-
-
Точно так же жизнь кончается смертью,- не-
мажек~ Свою валюту я не предлагаю ... У нас зеленые ожиданно серьезно молвила Ева.- Что удивительного? только трешки, их нужно очень много, чтобы насы- Все в мире приходит к своей ПРОТИВОПОЛОЖI~ОСТИ. титься. Скажите: вот то, что происходило и в поселке, -
Революцияl-проговорил Граве сердито.-
Я это-
и, видимо, тут, на дороге, и может быть, сейчас тво- го слова юtкогда не любил, потому что оно означает рится еще где-нибудь -
не могло ли все это произойти, нарушение порядка, то есть мешает жить и зани-
как реакция на уничтожение природы~ Понимаете ли, маться делом. Но почему? Неужели нельзя обойтись если убийца ближнего вам человека осужден или даже без этого? приговорен к смерти -
разве убитый воскресает? Разве _ В общем, потому,- ОТRетил ему МИЛОI!I,- что ре-
возмещается ваша потеря? Почему в вашей стране, Е волюция чаще всего не знает своей цели, хотя и про-
ва, в свое время существовал суд Линча, а у нас -
возглашает ее; вернее, она не знает, достижима ли так называемый самосуд? Потому что или не было су-
дебной власти, или на нее не надеялись. Так сказать, цель принципиально, реальна ли она; следовательно, и пути к цели она знать не может и лишь совершает прямое волеизъявлен",е жителей. И для того, чтобы простейшие и не всегда логичные действия, уповая на оно возникло, пороiA достаточно бывает одного-единст-
Н венного события, даже не самого важного... то, что нечто получится. о чаще всего выходит совер-
-
Такое событие было,- сказала Ева ХМУРО.- Еще ~~;~~o~~ ~~щ:Тс~в;О:~::\с:г~У:~~~~;~с~ОтТаОкМ~е~Т:а: один случай ОДА. Как раз вчера. И нужно же было, чтобы ребенок оказался дочерью Растабелла. и природе: оно нsисчерпаемо, все стерпит и потому­
вперед, без оглядки! А общество, как и природа, несет -
Я слышал эту фамилию,- сказал Милов.- Но потери и что-то теряет безвозвратно. это не здешний министр-президент. Кто он? _ Общественный деятель,- сказала Ева. -
ЭТО ваше общество,- сказал Граве с раздраже-
_ Сказать так _ ничего не сказать,- обиделся Гра- нием,- хваталось за оружие, когда его морили голо-
ве.- Растабелл -
это наш голос, звучный и неподкуп- дом, лишали свобод -
хотя даже и при таких услови-
НЫЙ. Он всегда говорит о том, что больнее всего сей-
ях далеко не всегда ... НО наше общество! Сегодняl час. А ныне _ вы правы, Милф,- природа болеет у Нет, это леж,"" за пределами здравого смысла. Мы жи-
нас больше всего. За Растабелл.ом идет народ и пой- вем в прекрасной, мирной и благоденствующей стране, дет дальше, куда бы он ни повел. Вполне можно пред- где нет ни одной хижины, куда не была бы подведена положить, что народ, узнав о несчастьи, постигшем его горячая вода! любимца, и справедливо полагая, что корень зла _ в -
Вот в ней-то могут утопить каждого, кого сочтут засилье современной гехнологии ... м-м ... несколько на- виновным. Вы не хотите понять, Граве. Потому что рушил общепринятые нормы поведения." люди прежде всего нуждаются не в горячей воде. _ Ну, что же,- сказал Милов задумчиво.- Тогда, И не в автомобилях, тряпках или космических кораб-
пожалуй, можно уже понять, что происходит _ пусть лях. Им куда нужнее другое. Жизнь. Когда люди на-
это н кажется невероятным: научно-техническая контр- чинают понимать, что все блага жизни они получают революция, еслн хотите. По-моему, точнее не опреде- за счет этой же самой жизни, и сами люди живы ЛИШЬ лить. до тех пор и потому, что живым остается это живое-
_ Ну, господин Милф,- сказал rpIlBe,-
вы видите вот тогда революция,-
я имею в виду нашу с вами вещи в слишком мрачном свете. Это у вас в нацио- научно-техническую, великую протезную революцию,-
нальном характере? вот тогда она и обращается в свою противоположность, _ Да нет, напротив,- сказал Милов, хотя можно а мы с вами встречаемся в пещере и стараемся унести было и не отвечать -
просто пожать плечами.-
Мы ноги подобру-поздорову ... ужасные оптимисты, иначе давно наложили бы на себя Граве явно нужна была поддержка. руки. -
Доктор, надеюсь, вы-то не разделяете В3ГЛЯД~1 _ Странный оптимизм,- недоверчиво покачал го- нашего спутника? Вам, жителю цивилизованной страны, ловой Граве.- Допустим, я принял ваше предложение было бы непростительно делать столь экстремальные и поверил, что жители целой округи набросились на предположения: будто у нас может пр6изойти нечто ... жителей поселка -
в основном ученых -
чтобы таким подобное. способом выразить свое отношение к ... к тому вреду, -
Ну, если говорить серьезно,- не сразу ответила который цивилизация вынужденно наносит природе. Ева,- мне, откровенно говоря, страшно не хочется го-
Я согласен, что наше правительство в области эколо- ворить серьезно, мне спать хочется ... Но раз уж затея-
гических проблем вело себя не лучшим образом, что, ли серьезную беседу. Мы, медики, кое-что начали по-
безусловно, отразится на результатах ближайших же нимать всерьез и раньше. А биологи -
еще раньше выборов. Но ведь это не только у нас, мистер Милф, нас. Начали ... Но понимание, мне кажется -
это не миг, это происходит действительно во всем мире -
и ни- не прозрение, это влюбиться можно мгновенно... а где люди не свирепеют, не накидываются на других, С) понимание -
процесс длительный. Хотя для начала не валят столбы, не с.брасывают в реку автобусы... ! нужен какой-то толчок ... вроде нашей ОДЫ. _ Еще немного, Граве,- сказала Ева,-
и вы убе- ~ -
Это нервы, только нервы,- сказал Граве.-.За дите меня в том, что автобус сбросили мы с вами. ~ последние десятилетия 4еловечество выиграло великую _ Простите, доктор, не могу принять вашей шутки: ~ битву -
против ракет и ядерных головок. Мы победи­
для меня все выглядит достаточно серьезно, чтобы не = ли без крови. и это настолько грандиозно, что на то, что вас беспuкоит как врача, я смотрю, как на отно- м Граве промолчал. сительно мелкие неприятности. ~ -Видимо, автобуса не будет,- сухо произнес он -
То была первая холодная война,- сказал Ми-
-
затем.- Что же, идемте. К сожалению, мы потеряли лов.- А сейчас мы вступили ВО вторую, и она будет немало времени. посложнее. Потому что тогда воевать приходилось в -
Пешком в город? -
воскликнула Ева.- Даже основном с предрассудками, амбициями политиков и если мы и дойдем, то в лучшем случае к вечеру ... ~oeHHЫX, ложными понятиями престижа, просто уп-
-
Важно дсйти до перекрестка,- сказал Граве.-
рямством, порой -
тупоумием, интересами военной Тут мы в стороне, но между Центром и городом ка-
промышленности, но тут можно было победить, потому кое-то движение наверняка существует; остановим пер-
что в глубине души все были согласны с самого на- вую же маШIfНУ ... цала: уж очень конкретной выглядела смерть. Как в -
Дан, придумайте что-нибудь,- сказала Ева.- По-
авиакатастрофе: если вы падаете с неба -
надежды не нимаете, я все-таки ухюрилась. стереть ноги на этой остается. Вот мы и выиграли. А сейчас идет та же са- дороге, и не знаю теперь ... мая битва за 6ЫЖИВдtiие. Но если там враг был КОН-
-
Вее очень просто,- сказал Милов.- Вы вдвоем кретен, ОРУ>Ю1е можно было при случае увидеть И по- оставайтесь пока здесь. Я доберусь до перекрестка и трогать, то сейчас все неопределенно, опасность не первую же попав;J.JУЮСЯ машину пригоню с:юд~. концентрируется на десятке или сотне BoeHHblX ба:;, -
Вы полагаете, ВОД>1теm, согласится)' -
не ВСякий она В нашем гараже, ХОflодильнике, тарелке, CTaKa~e, случай спроси,~ Граве. она везде. И ПОНЯ9 зто, человек хочет возвращения к -
Я его очень попрошу,- С:КдЗi!!Л Милов.- Так, что-
первозданной чистоте воздуха, воды, ПfiЩИ -
но еще бы он не смог мне отказать. не согласен жертвовать ради этого всем комфортом, и пока он торгуется со смертью -
процесс идет .•. -
Не согласен,- решительно объявил Граве.- Не могу признать, что Mbl ничего не сделали для устране­
ния опасности. Да вот хотя бы: супруг доктора, госпо­
дин Рикс, человек у нас весьма уважаемый и не раз оказывавший стране услуги, не получил разрешения правительства на создание тут, у нас, какого-то своего предприятия -
оно оказалось неэкологичным, и парла­
мент ... Впрочем, доктор наверняка знает все ЭТО зна­
чительно лучше меня. -
Ничего я не знаю,- сказала Ева, нахмурившись,­
и не желаю знать, мы занимаемся каждый своими де­
лами ... Видите, мы снова пришли к разговору о смер­
ти; однако это будет уже не падение с высоты, это бу­
дет рак, и та его форма, которую излечивает только нож. Рак -
это не только Лестер, это и мы с вами, Граве, и еще МИЛ.~ионы умных, образова.нных, деятель­
ных людей. Мы упустили миг, когда цивилизация из доброкачественной начала пере рождаться в раковую. -
Вот именно,- подхватил Милов.- А ведь если больной понял, что у него -
скверная опухоль, и хи­
рурга нет -
он согласится, чтобы ее хоть ТОПОР">М уда­
лили, и пусть это сделает хоть дровосек -
иначе смерть ... И вот процесс понимания этого шеJ'l доста­
точно ·давно, и ему помогали -
журналисты, парламен­
тарии, гуманисты, проповедники ... -
Уж лучше бы они молчали,- вздохнул Граве.­
Конечно, свобода печати -
великая вещь, однако порой ... -
Наоборот: надо было договаривать до конца. Кричать: рак не проходит от аспирина! Мы гуманно предупреждаем каждого курильщика: гляди, парень, наживешь себе рак легких! Но курить не запрещаем: насилие над личностью, да и все же доходная статья ... Точно так же пытались предупредить челоВечество­
но никто не поr.ытался что-то сделать всерьез. Очище­
ние? Но сигарета с фильтром не становится безвред­
ной, верно? Курильщик скажет вам: бросить трудно, привычка, потребность... Так же и человечество: оно привыкло, у него есть потребность во всем, что дает современная цивилизация. Но ведь и наркотик стано­
вится потребностью! Так что если в результате начи­
наются серьеЗl-'ые осложнения, или, как теперь любят говорить, непредсказуемые события -
хотя на самом деле они легко предсказуемы,- то единственное, что можно сделать, ЭТО выбрать: на чьей ты стороне. Как лег«о рассуждать, господин Милф,- сказал Граве холодно,- когда горит дом соседа ... Интересно, а что бы вы сделали, !1РОИСХОДИ это у вас дома? g -
я был бы с теми, кто за жизнь,- сказал Милов,~ ,:, жизнь ценой комфорта, д не наоборот. Я не из само- ~ убийц. И думаю -
ВЫ, господин Граве, тоже. ХОТЯ -
~ вы ведь не верите, что здесь, у вас, может происхо-.:i ДИТЬ что-то серьезное._ ::: Да нет,- подумал Милов.-
Я здесь человек сторонний, я не нахожусь в состоянии войны с этой страной, что бы тут ни происходило. Значит, по-
если он просит меня подойти -
подойду спокойно и веж-
ЛИ80 ... Это было, когда он уже приближа!1СЯ к перекрест­
ку и шел открыто, по дороге, не канавой и не придо­
рожным кустарником; шел так, чтобы не вызвать ни­
каких подозрений у возможного наблюдателя; такой наблюдатель мог существовать -
давний и многогран­
ный опыт подсказывал это. Вооруженный человек воз­
ник внезапно -
появился нз-за толстого дерева, до которого Милову оставалось еще шагов двадцать; на человеке был солдатский комбинезон, только вместо погонов на плечах были дубовые листья -
суконные или пластиковые, отсюда не разглядеть. Придерживая правой рукой висе,вший на плече и направленный на Милова автомат, человек махнул левой, подзывая: -
Ты! Ну-ка, сюда! Это было сказано по-намурски: тексты такой слож­
ности Милов понимал без напряжения. И повернул чуть наискось, пересекi'Я полотно дороги -
спокойно и веж­
ливо, даже с доброжелательной улыбкой. -
Стоять! Три метра,- привычно определил Милов дистанцию. Остановился, уже не улыбаясь, но взгляд выражал полное спокойствие. -
Руки за голову! Пистолет -
тот, что в кармане,- он заметит сразу, если только не совершенный младенец. Однако, судя по его повадке ~ опытный парень. Руки за голову? Да пожалуйста, сколько угодно ... Милов послушно охватил ладонями затылок. -
Повернись спиной! -
Послушайте,- сказал Милов медленно, стараясь подбирать слова поточнее и ставить их в нужной фор­
ме,-
я тут случайно, ни в чем не участвую, у меня больная женщина ... -
Спиной! -
теперь вооруженный крикнул с явной угрозой и шевельнул автоматом. Пуля в спину -
не очень приятно,- подумал МIfЛОВ, поворачиваясь,- одна'I<О без всякоrо повода стреляет только маньяк, а этот вроде бы не похож ... Нет, надо сохранять спокойствие до последнего ... -
и все же по­
чувствовал, как пот проступает на спине; не любил Ми-
лов таких положений. -
Ты фром? -
услышал он сзади; судя по голосу, человек оставался на том же месте. -
Я иностранец,- ответил он, чуть повернув голо­
ву -
чтобы тому было спышнее, но н затем еще, что­
бы видеть его уголком глаза.- Турист. -
Еще один,- проговорил вооруженный мрачно.­
Чужак. Спишком много чужаков развелось в Намурии, ----~.~----~ ~----~~-
налетело, как на падаль. Но мы еще жиnы ... там .в кармане? Может, фотоаппарат? Что у тебя::;;' А оно стало сопротивляться и оцарапало вам =.лицо~ Могу показать,- ответил Милов. -
Руки! И не шевелись, если хочешь пожить еще хоть немного! В этом роде. Постойте. Царапину надо прижечь. У меня есть ... Она выудила из сумочки флакончик. Попрыскала. Вооруженный шагнул вперед, теперь до него оста­
лось около метра. Левая рука его была вытянута, что­
бы сразу залезть Милову а оттопыренный карман; под­
ходил он не прямо со спины, а чуть справа. Опытный,­
подумал Милов,- но у меня-то опыта побольше, так что давай лучше поговорим на равных ... Странный, горьковатый аромат расширил Милову нозд­
ри, заставил глубоко вздохнуть воздух. Он крутанулся на левой пятке, ударил правой но­
гой -
руки снимать было некогда. Ка,к и ожидал Милов, тот запоздал с реакцией на долю секунды -
пуля про­
шла рядом. Когда такой удар наносит нога в тяжелом армейском ботинке, человек больше не поднимается; Милов был босиком, да и не хотел он убивать, ста­
рался только, чтобы самого его не убили. Противник лишь согнулся вдвое от боли; Милов сцепил пальцы вместе, рубанул. Что же мне с тобой делать? -
размышлял он, ГЛЯДЯ на скорчившееся у его ног тело.- В канаву? Захлеб­
нешься ... Вот оружие придется позаимствовать: навер­
ное, ты тут не последний такой ... Значит, иностранцы тут нынче не в чести ... -
Он нагнулся, ухватил лежавшего под мышки, оттащил к дереву; тот, с закрытыми глаза­
ми, судорожно дышал. Милов распустил ему ремень, чтобы легче дышалось, потом взгляд упал на добротную армейскую обувь. Милов колебался несколько секунд: мародерство было ему противно. Придется все же счи­
тать это трофеем,- схитрил он сам перед собой,- ему теперь спешить некуда, а у меня полно дел ... -
Он рас­
шнуроваl1 башмаки, надеn -
были они номера на два больше, однако босиком по стеклу было куда хуже. Так,- подумал он затем.- Ну, лежи, приходи в себя, да ПОУЧИС", когда очнешься, вежливее обращаться с про­
хожими, тебя не задевающими ... Он успел сделать шагов десять; ИНСТИНI<Т заставил его резко обернуться. Тот, под деревом, лежал, опи­
раясь на локоть левой руки, правая резко, ПРУЖl1ННО распрямилась, свистнул нож. Бросок был хорошим, ост­
рие скользнуло по щеке. Милов не успел ни о чем по­
думать -
пальцы сработали сами. Тот, в комбинезоне, дернулся, откинулся на спину. -
Ну, где о" там? -
пробормотала Ева.- Мог бы и вспомнить о нас. -
Странный человек, вам не кажется, доктор? Не­
которые его ухватки заставляют подумать... Впрочем, не знаю, -
С НИЛА ЧТО-ТО Сl1УЧИЛОСЬ,- сказала >кенщина.­
Надо что-то Aer:aTb. ИДТIA на помощь, может быть. -
Осмелюсь предположить: ничего с ним не случи­
лось. Просто остановил на дороге машину и пустился ПО своим делам. В конце концов, он не обязан ... -
Перестань ге, Граве,- произнесла Ева таким то­
ном, что у инженер·з пропала охота продолжать.- Ос­
тавайтесь, если вам страшно, а я пойду. -
Лучше уж всем вместе,- услышала она сзади. -
Дан! Откуда БЫ взялись?! Он подошел совершенно бесшумно -
вынырнул из-за автобусной будки и остановился, чуть усмехаясь. Щеку его пересеl(вла свежая царапина, на груди висел автомат. -
Почему так долго? -
спросила Ева, и в голосе ее промелькнула ка"ризная нотка.-
Мы уже боялись за вас. Особенно Граве. -
Нет,- сказал Граве,- доктор и тут не уступала первенства. -
Стоял на перекрестке, со о­
хотел дождаться машины .. , :. -
Откуда у вас это ... ла Ева. оружие? -
строго спроси- ~ х -
Нашел,- очень серьезно сказал Милов.- Оно валялось, я и подобрал. t:: там ~ '" -
Чистой воды «Березка»,- определил он. -
Не знаю, что вы имеете в виду, Дан. Это париж-
ские ... -
Нет, это у нас такая терминология, Ева ... Так вот, дорогие спутники: машина нам пока не светит. При­
дется все же двигаться самым примитивным способом: пешком. Ева вздохнула. -
Если вы не побежите слишком быстро, буду вам очень благодарна. -
А знаете что? Дава.:1те-ка, я понесу вас! -
Милов вдруг понял, что ему очень хочется взять ее на руки. -
Нет, Дан, я привыкла стоять на своих ногах. Как вы думаете, эту воду можно пить~ У меня пересохло горло ... Милов отрицательно покачал головой. И не только потому, что в эт;)й же ка"аве, только там, подальше, лежал труп. -
Ева, вы же врач, сами понимаете, что нет. Эту воду пусть пьют наши враги. -
Где же найти другую? Милов завел руку эа спину, а когда вытянул -
в ней была плоская фляжка. -
Пейте, отважный доктор. А вы, господин Граве, наверное, не отказались бы от чего-нибудь покрепче? Вот, держите. -
Как вам удалось раздобыть это, господин Милф? -
Я же говорю. вам: на этой дороге можно найти все, что угодно. -
Что-то очень крепкое,- Граве вытер губы. -
ИЗ солдатского репертуара. Ну, что же: вперед! На шее паруса сидит уже ветер! .. Теперь можно было идти смелее, но Милов тем не менее внимательно наблюдал, не отвлекаясь на раз­
говоры. СОЛ'нце поднималось все выше, изредка нале­
тали порывы ветра, и тогда по дороге, навстречу иду­
щим, с шуршанием бежали клочья бумаги, сухие ли­
стьn; порой ветер приносил отзвуки непонятного гула. Идти приходилось все медленнее -
Ева уже явственно прихрамывала, но на новое предложение Милова­
взять ее на плечи -
лишь отрицательно качала голо­
вой, и Граве заметно нервничал: видимо, непонятное зсег да раздражало его, беспокоило, выводило из себя. Человек регламента,- подумал о нем Милов,- таким приходится трудно, когда часы начинают показывать день р;)ждения бабушки. Приободрить бы его немного, а то он ведь и женщину до города доставить не смо­
жет ... -
Ничего, господин Граве,- весело молвил ОН,-
не унывайте, ничего плохого ведь, по сути, не происходит. Вспомните: мало ли что бывало в двадцатом веке: вой­
ны объявленные, войны необъявленные, войны внутрен­
ние ... и ничего -
живем! -
Может быть, в вашей стране к этому и привык­
ЛI1,- нехотя ответил Граве,- у вас, действительно, чего только не бывало ... -
Вот тут вы не С08сем правы: на экологической почве у нас как раз до такого не доходило. Пока, ВО всяком случае. -
Видимо, вы в·се же бережнее относитесь к при­
роде? -
Я бы этого не сказал,- усмехнулся Милов.­
Природу Mbl душили не меньше вашего, а может быть, и больше. Беда в том, что у нас и так было слишком много запущенных болезней -
и наших собственных, и ваших недугов, которые мы усваивали, добиваясь ва­
ших успехов. Так что об этом нашем общем, всепла­
нетном раке,- ваше сравнение, Ева, кажется мне очень 45 точным,-
мы Д~мали НИЮ!lК не больше вашего, а дейст- ~ -
Что это значит, Дан? -
вопрос Евы прозвучал и вовали, пожалуи, меньше -
хотя поразговаривали, без-
::::. тревожно, и высокомерно.- Вы что, собираетесь бро-
условно, вдосталь, что есть, то есть. Но вед!> рак не из сить НдСТУТ? тех болезней, которые можно заговорить. А у нас еще ВЫ м е н я способны оставить -
вот как следовало и традиция сработала: ждать, пока вы начнете, чтобы понимать фразу; Милов, однако, в этом был глуховат. на вашем опыте убедиться, что дело стоящее ... Давняя -
Я ведь с самого начала предупредил: мне 11УЖНО привычка: во всем, кроме политических экспериментов, быть в Центре -
там меня ждут ... начинать вторым номером, за вами -
чтобы было, кого -
Вы ... -
сказала Ева.- Вы ... догонять. Вот если бы мы с самого начала сказали Она не договорила -
резко повернулась и, даже себе и всему миру: не догонять то, что устремлено в почти не хромая, быстро пошла прочь, чтобы, навер-
тупик не по социальной своей структуре, но из-за в ное, не сказать ли,шнего, пошла, не разбирая пути, ско-
корне неверного отношения к обитаемой нами планете, рее всего инстинктивно, к толстому дереву -
укрыться, не догонять, а -
идти другим путем! Строить иную ци-
может быть, за его стволом и там дать волю слезам. вилизацию, а не другую общественную или государст- Милов глядел ей вслед; он был несколько удивлен, не венную форму в рамках все той же, технологической, понял происходящего и поэтому спохватился не сразу. которая и по сути своей более ваша, чем наша -
по-
-
Ева! Постойте, Ева! тому что вашим способом жизни она и порождена. Она, не оборачиваясь, махнула рукой, сделала еще Иную цивилизацию! Подите-ка решитесь! А ведь боль- два шага -
и увидела. Как схваченная, остановилась. ной канцером -
он, как иэвестно, старается в него не Поднесла ладони к щекам. Медленно повернулась. верить: верить страшно, тогда надо начинать о душе Глаза ее были широко раскрыты и неподвижны. думать! .. И мы утешаемся: ну, какой там рак, это -
Что это? Дан, что это? язвочка, гастритик какой-нибудь, ну, попьем таблеточек, Он, тяжело ступая, подошел к ней. в крайнем случае -
лучевую терапию, но и это уже из -
Это вы его? .. чистой перестраховки, только чтобы домашних успо- Милов пожал плечаМl1. коить. Да и времени нет болеть, работа продохнуть не -
Напал он. Вот и ... так получилось.- Он не ощу-
дает! И ведь верно, есть работа, есть -
а новообразо- щал вины, но понял вдруг, ЧТО это был, возможно, ваньице разрастается, а жизнь гибнет, вся планета гиб- первый убитый, увиденный ею в жизни. нет, а безотходная технология -
это то самое лекарст-
-
И У вас поднялась рука? во от рака, хотя и не стопроцентное, которое изобрели -
А вам бы хотелось, чтобы тут лежал я? бы -
да больной раньше помрет... Но вот приходит Ева лишь медленно покачала головой, пошевелила мгновение, когда больной вдруг понимает: нет, не язва, губами, но не произнесла ни слова. не воспаление какое-то -
это он, кого и называть Граве подошел, остановился и тоже стал смотреть на страшно. И наступает сумятица, потому что глубокий, убитого. животный страх только к ней и приводит. И от смер-
-
Он напал на вас, вы сказали? Но почему? тельного ужаса, конечно, многое может возникнуть: И -
По-моему, ему не понравилось, что я иностранец кровь, и погромы -
бей ученых, вон до чего довели, и плохо говорю по-намурски. Может быть, он решил, бей инженеров -
понастроили, позатопляли, поизуро- что я -
фром. довали, бей начальство -
докомандовалось, довело до -
Не могу поверить,- сказал Граве, в голосе его ручки. А уж заодно, конечно -
бей инородцев, или слышалась неприязнь.- Вы, надо полагать, наслушались иноверцев, или жидомасонов, или там черных котов -
о нас всякого вздора ... Вот доктор Рикс тоже иност-
опыт-то во всем этом есть, он ед,ва ли уже не в гене- ранка -
разве она когда-либо чувст,вовала на себе чью-
тической памяти сидит... то неприязнь по этой причине? Милов перевел дух и почувствовал: говорить боль-
-
В наше время все меняется быстро,- сказал ше не хотелось; достаточно уже сказал. Да и времени Милов почти механически, задумавшись совсем о дру-
не осталось. гом.- Вы, помнится, сказали что-то о дубовых листь-
Однако, прекрасные Мои спутники, вот мы и при-
ях -
у тех, кто на,пал на поселок? шли! -
В этом нет ничего страшного,- ответил Граве.-
Слава Богу,- пробормотал Граве. Символ «воинов природы» -
есть у нас такое движе­
ние, его возглавляет господин Растабелл. Однако я сомневаюсь, чтобы те люди ... Они стояли на том самом перекрестке, на котором -
Минутку, господин Граве. У них такая форма-
уже побывал Милов. Сейчас тут было спокойно, никто солдатские комбинезоны? не мешал осмотреться и решить, как быть дальше. -
Ну что вы, никакой формы у них нет, да и ору-
Продолжение дороги, что вела от моста -
по этой жия тоже, это гражданское движение, совершенно мир-
дороге они пришли сюда -
увоД,ило к лесу: левая до- ное. А этот ... этот, мне кажется, из волонтеров. рога шла к Научному Центру, пра,вый поворот -
к горо-
-
Тоже защитники природы? ду. По-прежнему не видно было НИ ОДНОй машины" -
Я мало что о них знаю. Так, слышал краем уха, только на правой дороге, метрах в двухстах отсюда, что возникла такая организация -
из бывших солдат в сбоку что-то чернело, словно бы машина сорвалась с основном. дороги и теперь лишь багажник торчал из кювета. -
Мещерски,- сказала Ева неожиданно; до этого -
Это новое,- сказал Милов скорее самому себе; мгновения она, казалось, даже не прислу.Щивалась к однако английский вошел уже в привычку, и сказано разговору.- Это его отряды. Лестер хорошо знаком было по-английски, так что остальные поняли.- Ког да с ним. я здесь был, ее не было. -
Господин Лестер Рикс,- произнес Граве торже-
-
Значит, все-таки проезжают машины,- прогово- ственно, словно церемониЙместер.-
Муж доктора. рил Граве таким голосом, словно ему было все равно: Их девиз -
«Чистая Намурия»,- дополнила Ева. ездят они, или нет. Ну, что же,- сказал Милов.- Это уже яснее. -
Вы МОГЛИ просто не заметить, Дан,- сказала Ева. Извините, ДОКТОР,- сказал Граве,- но все это -
Не заметить я не мог,- ответил он, внутренне лишь досужие разговоры" Волонтеры никогда не ВСТУ-
уязвленный, Впрочем, для нее он ведь до сих пор О'С-
g пали в КОнфликт с властями. И вас, ГОСПОдин Милф, я тавался лишь туристом; турист, понятно, мог бы и не :. призываю не делать поспешных выводов. Лучше поду­
заметить.- Да ладно, не все ли равнО' -
есть она или ~ майте вот о чем: ВЫ, вольно или неволь но, убили чело­
ее HeTl-
Он взглянул на часы.-
Ну что же, как при-
~ века, гражданина Намурии, и должны нести за это нято говорить В таких случаях -
был рад познако-,; ответственность: мы живем 11 цивилизова,нном госу­
миться, сохраню о вас лучшие воспоминания. " дарстве. Ес.ли вы сейчас покинете нас, то это можно 46 будет расценить лишь как попытку уирыться от ответ-
ii> под деревом тела. Еllа взглянула иневольно вскрик­
ственности. Как лояльный гражданин моей страны, я вы-
:. нула. нужден буду помешать вам в этом 1 -
Вы его знаете, Ева? Он даже плечи расправил и приподнялся на но­
сках -
бессознательно, наверное, и выглядеть он стал не грознее, а комичнее. Господи,- подумал Милов,­
сморчок этакий грозит мне ... Но он ведь прав -
с точ­
ки зрения нормальных условий жизни, и уважения до­
стойно, что так выступил -
не круглый же он идиот, чтобы не понимать, что я даже со связанными за спи­
ной руками в два счета его утихомирю. Мне надо в Центр, это верно, однако ситуация не тривиальная, да и женщина, чего доброго, подумает, что я испугался и спешу унести ноги ... _ Вы убедили меня, господин Граве,- сказал он почти торжественно, краем глаза следя за Евой -
сей­
час она повернулась к нему лицом и на губах ее воз­
никла улыбка, одновременно и радостная, и насмеш­
ливая: она-то, женщина, ясно видела, кто из двоих чего СТОИЛ.-
Убедили, и я готов последовать за вами.­
Милов почувствовал, как легко вдруг стало на душе; неужели было у него внутреннее нежелание расстать­
ся с этой женщиной тут, на распутье, возможно ли, что­
бы он... он оборвал сам себя.- Итак? -
Бросые,- сказала Ева.- Противно слушать. Дан, вам и в самом деле нужно в Центр? В таком случае мы пойдем с вами. -
Доктор, это необычайно глупо,- сказал Граве.­
Что мы будем там делать? -
Я? Да мне просто стыдно поддалась страху. Я врач. И там Забыли? оттого, что сбежала, мои пациенты. Дети. -
Но ведь вы только вечером закончили дежурст­
во! А в городе у вас семья. Семья! Он выговорил это слово так, СЛОвнО семья была пре­
выше всего -
кроме Бога одного, ка'к сказано. Ева в ответ невесело усмехнулась. _ Ну, Лестеру-то все равно ... если я не приду, он, по-моему, просто вздохнет с облегчением. _ Вы не должны говорить так, доктор, а мы -
слу­
шать ... Но постойте, у меня возникла блестящая мысль! Что, если мы посмотрим ту машину? Может быть, она еще способна двигаться -
тогда мы за ПО1\часа добе­
ремся до города, вы, Милф, дадите в полиции СВОК показания, а мы поручимся за вас, и вы сможете на ней же съездить в Центр. Поверьте, вы все равно вы-
играете во времени. Насчет выигрыша не знаю,- подумал Милов.- Мне -
Это же доктор Керлуски! Мой шеф по клинике ... Он должен был сейчас находиться с детьми. Ничего не понимаю ... -
Это точно он? -
быстро, требовательно спросил Милов. -
Я работаю с ним шестой год ... -
Ева, встав на колени, поискала у лежавшего пульс, подняла BeKIoI.-
Еще теплый ... Снимите с него ... или хотя бы расстегни­
те ... Рубашку тоже ... По-моему, пуля, хотя я, конечно ... Почтlot нет крови -
скорее всего внутреннее кровоиз­
ЛИЯНIoIе ... Она еще что-то говорила -
Милов не слушал. Он бежал,- думал Милов.- Значит, меня все же опозна­
ли и его предупредили. Убили его случайно? Если нет -
значит, они сами рвут свою це'почку. Решили за­
таиться, переждать? Или что-то другое? Так или IoIначе, в Центре теперь делать нечего. Остается город. Кар­
му гант, шесть, квартира тринадцать, ключ "Дромар» ... Да. Город. -
Какой ужас! -
сказал Граве, он был ошелом­
лен.- Теперь просто необходимо вызвать полицию сюда ... -
Давайте без лишних слов займемся делом,- Ми­
лов стал влезать в кабину через левую переднюю, не помятую дверцу. Приглушенно взвыл стартер -
раз, другой. Мотор не заводился. Милов вылез, поднял ка­
пот, посмотрел. -
Тут электронное зажигание. Граве, вы в нем смыслите? -
Надо посмотреть ... -
ответил Граве осторожно. Он подобрался к мотору справа,- пришлось даже опу­
СТIoIться на колени,- с минуту смотрел.- Найдите мне кусочек фольги, здесь просто сгорел внутренний пре­
дохранитель. -
У меня есть сигареты,- сказала Ева. Милов несколысo мгновений смотрел на нее очень пристально, словно то, что у женщины оказались сига­
реты, было случаем из ряда вон выходящим. -
Интересно, а какие вы курите? -
"Салем»,- сказала она,-
при случае, по наст-
роению ... Вот вам фольга. Минуты через две мотор взревел. Милов, сидя за рулем, включил задний. Машина, завывая и пробуксо­
вывая, выползла на дорогу. надо было оказаться там еще полтора часа назад, те-
-
Там, впереди, обычно дежурит дорожная поли-
перь все будет сложнее. А мысль и на самом деле не-
ция,-
предупредил Граве.-
Я полагаю, нужно остано-
плохая. виться и дать необходимые объяснения. Иначе ... Они пошли быстро, почти побежали к торча,вшей из -
Посмотрим ... -
ответил Милов неопределенно. канавы машине. Ева медленно шла вслед им, прикусив -
Прошу вас, не относитесь к это'му легкомыслен-
губу: ноги болели все сильнее, женщина не сводила но. Мой гражданский долг... Видите? Вот они стоят! глаз с быстро от далявшихся спутников и то и дело Тормозите, прошу вас. спотыкалась. Двое приближались к машине; вот они до-
-
Это не полиция,- сказал Милов.- Какие-то штат-
стигли ее, остановились, немного постояли. М~лов по- ские. Мы им не обязаны давать показания. глядел в сторону Евы,- она махнула ему рукои, сигна- Впереди, близ щита с названием города, и в самом лизируя о благополучии,- тогда он спрыгнул в канаву, деле стояло трое. Один из них повелительно взмахнул Ева шла, ожидая, что машина вот-вот дрогнет и начнет рукой, приквзывая остановиться. задним ходом вылезать из канавы. Вместо этого, когда -
ШУТНИК,- проворчал Милов сквозь зубы. Он идти осталось уже совсем немного, мужчины словно включил правый поворот и подвернул чуть ближе к бы пытались вытащить на дорогу что-то тяжелое. Вы- обочине, чтобы можно было подумать, что машина сей-
тащил,и. Положили. Ева подняла ладони к щекам: то час останоВится. Но, почти поровнявшись со стоявшими, был человек. Она побежала, уже не обращая внимания резко нажал на газ. Машина рванулась, едва не сбив на боль, припадая на ногу. Милое бросился ей на- с;тоявшего у самого полотна. встречу, подбежал, поднял на руки. хотя она и на этот _ Пригнитесь, Граве,- посоветовал Милов. раз попыталась было протестовать, и понес к машине, В зеркале заднего обзора он видел, как один из испытывая странное, самому ему непонятное чувство, о оставшихся позади поднял автомат, но как-то нереши­
ощущение ноши, которая не тяготит, напротив, прибав- ~ тельно -
и опустил, так и не выстрелив. Однако тот, ляет сил, чуть ли не в воздух поднимает. Маленькая ~ которого чуть не сбили, вытянул руку с пистолетом. ты,- подумал OH,~ легонькая... ~ Прозвучал выстрел, но машина была уже далеко. Он бережно опустил ее наземь -
посадил невдалеке ~ -
Разве можно стреляты Мы же не сделали ничего от вытащенного из машины и теперь лежавшего на траве '" такогоl -
возмутился Граве. 47 -
СукиНl;' дети,- ответил Милов. ~ ла на следующем перекрестке -
машина, на крыше ее, Они въехали в город. Но не в тот, из которого =.. на верхнем багажнике, было наложено и увязано мно-
Граве выехал ПРОШЛl.lМ утром, чтобы, как обычно, про- жество узлов и картонных коробок, видимо, тяже-
вести рабочее время, надзирая над многочисленными лыx -
машина прижималась к самой дороге: кто-то хо-
компьютерами Научного Центра. Нет, внешне многое тел выехать из города. Штатский остановился посре-
осталось прежним: гладкий асфальт улицы С аккурат- дине проезжей части, встречная машина набрала ско-
ней белой разметкой, узкие дома под красной черепи·· рость, и ОН отскочил в последний миг. Волонтер вски-
цей, старинные шпили церквей, а впереди -
серые нул автомат. Милов успел увидеть, как ветровое стекло силуэты современных деловых и жилых башен. Уже на- встречного рассыпал ось в крошки, машина вильнула, стал для улицы час быть оживленной: обычно люди в наискось пересекла улицу и врезалась в дом. эту пору спешили на работу, шли за покупками, со-
-
Интересные пироги,- сказал Милов.- Выехать, вершали утреннюю -
для укрепления здоровья -
про- оказывается, куда труднее, чем въехать. бежку; собаки тоже требовали моциона. Однако сей-
-
Здесь направо,- с трудом, сквозь зубы, прого-
час тихий пригород скорее смахивал на поле недавно варил Граве. отгремевшего сражения. Милов аккуратно показал правый поворот; никаких Тротуары, прежде к этому часу уже чисто выметен- помех не было, светофоры смотрели слепыми глазами, ные и обрызганные водой, сейчас тут и там были усея- на рельсах стоял пустой трамвай, совершенно целый, ны осколками стекла, обломками ящиков, картон.ными и, насколько хватало глаз, нигде не только не ехало, коробками, краем глаза Милов заметил валявшуюся но даже и у тротуаров не стояло. ни одной машины, на дороге мужскую шляпу и машинально шевельнул все они словно испарились, растаяли. Теперь Милов со рулем, чтобы объехать ее. спутниками ехали по проспекту. Наверное, в нормаль-
Ставни магазинов были закрыты, на втором и тре- ной жизни он был очень красив, старинные, чистые и тьем этажах многих домов окна смотрели пустыми глаз- ухоженные дома в пять и шесть этажей с балконами, ницами, н на ветру парусили выплеснувшиеся наружу эркерами, порою с гербами или латинскими изрече-
гардины. ниями над входом чередовалж:ь с домами явно сов ре-
Лежал на боку автомобиль; другой, подальше, дого- менными, но той же высоты, широкооконными, то рал, испуская струЙки сине-серого дыма, он был покрыт гладкими, то рустованными, со стеклянными входами, пятнами пены или порошка из огнетушителей. Ударило порой -
с аккуратно разграфленной небольшой сто-
запахом сгоревшей резины. янкой для машин перед домом, арочные въезды в·ели На краю проезжей части .валялся круглый 06еден- во дворы. Здесь было чище и еще менее людно, толь-
ный стол без ножки. ко один-един'ственный дворник, в фартуке и почему-то Распахнулась дверь утреннего кафе, оттуда вывали- с лопатой, медленно шел по тротуару, едва заметно по-
лось несколько человек, пестро одетых, но все -
с ду- качиваясь: может быть, он был пьян. Впереди на одном бовыми листьями на груди, на рукавах, у одного -
ИЗ изящно выгнутых фонарных столбов висел человек. на каскетке. Они тащили. держа за руки, человека --
Меня ТОШНИТ ... -
пробормотал Граве, судорожно ноги того волочились по земле; глянув в зеркало, Милов глотая. Лишь через минуту он смог спросить: -
Что вЫ успел увидеть, как его приподняли и стали бить голо- об этом ДYMaeTe~ вой о стену дома; человек не пытался вырваться -
ви-
-
Думаю, что на современных фонарях вешать куда димо, был уже без сознания, а может, и мертв. труднее, чем на старинных,- спокойно ответил Ми-
Проехали перекресток; на нем стоял волонтер -
с Л08.- ОНИ куда выше, да и конфигурация не распола-
карабином, с дубовыми листьями на плечах. Он гает. Но традиции -
великая вещь .. . скользнул по машине равнодушным взглядом. Граве -
Перестаные! Как вы можете .. . схватил Милова за плечо: -
Прикажете рвать на себе волосы~ Вам трудно это -
Остановитесь, пожалуйста -
спросим у него... понять, Граве, ваша история не располагает к пони-
Милов дернул плечом, сбрасывая ладонь соседа. манию таких вещей. Но согласитесь: это не очень-то -
Может, лучше спросите у этого? похоже на благородную борьбу эв спасение природы? Он кивнул влево; там, впереди, у тротуара валялось -
Замолчите! тело в черном полицейском мундире -
форменная ка- В молчани'и квартал скользил мимо за кварталом, скетка откатилась в сторону, ноги были подогнуты, лишь едва слышно сипел мощный мотор, машнна была словно полицеЙСI(ИЙ в последний миг пытался уползти, из дорогих. Карлуски мог себе позволить,- подумал укрыться, но не успел. Граве откинулся на спинку си- Милов мельком.- И телефон, и комп -
только на мои денья, тяжело задышал. вопросы он все равно не ответит... Было тихо и -
Куда же I10едем теперь, Граве? -
спросил Ми-
странно, как будто все, что произошло здесь -
и выби-
ЛОВ.- Будем искать полицейский участок? Или, может тые окна, И сожженные машнны, и выкаченные кое-
быть, остановимся вот тут? где на улицу и опрокинутые мусорные контейнеры' и Слева по движению, на двери, за которой, судя по еще несколько убитых людей, попавшихся на дороге, н вывеске, помещала·сь часовая мастерская, виднелся ку- две мертвых собаки даже -
все это было сотворено сок ватмана, в пол-листа, на нем косо, I{ОРЯВЫМИ бук- В полной тишине, в каком··то ритуальном молчании, вами было написано: «За.пись добровольцев». Около хотя на самом дел·е было наверняка не так. И, если двери стояло несколько молодых парней. Они тоже по- не считать того дворника, ни единой ЖИВой души, лишь глядели на машину, один крикнул -
разглядев, видно, из одного-другого окна чье-то лицо украдкой выгляды-
через боковое стекло: «Эй, куда бабу везешь, давай вало -
и тут же снова пряталось внеразличимости. сюда!», другой сделал вид, что расстегивает брюки, -
Сейчас налево,- сказал Граве каким-то неживым остальные засмеялись. Хорощо, что Ева не ВИДИТ,- голосом. подумал Милов невольно. Однако, слышать-то она на- Машина нагнала шагавшую по проспекту группу че-
верняка слышала, но промолчала, лишь закрыла глаза. ловек в пятьдесят. Судя по пестроте одежды, то были На следующем перекрестке тоже оказался волон- добровольцы; хотя название это означало то же самое, тер, как и те, предыдущие -
парень моложе тридцати, что волонтеры, однако разница между одними и дру-
в комбl1незоне и с автоматом, не современным, одна- гиМи была разительной; ЭТI1 хотя 11 старались выдержи-
ко, а времен второй мировой войны. Рядом с ним g вать воинский строй, и маршироваЛI1 снеподвижными, топтался штатский -
в руках он сжимал дробовик, на :!. каменно-серьезными лицами, незнакомство их с воен­
поясе висела ручная граната музейного образца. ВОЛОI-I-
:!! нымделом ощущалось сразу: не было в I1X строю тер что-то сказал штатскому, и тот бросился, размахи- ~ ни равнения, ни дистанции, большая половина не была вая ружьем, но не к машине Милова, а на противопо-
:t вооружена, .,рочие несли кое-как разнообразные уст­
ложную сторону улицы. Там тоже показалась -
выеха-
" ройства, стрелять из которых можно было разве что 48 теоретически; музей, да ... только,- подумал Милов,- ~ -
Теперь уже недалеко,- сказал Граве голосом, половина всего этого взорвется при первом же выст-:' близким к нормальному.- Тут скоро будет небольшая реле. Колонна осталась позади, но, проехав еще мет- улочка -
направо ... ров двести, они у'видели и настоящих солдат. Проспект Милов кивнул. Однако, когда пришло время ПОВО-
здесь расширялся, образуя как бы небольшую ПЛО- рачивать, он резко затормозил. Там, кудз надо было щадь, и сейчас посреди этой площади стоял танк, мо- свернуть, шла драка, ср'!жались две группы, с каждой нументальный, словно памятник самому себе, живой в стороны человек по двадцать, ни волонтеров, ни сол-
своей металлической мертвости, громко угрожающий дат среди них не было. Дрались безмолвно и жесто-
в молчании, многотонный призрак, овеществленное ко, кто-то уже валялся на асфальте -
трое или чет-
«мементо мори»; И единством противоположности с веро, на них наступали ногами, о них спотыкались. ним были солдаты -
десятка два молодых и здоровых Мелькали кулаки, палки, велоси,педные цепи -
впро-
ребят, подтянутых и вместе вольно стоявших, или си- чем, цепи, может быть, шли в дело и мотоциклетные. девших на з€леной броне, или прогуливавшихся подле -
Это все фромы,- проворчал Граве.- Сводят танка -
не выходя, однако, за пределы некоего не счеты ... обозначенного, но, видимо, четко ощущавшегося ими -
С обеих сторон фромы? -
уточнил МИЛОВ. круга. Они не держали а,втоматы на изготовку, наобо-
-
Нет, я имел в виду, что напали, конечно, фро-
рот, улыбались дружелюбно тем немногим людям, что мы -
""0 их квартал. Как мы ни стараемся ... молча стояли на тротуарах, как бы завороженные эре-
-
Здесь нам вряд ли удастся проехать. лищем боевой машины (есть для людей невоенных -
~ичего,- сказал Граве.- Можно и п<> следую-
нечто странно-привлекательное во всем военном, ка- щей улице. кая-то тайна чудится им за необычным обликом по-сво- В следующую они свернули беспрепятственно. Было ему прекрасных в своей жестокой целесообразности почти безлюдно, только навстречу шли трое: один машин уничтожения, и они не могут просто пройти впереди, двое за ним. У переднего руки были связа-
мимо); вдруг возникли на площади две или три девуш- ны за спиной, лицо в кровоподтеках, один глаз за-
ки -
о'ни всегда возникают, материализуясь из ничего, там, где появляются солдаты -
наверное, сама солдат- ~ екая мечта и материализует их ... Милов плавно объехал .. площадь, повинуяс" знаку «круговое движение». Ева ~ позади тихо застонала, Милов бросил взгляд в зер- ~ кальце -
глаза ее были закрыты, нога, видимо, не ~ успокаивал ась. = плыл, на груди его висел на веревочке кусок картона или фанеры' на нем что-то было написано. Двое кон-
80ИРОВ -
добровольцы -
были вооружены: один бер­
данкой, другой обреЗОМ, на боку второго висела ста­
ринная сабля, ножны чиркали по тротуару. Милов сба­
вил скорость. Ева открыла глаза, спустила ноги с зад­
него сиденья, стала садиться: решила, в.идимо, что 49 приехали. Арестованный, увидев машину, вдруг кинул- со В ИНСТРУКТ8же был пробел, код он должен был выжать ся к ней; тот, что был вооружен обрезом, не колеб-:' из Карлуски вместе со множеством всякой другой по-
лясь, выстрелил. Промахнулся, но бежавший упал на лезн-ой информации. колени -
может быть, от страха подогнулись ноги, но Они вошли в подъезд. В вестибюле было темно, в выходило так, словно он на коленях умолял спасти его. швейцарской -
пусто. -
Остановитесь! -
крикнула Ева. -
Странно,- сказад Гра,ве.-
У нас тут всегда осве-
Милов прибавил скорость. щено, да и Марти'н не поз-воляет себе ... Сюда, прошу -
Ужасно... Вы видели, что там было написано? вас, направо, к лифту. "Я отравлял планету, а заслужил смерть!» Останови- Он нажал кнопку; но лампочка не вспыхнула, двер-
тесь же, Дан, может быть, он только ранен... цы не разъехал,ись, не послыwалось и приглушенного -
Добьют,- выговорил Милов сквозь зубы.- Вам рокота снижающейся кабины. хочется лечь рядом с ним? Поймите, наконец: мы сей- Не понимаю. Похоже, что в доме нет электриче-
час в другом мире, где все ваши добрые принципы не ствв. действуют. Перестаньте быть таким невозмутимым! -
крик­
нула Ева.- Ненавижу ... Да что господину МI1ЛфУ,- горько сказал Гра­
ве.- Это ведь не его страна, доктор, и не его сооте-
чествемники ... -
Дан, ну отчего вы так жестоки? -
Для меня люди -
везде люди,-
проговорил Ми-
лов, круто выворачивая влево; навстречу шли волон­
теры, числом не менее роты; вооружены они были, как полагалось, у трех или четырех были даже пулеметы. -
Может быть, хоть они наведут порядок? -
вслух подумал Граве. -
Возможно,- бур!<нул Милов,- только какой? -
Я лежала,- сказала Ева,- и мне были видны верхние этажи -
с транспарантами, с надписями ... "Сжечь машины», «Долой технику», "Мы хотим ды­
шать», "к ответу ученых», «Позор правительству», «Спа­
сем наших детей» ... Но ничего не говорилось о том, что надо убивать людей. -
А это и не полагается говорить,- сказал Милов, слегка пошевеливая руль.- В наше время это делается без предварительной рекламы. Серьезная сила всегда молчалива ... Нам далеко еще? -
Совсем близко. Видите улочку? Налево. Сворачивая, Милов успел прочитать табличку на углу. Карму гант -
так назывался переулок. -
Куда вы привезли нас, Граве? -
не удержался он. -
Это вы привезли меня, Милф. Домой. Я немного ра,стерян, и ... Надо решить, что делать даЛl.ше, и мне хотелось застать Лили, пока она еще не ушла. Да ... вам не мешает отдохнуть, выпить хотя бы по чашке кофе... Прямо, прямо. Улочка была застроена небольшими домами, не выше четырех этажей, но добротными, солидными­
домами для зажиточных людей. Она была, наверное, зеленой и тени,стой- когда деревья еще были зеле­
ными. Но стволы их, полумертвые, окаймляли проез­
жую часть и сеЙча,с. -
Вон к тому дому -
серому, номер шесть. Так,- подумал Милов, послушно снижая скорость.­
Карму гант, номер шесть. Смешные совпадения бывают в жизни: совершенно случайно я оказался там, куда не только Граве, но и мне самому нужно. Однако он, похоже, к моим делам никакого отношения не имеет­
мне нужен другой человек, тот, что живет в тринадца­
той квартире ... Он затормозил, и Граве тут же выскочил из машины. -
Слеве Богу -
кажется, все в поряд,ке ... И подъезд, возле которого они остаНОВИЛI«:Ь, и вся улочка выглядели спокойно, мирно, достойно -
словно тут же неподалеку, на главных улицах, не убивали лю­
дей. -
Спасибо, мистер Милф, огромное спасибо!­
Милов И не подозревал, что Граве способен быть та­
ким оживленно-радостным.- Откровенно говоря, я и не надеялся уже -
ведь происходит что-то апокалип-
g сическое... Ева, я надеюсь, Лили немедленно сделает R вам перевязку, и сразу же позвоните домой, чтобы ус- ~ покоить ... Милф, вас я, разумеется, тоже приглашаю! ~ -
Принимаю,- ответил Милов, потому что ему все"; равно нужно было в этот дом, а кода он не знал -
тут '" 50 Какой этаж? -
спросил Милов. Четвертый. Мне очень жаль, но ... Побережем время. Вы, Ева, все-таки добились своего: придется мн,е н-ести вас. Он сказал это с улыбкой, ясно показывавшей, на­
сколько приятно это будет -
для него, во всяком слу­
чае. Не дожидаясь ответа, он поднял ее на руки. Даже Граве позв-олил себе улыбнуться. -
Достается вам сегодня, господи,н Милф, не прав­
да ли? Похоже, мы были дш. вас не самой лучшей ком­
паниеЙ.- Он оБОГ'iал поднимавшегося с ношей Мило­
ва и, когда тот ПОЯВI1ЛСЯ на площадке четвертого эта­
жа, уже вкладывал пластинку с личным КОДОМ в щеЛk замка. -
Не будем шуметь, друзья,- проговорил он почти шепотом, отворив дверь. Милов позволил Еве встать на ноги, поднял глаэа. Квартира была номер три,на­
дцать. -
Прошу извинить,- говорил шепотом Граве, про­
пуская их в прихожую,-
мы редко п.ринимаем гостей, но у нас очень ую'Гно. Вообще, в доме живут солид­
ные, добропорядочные люди ... Вот сюда, прошу -
рас­
полагайтесь, посмотрите пока на моих рыбок, у меня прекрасный аквариум ... -
Он машинально щелкнул вы­
ключателем.- Все еще н-ет тока -
стр&нно. И уборщи­
ца, кажется, сегодня не приходиле -
чувствуется, что пыль не вытерла. Еще раз приношу свои извинения .•• Милов нагнулся 11 поднял с пола окурок. -
Гра'ве,- сказал он негромко.- Ваша жена курит «Дромар»? -
Она вообще не курит,- сказал Граве,- но вы npaBbl, такие си,гареты у нее есть -
иногда за рюмкой ликера, с подругами -
современные женщины, пони­
маете л'и, должны ... Сейчас, я только загляну в спаль­
ню, Лили придется встать ... -
Где у вас телефО>i1- спросила Ева. -
На столике, рядом с аквариумом, да проходите же, садитесь, прошу ва-с. Он бесшумно отворил дверь спальни и шагнул; по­
сле мгновенного колебания Милов последовал за ним. «Дромар",- думал ОН.- «Не найдется л.и у вас сигаре­
ты1» -
,<Только «Дромар», ничего другого я не курю».- «Слабоваты, не правда ли?» -
"Зато какой аромат!» То были ключевые слова в звене цепочки, при обмене репликами пачка <,Дромара» должна была появиться на свет. Если они всерьез рвут цепочку,­
подумал Миnов,- если с: К8РЛУСКИ ме ПРОРО случай­
ность, то_ ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ ~ .................................. , ................................ . %~~ый~~ ХУАОЖНИК И ВРЕМЯ Напирайте без стесненья, Если сила в вас клокочет. Но, судя мои творенья, Знайте: так художник хочет! Н.-В. rl:TE Нам остается рассмотреть по­
слеАНИЙ показатель шкалы «Фанта­
зия-2» --
художественную ценность. Ведь одна и та же идея может быть по-разному воплощена в художест­
венных произведеюtях. Нужно по,пы­
таться оценить стиль п,исателя, его умение строить сюжет, пользовать­
ся ЯЗЫI<ОМ. Наконец, любое произведение --
это самовыражение автора. Как пре­
ломились его впечатления, его миро­
ощущение, как выплеснулись они на бумагу? Свой колорит имеет каждая строка в произведен,иях Александра Грина, он узнаваем в каждой фразе ... На мой взгляд, это самый слож­
ный показатель шкалы. И все же по­
пробуем алгоритмизировать и его. 1 балл --
нет художественной цен­
ноет", в частности -
нет индиви­
дуальности, нет проявления лкчности автора. (Здесь следует заметить, что проя,вление серости ИАИ глупости ав­
тора нас не интересует). Увы, далеко не всегда в фанта­
стике наличествует художественная ценность. Даже у известных писате­
лей появляются малохудожествен­
ные произведения. К таким можно отнести, например, "Лабораторию Дубльвэ» Александра Беляева или романы "Альта ир», «Последний по­
лустанок» Владимира Немцова. 2 балла --
одна художественная находка: в сюжете, стиле, настрое­
нии, языке произведения, характерах героев и т. д. В частности, проявля­
ется особенность, присущая именно данному автору. Рассмотрим рассказ Дэниела Киза «Цветы для Элджернона». За,писи в дневнике (язык, уровень мышления) отражают развитие и последующую деградацию героя. Не надо внеш­
них характеристик и пояснений: из­
менение человека отражено в грам­
матике, стили,стике. Аналогичный прием использовали Аркадий и Бо­
рис Стругацкие в "Улитке на скло­
не»: язык жителей Леса адекватно отражает уровень их развития (хотя в целом художественную ценность "Улитки на склоне» можно оценить выше). Впадимир БОРИСОВ 3 балла --
несколько художест­
венных находок (в частности, все произ,ведение целостно отражает личность автора). Многие произведения Вадима Шефнера «(Запоздалый стрелою>, "Скромный гений», «Девушка у об­
рыва» и др.) отражают своеобраз­
ный стиль, особый, «шефнеровский» юмор, лиричность. У Шефнера свой, незаемныйязык, свои приемы ... 4 балла --
то, что выше З-го уровня. «Алые паруса» Александра Грина. Попробуйте убрать или переставить слова в любой фразе этой феерии. Вы увидите, как неуловимо изменит­
ся настроение фразы ... Оценивая художественное вопло­
щение идеи, попробуйте ответить на вопросы: -
Пусть и,дея не нова, но как она изложена, как воплощена в произве­
дени,и? (Не следует ли эксперту пе­
речитать «Золотую розу» Константи­
на Паустовского? Зто поможет пра­
вильной оценке ... ) Какова «архитек­
тура» (композиция) произведения, и каковы «кирпичи» (язык)? У этого автора есть и другие произведения: чувствуется ли в данном случае не­
что общее с эти,ми произведениями? Что именно? Что отличает почерк а,в­
тора от почерков других авторов? Что можно отнести к художествен­
ным удачам, достижениям? А что­
к неудачам, промахам, ошибкам? Не завышена ли оценка? Ведь 4 балла-­
самый высокий художественный уро­
вень, классика ... Задание шестое: Оцените худо­
жественную ценность идеи в послед­
нем прочитанном вами фантастиче­
ском произведении. Обоснуйте вашу оценку. Укажите удачи и промахи ав­
тора. Рис. Сергея Кудрявцева ~--------------.--------------------------
-----------------
51 ................................................ IID •••• IIII ••••••••••••••••••••• IIIП ЛЮБОВЬ ПО-ИНОПААНЕТЯНСКИ ... Не так давно в киосках города Фрунзе появилась прелюбопытная книжка-брошюра. Рисунок на облож­
ке завпекающе смел: на фоне звездной ночи -
обнаженная девуш­
ка и летающая тарелка, а посереди­
не начертано магическое слово­
"Фантастика». От первой же фразы просто за­
хватывает дух: "По тропинке, веду­
щей к заброшенной баньке, шла со­
вершенно голая девушка». Таким образом акценты расставлены сра­
зу -
на голой девушке и заброшен­
ной баньке. Не улыбайся, читатель,­
в дальнейшем эти два "компонента» станут едва ли не ключевыми в сю­
жетной канве фантастической пове­
сти "Лили». А сюжет ее поистине ошеломляющ. Герой повести Дан восхитительно проводит время с некой Эллой в баньке, где и высмотрел ее купаю­
щеЙся. В самый неподходящий мо­
мент туда врывается взбешенный от ревности егерь, и "ночное рандеву» на этом резко прерывается. Дан безумно страдает, но ровно до той минуты, пока не увидел другую де­
вушку, дефилирующую к той же са­
мой баньке и вдобавок не обреме­
ненную каким-либо одеянием (это­
му-то событию и посвящена первая строка повествования). Наш герой обнаруживает, что видеть Эллу ему уже больше не хочется, ибо «ее кривоватые ноги, раскосые глаза, грубые плечи резко контрастирова­
ли с прекрасными формами лунной красавицы». Разумеется, дальнейшее существование без прекрасной не­
знакомки немыслимо, и вот сам слу­
чай идет ему навстречу. Знакомство состоится на следующий день на озере, где молодые люди освежа­
лись в своем, так сказать, первоз­
данном виде. А далее ... А далее со­
бытия разворачиваются почти как в рассказе Аркадия Аверченко: «При свете лампочки была видна полная, волнующая грудь Лидии и ее упру­
гие бедра, на которые Гремин смот­
рел жадным взглядом. Не помня себя, он судорожно прижал ее к груди, и все заверте ... ». Впрочем, «все заверте ... » чуть позже, в уже зна,комой старой баньке, но это об­
стоятельство ничуть не умаляет п,и­
кантности «озерного» эпизода. Ну вот, собственно, мы уже при­
ближаемся к финалу, и самое время воскликнуть: «А где же фантастика1» И хотя прошедшие сценки назвать реалистическими тоже трудно, но вот сейчас пойдет уже сплошная фантастика. «Лунная» девушка-то оказалась не земной и даже не лунной, а бог знает с какой планеты: сбежала от­
туда, дабы вкусить настоящей люб­
ви -
не больше и не меньше. Ведь в их мире это чувство, увы, давно атрофировалось и процесс зачатия происходит в стационаре, с по­
мощью медицинских инструментов и с единственной целью -
получить плод. .. Но космическая полиция (по­
нашему, НЛО) не дремлет, а отлав­
ливает подобных беглянок и... рас­
щепляет их на атомы! Впрочем, на этот раз номер не проходит: в по­
рыве страсти к прекрасной Лили ге­
рой сам расщепляет космических блюстителей нравственности и, хотя вскоре должны подоспеть основные силы, чуть легкомысленно предпола­
гает, что времени у них достаточно ... и снова -
«все заверте ... ». В конце концов, и эти основные силы были одурачены: Дан нажимает какую-то красную кнопку в Лилиной тарелке (разумеется, летающей) -
и аппарат со страшным ускорением прорыва­
ется сквозь полицейские кордоны, исчезая в бескрайней галактической дали. А чтобы окончательно стрях­
нуть оковы, связывающие героев с прежним миром, придумываются и новые имена -
Адам и Ева. Вот это достойный любого бест­
селлера финал! Выходит, все мы по воле автора являемся потомками космических Ромео и Джульетты. Действие происходило на Земле, да не на нашей! .. А я-то, признаться, и не подозревал. Уж слишком все «по­
домашнему» было в этой сногсши­
бательной истории -
и страдающий герой, и НЛО, и банька ... Кстати, о баньке так и хочется сказать особо. События, в ней происходившие, на­
вевают воспоминания о знаменитом Григории Распутине, который, как известно, частенько проводил «бого­
угодные» радения в бане с особами женского пола. У «святого старца» был столь широкий и пестрый ас­
сортимент поклоннич, что, вполне вероятно, среди них могла оказать­
ся и инопланетянка... Чем не изы­
сканный сюжетец для новой повести нашего автора? Однако спустимся с небес на зем­
лю (уже на нашу) и познакомимся с более сухой, но не менее интри­
гующей информацией. Вышел этот литературный опус в издательстве «Мир» при помощи кооператива «Родео». Впечатляет объем книжки -16 страниц. Но не напрасно говорят: мал золотник, да дорог... «Золотник» действ,ительно дороговат -98 копеек! Видимо, тут издатели преследовали весьма бла-
ГО родную цель. Любой увидевший столь «аппетитную» обложку выло­
жит и послеДI;ИЙ рубль. Но при этом сможет еще и позвонить домой­
обратиться с призывом о финансо­
вой подмоге. Загадочно звучит имя автора­
Вилли Конн. Нечто западноязычное, но не думаю, что, скажем, ассоциа­
ция англо-американских фантастов возьмет на себя ответственность за а,вторство этой повести. Подозреваю, что «Лили» -
продукция отечествен­
ного ПРОИЗБодства. И уж совсем озадачивает ти­
раж -
500 тысяч!!! Не многие из фантастов-класси>ков у до,стаивались у нас подобных тиражей. В первые послереволюционные годы Евгений Замятин писал о появлении на лите­
ратурной арене так называемых юрких писателей. Наше время тоже революционно, и вот налицо -
юр­
кие издатели. Хотя наверняка и те и другие существовали все эти де­
сятилетия, прекрасно уживаясь и «гармонично» дополняя друг друга. Такого рода симбиоз очевиден и в «фанта,стике», С которой мы только что познакомились. Р. S. Поставил точку, вздохнул облегченно, но, видимо, поторопился и с тем и с другим. Шел мимо ки­
оска, гляжу -
снова Вилли Конн! На этот раз -
«Террорист СПИДа» ... Купил. Повертел в руках. «Стан­
дарты» те же -
объем, цена... Вот тираж немного подкачал -
«всего» 400 тысяч. Маловато ... Тема-то куда «сурьезней» (или курьезней -
уж и не знаю, какое тут слово больше подходи~, особенно в такой интер­
претации. Не буду углубляться в сюжетные хитросплетения, скажу только по сек­
рету, что СПИД -
это плод тайной диверсии ... ну конечно же, иноплане­
тян, которые вознамерились извести весь род человеческий, а сами не­
прочь обосноваться на освободив­
шейся терри:rории .. Каковы мерзав­
цы? Но, помнится, они-то и стали (по авторской задумке) прародителями землян, а теперь, что же, рубят под KopeHb~! По примеру гоголевского Тараса Бульбы: я тебя породил, я тебя и убью. Но уже в космических масштабах ... Впрочем, теперь меня не оста:::­
ляет надежда -
быть может, в сл·з­
дующей книжке нашего автора об­
наружатся добрые Братья по Разуму и выручат землян из беды? С. ШАБАНОВ, r. Кант Кирrизской . ССР •••••••••••••••••••••••• 3КСПЕ~ИUИЯ в СТАРУЮ КРЕПОСТЬ ВSlчеслав ПРЬПКОВ Лет пять назад по городу пошли слухи об экспедиции в Каунасскую крепость, говорили об исчезновении людей в затопленных колодuах фор­
тов, о подземных ходах... Я заинте­
ресовался крепостью. Оказалось, что тогда первую разведку провела груп­
па москвичей, объединнвшихся на базе туристского клуба в Сокольни­
ках под руководством старшего ин­
женера Всесоюзного научно-исследо­
вательского института «Биотехника» Андрея Костюкова. Но сначала о самой крепости. Решение создать крупный оборо­
нительный рубеж вокруг КОВНО (ныне г. Каунас) возникло в 1873 го­
ду на особом совещании, возглав­
ляемом самим Александром П. Ис­
следования и инженерные расчеты ведут представитель Российского Генерального штаба генерал Обру­
чев и два военных инженера Г лав­
ного инженерного управления Зве­
рев и Вольберг. По их плану наме­
чалось построить центральный редут с различными укреплениями полево­
го типа, 7 фортов и 9 батарей. Коль­
цо фортов должно было охватить город, раскинувшийся у слияния Немана и Нерис. До 1886 года строительством руководил военный инженер полковник П. Бертгольд, затем его сменил тоже полковник В. Неплюев. К 1887 году завершает­
ся строительство ОСНОВНЫХ укрепле­
ний крепости и формирование ее гарнизона и штаба. Достраиваются форты, укрепления батарей, прокла­
дывается крепостная железная до­
рога протяженностью свыше 18 км. Интересно, что ни одна крепость России того времени, кроме Ковен­
екой, не имела своей собственной железной дороги. К концу XIX века Ковенская кре­
пость была одним из лучших форти­
фикационных сооружений России, занимала площадь 25 кв. км и при­
надлежала к категории 1 класса. В РОССИЙСКОЙ империи только кре­
пости Варшавы, Новогеоргиевска и Брест-Литовска были первоклас­
сными. С началом первой МИРОВОЙ войны крепость переходит на военное по­
ложение. В составе ее гаРНИЗОН<J 28 пешнх дивнзий, 28 артбригад, 3-Й НОВОРОССИЙСКИЙ и б-й Донеuкий полки, рота минеров, авиаотряд, артиллерийские службы. Однако с началом военных действий основная часть сил переброшена на усиление l-й армни. В крепость пришли за­
пасники, не имевшие хорошей под­
готовки. Со.1даты вооружались япон­
скими винтовками, одному бойцу полага,lОСЬ 315 патронов. Запасов не было. С 25 ИЮJ!Я (7-го августа по ново­
му стилю) 1915 года начались бои па подступах к крепости. Гарнизон упорно сопротивлялся, неся боль­
шие потери. 3 августа вечером про­
тивник перехваТИJ! радиосообщение коменданта крепости, в котором го­
вори.10СЬ О весьма трудном ПОJlоже­
нии гарнизона. Узнав об этом, нем­
пы усилили наступление. Артиллерия фортов и батарей, расстреляв весь свой боезапас, заМОJlкла, защитники оставляли свои позиции. 4 августа последнее подразделение покинуло форты. Немцы заняли крепость, 20 тысяч русских солдат попа.1И в плен, врагу достались тысячи орудий. Так, после 11 суток ожесточен­
ных боев, пала одна из сильнейших сухопутных крепостей Российской империи. Почти до 1940 года кре­
пость была забыта. В буржуазное вре­
мя литовское правительство приспо­
собило некоторые ее форты под тюрьмы. В том же качестве исполь­
зовали ИХ и фашистские захватчики во время второй мировой ВОЙНЫ. Форты превратились в концлагеря, где расстреливали как гражданское население, так и военнопленных. Участники экспедиции, работая в архивах, установили, что Каунасская крепость по числу жертв была треть­
им концлагерем в мире после Май­
данека и Освенцима. Здесь уничто­
жено свыше 141 тысячи человек. Отступая, немцы затопили многие помещения фортов. В этом состоя­
нии они и дождались наших дней. Ныне форты брошены и захлаМ,lены. Представляют опасность для насе­
ления и особенно для детей м!юго­
чис.lенные КОЛОДЦЫ и вснтv..lЯЦИОН­
мые шахты, утраТИВШ!1е свое БЫ.l0е наз-начемие. Экспе;rиции предстояло исследо­
вать подземную и подводную части фортов, собрать экспонаты, проли­
вающие свет на историю крепости; составить план дренажной системы фортов для их ремонта; попытаться найти подземные ходы, соединявшие форты друг с другом и т. д. Экспе­
диции оказали помощь ЦК ЛКСм. Литвы, военные организации Кауна­
са, горисполком, сотрудники Каунас­
ского государственного исторического музея. В 1985 году в экспедиции рабо­
тала в основном мо.lодежь -
спелео­
логи, водолазы, топографы, саперы, инженеры. Работа была связана с ежедневным риском, ведь все ко­
лодцы и шахты фортов, как выясни­
лось, скрывали среди мусора снаря­
ды, мины, гильзы и патроны, остав­
шиеся от двух мировых войн. Хими­
чески!! ана.1ИЗ проб воды из затоп­
,1еШIЫХ колодцев и помещений фор­
тов постоянно выявлял компоненты разложения органических тканей. Участники экспедиции обнаружили следы паровой машины и генерато­
ров, часть дренажа рва, росписи на стенах, сделанные, очевидно, в ча­
совне царского времени, шахту, со­
единяющую два этажа, а также мно­
го немецких надписей. В одном из колодцев УI форта при его рас­
чистке пробили пробку, открыв вы­
ход газу с резкой сменой концентра­
ции. Газ не фильтровался даже про­
тивогазами, и установить его состав не удалось. Урожайным был сезон 1988 года: ежедневно набирали по паре ведер патронов, а также с!ю.ряды и мины. Андрей Костюков показал необыч­
ную находку -
ржавое оружие до­
ВОЛЬНО странной формы: КОРОТКО­
ствольные автоматы на треноге. Как ВЫЯСНИ,lИ впоследствии специалисты Центрального музея Великой Отече­
ственной войны, это были учебные макеты автоматического оружия кон­
ца второй мировой войны. В 1989 году полевой сезон про­
должался почти месяц. К этому вре­
мени коллектив исследовате.lеЙ со­
здал свой ксопеuатив «Фоuт» ПDИ N\.fK ВЛКСМ д.;я Финансирован~я 53 поисковой и экспедиционной деятель­
ности. Основной лагерь был разбит в УI форту. Время от времени объек­
том исследований становился и форт 1, где работала группа, руко­
водимая сотрудником Каунасского государственного исторического му­
зея А. Поцюнасом. В УI форту в годы гитлеровской оккупации размещался «лагерь смер­
ти» N2 336. Здесь в страшных усло­
виях содержались советские военно­
пленные. Многие пребывали под от­
крытым небом, во рвах, поскольку казематы были переполнены. 35 ты­
сяч человек уничтожили гитлеровцы в «лагере смерти» УI форта. Из колодца извлечено 58 гранат, 1 О тысяч патронов, несколько снаря­
дов разного калибра и мин. Дойти до дна опускных колодцев пока не удалось ввиду значительных глубин (свыше 20 м) и сильной загрязнен­
ности. В этой связи представляет ин­
терес гипотеза, выдвинутая исследо­
вателями. Поскольку глубина опуск­
ных колодцев соизмеряется с глу­
бинами рельефа города, то возмож­
но, что колодцы уходят к какой-то системе сообщений, находящейся под всеми фортами крепости. Установить достоверность предположения помо­
жет дальнейшая работа. Магнитные исследования позво­
лили выявить интересные странности: так, напрнмер, все 32 трубы на ка­
зармах УI форта намагничены стро­
го в одном направ.1ении. В земле обнаружены магнитные аномалии, указывающие на значительные массы металла. Сооружения 1 форта во время осады крепости в период первой ми­
ровой войны противостояли огневой мощи немецких тяжелых орудий. Один из снарядов угодил в бетон­
ный капонир, где располагались кре­
постное орудие и расчет, похоронив все это под развалинами. Исследо­
ватели решили взрывным методом расчистить бетонное нагромождение. Использовав 70 кг тротила, разва­
лили глыбы бетона, но до конца шурфа не дош.1И, помешала вода. Многое прояснится, если пожарники помогут откачать воду. В затоплен­
ных помещениях капонира, как пред­
полагают, был оперативный склад боеприпасов. Экспедипия прервала свою рабо­
ту, но есть вероятность продолжения поисков -
в случае подписания до­
говоров с организапиями города, заинтересованными в расчистке и реставрации фортов. 54 Александр РЕЗНИЧЕНКО, краевед КОЛЛЕКЦКОНЕР 3ЕJlЛЕТРJlСЕннii 100 лет назад ушел из жизни еще совсем молодой ученый -
Александр Петрович Орлов. Долгие годы он был в России единственным сейсмологом. В книге Г. П. Горшкова «Земле­
трясения и их происхождение» в чи­
сле имен известных геологов: И. В. Мушкетов а, В. Н. Вебера, К. И. Бог­
дановича первым стоит имя А. П. Ор­
лова. Кто же этот человек? Лет 15 назад в «Уральском следо­
пыге» была сделана попытка расска­
зать о нем, правда, в большой статье о землетрясениях Орлову отводил ось совсем немного места. Первым делом обратимся к сло­
варю Брокгауза и Ефрона. Однако здесь подстерегает разочарование. Единственная зацепка -
это то, что он учился в Казанском университете. Начнем поиски в «Памятных книж­
ках» соседних губерний. Саратовская? Нет. Симбирская? Нет. Пензенская? Есть! Вот он, Александр Петрович Орлов ... Родился будущий ученый в 1840 го­
ду в уездном городке Инсаре Пен­
зенской губернии, в семье чиновника. Из детских воспоминаний Саши оста­
лись каменная церковь с куполами, засиженными птицами, грязные улоч­
ки, тусклый свет в окнах домов, по­
косившиеся заборы да одинокие фо­
нари. Провинция ... провинция. До де­
сяти лет мальчик постигал науки дома. В 1848 году его отца перевели в город Челябинск Оренбургской гу­
бернии. Примечательна формулировка приказа о переводе отца: его назна­
чили «на место комиссара (слово-то какое) по пресечению конокрадства». Именно тогда Сашу Орлова отдали в обучение в Курганское училище, где он прозанимаJIСЯ всего один ГОд. Отца вновь переводят, теперь в Уфу. Там мальчик поступил в Уфимскую гим­
назию. В 185"{ году он успешно окон­
чил ее, и следую шей вехой в его жизни стал Казанский университет, физико-математический факультет. Из стен университета Александр Орлов вышел с золотой медалью и получил назначение на должность учителя математики Пермской гимна­
зии. Семь лет трудился на Урале А. П. Орлов. Современник Орлова, пензенский биограф-краевед А. Ф. Селиванов, автор первых биографий братьев Бе­
кетовых, Буслаева, Лермонтова, Клю·· чевского, так писал об Орлове: «В быт­
ность учителем Пермской гимназии он (Орлов.-
А. Р.) занимался сверх CJiужебных обязанностей изучением соляных промыслов и собиран'ием ар­
хеО.~огических материалов для исто­
рии Пермского края». Здесь же, чуть ниже, Селиванов добавлял: «Когда (Орлов) служил в Иркутске ... полу­
чил золотую медаль за разработку вопроса о местных землетрясениях». Он, очевидно, имеет в виду награж­
дение Орлова медалью Русского Гео­
графического общества. Итак, Селиванов упоминает земле­
трясение рядом с названием Иркут­
ска. В этом городе Орлов служил с 1868 по 1871 год. Очевидно, природ­
ные стихийные явления, связанные с тектоническими процессами на Урале и в Сибири, «которых ему пришлось быть очевидцем», подтолкнули его к научным занятиям. Долгие годы он был единственным специалистом в этой облаСТIL В середине 70-х годов Орлов пере­
ехал в Казань, где занял должность директора реального училища. В тече­
ние 20 лет он тщательно собирал све. дения о сейсмических явлениях в Рос­
сии, в частности, на Урале и в Сиби­
ри. В «Трудах Казанского общества естествознания» он опубликовал ряд научных трудов, из которых важней­
шие: «О зеМJIетрясениях вообще и землетрясениях Южной Сибири и Тур­
кестанской области в особенности» (1873 год), «О землетрясениях в При­
уральских странах» (1876 год). Умер ученый в 1889 году, почти завершив свой капитальный труд «Каталог землетрясений Российской империи с 596 года до н. э. по 1888 год». Этот труд после его смер­
ти был приготовлен к печати, допол­
нен и издан в 1893 году профессором И. В. Мушкетовым в «Записках Рус­
ского Географического общества». ОАЛАУ ДЕКА6РКСТОВ НА УРАЛЕ Владимир ШКЕРИн, г. Пеliза учитель истории ______ _ 14 декабря 1825 года невский ве­
тер гнал по площади поземку. Зимний день короток, а одна сторона все не решалась взять власть, другая -
ее отстоять. Наконец после семичасово­
rQ противостояния к новоиспеченному монарху подошел граф Ф. К. Толь И, глядя ему прямо в глаза, сказал с легкой усмешкой: -
Государь, прикажите очистить площадь картечью или откажитесь от престола! Говорят, где-то били копытами кони и была уже готова карета для бегства. Победа над декабристами­
менее заслуга Николая I, чем вина самих декабристов. Будучи в боль­
шинстве своем людьми военными, они не могли не понимать, что каре на площади -
прекрасная мишень. Чтобы ее расстрелять, не нужен военный, нужен палач. И он нашелся -
гене­
рал Иван Онуфриевич Сухозанет. М. А. Бестужев рассказывал: «К нам подскакал Сухозанет и передал нам последнюю волю царя: чтобы мы положили оружие, или в нас будут стрелять. -
Отправляйтесь назад,- вскрик­
ну,1И мы, а Пущин прибавил:­
И пришлите кого-нибудь почище вас. На возвратном скаку к батарее он вынул из шляпы султан, что было ус­
ловлено как сигнал к пальбе, и выст­
рел грянул». Давайте остановим взгляд на этой мрачной фигуре. Она весьма типична ДJlЯ периода разложения крепостниче­
ства в России. Из «Русского биогра­
фического словаря» узнаем, что отец Сухозанета -
выходец из Польши­
в нарствование Екатерины II посту­
пил на русскую службу. Сам Сухоза­
нет родился уже дворянином Витеб­
ской губернии. 3акончив инженерный кадетский корпус, был переведен в артнллерию. Участвовал в войнах с Наполеоном. Но фортуна улыбнулась ему после 15 декабря 1825 года. Сухо­
занету был нажалован чин генерал­
адъютанта, и с тех пор он пользовал­
ся неограниченпым расположением императора. При подавлении поль­
ского восстания 1830 года он должен был командовать артиллерией, но в самом начале похода ему оторвало ядром ногу, и генерал подал в от­
ставку. После лечения Сухозанет был за­
вален почетными должностями. Одну из них -
директора военной акаде­
мии -
он занимал более двадцати лет, основательно развалив за это время вверенное ему учебное заведе­
ние. Нам интересно одно обстоятельст­
во, не отмеченное «Биографическим словарем». Жена Сухозанета проис­
ходила из рода крупных уральских заводчиков Белосельских-Белозерских. Приданым невесте послужил Юрю­
зань-Ивановский завод. Так судьба связала палача декабристов с горно­
заводским Уралом. Хозяин из него получился «забот­
ливый». Не было года, чтобы он, не доверяя исправникам, лично не посе­
тил завод. В 1845 году генерал пробыл на Урале чуть больше месяца. Одним из приказов этого времени Сухоэанет по-
велел «заковать в ножные кандалы и употреблять в заводские работы» восьмерых крепостных и среди них одну женщину. Отменить приказ он обещал письмом из Петербурга. (До­
кумент хранится в Государственном архиве Свердловской области.) Но время шло. Генерал, видимо, забыл о своем обещании. Только 5 ок­
тября (более чем через два месяца) заводской исправник JIихарев нако­
нец решился обратиться по этому делу к главному начальнику горных заводов Урала генерал-лейтенанту В. А. Глинке. Получив докладную, тот приказал оковы с людей немедленно снять, а заодно задал исправнику такую «рас­
печку», что тот посчитал за Jlучшее скрыться от гнева горного начальни­
ка. Крутой нрав «горного царя» был известен всему Уралу. Одновременно с приказом JIихаре­
ву Глинка послал письмо Сухозанету. Но одно дело распекать нижестоя­
шего чиновника, совсем другое -
об­
рашаться к царскому любимцу. Пись­
мо настолько любопытно, что мы приведем его почти полностью: «Не доверяя Конторе в справедли­
вости ее показаний и полагая, что она никогда такого приказания не получала, а ссылкою~ на него желает только скрыть собственную вину,­
я предписал Исправнику закованных людей немедленно освободнть, пото­
му что 87 ст. 14 тома Св. 3ак. (Изд. 1842 г.) запрещает налагать оковы даже на подсудимых,вплоть до окон­
чательного утверждения о них при­
говора». И далее: «Доводя до Ва­
шего Высокопревосходительства слу­
чай сей, я уверен, что распоряжение мое согласно с Вашим собственным желанием, тем более, что подобного рода дела, получив гласность каки­
ми-нибудь другими путями, могли бы наделать шуму и неудовольствий и Вам и мне». Можно предположить, что это было не просто столкновение двух ни­
колаевских чиновников по частному вопросу, но и проявление борьбы двух общественных JlагереЙ. Следует вспо­
мнить, что «странный генерал» Глнн­
ка состоял в свое время в Союзе Бла­
годенствия, был коротко знаком с многими декабристами, а Сухоза­
нет -
стрелял по ним. Конечно, Глин­
ку нельзя отнести к революционерам. Но членство в тайном обществе не прошло для него бесследно. Он из тех, что положили начало либеральному движению в России. Пересмотрел ли Сухозанет после столкновения с Глинкой свое отноше­
ние к крепостным? Конечно, нет. Вот как он наставлял своего нового ис­
правника В. И. JIепарского в письме от 31 мая 1858 года: «Впрочем, И это знайте, что юрюзанце.в надобно дер­
жать в руках. Этот народ в старину соединялся с Пугачевым, да и потом был общий бунт в Юрюзани довольно серьезный». Если результатом работы Сухоза­
нета на посту директора академии был ее развал, то итогом его управ­
ления заводом ста:ш волнения 1859 го­
да. Они обратил!! па себя внимание одного из первых советских историков Урала А. А. Савича, а позже были опубликованы и документы, к ним относящиеся. Волнения не были не­
ожиданностью. Даже такие высокопо­
ставленные чиновники, как оренбург­
ский губернатор Е. И. Барановский, оренбургский и самарский генерал­
губернатор А. А. Кате нин, ГJJавный на­
чальник уральских заводов Ф. И. Фель­
кнер, не раз отмечали, что положение рабочих на заводе Сухозанета значи­
тельно хуже, чем у любого другого хозяина. И без того маленькая заработная плата рабочих постоянно урезалась бесчисленными штрафами. Случалось, что рабочие вообще ничего не получа­
ли. А работы на заводе не прекраща­
лись в выходные и праздничные дни, что в России было явлением из ряда вон выходящим. Даже в холода на работы были вынуждены ходить все, вплоть до беременных женщин и ма-. терей с грудными детьми. держать на заводе врача Сухозанет не считал нужным. Два раза в месяц сюда при­
езжал медик из Саткинского завода. Никаких пособий инвалидам и пре­
старелым установлено не было. В 1859 году министр финансов А. М. Княжевич послал Сухозанету официальное письмо, предупреждая. о необходимости несколько улучшить положение рабочих для предотвраще­
ния волнений. Сухозанет ничего на за­
воде не изменил, и в августе этого же года одновременно восемьдесят рабочнх разбежалось по различныM селениям. Тут же генерал сам обра.­
тился к властям с просьбоЙ ... судить рабочих военным судом. . Но оснований для этого не было. Более того, в 1860 году завод посе­
тил Ф. И. Фелькнер. Выслушав жа­
лобы более ста рабочих, он дал ука-. зание увеJlИЧИТЬ заработную плату и снизить цену на хлеб. Но прибавка.к жалованию была сделана ничтожная, а цены на хлеб продолжали оставать­
ся самыми высокими на частных за­
водах Южного Урала. Не принес пол­
ного освобождения юрюзанским рабо­
чим и 1861 год. Впрочем, для них он БЫJl не только годом отмены крепост­
ного права. В этом году умер И. О. Сухозанет. Понимаю, что это простое совпадение, но символичное, ибо вся его жизнь была пронизана слепой ве­
рой в незыблемость давно изжившего себя института и посвящена охране его. Там, на декабрьской площади, выдергивая султан из шляпы, он за­
щищал свое право угнетать юрюзан­
ских крепостных и, отстояв это право, воспользовался им в полной мере. г. Свердловек 55 [Ш[}JL~ Q)lillbn~lbU Александр АРТЕМОВ, искусствовед в 1952 году пароходом «Феликс Дзержинский» моло­
дой солдат Петр Попов прибыл для прахаждения срач­
ной службы в горад Магадан и на всю жизнь связал сваю судьбу с судьбай далекаго гарода и края. Первое впечатление ат встречи с Севером, Калым ай ярка иглубака врезалась в память юнаши. Петр не имел специальнага худажественнага абраза­
вания. Во. время армейскай службы ему памаг на пер­
вых парах саслуживец Канстантин Каралев, великолеп­
ный рисавальшик, скульптар по абразаванию, но падлин­
ной шкалой профессианальнага мастерства стала художе­
ственная студия, рукаводимая талантливым живаписцем, выпускникам ВХУТЕМАСа Ва.lеитинам Осипавичем Аита­
шеика-Оленевым. Ее пасеша.1И известные впаследствии художники Дмитрий Брюханав иЛеанид Вегепер. Молодай Петр Папав мнаго рисует и пишет с натуры, у нега зараждается интерес к портретнаму жанру, кота­
рый в будущем станет апределяющим для всего. творче­
ства худажника. В 1956 гаду в файе кинатеатра «Гарняк» па инициа­
тиве В. О. Антощенка-Оленева (сейчас он заслуженный художник Казахскай ССР) была арганизована первая персанальная художественная выставка Петра Папава, тагда еще как любителя. А впереди были долгие гады упарнаго и крапаТ,1Ивага труда, прежде чем он стал вы­
ставляться на крупных прафессианальных сматрах изабра­
зительнога искусства. Участник всех двенадцати област­
ных выставак, начиная с 60-х годов, жива писец вместе с другими магаданцами пастаянно принимает участие в занальных и республиканских худажественных выставках. Тема че.l0века Севера, труженика и сазидателя, пасте­
пенна станавится главной в тварчестве худажника. Уже в первых серьезных палатнах «ДРУЗЬЯ» и «ПАСТУХ» видны незаурядные живаписные качества автара. На 1967 гад станавится важным, переламным этапом в жизни худажника. На Вторай занальнай выставке во. Влади­
вастаке экспаниравался его триптих «Чукатка». Полатна абъединены смыславым понятием «ЛЮДИ ЧУКОТКИ». Центрам трехчастнай композиции является холст «Охатник». Изабразительные средства в нем ярки и ма­
жорны. Баковые части триптиха -
лирические раздумья а жизни чукотскай женщины. Халст «Весна» отличается мягкиы лирическиы светаы, художественный язык сдер­
жан и скуп, напалнен ажиданием весны. Гарманичен пей­
заж, пранизанный величавым спакайствием свершающегася таинства в при раде, катарая служит не талько фанам для гераев, а и основай внутреннего. настраения картины. Другая часть триптиха -
«МАТЬ» -
па общему за­
мыслу близка предыдущей рабате стремлением автара к ясности и прастате. Уславно и лаканична письма, четок силуэт, изысканна-сдержана цветавая гамыа. Картина превращается в абабщенный симвал материнства. По реЗУJlьтатам Втарай занальной выставки «Совет­
ский Дальний Васток» Петр Папав был принят в члены Саюза худажникав СССР. Окрыленный успехам, Петр Попов вазвращается на Чукатку. ОН едет в тундру, коленевадам. Де.1ает мна­
жество зарисовак и этюда в с натуры, саGирает изобра­
зительный материал, капит впечаТ.~ения и прзктическиii опыт общенин с тундрай и ее труженикаМIl. 56 Сюжет первой картины цикла «ОЛЕНЕВОДЫ» (1973) незамыслават. Перед нами моладай пастух с чаатам в руках, рядом -
старый апытный таварищ и аленеганная :Iайка, незаменимый друг и памащник пастухав. Цвет .1етнеЙ тундры стал асновой калористическаго страя кар­
тины. Другая рабата этаго цикла -
«ЧУКОТСКИЕ ОЛЕНЕ­
ВОДЫ» 1975 гада решена па-инаму. Автор здесь заастриа свае внимание на характерах людей, внешний сюжет действия атсутствует. Это сваеобразный группавай парт­
рет, гераи праизведения славна специзльна пазируют живаписцу. Неабычная композиция холста -
все изабра­
жение сдвинутую вправо, гера!! прн[)лижсны к зрителю­
спасабствует Gалее емкаму и целыlмуy ВОСПРИЯТИЮ всех изобразите.%ных средств картины. Здесь партретнасть героев, катарая станавится адной из ОСIlаВIIЫХ черт твор­
ческага метада ЖИIJописца, лежит в аснове всего. худаже­
СТIJеннаго страя ПРОlIзвеДСIIИЯ. }\lпара интересует не чела­
век ваабще, а канкретный, са сваГ!стьсшrЫМII ему инди­
видуальными качествами характера. Традицианен сюжет следующей картины из этаго цик­
ла: «Весна В тундре» 1978 гада. Влажная, прапита'lНая вадай земля, талый снег. Пастухи сабрались вместе на атдых, перекур. Палотна атличается звучностью цвета­
вога решения, сочнастью живописнай манеры. Налицо интерес худажника к паиску сваега типажа тундровика. К «ОЛЕНЕВОДАМ» при мыкает одна из паследних про­
изведений -
«ПОРТРЕТ МОРСКОГО ОХОТНИКА», напи­
санный в 1984 году. Неабозри~1Ы прасторы северного маря и сераго суроваго неба. Да и сам ахотник, кажется, вы­
.~еплен этой прирадай, трудам и :'lape:'l. Он уверен в се:е, целеустреылен и He,leH. Новый этап тварчества живописца -
палатна, пасвя­
шенные «залотаму цеху» страны -
Калыме. Как и раньше в тундру, Папав савершает частые поездки на прииски. В результате появляется халст «ШАХТЕРЫ ШАХТЫ 20-бис», праграммнае праизведение 1984 гада. Ведя внут­
реннюю палемику с работами других магаданских жи­
ваписцев, где часта падрабна дается бальшае каличество гераев, автар тверда атстаивает фрагментарный принцип коыпозиции. Фигуры рабачих, взятые крупным планом, манументальны. Приаткрывая тварческую лабаратарию живаписца, мож­
но. пазнакамиться с тем, что. абычно не знакома ширака­
му кругу зрителей. Вырабатывая прафессиональные на­
выки, аттачивая мастерства, худажник пастаянна пишет небольшие этюды-партреты. Часта эта близкие ему люди -
«ПОРТРЕТ ЖЕНЫ» 1967 года, «ПОРТРЕТ ДОЧЕРИ» 1968 гада, «АВТОПОРТРЕТ В ЧУКОТСКОй ШАПКЕ» 1970 гада, «ПОРТРЕТ ДЕВОЧКИ С РОЗОВЫМ БАН­
ТОМ», написанный в 1973 году, и мнагие другие. Несмат­
ря на малые размеры, мастер дабивается в них большой выразительности и свежести. Много. внимания Петр Папав уделяет заыечательнаму север нам у пейзажу. Наряду с сазданием самастаятельных праизведений мастер часто использует его. в сваих жанра­
вых картинах. В .~юбом случае пейзаж всегда заключает в себе паиск настроения, ключ к эмоцианальна-чувствен­
НОМУ раскрытию содержания ПРОIIзведения. ~I ., Пейзажи «ОСЕНЬ НАСТУПА ­
ЕТ:. (1968), «ВЕСНА В БУХТЕ НАГАЕВА» (1970), «ЧЕРНЫй КЛЮЧ:. (1971), «ПРИБЛИЖЕ­
НИЕ ЗИМЫ:. (1972), нсболь­
щие этюды «БУРНЫй ВЕТЕР:. (1979), «ОСЕННЕЕ НЕБО» (1980) и многие другие -
ре­
зультат частых походов живо­
nисuа с этюдником по окрест­
ностям Магадана. Это его внут­
ренняя потребность, непременное условие развития и творческого роста. В июле-ноябре 1986 го д а в Магаданском областном крае­
ведческом музее была развернута nерсональная выставка живо ­
nисuа «30 лет творческой дея­
тельности». На ней побывали ШКОЛЬНИКИ и студенты, рабочие, моряки, инженеры, геологи, ра­
ботники творческих союзов. Книга отзывов переполнилась ('jдагодарными пожеланиями в адрес Петра Степа иовича По­
пова -
живописных дел масте-
ра. Один и з гостей города :\апи с а.1: « ПОСМОТРЕВ ЭТУ ВЫСТАВКУ, ИСПЫТЫВАЕШЬ ЧУВСТВО ВЕЛИЧИЯ И КРА­
соты ЭТОГО КРАЯ, ДАЛЕ-
. КОГО И БОГАТОГО, ЕГО ЛЮДЕН, ТАКИХ РАЗНЫХ, НО ДЕЛАЮЩИХ ОДНО ВАЖНОЕ ДЕЛО, ХОРОШИХ И КРАСИ­
ВЫХ ЛЮДЕй .. » Это m1 Н(' истинное при з нание многолетнего вдохновенного тру ­
ЩI художника! ЧЕРНЫМ KYHr АС ОЛЕНЕВОДЫ ЧУКОТКИ 6ЕЛАЗЫ ПОРТРЕТ ДОЧЕРИ ПОРТРЕТ ДЕВОЧКИ МАТЬ rJAPSiUI∙ JllYfflМЬПП ()БЕ3ЬЯНЬ[ Эдгар IБЕРРОУЗ Рисунки Елены ПЬЯНКОRОЙ и Николая Мооса Охота на вершинах деревьев На следующее утро после Дум- ДY~1 оБС:Н,ЯIlЫ медленно двинулись черсз лес к побережью. ,\1срт­
ВЫЙ Туб:lат остался на месте, I10TOMy что ПJIСl\1Я Керчака не сет сородичсй. Кочуя, антропоиды за­
нимались поисками пищи. КаПУСТIfые пальмы, се­
рые сливы, пизавг и сеlIтамин встречались в изо­
биЛlШ; попадались также ДИi\ИС aHalIacbI, иногда обезьянаы удава.'JOСL найти МСЛЮ!Х МJlскопитаю­
ЩЕХ, ПТСIЩОВ, яйца, Г;1;(О1; !! насеЕОМЫХ. Орехи обезьяны раска.1Ы13али СВОИМИ МОГУЧИМИ челюстя­
МИ, и только когда те оказыва.'!Ись слишком твер­
ДЫМИ, разбивал!! их каМIIЯМ!!. Однажды ()ШI увидели старую Са60Р. Встреча с с1ЬВ!ЩСЙ заСТiJв!!ла оikЗLЯ;[ поспеш!!О искать убежища на высоких ветвях. 11 ранда, Сабор от-
Продолжение. Нача.!IО в ,1\'2 ∙-1,-0. 5 ,,~'ральскии С.1СДОIlЫТ» Но 6. носилась с уважением к их численности и острым клыка м,. но и. об~зьяны со своей. ст.ороны прояв­
ляли почтительность к ее силе и свирепости. Тарзан сидел на низко СК,10нившейся ветке. Львица, пробираясь через густые заросли, оказа­
.lacb под ним. Он швырнул в ИСКОНIIОГО врага быв­
ШИЙ у него под рукою ананас. Величественное жи­
вотное остановилось и, обернувшись, окинуло взглядом дразнившего ее человека. Сердито виль­
нув хвостом, Сабор обнажила свои желтые клыки и сморщила, огрызаясь, щетинистую морду. 3.10б­
ные глаза ее превратились в две узкие щелки, в которых горели бешенство и ненависть. Прижав уши, львица посмотрела прямо в ГJlаза Тарзан~ и грозно зарычала. Человек-обезьяна ответил еи страшным криком своего племени. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. А затем, не выдержав взгляда человека, громадная кошка прыгнула в сторону, и лесная чаща скрыла ее, как океан поглощает брошенный камень. у Тарзана зародился серьезный план ... Он убил свирепого Тублата, значит, он стал могучим бой­
цом? Теперь он выследит хитрую Сабор и убьет ее тоже. Тогда он станет великим охотником. С некоторых пор в нем таилось сильное жела­
ние прикрыть свою наготу. Из книжек с картин­
ками он узнал, что все люди носят одежду, тогдз как .мартышки и человекообразные обезьяны хо­
дят голые. Одежда -
знак силы, отличительный признак превосходства человека над всеми созда­
ниями. Не могло, конечно, быть другой причины Д.'Iя того, чтобы носить такие отвратительные вещи. iY1Horo лун тому назад, будучи гораздо моло­
же, Тарзан очень хотел добыть шкуру львицы Са­
бор, льва Нумы или пантеры Шиты для прикры­
ТIIЯ своего безволосого тела. Тогда, по крайней Mep~ он перестал бы походить на отвратительную змею Хисту. Но нынче Тарзан гордился своею гладкой кожей, ибо она была признаком его про­
исхождения от могучего племени. В нем БОРОJIИСЬ два противоположных желания -
ходить, не стес­
няя себя, голым по примеру племени Керчака или же, сообразуясь с обычаями своей породы, носить неудобную оде.ЖДУ. И оба эти желания поперемен­
но одерживали в нем верх. Пос.'Iе бегства Сабор племя продолжало СВОЙ ::v!едленный переход через джунгли. Голова Тар­
зана была полна широкими планами выслежива­
ния и убийства львицы. ]\lного дней прошло, а он только об этом и ДУ;\1ал. От этих постоянных мыс­
:!сй его отвлскло страшнос событис. Внезапно сре­
ди бслого дня темнота спустилась оа джунгли, все звуки стихли. деревья стояли неподвижно, СJ10IЗНО парализованные ожиданием надвигающей­
ся катастрофы. Но вот издалека ДОf1еслось какое­
то тихое, печальное стенание. Ближе и ближе зву­
чало оно, перерастая в оглушительный РЕ::В. Боль­
шие деревья разом ПОГНУЮIСЬ, словно их прижала к земле чья-то могучая рука. ОНИ СКЛОНЯJIИСЬ все ниже и нижс, готовые сломаться от напора. И вдруг великаны джунглей ВЫПРЯМИJ!!lСЬ и закача­
ли могучими вершинами, как бы выражая этим свой Г!IЕ::ВНЫЙ протест. Из несущихея вихрем чер­
ных туч cBepKHYJI яркий, ОС:IЕ::ПlIтельный огонь. Раскаты грома потрясли воздух, как канонада. Тотчас хлыну:! поток, и ДЖУI1Г:IИ преврати:1ИСЬ в настоящий ад. 57 58 Об",зьяны, дрожа от холодпого ЛИEIIЯ, сбились в кучу и жались к стволам деревьев. При свете МОЛНИИ, пронизывающих тьму, видны БЫ"lИ дико качавшиеся встви в сплошной завесе льющихся потоков воды. Время от времени один из древних лссных пат­
риархов, пораженный ударом МОЛНИИ, с треском ломался на тысячи кусков и РУШИ,lСЯ, повергая за собой бесчисленные ветки uкружавших его де­
ревьев и множество мелких тварей. Большие И малые сучья, оторванные свирепым вихрем, кру­
жились И летели в неистовuй пляске на землю, неся Гllбель несчастным тварям подлесья. долго бесновался ураган, и обезьяны в смяте­
нии жались друг к лругу, подвергаясь постоянной опасности от падающих стволов 11 ветвей, пара­
лизованные ЯрКИМII вспышками МОJlНИЙ и раска­
тами грома. Ураган кончился так же внезапно, как и нача"l­
ся. Ветер утих мгновенно, выглянуло солнце, и при рода снова улыбнулась. Л'lокрые листья и В.lюкные лепестки чудесных цветов засияли в лу­
чах солнца. Стихия СМИЛОСТl!вилась, и все живое простило ей причиненное зло и занялось свои:-ли обычными делами. Хлопотливая жизнь опять по­
текла своей чередой. Но для ТарзаIlа забрезжил свет неожиданного откровения: он постиг тайну одежды. Как ему было бы тепло и уютно во время дождя под тя­
желой шкурой Сабор! И эта мысль была еще од­
ной убедительной причиной выпо:rнить затеянное. В ПРОДО.'Iжении нескuльких месяцев племя бро­
ЩI,10 близ отлогого берега, где наХОДIlJIась ХИЖИ­
на Тарзана, и он посвящал большую часть време­
ни учению. Но когда он скитался по джунгляи, ТО постоянно держал наготове веревку, и немало :-лелкнх животных попалось ему в петлю. Однажды аркан обвил короткую шею кабана .'\орта. Вепрь бешено прыгнул в попытке сбросить его и стащил Тарзана с ветки, с которой тот охо­
тился. Зверь ус.~ышал шум, обернулся и, увидев лсгкую добычу -
молодую обезьяну, нагнул голо­
ву п ЮIlIУ,lСЯ на захвачеIlIЮГО врасплох юношу. Но Тарзан, к счастью, IIС пострадал, он по-кошачьи упал на четвереныш, широко расставив НОГИ. ОН мгновенно вскочил и прыгнул с обезьяньей ловко­
стыо на дерево. И вовремя, ибо разъяренный Хорт тяжело промчался под ним. Так Тарзан приобретал необходимый опыт. Он лишился своей длинной веревки, но зато понял, что если бы с ветки стащила его Сабор, то он несомненно был бы убllТ. Ему потребовалось довольно много времени, чтобы сплести новый аркан. Когда -он был, нако­
нец, готов, Тарзан отправился на задуманную охоту и залег среди густой листвы над звериной тропой к водопою. i\1Horo меЛКIIХ зверей прош.'IО под ним, но таl(ая добыча не интересовала Тар­
зана. И вот появилась та, которую 011 жда.'I. Пере­
ливая мышцы под бархатно-блестящей шкурой, шла львица Сабор. Ее большие лапы неслышно ступали по узкой тропе. Оиа шла с высоко подня­
той головой, чутко следя за каждым движением и шорохом, медлительными и красивыми движения­
ми извивался ее дJ1ИННЫЙ хвост. Ближе и ближе подходила львица к месту, где Тарзан подстере-
га.'! ее, уже держа наготове сложенный кольuами длинный аркан. Тарзан был неподвижен, как брон­
зовый идол, и непреклонен, как смерть. Сабор прошла под ним. Она сделала шаг, другой, тре­
тий -
и длинная веревка взвил ась над ней. Ши­
рокая петля со свистом охватила ее голову. И ког­
да Сабор, встревоженная шумом, подняла голову, петля уже обвилась вокруг ее горла! Тарзан креп­
ко затянул аркан на глянцевитой шее, захлестнул веревку за крепкий сук и отпустил ее. Сабор была rюЙмана. Испуганный зверь бешено метнулся в джунгли. Но тут же почувствовал, что веревка затягивает ему шею. Сабор перевернулась в воздухе и тяжело рухнула па землю. Но когда Тарзан схватился за веревку, упираясь в разветвление двух могучих суков, то понял, как трудно будет подтащить к дереву п подвесить тело мощного зверя, оказы­
вающего яростное сопротивление. Пожалуй, толь­
ко слон Тантор мог бы стащить Сабор с места. Львиuа, пытаясь избавиться от аркана, все же разглядела виновника нанесенной ей обиды. Воя от бешенства, она внезапно высоко ПОДПРЫГ}lула, надеясь достать Тарзана. Но ее обидчик не зевал. Он успел перебраться на более тонкую ветку, фу­
тов па двадцать выше, и разъяренная пленница опять оказалась ни с чем. Одно мгновение Сабор висела, вцепившись когтями в дерево, а Тарзан издевался над ней и бросал сучья и ветки в ее ни­
чем не защищенную морду. Затем животное снова соскочило на землю, и Тарзан быстро натянул веревку, но Сабор дога­
далась уже, что ее держало, и перегрызла аркан, прежде чем он успел снова затянуть петлю. Тар­
зан был очень огорчен: так хорошо задуманный план пропал. Он сидел на ветке, бранился и виз­
жал на рычавшее животное и, издеваясь над льви­
цей, строил ей гри",тасы. Сабор целых три часа расхаживала взад и вперед под деревом. Четыре раза приседала она и прыгала на кривлявшегося оскорбителя. Но это было столь же бесцельно, как гоняться за ветром, который шелестел в вер­
хушках деревьев. Наконец мальчику приел ась эта забава. ОН .10ВКО запустил в львицу спелым плодом, который густо и клейко размазался на ее огрызающейся морде. Затем Тарзан быстро помчался по деревь­
ям на высоте ста футов и вскоре оказался среди своих соплеме!IНИКОВ. Он рассказал им о своем приключении. Грудь его вздымалась от гордости, и 011 так фанфаронил и хвастался, что произвел впечатление даже на своих самых заядлых вра­
гов, а Кала простодушно плясала от гордости за сына. Человек и человек Жизнь Тарзана в джунглях, как ему казалось, еще несколько лет текла почти без перемен. Но он становился сильнее и умнее и многое узнал из своих книг о диковинных краях, находящихся где­
то за прсдел[t~ш его страlIЫ. )!\изнь ему никогда не каза:1ась ни одноuбразной, ни бесцветной. у него всегда находилось занятие. Можно БЫ.1JО ВВОЛЮ охотиться, искать плоды, ловить в многочис­
ленных ручейках и озерах рыбу Низу. Кроме того, 59 ПРИХОДИJ10СЬ постоянно остерегаться Сабор и ее свирепых сородичей. Постоянная опасность прида­
вала остроту и вкус каждой прожитой минуте. Часто звери охотились за ним, а еще чаще он охотился за зверями. И хотя их острые когти еще ни разу не коснулись его, однако бывали жуткие мгновения, когда расстояние было так мало, что вряд ли JIИСТ картона прошел между их когтями и его гладкой кожей. Быстра была .1ьвица Сабор, быстры Нума и 111ита, но Тарзан был настоящей молнией. Он сдружился СО слоном Тантором. Как? Об этом никто не знал. Но обитатели джунглей ви­
дели, что в лунные ночи Тарзан и слон Тантор подолгу гуляли вместе. И там, где ПОЗВОЛЯJIИ за­
РОСJIИ, Тарзан ехал, сидя высоко на могучей спи­
не Тантора. За эти годы Тарзан много дней провел в хижи­
не своего отца, где все еще лежаJIИ кости его ро­
дитеJlей и маленький скелет детеныша Калы. Во­
семнадцатилетний Тарзан уже свободно читаJI и понимал почти все в разнообразных книгах, хра­
НИВШИХС5I на полках в хижине. Он научился пи­
сать, И писаJI отчетливо и быстро, но печатными букваыи. Рукописных букв он почти не усвоил, потому что, хотя среди его сокровищ и было мно­
го тетрадей, он считал лишним затруднять себя этой формой письма. Позже, впрочем, он с боль­
шим трудом наУЧИJIСЯ разбирать рукописный текст. Итак, восемнадцатилетний молодой анг лий­
ский лорд не мог говорить по-английски, но, тем не меие~ умел читать и писать на родном язык~ Никог да не видел он другого чеJIовеческого суще­
ства, потому что на сравнительно небольшой тер­
ритории, по которой кочевало его племя, не про­
текало ни одной глубокой реки и сюда не МОГJIИ спуститься даже дикие туземuы из глубины стра­
ны. Высокие горы защишали ее с трех сторон, и океан -
с четвертой. Она БЫJIа населена лишь львами, .леопардами, ядовитыми змеями. Девст­
венные леса джунглей еще не видели ни одного существа из породы тех зверей, которые зовутся людьми. Но однажды, I\Огда Тарзан-обезьяна сидел !3 хижине отца, погружеНI-IЫЙ в тайны книг, про­
изошло событие, навсегда нарушившее прежнее безлюдие джунглей. Случайно глянув в окно, он увидел вдали странное шествие. Оно двигалось гуськом по греб­
ню невысокого холма. Впереди шли пятьдесят черных воинов, воору:женных длинными копьями с желеЗНЫ~IИ остриями. Каждый нес большой лук с отравленными стрелами. На СПИНЭХ висс'ли оваль­
ные щиты, R носах были продеты большие кольца, а на сбитых, как шерсть, волосах крас.)ВЭЛИСЬ пучки ярких перьев. Лбы их были татуированы тремя параллельнымн цветными ПОЛОСlами, а грудь -
тремя концентрическими кругами. Их жел­
тые зубы были отточены, как клыки ХИЩНИКОВ, а большие и отвислые губы придавали им еще бо­
лее звеоский вид. Следом плелось несколько сотен детей и жен­
щип. ЖеПЩIlIIЫ несли на головах ВССRОЗМОЖНЫЙ груз: кухонную посуду, домашнюю утварь и связ­
ки слоновой кости. В арьергарде шла сотня вон­
нов, вооруженных "ак и передовой отряд. Они, по­
видимому, больше опасались погони, чем встреч-
60 ных врагов. Об этом свидетельствовало построе­
ние колонны. Так оно и было. Чернокожие спаса­
лись бегством от солдат белого человека, который так грабил и притеснял их, отниман слоновую кость и каучук, что в один прекрасный день они восстали против насильников, переби.ли белого офицера и весь его маленький отряд чернокожих. После победы они несколько дней поедали их трупы, но однажды в сумерках другой, более силь­
ный, отряд солдат напал на их поселок, чтобы отомстить за смерть своих товарищей. В ту зловещую ночь черные солдаты белого человека в свой черед устроили пир, а жалкий остаток когда-то могущественного племени скрыл­
ся в мрачных джунглях. Три дня отряд медленно продирался сквозь не­
проходимые дебри. На четвертый -
рано утром­
туземцы добраЛIiСЬ до небольшого участка близ речки, который оказа.1СЯ менее густо заросшим и подходил для стойбища. Чернокожие пришельцы запялись постройкой жилищ. Через меснц они расчистили большую пло­
щадку, выстроили хижины, вокруг поселка вырос крепкий частокол; было посеяно просо, ЯМС И маис, и дикари З<lЖИЛИ прежней жизнью на но­
вом месте. Здесь не было ни белых людей, ни чер­
ных войск; никто не отнимал слоновую кость, ка­
учук для жестоких и корыстных хозяев. Прошло много месяцев, прежде чем черные от­
ваЖИJIИСЬ заходить подальше в леса, окружавшие их новый поселок Многие из них уже пали жерт­
вами старой Са бор. Джунгли были полны свире­
пыми и кровожадными кошками, львами и леопар­
дами, и черные воины опасались уходить далеко от своих надежных палисадов. Но однажды Кулонга, сын старого вождя Мбон­
ги, зашел далеко к западу. Он осторожно крался в густых зарослях, держа копье наготове и креп­
ко прижимая левой рукой к стройному черному телу ДЛИНI!ЫЙ ова"1ЫIЫЙ щит. За спиной у него ви­
сел .тук, а колчан был наполнен прямыми стрела­
М!!, старательно смазанными темны"" смолистым веществом, благодаря которо;.1У даже легкий укол становится смертl'лыIм •. Ночь застала Кулонгу далеко от поселка. Он влез на развилину большого дерева и устроил пло­
щадку, на которой и УЛ<J:ГСЯ спать. В трех милях к западу от него кочевало пле­
мя Керчака. На заре обезьяны проснулись и разбрелись по джунглям в поисках пиши. Тарзан по своему обыкновению пошел к хижине. Он хотсл по доро­
ге найти какую-нибудь дичь и насытиться рань­
ше, чем доберется до берега. Обезьяны раЗОШJlИСЬ в одиночку, по двое и по трое по ВССМ направлениям, по старались дер­
жаться поближе друг к другу, чтобы в случае опасности можно бы.то кршшуть И быть услышан­
ным. Кала меД"~ешю брела по СЛОНОВОЙ тропе и была поглощеlIа переворачиваШlем гнилых веток в по­
исках грибов И съедобных насекомых. Вдруг ка­
кой-то странный шум привлек ее внимание. Впе­
реди в лиственном туннеле она увидела подкра­
дывающуюся фигуру страшного, невиданного су­
щества. Это был Кулонга. Кала не стала терять времени на его разгля­
дывание, она повернулась и помча,lась назад по тропе. С ее стороны это вовсе не было беГСТВО:Vl. По обыкновению СВОИХ соплеменников, которые бо'lагоразумно уклоняются от нежелате.J1ы!хx стол­
юювений, пока в них не заговорит страсть, она стремил ась не убежать от опасности, а избе­
жать ее. Но Кулонга не отетавал ... Он почуял доБЬ]!lУ ... Он мог убить ее и отлично поееть в этот день. И он бежзл за Калой е копьем, уже заllееенным для удара. На повороте тропы Кале УД3'10еь было скрыть­
СЯ, но Кулонга опять заметил ее на прямом уча­
стке. Рука, держаншая копье, откинул ась дале!\О назад, и мускулы в одно мгновение напряглись под гладкой кожей. Затем рука ВЫПРЯМII:rась, II копье ПОJ;етеJIО I3 Калу. Но бросок .,б!:-;:J плохо ГиС­
считан. Копье только оцарапало си ООК. С криком ярости и боли бросил ась обезьяна на своего врага. И в то же время дерl'I3ЬЯ затре­
щали под тяжестью ее товарищей. ПлеМ5J уже спешило, прыгая е ветки на ветку, Еа помощь Калс. КУ:lОнга е liсвероятной быстротой выхваТИ,1 лук из-за плеч и вложил I3 него CTPCJlY. далеко оттянув тетиву, он послал отравЛ(:нный снаряд прямо в сердце огромного че~'10векоподобного зверя. И Кала с ужасающим воплем упала ничком на Г,'1азах всех ИЗУ),lленных членов своего IIлемеIШ. С ревом и воем ЮlНулись обезьяны на КУЛОIl­
гу, НО осторожный дикарь помчался вниз по тро­
пе, словно испуганная антилопа. Он хорошо знал свирепость этих диких волосатых "1юдей, и его единственным желанием было как можно дальше убежать. Обезьяны преСJlедовали его довольио долго, стремительно прыгая по деревьям, но вско­
ре одна за другой бросили погоню и веРНУJIИСЬ к месту трагедии. Никто до сих пор из них не видел чернокожего человека, и поэтому все смутно удив­
лялись, что это за странное существо появилось в ИХ ДЖУНГЛЯХ. Издалека Тарзан услышал слабые отзвуки стычки. И догадавшись, что случилось нечто серь­
езное, поепешил туда. Когда он добежал до ме­
ста происшествия, то застал здесь все ПЛб!Я. Обе­
зьяны в БОJlЬШОМ волнении кричали и суетились вокруг тела его убитой матери. Горе и З~10ба Тарзана бс,lJlИ безграничны. Он несколько раз проревел свой страшный боевой клич и стал бить себя в грудь сжатыми кулака­
ми, а потом бросился на труп Ка.:]ы и горько ры­
дал над ней, изливая скорбь своего одинокого сердца. Утрата единственного близкого с_ушества, пи­
тавшего к нему дружбу и нежность, была дейст­
вителыlO великим несчастьем для него. Что из ТОГО, что Кала была свирепым и страшным зве­
рем! Для Тарзапа она была матерью -
нежной, близкой, а потому и прекрасной. Не сознавая того сам, он отдавал ей все уважение и любовь, кото­
рые человек питает к своей родной матери. Тар­
заи никогда не знал ИНОЙ и безмолвно отдал Кале все, что принаДJlежа:lO бы прекрасной леди Элис, будь она жива. -
После псрвого взрыва отчаяния Тарзан опом­
НИJlСЯ и взял себя в руки. Расспросив соплемен­
ников, ставших свидетелями убийства Калы, 011 узнаJl все, что ИХ бедный лексикон позволял пере-
61 дать ему. Однако и этого было вполне достаточ­
но. Он узнал, что странная безволосая черная обезьяна с перьями, раСТУЩЮ1И из головы, броси­
ла в Калу смерть из гибкой палки и затем бежа­
ла с быстротой оленя Бары по направлению к восходу. Тарзан вскочил и, забравшись на ветви, быст­
ро понесся по джунглям. Он хорошо знал изгибы слоновой тропы, по которой бежал убийца, и шел напрямик, чтобы пересечь дорогу черному воину, который мог идти только по тропе. На бедре Тар­
за на висел нож, унаследованный им от отца, а на плече -
длинная веревка, свитая в круги. Через час человек-обезьяна снова спустился на тропу и стал внимательно осматривать землю. В тонкой грязи на берегу крошечного ручейка он нашел следы ног, похожие на собственные, но они были гораздо крупнее его следов. Сердце Тарзана сильно забилось. Неужели он преСJlедует человека, представителя своей породы? две Qдинаковых дорожки следов шли в проти­
воположных направлениях. Жертва, которую он преследовал, прошла здесь и вернулась той же тропой. Вглядевшись в более свежий след, Тар' зан заметил, что песчинки еще осыпаются с края в оставленный отпечаток. Это означало, что след был совсем свежий и что таинственное существо, за которым гнался Тарзан, прошло здесь только что. Тарзан снова забрался на дерево и быстро, но почти бесшумно продолжал преследование. Вско­
ре он действительно увидел черного воина. Тот стоял на открытой поляне. В руках у него был его гибкий лук с натянутой тетивой. Против воина стоял готовый к нападению вепрь Хорта, с опу­
щенной головой и с покрытыми пеной клыками. Тарзан с удивлением смотрел на странное чер­
нокожее существо. Оно так было похоже на него и все же отличалось чертами лица и цветом кожи. Правда, в книжках своих он встречал рисунки, изображавшие негра, дикаря, но как сильно ОТ.'1И­
чались те мертвенные отпечатки от этого лосня­
шегося, черного, ужасного существа, дышавшего жизнью! К тому же этот человек с туго натяну­
тым луком напомнил Тарзану не столько «негра», сколько «стрелка» из его иллюстрированного бук­
варя. с «С» начинается стрелок Как все это было удивительноl Тарзан прише,'1 в такое возбуждение, что чуть было не выдал сво­
его присутствия. Но на поляне перед его глазами происходило нечто совсем новое и невиданное. Вепрь бросился I;!перед, и тогда черный чело­
век спустил маленькую отравленную стрелу. И Тарзан увидел, как она полетела с быстротой мол­
нии и ВОНЗИJIась в щетинистую шею вепря. Едва стрела была спущена с тетивы, как Кулонга по­
JIOЖИЛ на нсе вторую, но выстрелить не успел, ибо вепрь стремитслыю бросился на нсго. Тогда чер­
нокожий переСКОЧИJJ через зверя ОДНИ~I прыжком, С неимоверной быстротой всадил в спину Хорте вторую стрелу и почти мгновенно забрался на де­
рево. 62 Хорта повернулся, чтобы вновь обрушиться на врага, сделал несколько неуверенных шагов, слов­
но удивившись чему-то, покачнулся и упа,J] на бок. Несколько мгновений мышцы его еше судорожно сокращались, но вскоре он затих. Кулонга слез с дерева. Ножом, висеВШI!М у него на боку, он вырезал из тела вепря несколько больших кусков. Он ловко и быстро развел огонь посреди тропы и стал жарить и есть это мясо. Ос­
тальную часть вепря оп оставил там, где она ле­
жала. Тарзан очень заинтересовался всем виденным. Желание убить яростно пылало в его груди, но желание научиться кое-чему новому было еще сильнее. Он решил выследить это дикое существо и узнать, откуда оно явилось. Убить же его он решил когда-нибудь потом, когда лук и смерто­
носные стрелы будут отложены в сторону. Закончив свою еду, Кулопга исчез за ближай­
шим поворотом тропы, а Тарзан спокойно спу­
стился на землю. Своим ножом он тоже отреза,l несколько кусков мяса от туши Хорта, но не ста,1 их жарить. Тарзан видал огонь и прежде, когда Ара, т. е. молния, сжигала какое-нибудь большое дерево. И все же для него было непостижимо, чтобы житель джунглей мог сам добывать крас­
но-желтые острые клыки, пожирающие деревья и ничего не оставляющие после себя, кроме тонкой пыли. А для чего черный воин испортил свое вос­
хитительное кушанье, отдав его в зубы огню,­
было уже совершенно непонятно Тарзану. Быть может, Ара была союзницей стре,lка, и он делил с нею пищу? Уж конечно он, Тарзан, никогда не испортит так глупо хорошее мясо. Поэтому он поел попросту и без затей сырого каба на. Остав­
шуюся же часть туши зарыл близ тропы так, что­
бы можно было ее найти после своего возвраще­
ния. Вдоволь наевшись, лорд Грэйсток вытер жир­
ные пальцы о бедра и снова отпраВИ,lСЯ по С1е­
дам Кулонги, сына вождя Мбонги. В это же самое время в далеком Лондоне другой лорд Грэйсток, младший брат Тарзана, отослал обрат­
но клубному повару поданные ему котлеты, зая­
вив, что они недожарены. А потом, окончив обед, окунул пальцы в серебряный СОСУд, наполненный душистой водой, и вытер их куском белоснежного камчатного полотна. Весь день выслеживал Тарзан Кулонгу, JIетая над ним по веткам, словно ЗJIOЙ дух лесов. Еще два раза видел он, как Кулонга метал CTpe.~ы: один раз в данго, гиену, а другой раз в мартыш­
ку Ману. В обоих случаях животное умирало IIOЧ­
ти мгновснно. яд Кулонги, очевидно, был свеж и очень силен. Тарзан много думал об этом изуми­
теЛЬНО~1 способе убийства и был очень осторожен, следуя за чернокожим воином в безопасном рас­
стоянии. Он понимал, что маленький YKOJl стре­
лы не мог сам по себе так быстро убивать. Лес­
ные звери выходили из сражений со своими вра­
гами истерзанными, ИЗГРЫЗЕ'нными в кровь самым страшным образом -
и, тем не менее, часто вы­
живаJ!!!. Нет, в этих маЛЕ'I1ЬЮIХ ДЕ'реRИННЫХ щс­
почках крылось что-то таинств(;;нное. Недаром же одной царапиной они могли ПРИЧИfIИТЬ смерть. Тарзан должен узнать, в чем тут дело. В ту ночь Кулонга опять спал в раЗБет~лени~ большого дерева. А высоко над ним притаился Тарзан. Ког да Кулонга проснулся, то увидел, что его лук и стрелы исчезли. Черный воин был взбешен и испуган. Пожалуй, все-таки больше испуган. Он обыскал землю под деревом, осмотрел все ветки, но нигде не нашел и следа ни лука, ни стрел, ни таинственного ночного грабителя. Панический страх охватил Кулонгу. Он был безоружен! Ведь он оставил свое копье в теле Калы. А теперь, когда лук и стрелы пропали, он был совсем беззащитен. У него оставался лишь нож. Его единственная надежда на спасение -
как можно скорее добраться до селения Мбонги. Он был уверен, что поселок недалеко, и побежал по дороге. Из густой непроницае:vtой листвы на расстоя­
нии нескольких ярдов от него показался Тарзан и спокойно понесся по ветвям следом. Лук и стрелы Кулонги были надежно привяза­
ны ИМ к вершине гигантского дерева. У его под­
ножия Тарзан срезал острым ножом полосу коры, а повыше надломил ветку. Это были отметки, ко­
торыми он обозначал те места, где у него храни­
с1ИСЬ к"кие-либо з"пасы. Кулонга продо гтжал свое путешествие, а Тар­
зан все ближе и ближе подбирался к нему, пока не оказался почти над головой чернокожего. Он держал наготове в правой руке сложенную коль­
цо:vt веревку. Тарзаll только потому откладывал 31'01' момент, что ему очень хотелось выследить, куда направляется черный воин, и вскоре он БЫ.1 вознагражден за терпение: перед ним внезапно ОТ!'11ылась большая поляна, на которой виднелось множество странных логовищ. Лес кончился, и между джунглями и поселком тянулись около двухсот ярдов обработанного поля. Теперь приш­
ла пора действовать быстро, иначе добыча могла ускользнуть. !J когда Кулонга вышел на простор из лесной чаши к самой кромке полей Мбонги, тонкие изви­
.:тистые круги веревки полетели на него с нижней ветки могучего дерева. И прежде, чем сын вождя vспел сделать несколько шагов, петля стянула ему шею. Тарзан так сильно дернул аркан, что крики испуга были мгновенно задушены в rорле Кулон­
Гll. Быстро перебирая руками веревку, Тарзан под­
тащил отчаянно упиравшегося чернокожего и под­
весил на сук. Затем он взобра,1JСЯ повыше и вта­
щил все еще бившуюся жертву в густой шатер ли­
ствы. Он крепко привязал веревку, спустился и всадил свой охотничий нож в сердце Кулонги. Кала была отомщена. Тарзан тщательно осмотрел чернокожего. Ни­
когда еще не видел он человеческого существа. Нож с ножнами и поясом немедленно привлекли его внимание, и Тарзан забрал их себе. Медный обруч тоже понравился ему, и он надел его себе на ногу. Затем он пришел в восхищение от татуи­
ровки на груди и на лбу дикар~ полюбовался на остро отточенные зубы, осмотрел и присвоил себе ГО,lОВНОЙ убор из перьев. Затем Т,,-рзан решил по­
обедать, так как он был голоден, а здесь имелось мясо -
мясо убитой им жертвы. Этика джунглей позволила ему есть зто мясо. ,'Ложем ли мы судить его? И какое мерило могли бы мы приложить К зтому человеку-обезья-
не с наружностью и мозгом английского джентль­
мена и с воспитанием дикого зверя? У него даже не мелькнула мысль -
съесть Туб­
лата, которого он ненавидел и убил в честном бою. Это было для него так же ВОЗМУТIпеJIЬНО, как людоедство для нас. Но кто был ему Кулонга? Почему его нельзя было съесть так же спокойно, как вепря Хорту или оленя Бару? В глазах Тар­
зана он был просто одним из тех бесчисленных диких существ, которые нападали друг на друга для удовлетворения голода. Но какое-то странное сомнение внезапно оста­
новило Тарзана. Может быть, благодаря своим книгам он понял, что перед ним человек? Может быть, он догадался, что «стрелою> тоже человек? Едят ли люди людей? Этого он не знал. Чем же объяснялось его колебание? Он сделал усилие над собой, желая отрезать мясо Кулонги, но им овладел внезапный приступ тошноты. Тарзан не понимал, что с ним. Он знал только, что он не в состоянии попробовать мяса черного человека. Наследственный инстинкт, воспитанный веками, овладел его петронутым умом и уберег Тарзана от нарушения того всемирного закона, о самом существовании которого он не знал ничего. Он быстро спустил тело Кулонги на землю, снял с него петлю и вновь взобрался на дерево. Тени страха Усевшись на высокой ветке, Тарзан рассматри­
вал селение, состоявшее из тростниковых хижин. За ними тянулись возделанные поля. В одном месте джунгли подступали к самому поселку. За­
метив зто, Тарзан направился туда, захваченный каким-то лихорадочным любопытством. Ему так хотелось посмотреть животных своей породы, узнать, как они живут, и взглянуть поближе на странные логовища, в которых они обитают. Жизнь среди свирепых тварей леса невольно заставляла его видеть врагов в зтих чернокожих существах. Хотя они и походил и на него своим внешним видом, Тарзан нисколько не заблужда.'JСЯ относи­
тельно того, как встретят его зти первые виденные им люди, если откроют его. Приемыш обезьяны отнюдь не страдал сенти­
ментальностью. Он ничего не знал о братстве лю­
дей. Все, не принадлежащие к его пж~мени, БЫ.1И его исконными врагами за исключением, быть может, слона Тантора. Он сознавал все зто без злобы и ненависти. Умерщвление -
закон дикого мира, в котором он жил. УдовольсТвий в его пер­
вобытной жизни было мало, и самыми больщими из них были охота и убийство. Но Тарзан и за другими признавал право иметь такие же удоволь­
ствия и желания, даже в том случае, если сам становился предметом их посягательств. Странная жизнь не сделала его ни угрюмым, ни кровожадным. То обстоятельство, что он уби­
вал с радостным смехом, вовсе не доказыва,1JО его прирожденной жестокости. Чаще всего он убивал, чтобы добыть пишу. Правда, будучи человеком, он убивал иногда и для своего удовольствия, чего не делает никакое другое животное. Ведь из всех созданий в мире одному лишь человеку дано 63 убивать бессмысленно, с наслаждением, Тn.1ЫШ ради удовольствия причинять страдания и смерть. Когда Тарзану приходилось убивать из мести или для самозащиты, он это делал спокойно, без угры­
зений совести. Это был простой деловой акт, от­
нюдь не допускавший легкомыслия. И потому теперь, когда он осторожно прибли­
жался к поселку Мбонги, он просто И естественно приготовился к тому, чтобы убивать или быть уби­
тым, если его заметят. Он крался очень осторожно, так как Кулонга ВНУШИI1 ему глубокое уважение к маленьким острым деревянным палочкам, так верно и быстро приносившим смерть. Тарзан до­
брался до БОЛЫlIОГО, необычайно ГУСТОl1иственного дерева, с ветвей которого свисали тяжелые гир­
лянды гигантских ползущих растений. Оп при­
таился в этом неПРОНИIIаемом убежище, подходив­
шем почти к самой деревне, и стал созерцать все происходившее ВIIИЗУ, изумляясь каждой подроб­
ности этой новой для него и Д!ШОВIШНОЙ жизни. Голые ребятишки реЗВИЛИСh на деревенской улице. >Кенщины ТОЛКЛИ сушеное просо в грубых каменных ступах или пекли из муки лепешки. Вдали на полях другие женщины копали землю мотыгами, пололи и жали. Какие-то странные, тор­
чащие подушки из сушеной травы закрывали их бедра, и у многих были медные и латунные брас­
леты на запястьях. На черных шеях висели за­
бавно свитые круги проволоки. Вдобавок у многих в носы были вдеты гpO~1aДHыe кольца. Приемыш обезьяны смотрел с возрастающим изумлением на эти странные создания. Он увидел также и мужчин, которые дремали в тени. А на самом краю открытой поляны Тарзан заметил вооруженных воинов. Они, очевидно, охраняли по­
селок от неожиданного нападения врага. Ему бро­
силось в глаза, что трудились одни женщины. Никто из мужчин не работал ни в поселке, ни на полях. Наконец глаза Тарзана остановились на ста­
рухе, СИД св шей внизу под ним. Перед нею на ма­
леньком костре был прилажен небольшой котелок, и в нем кипела густая, красноватая смолистая масса. Рядом лежала груда отточенных деревян­
ных стрел. >Кепщина брала их одну за другой, обмакива:rа в дымящуюся массу их острия и скла­
дывала на узкие козлы из веток, стоявшие по дру­
гую сторону костра. Тарзан пришел в большое волнение. Перед ним раскрывал ась тайна разрушительной силы ма.1ень­
r,их MeTaTe,lbJlbIX снарядов Стрелка. Он заметил, что женщина очень старается не коснуться руками кипящего в котле вещества, и один раз, когда крошечная капля брызнула ей на пал'ец, она не­
медленно окупула его в сосуд с водой и быстро стерла. MaJleHbKOe пятнышко пучком листьев. Тар­
зан не имел никакого понятия о ядах, но его ост­
рое соображение подсказа.rrо ему, что убивает именно это смертельное вещество, а не маленькая стрела, которая только несет страшный состав в тело жертвы. Ему страстно захотелось получить побольше ЭТIIХ ма,lеньких смертоносных лучинок. Если бы женщина хоть на МИНУТУ остаВИЛа свою работу, он бы сейчас же спустился на зеМJIЮ и сумел за­
хватить пучок стрел и снова вернуться на дерево прежде, чем она успела бы вздохнуть. Он уже обдумывал, как отвлечь ее внимание, как вдруг дикий крик донесся с конца открытой поляны. Тар­
зан взглянул туда. Под деревом, на том самом месте, где час тому назад был умерщвлен убийца Калы, стоял черный воин. Он кричал и размахи­
вал над головой копьем, по временам указывая на что-то, лежащее у его ног. Поднялся переполах. Вооруженные люди вы­
бегали· из хижин и мчались сломя голову через поля к возбужденному воину. За НИМИ побрели старики, побежали женщины и дети, и в мгнове­
ние селение опустело. Тарзан понял, что найден труп его жертвы, но это не интересовало его сейчас. В деревне не оста­
лось никого, кто мог бы помешать ему забрать запас стрел. Быстро и бесшумно спустился он к котлу с ядом. С минуту ОН стоял неподвижно, с интересом рассматривая селение живыми, бле­
стящими глазами. Не было видно никого. Взгляд его остановился на открытой двери ближайшей хижины. Тарзану захотелось заглянуть в нее, и оп осторожно подошел к строению с низкой кры­
шей. Сперва он постоял у входа, чутко ПРИСЛУШИ­
ваясь. Ни звука! Тогда он скользнул в полумрак хижины. По стенам висело оружие -
длинные копья, странного вида ножи и два узких щита. В середине хижины стоял KOTeJI, а у дальней сте­
ны -
подстилка из сухих трав, покрытая плете­
ными циновками, очевидно, служившая владель­
цам постелью и одеялом. На полу лежало не­
сколько человеческих черепов. Тарзан не только ощупал каждый предмет, НО и перенюха.'I ИХ, потому что он «видел» главным образом своими высокоразвитыми ноздрями. Он решил было взять одно И3 длинных острых КОПИЙ, но не мог захватить его из-за стрел, которые не­
пременно хотел унести. Он снимал со стены одну вещь за другой н складывал в груду посредине комнаты. Поверх IJсего он постаВИJI перевернутый котелок, а на котелке водрузил один из ухмыляю­
щихся черепов и надел на него головной· убор убитого им Куло!!ги. Затем он отошел в сторону, чтобы полюбоваться на свое произведение, и усмех­
нулся. Приемыш обезьяп любил шутить. В это мгновеШIе 011 услышал снаружи МlIOже­
ство голосов, раздавался долгий жалобный вой и громкие причитания. Тарзан встревожился. Но слишком ли ДОЮ'О пробыл он здесь? Быстро вы­
скочив из дверей, он взглянул вдоль улицы по направлению к воротам. Туземцев еще не было видно, хотя ОН ясно слышал, что они приближа­
ЮТС51. Голоса раздаваJIНСЬ совсем близко. Как молшш, ПРЫГНУJI он К груде СТр'ел. Ухва­
тив все, что можно было унест!! ОДНОЙ рукой, он ОПРОКИНУЛ погой КИПЯЩИЙ котел и исчез в листве дерева как раз в тот момент, когда первый дикарь уже входил I3 ворота на ДРУГО!\1 конце поселка. Качаясь на ветке, как дикая птипа, готовая сле­
теть при первой опасности, Тарзан стал наБJlюдать за тем, что теперь происходит н дepeBH~ Улица была запружена народом. Четверо тузем­
цев несло тело Кулонги. За НИМИ шли женщины, испускавшие страшные ВОПЛИ и громко рыдавшие. Шествие остановилось у дверей хижины Кулонги­
той самой, на которую Тарзан произвел набег. Но­
СИЛЬЩИКИ ВОШJ1И В хижину, но почти тотчас ~e в диком смятении выскочили наружу, возбужденно тараторя. Все яростно жестикулировали и го.10-
сили, указывая на хижину, пока несколько воинов не подошли и не заГJlяну.'IИ туда. Один из них воше.l в хижину. Это был старик, обвешанный металлическими украшениями, с ожереJlьем из сухих человеческих рук, ниспадавшим на грудь­
сам Мбонга, KOpOJlb, отец убитого КУJIOНГИ. В те­
чение нескольких минут все молчали. Вскоре 2Vlбонга вышел из хижины с выражением гнева и суеверного страха, сквозившим на его страшном лице. Он что-то сказал воинам, и те в одно мгно­
вение бросились обыскивать каждую хижину и каждый УГОЛОI{ поселка. Сразу же был замс'чен опрокинутый котелок, а заодно и обнаружена пропажа отравленных стрел. Мбонга никак не мог объяснить этот ряд страш­
ных и таинственных происшествиЙ. Находка на самой границе их полей еще теплого трупа его сына, за резанного и обобранного чуть ли не на пороге отцовского дома, была сама по себе доста­
точно загадочна, но страшные открытия в самом поселке и в хижине мертвого Кулонги наполняли сердца дикарей невыразимым смятением и поста­
ВИ,lИ их в тупик. Столпившись кучками, они го­
вори.1И вполголоса, испуганно вращали по сторо­
нам белками своих вытаращенных глаз. Тарзан все время наблюдал за ними со своего убежища. Многое в их поведении было для него непонятно, так как он не знал суеверий, а о страхе имел лишь очень смутное представлени~ Солнце высоко стояло в небе. Тарзан сильно проголодался, а до того места, где была им за­
рыта початая поутру туша вепря, было еше много миль. И потому он прекратил наблюдение и углу­
бился в густолиственную чащу джунглей. Обезьяний царь Тарзан еще засветло добрался до своего пле­
мени, хотя и останавливался по дороге, чтобы съесть остатки закопанного дикого вепря и снять лук и стрелы Кулонги с вершины, на которой он их заПРЯТ:lJ1. Тяжело нагруженный, спрыгнул он с дерева посреди племени Керчака. Гордо выпя­
тив грудь, принялся он за рассказ о славных своих ПРИКJIючениях и долго хвастался своею до­
бычей. Керчак, ворча, отвернулся: он завидовал этому странному члену племени. Его маленький злой мозг давно искал какой-нибудь предлог, чтобы II3ЛИТЬ на Тарзане свою ненависть. На следующее утро при первых лучах зари Тарзан принялся упражняться в стрельбе из лука. Сначала он давал почти сплошные промахи, но постепенно научился направлять маленькие стре­
лы как следует. Не прошло и месяца, как он уже метко стрелял. Но успехи обошлись ему дорого: он извел почти весь запас cTpeJl. Племя Керчака продолжало кочевать вдоль бе­
рега моря, так как охота здесь была хороша, и Тарзан чередоваJl свои упражнения в стрельбе с чтением имевшихся в отцовской хижине книг. Однажды молодой английский лорд нашел в хижине запрятанную в глубине одного из ящиков металлическую шкатулку. Ключ был в замке, и после недолгого обследования Тарзану удалось успешно раскрыть это храIШJlище. В нем он нашел поб,'lекшую фотографию r ладко выбритого моло­
дого человека, осыпанный бриллиантами золотой медальон на короткой золотой цепочке, несколько писем и маленькую книжку. Тарзан рассмотрел все это очень внимательно. Ему больше всего понравилась фотография, потому что глаза молодого человека улыбались, а лицо было открытое и приятное. Ему, конечно, и в голову не ПР,иходило, что это его отец. 1\1едальо!! тоже понраВИJJСЯ ему. Тарзан не­
медленно повесил его себе на шею, в подражание украшениям, которые он видел у черных людей. Сверкающие камни странно блестели на его глад­
кой смуглой коже. Содержания писем он так и не смог разобрать, потому что почти не знал рукописных букв. Он положил их назад в шкатулку вместе с фотогра­
фией и обратил свое внимание на книжку. Она была сплошь исписана тонким почерком, и хотя маленькие букашки были ему знакомы, их сочетания казались ему странными и совершенно непонятными. Тарзан давно уже научился пользо­
ваться словарем и XOTeJI применить его, но, к его огорчению, словарь оказался тут бесполезным. Во всей книге он не нашел ни одного понятного ему слова и спрятал ее обратно в металлический ларец, отложив разгадку тайны. Бедный обезьяний приемыш! Если бы только он знал, что маленькая книжечка заключала в своем крепком переплете из тюленьей кожи ключ к его происхождению и ответ на всю загадку его странной жизни! Это был дневник Джона Клей­
тона, лорда Грэйстока, написанный по-французски. Тарзан поставил шкатулку в шкаф, но с той поры уже не забывал милого и муж~етвенного лица ,;воего отца и затаил в памяти твердое ре­
шение разгадать тайну странных слов, начертан­
ных в маленькой черной книжке. Сейчас же перед ним СТОЯ,lа важная и неот­
ложная задача. Весь запас стрел кончился, и пред­
стояло возобновить его, сделав набег на поселок черных людей. На следующий день рано утром он отправился в путь и еще до полудня очутился у деревни чер­
нокожих. Как в прошлый раз, он влез на то же большое дерево и увидел женщин, работавших на полях и перед хижинами; и опять, как тогда, прямо под ним на костре бурлил котелок с ядом. Несколько часов пролежа,l на ветке Тарзан, выжидая удобный момент, чтобы захватить стре­
лы. Улица была все время полна народу. День уже угасал, а Тарзан все еще лежал, притаившись над головою ничего не подозревавшей женщины, которая хлопотала у котла. С полей вернулись работницы. Охотники ПОТЯ­
нулись из леса, и, когда все ВОШJ1И в палисад, ворота были накрепко заперты. По всей деревне зажглись костры и забурлили котелки. Перед каж­
дой хижиной женщины варили похлебку, и у всех в руках были видны .!Jепешки из маниоки и проса. Неожиданно с лесной опушки послышался окрик, Тарзан вг.lяделся. Возвращался отряд за­
поздавших охотников. Они тащили за собой како'е-
65 66 то СОПРОТИВJ1явшееся Животное. Ворота распахну­
лись, чтобы впустить их. Рассмотрев жертву охоты, чернокожий народ Мбонги испустил не­
истовый крик радости: это был человек. Когда пленника, все еще СОПРОТIIВЮIющегося, потаЩИJJИ по УJJице, женщины и дети наброснлнсь на него с палками и камнями. И Тарзан, молодой дикий зверь джунглей, удивился жестокости жи­
вотных своей породы. Из всех обитателей джунг­
.ТJеЙ один только леопард Шита мучи.Т свою до­
бычу. Этика всех других тварей предписыва.1а быструю и милосердную смерть. Тарзан из своих книг извлек .1ИШЬ отрывочные и скудные сведения об образе жизнн чеJJовеческих существ. Когда он гнаJJСЯ в .'Jecy за Ку.тюнгоЙ, то думал, что его след приведет или к городу стран­
ных домов на колесах --
домов, пускавших К:Iубы черного дыма из большого дерева, воткнутого в крышу одного из них, или к морю, покрытому больши~ш плавучими зданиями, которые, как он знал, называJIИСЬ различно: судам!!, па русника).lИ, пароходами и барками. Поэтому он БЫ.l очень разочарован жалким ТРОСТНИКОВЫ:lI посе.1КО:'!, ютя­
щимся в его родных джунглях, в котором не видно было ни одного дома даже такой величины, как его собственная хижина на далеком берегу. Тар­
зан убедился, что народ этот еще более злой, Чб! его обезьяны, и жестокий, как сама Сабор, и он перестал относиться с прежним уважением к своей породе. Между тем чернокожие привязаJIИ пойианную жертву к БОJIЬШОМУ столбу, напротив хижины Мбонги, и воины, потрясая копьями и ножами, образовали вокруг пляшущий и поющий хоровод. Вокруг танцующих воинов усе.тись женщины, они били в барабаны и вы.1И. Это сразу напомнило Тарзану Дум-Дум, и теперь он уже знал, что по­
следует дальше. Но все же сомнение закралось в него: не кинутся ли чернокожие на мясо еще живой жертвы? Обезьяны никогда не делали этого. Кольцо вокруг пленника все сужалось и сужа­
лось, умопомрачительный грохот барабанов ста­
новился все громче. Вдруг мелькнуло копье и уко­
лоло жертву. Это послужило сигналом для пяти­
десяти других копий. Глаза, уши, ноги и рук!! пленника были проколоты, каждый дюйм его тре­
пещущего тела стал мишенью жестоких ударов. дети и женщины визжали от восторга. Воины облизывали толстые губы в преДl3кушении ОЖII­
давшего их угощения и соперничали друг перед другом в гнусности омерзительных жестокостей, которые они изобретали, пытая несчастного, все еще не потерявшего сознания. Тогда Тарзан решил, что удо"бное время на­
стало. Внимание всех было поглощено жутки'v! зрелищем у столба. дневной свет сменился тьмою безлунной ночи, и только горящие костры бросали тревожные блики на дикую сцену. Человек-обезьяна пружинно спрыгнул на мяг­
кую землю. Он быстро собрал СТРl'лы -
на этот раз все, так как принес с собой Д,lинные тонкие лианы, чтобы связать их в пучок. Тарзан связал их накрепко, не спеша, н уже собирался УСIТИ, как вдруг словно какой-то озорной бlтеНОI; заставил его остановиться. Ему захотелось сыграть какую­
нибудь JlОВКУЮ шутку над ЭТИМИ УРОД.'lШ3ЫМll (IJ-
зданиями, чтобы они снова почувствовали его при­
сутствие в деревне. Положив связку стрел у подножья дерева, ',ар­
зан стал пробираться по затененной стороне ули­
цы, ПОI(а не дошел до самой хижины, в которой он уже побывал однажды. Внутри была полная тьма, но, пошарив, он нашел предмет, который искал, и немедля повернулся к дверям. Но выйти он не успел. Его чуткие уши уловили где-то совсем близко звук приближающихся шагов. Еще ми­
нута -
и фигура женщины заСЛОНlmа вход в хи­
жину. Тарзан бесшумно прокрался к дальней стене, и рука его нащупала ДJIИННЫЙ острый охотничий нож. :Женщина быстро прошла на середину хи­
жины и на мгновение остановилась, нащупывая вещь, за которой пришла. Очевидно, ее не было на обычном месте, и женщина в поисках все ближе и ближе подвигалась к стене, у которой притаился Тарззн. Она подошла теперь так близко, что обезьяна-человек чувствовал животную теплоту ее' голого тела. Он за махнулся охотничьим ножом, но женщина в это мгновение отодвинул ась в сто­
рону, и ее спокойное гортанное восклицание пока­
зало, что поиски, наконец, увенчались успехом. Когда женщина выходила, Тарзан разглядел, что она несет горшок для варки пищи. Выглянув в дверь, увидел, что многие женщины торопливо наполняли горшки водой и ставили на костры близ столба, где висел неподвижный, окро­
вавленный, истерзанный труп. Выбрав минуту. когда никого поблизости не оказалось, Тарзан поспешил в конец улицы к своей связке стрел под деревом. Как и в прошлый раз, он опрокинул котел, а затем гибким кошачьим прыжком взобрался на нижние ветви лесного гиганта. Тарзан поднимался выше, пока не нашел места, откуда сквозь просвет в листве мог сво­
бодно видеть все, что происходило внизу. Жен­
щины рубили истерзанное тело пленника на куски и раскладывали их по горшкам. Мужчины стояли кругом, отдыхая от воинственного танца. В де­
ревне воцарилось спокойствие. Тогда Тарзан высоко поднял находку, взятую из хижины, и с меткостью, достигнутой годами упражнений в швырянии плодов и кокосовых оре­
хов, бросил его в группу дикарей. Предмет, ударив одного из воинов по голове и сбив его с ног, упа., среди них. ПокаТИВIlJИСЬ, он остановился у полу­
истерзанного тела, ПРИГОТОВJ1енного для пирше· ства. Оцепенев, в ужасе смотрели на него черно· кожие. Это был человеческий череп, который скалил на них зубы. Падение его с ЯСНОГО неба казалось чудом. Чернокожих охватил суеверный страх. Они разбежались по своим хижинам. Своею хорошо рассчитанной проказой Тарзан внушил дикарям вечный ужас пред какой-то невидимой и неземной СИJIОЙ, подстерегающей их в лесу вокруг поселка. Позже, когда они нашли перевернутый котел и увидели, что стрелы снова украдены, в бедном мозгу людоедов зародилась мысль, что они оскор­
били какого-то могущестпенного бога, правящего этой частью джунглей. Он мстит им за то, что, выстроив здесь поселок, они не подумали умило­
стивить его предварительно богатыми дарами. С той поры народ N\боlIГИ стал ежеДневно остав-
.1JЯТЬ пищу ПОД большим деревом, откуда исчезли стрелы. Это БыJla попытка задобрить таинственного Могучего. С=емя страха было глубоко посеяно в дикарях, 11 Тарзан, сам не ведая того, заложил основу мно­
гих будущих песчастпй для ссбя и для своего п,']е­
мени. В ту ночь он спал в лесу, неподалеку от по­
селка, и следующи:vr утром на заре медленно дви­
НУЛСЯ в обратный путь. Он был страшно голоден, а e:'v!y как назло попадались только ягоды И лист­
веншrчные гусеницы... Увлеченный поисками еды, он случайно поднял голову над пнем, под которым ОН рылсн, И вдруг на тропе, менее чем в двадцати шагах от себн, увпдел львицу Сабор. Большие желтые глаза ее горели злобой, красный язык жадно облизывал губы. СаБОj) тихо кралась, почти касаясь земли животом. Тарзан и не думал бежать. Он был рад случаю, которого жда,'! давно. Ведь теперь он был воору­
жен не одной лишь травяной веревкой. Быстро снял он лук со спины и вложил в него CTpe;lY, тщательно смазанную ядом. Когда Сабор прыг­
нула, маленькая острая палочка встретила ее на полпути, а Тарзан мгновенно отскочил в сторону. Громадная кошка промахнулась, и другая ядови­
тая стрс:са глубоко вонзил ась ей в бедро. С ревом зверь извернулся и прыгнул еще раз -
и опять неудачно, третья меткая стрела попала ей прямо в глаз. Но на этот раз львица оказалась слишком близко к обезьяне-человеку, чтоб тот мог увильнуть. Тарзан рухнул под тяжестью огромной туши врага, успев нанести львиuе несколько но­
жевых ран. Тело Сабор отяжелело и замерло. Тар­
зан понял, что львица, упавшая на него, никогда больше не сможет вредить ни человеку, ни обезь­
нпе. Сабор была не лучшей едой даже для непри­
хотливого Тарзана, но голод -
хорошая приправа Д.'rя жесткого и горького мяса, п вскоре обезьяна­
чеЛОЕек исправно набил себе желудок. Прежде Ч~\l заснуть, он решил снять шкуру с ЛЬВИЦЫ: это UL,::Ia ведь одна из причин, ради которых он доби­
uался смерти Сабор. Тарзан проворно снял боль­
шую шкуру, ПОТО:l1У что хорошо уже набил руку на маленьких животных, и повесил трофей на раз­
ветвление высокого дерева. Затем, свернувшись поудобнее, погрузился в глубокий сон без сно­
видений. Недосыпавший в прежние дни, утомленный и плотно поевший, Тарзан проспал полный солнеч­
ный круг и проснулся лишь около полудня сле­
дующего дня. Он тотчас же спустился вниз к осве­
жеванной туше Сабор, но к досаде своей нашел одни кости, чисто обглоданные другими голодными обитателями джvнглеЙ. Через полчаса неторопливого шествия по лесу он увидел молодого оленя. и, прежде чем тот по­
чувствовал врага, острая стрела вонзил ась ему в шею. ЯД подействовал так быстро, что, сделав неСКО,lЬКО прыжков. олень пал мертвым в кустар­
нике. Тарзан опять хорошо поел, но на этот раз не лег спать. Он спешил туда, где кочевало его племя, и, встретив обезьнн, с гордостью показа,l им шкуру Сабор. -
Обезьяны Керчака,- кричал Смотрите, что совершил Тарзан, 68 ОН,- смотрите! могучий боец! Кто ИЗ BDC когда-Jшбо убил ~'зверя из племени HYMЫ'~ Т,-,рзан сильнее нас всех, так как Тарзан ;:е обезьяна ... --
но тут ОП был принужден прервать с)]()ю речь, ПОТОЛIУ что на языке антропоидов не существовало с.1Ова для обозначения человека, и са:'l Тарзан "'10[' только писать это слово, да и то по-аrrГJfИЙСЮI, а ПРОИЗIlсеТII его НС умел, Все племя еобрэлось ВОКРУГ. Обезьнны слушали его речь, созерцая доказательство его удивитель­
ного подвига. Только Керчак оста,lСЯ в стороне, J;IШЯ от ненависти и бешенства. Внезапно что-то сорвалось в тупом мозгу антропоида. С бешеным ревом бросился он на толпу, Кусаясь и колотя свои:vш огромными руками, 0][ уБИСl и иска,lечил с дюжину обезЬ}!!!, ПРСiкде чсм остальнш; УС!Iе.'JИ убежать на веРХlJие ветки деревьев. В безумии Керчак с ВИЗГОМ осматрива.1СЯ кругом, ища гла­
за",!!! Тарзана, н вдруг заметил его сиднщим по­
близости на BeTKr. -
Спустись-ка теперь, великий убийца,- вопил Керчак,- спустись и почувствуй клыки БО,lее ве­
лrкого! Разве могучие бойцы забираются на де­
ревья и трясутся при виде опасности? -
И Керчак вызывающе испустил боевой клич ШIемени. Тарзан спокойно сошел на землю. Еле дыша, смотрело племя со своих высоких насестов, как Керчак, продолжая реветь, бросился на легкую фигуру противника. Несмотря на свои короткие НОГИ, Керчак достигал почти семи футов в вышину. Его огромные плечи был!! ОП,lетены громадным!! мускулами. Выжидая его, стоял Тарзан -
тоже крупное и мускулистое животное. Но его рост и стальные мышцы казались жалкими рядом с испо.'!инскоЙ фигурой Керчака. Лук и стрелы лежали в сторо­
не -
там, где он их оставил, показывая шкуру Сабор СОП.'Jеменникам. Он стоял лицом к лицу с Керчаком, вооруженный одним охотничьим ножом и человеческим разумом. Когда его противник с яростным ревом бро­
сился на него, лорд Грэйсток вынул из ножен длинный нож и с таКИ\1 же неистовым вызовом быстро бросился вперед навстречу противнику, Он был достаточно ловок, чтобы не позволить ;IЛНН­
ным волосатым рукам охват!!ть еt'бя. В то мгrю­
вени е, когда тела их должны бы,']и столкнутьсн, Тарзан сжал кисть одной ИЗ рук противника и, легко отскочив в сторону, вонзил по самую руко­
ятку нож в тело обезьяны, пониже сердца, Но пре)кде, чем он успел выдернуть нож, быстрое дI3ижение Керчака, пытавшегося схватить его в свои ужасные объятия, вырвало оружие из рук Тарзана. Так боролись они: один -
стараясь перекусить шею своего соперника страшными зубами, другой СIIЛЯСЬ сжать горло своей рукой, в то же время отстраняя от себя оскаленную пасть зверя. Более мощная обезьяна начинала, казалось, медленно брать верх, и зубы зверя были уже в дюйме от горла Тарзана. Но вдруг Керчак содрогнулся всем своим грузным телом -
на одно мгновение как бы замер, а· затем безжизненно свалился на землю. о'н был мертв. Тш;и:vr образом молодой лорд Грэйсток сде­
лался царем обезьян. ПРОДОЛЖЕНИЕ !=ЛЕДУЕТ )~ 3 ta ct ::&: ~ ta :.: ;s: ::r 111: u ::а ... ;s: Q. ... • • • • • • • • • • • • • • • • МИР Рудольф Вардович Варданян показывал свою коллекцию в По­
литехническом музее. В его со­
брании -
продукция старинных и современных фирм из сорока од­
ной страны мира. 3200 каранда­
шей ... Наверное, нет здесь только самого первого карандаша -
ведь предком этого распространенного предмета была просто свинцовая палочка. Жезл бога торговли Меркурия изображен на старин­
ных карандашах для конторских служащих. Плоские карандаши служили столярам и плотникам. Карандашиками не длиннее ладо­
ни пользовались игроки в гольф. Почтовые служащие имели свои карзндаши -
в виде почтового ро­
жка. Есть в коллекции Р. Варданя­
на и мини-карандаши, и огром­
ные -
трости. Любопытны назва­
ния наших карандашей 20-30-х годов: "Деловой», "Пятилетка», "Стратостат», «Индустриальный» ... Карандашами фирмы "Хаммер» работая отец коллекционера. Сам Рудоnьф Варданян начал собирать свою коллекцию еще будучи сту­
AelHoM Грузинского политехниче-
ского института. Н.ДАНИЛИНА Когда появились первые люди на североамериканском континен­
те1 Как происходило его заселе­
ние? Археолог Инженерного кор­
пуса армии США Джоржен Кей­
нолдс сообщил, что на Аляске об­
наружено около 160 участков, представляющих большой инте­
рес для историков. Радиоуглеродный анализ не­
которых предметов, из числа най­
денных в большом количестве недалеко от Форта Грили, позво­
лил определить их возраст. Ока­
залось, что им 8,5-10 тысяч лет, причем изделия из камня похожи на аналогичные из Центральной Азии. Уже сейчас открытия позволя­
ют прийти к заключению, что пер­
вые поселенцы пришли на конти­
нент через Берингов пролив. По всей вероятности, это были вы­
ходцы из Сибири и Монголии, и именно они являются предками современных североамериканских эскимосов, индейцев и алеутов. Е. СОЛДА ТКИН • • • • (8 • • • • • • • • е • • • • • Во всех справочных издания~ нынешних и давнишних, можно прочесть: «Евклид -
древнегрече­
ский математик. Работал в Алек­
сандрии в 111 веке до н. э. Важ­
нейший труд Евклида -
"Начала» (в 15 книгах), где содержатся ос­
новы античной матемаТИI<И ... » Его еще называют отцом геометрии. Так почему же теперь ставится под сомнение его существование? На памятнике Эрастофену в храме Птолемея в Александрии, на котором записаны имена всех крупных математиков эллинского мира той эпохи, имя Евклида от­
сутствует. Даже больше: в сохра­
нившихея хрониках, где повеству­
ется о "Началах», нет никаких сведений об их авторе как о лич­
ности. И никто не может привести хотя бы одну достоверную деталь из жизни Евклида. Этот парадокс и послужил по­
водом для предположения, что имя «Евклид» выбрала псевдони­
мом группа александрийских ма­
тематиков. Некоторые исследова­
тели считают, что первый вариант «Начал» был написан Гиппократом Хиосским и что его можно счи­
тать автором первых четырех книг, ГlOзже переработанных теми, кто выступал под псевдонимом «Евклид». Конечно, это лишь до­
гадка, которая высказана в поп!>lТ­
ке ответить на вопрос: а был лjol Евклид? В. РОЩАХОВСКИЯ Как сообщает организация по распределению продуктов пита­
ния и сельского хозяйства при ООН, интенсивная расчистка зе­
мель для нужд сельского хозяйст­
ва в некоторых странах третьего мира создала для ста миллионов человек в двадцати шести госу­
дарствах проблему острой нехват­
ки дров. Так, например, в сель­
ских районах Кении женщины вы­
нуждены затрачивать на поиски дров еженедельно по 24 часа. А в некоторых местах, как отме­
тил председатель международной организации "Эртскон», занимав­
шийся вопросами исследования окружающей среды, вместо дров сжигают сухой навоз, КОТОРЫЙ мог бы быть использован в качестве удобрения на полях. Е. ИВАНОfl • • • • • • • • ... • • • • • • • • На низменных просторах от Панамы до Аргентины обитает самый крупный в мире грызун­
капибара. Отдельные животные достигают веса 60 килограм­
мов. «Капибара» на языке ин­
дейцев гуарани означает «госпо­
дин травы»: потому что питает­
ся различныии видами травяни­
стых растений, да и водится толь­
ко там, где много травы и име­
ются водоемы. Зверьки хорошо плавают и ныряют. На них охо­
тятся, а мясо употребляют в пищу. Тесная связь капибар с во­
ДОй привела к любопытному ка­
зусу. Примерно 300 лет назад като­
лическая церковь решила вдруг отнести капибар... к рыбам. Как известно, празднику Пасхи пред­
шествует долгий пост, во время которого мясо верующим есть ::3-
прещается. Святым отцам в аппе­
тите не откажешь, вот и решили они превратить «порося В карася», то бишь капибару в рыбу. Правда, выиграло от этого все население, получив существенное дополне­
ние к своему, в основном, скуд­
ному столу. Е. СОЛДАТКИН В одном из норвежских город­
ков' полиция задержала трех местных жителей, вышедших из моря в полной экипировке аква­
лангистов. С собой у них были большие пластиковые мешки, на­
полненные... бутылками водки. Оказалось, что недавно в том районе с парома упал в воду гру­
зовик с алкогольными напитками. Поскольку "'в Норвегии креп­
кие напитки дороги, и стоимость затопленного на глубине несколь­
ких метров груза составляла 150 тысяч долларов, полиция ре­
шила выставить специальный пост для охраны этой части фиорда от любителей бесплатной вы­
пивки. Э'го оказалось вполне оправ­
данным шагом; в первые же дни патрулирования были задержаны те три аквалангиста, пытавшиеся опередить спасателей. Б. ПИНАЕВ Житель маленького испанского городка Сегорбе" Хосе Родригес соорудил действующую модель средневекового орудия. Пушка с двухметровым стволом стреляет ... настоящими конфетами. Несмотря на многочисленные и порой за­
манчивые предложения продать орудие, гордый автор категориче­
ски отказывается это' сделать, на­
стаивая на том, чтобы пушка ос­
талась в Сегорбе как символ мир­
ного применения огнестрельного оружия. Об этом сообщила испан­
ская газета "Паис». Д. ЭЙДЕЛЬМАН 69 Юрий ШИНКАРЕНКО Рис. Сергея Григорькина 1. Если, стряхнув осеннюю грязь, войти в типовое здание учаги, подняться по крутой лестнице и открыть дверь с табличкой «Черчение»,- окажешься в кабинете, который похож на цеЛilофановый пакет токсикомана, заправлен­
ный дурьеы. После недавнего ремонта пахнет масляной краской, в форточку тянется шлейф гари от соседней кочегарки. «Весь Свердловек торчит от «Нау»!» -
нацарапано на стене кочегарки. А ниже -
девическим почерком: <:Умру, но выйду замуж за катала!» Остальных надписей с ВЫСО­
ты второго этажа не разобрать, они слились в серую пау­
тину. Зато хорошо просматривается «дно» -
старая уголь­
ная яма, где расставлены деревянные ЯЩИКИ, экспро­
приированные в продуктовом. На них сидят ребята в ро­
бах цвета подсо.шечного масла, греются в последнем СОЮI­
це года, курят и переговариваются о Лысом, которого недавно увел с занятий следователь. Разговор ленив и несколько схоластичен: «повесят» ли 70 преСТУП.1ение Лысого на учагу И,1И не «повесят». С одной стороны, Лысый из одиннадцатой группы, 110, с другой стороны, ЫОТОЦИКJ1 он угнал JleTOM, когда к ПТУ не име.1 никакого отношения. Можно подуыать, ребят волнует график «Рост пр е­
ступности в нашем ПТУ», который висит в кабинете зам­
директора по учебно-воспитательной работе Ирины Пет­
ровны (она же -
Ириша, она же -
«Ша!», последняя кличка буквально воспроизводит любимый Иришей ВОС­
питательный императив). Кривая на графике ползет вниз: 86 год -
15 преступлений, потом --
IЗ, 12, 10 ... Снижение преступности -
Иришина заслуга. Три года ей удается делать так, что летние похождения воспитанников в «актив» ПТУ не засчитываются. В прошлом году она СОТВОРИ.1а вообще невозможное, доказав, что если чело­
век совершил семнадцать краж будучи учеником школы, а на одной-разъединственной попался как пэтэушник, то логичнее и это преступление подарить шкоnьной стати­
стике ... Ребят в робах волнует, будет ли на сей РJ.З· спа· сен график от Лысого. Если нет -
«Ша!» будет плакать. А тогда плакала обещанная дискотека в общаге. Но отвлечемся от кочегарки, ибо мы уже привлекли DНИМaJIие ОДИIIнзднаТОlr группы, и дваднать с :rиШIIИМ пар глаз устаВИcllrсь на пас с тревожным ОЖIlдаrшем. Если, слегка IIотакая ПОДРОСТКОIJОМУ словотворчеству, спросить у одинпа;щаТОII группы: «Кто у вас по базару самый крутой'?» -
пэтэушный народ несказанно развесе­
.1ится, развернется к. худенькому круглолицему парнишке с пухлымн, СЛОВНО небрежная нашлепка из розового П"1а­
СТИJIина, губами. Кто-то скажет: -
Вон, Князь у нас базаром брызжет! И ребята наперебой начнут вспоминать: -
Получаем учебники в библиотеке... Князю попалась потрепанная книжка. Ои говорит: «Ага, у вас новенькие, а у меня -
ззмухрелая!» -
У нашеii «Illa
l
» дурацкая привычка чесать спину о дверной косяк. Князь в первый раз ЭТО увидел и у меня спрашивает: «Зачем она при всех-то чурхается?» -
да пусть он сам побазарит! -
предлагает кто-то I! удобно устраивается в ожидании комедии.- Начинай, Князь: давеча, внижняку, взлягушки, кино казать ... Вста­
вай, говори! Как по-твоему мочалка? Круглолицый мальчик безропотно встает, густо крас-
неет и улыбается, как аннмационный Буратино. -
Вихть,- отвечает он на вопрос. Группа смеется: -
Ну, деревня... Мы теперь всех тутошних ;.!Очалок (ну, проституток) с его легкой руки зовем вихтями ... Ему бы пуховых поросят разводить, а он -
в строитель­
ное ... -
Что вы на меня батон ложками крошите? -
хоть не очень умело, но старательно-развязно парирует Князь. Н. Немного статистики. На 1 октября 1989 года в проф­
техсистеме Свердловской области обучалось БО"1ее 67 ты­
сяч подростков. В отделе прогнозирования и подготовки рабочих кадров Управления народного образования Сверд­
ловского облисполкома мы пытались узнать еше одну цифру: количество маргиналов... То есть ребят, которые ради продолжения образования уехали из своих родных мест и «зависли» меж разных общественных слоев (НИ колхозники -
ни рабочие, ни деревенские -
ни город­
ские) . Оказалось, что вот уже несколько лет (после наробра­
зовской реформы) такого учета не ведется. Реформа подсократила позиции в отчетах, но вместе с ВОДОЙ вы­
плеснулаи ребенка, ибо прогнозировать рабочие кадры, не зная (или не желая знать), сколько «промежуточных» ребят учится в ПТУ,- все равно что подсчитывать звез­
ды, плюсуя к ним кометы, сгорающие метеориты, об:юм­
ки космической техники ... Проблема маргинальности, как знойный воздух пус­
тынь, искажает дальние горизонты и рождает миражи ... Природа этих миражей очень точно охарактеризована Е. Стариковым в статье «Маргиналы» (Знамя», .l\i1? 10, 1989): « ... уроДливая система (бюрократичсскан -
авт.) мешает и воспроизводству рабочего класса на своей соб­
ственной основе. Чтобы искусственно подл.ержать хирею­
щий процесс такого воспроизводства, испо:rьзуется систе­
ма ПТУ, долженствующая пополнять рабочий класс круп­
ных городов за счет сельской молодежи... Заведомая предопределенность жизненного пути в качестве «рабо­
тяг», «пахарей», фактическое неравенство со сверстника­
ми ИЗ других социальных слоев, плохая постановка учебно-воспитательного процесс а -
все это делает ПТУ не столько источником пополнения рабочего класса, сколько еще одним каналом его маргинализапии. Так, например, из пришедших на стройку выпускников СПТУ Ленинграда половина бросает работу в течение первого года ... » Желающих узнать о патологических кровосмеситель­
EыIx отношениях между отцоы -
казарменным СОЦШlJIИЗ-
MgM И дочерью -
маргинзльпостыо, отсылаем к УПО~IЯНУ­
ТО й cTaJrbe. Мы же рассмотрим одну цепочку превращсний, избе­
жать которую дано не всем ПЫХОДII,ilМ из деревни. Мета­
ыорфозы такие: сельскиii парень (деВУШI(Э) -
маргинал, lJИктимная личность (то есть потеШlИ3J1ьная жертпа пре­
ступного мира) -
криминогенная "1ИЧНОСТЬ -
нреступник ... Подтвердить бы цифрами вероятность подобной «карь­
еры», но -
снова статистический вакуум. Из имеющихся у нас данных лиШь несколько цифр могут каким-то обра­
зом прояснить проблему: по данным пресс-центра УВД Свердлоблисполкома за 11 месяцев 1989 года выявлено 5480 несовершеннолеТIIИХ преступников (рост по сравне­
нию с 1988 годом -
23 %), из них 1577 -
школьники, 1431 -
учапшеся ПТУ... 1431 --
ох, и хитра эта цифра! Складывается впе'jатление, что НLШСШНЯЯ ШКО.1а кримино­
геНllсе любого ПТУ. Не будем обе.1ЯТЬ современную шко­
.1У, которая штампует далеl(О не «гармонически развитые ЮIЧНОСТИ». Обратим внимание, что ПТУ в областной ста­
тистике представлено лишь своей НЕСОВЕРШЕННОЛЕТ­
НЕИ частью, а преступления совершеннолетних деликатно и незамечаемо для беглого взгляда приплюсованы к об­
щей сумме всех правонарушений, и сколько ПЭТЭУШНIIКОВ приложили руку К этому -
бог его знает ... Что за всем этим? За неже.]анием знать одну из самы;: взрывоопасных тенденций -
тенденцию к маргина.1ЬНОСТИ? За развешиванием преступной статистики в ПТУ на чужие шестки и полочки? Просто недоработки? Хотелось бы верить, но ... Мы уже привыкли, что каждая бюрократическая струк­
тура, к каковым можно отнести и наробразовскую, обла­
дает обостренным чувством самосохранения. В некоторых звеньях С.'учаются прорывы (как в пресловутой Казани, где пытаются л и к в и Д и р о в а т ь систему ПТУ -источ­
ник молодежной преступности. монолит своеобразной, уже неразрушимой педагогами подростковой этики), но осталь­
ные звенья незамедлительно реагируют на подобные сбои и защищают себя с удвоенной энергией: ПТУ -
катализа­
тор опасной для общества маргинальности? --11 росчерком пера вычеркиваются И3 отчетов нужнейшие сведения! ПТУ рождает преступность? -и груз ответственности уме­
ло распределяется по чужим плечам! Не подобную ли самозашиту наблюдаем мы в «свсрд­
ловском звене» могущественного профтехобра? Если это так, мне очень хочется, чтобы с судьбой MJerO героя-маргинала познакомились дяди и тети в уютных наробразовских креслаL Ш. Покидая свою деревушку, Князь в последний раз в счастливом отстранении посмотрел из окна автобуса на жирных гусей, животы которых густо измазались черно­
земом, а крылья и спины сияли, омытые предосенним дождем. 1Чать отпросилась с работы. Сняла с книжки двести рублей. И поехала с сыном. Князь уговаривал ее остаться. Она заупрямилась, ссылаясь на то, что четверым млаДШЮ1 нужно «подкупить К школе одежонку», да и самого Кня­
зя одеть надо -
штанины школьных брюк уже над щико­
лотками поднялись. В поезде Князь не спал. И мать не спала, Ныла: «Мо­
жет, раздумаешь? Может, поближе куда пристроишься? Что тебя черти гонят на край света?» Князь не отвечал. Самозванные послы деревни, какие ветры сгоняют вас в столицу Урала? Разве трудно ответить на этот вопрос ... Они отрываются от сараев, коров, куч золы на задвор­
ках, от «Вывези навоз!», от пустых по вечерам улиц, скрипа колодезного журавля и хлеба, закупленного про запас на неделю, разбитого плафона единственного на улице фонаря, от поплавка на реке, заячьих следов возле магазина, корней морковника, кротовых нор, от дороги, в уборочную накатанной солдатскими машинами до зер­
ка"1ЬНОГО блеска, от снов с полетами ... от школы, от дет­
ства, от родителей ... Они стремятся к гудкам э.1ектричек, 71 к ](.lZDИШЗ'v1 Кr)мпьютер~, З:1ЗЫВНОМУ подмиП!г,э !!И'О «видя­
шею>, двум 1I0РЦНЯМ мороженого по 20 КОП., к как-хорошо­
что-тебя-никто-не-узнает-на-улице, кружкам у-шу, зарабо­
т3н!1ым i\еньгам, к преподаВiJте,,1ЯМ, дслаЮIЩIМ в слове «СВСР;\с'IOвск» ударение на втором слоге, к огурцам-не-с­
грндок, к самолету на крыше ШКОЛЫ ДОСААФ ... к само­
СТОЯТС.'IЬНОСТИ, к профессии, ШКО:lе жизненного опыта. Но, УВЫ, снача.1а этим ребятам придется пройти ШКОЛУ ВЫЖИВАНИЯ. Эта школа не пользуется наробразовскими методиками. Она создала свои, и они оказались более эффективны)'1И, чем официальные, ибо с их помощью все премудрости ВЫЖИВJНИЯ усваиваются в первые же недели. Просты методы этой школы -
страх и унижение. Скромен пере­
чень ее предметов: «Этика настоящего пацана», «1001 спо­
соб раздобыть деньгИ>>, «Основы сексуальной агрессии», «Б"13ТНОЙ я]ыК». Многоглазо это чудище ... Умеет оно усмотреть того, кто BPCYICHHO оказа.1СЯ на перепутье. Нюхом чует одино­
чеСТDО неокрепшей души. Выходиам из районных центров, из КРУПНЫХ промыш­
ленных узлов типа Нижний Тагил, Алапзевск, Каменск­
Уральский обживание Свердловска дается легче. Во-пер­
вых, на своей малой родине они уже сталкивались с зако­
нами, по которым жш:;ет среднестатистический юный свеРд"lовчанин. Во-вторых, эти ребята имеют возможность держаться 3СМ.'НI'Iествами, агрессивными группами в пять­
десять че,'lOЕСК. ОДИНОКИй же представитель глубинки не защищен ни свитой, ни знанием современного подросткового быта. Впрочем, те1, кто сбился в землячества, шараги, КО,'-!.­
торы, кто за маскировал свое одиночество словами: «Я uюрю среди катал, фарцы» и т. П.--- светлыми свои души не сохранить. Уроков ШКОЛЫ ВЫЖИВАНИЯ не избежать никому. Она вербует не только учеников, но и учителей: чтобы B:laCТIJOBaTIo, она умеет разделять­
на жертв и палачеi!. Она не даст простора !3ыбору: не хочешь стать палачом, оставайся жертвой . ... С вокзала Князь с матерью пошли в ЦУМ, покупать одежду, и неожиданно встретились с землячкой. -
Светонька,- запела мать,- а ты как здесь? -
Поступать приехала,- ответила одноклассница Кня-
зя.-
В каб.1УХУ, в строительную ... Мать посмотрела на сына и больше не пыталась пере­
ЧIIТЬ. С помощью Светоньки одели Князя. Штормовку по­
счаст.1ИВИЛОСЬ купить в магазине, а за брюками пошли к кооператорам. Князю до сих пор стыдно, за то, как Be:la себя мать, услышав цену за синие спортивные брюки с белыми J!з:>!Пзсами, состаВ:lенными из серпов и молотков. -
А вы как хотите? -
спокойно спросила привыкшая ко всему продавщица.- Это же писк моды. А .~я Ельцин. Вот гляньте на фотографию из «Штерна!». Видите, на нем точно такие же ... Мать набрала воздуха в легкие, но Князь одернул ее: -
Ты же не на дойке! Не надо мне никаких штанов! Пошли отсюда! Но вместо ожидаемого крика мать вобрала в себя воздух, протяжно выдохнула и протянула кооператорше сотеннvю. десять рублей оставила себе на дорогу. Десять руб­
лей сунула Князю. И быстро зашагала сквозь толпу, размашисто орудуя левой рукой, а в правой .волоча огромную сумку, на дне которой лежаol килограмм арахиса, добытый сороками­
нутным стоянием в очереди, да две сорока пятикопеечные «:Книжки-раскраски» -
подарки малышам. IV. Один из краеугольных камней в отношениях между люмпен-подросткаМII, в их этике -
понятие «настоящиii паuан», или просто «пацан». Кодекс «настоящего пацана», естественно, не зафиксирован письменно. Попытаемся это сде;шть, иначе многое в нашем рассказе будет непонятно, 72 многие мотивы подроспсового поведе;лrя -
неоБЪЯС!IИМЫ. Итак, "Устав настоящего пацана» ... 1. Мой собеседник Дима, шестнадцати лет, узнав о Н3:\1ерении классифицировать правила «настоящего паца­
Ш]», "\MblK!!YJ!: «На словах'ЛОГО не объяснить ... Если он наСТОШlшii -. видно сразу. По характеру, по !!овеf\еIlИЮ, по одежде. Чтобы парень бьи настоящий, он должен слегка походить на всех наС». СЛЕГКА ПОХОДИТЬ НА ВСЕХ НАС -
несмотря на кажущуюся раСП,lывчатость ФОР\IУ.1ИРОВКИ, здесь нет ни одного лишнего слова. ВСЕ МЫ --
это тз Ч:1СТЬ ребят, которая нами уже обозначена кок ЛЮ,\'ПEI-I-ПОДРОСТКИ (ди люмпен -
с немецкого « .. 10ХМОТLЯ», поэтому можно перевести наше обозначение как "IIOДРОСТКИ в лохмотьях»). Лохмотья здесь -
указа­
ние не только на внеШl!иii вид, но и на социальное ПО.l0-
женис, на духовную обделенность: подростки в "10ХМОТЬЯХ ПОJIузшшиir, полукультуры, в обносках социальных про­
БЛБl, которые так и не смогли «СНОСИТЬ» их родители. Через все наше современное отрочество тянется незри­
мая граница --
порождение общественного неравенства, семейной ИСIшверкаННОСТII, генетической предрасположен­
ности. По одну сторону этой границы -
люмпены, по дру­
гую -
подростковая аристократия. Как распознать, кто есть кто? С помощью сленгового обозначения группировок. В промышленном Орске Оренбургской области есть ,'-!.и/и.­
тяки (ниUlТяковые) и, в противовес им, иное сословие­
черти. В молодежном жаргоне «черт» имеет глубоко уни­
чижительный оттенок. Нужио ли объяснять, какое из сосло!3ий молодых орчан устанавливало «пограничные ука­
затели», обозначало подростковые касты, тем самым замыкая, отгораживая свою? Обозначение противоположных "1агерей в разных горо­
дах и даже на разных улицах --
разное. Но принuип обо­
значения схож -
как можно больнее ущипнуть противни­
ка, указав его основпую черту, будь то внешняя субти.1Ь­
!!Ость (те же черти), будь то СОIЩ3"lЫJая пресыщенность (llUЛЬЧllки-,llажоры). А CBoii :Iarepb достаточно обрисова ть парой демократичных и быстро узнаваемых деталей: фура­
га, телаги и т. п. Подобные детали нужны для идентифи­
кации нового человека со своей средой, для оперативного и неутомительпого теста: может "lИ новичок, В ПРИН­
ЦИПЕ, быть <<НастояпJ,ИМ пацаном», ведь в ПРОТИВНО~I ,lагере таких В ПРИНЦИПЕ нет. Вот откуда «слегка походить на всех нас». Теперь­
почему «слегка». Полная идентификация, похожесть, раз­
руша.'lа бы структуру групповой соподчиненности. Прини­
маемый в группу подросток должен знать свою нишу согласно собственному хара[(теру, изворот.1ИВОСТИ, умеЮIЮ lIOСТОЯТЬ за себя. ПРИ этом на любом уровне положения он может остаться «настоящим паuаном». И тем больше будет его «настоящестЬ», чем больше он будет соответ­
ствовать той роли, что навязана ему группой. «Настоящими», к примеру, могут оказаться и второ­
курсники (супера, стаРUlаки, авторитеты), и первqкурс­
пики (лохи, быки). Внутри люмпен-группы быками чаше всего называют выходцев ИЗ деревни (<<Потому что они упрямы. Идут на ПОЛ!JсогН!JТЫХ, I!ИI\ОГО не замечают ... »). Кем будет бык, нарушающий правила «настоящего па­
I\3IIa»? Гнилы.М. Это точныii антоним, который в полной мерс относится к лагерю аристО!(ратов. Но есть одна важ­
ная особешIOСТЬ. Гнилой из чужого Лi;lгеря ничего, кроме презрепия, у люмпена не вызывает (может, только легкое .1юбопытство). Если гнилым оказался свой, например, бык, люмпен-группа ОБЯЗАНА сделать из него <<настоящего пацана». КОЛ,1ективная ответстпенность? Нет, способ само­
сохранения. Бунтарь опасен для такого существования группы, какое выгодно ее шишкам ... 2. Теперь частности, показывающие, как понятие «на­
стоящий пацан» помогает сохранять подростковую иерар­
хию у люмпенов. Представители ~ижних уровней -
первокурсники учи­
лищ, техникумов (ОblКИ, лохи) -
никогда не должны про­
нерять, деiiствительно ли за старшекvрсниками (суперами, СТUРliшка_~tu) стоят сильные покровители, (как правило, ССЫ.13ЮТС)] здесь на прсступныil мщj) -
авторитеты. 3TU-
I западло! Если старшекурсник заявляет, что его друзья­
пингвинята, то есть картежные шулера, собирающиеся в кафе «Пингвин», первокурсник должен этому верить ... Супера же имеют право, и мало того -
обязаны про­
верить, действительно ли за быком стоит авторитет, если бык такое утверждает. Эта очень важная профилактиче­
'ская процедура помогает суперу прозондировать, можно ли безнаказанно сделать из быка дойную корову (выка­
чать деньги). Таков закон беззакония! Впрочем, безнаказанность стар­
ших -
лишь кажушаяся. Стоит какому-либо авторитету узнать, что его именем прикрывается совершенно незнако­
мый наглец (а доброхоты в люмпен-среде найдутся, что­
бы сообшить авторитету об этом, и такое доброхотство не осуждается), -
тогда наглецу несдобровать! Через своих подручных -
шестерок -
авторитет потребует с наглеца неустойку. 3. «Настояший пацан» должен следить за своим база­
ром. Это универсальное правило, его смысл очевиден: а) не оскорбляй суперов -
и лишний раз не получишь в торец, не будешь бит, не будешь доен; а) не напускай туману, не хвастай тем, чего нет. Старше­
курсник желает составить реальный портрет первокурсни­
ка (быка, лоха) по его собственным словам. Желает знать его реальное материальное состояние. Это правило важно и для супера, промышляющего вымогательством у своих слабых товарищей, и, особенио, для старшекурсника-иавод­
чика. Наводчик -
весьма своеCJбразная фигура в иерархии ,~юмпен-группы. Он зачастую из сферы аристократов, он достаточно обеспечеIl, доить быка ему иет необходимости. Но, попав в чужеродную для себя среду, аристократ вы­
нужден от нее защищаться конвенцией с преступным ми­
ром. Он вычисляет лохов, денежных, но неосторожных ре­
бят, и наводит на них квартирных воров, катал или просто вымогателей. Те же, в свою очередь, покровительствуют наводчику и делают его жизнь безопасной. Такой подро­
сток для люмпен-среды -
что локоток, который б.1ИЗКО, да не укусишь. В нашем очерке тень этого типа промельк­
нет под кличкой Виртуоз. Нужно ли говорить, что достоверность информации жиз­
ненно важна в первую очередь для наводчика. Если «Сони» лоха окажется блефом, хвастовством, и квартир­
ные воры обнаружат в его комнате старый проигрыватель с трещинами, стянутыми лейкопластырем, -
наводчик ли­
шится покровите.lьства, и тогда ... в) «Не расколись в ментухе». Комментариев не требу­
ется. «Все под законом ходим!» Маленькая особенность: молчаливость при милиции воспитывается на уровне ус­
ловного рефлекса. Для «настоящего пацана» нсприемлемо обращаться к МШJИционеру ПО ЛЮБОМУ поводу. Даже октябренок, спрашивающий у постового: «Дяденька, ко­
торый час?» -
в глазах «настоящего пацана» великий под­
лянU{ик; г) прави,13 «Устава ... » заставляют «подростка В лох­
мотьях» С огромным вниманием относится к тюремному жаргону, а через него -
и к тюремному укладу, правилам воровской жизни. Молодежный сленг --
почти наполовину заиыствовашrе языка «воров В законе». Правда, с небо,%­
шой разницей в значениях. Эта разница весьма хитроум­
на, она заставляет подростка ФОРМИРОВАТЬСЯ. Поясню на простом примере. Для зэка слово «фраер» покрыто оскорБI!тельным налетом, так воры в заКОIlе обозначают свою касту, не намного возвышающуюся над шестерка,ии. Если же фраером назвали кого-то в подростковом кругу, это означает, что подросток достиг вершины своей со­
циальной карьеры. Фраер у ребят -
в высшей мере кру­
той человек, опытный, готовый на все и ко всему подго­
товленный. Отношение к такому опасливо-уважительное. Мудрые взрослые, кстати, иногда пользуются тем, что отношения к уголовным понятиям у ребят -
как у дикарей к племенным тотемам. Мне рассказыва,JИ, что когда был усмирен бунт в КИРОiJоградской колонии ДJJЯ малолеток, один из омоновцев выстроил подростков на плацу и велел повторять за собой: «Если я еще раз ... устрою подобное ... если буду щвырять кирпичи ... И прутья в ГО,10ВЫ омонов-
цев ... которые не имеют права ... применять к малолеткам оружие ... ТО Я БУДУ ... КОЗЛОМ!». Не думаю, что под­
росток, пропзнесший подобные С,10ва, решится на новый бунт. 4. «Настоящий пацаН» должен знать ремесло, уметь что-то делать и, как следствие, зарабатывать хорошиt деньги. Хорошие -
и большие, и чистые, не требующие от­
мывания. Этот пункт правил, как и некоторые другие, де­
монстрирует свою двойственность. Деньги должен зара­
батывать все-таки первокурсник (бык, лох) ... Иначе стар­
шаку не с кого будет стрясать фИЛКll, башли, воздух, баб­
ки. Поэтому стаРИlaК будет всячески поддерживать свое­
го «младшего брата», если тот умеет зарабатывать, будет относиться к нему с уважением и всячески это уважение подчеркивать. Однажды даже может случиться «этический казус». Бык -
добросовестный трудяга, бабок у него, как у дурака стекляшек, старшаки все больше согревают его своим внимапием и в силу этого переводят на бощ>е вы­
сокую ступень иерархии. Но на этой ступени сами они уже не могут бомбить быка. Впрочем, этот взаимоотношенче­
ский казус легко разрешается любым наводчиком. Не мо­
гут бомбить свои -
разбомбят чужие. 5. 06 отношении к женскому полу. Да простят меня милые дамы за вынужденность говорить об этом, но, ду­
маю, и для них многие детали будут новы и полезны: а) в присутствии женщин и девочек «настоящий па­
цан» -
безупречный рыцарь. Какие страстные эпитеты мо­
жет дарить он собеседнице. Но в мужской компании не­
давнего рыцаря не узнать. Здесь подобные отзывы о женском поле не поощряются. «Настоящий пацан» должен говорить о женщине только уничижительно. Тем выше бу­
дет во мнении компании, чем точнее охарактеризует на сленге свою подругу. Может сказать: чувиха -
но это будет слишком обще. А может рассыпать ряд унизитель­
ных определений: товаристая бич ев ка, дрофа ... И в ком­
пании поймут: девушка с точеной фигурой, длинноногая ... б) «настоящий пацан» должен лишить невинности хоть одну девчонку. Сексуальная революция, увы, создала СВJИ виды спорта ... В) «настоящий пацан» не позволит драки из-за жен­
щины. «Однажды сошелся двор на двор. Затрещал штакет­
ник. В ход пошли чаки. Но тут кто-то вспомнил: «По­
слушайте, ведь разборки начались из-за одной шалашов­
ки!». Финал, как в одной постоянной рубрике детского журнала: «И все засмеялись!» Мирно разошлись». Воистину, через платок женщины не переступит воору­
женный джигит. 6. Необходимо знать цены на ряд товаров, имеющих БО,1ьшое значение для ребят. Особо выделяются алкоголь­
ные напитки. Тема пьянства в среде подростков велика и необъятна. Связанные с нею арготизмы можно выпускать отде,1ЬНЫМ томом. Естественно, дружба «настоящего пацана» с зеленым змием всячески оговаривается в «Уставе ... » Например: даже если ты расиоследний ХрОН, СUNЯК (алкоголик­
авт.) -
не пеii в одиночестве! Что это? Чувство ca~loco­
хрансния? Вряд ли ... 7. «Настоящий падан» должен рисковать. Отошли в прошлое такие испытания собственного харак­
тера, как, например, ПрОГУЛК<1 по ночному К,1адбищу. Ибо что с такой прогулки етарщm;у? В моде те рисковые за­
теи, с которых можно поживиться. Например, карты ... Старшак может предложить быку сыграть не I1a деньги, а на любимую девушку. В ответ на разъяренное недоуме­
ние скажет: «Я тоже рискую, и тоже подставляю свою подругу под удар ... » Не стоит говорить, что риск старша­
ка намного MeHь~e, ведь> он знаком с шулерскими прие­
мами, с кuтаЛЫLOи азбукои. Логическое продолжение правила «предложили -
иг­
рай»: «проиграл -
плати». Иначе нсзачем городить огород. Если деньги не выплачиваются, в силу вступает о'зередно'е правило: «Не платишь -
получай!» Нужно отметить, что 73 нарушение БОЛЬШИНСТВА пунктов «Устава ... > НАКА­
ЗУЕМО либо материально, либо физически. Лох, бык, первокурсник, нарушивший заповедь «про­
играл -
плати!» пройдет все этапы унижения, начиная от словесных оскорблений, через побои, кончая пресловутым опускание."'-
-
переводом лоха на самую низкую ступень иерархии. Таким образом, нарушение картежных правил, и шире­
денежных взаимоотношений, низводит подростка на аб­
солютно бесправный уровень, ставит его ВНЕ ПОДРОСТ­
КОВЫХ ЗАКОНОВ вообще, чем делает абсолютно без­
защитным перед вымогателями. В последнее время в правилах картежных встреч произошли небольшие изменения. Юные свердловчане осознали опасность со стороны местной картежной мафии и защитили себя «конституционной поправкой»: если за­
ведомо известно, что инициатор картежной партии -
из «Космоса», из «Пингвина», из мира шулеров -.отказаться с ним играть не зазорно. Отказываясь, подросток крепко рискует, но этот риск начал высоко цениться его сверстни­
ками ... 8. Отношение к учебе. Это правило по значимости сле­
довало бы назвать одним из первых, но приведем сейчас, чтобы не нарушать логики повествования. Хорошо учиться для большинства подростков -
стыд­
но! Самое простое объяснение у тех же синяков, нщиаты­
рей: «Глупо ТАК прожигать жизнь, лучше выпить .. ~) Остальные нежелание учиться объясняют тем, что ТРОU­
ка -
ыеждународr:ая оценка. Слово «удовлетворительно» цинично обыгрывают: «Я полностью удовлетворил учите­
ля, что еще надо?». Те, кто тянется к четверкам и пятер­
кам, для люмпена всего-навсего прогибщики... Правда, если однокурсники видят, что учеба дается кому-то лег­
ко, что парень с головой, все запоминает играючи -
отно­
шение к нему положительное. V. В начале октября Князь прислал домой первое письмо: «Недавно вернулись из КО.~хоза. Учусь нормально, толь­
ко скучновато. Здесь как-то не очень спрашивают, да и оценки не настоящие. Группа мне не очень нравится. Я уважаю спокойных пацанов, а эти типа «в натуре, все ништяк». На уроках все ведут себя плохо, с учителями иной раз на «ты», переговариваются, не учатся. Если за­
работаешься или пишешь что-нибудь в тетрадку (именно по предмету), -
на тебя такими глазами смотрят! .. А я хочу учиться. Ну, ладно, разжаловался ... А в остальном все хорошо! Лешка». Когда-нибудь, даст бог здоровья ~ искренних собесед­
ников, мы вернемся к теме «скучнои жизнИ» В учаге, к нелепостям и НЭIстадкам в профобучении. Если профтех­
система доживет до тех времен! А пока ограничим сво" повествование «околоучебной» сферой. Здесь не так «все хорошо», как утверждает наш герой. Чтобы описать день новоиспеченного горожанина, нам понадобятся преимущественно глаголы. Проводив мать, Князь явился в учагу. Сдал документы. Получил направ­
ление в общежитие. Поселился. CBepTOr{ с покупками по совету коменданта определил в камеру хранения. Выслу­
щал предупреждение того же коменданта, что если взду­
мает оыынивать от колхоза -
сразу будет выселен. И на­
поминание: поезд к подшефным плантациям отправляется через час. Князь присоединился к группе ребят, торопящихся на вокзал. Его дотошно выспросили: кто, откуда, какая груп­
па. Потом щуплый парень в длинном, до щиколоток осен­
нике протянул ему пластиковый пакет и леЛЯI!ЫМ голосом бросил: -
Нес!! пакет! --
С чего бы? -
независ;имо ответил Князь п приготu-
вился К худшему. Щуплый пожал плечами и сокрушенно, будто Князь отказался по крайней мере от рваного (руб­
ля), взмахнул ладонью: 74 -
Как хочешь ... -
А своим спутникам приказал: -
Этому прописку покруче! «Прописка» -
процесс приема новичка в коллектив, связанный с различными испытаниями и проверками. Это форму.тировка реБЯТ-аВТОРОВ нашего редакционного «Сло­
варя молuдежного жаргона». Мне кажется, она не совсем точна. Не процесс, а эксцесс, то есть нарушение общест­
венного порядка, острое СТОЛlшоuение, ПЫХОД за пределы допустимого ... Эксцесс приема новичка не в коллектив, ко­
нечно, а -
куда? --n стаю, что ли ... Впрочем, оттачивать толкование «прuписки» есть смысл лишь ДЛЯ крутолобых С.lОвесникоп далекого будущего, которые с жалостью ста­
нут вг"тядываться в наше жесткое время. Современный подросток знает ТОiJКОIНшие на собственной шкуре. Наш КНЯЗЬ познакомился с эксцессом приема новичка в стаю первым же колхозным IJечером. Старшекурсники объявили, что ежевечерне один из новичков будет прохо­
дить горнило ПРОПИСКII. Колхозного МСl:яца как раз хва­
тит, чтобы пропустип, через испытания всю ГРУПIlУ. Стар­
шаКll пообещали, что приемы испытаний ни разу не ПОIJТО­
рятся, но С каждым вечером будут жестчать. Тяжелее всех придется последнему, а легче -
первому. И: -
Есть добровольцы? Доброволец сыска.'IСЯ. Старшекурсники начали со «Светофора». Каждый из них выбрал себе цвет: зеленый, желтый или красный. По­
том старшаки ПUJlУКО.%цом OI\ружили добровольца. Объ­
ЯВИЛИ: -
Отгадай, кто какой цвет светофора выбрал. Не от­
гадаешь -
ПОJlучаешь в торсц! Соломешю-волосый П3f1снек ке, захватившим lIУШИСТУЮ пальцем в первого попавшего и -
ЗелсныЙ ... с пятном зеленки на вис­
по.1усерпик-прядку, ткнул ПРОТЯНУЛ: Все, кто загадали себе зеленый цвет, удари.~и испытуе­
мого. -
Красный! -
доброволец снова попытал счастья. И -
новая серия тычков. Соломенная прядь в бриллиан­
товой зе.lени HeCI{o""bKO раз вскинулась и обвисла. Д06рово.lец задумался, пытаясь найти ключик к сис­
теме, по которой старuшкu назначатI себе цвета. Напрас­
ная затея... По УСЛОВИЯМ «Светофор;]» проверяемый не должен отгадать никогда. Все его предположения заве­
домо неверны. Он в игре на положении боксерской груши. Продолжите.1ЫIOСГЬ игры зависит от реакции добро­
вольца на и,иевательства. Если он ВЫНОСИТ их стоически­
водящие мог\'т смиловаться: _.-
Il'жа ~ настоящиii парень! Переходим к «Трамваю» ... Нашему до6ровольцу приказали вымыть пол. Едва он встал на четвереньки, СМУ на спину JJскарабкался один из эюеJ'УТОРОВ. Тот самый щуплый, чьи глаза ледянее гор­
ных вершин на п;ш('т(', который всучивался Князю, а губы ПОСТОЯННО растянуты В намек улыбки. -
Не забывай остановки объяв.iiЯТЬ, --
ПОЯСНИ,l он.­
Угадаешь --
БVДteшЬ мыть пол ПОРОЖНЯКО:l1 ... -
Останов:,а «Южная!» -
Доброволец отжал тряпку и повернул голову к своему мучителю. Тот развел руками. -
()СТа!lОВК3 «Фрунзе»! --
Не УПЩ<1Л! -
СО смехом отвеТИ.l новый седок. «Правилыrый» ответ, состоящий из нецензурщины, доб­
РОВО,,1ец услышал "шшь тогда, когда яе'сь пол влажно по­
блескивал, мокрые КО.1ени саднило, а поясница отдавала тупой болью ... VI. В школе выживания есть свои праздники. Один из них -
День Фазана. (<<Фазанкой" называлось раньше ФЗУ; фазанята, фазаны -
его воспитанники). Первыii в учебном году День Фазана совпадает с вы­
п.IilТОЙ ГI'JТЭУШIJикам колхозной зарплаты. Позже приуро­
чивается к любой денежной выплате, будь то стипендия, получка за прзкпшу, ко~!Пенсация за неИСПОЛЬ30ванные обеды. Праздник ЭТОI ш,рвоБЫТliЫМ тоРЖищем распредеМН)l роли. Одни становятся денежными мешками (дойными коровами), другие -
вымогателями. В последней роли вы­
ступают старшекурсники, недавние выпускники, местные ребята либо оформившиеся делинквентные группы из ок­
рестностей уч.аги, информированные наводчиками. Одна нз таких групп уже стоит возле знакомой нам кочегарки. Это пингвинята. Никто, правда, не проверял, из «Пингвина» ,ш гости, umили ли, но слух по уч.аге уже пополз, завораживая, как кроликов, ее обитателей. Пингвинята и фазанята -
в природе эти птицы не ста.1-
киваются. Лишь доморощенный праздник све.1 пернатых вместе. Не разговор -
птичий базар! Базар этот крут и вдохновенен. Каждая словесная на­
ходка и каждая томительная пауза приближает победу одних и поражение других. Мы попытаемся реконструировать такое «толковшце», оговаривая некоторую искусственность своей попытки, что­
бы показать, как «глаголом жгут карманы лохов». В своей реконструкции мы вынуждены изменить ста­
тистической вероятности: чаще всего деньги снимают при­
МIПИВНЫМ «Дай рубль! А больше? А в морду хошь?»­
и дают "в морду». Но условимся поверить слухаll, что у кочегарки не рядовые вымогатели, а интеллектуальные, и пользуясь ситуацией, попытаемся показать «нормативное» владение базаром. Время на это ма.1енькое отступление нам отпустил ... Виртуоз. Он не сразу нашел кабинет, в котором притаил­
ся Князь. Виртуоз I3стал в проеме двери и иронично наблюдал, как Князь, пытаясь скрыть истинную причину своей за­
дер жки, раскладывает на столе учебники, пробует что-то выписывать в тетрадь. Разве проведешь Виртуоза, Князь? --
Кто тебя вычисляет? -
спрашивает Виртуоз. -
От кого гасишься (скрываешься -
авт.)? Князь МСД,lИТ С ответом, потом решает довериться: -
Внизу какая-то кодла наших поджидает .. _ Неприят­
ные типы. Ну и пусть поджидает -
у меня и здесь дел много! -
Ты что, не пацан? -
в ответ на доверие вспыхивает Виртуоз. -
На тебя и наехать-то не успели, а ты погасил­
ся! Гнилье! Всем расскажу! -
Не надо, -
просит Князь и собирает книжки в сумку. И вот Князь во дворе. Он сразу опознан пингвинятами по приметам, сообщенным Виртуозом. ПЕРВЫй «ПИНГВИНЕНОК»: -
Эй, пацан, подойди сюда ... Князь двигается к незнакомой троице. ВТОРОй «ПИНГВИНЕНОК»: -
Ты что глаза по 8 ко­
пеек, сейчас на пятаки разменяю! ТРЕТ~й: -
Брат, у тебя синагога на ушах, стряхни! Третии «ПИНГI3иненок» делает оскорбляюший жест: «Стряхни аапшу!». От резкого взмаха Князь слегка от­
ПРRнывает. )1,естов сегодня будет много. «Пингвины» до­
ГО!JОРИЛИСЬ общаться с жертвой на рэ и на рэпэтэ. Эти непроясненные аббревиатуры означают -
подаВ,lЯТЬ парт­
нера морально. Без физических насилий убеждать, что партнер должен деньги. «Общение на рэ и на рэпэтэ»­
самообезопасивание: вдруг заденешь жертву чуть СИJ1Ь­
нее, оставишь С,lед ... Справки, заявления I3 милиuию' .. Но жертва не будет знать о негласном ДОГОRоре. )1\е­
сты, и оскорбляющие, и запугивающие, она должна вос­
принимать как первый подход к РУКОПРИК.JIЗДСТВУ. ПЕРВЫй «ПИНГВИНЕНОК:» (проясняет ситуацию): -
Бабки есть? Князь: -
Нету .. ПЕРВЫй «ПИНГВИНЕНОК» (не торопится открывать свою осведомленность о получке, лучше, еС.1И жертвз признается I3 этом сама): -А если настучать по крыше? ТРЕТИJ?i: -
Бы,,~ тормозит (т. е. плохо соображает­
авт.) ... Се]]час разоудим этого тормоша! У-у-у! (Де,lает запугивающий жест «Кобра»: паю,цы -
щепотью рука f!Зображэст удар змеи, но к ли[~у Князя не прика'саеl'Ся. Контактные" жесты юный мим бережет на потом.) ПЕРВЫй: -
Тихо! (К Князю) Тебя как зовут? КНЯЗЬ: -
Лешка ... ПЕРВЫй: -
Никто не обижает в учаге? Скажи, мы быстро порядок наведем! В бубен ударим -
такая толпа соберется ... Первый пингвин меняет тактику, смысл которой -
сде­
.13ТЬ быка податливее. ПЕРВЫй (не давая Князю опомниться): -
Ладно, за знакомство с тебя два чирика... Зато потом никто не тронет! Князь недолго раЗДУllывает. На ощупь отсчитывает в кармане две купюры. Протягивает своему «защитнику». ВТОРОй «r1ИНГВИНЕНОК»: -
А говорил, нет бабок. Лапшу вешал' Проколоть хотел? За прокол -
два угла на стол (т. е. 50 рублей)! Князь пытается, наконец, защититься. -
Вы неправы,- произносит он изысканную фразу. ВТОРОй: -
Прав тот, у кого палка длиннее! Слушай-
те, у меня от этого быка KOMOJ10fO зубы вспотели! Дайте ему !J чику, чтобы он кони откинул! ПЕРВЫй (снова меняет тон): -
Брат, будь снисходи­
тельнее! Прокололся -
плати! Князь отсчитывает половину екатерШllЩ, решительно отталкивает протянутую руку второго пингвиненка, сует деньги первому. Но, понимая, что игра не окончена, реша­
ет пойти в наступление. КНЯЗЬ: -
Можно же по-человечески говорить ... А то: бык КОМОJ1ЫЙ, кони откинешь! Сам ... -
Князь пытается вспомнить какое-нибудь ругательство. Выпаливает: -
Кры­
са дойная! ВТОРОй «ПИНГВИНЕНОК»: -
Гляньте-ка! Он, ока­
~ЫБается, на понтах, как на шарнирах (блатной -
авт) I Он меня оскорБИ.1! Три чирика --
лично мне. Несложные расчеты показывают, что «птичий» базар должен 3itканчиваться,ибо у Князя кончились деньги. Но мы забыли, а вымогатели помнят -
штаны а ля Ельцин! Штаны помог отобрать... военрук по кличке Лысая Бесконешность (<<Откуда кличка?» -
«У него на ГОоl0ве­
озеро посреди леса»). Он вышел из ПТУ, по-военному четко оцеиил обста­
новку, но решил не вмешиваться, по офицерской привычке полагая, что «дедовщина» -
не без добра. Однако, чтобы исключить возможные упреки во невмешательстве в кри­
миногенную ситуацию, спросил у беседующих: --
Пошему курите? Потом добавил: -
Мерзавцы! -
и зашагал по СI30ИМ делам. «Мерзавцы» загоготали, а третий «ПИНГВИII» спросил у Князя: -
Ты зачем подмигнул Лысой Бесконешности? Зало­
жить нас хотел? Западло! Расплатой за это западло и стали брюки а ля Ельцин, вместо которых Князь получил заваленную (т. е. испор­
ченную) брезентуху *. На прощанье Князю приказали: -
Потеряйся (исчезни -
авт.)! VH. Возникновение ДH~ Фазана и подобных ему традиций можно датировать 1903 годом, годом ЧJели.коЙ амнистии» с ПО~10ЩЬЮ которой недостопочтенный Лаврентий Павло: вич пытался оконтурить границы зарождающейся демокра­
тии. Страну, которая отринула старые ориентиры, но еше не иаШ,1а новых, заполнили «воры В законе». Им удалось Сформир~овать совершенно новую социа,lЬНУЮ касту­
«подрос,ки В законе». И пошли рикошетом гvлять эти законы: из школ -
в профтехзаведения, оттуда -.-:: в армию, из армии -
снова в училища и техникумы, и -
ирония судьбы! -
в зоны, в тюрьмы, в лагеря! .. Но было бы нечестно сваливать вину за все кримино­
генные ситуации на сталинизм, на систечу. * Когда мой ПЯТllздцатилетний консультант лоч~тал очерк до ЭТОЙ фразы. п~респросил: «Штаны -
коопеrаТИВНhJ~? Значит. у ПТУ ОТ1I­
~~;~::: ;:р:~1:И:l1нгвинята'3> "0 На кооперативное они не К:1ЮНУТ. Им 75 Сейчас мы обрисуем блок подросткового фольклора на тему «пьянство, алкоголизм». Уверен, каждый из нас, взрослых, увидит здесь что-то очень знакомое ... Пьяный -
бухой; датый (от поддатый); кривой, как стартер, как ключ зажигания; руль ... Пьяным быть -
быть на рулях; ноль ампер (<<Я -
ноль ампер, зашкаливаеТ» ) ... Пьяным де.lаться -
квасить, кирять, мутить (преиму­
щественно о пиве), бухать, загружаться, кочегарить, керо­
синить, ударять, принимать на грудь, дрингать, тринкать (европеизмы, позаимствованные люмпенами у аристокра­
тов) ... Очень характерен глагол nыхтеть. Вообще-то, его точное значение -
курить травку, косяк. Но в СМЫС.lе «добиваться аналогичного состояния» употребляется в от­
ношении алкогольных напитков. Пьяным передвигаться -
идти на рулях, на автопи­
лоте ... Тонко, со знанием дела отмечены степени опьянения. Начало опьянения: зашаяло «кПолбанки засосали -
ниш­
тяк, зашаяло!»), на приходе (<<Наливай еще, я на при­
ходе!» )... Разгар (и процедуры, и состояния): дого­
нять( ся) -
доходить до нужной кондиции (<<Н догнался!»), керосинить в полный рост; фразеологизмы: будем пить, пока в ж ... не закипит. Похмелье: клапана засохли (горят), буксы клинит (горят), башня скрипит, трубы горят ... Если учесть, что похмельный синдром, так образно отраженный в речи ребят,- показатель определенной сте­
пени алкоголизма, то не удивителен, а для подростка отнюдь не умозрителен СJIедующий синонимический ряд: Алкоголик -
алик, баллон, босяк, бухарик, мухомор, нашатырь, синяк, уксус, фанфурик, ханурик, хрон ... И фразеологизмы типа: «Ты алкаш по жизни?» -
«Нет, не по жизни, а по любви!». Как наш «подросток в лохмотьях» пьет, из этого не­
большого филологического экскурса уже видно. Теперь­
что пьет. Общее обозначение алкогольных напитков: бухало, nоЙло .. _ Водка -
белая, беленькая, водовка, водяра, горячка, белая горячка, живая водич.ка, подруга (чувствуется отте-
нок эмоциональной окраски?), итаnс .. . Вино -
краснуха, сухарь, бражка .. . Оста.1ьные напитки достать еще легче ... Тройной одеколон- фанфурик, рабочий коньяк. .. Самогон- КВН (коньяк, выданный ночью), водочка дО.маumяя ... А еще -
«цапка» -
од па распространенная бытовая жидкость, которую требуется смешать с солью, взбо.1Тать до выпадения осадка, осадок удалить, и ... А еще <'синюха» -
не менее распространенный бытовой препарат .. . А еще ... Широко простирает химия руки СВОИ в дела подростковые! Закроем «Словарь молодежного жаргона», ибо наш рассказ о Князе близится к кульминации. Сейчас мы vвидим, как в логической цепочке метаморфоз (нормаоlЬ­
ный сельский парень, если с натяжкой принять за норму безотцовщину,-- маргинал -
виктимная ЛИЧНОСТЬ -
крими­
ногенная J1ИЧНОСТЬ -
преетупник) с нашим героем случает­
ся решающая перемена. VIII_ .. .князь в своей комнате, грязной, неуютной, со с.lе­
дами летнего ремонта. На спинке i\ровати -
кляксы из­
вести, в углу за шкафом, под столом -
битое стекло, клочки обоев. Князь один. В субботний вечер общага пустеет -
все, кто могут, разъезжаются по домам. Для пятнадцатилетнего одиночество так же пугаюше, как для старца -
плотные бляшки на теле. Князь подходит к фанерному шкафу, пытается соскоб­
ЛИТЬ с дверцы ЦШШЧНЫII рисунок. Не для себя старается, сам-то за полтора месяца многое повидал и ко MHOГO~IY при­
вык,- вечером должна прийти Света. Собирались в кино. Князь спохватывается: забыл попросить у соседей брю-
16 ки на вечер ... Не в брезентовых же идти в кинотеатр! Он открывает шкаф ---
может, удастся что-нибудь подобрать из одежды сокурспиков? Жди, специально д;ш тебя оставили... КНЯЗЬ закры­
вает дверцу, долго СЛУШJет нсвнятные шорохи: под чью-то драную майку возвращаются ЕСlIугнутые тараканы. Распахивается дверь. На пороге возникает старшекурс­
ник с золотой цепочкой на ОГОо'lенной груди. Это Жулик, знакомый Князю еще по колхозу. Он улыбается, и влаж­
ная золотая фикса, оттененная черн;"м прогалсщ в челю­
сти, посылает в !'vlрачную r,o:vrнaTY свст.'lЫЙ блш. -
Наконец-то,-- радуется Жу.~ик ... -
Хоть одного пла­
стилина ВЫЧИСЛИ,·I •.• Все куда-то потеРЯ,1ИСЬ. Брат, подо­
грей (окажи ус,тугу --
авт.) ... Вчера чернила пили, потом до «цапки» добрались ... Буксы клинит! Сбегай за водярой! -
Так магазины же закрыты. -
Да,-- вздыхает ;Ку.1ИК.- Трудно в деревне без на-
гана -
орехи копоть нечем! Он вынимает ]]J кармана джинсовоii курточки угловую купюру (25 рублей) -
Сбегаешь на lIЬЯНЫЙ угол. Петрофан мне вернешь. А я пока хаВЧНJ( организую. --
Ко мне Светка придет! --
вспоминает КНЯЗЬ. -
Пlалашовка, что лп? Вместе ВЫПLl:М! . .. С «ПЬЯНОГО угла» Кпязь веРНУ:1СЯ, ВЗВО.1нованныЙ новым знанием: -
Здорово! Там под заборои М3,lСНЫШЙ сугробик на­
мело. Спекулянты в сугроб насова,.1И бутылок --'-
одни проб­
КВ серебрятся. ;Кулик сидел па кровати, lIастраивал ппару. Отложил инструмент, наблюдая, как РЯДОМ с хаВЧИJ(ОМ ---
ЧСРСТВLI­
i\Пl КУСК31\1И х.тхеба и ополовиненной 6aJ-IЕОЙ с .\13РИНОВ3I-!НЫ1\-!И огурцами -
КНЯЗЬ ВЫСТaJмяет бутылку воДl\И 11 :LВe пива. -
Сда'IИ у торгаша не бк:lO -
ОН пива преДсlОЖИ'l. -
Да,- хмуро проронил Жулик.-;Кили мы на хуто-
ре, нам рамеы попутали. Обl<рался ты, брат! Два пива­
за петрофан! Будем считать, что пиво -
на твои. Завтра петровского (5 рублей --
авт.) мне вернешь! --
У меня нет дснег,-- растерянно пробормотал Князь.- Кончились. -
Нет завтра, вернешь послезавтра. ТО,lЬКО уже не пять, а пять пять;,еснт. И по полтиннику за ка:ждую но­
вую отсрочку. Брось-ка СIJичковещшго
l --
Что? -
не понял Князь. ---
Да, брат, без нггана тебе нс обойтись ... Жу.nик взял спички, два стакана, раскупорнл буты,lКУ. -
Как ПJ,ем? -
поинтересова.'lСЯ.- «По кочегару», «по помощпику машиниста» или «по машинисту?» Взглянув Н3 Князя, он рассмеЯ,1СЯ, но про наган и орехи повторять не стал. -
Смотри,-.Ж.УJIИК плашмя ПОЛОЖИЛ спичечную [(ороб­
ку рядом со стаканом.-- Если до этого уровня раз,lИ­
вать --
это «по кочегару». Если мерять по ширине короб­
lШ --
это «по помощнику». А по высоте --
«по машинисту». ЖУЛИJ( осторожно разлил по стаканам: -
-
Дернем «по машинисту»! Такие вещи не знать ... Это же классика! -
Я лучше пива ... -
ПТJВО мы твоей «маме» оставим. IIaBaii до дна! Жулик Rыплл подчеркнуто красиво. не торопясь, но и не затягиваясь. Взял про(jку за язычок, на;J.орвал ее, согнул жестнноii круглнш ПОПОШIМ, ВЛ.3В1I.'I внутрь круг­
~Тlяша Х':Iеuпый МЯКИШ, ВОТЕНУЛ туда четыре спички. -
С"IОТРИ, жираф ... 1I1нс ма~1I(а в детстве такие ДСJ!301а . Серебряный жираф CTOjj.'l на ПОДОКОШШI.с, упершись серными копытцами в ТРУХ:JЯвое дерево, н ;\ОСИ.:JСЯ П,10-
ской мордочкой на Князя. От ме:ll,тешения снежинок за окном у КНЯ::Я зарябило в глазах. Показалось, что iЮ спине экзотического живот­
ного пробегает озноU. Князь юял самодеilКУ в ладонь и почувствовал себя ЗaIUИТНИКОМ. . Это ощущение на мгновение пеРСIJССЛО его домой. ОН ВСПО!vfl-1И~,[, как его, совсем l\'1а:lеНLКОГО, I3 ПЯТЬ утра ()У.lи~:-:а мать. Князь О.Jсвз.с'lСЯ, бра,:l с со6uй рзне:.r ·Н ше.,1 провожать мать на дао1еь:ую феРI:IУ. Зш1НЯЯ Tb~la ... Пурга ... Ветер воет в провг;дах, как Б военных фильмах -
голод­
ные В:;.lКН ... И Князь идет впереди и знает, что он один отвеЧiJРТ зи то, как про:южится их путь. Иногда 13стс:р ТУПI~Л l1~lCl\aI\i1B~)CT \[3 Князя. пытаясь опро-
кину ,Ъ, но Шiстnроже ,1ать. Так 11 идут Оi!И BДB()~Ы, торя единый маршрут l! "dЩНIцая друг друга, один -
от угроз наплывающей ДUРОПf, i1ругая -
ОТ ошиGок И CIНX про· шлого ... NlaTb доит коров. А Князь, подложив рансн иод [0.10-
ву, заВJ.nивается Б ясли ДОСЫПJТЬ, на МЯГ[(УIО ПОДСТП.}lКУ из трав. Просыпается он от легкого п()качивания. ВКЛЮЧИ.1СЯ травспортер, и охапкз сена В:Уlесте с Князем двигается под нос корове. Корова удивленно разглядывает малень­
кого че.10всчка, потом IIытается С .. 1ИЗНУТЬ с его носа рыжие веСНУШЮf. Князь хо!с()чtт, lJеснушки разбегаются по J1fШУ. Зоры(а еще ПРИ:IСЖIIСС paGoTiJCT языком, пытаясь COГl1aтu разGсжавшнеся «зве.Jдные метНIШИ» на l1режнее место. _ .. КНЯЗЬ расхохотался. -,-
Ты что, капитан дальнего плавания? -
спросил )КУ.1ик, повертев пальцем у БИСК3.- Уже разобраJJО? С1е­
дуюшую на:!иваю по сладкой доле. Тебе·- меньше ... --
Нет, ПОРОIJНУ,- улыбаясь, попросил Князь. Свое настроение и МЫСJIеШlые rюnеты домой оп связа,l с бу­
халом. Выпили еще. --
Твоя мамка жирафов дела:Iа,- заговорил Князь, не УЛОВИВ недавпсif иронии )!(УJlика.-
А моя животы умеет править. Так-то она ДОЯРI(3, но по вечерам всех наших лечит. Дядя I\О<lЯ чуть не заГНУ,lСЯ --
она его за час от­
каЧ3 .. 1а. Тот ей -
деньги, а она не берет. Говорит, что грех деньги 6pdТb... Бабы дяде Коле подскззали' ты ей, мамке то есть, П .. lаток подари. А мзмка и взаправду ни денег, ни жратву какую --
ничего не принимает, а перед платками не может устоять. Черные БОJIьшие платки с красными, синими .. же:пыми шзетами. Она их катетками называет. У нас катеткз~1И весь дом убран, и столы ими заСlе,lены, !I телевизор, fj с бабкиной божницы свисают. Вот дядя Коля и раздо(iЫ:l гдр-то платок, огромнюший, по черному полю два тетерева скачут ... Теперь он на самом видном месте! Знаешь, если наш ДО" нз пленку заснять­
получится красивее, чем в американском видике. А у вас? Жулш З .. 10 ПРИЩУРИ'lСЯ. -
~' нас дома два стула. На одном я в детстве ножом выреза .. l: «АадреlI». А недавно заехал туда, смотрю, мой братан вторую табуретку расписал: «2\laTb-СУI(а!» Говорю, зач~\!? i\ кто она, отвечает, если мою куртку пропила ... ЖУ.IИК, не дожидаясь ни вопрос()в, ни сочувствия, взял гитару и запе .. Т: -
Утро над тихой рекою встает, Вдали чей-то голос поет. А между тиною, тиноЙ,е.lеною Девичье те,то П .. lывет ... От избытка чувств у Князя 331IШП3ЛО гла9а, но )Кулик, не допев, ОТJlОЖИ:l инструмент. -
Такое же жа.l0стливое спой, когда Светка придет,­
ПОПрОСII .. l Князь. --
ПОСМОТРЮI. Давай в карты скинемся! -
Жулик рез­
ко переше:I IIЗ де,'ювоi\ тон, правда, словно устыдившись этого, ;10баВII.1: -~ 1\ ты ничего __ о настоящий парень! Ска­
жу своим, чтобы на тебя не тянули. Скажу: мы с Кня­
зем базарzии по HaKaTI! (по наст;юению -
авт.), он кла­
пана открыл (разоткровеШl!Iча .. 1СЯ -, авт.) -
такой чувак оказался! .. Князь смущенно опусти..'! ГОЛОВУ п, безосноватедьно СI3ЯJывая «пингвинят» С Жуликом, сказа..'!: -
Они, черти, с меня с:г() руб"ей сняли. -
Сто рублей? Д:JЯ моряка -
это пыль! Я тебя научv зарзuз тызать бо.тьше, чем все эти драные «пингвинята;> ю!есте вз~тые. Знаешь, что такое «играть на трубе?» Откуда ... Учись, лох, п()ка я пьян! Ты приходишь на вок­
зал, заходишь в ТУЗ .. lет и стоишь, будто кого-то ждешь. К теСе подкатывает какой-нибудь плюгавый старикашка, ,,!Орковка отвязанная, и, захлебываясь от сладострастья, пред.1агает: «Мальчик, дай поиграть на трубе!» Ты спра-
шиваешь: «3а сколько?> Здесь главное за пепел не nри­
строиться (не продешевить -
авт.)! Он говорит: «Двадцать f1ЯТЬ рубликов!» Ты идешь с ним в укромнее место ... Князь сусто ПОllУIIНОВСn. -
Гадость, конечно,-- )!<":улик смаЧI10 плюнул под стол.- Но главное оСороты набрать. Запомни, Князь: 13 ЭТОivl БОЛЬШОМ ГОРОДЕ ФАЗАНЯТАМ ДОСТУП­
НО ВСЕ, НЕДОСТУПНО ОДНО -ЗАРАБОТАТЬ ДЕНЬ­
ГУI ЧЕСТНО, НЕ ПАЧКАЯСЬ ... Жу .. ';ИК, уже безо всяких примерок спичечным короб­
ком, раЗ .. :1И.1 горячку по стаканам, взял их в руки, срав­
ПИ<l уровни, довольно протяну.l: -
Яйца! (То есть поровну-авт.)_ Выпил и на выходе просипел: -
Ты будешь моим пластилином! Я с ОДНИМ «труба­
чом" ДОГОВОРИЛСЯ, что пластилина подошлю. Он тебе три червонца отва .. 1ИТ. За метано, ты -
пластилин! -
А ты ... властелин ... значит,- хмуро произнес Князь. Жулик ВЗВИЛСЯ. -
Ты, бык недодоенный! Думаешь, я не ходи,т в пла­
стилинах? Зато теперь -
авторитет. Что я перед тобой распинаюсь?! ... ! ... !!! Посмотрю, как ты завтра запоешь, с,огда начнещь искать для меня петрофан за ПИВО и чи­
рик -
зз водку! .. .! За водку? -
Думаешь, бесплатно тебя пою? .. .! 'Х. Когда к комнате под номером девять подошла долго­
ждзнн:::я Света, оттуда неслись энергичные, ио мироnюби­
вые, дружелюбные возгласы: Пас! Двое нас! Ваше слово еще раз! Пас! Знал бы прикуп -
жил бы в Сочи! Так, схавал­
терпи! Ничего, карты валятся -
деnа поправятся. Увидев Свету, «друзья» оставили кододу. Князь глу­
повато заулыба,lСЯ, выдавая нетрезвость. Жулик припод­
нялся, слегка пошатываясь, но от этого не теряя ra.'IaHT-
ности, предложил гостье стул. Потом взял в руки по бутылке пива, резко потер одну о другую, сцепил их проб­
ками. Обе пробки полетели на пол. Жулик, не прекращая единой цепи движений, часто постучал донышком одной посудины о горло второй, потом -наоборот. Из БУТЫ,10К пошла густая пена. Жулик, заканчивая ритуальный СК,1ад, накренил обе бутылки в стакан, наполнил его. -
Наконец-то появилась. Мы с твоим земой закисли здесь. Может, тебе покрепче? -
Нет-нет,- решительно отказалась Светонька. -
Пей пиво. А мы с Жуликом .... с Андреем ... еще трах-
нем понемножку ... Я ему про деревню нашу, Светк, рас­
сказал ... Ты же помнишь: мать, катетки ... И вообще, мы корефаны с Жуликом ... -
Леха, да ты осоловел! -
нараспев протянула Све-
1'3.-
Откройте форточку, наКУРИJIИ ... -
Ниче ... )!(улик, ты обещал спеть. Про тело зеленое_ Для Светки спой,- невразумительно ПОПРОСИJI Князь. Жулик достал из сумки магнитофон, нажал клавищу: -
Я ломал стек.то, как шоколад в.руке, Я резал эти пальцы за то, что они Не могут прикоснуться к тебе ... Князь забормотаJI: -
Я тоже так... Если кого-то люблю -
то на все готов .... У меня тоже -
как шоколад в руке! Он неверно склонился под стол, подобрал осколок стекла с налипшей по ранту замазкой, всхлипнул и, зажав стекло в ладони, стукнул кулаком по столу. Стекло крак­
нуло. Князь раскрыл ладонь, залитую кровью. Из «вене­
риного бугра» под основанием большого пальца торчал расслоившийся стеК<lЯННЫЙ серпик. Света вскрикнула: -
Ой, какой дурак! Ты зачем его наПОИ.1! -
цыкнула она на оторопевшего Жулика. 77 Подбежала к Князю, вытащила из раны стек,то, плес­
нула на ладонь остатки водки из стакана. Жулик схватил бутылку и поставил ее на подоконник. -
Ты че волнуешься? Он изнутри прози .... продезинфи­
цирован ... Князь, неся пораненую руку перед собой, как на неви­
димом бинте, двинулся к выходу_ Х. Давай-ка ОДНУ Te.YIY разомне~I,- сказал Жу.1ИК в общежитской Y.YIblBa,1Ke, похожей по фактуре, ухоженно­
сти и занахам на МЫ.1ЬПlщу из дорожного набора бомжа. Он неверным движением вытащил из кармана пZtчку сига­
рет «Всё моё» (взрослые курильщики, не ищите этой мар­
ки в «ТZtбаках». Жvлик достал обычный «КОСМОС», на пачке которого при помощи подтирок И дописок изобра­
жено «Bc~ ,ноё»). Князь неумело закурил. -
А твоя дрофа ничего,- сквозь зубы протянул Жу­
лик.- Посмотрел на нее -
отдых! ЗнZtешь, я бы ей от­
дался ... Сознание Князя сквозь пьяную круговерть и дым сига­
реты двигалось скачками. -
Нет,- развеселился ОН.- Она еще никого к себе не подпустила. Она -
святой человек. -
Не захочет -
заставим! -
прервал ностальгию вос­
поминаний Жулик.- Можно коктейль сделать. Есть реuеп­
тик. Мы ей зарядим несколько таблеток димы и Феди (распространенные наркотизирующие вещества -
авт.), растворим их в пиве. Дрофа дернет нивка, к ней сразу децал прибежит. А носле отходняка она и не вспомнит ничего ... Пожалуй, одно отступление все же нридется сделать. Ибо я уже слышу ханжеское ворчание: «Неужели у вас нет детей? Зачем вы передаете опыт разврата'? Заверяю: молодежь, прочитав подобную «балдежную» ересь, будет в восторге ... » Эти строки -
из откликов на предыдущие материалы отдела молодежных проблем. Цитировать можно беско­
нечно: «Что вам, не о чем писать? Просто стыдно читать такую тему. Пишите, конечно, но воспитывайте в здравом духе ... » Увы, результаты «воспитания В здравом духе» мы и констатируем в нашем очерке ... Властелины -
такого слова нет в подростковом жар­
гоне. Но это не значит, что нет властелинов. Их тьма. Их столько, что младенчески-наивное сознание подростка не решается обозначить эту страшную силу словом, пытаясь этой уловкой смягчить бесовское действие В,1асти взрос,тых на своей ранимой шкуре. Властелины -
это вы. Ты, брыластый, стаЛЬНОГ,1азый родитель, сокративший общение с собственным сыном до заученной тирады: «Как дела в школе? -
Уроки сде,тал? -
Выключи магнитофон! --
Пора спать! .. » Ты, юркий кооператор, уже забывший, как необеспечен­
но и попрошайно детство,-
и делающий, делающий соб­
ственный капитал на мятых ребячьих рублевках ... Ты, крикливый пенсионер, считающий свой опыт глав­
ной ценностью мироздания и подаГРИ'lески вытаптываю­
щий хрупкие зелены~ ростки, если они взошли не на перегное твоего опыта ... Властелины -
это все мы! ... Глядя, как Князь сеет по полу огненные искры, Жу-
лик пробормотал: -
Так, у одного рамсы попутались! И громко предложил: -
Князь, в карты скинемся! Лешка беспечно согласился. -
На что играем? -
осторожно спросил Жу.1ИК. -
На просто так,- ответил Князь. -
Тебе повезло, что ты -
мой пластилин. Если бы «пингвинятi.lМ» предложи.'! на «просто таю> -
ОRИ бы С 78 радостью СОГЛЗсились. На «просто так» значит «на сто руб,1еЙ». ПОНЯ.'l, тупогубенький бычок? Давай лучше на своих нйщеllОК сыграем! Выигрываещь -
спишь с моей, проигрываешь -
я с твоей ... Согласен? На этот раз Князь прореагировал адекватно: сжал КУ,lаки !I бросился па )Кулика. Тут же отлетел в угол, ПОСКО.1ЬЗНУJlСЯ, упал, ударившись о батарею. Жулик медленно нодошел к нему, задрад подол руба­
хи, оголив живот. -
Смотри, сволочь! Видишь щрам? Когда я был н,та­
стилином, тоже решил норов показать. Нарвался на кно­
парь. Не повторяй моих ошибок! -
О чем вы так долго беседовзли? -
спроси:rа Света, когда друзья вернулись в девятую комнату. -
у нас свои терки (разговоры -
авт.)! -
ответ!!.'! ЖУЛIlК.- Сейчас, Светка, я спою для тебя... Князь но­
просил. Только сначала один прием покажу ему. Режь колоду, Князь! Игра со сжавшимся на стуле Князем заняла три минуты. -
Все, брат, нриехал! -
победно объявил )Ку:шк. И снисходительно добавил: -
Не переживай! Пустое все ... Давай еще «по кочегару». Разлил. Но протянутую руку Князя отвел Б сторону. -
Иди-ка, друг, проводи Светку к умывальнику. C!v!OT-
ри, что ты ей наделал ... Весь рукав своей кровью обляпал. -
Ой,- всполошилась Светлана.-
Я и не замеТИ.lа. Надо водой холодной попробовать ... Да сиди ты! -
мах­
ну.та она на Князя. -
Я ... Я ВИlюват ... Тебя ... -
забормотал пьяный Князь и побрел за девушкой. Жулик вынул из нагрудного кармана бумажный апте­
карский пакетик с таблетками, истолченными, чтобы быст­
рее растворились, в порошок. Высыпал «зелье» в бутылку с пивом, плеснул туда водки, все взболтал. Часть «КОК­
тейля» отлил в посудину Князя и наполнил стакан для Светы. XI. ... Жестяному жирафику кто-то слома.Т передние ноги, и он беспомощно уронил голову в лужу рассола. Три представителя более 67 -тысячной профтехобразов­
ской гвардии Свердловской области, не ведая, что уже ввергнуты в инерцию, заданную этим несгибаемым моно­
литом, живущим собственными законами, слабо пыта.1ИСЬ оставаться сами!v!и собою. Жулик снова пел песню и временами забывался в ней. Ту чистоту и свет, что недодало детство, несли безыскус­
ные слова: -
А я хочу, а я хочу опять По крыщам бегать, голубей гонять ... Разве не было у Жулика беззаботных, прогретых солн­
цем крыш, на которые дождик налепи.т блесток черему­
хового цвета? Разве не было отца, который мог мимохо­
дом поправить корду змея так, что змей ожива.1 и часты­
ми толчками, как воробей, уходил в лазурь меж беле­
сыми тучами? Не было! ЖУЛИК злится и сбрасывает с себя блажь песни. Пусть песни обманывают других! ... Князя вырвало. Жулик заматерился, огляну.тся на Светку. Та, прислонившись к стене, сидела с закрытыми ГJl~вами. На нижней губе отчетливо виднелась нераство­
РШJlIrанся крошка таблетки . Жулик схватил Кннзя под мышки, ВЫВО.10К безволь­
ное те,10 в умывальную комнату, бросил на кафе:IЬНЫЙ пол. Лешка так и не нроснулся. Ему снилась да.1екая де­
ревня, опутанная сетью дружелюбных тропинок, деревня, где в каждом десятом доме живут Князевы, деревня, в которую один Князев вернется уже не скоро. Воистину, ИЗ князи -
в грязи. А ЖУ,lИК вернулся в девятую комнату, осторожно за­
крыл за собой ~Bepь, щелкнул запором ... ХН. Если, стряхнув снег, войти в типовое здание учагu, подняться по крутой сlеСТIIIще, открыть дверь с та():IИЧКОЙ «3ilместите:IЬ директор:] ПО УЧС()lIо-воспитаТС:1НlOii ра(\о­
те»,- окажешься в ка()Иllете, похожем на РСIПГСНОВСКИЙ: тяжелые черные драпировки, <Iерпая обивка мебели, черно­
белые графики на стенах. Пахнет БО,lЫНЩСЙ. Запах объясняется просто: Ириша то и дело накапы· вает в свой стакан валокордин. Основзния для волнений v Ириши есть: вчера в учагу пришел следователь и уве,l с занятий КНЯЗЯ. Кривая на графике «Рост преступлений в наше~1 ПТУ» скакнст нз ОДИII градус выше. Но этот повод можно бы,1О бы ОТlIlетить и валерьянкой. Васl0-
кордин «Ша!» раскупорила после соrзещашIЯ с нредста­
вителями обществешюсти: шефами, pa60TIIIIKaMII праrзо­
охраны, родителями. Сколько ЭТИ представители на­
гоrзорили! Особенно напирала какая-то дама, которую делегиро­
вали шефы: «Л1не кажется абсолютно ушерGным вести так назы­
ваемую профориентацию в глубинке области. Объясните, пожалуйста, чем это отличается от развращения,- зазы­
вать наивных подростков в притон, да, да, не побоюсь этого слова. На мой ВЗГ,lЯД, лучшей профориентацией была бы чистка училищных «КОIIюшеН»; создайте нормаль­
ную атмосферу -
и в ваше училише потянутся свои, городские. Моя дочь хотела к вам идти, но подруга рас­
сказала ей о репутации училища, о «Днях фазана», о «прописках», которые -
подумать только -
уже и девочек коснулись! И дочь пошла в швейное. Да, нам позарез нужны рабочие. Но не любой же ценой! Нам нужны серьезные люди, а не «перскати-поле», которых ветер перенес через ваше училище, потом точно так же перета­
щит через нашу стройку... Ищите ребят с корнями». «Ша!» снова потянулась к флакону с валокордином. И неожиданно улыбнулась: а все-таки лучше всех высту' пил Николай Семенович, военрук. Ярко и убедительно! Не зря ребята зовут его «Бесконечностью». Мысли его действительно бесконечно глубоки. Он пришел на совещание в кителе со значками и юби­
лейными медалями. Терпеливо слушал. А под конец под­
нялся, повесил на стену маленьки!"! плакатик и приказал всем: -
Думайте! Не пытайтесь решить проблему частными тактическими ходами, если неправильно выбрано страте­
гическое направление. Думайте! ... Ирища снова улыбается и смотрит на плакат, остав­
ленный в кабинете военруком. С обратно!'! стороны про­
свечивает типографский рисунок -
дета:]и какого-то ав­
томата, но он не мешает увидеть четкого заголовка, исполненного Николаем Семенович('м: "к вопросу о всплесках преступности». Под заголовком схема: «НЭП -
ОТТЕПЕЛЬ -
ПЕРЕСТРОVIКА». Ириша смотрит на схему и пытается думать. Наталья МАКСИМОВА Чистый лист бумаги. Он набросил на себя смиритель­
ную рубашку и приготовился к тому, что будет исполо­
сован чернильными буквами 11 знаками препинания. Он, как всегда, буркнет в мой адрес: «Ну И понаписала, такую белиберду людям показывать стыдно». Это он не со зла, он -
мой соавтор, белый бумажный лист. Он немножко ревнует меня к новой венгерской авторучке, не шуршит, затаил дыхание: ждет, когда рука и ручка начнут отрыви­
стое танго по его заснеженному пространству. Но я сегод­
ня не спешу. Со мной что·то происходит ... Год тому назад мне предложили сделать материал о группе «Агата Кристи». Я саг !I3силась с радостью, потому что очень ее любила. Бегала, собирала мнения, впечаТ.lе­
ния, факты, разговаривала с руководителем группы Вади­
коы Самойловым, скептически настроенным товарищам пы­
талась доказать, что они ничего не понимают. «Вы только вслушайтесь!» -
говорила я. Пегой луной наступает вечер, .ТIысый швейцар зажигает свечи, Пудрится цирк в ожидании встреч с голодною толпой. И через миг на арене алой Вырастает мир на утеху зала, Белый маньяк затрясет устало битой головой. Белый клоун, белый мученик, Ради смеха пьяно-жгучего будет издеваться над собой, Вечером вновь у него заботы. Ведь униженье -
его работа, Но посмеется последним наш невидимый герой ... Звук!! быстро наполняют комнату и впиваются в те.10, не успев рассеяться. «Больно!» -
это у х!еня в подсознании. А в ответ: «Вива, Кальман!» -
истерический МУЖСКОЙ смех срывается и жестью хлещет меня по щекам. Становится страшно -
за этого клоуна (он словно утонувший в тоске одиночества Ганс Шнир, герой романа Генриха Бе.1ЛЯ), за себя (за себя, пожалуй, в первую очередь), за всех нас. Страшно, что едва успеваешь погрузиться в день сегод­
няшний, как понимаешь вдруг, что ты уже во вчера, и нет 79 никакого настоящего: сушествует лищь хрупкая грань меж­
ду прошлым и будущим, по которой мы ходим, споты­
каясь. СТРilШНО, что жизнь -
ощибка на ошибке, что кру­
гом -
перскошенные от З,10бы липа, уставшиС', не В~jJНШИС. Что все чаще хочется от беспощадной дейетвите:rьности спрятаться за собственной .ыдоныо. Но за.\;ЮlJ!rуть веки­
двери, чтобы НИ'lего не видеть,- это не са;шii надежный способ защиты. девятый вал меланхолии сбил меня с ног и ПОХОРОНИ.l в себе. Предурацкое состояние, от которого избавиться не в силах, да и ие х~чется. Глаза взлетают на потолок и со­
средоточенно там бродят, совершенно забыв о To:Il, что кто-то еше от рождения имеет иа них право. Я им не ме­
шаю, мне не до того: музыка сковала руки-иоги-мысли, а слова стучат по вискам иастырно звенящпми молоточками: правда, правда, правда, правда. Все, о чем сейчас поют,­
жизненная правда. Потрепанный магнитофон выплевынает ноту за нотой, насилуя динамик, и напряжение, повисшее в воздухе, дергает за ниточки нервов. Мои струны- моя боль, Мои ветры -
моя воль, Мои ноты -
моя роль, Мой крик -
мое слово. Мои стены -
моя мразь, Твое сердце -
моя страсть, Моя правда -
моя власть, Мой хлеб -
моя злоба! Молитва человека, который из последних сил на четве­
реньках ползет к своей правде, и -
что ему дoг~1Ы ме­
щанского мира! Или нет, похоже, что он уже даже не дви­
гается. Они его распластали, расстреляли, распяли, прида­
вили своими шикарными трехсотрублевыми «саламандров­
скими> штиблетами. Пели вы -
вам было больно. Пусть вы слишком долго ждали. Не для вас команда вольно, Отдохнем, когда раздавят. А потом они решили даровать ему свободу: что ж, пусть он порезвится, поиграет в lIемократию, поживет так, как хочет. Если что-то будет ВЫХОДИТЬ за рамки ДОЗВО.1енного, они быстро напомнят о праВИ.1ах их игры. Ну, а если уж он бунтовать и возмущаться вздумает, то они просто пани­
братски, я бы даже сказала -
дружески, хлопнут по пле­
чу: «Ты был ие прав, Брут!» И тут мне опять становится страшно, потому что они заносят ногу над человеком из песни (а может, из жизни? Посмотрите -
вот он, один, вот второй, вот еще один... Господи, как их много во­
круг!). Я не успеваю вскрикнуть. Всё. Они наступили. И никто не замегил. Впрочем, как всегда ... Песня за песней. Страсть и скорость на преде.1е. Оже­
сточенный вопль уставшего неудачника, переходяший в смех параноика. БО.1Ь вывихнутой души. И скупые слезы безысходной печали, я чувствую их привкус багульника. Плачут губы мужчины -
о том, что могло быть, о том, чего не вернуть: -
Ты уходишь в белом платье, В алых пятнах полночь. Белый ангел, я -
распятье, Полно, память, полно. Жить властью Э1 ой муки, Прах снов беречь, Жить и знать, что эти руки Станут счастьем новых плеч ... Так я услышала «Агату Кристи». Так я жила в ее те­
атре, где музыканты 'Iac заслуженно судили и высмеивали всех и каждого в огдельности. Где на свену выходили эксдеНТРt1ЗМ, саркастическая улыбка пристального наблю­
дателя, эйфория без тормозов, кусаюП!аяся ирония и p!':~­
каленный мелодраматlJЗМ -
люди с печальными глазами и улыбаюшfl',ШСЯ мертвой у.lыкойй липами. Так я узнавала в одном герое песни -
известную ВЫСО­
копоста!l.~енную персону, в другом -
соседа, начинающего Пинкертона в третьем -
бывшую подругу-пантеру, которая 80 «умеет подчинять желанья многих мужчин для утоленья жажды собственной страсти». Так я любила. Теперь -
все иначе. Что-то надломилось, опустело, .'lсформировалось. «Вот II НСТ .1юбви, 11 не любви ... » Отсутствие какой бы то ни было эмоuии -
поло­
ЖИТС.'IЬНОЙ или отрицаТСJIЬНОЙ. Cl1oKoikTB!lC, !,ак после дол­
гой. мучительной болезни. Но почему? Куда дева.10СЬ прежнее коленопреклонение? Хорошая девочка Надя, новый рекрут в рядах почита­
те.']еЙ «Агаты», часто задает мне этот вопрос. Что я могу ей объяснить, когда сама себе не могу ответить? Дело не в том, что «Агата Кристи» вышла нз рок-анде­
граунда на престижную эстрадную арену и даже стала лауреатом телевизионного конкурса «Ступени К Парнасу». Это можно только приветствовать: растут люди! Выбива­
ются в мировые звезды, и вот английские ценители музыки ~IOГYT познаКО"IНТЬСЯ с представителями уральской школы советского (синоним -
красного) рока. И уж совсем не имеет значения то, что в репертуаре «Агаты Кристи» появилось какое-то тяготение к конъюнк­
турщине, так сказать, песни на злобу дня: «Праздник со­
ветской семьи», «Наша правда». Кстати, когда я вижу го­
рячо .1юБИ1vIЫЙ программой «Взгляд» клип С «Нашей прав­
дой», к гор.1У подкатывает ОN!ерзительная тошнота. Но. по-мое"IУ, это тоже не имеет существенного значения в иашем разговоре. В конце концов, не музыканты же сни­
мали этот «видеошедевр». Меня не раздражает, что все песни «Агаты» окружает ореол вторичности: кое-что уже где-то слышала, это из какой-то оперетты, здесь явно содран кусок из музыкаль­
ного фонда телефи.1ЬМОВ о Шерлоке Холмсе, а тут просто «Белый шиповник» из «Юноиы» и «Авось» Рыбникова. Игра в узнавание интересна, и даже по-своему увлекает. Но, Вадик, как все·таки хочется музыки, му-зы-ки! Уважаемый Вадик Самойлов! Не уверена, что вы про­
читае1е сию исповедь-объяснительную, но если она попа­
дется вам на глаза, просто улыбнитесь и всё. Это мое за­
поздалое признание в любви -
вам и вашей группе. Я знаю, что не вправе осуждать, потому что каждый ху­
дожник живет и творит по своим собственным законам: в чужой монастырь со своим уставом не ходят, так? Но право выговориться я имела. В далеком-далеком детстве у меня была любимая пи­
жама, которую я носила долгое время. Яркая такая ве­
щичка, с разбросанными по рукавам н штанишкам ТРС\lЯ поросятами. Она полиняла, протерлась, порастеряла свои пуговицы, но 51 не расставалась с ней лет семь, IJOKa однаж­
ды пижама с треском не разошлась по швам -
маленькая девочка выросла. Пижама умерла. Но я ее помню, и ча­
сто в памяти восстанавливаю то запачканный брусничным вареньем воротник, то вкрадчивое прикосновение к коже фланели... Кажется, то же самое произошло и с моей любовью к «Агате Кристи». Наверное, вы, '>!ои дорогие чнтате.1Н, чуточку раздра­
жены: вместо обычного интервью иди рассказа о группе пришлось прочесть невесть что такое. Но, поверьте, если бы я сделала МaIСРl1ал иначе, IJолучилась бы фальшивая отписка. Мне не хоте.10СЬ врать нн себе, ни вам_ А сухую информацию об «Агате Кристи» ВЫ можете найти в любой из газет иди журналов -
о ней писали достаточно. Вот, пожалуi\, геперь я l\Iory спокойно поставить точку. Отдыхай, белый лист ... земля, мучается, страдает. и мучаются леса, поля и реки. Как ~_DL ••• ~ЧИТЬ! Вопрос вопросов! Эколоrи О ней rоворят в каждой респуб-
области, ropoAe. Ныне и rлухие HeKorAa кой тайrи подвержены язвам века: у, потраве, уничтожению. должен быть мудр. Спасая ПРИРОАУ, он . Но мудрости мало расчетливости: т любви. 
Автор
val20101
Документ
Категория
Уральский следопыт
Просмотров
1 293
Размер файла
42 813 Кб
Теги
1990
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа