close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

32 dalВосстановительная медиация

код для вставкиСкачать
 1
МЕДИАЦИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ КАК ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ЭЛЕМЕНТ КОНЦЕПЦИИ ВОССТАНОВИТЕЛЬНОГО ПРАВОСУДИЯ Л.Г. Даллакян, соискатель кафедры Конституционного и муниципального права юридического факультета РоссийскоАрмянского (Славянского) университета, Ереван (Армения) Ключевые слова: концепция восстановительного правосудия, медиация, альтернативные методы разрешения споров, принцип самоопределения сторон конфликта. Аннотация: В статье рассматриваются некоторые аспекты концепции восстановительного правосудия целью которого является не наказание любой ценой, а восстановление нарушенных прав и решение уголовноправового конфликта мерами не связанными с уголовной репрессией. Центральным элементом данной концепции является институт медиации, основанный на поиске консенсуса и примирения сторон. После принятия Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 29 ноября 1985 г. в сфере уголовной юстиции произошел идеологически переломный момент, можно сказать концептуальный сдвиг в доктрине угловного правосудия. Осознание неэффективности и ценностной уязвимости карательного реагирования на преступления привело к смене приоритетов, в результате чего доминирующее значение приобрели не наказание, а восстановление нарушенных прав жертв преступлений. В терминологический оборот юристов все активнее стало входить понятие концепции, так называемого «восстановительного правосудия» (или реституционного правосудия) которая стала декларироваться как альтернатива правосудию карательному. Целью восстановительного правосудия, в первую очередь, является предупреждение совершения правонарушителем новых противоправных деяний, а не наказание любой ценой, решение уголовноправового конфликта мерами не связанными с уголовной репрессией, а также компенсация причиненного вреда (репарация). В соответствии с 27ой Венской декларации о преступности и правосудии: ответы на вызовы XXI века, принятой десятым Конгрессом (резолюция 55/59 Генеральной Ассамблеи, 2000 г.) основная цель реституционного правосудия заключается в том, чтобы урегулировать нанесенный ущерб, и как можно скорее восстановить первоначальные условия, в которых находились и потерпевшие, и правонарушители. Таким образом метод, который предлагается восстановительным правосудием, определяется формулой «преступление заглаживание вреда», а не «преступление наказание». Как мы видим на лицо смена способа реагирования на преступления – основная задача видится в восстановлении нарушенных отношений в социальной общности, акцент ставится на причиненный вред и обязательства по его возмещению. Новая модель предполагает проведение встреч между виновным и его жертвой, при участии посредника – медиатора, и основана не на конфронтации сторон конфликта, а на поиске консенсуса и примирения сторон на взаимоприемлемых условиях, которые самостоятельно вырабатываются самими сторонами при помощи независимого и незаинтересованного посредника, т.е. на использовании примирительных процедур с прекращением уголовного преследования в связи с примирением сторон. Соответственно одно из ключевых мест в концепции восстановительного правосудия занял институт посредничества — медиации. В Рекомендации Комитета министров Совета Европы N R (99) 19 от 15 сентября 1999 года, процедура медиации определяется как «гибкая, доступная, нацеленная на разрешение конфликта, и вовлечение в его разрешение сторон мера, расцениваемой в качестве дополнения к традиционному уголовному процессу или как альтернативы ему». 2
Само понятие медиация происходит от латинского «mediare» и означает буквально «посредничать». В международном праве этот способ решения конфликтов определяется как предложение посредничества спорящим сторонам тем государством, которое не участвует в споре. Как средство улаживания споров медиация признана в ст. 33 Устава Объединенных Наций. Медиация является очень старым инструментом международного права, однако в сегодняшнем виде она появилась во второй половине двадцатого столетия. Сначала она обосновалась в США, Англии и Австралии и позже появилась в Европе Франции, Бельгии, Нидерландах, Германии, Австрии, Италии, Швейцарии, являясь одним из наиболее успешных и широко применяемых методов ADR, т.е. альтернативных средств разрешения споров. Под внесудебным разрешением споров, опираясь на принятое в англоамериканском языковом пространстве понятие Alternative Dispute Resolution (ADR), понимают процедуры, в которых конфликты разрешаются до судебного разбирательства при участии третьей стороны. Методы внесудебного урегулирования споров развивались с 60х годов в англосаксонских странах, в первую очередь в США, Англии и Австралии. Суды при первой же возможности согласия сторон передавали правовой спор на внесудебное урегулирование. Сегодня медиация является одним из наиболее успешных и широко применяемых методов ADR, последовательно способствуя возможности достижения взаимоприемлемого урегулирования спора. В настоящее время в западных странах медиация достигла такого уровня востребованности, что стало целесообразно и необходимо ее законодательное регулирование. Так, в США издан Единый закон о медиации (Uniform Mediation Act), объединивший более 2500 существовавших до этого в США законов регулировавших посредническую деятельность в различных Штатах и сферах ее применения. В таких странах, как Австрия, Канада, Австралия, Франция, Сербия, Болгария и других, приняты специальные законодательные акты о медиации, закрепляющие ее регулирование на государственном уровне. Например, во Франции, Австрии и Германии процедуры медиации в уголовных делах предусмотрены на законодательном уровне, в которых инициатором медиации является прокурор, который может направить уголовное дело для организации посредничества между пострадавшим и правонарушителем, в результате чего стороны могут прийти к взаимному соглашению, в ответ на что следует прекращение расследования и освобождение от уголовной ответственности. [1] В ряде стран Венгрия, Канада, Словения, Австрия приняты законы о медиации также и в гражданской и предпринемательской сфере, которые основаны на Типовом законе о международной коммерческой согласительной процедуре, разработанном Комиссией ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) в 2002 г. и одобренном Генеральной Ассамблеей ООН. Подобный закон «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» был также принят в Российской Федерации в июле 2010 года. Подобное широкое международное признание медиации обусловлено в первую очередь тем, что государства осознали невозможность поддержания социального мира в обществе лишь с помощью средств формальной юстиции. Современному обществу нужны альтернативные формы урегулирования отношений, способные быстро и эффективно разрешать проблемы. Медиация, с ее примиряющей природой, помогает существующей системе уголовной юстиции справиться с одной из ее основных задач, заключающейся в поддержании мира и безопасности в обществе путем восстановления нарушенных преступлением равновесия и общественного спокойствия. К тому же преимуществом возрастающего использования медиации часто называют смягчение бремени, которое ложится на судебную систему. В современном мире, где судебные системы повсеместно перегружены количеством поступающих на их разрешение дел, государственные суды обычно всячески содействуют развитию альтернативных методов разрешения споров именно потому, что они способствуют нормализации загрузки государственных судов, а следовательно, созданию необходимых условий для более 3
эффективного осуществления правосудия. Именно поэтому в рекомендациях Комитета Министров Совета Европы касающихся доступа к правосудию и обеспечения его эффективности говорится о необходимости принятия всех возможных средств и мер для поощрения, где это уместно, примирения сторон или дружественного урегулирования спора до его рассмотрения в суде, или же в ходе самого судебного разбирательства. [2] Отметим, что в рамках Европейского союза создана эффективная правовая база регулирования медиации: Европейская комиссия в 2004 году приняла Европейский кодекс поведения медиатора, а позже также ряд специальных директив ЕС, которые рекомендуют национальным правительствам поощрять распространение медиации.[3] В рамках Европейского комитета по проблемам преступности (Совет Европы) создан Комитет экспертов по организации посредничества в уголовных делах, который составил Рекомендацию, где освещаются основные принципы, правовая основа, вопросы организации и развития посредничества в уголовных делах.[4] Кроме того в самой преамбуле Рекомендация N R (99) 19 содержатся многочисленные отсылки к другим правовым актам Совета Европы, которые упоминают медиацию либо аналогичные инструменты.[5] Не менее важную роль играет декларация Генеральной Ассамблеи ООН 2002/12 «Об основных принципах использования программ восстановительного правосудия в уголовных делах». Таким образом расспространение и восстребованность медиативных процедур, а также развитая правовая база, регулирующая внесудебное разрешение споров, влечет за собой необходимость рассмотрения специфики медиации в ее принципиальном отличии от судебных процедур. *** Отличие медиации от судебных процедур: модель основанная на поиске консенсуса, а не на конфронтации. Как уже говорилось выше, процедура медиации определяется в Рекомендации Комитета министров Совета Европы как «гибкая, доступная, нацеленная на разрешение конфликта… мера, расцениваемая в качестве дополнения к традиционному уголовному процессу или как альтернативы ему». Таким образом медиация характериазуется как некая альтернатива уголовному судопроизводству в силу принципиально различных подходов к разрешению проблем, порожденных преступлением. Рассмотрим эти различия. Вопервых поскольку в основе идеи восстановительного правосудия лежит представление о том, что преступления, посягающие на интересы конкретного человека, не должны рассматриваться государством как деяния, имеющие исключительно публичный характер, а потому требующие немедленного публичновластного вмешательства, то цель медиации, как переговорной процедуры, это предоставить возможность участникам спора – потерпевшему и правонарушителю урегулировать свой конфликт самостоятельно, к взаимному удовлетворению. Если основными действующими лицами традиционного уголовного судопроизводства выступают государство и правонарушитель, то в рамках медиации на первый план в качестве сторон в уголовном деле выступают пострадавший и правонарушитель. Отличие восстановительного правосудия от существующих моделей официального уголовного правосудия заключается в том, что его основополагающей основой является принцип самоопределения сторон, т. е. сторонам передаются все необходимые полномочия для того, чтобы прийти к принятию взаимоприемлемого решения. Прекращение уголовного преследования в связи с примирением сторон в результате медиации есть проявление консенсуального (конвенциального) способа урегулирования последствий криминального конфликта. На территории Республики Армения правовой основой для использования участниками спора по своему усмотрению процедуры медиации является положение 4
статьи 18 Конституции РА согласно которой каждый имеет право на защиту своих прав и свобод всеми средствами, не запрещенными законом, а также статьей 20, устанавливающей право пострадавшего на возмещение вреда в установленном законом порядке. При этом в соответствии со ст.19 Конституции РА государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию, однако, считаем необходимым отметить, что право на доступ к правосудию (если понимать правосудие в формальноюридическом значении, как деятельностью осуществляемую судебной властью) не является обязанностью. Таким образом, пострадавшее лицо должно иметь возможность в предусмотренных законом случаях отказаться от официального судебного разбирательства, если, по его мнению, это не способствует эффективной защите и восстановлению его нарушенных прав, [6] ведь согласно мнению многих специалистов, жертвы преступлений несут двойной ущерб: вначале ущерб наносится самим преступлением, а потом следует репрессивная реакция государства на это преступление, при этом карательный способ организации правосудия не позволяет комплексно решать проблемы жертв. Не случайно Н. Кристи называет традиционную форму уголовного преследования «похищением конфликта» в том смысле, что преступление как конфликт между преступником и жертвой изымается (похищается) государством из общины, вследствие чего потерпевший оказывается как бы вне процедуры разрешения конфликта, когда его переживания, желания и интересы не имеют решающего значения.[7] Фактически государство в логике «борьбы с преступностью» использует потерпевшего в целях уголовного преследования, мало заботясь об удовлетворении его нужд, возникших вследствие преступления. Зачастую реальное восстановление нарушенных прав (возмещение имущественного ущерба и морального вреда, иные действия по заглаживанию вреда) интересует потерпевшего куда больше, чем то, какое наказание и каким образом будет назначено подсудимому, ведь наказание правонарушителя не всегда служит средством восстановления нарушенного права. Отметим, что и лицо, совершившее преступление, также не ограничено в выборе правовых средств защиты, поэтому примирение с потерпевшим является его законным правом. Вовторых, процесс медиации принципиально отличается от официального судебного процесса, впрочем как и от состязания, спора вообще. Медиация это не спор, а дискурс.[8] Как специально организуемая процедура, медиация по своей сути, можно сказать, противостоит современной процессуальной форме – состязательности, которая ориентирована на противостоянии, традиционной конфронтации сторон. Разъясним подробнее. Будучи необходимым условием правосудия, ориентированного на наказание («карательного» правосудия), состязательность одновременно усугубляет конфликт между сторонами и, довольно часто вовсе не способствует раскаянию преступника, поскольку вынуждает его обороняться всеми возможными средствами. При этом осуждённый «карательной» юстицией чаще всего осознаёт себя жертвой правоохранительных органов, суда, или просто обстоятельств и, отбывая наказание, как бы несёт приписанную ему ответственность перед государством, но не берёт на себя реальной ответственности перед потерпевшим, и практически не предпринимает никаких мер, для того, чтобы устранить негативные последствия от совершенного им преступления. К тому же, часто официальное осуждение нарушителя становится актом социального клеймения. Клеймо ставится на человеке, а не на его поступке и отныне отношение к нему определяется ярлыком преступника.[9] Такая реакция общества толкают человека совершившего преступление (особенно молодого) в криминальную среду, где он становится «своим», и эта криминальная среда помогает ему оправдать его противоправные действия. В результате чего провозглашаемое в законе исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений оказываются по большей части декларациями, а социальный эффект лишения свободы оказывается весьма 5
сомнительным. Места лишения свободы объединяя все большее количество правонарушителей, содействует воспроизводству криминальной субкультуры. Что же предлагает нам примирительная форма разрешения проблем, порождённых преступлением. Она предполагает отход от традиционной конфронтации сторон и выдвигает на передний план такие важные результаты как снижение напряжённости в отношениях, разрешение конфликта, удовлетворение законных интересов жертвы преступления — возмещение ущерба, получение и принятие извинений. Деятельное раскаяние и примирение лица, совершившего преступление с потерпевшим – тот правовой механизм, который способен оказать содействие нарушителю закона в искуплении своей вины. Как мы уже говорили медиация предполагает проведение встреч между виновным и его жертвой, во время которой правонарушитель вместе с жертвой делятся своими взглядами (мнением) на происшедшее, совместно принимают решение о размере и форме возмещения ущерба. Медиативная процедура наглядно демонстрирует ему последствия совершенного им преступления, это важное средство дать правонарушителю прочувствовать причиненный им вред, а также боль и страдания которые он навлек на пострадавшего. Подобные встречи способствуют раскаиванию, развитию чувства ответственности у правонарушителя, предоставляя ему возможности для исправления, что способствуют в дальнейшем его возвращению в общество и реабилитации. Очевидно, что в ряде случаев «наказание через стыд» окажет гораздо большее воздействие на личность правонарушителя. Обидчик, который берет на себя ответственность, становится уже не пассивным объектом, претерпевающим государственное принуждение (а именно так понимается всякая юридическая ответственность), а активным субъектом подлинной ответственности. Можно сказать, что в этом случае принцип ответственности правонарушителя реализуется в гораздо большей степени, поскольку примирение между сторонами происходит только в том случае, если правонарушитель признаётся в совершённом деянии, раскаивается и берет на себя обязанность по заглаживанию причинённого ущерба и вреда. Таким образом, исходя из всего вышесказанного, нам представляется, что в определенных случаях акт примирения является более предпочтительным способом восстановления нарушенных прав, чем состязание сторон, а исправление лица совершившего правонарушение и предупреждение совершения им новых преступлений находит свое эффективное решение в рамках именно восстановительного подхода к правосудию, который служит жизнеспособной альтернативой тюремному заключению, уменьшая число приговоров к лишению свободы. Для успешного применения посредничества, для более эффективного развития этого института, как свидетельствует опыт других государств, необходимо законодательное закрепление целого ряда вопросов и установление определенных гарантий от злоупотреблений в этой сфере. Согласно рекомендации № R (99) 19 Комитета Министров Совета Европы необходимы правила, регламентирующие использование медиации в уголовных делах. Такие правила должны, в особенности, определять условия передачи дел в службы медиации и порядок разрешения дел после проведения медиации. Надо отметить, что действующее армянское уголовное и уголовнопроцессуальное законодательство предусмотрело возможность альтернативного разрешения уголовно
правового конфликта: освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением сторон и деятельным раскаянием (ст.ст.7273 УК РА, ст.35 УПК РА). Данные статьи являются некоторой законодательной первоосновой для складывания восстановительного сегмента в уголовном судопроизводстве, однако процедура примирения, а также декларативность этих норм требуют детальной регламентации института медиации для реализации ее в армянское уголовное судопроизводство, так как в нашем уголовном процессе не предусмотрена фигура посредника, не определена сама процедура примирения, (включая вопросы о составе её участников, гарантий независимости и беспристрастности посредника, сроках, форме мирового соглашения, 6
обеспечении обязательности его выполнения и т.д.) По нашему мнению, имплементирование медиации в армянское уголовное судопроизводство является оптимальным средством эффективной реализации института примирения, получившего свое закрепление в вышеуказанных статьях. Как нам кажется, для правового государства, было бы неверным отвергать дополнительные способы разрешения уголовноправового конфликта, которые столь успешно действуют в системах зарубежного уголовного процесса, и которые позволят урегулировать коллизию между потерпевшими и правонарушителями на внесудебной основе, при одновременном сохранении возможности проведения традиционного судебного разбирательства, если стороны не могут достичь договоренности в отношении реституционных мер. Последствия законодательной регламентации альтернативных начал в уголовном процессе весьма значительны для развития общественных отношений и правовой культуры в целом, тем более что законодательное закрепление института медиации правонарушителя с потерпевшим в большей степени отвечало бы Конституции РА (ст. 18, 19, 20) и международным стандартам в области защиты прав жертв преступлений, а также назначению уголовного судопроизводства, при условии внедрения в него норм, регулирующих проведение примирительных процедур. На наш взгляд, публичный характер уголовного судопроизводства не должен рассматриваться как единственный способ достижения справедливости. Только в этом случае можно будет говорить о балансе между публичным и частным началом в уголовном процессе. Список использованнной литературы [1] Панькина И.Ю. Перспективы альтернативного способа разрешения уголовнопроцессуального конфликта// Актуальные проблемы совершенствования законодательства, правоприменения и правовых теорий в России и за рубежом /Материалы второй Международной научнопрактической конференции, Челябинск, 2010 С.292296 [2] См. Доступ к правосудию. Рекомендации Комитета Министров государствам – членам Совета Европы относительно путей облегчения доступа к правосудию // Российская юстиция. 1997. № 7. С.8 [3] Принятой 21 мая 2008 года Директивой 2008/52/EC Европейского парламента и Совета «О некоторых аспектах медиации в гражданских и торговых делах», государствачлены ЕС обязаны обеспечить законодательную поддержку посредничеству не позднее чем к 21 мая 2011 г. [4] Рекомендация N R (99) 19, принятая Комитетом министров Совета Европы 15 сентября 1999 г., и пояснительные заметки. Посредничество в уголовных делах // Вестник восстановительной юстиции. М.: МОО Центр "Судебноправовая реформа", 2001. N 2. С. 86103 [5] Например: Европейская конвенция о правах детей, статья 13 которой призывает договаривающиеся стороны к законодательному закреплению и использованию процедур медиации; Рекомендация № R (85) 11 о положении пострадавшего в сфере уголовного права и процесса предлагает государствам – членам Совета Европы обратить внимание на возможные преимущества медиации и примирительных процедур; Рекомендация № R (87) 18, касающаяся упрощения уголовного правосудия, предлагает государствам членам Совета Европы содействовать распространению внесудебных способов урегулирования конфликтов; Рекомендация № R (87) 20 О реакции общественности на правонарушения несовершеннолетних призывает государства пересмотреть законодательство и изменить судебную практику, имея в виду поощрить развитие альтернативных процедур и посредничества; Рекомендация № R (87) 21 О поддержке пострадавших и о предотвращении виктимизации рекомендует государствам–членам Совета Европы поощрять на национальном и местном уровнях эксперименты в области посредничества между правонарушителями и пострадавшими; Рекомендация № R (92) 17 относительно соразмерности приговоров подчеркивает, что в государствах – членах Совета Европы назначение наказания должно отвечать современной и гуманной уголовной политике при использовании альтернативных процедур, подобных медиации; Рекомендация № R (98) 1 направлена на распространение семейного посредничества. 7
[6] В соответствии с выработанным по делу Девира
прецедентом (Европейский суд по правам человека, решение от 27 февраля 1980 года, серия А, № 35), право на доступ к суду в уголовных делах является не более абсолютным, чем в гражданских, и может подвергнуться вытекающим из этого ограничениям, например, вследствие отказа органов уголовного преследования от обвинения. Более того, согласно тому же решению Европейского суда, существует возможность отказа сторон от права на суд, если, конечно, они полностью понимают значение такого отказа. Согласие на участие в программе медиации как на альтернативную форму процесса, может означать отказ от «права на доступ к суду» [7] Кристи Н. Пределы наказания / пер. с англ. В. М. Когана под ред. А. М. Яковлева. М., 1985. С. 125130. [8] См. Смирнов А.В. Типология уголовного судопроизводства. Автореферат дисс. .... докт. юрид. наук. М., 2001 [9] См.Карнозова Л.В. На пути к новой парадигме уголовной юстиции// Индекс/Досье на цензуру. 2003, № 18. С.3038 M
MM
MEDIATION IN THE CRIMINAL PROCEDURE AS A CENTRAL ELEMENT I
EDIATION IN THE CRIMINAL PROCEDURE AS A CENTRAL ELEMENT IEDIATION IN THE CRIMINAL PROCEDURE AS A CENTRAL ELEMENT I
EDIATION IN THE CRIMINAL PROCEDURE AS A CENTRAL ELEMENT IN OF N OF N OF N OF THE CONSEPT TO RESTORE THE JUSTICE
THE CONSEPT TO RESTORE THE JUSTICETHE CONSEPT TO RESTORE THE JUSTICE
THE CONSEPT TO RESTORE THE JUSTICE.
..
. Dallakyan Lilit
Dallakyan LilitDallakyan Lilit
Dallakyan Lilit
– PhD student of the Chair of Constitutional and Municipal Law of the Russian'Armenian (Slavonic) State University. The key words
: the consept of restorative justice, mediation, the alternative modes of conflict resolution, the principle of self'determination of the partyies of the conflict. Annotation
: The аrticle analyzes several aspects of the concept of the restoration of the justice, the purpose of which is not the punishment whatever is the price but the restoration of the vioalated rights and the conflict resolution by means not connected with penal repression. The center element of this conception is the mediation based on the search of a consensus and concilaition of the parties. 
Автор
popsovet
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
578
Размер файла
156 Кб
Теги
32_dalвосстановительная, медиация
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа