close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Знание - сила фантастика 2006-01

код для вставкиСкачать
ЗНАНИЕ –СИЛА
ФФ А
А Н
Н Т
Т А
А С
С Т
Т И
И К
К А
А
1/2006
Литературное приложение к ежемесячному научнопопулярному и научнохудожественному журналу
«ЗНАНИЕ –СИЛА»
№1 (1) Издается с 2006 года Учредители
П. Н. Ртищев АНО «Редакция журнала «Знание сила»
Генеральный директор АНО «Редакция журнала «Знание сила»
И. Харичев Редакция: Д. Байкалов Е. Харитонов И. Харичев Художественный редактор Л. Розанова
Корректор Л. Беляева
Художник Ю. Сарафанов
Оформление и компьютерная верстка
Л. Розановой
Коммерческая служба
И. Вирко
Подписано к печати 04.04.2006. Формат 70 х 100 1/16.
Офсетная печать. Печ. л. 8,25. Усл. печ. л. 10,4. Уч.изд. л. 11,93. Усл. кр.отт. 31,95. Тираж 999 экз.
Адрес редакции: 115114, Москва, Кожевническая ул., 19, строение 6,
тел. 2358935, факс 2350252 тел. коммерческой службы 2350774 email: znsila@ropnet.ru znaniesila1926@yandex.ru
Отпечатано в ОАО ордена Трудового Красного Знамени
«Чеховский полиграфический комбинат» 142300, г. Чехов Московской области Заказ
Рукописи не рецензируются и не возвращаются Цена свободная
©
«Знание сила: Фантастика», 2006 г.
«ЗС»Фантастика №1,2006
1
«ЗНАНИЕ СИЛА» ЖУРНАЛ, КОТОРЫЙ УМНЫЕ ЛЮДИ ЧИТАЮТ УЖЕ 80
ЛЕТ!
Сегодня подписка, а завтра
научные сенсации и открытия;
лица современной науки; человек и его возможности; прошлое в зеркале
современности; будущее стремительно
меняющегося мира.
Интернетверсия – www. znaniesila.ru
На сайте:
полная версия журнала
(1998 2004); золотые страницы лучшие публикации
из архива;
обложки «ЗС» коллекция обложек за 80 лет;
коллекция лучших работ
оформителей
(1964 1968); коллекция Виктора Бреля; общение раздел для обмена мнениями и споров; гостевая книга; викторина вопросы
и задания с призами.
«НЕ ТАК!..»
Совместная передача журнала «Знание сила» и радиостанции «Эхо Москвы». Слушайте передачу «НЕ ТАК!..» каждую субботу в 13.00
«ЗС»Фантастика №1,2006
2
ПОСЛЕЗАВТРА
А. Громов Фальстарт
Знаю, знаю: многие по сей день твердо убеждены, что споры силикатных грибов были
случайно доставлены на Землю возвращаемым космическим аппаратом заодно с веществом какойто кометы, без которого, как они считают, нам отлично жилось. В. Ильин Футурограмма
Мой Президент!
Представляю Вам для ознакомления и принятия неизменно мудрого и дальновидного
решения прилагаемый документ...
КОСМОС
С. Синякин Яркан Звездного паука
И тут невидимый враг нанес удар по светилу.
Д. Попов Портал Великого Алия
Самый дорогой туристический лайнер Федерации назывался довольно примитивно
— «Скайуокер». И. Письменный
Маневр на орбите
В тот год случилась небывалая засуха в центральной Африке и юго
восточной Азии, и Большой Совет Земли впервые за много десятилетий
вынужден был значительно урезать средства, выделяемые на космические
полеты и исследования.
ПОЗАВЧЕРА
П. Ртищев
Воронка Хроноса
Глухие удары во входную дверь возвратили в реальность студента Серова.
НАСЛЕДИЕ
Д. Байкалов
Картограф Страны Фантазии
Г. Гуревич Поденки
Вытянутая орбита, четырехмесячное знойное лето, четыре года лютой зимы —не
слишком благоприятные условия для жизни. Никто и не ожидал встретить разумную
жизнь на первой планете звезды 211179.
1/2006
В НОМЕ Р Е
30
67
94
83
114
115
15
4
На протяжении многих лет в редакцию приходили письма с вопросом: «А почему у журнала нет своего литературного приложения —такого, как, например, «Искатель» у «Вокруг света»?»
И действительно, странно. Ведь «Знание —сила» с фантастикой
связывают давние, тесные узы. Чуть ли не с самого своего рождения журнал оказывал поддержку литературе научного и социального поиска, литературе мечты, бывшей у советской
власти не в особой чести. За десятилетия на страницах журнала было опубликовано огромное количество научно-фантастических произведений, теперь уже вошедших в золотой фонд отечественной литературы,
ставших классикой жанра. Немаловажно и то, что в свое время только редакция «Знания
—силы» не побоялась напечатать, например, полузапрещенную повесть Стругацких «Жук в муравейнике», рассказы Кира Булычева, которые отказывались по идеологическим соображениям
публиковать другие издания… Казалось бы, сам бог велел одному из старейших научно-популярных
журналов России давно обзавестись собственным литературным
приложением, ведь есть стабильный спрос, устойчивый круг читателей и авторов. Но в силу различных обстоятельств такая возможность у «Знания - силы» появилась только теперь. И может быть, хорошо, что это произошло именно сейчас —в эпоху, когда жанр фантастики
переживает небывалый подъем —об этом говорит и фантастическое
количество книг, и феерическое многообразие направлений и тем,
существующих сегодня в этой области литературы, и большой приток
молодых авторов-фантастов. Конечно, трудно сегодня конкурировать на многолюдном рынке фантастической литературы.
Но журнал и не ставит перед собой такой задачи. Мы не делаем ставку на авторов с раскрученными именами и на модные темы. Мы видим перед собой два главных направления нашей стратегии:
реанимация подлинно научной фантастики (сочинители в жанрах фэнтези
и мистики сегодня и так не обделены печатными площадями) во всем
многообразии этого направления, и поддержка молодых, перспективных
авторов, работающих в области научной фантастики (НФ). Конечно же, не только начинающие фантасты —авторы нашего журнала. С нами готовы сотрудничать и современные корифеи жанра, появятся на наших страницах и лучшие образцы зарубежной НФ. У редакции —много идей и наработок. Надеемся, читатель не будет разочарован.
Итак, остается пожелать нашим читателям и авторам (ну, и редакции,
конечно) долгого и нескучного чтения и общения на страницах
литературного приложения «Знание
—сила: Фантастика».
«ЗС»Фантастика №1,2006
3
От редакции
Фальстарт
Знаю, знаю: многие по сей день
твердо убеждены, что споры силикат
ных грибов были случайно доставле
ны на Землю возвращаемым космиче
ским аппаратом заодно с веществом
какойто кометы, без которого, как
они считают, нам отлично жилось.
Некоторые думают, что споры эти
спокон веку жили себе и не тужили в
глубоководной впадине, пока комуто
не приспичило извлечь их на поверх
ность. Есть и такие, кого не сшибить с
убеждения: все это дело рук военных с
их секретными лабораториями и ла
бораторными секретами. Но лично я
так не думаю.
Если честно, это вообще не мое де
ло. Когда оно касалось всех и каждо
го, в том числе и меня, я еще пешком
под стол ходил. А когда стало ясно,
что нам с этим жить, какая мне, ска
«ЗС»Фантастика №1,2006
4
жите на милость, разница, откуда что
взялось? Поздно задавать вопросы.
Главное — уходить оно не собирается.
И еще существенная деталь: людей не
трогает. Ну и живи себе, лишних про
блем не поднимай и рубаху на груди
не рви. Толкуто от всех этих споров!
Когда в трактире начинают хватать
друг друга за грудки, выясняя, кто
прав, а кто дебил от рождения, я сразу
ухожу. Не выношу пустопорожнего
шума. То ли дело: сел за дубовый стол
почеловечески, пива выпил, рыбкой
закусил...Хорошо!..
Ничего. Пройдет время — утихнут
страсти, это я вам говорю. Скиснут,
как несвежее пиво. Да вы уже сейчас
посмотрите: кто спорит до хрипоты?
Молодежь вроде вас? Как бы не так.
Все больше старички, мои ровесники.
Вот помяните мое слово, лет через де
П
ОСЛЕ З АВТ Р А Александр Громов
сять всем будет едино: что микосили
коиды, что какойнибудь царь Хам
мурапи. Кроме, конечно, историков,
но это же курам на смех. Мой стар
ший внук знаком с одним ученым,
только не с историком, а с химиком.
Говорит, несерьезный человек, поле
но толком расколоть не умеет. И про
чие ученые, надо думать, не лучше.
Кто из них еще ничего, так это би
ологи. Точнее, биотехники и особен
но лесопатологи. Они на нашу био
станцию иной раз заглядывают. Я там
дятлов развожу. Ну, не совсем разво
жу, то есть, а мастерю для них жил
площадь. Вроде скворечников. Для
мелких дятлов — небольшие, а для
большого черного дятла — он желна
называется — дуплянка нужна такая,
что кошка влезет. Если, конечно, еще
не знакома с дятловым клювом.
Этот черный — большой специа
лист по жукамусачам. Особо ценный
кадр. Где жук размножится, там лес
гибнет, туда наши мужики дятлов ве
зут. И расселяют. Можно даже ска
зать — трудоустраивают. На местном
пищевом ресурсе.
Но не о дятлах речь.
Речь о том, как нам досталось та
кое счастье. Вот именно: не мы заслу
жили, а нам досталось. Не совсем да
ром, нет. Помучиться пришлось всем,
особенно поначалу. Только не надо
мне говорить, будто вы никакого осо
бенного счастья не ощущаете. Это от
того, что вам сравнить не с чем. Мо
лодые вы еще. Дети совсем. А я срав
нить могу, потому как хорошо ее по
мню, ту, прежнюю жизнь.
Эй, Семен, ты брось гундеть. Что
за привычка встревать в чужой разго
вор? Не видишь, что ли, у нас тут бе
седа. Парням польза, а мне развлече
ние. Ну иди, иди себе, не мешай...
Так вот я о чем, значит. О прежней
жизни. Жил я тогда в большом городе,
даже очень большом. Десять с лиш
ним миллионов живых душ. Если всех
людей из домов разом выгнать на ули
цы да во дворы, так они теснее вста
нут, чем деревья в самом густом лесу.
Домищи, чтобы вместить такую про
рву — огромные, и в двадцать этажей,
и в сорок, и даже больше. Не деревян
«ЗС»Фантастика №1,2006
5
ные, как у нас, а из специального кам
ня — железобетон называется... Чего?
Ну да, смешное слово.
А между домами — улицы, да та
кие, что посередине нипочем не
пройдешь. Машины там — вжик,
вжик! В обе стороны. Одни туда, дру
гие обратно, притом в несколько ря
дов. Как муравьи на своей тропе,
только каждый такой «муравей« побо
лее телеги будет, и несутся они так,
будто без их обязательного присутст
вия за тридевять земель через пять
минут непременно мировой ката
клизм случится. Шум, гам, дышать
нечем. Дня не проходило, чтобы кого
нибудь не задавило или чтобы маши
ны не столкнулись. Честное слово, не
вру. А ведь жили люди в этом кошма
ре. Человек, он ко всему привыкает.
Чем занимались? Кто чем, но по
большей части чепухой всякой. Ну,
заводы стояли, дым в небо пускали из
труб — это я еще понимаю. Много на
роду на тех заводах работало, вещи
разные делало, те же машины, к при
меру. Кто поезда под землей водил,
кто за порядком присматривал, кто
торговал, кто еще чего... Но больше
всего народу работало в конторах.
Скажу прямо, я этого не видел, мне
старики рассказывали... вот как я вам
сейчас. Трудно поверить в такое, а
еще труднее понять, но вы уж поста
райтесь.
Приходит человек в один из этаких
большущих домов и первым делом
включает компьютер. Это, значит,
ящик такой для тупых, ну и для лентя
ев тоже. Кому, скажем, лень считать,
или нарисовать чертежик какойни
будь, или написать чтото — компью
тер тут как тут. Сидят. Морщат лбы,
губы кривят, зады расплющивают.
Иной ткнет в клавишу пальчиком и
снова сидит час, якобы думает. Счита
ется — работает. А если начальник не
видит, так подчиненный развлекает
ся. В игры играет или по Сети общает
ся с такими же обормотами, каков
сам. И то сказать: работа у многих та
кая, что от пустой забавы ее не сразу и
отличишь.
Смешно? Нет? Ах, тебе завидно?
Глупый ты, молоко на губах не обсох
«ЗС»Фантастика №1,2006
6
ло. Хочешь попробовать такой жиз
ни? Теперь уже не попробуешь, и не
мечтай. Можешь, конечно, бражку
гнать из ягод или мухоморы жрать, и
будет тебе счастье. Примерно такое
же, как перед компьютером, это я те
бе точно говорю. А станешь подолгу
задумываться о той жизни — считай,
пропал. С глузду двинешься. Вон как
дед Андриян, который режет по дере
ву всякие вещи из прошлого — мик
роволновки там, ноутбуки, мобиль
ные телефоны... Вся изба у него в де
ревянных идолах, и он на них молит
ся. Спятил, одно слово.
Нет, что было, то уж совсем про
шло. Кончено. Навсегда. Вперед гля
деть надо, не назад... Эй, ты чего вер
тишься? Тебя для чего сюда присла
ли? Слушать? Вот и слушай.
Вот что я скажу: дураки люди были
тогда, ничегошеньки в жизни не по
нимали. И я дурак был, не стыжусь
сознаться. Мы ведь как считали? Сы
ты, одеты, в тепле сидим, вода горячая
прямо в дом по трубам бежит, работой
не шибко утруждаемся — вот и лад
ненько, так и должно быть. То есть не
совсем так, а чтобы еще лучше: мень
ше трудиться, слаще питьесть, и еще
чтобы геморроя от сидения не было.
Ну и, само собой, чтобы всякие фин
тифлюшки электронные вокруг нас
так и кишели — их тогда прибамбаса
ми называли. Чтобы еще мощнее, еще
мельче, а главное, еще круче — мол, у
меня одного такое, а у вас нет. А как у
вас оно появится, так я свое продам
или выброшу и взамен самый наино
вейший прибамбас себе куплю. Я,
мол, современный, меня девочки лю
бят, завидуйте мне... Смеетесь? Ну,
смейтесь, смейтесь...
Я хоть не сразу, но понял: нельзя
человеку предлагать все, чего ему хо
чется. От такой жизни устают, когда
всё перепробуют, и уже жить ленятся.
Больной мир, и люди в нем больные.
Хуже всего, когда человек болен, а ду
мает, будто здоров. Есть такие болез
ни, взять хоть алкоголизм. Ну, у нас
то болезнь была иная — «весьмирдля
нас
». Не мы ему чемто обязаны, а он
нам, поскольку мы в нем родились.
Осчастливили его собой.
И при всем том полная беспомощ
ность! Ни избу поставить, ни выжить
в лесу одному, ни даже дров толком
напилитьнаколоть — ну ничего
шеньки не умели! Городские — они
такие. Да только кто в ту пору не был
городским? Мало оставалось таких,
неиспорченных.
Мы, русские, в этом смысле были
еще ничего, а уж если на остальной
мир взглянуть... Ох, держите меня!
Как бедствие какое ни то стихийное,
так сразу у них та еще дурь полосатая.
Сначала глазеют на вулкан или, на
пример, на цунами, как оно к ним
идет, фотографируют да радуются,
как будто силы природы существуют
исключительно для их удовольствия,
а потом: «Ах, спасайте меня!
» А чего
дураков спасатьто? Зачем? Они ведь
до самого конца убеждены, что не они
дурни, а мир устроен несправедливо,
причем не весь, а так, местами. Да по
чему ж несправедливо? Очень даже
справедливо! А если ты глупый, то и
страдай за свою глупость или резко
умней, верно я говорю?
Ум — это ведь еще не мудрость.
Ум — это когда человек правильно
понимает, кто он такой в этом мире и
что в какой ситуации делать не откла
дывая. А коли упрямо не понимаешь
— ну извини...
Теперьто таких дурней совсем ма
ло осталось, и за то природе отдельное
спасибо. А с чего пошло начало, а? С
чего, я спрашиваю? Ну хотя бы вот ты
ответь, с чего? Да, я с тобой говорю,
чего вертишься? Ну?
Тото. С микосиликоидов. И вы
ходит, что они нам благодетели, хоть
и грибы неразумные.
Помню, как все начиналось. Спер
ва понемногу, и никто ничего не по
нимал. Ну мост бетонный рухнул ни с
того ни с сего, ну дом рассыпался печально, конечно, а бывает. Шум,
крики, телекамеры, суд над строите
лями, журналисты пеной исходят.
Потом — бац! — сенсационное откры
тие: найдены споры грибов, пожира
ющих бетон. И кирпич тоже, но мед
леннее. Вселенская напасть! А напус
тить на нее ученых с ихними ядами и
техникой! А обеспечить их по первому
А.Громов Фальстарт
разряду, чтоб поскорее новых ядов
напридумывали! А создать им все ус
ловия! Потому как ежели они не спра
вятся, то всей цивилизации хана и ам
ба. Караууул!..
Чего веселитесьто? Хорош ржать.
Честное слово, не вру — именно так
люди и думали. Не верили в зарю но
вой жизни, а верили в хану и амбу.
Вам, молодежи, теперь этого не по
нять, а вот я понимаю. Им бы порас
кинуть мозгами, людишкам тогдаш
ним, ан нет — разучились. Услышал
чтото по телевизору — это тоже ящик
такой, — пересказал своими словами
знакомым, и готово, сошел за умного.
Из тех, о ком говорят: хорошая голо
ва, да дураку досталась.
Ну, сколькото народу было задав
лено рухнувшими домами, это факт. А
только не меньше людей посамоуби
валось, когда увидело: всё, конец
прежней разлюлималины. Дурак все
гда скор на выводы. Видит он: стена
дома, где у него квартира на четыр
надцатом этаже с ванной и теплым
сортиром, начала понемногу кро
шиться. Потом глядь — грибы из нее
полезли дружно, как опята. Очень по
хожи, только фиолетовые и несъедоб
ные. Ну, значит, дело ясное: собирай
вещи в узел и дуй в деревню, пока те
бе на маковку не упал трухлявый по
толок, руби избу, потому как микоси
ликоиды на дереве не растут, а о ка
менном доме забудь навеки. Верно го
ворю, нет?
Ага! Как только до самого тупого
дошло, что мир меняется без возврата,
самоубийцы на тот свет табунами по
шли. На рельсах расстелились, из
окон посыпались, а уж бельевых вере
вок извели на себя столько, что, еже
ли их связать вместе, можно как раз
достать до Луны. У химиковто ниче
го с микосиликоидами не вышло — ну
не желали силикатные грибы поми
рать от ядов! Уж как с ними ни би
лись, каких только мер ни применяли
и распыляли на стены и балки ка
кието эмульсии, и примешивали в
бетонные смеси всевозможные добав
ки, и облучали чемто — все без толку.
Замедлить грибной рост еще удава
лось, а прекратить совсем — вот вам!
Откуда взялся гриб — неведомо, как с
ним бороться — неизвестно, такие вот
дела.
Особенно возопил народ, когда
дошло до самого глупого: потеря бе
тонных и кирпичных жилищ — даже
не полбеды, а такая мелкая малость,
что и говорить о ней не стоит. Чепуха
на постном масле. Настоящая пробле
ма в другом: без силикатов нет домен
ных печей, мартенов и прочей метал
лургии, а без металлургии нет ничего.
То есть это тогда люди так думали.
Мыто с вами знаем: все, что человеку
на самом деле нужно, у него есть, а
лишнее — это еще надо посмотреть:
не баловство ли? Сто против одного,
что окажется баловством.
Но тогда казалось, что мир воисти
ну рушится. Грибы сожрали огнеупо
ры — и привет горячий. Металлы пла
вить не можем. Плотины крошатся,
напор воды не держат — спустить во
ду, покуда сама не прорвалась, и до
лой гидроэнергетику. С тепловыми
электростанциями тоже не лучше.
Значит, производим электричества
вдесятеро меньше, чем прежде, и про
изводство постоянно уменьшается,
металла нехватка, запчастей нет, вся
промышленность, от тяжелой до ра
диоэлектронной, сипит и задыхается,
а главное, впереди не видно никакого
просвета. Цивилизация кончилась,
человечество обречено. Какоето вре
мя еще побарахтаемся, а потом пере
селимся поближе к природе, будем
желудями питаться и по веткам пры
гать... Хватит ржать, сказано вам! Это
сейчас смешно, а тогда было не до
смеха...
Кто мало что почувствовал, так это
чукчи и еще эскимосы всякие. Ну ка
кое дело эскимосу до бетона и огне
упоров? Вот в Африке, говорят, хуже.
Краем уха слышал, что берберы всех
коз у себя повывели, потому что коза первый враг дерева. Теперь они овец
разводят и из последних средств за
опреснение морской воды взялись,
потому что леса у них там не растут
без полива, а дерево всем нужно. Их
глиняныето дома, знамо дело, разва
лились.
Ну да Африка далеко, леший с ней.
«ЗС»Фантастика №1,2006
7
«ЗС»Фантастика №1,2006
8
Европейцам, надо сказать, тоже при
шлось несладко. Кто выиграл, так это
мы, Россия. У нас леса, у нас житье.
Недаром к нам так и лезут отовсюду
всякие пришлые, а мы смотрим, что
за люди, и ежели негодящие, ежели по
своим законам прожить надеются —
от ворот поворот. Такто.
Но и нам это не сразу далось, ох,
не сразу. Покуда поняли, что вот оно,
счастье, натерпелись. Не от грибов
натерпелись, не от природы — от са
мих себя. Уклад был не тот. Да, собст
венно, никакого уклада поначалу не
было.
Вот, скажем, наше село. Раньше
здесь хутор был — один домишко, да
полтора сарая, да бабка слепая лет де
вяноста с гаком, однаодинешенька.
Теперь — сами видите. Тех халуп да
землянок, какие мы понастроили где
попало, толькотолько из города вы
рвавшись, уж вовсе не осталось. А
главное, народ был невыделанный,
каждый сам по себе да еще с прибаба
хами насчет личной свободы и обес
печенных кемто прав. А кем? Кто те
бе будет их обеспечивать? С какой
стати? Твои проблемы, ты и решай.
Что? Ты... это... как тебя звать?
Иваном? Ты, Иван, не ерзай, в глазах
мельтешит. Сидеть неловко? Пони
маю... А ты встань, небось не рассып
лешься. Чего говоришь? Помогать на
до друг другу? Всем миром? Правиль
но. Только мы в те времена до этого
еще не докумекали.
Пришлось докумекать. Тоже, ко
нечно, не сразу. Харчами делились
друг с другом, это я помню. Хотя тоже
находились любители урвать себе кус
побольше, однако ж до февраля с го
лодухи никто не помер. В Осиновке о
ту пору большой продуктовый склад
был, ну мы туда и ходили за двадцать
верст. Да не мы одни. Осиновским это
не больното нравилось. Попервона
чалу мы с ними в колья бились, а по
том, когда они Илюху Жукова жака
ном застрелили, мы к ним в открытую
уже не ходили. Только тайком да но
чью. И я, пацаненок, ходил.
Ну, перезимовали коекак. Чело
век пятнадцать к весне умерло, да и у
прочих животы к хребту прилипли.
Что дальше делать? Как жить?
А был среди нас такой Руслан Фа
тихович, мужик крепкий, хоть и не
христь. Собрал он нас на сходку. На
до, грит, учиться крестьянствовать, не
то околеем. Первонаперво: распа
хать, заборонить поле. Добыть, хоть с
боем отбить, посевной материал. Ин
вентарь достать. Хорошо бы угнать
трактор или хотя бы лошадку. Нет —
на себе будем пахать. Женщин — на
огороды. Ребятишек — на рыбную
ловлю, на сбор лесных даров. Щавель,
крапива, улитки с лягушками — со
жрать все можно. Хоть воробья из ро
гатки, да подбей. Хочешь лопать —
приноси пользу. Дармоедов не кор
мим.
Да, мол, вот еще что. Настоящие
избы рубить надо, а халупы — побоку.
Строим всем миром, распределяем по
жребию, и так до тех пор, пока каждая
семья не въедет в новый дом. Годится?
Пошумели мы, ктото насчет кол
хоза сострил, но согласились. Выбо
рато нет. К середине лета построили
первый дом. Уж не знаю, как Руслан
со жребием схимичил, а только дом
ему достался. Ничего, говорит, будем
еще строить, всем хватит.
До сбора урожая построили еще
два дома. Хорошие вышли дома, толь
ко без оконных стекол и с глухими
ставнями — стекло ведь тоже в неко
тором роде силикат. Печи сложили из
дикого камня, какой в полях валяется.
Правда, мало его осталось. Спросите
любого ученого, из чего в основном
состоит земная кора? Из силикатов.
Как только гранит или шпат какой
нибудь вылез на поверхность, так
глядь — фиолетовыми грибами оброс,
а там и рассыпался в пыль. Да вы ви
дели это много раз.
Но не о камнях речь, а о том, что
начали мы понемногу верить: жизнь
налаживается.
Бац! Приезжают аж на четырех
джипах. В коже, с оружием, наглые.
Бандиты, словом. Они до той поры в
городе шуровали, да город оконча
тельно рассыпался и городом быть пе
рестал. Значит, по их понятиям, пора
садиться на шею тем, кто сбежал в де
ревню и с нуля новую жизнь подыма
А.Громов Фальстарт
ет. Нам то есть. Подходящая шея.
Здрасьтеприехали! Всю жизнь мы
о том мечтали.
Постреляли они немного, больше
для острастки. Тут Руслан и говорит:
«Стойте тут, договариваться с ними я
пойду
». И пошел. Коекто его даже
зауважал — бесстрашный мужик!
Только недолго продержалось то ува
жение.
Воротился — так, мол, и так. Мы
их кормим от пуза, и ежели бабу или
девку какую захотят из наших, так
чтобы им не перечить, а они нам за
это защиту. От кого? Да хоть бы от
осиновских. Или от других бандюков,
мало их, что ли?
Мы так и ахнули. А дома постро
енные? Сколько сил вложено! А уро
жай? Он хоть и порядочным ожидал
ся, да все одно ясно: к весне снова
клади зубы на полку. А тут еще этих
корми от пуза?
Руслан наш на то усмехнулся: ни
чо, прокормим. А домишек вы себе
еще понастроите. И пошел.
«Вы«, значит. Уже не «мы
», а «вы».
Отделил.
Приуныл народ. Кучками собира
ется, судачит, ругается вполголоса.
Коекто уже мыслит бросить все к
черту и махнуть куданибудь в совсем
глухие леса, где и джипу не проехать.
Да только все это больше на словах,
чем на деле. На деле совсем другое вы
шло. Бабы, какие помоложе, да девки
в лесу попрятались. А в крайней зем
лянке собралось человек десять мужи
ков да я, мелкий шкет, потому что
случайно их разговоры подслушал. Не
хотели они брать меня с собой, а при
шлось, чтобы не выдал. Не, я не выдал
бы, зря они боялись. Я и тогда считал,
и теперь считаю: правильно люди ре
шили. Нечего ждать по российской
привычке, когда совсем худо станет.
Свербит — думай. Придумал — гово
ри, если дело не одного тебя касается.
Сказал — делай.
И сделали. Бандиты от нас такой
скорости точно не ожидали. Заняли
они новые дома, самый лучший —
«бригадиру
», два других — рядовым, и
Руслан с ними. Он для них человек
полезный, вроде старосты деревни.
Вмиг друг друга поняли. По научному
— симбионты. Ну а мы, значит,
планктон. Чего с ним чикаться? Не
слепые, видят: бабы у них, старики,
дети малые. Всех жалко. Значит, всё
вытерпят, только бы до смертоубий
ства дело не дошло.
Только зря они так думали и кара
ульных не выставили. Ночь тихаяти
хая была, только цикады на лугу стре
котали. А под утро запылали разом все
три дома. Двери мы потихоньку под
перли, ставни тоже, хворост таскать
не стали, чтобы не нашуметь, зато
плеснули на стены и крыши бензи
ном, какой добыли из бандитских же
джипов. Крыша — дранка. Запылала
вмиг. Изнутри — крики матерные.
Потом пальба сквозь двери и ставни,
да только без толку. Потом уже ниче
го, даже воплей почти не слышно, так
сильно огонь гудел. Только один бан
дит и выскочил, чтобы смерть при
нять не в доме, а во дворе.
Вот такие пироги. Хоть и жаль нам
было того, что своими мозолями да
пОтом добыто, а как иначе? Избы
можно и новые срубить, а где новый
стержень для души возьмешь, если
прежний потерял? В иных деревнях
такие же бандиты по многу лет бес
чинствовали — жидковат оказался та
мошний народец. Иные за сто верст к
нам тайком приходили — за опытом.
Была охота ноги бить! Какой опыт, за
чем? Все, что тебе нужно, ищи в себе,
а коли не найдешь, то я уж не знаю...
Только тот раб, кто рабом быть согла
сен.
Ну чего забубнили? Известные ве
щи говорю? Всякий раз одно и то же?
Да, всякий. И еще не раз придется
вам это выслушать, покуда в разум не
войдете. Я помру — другой найдется.
Должен же ктото вас учить.
Что, уши вянут? Да ты, Митяй, ни
как уйти хочешь? Нуну, ступай.
Сколько горячих тебе нынче по зад
нице перепало — десяток? Сейчас еще
столько же добавят — и обратно сюда,
меня, старика, слушать. Не отвер
тишься. Потому как одних розог мало
— кого высекли, тот понимать дол
жен, вопервых, за что, а вовторых,
почему нельзя иначе. Вот тебя — за
«ЗС»Фантастика №1,2006
9
«ЗС»Фантастика №1,2006
10
что? Лесину свалил, пенек выше нор
мы оставил? Ну и правильно, по гре
хам твоим десять розог — в самый раз.
Лесина только рубится быстро, а рас
тет медленно. Что у нас естьто, кроме
леса? Камня дельного совсем мало,
железо бережем, тяжким трудом оно
добывается. А раз леса много, то его и
не жаль, так, что ли?
Тото. Все ты понимаешь, а уп
рям — колом не перешибешь. Специ
ально для тебя расскажу еще одну ис
торию. Это уж лет через пять было по
сле того, как мы бандитов пожгли.
Выбрали, значит, в старосты самого
рассудительного, а при нем сход из
мужиков, какие потолковей и постар
ше. Живем. Я в ту пору вымахал с ко
ломенскую версту и начал на девок за
глядываться. Присмотрел одну по
сердцу, Катей звали. Она была из но
веньких, тоже бывшая городская.
Много тогда людей по свету бродило
— кто со временем осел гдето и кор
ни пустил, а кто и сгинул. Очень мно
гие за развалины городов до послед
него держались, все надеялись, что на
микосиликоидов найдется управа или
они какнибудь сами собой вымрут.
Жили хуже всяких крыс, копались в
кучах хлама, всё еду искали. Но еда та,
как сказал бы биолог, принципиально
ограниченный ресурс. Кончилась —
иди гуляй. Кошки с собаками, какие
уцелели, и те из городов ушли. Воро
ны над городами перестали летать.
Ну так вот. Пришла Катя к нам в
деревню не одна, а с больной мате
рью. Выделили им пустующую зем
лянку — берите пока, не жалко. Не
знаю уж, чем Катина мать болела —
помоему, всеми болезнями, сколько
их есть. Охает, стонет, работать не мо
жет. Потом, правда, на чужом огороде
ее застукали, когда она ночью на про
мысел вышла. Гребет все подряд в ме
шок этак похозяйски размеренно,
как комбайн, и охать забыла. Еще и до
того соседки судачили — белье у них с
веревок стало пропадать. Сроду тако
го в нашем селе не водилось. Шепот
ки пошли, подозрения, взгляды ко
сые. Вроде и свои кругом, а как будто
чужие. Неуютно.
Ну, уличили наконец, а что делать
— непонятно. Собрался сход, решает.
Одни говорят: всыпать воровке ореш
ника, как полагается, да прилюдно, да
хорошенько! Другие в сомнении: а
вдруг она вправду больна, а не прики
дывается? Помрет ведь под лозами.
Вон — в землянке лежит, стонет. Тре
тьи: гнать ее из села, раз выдрать
нельзя! Вот еще новости — не тронь
ее! Ты куда пришла, дорогая? К дика
рям? Так и у тех свой закон имеется.
Ято, конечно, подслушивал. Тре
вожно стало, и сердце будто клещами
сдавило: а ну как правда выгонят Ка
тю мою ненаглядную? Ведь она мать
не бросит. Решил: буду упрашивать
мужиков. На колени встану. А нет —
брошу все и уйду вместе с Катей куда
глаза глядят.
Слеп был, что верно, то верно. Кто
влюбленный, с тем еще хуже бывает.
Забыл, что яблочко от яблоньки редко
далеко откатывается. Бреду, как в во
ду опущенный. В лес забрел. Слепни
кусают — я не чую. Солнце садится, и
сосны стоят огненные. Красота див
ная, а мне не до красот.
Вдруг дымком потянуло. Опа!
Глядь — Катя моя ненаглядная под
кучей валежника огонь раздувает. А
куча нарочно собрана возле трех сухих
елей, какие я уж давно на дрова при
смотрел, да все было недосуг свалить.
Знаете, как вспыхивает сухая ель?
Свечкой! В один момент.
Не понял я тогда, что у Кати было
на уме, — простонапросто пожара
испугался. Лето стояло сухое, и вете
рок дул точно на наше село. Пойдет с
этой стороны верховой пал — через
час от села головешки останутся. Не
отстоишь. Ну, заорал я не своим голо
сом, кинулся тушить. Катя, как меня
увидела, давай уносить ноги. А ни
жние ветви ближней ели уже горят!
Как я с огнем голыми руками вое
вал, сами сообразите. Но не поверите
— сбил пламя с веток! А мох сухой? А
кусты? Одежда дымится, руки и лицо
в пузырях, а сделать ничего не могу,
огненный круг все шире, еще чуть
чуть — и пойдет пал по лесу. Повезло:
мужики из села увидели дым, прибе
жали кто с чем. До полуночи мы огонь
сбивали и топтали, а потом еще дежу
А.Громов Фальстарт
11
«ЗС»Фантастика №1,2006
12
А.Громов Фальстарт
рили до утра, чтобы не возродился. И,
ясное дело, вопрос: кто виноват?
Я всю вину на себя взял. Так и так,
мол, помрачение разума нашло. Раз
жег костерок там, где не надо. Почто
жег? А просто так. Захотелось.
Мужики мне ни на грош не верят,
а я на своем стою. Я, мол. Настоя
щуюто поджигательницу никто не
видел, хотя подозрения были. Мне:
«Опомнись, дубина! Ты ж наш, ты ж в
доску свой! Кого покрываешь?
» Я в
ответ: «Никого, вот крест. Виноват —
отвечу
».
И ответил. За большую вину, сами
знаете, полагается сто ударов, ну а
мне за упрямство всыпали двести. Все
хотели, чтобы я в своем вранье раска
ялся и на истинную виновницу ука
зал. Кати с мамашей в ту же ночь след
простыл — ушли они из села и больше
не возвращались. Попытались со зло
сти нас пожечь да и побрели по свету
искать, где люди пожиже, где должно
го уклада нет, где за чужой счет про
жить можно. Есть такие — больше
клопы, чем люди.
Только я ничего этого тогда не по
нимал. Лежу на лавке со спущенными
портками, руку закусил, справа и сле
ва лозы свистят, все село собралось
смотреть. Десять ударов — передых. И
вопрос мне: «Ну так кто зажег, ты?
Врешь. Говори правду. Ах, всетаки
ты? Ну тогда вот тебе еще!
» Озверели
мужики, лупят что есть силы, да с от
тягом. Вот тебе еще разик! И еще! С
пылу, с жару. Осознал, нет? Тогда на
еще!.. Я себе руку чуть не до кости из
грыз, а двести ударов выдержал. Со
знание, как назло, уж потом потерял,
когда меня домой тащили.
Мать меня лечит и жалеет, только
я ее не слушаю. В голове одна Катя.
Не верил я, что она тварь, не верил,
что насовсем ушла. Мечталось: вер
нется, и если не обнимет, так хоть
спасибо скажет. Пусть хоть взглянет
на меня не как на пустое место. Куда
там! Молод был, глуп, да и любил ее
сильно. Кто любовью не страдал, тому
не понять.
И зря, доложу я вам. Жаль мне вас,
кто не испытал. Вот хоть тебя, Антип
ка. Сей раз тебя небось за пакость ка
куюнибудь секли? Ну правильно, не
за любовь же. Чешись, чешись. Не за
поет твоя душа под лозами, нищий
ты, не жизнь тебе дана, а так огры
зок. Что вспомнишь на старости лет?
Разве кувыркалась душа твоя в небе
жаворонком, разве пела? Мало ли, что
моя пела сдуру — главное, пела! Это
даже хорошо, что меня тогда нешу
тейно выдрали — лучше запомнилось.
Прошло время, образумился. И
как будто пелена с глаз упала — раз
глядел ДашуДашеньку, соседку. Ког
да я поротый в избе лежал, она к нам
по двадцать раз на день забегала — то
молочка мне принесет, то медку, и
уходить не хочет. А я ее гоню, будто
дурной, счастья своего в упор не вижу.
Не скажу, что красавица — куда ей до
Кати что лицом, что фигурой, — ан
вышло, что лучше Даши для меня ни
кого в целом свете нет. Вот как оно в
жизни бывает.
Прошло немного времени, посва
тался. Осенью свадьбу сыграли. Мы с
Дашей будто два ручья слились и вме
сте потекли. С поля домой иду — ра
дуюсь. Детей подняли, потом внуков.
И было нам счастье до того дня, когда
моя Дашенька поутру не проснулась.
Бывает, во сне ее вижу, и она зовет
меня к себе. И то верно: пора бы. По
жил на свете достаточно. Однако вас
вот, балбесов, приходится умуразуму
учить — значит, не все дела еще пере
делал.
Вот, скажем, тебя, Влас, за что
драли? Хотя знаю, вспомнил: за буй
ство пьяное. Это ты, значит, Николаю
оба глаза подбил? Ну и поделом тебе
всыпали. Думаешь, пить всем дано?
Это искусство. Не владеешь — ходи
поротый.
Тебя, Антипка, я даже спрашивать
не желаю, ну а ты, Иван? Серьезный
вроде парень. Обругал, говоришь, ма
терно? А кого? Тетку Матрену? Ах,
она первая?.. Нуну. А ты, стало быть,
не выдержал и отбрехнулся. Молодец!
Отбрехнешься еще разок — получишь
вдвое больше и опять ко мне попа
дешь, на беседу. Что «несправедли
во
»? Ты смекни: сколько лет ей и
сколько тебе? Какое еще равнопра
вие? Ты где таких слов нахватался?
попытка. Дунул судья в свисток и не
засчитал забег. Фальстарт называется.
Оно и к лучшему. Всякому, в ком есть
хоть немного ума, еще в старые време
на было видно: не туда бежали и не
так. А бежали!
И ты, Егор, отказался копать гли
ну? Спятил, не иначе. На чем же будут
расти силикатные грибы, спасение
наше, ась? На пнях? На навозе с соло
мой, как шампиньоны? Не будут они
там расти. Не дай бог, наступит такой
день, когда погибнет последняя гриб
ная спора, что тогда делать станем?
Нет уж, не надо. Пусть все останется,
как есть. Сам вижу, что не идеально,
но лучше так, чем никак. Поэкспери
ментировало человечество — и напо
ролось. К своему счастью, я так пони
маю. Ну а выто — поняли? А побла
годарить общество за науку догада
лись? Тогда прощевайте до следую
щей беседы после порки. Шучу, шу
чу... Свободны, короче. А мне вздрем
нуть пора...
Ах, как хорошо посидеть на зава
линке летним вечером под теплым не
бом, пронизанным стрижами! Старик
привалился спиной к бревенчатой
стене, прикрыл глаза. Под бок, взяв
шись невесть откуда, подобрался лас
ковый кот Тишка, боднул головой
просто так, не требуя рыбки, заурчал.
Вот и коту хорошо. Коткотик. Не го
лодный — значит, сколькото мышей
сегодня поймал. Вот и молодец.
Охохонюшки... А ведь правду
сказал парням: пожил на свете доста
точно, пора в домовину. Жизнь выпа
ла длинная, сколько дел успел переде
лать — не сосчитать. Ослаб, сносился,
а к себе жалости нет, еще годен кое на
что. К примеру, мастерить жилье для
дятлов — санитаров леса или делать
коекому словесное внушение после
внушения орехового. Польза? Польза.
Тем, кого нынче драли, польза яв
ная. Молодежь нынче шустрая, так и
кипит — это хорошо, зато норовит
выпустить пар во всяческих непотреб
ствах — это плохо. Ничего, эти еще не
потерянные, даже Антипка. Войдут в
разум, никуда не денутся. Да куда им
деватьсято? Или уходить и пропа
дать, или жить, как велит общество.
«ЗС»Фантастика №1,2006
13
Она троих детей подняла и троих по
хоронила — чем ты ей ровня? А на за
метку возьму. Войдет это у Матрены в
привычку — никуда от нее орешник
не денется, можешь ей передать.
Про тебя, Митяй, уже знаю. Кто у
нас остался — ты, Егор? Ну а тебято за
что? Ась? Отказался глинище раскапы
вать? И сколько дали — десять? Все
двадцать? И это, потвоему, много?
Я бы еще добавил. Почему, поче
му... По заднице! Ты что, меня совсем
не слушал? О чем я тебе толковал би
тый час? О силикатных грибах я тол
ковал! О том, что без них не было бы
России. Или я это пропустил? Стар
стал, мысли в голове путаются. Так
слушай и не перебивай. Еще раз: ми
косиликоиды — спасение России. Без
них она уже исчезла бы с карты, это
как пить дать. В прежние времена, с
точки зрения ее властей, в ней только
и было ценного, что газ, да нефть, да
некоторое количество людей, кото
рые все это изпод земли добывают да
перекачивают тем, кто поумнее.
Свои, значит, дураки, стадо и вообще
лишние. Ну и убедить их в том, что
они и в стаде свободны, развратить
мелкой вседозволенностью и принять
такие государственные программы,
чтобы вроде как забота о людях, а на
деле — вымирание. Пенсии старикам
платить, чтобы дети и внуки могли их
не содержать. Пусть нищенские пен
сии, ан все же с голоду не околеешь. А
раз так, то вроде бы и детей рожать не
зачем. Планирование семьи, личная
карьера, мягкие законы, да много еще
чего — вроде все на благо, а на деле в
точности наоборот. Чему тут завидо
вать — пиру во время чумы? Если бы
все осталось, как было, вы бы попрос
ту не родились, понятно вам?
Народ? А что народ? Сказано же:
развратился. И вымер бы в лучшем
виде, если бы не микосиликоиды. У
западных народов с их привычкой
платить кому ни попадя незаработан
ные деньги еще хуже было. Опять же,
от корней они сильнее оторвались,
чем мы, им с нуля начинать куда тя
желее было. Да и мы поначалу думали
— кошмар, напасть, бедствие ужас
ное, а оказалось — лекарство. Новая
«ЗС»Фантастика №1,2006
14
А.Громов Фальстарт
ОБ АВТОРЕ:
С именем Александра Громова критики связывают возрождение традиций «твер-
дой» научной фантастики в постсоветской эпохе.
Коренной москвич Александр Громов родился в 1959 году. Получил хорошее техни-
ческое образование в Московском энергетическом институте. В течение многих лет
работал в НИИ Космического приборостроения, время от времени подрабатывая на
стройках. Работа по специальности наложила отпечаток и на одно из двух главных
увлечений писателя — он заядлый астроном-любитель и даже собственноручно со-
орудил телескоп. В настоящее время живет за счет литературного труда, а в сво-
бодное время — заядлый байдарочник: каждое лето с семьей и друзьями он отправ-
ляется в многодневные походы по рекам Русского Севера.
Литературный дебют А. Громова состоялся в 1991 году, когда «молодому» писа-
телю перевалило за тридцать (рассказ «Текодонт» в приложении к журналу «Ураль-
ский следопыт»). Самый последовательный апологет «твердой» НФ Громов стартовал в литера-
туре в ту эпоху, когда там правил бал фэнтези, а критики в один голос твердили о
смерти научной фантастики. В 1995-ом в нижегородском издательстве «Парал-
лель» увидела свет первая книга фантаста — сборник «Мягкая посадка», куда вошло
все лучшее, написанное писателем к тому времени. Книга стала одним из самых зна-
чительных, ярких дебютов в российской НФ 1990-х. Уже в следующем году она была
удостоена престижной литературной премии им. А. Р. Беляева, а в 1997-м заглавный
роман сборника обретает еще одну авторитетную награду — премию «Интерпрес-
скон». С тех пор почти каждая новая книга А. Громова оказывается в центре при-
стального внимания критиков и читателей, тем более, что фантаст, по нынешним
меркам, не отличается плодовитостью. Напомним читателям книги московского
фантаста: «Властелин Пустоты» (1997), «Год Лемминга» (1997), «Ватерлиния»
(1998), «Шаг влево, шаг вправо» (1999), «Тысяча и один день» (2000), «Запретный
мир» (2000), «Крылья черепахи» (2001), «Завтра наступит вечность» (2002), «Фео-
дал«» (2005). В 2004 году в соавторстве с Владимиром Васильевым выпустил роман
«Антарктида Online», по существу открывший новый поджанр фантастики - «аль-
тернативная география» (термин А. Громова).
Произведения А. Громова неоднократно удостаивались премий «Интерпресскон»,
«Роскон», «Филигрань», «Странник», «Фанкон», «Сигма-Ф». Последний на сегодняш-
ний день роман «Феодал» получил на фестивале «Звездный мост» премию «Золотой
кодуцей» за лучшее НФ-произведение крупной формы.
Кто посмышленее, тот найдет себе
умственное место — агрономом ста
нет, или лесопатологом, или врачом,
или библиотекарем, или даже инже
нером, у них много работы. Дороги,
мосты, связь, добыча металла, что
нынче очень непросто... Цивилиза
циято не погибла, погибли лишь ста
рые глупые представления о ней. Ну и
мир их праху, авось не возродятся.
Не так уж интересно, что будет
дальше; главное — живут люди, и жи
вет страна. Живет, и нет никакого
страха, что сгинет, пропадет, развеет
ся. Хрена вам — будет жить. Вот и лад
но, а подробности — дело десятое...
Об одном только не сказал парням
— о том, что обидно и унизительно
быть обязанным спасением страны
фиолетовым грибам. Неразбавленная
правда — самая горькая вещь на свете.
Ладно, сами догадаются. Нечего ты
кать их носом в... это самое. Человек
— он тогда звучит гордо, когда есть
для него в мире нечто большее, неже
ли он сам. Посечь ради усвоения ими
этой истины — полезно, а душу не
тронь. Может, именно эти ребята или
их правнуки покажут, что нет в чело
веке неистребимых дефектов, что че
ловечество в следующий раз сумеет
обойтись и без микосиликоидов?
Хочется верить. А пока — копайте
глину. Выкапывайте ее побольше.
«Абсолютно секретно!
Президенту Объединенной Российской Империи — лично в руки, в запечатанном виде (если какаянибудь сволочь из
секретариата вскроет даже нечаянно — пусть вешается
или прыгает в окно, не дожидаясь, по
ка за ним придут мои люди!!!)
Мой Президент!
Представляю Вам для ознакомления
и принятия неизменно мудрого и даль
новидного решения прилагаемый доку
мент, который, смею полагать, не мо
жет не заинтересовать Вас как главу
российского государства.
Ввиду исклю
чительной важности этого документа,
мною было принято решение не оформ
лять его согласно установленным пра
вилам служебной переписки, а оста
вить в том виде, в каком он попал к
нам.
Речь идет о запротоколированной в
письменном виде аудиозаписи (прилага
ется к настоящему документу в фор
мате звукового файла), которая, с уче
том ее специфики, была названа нами
«футурограммой» (ФГ).
Разрешите пояснить, господин Пре
зидент.
Несколько месяцев тому назад на
мое имя поступило секретное донесение
от начальника Nского филиала меж
дународного проекта по поиску внезем
ных цивилизаций (SETI) Абразина И. В.
с приложением некоей звукозаписи, ко
торая была произведена аппаратурой
автоматической регистрации космиче
ских сигналов. В донесении было указа
но, что версия о возможной мистифи
кации или информационной диверсии со
стороны спецслужб иных государств
исключается, так как, по заверению
Абразина, это невозможно чисто по
техническим причинам.
Прослушав запись, мною было отда
но распоряжение о проведении спецрас
следования с целью выяснения всех об
стоятельств и объяснения возможных
причин данного феномена, а также по
следующего привлечения к ответствен
ности потенциальных виновных лиц в
попытке ввести в заблуждение наше
государство в целом и его верных слуг в
частности.
В результате расследования было
установлено:
«ЗС»Фантастика №1,2006
15
Владимир Ильин
Фу т у р о г р а мма
«ЗС»Фантастика №1,2006
16
1) запись является цельной, а не
смонтированной с помощью аппарат
ных средств;
2) прием фонограммы был осуществ
лен аппаратурой станции в автомати
ческом режиме в тот момент, когда
сканирующая антенна была направлена
в открытый космос;
3) фонограмма представляет собой
сильно сжатый информационный па
кет, вследствие чего время его приема
составило всего 2,53 секунды;
4) специальная экспертиза устано
вила, что звукозапись содержит не
сколько десятков фрагментов разгово
ров совершенно разных по возрасту, по
лу и, судя по манере речи, социальному
положению людей (всего около 100
коммуникантов). Все эти разговоры, по
мнению экспертов, происходили в раз
ное время. Основываясь на содержании
разговоров, можно сделать вывод о
том, что речь идет о промежутке вре
мени длиной в несколько месяцев, лет
или даже десятилетий. Об этом же
свидетельствует тот факт, что нача
ло записи отличается относительно
высоким качеством и малым количест
вом помех и паразитных шумов, в то
время как ближе к концу она стано
вится все неразборчивее, громкость
снижается, помехи нарастают и, в ре
зультате, отдельные места ФГ имеют
лакуны и не поддаются расшифровке
даже с помощью спецсредств. В представляемый Вам текст ФГ
были включены лишь наиболее значи
мые, на наш взгляд, фрагменты. Нераз
борчивые места обозначены в докумен
те многоточиями.
Абразин И. В. и другие ученые пола
гают, что речь идет об аномальном ра
диоперехвате разговоров, которые мог
ли бы происходить в будущем на терри
тории нашей страны (последнее следу
ет из того, что все диалоги производи
лись на чистом русском языке, если не
считать некоторых несоответствий
лексических значений современным и
употребления ряда незнакомых нам
терминов).
По понятным причинам, я не был
склонен доверять выводам экспертов о
подлинности ФГ, несмотря на их высо
кую квалификацию и неоднократно до
казанную лояльность. Именно по этой
причине я не доложил о данном феноме
не прежнему Президенту, решив полу
чить хотя бы косвенные доказательст
ва того, что мы имеем дело действи
тельно с чрезвычайным фактом.
Дело в том, что попытка иденти
фицировать коммуникантов в данной
фонограмме дала только один стопро
центно положительный результат.
Голос во фрагменте номер шесть был
опознан как принадлежащий непо
средственно Вам, мой Президент. Вы
ступая с Посланием народу спустя две
недели после Вашего избрания на этот
высокий пост, Вы повторили слово в
слово содержание указанного фраг
мента ФГ. На основании расчета ве
роятности совпадений и прочих науч
ных выкладок можно сделать вывод о
том, что и остальные фрагменты за
писи могут быть признаны подлин
ными.
Другая группа привлеченных мною
специалистов произвела содержатель
ный анализ футурограммы с целью опре
деления возможной картины того буду
щего, которое ожидает Империю в слу
чае, если мы (то есть —Вы, мой Прези
дент) не примем своевременных адек
ватных мер по предотвращению неже
лательных рисков. Результаты этого
анализа будут представлены Вам в са
мое ближайшее время.
И последнее.
Осознавая важность данного доку
мента для судеб Отчизны и нашего на
рода, мною был принят ряд неотлож
ных мер, которые, смею надеяться, Вы
одобрите.
Вопервых, весь персонал Nской об
серватории SETI во главе с Абразиным
И. В. нейтрализован тем или иным об
разом с целью недопущения утечки ин
формации, представляющей отныне го
сударственную тайну.
Вовторых, в обсерваторию назна
чен новый личный состав из числа са
мых надежных сотрудников нашей
Службы, каждого из которых я проин
структировал лично на случай повто
рения подобных феноменов в будущем
(хотя, опять же по мнению экспертов,
вероятность этого составляет лишь
несколько сотых долей процента).
В. Ильин Футурограмма
Более подробный доклад по данному
делу я готов представить устно в ходе
возможной аудиенции, если Вы сочтете
таковую необходимой.
С заверениями в глубочайшем ува
жении и с надеждой, что Вы не замед
лите с реакцией на настоящую доклад
ную записку,
Председатель Службы Имперской Бдительности (Верховный Бдительный)
Н. У. Нещадимов»
Приложение
ФУТУРОГРАММА № 1
От … (числа) … (месяца) … года
(Извлечение)
Фрагмент № 1
— … голосоватьто пойдешь, Ни
китична?
— Господь с тобой, старая! Мне
что — больше делать нечего? Ого
род вон не вскопан еще, да по дому
делов — до осени не управиться! Да и
за кого голосоватьто, скажи? По
ящику посмотришь — все вроде зо
лотые горы обещают, а как мы жили
коекак — так и живем… Коммунис
ты пришли — грабют, демократы
пришли — тоже грабют, а уж про
этих… либералдемократов и гово
рить нечего… один их главарь чего
стоит!.. На днях слышала, чё он по
теликуто вякнул? Мы, говорит, всю
страну наизнанку вывернем и обрат
но завернем, чтоб, значит, порядку
больше было!.. Во как!
— Да я б тоже никуды не пошла в
энтот раз… уж не помню, когда и за
кого последний раз свой избиратель
ный мандат отдавала… Токо пристал
тут ко мне один агитатор… из городу
специально залез в нашу глушь… Сто
рублев посулил, коль проголосую,
значится, за ихнего кандидата… Вот я
и думаю: мнето кака разница, кого
там выберут — все равно ить, сама
знаешь, у них там в столице все уже
заране известно, кто царем… то есть,
президентом станет… а мне эта сто
рублевка очень даже кстати будет…
Хоть лекарств наконецто от ревма
тизму накуплю!…
Фрагмент № 2
— … Девушка, нарежьте мне, по
жалуйста, тоненькими ломтиками
полкило сыра «Пармиджано Реджа
но»!
— Не могу, у меня резка не рабо
тает!
— Но вы ведь только что на ней ра
ботали!
— И вообще, тот сыр, который вы
выбрали, нельзя порезать — он силь
но крошится!
— Но я часто его беру, и он пре
красно режется.
— Господи, ну вы что — не видите,
что я занята, в конце концов?!..
Фрагмент № 3
— … тебе подушечку дать?
— Давай.
— Держи!
— Ой!.. Что это?
— Как что? Подушка... чтобы
мягче сидеть было…
— Аа.. Ято думала, ты мне жвач
ку «Орбит» предлагаешь…
Фрагмент № 4
— … А почему мне так мало поло
жили пюре из манго и авокадо?
— Стандартная порция, 200 грамм!
— А на витрине эта же порция —
гораздо больше!
— Ой, ну хотите, я вам так же, как
там, по тарелке размажу?
Фрагмент № 5
— … Молодой человек, у вас про
дается шестиместный аэрокар?
— Цена — 265 тысяч.
— Меня не интересует цена, меня
интересует наличие!
— Есть.
— Ну, и сколько он стoит?
Фрагмент № 6
— … Мое первое послание в качест
ве Президента посвящено будущему
нашей страны. Я делаю вывод о том,
что нынешняя белосинекрасная Рос
сия обречена. Она не способна жить в
«ЗС»Фантастика №1,2006
17
«ЗС»Фантастика №1,2006
18
изменяющемся мире по многим при
чинам. Выход я вижу в изменении фор
мы правления и государственного уст
ройства, а также в ставке на техноло
гии, которым нет аналогов в мире. Все
это вместе взятое позволит нам постро
ить необычную империю — мир миров,
Объединенную Российскую Империю
— именно так, все слова с большой
буквы!.. Наступает время сделать ре
шительный рывок из лап деградации и
запустения. Только уже не ценой обни
щания народных масс и демографичес
ких потерь. В этом нам должны помочь
и необычные технологии, и дерзкие
проекты, и сама атмосфера в нынеш
нем мире, в котором как никогда остро
проявляются мерзости глобального ка
питализма. Отбросим глупые надежды
тех оппозиционеров, которые благоду
шествуют, считая, будто можно выиг
рать схватку старыми способами, поса
див народ на карточную систему, упо
вая на то, что даже в обчищенной стра
не останутся и нефть, и газ, и атомная
бомба. Мы пойдем другим путем —
очень высокотехнологичным. В ре
зультате, мы должны построить очень
сильную державу, где даже небольшое
население будет способно удерживать
огромные территории. И эта страна
станет цивилизационным лидером
планеты! Лишь такая обновленная Рос
сия сможет не только выстоять и побе
дить в ожесточающемся на глазах мире,
но и повести за собой другие народы,
построив высокоорганизованный пла
нетарный порядок…
Фрагмент № 7
— … я вам на днях отослал пись
мо... — Бумажное? — Нет, ОБЫЧНОЕ!..
Фрагмент № 8
— … слушайте, пацаны, ктони
будь знает, о чем фильм «Анна Каре
нина»?
— Я только трейлер видел, и то не
весь… Короче, типа мистического
триллера. Как одна крутая телка типа
Никиты гналась за одним наркодиле
ром. Тот — раз, и на рельсы!.. А она раз, и за ним!.. А тут — трансконти
нентальный экспресс на полной ско
рости!..
Фрагмент № 9
— … Эй, пацан, сумку свою предъ
яви к досмотру!.. Эт чё за фигня? — Шлем от видеоплеера...
— Чето я никогда не видел таких
плееров!
— Одна из последних моделей.
— Хм... здорово! Может, подаришь
Лысому, а? Лысый, хоть и полицей
ский, а порнуху тоже любит смот
реть... в свободное от службы время...
— Да пожалуйста!.. Только к нему
обычные диски не подходят, а новые
еще в продажу не поступили...
Фрагмент № 10
— … сенсация в развлекательной
жизни столицы! Прямые спутниковые
трансляции со знаменитых турецких
тараканьих бегов! Прямо в баре, ресто
ране или в других людных местах
Москвы вы можете делать ставки!.. Все
точки нового тотализатора объединены
в единую сеть с общим призовым фон
дом до миллиарда юмов!..
Фрагмент № 11
— … а теперь поднимите руки, те,
кто умеет писать буквы и цифры…
Что, неужели никто не умеет?!.. Даа,
плохо же родители подготовили вас к
школе!
— А я зато умею на компьютере пе
чатать!
— И я!
— И я тоже!..
— А вот я еще умею трехмерные
объекты в «Фотошопе» создавать и да
же анимировать их!..
Фрагмент № 12
— … вы слушаете трансляцию но
вого государственного гимна России в
исполнении Президентского хора и
оркестра.
(Хор суровых мужских голосов) Божественна природою Россия:
Лесами, пашнями и степью, и водой, Живых существ бесчисленных движе
ния,
Широк простор, богатства под землей.
В. Ильин Футурограмма
Твори добро, страна Россия,
И щедрой будь на красоту.
Есть у тебя немереная сила
Умом давать отпор любому злу.
Не обделена талантами Россия,
Искусные везде есть мастера.
Нести прогресс ведь это их профессия
Вершить в Отечестве разумные дела.
Великолепна и словесностью Россия:
Богаче и милей нет в мире языка
Науки и искусств, и бытия согласия,
И значимость народа на века…
Фрагмент № 13
— … уйте, Павел Федорович! Из
вините, что опоздал на 20 минут, или
на полчаса, но на 45 минут!.. М…
— Ну, я понимаю, когда да... Что
же мне с тобой делать, а?.. Чё смеешь
ся?... Ладно, иди работать... Кстати,
чем сегодня планируешь заняться?
— Да надо бы сделать то задание,
которое Вы мне давали на прошлой
неделе.
— Так это же работы — на пять ми
нут!.. Получается — сегодня опять це
лый день бездельничать будешь?!
— Получается, так…
— Мда.... Ох… Ну, ладно... Сего
дня еще бездельничай, а после празд
ников вовсю работать начнём…
— … вот, сделал всё, как вы проси
ли, Павел Федорович...
— Ну, в принципе, верно. Но не
много подругому надо было. То есть,
придется всё переделать.
— … ну вот, я переделал... Посмот
рите: теперьто правильно?
— Ох!.. Мда... Ой!. Чёто я седня...
Вроде правильно, но чтото не то…
Надо пойти перекурить...
— … Вот, я окончательно всё в бо
жеский вид привел. Что вы по этому
поводу скажете, Павел Федорович.
— А чё это? Аа... Ни хрена не пой
му!.. В общем, давай потом какни
будь, а?..
Фрагмент № 14
— … вы ко мне?
— Дада, к вам, господин полков
ник…
— Подполковник.
— Что?
— Я говорю — не надо мне досроч
но присваивать очередное звание,
гражданочка.
— Хорошо, пусть будет подпол
ковник. У меня к вам совершенно
приватный разговор. И оченьочень
важный…
— Дверь прикройте, пожалуйста.
— Что?
— Вы что — глухая, что ли?
— Извините, я просто очень вол
нуюсь, потому что первый раз в ва
шем военкомате…
— Военкоматом мы лет десять уже
как перестали называться, гражданка.
А теперь мы — вербовочнопризыв
ной пункт. Вэпэпэ, стало быть… Так
что у вас ко мне за дело?
— Ой, даже не знаю, с чего и на
чатьто…
— Так. Понял. Как у нас принято
говорить — обстановку уяснил. При
шли за сына ходатайствовать?
— Вы прямо мысли читаете, госпо
дин полк… подполковник!
— Да какие там мысли! Просто та
кие просительницы, как вы, ко мне
толпами сейчас идут… И понятно —
почему. Очередной повод для испол
нения конституционного долга каж
дым гражданином мужского пола на
зревает — я имею в виду призыв на
срочную… А тут еще небольшую вой
нушку на границах с сопредельным
государством наши отцыкомандиры
затеяли. Вот дамочки и бегут ко мне
вприпрыжку…
— Все верно, только знаете, у нас
совсем особенный случай. Сынокто
мой с детства болеет. И болезнь эта —
очень редкая и до конца еще не изу
ченная.
— Чем же он страдает, бедолага?
— Витилиго.
— Каккак?
— Витилиго. Вот я вам одну на
учную книжечку по этому поводу
принесла, посмотрите, что там пи
шут…
— Да не надо мне никаких книжек!
Это когда на коже белые пятна появ
ляются?
— В общем, да…
— Хм. И большие пятна?
«ЗС»Фантастика №1,2006
19
«ЗС»Фантастика №1,2006
20
В. Ильин Футурограмма
— Ну, пока не очень… А вдруг это
заболевание в условиях вашей казар
мы прогрессировать будет?
— Охохо, гражданка. По идее, я
вас сейчас должен выставить за дверь,
потому как болезнь ваша под закон
ную статью комиссования по состоя
нию здоровья не подходит. Тем более
— в военное время. Но… в принципе…
ваш вопрос можно решить…
— И что же для этого требуется?
— А что вы так сразу покраснели?
Переспать со мной я вам не предла
гаю. Гм… Просто надо ж дать…
— Ждать? Но чего?
— Нет, помоему, у вас со слухом
точно — проблемы. Если бы призыва
ли не сына, а вас, вы бы к строевой не
годились. Шутка. Я говорю: надо ж…
дать!
— Аа… Ну, так бы сразу и сказали!
И сколько… ждать?
— Пять. И три нуля.
— Вот… пожалуйста… Ничего, что
я — рублями, а не в валюте?
— О чем разговор? Мы ведь с вами
не в магазине находимся!
— До свидания! Спасибо вам ог
ромное! — На здоровье!… Ээ, постойтека!
Как зовутто вашего оболтуса?
— Саша… Александр Матросов, то
есть…
— Хм, гдето я эту фамилию уже
слышал…
Фрагмент № 15
— … Рефераты! Рефераты! Кому
курсовые и рефераты? По доступной
цене, быстро, надежно, безопасно и
удобно!.. Прямо здесь, посредством
мобильного Интернета!.. Что вас ин
тересует, молодой человек? — Про этот, как его?.. экзици… эк
цизес…
— Экзистенциализм, что ли?
— Вово, про него… Есть?
— Обижаете, юноша. У нас есть
все и даже то, о чем вы никогда не
мечтали… Сколько листов вам надо?
— А сколько один лист стоит?
— Десять электронных пунктов…
просто задаром… В качестве бонуса
могу предложить курсовую про кри
тику чистого разума…
— Не, про разум не надо… А по ин
терпланетологии вы тоже делаете?
— И по терраформированию, и по
астрофизике… По всем наукам о Все
ленной — одним словом, всё что хо
тите…
Фрагмент № 16
— … в этом сезоне опять входят в
моду короткие юбочкиплиссе и на
кладные ногти — только теперь не на
руках, а на ногах!
— Дада, и еще волосатые ушки!
Дюбуан Гофрэ, например, считает,
что это так сексапильно!
— А мне больше нравится пирсинг
ресниц и перламутровые бридики на
щечках!.. Вчера я заходил в «Голубую
мечту» на Пятницкой — там оочень
большой выбор всяких симпатичных
аксессуаров!..
— А я в обычном мегамаркете ви
дел просто отпадную вещичку: кру
жевные панталончики с нашивным
фаллоимитатором — представляешь,
какая прелесть?!..
Фрагмент № 17
— … мы прилагаем все усилия для
поддержания высокого уровня здра
воохранения в нашем городе. В самое
ближайшее время будут открыты еще
один медпункт и два морга…
Фрагмент № 18
— … что сообщают по телевизору?
— Да ничего интересного. Инфля
ция, безработица... Курс доллара все
растет, а вместе с ним растут и цены.
Надвигается очередной правительст
венный кризис... Оппозиция находит
ся в перманентном нездоровом ожив
лении и чинит всяческие козни, а по
том злорадствует, потирая ладошки...
Ну, и конечно, повсюду бандитизм,
хаос, полный развал...
Фрагмент № 19
— … Три часа новосибирские желез
нодорожники гонялись за локомоти
вом магнитопоезда на воздушной по
душке, который отправился в путь без
машиниста. Машинист по неизвестной
причине выпал из кабины, а локомотив
продолжал движение со скоростью око
«ЗС»Фантастика №1,2006
21
«ЗС»Фантастика №1,2006
22
ло 100 километров в час. Всего через со
рок минут был дан сигнал тревоги, все
станции были оповещены, а поезда пе
реведены на запасные пути. Наконец,
по вине стрелочника на небольшой
провинциальной станции Рутино, пе
реведшего стрелку «не по часовой, как
обычно, а против часовой», локомотив
угодил на тупиковую ветку, где благо
получно остановился сам, врезавшись в
пустой состав, предназначенный для
перевозки тринитротолуола для горно
взрывных работ…
Фрагмент № 20
— … Здравствуйте! Мне 24 года, и у
меня висит ВШЭ!
— Простите?
— Я хотел бы работать у вас в Цен
тре Урегулирования Убытков!
— Какое у Вас образование?
— Я же говорю — у меня дома на
стенке красный диплом Высшей шко
лы экономики висит... месяцев семь
уже...
Фрагмент № 21
— ... както сидим компанией у
подъезда, пиво пьем, и подходит к нам
мужичок — грязный, небритый, плохо
одетый, трясущийся от нескончаемых
запоев, короче, типичный бомж. Ну, и
говорит, мол, ребята, не дайте помереть
— купите бутылку пива. Ктото из на
ших решил поиздеваться и говорит: ес
ли поанглийски скажешь, что в этом
доме 2 подъезда и 5 этажей, куплю тебе
бутылку пива, а если еще скажешь то же
самое и пофранцузски — куплю целый
ящик! Мужик, недолго думая, выдает: и
поанглийски, с чистым кембридж
ским акцентом, и пофранцузски так,
будто родился во Франции. И ни еди
ной грамматической ошибки!.. — Ну, и проставили вы ему ящик
пива?
— Ага, щазз!.. Поржали от души,
начатую банку «Клинского» бомжу
сунули и послали на три буквы. Чисто
порусски!..
Фрагмент № 22
— … Ну, вы, блин, даете!.. Страна
бьется в тисках нищеты, а вы тут жо
пы насиживаете да доклады делаете?!..
Кабинет министров называется! Ко
роче так, слушайте, шо я вам скажу,
паханы, как премьерминистр в зако
не... Ты за шо у нас отвечаешь, Вован?
За финансы? И ты шо, не знаешь, как
бабки наваривают? Вроде три срока за
это намотал, а все тебя учить надо?
Берешь, к примеру, кредит в МВФ
под хрен знает скоко годовых, это ме
лочи… А когда придет пора отдавать с
процентами, линяешь в подполье — и
пусть эти гадыбанкиры ищут тебя че
рез Интерпол… А ты, рыжий, за что
отвечаешь? Ах, за козла отвечаешь?..
Типа, пошутил, что ли? Типа, самый
умный в нашем народном правитель
стве?!..
Фрагмент № 23
— … Люди добрые, извините, что к
вам мы обращаемся. Переселенцы мы
из одной бедной африканской стра
ны. Приехали к вам на операцию по
клонированию, а на центральном аэ
ровокзале нас обокрали… Подайте
кто сколько может, Христа ради! Не
дайте замерзнуть среди российских
снегов жертвам проклятой глобализа
ции!..
Фрагмент № 24
— (на английском) … я знаю вол
шебные слова, с помощью которых в
России можно открыть любые двери!
— (на английском) И что же это за
слова?
— (порусски, с акцентом) «К
сибьe» и «от сибья»…
Фрагмент № 25
— … теперь, дети, давайте поигра
ем в слова. Кто мне назовет домашнее
животное на букву «К»? — Клоп!
— Еще!
— Крыса!
— Еще… Ну, что же вы молчите?
Неужели в доме у вас больше никто не
живет на букву «К»? Ну? Ну?!..
— Может быть, крокодил?
Фрагмент № 26
— … хоть закон Краузе помнишь,
балда?
В. Ильин Футурограмма
— Сам ты балда!.. «Эс» помножен
ное на «эр», корень квадратный из
трехчлена. Только при чем здесь Краузе?
— А про кривую Гаусса забыл?
— Сам ты забыл! Кривая не везде
вывезет, понял? Ведь мы сделали по
правку на нелинейную скорость сна
ряда! Вот послушай, что по этому по
воду вещает Наставление: «Чтобы
рассчитать дальность полета стомил
лиметровой»... или стамиллиметро
вой, как правильно, а? — Эх ты, грамотей! Правильно бу
дет — «сто эмэм», хаха! — Тоже мне, юморист выискался!..
«Стомиллиметровой гаммаракеты,
летящей под углом... тэтэтэ... и име
ющей начальную скорость... тэтэ
тэ»... так... вот: «нужно использовать
метод Гаусса полного решения систе
мы линейных алгебраических уравне
ний, метод итераций, кубические
сплайнфункции, метод ломаных Эй
лера и метод РунгеКутта». Понятно?
— Проклятие! Мы же, болваны,
про сплайнфункции забыли, вот у
нас ничего и не сходится!..
Фрагмент № 27
— … за что я люблю Россиюма
тушку — так это за ее красоту. Здесь
очень красивая местность, дети, и эту
красоту не могут затмить ни всякие
там чернобыли, ни падающие не туда
куда надо стратегические баллистиче
ские ракеты, запущенные во время
показных учений, ни нефтяные кор
порации с их массовыми пожарами,
ни грибникишашлычники, бросаю
щие горящие окурки на высохших до
гремучего состояния торфяниках, ни
автомобилисты, безудержно плодя
щиеся как механические тараканы…
Нет, пока что у нас — самая красивая
местность во всем мире!..
Фрагмент № 28
— … Митька, а ты че не работашь
то?
— Дык как мне работатьто, с моей
рукой?
— А че с твоей конечностьюто
случилось?
— Да прошлой зимой, дядь Вань,
по пьяной лавочке попал под электро
пилу на лесопилке, мне рукуто и от
чекрынило по самый локоть… Хоро
шо, у Миколы Рыжего в городе есть
знакомый хирург… этот… трынсплен
толог… Миколато меня тотчас — на
снегоход, да в райцентр! Пришпандо
рили культю мою обратно, словно
всегда там и была… Токо работать ей
пока никак не сподручно… отрасти,
говорят, должна до положенной длины…
Фрагмент № 29
— … Скажите, пожалуйста, чем
турбокар «Пантера» отличается от
«Сотки»?
— Кузовом.
— «Пантера» — она такая… ну, та
кая… сзади… ну, вот такая, да?
— Хетчбэк.
— Да! А крылья у неё такие… ну…
ну с этими, ну с полосками, да?..
Фрагмент № 30
— … голосовать идешь?
— Угу.
— А за кого, если не секрет? — За мир и дружбу.
— То есть? — То есть, за наших…
— Ну и праально. Я вот тоже так
проголосовал. А вообще я бы лично
никаких референдов… референдемов
не устраивал. Развели, понимаешь,
игру в демократию!.. Эти сволочи та
кие упертые, что ничего не понимают
и слушать не хотят! Задолбали уже че
стной народ со своей рекламой! Буб
нят повсюду, что телефоны «Нокия»
— самые лучшие в мире! А у них экран
горит синим светом, как лампы в мор
ге! И пьяные китайцы их в темноте ле
вой ногой собирают!.. Неет, лично я
голосую только за «Сименс» — в край
нем случае, за «Самсунг». А этих гадов
— «нокеров» и «мотороллеров» — на
до, как тараканов, давить, пра
вильно?..
Фрагмент № 31
— … нет никакого «параллельного
мира»! Нет никаких «дыр», ведущих
из одного мира в другой! Нет никаких
шпионов, вредителей, саботажни
«ЗС»Фантастика №1,2006
23
«ЗС»Фантастика №1,2006
24
ков... этих ваших... «параллельных»!
Нет и быть не могло!
— Как это — нет? А что же тогда,
повашему, есть?
— А есть совершенно безумная
идея некоего полушизофреника, до
рвавшегося до руля власти. Идея
фикс, которая была превращена в
общегосударственную доктрину и
которой были принесены в жертву
тысячи, миллионы ни в чем не по
винных людей!.. Рано или поздно в
Россию должен был прийти следую
щий, еще более страшный маньяк с
очередной бредовой идеей... И он
пришел — в лице так называемого
Великого. А известно ли вам, что
еще полвека назад этот самый «Ве
ликий» издавал некую бульварную
газетенку, в которой активно пропо
ведовал свою идею о «происках и
кознях пришельцев из параллельно
го мира»? Сейчас уже почти никто не
помнит, а те, кто помнит, никогда не
выскажут это вслух, как над этими
выдумками потешалась обществен
ность... А маньячокто — бокомбо
ком вылез в политику, потом, неиз
вестно как, очутился, так сказать, на
троне... И вот тут выяснилась одна
прелюбопытнейшая штукенция, ми
лый мой Геннадий. Оказывается, бу
дучи возведенной в ранг государст
венной политики, шизофреническая
концепция весьма удобна и выгодна
обществу... Раз есть враги — значит,
на них можно списывать все беды
экономики, просчеты в политике и
просто преступления против своего
народа! Это вопервых... Вовторых,
половину этих врагов можно уничто
жить, а другую половину — загнать в
концлагеря и тюрьмы и вовсю экс
плуатировать их бесплатный, раб
ский труд!.. Фрагмент № 32
— … какого, спрашивается, хрена
мы затеяли эту месиловку в космосе,
а?! Кому, спрашивается, она выгод
на?! Мне? Тебе? Или ему? Я, конеч
но, понимаю… Агрессия, угроза Ро
дине и все такое прочее... Только на
до было сначала как следует башкой
покумекать, а уже потом кулаками
махать!.. Ведь что мы сейчас, к при
меру, имеем? Огромные суммы вы
брасываются, можно сказать, коту
под хвост — раз... Тут както по
«ящику» сказали, что один боевой
спейсер стоит больше, чем десять
многоэтажек. Опять же люди гиб
нут, как мухи — это два. Скоро, на
верно, одни инвалиды да бабы оста
нутся в стране... А смысл какой?
Чтобы этих гадов иноземных в си
бирскую тайгу не пустить? Так ведь,
вопервых, рано или поздно они все
равно нас одолеют — вон силищато
у них какая! А вовторых, еще неиз
вестно, будет ли нам от этого хуже...
А может, они, наоборот, изобилие
нам устроят, а? Ведь по своему раз
витию они — на голову выше нас!..
Фрагмент № 33
— … бург вновь стал ареной ожес
точенных столкновений между по
клонниками различных музыкальных
направлений. Поводом для стычек
послужила массовая манифестация
фанатов рокгруппы «Сукины дети»,
которые прошли по центральной ули
це с включенными на полную гром
кость магнитофонами и лозунгами
«Сукины дети» — рулез! Все остальное
— отстой!». Отряды попсы напали на
манифестантов в районе центрально
го рынка, вооруженные дубинками и
металлическими прутьями. Службе
общественной безопасности при
шлось вмешаться, чтобы пресечь на
рушение порядка, но стычки и беспо
рядки продолжались в других районах
города. Враждующие стороны врыва
лись в музыкальные магазины, чтобы
уничтожить диски и кассеты ненави
стных им артистов, поджигали авто
мобили и били стекла. В результате
столкновений имеются многочислен
ные жертвы. ОБЕЗ был вынужден
ввести в городе режим комендантско
го часа и временное эмбарго на тор
говлю и распространение любых му
зыкальных записей…
Фрагмент № 34
— … малыш, ты хоть понимаешь,
зачем мы с тобой сюда пришли? По
моему, ты еще не осознаешь, что че
В. Ильин Футурограмма
рез какихнибудь полчаса станешь
совсем другим человеком. Взрослым!
Так что изволь взять себя в руки и со
ответствовать!.. Пора относиться ко
всему серьезно!..
— Значит, серьезно, да? А если
серьезно, папочка, то я вообще не
понимаю, кому и зачем ЭТО нужно?
И какому идиоту могло прийти в го
лову такое?!.. Да это же… это же все
равно, что ходить повсюду голы
шом! — Ну, почему, Ася? Что за нелепые
сравнения?.. Да, конечно, поначалу
тебе будет непривычно и, возможно,
неловко... Но даю гарантию, что
пройдет совсем немного времени — и
ты перестанешь обращать на это вни
мание. Как миллионы людей во всем
мире!.. Смотри: все вокруг ходят с го
лографбэйджами — и ни с кем ниче
го страшного не случается!..
Фрагмент № 35
— … продолжает свою страшную
охоту за женщинами. Несмотря на
беспрецедентные меры безопасности,
предпринятые жандармерией и поли
цией, неизвестному убийце, получив
шему за серию совершенных им жес
токих убийств кличку Злой Невидим
ка, сегодня удалось отправить на тот
свет еще одну жертву. Это двадцати
девятилетняя Эмилия Иринчеева,
официантка одного из кафе в южном
пригороде Агломерации. Примеча
тельно, что это первое злодеяние, ко
торому маньяку удалось совершить
средь бела дня почти под носом у со
тен людей… Поражает даже не столь
ко жестокая бессмысленность этой
серии злодеяний, сколько наглая вера
преступника в свою безнаказанность.
Эмилия Иринчеева стала двадцать
восьмой жертвой Злого Невидимки
только за этот месяц, и понятно, что
такая результативность действий
убийцы вызывает страх и панику сре
ди мирных граждан Интервиля, Агло
мерации и других крупных городов…
В связи со случившимся, власти Фе
дерации и городская администрация
намерены усилить меры, направлен
ные на обеспечение безопасности
граждан…
Фрагмент № 36
— … расскажи, как ты провел от
пуск! Ты же вроде бы на лунный ку
рорт собирался?.. — Было дело…
— Ну, и как там, на Луне? Насни
мал там, наверное, кучу эффектных
кадров?
— Да я не полетел...
— Как?! Ты ж целый год копил
деньги на путевку!
— Сдал я билет на «челнок» за
день до вылета.
— Почему?
— Да все изза дурной приметы!
Представляешь: уже надо отправлять
ся в космопорт, а у меня шнурок на
левой ноге всё развязывается и развя
зывается! Я уж его и так, и этак завя
зываю — а он ни в какую!.. Ба, думаю,
это меня наверняка Господь преду
преждает… А потом жалюзи в гости
ной возьми да грохнись ни с того, ни с
сего! А ведь это самая страшная при
мета, когда жалюзито падают без
причины!.. Значит, жди покойника в
доме!.. Ну уж нет, думаю, не дожде
тесь вы в моем лице покойника!.. А
потом думаю: и чего это мне угоразди
ло лететь именно сегодня? Дайка, ду
маю, не полечу я сегодня никуда, и
Луна никуда не денется: целый год
ждал, так неужели еще год не подо
жду?.. Лучше завалюсь, думаю, сейчас
в какуюнибудь клоаку, напузырюсь
под завязку метагликоля — в общем,
приятно проведу время. Фрагмент № 37
— … разве теперь это — культура?
Вот раньше, помнится, были песни!..
Например, такая: «У моей Наташки от
меня мурашки»… или, скажем: «Восем
надцать мне уже, ты целуй меня вез
де»… А сейчас извращенцы обязательно
уточнят, куда именно надо целовать, и
распишут этот процесс во всех подроб
ностях под бойкий мотивчик!.. А ны
нешний театр — вообще сплошной
срам! Какието лысые тетки, прыщавые
мужики, натуральное дерьмо на сцене!.. Фрагмент № 38
— … Макс, ты, случайно, в инер
цоидах не волокешь? «ЗС»Фантастика №1,2006
25
«ЗС»Фантастика №1,2006
26
— Да так, немножко… А в чем дело?
— Вчера стал запускать свой гри
вер, а он только чихает, как просту
женный… Сосед говорит, там надо
эксцентрик настраивать, драйвера ме
нять… — Да фигня все это! Не надо там
никакой настройки. Слушай меня
внимательно… Берешь, значит, моло
ток и монтировку, цепляешь хренови
ну, которая справа под капотом и тя
нешь на себя изо всех сил… Как толь
ко пикнет в наушниках, хреновину
отпускаешь и нажимаешь пимпочку
на соседней хреновине…
Фрагмент № 39
— … котик, ну и как тебе мой но
вый прикид?
— Нормально…
— Что значит — нормально?! Я,
понимаешь, вчера почти весь день
потратила на фейспластику, два ча
са в очереди к вирткосметологу, как
дура, проторчала, а он — «норма
ально»!.. И это все, что ты можешь
сказать?
— Просто ты, как всегда, немного
переборщила, дорогая. Надо было вы
брать какойто один виртобраз, а не
мешать в кучу лицо Мадонны, бедра
Дженнифер Лопес, прическу Элизы
Бетхем. И вообще…
— Что — вообще?
— Без этих штучекдрючек, помо
ему, ты была гораздо лучше…
— А хочешь, котик, мы и тебя
преобразим? Я тебя быстро научу!
Там нет ничего сложного... Голосо
вые команды, питание — от солнеч
ных батарей... С настройкой только
немного придется освоиться, но это
дело наживное!.. Зато отныне ты
сможешь менять лица, как перчат
ки!.. В память можно ввести около
двухсот разных шаблонов, но при
желании можно и вручную задать об
лик любого человека... Фрагмент № 40
— … метагликоль — хорошая шту
ка, от нее кумпол точно болеть не бу
дет. Эй, друг, третьим будешь?
— Нет, спасибо…
— Ты чё, мужик: хронически бо
лезный или жена — стерва?
— Да нет, просто я — киборг… Фрагмент № 41
— … дочка совсем рехнулась: соби
рается второго ребенка рожать!
— А что, боишься — не прокор
мишь?
— При чем тут кормежка?! Думать
то головой надо или как?.. Я вот вчера
дома счетчик Гейгера включил — в
три раза выше нормы!.. Яблоки купил
— не на рынке, между прочим, а в ма
газине — нитротест аж зашкалило!
Нитратов, значит, раз в сто больше
нормы!..
— Наверное, под кислотными
дождями росли.
— Вот гады!
— Кто?
— Да вообще… — А вот в Европе пять детей — это
норма.
— Да потому, что у них там от
крыл бутылочку с детским питанием
и дал младенцу, а там тебе и витамин,
и белок, и углеводы разные… А у нас
дети в детском саду шарики из ртути
по полу катают. Градусники разби
тые на помойке найдут — вот и забав
ляются.
— Хм. Интересно: почему же мы
живы до сих пор?
— Хаха! Разве это — жизнь?!..
Фрагмент № 42
— … доктор, он будет жить?
— Обижаете, мамаша! Мы ведь да
же трехсуточных покойников, бывает,
оживляем. Так что, будет жить ваш
мальчик, обязательно будет… Но для
этого надо будет заменить ему одно
легкое, печень да и сердечко искусст
венное не помешает. Если вы хотите,
чтобы он жил полноценной жизнью, а
не сидел у вас на шее с постоянной
инвалидностью… Тут вот я набросал
счет к оплате, взгляните, пожалуй
ста…
— Господи, где ж я такие деньгито
возьму?!
— Ну, это вопрос уже не ко мне,
дорогуша…
В. Ильин Футурограмма
Фрагмент № 43
— … Россия будет жива до тех пор,
пока хоть один россиянин будет жить
на земле, под землей, под водой и в
космосе!
— Ну, на земле и под землей — по
нятно, а вот как понимать — «под во
дой» и «в космосе»?
— А что тут непонятного? Под во
дой — значит, на атомной подводной
лодке, а в космосе — на борту орби
тальной станции!..
Фрагмент № 44
— … выйдешь в погожий солнеч
ный денек на берег Волги — аж душа
сжимается!
— Что, так красиво?
— Да нет! Давнымдавно бурлаков
не стало, а чейто стон до сих пор раз
дается… Фрагмент № 45
— … все равно горжусь: хоть у нас
все неладно, но это моя страна! И
никуда я отсюда не уеду — ни на
Марс, ни на Луну…
Фрагмент № 46
— … несколько богатых жителей
НароФоминска решили сделать себе
подарок на рождество и вскладчину ку
пили самый дорогой трюфель в мире,
доставленный на Землю с Первой мар
сианской плантации. За 85граммовый
гриб россияне заплатили 120 тысяч дол
ларов. Однако полакомиться инопла
нетным деликатесом им так и не уда
лось: пролежав неделю в холодильнике,
драгоценный продукт с Красной плане
ты сгнил…
Фрагмент № 47
— Олег, ты что же делаешь, а? Ты
зачем к Рине со всякими непристой
ностями приставал?.. Послушай, ты
эти свои штучки насчет любви и поце
луев брось! Это тебе не в двадцатом
веке!.. Ты ведь и сам знаешь, что те
перь это величайшим извращением
считается! Одно только слово «лю
бовь» — и то неприлично на людях
произносить!.. Ты же сам потом стыда
не оберешься, когда все тебя прези
рать будут! Фрагмент № 48
— ... вижу, вам требуется помощь,
сэр. Поверьте, я, робот, который уме
ет всё, мог бы вас избавить от столь
тяжелого труда.
— Избавить?! Еще чего! За этот
труд мне, между прочим, прилично
платят, а если вместо меня на работу
примут тебя, то на какие шиши я бу
ду содержать свою семью? Ты что,
хочешь, чтобы я остался без ра
боты?!..
Фрагмент № 49
— … пыростытэ, самы мы нэ мэст
ные, с планэты Клыр в созвездии Ал
фа Цэнтавра… Нэ подскажытэ, как
нам ходыты до нашэго пыосолства?
— Не знаю, не знаю, я ведь и сам не москвич… Обратитесь лучше в
справочную или вон, к постовому… И
вообще, понаехали тут из разных
уголков Вселенной, скоро плюнуть
нельзя будет — в инопланетянина по
падешь!..
Фрагмент № 50
— … не будет преувеличением
сказать, что этот жилой дом в центре
города вотвот рухнет. Местные вла
сти и сами жильцы с некоторым бес
покойством относятся к этой вероят
ности…
Фрагмент № 51
— … компания «Аэрокары оптом»,
слушаю вас.
— У нас 4 часа назад отключили
свет в доме, мы вам звонили, вы обе
щали включить, но уже стемнело, а
света всё нет!
— Вы позвонили в центральную
справочную сети аэросалонов и тех
центров.
— Но это же центральная справоч
ная? Скажите, когда нам дадут свет?
Все жильцы вышли на улицу, а там
уже темно!
— Послушайте, наша компания
продаёт аэрокары!!!
— Но ведь это центральная спра
вочная?
— Да, по аэрокарам! — Так что вы можете сделать?
— Могу только посочувствовать.
«ЗС»Фантастика №1,2006
27
«ЗС»Фантастика №1,2006
28
— Совсем обнаглели — никакого
сервиса!..
Фрагмент № 52
— … с прискорбием сообщает… в
результате катастрофы… сотни тысяч
погибших и раненых… Создана меж
дународная комиссия… Гуманитарная
помощь… Сбор средств для помощи
пострадавшим… счет номер…
Фрагмент № 53
— … в последнее время сплю уже,
как лошадь! — То есть, много? — Да нет — стоя!.. Фрагмент № 54
— … на сегодняшний день из десяти
тысяч обследованных двести двадцать
три человека имеют явные признаки
заражения, потому что около полови
ны из них уже скончались…
Фрагмент № 55
— … мы собрались сегодня на на
ше очередное токшоу, чтобы, в связи
с последними трагическими события
ми, попытаться ответить на извечные
русские вопросы: «Кто виноват?» и
«Что делать?»…
— … лично мне все ясно. Виноват
ктото, а делать надо чтото…
— … а я считаю, что никто не вино
ват и делать ничего не надо, чтобы не
усугубить ситуацию… иначе получит
ся по принципу: «Коротка у стула
ножка, подпилю ее немножко»…
— … не согласен с предыдущими
выступавшими. На мой взгляд, винова
ты в том, что произошло, все до едино
го! Поэтому вывод напрашивается сам
собой: надо наказывать всех подряд, в
соответствии со степенью личной вины
каждого… учредить специальную след
ственную комиссию… ввести в практи
ку массовые расстрелы… чтобы прекра
тить разгильдяйство, наконец!.. — И вообще, в этом случае на пер
вое место выдвигается вопрос не «что
делать?», а «кто виноват?»... А когда
ясно, кто виноват, то становится ясно
и что делать — каленым железом вы
жигать их, сволочей, хоть мы сами и
породили их на свет!..
Фрагмент № 56
— ... раньше мы думали, что все
наши беды — от энергокризисов…
что, не будь их, мы бы зажили счаст
ливо. А теперь давно нет ни Чубайса,
ни РАО ЕЭС, ни самого электричест
ва. А, как ни странно, счастливой
жизни все равно нет… Яшка, под
броська полешков в буржуйку, а то
мне чтото в бок дует…
Фрагмент № 57
— … тетенька, у вас хлебушка не найдется? А то очень кушать хо
чется!
— Бедненький ты мой беспризор
ничек!.. Сейчас посмотрю, что у меня
в сумке… Нет, малыш, хлеба с собой я
не ношу. И вообще, разве ты не зна
ешь, что хлеб вреден для здоровья? В
нем же эмульгаторов и генетических
модификаций больше, чем муки!..
Вот, возьмика ты лучше таблеточку
для похудения…
(Сильное жужжание).
Фрагменты № 5867
— … голод…
— … холод…
— … война…
— … эх, жизнь наша, копейка!..
— … сегодня — хуже, чем вчера, а
завтра — хуже, чем сегодня…
— … что же делать?..
— … а кто в этом виноват?…
— … здесь очень красивая мест
ность…
— … первый раз в жизни видел
вчера березку. В Ботаническом саду…
— … да ничего, переживем какни
будь. Россия теперь так мала, что от
ступать нам некуда…
(Возрастающее жужжание, нарас
тание помех).
Конец записи
В. Ильин Футурограмма
Верховному Бдительному Н. У. Нещадимову
Николай Устинович!
Мне что, повашему, делать нечего,
чтобы разбираться в тех бреднях, ко
торыми какието шутникифантасты
заморочили Вам голову?! Только еще
анекдотов в Кремле не хватало!..
Неужели Вы, серьезный государст
венный деятель, поверили в то, что ка
кимто полоумным ученым удалось за
писать будущее?
В таком случае, мне Вас чисто по
человечески жаль, и я буду вынужден
сделать определенные оргвыводы.
Но если даже допустить, что речь
не идет о подделке, то что, поВашему,
я должен предпринять? Сделать так,
чтобы народ жил хорошо и счастливо?
Надеюсь, Вы прекрасно понимаете, что
это нереально. И наша с вами задача
как руководителей государства заклю
чается в том, чтобы сделать жизнь
народа по возможности наиболее труд
ной. Ведь трудности закаляют челове
ка, и вся история государства россий
ского свидетельствует о том, что лю
бые испытания и невзгоды шли нашему
народу только на пользу, потому что
теперь сжить его с лица земли вообще
ничем не возможно (кстати, об этом
же косвенно свидетельствует и подсу
нутая Вам фальшивка).
В общем, приказываю: запись унич
тожить безвозвратно в режиме абсо
лютной секретности. И продолжать
жить и работать так, будто ее никог
да не было. На благо российского народа
и светлого будущего.
Президент ОРИ
(подпись)
«ЗС»Фантастика №1,2006
29
ОБ АВТОРЕ:
Московский писатель-фантаст и переводчик Владимир Ильин родился в 1957
году в городе Златоуст Челябинской области. После окончания московского Во-
енного института (бывший ВИИЯ) работал военным переводчиком португаль-
ского и французского языков, преподавал в родном институте, занимался науч-
но-исследовательской работой. В 1998 году уволился в запас в звании подпол-
ковника. С 2000 года работает в Конституционном суде Российской Федерации. В фантастике дебютировал в 1982 году, первый авторский сборник «Самые
странные существа» вышел в свет в издательстве «Терра» в 1995 году. В серии
«Абсолютное оружие» издательства «ЭКСМО» опубликовал романы «Реальный
противник» (1996), «Враги по разуму» (1996), «Сеть для игрушек» (1997), «По-
желайте мне неудачи» (1998), «Зимой змеи спят» (1999), «Куб со стертыми
гранями» (2000), «Нельзя идти за горизонт» (2000), «Люди феникс» (2002),
«Последняя дверь последнего вагона» (2005). Его перу принадлежат также
сборники повестей и рассказов «500 лет до катастрофы» (2000), «Сны замед-
ленного действия» (2001), «Единственный выход» (2003). Отдельные рассказы
В.Ильина печатались в журналах «Четвертое измерение», «Если», «Порог»,
«Звездная дорога», в коллективном сборнике «Новые марсианские хроники» (из-
дательство «РИПОЛ классик», 2005). К
ОСМОС
«ЗС»Фантастика №1,2006
30
Г ла ва перва я
1.
И тут невидимый враг нанес
удар по светилу.
На голубоватой поверхности солн
ца образовалось темнобагровое пят
но, медленно, но, заметно пульсируя,
пятно это распространялось по по
верхности звезды, наконец, звезда вы
стрелила во все сторонами огненны
ми и жгучими протуберанцами, коро
на ее яростно закипела. Волна раска
ленной плазмы устремилась в сторо
ны, выжигая и превращая в пульсиру
ющие шарики окружающие планеты.
Все кончилось быстро. Огненная
волна накатилась на окружающее
пространство и откатилась назад,
звезда изменила цвет — теперь она
была багровой, и по поверхности ее
гуляли черные пятна. Да и сама звезда
перестала быть шаром. Она вытяну
лась, превращаясь в эллипс, потом в
центральной части эллипса обозначи
лось сужение, словно в пространстве
делилась гигантская амеба.
Дрожащие капельки, еще недавно
бывшие планетами, стремительно
притягивались к бывшему светилу,
разделившиеся багровые части звезды
вновь медленно сливались воедино;
темнея, звезда сливалась с окружаю
щим его пространством; несколько
лет — и на месте звезды образуется
еще одна черная дыра, появление ря
дом с которой окажется гибельным
для всех созданий вселенной, ведь за
хваченные выросшим притяжением
невидимого космического тела, они
превратятся в энергию, чтобы питать
ее все возрастающую мощь.
— Впечатляет, — отворачиваясь от
экрана, подвел итог Армстронг, —
Против такого оружия нам нечего про
тивопоставить. Противник, разруша
Сергей Синякин
Яркан Звездного паука
«ЗС»Фантастика №1,2006
31
ющий звезды, слишком серьезен, что
бы мы вели с ним успешную войну.
— Именно так погибли цивилиза
ции ориан, скуттеров, линдов, — ска
зал Брызгин. — Этот враг не ставит
ультиматумов, он не требует ничего,
он просто появляется неожиданно и
гасит звезды. С ним невозможно до
говориться, никто не знает, где его
можно найти и как к нему обратиться.
Армстронг удивленно поднял ред
кие брови. Его бледное абсолютно ли
шенное растительности лицо оста
лось невозмутимым. Двести прожи
тых лет научили Армстронга выдерж
ке. В начале своей научной карьеры,
до того как стать звездной величиной,
Армстронгу довелось немало полетать
к планетамгигантам Солнечной сис
темы на несовершенных изотопных
планетолетах. — Собственно, почему все реши
ли, что это агрессор? — задумчиво
спросил Армстронг. — Не проще ли
предположить, что мы имеем дело с
обычным физическим явлением кос
мических масштабов? Сравнительные
характеристики погибших звезд, разу
меется, уже подобраны. Ктонибудь
изучал их? Нет ли у всех звезд чтони
будь общего?
— Общее у всех звезд одно, — ска
зал Брызгин. — Все погибшие систе
мы являлись стабильными, и не было
ни малейшего намека на их возмож
ную гибель. Линды в астрофизике на
много обогнали нас, но и они не про
являли никакого беспокойства. А в
результате — нет больше цивилиза
ции линдов, только несколько экипа
жей космических кораблей, высадив
шихся на космодромы Содружества.
Представляете, что это значит — пе
режить собственную цивилизацию,
потеряв не только близких и родных,
по сути дела потеряв смысл самого су
ществования?
— Знаю, — сказал Армстронг без
улыбки. Бледное лицо его оставалось
бесстрастным. — Я уже бывал в коло
нии на ЭльДи.
Колония на планете ЭльДи была
создана Содружеством для таких, как
уцелевшие линды. На планете в сис
теме Сириуса проживало несколько
тысяч разумян, потерявших свои ци
вилизации. Содружество помогало им
чем могло, но не могло помочь лишь
справиться с бедой. Сочувствие здесь
было излишним. Колонисты с Эль
Ди не просто лишились всего, они по
теряли нравственную опору — ни со
циума, ни религии, ни философии,
созданной их народами, больше не су
ществовало, а те обрывки знаний, ко
торые колонисты еще сохраняли, ста
ли бессмысленными. Армстронг даже
не представлял, как продолжали жить
эти люди, сам он никогда бы не смог
жить, зная, что Солнца и Земли боль
ше нет, что вместо зеленой родины
гдето в космическом пространстве
черным невидимым пауком таится
черная дыра, скрывающая за горизон
том событий все следы однажды слу
чившейся трагедии.
С затаенной печалью он погляды
вал на Брызгина. Андрей Брызгин
был молод, ему еще не исполнилось
двадцати пяти лет, поэтому прибегать
к услугам геноинженеров, чтобы за
консервировать свой возраст ему еще
было рановато. Обычно к услугам ге
нотехники прибегают лет в тридцать,
тридцать пять, потому и Земля выгля
дит теперь так молодо, да и в колони
ях таких, как Армстронг, почти не ос
талось. После шестидесяти лет мало
кто консервировал свой возраст, пси
хологически это оказалось неприем
лемым для большинства землян. А в
их более ранние годы генотехника, к
сожалению, таких успехов еще не до
стигла. Здоровье подправить — пожа
луйста, биоблокаду установить, изба
вив людей от тысяч болезней, — тоже
запросто, но старость оказалась не
слишком податливой, ее удалось по
бедить всего столетие назад. Армс
тронг рискнул, ему было очень инте
ресно жить, слишком много оказа
лось во вселенной неразрешенных за
гадок. Рискнул и получил дополни
тельный срок. Но не молодость, хотя
и это, говорят, было вполне возмож
ным. « Консервативность, — с неожи
данным огорчением подумал Армс
тронг. — Вот в чем дело. Я уже не мо
гу представить себя молодым, не могу
представить, что можно влюбляться в
«ЗС»Фантастика №1,2006
32
С. Синякин Яркан Звездного паука
девушек, заводить семью. Я просто
слишком стар для того, чтобы повто
рить однажды пройденный путь. А
эти ребята родились значительно поз
же, поэтому у них нет комплексов,
они уже привыкли и считают, что веч
ная молодость вполне обычна, поэто
му они даже не торопятся ее обрести,
каждый ищет для себя оптимальный
возраст…»
— Я посмотрю, — сказал он. — Ос
тавляйте выкладки.
Брызгин поднялся.
Был он высок, плечист и, навер
ное, очень нравился женщинам.
Кровь трех рас смешалась в нем, и
каждая дала Брызгину все самое луч
шее своей расы. Европейская кровь
подарила статность его фигуре и бе
лую кожу, азиатская — разрез глаз,
выдержку и невозмутимость, полине
зийская — наделила красотой и ост
рым любознательным умом, стремя
щимся познать недоступное. Он был
очень хорош, этот молодой парень, и
он взял у своих предков все, что толь
ко можно было взять.
Генотехника позволяла исправить
недостатки человека еще во время бе
ременности, когда зародыш только
начинал развиваться. Поэтому низко
рослых и некрасивых людей среди
нынешнего поколения землян почти
не было. Исключением мог быть
лишь ребенок, родившейся в космосе,
вдали от диагностического оборудо
вания и геноклиник. Правда, и в этом
случае риск сводился к минимуму.
Мог ли родиться больной или некра
сивый ребенок у двух родителей с пре
красным набором здоровых генов?
Это могло произойти лишь в резуль
тате рецессии, но такие случаи выпа
дали один на миллиард, если не реже.
— Тогда я пойду, — сказал Брыз
гин. — Не буду вам надоедать. Вы зна
ете, как меня найти.
Армстронг кивнул.
Оставшись один, он некоторое
время продолжал неподвижно сидеть
в кресле, осмысливая полученную от
Брызгина информацию. Информация
о космическом агрессоре была секрет
ной, и Армстронг хорошо понимал,
почему это делается. Незачем будить в
людях беспокойство. В случае опас
ности они просто не смогут сидеть,
сложа руки, и ждать. Но ведь и что де
лать, было совершенно неясно. А ког
да человек начинает чтото делать, не
представляя, во имя чего он это дела
ет, и каковы будут последствия, ни к
чему хорошему его действия обычно
не приводят. Мы это не раз уже про
ходили. Разве не потому умалчивался
сто двадцать лет назад сход с обычной
орбиты астероида Надежда? Сто двад
цать восемь километров в диаметре,
это была не просто каменная глыба в
несколько миллионов тонн, это была
бомба, летящая к Земле. И что про
изошло бы, если тогда о ней стало из
вестно жителям Земли не после того,
как Надежду увели за пределы Сол
нечной системы, а до этого?
Но с другой стороны, у гласности
тоже были свои преимущества. По
мнится, астроархитекторы предложи
ли проект создания второго пояса ас
тероидов между орбитой Марса и
Земли. Выгоды этого проекта были
очевидны, кольцо могло многократно
увеличить энергетические возможно
сти человечества, да и полезные иско
паемые оказались бы куда ближе, не
пришлось бы их таскать изза Марса.
А всегото астроархеологи предлагали
пожертвовать Ураном. Хорошо, что
проект вынесли на общее обсужде
ние, и это помогло быстро выявить
его слабые и даже опасные стороны.
Равновесие Солнечной системы стро
илось именно на планетахгигантах,
выгодный проект мог вполне реально
оказаться последним в истории мно
гомиллиардного человечества…
Армстронг поднялся и вышел в
сад.
Цвели вишни. От многочисленно
го цвета деревья казались накрытыми
белорозовой пеной, среди которой
почти не было видно редкой листвы.
В голубом безоблачном небе громых
нул гром — лайнер ушел к Луне точно
по расписанию. Некоторое время в
небе висела продолговатая серебря
ная точка, за которой Армстронг на
блюдал с не иссякающей в его душе
тоской, потом его ослепила вспышка
маршевого двигателя лайнера, а когда
«ЗС»Фантастика №1,2006
33
глаза Армстронга адаптировались,
лайнера уже не было, он находился
гдето в трехчетырех тысячах кило
метров от Земли. Хорошо было сего
дняшнему поколению — весь рейс на
Луну занимал три с половиной часа. В
молодости поколению Армстронга
пришлось значительно труднее, лета
ли они тогда на изотоперах, а эти ма
шинки были неторопливыми, рейс к
Юпитеру занимал обычно два года, а
если приходилось иной раз летать и
дальше, то на это тратилась значи
тельная часть жизни. Именно поэто
му до пятидесяти Армстронг не при
ближался к Земле ближе орбиты Мар
са. Тратить несколько лет для того,
чтобы посетить дом, а потом возвра
щаться назад, туда, где его ждала увле
кательная работа, было непозволи
тельной роскошью, и только когда на
трассах появились искривляющие
пространство десантные спейстрап
перы, он стал позволять себе провести
неделькудругую в родной Калифор
нии, где у него от родителей осталось
роскошное бунгало на побережье.
К ста пятидесяти он остепенился.
Нет, это было неправильно, не Армс
тронг остепенился, его остепенили
врачи. Слишком уж он нахватался ра
диационной пакости, годами враща
ясь на СКАНах вокруг Юпитера, Са
турна и Урана, но еще больше нако
пилось у него на душе, ведь все поле
ты сопровождались немалым риском,
и только сам Армстронг знал, сколь
ких друзей и товарищей он потерял во
время исследований больших планет.
В один прекрасный день на рутинном
медицинском осмотре, который еже
годно проходили планетчики, врачи
сказали Армстронгу, что его звездные
приключения закончились, и пора
снова привыкать к Земле. Сам Армс
тронг полагал, что причиной всему
этому было всетаки не здоровье, а его
возраст и нежелание подвергнуться
курсу генетического омолаживания.
Двое стариков, которые начинали ле
тать еще раньше него, курс омоложе
ния успешно прошли и что же? —
один из них все еще продолжал ле
тать, а второй неожиданно сменил
профессию и поселился на Марсе, ак
тивно включившись в исследования
инопланетного города, найденного
вблизи горы Олимп.
Армстронг после его невольной
демобилизации вернулся на Землю.
Благо, что ему было, где жить. Бунга
ло на побережье стало еще уютнее,
вишневые деревья и персики, кото
рые он посадил во время одного из
последних посещений дома, разрос
лись, клумбы заросли пышными и па
хучими сапфирными кустами, приве
зенными с Марса. На Марсе сапфир
ные кусты цвели раз в три марсиан
ских года, а на чуждой им почве рас
цветали сказочно прекрасными голу
быми цветами ежегодно, а уж аромат у
этих цветов был такой, что голова
кружилась. Впрочем, вполне может
быть, что голова кружилась изза оби
лия кислорода, не зря же марсианские
сапфиры называли еще обогатителя
ми. Рядом с этими растениями всегда
кишела жизнь, только вот семилапки
их не жаловали, предпочитая селиться
среди красных барханов холодных
марсианских пустынь.
Сейчас, стоя в саду, он чувствовал
спокойствие и умиротворение, лишь в
глубине души Армстронга жило бес
покойство, хотя ему не верилось, что
этот прекрасный и вечный мир может
однажды исчезнуть. Тревога Брызги
на казалась ему сейчас беспочвенной.
Что за враг может объявиться в глуби
нах Вселенной, если за время своих
путешествий среди звезд земляне
столкнулись с четырнадцатью циви
лизациями, три из которых были не
гуманоидными, а две превосходили
немного землян в развитии, но ни од
на из этих цивилизаций не проявили
враждебности к человечеству? Неу
чтенный фактор появившийся среди
звезд? Он вполне мог оказаться физи
ческим явлением, еще никому неиз
вестным и потому опасным. Враждеб
ны не цивилизации, враждебна сама
Вселенная, которая противится тем,
кто ее изучает. Не нравится Вселен
ной, что ее изучают!
А если это всетаки был враг? Мо
гущественный враг, который мог га
сить с одного удара звезды, а планеты
и обитатели этих планет были просто
«ЗС»Фантастика №1,2006
34
С. Синякин Яркан Звездного паука
помехой для нормальной экспансии
этого врага во Вселенной. Раз меша
ешь, значит, не нужен. И зачем дого
вариваться, зачем предъявлять ульти
матумы, если ты во много раз силь
нее? Много ультиматумов предъявля
ли европейцы, которые пришли на
южные острова? Нет, они там дейст
вовали по праву сильного. Вот и те
перь ктото в космосе осуществляет
это право сильного в самом полном
объеме — если перед тобой фактор,
который мешает твоему развитию,
покончи с этим фактором раз и на
всегда.
Армстронг попытался представить
себе существ, поступающих так, и они
ему очень не понравились. А кому
могли понравиться монстры? Жертвы
никогда не поймут своего палача. Он снова вспомнил Брызгина и
печально улыбнулся.
Молодой человек явно не ждал от
него какихлибо результатов. Навер
ное, в его глазах Армстронг был ста
рой развалиной, каких в системе еще
поискать. Это только сам Армстронг
знал, кто из истинных стариков, где
находится. Они сами себя так прозва
ли — истинные старики, все осталь
ные, прошедшие курс генотерапии,
были стариками ложными. В глазах
Брызгина Армстронг был вроде пер
вого «Челленджера» из ньюйоркско
го музея астронавтики.
Нет, обижаться не стоило. Да и на
что было обижаться, ты, Нейл, и в са
мом деле зажился на белом свете. И
нечего смотреть на то, что твой тезка,
из того легендарного экипажа, что
высадился на Луну, умер давнымдав
но, все равно находятся невежи, кото
рые спрашивают, не тот ли он Нейл
Армстронг. Даже журналисты иной
раз разлетаются, взять интервью у по
корителя Луны. А все почему? Люди
отвыкли от старости, поэтому глубо
кий старик напоминает им о временах
древних и героических…
Армстронг сел на скамейку в саду.
Гдето в стороне с легким шоро
хом пролетел пассажирский флиппер,
вполне возможно, что именно на нем
улетал Андрей Брызгин, который сей
час с недоумением размышляет, поче
му было приказано отвезти этому ста
рику всю подборку по погибшим звез
дам и наработки, сделанные в связи с
этим специалистами. Блестящими,
надо сказать, специалистами, а не
древним космологом, давно уже вы
жившим из ума. А может, Брызгин так
не думает, наоборот, с уважением от
носится к опыту человека, более сот
ни лет бороздившего космос и изучав
шего планетные процессы. Кто знает,
о чем он размышляет, этот молодой!
Армстронг с тоской подумал, что
торопиться некуда. Вся ночь впереди,
он успеет изучить привезенные мате
риалы. Как многих стариков, Нейла
Армстронга мучила бессонница. И
вот что было интересным: ты мог под
вергаться генному омоложению, мог
выглядеть молокососом, одно остава
лось неизменным бессонница. Бес
сонница и мысли о целесообразности
своего существования на Земле. Мож
но жить, как угодно, можно завести
вторую, третью и даже четвертую се
мью, можно даже сменить сотни ра
бот в поисках самого себя, но вот из
бавиться от мыслей, о том, что ты по
степенно становишься ненужным невозможно. Потому что это не в ге
нах, это в мыслях, и мысли эти невы
травишь даже самой ухищренной те
рапией.
И, наверное, это важнее гаснущих
звезд. Было бы важнее, если бы с ги
белью звезд не уходили в небытие
миллиарды таких же мыслящих су
ществ, как Нейл. Поэтому он посидел
еще немного, и хотя чудесный вечер
был в самом разгаре, а над марсиан
скими сапфирами все еще жужжали
пчелы, старик неохотно поднялся и
отправился в дом, где его ждала дол
гая, нудная и кропотливая работа, от
которой он уже немного отвык.
2.
Андрей Брызгин действительно
улетел на том флиппере, что заметил
сидящий в саду старик. На Земле ос
тавалось пробыть всего трое суток,
поэтому хотелось успеть многое. Арм
стронг угадал, Брызгин действитель
но не понимал, зачем его отправили к
этой живой космической легенде.
«ЗС»Фантастика №1,2006
35
Нет, он уважал старика, тот сделал за
свою жизнь столько, что таким, как
сам Брызгин, потребовалось бы вдвое
больше времени. Да и то вопрос —
старик был на редкость талантлив и
упорен в достижении целей.
Одно исследование Аморфного
пятна на Уране чего стоило! И всетаки Брызгин полагал, что
время легендарных личностей про
шлого ушло. Пусть они доживают
свой век спокойно, выходят на яхте в
море и ловят макрель. Они это заслу
жили. В крайнем случае, если шеф
Брызгина хотел знать мнение этой
старой перечницы, он мог бы пере
слать материалы по Интеркому. Но он
предпочел погнать к старику Брызги
на. Хотел, чтобы Брызгин увидел жи
вьем того, чьи монографии и научные
работы стали классическими и вошли
в учебники астрофизики? Ну, Брыз
гин его увидел, прочувствовал, заува
жал. Что дальшето? Над проблемой
обнаружения агрессора работают ин
ституты, там сидят люди, не глупее
этого ветерана, а результатов пока
нет. Наивно надеяться, что догадки
старика заменят работу двух институ
тов.
Брызгин был молод и оттого само
уверен.
Он родился уже когда не стало
промышленности и сельского хозяй
ства. Даже поверить трудно, когдато
люди выращивали себе питание и за
нимали огромные площади техноло
гическими и промышленными ком
плексами. Брызгин был молод, и ему
казалось, что всемогущие нанотехно
логии были всегда. Нет, некоторые
архаичные профессии на Земле все
таки остались, находились люди, ко
торые с удовольствием тратили свое
время на скрещивание плодовых де
ревьев, терпеливо пересаживали че
ренки, меняли состав почвы и темпе
ратурные режимы, чтобы получить
необыкновенные фрукты. Были и та
кие, кто занимался исследованием
животного мира, и это, наверное, бы
ло посвоему увлекательным, но
Брызгина не привлекало, как не при
влекли его профессии историка и ар
хеолога, палеонтолога, океанолога, и
тысячи иных, оставлявших человека
на Земле. Он был максималистом, по
этому утверждение, что будущее чело
вечества находится среди звезд, на
шло в нем самый живой отклик. С
юности жизнь Андрея напоминала
стрелу — начавшись рождением, она
упиралась в звезды и только в звезды. На Земле ему было скучно.
Хотелось романтики, но что ро
мантичного могло быть в академич
ных исследованиях? Земля стала
слишком обжитой, а потому невоз
можной для романтики. На ней даже
невозможно было потерпеть корабле
крушение — спутники наблюдения по
импульсу личного браслета тут же да
вали знать спасательной службе где
находится потерпевший аварию чело
век. Тот же импульс призывал к по
терпевшему аварию человеку наноро
ботов, которые обеспечивали всем не
обходимым. Микрокибернетические
системы, находящиеся в крови, изле
чивали человека от болезней, в счи
танные часы залечивали переломы
костей и повреждения мягких тканей,
понижали начинающийся жар — даже
заболеть было невозможно.
Развитие получали технические и
социальные профессии, в иных про
сто не было нужды. Одной из самых
уважаемых профессий стала профес
сия Учителя. Впрочем, трудно было
назвать профессией то, что составля
ло саму сущность человека. Учить де
тей было труднее всего на свете, по
этому способность обучать других бы
ла редкостным даром, который пыта
лись распознать как можно раньше,
чтобы затем всемерно этот дар разви
вать.
Не менее важной были профессии
психолога и социолога. Земля начи
тывала девять миллиардов жителей,
еще семь миллиардов жили за преде
лами родной планеты, взаимоотно
шения людей усложнились, особенно
это касалось взаимоотношений ко
ренных жителей Земли и пространст
венников, проживающих вне плане
ты. Отношения эти были непростыми
и отнюдь не безоблачными. Прост
ранственники к коренным жителям
Земли относились с некоторой снис
«ЗС»Фантастика №1,2006
36
С. Синякин Яркан Звездного паука
ходительностью, как к обитателям не
коего безмятежного Рая, не знающих
трудностей в жизни. Другое дело открытый космос!
Здесь невозможна была всемогущая
спасательная служба, оказавшись в
экстремальной ситуации, человек мог
надеяться только на себя. Разумеется,
микрокибернетические системы де
лали все возможное, но космос оста
вался космосом — со всеми его нео
жиданностями и опасностями.
Что могло спасти обитателей Ав
роры от неожиданно появившегося
Роя? Только попытка стать частью
этого Роя. Но сама возможность гене
тического изменения человека, его
приспособление к новой среде обита
ния встречалась Советом ООН в шты
ки. Официально считалось, что такие
изменения будут означать конец еди
ного человечества. Можно ли назвать
человеком существо, способное жить
при давлении в две тысячи атмосфер и
температуре в полтысячи градусов? И
ведь оно не просто будет жить в этой
среде, оно будет информационно с
нею связано. Изменение физиологии
означает конец старого человека,
привязанного к земным условиям.
Кроме того, приспособляемость к но
вой среде обитания будет обуславли
вать изменение внешнего вида, реак
ций человека на эту среду, и это тоже
обязательно скажется на социологии
и психологии измененного существа.
Практически, утверждали противни
ки таких изменений, мы будем иметь
дело не с представителем человечест
ва, а с новым разумным видом, кото
рый сами же и создадим.
Лично Брызгин к подобным ут
верждениям относился довольно
скептически. Нет, он охотно допус
кал, что изменения генетические вы
зовут к жизни новый разумный вид.
Но почему бы и нет? В конце концов,
человечество — это только зародыш,
развиваясь, оно обязательно должно
видоизменяться. Приспособление к
новой среде обитания сделает челове
ка более могущественным. А если в
результате этих изменений потребует
ся перейти на новые типы взаимоот
ношений, создать свое искусство, раз
рушить прежние социальные связи,
то это всего лишь естественный ход
событий.
Андрей был максималистом и по
лагал, что будущее за пространствен
никами, и именно им определять, ка
ким путем они станут развиваться.
Нельзя же вечно оборачиваться на
Землю? На Земле в Совете ООН сидят
ретрограды, которые боятся высунуть
свой нос за пределы ноосферы. Они
просто не понимают, что будущее
рождается среди звезд, а не на Земле!
Брызгин был молод и самоуверен,
а потому и работу свою, посвященную
некоторым аспектам развития прост
ранственников, он сделал излишне
задиристой. Хотелось немного по
злить академиков, и Брызгин пошел
на это. Только уже позже, когда рабо
та была запущена в Интерком и полу
чила некоторый резонанс, Андрей
вдруг понял, что в глазах многих и
многих он оказался самоуверенным
щенком, задирающим старых и муд
рых псов. Но ничего сделать было уже
нельзя, работа оторвалась от него и
теперь была связана с Брызгиным
только его авторством.
Поэтому он смиренно выслушал
резкую отповедь ветерана Института
метапроблем Цеховича, который на
нелестные эпитеты сопляку, каковым
он считал Брызгина, не скупился. Це
хович даже опешил от неожиданного
поведения своего бывшего ученика,
поэтому довольно быстро сменил гнев
на милость, стал более мягок в выра
жениях, а расстались они уже доволь
но дружески, даже поужинали в ма
леньком кафе на окраине Юрмалы,
прямо на берегу Балтийского моря.
Кухня в кафе была великолепной, ас
самбляторы были запрограммирова
ны большим специалистом, который
в пище знал толк, к тому же кафе
здесь варили по старинному рецепту из кофейных зерен, в маленьких ту
рочках. Аромат наполнял маленькое
кафе, вкус у напитка был изумителен,
и Андрей, скрепя сердце, признал, что
стремление некоторых к естествен
ным продуктам не лишено некоторо
го смысла. В этом убеждали и огром
ные красные яблоки, глянцево блес
«ЗС»Фантастика №1,2006
37
тевшие на блюде — на вкус они были
просто восхитительны.
— Вы слишком нетерпеливы, Анд
рюша, — сказал Цехович. — Это ведь
вопрос не двух и не трех лет, решение
его затянется на десятилетие. Это
слишком важно для всей Земли и ее
колоний. Колонии и так имеют доста
точную самостоятельность от метро
полии, зачем же стремиться к полно
му отчуждению и разрыву?
— Вы меня не поняли, Витольд, —
возразил Брызгин. — Я говорил не о
самостоятельности, я говорил о новом
мышлении, которое рождается сейчас
у иных звезд. Представьте себе, что
существует океан, но реки не вытека
ют из него, они в него впадают. И са
мим фактом своего существования
делают океан богаче. Я понимаю, Со
вет напуган тем, что произошло на
Карате. Но ведь это было неизбеж
ным! Когда появляется возможность
попробовать жить поновому, очень
трудно избежать соблазна. И ведь на
до признать, каратиане не порвали с
человечеством. Да, они стали иными,
у них своя культура, появилось свое
искусство, порой нам стало труднее
понимать друг друга, но точки сопри
косновения остались, Витольд!
Цехович покачал головой. Он был
высок и худощав, на длинном лице
его с крупным носом и острыми ску
лами, выделялись внимательные чер
ные глаза, которые не добавляли ему
красоты, но вместе с резкими чертами
и полными чувственными губами
придавали лицу особую выразитель
ность.
— Андрей, — сказал он. — Мы уже
встретили в галактике шесть разум
ных видов. Три из них — негуманои
ды. Нам предстоит искать точки со
прикосновения с ними, а вы предла
гаете дробить человечество. Вместо
того чтобы понять чужих, мы будем
разбираться между собой. Не слиш
ком логичное решение, верно? Кста
ти, что происходит в галактике? В Ин
теркоме нет четкого изложения слу
чившегося. Вы тоже полагаете, что
появился неведомый, но весьма могу
щественный враг?
Брызгин кивнул.
— Очень могущественный, — ска
зал он. — Он невидим и вездесущ. И
он делает то, что хочет. Он не догова
ривается, он просто взрывает светила
и уничтожает цивилизации. В его дей
ствиях нет логики, поэтому очень
трудно понять, кто окажется следую
щей жертвой.
Цехович помолчал.
— Вот видите, — наконец сказал
он. — Человечеству грозит опасность,
тут уж не до дробления. надо высту
пать единым фронтом, а вы предлага
ете совсем иное. Разве вы не чувствуе
те шаткости своей позиции?
Брызгин невесело хмыкнул.
— Может, еще по чашечке кофе?
— предложил он. Сделав маленький
глоток, возразил. — И опять вы меня
не поняли, Витольд. Приспособляе
мость — это еще одна гарантия выжи
ваемости человечества, если не как
вида, то хотя бы как разумного нача
ла. Если случится страшное, то пусть
хоть чтото, хоть ктото останется,
чтобы рассказать жителям галактики
о нас.
Цехович опустил свои живые вы
разительные глаза.
На вид ему было около сорока лет,
но Брызгин хорошо знал — собесед
ник вдвое старше.
— Не так все мрачно, — сказал
бывший учитель Андрея. — Выход
всегда можно найти. Это как в исто
рии о двух лягушках, которые оказа
лись в банке со сметаной. Одна при
шла в отчаяние от безысходности сво
его положения и немедленно утонула.
Вторая барахталась до тех пор, пока не
сбила сметану в масло и не выкараб
калась из банки. Я не знаю положения
дел в галактике, но я знаю, что необ
ходимо барахтаться, чтобы не утонуть.
Вот именно, — без улыбки сказал
Брызгин. — Но ведь я как раз и пред
лагаю возможный выход из ситуации.
Это Совет ООН хочет уподобиться ля
гушке, которая заранее отказывается
от борьбы.
Потом они долго бродили по пес
чаному берегу. Слева было море, а
справа высились прямые балтийские
сосны с редкой кроной наверху. А по
том они шли обратно, и теперь уже
«ЗС»Фантастика №1,2006
38
море было справа, а слева темным ча
стоколом высились сосны, среди ко
торых уже бродили мягкие сумраки.
Он вспоминали прошлое, знакомых,
но уже не касались темы, затронутой в
уютном кафе.
Может быть, потому, что над ними
в потемневшем небе уже загорелись
первые звезды, и самой яркой из них
была сверхновая Девланда, взорвав
шаяся сорок лет назад, но только пол
года как вспыхнувшая на земном не
босклоне. Планеты легко отличить от
звезд. Звезды мерцают, словно под
мигивая нам, а планеты светят ровно
и однотонно, в их свете нет загадки, а
быть может, это Брызгину только ка
залось, ведь он точно знал, что плане
ты исследованы куда лучше звезд.
Потом Цехович попрощался с Ан
дреем и Брызгин остался на берегу
один. Некоторое время он сидел на
прохладном гладком валуне, разгля
дывая звезды. И Андрей невольно вспомнил об
Армстронге.
Гдето по другую сторону океана,
забросив свои сапфиры и яблони, си
дел за компьютером старый человек,
пытаясь догадаться, где скрывается
враг и как его обнаружить. А быть мо
жет, Армстронг был сейчас в своем ве
ликолепном саду и смотрел, как и
Брызгин, на звезды. Ведь он был
очень старым человеком и вполне ве
роятно, что когдато перенес вживле
ние чипов в свой мозг, делающее этот
мозг прекрасной вычислительной ма
шиной. Это потом для активизации
мыслительных процессов стали ис
пользоваться достижения генетики. В
молодости Армстронга активизиро
вать мозг можно было лишь хирурги
ческим путем. И Брызгин снова ощутил жалость к
старику, который старался, но уже ни
чем не мог помочь новому миру в силу
того, что безнадежно отстал от него.
3.
Звездное небо на планетоиде,
лишенном атмосферы, кажется нео
бычайно ярким. Особенно если по
близости высвечивается многоцвет
ный шар звездного скопления, пере
витый цветными жгутами межзвезд
ного газа.
Стоя на верхней палубе спейсрей
дера «Хонкай» и глядя на пульсирую
щий звездный шар, капитан Дымов
невольно размышлял о месте, которое
было отведено во Вселенной земной
цивилизации. Такие вот выходили у
него немножечко грустные размыш
ления. И совсем не утешало капитана,
что сегодня земной корабль находил
ся в нескольких десятках световых лет
от родной системы. Не чувствовал се
бя капитан покорителем звездных
океанов, напротив, было ощущение
своей крошечности в этом мире. Все
ленная, распахнувшая себя человече
ству, пугала и притягивала одновре
менно.
Капитан побывал не в одной экс
педиции, но именно в этой его не от
пускало странное чувство тревоги,
словно ктото из глубины души Ды
мова предупреждал его о грядущих
неприятностях, ожидающих экспеди
цию. Смысл предупреждений усколь
зал от капитана к великому его раз
дражению, и это порождало неуверен
ность, которую капитан иногда не мог
скрыть от своей команды. А вот это
тревожило больше всего. Команда
должна быть уверена в своем капита
не. И капитан должен верить каждому
члену команды, как самому себе. Ко
манда — единый организм, чувство
неуверенности одного может отрица
тельно сказаться на всей команде.
Дымов досадливо прогонял свои мыс
ли, но они приходили в голову все ча
ще, а капитан доверял своей интуи
ции, она никогда не подводила его.
Именно благодаря интуиции капитан
своевременно увел спейсрейдер в 2247
от красного карлика Чиндрагутти.
Увел и тем спас свою команду от же
сткого излучения, рожденного маг
нитной бурей, сопровождавшей вы
брос гигантских протуберанцев свети
ла. Психологи длительное время му
чили капитана расспросами и иссле
дованиями, но Дымов и сам не мог
сказать, что именно заставило его на
рушить планы экспедиции и старто
вать на четыре дня раньше срока, не
обратив никакого внимания на недо
С. Синякин Яркан Звездного паука
«ЗС»Фантастика №1,2006
39
«ЗС»Фантастика №1,2006
40
С. Синякин Яркан Звездного паука
вольство физиков и космогонистов.
Было неожиданное предчувствие, что
они нашли на свою задницу приклю
чения, которые так долго искали. Он
воспользовался своим капитанским
правом и стартовал раньше, чем это
было предусмотрено программой. А
магнитная буря началась спустя не
сколько дней, когда они уже были в
точке тахиарда и готовились нырнуть
в субпространство.
Подобным образом интуиция вы
ручила его на Алемании. Почему он
приказал выжечь вокруг корабля
трехмильную зону безопасности, Ды
мов никогда не сумел бы объяснить.
Ссылаться же на внутренний голос а
дело обстояло именно так было во
обще глупо. Биологи скрипели зуба
ми, но Дымов и в этом неприятном
начинании оказался прав, особенно
когда началась атака активной флоры
на поставленные вне зоны безопасно
сти базы. Несколько человек погибло,
но экспедиция в целом оказалась вне
опасности и все благодаря интуиции
капитана, который не боялся быть
смешным.
Постоянное ожидание опасности
наложило свой отпечаток на внеш
ность командира спейсрейдера «Хон
кай». Пространство в принципе не
любит толстяков. Алексей Дымов был
сухощав, жилист и крепко, хотя и не
сколько грубовато скроен. Он всегда
казался излишне сосредоточенным,
удлиненное лицо его постоянно вы
глядело озабоченным, короткий ежик
волос на голове делал озабоченность
естественной.
Экспедиция к звезде М3241 была
запланирована не случайно. Предпо
лагалось, что в окрестностях звезды
находится небольшая «черная дыра»,
влияющая на светило. Как раз в это
время в разгаре были споры между те
ми, кто хотел подобный объект разме
стить в солнечной системе и тем са
мым получить новый неисчерпаемый
источник энергии, и между теми, кто
предлагал с осуществлением этого
проекта не особо спешить, ведь впол
не могло получиться нечто неудачное,
похожее на попытку изменить тече
ние Гольфстрим, которая едва не при
вела к новому и не в пример более су
ровому, нежели природный, леднико
вому периоду. Технически идея пере
мещения объекта была вполне осуще
ствима: достаточно было на второй
космической скорости ввести в суб
пространство один из астероидов, от
которых польза была сомнительна, а
звездоплаванию внутри системы они
в достаточной степени мешали.
Сверхмалая масса, сжатая субпрост
ранством до размеров электрона, при
водила к рождению небольшой чер
ной дыры, обладающей моментом
вращения и зарядом. Черная дыра ис
пускала в пространство реальные па
ры частицаантичастица, которые,
взаимно аннигилируя, давали необхо
димую энергию. С такой черной дыры
можно было снимать объем энергии,
в значительной степени превышаю
щей всю энергию Солнца, но скепти
ки предлагали не спешить. Техничес
ки исполнимая идея еще не обяза
тельна к исполнению, утверждали
они. Вопервых, изъятие крупного ас
тероида из пояса изменит сложившее
ся равновесие. «Вам мало Икара? —
ссылались они на огромные затраты
по уничтожению печально знамени
того астероида, реально угрожавшего
падением на Землю в конце двадцать
второго века. — Так это будут семечки
по сравнению с теми опасностями,
которые могут вновь грозить Земле
или другим планетам. Да и сам источ
ник в смысле общественной безопас
ности весьма сомнителен. Только не
надо ссылаться на физические форму
лы! Это будет похлеще ядерного или
термоядерного оружия или, скажем,
Чернобыльского или Нумидийского
реактора. Создать «черную дыру» и
оказаться заложниками собственной
энергетической программы — это,
знаете ли, для безнадежных идиотов.»
Господа физики всегда отличались
экстравагантностью, но здесь они пе
рещеголяли своих предшественников.
В случае ошибки получится гравита
ционная могила всему человечеству, а
это уже не смешно. В подобных случа
ях необходимо апеллировать ко всему
человечеству, но устраивать такие ре
«ЗС»Фантастика №1,2006
41
ферендумы слишком уж накладно,
достаточным будет представить этот
вопрос на рассмотрение Совета Безо
пасности ООН, пусть руководители
соберутся, взвесят все за и против,
можно надеяться, что у них хватит
здравомыслия для принятия правиль
ного решения. С одной стороны но
вый источник энергии означал воз
можность жить на порядок лучше, но
с другой стороны, если за это, воз
можно, придется заплатить жизнями
родных и близких, то, может быть, не
стоит и перья тупить. В конце концов,
есть термоядерные котлы российских
физиков, вон уже их сколько по всей
Европе! А решение пусть принимают
потомки, они будут во многом умнее
и мудрее нас. Им, значит, и карты в
руки!
Вот в такой обстановке и было
принято решение об экспедиции к М
3241. Если у звезды имеется «черная
дыра», лучшую природную лаборато
рию и придумать невозможно. Изу
чайте, дорогие ученые, делайте свои
выводы, а там посмотрим. Главное,
чтобы ошибок допущено не было. Это
только кажется, что Земля безразмер
ная и ее хватит на грядущие поколе
ния. Неужели вас красноярская ката
строфа ничему не научила?
Дымов представлял, как взвоют
физики, когда он прикажет уводить
спейсрейдер из системы. Но он ниче
го не мог поделать с растущим в глу
бине души чувством беспокойства,
крошечный росток этого беспокойст
ва прорастал, обретая очертания, и,
наконец, Дымов объявил о принятом
им решении.
— Слушайте, — не выдержал
Франц Деммер. — Вы в своем уме, ка
питан?У нас программа, мы согласо
вывали ее с вами и тогда у вас не бы
ло возражений. Что случилось? У вас
предчувствие? Тогда зачем вы отпра
вились в космос? Сидели бы на Земле
и предсказывали землетрясения. Там
еще хватает легковерных дураков, ко
торые с удовольствием прислушались
бы к вам. Я — против поспешных ре
шений и я требую, чтобы о наших раз
ногласиях был поставлен в извест
ность Совет.
Невысокий плотный, уже доста
точно старый, но все еще не потеряв
ший юношеской живности физик
смотрел на капитана спейсрейдера с
нескрываемым раздражением, к ко
торому примешивалось вполне по
нятное удивление и легкое презре
ние к трусу, боящемуся неизвестно
чего. Морщинистое лицо Деммера
негодовало, но Дымов не винил фи
зика в этом — окажись он сам в по
добной ситуации, его собственное
негодование было бы не меньше.
Поэтому капитан позволил себе
лишь слегка улыбнуться краешками
тонких губ.
— А нет никаких разногласий, —
хладнокровно сказал капитан Дымов.
— На корабле командую я, и я принял
решение, о котором ставлю вас в изве
стность. И отвечать за принятое реше
ние буду именно я, а не вы Франц. Ра
боты сворачиваем, старт через двенад
цать часов. Все могут быть свободны.
Он поднялся, всем своим видом
показывая, что споров не будет.
Транспортный отсек был заблоки
рован еще до объявления Дымовым
своего решения. Двенадцать часов
требовалось для того, чтобы прове
рить готовность корабля к старту, рас
считать точку тахиарда и сориентиро
вать корабль в пространстве. Это
только кажется, что летать на спейст
рапперах просто и легко, но даже не
продолжительному полету обязатель
но предшествуют сложнейшие расче
ты, иначе экипаж загонит корабль ту
да, откуда уже не выбраться. А таких
пассажиров, ответственность за кото
рых ощущал на себе капитан Дымов,
было шестьдесят человек — вся науч
ная экспедиция, превратившая де
сантный корабль в подобие лаборато
рии безумного доктора, где не было
даже видимости привычного капита
ну порядка. В споры никто не полез, слишком
велик был авторитет капитана Дымо
ва, но он не сомневался, что претен
зий Земле будет высказано с избыт
ком. Некоторое время он даже сомне
вался в правильности принятого ре
шения, теперь ему казалось, что он
просто перестраховщик, поддавший
«ЗС»Фантастика №1,2006
42
С. Синякин Яркан Звездного паука
ся глупой панике. К чести капитана
менять решения он не умел.
Ровно через двенадцать часов ко
рабль ожил и сошел с постоянной ор
биты вокруг звезды М3241 и, медлен
но набирая скорость, устремился к
расчетной точке сброса в тахиомир,
до которой было шесть световых ми
нут или час полета по собственному
времени спейсрейдера.
До точки тахиарда оставалось око
ло десяти минут собственного време
ни, когда красное ядрышко централь
ного светила системы изменило свои
очертания. Оно стало заметно больше. — Капитан! — ворвался в рубку на
чальник экспедиции. — Удивительно,
но вы снова угадали! Я преклоняюсь
перед вашим чутьем, вы дадите фору
любой собаке и любому предсказате
лю! Мы проводим уникальные наблю
дения! Это сверхновая, Дымов! И мы
первые, кто наблюдает это явление в
непосредственной близости. Мы мо
жем немного задержаться? Казалось, Деммер дрожит от воз
буждения. Негодование и недовольст
во Дымовым уступило место возбуж
денному любопытству.
— Уникальная ситуация, — умоля
юще сказал Деммер. — Капитан, я
прошу вас. Мои ребята уже на своих
постах. Хотя бы полчаса, слышите,
всего полчаса!
Объяснять Деммеру всю слож
ность расчета точки тахиарда в незна
комой звездной системе было беспо
лезно. Физик просто не захотел бы
слушать астролетчика, а вся накопив
шаяся в нем неприязнь к Дымову вы
плеснулась бы вновь яростно и без
надежно. Из просителя Демамер не
медленно превратился бы в неприми
римого врага, поэтому Дымов не стал
вступать с физиком в пререкания и
объяснять ему, что новую точку вбро
са в тахиомир рассчитать будет очень
сложно, не стал. В этой ситуации у
любого капитана была одна единст
венная задача — сохранить корабль и
людей. Запоздать со стартом у Сверх
новой, что могло быть опаснее и нео
смотрительнее? Капитан Дымов не
стал вступать в пререкания с началь
ником экспедиции, он просто посове
товал Деммеру занять место согласно
штатного расписания и ввел в борто
вик последние и окончательные ко
манды, после чего повернулся к об
зорному экрану.
Теперь вспыхнувшая звезда напо
минала восьмерку, которую образо
вывали жгуты взбесившейся звездной
плазмы. Медленно она расширялась
во все стороны, вновь сливаясь в еди
ный огненный шар, который, подоб
но мыльному пузырю, увеличивался в
размерах.
Однако Дымов не дал себя увлечь
удивительному зрелищу. Времени для
этого не было. При старте счет идет на
секунды.
В некотором отдалении от рожда
ющейся Сверхновой возникла ма
ленькая алая звездочка, которую че
рез несколько минут поглотил нака
тывающийся огненный вал. Но опас
ность была уже позади.
Спейсрейдер «Хонкай» вошел в
точку тахиарда, и теперь всего не
сколько часов собственного времени
отделяли его от ближайшей базы зве
здного флота, удаленной от системы
М3241 на пять световых лет.
Г ла ва вт ора я
1.
База звездного флота распола
галась в системе Аристемы.
Система была обитаемой — на вто
рой от звезды планете жили расы их
тиоров и паукан. Разумеется, так их
называли земляне, сами симбиоты
именовали себя народами двух мате
рей, но произнести это туземное соче
тание звуков было, пожалуй, не под
силу любому землянину. Ихтиоры
жили в мелких прогреваемых голу
бым светилом океанах планеты и на
поминали внешним видом земных
кальмаров. Селились они на много
численных коралловых рифах, выла
мывая могучими щупальцами целые
анфилады причудливых помещений в
теле рифа. Со временем, обретя ра
зум, начали использовать кораллы
уже целенаправленно, выращивая на
дне океана неприступные крепости.
Поклонялись Морской Бездне и оби
«ЗС»Фантастика №1,2006
43
тавшему в ней Великому Черному. У
ихтиоров было развито ремесленни
чество, искусство было бедным, и вы
делялись лишь красочные живые пан
но, которые создавались из разно
цветных животных, похожих на зем
ных актиний, и духовые оркестры, в
которых музыканты играли на специ
ально обработанных витых ракови
нах, выталкивая воздух кольцевыми
мускулами, используемые обычно в
качестве движителей.
Паукане жили на островах единст
венного на планете архипелага.
Внешне они напоминали странных
пушистых пауков с клешнями. Отсю
да возникло и название. Паукане бы
ли двоякодышащими и постепенно
начинали осваивать мелководье. Из
за мелководья между ними и ихтиора
ми разгорелась война, в которой ни
кто не мог одержать верх.
Паукане называли свою планету
Ярканом, что означало родовую пау
тину. Ихтиоры считали ее Сладкой
водой. Так что и в этом они не сходи
лись.
Земляне появились на планете,
когда междоусобица была в самом
разгаре. Ксенологам, установившим
контакт с обеими расами, пришлось
немало потрудиться, чтобы воители
заключили перемирие. Земные спосо
бы производства продовольствия ка
зались пауканам и ихтиорам настоя
щим чудом, никто из них не мог пове
рить, что все это изобилие, которое
стало с прилетом землян нормой жиз
ни, производится микрокибернетиче
скими системами из воздуха, а потому
ихтиоры почитали землян за колдунов
Великого Черного, приславшего их из
Морской бездны, чтобы внести смуту
в умы морских обитателей, а паукане
считали тех же самых землян жителя
ми звездной паутины, населяющими
звездный шар, видимый в ясные ночи
рядом с большой красной луной.
В космос ни одна из этих рас в
обозримой перспективе попасть не
могла, поэтому рассказы ксенологов о
строении галактики и звезд воспри
нималась ихтиорами и пауканами с
полным недоверием, и это недоверие
даже послужило причиной тому, что
бы прежние разногласия народов двух
матерей забылись.
Земная станция повисла в прост
ранстве над планетой еще одной лу
ной, но аборигенов добавившееся на
небосклоне белесое пятно не смущало
— вокруг планеты обращалось шесть
спутников и наличие еще одного ни
чего особенного в жизнь местных
обывателей не вносило.
Они даже позволили землянам ор
ганизовать на одном из островов базу
отдыха. Ихтиоры с охотой принимали
участие в забавах землян, особенно в
катании на водных лыжах. Было за
бавно наблюдать, как стремительные
ихтиоры соревновались в гонках с
водными мотоциклами и скуттерами,
из усердия выскакивая из воды и про
носясь над морем несколько десятков
метров.
У паукан на продукты можно было
выменять удивительно тонкую и теп
лую ткань из паутины. Ткань была
прочной и имела десятки самых раз
нообразных свойств, а окрашена она
была в самые фантастические цвета арахи, для того, чтобы добиться нуж
ного окраса ткани, употребляли раз
нообразные фрукты. Одно время бы
ло даже очень модно щеголять в кос
тюмах из паутины, которая вдобавок к
носкости обладала еще и целебными
свойствами. Сейчас, когда астрофизики корота
ли время на базе отдыха, демонстра
тивно покинув спейсрейдер Дымова,
капитан оставался на корабле. Молеку
лярные кибы вылизывали корабль сна
ружи и изнутри, уничтожая оставший
ся после астрофизиков мусор и одно
временно приводя обшивку спейсрей
дера в порядок. Если внутри корабля
нанороботы себя ничем не проявляли,
то снаружи, особенно на расстоянии,
они выглядели легким туманным об
лачком, равномерно окружившим ог
ромный диск спейсрейдера.
Рядом с «Хонкаем» висело два
транспортных корабля, доставивших
в систему Аристемы необходимое
оборудование.
Капитан Дымов впервые за всю
свою космическую карьеру видел, как
гибнет мир, пусть даже безжизнен
«ЗС»Фантастика №1,2006
44
С. Синякин Яркан Звездного паука
ный. Зрелище это потрясло капитана.
Теперь он хорошо представлял, что
чувствовали жители погибших миров,
когда их светила неожиданно вспухли
и облаком горячей плазмы устреми
лись в пространство, слизывая жизнь
с непрочных оболочек планет.
Полетное время Дымова подходи
ло к концу, возраст уже давал о себе
знать. Приближалось время возвра
щения на Землю. Нет, капитан Дымов
знал, что безделье ему не грозит — в
крайнем случае, Академия астронав
тики всегда примет его с распростер
тыми объятиями. Ктото ведь должен
передавать опыт молодежи! А опыта
капитану Дымову было не занимать.
За двадцать семь лет в пространстве
капитан повидал многое.
Закончив работу на корабле, Алек
сей Дымов спустился на поверхность
планеты.
Он любил бывать на планете, ко
торую для себя называл Ярканом. А
все потому, что на поверхности пла
неты у него был хороший знакомый
из аборигенов, а поскольку он был па
уканином, Дымов привык называть
планету по паукански.
В системе Аристемы корабль Ды
мова бывал нечасто, однако дружес
кие взаимоотношения с пауканином
не исчезали, напротив — с годами
они становились прочнее. Как родо
вая паутина аборигенов. Дымов даже
привязался к Крхи, поэтому встреча
с пауканином получилась, как все
гда, немного забавной и радостной.
Со временем капитан научился безо
шибочно выделять Крхи среди со
родичей по родовым пятнам на
брюшке, как Крхи узнавал из зем
лян Дымова, можно было только до
гадываться.
За годы странствий Дымова родо
вая паутина Крхи стала значительно
обширней и обрела багряный цвет.
Дымов не знал, что это значит, воз
можно, цвет символизировал обеспе
ченность ее обитателя, как гербы у
старинной земной знати. В центре па
утины, если присмотреться внима
тельнее, можно было заметить утол
щение, напоминающее стилизован
ного черного паука, брюшко которого
отливало серебром изза множества
тщательно наклеенных кристалликов
кварца. Крхи явно располнел. Хити
новое сочленение, соединяющее во
лосатое брюшко с головогрудью стало
еще больше, а само брюшко покры
лось малиновыми же пятнами, краси
во оттененными бархатом черных и
жестких волос.
— Все колдуешь? — спросил Кр
хи, устраиваясь на паутине поудобнее.
— Каким ветром занесло на Яркан
твою паутину?
Дымов не раз рассказывал паука
нину о космосе, звездах и путешест
виях землян, но пауканин продолжал
упрямо считать пространство над го
ловой одним большим небом, по ко
торому летают земляне на летатель
ных паутинах. Летают и колдуют себе
помаленьку.
— Как дела? — снова спросил Кр
хи. — Здоров ли выводок? Хватает ли
слюны? Нет ли дырок в твоей паутине?
Ситуация была забавной, но пау
канин задавал традиционные вопро
сы, интересуясь здоровьем Дымова и
его семьи, поэтому капитан вполне
серьезно ответил, что с выводком все
в порядке, слюны, слава звездному
Пауку, пока еще хватает и паутина его
в полном порядке.
В свою очередь он поинтересовал
ся, хватает ли Крхи добычи на время
холодов, не холодна ли почва вокруг
паутины для будущих кладок, и пау
канин так же серьезно ответил, что и
земля достаточно тепла, и добычи
хватает, отмель богата рыбой, воздух
насекомыми, и Дымов пожелал, что
бы так было всегда.
— На наш клайд хватит, — сказал
пауканин и, оказывая Дымову обыч
ное полное доверие, покинул паутину.
Они посидели немного на берегу.
Море за песчаными отмелями сли
валось с небом, аквамариновая с бле
стками мелких волн вода была теп
лой, и гдето за отмелями резвилась
стайка ихтиоров — изза расстояния
трудно было разобрать, взрослые ли
это занимаются рыбной ловлей или
подростки играют в салки.
— Мокрые, — неодобрительно
сказал, глядя на прыжки ихтиоров,
«ЗС»Фантастика №1,2006
45
Крхи. — Мокрые и скользкие. Про
тивные. Нельзя жить без своей паути
ны, нельзя!
Подобное Алексею Дымову прихо
дилось выслушивать почти каждый
визит.
Ксенологи обязательно обнаружи
ли бы у Крхи какиенибудь мудреные
комплексы, но Дымов считал, что пау
канин просто расист, похожий на тех,
что раньше встречались на Земле и
презирали людей с другим цветом ко
жи. Ихтиоров Крхи не то, чтобы нена
видел, но открыто недолюбливал. Он
их считал за недоразвитых паукан.
— Смотри, — загибал он когти на
средних лапах, свободных от клеш
ней. — Головогрудь есть? Есть! А
брюшко? Брюшка — нет. И жвала
длинные, и глаз меньше. Таким коли
чеством глаз можно чтото увидеть в
воде? Никогда не увидишь!
И убедить его было невозможно,
что ихтиоры живут ближе к глубинам,
где вода не засорена песком как на от
мелях, а чиста и прозрачна, как воз
дух.
— И волос у них нет, — отмечал
пауканин. — Нет волос, нет родовых
пятен. Как тебя узнать друзьям и зна
комым? Вот и вы тоже… Я на тебя
смотрю, не пойму, как вы друг друга
отличаете? По искусственным шку
рам? И железы у вас закрыты. А если
железы закрыты, как вы самок подма
ниваете?
Мудрецом становился Крхи на
своей багряной паутине.
Вот уже и философствовать начал,
вопросы в его головогруди появляться
стали. А еще несколько лет назад, ког
да они только подружились, Крхи
был обычным бойким паучком, кото
рому больше всего хотелось не размы
шлять, а летать на осенних паутинах
или нырять на отмелях в поисках
вкусных ракушек и морских улиток.
Правда, рассказывать о своих при
ключениях Крхи и тогда любил, и,
как ни странно, даже привирал при
этом, хотя обычно паукане склонны
были к коротким и точным рассказам
без какихлибо фантазий.
Однажды Дымов спросил Крхи,
за что он так не любит ихтиоров.
— Наглые, — сказал Крхи. — Бес
совестные. Мало им воды, они уже на
сушу лезут. Суша нужна пауканам, от
мели тоже нужны пауканам. Хотят
жить, пусть идут туда, где солнце са
дится.
Поначалу Дымов посчитал эти вы
сказывания знакомого за обычные
упреки жителя суши, который при
вык считать прибрежные отмели сво
ими и не был намерен с кемнибудь
их делить. Да что там делить, обсуж
дать даже возможность такого раздела
не хотел! Но через некоторое время
выяснилось, что упреки паукан были
в какойто мере оправданными. Ксе
нологи обнаружили на суше в не
скольких километрах от ближайшего
берега несколько ихтиоров, передви
гающихся на щупальцах. Жаберные
мешки их были забиты мокрыми во
дорослями, похоже, что в ихтиорах
постепенно просыпалось все то же
любопытство, которое когдато гнало
на утлых суденышках людей в океан и
потом на примитивных ракетах по
гнало их за пределы земной атмосфе
ры. Это любопытство было сродни
любопытству самих ихтиоров, кото
рые в период осенних ветров ухитря
лись перебраться с острова на остров
на нехитрых летучих паутинах. Но за
своими сородичами пауканин при
знавал право на подобные путешест
вия, а ихтиорам он в этом отказывал.
Еще Крхи злился, когда ихтиоры
рвали его подводную паутину, постав
ленную на отмелях для ловли маль
ков. Ихтиоры вообще не признавали
никаких иных форм охоты кроме той,
что была основана на быстроте и лов
кости охотника. Поэтому частые сет
ки паукан они уничтожали безо вся
кого сожаления и даже не извинялись
перед хозяевами, а нахально заявляли,
что приходил из глубин Великий Чер
ный, онто эти самые сетки и попор
тил. Великого Черного никогда и ни
кто не видел, это был миф, созданный
ихтиорами, им пугали детей, а саму
смерть дети океанских просторов на
зывали уходом к Великому. Старый
ихтиор, чувствуя приближение смер
ти, уплывал в открытый океан, и уже
никогда не возвращался. Поэтому да
«ЗС»Фантастика №1,2006
46
С. Синякин Яркан Звездного паука
же среди самих обитателей моря мало
кто видел процесс умирания. У пау
кан было совсем иначе — глава мно
гочисленного рода умирал на паутине
в окружении многочисленных родст
венников, потом близкие тщательно
пеленали его в паутину и подвешива
ли кокон на самом высоком дереве.
Там он висел до осенних ветров, а
когда его уносило, паукане говорили,
что умершего забрал Звездный паук.
Удивительно, но одно из самых
ярких созвездий на небосклоне Ярка
на и в самом деле напоминало раски
нувшего лапы пауканина на мелкой и
частой паутине Млечного Пути, кото
рый здесь был особенно ярким.
Паукане в отличие от ихтиоров ви
дели звезды.
— Не видят неба, — подтвердил
Крхи. — Неполноценные.
— Ладно тебе, — проворчал Ды
мов. — Для тебя каждый, кто не похож
на пауканина и не имеет своего ярка
на, неполноценный. Лучше расскажи,
куда летал прошлой осенью. Ты ведь
летал?
В глазах пауканина появился крас
новатый отблеск.
— Летал, — подтвердил Крхи. —
Очень далеко летал. За старым архи
пелагом был. Многое видел.
Четыре года назад подводное зем
летресение и подвижки геологичес
ких пластов привели к появлению но
вой группы островов на сто километ
ров южнее архипелага, но Дымов да
же не предполагал, что паукане могут
туда добраться на своих воздушных
непрочных приспособлениях, а тем
более вернуться назад. Он с уважени
ем посмотрел на Крхи. Что и гово
рить, мужества и храбрости этому су
ществу было не занимать.
— Что там, на новых островах? —
просто для поддержания беседы спро
сил Дымов. — Плохо живут, — проскрипел
Крхи. — Неправильно живут.
— Паукане? — спросил капитан
Дымов. — Предатели, — сказал пауканин.
— Неправильно живут. Паукане жи
вут на суше, скользкие должны жить в
воде. Нельзя дружить со скользкими,
которые рвут паутину и угоняют рыбу
с отмелей. Твои сородичи подружились с их
тиорами? — для Дымова это было но
востью, местные ксенологи об этом
наверняка знали, но сообщений о ка
кихлибо взаимоотношениях ихтио
ров и паукан, кроме самых неприяз
ненных, Дымов не слышал. Крхи смотрел на море. Мохнатые
лапы его машинально вывязывали из
паутины чтото узловатое и бесфор
менное — для пауканина это было
знаком крайнего раздражения.
— Скользкие возят паукан. Моло
дым пауканам нравится кататься на
скользких. Скользким нравится во
зить молодых паукан, — печально
проскрежетал Крхи. — Падение нра
вов. Нельзя иметь дело со скользкими
и безволосыми, нельзя забывать заве
ты Звездного Паука. Молодые забы
вают. Поэтому и мир рушится. Скоро
не будет ни паукан, ни безволосых.
Все потому, что молодые не помнят
законов.
— Не надо принимать все близко к
жвалам, — сказал капитан Дымов. —
У нас на Земле уже столько лет гово
рят, что каждое молодое поколение
хуже предыдущего. Но ведь не дегра
дировали, к звездам летаем!
Крхи недоверчиво посмотрел на
землянина.
— Колдуны живут своим путем,
скользкие и безволосые своим, а пау
кане должны жить заветами предков.
Предки говорили, что паутина должна
быть прочной, потомство крепким и
здоровым, а другом пауканина может
быть только другой пауканин. Безво
лосый и скользкий другом быть не
может.
— Здравствуйте! — озадаченно
сказал землянин. — А как же мы с то
бой, Крхи? Я считал, что у нас с то
бой дружба, но я ведь не пауканин.
Что же получается? Ты меня исполь
зуешь?
— Крхи использует колдуна, —
сказал абориген и надменно выставил
жвала. — У колдунов всегда много хо
рошей и вкусной еды, колдуны уме
ют слушать и колдуны знают, где жи
вет Звездный паук. Крхи попросит
«ЗС»Фантастика №1,2006
47
колдуна, колдун попросит Звездного
паука, а тот сделает так, что Крхи бу
дет жить долго.
— Даа, — озадаченно протянул
капитан Дымов.
Некоторое время оба молчали. Па
уканин неудобно сидел, выставив
вперед брюшко, и машинально поче
сывал его тремя лапами. Молчание
было неловким и тягостным.
Пауканин заскрежетал жвалами,
тронул Дымова мохнатой лапой и
прошипел:
— Крхи пошутил. Колдун должен
смеяться. .
2.
Катамаран под названием «Ле
тучая рыбка» покачивался на волнах.
С севера дул свежий ветерок, под
нимая небольшие волны, синие небе
са краями своей огромной чаши легли
на линию горизонта, и виднелся вда
ли белый атолл с зонтиками крошеч
ных изза расстояния пальм.
— Катамаран — это дань традици
ям? — спросил Брызгин.
— Из соображения удобства, —
взмахнув спиннингом, отозвался
Джефферс. — На волне качает мень
ше, да и площади полезной вдвое
больше. Я на нем два раза в шторм по
падал, был бы на лодке — точно бы
утонул, а на катамаране…
Андрей проследил взглядом за по
летом утяжеленной блесны и отки
нулся в шезлонге. Джефферсу не при
шлось долго уговаривать его поехать
на рыбную ловлю. Оказавшись в мо
ре, Брызгин понял, что согласился
правильно. Покой и безмятежность
были в морском просторе — то, чего
ему так не хватало у звезд.
С Джефферсом они вместе учи
лись в швейцарском Грюнхаузе, по
том поступили в университет. Но
Брызгина потянуло к звездам, а
Джефферсу хватало места и на Земле.
Он стал подводным археологом и меч
тал найти в океане и восстановить под
водой в прежнем виде лемурийский
храм, о котором узнал, изучая рукопи
си, хранящиеся в ватиканской библи
отеке. Место там было указано столь
приблизительно, что поиски прихо
дилось вести на площади около тыся
чи двухсот морских миль, но Джеф
ферс не унывал — за два года поисков
он обнаружил два испанских галиона,
которые довольно хорошо сохрани
лись на песчаном дне впадины Отки
бу, да и сама впадина привлекла к се
бе внимание ученых — даже камни
вокруг обрастали кораллами, водо
рослями и ракушками, а галионы на
дне впадины оставались чистыми,
словно только что затонули.
Некоторое время Брызгин наблю
дал за Джефферсом. Худощавый, жили
стый и загорелый до черноты Том
Джефферс неутомимо и безуспешно
метал блесну, переходя от борта к борту.
На лице его жили досада и азарт — как
же, пообещал другу мясо макрели или
тунца в бататовых листьях, а тут сплош
ные неудачные забросы, даже мелкие
акулы, славящиеся своей жадной тупо
стью, и те не зарились на блесну.
Утреннее солнце нежно гладило
лучами лицо Брызгина, и Андрей за
дремал, но уснуть ему не дал востор
женный возглас Джефферса: «Есть!»
Конец спиннинга дергался, леса,
уходящая в море, натянулась и ходила
из стороны в сторону, а Джефферс ли
хорадочно сматывал леску, прибли
жая добычу к катамарану.
— Возьми багорик! — сдавленно
сказал он. Брызгин пошарил глазами по сто
ронам, наклонился и поднял хроми
рованный и оттого блестящий баго
рик, более похожий на хирургический
инструмент, нежели на приспособле
ние для рыбной ловли.
Джефферс изогнулся и, перехва
тившись, бросил на палубу крупную
рыбину. Чешуя рыбины отливала пур
пуром, у нее был золотистый хвост и
такого же невероятного цвета длин
ный плавник на спине. Рыбина би
лась на белой палубе и хватала широ
ко открытым ртом воздух.
Рыбак вырвал из рук растерявше
гося товарища багорик и ловко ударил
рыбу по голове. Пойманная рыбина
затихла, только трепетали еще плав
ники, а цвет чешуи медленно менял
оттенки, переливался на солнце, по
степенно становясь серебряносерым.
«ЗС»Фантастика №1,2006
48
С. Синякин Яркан Звездного паука
— Хорошенький экземпляр, —
сказал Джефферс. — Смотри, Андрю
ша, это и есть золотая макрель. Ред
кая, между прочим, добыча. Ты зна
ешь, она ведь на лету охотится за лету
чими рыбами. Он с усилием поднял макрель за
жабры. Худощавое лицо его освети
лось улыбкой.
— Отправимся на атолл, — сказал
он. — Крабов я тебе обещаю, морских
гребешков там полно. Так что ланч у
нас будет просто замечательный. Са
лат из морской капусты когданибудь
ел, или вы, как всякие небожители,
искусственной пищей пробавляетесь?
Брызгин промолчал. Ловкость, с ко
торой Том Джефферс убил рыбину, вы
зывала у Андрея неприязнь. Ему было
жалко великолепной макрели, которая
совсем недавно стремительно и безза
ботно рассекала океанскую глубину.
— Будет тебе уха, — приговаривал
Джефферс, ловко подвешивая рыбину
под навесом, устроенным на палубе. Если повезет, поймаем осьминога,
тогда я тебе…
С осьминогом им не повезло, но
крабов и морских гребешков и уст
риц, как и обещал Джефферс, оказа
лось несчетно.
К полудню солнце палило уже сов
сем нещадно.
Океан успокоился и был неподви
жен, как вода в тарелке. Из голубова
тозеленых глубин медленно всплы
вали белесые медузы. Зрелище было
захватывающее. Всплывающие меду
зы напоминали экзосферные проту
беранцы на Протагоре, только не от
рывались они от поверхности океана
и не уносились в пространство, сжи
гая все на своем пути.
— Чтото медуз много, — провор
чал Джефферс. — И макрель… Гово
рят, золотая макрель всегда появляет
ся при волнении океана и является
предвестницей шторма. Ты не слы
шал, что сегодня в новостях о погоде
говорили?
— Запроси Информ, — лениво
сказал Брызгин.
Чувство раздражения уже прошло
и на смену ему пришло чувство удов
летворенности и сытого покоя.
— А чего запрашивать? — махнул
рукой Джефферс. — Если бы чтото
надвигалось, нас бы с утра предупре
дили. Пошли купаться?
Вода в лагуне была прозрачной и
теплой, нырнув, можно было увидеть,
как среди колышущихся подводных
лесов кипит своя жизнь, которой не
было никакого дела до двух пришель
цев, незвано вторгшихся в пределы ее
обитания. Брызгин любовался разно
цветными актиниями, стадами чер
ных, золотистых и какихто крапча
тых мелких рыбок, которые сновали
среди длинных колышущихся листьев
морской капусты.
Некоторое время неподалеку кру
жила небольшая остроносая акула, со
провождаемая двумя полосатыми лоц
манами, которые бесцеремонно под
плыли к Брызгину, потыкались в него
носами и, вернувшись к хозяйке, доло
жили, что добыча ей не по зубам. По
сле этого акула потеряла всякий инте
рес к купающимся и поплыла по своим
неотложным делам, напоминая рассу
дительного охотника, впереди которо
го бегут два глупых и азартных пса.
Вторую половину дня Брызгин и
Джефферс провели в каюте, наслаж
даясь микроклиматом. Они много
вспоминали о друзьях и случившихся
когдато событиях, рассказывали друг
другу о своей работе, при этом Том
Джефферс делал это так увлекатель
но, что Брызгин почувствовал мимо
летную зависть к товарищу.
— Представляешь? — рассказывал
Джефферс. — На глубине пятисот мет
ров и светло. Вокруг зеленоватая мгла,
в которой вспыхивают искры карака
тиц, и вдруг из этой зеленоватой тьмы
выплывают мачты. Парусов, конечно,
не сохранилось, но дерево стало кам
нем. Умели строить когдато! На второй день мы нашли пролом
в днище, и попали в трюм.
Темнота беспросветная, мерцают
фонарики, а потом в луч фонаря по
падает статуя крылатого змея. Конеч
но же, Кецалькоатль, пернатый бог
майя, я это сразу понял. Ты представ
ляешь, Андрей, на его золотых одеж
дах аквамаринами были выполнены
облака, а рубинами — кресты.
«ЗС»Фантастика №1,2006
49
И еще мы нашли тот самый крест,
о котором упоминалось в рукописи
Борджиа, крест этот был выполнен из
единого куска прекрасной яшмы. На
нем драгоценными камнями был изо
бражен бог, причем, ты представля
ешь, лицо его сделано из черной яш
мы. Вот и думай, откуда крест у майя
взялся, кто его в Центральную Амери
ку впервые принес?
Брызгин ничего не слышал о руко
писи Борджиа, мельком слышал о
пернатом боге древних индейцев, но
рассказ Джефферса вызывал у него
живой интерес. Может, все дело было
в рассказчике, но, скорее всего, слу
шая Тома, Андрей отдыхал от своих
пространственных забот. Рассказ
Джефферса был как уголек в камине
после кипучего и наполненного собы
тиями трудного дня.
Вместе с тем, какоето странное
беспокойство жило в душе Брызгина,
и Андрей никак не мог понять причин
этого беспокойства.
Ближе к вечеру они вновь выбра
лись на палубу.
Жара спала.
Море попрежнему оставалось
спокойным.
Огромный красный диск солнца
уже коснулся краем поверхности оке
ана, окрашивая воду в свинцовочер
ный цвет. В небе повисли первые
звезды. Здесь, у экватора, они были
особенно ярки. На западе, там, где
располагались многочисленные и об
житые острова, неожиданно вспыхну
ла огромная россыпь разноцветных
огней.
— Фейерверк, — сказал Джеф
ферс. — Жители Акваграда отмечают
столетие со дня основания города.
3.
Черную дыру невозможно уви
деть, на наличие дыры реагируют
приборы, а еще о самом существова
нии ее можно догадаться по излуче
нию падающего на нее вещества. Чем
больше вещества, тем мощнее рентге
новское излучение, выбрасываемое
невидимым источником. После
вспышки Сверхновой образуется чер
ная дыра, если только гравитация пе
ресилила давление газа. В противном
случае получился бы белый карлик
или нейтронная звезда.
— Еще в двадцатом веке, — сказал
Деммер, — Гриндлей и Гурский при
шли к выводу, что в центре звездного
скопления NGC 6624 находится мас
сивная черная дыра. И они оказались
правы.
Теперь можно спросить, какова
возможность случайного образования
этой черной дыры? И мы должны
прямо сказать — в Галактике идет
война. Трудно определить, скорее да
же невозможно сказать, кто и с кем
воюет, мы наблюдаем только безжа
лостные последствия этой войны.
Гибнут миры, но ничего нельзя сде
лать. Человечество бессильно. Это все
равно, что бороться со Вселенной.
Мы могли бы сделать прекрасные
наблюдения, которые могли бы что
то прояснить нам в механизме ору
жия, которое применяется в звездных
битвах, но некоторые перестраховщи
ки не дали нам этого сделать.
Камешек был в огород капитана
Дымова, но тот благоразумно промол
чал.
— Энергия, — сказал Деммер. —
Сами понимаете, вот это и есть глав
ное, для чего мы здесь собрались. Ба
рьером для развития человечества яв
ляются энергетические уровни, а если
говорить проще, то мы можем ровно
столько, сколько нам позволяют запа
сы энергии, которыми владеет чело
вечество. Эксперимент необходимо
продолжить. Мы можем гасить и за
жигать звезды, но для этого нам надо
перешагнуть сегодняшний энергети
ческий барьер. — Ктото их уже гасит, — мрачно
сказал астрофизик Цагерт. — И как
гасит!
Алексей Дымов не был специалис
том, специфические термины профес
сионалов были ему непонятны. Он
знал одно: как только прекращается
процесс сжигания кислорода, звезда
начинает стремительно сжиматься, и
снова внутри звезды начинают возрас
тать давление, плотность и температу
ра. При определенных условиях, после
того как звезда израсходует вслед за во
«ЗС»Фантастика №1,2006
50
С. Синякин Яркан Звездного паука
дородом гелий, включаются термо
ядерные реакции, при которых сжига
ются углерод, водород и кремний, а
рождаются тяжелые элементы. Звезда
становится нестабильной и когда не
стабильность превосходит все разум
ные пределы, звезда находит конец в
грандиозном взрыве. В пространстве
вспыхивает Сверхновая. От звезды ос
тается выгоревшая сердцевина, кото
рая продолжает сжиматься и звезда
превращается в белый карлик.
Однако для белого карлика суще
ствует предельная граница — давле
ние вырожденных электронов, уплот
ненных до предела, называемого
принципом запрета Паули, может
поддерживать вещество мертвой звез
ды, если она не превышает в своей
массе сто двадцать пять процентов
солнечной. Звезды массой до двух
солнечных сжимаются до пределов,
когда электроны, вдавленные внутрь
атомных ядер, соединяются с прото
нами и рождают нейтрино. Давление
вырожденных нейтрино также оста
навливает дальнейшее сжатие звезды,
и она становится нейтронной.
Но солнца еще более массивные,
такие, как Аристема, не могут стать
белым карликом или нейтронной
звездой. Ее масса превышает предел
Чандрасекара. Не может она стать и
пульсаром, ведь ее масса слишком ве
лика, чтобы ее могло выдержать дав
ление вырожденного нейтронного га
за. Направленная вовнутрь сила не
встречает достойного сопротивления.
Нарастает искривление пространст
вавремени, и наступает момент, ког
да сжатая до поперечника в несколько
километров звезда сворачивает вокруг
себя пространственновременной
континуум и исчезает, оставляя вмес
то себя черную дыру.
Неизвестный враг пользовался
оружием, позволяющим ускорить
процессы превращения звезды в чер
ную дыру. Физики лишь разводили
руками: они не знали никаких сил,
которые смогли бы поддерживать ве
щество звезды, превращающейся в
черную дыру. Они были бессильны
оказывать сопротивление агрессору.
— Мы даже не можем представить
себе существ, которые подобным ору
жием пользуются, — удрученно ска
зал Цагерт. — Если бы не живущий во
мне скептицизм, я бы полагал, что мы
столкнулись с деятельностью богов
демиургов. То, что происходит во Все
ленной, более согласовывается с этой
гипотезой.
— Тогда пусть ктонибудь мне
объяснит, почему эти боги делают
объектом своего внимания опреде
ленные типы звезд? Какая им разни
ца, станет ли звезда черной дырой, бе
лым карликом или нейтронной?
— Выходит, разница есть, — сказал
Цагерт, не обращая внимания на кол
кость и язвительность слов собесед
ника. — Если это боги, то, что мы зна
ем о целях, которые они ставят перед
собой.
— Мертвые звезды, — сказал Дам
мер, покачивая головой. — Вселенная
должна стремиться к самопознанию,
в таких условиях само существование
мертвых звезд лишено смысла.
Они посидели, задумчиво глядя на
наполненные рюмки.
— Ты говоришь — новый энерге
тический уровень, — сказал Цагерт.
Русоволосый, плечистый, спор
тивно подтянутый, как все швейцар
цы, выросшие на горных склонах
Альп, Цагерт внушал уверенность,
тем более странно было слушать то,
что он говорил. — Надо сначала опре
делиться в целях человечества, а уж
потом брать вставший перед ним ба
рьер. Для чего человеку энергия?
— Для того чтобы совершенство
ваться дальше. Дымов скорее согласился бы с
Цагертом. За стремлением идти впе
ред должно чтото стоять. Само дви
жение никогда не может быть само
целью. Даже если будет возможным
гасить и зажигать звезды, прежде все
го надо хорошенько уяснить, для че
го их будут зажигать или гасить. Он
сказал это вслух и естественно, что
разговор вернулся к врагу, так непо
нятно объявившемуся на галактичес
ких просторах. О целях его говорить
было трудно, мог ли этот враг зажи
гать звезды, тоже никто не знал, но
вот гасить звезды — это идущий по
«ЗС»Фантастика №1,2006
51
галактике агрессор мог даже слиш
ком хорошо.
— Нет, погасить звезду мы еще не
можем, — сказал Деммер. — А вот за
жечь заново вполне возможно. Если
мы научились создавать вращающие
ся керровские черные дыры и обо
значили их, как возможный новый
источник для человечества, то и с за
дачей создания новых солнц мы мо
жем справиться. Достаточно выбрать
черную дыру точкой тахиарда и до
определенного уровня бомбардиро
вать сингулярность массой, то при
достижении предела Хогланда чер
ная дыра взорвется и вновь превра
тится в звезду.
— Хорошая работа — зажигать
звезды, — улыбнулся капитан Дымов.
— Рождение всегда лучше смерти.
Г ла ва т рет ь я
1.
Брызгина разбудил грохот при
боя.
Джефферс уже не спал. Обрамлен
ное шкиперской бородкой лицо его
выглядело озабоченным.
— Кажется, у нас неприятность, —
торопливо сказал он. — Хорошо, что
ты проснулся Андрей. Я уже собирал
ся тебя будить. Надвигается шторм.
— Разве были предупреждения? —
Брызгин неторопливо поднялся, на
тягивая костюм. — Не понимаю, — Джефферс то
ропливо и беспорядочно швырял в
мешок все, что днем послужило для
их отдыха. — Спутники отметили воз
мущения только сейчас, до этого Ин
форм пребывал в безмятежности. Ни
кто даже не подозревал, что возможен
шторм. Помоги мне собраться, Анд
рей, на нашем катамаране мы будем в
большей безопасности.
— Вот тебе и Служба Погоды, яз
вительно сказал Брызгин. — Правы
те, кто утверждал, что метеопрогноз
подобен гаданию на кофейной гуще порой даже говорят, что результаты
гадания более точны.
Автомат отвел катамаран от опас
ного берега.
Луна в разрывах низких стреми
тельных туч высвещала черный океан
и при слабом свете ее было видно,
как волны швыряют белый катама
ран, время от времени накрывая его
шипящими волнами. Волны посте
пенно становились все выше, кипя
белыми шапками, они накатывались
на островок, заливая его, и откатыва
лись назад журчащими струями. По
рывистый шквальный ветер застав
лял шумно трепетать листву пальм,
время от времени слышался твердый
стук о песок сорванных ветром коко
сов.
— Обещают двенадцать баллов, —
озабоченно крикнул Джефферс. —
Это много, Андрей. Это очень много!
И это очень плохо! Боюсь, наша
«Рыбка» не сможет подойти к атоллу.
Слишком велика вероятность полу
чить повреждения.
— Вызовем спасателей? — хладно
кровно предложил Брызгин.
Ситуация не казалась ему слиш
ком опасной. По крайней мере, в кос
мосе он сталкивался с более серьез
ными угрозами. Да и чего было боять
ся на обжитой старушке Земле, если в
любой момент на помощь могли
прийти спасатели из Акваграда, отку
да до атолла было не более семи минут
лету. Спутники всепланетного Ин
форма наверняка уже засекли сигна
лы браслетов и сообщили о в Службу
Спасения о ситуации, в которой ока
зались двое незадачливых отдыхаю
щих. Теперь только деликатность и
уважение к личности не позволяли
спасателям прийти этим отдыхающим
на помощь без предварительного вы
зова с их стороны.
Похоже, нечто подобное ощущал и
Том Джефферс. На вопрос Брызгина
он отрицательно покачал головой.
— Ни в коем случае, Андрюша. Я
не хочу стать посмешищем в своем
коллективе. Скажут, что Джефферс
уписался при первом сильном порыве
ветра и принялся звать на помощь.
Справимся сами!
Снова дунул порывистый ветер,
прижимающий людей к песку.
Послышался треск и дробный стук
бьющихся о песок орехов.
Гдето далеко на востоке полыхнула
«ЗС»Фантастика №1,2006
52
С. Синякин Яркан Звездного паука
зарница, луна вновь скрылась в низких
лохматых тучах. Над атоллом пронесся
пронизывающий шквал, словно огром
ный великан дул в попытке смести с
острова все, что на нем было.
Катамаран маневрировал у берега.
Автоматы судна не были способны
на риск, они удерживали яхту у опас
ного берега и маневрировали, выжи
дая безопасного момента для прича
ливания. Но его просто не было.
— Придется вплавь, — хрипло ска
зал Джефферс. Глаза его неестествен
но и оживленно блестели в царившей
на острове полутьме.
— Том, у тебя все нормально с го
ловой? — крикнул Брызгин. — Да нас
унесет раньше, чем мы достигнем ка
тамарана!
— Что ты предлагаешь? — пере
крывая ветер, крикнул Джефферс.
— Надо вызывать спасателей! Я
понимаю, безумство храбрых, и все
такое! К черту, Том! Это уже не тру
сость, это всего лишь разумная осто
рожность! Вызывай Службу Спасе
ния!
Джефферс лег на песок.
Лунный свет высвещал его блед
ное бородатое лицо.
— В данном случае мы подвергнем
неоправданному риску других, — ска
зал он. — Сюда еще надо добраться,
Андрей! Идиот! Ну какого черта я по
тащил тебя на эту прогулку!
Ветер все усиливался, он сгребал в
клубящиеся горсти песок и швырял
им в пальмы и людей. Катамаран, ко
торый не мог уйти от острова, на ко
тором еще оставались хозяева, про
должал маневрировать, ревя двигате
лями на предельных оборотах. Нео
жиданно высокая черная волна с бе
лыми водоворотами пены по кромке
подхватила судно и понесла его прямо
на пальмы. Раздался треск. Брызгин
закрыл глаза.
«Доигрались, — подумал он. —
Нет, Том прав, мы — идиоты!»
Постепенно светлело.
Гдето на востоке невидимое за
тучами всходило солнце. Рассвета не
было видно, но тьма окружающая их
начала заметно блекнуть.
Одна часть разорванного надвое
катамарана повисла на пальмах. Вто
рая — чернея трюмом, который обна
жила огромная рваная дыра, валялась
на песке. Бортовые огни катамарана
еще помигивали — уцелевшая стан
ция продолжала давать искалеченно
му судну энергию.
Брызгин не раз попадал в неприят
ные и даже опасные ситуации. Но это
происходило в пространстве! Он и
предположить не мог, что подобная
опасность может настигнуть его на
Земле. На мгновение страх охватил
его. Это только дураки ничего не бо
ятся, нормальный человек всегда
страшится смерти, особенно если уг
роза ее становится вполне реальной, а
приходит к человеку именно в тот мо
мент, когда он меньше всего ждет ее.
Яростно ругаясь, Джефферс под
бежал к останкам катамарана.
Брызгин хотел закричать, чтобы
Том был осторожнее, но не успел пальмы, на которых повисли останки
судна, с треском легли на песок, и ме
таллическая громада накрыла архео
лога.
Брызгин на мгновение закрыл гла
за, потом рванулся к останкам ката
марана.
Джефферс был жив.
Андрей с натугой приподнял мя
тый металл, освободил Джефферса
изпод обломков. Тот тяжело и со сто
нами дышал. Но он был жив, и можно
было надеяться, что живущие в его
крови микрокибы сделают все воз
можное и спасут археолога.
Отбросив прежние условности,
Брызгин вызвал Службу Спасения.
Спасатель, выслушав Брызгина,
неодобрительно покрутил головой, но
читать нравоучения не стал пони
мал, что в этой ситуации время, как
никогда, дорого.
Через пятнадцать минут над атол
лом завис купол станции, еще через
пять спасатели поили Брызгина горя
чим чаем.
Тому Джефферсу служба спасения
уже ничем не могла помочь. Повреж
дения внутренних органов оказались
столь велики, что даже всемогущие
ассамбляторы не могли спасти чело
века.
«ЗС»Фантастика №1,2006
53
Джефферса еще успели доставить
в клинику Калькутты.
Там он и умер — прямо на опера
ционном столе.
Смерть человека на Земле в резуль
тате катастрофы была редким явлени
ем, не удивительно, что она стала пред
метом рассмотрения в Службе Спасе
ния. Представители ее к Брызгину от
неслись со вниманием, понимали, что
пережил человек совсем недавно.
Сам Брызгин в смерти Тома
Джефферса винил только себя.
Еще столь недавно так привлека
тельные пейзажи Земли поблекли в
глазах Андрея. Тоска была столь вели
ка, что Брызгин не задержался бы на
Земле ни на один час, если бы его по
спешный отъезд не походил на бегство.
Он не отвечал на звонки. Видеть коголибо в эти тяжелые
дни Андрею абсолютно не хотелось.
Поэтому появившееся на экране лицо
Армстронга он разглядывал с откро
венной неприязнью, хотя старик
меньше всего был виноват в случив
шемся. Но он жил, а Тома Джефферса
в живых не было.
— Надо встретиться, — сухо сказал
Нейл Армстронг. — Кажется, я нашел
решение нашей проблемы.
Некоторое время Брызгин с возму
щением разглядывал старика, пыта
ясь найти в его лице черточки самодо
вольства, но морщинистое лицо оста
валось спокойным и невозмутимым.
— Сегодня я не могу, — пересилил
себя Андрей. — У меня горе, Армс
тронг! У меня погиб друг.
Старик пожал плечами.
— Даже смерть близких не отменя
ет работы, — сказал он. — Тем более
что в нашем случае следует поторо
питься. Неделю назад взорвалась М
3241 и я, кажется, знаю, какая звезда
будет следующей.
«Сухарь, — с раздражением поду
мал Брызгин. — Даже не посочувство
вал, не спросил, что произошло. И все
их поколение такое, за работой они
ничего не видели. Только работали,
работали, работали, и плевать им бы
ло на то, что творилось рядом».
Раздражение его было несправед
ливым.
Нейлу Армстронгу надо было от
дать должное — за короткое время он
смог нащупать чтото очень важное,
если с такой уверенностью заявил, что
решил проблему. Но Брызгин слиш
ком презирал себя сейчас, а потому не
мог быть справедливым и великодуш
ным.
2.
Крхи принял от Дымова по
дарки и тут же принялся украшать па
утину.
Надо сказать, что разноцветные
стеклянные шарики в мохнатой баг
ровой паутине смотрелись фантасти
чески красиво. Оказалось, что мощ
ные лапы Крхи могли быть и береж
ными. Стеклянные шарики, покачи
ваясь в родовой паутине аборигена,
издавали мелодичный певучий звон.
Сев рядом с астронавтом, Крхи с
удовольствием оглядел паутину всеми
двенадцатью глазами и почесал брюхо.
— У Крхи лучшее гнездо, — хваст
ливо сказал пауканин. — Крхи умен.
У Крхи умный друг. — С чего ты взял, что умен? — под
начил Алексей. — Крхи знает с кем дружить. Друг
знает, какие нужны подарки, — объ
яснил пауканин. Крхи знает, как ук
рашать гнездо. Погребальная паутина
должна быть праздничной.
— Крхи хочет сказать — родовая
паутина? — уточнил Дымов.
И получил неожиданный ответ.
— Рода нет. Теперь каждый паука
нин готовится к смерти. Все паутины
на Яркане погребальные. Родовых
уже нет. Никто не сможет продолжить
жизнь на Яркане. — Крхи подумал и
злорадно добавил. — Даже мокрые не
смогут быть беззаботными. Трудно
жить в горячей воде.
— С чего ты взял, что вода станет
горячей? — спросил капитан.
— У колдунов нет глаз? — удивлен
но шевельнул жвалами Крхи. —
Пусть друг посмотрит в небо. Внуки
Звездного Паука уже завязали свои
узелки. Скоро они начнут оплетать
своей паутиной солнце.
— У меня только два глаза, — при
«ЗС»Фантастика №1,2006
54
С. Синякин Яркан Звездного паука
мирительно сказал капитан. — У Кр
хи их двенадцать. Расскажи мне о вну
ках Звездного Паука.
— Сначала искупаемся в лагуне, —
сказал пауканин. — Внукам Звездного
Паука предстоит долгая работа, а Кр
хи хочет есть.
— Я принес тебе много еды, — воз
разил Дымов.
Пауканин выдвинул два верхних
глаза на длинных стебельках. Капитан
Дымов знал, что таким образом пау
кане выражают свое удивление. О че
ловеке в такой ситуации можно было
сказать, что у него глаза на лоб полез
ли. У паукан они лезли в буквальном
смысле слова, но не на лоб, а на верх
нюю часть головогруди.
— Ты приносишь много вкусной
еды, — сказал пауканин. — Крхи до
волен и радуется. Но сегодня ему хо
чется живой рыбы, пусть даже малька.
Пойдем, поплаваем и попробуем пой
мать настоящую еду.
Даже в воде, пауканин чувствовал
себя словно на паутине. Движения его
были резкими и стремительными.
Воздушный мешок у брюшка надулся
и стал прозрачной полоской. Лапы
обрели жесткость и слаженно двига
лись подобно веслам. Стремительны
ми нырками Крхи исследовал дно
бухты, где между рифов и камней у
него были сплетены хитроумные ло
вушки, но все его ловушки оказались
пустыми.
— Ненавижу мокрых, — сказал
Крхи. — Почему они не пускают ры
бу в лагуны? Потому что они ненави
дят нас. Но голодный пауканин нена
видит их больше. Если у них есть ум,
для чего они не дают пауканам быть
сытыми? Но если они заставляют пау
кан голодать, значит, ума у них нет.
Колдуны ошибаются, ихтиолы не мо
гут быть умными. Они даже не видят
звезд!
Вытянув лапы, он распластался на
песке.
В густой черной шерсти блестели
капельки воды.
— Хочу сока малька, — сказал Крхи.
— Я поймаю тебе малька, — пообе
щал Дымов, подставляя тело солнцу. Я даже поймаю тебе большую сочную
рыбу, если ты расскажешь мне о вну
ках Звездного Паука.
— Они уже пришли, — сообщил
Крхи. — Они завязали три узелка и
начали плести боевую паутину. Когда
они сплетут паутину, солнце будет в
коконе. Ему будет очень тесно в нем,
оно будет биться, и стараться вы
браться. Но паутина будет прочной и
тогда солнце распухнет. Оно станет
большим и заберет в себя Яркан. Пау
кане не могут жить в огне. Мокрые не
могут жить в огне. Даже колдуны не
могут жить в огне. Колдунам тоже на
до плести погребальную паутину, —
сказал Крхи и, подумав, добавил. —
Если они не улетят домой.
— Ты уже и нас хоронишь, — ус
мехнулся капитан. — Но ты еще не
сказал, где живет звездный Паук и от
куда пришли его внуки.
Пауканин шумно встряхнулся.
— Вселенная за пределами Яркана
похожа на паутину, — сказал он. — В
центре паутины в невидимом коконе
живет Звездный Паук. Откуда придти
его внукам? Но ты обещал мне боль
шую сочную рыбу…
— Погоди, погоди, — остановил
его Дымов. — Будет тебе рыба. Так ты
считаешь, что они пришли из центра
Галактики? Но зачем? Для чего?
Пауканин качнулся на мохнатых
лапах, принял молитвенную стойку и
закрыл глаза.
— Тысячи лет каждый пауканин
плетет свою родовую паутину, — ска
зал он. — Почему колдуны никогда не
интересовались, для чего мы ее пле
тем?
— Ну, это уже очевидно, засмеял
ся капитан. — Вы ведь даже в молит
вах это произносите. Паутина кормит,
паутина держит, паутина воспитыва
ет, паутина поет. Пока жив последний
паук, да не кончится в его железах
слюна, чтобы ткать паутину. Зачем
расспрашивать про очевидное?
— Тогда зачем ты спрашиваешь
про родовую паутину Звездного Пау
ка? — спросил Крхи. — Единствен
ное ее отличие от нашей — она значи
тельно больше. Хватит, Дымов! Я хочу
сочную рыбу!
«ЗС»Фантастика №1,2006
55
Капитан Дымов встал, нащупывая
в боковом кармане антиграв.
— Колдун сказал, колдун сделал,
— засмеялся он.
Глаза пауканина покраснели.
— Плохой колдун — плохой друг,
— довольно проскрежетал он. — Глу
пый выберет плохого колдуна. Глу
пый колдун не думает о животе. Глу
пый колдун всегда старается набить
голову. Крхи умный. У него умный
колдун. Потому Крхи сейчас будет
есть сочную рыбу. — Подхалим, — проворчал Дымов.
— Только скажи мне еще одно: поче
му ты думаешь, что Вселенная похожа
на вашу овальную паутину?
— Крхи ошибся, — пауканин по
чесал брюшко. — Ты тоже думаешь,
как набить голову. Когда ты сыт, хо
чется тебе искать добычу?
— Не хочется, — признался Ды
мов.
— А когда ты узнаешь чтото но
вое, тебе хочется узнать еще?
— Обязательно.
— Тогда ты должен понимать, —
важно сказал Крхи. — В знаниях сы
тости не бывает. Много знать — зна
чит быть печальным, потому что по
нимаешь, всего знать нельзя.
— Екклезиаст! — восхитился капи
тан Дымов.
— Новое имя, — удивленно отме
тил Крхи. — Это обидное имя? Кол
дун меня плохо назвал?
— Так звали земного философа, —
смеясь, объяснил Дымов. — Когдато
давно он сказал, что во многих знани
ях есть много печалей.
Пауканин расцвел малиновыми
пятнами — похоже, от удовольствия.
— Очень рад, — сказал он. — Я ду
мал, колдуны только и задают вопросы.
Оказывается, среди них тоже бы
вают мудрецы.
— И всетаки, — повторил вопрос
Дымов. — Ты не ответил, Крхи!
— Все мы живем на паутине, —
сказал Крхи. — Только мы это уже
поняли, а колдуны пока еще нет.
— Нет, братец, высокомерия у тебя
на всю галактику хватит, — сказал ка
питан Дымов, высматривая стайку их
тиоров.
А к кому он еще мог обратиться на
Яркане за свежей рыбой? В конце
концов, не самому же ее ловить?
3.
Над Сумеречью висела малень
кая правильная луна.
С одной стороны она была ярко
освещена, другой ее стороны лучи
Солнца и Свет Земли не касались, по
этому с этой стороны луна казалась
маленьким полумесяцем, словно над
ноздреватой, испещренной кратера
ми поверхностью Луны повис ее ма
ленький глобус. К лунной копии стя
гивались правильными светящимися
трубами потоки микрокибов, которые
по тем же световодам уходили вниз
выполнять новые объемы запрограм
мированных работ.
Луна преображалась. На ней уже
вырос промышленноэнергетический
комплекс, а в Сумеречье сейчас стре
мительными темпами возводилась
верфь, на которой предстояло монти
роваться космическим кораблям.
Земля в такой верфи нуждалась. Вре
мя одиночных героических экспеди
ций подходила к своему завершению,
теперь в космос уходили флотилии,
которые решали задачи непосильные
одиночным кораблям.
Лунные поселения энергетиков и
промышленников насчитывали уже
восемь миллионов человек, и пока
еще всем из них на Луне работы хвата
ло, ведь Луна была центром космиче
ской индустрии, и именно с лунной
орбиты уходили в Дальний космос ко
смические корабли. Луна давала Зем
ле энергию, и это тоже было немало
важным, теперь уже каждый понимал,
что энергия — это средство достиже
ния новых высот.
Глаза Нейла Армстронга блестели
живо и молодо, его можно было по
нять — тот, кто прожил долгие годы в
напряженной космической работе, не
мог не радоваться встрече с простран
ством.
До старта корабля оставалось еще
около двух часов, и Нейл решил про
гуляться по лунному плоскогорью.
Кратеры и цирки, которые на этом
участке луны громоздились едва ли
«ЗС»Фантастика №1,2006
56
С. Синякин Яркан Звездного паука
друг на друге, напоминали Армстрон
гу его молодость. Старик шел уверен
но и даже рискнул перепрыгнуть че
рез пару широких расщелин, вызвав
неодобрительные взгляды Брызгина,
который, однако, против этих воль
ных экспериментов старого астронав
та не протестовал — понимал, что тем
движет.
Земля висела по левую сторону
дымным голубоватым шаром. Звезд
вокруг нее не было видно, а алые и зе
леные горошины многоцелевых авто
матических спутников, повисших на
гелиоцентрических орбитах, за звезды
принимать было просто неудобно —
всетаки не туристы гуляли, а старо
жилы открытого космоса.
Прогулочным шагом дошли до
обелиска, поставленного на месте вы
садки на Луне первых людей. Нейл
Армстронг с некоторой неловкостью
прочел на обелиске свои имя и фами
лию, хотя ежу было понятно, что над
пись на обелиске касалась однофа
мильца и тезки.
Прямо у обелиска ктото посадил
и накрыл колпаком лунный кактус,
редкое растение, которое иногда
встречалась на дне глубоких кратеров
и цирков, еще сохраняющих подзем
ное тепло и подобие атмосферы. Вид
но было, что за кактусом у обелиска
ухаживали — колючие листья свои
кактус разбросал едва ли на на семь
футов и к тому же цвел мелкими ма
линовыми цветочками, усеивающими
верхнюю ложношейку.
От обелиска повернули обратно.
Брызгин не переставал удивляться
старику. Для своих лет Нейл Армс
тронг шел очень прилично и никаких
признаков усталости, вроде затруд
ненного дыхания в динамиках, пока
не слышалось и не наблюдалось.
В первые минуты их встречи Брыз
гин довольно сухо и невежливо поин
тересовался у старого астронавта, ка
ким образом тот решил поставленную
перед ним задачу.
— Разве задача заключалась в том,
чтобы найти способ предотвращения
взрывов звезд и их превращения в
черные дыры? — удивился Армстронг.
— Думаете, что Даниил хотел услы
шать от меня, почему та или иная
звезда взрывается и чем она отличает
ся от соседних звезд? Андрей, вы его
просто не поняли. Даниил ждет не
разгадки тайны, он ждет решения
проблемы. А я эту проблему решил.
Но расскажу я все лишь Даниилу.
Ктото из древних сказал, что во вся
ком знании много печали, и он был
прав, Андрей. Я получил разрешение
на полет. И мы полетим. Не думайте,
что я высказываю вам недоверие, на
против, я оберегаю вас от излишнего
знания, у вас ведь впереди не один год
жизни, а с годами некоторые тайны
становятся просто непосильными.
— Решили в последний раз вос
пользоваться своим авторитетом и
прокатиться в дальний космос? — без
жалостно съязвил Брызгин.
Некоторое время Армстронг хо
лодно разглядывал молодого коллегу,
и в тот момент, когда тот уже изнывал
от неловкости момента и готов был
расписаться в собственной бестактно
сти, Нейл неожиданно согласился:
— Именно так, молодой человек,
именно так. Захотелось в последний
раз увидеть Вселенную со стороны.
Тем не менее, у меня есть разгадка
тайны, а у вас ее попрежнему нет.
И надолго замолчал, держась по
отношению к Брызгину с некоторым
отчуждением и заставляя того жалеть
о вырвавшихся обидных словах.
Через семь часов они вылетели на
Плутон, где загружались транспорт
ные корабли, идущие в систему Арис
темы. Лететь предстояло семьдесят
два часа, и Брызгин надеялся, что за
это время наступит перемирие. Пожа
луй, его оценки поведения старика
были несколько резковаты, но ведь и
поведение Армстронга не уступало в
резкости этим оценкам! Лежа в своей каюте и анализируя
случившееся на Земле, Брызгин при
ходил к выводу, что в смерти Джеф
ферса виноват именно он. Почему он
не поинтересовался прогнозом пого
ды, после того, как Том поймал золо
тую макрель и сказал, что обычно эти
рыбы поднимаются из глубин в нена
стье? Почему не обратил внимания на
извечный признак шторма — скопле
«ЗС»Фантастика №1,2006
57
ния медуз? А главное, он обязан был
пресечь эту детскую самостоятель
ность, надо было самому вызвать спа
сателей, а не добиваться, чтобы это
сделал сам Джефферс! Странное дело,
до происшествия на атолле Андрей
считал себя человеком решительным,
а теперь оказалось, что слабый он че
ловек. Смерть Тома Джефферса вы
била Брызгина из колеи и лишила
прежней уверенности. А Брызгин все
гда хорошо работал. Если был уверен
в себе, даже самоуверен.
Может быть, именно поэтому он
никак не мог понять, что именно на
шел старый Нейл Армстронг в тех
данных, которые Брызгин ему доста
вил. Многие искали в них смысл,
только так его и не нашли.
Уже у Сатурна Брызгин выбрался
из своей каюты.
Зрелище колец гиганта было до
статочно экзотическим, чтобы на него
посмотреть.
На обзорной палубе стоял Нейл
Армстронг.
Развернувшиеся над его головой
переливы колец, разноцветными по
лосами пересекающие кремовожел
тый в с темными прожилками диск
Сатурна делали полуосвещенного ас
тронавта похожим на памятник само
му себе. Нейл Армстронг был погру
жен в размышления, поэтому Брыз
гин, хотя ему и не терпелось задать
своему спутнику несколько вопросов,
не решился его побеспокоить.
Г ла ва ч ет верт а я
1.
— Сказки твоего пауканина в
свете последних исследований Арис
темы выглядят довольно убедительно,
— сказал Деммер. — Похоже, что их
космогонистические мифы имеют оп
ределенные корни, капитан. Астро
физики уже обнаружили в окрестнос
тях системы два образования, кото
рые в скором времени могут превра
титься в черные дыры. Но откуда это
знать обитателю планеты, который
никогда не поднимался выше не
скольких сот метров на своей летучей
паутине? Похоже, мы проглядели пау
кан, они могут оказаться куда более
интересным для изучения объектом,
нежели мы полагали.
Разговор шел в просторном и гул
ком холле базы отдыха.
Был день тумана, поэтому над оке
аном висела взвесь водяных шариков,
которые радужно вспыхивали на
солнце, придавая океанскому просто
ру фантастический вид. Представьте
себе тысячи аврор, одновременно си
яющих над изумрудной гладью воды,
представьте себе огромное красное
солнце, встающее в окружении мил
лионов крошечных радуг, и если вы
не сможете это представить, то, по
крайней мере, поймете, что нереаль
ную красоту туманного дня на плане
те Яркан очень тяжело описать. И не
потому, что красок не хватает, а,
прежде всего изза того, что этих кра
сок чересчур много и при описании
никак не поймешь, какую из них
взять, чтобы пейзаж получился до
стоверным и близким к тому, что на
блюдаешь собственными глазами.
Невысокий Деммер выглядел
оживленным, и, казалось, он совсем
не замечает удивительной красоты
дня. Возможно, это изза возраста,
когда тебе за двести, и ты отказался от
генокодирования, трудно все воспри
нимать восторженной душой.
— Но считать, что эти дыры со вре
менем задушат звезду и сделают воз
можным ее превращение в сверхно
вую, — сказал физик. — Ересь, капи
тан, невежественная ересь, за кото
рую надо сжигать на кострах. Хотя бы
для того, чтобы в науку лезло помень
ше дилетантов, — физик спохватился
и предупредительно выставил вперед
руку. — Я не говорю, что нужно начи
нать именно с вас, капитан, но, чест
но говоря, на этой планете под это оп
ределение вы подходите более других.
— Спасибо, — без улыбки побла
годарил Дымов. — А что касается про
цессов, которые превращают звезду в
сверхновую… Вы сначала сами разбе
ритесь в том, что возможно, а что нет,
а потом уже требуйте знаний от не
специалиста.
Деммер задумался.
Некоторое время капитан Дымов
«ЗС»Фантастика №1,2006
58
С. Синякин Яркан Звездного паука
ожидал продолжения разговора, но
когда физик начал расхаживать по за
лу, разглядывая белый высокий пото
лок, капитан понял, что его собесед
ник уже забыл о присутствии посто
ронних. Деммер всегда отличался рас
сеянностью, рассказывали, что од
нажды, получая диплом института
Рокфеллера за исследование ионизи
рованных локальных полостей верх
ней мантии Юкко, Деммер настолько
увлекся неожиданно пришедшей ему
в голову идеей, что вместо произнесе
ния речи, он взялся за расчеты и даже
исписал ими только что полученный
роскошный диплом от корки до кор
ки, не оставив на розовом атласе дип
лома ни дюйма чистого места.
Дымов посидел немного, любуясь
многочисленными радугами над океа
ном, потом понял, что физик забыл о
его существовании, и неторопливо
поднялся.
Он уже выходил из зала, когда
Деммер окликнул его:
— Дымов, — спросил Деммер. — А
почему вы решили, что пауканин го
ворит о центре Галактики?
Капитан пожал плечами.
— Мне показалось, что речь идет о
галактике, — сказал он без особого
убеждения. — Что еще может так по
ходить, на овальную паутину паукан?
— Дилетант, — снова проворчал
физик. — Но, может быть, именно в
этом вы оказались правы. Жаль, что
пылевое облако скрывает от нас этот
центр, Дымов, какое фантастическое
зрелище открылось бы тогда нашим
глазам!
Дымов едва не хихикнул.
И этот туда же! Фантастическое
зрелище ему подавай! А что может
быть фантастичнее и сказочнее дня
тумана на Яркане? Этакой красотищи
Деммер не видит, но полагает, что
зрелище свободного от пыли центра
Галактики его поразит. Нет, эти ребя
та, что создают невероятные миры на
кончике пера с помощью полутора со
тен формул, они и в самом деле не от
мира сего!
А Деммер уже опять не обращал на
него никакого внимания. По непо
движному взгляду физика Дымов по
нял, что Деммер связался с корабель
ным Информом, и только тому было
теперь известно, на какую тему и во имя
чего они с физиком сейчас ведут не
скончаемый и нудный научный спор.
2. — Колдуны — дураки, — до
вольно сказал Крхи, поглаживая
брюшко. Одной клешней он держал
рыбину, второй ловко вскрывал ей
брюшину. — Колдуны — дураки. Им
обязательно нужно видеть там, где на
до знать.
Дымов наблюдал за манипуляция
ми пауканина, твердо решив для себя,
что сегодня выудит из аборигена все,
что тому известно.
— Откуда ты знаешь, если не ви
дишь? — спросил он. — Вот рыба, ты
ее трогаешь и понимаешь, свежая она
или протухшая. Вот камни. Ты их щу
паешь и понимаешь, можно натянуть
между ними паутину или нельзя. Для
того, чтобы чтото понять, надо сна
чала посмотреть, пощупать, понять.
Разве может быть подругому?
Сам того не замечая, Дымов начал
изъясняться в манере пауканина.
Пауканин вернулся на паутину,
украшенную камнями, что подарил
капитан, и теперь с удовольствием по
качивался на ней, лакомясь сырой
рыбой. Жвалы его незаметно для гла
за снимали розовую плоть рыбины
слой за слоем, все двенадцать глаз па
уканина были блаженно прикрыты.
— Пауканин смертен, — сказал
Крхи, на мгновение отрываясь от
рыбины. — Звездный паук — высшее
существо. Он определяет судьбу жи
вущих. Разве можно иначе? Разве у
колдунов нет высшего существа, ко
торое определяет их судьбу?
— Ты говоришь о Боге? — на се
кунду растерялся Дымов.
Крхи небрежно поднял на земля
нина цепочку глаз и снова принялся
лакомиться рыбой. Он словно бы да
вал Дымову проникнуться всей глуби
ной заданного вопроса. — Но это же смешно, — сказал
Дымов. — Я же рассказывал тебе об
эволюции, о строении вещества, о
звездах и Вселенной. Неужели ты ни
чего не понял?
«ЗС»Фантастика №1,2006
59
Крхи небрежно отбросил рыбий
скелет в сторону. Тщательности, ко
торая была использована пауканином
для того, чтобы отделить плоть от ко
стей рыбины, можно было только по
завидовать.
— Звездный паук живет на звезд
ной паутине, — сказал Крхи настави
тельно, словно объясняя землянину
прописные истины. — Судьба всех,
кто живет на Яркане, зависит от Зве
здного паука. У вас, наверное, солнце
другое и паук вас не трогает. Значит,
ваша судьба зависит от Звездного че
ловека. — Но откуда ты взял, что ваша
судьба зависит от Звездного паука? —
не выдержал капитан. — И с чего ты
взял, что звездный паук существует?
Нет никакого Звездного паука и быть
не может! Ты его видел?
Пауканин снова закачался на сво
ей паутине, колокольчики весело и
хрустально звенели, камни в лучах
солнца искрились, и багровые нити
паутины совсем не выглядели траур
но, наоборот, они смотрелись весьма
весело и звонко.
— Ты когданибудь видел свою
Вселенную? — спросил Крхи. — Всю Вселенную увидеть невоз
можно, — объяснил капитан Ды
мов. — Вселенная бесконечна.
— Откуда ты знаешь, что она су
ществует? — удивился Крхи. — И как
она выглядит? Для пауканина Вселен
ная похожа на паутину, для мокрого,
— он неодобрительно скрежетнул
жвалами, — она похожа на океан. На
что похожа Вселенная колдунов?
— Этого никто не знает, — сказал
Дымов.
— Никто из колдунов не знает, как
выглядит их Вселенная, но каждый
колдун знает, что Вселенная сущест
вует и она бесконечна. Откуда у кол
дунов это знание? Или это предполо
жение? Тогда почему они не верят во
Вселенную Звездного паука?
Старчески посвистывая трахеями,
пауканин сполз с паутины и встал ря
дом с землянином.
— Смотри, — сказал он. — Каж
дый пауканин знает это с рождения.
Яркан пауканина — это Вселенная.
В центре ее обязательно Звездный
паук. Звездный паук делает коконы
из звезд. Коконы эти всегда идут по
спирали из центра. Более тусклые —
это погасшие звезды, яркие — это
звезды которые не в коконах. Когда
Звездный паук начинает плести оче
редной кокон, возникают сгустки яр
кана. Видишь?
Капитан Дымов посмотрел на пау
тину и покачал головой.
Перед ним была модель Галакти
ки. Яркие бусины, которые капитан
подарил пауканину и которыми тот
украсил свой яркан, представляли
собой погашенные звезды. Для бо
лее детального сопоставления нуж
ны были расчеты, нужны были дан
ные, которыми Дымов не распола
гал, но получение таких данных бы
ло только вопросом времени. Черт
возьми! Откуда пауканам было
знать, где и когда вспыхивала Сверх
новая, которой в силу своих физиче
ских качеств предстояло превра
титься в черную дыру? Вот тебе и не
космическая раса!
— Видишь, — довольно сказал па
уканин, бережно касаясь лапой буси
ны, символизировавшей его планету.
— Мы — здесь. Значит, пришло время
приобщиться к миру Звездного паука.
Капитан Дымов посмотрел на або
ригена.
— И тебя не пугает смерть твоей
расы? — Все однажды умрут, — равно
душно сказал Крхи. — Однажды ум
рет и сам Звездный паук, а погашен
ные им звезды снова загорятся. Он подумал немного, алые пятна
на его брюшке стали яркими, голово
грудь неожиданно стала пушистой, и
Крхи удовлетворенно добавил: — Зато мокрых не будет! Трудно
жить в горячем воздухе, но в кипящей
воде жить совсем невозможно!
3.
Шесть дней — не столетие, но
Брызгину полетная неделя показалась
нестерпимо долгой.
Он не понимал, почему Армстронг
назначил встречу Даниилу Ольжецко
му на базе звездного флота в системе
«ЗС»Фантастика №1,2006
60
С. Синякин Яркан Звездного паука
Аристемы, но добиваться какихто
объяснений у старика не хотел. Захо
чет, объяснит сам.
Но то ли Армстронгу пока не хоте
лось пускаться в объяснения, то ли он
ждал проявлений любопытства со
стороны Брызгина, но так или иначе
он с разъяснениями не торопился.
Смерть Тома Джефферса посте
пенно уходила в прошлое. Брызгин знал, что никогда не про
стит себе глупого и безвольного пове
дения на атолле, но постепенно боль
стихала, а мозг постоянно услужливо
подбрасывал оправдания, которым
Брызгин пытался не внимать.
Между тем полет продолжался в
соответствии с рутинными правилами
астронавтики. Выход в очередную
расчетную точку тахиарда, бросок в
подпространстве, маневрирование до
очередной точки, кратковременные
пребывания на звездных станциях,
когда поглощавший уйму энергии
спейсрейдер осуществлял очередную
дозаправку. Это ведь был пассажир
ский, а не исследовательский ко
рабль, он не имел запаса, позволяю
щего месяцами находиться в автоном
ном плавании среди звезд. Если ис
следовательский корабль можно было
уподобить испанскому галиону, то
пассажирское судно выглядело рядом
с ним беззаботной яхтой. Реакторы
исследовательского спейсрейдера бы
ли мощны, они могли изменить кли
мат планеты, а при определенных ус
ловиях их можно было использовать
для решения более серьезных астро
физических задач. Пассажирский ко
рабль предназначался для одного быстро и с максимальными удобства
ми доставить пассажиров и груз в не
обходимое место.
Тем не менее, в конце полета
Брызгин чувствовал усталость, слов
но находился в межзвездном прост
ранстве несколько месяцев. Он пони
мал, чем вызвана эта усталость, но не
мог преломить себя. Виной всему бы
ло бездеятельность, к которой Андрей
не привык.
С раздражением Брызгин погля
дывал на своего спутника, которого
бездеятельность похоже совсем не уг
нетала, старик был рад, что вновь
оказался в пространстве, и эта радость
заменяла ему все.
Он часами пропадал на мостике
управления кораблем, беседовал с
пассажирами, пил с ними тягучее и
терпкое фангорийское вино, а в мо
менты барражирования корабля в ок
рестностях очередной звезды часами
разглядывал незнакомое звездное не
бо, словно в мигающих звездах можно
было найти ответ на проблему, встав
шую перед человечеством.
Брызгин не подходил к нему, Армс
тронг не искал встреч со своим моло
дым попутчиком. Нельзя было сказать,
что виной всему была взаимная непри
язнь, скорее всего виной была молодая
неуступчивость и гордость Андрея, ко
торый не умел и не хотел ждать, а пото
му житейскую неторопливость Нейла
Армстронга обращал в обиду.
Прибытие на базу оба восприняли
с облегчением.
Еще в порту их встретил Даниил
Ольжецкий. Высокий светловолосый,
неожиданно морщинистым лицом и
пестрыми одеждами он выделялся
среди астролетчиков. При виде при
бывших лицо его просияло, и Даниил
поднял над головой сомкнутые в по
жатии руки.
Спустя несколько минут они уже
летели на планету. Обзор у катера был
хорошим и виден был бесконечный
океан, в котором желтозелеными
пятнами неправильной формы выде
лялись многочисленные острова, со
бранные в архипелаги.
— Рад? — спросил Ольжецкий ста
рого пространственника.
— А ты думал! — сказал тот, не от
рывая взгляда от живописных пейза
жей чужой планеты.
— Трудно было получить разреше
ние на полет? — продолжал расспро
сы Ольжецкий. — Больше всего я бо
ялся, что врачи тебя не выпустят,
Нейл.
— Поэтому ты подстраховался и
вышел на Файберга? — хмыкнул Арм
стронг.
Они засмеялись.
Им было все ясно, и Брызгин
вновь почувствовал обиду.
«ЗС»Фантастика №1,2006
61
— Как тебе понравился мой па
рень? — спросил Ольжецкий.
— Хороший… специалист, — с лег
кой, но заметной запинкой отозвался
старик. Ольжецкий сделал вид, или
действительно не заметил заминки.
— А как же, — сказал он, похлопы
вая Брызгина по плечу. — У нас толь
ко такие и задерживаются. Каждый —
настоящий профессионал! Других не
держим! — Я так понимаю, что ты уже сам
догадался обо всем, — утвердительно
сказал Армстронг. — Пакет данных
оказался таким, что вероятные выво
ды лежали на поверхности. Я поду
мал, что ты, Даниил, не нуждаешься в
разгадке, тебе необходимо решение
проблемы. Я угадал?
Брызгин поймал моментальный и
острый взгляд Ольжецкого. Судя по
этому взгляду, Ольжецкому не хоте
лось, чтобы Брызгин был посвящен в
детали. Он не ошибся. Ольжецкий по
крутил в воздухе пальцами и неопре
деленно сказал:
— В общемто, ты близок к исти
не, Нейл. Я думаю, у нас еще будет
время поговорить об этом более по
дробно.
«И черт с вами! — подумал Брыз
гин. — Темните, если хочется. Не
оченьто мне нужны ваши секреты».
Но чувство обиды, разумеется, не
исчезло. Чувство нетерпеливого ожи
дания момента, когда тайна откроет
ся, стало только острее.
— Тайны Мадридского двора, — с
некоторым раздражением сказал он
Ольжецкому. — Не понимаю я вас,
старички. Проблемы кулуарно не ре
шаются, особенно такие, как спасе
ние звездных систем.
Ольжецкий не улыбнулся.
— Анджей, — сказал он. — Успо
койся. Это говорит молодость. При
дет время, и ты поймешь, что от реше
ния некоторых проблем лучше всего
держаться в стороне. Человеческая
совесть не безразмерна, есть вещи,
которых она не прощает.
А объяснять ничего не стал. Вот и
понимай пана Ольжецкого, как хочешь.
Брызгин в чудеса не верил. Он
твердо знал, что рано или поздно все
объясняется, а загадки перестают та
ковыми быть. Все дело во времени.
Андрей Брызгин был молод, а потому
и спокоен.
Г ла ва пят а я
1.
Для Нейла Армстронга этот
полет был, как второе рождение.
Проверка расчетов, подготовка не
обходимого оборудования, споры с
противниками проекта и его союзни
ками, — все это возвращало Армс
тронга в дни его молодости. Даже со
жаление о происходящем отступило
кудато на второй план. Нейл пони
мал, что это временное явление, ре
зультат охватившей его эйфории, по
том, когда все встанет на свои места,
все будет плохо, очень плохо. Одна
радость, что это будет продолжаться
недолго. Все бы выглядело хуже, будь
он молод.
Ольжецкий был прав.
Молодым в этом рейсе делать бы
ло нечего. — Что скажет Совет? — изменился
в лице капитан Дымов. — Это мы узнаем после возвраще
ния, — меланхолично сказал Оль
жецкий. — В противном случае спо
ры и дискуссии о правомерности на
шего поступка затянулись бы на не
сколько лет. А у нас нет времени, ка
питан. Аристема обречена. Способна
ли Земля эвакуировать жителей Ари
стемы за тричетыре года? Это при
условии, что подходящей планеты
для них пока нет, что надо еще убе
дить в правомерности своих поступ
ков самих аборигенов. Представьте
себе, что мы живем на Земле, вдруг
появляются инопланетяне и говорят,
что всем нам грозит смертельная
опасность и единственным спасени
ем от нее является эвакуация землян
куданибудь к черту на кулички. Вы
сразу и безоговорочно согласились
бы на предложенные варианты? Или
у вас бы возникла мысль, что какие
то нахалы пытаются захватить наш
земной рай, а потому запросто идут
на бесчестный обман? И это будет происходить с нами, с
«ЗС»Фантастика №1,2006
62
С. Синякин Яркан Звездного паука
теми, кто знает пространство не пона
слышке. Мы будем сомневаться и ко
лебаться. Что же тогда говорить о суще
ствах, которые едва поднялись на пер
вую волну разумности? Не полагаете ли
вы, капитан, что спасти можно насиль
но? Кем мы тогда будем в глазах ихтио
ров и паукан? Захватчиками?
— Вы меня не убедили, — покачал
головой капитан Дымов. — Такие ре
шения не принимаются кучкой заго
ворщиков, такие решения принима
ются Мировым Советом.
— И все в Мировом Совете примут
однозначное решение? — вмешался в
разговор Нейл Армстронг. — А вы са
ми готовы переложить на них такую
ответственность? С таким грузом
трудновато жить на свете, капитан.
Если уж вы сомневаетесь…
— Я всегда думал, что зажигать
звезды — это хорошее занятие, —
вздохнул капитан Дымов. — Оказыва
ется, что это еще и очень совестливое
дело.
— Поэтомуто оно для стариков, —
невесело усмехнулся Ольжецкий. — Я
ведь специально подобрал экипаж на
Аристеме из тех, кому будет недолго
сожалеть о принятом решении. И так
же специально не посвящал в суть
проблемы молодых. Просто пред
ставьте, что с таким грузом придется
прожить несколько столетий. Свих
нуться можно — и не один раз!
Деммер был рассеян.
Деммер продолжал считать — по
степенно расчеты складывались в
единое целое. Уравнение, в котором
поставлено равенство между группой
пожилых людей, да что там лукавить,
между группой стариков и звездой,
которой предстоит вспыхнуть в неда
леком будущем. Деммер — прекрас
ный теоретик, он отдал своему делу не
один десяток лет, не удивительно, что
уравнение тождества получилось
изящным и печальным.
— Я всетаки не понимаю, — сказал
он. — Идеальней было бы начать экс
перимент в системе Аристема. Легче
справиться с новообразованиями, чем
лететь за несколько световых лет с со
мнительными гарантиями успеха.
— Коконы Звездного паука в сис
теме Аристемы трогать просто нель
зя, — сказал Нейл Армстронг. — Я
рад, что они были обнаружены. В
свое время они сыграют роль сиг
нальных флажков для человечества.
Их исчезновение покажет человече
ству, что его поняли и поняли пра
вильно.
— Значит, ты твердо убежден, что
это не агрессия? — задумчиво спросил
Ольжецкий. — Это не враг, не какие
то фантастические разрушители, ко
торые ненавидят жизнь?
— Это строители, — сказал Армс
тронг. — Я твердо уверен в этом. До
статочно изучить характеристики
возникновения черных дыр, и мы
поймем, что это не агрессия, это це
ленаправленное строительство жи
телей черной дыры в Центре галак
тики. Видите, как они раскручивают
свою трассу по спирали? Для строи
тельства им необходимы звезды с
определенными характеристиками.
Звезды, которые могут превратиться
не в нейтронную звезду, не в белый
карлик, — а именно в черную дыру.
Поэтому каждая звезда с подобными
характеристиками, если она нахо
дится на их трассе, просто обречена.
Они не ведут войны, они не испыты
вают злого торжества, они просто
ведут свою трассу к иному звездному
острову.
Эти существа даже не подозревают
об обитаемости этих миров, для них
среда обитания такова, что любое
предположение о возможности суще
ствования разума у открытых звезд
будет казаться антинаучной ересью,
как и наши предположения, что в
сингулярности может существовать и
развиваться разум. — Все равно, я не думаю, что сле
дует таить все от остальных, — сказал
капитан Дымов. — Бесчестность по
ступка ляжет не только на нас, она
коснется всего человечества.
Даниил Ольжецкий пожал пле
чами.
— Дымов, — сказал он. — Я пони
маю ваше беспокойство. Тем не ме
нее, мы делаем то, что вынуждены
сделать.
«ЗС»Фантастика №1,2006
63
— После возвращения я первый не
подам вам руки, — сказал астронавт. — Не сомневаюсь, что вы будете
одним из многих, но вы тоже окажи
тесь в изгоях, дружище. Поверьте,
легче перенести презрение одного че
ловека, чем остракизм человечества.
Думаю, что мы оба окажемся в одина
ковых условиях. Деммер грустно вздохнул.
— Друзья мои, — сказал он. — Пе
ред нами стоит любопытная задача.
Наш коллектив вполне может эту за
дачу разрешить. Только почему вы ре
шили, что возвращение — обязатель
ное условие для нашего полета? Я тут
прикинул, после изменения прост
ранственных условий нам, возможно,
придется пересчитывать точки тахи
арда. Совсем не факт, что у нас для
этого окажется достаточно времени.
Странное дело, они обсуждали ве
роятность своей гибели с хладнокро
вием и спокойствием, которое вооб
щето несвойственно человеку. Физи
ка можно было понять, для него все
происходящее было в первую очередь
большой и сложной логической зада
чей, в которой вопросы сохранения
являлись вспомогательными и необя
зательными условиями решения этой
задачи.
Труднее было понять спокойствие
остальных.
Возраст брал свое, что ли? Или
просто срабатывала подспудно живу
щая в каждом человеке вера в его ин
дивидуальное бессмертие.
2.
Напрасно многие люди пред
ставляют себе черную дыру чемто не
видимым и оттого смертельно опас
ным. Да, черная дыра, всегда смер
тельно опасна для существ, родив
шихся по эту сторону горизонта собы
тий и никогда не видевших сингуляр
ность изнутри. Трудно даже сказать,
возможна ли такая вероятность в
принципе. С появлением квантовой
механики и искривленного простран
ства Лобачевского некоторые процес
сы, происходящие во Вселенной, лег
че рассчитать на кончике пера, чем
представить, даже если обладаешь са
мой буйной фантазией. Все это так.
Но кто сказал, что черная дыра неви
дима?
Каждая звезда посылает хоть не
много света в окрестности фотонной
сферы черной дыры. Этот свет кружит
вокруг черной дыры, постепенно его
траектория раскручивается спиралью
навстречу космическому кораблю.
Поэтому на больших расстояниях
черная дыра выглядит маленьким
пятнышком света, которое окружено
наложенными друг на друга изобра
жениями многочисленных звезд.
Вблизи это сияющий по краям
угольно черный объект, окруженный
бесчисленными и многократно иска
женными звездами и галактиками.
— Красиво, — сказал Деммер. —
Очень жалко, что мы своими руками
уничтожим эту красоту. Технология
действительно проста. Но как быть с
разумом? Имеем ли мы право на заду
манное?
— Спроси это у тех, кто погиб, —
посоветовал Армстронг. — Спроси у
ориан и скуттеров, хотелось ли им
умирать? Да не надо ходить далеко,
Франц, спроси у ихтиоров и паукан,
хочется ли им умереть изза строи
тельного рвения более развитой циви
лизации? Наконец, представь, что
опасность угрожает Земле и тебе
предстоит сделать выбор в пользу
Земли или неведомых тебе, но, несо
мненно, крайне разумных и делови
тых строителей. Для них мы нечто
вроде муравейника, с которым можно
не церемониться при прокладке доро
ги. Но согласимся ли мы сами с ролью
муравьев?
Физик задумчиво и невидяще смо
трел сквозь него.
— И всетаки, — пробормотал он.
— Хочу и не могу представить себе эту
цивилизацию. Существа, живущие в
условиях постоянного жесткого излу
чения, в условиях, отличных от всех
условий, которые на сегодняшний
день известны нам. На что они похо
жи? Как мыслят? Чего хотят? Какие
задачи, черт побери, они ставят перед
собою?
Спейсрейдер «Хонкай» маневри
ровал на безопасном расстоянии от
«ЗС»Фантастика №1,2006
64
С. Синякин Яркан Звездного паука
черной дыры, которая еще недавно
была малоизученной и неприметной
звездой М3241, а теперь представля
ла собой форпост неведомой цивили
зации.
Деммер был хорошим физиком,
может быть, даже гениальным точки
тахиарда действительно менялись с
изменением геометрии пространства
в районе. — Значит, умрем красиво, — ска
зал Ольжецкий. — Знали ведь на что
шли!
— Остается еще один вариант, —
вслух подумал Дымов. — Вернуться
назад и отдать решение проблемы на
откуп Совету.
— Этот вопрос мы уже обсуждали,
капитан, — мягко сказал Ольжецкий.
— Стоит ли возвращаться к однажды
пройденному? Или вы нашли новые
возражения? Нас здесь четверо. По
ставим вопрос на голосование?
— Знаешь, Даниил, — устало ска
зал Дымов. — Мне почемуто не ка
жется, что мы похожи на героев. Ско
рее, мы похожи на хладнокровных
убийц, которые вдруг обнаружили,
что им придется умереть вместе со
своими жертвами. Все это филосо
фия, но где гарантия, что в наших рас
суждениях нет ошибки?
— Естественные сомнения, — не
возмутимо отозвался слушавший раз
говор Армстронг. — Теперь вы долж
ны решить для себя вот что: если мы и
все остальные цивилизации, погиб
шие или пока еще функционирую
щие, всего лишь муравейники при до
роге, то как нам доказать этим равно
душным существам, что мы, как и
они, имеем право на существование?
Как доказать, что мы тоже разумны и
не менее их любим жизнь?
— И вы считаете, что сделать это
можно именно так, как это задумали
мы? — капитан Дымов сидел спиной к
обзорному экрану, и было видно, как
вспыхивают многочисленные звезды
вокруг правильного кружочка тьмы,
обрамленного легким голубоватым
свечением, как крошечными запяты
ми и дисками высвечиваются галак
тики, чьи отображения оказались за
хвачены фотонной сферой черной
дыры. — Вы считаете, что объединен
ные миры не способны найти способ
дать им знать о себе?
— Капитан, — устало сказал Нейл
Армстронг. — Не лукавьте. Нас здесь
четверо, и мы прожили долгие годы,
чтобы не отворачиваться, наконец, от
правды и честно смотреть ей в глаза.
Зачем нам лукавить? Мы заставим звезду вспыхнуть
вновь, и это будет означать гибель
черной дыры и всех ее обитателей.
Мы идем на это преступление ради
известных нам форм жизни. И я ду
маю, что это правильно, потому что
это единственный способ обратить на
себя внимание более сильных и могу
щественных. Погасшие звезды не воз
гораются заново случайно, для этого
должны быть веские причины, кото
рые может заявить только другой ра
зум. Помните, я говорил о флажках?
Деммер предлагал начать решать
проблему с Аристемы. Не думаю, что
бы это было правильным. Новообразо
вания, которые ведут к возникнове
нию на месте солнца черной дыры,
должны исчезнуть, если они поймут
нас правильно. Понимаете? Они долж
ны показать, что поняли нас и призна
ют за нами право на существование. А
потом они начнут поиск… Мне бы
очень хотелось дожить до того дня,
когда мы, наконец, не только поймем
друг друга, но и найдем общие точки,
которые станут свидетельствовать о
возможности сотрудничества.
А насчет молодых… Мы не лишаем
их права на решения, более того,
окончательное решение все равно ос
танется именно за ними. Но я смот
рел, как этот молодой парень… Да, да,
Андрей Брызгин… Он очень пережи
вал за случайную смерть своего това
рища и винил в ней только себя само
го. И я подумал, что молодым будет
очень трудно жить с таким грузом от
ветственности. Это ведь очень тяжело
знать, что ты убил чужой мир, даже
если у тебя не было другого выхода. И
я подумал, что старикам это сделать
легче, по крайней мере, нашей совес
ти этот груз нести меньше других.
А Брызгину я оставил письмо. Я
все объяснил ему, на тот случай, если
«ЗС»Фантастика №1,2006
65
мы не вернемся. Он неглупый парень
и хороший специалист, он поймет. И
проверит оставленные нами флажки.
В конце концов, следующий шаг при
дется делать именно им. — И был еще второй довод, — ска
зал Ольжецкий, молодо лучась взгля
дом. — Нейл сразу все понял, собст
венно, это и было единственное ре
шение проблемы, оно лежало на по
верхности. Старикам, вроде нас, легче
умирать. Особенно если мы поверили
в необходимость столь жесткого под
хода к проблеме.
— И всетаки нас помянут недоб
рым словом, — сказал Дымов. — Ни
когда бы не подумал, что придется
творить зло, чтобы восстановить ста
тус кво добра.
— Обычное явление, капитан, —
сказал Армстронг. — Добро чаще все
го приходится творить из зла, иных
материалов в нашем мире всегда не
хватает. Что, ставим вопрос на голо
сование?
— Оставьте, — поморщился капи
тан Дымов. — Ктото совсем недавно
говорил мне, что ничто так не мешает
работе, как излюбленные демагогами
митинги. Скажите Деммеру, пусть он
еще раз просчитает точку тахиарда.
Уж если нам суждено воссоздать здесь
Ад, то нет ли всетаки способа из него
вырваться?
3.
— Я принес подарки, — сказал
Брызгин, садясь на песок рядом с па
утиной.
Пауканин покачивался в центре
паутины, глядя на розовые облака,
повисшие над чернокрасным зерка
лом океана, в которое медленно опус
калось заходящее светило. В потем
невшем небе вспыхивали первые звез
ды, но до сумерек было еще три часа,
этого времени было достаточно, что
бы поговорить.
— Дымов — хороший колдун, —
сказал Крхи. — Ты — хороший кол
дун. Больше нет нужды украшать пау
тину. Зачем украшать паутину, если
она опять стала черной? Зачем гово
рить о смерти, если Звездный паук
ушел и унес свои коконы?
— О смерти говорить надо, — ска
зал Брызгин. — Ты ведь знаешь, что
Дымов умер?
Пауканин спустился со своей пау
тины и неудобно сел рядом с Брызги
ным.
— Дымов не умер, — возразил он.
— Дымов отдал свою душу далекой
звезде. Через пять лет он посмотрит
на меня с неба. Если он будет смот
реть на меня с неба, как он мог уме
реть?
Брызин тоскливо посмотрел на небо.
— Дурак я был, — неожиданно
признался он. — Ято думал, что от
меня скрывают тайну, в то время как
меня от нее оберегали. Кто знал, что
они задумали зажечь погасшую звез
ду? Знаешь, Крхи, на это надо было
решиться — убить одних, чтобы дать
жизнь другим. Стальные люди, Кр
хи, у меня никогда бы не хватило на
это решимости.
Пауканин повис на своем яркане,
ловко работая жвалами, потом присел
рядом с Брызгиным и протянул ему
красную яркую бусину.
— Еще одна пустота снова стала
звездой, — сказал он. — Звездный па
ук не жесток, он просто не знал о ми
рах, в которых живут колдуны. Теперь
он знает.
Они сели рядом на краю залива.
Волны с легким шорохом набегали
на песок, далекие и близкие звезды
светили над ними, и гдето слышался
рев труб неугомонных ихтиоров, зате
явших свой очередной вечерний кон
церт.
Андрей Брызгин сидел и с горечью
думал, что ему легче понять сидящего
рядом пауканина, чем навсегда ушед
ших людей, обладавших волей и харак
терами, которые позволяли им зажи
гать погашенные кемто звезды. «Про
клятые боги! — неожиданно подумал
он. — Вот как их можно назвать. Про
клятые боги, решение которых будут
еще долго обожествлять одни, и назы
вать преступлением другие». Он снова посмотрел на яркан Кр
хи. Яркан и в самом деле изменил
свой цвет. Он стал черным. Более то
го, стилизованное изображение Зве
«ЗС»Фантастика №1,2006
66
С. Синякин Яркан Звездного паука
здного паука в центре яркана исчезло.
Вместо него появилось пушистое
утолщение, которое своими очерта
ниями удивительно напоминало че
ловечка. Голова человечка серебри
лась от множества вплетенных в пау
тину нитей растения, напоминавшего
земной ковыль. Но на острове его
просто не было и это значило, что ча
стицы растения были принесены пау
канином с далеких островов, на кото
рые тот ухитрился слетать.
Брызгин перевел взгляд на паука
нина. Тот казался самодовольным.
Клешни его были скрещены на голо
вогруди, черное лоснящееся брюшко
светилось красивыми малиновыми
пятнами, словно с уходом угрозы сво
ему миру, Крхи обрел молодость.
Брызгин бы не сдержал улыбки, если
бы узнал, о чем думает пауканин. Но
ему не было дано читать чужие мысли,
и Брызгин оставался печальным.
Пауканин Крхи сидел, греясь в
лучах первых звезд, и думал, что
Брызгин хороший колдун, хотя еще
слишком молодой и глупый. Дымов
тоже хороший колдун, но он уже
много пожил, поэтому и сообразил,
что в любом зле кроются частицы
добра. И еще Крхи думал, что скоро
наступит время откладывать в песок
яйца, а потом придет однажды ночь,
когда над островом засияет звезда и
ласковый Дымов спросит: «Как дела
Крхи? Как выводок? Хватает ли
слюны? Нет ли дыр на твоей пау
тине?»
Крхи потер лапки и смешливо по
думал, как будет поражен Дымов, ког
да услышит от друга рассказ о том, что
потомство Крхи мчится над океаном
к дальним островам на летучих ярка
нах, которые несут в своих клювах
стремительные ихтиоры, так похожие
на недоразвитых паукан. Каждое жи
вое существо имеет право на жизнь и
пространство, а главное — на дружбу,
которая будет всегда жить среди вечно
живущих, яростных в своем свете
звезд. ОБ АВТОРЕ:
Волгоградский фантаст Сергей Синякин родился в 1953 году в семье военно-
служащего в поселке Пролетарий Мстинского района Новгородской области, но
в 1965 году семья перебралась на ПМЖ в город Волгоград. После службы в рядах
Советской Армии поступил на работу в органы внутренних дел, где прослужил
до 1999 года, пройдя путь от рядового милиционера до подполковника милиции,
начальника «убойного отдела». Фэн фантастики со стажем, участник волгоградского КЛФ и знаток старой
советской НФ, в 1980-х С.Синякин и сам начал писать. Первой опубликованной
вещью стала повесть «Шагни навстречу» (1988) в городской газете «Молодой
ленинец», а двумя годами позже увидела свет дебютная книга фантаста —
сборник рассказов «Трансгалактический экспресс» (1990). Еще через год вышел
новый сборник «Лебеди Кассиды» (1991), после чего Сергей Синякин на десяти-
летие исчез из жанра. Возвращение в фантастику оказалось более чем удачным — первая же повесть
«Монах на краю Земли» (журнал «Если», 2000) была обласкана критикой и получи
ла престижные жанровые награды — «СигмаФ», «Бронзовую улитку» и АБСПре
мию. Перу Сергея Синякина, члена СП России, принадлежат книги —»Монах на краю
Земли» (2000), «Владычица морей» (2000), «Вокруг света с киллерами за спиной»
(2001), «Злая ласка звездной руки» (2001), «Люди Солнечной системы» (2002),
«Операция прикрытия» (2003), «Пространство для человечества» (2004), «Заплыв
через реку Янцзы» (2004), «Ловля рыбы в реке Лета» (2005) и др.
«ЗС»Фантастика №1,2006
67
Встань у травы. Смотри, как растет
трава. Она не знает слова «любовь».
Однако любовь травы не меньше тво
ей любви. Забудь о словах и стань тра
вой.
Вот этой бредятиной мне и пред
стояло заниматься ближайшие три года.
— Ничего, Серега, не расстраивай
ся, — услышал я, когда, после оглаше
ния приказа о распределении выпуск
ников, ко мне вернулась способность
соображать. Диман, лучший друг, изо
всех сил пытался изобразить на лице
сочувствие.
— Я не расстраиваюсь, а думаю,
Дмитрий Попов
Портал Великого Алия
«ЗС»Фантастика №1,2006
68
Д. Попов Портал Великого Алия
каким наиболее циничным способом
наложить на себя руки, — простонал я
и поплелся получать документы.
Сокурсники смотрели на меня кто
с сожалением, кто со злорадством.
Довольны были в основном местные
зануды и отличники, которых на на
шем философском факультете хвата
ло. Еще бы — они пять лет не видели
ничего кроме учебников, а я жил в
свое удовольствие, автоматом получал
все зачеты и сдавал экзамены на «от
лично». Но я же честно отрабатывал
свои оценки — факультет благодаря
мне стал чемпионом университетской
спартакиады. Я один был целой ко
мандой — участвовал во всех десяти
видах состязаний. И вот при распре
делении праздник кончился. Меня
просто использовали в последний раз.
Как самую натуральную затычку —
чтобы закрыть поступившее требова
ние на молодого специалиста. На эту
заштатную Грину, аборигены которой
поклоняются траве, добровольно мог
полететь только слабоумный. Ну, или,
в крайнем случае, фанатик. Как мой
нынешний начальник, в экспедицию
которого меня определили. Собствен
но, вся экспедиция состояла из двух
человек — профессора Аврелия, си
девшего на планете уже десятый год и
какогонибудь очередного невезучего
выпускника.
— А теперь, молодой человек, пе
речислите мне все восемнадцать слов,
которыми обозначается здесь трава и
объясните их семантические отличия,
— Аврелий довольно откинулся на
спинку такого же старого как и он сам
кресла, прикрыл глаза и сложил руки
на животике.
— Гы, бы, ды,— начал я. — Эти три
слова являются обиходными и обо
значают траву вообще, без указания
на ее божественность. Смысловые от
тенки незначительны. Следующая
группа — ггы, ббы, дды — также ис
пользуется в разговорной речи, но уже
в качестве божбы или эмоциональных
восклицаний.
Когда я закончил ответ, мне пока
залось, что профессор задремал. И я
сделал ошибку — решил потихоньку
выйти из кабинета.
— Вот ведь молодежь, — услышал
я, едва взявшись за ручку двери.—
Что, решили, старый гриб уже на ходу
засыпает? Да Аврелий еще себя пока
жет! Обо мне еще вся Федерация заго
ворит! У меня сам академик Клин
ский в учениках ходил! Рано меня хо
роните!
— Ну что вы, и в мыслях не было,
— засмущался я.
— Ладно, — успокоился профес
сор. — Считайте, что экзамен вы вы
держали. Месяц не зря учились. До
вечера отдыхайте.
Отдыхать? Это интересно как?
Опять перечитывать труды любимого
начальника? На Грину не транслиро
вались передачи галактического теле
видения. Здесь не было постоянной
связи с цивилизованными планетами.
Только раз в месяц у базы садился об
ветшавший грузовой кораблик, курс
которого по недоразумению пролегал
неподалеку. Развлечения местного
населения заключались в ритуальных
плясках.
Вечером меня вызвал Аврелий.
— Итак, Сергей. Теоретическую
часть вы освоили. Сегодня полнолу
ние — самое время ощутить на себе
всю мощь травы. Это будет лишь пер
вый шаг к постижению великой, не
побоюсь этого слова, религиозно
философской системы населения Грины.
С этими словами он протянул мне
самый обычный стакан с мутнозеле
ной жидкостью.
— Я должен это выпить?
— Без сомнения! Это напиток ме
стных богов.
Я хмыкнул и выпил. Мне доводи
лось пробовать электронные наркоти
ки. Но здесь не было ничего общего с
наркотическим опьянением. Я просто
стал един с этим миром и в то же вре
мя время оставался собой. Я был сча
стлив, я ощущал, словно ласковые
прикосновения, теплые эмоции всех
людей планеты. Наверное, поэтому
аборигены никогда не воевали и даже
не ссорились. А потом глаза стали
слипаться.
— Ох, старый дурак, переборщил с
дозой. Надо бы его на кровать отта
«ЗС»Фантастика №1,2006
69
щить, — услышал я, засыпая, бормо
тание профессора. А проснулся на
следующий день опять же от его го
лоса:
— Вставай, тут по твою душу при
летели.
Выглядел Аврелий крайне недо
вольным. Поджимал губы, грозно
сдвигал кустистые брови и даже обра
щался ко мне на «ты».
— Прилетели? Это все еще ггыд
дыббывалкуг? — я сам удивился, что
смог произнести семнадцатое наиме
нование травы без запинки.
— Нет. Ты всетаки плохо учился.
Действие уже давно прошло. К тебе,
повторяю, прилетели. И мне это не
нравится!
— Кто? — я сел на кровати.
— К вам изволили из военной раз
ведки пожаловать. Иди уже, этот офи
церик мой кабинет занял, чтобы с то
бой поговорить.
Едва я шагнул через порог, как в
лицо мне полетел какойто черный
предмет. Чуть отклонившись, я пере
хватил его, швырнул обратно и прыг
нул назад в коридор. Из кабинета раз
дался громкий смех. А должны были
раздаваться совсем другие звуки предметом была полицейская грана
та, газ которой вызывал мгновенное
расслабление кишечника.
— Заходите, Сергей, заходите, —
пригласил меня разведчик.
Я вошел. Гость был молод, лет на
пять старше меня. Но уже носил май
орские знаки отличия.
— Реакция у вас хорошая, — он да
же не подумал извиниться. — Еще бы
внимательности чутьчуть. Граната не
была на боевом взводе.
— К чему весь этот спектакль, гос
подин...
— Меня зовут Веденеев. Натан Ве
денеев, военная разведка.
— Так чему обязан, майор Ведене
ев? — Я уселся, не дожидаясь пригла
шения. — Чем простой начинающий
ученый заинтересовал вашу блестя
щую службу?
— Какой вы философ, я знаю, —
Натан широко улыбнулся и тут же
поднял руки в предупреждающем же
сте. — Нетнет. Ваш земной Универ
ситет действительно одно из лучших
учебных заведений Федерации и гото
вит прекрасных специалистов.
Я покраснел и промолчал. А раз
ведчик продолжил:
— Скажите, вам ведь здесь скучно?
И сидеть на этой Грине еще долго.
— Что вы предлагаете и почему я?
— Вот. Я же говорю — хорошая
реакция, — обрадовался Веденеев. —
А предлагаю я поработать на нас и
получить в итоге освобождение от
трехгодичной отработки и даже неко
торое количество денег на банков
ском счете.
— Давайте начистоту, — предло
жил я. — Ваша служба славится со
мнительными операциями. Вспом
нить хотя бы переворот на Рейне. И
уж наверняка вы готовы подставить
своего наемника. Да и как быть с Ав
релием?
— Аврелий подпишет все, что по
требуется, — разведчик наклонился
ко мне над столом. — Как вы думаете,
зачем у него, философа, физикохи
мическая лаборатория здесь оборудо
вана? Он тайком ищет способ консер
вации травяного напитка и мечтает
наладить его экспорт. Только он ду
мает, что это тайна. Но мыто все зна
ем. Кстати, и не выйдет у него ничего.
Вне эмоционального поля Грины тра
ва не действует.
На самом деле, в душе я уже давно
был согласен на все, даже не зная ни
каких подробностей. Слишком силь
но было желание вырваться из этой
тоски зеленой. И лишь для порядка
задал еще несколько вопросов.
Самый дорогой туристический
лайнер Федерации назывался до
вольно примитивно — «Скайуокер».
Но это было лучшее судно и, естест
венно, в первый рейс на Алию отпра
вилось именно оно. Я сидел в голу
бом зале корабля за столиком с двумя
дочкамиблизняшками знаменитого
банкира Авена. Их папаша, ловко
разделывая сириусянского омара,
пытался объяснить мне тонкости иг
ры на всегалактической бирже. Я не
брежно держал в руке бокал с настоя
«ЗС»Фантастика №1,2006
70
Д. Попов Портал Великого Алия
щим французским шампанским, де
лал вид, что слушаю, и обольститель
но, как мне казалось, улыбался де
вушкам.
— Дамы и господа! Минуточку
внимания, — первый помощник ка
питана лично вышел на сцену. В залы
для публики победнее шла трансля
ция. — Через несколько минут
«Скайуокер» выйдет из второго про
странства в обычный космос у Алии.
Капитан по традиции обязан быть в
это время на мостике и потому упол
номочил меня сказать вам несколько
слов. Осмелюсь напомнить, что вы —
первые туристы со времени установ
ления дипломатических отношений с
этой планетой. И, как нам только что
передали алийцы, для вас будет уст
роен грандиозный космический са
лют.
Раздались аплодисменты, свет в
зале начал меркнуть и одновременно
стал прозрачным купол потолка. Мы
были уже в нормальном пространстве.
— Сергей, ты видел когданибудь
салют? Я никогда не видела. Это ведь
такая редкость и так дорого! — спро
сила меня одна из близняшек, кажет
ся, Сара.
— Всего один раз, — лениво отве
тил я. Роль молодого прожигателя
жизни, на которого неожиданно сва
лилось громадное наследство, мне по
ложительно нравилась. — Смотри, это
потрясающе.
Космос сиял и переливался всеми
мыслимыми и немыслимыми цвета
ми. Узоры огня казались верхом со
вершенства. Мимо нас проносились
пламенеющие смерчи, прямо по курсу
возникали многоярусные фонтаны, а
напоследок из огненных струй сложи
лась эмблема Федерации.
— Порядка ста миллионов ушло,
— со знанием дела сказал Авен.
Дочки посмотрели на отца с уко
ризной.
— Дамы и господа! — снова обра
тился к нам помощник капитана. —
Завтра утром вы ступите на поверх
ность Алии. А сейчас я желаю вам
приятно провести вечер. Надеюсь, вы
по достоинству оцените приготовлен
ную для вас ночную программу.
У Авена неожиданно пискнул ком
муникатор. Он посмотрел сначала на
экранчик, потом с тоской взглянул на
недоеденного омара.
— Девочки, Сергей, — сказал он
вставая. — Я пойду к себе. Дела.
— Но папа, ты же в отпуске! — хо
ром произнесли сестры.
— У банкиров не бывает нормаль
ных отпусков. Веселитесь без меня.
Когда он ушел, я бесцеремонно
схватил близняшек за коленки и на
глым тоном произнес:
— Повеселимся, правда?
Две пощечины одновременно —
это слишком. Впрочем, позже выяс
нилось, что это была лишь проверка
моей настойчивости. Так что на пла
нету я высаживался с больной голо
вой.
Обзорные экскурсии такая же не
истребимая гадость, как тараканы. Не
успеешь заселиться в отель и принять
душ, а тебя уже тянут разглядывать
местные достопримечательности.
— А теперь уважаемые гости по
смотрите налево, — кресла нашей ле
тающей платформы услужливо раз
вернулись в нужном направлении. Перед вами памятник великому Алию
— объединителю и учителю народов
нашей планеты.
На гигантской триумфальной арке
стоял не менее внушительный мону
мент. Алий был лыс, носил козлиную
бородку и прищуривал глаза. Боль
шой палец левой руки он засунул за
борт жилетки, а правую руку вытянул
вперед, словно указывая направле
ние.
— Здесь, на этой площади, я
вкратце расскажу вам об истории на
шей планеты, — продолжил молодой
экскурсовод, самый обычный па
рень, каких миллионы. Разве что во
лосы у него были выкрашены в сине
зеленый цвет. — Без малого пятьсот
лет назад у нас существовало около
двухсот государств. Некоторые пыта
лись объединяться, некоторые враж
довали. К тому времени так называе
мый кризис глобального конфликта,
характерный для развития любой ци
«ЗС»Фантастика №1,2006
71
вилизации, был преодолен. И тем не
менее, экономика продолжала оста
ваться нестабильной. Многие жили в
ужасающей нищете. И именно в то
время великий Алий создал первый
портал. Это устройство и символизи
рует арка. Правительство наиболее
развитой по тем временам страны,
Юсии, поверило в ученого и решило
внедрить его изобретение. После то
го, как выросло прошедшее через
порталы поколение — эта страна сде
лала огромный рывок в своем разви
тии и могла бы претендовать на ми
ровое господство. Но великий Алий
предвидел это. Благодаря его усили
ям технология оказалась в распоря
жении властей всех государств. Юсия
не простила ученому такого поступ
ка, и он был убит. Примерно пятьде
сят лет нашу планету лихорадило. Но
затем наступил долгожданный рас
цвет. Теперь мы едины, у нас нет ни
щеты и смертельных болезней, мы
вышли в дальний космос.
— Так что же делает ваш портал? не удержался я от вопроса, хотя и знал
ответ благодаря тренингу в ведомстве
Натана Веденеева.
— Он лечит людей от злобы. Сти
рает все негативные наклонности и
пробуждает скрытые таланты челове
ка. Лучше всего он действует на детей.
Поэтому у нас есть обряд Шага в мир
— едва научившись ходить, ребенок
проходит через портал. Но изобрете
нием великого Алия могут пользо
ваться и взрослые. Правда, сейчас это
редкость.
— А мы можем пройти через пор
тал? — спросил я.
— Я лично не хочу, — быстро вста
вил Авен. — Я потом, весь такой по
ложительный, хе, без работы оста
нусь.
Наша группа вежливо рассмея
лась.
— Конечно, сможете пройти, —
парень улыбнулся. — Это предусмот
рено программой вашего пребывания.
Но, к сожалению, он не подействует наши расы имеют некоторые генети
ческие отличия, которые делают уст
ройство Алия абсолютно непригод
ным для вас. А теперь мы отправимся
на заседание высшего органа управле
ния нашей планеты — Сената.
Мне показалось, что сенаторы не
говорят ни слова. Впрочем, от кругло
го зала нас отделяла стеклянная стена,
и я лишь позже разглядел, что изредка
начинают шевелиться губы то у одно
го, то у другого сановника. Здесь были
и молодые и старые, и мужчины и
женщины. Понять, кто из них глав
ный я так и не смог. И еще. Было в их
лицах чтото странное. И лишь по
смотрев на нашего гида, я осознал,
что. Они не светились безмятежной
радостью, как физиономии всех ос
тальных жителей планеты. Ближай
ший к нам сенатор, черноволосый
мужчина средних лет, неожиданно ус
тавился на меня, а потом чуть заметно
кивнул. Я пожал плечами.
К вечеру, чуть живой от усталости,
я пришел в гостиницу. Весь мой но
мер был какойто осенний. На полу
лежал пушистый ковер цвета увядаю
щей листвы, такие же шторы закрыва
ли окно. Мебель из коричневого дере
ва казалась несколько старомодной.
Даже экран коммуникатора был
вставлен в вычурную раму из перепле
тенных стеблей.
В дверь постучали. Местная обслу
га считала наиболее вежливым личное
общение.
— Да, — отозвался я.
И ко мне вошла Вита. Нет, конеч
но, это была не она.
— Добрый вечер. Не угодно ли вам
чегонибудь?
Но даже голос казался знакомым!
Я упал в кресло и рукой указал ей на
соседнее. Горничная осталась стоять.
У нее была такая же чуть смущенная
улыбка, такие же озорные темные гла
за, такая же прическа. Немного пол
новатые ноги, небольшая грудь, сама
поза — все напоминало мне мою пер
вую несчастную любовь.
Да, когдато я был романтическим
юношей, а Вита м воплощением моей
мечты. Я ходил за ней хвостиком, да
рил охапками цветы и посвящал не
умелые стихи. Я даже плакал! Но она
выбрала другого. Уже крепко стояще
го на ногах профессионального
спортсмена.
«ЗС»Фантастика №1,2006
72
Д. Попов Портал Великого Алия
«Сереженька, ты очень хороший
человек, — сказала она тогда. — Прав
да, очень хороший. Но ты еще так ин
фантилен. Не обижайся. Мне правда
жаль, но это — жизнь».
В тот день я впервые напился
вдрызг. Чтото во мне словно сгорело.
Это было за несколько месяцев до по
ступления в университет. Туда я при
шел уже этаким слегка циничным по
корителем девичьих сердец. И никто
не знал, что мои спортивные успехи всего лишь попытка доказать себе, что
я не хуже того парня.
— Не угодно ли вам чегонибудь?
— повторила вопрос девушка.
— Скажи, у вас есть любовь?
— Господин хочет секса? Вы пред
почитаете девочек или мальчиков?
Может быть чтото экзотическое? Мы
можем предложить...
Я замахал руками.
— Господин хочет меня? — гор
ничная послушно начала расстегивать
пуговки белоснежной блузки.
— Нет же. Присядь. Господин не
хочет секса. Любовь, понимаешь? У
тебя есть парень?
— Да.
— А если он полюбит другую?
— Как это полюбит? Господин хо
чет сказать, что мой парень будет
встречаться с новой девушкой?
— Да, уйдет от тебя.
— Ну и что? Все мы ищем подхо
дящего партнера для того, чтобы
жить вместе и завести детей. Я вот
все выбрать никак не могу, — неожи
данно вздохнула она. — У моего ны
нешнего цвет глаз не такой, как хо
телось бы.
— Ты хочешь сказать, что никто не
мучается, если его покидают?
— Нет конечно! — удивилась она.
— Но ведь любовь — это прекрас
но. Ради любви люди готовы на по
двиги, на безумства!
— Безумства? Это когда люди на
чинают искать сложное там, где все
просто? Но ведь великий Алий...
В этот момент на руке моей гостьи
противно запищал браслет. Девушка
испуганно вскочила.
— Так не будет ли чтонибудь
угодно господину?
— Нет, — буркнул я, и она стреми
тельно выскочила за дверь.
А я поудобнее расположился в
кресле. Впрочем, никаких особых
мыслей у меня не было. Все вполне
укладывалось в рамки того, чем меня
напичкали в военной разведке.
Кстати, знал бы я, что такое курс
интенсивного обучения — может, и не
согласился бы на эту авантюру. Веде
неев, когда мы прибыли в штабквар
тиру его конторы, сразу вызвал каких
то мрачных людей и коротко сказал,
указывая на меня: «Базовые знания.
Возвышающие операции, уровень А.
Плюс закачать все наработки по
Алии».
Меня молча увели. Мы долго еха
ли на лифте, вниз, судя по всему, по
том шли по полутемному коридору и в
конце концов оказались в ослепи
тельно белой комнате. Посередине
стояло угрожающего вида устройство
с ложементом. Мне приказали раз
деться, уложили, пристегнули руки и
ноги. А потом натыкали в вены кучу
игл, прилепили к телу немыслимое
количество электродов, водрузили на
голову шлем с проводами, и я отклю
чился. В те редкие моменты, когда я
мог осознавать себя, я чувствовал, что
меня накачали химией по самую ма
кушку, мышцы скручивало, дышать
было тяжело. Болело все, что могло
болеть.
Зато через две недели я уже стоял
перед Веденеевым бодрый и готовый
к выполнению задания.
Да. Все увиденное и услышанное
за сегодняшний день вполне соответ
ствовало имевшейся картине. Экс
курсовод рассказал почти всю прав
ду. Пять лет назад Алия вышла с на
ми на контакт. И за столь короткий
промежуток времени приобрела ог
ромное влияние на жизнь Федера
ции, хотя так в нее и не вошла. Но са
мое главное — алийцы, как ни стара
лись наши дипломаты, не желали
раскрывать технологию порталов.
Трех шпионовнелегалов, засланных
на планету, вернули в центральный
офис разведки в маленьких подароч
ных коробочках. Чтобы родным было
что похоронить, говорилось в прила
«ЗС»Фантастика №1,2006
73
гавшемся письме. А еще в письме со
держалась полная база данных на
штатных, внештатных и глубоко за
конспирированных сотрудников на
шего секретного ведомства. Началь
ник Веденеева застрелился. Тогдато
Натан и вышел на меня. Не секрет,
что разведка всегда пасется в универ
ситетах, а аналитики назвали мою
скромную персону наиболее подхо
дящей для вербовки.
Впрочем, провал моих предшест
венников был не полным. Коечто
важное они узнали — портал вполне
мог действовать на людей. Понятно,
что нашу первую на планете тургруп
пу пропустили бы через выключенное
устройство. А технология была ох как
нужна. Вопервых, пугало растущее
влияние Алии. Вовторых, разведка
боялась, что при неконтролируемом
распространении порталов (исклю
чать подобную возможность было
нельзя) может начаться развал Феде
рации и кровавый хаос. Втретьих, су
ществовали еще Империя и Союз не
гуманоидов.
По всем данным, и прямым и кос
венным, портал не зомбировал людей.
Он, казалось, и правда делал их лучше
и они оставались вполне нормальны
ми. Такую вещь хотела иметь каждая
планета.
И все же чтото мне не нравилось.
Эти лица сенаторов, слова горнич
ной...
Я бросил в пепельницу очередной
окурок и решив, что на сегодня хва
тит, отправился в душ.
Утром меня разбудила ненавязчи
вая мелодия, и почти тут же раздался
стук в дверь. Это была совсем другая
девушка в накрахмаленном переднич
ке поверх синего платья.
— А где Вита? — тупо спросил я.
— Кто, простите?
— Ваша сменщица, которая захо
дила ко мне вчера вечером.
— Она больше не работает у нас.
Но если вам нравятся девушки имен
но такого типа, я скажу...
— Не стоит беспокоиться.
— В таком случае, я хочу сообщить
вам, что завтрак через тридцать ми
нут. И не угодно ли господину чегото
еще?
— Спасибо, нет, — ответил я.
Вот так. Уже не работает. Это меня
насторожило.
— Вам предстоит долгая дорога, —
улыбнулся официант, заставляя сто
лик тарелками, кастрюльками и ва
зочками. — Советую подкрепиться
как следует, лететь до экодеревни все
го полчаса, но потом придется около
часа идти пешком.
— Это еще почему? — удивился
Авен.
— Экодеревня и довольно обшир
ная зона вокруг нее свободны от вли
яния цивилизации. Там нет привыч
ного транспорта. Под запретом также
любые электронные средства связи.
— А животные для поездок вер
хом? Земные лошади, кирдыки с Бре
гуса или еще чтонибудь. У вас же на
верняка есть подобные?
— О да, — официант снова улыб
нулся. — Но ваша программа предус
матривает именно пешую прогулку.
— Безобразие, — проворчал бан
кир, поднимая блестящую крышку с
широкого блюда. — А это что?
— Горячий салат. Особый рецепт
нашего шефповара. Прекрасно вос
станавливает силы после ночного ве
селья. Его рекомендуется запивать зе
леным вином.
— Вино на завтрак? — усмехнулся
я. — С утра выпил, день свободен?
— Не извольте беспокоиться! Это
скорее тонизирующий напиток. От
него практически не пьянеют.
— Ладно, наливай! — разрешил
Авен.
Вино оказалось терпким, как
крепкий чай, и удивительно аромат
ным. После двух бутылок на четве
рых, дочки банкира выпили всего по
бокалу, на душе стало светлее.
От посадочной станции к экоде
ревне вела пыльная грунтовая дорога.
Обочины ее поросли огромными ло
пухами. Некоторые из них были выше
человеческого роста и, свисая над на
ми, защищали от палящего солнца. Я
пожалел, что не прихватил с собой бу
тылочку вина. Авен, при его комплек
«ЗС»Фантастика №1,2006
74
Д. Попов Портал Великого Алия
ции, страдал еще сильнее, постоянно
обтирался платком и бормотал про
клятия в адрес туристических властей
Алии. Не унывал только экскурсовод,
все тот же парень. Он бодро предлагал
то посмотреть на поля здешнего ана
лога земной кукурузы, то на пасущие
ся стада, то на работающих крестьян.
Потом взялся рассказывать об осо
бенностях климата. Его никто не слу
шал. Все ободрились, лишь когда по
казались первые избы и гид сообщил,
что скоро у нас будет возможность ос
вежиться на постоялом дворе.
Никогда бы не подумал, что моло
ко из погреба может быть таким вкус
ным! Я выпил уже две кружки, когда
услышал предупреждение экскурсо
вода, что этого не стоит делать, если
меньше чем три часа назад употреблял
алкоголь.
— А раньше не мог сказать, —
злобно спросил я, чувствуя, что в жи
воте начинает бурлить.
— Извините, но вы так стреми
тельно бросились пить... Я просто не
успел!
— Не успел он! Тогда успей хотя
бы туалет показать! — Я уже начал
пританцовывать на месте.
— Да, конечно, сюда, пожалуйста!
— Парень быстрым шагом повел меня
за дом под сдержанные смешки ос
тальных туристов.
Сортир оказался экологичней не
куда — дыра над выгребной ямой. Я
едва не прищемил палец, задвигая
щеколду, и судорожно рванул застеж
ку брюк. Уже через минуту мне стало
легко. Через щели между досками две
ри я видел заднюю стену бревенчатой
избы. Вполне земной такой избушки.
Даже с наличниками на окнах. Вокруг
не было ни души. И тут до меня до
шло, что лучшего момента не найти.
Ноухау клондублирования наша
разведка своровала у Империи. Об
этом мало кто знал и, естественно,
технология была под строжайшим за
претом. Но только не для рыцарей
плаща и кинжала. «В полевых услови
ях мы ее еще не обкатывали. Первым
будешь. Ты только найди подходящее
количество органики. Свалку мусора
какуюнибудь», — сказал мне майор
Веденеев, вручая коробочку ПАКа.
Отходов подо мной плескалось бо
лее чем достаточно. Криво улыбаясь,
я положил портативный аппарат это
го самого клондублирования на пол
сортира, сдвинул защитную крышку,
набрал код. Мигнул огонек готовнос
ти, и коробка раскрылась как цветок.
Вниз, прямо в вонючую жижу, словно
стебель ушел серый шланг с зондом на
конце. Я вынул из бутона пестикдат
чик и укрепил на виске. Над цветком
образовался метровый зеркальный
шар силового поля, и мне пришлось
посторониться. Пока шел процесс, я
успел раздеться. Поле исчезло и явторой выпрямился во весь рост.
— Привет, — сказал япервый. —
Одевайся.
Явторой облачился в мою одежду.
До чего же непривычно было видеть
себя со стороны! Оказывается, я не
много сутулюсь. В университете тако
го не было. Надо будет немного пора
ботать над осанкой.
— Ну, я пошел, — сказал явторой
и протянул руку.
— Удачи, — ответил япервый и
сделал вид, что не заметил руки.
— Слепил, значит, из дерьма, а те
перь брезгует, — сказал явторой и
спихнул отработавший ПАК в дыру.
— Самто ты из чего сделан?
— Да пошел ты!
— Сам пошел!
И тут мы синхронно заржали. Я
обнял себявторого на прощание, и
он ушел.
Много интересных и полезных ве
щей скрывала разведка от простого
обывателя. Я оставил себе еще одну ма
ленькую штучку из тех, что по приказу
Веденеева постоянно носил с собой —
портативный генератор дыхательной
смеси. Размяв в руках гелевый шарик, я
размазал его по лицу и, содрогаясь от
отвращения, ужом полез в выгребную
яму. Дыра оказалась достаточно широ
кой для этого. Погрузившись с голо
вой, я отключился. Это была одна из
стандартных психотехник.
Очнулся я, как и задумывал, ровно
в полночь. К счастью, явторой сделал
«ЗС»Фантастика №1,2006
75
все по плану — в кустах справа от туа
лета меня ждал сверток с одеждой,
купленной в местной туристической
лавке. Наверное, так и возникают ле
генды о нечисти — ктонибудь заме
чает крадущееся огородами и отда
ленно напоминающее голого челове
ка существо. А в руках у него кулек —
на спеленутого ребенка похожий.
Ужас! Впрочем, я выбрался из дерев
ни незамеченным, отмылся в речке,
оделся и потопал в сторону, противо
положную посадочной станции. Эко
район был расположен в прибрежной
зоне, и я хотел выйти к морю, чтобы
попасть на один из многочисленных
островков.
Остров оказался обитаемым. А
первым встречным, как назло, поли
цейский.
— Имя! — потребовал он, подозри
тельно разглядывая мою еще не про
сохшую одежду.
— Тит Ливий Марципан! — точно
по легенде заявил я.
— Поэт что ли? — слегка рассла
бился коп.
— Да, вы угадали. Я поэт, я живу
на белом свете.
Это была одна из странных и со
вершенно нелогичных традиций
Алии. Поэты носили вычурные имена
и обязаны были каждые полгода ме
нять место жительства.
— А вырядилсято чего так? —
стражу орядка не слишком нравились
мои домотканые брюки и косово
ротка.
— Посещал экодеревню, хотел
быть ближе к земле. Почувствовать
дух простых тружеников, слиться с
природой. Сюда вплавь добрался.
— Аа, это вдохновение что ли ис
кал? — На всех планетах копы, по
крайней мере, рядовые патрульные,
на удивление интеллектуальны.
— Да, вот послушайте, — я уже
приготовился читать древнее «Зима.
Крестьянин, торжествуя...», но был
остановлен красноречивым жестом.
— Здесь надолго останешься?
— Как получится. Я пока не ре
шил. А есть ли на этом благословен
ном острове портал?
— Конечно. Но зачем тебе?
— Вы разве не знаете? — на удачу
спросил я.
— Ну… — Полицейский смутился.
— Нам вроде объясняли. Муки изза
творчества, там, еще чушь какаято.
— Вот! — Я выглядел победителем.
— Ладно, топай давай!
Все шло как по маслу. Легенда ра
ботала. Еще немного везения — и я
пройду через устройство великого
Алия!
Поселок по здешним меркам был
небольшим. Миновав несколько ок
раинных домов, я вышел на ведущий
к центральной площади бульвар и тут
же столкнулся со стайкой ребятишек.
Они сразу сообразили, что к чему:
— Поэт, поэт, расскажи сказку!
Отказывать детям было не приня
то. Беседы с ними были чемто вроде
общественной повинности.
— Я не детский поэт, — попытался
отбрыкаться я.
— Все равно. Ты должен знать ми
нимум семь сказок, — заявила девоч
ка, выглядевшая чуть старше осталь
ных.
— Ну что ж. Слушайте, — сказал я,
усаживаясь прямо на траву. Малыши
разместились полукругом и замолкли.
— ...принеситека мне, звери, ва
ших детушек, я сегодня их за ужином
скушаю! — когда я дошел до этого ме
ста, раздался многоголосый рев.
— Уходи! — проговорила сквозь
всхлипывания все та же девчонка. —
Это плохая сказка. Такие нельзя рас
сказывать.
— Почему? Она же хорошо конча
ется!
— Потому что тараканы ели детей!
— зарыдала она с новой силой.
Господи! Какой же я идиот! Как
можно было забыть, что в свое время
Алия подверглась жесточайшей атаке
инсектов.
Никогда я еще не был так близок к
провалу. Стоило хоть одному из детей
пожаловаться на странного поэта ро
дителям, и мной занялись бы уже все
рьез. Я припустил по бульвару, но
ближе к площади сбавил темп и пере
шел на прогулочный шаг.
Портал — аскетичная стальная
рамка — стоял в центре двухцветного
«ЗС»Фантастика №1,2006
76
круга. Подходить полагалось по чер
ной половине. А белый сегмент, на
который ступал прошедший рамку че
ловек, видимо символизировал об
новление.
Гвардеец в большой мохнатой
черной шапке, красном мундире и
начищенных до невыносимого блес
ка сапогах только казался изваяни
ем. Он пришел в движение в тот мо
мент, когда я остановился на грани
це черного полукружия. Караульный
опустил древнего вида ружье к ноге и
вытянул вперед левую руку. Прямо в
воздухе возник экран. Где были
спрятаны сканеры, я так и не дога
дался, но через мгновение на мони
торе появилась моя фотография и
персональные данные. Наши хакеры
сумелитаки засунуть их в алийскую
базу данных.
— Тит Ливий Марципан! Вас ждет
великий Алий! — нудным голосом
произнес ритуальную фразу гвардеец.
Вот оно! Получилось! Я уже со
брался двинуться к рамке, как охран
ник, похоже, ему было ужасно скуч
но, попросил:
— Поэт, прочитайте чтонибудь, а?
— Сговорились они что ли, — про
бормотал я и продекламировал, соби
раясь обойтись небольшим отрывком:
А жизнь только слово,
Есть лишь любовь, и есть смерть.
Эй, а кто будет петь, если все будут
спать?
Смерть стоит того, чтобы жить,
А любовь — того, чтобы ждать.
Висевший в воздухе экран нео
жиданно замигал, и на нем высвети
лась предупреждающая надпись:
Критическое сочетание и количест
во слов «любовь», «жизнь», «смерть»
на единицу текста. Проводится уг
лубленная проверка Тита Ливия
Марципана.
Чем она закончится, я ждать не
стал и рванул к порталу. Реакция
гвардейца оказалась мгновенной, но и
меня готовили не зря. Выстрел попал
мне в левую ногу, когда я уже кубарем
выкатывался из рамки.
— Стоять! — заорал караульный,
бросая ружье и прыгая на меня, слов
но гепард.
Несчастного парня наверняка
контузило — я взорвался, когда он
еще был в полете.
Я вышел из сортира и постарался
как можно незаметнее присоединить
ся к нашей группе. Не тутто было.
— Поприветствуем Сергея! — за
хлопал в ладоши Авен. — Молодой че
ловек, расскажите нам, теперьто вы
знаете, как ходили в туалет наши
предки. А то я уже не могу слушать
про трехпольную систему древних
алийских крестьян.
Экскурсовод замолчал, и все уста
вились на меня.
— Неужели вы не читали знамени
тую работу «Туалеты в культурах на
родов галактики»? — изобразил я
удивление. — Ею зачитывалась вся
интеллектуальная элита Федерации, а
в некоторых гуманитарных учебных
заведениях ее ввели в обязательный
курс.
— Я больше доверяю первоисточ
нику, — ничуть не смутился банкир.
— Но еще лучше собственный
опыт, — улыбнулся я. И обратился к
гиду: — Можно организовать кружеч
ку молока для господина Авена?
— Ну негодяй! — восхитился бан
кир. — А еще говорят, нынешняя мо
лодежь ни на что не годится. Один
ноль в твою пользу.
Когдато на Алии был развит внут
ренний туризм, но с объединением
планеты в одно государство он захи
рел. Позже власти додумались, что на
до сохранять некие очаги националь
ной культуры хотя бы в качестве музе
ев. Так появилась и эта экодеревня.
Как я узнал, алийцы ее посещали не
часто, и потому было очевидно, что в
сувенирную лавку товары завезли
специально для нас.
— Какая интересная одежда, —
сказал я, щупая грубую ткань про
сторных брюк. — Дайтека мне два
комплекта. Будет в чем заявиться на
Золотой маскарад.
— Ой, и ты там будешь! — обрадо
валась одна из дочек Авена. — А в
прошлом году я тебя не помню.
— Я тогда слишком быстро напил
Д. Попов Портал Великого Алия
«ЗС»Фантастика №1,2006
77
«ЗС»Фантастика №1,2006
78
Д. Попов Портал Великого Алия
ся, — усмехнулся я. — Кстати, тебе
нравятся эти бусы?
Седой продавец тут же принялся
расхваливать товар:
— Это чешуя рыбы Шу. Самого
страшного морского хищника. Эта
рыба может выползать на берег и на
падать на людей. Украшения из чешуи
дарят их владельцу силу, здоровье и
привлекательность. Берите, отдам
совсем недорого.
Авен купил себе топор. Настоя
щий боевой, как ему сказали.
Такого дохода от туристов деревня
еще не получала. Когда мы уходили,
наша группа была похоже на орду вар
варов, только что разграбивших посе
ление. Разве что в полон мы никого не
взяли.
— Уважаемые господа, — обратил
ся к нам гид, когда мы уже подлетали
к гостинице. — Я надеюсь, что про
гулка вас не слишком утомила и при
глашаю после обеда, через два часа,
отправиться в самое знаменитое со
брание произведений искусства на
планете — Галерею Красоты. Смею
вас заверить, экскурсия не будет уто
мительной.
И действительно, посещение му
зея походило на отдых. Здание было
выполнено в форме огромного шара.
На полу стояли небольшие кабинки —
индивидуальные, двух, трех и четы
рехместные.
— Прошу вас рассаживаться, —
сказал гид. — На дисплее вы увидите
меню и сможете выбрать тип экскур
сии. Можно заказать обзорный про
смотр по основным вехам развития
искусства Алии, можно — тематичес
кий, можно подробно познакомится с
одним из интересующих вас направ
лений.
Я выбрал обзорный вариант, и ка
бинка взлетела. Она перемещалась от
экспоната к экспонату — некоторые
были закреплены на стенах шара, не
которые висели прямо в воздухе — и
приятный женский голос давал крат
кую справку по каждому из них.
Наверное, у каждой расы есть свои
мадонны. Я долго любовался карти
ной, написанной около шестисот лет
назад, — портретом простой женщи
ны. Самое обычное открытое лицо,
прическа без изысков, скромная
одежда. И еще чтото совершенно не
уловимое. Чтото словно магнитом
притягивающее взгляд.
А вот современное искусство Алии
меня ничуть не порадовало. Техника
рисунка становилась все более совер
шенной, скульпторы, казалось, могли
вылепить что угодно. И все же это бы
ли лишь поделки очень опытных мас
теровых. Кудато исчезла та самая ис
корка, от которой в душе зрителя раз
горается пламя сопереживания.
Я приказал кабинке вернуться к
более старым экспонатам, опять дви
нуться к новым векам и попытался
определить период, когда, по моим
субъективным ощущениям, настоя
щее искусство умерло. Впрочем, до
гадка у меня уже созрела.
После ужина в отеле я отправился
гулять с дочками Авена. Похоже, на
нас всетаки подействовало посеще
ние Галереи Красоты, поскольку бол
тали мы на весьма отвлеченные и воз
вышенные темы. И даже когда в од
ном из многочисленных переулков
старого города дорогу нам заступили
трое крепких парней, я на удивление
вежливо осведомился:
— Что вам угодно?
— Нам угодно, — пародируя меня,
заявил одетый в темный просторный
комбинезон и тяжелые ботинки лы
сый громила, — чтобы ты, огрызок,
девочками поделился.
Приятели этого урода хохотнули.
Они явно чувствовали свое превос
ходство в силе и предвкушали нехит
рое развлечение.
Вот и верь после этого людям! Наш
гид утверждал, что с уличной преступ
ностью, по крайней мере здесь, в сто
лице, фактически покончено. Я не
много сместился вперед, чтобы близ
няшки оказались у меня за спиной.
— Шли бы вы мальчики, — мак
симально нейтральным тоном про
изнес я.
— Ты тупой что ли? А ну вали!
С этими словами предводитель
троицы попытался ткнуть меня в
«ЗС»Фантастика №1,2006
79
грудь ладонью. И тут же оказался на
земле. Но мгновенно вскочил. Мне не
только не удалось сломать ему руку,
но даже хоть скольконибудь заметно
повредить ее!
— Брыкается, тварь! — лысый
хмыкнул. — Ща мы тебя поучим!
Майор Веденеев рекомендовал не
включаться до тех пор, пока есть такая
возможность. Я честно держался на
базовых приемах около минуты. Но
парни оказались не промах. Даже че
ресчур не промах для простого хули
ганья. Отлетая от меня, они профес
сионально группировались и тут же
вновь выходили в стойку. Дочки Аве
на, вместо того, чтобы бежать за под
могой, прижались к стене и истошно
визжали. Я начал выдыхаться, пропу
стил акцентированный удар по бедру
и рухнул на колени. Еще через миг ме
ня уже банально топтали. И тогда я
включился.
Со стороны это выглядело, словно
между трех избивавших меня парней
возник вихрь. Скорость моих движе
ний стала почти недоступна человече
скому глазу. Лысого я вырубил ударом
по горлу, его дружку сломал ключицу,
а третьего подсек. И пока он падал, я
подпрыгнул и двумя ногами припеча
тал его к земле.
— Очень пить хочется. Да и съесть
чегонибудь тоже, — сказал я дочкам
Авена. Боевой режим довольно быст
ро высасывал силы. Обычно агентов
бойцов непосредственно перед зада
нием накачивали стимуляторами.
— Ой, Сергей, ты настоящий су
пермен! Где ты так научился драться!
— наперебой затараторили девчонки.
В их глазах светилось восхищение.
— Пусть это будет моей маленькой
тайной, — подлил я масла в огонь. —
Пойдем отсюда.
Остаток вечера прошел без при
ключений. А намеки сестер на то, что
их папа наверняка сильно утомился, и
будет крепко спать, я упорно не пони
мал.
В номере меня ждало приглаше
ние на встречу с сенатором Дарием. В
число приглашенных также входили
банкир Авен, журналист Мин Кин и
владелец крупнейшей в Федерации
сети магазинов господин Спенсер.
Встреча должна была состояться завт
ра утром. Дарий в своем послании
вежливо извинялся, что прерывает
наш отдых, и выражал надежду, что
мы не откажемся провести с ним не
формальные переговоры, которые бу
дут способствовать и так далее и тому
подобное.
— Проходите господа. Рад, что вы
не отказали и согласились посетить
меня в моем скромном кабинете, —
это был тот самый, кивнувший мне в
прошлый раз, сенатор. — Еще раз
прошу прощения за беспокойство, но,
думаю, вам будет не менее интересно,
чем на экскурсиях.
— Скажите, — довольно резко на
чал Мин Кин, усаживаясь в глубокое
бархатное кресло. — Вся эта роскошь
считается у вас скромным кабинетом?
Вы же слуга народа!
— Я с удовольствием отвечу на все
ваши вопросы, — улыбнулся Дарий.
— Но сначала, по традиции, имею
щейся у многих народов галактики,
предлагаю выпить за встречу.
Одновременно с этим словами в
комнате появилась симпатичная мо
лоденькая девушка. Она ловко несла
поднос с высокими бокалами и стоя
щей в центре темной бутылью.
— Вот это да! — выдохнул Спен
сер, осушив свой фужер. Для торгово
го магната, о немногословии которого
слагали анекдоты, это была очень
длинная фраза.
Авен и Мин Кин совершенно оди
наково зажмурили глаза от удовольст
вия и откинулись в креслах. И лишь
через полминуты я понял, что они уже
не жмурятся, а просто спят. Свесил
голову на грудь и наш молчун.
— Вот теперь можно и поговорить,
— произнес сенатор.
— Весьма интригующе, — подбод
рил я.
— Дело в том, Сергей, что мне из
вестно кто вы и зачем прибыли на
Алию. Если бы не я, вас бы уже давно
упаковали также красиво, как и троих
ваших предшественников.
— И теперь вы намерены меня пе
ревербовать?
— Нет. Просто завербовать. Мне
«ЗС»Фантастика №1,2006
80
Д. Попов Портал Великого Алия
нужны ваши услуги здесь. А вы взамен
получите то, к чему стремились.
— Выбора у меня нет. Я правильно
понял?
— Вы же философ! Если я просто
скажу, что выбора нет — это ограни
чение вашей свободы. Но если я обри
сую ситуацию, и вы осознаете, что вы
бора нет — это уже свобода. Та самая,
которая осознанная необходимость.
— Не совсем так, — уточнил я. —
Но можно ближе к делу?
— Можно, извините, — Дарий
встал и налил мне еще. — Да вы не
бойтесь, дело не вине, а в бокалах. Так
вот. Вы ведь и сами пришли к неким
выводам о сути порталов? Впрочем,
слушайте. Алий был уникальным для
своего времени ученым — специалис
том не в одной области, как большин
ство его коллег, а сразу в нескольких.
И он нашел вместилище души.
— О как! А бога он не нашел?
— Ну, хорошо, — поправился се
натор, посмотрев на меня с осуждени
ем. — Он определил зону мозга, отве
чающую за так называемые вечные
вопросы. Да, да. Все эти рассуждения
о смысле жизни порождаются в одной
единственной и четко очерченной об
ласти под нашей черепной коробкой.
И самое главное, Алий научился глу
шить эту область!
Пока я обдумывал услышанное,
Дарий отошел к окну. Прижался
лбом к стеклу, постоял немного,
словно собираясь с мыслями, а потом
обернулся:
— Понимаете вы или нет! — поч
ти выкрикнул он. — Вся планета жи
вет и не задумывается — зачем? Они
не тупые, нет. Они умные. Настоль
ко умные, что понимают, выгоднее
быть послушными. Устройство Алия
лишь освобождает от душевных мук.
И все идет по плану. Строятся дома,
рождаются дети, развивается наука,
пишутся стихи и картины. Но вы ви
дели эти картины! Любовь здесь
больше не живет, а вся наука зани
мается только тем, как сделать
жизнь еще сытнее. Но мы дегради
руем. В биороботов превращаемся.
Пока еще не заметно, но процесс
пошел.
— А вы, Дарий?
— В сенаторы отбирают еще с дет
ства. Ребенка во время обряда Шага в
мир проводят через выключенный
портал. Но об этом знает только огра
ниченный круг лиц. За воспитанием
малыша следят, потом забирают в
особую школу. В конечном итоге он
становится одним из нас.
— И вынужден мучиться, управляя
планетой людей с кастрированной ду
шой...
— Жестокий, но точный образ.
У Дария на столе замигал экран. А
меня вдруг словно окатили кипятком.
Я вскрикнул и дернулся, но боль тут
же прошла.
Сенатор оторвался от коммуника
тора и уставился на меня.
— Интересно, — задумчиво протя
нул он. — Что ж. С одной стороны это
упрощает дело.
— Чтото случилось? — поинтере
совался я. — Ваш заговор раскрыт?
— Нет. Пока нет. Сергей, скажите,
а что вы собирались делать после по
лучения информации по порталу?
— У меня три варианта, как раздо
быть данные.
— Я спрашиваю, что — потом?
— Собственно, я должен запо
лучить ноухау, — недоуменно произ
нес я.
— Все ясно, — грустно произнес
Дарий. — Я только что видел вашего
клона. Он выполнил задание. Теперь
ваша очередь.
— Я все еще не понимаю сути.
— Когда сюда прилетели первые
шпионы, я еще не был готов. Теперь
мне удалось убедить сенат создать,
якобы в целях безопасности, единый
центр управления порталами. Про
грамма существует в одном экземпля
ре. Восстановить ее не сможет никто.
Резервную копию я давно уничтожил.
А вы должны уничтожить главный
компьютер.
— Вы ввергнете свою планету в ха
ос! Через поколение здесь начнется
дикий разброд.
— Да, — тихо сказал Дарий. — Но
вы, ваши народы, сумели выжить и
остаться людьми. Пусть вы и баланси
руете постоянно на краю бездны. А
«ЗС»Фантастика №1,2006
81
мы... Возможно, мы никогда не при
дем к такой стабильности, как сейчас,
но Алия станет живой планетой.
— Зачем вам я?
— Я сам не смогу взорвать ком
пьютер. У всех допущенных к нему —
психокодирование.
— Предположим, я согласен. Я не
агитатор. И ваши проблемы — это ва
ши проблемы.
— Вы скачаете себе в мозг нужные
файлы, заложите взрывчатку и уйдете,
— отводя глаза в сторону, сказал Да
рий. — Зал управления под нашим
зданием.
— Выпьем на дорожку? — предло
жил я.
— Выпьем, — согласился сенатор.
— Охрана, конечно, так себе — оппо
зиционеров или просто недовольных
у нас быть не может. Но убивать при
дется. Надеюсь, стреляете вы не хуже,
чем деретесь. Вы, кстати, здорово мо
их ребят покалечили.
— Честно говоря, мне не приходи
лось убивать. И не хотелось бы.
— Абсолютная свобода выбора —
или вы, или вас, — проговорил Дарий,
вытащил изпод стола сумку с оружи
ем и немедленно выпил.
Из лифта, который привез нас
глубоко под землю, мы вышли в не
большой серый коридор, заканчива
ющийся массивной дверью. Рядом с
ней стояли двое охранников. Дарий,
улыбаясь, пошел вперед. Руки он
держал за спиной. В правой был из
лучатель. Заметив меня, охранники
попытались взять оружие на изго
товку, но сенатор опередил их. Два
тела тихо сползли на пол. Раны ды
мились, и я закашлялся.
— Включайтесь, Сергей! — при
крикнул на меня Дарий.
— Поехали! — ответил я, когда бы
ла открыта дверь.
Древнее искусство качать маят
ник, значительно усовершенствован
ное за столетия, да плюс современные
технологии повышения физических
возможностей... Я даже не уверен, за
метил ли меня второй пост охраны. То
есть парни, конечно, открыли
шквальный беспорядочный огонь, но
понять, кто их убил, скорее всего не
смогли.
Дарий подошел ко мне хромая. Его
всетаки зацепило.
— Вас очень хорошо готовят, —
сказал он, морщась от боли. — Мы
идем даже быстрее графика.
Сенатор, как и в первый раз, за
брал ключи у охранника, и мы во
шли в компьютерный зал. Я ожидал
увидеть чтонибудь фантастическое.
Например, плавающий посреди
комнаты малиновый шар позитрон
ного мозга, бьющие из него столбы
света, или, на худой конец — экран
во всю стену с картой Алии и точка
ми порталов. Все оказалось куда ба
нальнее примитивная стойка с си
стемным блоком и голографический
монитор перед офисного вида крес
лом.
Мне даже стало не по себе от обы
денности происходящего — Дарий
ввел пароль, я подключился к систе
ме. Через минуту все было закончено.
Голова болела невыносимо. Я при
крепил к корпусу компьютера полу
ченную от Дария мину, выставил вре
мя и тут сенатор сбил меня с ног:
— Не смей! — заорал он и протя
нул руку, чтобы отключить бомбу.
Нажать кнопку он не успел. Я дер
нул его за раненую ногу, и Дарий ока
зался на полу рядом со мной.
— Психокодирование, — ворчал я,
связывая брыкающегося противника.
— Тащи его теперь на себе.
Но нести сенатора мне не при
шлось. Я взвалил его себе на плечо,
отметил, что прошла голова, а значит,
данные обработаны и упакованы, и
взорвался.
— Майор, какого черта вы не ска
зали мне про эффект близнецов, —
сказал я вместо приветствия, когда
меня вызвал Веденеев. — Лежу, нико
го не трогаю, фильм смотрю, и вдруг
меня словно ошпарили, а потом еще раз.
— Да мы и сами не знали, что вы
смерть клонов почувствуете, — отве
тил Натан. И виновато добавил: — Я
«ЗС»Фантастика №1,2006
82
же говорил, вы у нас первопроходец.
А теперь — расшифровка.
Я взял в руки диск, на котором бы
ли записаны добытые моими клонами
сведения. Когда взрывалось их тело,
на «Скайуокер» уходил пакет данных.
Даже если алийцы могли бы отсле
дить передачу, заглушить ее они не ус
певали. Теперь эти файлы нужно бы
ло записать в мой мозг. Другого вари
анта декодирования просто не суще
ствовало — ведь именно я был «от
цом» клонов и, соответственно, клю
чом к информации.
— Ну что ж, начнем? — сказал я. —
Мне уже порядком надоела ваша гос
тиница.
Процедура проходила все в том же
пыточном, как я его назвал, кабинете.
На этот раз она заняла всего около
двух часов, но вымотан я был, как по
сле марафона.
— Коктейля? — предложил мне
техник, когда я, шатаясь, встал с
кресла.
— Спать, — буркнул я.
Веденееву выспаться не удалось.
Утром он был зеленоватого оттенка, и
от него ощутимо несло перегаром.
— Вам, Сергей, будет очень обид
но, если я скажу, что миссия провали
лась? — спросил он.
— Но ведь...
— Я спрашиваю — обидно или
нет?
— Знаете, майор, а вы мне нрави
тесь, — сказал я, наконец сообразив, в
чем дело. — Вам тоже не пришлось по
душе устройство великого Алия?
— В гробу я видел такие устрой
ства!
— Ну надо же! В разведке служат
благородные романтики! — съязвил я.
— Марш мозги промывать! —
рявкнул Веденеев.
— Есть, сэр! — в тон ему ответил я.
В правление закрытого акционер
ного общества «Грина» входили четы
ре человека — я, профессор Аврелий,
бывший майор Веденеев и его друг.
Тот самый техник, что предложил мне
коктейль. Парень оказался не промах.
Именно он, роясь в моих мозгах, до
думался, как превратить портал в уст
ройство для консервации замечатель
ных свойств травы.
Дела у нас шли неплохо.
ОБ АВТОРЕ:
Дмитрий Попов родился в 1971 году в Москве. Детство провел на Волге и
в Днепродзержинске на Украине. Проучился один курс в МАИ, отслужил в по-
граничных войсках. Профессиональный журналист, окончил заочное отделе-
ние журфака МГУ. В настоящее время — заместитель директора Службы ин-
формации газеты «Московский комсомолец». По собственному признанию,
фантастикой увлекается с раннего детства, однако впервые рискнул сам
написать НФ-рассказ, только уже приобретя большой журналистский опыт.
Принимал участие в ряде сетевых конкурсов, первой же жанровой публикаци-
ей в большой печати стал рассказ «Быть сильным», победивший на конкур-
се журнала «Если» «Альтернативная реальность» (2004). С тех пор опубли-
ковал еще несколько рассказов в периодической печати.
Д. Попов Портал Великого Алия
«ЗС»Фантастика №1,2006
83
Пролог
В тот год случилась небывалая засуха в
центральной Африке и юговосточной Азии,
и Большой Совет Земли впервые за много де
сятилетий вынужден был значительно уре
зать средства, выделяемые на космические
полеты и исследования. В официальном ре
шении Большого Совета Земли особо огова
ривалось требование к Космическому Цент
ру провести основные сокращения расходов
за счет перспективных исследований, сведя
к минимуму сокращение обычных полетов в
пределах Солнечной системы. В помощь ру
ководству Космического Центра, для облег
чения принятия болезненных решений, была
командирована большая группа экономис
тов. При этом все прекрасно понимали, что
основной целью этой «помощи» является ре
визия расходных статей бюджета.
Уже в самом начале своей деятельнос
ти, очевидно, в соответствии с получен
ными инструкциями, ревизоры потребова
ли сворачивания работ и отправки на пен
сию большой группы ученых, в основном из
числа тех, кто занимался проблемами кос
мических кораблей, возврат которых пре
дусматривался через двести Земных лет и
больше. Далее ревизоры стали скрупулезно
просматривать каждую статью расходов
в отдельности и обнаружили, что уже
пятнадцать лет Администрация Космиче
ского Центра перечисляет значительные
средства в одну из самых комфортабель
ных частных психиатрических клиник
Земли на содержание и лечение человека,
заурядная фамилия которого Смит ревизо
рам ни о чем не говорила. Ревизоры потре
бовали закрыть эту статью расхода, а че
ловека перевести в обычную психиатриче
скую лечебницу.
Спустя пару месяцев после прибытия
Смита в обычную психиатрическую боль
ницу, он был подвергнут серии рутинных
проверок, которые не обнаружили в его
психике никаких заметных отклонений.
Принятие окончательного решения ослож
нялось тем, что частная психиатрическая
клиника, где его лечили до сих пор, вместо
подробной истории болезни, представила
только скупую выписку: поступил тогда
то, выписан тогдато, диагноз указан не
был. Специалисты психиатрической боль
ницы, куда он поступил, рекомендовали
выписать больного из больницы. Перед са
мой выпиской состоялась беседа с больным
его лечащего врача — беседа, которая не
смогла внести ясности, почему и от чего
его лечили полтора десятка лет. Сам па
циент объяснял свое пребывание в клинике
Иосиф Письменный
Маневр на орбите
Из цикла «Рассказы о звездолетах из будущего»
«ЗС»Фантастика №1,2006
84
И.Письменный Маневр на орбите
тем, что поступил туда изза сильной де
прессии, вызванной переутомлением на ра
боте. Лечение, как он считает, оказалось
успешным, однако о нем все забыли и по
инерции продолжали держать в клинике.
Он будет очень рад выйти из больницы и
благодарен за это всем врачам. Никаких
жалоб ни на здоровье, ни на лечение, ни
на питание — у него не имеется.
В конце концов, странному пациенту
была назначено пособие для обеспечения про
житочного минимума, и его выписали из
больницы.
На получаемые деньги он снял комнату в
частном пансионе небольшого городка, в ко
тором проживало большинство сотрудни
ков Космического Центра. Первую половину
дня он проводил в своей комнате, занимаясь
какимито математическими выкладками,
а после этого совершал неторопливые про
гулки по городскому парку или по берегу реч
ки. Ни с кем в беседы не вступал и никаких
знакомств не заводил...
1.
В редакцию солидного научного
журнала «Физика космических поле
тов» пришла статья ранее неизвестного
ученого Виктора Смита. В ответном
письме новому автору Координатор ре
цензирования в вежливой форме по
благодарил доктора Смита за то, что он
прислал свою работу именно в их жур
нал, однако доброжелательно посове
товал доктору Смиту сначала напра
вить статью в качестве доклада на бли
жайшую конференцию по теме статьи.
Это позволит доктору Смиту выслу
шать мнение самой квалифицирован
ной и обширной аудитории, и, если
участники конференции рекомендуют
доклад для публикации именно в их
журнале, то редакция с удовольствием
напечатает у себя эту работу.
Автор статьи, подписавшийся как
Виктор Смит и вежливо названный
Координатором доктором Смитом,
понял, что Координатор рецензирова
ния в его статью даже не заглядывал и
никому на рецензию не направлял.
Автор статьи понял также, что за
то время, которое он провел в лечеб
нице, порядки в научных журналах
нисколько не изменились: журналы
пуще всего боялись печатать новые,
необкатанные материалы. Если же
статья будет полна ошибочных поло
жений, но рекомендована конферен
цией (читай: руководством конфе
ренции), то спрос тогда будет не с
редколлегии журнала, а с конферен
ции — и такую статью напечатают с
превеликим удовольствием. Однако
деваться было некуда, и Смит послал
свой доклад оргкомитету ближайше
го симпозиума по физике космичес
ких полетов.
За месяц до начала симпозиума
Виктор Смит получил вежливое пись
мо от Председателя симпозиума — к
сожалению, на основании получен
ных рецензий, Ваш доклад пришлось
отклонить, поскольку он не соответ
ствует традиционно высокому уровню
нашего симпозиума. Тем не менее,
мы надеемся, что Вы примете участие
в работе нашего симпозиума как в
этом году, так и в ближайшие годы.
Кстати, если Вы пожелаете, то выпис
ки из рецензий могут быть направле
ны в Ваш адрес. Виктор Смит пожелал, чтобы ему
как можно скорее прислали выписки
из рецензий на его доклад.
Наиболее резок и категоричен был
рецензент номер 1: доклад следует от
клонить, поскольку проблемы, в нем
рассматриваемой, в космических по
летах простонапросто не существует.
Из безаппеляционности такого ут
верждения, Смит понял, что рецен
зент номер 1 является одним из глав
ных корифеев в современной теории
космических полетов.
Рецензент номер 2 не стал утверж
дать, что такой проблемы в космичес
ких полетах простонапросто не су
ществует. Он вальяжно поотечески
пожурил молодого автора за то, что,
судя по списку литературы по данно
му вопросу, помещенному в чернови
ке доклада, автор черновика не зна
ком с основополагающими работами
в данной области и в частности далее
шел длинный список работ, очевид
но, самого рецензента и его научного
руководителя. Виктор Смит понял,
что имеет дело с аспирантом или че
ловеком, только недавно получившим
докторскую степень.
«ЗС»Фантастика №1,2006
85
Единственным человеком, дейст
вительно пожелавшим разобраться в
выкладках Смита, был рецензент но
мер 3. Этот ученый поставил под со
мнение правомочность некоторых
выкладок. Поразмыслив немного,
Смит понял, что, в сущности, рецен
зент номер 3 прав: желая уложиться в
жесткие ограничения по объему до
клада, Смит существенно сократил
изложение вывода основной форму
лы, перепрыгнув через несколько
промежуточных выкладок, чего, как
он теперь понял, делать не следовало.
В течение трех дней Смит написал
аргументированное возражение на ре
шение по его докладу и направил его
Председателю симпозиума. В своем
письме он просил Председателя озна
комить всех рецензентов с его возра
жениями и пересмотреть решение по
его докладу.
В частности, в этом письме Смит
писал:
— На утверждение рецензента но
мер 1: рассматриваемая проблема не
только существует, но даже имеет свое
наименование «задача КовалеваПа
ломбо». Поскольку решить ее аналити
чески в общем виде до сих пор никому
не удавалось, то Ковалев и Паломбо
почти одновременно предложили свои
методы численного решения, которы
ми все пользуются до настоящего вре
мени. В присланном докладе впервые
изложено найденное автором аналити
ческое решение этой задачи. Впрочем,
все это уже было сказано автором в
присланном черновике доклада, смот
ри раздел «Введение».
— По поводу рекомендации ре
цензента номер 2: автор благодарит за
список рекомендованных для изуче
ния работ, но, к сожалению, ни одна
из них не может помочь в решении
поставленной задачи. Именно поэто
му автор и не ссылается на них в спи
ске литературы по данному вопросу.
Кроме того, все эти работы в теорети
ческом плане, как правило, являются
вторичными и используют материалы
из прилагаемого списка работ двадца
ти, тридцати, и сорокалетней давнос
ти. Поэтому автор, в свою очередь, ре
комендует рецензенту номер 2 в даль
нейшем ссылаться не на компилятор
ские работы, а на первоисточники из
списка автора доклада.
— Рецензенту номер 3: от всей ду
ши благодарю за то, что разобрались в
выкладках доклада и указали на его
недостаток: недостаточную обосно
ванность правомочности некоторых
промежуточных формул. Ниже при
ложен черновик второй версии докла
да с исправлениями, сделанными по
замечаниям рецензента номер 3.
Вскоре пришел ответ от Председа
теля симпозиума — к сожалению, Ваш
доклад не может быть принят изза от
сутствия времени до начала симпозиу
ма для его исправления и повторного
рецензирования. Вы имеете право по
вторной присылки доклада на симпо
зиум, который состоится в следующем
году. При этом от себя лично советую
Вам учесть все замечания, сделанные
нашими рецензентами.
2.
На симпозиум, который дол
жен был состояться в следующем го
ду, Смит прислал уже два доклада:
один — уже известный нам и неудач
но посылавшийся на симпозиум про
шлого года (с исправлениями, сделан
ными по замечаниям рецензента но
мер 3) и новый доклад на новую тему.
В качестве новой темы Смит взял од
ну из нерешенных задач двадцатилет
ней давности, решение которой
(впрочем, так же, как еще нескольких
подобных задач) ему удалось найти за
время длительного пребывания в ча
стной психиатрической клинике.
Посылая два доклада, Смит наде
ялся, что в этом случае вероятность
положительного исхода хотя бы по
одному из них будет в два раза выше,
чем при одном докладе — и ошибся!
Он опять получил на каждый до
клад по три отрицательных рецензии.
Вернее, на второй доклад было напи
сано четыре рецензии. Первоначаль
но было получено две разгромные и
одна положительная, причем весьма
короткая и даже эмоциональная.
Но об этой рецензии ни председа
тель секции, ни Председатель симпо
зиума автору не стали сообщать. Они
«ЗС»Фантастика №1,2006
86
И.Письменный Маневр на орбите
благоразумно направили доклад чет
вертому рецензенту, который напи
сал свою разгромную рецензию, еще
похлеще двух других разгромных ре
цензий.
И опять Смит писал свои возраже
ния рецензентам, и снова Председа
тель симпозиума отвечал ему, что, к
сожалению, оба доклада не могут
быть приняты, несмотря на возраже
ния автора, поскольку нет времени до
начала симпозиума на исправления и
повторное рецензирование. Впрочем,
автор имеет полное право повторно
прислать свой доклад на симпозиум,
который состоится в следующем году.
Председатель надеется, что на этот
раз автору больше повезет, поскольку
в следующем году, в соответствии с
Положением о симпозиумах (смотри
те пункт Положения о ротации кад
ров), будут другие председатели сек
ций и другой Председатель симпозиу
ма. Со своей стороны, Председатель
советует автору учесть все замечания,
сделанные рецензентами.
Прочтя этот ответ, Смит несказан
но обрадовался — Председатель сим
позиума напомнил ему о существова
нии Положения о симпозиумах. Вряд
ли его меняли за прошедшее время. Так
и есть, в нем оставался пункт о том,
что, в случае несогласия с решением
рецензентов, докладчики имеют право
потребовать заслушать доклад в поряд
ке дискуссии. Когдато именно он, ны
не автор нескольких забракованных
докладов, будучи очередным Предсе
дателем симпозиума, внес этот пункт в
Положение о симпозиумах. Теперь он
знал, как ему следует поступать, если
его доклад снова будет отклонен.
3.
На следующий год Смит не
стал посылать ранее отклоненные до
клады. Он послал небольшое сообще
ние с анализом методических погреш
ностей, имеющих место при различ
ных методах решения задачи навига
ции в автономном полете. Это была
совершенно новая работа, как приня
то говорить пионерская работа, вы
полненная им уже после выписки из
больницы — на основании изучения
докладов, сделанных на последних
нескольких симпозиумах.
Но какойто злой рок преследовал
его — снова его доклад был отклонен.
Правда, теперь Смит знал, что ему
следует сделать. Он написал заявле
ние на имя Председателя с требовани
ем — на основании существующего
Положении о симпозиумах (см.
Пункт 32.2) заслушать его доклад в
порядке дискуссии.
И получил обескураживающий от
вет — почемуто от Юридического со
ветника Космического Центра —
Пункт 32.2 Положения о симпозиумах
следует считать утратившим силу де
факто поскольку он ни разу не приме
нялся с момента принятия Положения.
Надо было начинать все с начала.
Надо было чтото придумать.
Но что? Что?
Ничего стоящего в голову не при
ходило.
4.
Неожиданно Смит получил
письмо в конверте Космического
Центра. Некто в должности Замести
теля Руководителя Центра извещал
его, что, в связи с обновлением экспо
зиции исторического музея Центра,
хотел бы встретиться с доктором Сми
том. Если доктор Смит не возражает,
встреча могла бы состояться (следова
ло число и время) в кабинете Замести
теля Руководителя Центра (Админис
тративный корпус, кабинет номер та
който). Пропуск ему заказан. Если
же предложенное время или место
доктора Смита не устраивает, то
просьба договориться о встрече с сек
ретарем Заместителя Руководителя
Центра (телефоны такието).
В назначенный день Смит отпра
вился к центральной проходной Кос
мического Центра — пропуск ожидал
его на вахте. Едва Смит появился в
приемной Заместителя Руководителя
Центра, как секретарь немедленно до
ложила об этом своему шефу, и тот
попросил пригласить гостя в кабинет.
Как только Смит открыл дверь каби
нета, как хозяин кабинета встал изза
стола и пошел ему навстречу. Он про
вел гостя к низенькому столику в углу
«ЗС»Фантастика №1,2006
87
кабинета, усадил в одно из кресел,
стоящих возле столика, сам сел в дру
гое, демонстрируя этим дружеский
характер предстоящей беседы, и сразу
же заговорил:
— Руководство Центра решило об
новить экспозицию исторического
музея нашего Центра. Точнее сказать,
не всю экспозицию, а только ее часть.
Возможно, вы помните, в этом году
исполняется двадцать лет со дня от
правки одной чрезвычайно важной
экспедиции в будущее. Их полет был
рассчитан так, чтобы они возврати
лись на Землю, когда по бортовым ча
сам пройдет двадцать лет. Конечно,
когда они совершат свою посадку на
Землю, здесь пройдет несколько сто
летий. Тем не менее, мы посчитали,
что число «двадцать» наиболее подхо
дящее, чтобы отметить годовщину их
старта. Вы согласны со мной? — В общем, да… Согласен.
— Посмотрите, вот у меня подоб
раны некоторые материалы, касаю
щиеся этого полета. Вот снимок уча
стников полета, сделанный за неделю
до старта… А вот снимок участников
полета, сделанный в день старта… Вы
видите разницу? Вот здесь, за неделю
до старта Главный Теоретик экспеди
ции профессор Виктор Ковалев. А вот
здесь, в день старта — другой человек,
намного моложе его, ученик профес
сора Ковалева. Я пытался понять, чем
была вызвана эта замена. Разговари
вал со многими учеными и специали
стами, готовившими этот полет.
— И что же вы выяснили?
— Я выяснил, что профессор Ко
валев очень много работал в период
подготовки к полету, переутомился и
за несколько дней до старта сам по
просил руководство Космического
Центра заменить его своим молодым
и более физически подготовленным
учеником.
— И все?
— И все.
— А с самим профессором Ковале
вым Вы не пытались встретиться?
— Пытался, но не смог…
— Вот как!
— Да. После того, как Ковалева в
экипаже звездолета заменили другим
человеком, он исчез бесследно. Мо
жете ли Вы нам помочь в его поисках?
— А зачем он вам?
— Я же сказал, что мы собираем все
материалы, относящиеся к двадцатиле
тию легендарного старта. Воспомина
ния тех, кто участвовал в его подготов
ке. Сувениры, реликвии… Ну, напри
мер, вот эту свою книгу подарил мне
лично профессор Ковалев за три меся
ца до старта. Я очень горжусь этой над
писью, но тем, не менее, собираюсь пе
редать свою книгу в музей.
Доктор Смит взял книгу и стал ли
стать. На титульном листе он увидел
дарственную надпись: «Моему сту
денту и, надеюсь, продолжателю мое
го дела — Виктор Ковалев».
Смит полистал книгу, подержал ее
в руках и вспомнил. В этот день про
фессор Ковалев принимал экзамен у
студентовстаршекурсников. Во вре
мя экзамена привезли первые двад
цать экземпляров его книги из типо
графии. Профессор надписал восем
надцать из них — всем, кто сдавал эк
замен в этот день, — и после экзамена
вручил их студентам. Осталось еще
два экземпляра, и он взял оба себе одну книгу он сможет иметь под ру
кой в университете, вторую — в Кос
мическом Центре.
— Почему вы обратились ко мне?
— спросил Смит.
— Я читал черновики ваших до
кладов. Вот мои рецензии, может по
мните?
Зам. Руководителя Центра протя
нул гостю несколько листов бумаги.
Одна из рецензий была Смиту знако
ма — это был отзыв рецензента номер
3 на его первый доклад. Вторую он
раньше не видел:
«Снимаю шляпу перед мастерст
вом автора доклада. Рад буду услы
шать на симпозиуме сообщение о бле
стящем и неожиданно простом реше
нии давней и важной проблемы.»
— Странно… Эту рецензию я вижу
впервые. Мне ее не прислали.
— Я так и подумал, когда увидел,
что Ваш доклад не прошел.
— А где Ваша рецензия на мой тре
тий доклад? — спросил Смит.
— Третий доклад? Я его не читал...
«ЗС»Фантастика №1,2006
88
И.Письменный Маневр на орбите
Теперь все стало на свои места... Они
не стали посылать его мне на отзыв.
— Кто они?
— Ах, да. Вы ведь не знаете… Не
сколько лет тому назад произошло со
кращение штата сотрудников. Мно
гих мастодонтов отправили на пен
сию. Полностью обновилось руковод
ство Центра. Но в редколлегиях жур
налов и Президиумах конференций
старые боссы еще удерживают веду
щие позиции. Они все еще диктуют
политику журналов и конференций.
Думаю, что ко мне сначала Ваши до
клады попали изза неосторожности
когото из технических сотрудников.
Но потом этот промах исправили…
— И, тем не менее, какое это отно
шение имеет к профессору Ковалеву?
— Ковалев — это, кажется, поль
ская фамилия? Насколько я знаю, она
означает то же, что английская фами
лия Смит, не так ли? — Нет, польская была бы Коваль
ский... А Ковалев — русскоукраин
ская.
— Как это понимать?
— Кузнец — порусски, и коваль поукраински — это одна и та же про
фессия. Чисто русская фамилия была
бы Кузнецов, а чисто украинская —
Коваль или Ковальчук. А Ковалев —
это украинская фамилия с русским
окончанием.
— Не о том мы говорим… Я хотел
только отметить, что и английское
Смит, и Кузнецов, и Ковалев — это
одна и та же фамилия. Вы согласны?
— Это еще ни о чем не говорит, —
твердо сказал Смит. — Профессора
Ковалева больше нет, не существует,
он умер. Есть доктор Смит. И если
Вам будет угодно, он будет рад сотруд
ничать с Вами.
— Мне будет угодно, доктор Смит.
— Заместитель Руководителя Косми
ческого Центра встал и протянул гос
тю правую руку для пожатия. — Буду
счастлив сотрудничать с Вами.
5.
Доктор Смит был принят в Ко
смический Центр в теоретический от
дел на должность младшего научного
сотрудника.
— Я понимаю, что должен был бы
предложить вам более высокую долж
ность. Но на сегодняшний день это
все, что я могу себе позволить, — на
чал было оправдываться Зам. Руково
дителя Космического Центра, но
Смит перебил его.
— Пусть вас не смущают такие пу
стяки. Главное — я снова могу офици
ально заниматься любимым делом.
Когдато теоретическим отделом
руководил профессор Ковалев. Про
фессору пришлось преодолеть сильное
противодействие руководства Центра,
чтобы добиться своего перевода на
должность Главного Теоретика звездо
лета. И не просто звездолета, а именно
того звездолета, который, преодолев ог
ромные расстояния, через двадцать лет
по часам корабля должен будет возвра
титься на Землю, на которой за это вре
мя пройдет несколько столетий. Но он
своего добился.
И неожиданно, если верить преж
нему руководству Центра, перед са
мым полетом, всего за несколько дней
до старта у Ковалева произошел нерв
ный срыв… Главный Теоретик звездо
лета Ковалев сам попросил руковод
ство Космического Центра заменить
его одним из своих молодых и более
физически подготовленных учеников,
руководству ничего не оставалось, как
удовлетворить его просьбу.
Вновь назначенный Заместитель
Руководителя Центра тоже был одним
из учеников профессора Ковалева,
прослушал у профессора курс лекций,
сдавал ему экзамены, видел своего
учителя за несколько дней до отлета.
Именно поэтому он, как и большин
ство студентов и аспирантов универ
ситета из числа знавших профессора
лично, с недоверием восприняли из
вестие о том, их учитель, для которого
этот полет был целью всей жизни, сам
попросил руководство Космического
Центра заменить его.
Тем более странным показалось
ему, что сразу же после подачи заявле
ния с отказом от полета, профессор
Ковалев навсегда исчез в неизвестном
направлении.
В беседах с новым сотрудником
своего отдела доктором Смитом Заме
«ЗС»Фантастика №1,2006
89
ститель Руководителя Центра неза
метно пытался выяснить хоть какие
нибудь подробности этого странного
исчезновения.
Вот и сегодня он зашел к доктору
Смиту за четверть часа до конца рабо
чего дня.
— Я многое бы дал за то, чтобы уз
нать, над какой проблемой работал
профессор в последние дни перед вы
летом корабля, — осторожно заговорил
молодой руководитель со своим более
старшим по возрасту сотрудником.
— Если вы имеете в виду именно
профессора Ковалева, — неожиданно
улыбнулся Виктор Смит, — то я по
пробую предположить, что это могла
быть задача продолжительности поле
та в Земном времени. Вполне возмож
но, что Ковалев обнаружил, что эта за
дача имеет два реально возможных и
одинаково вероятных решения — по
ложительное и отрицательное.
— Но ведь и до него эту задачу
многократно решали и тоже находи
ли, что она имеет два решения поло
жительное и отрицательное! Отрица
тельное решение означало отрица
тельное время! Поэтому его отбрасы
вали, как нереальное из физических
соображений! Не так ли?
— Такто оно так, но, давайте все
же предположим, что Ковалев пред
ложил новое истолкование этого ре
шения и взял на себя смелость за
явить, что отрицательный отрезок
времени на Земле соответствует поло
жительному ходу времени на корабле!
Что он вполне физически реален!
Предположим, что он пришел к тако
му заключению. Что тогда?
— Пошли ко мне в кабинет, —
вместо ответа неожиданно предложил
шеф.
Они вместе прошли в кабинет За
местителя Руководителя Центра. Хозя
ин кабинета открыл ключом свой сейф,
достал с самого низа нижней полки не
сколько листов математических выкла
док и протянул их Смиту. Тот бегло
просмотрел записи и прочел дважды
подчеркнутую фразу в самом конце за
писей: «Оба решения равновероятны!»
Они помолчали. Смит молча рас
сматривая листки бумаги, хозяин ка
бинета — изучая выражение лица
Смита.
— Чарли, — сказал, наконец,
Смит. — Черт подери, ты молодец,
Чарли! Что ты предлагаешь?
В этот день Смит впервые назвал
своего начальника по имени.
6.
— Что ты предлагаешь, Чарли?
— Я предлагаю начать подготовку
нового старта. В котором мы должны
учесть все ошибки того старта. Именно
для этого я разыскал Вас, профессор, и
пригласил сюда. Одному мне не спра
виться, мне нужен строгий критик: оп
понент и союзник в одном лице!
— Прекрасно! С чего ты думаешь
начать?
— Для начала меня интересуют
модель встречи Земли и стартовав
шего с Земли звездолета в том случае,
если после старта звездолета с Земли
направления времени на Земле и в
звездолете будут иметь противопо
ложные знаки. Могли бы Вы постро
ить предположительную модель та
кой встречи?
— Назовем эту проблему задачей
встречи двух небесных тел разной
массы, у которых время имеет проти
воположные знаки. Согласны?
— Да.
— Я построил нескольких таких мо
делей. Наиболее реальна следующая.
Направления времени у этих небесных
тел имеют противоположные знаки. В
этом случае из более массивного тела
происходит выброс массы, примерно
равной массе менее массивного тела.
Выброшенная более массивным телом
масса встречается с массой менее мас
сивного тела. Происходит мощный
взрыв. Обе массы — масса, выброшен
ная Землей, и масса космического ко
рабля — преобразуются в энергию
взрыва. От звездолета не остается и
следа. А Земля в результате получает
огромные повреждения, вызванные и
выбросом массы, и взрывом.
— Но тогда мы должны были бы
иметь следы такой катастрофы!
— Мы их имеем!
— Каким образом?
— Чарли, Вы подсчитали, какого
«ЗС»Фантастика №1,2006
90
числа должна была произойти эта
встреча? Нет?! До сих пор не подсчи
тали!? Немедленно подсчитайте!
7.
На следующий день взволно
ванный Чарли примчался в комнату
Смита. Он сбивчиво зачитывал от
дельные фразы из вороха листов бу
маги, содержащих основную инфор
мацию, потрясшую его: — Встреча произошла 30 июня
1908 года, около семи часов утра мест
ного времени. В Восточную Сибирь в
междуречье Лены и Подкаменной
Тунгуски прилетел большой огнен
ный шар. Это небесное тело получило
наименование Тунгусского метеори
та. Полет космического пришельца
закончился грандиозным взрывом
над безлюдной тайгой на высоте око
ло 710 километров. Взрывной волной
в радиусе около 40 километров был
повален лес, уничтожены звери, пост
радали люди. Под действием светово
го излучения на десятки километров
вокруг вспыхнула тайга. Пожар унич
тожил то, что уцелело после взрыва.
Сплошной вывал 80 миллионов дере
вьев произошел на площади в 2150
квадратных километров. Взрыв вы
звал землетрясение, которое было от
мечено в Иркутске, Ташкенте, Тбили
си и в немецком городе Йене… — На
конец Чарли прекратил цитирование
и спросил. — Профессор, вы знали об
этом перед стартом?
— Перед стартом я еще ничего не
знал о Тунгусской катастрофе. Я толь
ко знал, какого числа может произой
ти встреча звездолета с Землей при
полете по второму решению. Я и не
мог знать о катастрофе — ведь ее бы
не было, если бы мы отменили старт
или изменили параметры полета! О
Тунгусской катастрофе я узнал уже в
сумасшедшем доме. Там была отлич
ная библиотека с прекрасной подбор
кой старинных журналов.
— Даже так?
— Представьте себе. Ведь многие из
больных были вполне здоровыми
людьми, которых родственники или
коллеги упрятали «лечиться». Их надо
было чемто занять. Это неправда, что
я поступил туда изза сильной депрес
сии, вызванной переутомлением на ра
боте, как записано в моей истории бо
лезни. Депрессия моя началась уже в
психушке, на третий год пребывания
там, когда я прочел про Тунгусский ме
теорит. И понял, что это тот корабль,
на котором я должен был лететь, что я
предчувствовал, но оказался бессилен
предотвратить эту катастрофу. И вы
шел я из депрессии не благодаря лекар
ствам, а потому, что нашел в себе силы
заняться поиском решений известных
мне нерешенных задач.
— Что же получается? Что не толь
ко будущее, но и прошлое тоже мно
говариантно?
— Получается, что так… Разумеет
ся, не в такой же степени. Но там, где
оно встречается с будущим, оно мно
говариантно. Покрайней мере, не
одновариантно.
— В таком случае те, кто засадил
вас в сумасшедший дом, преступники!
Их надо судить! Немедленно!
— Перестаньте кипятиться, Чарли!
Увы, никакого суда не будет... Просто
теперь в дом для душевнобольных уп
рячут не меня, а вас.
— Чтобы этого не случилось, про
шу рассказать мне, как это им удалось
в вашем случае.
— Хорошо. Вы уже созрели, чтобы
узнать это.
8.
— Чарли, вы уже созрели, что
бы узнать, как Ковалев попал в сумас
шедший дом. Приготовьтесь слушать,
— сказал доктор Смит.
— Я готов.
— Профессор Ковалев тщательно и
многократно рассматривал задачу о да
те возвращения космического корабля
на Землю. Как Вы уже знаете, эта зада
ча имеет два решения. Одно из них тра
диционно принимали за реальное, а
второе отбрасывали, как физически не
реализуемое. Примерно за месяц до вы
лета Ковалев пришел к выводу, что по
лет корабля с одинаковой степенью ве
роятности может пойти по одной из
двух одинаково возможных траекторий
— в соответствии с двумя решениями
задачи о продолжительности полета в
И.Письменный Маневр на орбите
«ЗС»Фантастика №1,2006
91
«ЗС»Фантастика №1,2006
92
И.Письменный Маневр на орбите
Земных координатах. Как Вы сами об
наружили, этот отрезок времени имеет
два значения — положительное и отри
цательное. Профессор пришел к выво
ду, что необходимо заново пересмот
реть задачу продолжительности полета
и его исходные данные с целью добить
ся такого варианта полета, при котором
обеим его траекториям будет соответст
вовать положительное приращение
времени на Земле. Он пытался обсудить
этот вопрос с коллегами по Космичес
кому Центру, с руководителями Центра
— все было безуспешно. Тогда он при
грозил, что потребует собрать Большой
Совет Земли, на котором сделает свое
сообщение о двух возможных траекто
риях.
— Но ведь Большой Совет Земли
не может собираться по требованию
одного человека.
— Вот именно. Тем не менее, угро
за возымела действие. Администра
ция Космического Центра заявила,
что даст свое согласие на собрание
Большого Совета Земли и даже высту
пит его инициатором. Но только при
одном условии: пусть Ковалев снача
ла сделает свое сообщение перед ру
ководством и главными учеными Ко
смического Центра. Ковалев согла
сился. Но это была ловушка. Он доло
жил свои выводы и свое предложение.
И тут случилось то, чего он не предви
дел — никто его не поддержал! Ни
один человек! Все другие ученые и
специалисты дружно принялись его
опровергать. После того, как высту
пило несколько человек из числа выс
шего руководства Космического Цен
тра, тогдашний Глава Космического
Центра подвел итоги. Полет решили
не откладывать, как предлагал Кова
лев, а вот самого Ковалева объявили
переутомившимся, срочно и скрытно
изолировали в одной из комфорта
бельных психиатрических клиник под
фамилией Смит и заменили в экипа
же другим человеком.
— Остается только спросить, а в
чем заключалось предложение Кова
лева?
— Оно заключалось в том, чтобы
сократить время пребывания корабля
на орбите.
— Сократить время? — удивился
Чарли.
— Вот именно!
9.
— Что может дать сокращение
времени пребывания корабля на ор
бите? — спросил Смита Заместитель
Руководителя Космического Центра.
— Вернее, что давало предложение
Ковалева?
— Насколько мне помнится, Кова
лев подошел к известной задаче по
новому. Он рассмотрел ее совсем под
другим углом зрения: обязательно ли
второе решение должно давать воз
врат корабля в прошлое время? И об
наружил, что отрицательный отрезок
времени на Земле будет иметь место
только в том случае, если время поле
та космического корабля превышает
определенную величину! Если запус
тить звездолет не на двадцать лет, а
только на время порядка пятнадцати
лет, то можно собрать огромный ма
териал — и возвратиться на Землю
всего лишь через пять или двадцать
пять лет по Земным часам!
— Действительно, велика ли раз
ница между пятнадцатью и двадца
тью годами полета? — воскликнул
Чарли.
— Однако не надо все же сбрасы
вать со счетов, что оба решения одина
ково вероятны. Это значит, что первое
решение тоже вполне возможно. Тем
не менее, главное, что при полете ме
нее шестнадцати лет и второе решение
можно получить при положительном
изменении времени на Земле!
— Таким образом, — начал фанта
зировать Чарли, — если запустить звез
долет на время около шестнадцати лет,
то корабль может за шестнадцать лет
полета собрать огромную информацию
и возвратиться на Землю или через две
сти лет, или уже на следующий день.
— Конечно, — согласился Смит. —
Вы представляете: уже на следующий
день после вылета!
— И, тем не менее, сегодня никто
из чиновников Большого Совета и ру
ководителей Центра на это не согла
сится! Ведь полет продолжительнос
тью менее двадцати лет по бортовым
«ЗС»Фантастика №1,2006
93
часам в их глазах будет выглядеть как
шаг назад по сравнению с тем, что уже
имело место — с полетом продолжи
тельностью в двадцать лет по тем же
бортовым часам.
— Какой напрашивается вывод? спросил Смит.
— Запустить корабль на двадцать
пять лет с таким расчетом, чтобы сде
лать на нем маневр.
— Какой маневр? — глаза у Смита
горели.
— Подойти к Земле таким обра
зом, чтобы и у корабля, и у Земли в
момент встречи было не противопо
ложное, а одинаковое направление
времени!
— Вы думаете, нам удастся подго
товить такой полет — полет с манев
ром на орбите?
— Профессор Ковалев, я верю, что
вместе нам не только удастся подгото
вить такой полет с маневром на орби
те, но и осуществить его! — восклик
нул Чарльз.
10.
Я не буду описывать, каких
потребовалось трудов, чтобы проект
новой экспедиции получил поддерж
ку ученых и администрации Космиче
ского Центра, а затем одобрение
Большого Совета Земли. Я не буду
описывать подготовку к полету кос
мического корабля. Я не буду описы
вать прощание экипажа с Землей. Тем
более, что о прощании экипажа с Зем
лей можно подробно прочитать в газе
тах. Дотошные журналисты описали
все до малейших подробностей. Но
никто из них не обратил внимания на
казалось бы малозначащую фразу,
сказанную при прощании одним из
членов экипажа, Главным теоретиком
корабля своему бывшему сотруднику
Смиту:
— Учитель, мы все же осилили эту
неподъемную гирю!
— Да, Чарли! — ответил Смит. —
Теперь у тебя есть прекрасная воз
можность все проверить. Ведь и ма
невр тоже дает не одно, а несколько
решений.
Эпилог
Только что с Земли стартовал космиче
ский корабль.
Когдато этот корабль уже один раз
стартовал с Земли, с Земли будущего, после
длительного полета он вернулся на Землю,
Землю далекого прошлого, и теперь снова
покинул ее. Что ждет экипаж впереди? В
чем смысл всей их экспедиции? Ведь больше
на Землю они не возвратятся, и Земля так
и не увидит накопленные ими материалы.
Сразу же после старта этого корабля с
Земли, Земли далекого прошлого, первобыт
ный художник нарисует на стене пещеры
посетивших Землю небожителей в скафан
драх. Небожителей, которых он видел сов
сем недавно своими глазами. Кто знает, мо
жет быть, ради одного лишь такого рисун
ка и стоило затевать эту экспедицию
.
ОБ АВТОРЕ:
Иосиф Письменный родился на Украине в 1937 году. Доктор технических наук. В
1960 г. закончил МАИ (Московский авиационный институт), после чего работал в
конструкторском бюро Генерального конструктора Н. Д. Кузнецова, участвовал в
разработках двигателей для самолетов А. Н. Туполева, С. В. Ильюшина, О. К. Антоно-
ва и так и не слетавшего на Луну ракетного комплекса с человеком на борту Н-1. Па-
раллельно преподавал в Куйбышевском авиационном институте. В 1990-е эмигриро-
вал в Израиль, где с 1995 года работает старшим научным сотрудником в Хайфском
Технионе (политехническом университете). Автор многих юмористических произведений, которые публиковались в «Кроко-
диле», в «Литературной газете» и других изданиях, выпустил несколько книг про-
зы — «Спасибо, бабушка!», «Палатка Гаусса», «Это аномальное время» и «Вторая
встреча». Как писатель-фантаст выступал на страницах журналов «Знание-сила» и «Наука
и жизнь». П
ОЗ АВЧЕ Р А
«ЗС»Фантастика №1,2006
94
1.
Глухие удары во входную дверь
возвратили в реальность студента Се
рова. Чуть ли не до утра корпеть над
конспектами вынуждала летняя сес
сия. Ошалело озираясь, он наконец
вернулся из мира абстракций и по
плелся в коридор. По пути ударился
ногой о выкатившуюся изпод кресла
гантель и окончательно ощутил ок
рест себя мир вещественный.
На пороге стоял сосед с нижнего
этажа в трусах и почемуто мокрой
майке. Неистовый вид ночного гостя,
а главное словеса титульного свойст
ва, быстро напомнили Серову о его
намерении освежиться. Однако ван
ная, как и все прочее на земле, не об
ладала безмерностью и вода теперь
неумолимо растекалась по полу.
Покончив с уборкой, он опустился
в кресло. Откинув назад свои жидкие,
цвета выжженной соломы волосы,
Серов прикрыл глаза и попытался со
средоточиться. Но в ушах стоял сосед
ский вопль: «Ты, гад, мне за ремонт
заплатишь!», — вытеснявший прочие
мысли. Некоторое время спустя, его
сознание накрыла волна утомленнос
ти. Подняв отяжелевшие веки, он тут
же ощутил чтото неладное. Казалось,
комната лишилась одной из своих
стен и очень быстро начала вытяги
ваться длинным коридором. Эта сте
на, вместе с висевшей на ней репро
дукцией с картины Брюллова «По
следний день Помпеи», стремительно
отодвигалась все дальше и дальше, об
разуя пустоту. Сделалось жутко, по
явилось ощущение наполнения про
странства другим, более тонким и в то
же время энергетически емким. Оно
пропитало собою комнату и тогда сте
ны ее унеслись прочь. Серов стоял по
Петр Ртищев
Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
95
среди пустоты, лишенный всяческой
опоры. Еще с большим удивлением
он осознал, что исчезла не только
опора, но и ощущение времени. Оно
ускользало из настоящего, устремля
ясь вспять. «Боже, что со мной?», — про
мелькнуло в голове юноши. Мебель
комнаты: стол, кресло, книжный
шкаф вдруг перестали быть привыч
ными. Стол превратился в потешное
сооружение величиной со спичечный
коробок, все остальное и вовсе исчез
ло. Привычный мир исчез.
Сидя на небольшом плоском кам
не неподалеку от господского дома,
он безучастно наблюдал за сборищем
рабов, ожидающих очереди за свобо
дой в этот Юбилейный год. Осмотрев
свой грязносерый хитон, он обнару
жил, что в ближайшее время ему по
требуется основательная починка. Все
его имущество составляли верхняя
одежда, сандалии да свернутая в ру
лон ветхая хламида, надеть которую
Серов уж давно не решался, но и вы
бросить ее заставить себя не мог.
Пощупав себя за подбородок, он
обнаружил короткую, смолянистую
бородку, но не удивился этому, хотя
мгновение назад ее не было, да и не
могло быть. Растительность вообще
весьма скудно распространена была
по его телу, но не теперь. Окинув себя
взглядом Серов с удовольствием об
наружил рельефно выступающие
мышцы рук, крепкие ноги, упругий
пресс живота.
— Ахаз! — выкрикнул дородный
дядька в подире, опоясанном золоты
ми ремешками по запястьям рук. —
Подойди!
Из толпы поспешно вышел раб лет
сорока с бельмом в глазу. Подойдя к
дому, он опустился на колени перед
хозяином.
— Знаешь ли ты, какой нынче
день?
— Да, господин.
— Готов ли ты принять родовые
земли обратно?
Раб молчал, и только ниже опус
тил голову, со спутанными седыми
волосами.
— Ну?!
Раб вздрогнул и подавленным го
лосом прошептал:
— Возьми меня к себе в дом, гос
подин.
Хозяин ухмыльнулся. Он знал,
что жалкий Ахаз, немощный, рано
состарившийся раб за долги работа
ющий на него вот уже седьмой год,
никогда не сможет забрать некогда
принадлежавшие ему земли. Было
время, когда сильный род Ахаза вла
дел обширными виноградниками, но
страшная, опустошительная трехлет
няя засуха лишила его родового бо
гатства и свободы. И теперь, имея
возможность вернуть имущество и
обрести независимость, он добро
вольно отказывался от них. Неволь
ник понимал: сила и коварство хозя
ина безграничны, и прожить ему
удастся разве что до заката солнца,
прими он такое решение.
— Знаешь ли ты, что войти в дом
мой можешь только вечным рабом,
без прав на имущество и свободу до
конца дней своих?
— Да, господин.
— Хорошо. Встань и подойди к
двери.
Ахаз приблизился к деревянному
дверному косяку жилища и вновь
опустился на колени. В руках хозяина
сверкнуло острое шило, и он ловко
пришпилил левое ухо раба к косяку.
Тот вздрогнул, и жиденькая кровяная
струйка пролилась из ранки, но вско
ре засохла под палящими лучами
солнца, извилистой коркой на щеке и
подбородке несчастного.
— Не навсегда забыт нищий, —
между тем вещал господин. — Пред
Всевышним Элом — творцом и вла
дыкой небес, земли и всего сущего, я,
Йауш, позабочусь о благоуспешности
этого человека.
Взяв с серебряного блюда динарий
— поденная плата вольного работни
ка — он отдал его рабу, в покорной
благодарности припавшего к руке
властелина.
— Ступай. Возблагодари господа и
господина своего, — величественно
приказал Йауш и, окинув толпу сми
ренно стоящих перед ним невольни
ков, крикнул. — Наум! Подойди!
«ЗС»Фантастика №1,2006
96
Никто не шелохнулся и не отклик
нулся на призыв. Тревожная тишина
воцарилась в толпе.
— Ну же, Наум! — грозно повторил
Йауш.
«Смотрика, какой неустрашимый
Наум, — подумал Серов, счищая на
липшую грязь с подошв сандалий. —
Интересно посмотреть на этого типа.
Вот черт! Где это я грязь нашел в этой
пустыне?»
— Третий раз взываю: Наум! По
дойди!
И тут до сознания Серова дошло,
что Наум — это он и есть, Дмитрий
Серов, волею Бога, а может черта или
еще кого, оказавшийся здесь в чьем
то очень удобном теле.
— Здесь я! — отозвался СеровНа
ум, не отрываясь от увлекшего его за
нятия. — Говори!
— Да ты дерзок, Наум! Видать сам
Эл лишил тебя мудрости, ибо только
она вознесет голову смиренного и по
садит его среди вельмож. — Куда мне убогому до вельмож,
— усмехнулся Наум.
— Уста твои лживые, воздают зло
за добро. Яд ненависти источают они
за любовь мою. Затвори же их! Поко
рись сильному!
— Сильному — это тебе, Йауш? А
насколько ты силен? Не много ли ты
взял на себя? — ехидно процедил На
ум, подбадриваемый одобрительными
смешками из толпы. — Ты, Йауш,
самто помнишь, какой сегодня день?
Тото. Я Наум — хитростью и безмер
ной алчностью твоею завлеченный в
рабство с сего дня не должен тебе.
Сердце мое воспламенилось и говорю
я тебе своим языком, Йауш, что не че
ловек ты, но призрак. Ходишь ты сре
ди нас и не знаешь, кому достанется
то, что суетою собрано. Не пора ли ус
мирить похоть, да у Эла вымаливать
спасение за окаянство свое? Йауш потемнел лицом. Сдержать
бешенство было не легко. Покраснев
шие глаза сузились в щелки, под гус
той бородой играли желваки в бес
сильной злобе, но, быстро совладав с
собою, он ответил:
— Правда только в том, что за то
бою выбор: можешь остаться при до
ме, а можешь идти прочь. Не всякого
человека вводи в дом свой, ибо мно
го козней у коварного. Ступай с ми
ром. В течение всей этой словесной пе
репалки стояла тишина, и только из
далека, со стороны храма, там, где
жрицыблудницы ткали для Ашеры
одежды, доносилась мелодия неведо
мого инструмента — ШушанЭдуфа.
— Воистину говорят: «Куда не целуй
паршивого раба, всегда угодишь в
срамное место».
Толпа загоготала. Наум не стал
дальше испытывать судьбу и с досто
инством медленно пошел прочь. Кто
то по пути схватил его за локоть и пре
рывающимся шепотом спросил:
— Куда же теперь, Наум, — до бо
ли знакомое, испещренное глубокими
морщинами лицо, излучало участие,
— к бродягам — иврам.
— В Таршиш.
— Но ведь это Край света?!
— Именно. Слыхал я, что на те
земли божья власть не простирается.
— Не Наумом тебя следует имено
вать, но Навалом, что значит безум
ным…
Науму не хотелось говорить с не
знакомцем. Он твердо шагал в на
правлении неведомой страны, и не
стерпимое полуденное солнце жгло
его спину, подгоняя к заветной це
ли. За спиной послышался шорох
шагов приближающегося человека.
Но тут воздух заструился, простран
ство начало стремительно сморщи
ваться, кругом завертелось, и в ту же
минуту мутная пелена застлала глаза
Наума.
Мучительное пробуждение сопро
вождала ломота в негнущихся членах.
«Будто всю ночь палками охаживали.
Да, это организм не Наума, — мрачно
подумал Серов. — Что за бред мне
снился? Не отличишь где видения, а
где явь». Приходить в себя совсем не
было времени, надо бежать на предэк
заменационную консультацию.
Сырость, характерная для москов
ской погоды начала лета, взбодрила
Серова. Осененный серым саваном
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
97
нескончаемой облачности городской
ландшафт не располагал к степенной
ходьбе. Люди, огибая бесчисленные
лужи, стремились поскорее добраться
до учреждений, поглощающих их тол
пами на весь день, изрыгнув обратно
только к вечеру, когда они столь же
быстро мчались к своим домам. Мало
кто обратил внимание на молодого
человека бежавшего к метро, и только
постовой милиционер, на котором
форменная сорочка так и не соедини
лась с брюками на внушительном жи
воте, обнажая полосу белой майки,
мельком глянул на него, почесал за
тылок и равнодушно отвернулся… Возле аудитории шумела толпа
студентов.
— Аа! Вот и Митька! — крикнул
один из них. — Зря торопишься. Хал
дея нашего ночью увезли в реанима
цию. Инсульт.
Арон Евсеевич! Вот кому принад
лежало до боли знакомое лицо в ноч
ном сне или видении. — Пойдем, Митька, пиво пить.
Народ жаждет перед завтрашней
трепкой мозги просветлить, — про
должал тот же студент, приятель по
учебной группе Зотов, неизменный
участник и инициатор всяческих бе
зобразий. — Слушай, а что это у тебя
за штиблеты такие? Где нарыл экс
клюзив?
Серов глянул вниз и обмер: на но
гах красовались изрядно поношенные
сандалии воловьей кожи, те, с кото
рых он так тщательно счищал грязь,
раздражая Йауша. Но как это могло
произойти?! Материализация виде
ния, неуправляемой фантазии мозга?
Возможно ли?
— Дааа… — протянул Зотов, раз
ворачивая хламиду, найденную при
ятелями под креслом. — Неужто тря
пице две тысячи лет? Если продать
кому надо… Это как же озолотиться
можно! — О чем ты?! Ты хоть понимаешь,
что я натолкнулся на неведомое досе
ле измерение!
— У меня тетка в Харькове, на Хо
лодной горе живет, неврастеничка
страшная. Микропсия у нее. Насмот
рится сериалов, возбудит чегото там
в себе, а после все ей, как и тебе, ка
жется, что мир окружающий умень
шается. Был я у нее прошлым летом,
вот где настрадалсято… — Это совсем другое.
— Да, это другое. Но почему ты в
Иудею попал? Какое отношение ты к
ней имеешь? Серов! а ты не еврей?
— Да вроде нет. Хотя теперь ру
чаться ни за что не могу. Но это ба
рахло мне не по наследству доста
лось! Здесь чтото психика чудит,
именно в ее глубинах кроется пятое
измерение. Посуди сам: восприятие
вне пространственного многообра
зия и событийности — времени, не
возможно. Но обращал ли ты внима
ние на такое явление: ожидание за
медляет течение времени, а скажем,
когда сидишь на экзамене, или удо
вольствие какоенибудь получаешь
оно пролетает в один миг. Все зави
сит от обстоятельств, которых пре
бываешь.
— Какой же механизм этого пси
хического перемещения? Можно ли
его смоделировать, а значит, и найти
управление им. — Вырваться из времени, так
чтобы прошлое могло озарить на
стоящее, — задумчиво произнес Се
ров, уперев немигающие глаза в по
косившуюся картину. Лицо его вы
ражало упорную работу мысли, глаза
блестели и на висках выступили
мелкие росинки пота. Через минуту
он оживился: — Запиши, я надиктую
все подробности того, что происхо
дило до погружения в бессознатель
ное.
Покончив с записью рассказа при
ятеля, Зотов разочарованно изрек:
— Не густо. Мокрая майка, «за все
заплатишь!», Брюллов… Не топить же
соседа! Еще морду набьет. Мнда… А в
котором часу бредил ты?
— Чтото около трех ночи. — Мне думается, что внешние ат
рибуты не определяющие. Здесь надо
воспроизвести твое тогдашнее пси
хическое состояние. Еще раз: ты си
дел весь день над халдейским мрако
бесием, затем небольшой соседский
«ЗС»Фантастика №1,2006
98
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
99
моральный нажим, после чего физи
ческая нагрузка, отдых и… комната
вытянулась в коридор. Уснул? Не из
вестно. Психика заигралась? Безус
ловно, но откуда это, — он кивнул на
сандалии и хламиду, — вот в чем во
прос, как принц один Датский гова
ривал.
— Послушай, мы уже полдня раз
рушаем мозги моим бредом, а это оз
начает созревание их до вчерашней
кондиции. Проверим теорию до кон
ца, — при этих словах Серов неожи
данно схватил приятеля за грудки и
что есть мочи заорал. — Ты куда, под
лец, мой конспект подевал?!
— Ка… какой… конспект? — про
лепетал Зотов.
— Да никакой, балда. Твою же те
орию проверяем. Живо хватай ганте
ли и верти их до одурения.
Через пять минут, смахнув высту
пивший пот со лба, Зотов рухнул в
кресло.
— Закрой глаза и не о чем не ду
май!
«Брюллов. Причем здесь Брюл
лов… Не думай… ни о чем… думай», —
мысли гасли, пространственная юла
набирала обороты…
За сырой стеной комнаты, больше
похожей на кладовую, послышался
невнятный шум. Зотов, нащупав в
темноте дверь, поспешил наружу
вверх по лестнице. Преодолевая сту
пени, он с неудовольствием отметил,
что каждый шаг, сопровождаемый тя
желым дыханием с хрипом, рвущимся
из груди, ему дается с трудом. К тому
же, тупая, тянущая книзу боль в живо
те и ломота в пояснице делали мучи
тельным существование. «Что за чер
товщина со мной творится?» — с тре
вогой подумал он, переводя дух на
очередной ступеньке.
Наконец, выбравшись на свет, с
ужасом обнаружил, что он вовсе не
Витя Зотов, а какаято баба неверо
ятной тучности и довольно немоло
дого возраста. «Неужто переместил
ся? Но куда, в какое время?», — ос
мотревшись, он понял, что присут
ствует при какомто природном ка
таклизме. Земля, по которой носи
лись обезумевшие люди, была усея
на толстым слоем пыли и песка вул
канического происхождения. В от
далении догорали деревья инжира,
возле которых в беспорядке лежали
трупы людей, животных, птиц. «Да
ведь это Везувий!», — мысленно вос
кликнул он, увидев конус вулкана,
над жерлом которого клубились га
зы; лава, сжигая все на своем пути,
медленно наползала на город. Вели
чественная картина всеобщего
уничтожения завораживала. Лучи
солнца, с трудом пробивающиеся
сквозь насыщенный пеплом воздух,
не в силах были разогнать сумрак,
усиливающий ощущение присутст
вия на Страшном Суде.
Оцепенение овладело Зотовым, и
только толчок землетрясения вернул
его к реальности, и он, подобно дру
гим обезумевшим от страха горожане,
понесся вдоль улицы, усеянной об
ломками строений. Но не приспособ
ленное к длительным нагрузкам тело
потребовало остановки. Встав возле
обугленного инжира, он тут же полу
чил ощутимый шлепок по заду, заста
вивший двигаться дальше.
— Нука, курица, поддай жару! —
раздался за спиной пьяный голос цен
туриона, быстро перебирающего сво
ими короткими ножками в направле
нии «куда глаза глядят».
Зотов попытался обернуться всем
своим неуклюжим телом, и не заме
тил трупа юноши с еще тлевшим на
нем платьем. Споткнувшись о ноги,
он полетел наземь, больно ударив
шись локтем о валявшийся шлем ле
гионера. Центурион ловко перепрыг
нул через нелепо распластавшуюся
«курицу» и быстро скрылся вдали за
пепельной завесой. Краем глаза Вик
тор успел разглядеть этого доблестно
го воина… О боже! — да ведь это Арон
Евсеевич вприпрыжку спасал свою
шкуру.
Как только Зотов, кряхтя, при
поднялся на локти, произошел оче
редной подземный толчок. Силы его
было достаточно для обрушения кре
постной стены, накрывшей навеки
останки людей, животных, птиц, а
«ЗС»Фантастика №1,2006
100
вместе с ними и Виктора Зотова —
случайного свидетеля канувших в
лету событий. — Ну, ты как? — над ошалело хло
пающим глазами Зотовым склони
лось размытое, будто подернутое
дымкой лицо приятеля. — Сколько меня не было? — поти
рая ушибленный локоть, спросил
Виктор.
— Где не было? — Не валяй дурака! Сколько вре
мени прошло с того момента, как я за
крыл глаза.
— Да нисколько. Ты только что
гантели крутил минуту назад.
— Да? Вот черт! Я же в образе ка
който бабищи был в гостях у Брюл
лова! Теперь ясно, как нужно управ
лять пространственными и времен
ными перемещениями. Надо в по
следний момент перед замиранием
сознания усиленно думать об этом. В
прошлый последнее, что я подумал,
было: «Боже! что со мной?». Вот и по
лучил Иудею. А сегодня я про Брюл
лова зачемто подумал.
И он вкратце рассказал о своем
пребывании в Помпее.
— Одно не понятно: какова во
всем этом роль этого старого парали
тика Арона Евсеевича?
— А может, вовсе и не паралитика,
— задумчиво отозвался Серов. — Ты
не знаешь, над чем он работал в по
следнее время? — Гм…
— Ладно, пока оставим его в по
кое. Итак, очевидно, что никакого
физического перемещения нет, все
происходит исключительно в мозгу,
который непостижимым образом
синтезирует не только видения про
шлого, но и овеществляет некото
рые предметы из него. Механизм
возвращения абсолютно не ясен. Ду
маю, мозг, немного отдохнув, при
водит работу психики в штатный ре
жим.
— Нука, Митя, хватай гантели,
проверим работу управления време
нем. Думай о Руси, скажем XVII века
и возьмемся за руки для верности.
— Держу я, браты, три десятка
свыней. Жрут же, бисово отродье, ну
як… свыньи, чтоб им повылазило! По
убывал бы, ей Богу! — жаловался на
трудности быта чернявый казак лет
30, разливая горилку по глиняным
кружкам собутыльников. — Ну, нехай
усе уляжется!
Серов вслушивался в разговор
слегка захмелевшей троицы, размес
тившейся за столом у окна. Ухарского
вида казак бражничал, угощая, по
случаю прибавления в семействе: же
на разродилась казачком. Вот уж с не
делю он не мог остановиться от бес
пробудного пьянства, заливая радость
сивухой. Своего же кума — казака по
старше, с заметной сединой в курча
вой бороде, он не угостить не мог, и
теперь в компании, с чернецом
странником, никому неизвестным
стариком, они, распечатав четверть,
закусывали поросенком и гречневой
кашей. — Придет время — зарежешь, —
отозвался кум. — Тебе бы, куманек,
пора прекращать веселиться. Есаул уж
справлялся: как долго, мол, Гришка
на хуторе прохлаждаться будет. На
Азове дело сурьезное, не ровен час,
зачнем турка щупать, а ты чего же
это… Нехорошо! Знаешь же, как Евсе
ич лют бывает, он тебе не какойни
будь Федька Ртищев, в приюте от
бражничества выхаживать не станет.
Всыплет розог, так год на коня не ся
дешь.
По лицу Григория пробежала тень.
Он живо себе представил разъяренно
го есаула Луку Евсеевича Колесо, не
знающего жалости казака.
— Вся зараза оттудова, из Москвы,
— отозвался чернец, — людодерством
народ измучили, церковь божескую
похерили, кукишем лбы крестят. Ку
ды Русь святая катится? — А ты, старец, не из раскольни
ков будешь? — прищурился Григо
рий, гоня от себя назойливый образ
есаула. — Не из староверов?
— Может и так. Хиба для вольного
казачества в этом причина есть какая?
— Да я не супротив, все наши
древние по старому обычаю спаса
лись. Я старину чту, главное чтобы
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
101
не олатынился люд московский, не
предал веру святую, ведь животы
кладем за нее, — с пафосом закон
чил молодой выпивоха, взглядом
ища поддержки у кума, жующего
свиной бок. — Не налить ли по ма
ленькой?
— Добрая мысль, — согласился
странствующий монах. — Латиняне —
это первейшее зло, хуже турка будут.
Оно, конечно, людито мы так себе:
ленивы, ни в жисть придумать чего не
могем, коли не покажут, взять вот хо
тя бы тебя Михалыч, — ткнул он под
нятой кружкой в казака постарше, —
обидит тебя кто, ну хоть есаул, ведь
все одно помиришься и забудешь о
той обиде. А латынянин нет. Он зата
ится, сделает вид, что примирился и
ждет случая к отместке. Мы так не мо
жем, оттого и сидим в плесени да за
старелой дикости.
— Дикость наша от необразован
ности, от пристрастия к чужебесию.
Обиды тут не причем, — откликнулся
Михалыч, поставив опорожненную
кружку на стол. — А на есаула какая
обида может быть? Выпорет — так я за
науку поблагодарю. Это так!
В это время дверь распахнулась,
впустив густого морозного пара в
темное помещение кабака, и на по
роге предстал новый посетитель.
Монотонный гул голосов тут же
смолк, но спустя мгновение возоб
новился с новой силой. Человек, по
одежде которого можно было судить
о его великородности, немного по
стоял, всматриваясь в посетителей, и
уверенно направился к столу Серова,
сопровождаемый напряженными
взглядами казаков. Сев на лавку на
против него, он вполголоса прого
ворил:
— Тебя, Митя, сам черт не распоз
нает. Рубището на тебе…
— Вестимо дело, по специальнос
ти, — пошарив в суме, Серов извлек
кружку и демонстративно погремел
медяком в ней. — А ты, Витек, никак
забурел. — Да уж. Из Посольского приказа
депешу везу. Однако, в этот раз мы с
тобой вдвоем…
— Благородный пан! — прервал
Зотова Михалыч, степенно прибли
жающийся к их столу с кружкой до
краев наполненной горилкой. — Не
побрезгуйте, примите от чистого
сердца за прибавление в казачьем
войске. Кум расстарался.
Зотов поднялся навстречу. Не
брежно скинув медвежью шубу на
пол, он принял кружку, шумно вы
дохнул и приник к ней. В первое
мгновение ему показался напиток не
очень крепким, в половину слабее те
перешней водки, и он без усилия до
пил до дна. Крякнул, вернул кружку
подносившему.
— Благо…, — но тут же, какимто
ловким движением, был схвачен за
ухо цепкими, заскорузлыми от веч
ной работы, пальцами. Молниенос
ность действия ошеломила Зотова.
Придавливаемый книзу он вынужден
был сесть на лавку, низко, к самой
столешнице, склонив голову. Из его
налившихся кровью глаз ручьями
текли слезы. Силясь чтото сказать,
он в бессилии открывал и закрывал
рот, словно ему не хватало воздуху.
Свирепость казака не оставляла на
дежд на то, что ухо останется на
прежнем месте. — Сучий потрох! Письма воров
ские привез от Кузьки Косого? Вы
рядилсято как, а? Гришка! Возьми с
ребятами чернеца, бейте его батога
ми, да к атаману, чародея. А с этим я
сам…
— Дяденька! Да как же это, что же
это… — залепетал Митя. — Отпусти
ты его Христа ради, ведь уха лишишь
людыну безвинную.
— Цыц, побирушка! Ты как гово
ришь с казаком?!
Со всех сторон посыпались советы
зрителей разворачивающегося позо
рища: «Ты его мордойто об стол, чтоб
юшкой изошел поганец!» и другие в
таком же духе.
— Что за шум, канальи! — раздался
зычный рык есаула, появление кото
рого осталось не замеченным за воз
ней подвыпивших казаков. Это был
сухой, крепкий казак лет пятидесяти,
обладатель высокого лба и острого
носа. Его плешивый, бугристый че
реп, густо покрытый пигментными
«ЗС»Фантастика №1,2006
102
пятнами, лучился, отражая бледные
блики пламени свечей. Уперев кнут в
грудь чернеца, удерживаемого Гриш
кой, он хмуро спросил:
— Это кто? Молчать! В холодную
его! — добавил он, наливая себе из на
половину опустевшей четверти мут
новатой жидкости.
— Пан есаул! Помрет он в холод
нойто, — подал голос Гришка.
— А, нехай! — беззаботно буркнул
Колесо, махнув рукой.
— Слухаю! — весело откликнулся
казачок, выталкивая наружу упираю
щегося монаха.
— Пустика, Михалыч, барчука.
Поглядим, шо це за фрукт.
Подняв красное, с раздувшимися
от напряжения жилами лицо, Зотов
остолбенел. Перед ним, хрустя соле
ным огурцом, восседал на столе Арон
Евсеевич собственной персоной! Его
морщинистое, несколько коричнева
тое лицо, поражало натянутой маской
равнодушия к окружающему, скрыва
ющей притаившуюся в глубине души
муку. Только в глазах едва искрилось
любопытство.
— Ну, что, субчики, вляпались, —
устало проговорил он. — Сколько же
за вами гоняться надо, а? Ты Зотов,
насколько я знаю, известный на курсе
бездельник, а тебя чтото я не при
знаю. Никак Серов? — и уже обраща
ясь к казаку, столбом подпирающего
косяк дверного проема. — Ты, Миха
лыч, подика, распорядись насчет ко
ней. Мерзавцев с собой заберу, а вы с
Гришкой в сопровождение.
— Слухаю!
— Какой сегодня день?
— В Москве было 2 июня, завтра
экзамен.
— Значит, я прилип основательно.
Больше суток болтаюсь по времени.
Боже! за это время я проживаю уже
седьмую жизнь! Что случилось, поче
му я застрял? А ну, говорите скорее!
— Мы не знаем, — отвечал Серов.
— Сообщили, что вы в реанимации,
инсульт у вас.
— Ах ты черт! Вот в чем дело!
Слушайте внимательно, обормоты.
Не знаю, как вам удалось нащупать
канал, над которым пыхтел 20 лет,
видимо я уже не выберусь, но как
только психика успокоится, мозг не
много отдохнет, то вы из этого со
стояния выйдете. Похоже, что у ме
ня оторвавшийся тромб блокировал
какойто важный сосудик, и я имен
но поэтому в сознание не прихожу.
Немного полезных советов. Не ло
майте головы над материализацией
некоторых предметов из прошлого.
Это фантомы. Точнее энергетичес
кая плотность информации о них,
вытащенной из генетической памя
ти. Проходит несколько часов, мо
жет суток, и они распадаются, ста
новятся невидимыми… Что это я от
влекаюсь. Итак, вас занесло в 1583й
год. Он перенасыщен какимито
временными флуктуациями. Путь
обратно лежит через июль 1942 года.
Даю историческую справку: немцы,
окружив к концу мая Харьков, дви
нули свою Южную группировку к
Сталинграду, РостовунаДону, Во
ронежу… Окруженцы изпод Харь
кова отступают, коекак организуя
отход, в направлении Воронежа и
Сталинграда. Вот среди них, скорее
всего, вы и окажитесь… Год не про
стой, но вполне преодолимый. Глав
ное, не утонуть иначе сгинете на
веки. Какаято связь меж водой и
рекой времени Летой имеется. Лет
15 назад мне выпало утонуть, после
чего перемещения сделались не
управляемыми. До сих пор не могу
до конца отрегулировать механизм.
Помните, держаться подальше от
воды. И еще. У меня на кафедре в
столе лежит тетрадка с расчетами.
Вам следует…
Но приятели так и не услышали,
что им следует сделать с этими расче
тами. Грубой работы столы и лавки
питейного заведения закружились ви
хрем, бревенчатые стены рассыпа
лись, обнажая заснеженную приазов
скую степь, и пространство вытяну
лось спиралевидным тоннелем, увле
кая внутрь себя студентов.
Жесткие прутья густого кустар
ника нещадно хлестали по лицу Се
рова. Он, как и многие другие отсту
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
103
пающие по бескрайней Донской сте
пи красноармейцы, забрел подальше
от палящего солнца в попавшуюся
на их пути лесополосу, преимущест
венно состоящую из дикого абрико
са. Через плечо была перекинута
противогазная сумка, на дне которой
лежали два сухаря и краюха заплес
невелого хлеба. Фляжка, болтающа
яся на ремне, была пуста, и не было
никакой возможности утолить му
чавшую его жажду. Оружия при нем
не было. До Дона еще не менее де
сятка километров, по словам Федо
сеевича, оружейного мастера гдето
под Харьковом разбитого полка, и
поэтому надобно набраться терпе
ния и идти, идти… С Федосеевичем
его свела длинная дорога отступле
ния, и они, деля скудный запас про
вианта, помогая друг другу, брели,
вот уже какой день, по степи в на
дежде оторваться от наседавших
немцев.
Вскоре реденький лесок закон
чился и измученные бесконечным
отступлением бойцы, в кровь посби
вавшие себе ноги, вновь оказались
под солнцепеком. Невдалеке пока
зались разбитые машины танкового
батальона. Ранним утром, попав под
бомбежку, легкие «БТ7» закончили
здесь свой боевой путь. Здесь же,
меж разбитой техники, возле сло
мавшегося санитарного «Студебек
кера» с ранеными, бесновался ка
който лейтенант, размахивая пис
толетом «ТТ» и грозя пристрелить
всякого, кто двинется дальше и не
займет оборону. Его обезумевшие
глаза лихорадочно блестели на исху
давшем, обросшем недельной щети
ной, лице. Давно не стриженные,
сальные волосы наполовину при
крывали лиловое ухо. Но никто не обращал внимания на
лейтенанта. Смертельно уставшие, ко
всему безразличные, с печатью обре
ченности на лице люди, охваченные
только одним стремлением — скорее
добраться до Дона, тенями брели ми
мо офицера.
— Воздух! — раздалось в толпе, и
картина унылого отступления ожи
вилась. Красноармейцы бросились в
рассыпную — подальше от грунтовой
дороги в степь, ища и не находя хоть
какоенибудь укрытие. Глянув в зло
вещее безоблачное небо, Серов уви
дел, как один за другим «Ju» свалива
лись на правое крыло и, срываясь в
пике, с невыносимым завыванием
неслись к земле. Отбомбившись, са
молеты вновь уходили ввысь, гото
вясь ко второму заходу. Серов зажал
уши ладонями, чтобы не сойти с ума
от этого звука — предвестника смер
ти. Настала минута, та, что отсчиты
вает мгновения жизни, милостиво
отпущенные вжавшимся в землю
бойцам. Он лежал на мягкой донской зем
ле, и горячий ветер щекотал его ноз
дри ароматом степного многотравья.
Почемуто именно сейчас он пытал
ся постичь, что же движет божьей
коровкой, взбирающейся по длин
ному колоску. Какие такие силы тол
кают ее к оконечности стебля, что
бы, достигнув его, расправить свои
крошечные крылышки изпод пят
нистого панциря и улететь подальше
от этого кошмара. Но несчастное на
секомое так и не достигло цели.
Плотный накат взрывной волны
унес букашку в неизвестность.
Вздыбленный грунт увесистыми ко
мьями обрушился на Дмитрия. На
зубах заскрипела земля, а в нос полез
запах тола, источаемый клубившим
ся дымом из воронки, что образова
лась всего в десятке шагов. «Вроде обошлось», — пронеслось в
голове. Он посмотрел в небо и с об
легчением отметил, что «Штуки», вы
строившись в боевом порядке, не ста
ли заходить для нового бомбомета
ния. Они полетели дальше, к Дону,
терзать переправу. Их темные силуэ
ты растворялись в нежной лазурной
дали, унося на крыльях смерть. Но
тишины не наступило. Завывающий
нечеловеческий стон раздался в трех
шагах от него. Пружинисто подняв
шись, Серов двинулся к несчастному.
В траве корчился Федосеевич, при
держивая двумя руками выпадающие
из вспоротого осколком живота внут
ренности. Серов не обнаружил в себе сост
«ЗС»Фантастика №1,2006
104
радания. Он равнодушно взирал на
муки товарища и с тихой радостью
думал лишь о том, что в этот раз
смерть обнесла его своей последней
горькой чашей. Подобное уже быва
ло в его жизни. Однажды, в перепол
ненном людьми метро он стал свиде
телем внезапной смерти одного из
пассажиров. Так иногда случается в
мегаполисе.
Люди, исполняя установленный
кемто свыше порядок, толпами пере
мещаются по опутанной подземельем
Москве. Выныривая на поверхность
для исполнения ежедневной бессмыс
лицы бытия, называемой обществен
ными обязанностями, они мало заме
чают протекающую мимо них жизнь.
И вот однажды из этого людского по
тока смерть выдернула одного из этих
несчастных. Тут же собралась толпа,
еще не остывшая от сумасшедшего
бега, до конца не осознавшая произо
шедшей трагедии. Какаято юркая
женщина, растолкав молчаливо гла
зевших на исходящего пеной челове
ка, пробилась к нему и попыталась ре
анимировать работу сердца энергич
ными толчками в грудную клетку. Но
безуспешно.
Толпа быстро таяла, и только Се
ров еще долго стоял неподалеку с
ощущением сладкой истомы от созна
ния того, что смерть пришла к кому
то постороннему, а не к нему. Он дож
дался, сначала милиционера — дежур
ного по станции, а потом и медиков с
носилками, забравших тело, и в этом
ожидании было чтото странное. Лег
кое, очень приятное волнение овладе
ло тогда им.
Вот и сейчас, стоя в разворочен
ной бомбами степи, ему, также, как и
тогда в метро, не было грустно, на не
го не нашла меланхолия, что обычно
охватывает человека, вдруг осознав
шего бренность всего сущего, не ис
пытывал он и страха. Только чувство
досады появилось оттого, что пришло
время лишиться такого удобного то
варища по многодневным скитаниям
в степи. — Танки! — истошный вопль воз
вратил Серову притупившийся ин
стинкт самосохранения. Он припус
тил за толпой убегающих бойцов.
Проносясь мимо разбитого санитар
ного «Студебеккера», превратившего
ся после налета в месиво из кусков че
ловеческого мяса и обрывков металла,
он подумал: «Прет и прет! Да как же
мы раздавили эту гниду?! Откуда си
ленок набрали?». В отдалении показалась спина ли
ловоухого лейтенанта. Его потемнев
шая от пота и пыли гимнастерка вы
делялась среди бегущих воинов каче
ством сукна. Щеголеватой фуражки
на голове уже не было, и только зажа
тый в руке «ТТ», в обойме которого не
было ни единого патрона, символизи
ровал всю мощь Красной Армии в
этот момент. Передовые машины железного
кулака 24й танковой дивизии Вер
махта, стремительно продвигались к
Дону, почти не встречая сопротивле
ния на своем пути. Обрушившиеся в
середине июля ливневые дожди и пе
ребои с горючим не смогли надолго
оттянуть сосредоточение сил запад
нее устья Дона — для организации
плацдарма. Но и с этой задачей,
обеспечением накапливания сил с
целью организации прорыва к Ста
линграду, успешно справилась тан
ковая дивизия «Великая Германия»,
перемалывающая силы обороняю
щихся русских. Только к концу меся
ца советским войскам силами 1й и
4й танковых армий удалось провес
ти довольно результативные контр
удары, после которых наступление 6
й армии Паулюса несколько ослабло,
но не надолго. Механизированные
корпуса войск группы армий «А» и
«Б» рвались к Дону, и дальше к Ста
линграду, Краснодару, развивая на
ступление на Кавказ. Казалось, нет
той силы, что способна была бы оста
новить этот отлаженный, чудовищ
ный немецкий механизм. Все это Серов смутно помнил из
школьного курса истории. И про 227
й приказ «Ни шагу назад!», и загради
тельные отряды, и штрафбаты. Но
теперь, он всей своей шкурой про
чувствовал, что такое летнее отступ
ление 42го…
Разрывы снарядов подстегивали
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
105
красноармейцев к спасительной
прибрежной полосе леса, что буйно
разросся у Дона. Буквально вломив
шись в лес, вконец обессилевший
Серов, рухнул в прохладную траву,
осененную ивами, дикими абрико
сами, вишней, и еще какимито де
ревьями, названий которых он не
знал. Он уже не заметил, как с дерева,
по своей тоненькой паутинке спус
тился к нему на спину паучок, как на
щеку деловито начал взбираться му
равей, как прилетел слепень и сел
ему на ладонь. Он не чувствовал этих
легких прикосновений природы, его
сознание провалилось в тяжелый
сон.
Утренние порывы ветра сдули
молочные хлопья тумана с Дона,
словно сдернули покрывало с вели
чественной картины просыпающей
ся природы. Смутные очертания
баржи, доселе невидимой, пришвар
тованной к берегу и мерно покачи
вающейся на поднявшейся волне,
явственно проявились под лучами
восходящего солнца. Шум прибреж
ных кущей заглушал лай сторожевых
псов и команды горластого фельд
фебеля, руководившего погрузкой
пленных. Чуть поодаль, на возвы
шенности, стоял походный столик,
возле которого скучал Арон Евсее
вич, мерно постукивая стеком по го
ленищу. С нескрываемым отвраще
нием он наблюдал, как загружалась
ветхая посудина пленными красно
армейцами, прогоняемых меж ше
ренг автоматчиков, с трудом сдер
живавших собак. Почувствовав мер
ное сопение за спиной, он понял,
что раболепный денщик пристроил
ся сзади в ожидании распоряжений.
В руках холуй держал поднос, в ка
честве которого служила переверну
тая кастрюльная крышка, с серебря
ным кубком, вероятно реквизиро
ванным из церкви, и початой бутыл
кой коньку. — Господин капитан, — послы
шался сбоку приглушенный рык
фельдфебеля, — фельдшер обнаружил
12 инфицированных. Вероятно гепа
тит. Говорит, что существует опас
ность заражения конвойных. Прика
жите провести дезинфекцию? Арон Евсеевич медленно повер
нул голову и обнаружил ухмыляю
щуюся, лоснящуюся жиром рожу
тыловика. Испещренная оспинами
физиономия, покрытая рыжей ще
тиной, вызывала омерзение. Капи
тан, подняв руку, щелкнул в воздухе
пальцами, и тут же, встрепенувший
ся денщик с подносом в руках мол
ниеносно предстал перед офицером.
Взяв в руку кубок — некогда бес
цельную церковную утварь — Арон
Евсеевич понюхал содержимое и вы
цедил коньяк до последней капли
мелкими глотками. Зажмурившись
от удовольствия, он, постоял не
сколько секунд, прислушиваясь к
теплу, приятно разливающемуся по
телу, после чего уставился на фельд
фебеля, нещадно буравя ненавист
ную физиономию холодным взгля
дом. Наконец, выдержав внуши
тельную паузу, произнес:
— Что за вид, Курт? Что о нас по
думают эти… — Он помолчал, подби
рая подходящее слово, но так и не
найдя его отвернулся, уперев взгляд в
реку. Ветер стих и вместо легкого вол
нения Дон подернулся мелкой рябью,
на которой покачивались утки у про
тивоположного берега. Солнце под
нималось все выше и остатки утрен
него тумана вовсе развеялись. — Вы
совершенно не заботитесь о своем
имидже, фельдфебель!
— Слушаюсь! — вытаращив от
удивления глаза, козырнул Курт и бе
гом, неуклюже перебирая короткими
толстыми ногами, затрусил к барже.
Арон Евсеевич, пожевав губами, вто
рично щелкнул пальцами, и мгнове
ние спустя до краев наполненный со
суд был у него в руке.
Волею судьбы случилось так, что
он, Арон Евсеевич Гельман, скром
ный московский житель, преподава
тель и даже, как сам выражался,
«слегка ученый человек», оказался
здесь, вблизи Сталинграда в обличье
немецкого капитана, чистых кровей
арийца. После того, как во времен
«ЗС»Фантастика №1,2006
106
ную воронку засосало этих двоих, как
их там… в общем, двух бездельников,
все пошло наперекосяк, и он почему
то стал материализоваться исключи
тельно в виде служивого люда. К че
му бы это? Кстати, каким это обра
зом им удалось нащупать воронку?
Вряд ли эти юные пивососы додума
лись до стимуляции диадинамичес
кими токами гипоталамуса. Тем бо
лее распознать форму сигнала, его
амплитуду и частоту модуляции. И
все же, как связаны между собой во
да и время? Гипоталамус, помимо
всего прочего, регулирует водные по
токи в организме. Изменяя концент
рацию воды через реабсорбцию ее в
канальцах почек, он управляет ими.
Механизм очень тонок, и не этим
балбесам в нем разобраться. И все же
они гдето здесь… И впервые ктото из них появился
в облике Наума. Тогда, провожая его в
Крайние земли, он был наушником
Йауша. После того, как освободив
шийся раб покинул пределы двора, он
кинулся к хозяину.
— Ступай за ним, — тихо приказал
Йауш, и из складок одежды извлек
кинжал, редкой финикийской рабо
ты, — и избавь нас от этого человека.
Он злое мыслит, язык его змееподо
бен, источает яд аспида, отравляя бла
гочестивых. Да свершится во имя Гос
пода очищение стада твоего! Да из
бавь сынов израилевых от поноше
ния!
Гельман поклонился, и, пятясь за
дом в согнутом положении, выкатил
ся вон со двора. Спрятав кинжал по
глубже в своем хитоне он припустил
за Наумом, едва видимым в отдале
нии. «Как и полагается, нечестивый в
гордости своей преследует бедного, я
же всего лишь инструмент для удовле
творения «похоти» сильного, — с иро
нией подумалось ему. — Только забыл
Йауш одну известную аксиому: уло
вится нечестивый на ухищрениях, что
сам вымышляет». Спустя некоторое время, поряд
ком запыхавшись, он настиг Наума.
Место для расправы было подходя
щее: разросшиеся смоковницы укры
ли бы злодеяние. Схватив жертву за
плечо, он крикнул:
— Ты ошибаешься, Наум! Нет
никакой Крайней земли. Есть толь
ко Иудея и … — он умолк в удивле
нии. Пальцы, те, что секунду назад с
силой сдавливали плечо, неожидан
но прошли сквозь него, не встречая
сопротивления плоти. Наум, так и
не обернувшись, начал исчезать,
вернее, сказать, таять в воздухе,
словно кубик сахара в горячем чае.
— Вот так дела! Неужели энергети
ческий фантом в момент перемеще
ния? Испытав сильнейшее разочарова
ние, он достал из своей крошечной
котомки заветный генератор, прикре
пил электроды к выемкам на затылке
у основания черепа, переключил тум
блер и унесся в погоню. Именно с то
го времени он стал воплощаться в во
енных. Но быстро настигнуть Наума,
или, точнее, того, кто оказался в теле
Наума, ему не удалось. Вынырнув из
потока в Помпее, он не обнаружил
там ускользнувшего Наума. Только в
пыли и пепле валялась какаято тол
стенная баба, о которую он, чуть бы
ло, не споткнулся, и больше никого
не было… Краем глаза он отметил, как Курт
выводит с баржи дюжину изможден
ных желтухой и голодом пленных.
Через минуту, сопровождаемые дву
мя автоматчиками, они скрылись в
зарослях ив. Послышались длинные
автоматные очереди, затем прозвуча
ло несколько сухих пистолетных вы
стрелов.
Исполнительный Курт, безоши
бочно улавливающий суть не отдавае
мых приказов, вновь возник перед ка
питаном. Но Арон Евсеевич даже не
взглянул на него. Теперь он завтра
кал, поглощая глазунью из трех яиц,
зажаренную на сале с розовыми про
жилками мяса. Денщик сварил кофе и
его аромат распространился далеко по
округе. Две сотни голодных русских
бойцов бросали звериные взгляды на
немца и в немой бессильной злобе
сжимали кулаки.
Знакомое чувство безграничной
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
107
власти пробудилось в Гельмане.
Впервые он соприкоснулся с ним,
когда ветреным днем 6 февраля 1919,
укутавшись овчиной, лежал на соло
ме в санитарной бричке, запряжен
ной парой исхудалых лошадей. Пле
тясь в хвосте обоза, медленно вкаты
вающегося в составе одного из боль
шевистских полков в Киев — крова
вую арену гражданской войны, он
предавался невеселым размышлени
ям. Чудом, пережив тиф, ослаблен
ный болезнью, Гельман перебирал в
памяти перипетии своих скитаний по
времени и земному пространству.
Еще месяц назад Арон Евсеевич был
отчаянным рубакой, лихим эскадрон
ным командиром, всегда готовым на
дерзкие вылазки в расположение
войск ненавистной белогвардейской
сволочи, а ныне стал немощным, рас
терявшим в изнуряющей болезни
вкус к «беспощадной борьбе», евреем.
Теперь он больше походил на жалко
го аптекаря, чем на доблестного крас
ного командира.
— И что вы себе думаете, мосье
Гельман? — раздался голос фельдше
ра, человека неопределенного возра
ста, с лица которого никогда не схо
дила гаденькая ухмылочка, как бы
говорящая: «Ну, про тебято, шель
меца, мне все известно. Вижу тебя
насквозь и глубже, так что мели,
Емеля — твоя неделя». Он подошел
откудато сбоку и, взявшись за хлип
кий борт брички, мерил шаги рядом с
повозкой. — Послушайте старого,
мудрого Финкеля, судя по внешнему
виду, вам следовало бы месячишко
придерживаться постельного режи
ма. А что ж вы хотите? Тиф — это ни
какойнибудь триппер, эта болезнь
требует тонкого обхождения. Я знаю,
что вы мне скажете. Мировая рево
люция, пепел измученных чертой
оседлости и процентными ставками
евреев, стучит в вашем горячем серд
це. Но…Ах, что бы вы все делали без
старого Финкеля, — выражение его
лица приобрело значительность и,
поскребя кончик своего крючковато
го носа, он продолжил:
— Вы, конечно же, знаете моего
старого друга Иоффе из чеки. Так вот,
намедни я виделся с ним. И что вы хо
тите? Им срочно требуется помощник
коменданта. Работа кабинетная. Гельман закрыл глаза. ЧеКа так
ЧеКа, особо выбирать не приходит
ся, и он едва заметно кивнул согла
шаясь.
По прошествии некоторого време
ни, несколько окрепнув, Арон Евсее
вич отправился на угол Елизаветин
ской и Екатерининской в особняк
сбежавшего буржуя Попова, где раз
местилась ВУЧК — главная политиче
ская опора большевиков, истребляю
щая чуждые гегемону классы. Дежур
ный комиссар определил его в Губче
ка, что разместилось в генералгубер
наторском доме. Передовому отряду
революции требовались проверенные
кадры…
К Угарову — главе этого учрежде
ния, из бывших портных, властвую
щему над жизнями несчастных горо
жан совместно с женой — он решил
не ходить, пока не повидается с Иоф
фе. К тому времени Иоффе был стар
шим следователем и довольно влия
тельной фигурой в городе. Отыскав
его в кабинете, скорее даже каморке,
на втором этаже, он увидел перед со
бою молодого человека приятной на
ружности, в безукоризненно сшитом
офицерском френче. В глаза броса
лось отражающиеся на лице жесткое
сладострастие, свидетельствующее о
вкушении крови многих жертв. Арон
Евсеевич долго не мог понять, отчего
он никак не может заглянуть в глаза
этому человеку, в тяжелом взгляде
которого сквозила сосредоточенная
жестокость, пока не представился
случай быть с ним в деле. Некоторое время Гельман был за
нят сочинением декретов. Так не без
его участия в свет вышел декрет «О
мебели», гласивший, что количество
мебели, которое полагается семье
должно быть ограничено одним шка
фом, кроватями и стульями по коли
честву членов семьи и еще (невидан
ная роскошь!) позволялось иметь два
стула для гостей, остальное подлежа
ло изыманию властями. Вскоре был
рожден еще один перл социальной
справедливости: декрет о бельевой
«ЗС»Фантастика №1,2006
108
повинности. Гражданам Украины от
ныне полагалось не больше шести
комплектов белья, излишки подлежа
ли изъятию для нужд трудящихся и
Красной Армии. Эта деятельность его
забавляла, и вообще вся большевист
ская система, способствующая разви
тию самых подлых и низких наклон
ностей, ему нравилась.
Както летом, слушая Троцкого,
ему запало в душу одно из его метких
выражений: «Украина похожа на ре
диску: внутри белая, снаружи крас
ная». Как это верно было сказано!
Сколько напускной смиренности у
киевлян, только и мечтавших о рас
плате! Но нет, мы — большевики,
всерьез и надолго обосновались у
кормила государства. И не будет по
щады притаившимся угнетателям
трудового народа! Мы не какойни
будь Петлюра, царствовавший в горо
де два месяца и скромненько, втихую
убивший около четырех сотен офице
ров, полуразложившиеся трупы кото
рых были обнаружены за городом. У
нас подход объемный, можно сказать,
системный.
По совету Иоффе, вздумавшего
покровительствовать новому сотруд
нику, Гельман поселился в Липском
переулке — облюбованной комисса
рами части города. Часто прогулива
ясь по Садовой и доходя до Институт
ской, он с любопытством наблюдал,
как у маленького здания, разместив
шегося на углу пересечений улиц,
толпится народ из «бывших». Здесь
расположилась канцелярия ЧК и род
ственники тех, кто по простоте ду
шевной полагали, что тихие, никого
не трогавшие и политикой не зани
мавшиеся купцы и домовладельцы
останутся вне зоны внимания сурово
го гегемона, приходили сюда в надеж
де узнать о судьбе своих близких. Но
не тутто было! Здесь правили хамст
во, грубость и беспощадность. Редко
кому удавалось сунуть в окошко про
дуктовую передачу в надежде, что она
дойдет по назначению. И к этому
столпотворению Арон Евсеевич при
ложил руку. Он видел, как пожилая,
статная женщина, почерневшая от
испытаний, выпавших на ее долю, ре
гулярно приходила с небольшим
свертком в руке, справиться о своем
муже — 75летнем старике, которого
вначале гоняли на принудительные
работы по обустройству концентра
ционных лагерей на берегу Днепра, а
после забрали в качестве заложника.
Дело старика вел он — Гельман, — и
теперь его разбирало любопытство,
чем закончатся мытарства этой пожи
лой пары. За прошедшие полгода службы в
качестве помощника коменданта он
многое испытал на новом поприще и
полюбил обретенное ремесло. Одно
время он с головой отдался обыскам,
этому публичному раздеванию уни
женных горожан. Он видел, как в их
душах зарождается чувство бессиль
ной ненависти к «хаму», к тому, кто
оплевывал несчастного, и смеялся в
лицо. Во время рейдов он заметно
поправил свой гардероб, обзавелся
отменной обстановкой в квартире,
припас коечто из золотишка на чер
ный день. Были достаточно длитель
ные периоды жизни, когда он на
прочь забывал, что явился сюда вре
менным гостем, и тогда жил на всю
катушку.
С особым размахом он предался
разгулу после того, как с Иоффе и еще
одним помощником коменданта Те
реховым — высоким, стройным моло
дым человеком, попал в подвал Губче
ка. Их пригласил комендант Михай
лов, законченный кокаинист, помочь
с ликвидацией. Здесьто он и обнару
жил причину сосредоточенной жесто
кости в глазах старшего следователя,
присутствие которого было вовсе не
обязательным на, как тогда выража
лись, проводах перед отправкой в
штаб Духонина. Приняв наркотик,
он, удалившись в кокаиновые грезы,
наконец, поднял глаза. Они горели
бесовским пламенем, человеческий
лик сменился звериным оскалом. А в
это время Михайлов, выгнав голых
арестантов в сад, в лунную ночь, уст
роил охоту на обреченных. Спьяну, отменный стрелок Ми
хайлов, редко убивал жертву с первого
выстрела. В ясном лунном свете, ис
каженные предсмертным страхом си
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
109
реневые лица приговоренных, мель
кали за деревьями сада, распаляя
охотничий азарт. Раненые стонали, и
тогда Терехов подходил к страдающе
му от боли, присаживался на корточ
ки, приговаривая: «Ну, что, дружок,
ты уж отмучился. На Руси испокон ве
ку заведено: дважды не казнят. Так
что легко отделался». После того, как
жертва немного успокаивалась от ти
хого, участливого голоса палача, Те
рехов вынимал наган и добивал при
говоренного выстрелом в голову. По
сле, очень довольный собою, он гово
рил, что таким образом причащает
страдальцев…
После той ночи Гельман стал зав
сегдатаем подобных развлечений, по
окончании которых они всей гурьбой
отправлялись в Липский переулок,
где устраивались оргии с участием
юных комсомолок и прочего сброда
из совслужащих. Здесь же, свалив в
кучу одежду и другие пожитки уби
тых, компания приступала к дележу
добычи. Он накоротке сошелся еще с од
ним комендантом — Абнавером, ти
пом скрытых садистических наклон
ностей, редким образчиком предста
вителя той части человечества, коя
лишена отвращения к преступлению.
Кровь пьянила этого палача, и он,
переняв от Терехова принцип усып
ления душевных тревог приговорен
ных, наслаждался, когда жертва уже
почти поверив в благоприятный ис
ход дела, неожиданно видела черный
зрачок уставленного в лицо револь
вера. Надлом психики, который поч
ти всегда случался у человека приво
дил в восторг Абнавера, он призна
вался, что в этот момент испытывает
ни с чем не сравнимое наслаждение.
«Никакой бабы не надо», — часто го
ворил он.
Время ускоряло свой бег. Общее
обнищание населения отчетливее
проявлялось с каждым днем. Теперь
уже на Крещатике элегантно одетых
дам не встретишь. Публика все боль
ше попадалась в «демократическом»
одеянии: мелькали кожанки да сол
датские шинели. Ему стало невыно
симо каждодневно видеть тупые, бес
смысленные лица солдатисполните
лей, готовых во имя своих низменных
желаний десятками гробить человече
ские жизни. Арону Евсеевичу наску
чило это бессмысленное истребление,
к тому же ночные сны превратились в
кошмары с явлением душ убиенных.
Кокаин больше не помогал, и он по
спешил удалиться от этой приевшей
ся сладкой жизни. Близился август.
Добровольческая Армия приближа
лась к Киеву, не оставляя сомнений в
намерении захватить город и покви
таться с садистами. Гельман не стал
испытывать судьбу. Отыскав генера
тор, он вскоре закрутился в вихре вре
мени…
Покончив с завтраком, Гельман
утер жирные губы белоснежной льня
ной салфеткой и поднялся во весь
рост. Вдали послышался мерный стук
дизеля буксира, приближающегося к
барже. После трапезы настроение за
метно улучшилось, и он решил не
много размяться. Подойдя к воде, он
увидел, как у самого берега кружилась
стайка мальков. Ему показалось за
бавным, что вот он, капитан Вермах
та, легко решит судьбу этих безликих
русских скотов, но бессилен перед
рыбьей стайкой. Он улыбнулся и в
этот же момент почувствовал силь
нейший толчок в спину. Под левой
лопаткой кольнуло, дыхание сперло,
и Гельман повалился в воду.
В худых сапогах хлюпала утрен
няя роса. Нащупав в противогазной
сумке остатки сырого хлебного мя
киша, облепленного махоркой, Се
ров не стал его доставать — непри
косновенный запас, на крайний слу
чай. Присев на поваленное сухое де
рево он снял сапоги, намереваясь пе
ремотать портянки. Звезды на небо
своде блекли, и их реликтовое излу
чение рассеивалось в сиреневом воз
духе. Сквозь листву деревьев начинал
слабо сочиться утренний свет еще
невидимого солнца, пробуждая суе
тливую жизнь насекомых и их врагов
— всяческих птах… Оторвавшись от танков, он долго
держался за маячившей впереди меж
«ЗС»Фантастика №1,2006
110
разрывов спиной лейтенанта. В том,
что это был Зотов — сомнений не бы
ло. Но, достигнув прибрежных зарос
лей, Серов потерял его из вида.
Поднявшийся ветер прояснил ут
реннюю сумеречность, и тут же чут
кий слух Серова уловил треск сучьев
неосторожно пробирающегося в за
рослях человека. Вскочив, он как был
босиком, кинулся к ближайшему кус
ту, на ходу передергивая затвор вин
товки. Изза деревьев показался по
пояс голый лейтенант.
— Эй! Витька, ты что ли? — крик
нул Серов из кустов. — По уху вижу,
что ты. Куда гимнастеркуто свою
модную дел? — Он вышел из укрытия,
однако, не опустив оружия.
— Немчура коммунистов и офице
ров к стенке без разговоров ставит. А
я, как выясняется, еще и член
ВКП(б), уж целый месяц. — ответил
Зотов.
— Тебя, дурака, по сапогам хромо
вым вычислят. Где твой «ТТ»?
Зотов вяло махнул рукой, приса
живаясь на ствол поваленного дерева. — Где же это хранится генетичес
кая память ранее существовавшего
человечества? Неужели в этой ма
ленькой коробочке? — он постучал
себя по лбу.
Серов не ответил. Его обострен
ный слух уловил мерное тарахтение
двигателя, доносившееся с реки. — Пойдем от греха подальше, по
ищем, где поуже речка, да переправ
ляться к нашим уж пора. Хотя, похо
же, что мы опять в окружении, — на
матывая портянки, добавил Серов. —
Ты чего это бесновался возле подби
тых танков?
— А шут его знает! Какойто вну
тренний протест в меня вселился.
Не было сил смотреть на это безрас
судное звериное стадо. Не даром го
ворят, что пандемия страха — вот
что роднит человека с животным. А
все мы, бегущие, были заражены
этой эпидемией, остановить кото
рую не было возможности. Это как
табун несущихся лошадей. А я по
простоте душевной, решил их оста
новить. Ну, а дальше ты сам все ви
дел…
Приятели довольно быстро продви
гались вдоль реки в поисках подходя
щего места переправы. Пловцы они
были неважные, и лишний метр вод
ной поверхности имел большое значе
ние для обоих. Вскоре они услышали лай собак и прибавили шагу. Сквозь заросли показалась баржа
с пленными. В отдалении стоял офи
цер собирающийся закусить. Какой
то пухлый коротышка чтото орал,
вытащив «Вальтер» из кобуры. Боль
ше десятка пленных зачемто обрат
но вывели с баржи и повели в гущу
прямо по направлению к притаив
шимся окруженцам. Они уже отчет
ливо видели желтые, с запавшими
глазами, лица русских солдат, когда
коротышка махнул рукой и два авто
матчика, следовавших сбоку, откры
ли огонь. Пленные падали, словно
подкошенные кегли. Все было кон
чено за несколько секунд. Потом
распорядитель этого страшного дей
ства, прохаживаясь меж трупам, из
влек из кобуры «Вальтер» и сделал
несколько выстрелов. Пораженные, охваченные ужасом,
Зотов с Серовым неотрывно наблюда
ли за этой кошмарной сценой. Их по
белевшие лица выражали отчаянную
решительность. Наконец Зотов про
хрипел:
— Имеешь ли желание испробо
вать силу евангельского духа, дабы
пробудить добро, сокрытое в душе
особо просвещенного германца? Нет?
Ну, так дайка мне изделие товарища
Мосина образца 1891 года.
Серов передал ему винтовку, про
молвив:
— Один патрон в патроннике,
другой в магазине. Больше боезапаса
нет.
Зотов не слушал. Он весь сосре
доточился на мушке, подыскивая
подходящую цель. Между тем офи
цер покончил с завтраком и отпра
вился размять кости к самой кромке
воды. Его сгорбленная спина в сером
мундире очень хорошо ложилась в
прицел. Через мгновение спусковой
крючок был нажат, и звук раскатис
того винтовочного выстрела разнес
ся над рекой. Пуля, вырвав клочок
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
111
материи, вошла под левую лопатку.
Немец, пошатнулся, а затем грузно
рухнул в воду. Тут же тишину разо
рвала автоматнопулеметная трес
котня. Не было возможности под
нять голову, настолько густо пули
впивались в окрестный грунт. Вдруг
стрельба кончилась и, спустя секун
ды, натасканные на пленных овчар
ки, уже рвали одежду на студентах из
XXI века, так не кстати заблудив
шихся во времени. Запыхавшийся фельдфебель, вы
тирая тряпицей свою красную физио
номию, чтото гортанно проорал, вы
катывая глаза из орбит. Две пенько
вых петли вскоре свисли с крепкого
дубового сука. Без лишних слов Зото
ву и Серову петли были наброшены
на шею и в лучах, уже довольно высо
ко поднявшегося солнца, закачались
на веревках два молодых тела бойцов
Красной Армии.
— Что это вы, мальчики, так при
позднились? — разухабистая Люська,
верная подружка по праздному вре
мяпрепровождению, стояла возле ок
на напротив аудитории, внимательно
разглядывая в зеркальце свое лицо. —
Вы что же, не в курсе? Арон Евсеевич
сегодня ночью помер. К его инсульту
присовокупился инфаркт, ну и не вы
держала душа халдея… В общем, экза
мен на послезавтра перенесли. Наконец оторвавшись от своего
занятия, она посмотрела на прияте
лей. Зотов и Серов отметили, как ли
цо студентки вытягивается, а глаза, и
без того огромные, расширяются, уг
рожая выпасть из орбит. Они перегля
нулись. Да, было от чего прийти в за
мешательство. У обоих на шее отчет
ливо проглядывались следы от удавок.
Посеревшие лица свидетельствовали
о несоразмерно высокой нагрузке вы
павшей на их обладателей в послед
ние часы. К тому же ухо Зотова так и
не приняло естественный цвет, при
влекая внимание проходящих мимо
едко ухмыляющихся молодых людей. — Ну и видок же у вас! Ночью — то
где были? Пьянствуете все, да по дев
кам таскаетесь? — А где народ? — зачемто поинте
ресовался Серов.
— Как где? В пивняке конечно же.
Зотов, вполуха слушая их, потянул
за рукав приятеля и зашептал:
— Ты не забыл о тетрадке Евсееви
ча? Самое время забрать ее.
Серов помрачнел, чтото обдумал
и ответил:
— Ну ее к шутам собачьим, тет
радку эту! Ты как знаешь, а я — пас.
По мне так лучше пива попить, а не
шарахаться по лабиринтам извилин,
— он круто развернулся и быстро за
шагал прочь — туда, где многие на
ходят забвение, не тревожа свой ум.
Позыв к действию утонет в пивном
хмелю, но изредка он все же будет
теребить его душу, раздражая до тех
пор, пока не растворится со време
нем, смиряя Серова с обыденнос
тью. 2.
Ступая босыми ногами по рас
тресканной мертвой земле, усыпан
ной осколками битого стекла, Зотов
пытался уловить малейшие шорохи,
что обычно в изобилии наполняют
окружающий мир. Но тщетно — без
молвие ватой накрыло окрестности. В
небе, как приклеенные, висели блед
норозовые облака, солнце жгло, и не
было ни одной птицы, оживляющей
эту нерадостную картину. Его взору
не на чем было зацепиться. Холмис
тая поверхность земли лишенная рас
тительности, вот и весь ландшафт.
«Где это я? На Земле или… Да нет,
определенно на Земле. Быть может, в
будущее занесло? Вряд ли. Вот черт!
Откуда столько стекла?», — размыш
лял он, до боли в глазах всматриваясь
вперед. Из его разрезанной острым
стеклом лодыжки почемуто не текла
кровь. Он стоял на одной ноге и вни
мательно смотрел на образовавшуюся
резаную рану, с каждой секундой все
более и более недоумевая: «Это что
значит? И совсем не больно. Не по
нятно! Прав Митька: лучше пиво
пить, чем вот такто по стеклу боси
ком бродить». Он осмотрел свой туалет. Ничего
особенного. Все то же, что было на
«ЗС»Фантастика №1,2006
112
нем до перемещения, только почему
то он был босой. Не оченьто удобно
для путешествующего путника по би
тому стеклу. В некотором отдалении,
справа от мысленно проложенного
маршрута, он заметил какоето шеве
ление. Сначала возникло фосфориче
ское сияние, а затем на фоне непо
движных облаков оно постепенно
стало густеть, превращаясь в одино
кую человеческую фигуру в грязно
сером мундире. Он медленно напра
вился к ней.
Возникший из дымки незнакомец
чтото чертил тонким высохшим пру
тиком на песке. Услышав приближа
ющиеся шаги, он поднял голову. Гла
за его были пусты, невыразительны,
как у рыбы, и смотрели они как бы
сквозь Зотова. Полдничный тяжелый
зной висел над их головами, но кожа
при этом была суха, ни единой росин
ки пота. Остановившись в трех шагах
от незнакомца, Виктор с удивлением
узнал в нем Арона Евсеевича Гельма
на, облаченного в форму немецкого
гауптмана. — Не может быть! Вас уж с месяц
как похоронили! — Сегодня 40й день пошел, —
както безразлично отозвался Гель
ман. — Значит, чтото будет… Один
глупец пулей разорвал мое сердце. Уж
не ты ли будешьто? Вижу, вижу, доб
рались до моей тетрадки.
— Да уж, почитал. Вряд ли сы
щешь еще одного такого, кто уснуть
не может, пока дряни какой не сдела
ет. Помните, в Киевето, а? А ухо мое
чем не понравилось?
Арон Евсеевич не ответил. Каза
лось, он потерял интерес к неожидан
но возникшему Зотову в этом мертвом
мире. Как и прежде окружающее не
менялось, создавалось ощущение, что
эти двое разместились внутри гигант
ской фотографии, запечатлевшей без
жизненный пустырь. Безмолвие угне
тало, и Зотов, не выдержав, спросил:
— Где это мы?
Гельман грустно усмехнулся, по
молчал, и, тяжело вздохнув, ответил:
— Нигде. Этот унылый пейзаж я
наблюдаю вот уже 31й день, то есть
40й после смерти, а попал я сюда на
девятый. Ясна арифметика? Как твоя
фамилия? Зотов? Ну, так вот, Зотов,
мы с тобою тени теней, ничто, прах…
Мы в том мире, откуда нет пути ни
назад, ни вперед. Тыто как сюда по
пал? Босой. Под машину попал что
ли? Молчишь? Весь фокус в том, что
ты мертв, Зотов, как и я. Так случа
ется: живешь, живешь, а потом бац,
и… Однако все эти краденные жиз
ни, что довелось прожить мне, во сто
крат слаще моего никчемного суще
ствования в нашей реальности! А,
Зотов?
— В особенности жизнь помощни
ка коменданта, или вот этого немца,
которого я снял из трехлинейки.
— Значит, это всетаки ты, ма
ленький стервец, отправил меня сюда.
Смертоубийца, проливающий на зем
лю кровь, душа у тебя Каинова… От
чего один?
— Митька познал начало мудрости
— страх Господень, а посему отказал
ся от дальнейших блужданий по неиз
вестности и перешел на пиво пен
ное…
— Разумен. Как там у Соломона:
«Немного поспишь, немного подрем
лешь, немного, сложив руки, поле
жишь; и придет, как прохожий, бед
ность твоя…». Бедность не материаль
ная, но духо… Впрочем, лучше оста
вить эту скользкую тему выбора.
— Это уж точно. «Духо…». Но не
ужели я мертв? Все же приятнее, в ка
кой угодно бедности пребывать, чем в
этой пустыне со стеклом.
Гельман промолчал. Затем тяжело
поднялся, отряхивая прилипший к га
лифе песок, нахлобучил на голову фу
ражку, и както отрешенно сказал:
— Похоже, пора, пришел мой час, — и он медленно побрел к гори
зонту, линия которого виднелась за
холмами. Еще долго было видно ссу
тулившуюся его спину, и маленькую
дырку на кителе под левой лопаткой,
обрамленную бурым пятном засох
шей крови.
Провожая взглядом удаляющегося
Гельмана, Зотов неожиданно почув
ствовал нарастающую боль в повреж
денной стеклом лодыжке. Глянув на
ногу, он увидел, как из ранки сочится
П.Ртищев Воронка Хроноса
«ЗС»Фантастика №1,2006
113
кровь, и тут же почувствовал на щеке
ласковое прикосновение горячего ве
тра, и откудато издалека послышался
гомон птиц… «Неет, врешь, халдей! Я еще по
копчу небо в нашем, живом мире», ощутив душевный подъем, подумал
он, и нащупал в кармане генератор,
изготовленный по чертежам Арона
Евсеевича, навсегда ушедшего в не
бытие…
Глоссарий:
Юбилейный год — в каждый по
следний год 50летнего цикла в Иу
деи объявлялись долги недействи
тельными.
Хитон — широкая, падающими
складками, одежда.
Хламида — верхняя одежда в виде
плаща у древних греков, римлян.
Подир — длинная одежда иудей
ских первосвященников. Эл — в древнеизраильском божест
венном пантеоне творец и владыка
небес и земли.
Ашера — верховная богиня и су
пруга Эла.
Таршиш — «край света» (Южная
Испания).
Бродягаивр иври (еврей),соци
альная группа, по истечении 7 лет ос
вобожденная из долгового рабства и
переходящая в статус хофши (не иму
щий).
Ф. М. Ртищев (162373), прибли
женный царя Алексея Михайловича,
отличался кротостью нрава и благо
творительностью. Хиба — разве
Чужебесие — пристрастие ко всему
иностранному. Кузьма Косой — смутьян, расколь
ник
Людодерство — взяточничество.
Позорище — зрелище.
Ju — бомбардировщик фирмы
Юнкерс («Штука» Ю86; 87; 88).
ТТ — пистолет Ф. В. Токарева,
обр. 1930 г.
«Отправить в штаб Духонина» —
расстрелять, на жаргоне большевист
ских тюремщиков. Генерал Духонин
— главнокомандующий русской ар
мией, был зверски убит большевика
ми в ноябре 1917 г.
Фамилии и события, относящиеся
к деятельности Губчека и ВУЧК (Все
украинская Чрезвычайная Комиссия)
подлинные, источник: Доклад ЦК
Российского Красного Креста о дея
тельности ЧК в Киеве, 14 февраля
1920 г.
ОБ АВТОРЕ:
Петр Ртищев родился в 1959 году в городе Красноярске в семье военного (по-
этому пришлось пожить в разных районах бывшего СССР — от Крыма до Омска).
Высшее образование получил в Московском Электротехническом институте
связи; кандидат технических наук. Четыре года отслужил в рядах ВС СССР; рабо-
тал мастером (затем начальником участка) по строительству линейных со-
оружений городской телефонной сети, начальником цеха связи тропосферной
связи на полуострове Ямал, инженером в НИИ им. И. В. Курчатова и др. С 1991
года руководит рядом малых предприятий в сфере проектирования и строи-
тельства коммуникаций.
Рассказы П. Ртищева публиковались в периодике; в 2005 году вышла книга
прозы «Блуждающие во мраке» (в соавторстве с В. Бондарчиком).
Н
АСЛЕ ДИЕ
«ЗС»Фантастика №1,2006
114
Картограф Страны Фантазии
Читателям «Знания-силы» со стажем хорошо знакомо имя Георгия Гуревича. Начиная с 50-
х годов прошлого века его рассказы часто гостили на страницах журнала.
Пятьдесят лет жизни были безраздельно отданы Георгием Иосифовичем Гуревичем Ее Ве-
личеству Фантастике. За это время было издано 26 его книг, в том числе 4 крупных романа,
множество научно-фантастических повестей и рассказов, а также литературоведческих и на-
учно-популярных статей.
Будучи ярчайшим представителем второй волны отечественной фантастики,
Г. Гуревич отдал должное так называемой фантастике ближнего прицела. Начиная с дебют-
ной повести «Человек-ракета» (1947, в соавторстве с Г. Ясным) и вплоть до романа «Рожде-
ние шестого океана» (1960), он неизменно придерживался неписаных правил, характерных для
этого направления. Однако если его «коллеги» в основном пропагандировали полезное народ-
ному хозяйству изобретательство, то Г. Гуревич в своих произведениях преследовал несколь-
ко иные цели. О чем бы он ни писал: о методах выведения быстрорастущих деревьев, изобре-
тении нетающего льда, регулировании тектонической деятельности или открытии беспро-
водного электричества — в центре его внимания неизменно находился человек. Фантастиче-
ская идея была лишь средством.
При таком подходе к литературе было совершенно естественным присоединение Г. Гуре-
вича к плеяде авторов-шестидесятников, творения которых и составляют ныне классику
отечественной фантастики. Повести и рассказы «Прохождение Немезиды» (1958), «Пленни-
ки астероида» (1960), «Мы — с переднего края» (1962) открыли новый период в творчестве
писателя, центральное место в котором, несомненно, принадлежит утопии «Мы — из Солнеч-
ной системы» (1965), самому, наверное, недооцененному роману советской НФ. А между тем
масштабное повествование о коммунистическом будущем человечества если и уступает в
чем-то «Туманности Андромеды» И. Ефремова или «Полдню» А. и Б. Стругацких, то лишь не-
значительно.
В начале 70-х годов интересы Г. Гуревича все более склоняются в сторону гуманитарных
наук. Перспективы развития общества, психология героев, обладающих сверхспособностями,
составляют основное содержание сборников тех лет. Эти идеи автор развивает в повестях
«Месторождение времени» (1970), «Опрятность ума» (1970) и «Когда выбирается «я»
(1972). Наибольшей же концентрации они достигают в романе «В Зените» (1972, дополн.
1985) и примыкающем к нему рассказе «Глотайте хирурга», герой которых совершает путе-
шествие к центру галактики.
«Умирать обязательно, стареть обязательно, горевать обязательно и обязательно под-
чиняться времени». Но что же делать, если осталось еще много нереализованных идей? Г. Гу-
ревич нашел выход. И фантастический, и реальный. Фантастический — в повести «Делается
открытие» (1978) и романе «Темпоград» (1980). Их персонажи живут и работают в ускорен-
ном сконцентрированном времени. Реальный — в книге «Древо тем» (1991), написанной в уни-
кальной форме «НФ-конспекта», целиком состоящего из оригинальных проектов, которые пи-
сатель не успел реализовать в виде художественных произведений.
Кроме собственно литературной деятельности Г. Гуревич занимался еще и активной про-
пагандой фантастики. Его книги «Карта Страны Фантазии» (1967) и «Беседы о научной фан-
тастике» (1983) до сих пор считаются эталоном жанрового литературоведения. Нельзя так-
же не отметить научно-философскую работу «Лоция будущих открытий» (1990). «Постоян-
ный глубокий интерес к науке, умение обобщать ее факты и изложить их доступно и увлека-
тельно привели автора к созданию «Лоции». Книга необычная, в ней чувствуются огромные
возможности человеческого ума, она будит мысль, интерес к познанию мира».
Публикуемый в этом номере рассказ «Поденки» обнаружен в архивах писателя. При жизни
мэтра он не был напечатан, и это — первая публикация рассказа.
Дмитрий Байкалов
Георгий Гуревич
«ЗС»Фантастика №1,2006
115
Вытянутая орбита, четырехмесяч
ное знойное лето, четыре года лютой
зимы — не слишком благоприятные
условия для жизни. Никто и не ожи
дал встретить разумную жизнь на пер
вой планете звезды 211179. Но спект
роскоп зарегистрировал линии кисло
рода в атмосфере — видимо, расти
тельность всетаки была там. И после
долгих колебаний капитан разрешил
отправить на Первую меня — биоло
га, поскольку я меньше всех был ну
жен при сооружении полизвездного
радиотелескопа, который должен был
перевернуть все наши представления
о Вселенной.
Приключений не было, предупреж
даю любителей волнующих пережива
ний. Связь работала безупречно, ни
один канал не подвел, приборы поса
дили меня с аптекарской точностью.
И хорошо, что сажали меня авто
маты. Сам я не разглядел бы ничего в
плотном, густом, мутнобелом, как чай
с молоком, тумане. И после посадки я
долго всматривался в муть. Напрасно.
За иллюминатором плыли какието
кисейные струйки, а за ними стояла
все та же непроглядная молочная сте
на. Приборы, однако, обнадеживали,
показывали достаточный процент
кислорода, сносную температуру, не
сколько выше нуля, а влажность, ко
нечно, стопроцентную. Надев для ос
торожности скафандр, я решился
выйти наружу, но тут же утонул в мо
лочной мгле и наверняка потерял бы
свой летающий дом, если бы отцепил
фал. Пришлось вернуться «ждать у
моря погоды».
И ждал я три дня, назовем их услов
но «апрельскими». Ждал, не отходя от
П о д е н к и
«ЗС»Фантастика №1,2006
116
тамбура, ждал ничего не видя, кроме
мглымглымглы впереди и снега под
ногами. Тающего, ноздреватого, с ка
пельками воды в каждой луночке. До
вольно грязный был снег. Нестиранное
белье планеты пролежало без смены
четыре года. Грязь я собрал, старатель
но исследовал под микроскопом. Как и
можно было предположить в основном
это были пыльца, кусочки высохших
листьев или минеральная пыль. Ни
крошек угля, металла, ни опилок, ни
единого волоконца, которыми так
обильно снабжает атмосферу разумная
жизнь. Так и я передал на базу по ра
дио: «Жизнь на Первой доразумная,
вегетативная».
А подробностей сообщить не мог,
все было скрыто в тумане. Бродить в
нем было опасно, да и бессмысленно.
Но из прошлых астрономических на
блюдений знали мы, что как правило
на этой планете ясное небо, туманы
держатся только в период таяния,
сойдут через несколько дней. Волей
неволей приходилось набираться тер
пения. Вот и сидел я на пороге люка,
дышал стопроцентной влажностью,
попирал ногами неведомую планету и
думал о своей родной.
Из практики экспедиций известно,
что вторую половину срока в космосе
думаешь больше о Земле, а у нас уже
прошла половина, и три четверти и
пять шестых срока. Осталось месяца
четыре, и моя командировка на Пер
вую казалась эпизодом, последним ак
том. Ну, соберу я здесь гербарий, будет
что отвезти на Землю… на Землю —на
ЗемлюЗемлю!.. все мысли о Земле.
По земной природе соскучился я и
больше всего по лесам. Нет на свете
ничего лучше лесов нашей средней
полосы. Тень, прохлада, аромат (аро
маты!), птичий гомон, косые лучи
солнца сквозь листву, девичья неж
ность березок, осин боязливый тре
пет, горделивые сосны, елкиклуши и
выводок грибков под их зелеными
крыльями, шаткие кочки, усеянные
черникой, таинственные глазки боло
тец между ними. Каждая полянка —
вернисаж. Стой и любуйся, крути го
ловой направо и налево. Куда ни
глянь —полотно, живой Шишкин.
Как вы догадываетесь, я — лесо
вод. Это моя профессия, увлечение и
страсть. Земные мои годы проходят в
вечной борьбе (силы света и силы
тьмы!) с лесогубителями, лесозагото
вителями. Четыре раза в год, перед
началом каждого квартала, приезжа
ют они ко мне с картами, где крест на
крест перечеркнуты гектары —гекта
ры — гектары, предназначенные для
рубки. И каждый раз я спрашиваю,
когда же они оставят мои леса в по
кое. Рубят и рубят, прореживают и
сводят; о дебрях и непролазных чащах
мы читаем только в романах. Своими
же глазами видим парки, рощи и ро
щицы, или скудные ряды лесопоса
док. Тайгу — в заповедниках исклю
чительно.
— Когда вы оставите леса в по
кое? —добиваюсь я.
А мне в ответ:
—Население Земного шара растет
на полтора процента ежегодно. Мы —
хозяйственники — должны обеспе
чить полуторапроцентный прирост
зерна, мяса и древесины тоже, не
только для мебели, поделок всячес
ких, но и для бумаги, чтобы вам —ро
мантикам — было на чем печатать
вдохновенные поэмы о кущах, рощах
и непролазных чащах.
Я возражаю всякий раз:
—Полтора процента плюс полто
ра… по формуле сложных процентов
получается удвоение меньше, чем за
полвека. Удвоение, потом учетвере
ние. Природа не выдерживает геомет
рической прогрессии. Надо срочно
придумывать замену.
— Вот и придумывайте, романти
ки, вместо того, чтобы воспевать!
Ездил я, ездил и к синтетикам, ез
дил и к генетикам… Пришлось, одна
ко, прервать хлопоты потому, что и
космос я откладывать не мог никак.
Не мог откладывать по возрасту. В последний раз пустили меня в кос
мос —в самый последний.
Доктор долго морщился и вздыхал,
рассматривая мои кардиограммы,
рентгенограммы, генограммы, вся
кую такую грамматику, ласково по
хлопывал по плечу и по коленке, а я
честил медицину за то, что она лечит
Г.Гуревич Поденки
«ЗС»Фантастика №1,2006
117
подлечивает, но молодость продлить
все равно не умеет. Только развер
нешься, только опыт наберешь, тут же
тебя и провожают на заслуженный,
так сказать, отдых.
— Друг мой дорогой, — говорил
доктор. — Умный человек не просит
невозможного. Старость — закон
природы, наше дело ее облегчить,
сделать здоровой, работоспособной.
—Даже если старость и закон при
роды, — возражал я, — старость в
шестьдесят вовсе не закон. Попугаи
живут и до ста лет, дубы — сотни, а
секвойи —четыре тысячи. И не дока
зано, что они при этом стареют. Рас
тут и растут. С другой стороны и по
денки не знают старости. Один денек
пляшут, отложат яички и умирают.
— Голубчик, но люди не поденки
же. —И доктор заглядывал мне в гла
за с неуверенной улыбкой, полагая,
что я шучу, сам понимаю, что вздор
несу. —Впрочем, голубчик, я не спе
циалист по старению. Пойдите к ге
ронтологам, они вам все объяснят.
Не пошел я к геронтологам, не по
шел к иммунологам и зоологам, не
пошел к генным инженерам, отложил
хождение на два года потому, что в ко
смос меня пустили пока что. Когда не
пустят окончательно, буду земными
проблемами заниматься.
И еще одно дело отложил я —се
мейное.
Большую часть жизни провел я в
экспедициях, ночуя в палатках, в луч
шем случае в каютах кораблей. Мор
ских и космических. Привык к эко
номной тесноте: норма —3 кубических
метра на человека; гость стоит на поро
ге; койка, столик, на стене цифербла
ты. Поэтому очень ценю я неторопли
вые беседы в просторной городской
комнате, за столом покрытым белой
скатертью. Ценю домашние пирожки и
салаты в салатницах, никаких тебе кон
сервов и паштетов из тюбиков. Люблю,
чтобы меня слушали милые женщины
в нарядных платьях, а не только беспо
лые существа в комбинезонах. И жела
тельно, чтобы мне внимали сочувству
ющие: жена или дочьегоза.
—Папка, да как ты выдержал? Да
я бы померла от страха.
Преувеличивает. Не померла бы.
Никого она не боится. Меня тоже.
И в доме установлена традиция:
вечер перед отъездом и вечер после
возвращения — торжественные се
мейные праздники. Семейные — без
посторонних. Я делаю доклад о пла
нах, я делаю отчет об итогах. Жена
время от времени перебивает, спра
шивая, не подложить ли чтонибудь
на тарелку (подозреваю, что доклады
она пропускает мимо ушей), а дочка
ахает:
—Да я бы померла от страха!
Онато впитывает мой рассказ,
слушает с блестящими глазами, а
пальцы у нее шевелятся, мнут хлеб
ный мякиш. Скульптор моя быстро
глазая. У нас все полки и столики за
ставлены ее работами: целые серии
пляшущих фигурок из дерева, папье
маше, бронзы, фарфора. Все, что она
видит, хочется ей тут же вылепить. И
все, что я рассказываю, тоже хочется
вылепить. Пальцы у нее никогда не
отдыхают. Даже когда нет материала,
подходящего или неподходящего,
формирует чтото из воздуха. Музы
канты так наигрывают на солее мело
дии, которые звучат у них в голове.
Берут аккорды на скатерти. Музыку
слышат в воображении.
В общем хорошая девочка, моя
единственная. Но вот обеспокоила
она меня перед отлетом.
Как раз рассказывал я о будущей
экспедиции в окрестности невырази
тельного солнца 211179, говорил, что
на первой планете разумной жизни
быть не может; четыре года зима, че
тыре месяца теплых, не успеет развер
нуться разум. В эту минуту раздался
звонок, и появился гость… черт бы его
побрал, не мог выбрать другой вечер.
Не очень молодой, но очень чин
ный молодой человек, с галстуком, за
понками на манжетах и прямым про
бором от лба до макушки; терпеть не
могу прямых проборов. Пригласили
его к столу, не прогонять же, а когда
он сел, семейство мое будто подмени
ли. Жена перестала не слушая мне, со
чувствовать, начала вместо того подви
гать блюда, громко перечисляя ингре
диенты салатов. Дочьегоза, болтливая
«ЗС»Фантастика №1,2006
118
вострушка, прекратила мять воздух
пальцами, потупила глаза и начала вы
тирать тарелки. Попробуй заставь ее
заниматься хозяйством в другое время.
Гость же начал, нисколько не интере
суясь моей экспедицией, разглагольст
вовать о смысле жизни и науки. По его
мнению, у каждого человека должна
быть конкретная цель в жизни, жела
тельно крупная цель. У него самого
есть таковая: он собирается стать вид
ным ученым. Для этого надо занять за
метную должность в ведущем институ
те, заслужив ее тремя диссертабельны
ми диссертациями. Первая уже подго
товлена. Материал собран, минимум
сдан. Ищется тема для второй, жела
тельно новая, а вместе с тем и не слиш
ком новая, чтобы не вызвать раздраже
ния и удивления.
Впрочем, все свои соображения он
не успел изложить. Продуманно под
готовившись и к сегодняшнему вече
ру, он приобрел два билета на хоро
шие места в синтетический театр. Де
вочка моя — художественная натура,
вечно опаздывающая повсюду, была
одета через две минуты. О моем отъез
де она забыла тут же.
—Что за тип? —спросил я, когда
мы остались с женой вдвоем. — Не
ужели наша дочь находит его интерес
ным?
— А чем плох? — возразила же
на. — Основательный человек, и на
мерения у него серьезные.
—Намерения, может, и есть. Лю
бовь есть ли?
Но тут кроткая моя жена, возвы
сив голос, объявила, что я ничего не
понимаю в семейных делах. Любовь
любовью, но нашей девочке уже двад
цать четыре, давно пора подумать о
браке.
Я разозлился:
—Пора думать, но пусть думает со
всей ответственностью. Он же наби
тый дурак, этот основательный. Мне
лично не хочется, чтобы у меня росли
глупые внуки.
В общем, мы крупно поспорили,
но я своего добился. Получил обеща
ние, что с браком повременят до мое
го возвращения. В конце концов,
двадцать четыре — не конец жизни.
Надо дожидаться настоящей любви,
даже если придется ждать и год, и два.
А ждут ли и дождутся ли меня —не
уверен. Чтото неясны были космиче
ские наши короткие разговоры. Ведь
это же не земной телефон: вопросот
вет, вопрос и ответ сразу, не понял —
переспросил. Из космоса мы посыла
ем серии запросов, получаем серию
ответов. Если хотят — отвечают, не
хотят — отмалчиваются. До следую
щей серии — месяц. И чтото много
отмалчивались мои хорошие в по
следних радиограммах.
Вот о таких вещах думал я, всмат
риваясь в молочную иглу. Смотрел,
ничего не видел, вздыхал:
— Ладно, недолго осталось тер
петь. Соберу гербарий, и на Землю —
домой. Там будем разбираться.
Меж тем в тумане шла невидимая
работа. Чтото журчало, булькало, пе
реливалось, иногда к моим ногам под
текали ручейки, гдето в сторонке
бурлил поток, позванивая льдинками,
чтото шлепалось в воду, чтото ухало,
оползая. А на третий день подул сы
рой ветерок, молочная стена стала та
ять, сделалась дымчатой, голубова
той, полупрозрачной, даже розовой
почемуто… и вдруг сквозь розовое
проглянуло горячее солнце 211179.
Имя ему еще не удосужились приду
мать астрономы. Впрочем, не напа
сешься имен на сто миллиардов све
тил. Как известно, астероиды сначала
называли в честь богинь, полубогинь,
потом в честь жен и любимых жен
щин. Всех женских имен не хватило
даже на вторую тысячу. Но пекло безымянное заурядное
солнце добросовестно: пар стоял над
лужами, во всех ложбинках гомонили
ручьи, снежники съеживались прямо
на глазах, уползали на северные скло
ны. А на следующее утро, будем счи
тать —1 мая, появилась и зелень.
Слишком скромное слово «появи
лась». Ничего похожего я не видел на
Земле. Зелень рвалась к свету. Разво
рачивая почву. Грунт шевелился под
ногами. Из каждой точки ползли зе
леные червяки. Стебли покачивались
и, нащупав соседей, тут же хватались
за них, обвивались, подтягивались по
Г.Гуревич Поденки
«ЗС»Фантастика №1,2006
119
соломинам предшественников, стре
мясь обогнать, развернуть свой лис
ток выше, перехватить солнечный
свет. Мне кажется, некоторые расте
ния даже разъедали и высасывали
друг друга. Буйствовала и хищничала
зелень на этой планете.
Последующие дни вознаградили
меня за томительное ожидание в ту
мане. Биологнатуралист во мне бла
женствовал. На каждом квадратном
метре находил я материал для герба
рия. Я собирал, сушил, описывал,
раскладывал по ящикам, классифи
цируя на ходу. Как и на Земле здесь
были безъядерные и ядерные, одно
клеточные и многоклеточные водо
росли, были лишайники, мхи, споро
вые, голосемянные и покрытосемян
ные. Последние раскрывали цветы,
как и полагается покрытосемянным.
И сколько же было цветов, одноцвет
ных, многоцветных и радужных, пят
нистых, крапчатых, полосатых, клет
чатых, узорчатых! Бездна материала
для того, чтобы составлять букеты и
плести венки.
О венках я упомянул не случайно.
На десятый день моего пребывания —
5 мая условно —проснувшись поут
ру, я услышал щебет голосов, право
же, очень похожих на человеческие.
Одеваясь, я строил догадки, кто это
звенит: цветы такие поющие или пти
цы, вроде наших пересмешников, но
кого же они пересмеивают? Наконец,
выбрался наружу и увидел…
Девочек, которые плели венки.
Увидел девочек, очень похожих на
наших земных девчонок лет десяти,
худеньких, ребрышки наружу, востро
носеньких, колючих на вид —острые
плечики, острые коленки. Осторожно
приблизился, но они ко мне отнес
лись доверчиво, окружили, загляды
вали в глаза и брали за руки. Чтото
звенели колокольчиками: примерно
«дилилюле». Потом я узнал, что
они спрашивали, почему я не замерз и
не замерзну ли вскоре. Но тогда, в
первый день, я еще не понимал их, и,
не получив ответа, девочки тут же за
бывали обо мне, убегали прочь, чтобы
плести свои венки или же выкапывать
из земли глянцевитолиловые кореш
ки. Вероятно, очень вкусные были ко
решки. Потому что девчонки дрались
изза них, визжа и царапаясь. Впро
чем, тут же мирились. Водили хорово
ды. Играли в салки, забавлялись, как
и полагается маленьким девочкам.
И только девочки. Мальчика ни
одного. И ни единого взрослого.
Целый день сидел я на пороге, на
блюдая и прислушиваясь. Пытался заговаривать с пробегаю
щими мимо, чтото они люлюкали,
передразнивая меня звонкими голо
сишками и бежали дальше по своим
делам. Пришлось набраться терпения.
«Придут же когданибудь мамы и
няньки? —думал я. —А может быть,
сами резвушки, набегавшись, отпра
вятся на ночь в постельки, а я просле
жу и найду их жилье».
Однако солнце клонилось к гори
зонту, а за детьми так никто и не при
шел. И сами они не ушли никуда. Как
только тень набежала на луга, они
улеглись на свои гирлянды. Тесно
прижались друг к другу, так и заснули,
укрытые увядающими цветами. А по
утру с восходом солнца меня снова
разбудил их птичий гомон —чирика
нье и люлюканье.
И снова я сидел на пороге, наблю
дая и прислушиваясь. Прислушива
ясь, запоминал фразы и отдельные
слова. На третий день (7 мая) уже и
сам мог немножко люлюкать. И пер
вым долгом спросил, где же у них па
пы и мамы —«большие» где.
Они поняли, как видно. Все оди
наково показывали на горизонт, где
синел далекий лес. Я просил их про
водить меня. Брал за руку, тянул к ле
су; они упирались. Вырывались, даже
кусались. Я решил, что им строго на
строго запрещено возвращаться в се
ление и отправился на разведку сам.
В лесу тоже шла беспощадная зе
леная война. Кусты и деревья разма
хивали плетями ветвей и, захлестнув
чужой сук, всасывали сок, вырывали
листья. Едва я приблизился к опуш
ке, ко мне сразу потянулись десятки
клейких щупалец. К счастью, я дога
дался заблаговременно включить за
щитное поле, да по чужим планетам
и не ходят без защитного поля, это
«ЗС»Фантастика №1,2006
120
элементарно же. Уткнувшись в неви
димую броню, ветки брызгали буры
ми каплями, едким соком видимо.
Капли стекали и испарялись. Не без
злорадства следил я, как на границе
поля дымились и обугливались хищ
ные ветки.
Еще и камни какието летели в ме
ня со всех сторон. Неужели деревья
научились швыряться булыжниками?
Конечно, мое надежное поле отбива
ло камни без труда; они отскакивали
от него как от стали. Когда же я подо
шел к опушке ближе, обстрел прекра
тился, зато целые пучки жадных вет
вей преградили путь.
Как же здесь могут жить родители
моих щебетуний? Или деревья пожра
ли всех. Недаром девочки боятся под
ходить к лесу.
Даже и с защитным полем своим я
не решился пробиваться в чащу.
Впрочем, оказалось, что это и не тре
буется. Перед опушкой шла протоп
танная дорожка, она привела меня к
скалам, рассеченным пещерами. «Ну,
конечно, пещерные жители», —поду
мал я. Заглянул в самую большую…
Страшная картина!
Трупытрупытрупы, обледене
лые, почерневшие, уже на людей не
похожие, какието плоские расплас
танные кожи, сложенные рядами друг
на друга. Коллективная могила? Но
кто погубил целое племя, всех взрос
лых до единого? Кто притащил их, кто
сложил? И почему уцелели дети, по
чему только девочки и примерно од
ного возраста?
Я терзался догадками, искал следы
битвы или эпидемии, искал маленьких
детей, строил гипотезы и отвергал.
Но не буду тянуть, пересказывая
все свои предположения, отпадавшие
одно за другим. У меня был простой
способ: расспросить девочек. Они
знали тайну, могли внятно объяснить.
Беда в том, что я языка не понимал
еще как следует. Но если другой зада
чи нет, выучиваешься быстро. Через
несколько дней я болтал довольно
бойко, и пунктирные намеки сложи
лись во внятную картину.
Четырехмесячное знойное лето, че
тыре года лютой зимы! Здешняя жизнь
приспособилась к такому циклу.
Четыре теплых месяца по земному
счету. Называю их май, июнь, июль,
август. Я прибыл условно 25 апреля,
когда заканчивалось таяние. Первого
мая проснулась жизнь и бурно пошла
в рост. Дети тоже росли здесь как на
дрожжах. К концу мая мои девочки
должны были стать взрослыми девуш
ками. В начале июня —брак, два ме
сяца зрелости, к августу у них рожда
лись дети, как правило, близнецы, из
редка тройня. До осени дети успевали
подрасти, узнать от родителей все не
обходимое для самостоятельной при
митивной жизни. Подчеркиваю: для
самостоятельной жизни, поскольку в
первых числах сентября родители ук
ладывали их в пещере для зимней
спячки, сами же вместо одеял укрыва
ли их своими телами. И замерзали. И
промерзали насквозь, ледяной корой
отгораживая потомство от многолет
него мороза. Спустя же четыре года в
самом конце апреля талая вода будила
детей. Проснувшись, они вспомина
ли, что надо выбраться из пещеры и
срочно бежать на солнечные луга на
подножный корм, там греться, рез
виться, выкапывать и обсасывать ко
решки, плести венки, бегать взапуски.
Мальчики, конечно, не увлекались
цветами. Их стайки держались обо
собленно, ближе к опушке, там они
играли в войну и охоту, дрались, мета
ли копья и камни из пращи. Именно
они и забросали меня камнями на
опушке кровожадного леса. Предпо
лагалось, что маленькие рыцари охра
няют девочек от диких зверей, хотя
какие же звери уцелели бы в гуще во
инственных деревьев.
В конце мая мальчики начинали
думать о девочках, приходили знако
миться, начиналась пора любви… оче
редной цикл жизни.
Меня больше всего заинтересова
ла многолетняя спячка. Как это про
сто получается: легли, заснули, про
снулись, когда талая вода разбудила,
будто одна ночь прошла. Я заметил,
что девочки вообще легко засыпали,
как только начиналась вечерняя про
Г.Гуревич Поденки
«ЗС»Фантастика №1,2006
121
«ЗС»Фантастика №1,2006
122
хлада. Может быть, они были не сов
сем теплокровными? Во всяком слу
чае, заметно было, что все они тянут
ся к солнцу, на солнцепеке скачут как
телятки, в тени заметно скисают. Для
опыта я взял двух девочек в свою ра
кету на ночь. В теплой освещенной
каюте они и не думали обо сне. Всю
ночь колобродили: прыгали, плясали,
распевали песенки, перетрогали все,
до чего могли дотянуться, сломали
или разбили все, что трогали, а на ут
ро выбежали на солнце свеженькие,
весь день люлюкали, делились впе
чатлениями. В полдень скакали со
всеми вместе, заснули же только ве
чером, когда солнце зашло.
И тогда я понял, что в моем лице со
шло благословение на их скороспелую
жизнь. Я научу их переживать зиму.
Научу добывать огонь. Строить дома,
шить теплую одежду и одеяла, научу
побеждать холод. Больше им не пона
добится защищать своих детей от мо
роза собственными телами, жертвуя
жизнью во цвете лет; дети благополуч
но вырастут в теплой комнате. Возмож
но. Скучновато будет ожидать четыре
года, но разве не стоит поскучать ради
продолжения жизни? Мы в звездолетах
сидим по четыре года взаперти и даже
не для спасения жизни, ради знаний.
Ничего, нормальными людьми выхо
дим. На худой конец, можно согла
ситься и на зимнюю спячку, если уж
она так необходима, но путь спят в тер
мостатах и просыпаются через четыре
года все: и дети и взрослые. Возрадуй
тесь же вы, мимолетно живущие! При
шел в ваш мир Избавитель от прежде
временной обязательной смерти, при
шел Прометей и принес с неба огонь. Я —этот Избавитель, я —ваш Проме
тей. Запомните день моего сошествия.
Когданибудь в календаре вы будете
обозначать его красным цветом, отме
чать праздничными шествиями и мас
совыми танцами.
Итак, огонь надо им подарить, на
учить делать ткани, шить одежду,
строить дома, желательно с погребами
для запасов. Пищу заготавливать,
дрова, печи топить. Все на добром
уровне натурального хозяйства. Сразу
не переведешь же в эпоху электрони
ки и синтеза. А с чего начинать? Нач
нука я с одежды. Для девушек это са
мое понятное, самое приятное.
«Девушками» назвал я моих сосе
док, уже не девочками. Действитель
но, за две майские недели худенькие
мои люлюшки вытянулись, оформи
лись, повзрослели, даже пополнели
немножко. Впрочем, колючесть со
хранилась в их облике: острые глазки,
плечики, грудки и коленки, чтото за
дорное, вызывающее, задевающее.
Казалось, каждая из них подталкивает
тебя локтем: «Почему же ты меня не
заметил?» И вот я решил собрать эту
смешливонасмешливую аудиторию,
объяснить ей назначение текстиля,
предложить самодеятельные курсы
кройки и шитья.
Не сразу удалось собрать. Цельто
они поняли отлично, даже шумно вы
ражали восторг: «Жить много раз! Не
замерзать!!! Удивительно, прелестно,
гениально!» Но всякий раз просили
отложить занятия на завтра: «Сегодня
солнышко такое горячее, жалко упус
кать. Днито бегут, время уходит». На
конец, на их беду, на мое счастье, по
дул северный ветер, небо затянуло об
лаками, соблазнительное солнце
скрылось, и мне удалось собрать мою
шумную аудиторию, показать им, что
такое материя и что такое ножницы и
как делаются ткани из прочных воло
кон. Мне не хотелось ставить их в за
висимость от нашего текстиля и я из
готовил на показ примитивнейший
ткацкий станок с челноком, размером
со скалку.
От восторгов у меня заболела голо
ва. Все вызывало восхищенные вопли:
и станок, и топорный челнок и разно
цветные лоскуты; каждая хотела при
ложить их к себе. Девушки отлично
оценили мое сооружение. Ведь плести
венки им приходилось постоянно, а
тут одним движением соединялись
сотни волокон, сразу связывались од
ним узлом. Все они толпились у стан
ка, ссорились, галдели, словно стая
спугнутых ворон, выхватывали друг у
друга челнок или ножницы. И в гаме
этом както не заметил я, что очередь
рассосалась. Была толпа, остался око
ло меня десяток, и от того отрывались
Г.Гуревич Поденки
«ЗС»Фантастика №1,2006
123
связывались одним узлом. Все они
толпились у станка, ссорились, галде
ли, словно стая спугнутых одиночки,
спешили кудато, хлопнув разок чел
ноком, убегали прочь.
—В чем дело?
—Да ведь бухают, —кинула убега
ющая.
—Кто бухает?
—Мальчики бухают. Бьют по пус
тому стволу. Завтра придут. Новые
венки нужны, новые гирлянды.
—Пусть придут послезавтра, пусть
придут через три дня. Вы будете в но
вых платьях, небывало нарядные.
Мальчики ваши попадают от восторга.
— Три дня? Как можно? Мальчи
ки бухают, завтра придут с утра. Нель
зя откладывать; дни бегут, молодость
уходит.
Женихи явились на следующий
день, неловкие и насупленные, но
страховито разрисованные желтой и
красной охрой или синей глиной. Ог
ня они не знали и золы для черной
краски не было. На груди у них висе
ли бусы из крысиных зубов —свиде
тельство меткости и доблести. Жени
хи поскакали вокруг невест, рыча и
потрясая копьями, потом невесты
скакали, размахивая цветочными гир
ляндами… И был я забыт со всеми ра
дужными перспективами бессмертия.
Пришло более важное дело: пора
любви, пора выбора пар, две недели
безумных страстей.
На мой взгляд, для безумия не бы
ло никаких оснований. Женихов и
невест было равное количество, без
пары не должен был остаться никто.
Да и выбирать, помоему, было не из
чего. Все парни выглядели одинако
во: круглоголовые, насупленные,
сбычившиеся, с шеей, ушедшей в
плечи; все девочки одинаково остро
носые и задорноколючие, но я их
уже описывал. Сам я различал их не
без труда, главным образом по цве
там в венках. Одна предпочитала
мелкие голубенькие, похожие на на
ши наивные незабудки, другая —
крупные белые —в роде цветов маг
нолии, третья — яркооранжевые,
напоминающие настурции, четвер
тая —сиреневые как… сирень. Так я
и называл девочек мысленно: Неза
будка, Магнолия, Настурция (На
стя), Сирень. Цветы разные, но де
вушкито одинаковые. Однако про
блема выбора подруги добрые две не
дели занимали мысли тех и других.
Парни на чтото намекали, никак не
могли объясниться или же объясня
лись чересчур откровенно, подозре
вали и ревновали, скрипели зубами и
приходили в отчаяние, затевали
спортивные поединки, ритуальные и
вполне серьезные, с членовредитель
ством. Девушки ломались, тянули,
соглашались и передумывали, интри
говали, клеветали и сплетничали, от
бивали женихов друг у друга. И все —
счастливые и обиженные Ромашки и
Гортензии, Розы и Мимозы, Астры и
Хризантемы, Фиалки и Кувшинки
прибегали советоваться со мной (на
шли с кем советоваться!) или пожа
ловаться на разлучниц и изменников,
или обсудить странное поведение не
решительных, чересчур решитель
ных, колеблющихся, противоречи
вых…
— А любовьто? Ты любишь его
понастоящему? — спрашивал я.
—Ах, я так мало знаю его. Ах, он
ведет себя так непонятно. Иногда я
думаю так, иногда совсем наоборот.
—Ну, так подожди, проверь себя…
— Ждать и ждать! Сколько же
ждать! Дни бегут… Я еще хотела спро
сить…
Но тут Он показывался на гори
зонте, надо было срочно бежать, что
бы попасться ему на глаза лишний
раз. Заметит ли, подойдет ли, как себя
поведет, что скажет?
Какие тут разговоры о зиме, зим
ней спячке, домах, очагах? «Он по
смотрел, Он не посмотрел, Она отвер
нулась, Она вздернула носик». И на
все один ответ:
—Дни бегут, молодость уходит!
К середине июня пары распреде
лились, страсти угомонились, пришло
время думать о будущих детях. Тогда я
опять приступил со своими проекта
ми. Планета приближалась к своему
перигею, становилось все жарче, рас
«ЗС»Фантастика №1,2006
124
тительность начала подсыхать, все
труднее стало находить сочные ко
решки, не только деликатесные глян
цевитосиреневые. Там где прежде де
вочки выкапывали целые охапки, те
перь могучие мужья находили триче
тыре штуки, и те относили голодным
возлюбленным.
Я и предложил самое насущное:
устроить всеобщую уборку урожая,
корешки высушить и сложить в по
греба на зиму… часть же высадить во
влажный ил у реки. В пойме еще со
хранилась влажность.
Короче, решил я обучить земледе
лию беспечный народ. И земледелию
и запасливости. Ведь без основатель
ных закромов не смогли бы они пере
жить четырехлетнюю зиму.
Замужние Розы и Мимозы охотно
откликнулись на мой призыв («Пре
красно, прелестно, так предусмотри
тельно, гениально!»)
Правда, сами они не взялись за ло
паты, но мужей послали, не принимая
никаких отговорок. Те оказались спо
собными землекопами, выкопали до
статочно вместительный погреб за ка
кихнибудь два дня. Кстати, их очень
удивила мерзлота, встреченная на
глубине. Я так и не убедил их, что не я
сотворил лед летом с помощью вол
шебства. Не поверили, что холод ос
тался от зимы. «Зима же так давно бы
ла», —твердили они. Итак, за два дня
был выкопан вместительный погреб,
еще за три дня мы заполнили его вя
занками корней. Затем я отправился к
реке выискивать места, пригодные
для упрощенного земледелия без па
хоты, такого как во влажных тропи
ках: ткнул палкой в ил, сунул в дырку
зерно, прорастет…
Подыскал я прекрасные заливные
луга. А когда вернулся, заглянул в по
греб: как там мои посевные кореш
ки?.. Все разворочено, все разворова
но, остатки раскиданы, затоптаны.
—Убей меня! —сказал первый же
пойманный вор. —Убей, но я не могу
сидеть спокойно, когда жена хочет
есть. На лугах уже нет корешков, а
женщины не должны голодать, когда
они ждут ребенка.
— Но они все равно будут голо
дать осенью. И потом умрут от голода
зимой, не сумеют дожить до следую
щего лета.
—Еда еще будет. Будут желтые се
мена. Потом рыба пойдет.
Слушали они меня и не слышали.
—Рыбы хватит всем. Навалом бу
дет рыбы.
Действительно рыбы было нава
лом. Нерест начался десятого июля
по моему условному счету. Такого я
на Земле не видал, только в истори
ческих книгах читал, что подобное
бывало на Дальнем Востоке. В реке
не было видно воды, казалось, вся
она запружена хребтами и плавника
ми. Рыбины перли вплотную, бок о
бок во всю ширину реки, а в глубину
на три ряда. На перекрестках им не
хватало места; нижние выжимали
верхних, те прыгали по спинам, за
хлебываясь воздухом, потом носом
пробивали себе дорогу вглубь, выко
выривая из потока другую неудачни
цу. Для ловли не требовалось ника
кого искусства. Наметив ближайшую
самку (у самок чешуя была серого
лубая, у самцов с золотистым отли
вом), добытчики протыкали ее ост
рой палкой и выбрасывали на берег.
Напарники же их одним движением
распарывали живот и руками пере
кладывали икру в плетеные корзины,
обмазанные глиной. Туши швыряли
на берег, их тут же растаскивали мел
кие зверьки, похожие на крыс. Кры
сам швыряли эти беспечные велико
лепнейший балык.
Я возмущался, негодовал, я бра
нился, я орал. Я требовал немедленно
перетащить всех рыб в погреб. Если
всех унести невозможно, шесты по
ставить, на шестах вялить их. Меня
подняли на смех. Я возмущался, мужи
возмутились в свою очередь.
— Женам рожать скоро, им надо
жир копить. Мы тут палки начнем
втыкать, берег украшать, развлекать
ся, а у них детишки будут слабенькие.
Днито бегут, время уходит.
— Дни потеряете, годы получите.
Губите же еду, драгоценную рыбу. Ва
ших же детей кормить. Не хватит…
— Хваатит! Отцы были сыты, и
внукам достанется.
Г.Гуревич Поденки
«ЗС»Фантастика №1,2006
125
— Я вам говорю: не достанется.
Губите зря…
—Ну не будет рыбы, еще чтони
будь найдется.
Вот так они жили, так рассуждали.
Все заслонял сегодняшний день. Не
люди, поденки двуногие.
И ушли мы, оставив позади горы
гниющей рыбы. Унесли только кор
зинки с икрой, жен подкормить перед
родами.
Первенцы появились вскоре, при
мерно 20 июля, прежде всего у самых
обольстительный красавиц, раньше
вступивших в брак. Всетаки спешка
невест имела некоторый смысл. Стар
шие дети успевали до осени обогнать
других в росте, стать сильнее, больше
запомнить. Главное: стать сильнее. В
зимней спячке дети бессознательно
жались в середину, где потеплее, вы
талкивая слабеньких последышей на
край, там они замерзали иногда. У
пчел в зимующем рое происходит не
что сходное. Там тоже наружные сво
ими телами прикрывают от холода
внутренних.
Впрочем, разница в возрасте была
невелика: дней семьдесят. К началу
августа все стойбище превратилось в
сплошные ясли. Всюду вопили роже
ницы и мяукали новорожденные. И
всюду метались растерянные мужья, и
я метался вместе с ними, пытаясь
применить жалкие сведения, почерп
нутые из справочника для медицин
ских сестер, обязательную книгу в ко
смической библиотеке.
В разгар круговерти пришло тре
вожное известие: неподалеку видели
арров.
Я и раньше слышал это слово. Де
вочки пугали друг друга: «вот арры
придут, тебя заберут». Тогда я поду
мал, что арры —это своего рода буки,
нечто мрачное, страшное, неопреде
ленное и несуществующее, но крайне
необходимое для воспитателей. Ока
залось однако, что страшенные арры
существуют на самом деле. Этимоло
гически это всего лишь мужчины, му
жи. Мужской и женский язык здесь
несколько отличаются: женщины лю
люкают, а мужчины рырыкают. И вот
среди рыкачей гдето на северозапа
де объявился некий пророк, возвес
тивший тысячелетнее царство арров.
Пророк этот проповедовал, что он сам
и его помощники — «сверхарры» —
для будущего ценнее, чем дети, поэто
му женщины должны на зиму укры
вать не своих детишек, а их — арров.
Естественно, в своем отечестве этот
пророк не был признан пророком,
собственная жена ему выцарапала
один глаз (жалко, что не два!). Однако
в соседних племенах он нашел после
дователей. Развращала нестойкие
мужские души его соблазнительная
пропаганда. Так приятно было при
знать себя сверхценностью, поверить,
что свою жизнь необходимо спасать в
первую очередь. Собрав шайку голо
ворезов, одноглазый сумел покорить
соседнее племя, уничтожить всех
мужчин и детей, заставил женщин
спасать от лютого мороза своих пора
ботителей. И людоедская идея арров
удалась. Дружина их благополучно
перезимовала, укрытая телами плен
ниц от мороза, проснувшись же, при
ступила к покорению очередного пле
мени, чтобы обеспечить себе еще одну
зимовку.
В общем угроза нависла над всем
населением планеты. Убивая детей в
завоеванных племенах, арры в конце
концов могли обезлюдеть всю плане
ту, в особенности, если у них нашлись
бы подражатели.
А так просто было спасти всех: по
строить теплые дома и печи в них то
пить.
Пока же срочно надо было гото
виться к отпору.
Снова собрал я мужчин и произнес
зажигательную речь на рыкающем
языке. Я предложил им организовать
оборону, обещал новое сверхмощное
оружие — всего лишь лук и стрелы.
Не очень надеясь на рыкачей, собрал
я и женщин, произнес еще одну речь
на женском люлюкающем. Кажется,
убедил и тех и, других. Мужчины раз
бились на отряды, начали упражнять
ся со сверхоружием. Дозор был вы
слан на опушку леса и к реке.
Но на следующий день дозор вер
нулся. Беглец из соседнего разгром
ленного племени сообщил, что нас
«ЗС»Фантастика №1,2006
126
опасность миновала. Убийцы напра
вились на север, где осень уже насту
пили и там, истребив детей, залегли
на зимнюю спячку.
По правде сказать, я предложил
жесточайшую, но помоему, справед
ливую и необходимую меру — посове
товал организовать поход на север,
вскрыть тамошнюю пещеру спячки,
разбудить этих самых аррыев, судить
их всенародно и, приговорив к казни,
оставить связанными на снегу… так,
чтобы раз и навсегда подражать им
было неповадно.
— Да это же опасно, — сказали
мои храбрецы. —Наверное, арры еще
не совсем заснули. Проснутся и сра
жаться будут.
— Да это же далеко, — сказали
другие мужи. — Холодно там. Мы и
сами замерзнем по дороге. И наши се
мьи останутся без отцов, жены и ма
ленькие дети. Нельзя бросать их без
помощи на много дней. Днито бегут,
уходит невозвратное время.
— Но ведь арры проснутся и на
следующее лето, придут сюда, ваших
же детей перебьют.
— Да не пойдут они сюда. Север
нее пошли. Арры — нордическая ра
са, им прохлада привычнее. И на бу
дущее лето пойдут севернее. Наших
детей минуют.
—А если не минуют? Если соблаз
нит их долгое лето? Если присоеди
нятся к ним южные племена?
— Там видно будет. Весна осени
мудренее. Мука перемелется, все пе
ременится. Пугаешь будущим летом, а
в походто зовешь сейчас.
Поденки!
Так на кровавом чужом опыте убе
дился я, что поденки мои, как и все
разумные существа во Вселенной, на
самом деле очень хотят жить, хотят
жить долго, на преступления идут ра
ди долгой жизни, но не на повседнев
ный труд. Жаркое и щедрое сегодня
заслоняет от них будущие беды. Даже
и думать не хочется о зиме, неприят
ное вытеснено из сознания. Зачем
расстраиваться заранее, настроение
себе портить? Днито уходят, время
бежит. Авось обойдется.
А холода между тем приближа
лись. В августе стало заметно про
хладнее. Мужчины скисли раньше
жен, ползали как сонные мухи, то и
дело прикладывались вздремнуть.
Глицинии же и Гортензии, донельзя
располневшие на чистой икре, уже не
колючие, а обтекаемые, почти шаро
образные, кудахтали над своими быс
трорастущими цыплятками, обучая их
ходить, обучая говорить и вдалбливая
правила поведения на будущее лето:
какие корешки сосать, какие выбра
сывать, как венки вить, как рыкаю
щих парней встречать. Как любить,
рожать и кормить, как детей настав
лять, от зимы укрывать —полную ин
струкцию на следующий цикл.
И не к сонным рыкачам, к актив
ным мамам обратился я, взывая к их
разуму и чувствам, просил пожалеть
не только самих себя, детей малых.
Всех по очереди заводил в ракету, де
монстрировал, как славно греет мой
электрический камин, как тепло в мо
ей искусственной пещере, убеждал,
упрашивал, умолял срочно взяться за
постройку подобных искусственных
пещер. Ну много ли домов требова
лось для всех моих Ромашек и Марга
риток? Десятокдругой. В тесноте, да
не в обиде.
Но бывшие Фиалки и Незабудки, а
ныне матроны, некогда так востор
женно кричавшие: «Ура, ура, ура! Бу
дем жить много раз», теперь прене
брежительно кривили толстые губы:
—Старый ты человек, больше нас
живешь, а ничего в жизни не понима
ешь. Некогда нам фантастическими
домишками развлекаться. Детей
учить надо. Времято не стоит на мес
те. Дни бегут.
— Но в домах времени будет
сколько угодно.
Не верили:
—Будет ли, нет ли? А дети растут
сегодня.
—Но вы хоть распределитесь: од
ни пускай за детьми смотрят, другие
—дома строят.
— У чужой мамки дитя без глаза.
Не досмотрят, не доскажут. Детям все
объяснить надо. Своим не поленятся
долбить, для чужих рот лишний раз не
откроют.
Г.Гуревич Поденки
«ЗС»Фантастика №1,2006
127
Примерно 28 августа по моему
климатическому счету состоялся по
следний разговор. Отмахнулись:
— Экий назойливый ты старик!
Последние дни идут, бабье лето. Надо
же отдохнуть, погреться в останние
часы. Ну что ты нудишь со своими до
мами? Дай покой!
А дня через четыре, как только
первый иней забелил камни, увидел я
унылое шествие. Племя шло хоронить
себя. Матери несли сонных детей на
горбу, отцы — на руках. Брели нето
ропливо, понурив головы, сами сон
ные и синеватые от холода. Как сей
час, закрыв глаза, вижу, как извивает
ся черной змейкой мрачная процес
сия, ползет все дальше и дальше среди
усохших стеблей, по голой равнине к
темной стене леса, к суровой пещере
зимнего сна.
Признаюсь, сопровождал я их.
Предпочел бы остаться. Но как нату
ралист и наблюдатель обязан был ви
деть все детали. Видеть — видел, а
описывать нет желания. Не почело
вечески выглядело все это: безволь
ная, безропотная покорность, согла
сие на смерть без сопротивления. Бы
ки на бойне и те тревожатся, чуя
кровь, мычат и мечутся в поисках спа
сения. А эти брели, склонив головы,
детей укладывали, сами укладывались
беспрекословно… и замирали молча,
засыпали навеки.
Тьфу!
А могли бы выстроить дома, могли
бы очаги сложить, могли бы дрова за
готовить. Могли! Еще неделю назад
не поздно было. Все некогда и неког
да, видите ли! «Детей кормить надо,
детей учить надо, последние денечки
идут, дай же отдохнуть, попользовать
ся, на солнце погреться. Время идет!»
Вот и ушло время.
Все это я пишу в звездолете, уже на
обратном пути. Итоги подвожу, со
ставляю тезисы будущих докладов, не
только для ученых, цифры готовлю
для проектов.
Выступать много придется, пони
маю. Всем будет интересно послушать
про планету легкомысленных поде
нок. Интересно будет, хотя нас —лю
дей — не упрекнешь в легкомыслен
ной близорукости перед лицом смер
ти. Мы — существа долгоживущие и
неторопливо предусмотрительные.
Успеваем сделать прогнозы на буду
щее и приготовиться своевремен
но. «Человек — животное, предвидя
щее будущее», —такое читал я опре
деление.
И еще есть одно определение, но
вое, рожденное уже в третьем тыся
челетии: «человек —существо общи
тельное и заботливое». Мы любим
любить ближних и дальних, забо
титься о них, помогать, выручать и
спасать. Не сомневаюсь, что на Зем
ле найдутся толпы желающих изба
вить моих поденок от ранней смерти.
Надо продумать организацию посто
янной экспедиции —этим я и зани
маюсь.
Безусловно, будут и ленивые скеп
тики, услышим мы голоса о том, что
вмешательство в чужую культуру не
допустимо, поденки привыкли к свое
му темпу жизни, счастливы посвое
му, долгая жизнь выбьет их из колеи,
сделает глубоко несчастными, они
будто бы и сами жаждут скорой смер
ти, надо их спросить еще, хотят ли
они выжить. Куча доводов, лишь бы
палец о палец не ударить. Жду я такие
разглагольствования и заготовил вес
кое возражение: «Ведь аррыто не хо
тели замерзать, ради своей жизни чу
жие губили».
Нужна. Нужна постоянная и осно
вательная экспедиция, нужна пере
пись населения, проекты типовых до
мов и поселков, расчеты запасов топ
лива, добыча его; инженеры нужны,
учителя нужны, врачи нужны.
Нам и самим нужна экспедиция.
Ради Земли.
Человек —существо предусмотри
тельное, а также и многостороннее.
Разные дороги нам требуются: и туда,
и обратно. Любое «наоборот» находит
применение в технике. Гдето пыль
вредна, а гдето и необходима, специ
альные распылители конструируются.
Сопротивление в проводах пожирает
массу энергии; инженеры ломают го
лову, как бы уменьшить потери на со
«ЗС»Фантастика №1,2006
128
противление. И ломают головы, как
бы увеличить сопротивление в элект
рических печах, чтобы получить по
больше тепла.
Быстролетящая жизнь ужасна, но
изучение быстролетящей жизни при
годится, я даже представляю, где
именно.
Вот вернусь я на свою постоянную
работу и, как водится, перед началом
квартала явятся ко мне лесозаготови
тели — лесогубители с картами, где
крестнакрест перечеркнуты гектары.
Скажут: «Мы —хозяйственники. Мы
должны обеспечить ежегодно двух
процентный прирост древесины для
мебели, строек, поделок всяких, а
также и для бумаги, чтобы вы, роман
тики, могли издавать свои поэмы о
лесе».
А я скажу:
—Кто берет, тот и бережет. Давай
те готовить постоянную экспедицию
для изучения быстрорастущих лесов
планеты поденок. Там деревья подни
маются за один сезон. Пусть и у нас
будут такие. Весной сажаем, осенью
рубим. Возле деревообделочных заво
дов древоплантации, а вокруг городов
древние чащобы.
И с доктором своим представляю
разговор. Конечно, за два года в кос
мосе я не стал моложе. Воображаю,
как будет он морщиться, рассматри
вая мои кардиограммы, энцефало
граммы, рентгенограммы, генограм
мы, прочую грамматику. Морщиться
будет, головой качать, причмокивать,
твердить вздыхая, что старость закон
природы.
А я скажу:
— Даже если старость и закон
природы, старость в шестьдесят —
не закон. Попугаи живут сто лет, ду
бы — пятьсот, секвойи —четыре ты
сячи лет, а деревья на планете поде
нок —четыре месяца. И сами поден
ки живут четыре месяца… но могут и
ожить через четыре года, как это вы
яснилось на опыте жестоких арров.
Так разберитесь же вы, медики, био
логи, зоологи, геронтологи, какой
там механизм управляет сроками на
ступления старости, сроками и от
срочками.
И еще один разговор будет у меня,
с особенным удовольствием его сма
кую — доклад в просторной комнате,
не три кубических метра на человека,
у стола с белой скатертью, заставлен
ной блюдами с домашними салатами
и жарким, не кубики, тюбики и кон
центраты. И сочувствующая, но от за
ботливости невнимательная жена, бу
дет прерывать меня, накладывая до
бавку, а быстроглазая дочкаегоза ста
нет охать, конечно:
— Папка, как ты не побоялся
один? Я бы со страху умерла.
А пальцы у нее меж тем будут ше
велиться, мять хлебный мякиш, фор
мируя фигурки.
— Опиши, папка, опиши во всех
подробностях. Колючие плечики, ко
лючие коленки? И венки, и гирлянды
вместо платья? Я вылеплю их обяза
тельно, твоих поденок. Я уже вижу их,
я пальцами чувствую.
И надеюсь я, что не будет за сто
лом четвертого лишнего: не очень мо
лодого и очень чинного молодого че
ловека с запонками на манжетах и
прямым пробором от лба до макушки;
терпеть не могу прямых проборов.
Лично мне не хочется, чтобы у меня
были глупые внуки. Уповаю, что дочь
выполнила обещание, повременила с
браком. В конце концов, двадцать
шесть — не конец жизни. Надо дож
даться настоящего человека, настоя
щей любви, даже если придется подо
ждать годикдругой.
Любовь стоит того.
Люди умеют ждать и умеют искать
терпеливо.
Не поденки же.
А.Волков Заголовок
Автор
val20101
Документ
Категория
Знанию сила
Просмотров
742
Размер файла
4 958 Кб
Теги
знание, сила, фантастики, 2006
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа