close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

тинктура мерлина

код для вставкиСкачать
 Тинктура Мерлина
(первая половина рассказа потеряна в процессе переезда с советского компьютера ЕС-1842 на Пентиум во времена незапамятные)
Оглавление:
1. Портрет дамы в голубом
2. Замок Камелот
3. Полый холм
4. Грот Магов
5. Правнучка аэндорской некромантки
6. Фея Моргана
7. Круглый Стол.
8. Меч Экскалибур
9. Война
10. Лес Сумеречных Фей
11. Встреча в Большом Кромлехе
12. Лига Лилит
6. Фея Моргана. После знаменательного выступления Артура Камелот превратился в военный штаб.
Энергичность короля с каждым днем росла, он находил все новые слабые звенья в плане подготовки к войне. Самым трудным оказалось добиться надежности в поведении начальников отрядов. Им предстояло действовать на поле сражения по жесткому графику, в соответствии с расчетом времени, в готовности к изменению замысла по определенным сигналам.
Король в обстановке секретности провел несколько учебных боев в Карлионе, пока не доказал примерами преимущество подчинения во время сражения единой воле, исключающей самопроизвольные действия.
Лин сделал все, что мог, и теперь не требовалось его постоянного присутствия рядом с Артуром. Иногда он видел, что мешает королю, сковывает инициативу, заставляя мысленно оглядываться на молчащего мага. Ученик достиг вершин учителя. Лин решил отдалиться от двора. Требовалось пересмотреть свое место в жизни логров. Большую часть времени он проводил в своей пещере, изредка обедал в замке, по вечерам сидел в лаборатории алхимика, изучая оборудование для опытов. И ни к чему не прикасался. Обострившаяся интуиция говорила о наличии в пещере какой-то тайны, но она не давалась...
Отношение к Мерл Лину со стороны многих знатных эрлов вновь переменилось, и Лин окончательно уяснил, что в подобном обществе основой отношения к человеку является благосклонность либо холодность господина. Так было и в Камелоте. Чем дальше от Карлиона, тем менее выраженной была эта зависимость, люди смотрели не так предвзято, опираясь в отношениях больше на собственные симпатии.
По твердому настоянию короля у Полого холма поставили шатер, где расположился целый взвод служителей мага Мерл Лина. Охране своего военного советника Артур придал государственный статус.
В один из дней Камелот навестила знаменитая принцесса Моргана, сестра короля. Артур по обычаю созвал находившихся поблизости приближенных рыцарей на встречу с принцессой.
К назначенному часу приемная зала дворца преобразилась. Центр ее занял громадный круглый стол, сооруженный в виде тора с несколькими проходами внутрь для слуг. По периметру стола выгравировали имена тех, кому надлежало теперь эти места занимать.
Принцесса, беловолосая и белокожая, в белом, как и король, одеянии, в изумлении осматривала большими зелеными глазами новую обстановку. Место Моргане отвели рядом с королевой Гвиневерой, и за час до назначенного времени трапезы она в сопровождении короля, королевы и Лина, уже представленного ей, читала имена на столе и приставленных к нему стульях, расспрашивала о новостях, продолжая детски удивляться измененному Карлиону. А Лин в свою очередь поражался тому, что она ничего не знала. Выходит, не было у нее с королем постоянной связи. Время от времени Моргана с нескрываемым любопытством посматривала на Лина, подозревая в нем главного виновника перемен в логрском королевстве.
Принцесса прибыла с дарами королю и королеве. В их числе была бочка с горючей жидкостью для факелов. Лин немедленно заинтересовался ею и обнаружил, что горючее, - чистейшая черная нефть. Моргана сообщила, что в ее землях имеется неистощимое озеро горючей жидкости, и она постоянно снабжает ею Карлион. Если маг Мерл Лин пожелает, она прикажет доставить в Камелот столько бочонков, сколько нужно.
У Лина возникла идея военного использования нефти, он поделился ей с королем у макета местности. Тот мгновенно понял и благодарно пожал ему руку.
Не только сестра короля, но и многие эрлы еще не привыкли к новым порядкам во дворце. Ощущалась скованность в движениях, отсутствовали обычные шутки и беспричинные вспышки веселья, ранее так оживлявшие встречи. Озабоченность делами, необычный груз новых обязанностей также давал себя знать. Люди еще не освоились с последствиями карлионской революции.
Взгляды рыцарей притягивались к королю, только иногда они скользили к Лину или Моргане, чтобы вернуться обратно. Уверенность в себе, веру в правильность нововведений они черпали в свете глаз и выражении лица своего государя, старались уловить его взгляд и найти в нем одобрение сделанному ими к сегодняшнему дню. Пока не произнесенная в Европе формула "Государство - это я!" уже имела зримое воплощение.
Лин вновь испытал радость человека, обретшего свою, большую, надежную и дружную, семью.
Первой заговорила принцесса Моргана.
- Я счастлива посетить родные стены, - она очаровательно улыбнулась, показав ровные мелкие зубки, - Благородный король Артур удивил меня... Я довольна и горда тем, что мое имя на Круглом Столе рядом с именами славнейших рыцарей. Нет для дамы ничего более приятного, чем такая честь...
Перемежая речь похвалами и комплиментами в адрес королевы и всех присутствующих, Моргана напомнила, почему народ называет ее феей. Однажды в детстве она заблудилась в Лесу Сумеречных Фей и пробыла там так долго, что все посчитали принцессу пропавшей. Через месяц или больше ранним солнечным утром Моргана вернулась в Долину Очарований в удивительном платье, здоровая и веселая. А сопровождали ее эльфы, играя весело и заразительно на своих маленьких инструментах. Платье, подаренное эльфами, росло вместе с ней, она и теперь одевает его, когда праздник...
Ее замок стоит в Долине Очарований, между Колдовским Лесом и Лесом Сумеречных Фей. И вот совсем недавно она увидела из окон своей башни, что в Долине расцвело много невиданных, алых как плащ мага, цветов. Их появление - символ крови, приготовленной для пролития на благодатной земле бриттов.
Пришлось Моргане одеть платье-подарок, стать ненадолго феей и посетить Сумеречный Лес. Туманные и неясные, но точные как всегда вести от обитательниц лесного царства поведали ей о близких бедах и потерях, слезах и отчаянии многих людей. И, - она видела знамения, сулящие благоприятный исход из предстоящих испытаний, возвращенные благоденствие и изобилие. Ей ясно сказали: светлый и добрый день придет к тем, кто объединится с королем Артуром и будет верен ему в горе и радости, ибо сыну Утерна сопутствуют счастье и удача...
Рыцари слушали принцессу с исключительным вниманием, как равного себе воина. Лин знал, что фея Моргана любима всем народом, в каждом доме рассказывали о ней чудесные истории.
И когда она начала говорить о навеянном феями Леса сне, пришедшем к ней в ночь полнолуния в Долине Очарований, эрлы затихли совсем, боясь чересчур шумным дыханием помешать рассказу или пропустить хоть слово из него.
Во сне Моргана побывала в Хрустальном Замке, что на озере Авалон, и встречалась с Озерной Леди. Хозяйка озера сказала, что равновесие в мирах нарушено, и все-таки чаша весов склоняется в пользу Белых Сил.
Короля Артура и логров ожидает великая слава и вечная жизнь...
Озерная Леди предупредила, что скоро прибудет на землю Морганы, чтобы встретиться там с магом Мерл Лином. Люди не видели Озерную Леди сотню лет, ее появление - добрый знак. От встречи хозяйки Авалона и Мерл Лина будет зависеть многое...
Вздох волнения и ликования пронесся над столом. Снам логры верили, а слова Озерной Леди, живущей в стране Блаженства и Вечной Молодости, всегда считались пророческими.
Рыцари с почтительным страхом смотрели на Лина, завидуя ему и сочувствуя. Но он знал, что никто из них не согласился бы добровольно заменить его на предстоящей встрече.
После трапезы, перед отдыхом, фея Моргана нашла Лина и пригласила в покои короля. Артур стоял перед картой королевства, нарисованной Лином на стене натуральными красками, приготовленными из цветных минералов, растертых с маслом. Моргана обменялась с Артуром несколькими фразами на незнакомом Лину языке, и это поразило его. Он незаметно включил лингвофон, впервые за последние две недели, и перевел его на запись. Он никак не мог предполагать, что в семье Артура пользовались еще одним языком, так отличным от наречия логров.
Лин не был в личных покоях Артура несколько дней и отдал должное художественному вкусу короля. Артур нанес новые обозначения, прочертил стрелы планируемых действий, украсил изображение Карлиона драгоценными камнями, а границы всего государства обозначил жемчугом.
Принцесса быстро разобралась в знаках и показала Лину, где находится ее замок; совсем недалеко от пещеры Лина, с другой стороны Колдовского Леса. Проведя пальцем влево от своего замка, обогнув севернее лес Сумеречных Фей, Моргана указала точку и попросила Артура обозначить ее отдельным символом.
- Здесь находится то, маг Мерл Лин, что ты называешь кромлехом. Ведь они тебя очень интересуют? Я даю тебе возможность посетить священные камни.
Выражение ее лица, напряжение в голосе, говорили: кромлех имеет для Морганы особое значение, и не просто так она настаивает на том, чтобы и Лин, будучи у нее в гостях, посетил его. Скорее всего, это связано с Озерной Леди; едва ли она прибудет в ее родовой замок. Лин, которого остатки мегалитических сооружений в Британии интересовали всегда, мысленно наложил артуровскую карту на современную ему и определил, что отмеченная феей Морганой точка находится примерно там, где сохранились остатки Роллрайтского кромлеха. Еще сохранились!.. На время он забыл, что Голос в гроте магов предупреждал: кромлехи, - лишь тени еще более отдаленных времен. Путаница времен не оставляла его, Лин продолжал жить в трудно совместимых двух измерениях.
Замок Морганы приятно поразил Лина: никакого подобия мощным рыцарским крепостям. Ни рвов, ни валов, ни скрежещущих подвесных мостов, ни охраны. В Долине Очарований, между Колдовским Лесом и Лесом Сумеречных Фей принцесса Моргана чувствовала себя в полной безопасности. Никакое человеческое зло не могло проникнуть в эти места. И злодейская мысль не дотягивалась в долину.
Сооруженный из светлого камня и голубого мрамора, круглый в плане замок издали напоминал выточенную из слоновой кости изящную игрушку или макет мысли талантливого архитектора. Строители смешали разные архитектурные стили: древнегреческий, римский и византийский. Легкость, устремленность ввысь, - таково первое и главное впечатление, возникшее у Лина при взгляде на жилище Морганы.
Центральный вход под полукруглой аркой, обращенный на восток, в направлении Полого холма, украшали мраморные колонны, по семь с каждой стороны. Арку заполняли раскрашенные барельефы и мраморные скульптуры зверей и птиц, - дело невиданное в этих краях.
Издалека виднелись три острые башни, усиливающие ощущение воздушности всего строения. Две, конусообразные, стояли на восточной и западной сторонах дворца и оканчивались тонкими иглами шпилей. Третья башня в виде четырехгранной пирамиды венчала собой отдельное прямоугольное строение-пристройку к основной окружности; пирамиду украшал Т-образный крест, облитый золотом. Дворец Морганы служил одновременно и христианским храмом.
В центре дворца, - замком его называть Лин не мог, слишком тяжелое слово, - располагалась лужайка, вся в цветах, с фонтаном посредине. Десять струй рвались к небу из кончиков пальцев мраморной феи, тянущейся всем своим стройным девичьим телом куда-то к Солнцу. Или к Луне? Рассыпаясь радугой, вода падала в бассейн, обложенный зеленым мрамором. Только отсюда, через входные арки малой внутренней анфилады, можно было войти в кольцевую структуру жилых комнат и служебных помещений дворца.
Во дворце феи Морганы Лин не встретил ни одного мужчины: всюду царили дамы. В тонких невесомых одеждах, украшенные перстнями, браслетами, кольцами, ожерельями, брошами, диадемами, они выполняли все работы во дворце.
"Не в монастырь ли женский я попал?" - вопросил себя Лин. Но свободное, лишенное кокетства поведение женщин, домашнее тепло и уют, вино и фрукты, откровенность, отсутствие нарочитой таинственности, присущей многим рыцарским мрачным жилищам, - все говорило о жизни занимательной и наполненной не только отрешенностью от мира.
Мужчины в мини-государстве феи Морганы жили в деревнях и занимались охотой в дальних лесах, сельским хозяйством, рыбной ловлей... Во дворце Лин не встретил ни одного экземпляра оружия: оазис мира и покоя, чистого блаженства посреди бушующих смертных страстей. Стены комнат украшали ковры, росписи. И даже пейзажи, выполненные красками!
Именно на этих стенах мог висеть портрет дамы в голубом!
Лин, привыкший к обществу воинственных и грубых мужчин, любящих обильно поесть и крепко выпить, посмеяться простой шутке, раз в месяц или даже реже совершающих омовение, был пленен и очарован окружившей его красотой и стерильной чистотой. Царила среди одетых в голубое и зеленое подруг обворожительная Моргана, всегда воздушно белая, словно чистое облачко между синью неба и зеленью океана.
Ее зеленые, удлиненные к вискам, глаза излучали почти видимое магнитное поле. Силовые линии ее чар совершенно закружили Лина. Окажись Одиссей в Долине Очарований, Пенелопа никогда б его не дождалась.
Лин забыл обо всех своих проблемах, о чувстве долга и предупреждениях строгих магов. В голове парили легкие и приятные мысли о принцессе Моргане, о ее очаровательных подружках-спутницах, о феях, живущих так близко. Близостью фей тут дышало все! И фрески, напоминающие виденные в замке Ивейна Восхитительного, и звучащие непрерывно мелодии и песни на том самом незнакомом языке, что использовали однажды Моргана и Артур, и ветерок, приносящий из Долины Очарования аромат мечтаний, запах воспоминаний о том, что еще не случилось...
Лина потянуло в Сумеречный Лес, принцесса мягко и понимающе улыбалась ему и рассказывала об истории королевской семьи, о былой дружбе лесных фей и ее народа. И обещала ему встречу с феями. Но не сейчас, не сегодня. Может быть, и не завтра. А тогда, когда прозвучит звездный зов...
День, два, или неделю пробыл Лин в волшебном дворце?
Он никогда не смог ответить себе на этот вопрос. Да и чем день отличается от недели? Только теми условностями, что вкладывает в них человек, придумавший для себя часы. На самом деле ни цветы и деревья волшебной Долины, ни феи, ни принцесса Моргана не знали деления времени на куски и кусочки, оно текло вокруг них и сквозь них, не раня и не причиняя страданий.
Принцесса расспрашивала Лина о его прошлой и настоящей жизни, и он говорил о том, что знал, о чем думал, что хотел сказать давно. Говорил, помня о том, чего нельзя касаться.
- А не замечал ли маг Мерл Лин в своей пещере чего-либо необычного? - спрашивала Моргана, тревожно опуская длинные синие ресницы. Лин вспоминал: - Да, замечал. Накануне приезда Морганы в Камелот, проснувшись утром в своей каменной комнате, Лин увидел лежащий у кровати фиолетово-черный цветок, едва заметный в неверном свете свечей. Будто сгусток уходящей ночи лежал он, источая дурманящий запах. Лин поднял его за колючий стебель, повертел в пальцах и бросил. Куда? Нет, он этого не помнит.
Моргана печальным долгим взглядом обняла Лина и сказала:
- Черный правитель предупреждает тебя. Он говорит: маг Мерл Лин встал на его пути, и маг Мерл Лин должен отойти в сторону. Сам, или его принудят к тому. Цветок - ночной знак опасности. Мерл Лин сам решит, что ему делать...
В его пещере, - добавила Моргана, - в комнате-лаборатории, есть одно устройство. Оно связывает пещеру с дворцом в Долине Очарований. И когда магу понадобится, он сможет сообщить принцессе обо всем необходимом. Колдовской Лес не запретен для фей... Помощь может понадобиться и могучему магу.
Моргана улыбнулась, печаль-тревога отлетела от нее, и Лин вновь погрузился в негу безмятежного магнетизма.
Настал день, предписанный сном.
Дорога к Роллрайтскому кромлеху пролегала через обширные поля и цветущие деревни. Золотые волны колосились до горизонта, загорелые лица логров смотрели отрыто и прямо. Путникам предлагали искрящееся вино и лучистые фрукты, дарили радостные улыбки и добрые слова. Тут было еще прекраснее, чем в горной долине Карлиона.
Но и в ее край счастливых дней, говорила Моргана, пришли изменения. Мужчины ежедневно берут в руки оружие, привезенное ею от Артура, и упражняются в военном искусстве. Несколько рыцарей Камелота готовят их к участию в битвах за короля и страну. Моргана понимает: так надо. Но огрубеют сердца, оторванные от чарующей чистоты озер и полей, и могут поселиться в них плевелы...
Кони их не рвались вперед, роняя мыльную пену под копыта; принцесса не любила спешки, и разговор сопровождал их, пока взоры не наткнулись на поднятые холмом камни, собранные кругом, столь же верным, как плавные окружности, господствующие во дворце принцессы.
Воздвигнутые велением магов, мегалиты воздействовали угнетающе. По мере приближения они выглядели все более мрачно, источая угрозу. Лошади испуганно ржали, и только шпоры заставляли их двигаться дальше. Вертикальные столбы, - более пяти метров высоты, прикинул Лин, - поддерживали мощные перекрытия, образуя окружность диаметром не менее тридцати метров. Внутри внешнего круга расположился значительно меньший, похожий на каменный дом с несведенными в углах стенами. Спешившись у подножия холма, Моргана и Лин поднялись и прошли к центру кромлеха, под сплошную крышу внутреннего строения. Четыре входа с каждой стороны света, и пустота... Камни земли, собранные по внеземным правилам, ничего не говорили сознанию землянина. Сооруженные не для людей, они тем не менее могли вызывать в глубинах человеческого подсознания процессы, не поддающиеся словесному отображению. Или же восприятие Лина, измененное за время пребывания у принцессы Морганы, утончилось и стало способно фиксировать малейшие вихри полей, крутящихся у кромлеха уходящей в вертикаль спиралью. Именно такой ощущалась Лином энергетика мегалитического сооружения.
Главное условие встречи, - готовность к ней. Так говорила Моргана. К встрече с феями он пока не готов. Там нужна еще более тонкая организация движений духа, более обнаженное сердце. Здесь же, среди непонятным образом организованных камней, содержащих в себе и рядом с собой некие информационные сгущения, Лин ощутил себя подготовленным и исполненным решимости.
Никто из свиты Морганы, стоящей внизу с лошадьми, не заметил появления Озерной Леди.
Голос ее, раздавшийся за спиной, не заставил Лина вздрогнуть. Вслед за напружинившейся Морганой он медленно повернулся кругом и склонил голову.
Прикрытая голубой ниспадающей волной, в синих складках теней, стояла перед ними женщина в прозрачной короне, сияющей звездами. Черты лица ее Лин не запомнил, в памяти осталась прелестная свежесть.
- Принцесса Моргана... Я вижу настоящую фею... Исполнится твоя мечта, будешь ты своей и у народа Сумерек, и в человеческом племени логров... Маг Мерл Лин... Я ждала тебя, и ты пришел вовремя... Хотите ли вы мне что-нибудь сказать? Есть ли у вас желания для себя? Я готова...
Молчала Моргана, молчал Лин. У принцессы было все, ее мечты были частью ее жизни. Лин ничего не хотел, переполненный впечатлениями новой своей жизни. Как можно хотеть чего-то еще от сказки, если она вошла в тебя! Молчание исчерпало свой ресурс, в образовавшуюся пустоту обязан был вступить тот, кто считал себя меньшим.
- Благодарю за встречу, Озерная Леди. Для меня она,- еще один бесценный подарок судьбы, незаслуженный и трудно оценимый, - Лин говорил медленно, обдумывая один только вопрос, назначенный прояснить причину встречи и следствия ее для себя, - Понимаю, что не все я сделал для любимых моему сердцу логров. Не потому ли я здесь, среди священных камней, рядом с прекрасной феей и очаровательной властительницей вечных покоев?
Лаской блеснула улыбка, лучи дрогнувших звезд приоткрыли завесу хранилища прожитых жизней... Вечность дохнула неостывающим во времени призывом.
- И все-таки все на Земле суета сует... Не думай о красном коне. В нем нет неисправности, как не может быть крыльев у оленя, а рогов у ястреба. Пробьет час, и подруги принцессы помогут тебе... Тебе известен тайный смысл Грааля... Тинктура и меч! Меч и Чаша... Тебе предстоит вернуться в Грот Магов. С королем логров... Вдвоем вы повторите путь. И ты вручишь Артуру Меч Потерянных Надежд, Меч, хранящий доблесть его предков, дух его народа. Объясни ему Принцип и возложи лезвие на плечо короля. Меч Экскалибур ждет королевской десницы, рука короля ожидает победной силы. Удачи тебе, маг. Прощай, фея...
Сгустились синие тени, скрылась за ними голубая волна, вспыхнули на прощание алмазными искрами забытые сновидения. Маг и фея прикоснулись к Великой Ожидающей и успели ощутить небесное родство.
Печаль расставания кольнула сердце Лина, две светлые слезинки скатились по снежным щекам Морганы.
Легки встречи с Озерной Леди, и тяжелы разлуки, ибо она держит в себе будущее всякого, кто на стороне светлой зари и прозрачного восхода, - принцесса сжала горячими пальцами руки Лина и повела навстречу предначертанному.
Там, внизу, их ожидал срок земной жизни.
7. Круглый Стол.
Артур, постоянно переспрашивая, выслушал рассказ Лина о небывалом, - о встрече с хозяйкой озера Авалон, дорога к которому потеряна лограми более сотни лет назад. Его голубые глаза блестели влагой, лицо раскраснелось, он напоминал мальчика, впервые столкнувшегося с настоящим живым Санта Клаусом, обещавшим исполнить все желания до единого, от клубничного мороженого до аэропаруса. А ведь в измерении Артура не было Санта Клауса, в его мире фантазия не нуждалась в иллюзиях.
- Как так получается, Мерл Лин? Озерная Леди... Феи... Маги... Они отыскали Чашу Грааля?
Больной вопрос, с которым рождается каждый в стране логров, и с которым уходит в неизвестность, так и не поняв, где он был прав, а где ошибался. Что можно ответить королю, не знающему главного...
Мудрость, отстоящая от Лина дальше, чем от Артура, всплыла в памяти. Грот Магов звал к себе, и требовалось разбудить нечто в государе, чтобы освободить его от сомнений и неуверенности. Дать ему новое оружие, ибо прежнее обветшало и не годится уж для великих дел.
- Лучшие из лучших моих рыцарей странствуют по дорогам Британии в поисках Чаши Грааля. Но не дается нам сила святости. Потому рушится наш мир.
Король сокрушенно тряхнул снежными локонами, поймав серебро лунной игры. Ночь смотрела узкими щелями окон, тревожа несбывшиеся мечты.
- Что известно лограм, что знает король о Чаше Грааля? - спросил Лин, стараясь вырвать Артура из кольца нескончаемых забот.
- Кому же не знать, как народу, в земле которого нашел покой Иосиф Аримафейский! Иосиф снял с креста тело Господа нашего Иисуса. Святая кровь, собранная им в чашу, вечная и спасительная, и есть цель наших поисков. Грааль - истинная живая кровь, дающая счастье тут и спасение там...
Артур вздохнул, снова коснувшись головой освещенных спящим солнцем лунных гор, и продолжил:
- Если мы найдем священный сосуд, то спасем нашу маленькую страну от гибельных устремлений черных сил. На веки веков... Все подвиги наши во имя этой мечты, во имя спасения родины. Разве у вас, магов, не так? Разве и вам не приходится отступать и обороняться от могущественных врагов? Не потому ли пустуют ваши жилища, охраняемые только памятью людей?
Логры знают, что Грааль не допускает к себе недостойных, поражая болезнью и смертью. Потому короли напутствуют в опасную дорогу немногих. Персиваль Уэльский, Ланселот Озерный... Маг знает их. Можно ли сказать им хоть слово осуждения? Но безуспешны были их искания, полные тяжких невзгод.
Лина потрясли слова Артура. Как тот смог угадать положение магов, теряющих опору во всех веках, и где нашел силы произнести такое? Пора!
- Хочет ли король логров услышать слово магов, обращенное к нему через ничтожного Мерл Лина? - спросил Лин, возбужденно сжимая переплетенные пальцы рук, ибо наступала минута, от которой зависело все: ведь логр, сказавший "нет", уже не произнесет "да", - Хочет ли король услышать, а затем и сделать то, что будет предложено ему? Не посетит ли его колебание или тень недоверия? Не сомневается ли он в искренности друга короля и логров Мерл Лина?
Артуру передалось состояние Лина, он встрепенулся, прошел к двери, приказал стражникам никого не впускать к нему, вернулся, подошел к карте страны, сияющей тревожными огнями, и задумался.
Столько изменилось в его стране и в нем самом с приходом чужеземца Мерл Лина, обладающего искусством магов, которых не видел и его отец, величайший из королей Британии, достойнейший из обретших вечную славу.
Лин вспоминал наставления Голоса из грота, стараясь говорить понятно как для Артура, так и для себя.
Поиски Чаши верхом на коне, с копьем и мечом в руках, - только первая ступень на лестнице восхождения к тайне Грааля. Первая и необязательная. Через подвиги и добрые дела очищается рыцарь и приводит сердце к нужному состоянию...
Артур, по-прежнему учащенно дыша, слушал в предвкушении открытия, способного охватить все его существо, снять беспокойство за будущее королевства, вернуть утраченную веру.
- Вторую же ступень не одолеть одной силой мышц и отторжением земного греха простым действием. Маги сказали мне... Очищение ума, умопостижение, - вот основа дальнейшего продвижения. Кровь Иисуса - воплощение Благой Вести, Слова Божьего, Евангелие. Кровь - это Слово! Слово ждет понимания.
Когда человек становится способен понять, что спасение в Слове, он подошел вплотную к великой тайне. Ему осталось сделать один шаг - родиться заново, отринув от себя все, что вне Слова. Он становится совершенным, способным к перевоплощению и овладению Тинктурой. Тот ромей, что жил до меня в пещере, подошел к этой ступени, но не поднялся на нее. Где-то он ошибся. Он был слабый человек. Как и все люди. Но и маги ошибаются, как верно заметил король.
Судьба короля - не путь мага. Королю предстоит иной... Если он пойдет за мной к тайне магов, то сможет сделать то, что не смогли его предшественники. И чего не смогли маги. Людям дано больше, чем нам. Странно звучит, но это так.
- Куда я должен идти за тобой, Мерл Лин? - охрипшим голосом спросил Артур.
Близость сверхъестественного горячила естество, губы короля дрожали.
- Мне говорила Озерная Леди... Государя ждет меч Экскалибур, мне предстоит передать его. Разве забыл король, что Чаша Грааля неотделима от чудодейственного меча? Меч царя Давида, - это и есть Экскалибур! И он уготован государю логров, рыцарю Артуру, в коем течет чистая кровь Иосифа, кровь первых христиан. Мне, недостойному, выпала честь стать посредником, и я хочу быть полезным...
Король рывком поднялся с кресла и принялся ходить взад-вперед по комнате. Никогда он не считал себя непогрешимым и потому не счел возможным отправиться на поиски Грааля, дабы не навлечь на страну лишних бедствий. А ведь многие короли древности, в том числе и отец Артура, потеряли жизни на этой дороге.
Наконец Артур справился с собой. Он не мог вести спор с Лином, так как тот предупредил, что говорит не от себя и не претендует на владение всей мудростью. Такая скромность нравилась и располагала.
- Но как соединить во мне Грааль-Слово и меч Давида, по имени Экскалибур? Так, чтобы спасти страну и дать ей покой и процветание? О другом не может страдать мое сердце и другого не нужно моему рассудку. Королевство мое не грани... Если логры не отбросят врага, вся Британия погибнет. Может ли Мерл Лин разъяснить мне единство Чаши и Меча? Или король логров настолько глуп, что не поймет?
- Да простит меня владыка земли. Не о понимании речь, а о готовности действовать. Время пришло, и я говорю, - Лин закашлялся от напряжения, - Меч Давида, - воплощение закона Моисея, столь же нерушимого и непоколебимого, как и слово Христа. Евангелие и слово пророков до Иисуса - неразрывны, как две стороны одной монеты. Король помнит судьбу Саула, нарушившего Закон. Меч Экскалибур не простой металл, не оружие убийства.
Соединение Грааля и меча Давида означает слияние Нового и Ветхого Заветов, обретение Тинктуры... Тайна раскроется, и крылья ангелов воспарят над Британией...
- Хорошо... Когда мы отправляемся?
- Я сообщу королю. Думаю, не далее, как через два рассвета.
- Что ж! Всему свое время. А теперь... Нас ждет Круглый Стол. То, что знаю я, будут знать мои подданные. У короля не должно быть секретов от своего народа.
Лин склонил голову в знак согласия. Видимо, владение символами высшего порядка поднимает человека над своим временем. Лин не мог видеть себя со стороны, но зримо наблюдал преображение Артура. Ступень за ступенью преодолевал этот человек в стремлении познать смысл бытия.
Сколько еще ступеней предстоит ему перешагнуть...
Королева за Круглым Столом отсутствовала. Решением короля военные вопросы решались только рыцарями, и не было места в такие часы чувствам преклонения перед дамой сердца и лишним словам. Страна в короткий срок волей Артура превратилась в военный лагерь.
Скрытые дозоры перекрыли все дороги, ведущие извне не только в арлион, но и во все уголки королевства. План подготовки к отражению нашествия выполнялся с предельной точностью. Артур в белом панцире из выдубленных кож, способном защитить от удара стрелы, Лин в привычном красном плаще, во многих местах протертом и заштопанном, вышли к вставшим при их появлении рыцарям. Лицо короля светилось решимостью и гордостью от величия задач, вставших перед ним. Над его головой сиял серебряный ореол.
Никто не смотрел на усталого бледного мага, все взоры обратились к королю. Если светит солнце, кто будет искать в небе луну? Артур наполнил доверху свою золотую чашу алым вином, пригубил и пустил ее по кругу. Так делалось в исключительных случаях. Как только кубок, опустев, вернулся назад, король кратко обрисовал обстановку.
Все данные ежедневно поступали к нему и он один, - да еще Лин в какой-то мере, - знал обо всем, что делается в стране и за ее пределами. Суда англосаксов уже готовы к преодолению Северного моря. Они ждут окончания сезона штормов. Исходя из этого, можно определить с точностью до одного дня начало первой черной волны десанта.
Король потребовал скорейшего завершения основных дел по обучению и вооружению войска, подготовке поля битвы. Можно было не опасаться того, что врага оповестят, никакой шпион не смог бы пересечь море в непогоду. Тем не менее Артур приказал усилить состав дозоров. Внезапность, - в ней он видел половину успеха в предстоящем сражении.
После выступления короля приступили к трапезе, во время которой он выслушал тех рыцарей, кто выполнял важнейшие поручения. Под воздействием вина и хорошей обильной еды разговор постепенно обрел легкость, напряженность уступала место сдержанному веселью. Король не останавливал...
Лин не стал задерживаться в Камелоте и, поговорив с Агравейном, ответственным перед королем за охрану и обеспечение мага всем необходимым, отправился к себе в пещеру.
Тускнеющая медь заливала с запада земную чашу. Прислужники тьмы выползали на ночную охоту. После предупреждения феи Морганы Лин стал внимательнее осматри-вать свое жилище, пытаясь понять, как можно, минуя внешний заслон, подбросить ему к кровати что-нибудь подобное черному цветку. Особого значения этим знакам он не придавал, маг, - фигура недоступная как для друзей, так и для врагов. Но сам факт заслуживал изучения. Впрочем, в сказке, - как в сказке! Не найдя ничего подозрительного в своей комнате, он не раздеваясь часок подремал на кровати и прошел в лабораторию алхимика-римлянина. Здесь-то и ожидал его сюрприз.
Нарисованная на стене алая шестиконечная звезда, символ власти Соломона над людьми, животными и духами, была перечеркнута двумя свежими черными линиями. Лин принюхался, растер в пальцах краску, - нефть!
Расспрашивать охрану не имело смысла, обо всем подозрительном в округе они немедленно докладывали.
Опять мистическая сила, старающаяся внести испуг или разлад в его душу. Лин усмехнулся: или, - проверка! Если он обычный человек, изображающий мага, то такие знамения должны очень взволновать и даже напугать его. Что сразу проявится в словах и поведении. Если же он истинный маг, встревожить его нельзя ничем. Может быть, это и не враг, а некто действующий самостоятельно с риском для себя, на пользу королю. Тогда он очень отважный человек. Но неразумный, хоть и весьма образованный в пределах своего века. Черный цветок... Он расстроил фею Моргану. А в качестве цели шестиконечную звезду мог избрать человек, знакомый хорошо с символикой иудаизма. В окружении Лина таких людей не было. Столь глубокие знания скрыть просто нельзя.
Как бы то ни было, Лину некогда было заниматься поисками злоумышленника или скрытого доброжелателя. Вреда от него прямого быть не может, рано или поздно он сам себя проявит. Подождем. А пока забудем.
Лин опять лег на кровать. Сон не шел, да и Солнце еще не ушло за горизонт. Поднятый наполовину над входом шерстяной полог отграничил тяжелой темной полосой густоту заката.
Снимая с себя одежду и раскладывая ее на стуле, Лин наткнулся на лингвофон и вспомнил о сделанной несколько дней назад записи на незнакомом языке. Короткий разговор короля Артура и феи Морганы. Совершенно неожиданный для Лина, он не успел вовремя включить аппарат и записал лишь окончание. А рядом с Морганой, - не до записи.
Нажав кнопку воспроизведения, он прослушал запись. Красивая речь, певучая, с обилием мягких звуков, почти нет твердых согласных... Она почему-то напомнила ему Сабину. Странные метаморфозы происходят с ним, подумал Лин, совсем забыл о своей "стране", и о Сабине вспомнил впервые за неделю, и то случайно. Случайность за случайностью... Так вот и нанизываются на нитку разные бусинки, составляя цельное ожерелье...
В связи с недостатком информации лингвофон переводил не дословно, а сохраняя общий смысл. Говорили о Лине. Точнее, говорила Моргана, Артур задавал уточняющие вопросы. Что-то о людях рассудка и людях сердца. Мерл Лин - человек сердца. Ему можно доверять. Но Мерл Лин - человек-загадка. Его страны нет в известных Моргане пределах мира. Никто не может сказать, откуда и как он явился в королевство логров. Его заметили рядом с Камелотом. Ни на одной дороге, на всем их протяжении, он не был замечен. Первым его увидел Агравейн, у Полого холма. Ведь человек не может летать как птица! Феи сказали: больше никто не придет к нам из его страны. Мерл Лин избран. Кем? Провидение... Вероятно, он один из магов. Они тоже потеряли единство. Но он искренен, правдив. Сумеречный лес верит Мерл Лину. И феи встретятся с ним. Когда? Она сами не знают. Но скоро...
Вот так! Жизнь, - проверка на дорогах. На дорогах судьбы. Если бы Лин сам, собственными голыми руками уничтожил всех врагов королевства, его все равно бы проверяли. И это правильно. Быть может, главное не то, что сделал или сделает человек, а кто он есть, каковы его душа и сердце. Пока не узнал, что отражается в глазах, нельзя сказать: я его понимаю. Чтобы доверять, надо знать! Насколько знаешь, настолько и доверяешь. Верить всем, но доверять только себе.
Попробовать еще раз запустить хронокар? Вдруг пойдет! Но что скажут о нем здесь? Ведь можно не вернуться. Артур, Моргана, Агравейн...
Начал дело и бросил его, не закончив... Люди Карлиона надеются на него, почти как на счастье и удачу Артура. Нет, не имеет он права теперь подойти к хронокару, даже думать о нем нельзя. Да и не хочется особенно. Просто волнение души, чуть-чуть детской обиды. И это маг Мерл Лин, ближайший соратник величайшего и справедливейшего короля Артура, имеющий собственное место за Круглым Столом! Стыдно для мага, нехорошо и для таймонавта.
8. Меч Экскалибур.
Агравейн со свитой расположился на прежнем месте, на западном склоне знакомого холма, названного холмом Страха.
Король Артур, не тратя времени на излишние слова, коротко произнес:
- Вперед!
Не оглядываясь на растерянных рыцарей и слуг, они вдвоем зашагали в направлении, указанном Лином рукой.
Площадка перед входом в грот стала еще более неуютной. Штормовые волны, разбиваясь о прибрежные утесы, покрывали камень скользкой пленкой, холодная пронизывающая влага северо-восточного Трамонтана просочилась через одежду и добралась до костей моментально. Но Артур не торопился. Он пристально оглядел бушующее море, словно надеясь пролететь над ним взглядом и увидеть армаду готовых к отправлению вражеских судов. Одинокая Скала задержала его внимание: там оборудовали постоянный наблюдательный пост, заготовили дерево для дымового костра, видимого с башен морской крепости.
Удовлетворенно кивнув, Артур повернулся и без колебаний двинулся вслед за Лином в открытый уже вход в подземелье. Но и королевские силы не беспредельны. Спустившись при свете фонаря по лестнице и увидев освещенный множеством факелов, укрепленных на стенах, большой тамбур-зал с тремя черными проемами, ведущими в чрево земли, Артур остановился.
Лин, обеспокоенный, подошел к королю. Зрачки Артура расширились, оставив от радужной оболочки узкое колечко. Обильный пот выступил налбу, пальцы рук дрожали. Страх, понял Лин. Простой человеческий страх.
Стресс. Только природное мужество сдерживало короля от того, чтобы не развернуться и не выбежать из ужасного подземелья.
Лин нашел в аптечке неприкосновенного запаса таймонавта таблетку сильного транквилизатора и протянул ее Артуру. Тот несколько секунд смотрел на ладонь Лина с белым кружочком на ней, затем тряхнул головой и рассмеялся. Смахнув платком пот с лица, Артур поднял опущенный на пол мешок с вином и провизией, вытащил из него бурдюк с вином и сделал несколько солидных глотков.
Отерев губы тыльной стороной ладони, он вновь рассмеялся и сказал обычным спокойным голосом:
- Веди меня дальше, маг!
Лин хмыкнул, повеселел, поднял мешок на плечо и направился к правому проходу. В каменном коридоре не горели факелы, но лился свет из глубины. Короля встречали иначе, чем таймонавта, освещение почти дневное. Лин не удивился горящим факелам и свету, но Артур...
Впервые столкнувшись с мистикой, с чужой, неподвластной ему силой в ее опорном гнезде, король удивительно быстро взял себя в руки. Он проявлял интерес ко всему кругом.
- Это часть твоей страны, король, - негромко произнес Лин, стараясь изгнать из Артура остатки растерянности, - Ты властелин и здесь...
В последний раз он обращался к нему на ты.
Ничего не говоря, король краем глаза скользнул по лицу мага. Он прикасался руками к стенам, трогал факелы, принюхивался, прищуривал глаза, вел себя как котенок, оказавшийся впервые в доме, где ему придется жить. Лин с интересом наблюдал за ним, убеждаясь в который раз, что Артур - редкая личность, способная держать себя достойно всюду и всегда.
Он успел неплохо изучить короля и теперь, в необычной для обоих обстановке, наедине, смог проникнуть в его сознание, как бы заглянуть внутрь существа Артура.
И удивился неиспорченности его восприятия, его внутренней несвя-занности, готовности впитывать в себя все, что предлагает текущая секунда, не оставляя в стороне ни малейшего оттенка и изменения. Король не скользил взглядом по стенам или светящемуся потолку, как делал бы человек времени таймонавта Лина. Он плотно касался, и не только глазами, а внутренним зрением выделял не только сам цвет или фактуру камня, но и их скрытые особенности, их влияние. Он видел осязательно, отделяя участки мягкого цвета от шероховатого, колючего от гладкого... Его трепещущие ноздри, соединенные с глазами и пальцами, выделяли запах каждого тона, а слух конструировал для них отдельные мелодии.
Всеохватывающее, синтетическое восприятие, свойственное чувствительным детям и художникам от природы, готовило к проникновению в тайну. Как известно, все тайны связаны между собой, как и вещи или события, за которыми они скрываются. Открыл одну, - а там начало другой...
Король входил в понимание Тинктуры, маг проникал в понимание короля, испытывая восхищение и чуть ли не преклонение. Так они подошли к центру связи и управления, как назвал для себя залу с геометрическими фигурами Лин.
Все было так, как в прошлый раз. Красный конус и рядом - хаотическое нагромождение кубов, цилиндров, параллелепипедов. И еще что-то за ними, внутри них. И висящий на золотой цепи голубой шар. такой же, как на мозаике в замке Ивейна Восхитительного.
Только вот Голос не звучал.
Следовательно, требовалась активность Лина. Он сосредоточился, вспоминая урок, данный ему здесь.
"...Десять пальцев - десять вариантов космической энергии. Видов энергии столько, сколько ты видишь фигур. Они - условности, позволяющие соединить твою волю с Необозримым. Соединишь - сможешь..."
Король стоял рядом; обняв мех с вином, он изредка подносил его к губам. Спокойствие не покидало его.
Лин тоже не волновался. Урок не прошел даром, выучка таймонавта действовала не хуже, чем королевские гены.
Вначале засветился голубой шар, затем алый конус. Между ними завился белый шнур. Вслед за тем противоположная стена превратилась в гигантский экран. Перед взором короля и мага расстилалась вересковая пустошь, наблюдаемая с высоты. Свежие рвы, кое-где закрытые деревянными щитами с укрепленным на них дерном. Бочонки, присланные Морганой, заостренные стволы деревьев... Всюду копошились человеческие фигурки, управляемые стоящим на возвышении рыцарем Круглого Стола Галахантином.
Солнце заливало пустошь зноем. Галахантин сверкал доспехами, конь под ним поворачивался то в одну, то в другую сторону.
Лин мысленно шевельнул пальцами.
На смену вересковой пустоши стена воспроизвела королевскую гавань. В крепости и вокруг нее сновали вооруженные люди, что-то переносившие за крепостные стены. Король поморщился: здесь его указания выполнялись не в точности, - слишком много людей суетилось в гавани, должной стать легкой приманкой для черной эскадры. Именно тут должны высадиться главные силы англо-саксов, встретив лишь тень сопротивления.
Король не удивлялся: он с детства хорошо знал о неограниченных возможностях магов. Самостоятельно преодолев первый всплеск страха, он отбросил его окончательно.
Наконец Лин нашел необходимое сочетание. Они вновь увидели тамбур подземелья, освещенный уже не правый, а центральный проход и "прошли" по нему до места, где экран магов показал запертую каменную дверь с изображением на ней королевского герба логров: красная пятиконечная звезда на желтом фоне с золотой круговой каймой и исходящими от нее золотыми лучами. На щитах и знаменах эрлов красовались только алые пятиконечные звезды.
Красная звезда, - родовой знак логров. Она показывает четыре стороны света и направление на Авалон. Ее цвет символизирует чистоту родовой крови во всех поколениях.
На гербе Артура желтый круг, в котором помещалась звезда, означает Луну, ночь. А золотой ободок с лучами - Солнце, день. Луна и Солнце, ночь и день в единстве...
Наверное, есть и более глубокое толкование.
Цель и путь к ней найдены. Лин опустил руки. Король протянул емкость с вином. Благодарно кивнув, Лин жадно припал к меху. Артур одобрительно улыбнулся. Он видел, что магу пришлось нелегко и ему понравилось, что тот обратился не к магической "таблетке", а воспользовался универсальным рыцарским лекарством.
Как только Лин восстановил потерянную энергию, они вышли в нужный коридор. Шагали молча. Лин думал о том, что подземелье хранит много сюрпризов, с которыми не мешало бы познакомиться. Вот только времени нет. Но он вернется сюда, когда в стране воцарятся мир и спокойствие.
А может быть, и раньше. Здесь неплохой наблюдательный пункт, и он мог бы корректировать в какой-то мере ход сражения. И даже вмешаться в него. Пожалуй, здесь он принесет больше пользы, чем рядом с королем.
Посмотрев в глаза Артуру, Лин увидел, что тот думает о том же.
Король-военачальник не мог упустить из вида такой вариант и сам предложит его магу. Так будет приятнее обоим. Лину остается молчать и ждать совета Артура.
Вот и дверь с гербом. Лин отошел в сторону. Король протянул руку и нажал ладонью на звезду.
Камень отступил. Открылось освещенное пространство, занятое небольшим озером. А может быть, и бассейном, сотворенным некогда чьими-то могучими руками. От стен озеро отделялось чуть поднятым над поверхностью воды метровой ширины выступом. Из середины водного зеркала торчал кусок скалы с высеченными на нем кольцевыми ступенями. Камень хранил то, за чем они и явились сюда.
Видна была только рукоять, инкрустированная драгоценными камнями.
Заметив ее, Артур не раздумывая бросился в воду. Уровень воды достиг плеч. Дойдя до камня, он взобрался на него. Чуть подождав, пока вода стечет с одежды, Артур наклонился, крепко обхватил рукоять меча правой рукой и легко вытащил его. Лезвие сверкнуло взвившейся молнией. Подняв меч над головой, король прыгнул в воду и так дошел до края озера, нащупал ногами ступени и поднялся. Глаза его сияли как бриллианты на рукояти.
Свершилось! Лин глубоко вздохнул: все шло так, "как ни в сказке сказать, ни пером описать". От отступил к закругляющейся стене пещеры, чтобы дать Артуру больше места. Это оказалось кстати. Король повернулся кругом в сторону камня, хранившего Экскалибур, и встал на колени.
Затем взял меч за лезвие обеими руками и приложил к нему губы.
Лин, уступая место Артуру, потерял равновесие и попытался опереться локтем о стену, но локоть ушел в пустоту. С трудом удержав равновесие, он посветил фонарем и обнаружил в нише ножны. Конечно, для такого меча должны быть собственные ножны, ничто другое просто не может подойти. Он протянул их Артуру, тот вложил в них меч, прицепил к поясу, передав старое оружие магу.
Лин улыбнулся, печаль и обида проснулись в нем. Вот он осваивается и с обязанностями оруженосца. И почти засмеялся: он настолько свыкся с положением мага, что иного для себя и не мыслит. Да за честь быть оруженосцем короля Артура надо победить в рыцарском турнире, собирающем самых доблестных эрлов страны в дни христианских праздников. А ему, не закончившему обучение курсанту Хроноцентра, обидно. Смешно!
Лин рассмеялся и тут же понял, как ему быть. Ведь церемония не завершена, напутствие Озерной Леди чуть не забыто. Он твердо положил руку на плечо короля, заставив того остановиться. Затем аккуратно поместил старый меч в нишу и протянул к королю обе руки ладонями вверх. Артур сориентировался мгновенно. Вынув меч из ножен, он протянул его магу и встал перед ним на колени.
Взяв меч за рукоятку обеими руками, Лин опустил лезвие на левое плечо Артура...
9.Война.
Разместив отряд Агравейна под землей у выхода из Грота Магов восточнее холма Страха, Лин вернулся в помещение с голубым шаром. Предстояла долгая бессонная одинокая ночь. Ему хотелось провести ее рядом с Агравейном и его рыцарями, но присутствие мага их подавляло. Само по себе соседство с магическим подземельем подвергало мужество отряда серьезному испытанию. Только близость выхода на поверхность, важность задачи, до конца всеми не понятая, да преданность королю, лично отобравшего кандидатов в отряд, удерживали рыцарей в мрачной норе.
Отряду Агравейна в плане сражения предстояло сыграть неординарную роль. Каждому из них легче было бы сражаться одному против нескольких, чем ждать в заколдованном подземелье своего часа. Хорошо еще, что в темноте не видны надетые поверх доспехов устрашающие одежды и маски.
Король Артур, понимая их состояние, в своем напутственном слове у холма Страха говорил о острове Авалон, уготованом для наиболее бесстрашных и преданных. Король Трен на Земле Жизни готов встретить любого, кто сделает все для защиты родной земли от черной нечисти. Прекрасные дамы острова Блаженных поднесут каждому яблоко вечной молодости. Разрушающее любую силу земли время потеряет власть над ними...
Лин расстелил толстое шерстяное одеяло и принялся за поздний ужин. Холодное мясо, сыр, хлеб и вино... Прекрасная еда для человека, оказавшегося в центре событий и готовящегося к вершению судеб. Остров вечной жизни... Вера логров, несмотря на множество суеверий, крепка. Она спасет их.
Но все равно жизнь,- долгий сон. Лин говорил с Озерной Леди на остановке непрерывного изменяющегося сновидения...
Ну ему-то зачем Авалон? Он сам для себя еще не определил: самозванец ли он, или все-таки тот самый Мерлин, о котором столько преданий и легенд докатилось до недостижимых отсюда столетий. Если тот самый, то магическому искусству еще предстоит научиться. Если таковое вообще возможно. А пока Лин пользуется тем, что предоставляют ему неизвестные силы. Как долго это может продолжаться? Остров Авалон вряд ли ему светит, если он и захочет туда.
Завершится предстоящий день, день крови и возмездия, день освобождения; вересковая пустошь перестанет плодоносить на много лет, и даже горькая полынь не возродится на почве смерти. Потом наступит время визита в Лес Сумеречных Фей. Если будет потом... Похоже, лесным обитательницам известно многое, и Лин надеялся получить ответы на вопросы, накопившиеся за недели затянувшегося путешествия.
Он сделал глоток душистого, цепляющего язык вина, закусил белым козьим сыром. Нет, определенно, грот весьма уютное местечко. Он бы перебрался сюда на жительство, да слишком далеко от Камелота и хронокара. Лин связывал надежды на ремонт машины с феями. Завязнув обеими ногами в сказочности, он уже не делил мир на естественный и призрачный, все сплелось в один клубок, распутать который не моглось и не хотелось. Предстоящая назавтра битва, подготовке к которой он отдал все свои знания, решит все и для логров и для него лично. В случае поражения ему и вылезать из грота не стоит. Короля никто не обвинит, - слишком силен враг. А Лин на то и маг, чтобы обеспечить победу. Иначе он или самозванец или на стороне врага. В первом случае ему уготована смерть, во втором - изгнание, магов люди не судят.
Раз за разом прокручивая в голове план сражения, возможные варианты развития событий, Лин все больше убеждался: если все начальники отрядов и рыцари, отвечающие за важные участки, сработают как надо, англо-саксам не избежать сокрушительного поражения. А королевство логров станет в Британии решающей политической силой. Конечно, остается еще внутренний враг, рассредоточенный по всей территории страны, скрывающийся, стремящийся ужалить побольнее и опять зарыться в свое логово. Поведение языческой нечисти будет зависеть в какой-то мере от исхода битвы, но предугадать его нельзя. Правда, и в случае победы Артура черные рыцари, все эти колдуны и ведьмы могут от отчаяния организовать мятеж мести и принести много вреда. Их действия не учесть, как можно предугадать поведение военной силы, идущей открыто и ведущей се-бя в соответствии с известными законами.
Один Рыцарь Склепа, по рассказам очевидцев, может ввергнуть в ужас любого достойного эрла. Вдруг Лину придется вплотную встретиться с ним? Они с Артуром долго обсуждали проблему черных сил, притаившихся в темных углах королевства, но пока не пришли к однозначному решению.
Король осторожен в этом вопросе. Маг Мерл Лин давно уже для тех как кость в горле. Это обычный человек просто так к магу не подойдет, не говоря о том, чтобы нанести ему вред. Агравейн до сих пор, являясь ближайшим товарищем и соратником, остерегается лишний раз в глаза прямо посмотреть.
...Если бы они знали!
Лин и не представляет, как выглядят маги. Все его превосходство над обычными людьми исходит от других людей. Электрический фонарь, зажигалка, лингвофон, другие аксессуары таймонавта считаются волшебными предметами. Чудеса грота магов - они также не принадлежат ему. Единственная надежда - Голос. Но где он прячется, откуда слышен?
А что, если в гроте смонтирована хитрая машина, ничего общего с магией не имеющая? Какой-нибудь таймонавт из более далекого, чем сам Лин, будущего, соорудил ее для забавы, и посмеивается над легковерием и наивностью экс-сержанта морской пехоты, возомнившего себя чародеем.
Какое-то роковое стечение обстоятельств! И ничего не поделать.
Приходится сидеть в зале ожидания на стыке времен и терпеливо выполнять кем-то навязанную роль. Не спешить! Он многому научился в Карлионе, и среди приобретенного умение не спешить не последнее...
Ночь прошла в бесплодных размышлениях о принципе действия машины наблюдения и управления пространством. Как формируется и передается изображение с высоты? Как можно по своему желанию проникнуть внутрь любого помещения? Какая сила перемещает предметы на таком расстоянии?
А ведь это далеко не все, возможности аппаратуры просто безграничны. Страшно делается, если подумать, что он может с ее помощью.
Лин посмотрел на часы, - еще одна профессиональная принадлежность мага! Скоро рассвет. Он размял мышцы и "включил" вид побережья. Знаки-предвестники кровавого дня коснулись башен прибрежной крепости алыми языками. Наблюдатели на башнях напряженно всматриваются в даль спокойного моря. Штиль... Вот-вот на Одинокой Скале поднимется в небо серый дымный столб. В гавани ни одного вооруженного человека, рыбаки готовят несколько лодок для выхода в море. Полный порядок. Лин переместил точку слежения на северо-запад. Восточная дорога, окаймленная лесополосами, пустынна. На север от нее, до Опустошенных Земель, и до горы Бадон на востоке, раскинулась вересковая пустошь. Сегодня ей предстоит выдержать на себе столкновение двух сил. С завтрашнего дня ее будут называть пустыней. За горой Бадон далее на восток, вплоть до Карлиона простирается дремучий лес. В его чащобах также кипит скрытая подготовка к решающим часам.
Если бы противник имел воздушные средства наблюдения, ему открылась бы вся картина в деталях и наверняка прояснила замысел короля логров. Боевой порядок в отрядах сохранялся даже ночью. Ни одного костра, никаких передвижений. Лин увидел Артура. Видимо, тот так и провел ночь в седле. С вершины горы Бадон Артур мог охватить единым взглядом все поле боя.
Прикрыв глаза рукой в железной перчатке, король смотрел в сторону гавани, ожидая первых сигналов о начале нашествия. Он ждал с нетерпением: день он вычислил сам и понимал, что лишние сутки ожидания отразятся на его войске не должным образом. На текущей неделе Артур побывал в Долине Очарований. Несколько часов он в одиночестве провел перед алтарем в храме при дворце Морганы. О чем он молился? Наверняка о том, чтобы ладьи англо-саксов беспрепятственно подошли к берегам Британии.
И у мага самое горячее желание - увидеть высадку торжествующего врага в Королевской гавани. Только бы их не застигла в пути буря! Время прибытия второй черной волны точно определить будет нельзя. А если шторм разбросает корабли, они высадятся где попало. В таком случае война затянется надолго и измотает логров. Длительная борьба равносильна поражению. Только решительное сражение с главными силами в первый день может принести победу и мир.
Вдруг Артур встрепенулся, кольнул коня шпорами, тот взвился на дыбы. Началось?
Лин вернул изображение гавани. В крепости царила суета, наблюдатели заметили столб дыма от Одинокой Скалы. Он же привлечет противника, направит его точно к нужному месту. Оснований для больших опасений у нападающих не было, они знали свое превосходство, а захват порта обеспечивал им коридор для непрерывной экспансии в глубь британских земель. Серьезного отпора они не ждали.
Несколько десятков защитников крепости в безлюдной королевской гавани во главе с рыцарем Круглого Стола сэром Мадором по сути дела являлись заложниками. Им предстояло стоять насмерть против тысяч, зная, что помощи не будет. Красный рассвет не обманул, государь не ошибся в расчетах. Лина ожидал самый тяжелый день в его жизни. С большим удовольствием он оказался бы на поверхности, верхом на боевом коне, с мечом в одной руке, щитом и излучателем в другой. Каждый держит в уголке памя-ти: маг Мерл Лин в своем волшебном гроте и готов помочь им в любой момент. Сам же маг не был в точности уверен, что сможет сделать больше, чем уже сделал. Машина-то чужая, настоящий "черный ящик". Да и самому можно допустить оплошность, - не о том подумать, не того пожелать...
Над башней морской крепости взвилось королевское знамя: сэр Мадор увидел врага и приготовился к почетной гибели. Авалон ждал Мадора и его соратников. В поле зрения Лина вошли длинные черные корабли под черными парусами, ощетинившиеся рядами весел. Люди на кораблях, указывая руками на берег, потрясали мечами и беззвучно кричали. Жаль, ничего не слышно. Звук почему-то не фиксируется системой наблюдения магов.
Или Лин просто не уловил, как это делается. Впрочем, звук ему не нужен, и так все понятно.
Ладья за ладьей, в каждой по несколько десятков воинов. Какое-то количество скрывается и в трюмах. Ладья за ладьей, десять, двадцать...
Настоящий девятый вал! Черный девятый вал! Лин считал корабли, стараясь определить, сколько в каждом людей. Позади транспортные суда: там припасы и даже лошади. Но в основном пехота, по выносливости не уступающая конному войску. Вооружение и снаряжение идеально приспособлены для таких операций. Это люди вечной войны, не знающие иного труда. Они живут походами и грабежом, захватами и разбоями. В них смысл их жизни, они веселы только в сражениях, им неведомы страх и слабость. И еще, -они привыкли к легким победам. Благодатная земля Британии издавна привлекает англо-саксов, им жизненно нужны новые просторы.
Десант беспрепятственно выгружался на берег, лодки охватили гавань черной сплошной полосой, и никого не было у полосы прибоя, чтобы встретить врага мечом и копьем. Но вот со стен крепости полетели первые стрелы. Не нанеся никакого урона, они привели захватчиков в ярость. Темные щупальца потянулись от воды наверх, охватывая крепость мертвым зажимом.
Лин содрогнулся: они не оставят от защитников гавани ни кусочка, пригодного для погребения! Тысячи против двух-трех десятков!
Несмотря на подавляющее превосходство и применение пращей с камнями и горшками с горючей смесью, нападающим понадобилось более двух часов, чтобы подавить сопротивление. За это время десант выгрузился весь. По команде предводителя воины выстраивались колоннами на дороге, ведущей от гавани к Карлиону. Лин увидел командующего десантом, верзилу в черном плаще верхом на серой лошади. К нему непрерывно подбегали вестовые, получали указания и мчались их передавать. Абсолютное единоначалие, чего не было у логров. И на этом также строился расчет обороны. Скованные единой волей, захватчики двинутся известной им дорогой на Карлион, не тратя сил и времени на пустяки. После захвата Камелота для них наступит время иной тактики.
Они растекутся по стране отдельными отрядами, сохраняя связь, и легко разделаются с остальными королями. Опора Британии - логры, Артур. Что прекрасно известно не только бриттам, но и их врагам. Но никто из других королей Британии не пожелал помочь Артуру. Им претило величие логров, их переполняли спесь и слепая уверенность в том, что их судьба будет иной.
Не в силах больше смотреть, как расправляются с Мадором и его друзьями, Лин вернул изображение вересковой пустоши. Зверство не может не быть наказано, возмездие неотвратимо! Через два-три часа марша они наткнутся на непреодолимый заслон: в самом узком месте, где дремучий непроходимый лес примыкает вплотную к дороге, их ждет пятиметровой глубины ров. До противоположного края рва - десять метров. Им придется повернуть, а повернуть можно только на север, с юга тоже леса. Тог-да-то все и начнется.
Два часа ожидания! В то время как враг беспрепятственно идет по твоей земле! Вот как! Лин думает об этой земле как о своей, и ему не терпится сейчас же подняться на поверхность и броситься на дорогу, сплошь занятую текущей на запад серой рекой и рубить, колоть, стрелять! Только авторитет короля Артура, выучка командиров отрядов и страх перед недовольством мага удерживают сейчас рыцарей от броска к дороге и от славной преждевременной гибели.
Лин внимательно следит за колонной, льющейся нескончаемой рекой. Все больше конных присоединяется к вождю похода. Луки, копья, мечи, дротики, топоры... И люди, люди, люди... Рослые, могучие... Сила идет страшная.
Лин даже усомнился, что возможно будет справиться с такой ордой.
Впереди шла конная разведка. Обнаружив, что дорога непроходима, они постояли немного перед препятствием и поскакали назад. Чтобы принять решение и остановить войско, требовалось время. Артур получил донесение о том, что голова колонны противника подошла к заграждению. Он дважды резко поднял вверх и опустил копье с привязанным к острию волчьим хвостом. В трех километрах к северу от дороги поднялся длинный ряд макетов и чучел всадников и пеших воинов.
Затрубили в рог. "Войско" заметил и вождь англо-саксов. Видя угрозу с фланга, долго не раздумывая, он отдал команду, несколько конных отделились от окружающей его свиты и поскакали вдоль колонны. Приказание выполнили почти тотчас. Разделившись на группы по несколько сотен человек, серая колонна повернула вправо и устремилась на уничтожение противника. Теперь это была не одна река. Несколько параллельных колонн-отрядов, в которые вливались со стороны дороги вновь подходящие воины.
Наступила очередь эрла Мархауса, командира войска-миража. Только подойдя шагов на пятьдесят, передние шеренги увидели, что перед ними не настоящий враг. Остановиться они уже не могли, предводитель-единоначальник находился позади и еще ничего не знал. Опрокинув чучела и деревянные макеты, чужеземцы вступили вслед за отступающими рыцарями Мархауса на поле возмездия.
Дальше начиналась сфера влияния сэра Мелиота.
Рассыпанные по полю остро заточенные железные и деревянные бороны вызвали вопли боли и ярости. Преодолевшие это препятствие падали на скользкой от обильно разлитой на траве нефти, поднимались, снова скользили и падали. Задние шеренги продолжали наступать, повторяя ошибку передних. Боевой порядок расстраивался, началась очаговая свалка.
Теперь многое зависело от правильного выбора времени Артуром. Лин смотрел сверху и видел, как тысячи людей становились неуправляемыми, теряли чувство локтя, уверенность в соседе, проклинали наседающих сзади своих же товарищей. Паники еще не было, не хватало реального противника.
Лин прошептал: "Пора!" Словно услышав его, король снова взмахнул копьем. Передовой отряд под командованием сэра Мархауса, состоящий из ополчения, вооруженного копьями и дротиками, и небольшого количества рыцарей, вышел из оврагов-укрытий и с дикими криками устремился навстречу наступающим.
В ответ раздался тысячеголосый рев, захватчики наконец увидели живую цель. Их вождь начал что-то понимать, но переменить ситуацию был пока не в силах. Надо было наступать и черная лава, вывалянная в нефти, беспорядочной толпой ринулась на передовой отряд логров. Сэр Мархаус поднес к губам рог, его войско упало на землю, позади выросли ряды профессиональных лучников, - рыцарей Гавейна. Угрожающе зазвенели осиные рои стрел. Крики и проклятия первых раненых и умирающих огласили поле. Лин не слышал, он видел разинутые рты и перекошенные лица.
Отряд Мархауса поднялся и вошел в соприкосновение с первыми рядами. Но логры не стремились вперед; сохраняя дистанцию, отступая, они методично выбивали первые ряды. Стрелки Гавейна целили в глубину превратившихся в толпы отрядов. Ни один выстрел не пропадал напрасно. Лин посмотрел на дорогу. Практически все войско врага сконцентрировалось на Вересковой Пустоши. Рано или поздно они справятся с заме-шательством и опрокинут отряды Мархауса и Гавейна. Пора продолжать игру, вводить в нее свежие силы, новые фигуры.
Команда Артура и, огибая шеренги стрелков Гавейна справа и слева, из оврага вылетели конные отряды Тристрама и Гахериса, ударив по флангу и тылу колонн, где враг уже привел себя в порядок и готовился проделать то же, что и конница логров. Артур успел вовремя. Внеся сумятицу, Тристрам и Гахерис повернули коней и вернулись в укрытие.
Наступил черед главных сил. Прикрытый чередой холмов с северо-востока, ударный рыцарский отряд под командой сэра Ланселота Озерного, воспитанника Озерной Леди Нимуе, неторопливой рысью двинулся для удара по правому флангу противника. В отряде Ланселота Артур собрал цвет королевства: рыцарей Круглого Стола и всех тех эрлов, кто профессионально владел оружием. Каждый из них стоил десятков пеших воинов.
Поняв угрозу, нависшую над его правым флангом, вождь черных пришпорил своего коня и помчался в ту сторону. Но его конь угодил в одну из многочисленных ловушек-ям. Пока он менял его, время было упущено: рыцари Ланселота врубились в живую массу, засверкали мечи, алебарды, заструилась кровь. Оснащенные специальными подковами кони рыцарей чувствовали себя на скользкой траве уверенно. Подкрепленная внезапностью и неудачным для врага началом битвы, атака Ланселота удалась полностью. В течение часа рыцари усеяли напитанную нефтью и кровью траву сотнями вражеских трупов.
Каждый из захватчиков дрался в одиночку. В лязге доспехов и оружия, криках раненых, оглушающем шуме, создаваемом специально людьми Гавейна, они не слышали друг друга. Многие уже поняли, что попали в западню и старались найти из нее выход. Назад отступать возможности не было, - их же товарищи, не сообразив, в чем дело, старались прийти на помощь передовым шеренгам и обрекали их на мучительную смерть от зубьев борон, стрел спереди и слева, мечей на правом фланге. На место павших приходили новые и все повторялось.
Работала настоящая мясорубка, но противник по-прежнему превосходил численностью логров. Казалось, они вставали из мертвых и вновь шли вперед. Вот уже пробита брешь в рядах Мархауса, и включилась в работу конница Гахериса и Тристрама.
Лин боялся, что Артур не выдержит и бросит в бой конный резерв под руководством сэра Персиваля, ожидавший в нетерпении приказа о выступлении на северо-восточном склоне горы Бадон, где расположился командный пункт короля.
Усилиями Гахериса и Тристрама боевой порядок передового отряда Мархауса, уже перемешавшегося с лучниками Гавейна, был восстановлен.
Каким-то образом вернул часть управления войском и вождь черных. Их левый фланг, к которому стремились рыцари Ланселота, раздвигая пешую массу, повернул в стремлении пробить коридор на запад. Нескольким сотням удалось оторваться от завязших в полной сюрпризов степи соратников. Никто из захватчиков не думал о поражении, отделившийся отряд направлялся к Карлиону.
И это пока хорошо, сказал себе Лин. Как раз на этом пути их ожидал заградительный отряд Саграмора. Крестьяне, вооруженные луками, при поддержке десятка рыцарей, организовали здесь целую систему заграждений, при преодолении которой враг неминуемо застрянет.
Ямы-ловушки, спрятанные в траве остро заточенные зубья, всевозможные петли и капканы, завалы и обрывы... Все это проявлялось и начинало действовать внезапно, когда наступающие уже не могли сдержать инерцию продвижения. Эти сооружения должны были изолировать противника на ограниченном участке и не дать ему вырваться из западни.
Так и случилось. Наковальня Саграмора остановила порыв выходящих из общего сражения. Молот Ланселота медленно опускался, стремясь раздавить черную массу. Но ни рыцарский молот, ни крестьянская наковальня не могли выполнить такую задачу. Черное войско логры истребить были не в состоянии, сил у них было крайне недостаточно. Продолжение битвы означало гибель вооруженных сил государства короля Артура. Замысел сражения предусматривал иное течение событий.
Следовало остановить Ланселота, освободить поле боя от своих воинов и предоставить свободу действий небольшому отряду сэра Ивейна, ожидающего знака в его замке. Они должны были сделать то, что никогда не делалось в истории войн на британской земле. Одним из них поручено открыть замаскированные ловушки, которые беспрепятственно были пройдены перед макетами и чучелами, другим - поджечь разлитую по полю нефть.
Король предоставил Ивейну право поставить пылающую точку на карте сражения.
Лин увидел сигнал Артура. Выполняя приказ короля, Ланселот повернул своих рыцарей назад. Отряды Мархауса, Гавейна, Тристрама и Гахериса также начали отступление. Через считанные минуты Ивейн должен раскрыть ворота своего родового убежища и приступить к выполнению задания.
Ланселот с отрядом занял исходные позиции. Мархаус отбивался от наседавших на него врагов уже на склоне оврага. Противник заполнил почти все поле, группируясь в отряды, восстанавливая утерянное управление.
Где же Ивейн с его командой? Почему он не реагирует на прекрасно видимые от замка сигналы короля? Рядом с Артуром всадник держал в руках поднятый на копье горящий факел.
Лин смотрел, как застыл в растерянности король Артур. Колебания его были понятны: он не знал, что делать. То ли вновь бросить в бой выведенные из него отряды, то ли ждать. Артур считал, что Ивейн задерживается, но не опаздывает роковым образом.
Лин не различал мелких деталей обстановки, глаза его слезились от напряжения: он смотрел сверху на замок Ивейна, но там царило полное спокойствие. Ни одного человека за стенами! Не видно и наблюдателей за сигналами короля! Сработал неизвестный фактор, сценарий ломался. Времени для разбора не было, заглядывать внутрь замка Лин не стал.
Видимо, наступило время мага Мерл Лина. Вождь черных, как понял Лин, принял решение отступить назад к дороге, привести свое поредевшее войско в порядок и сменить тактику. Отряд, остановленный Саграмором, нацеливался на командный пункт короля. Если он успеет, то все!
Лин принял решение: ввести в бой людей Агравейна, сидящих в подземелье, рядом с выходом к холму Страха. Он привел в действие красный конус, спроецировал желание, камень ушел в сторону, солнце проникло в расположение Агравейна. Это и был сигнал к выступлению. Стреноженные кони ожидали их рядом, спрятанные в приготовленных капонирах.
Облаченные в одинаковые красные плащи, с устрашающими масками вместо шлемов, под гром барабанов, рыцари Агравейна должны были внести элемент мистики в расстановку сил, всколыхнуть сознание суеверных захватчиков и посеять в его рядах панику.
Без сомнения, экзотически страшный отряд мог остановить продвижение к Восточной дороге тыловой группы черных, рядом с которой и предводитель англо-саксов. Но роль победного фактора ему не сыграть. Вместо Ивейна придется работать ему, магу Мерл Лину. Или Мерлину, что теперь одно и то же. Отбросив волнение, он обратился к красному конусу, соединив его вновь с голубым шаром светящимся шнуром. Он знал, что сделает все как надо.
Уверенность воплотилась в действие, поразившее замешательством и страхом даже подготовленного короля Артура.
Ветвистые, зигзагообразные, невероятные в безоблачном небе молнии одна за другой ударили в землю. Одновременно в десятках мест загорелась нефть, распространяя удушающие черные клубы дыма. В течение минуты жадное пламя и дымная пелена охватили поле боя. Лин справлялся с порожденной им же стихией все более искусно, бросая небесный огонь в наиболее крупные скопления людей.
Вождь черных в окружении нескольких приближенных, все на лошадях, опомнился и первым смог пробиться на Восточную дорогу, обойдя отряд Агравейна с востока. Ему стало ясно: битва проиграна, спасение в захваченной гавани. Сконцентрировавшись, Лин направил сразу несколько разрядов в одну точку. Смерть настигла их мгновенно - на том месте дороги, где только что находился предводитель на серой лошади, дымилась серая яма.
Вот теперь можно считать, что дело сделано. За исключением считанных десятков, рассеявшихся по окраинам пустоши, враг был полностью уничтожен. А спокойствия не было! И тут же Лин понял, почему, - гавань!
...Морская крепость осталась в руках противника. Не подозревая о разгроме, захватчики хозяйничали в строениях, группами расположились с обоих сторон крепостной стены, начиная пир победы. На ладьях, заполнивших прибрежную акваторию, также находилось немало людей. Сколько же их пришло в страну логров? Общее число теперь не выяснить. Здесь, в крепости и на берегу, их около тысячи. Артуру будет непросто с ними разделаться. Неужели впереди новые потери? Этого нельзя допустить. Как нельзя дать хоть одной ладье отправиться назад и преждевременно оповестить врага на материке о случившемся.
Лин вновь обратился к магическим силам-энергиям.
Удалось ему сразу, ненависть к черной пьяной плесени, желание сохранить жизни тех, кому придется освобождать королевскую гавань, стремление не выпустить никого обратно в море, - все, вместе взятое, вылилось в прибрежный шторм, разметавший и разбивший о скалы все корабли. Заключительный девятый вал прокатился стеной, захлестнул не только саму гавань, но и крепость. Наблюдатели на Одинокой Скале потом рассказывали: море вдруг отступило далеко от берегов, обнажив рифы прибрежья и песок глубин, а затем вернулось назад.
Каждая следующая волна была выше и мощнее предыдущей.
Бессильно опустившись на одеяло, Лин машинально сделал несколько больших глотков вина. Бурдюк, подаренный королем, был почти пуст. Вот теперь все закончено, в дело вступил свежий резерв Персиваля, занявшийся уничтожением одиночек, пытающихся скрыться среди деревьев.
Одна мысль не давала ему покоя: что же случилось с Ивейном и его группой? Можно бы заглянуть в замок посредством магической техники, но он настолько ослабел психически, что и мысль о том была противна. Надо выбираться на белый свет.
Поднявшись на поверхность у холма Страха, Лин взял за узды ожидавшего его коня, отослал слугу к Агравейну и королю с известием, что направляется к замку Ивейна и обнял коня за теплую шею, наслаждаясь простором и свежестью открытого мира.
Лин отпустил поводья. Умный конь шел не торопясь, легкой рысью, сам выбирая путь к замку. От холма Страха до горы Печали два километра. Замок Ивейна - на север от горы. Конь решил обойти гору с запада. Сменившийся ветер нес к морю противно сладкий запах крови, приторный вкус горелого мяса и едкий дым. Запах сражения, запах массового убийства одних людей другими...
Солнце садилось в Карлионе. Длинная тень Лина протянулась в сторону моря. По Восточной королевской дороге в направлении к гавани шли группы вооруженных крестьян, их обгоняли конные рыцари; все закопченные, с грязными лицами и одеждами. Запекшаяся кровь на ранах смешалась с землей и гарью, но никто не думал о лечении.
Завидев мага, логры останавливались и, склонившись, пропускали его, чтобы затем, многозначительно переглянувшись, продолжать путь.
Лин смотрел в землю, ему не хотелось никого видеть. Да и голову держать прямо было трудновато. К северу от дороги начали встречаться трупы захватчиков, застигнутые последним мигом в различных позах. Он закрыл глаза: смотреть на такое не было сил.
До самого замка его никто не окликнул, не потревожил. Распахнутые ворота встретили запустением и безлюдьем, обычным для жилища Ивейна Восхитительного. Ни слуг, ни следов чьего-либо присутствия Лин не заметил. В комнатах замка царила гулкая пустота. Устало передвигая ноги, Лин обошел главную залу, остановился у знакомой ему мозаичной картины рядом с холодным камином. Фея в голубом все так же тянулась к небу; голубого шара у ее ног, как Лин не старался, не смог увидеть. Никак не получалось отыскать верную точку обзора. Или шар покинул картину, - ведь ничего невозможного в этой стране нет. Десяток тысяч или более воинов, оставивших за морем своих близких, полностью уничтожены пятьюстами рыцарей и крестьянским ополчением, не умеющим как следует владеть оружием.
Надо найти Ивейна с его группой, надо узнать, что здесь случилось. Ощущения радости от победы не было, томили неясные предчувствия чего-то тяжелого, нехорошего. Души погибших еще витали над Вересковой пустошью в ожидании предназначения. Дышалось трудно, остро захотелось к себе в пещеру, напиться чистой воды из Барентона. Жаль, что он не захватил с собой вина, в таких условиях оно действительно универсальное лекарство. Люди Ивейна должны были ожидать своей минуты в подвалах замка, где хозяин хранил бочки с вином и другие припасы.
Лин наконец отыскал вход в подземный этаж и медленно спустился по изношенным каменным ступеням, пытаясь ориентироваться в полумраке. С лязгом захлопнулась позади дверь, заскрежетали засовы. Беспечность и усталая неосторожность подвели-таки его; Лин выхватил фонарь левой рукой, в правую взял меч.
Тишина, вкрадчивая, и угрожающая... Только шаги, лишние, делающие его мишенью. Достаточно одной стрелы из темного угла, чтобы покончить с ним навсегда. Лин осветил себе лицо, вытянутой рукой держа фонарь, показал красный плащ; сверкнул черно-багровым лучом перстень с альмантином. Перстень говорил: рядом - враг. Решиться напасть на мага Мерл Лина - надо быть не человеком. Если его до сих пор не тронули, значит, очень боятся. И постараются разговорить его, вытянуть нужное им.
Пройдя в центр помещения не таясь, отмечая звонкими подковами каждый шаг, Лин водил лучом по стенам. Нигде никого... Но нет, тут что-то есть. Он подошел ближе: на цепях, вдетых в крюки, висел полуголый Ивейн с опущенной на грудь головой. Лин обхватил пальцами запястье. Пульс прощупывался, слабый, неритмичный; жизнь еще теплилась.
Двумя ударами меча Лин разрубил мягкое железо цепей и подхватил обмякшее тело хозяина замка. Сняв с себя плащ и скатав его, положил под голову Ивейну. тот захрипел, пробормотал что-то.
Нашлись-таки силы, смогли помешать Артуру... Если бы не вмешательство мага, исход боя мог быть трагичным. От действий Ивейна зависело очень многое. Артур, как и Лин, не увидел слабого звена в плане разгрома агрессора. Разве трудно блокировать несколько человек в замке и этим малым усилием свести на нет весь замысел сражения? Вот и нашелся храбрый хитрец. Кто бы это ни был, он понимал цену своему поступку.
Позади что-то зашуршало. Лин мгновенно обернулся, в углах зашевелились тени. Следовало ожидать. Они приготовились, они ждали его. Без красного плаща он не казался им таким страшным.
Лин перешагнул через Ивейна, прижался спиной к стене, где только что висел тот.
- Выходите! Я готов к встрече! - голос Лина раскатился под сводами гулким эхом.
От правого угла отделился силуэт. Он выглядел в темноте великаном, достигающим головой трехметрового потолка.
- Маг Мерл Лин? С первого дня мы следим за тобой. Истинный маг никогда не служил ни одному королю. Маги и люди не живут рядом. Кто же ты, Мерл Лин?
- Ты знаешь, кто я. А если я буду знать, кто ты, расскажу о себе побольше. Еще я хочу видеть того, кто виновен в страданиях эрла Ивейна. Вы знаете цену слова Мерл Лина.
Опять наступила тишина, еле слышный шепот донесся из углов. Но не было времени воспользоваться лингвофоном, меч и фонарь одинаково необходимы. Жаль, не взял с собой сопровождающего.
- Маг должен знать, что поражение Артура неминуемо. Ты лишь отдалил конец логров. Я - хозяин Большого Кромлеха, известного тебе под названием Моел-Ти-Ухар...
"Рыцарь Склепа, - вспомнил Лин, - Тот самый, кто разорил владения короля Пелеса, превратил их в Опустошенные Земли".
- ...А сейчас ты увидишь того, о ком спрашивал.
В луче фонаря появилось знакомое лицо, смотревшее с вызовом и плохо срытым испугом. Мелигранс! Сын короля Багдемагуса, друга Артура. Мелигранс, рыцарь Круглого Стола, сидевший на пирах рядом с несгибаемым Саграмором. Так вот кто выдал рыцарю Склепа и его подручным план сражения, позволил тому отыскать слабое звено и разорвать его. Истинно, чудо спасло Артура и логров. Чудо, скрытое в тайных механизмах магов, доверенных Лину.
"Как же ты смог предать отца, друзей, свой народ, самого себя?" - хотелось крикнуть в обезображенное изменой лицо.
Но Лин молчал, рассматривая Мелигранса. И не знал, что сказать предателю. Так вот от кого пошла линия измен в государстве Артура!
- Что же ты стоишь, Мелигранс? - голос Рыцаря Склепа обрушился громом сверху; Мелигранс вздрогнул, его глаза побелели, - Подними меч и убей своего врага. Перед тобой тот, кто вырвал из твоих рук корону Карлиона. Перед тобой тот, кто не позволил овладеть тебе наградой, прекрасной Гвиневерой!
"Вот в чем дело! - сказал себе Лин, - Завязка преступления в любви к супруге господина. Этому юноше, незрелому и нечистому, захотелось обрести власть и женщину. Вот что погубило несчастного".
Мелигранс поднял меч и бросился на Лина. Юному рыцарю не довелось пройти суровую школу Хроноцентра, где таймонавта Лина тренировали до изнеможения, заставляя постичь тайны меча всех лучших школ во все времена. Выбив меч из крепкой, но не знающей мастерства руки, Лин, исполненный чувства горечи, одним взмахом перерезал ахилловы сухожилия предателю. Бежать он теперь не сможет и дождется суда над собой. Рыцарям полезно будет увидеть воочию истоки и последствия неверности, а Артуру расстаться хоть с частью детской доверчивости.
Через несколько секунд Лин убедился, что Рыцарь Склепа, ближайший сподвижник короля Маргона, хозяина ведьм, колдунов и прочей нечисти, не так прост. Только человек выдающихся способностей мог находиться на вершине черной пирамиды и чувствовать себя там устойчиво. Нечто колкое, давящее зацепилось острым крючком ужаса за край сознания мага.
"Не иначе как экстрасенс, - решил Лин, пытаясь оттолкнуть чужую волю, спрятаться в энергетическом коконе, - Вот откуда слава этого горного отшельника, обитателя камней".
Терять лицо мага Лину было нельзя. Стоит этому супермену заставить Лина хоть дрогнуть, назавтра о том узнает весь мир. Плохое липнет как деготь, потом годами не отмыться. Авторитет Мерл Лина сейчас работает на короля Артура. Лин считался наиболее способным учеником по курсу психоэнергетики в Хроноцентре. Но он слишком устал, чтобы ответить сокрушающим психическим ударом. Придется применить технические достижения. Левой рукой, держащей фонарь, он нащупал в нагрудном кармане комбинезона излучатель и нажал кнопку. Сознание Лина освободилось от сжимающих объятий, в ответ из угла раздался звериный рык, заскрежетал замок потайной двери, в правое плечо ему что-то ударило и наступила тишина, нарушаемая стонами Мелигранса и хрипами Ивейна.
Лин ощупал плечо: из раны лилась кровь. Удар вскользь дротиком или кинжалом. Рыцарь Склепа был не один, кто-то из его спутников перед бегством успел-таки его ужалить. Бить из темноты - всегда от трусости.
Боятся мага и эти. Кость не задета, заживет быстро. Он облегченно вздохнул и тут же почувствовал, как боль через руку проникает в грудь, хватая за сердце.
"Яд, - понял он, вытаскивая аптечку, до которой не дотрагивался со времени визита Артура в Грот Магов, - Где-то здесь есть антитоксин".
На ощупь, ничего не видя мутнеющими глазами, он бросил в рот пару капсул и потерял сознание.
Первое, что увидел Лин очнувшись, было обеспокоенное лицо Агравейна на фоне темно-синего неба. Увидев открывшиеся глаза мага, рыцарь осветился радостью. На его крик подошел, гремя доспехами, ближайший к Артуру эрл, знаменитый охотник за Чашей Грааля, Ланселот. Лин встречался с ним однажды мимолетно, разговора не получилось. Больше они не виделись, Ланселот постоянно находился в дороге.
- Ни один человек не способен выжить после укуса ядовитой змеи. Рана твоя очищена, это я смог сделать. Но как ты справился с ядом, не понимаю.
Ланселот говорил спокойно, только нахмуренные изломанным углом черные брови на загорелом, грубо вырезанном лице выдавали беспокойство.
- Поистине, маг бессмертен, и мое искусство врачевателя оказалось на сей раз лишним.
Ланселот покачал головой и протянул руку в сторону горящего неподалеку костра.
"Ланселот, сын короля Панта, проведший детство и часть юности у Озерной Леди. Там он научился великому искусству врачевания. Если уж Ланселот говорит, что Лин был приговорен к смерти, то это действительно так. Выходит, не перепутал капсулы, пальцы сами нашли нужное..."
Ланселот нагнулся, поднес к губам Лина чашу. Питье было горьким и противным, но Лин покорно выпил все. Ночь раскинула над землей фиолетовый шатер, продырявленный стрелами небесных битв. Зажгли факелы. Силы понемногу возвращались к Лину. Он попросил у Агравейна вина. Тот немедленно поднес приготовленный заранее кубок. Отпив половину и ощутив в голове легкость, Лин поднялся и сел. Рядом с ним стоял только Агравейн. Ланселот в стороне склонился над распростертым телом Ивейна.
У входной двери в замок сгрудились рыцари и слуги Ивейна Восхитительного, - они боялись приблизиться к воскресшему из мертвых магу.
- Что с ним? - спросил Лин слабым голосом.
Ему ответил Ланселот, повернув голову, могучую, антично красивую. - Благородный сэр Ивейн будет жить. Но для выздоровления ему понадобится много недель. Он обычный человек...
Лин вдруг ощутил волну признательной нежности к Ланселоту, подобную той, что чувствует заболевший ребенок к отцу, положившему спасительную твердую руку ему на горячий лоб. Ланселот, в котором, как и в других рыцарях, Лин видел человекообразную средневековую машину истребления врагов короля и продуктов питания, оказался человеком с мягким добрым сердцем, умелыми и надежными отцовскими руками. Неужели Ланселот на самом деле воспитывался в Авалоне? Разве такое возможно? Судя по морщинам, избороздившим лицо, рыцарю немало лет.
Во двор замка на взмыленном коне влетел всадник. Король Артур осведомлялся о состоянии мага Мерлина и передавал, что ожидает его с Ланселотом и Агравейном у перевала по дороге в Камелот. Без Мерл Лина Артур не считал возможным торжественное возвращение в Карлион.
Стараясь не пошатываться, Лин поднялся на ноги и с помощью Агравейна устроился в седле. Самое трудное позади, несколько часов верхом в сопровождении Ланселота и Агравейна он как-нибудь выдержит. Ночь темна, слабости мага никто не заметит.
10. Лес Сумеречных Фей.
Неделю Лин провел в Камелоте, окруженный заботой короля и королевы. Впервые после появления в Карлионе он чувствовал себя спокойно и беззаботно. А во дворце пиры сменяли друг друга с той же непреложной закономерностью, с какой утро сменяется вечером. Страна праздновала победу. Большинство удельных государей Британии склонили короны перед гербом Артура. Создали все-таки Большой Совет Королей, но из него не получился Большой Круглый Стол. Ни одного дельного решения, способствующего реальному объединению Британии, принять не удалось. Не получилось и военного союза. Победа, одержанная Артуром у горы Бадон на Вересковой Пустоши, казалась всем окончательной на все времена.
Лин участвовал в деловых встречах и только раз побывал на пиру за Круглым Столом. Его появление внесло сумятицу: у некоторых рыцарей дрожали руки и расширялись зрачки при одном взгляде мага Мерл Лина.
Внезапное низвержение десятков молний с чистого неба, молниепад, испепеливший вражеское войско в переломный момент битвы; прибрежный шторм невиданной мощи; освобождение обреченного Ивейна из рук Рыцаря Склепа; почти мгновенное выздоровление после смертельного отравления змеиным ядом, - перечень невероятных событий потряс и воспитанных на чудесах логров. Лин в течение дня продемонстрировал, что может сделать один-единственный маг, если захочет. Тем самым он окончательно определил себе место в обществе бриттов, исключив наперед любые сомнения и вопросы. И одновременно поставил между собой и народом логров неодолимую стену: перейдя из разряда людей в разряд магов, он уже не мог рассчитывать на обычные человеческие отношения. Любовь и страх, преклонение и отчужденность, - в каждом человеке по-разному переплелись разноречивые чувства по отношению к обладателю сверхъестественной силы.
Как следует разобраться в новом положении вещей Лин не имел ни времени, ни желания: слабость еще давала себя знать. А жизнь между тем продолжалась. Как только Мелигранс обрел способность нормального восприятия, состоялся суд. Рыцари Круглого Стола приговорили его к вечному изгнанию, Ланселот отказался лечить раны, нанесенные предателю магом, и он охромел на обе ноги. Лин не присутствовал на суде, ему сообщили, что яд, внесенный в душу Мелигранса Рыцарем Склепа, проник слишком глубоко: ни раскаяния, ни сожаления о содеянном Мелигранс не проявил.
Только злость на самого себя за неправильный выбор стороны в борьбе, да злоба на Мерл Лина и соотечественников.
После суда Мелигранс исчез: теперь его мог уничтожить любой, встретивший в пределах королевства. Прошел слух, что он обосновался где-то у короля Маргона.
- Первая ласточка из стаи измен и предательств, - сказал Лин королю.
Но Артур, упоенный победой, пропустил слова мага мимо ушей. Ощутив себя наконец вполне здоровым, Лин побывал у короля и в сопровождении верного ему Агравейна отправился вначале в пещеру Полого холма, а затем в замок феи Морганы.
Первым делом он искупался в воде знаменитого источника Барентон, расположенного рядом с жилищем древнего алхимика. Слава Барентона оказалась не пустым звуком. Расположившись после омовения под деревьями боярышника, густо поросшими вдоль ручья, он ощутил себя обновленным, готовым к новым испытаниям. Красные и багровые ягоды, свисающие обильными кистями, предвещали долгую теплую осень. "Хорошо!" - улыбнулся Лин. Вот и лето кончается, наипрекраснейшее лето его жизни. Что-то еще впереди... Неужели придется вернуться в Хроноцентр? Кому это надо? Зачем экзамены, встречи с хмурыми и хитрыми людьми, загаженный воздух, синтетика везде и всюду... Обращая взгляд назад, Лин теперь видел то, чего раньше не мог заметить. И неумение Аларова разъяснить особенности машины собственной конструкции. И отсутствие нужной направленности в подготовке таймонавтов. Нет, это не ошибка и не простая дань неопытности в новом деле. Тут что-то другое, глубоко продуманное, далекое от интересов изучения прошлого...
Несмотря на приглашение, Агравейн не решался посетить каменное жилище Лина, предпочитая проводить ночи в шатре или у костра, а дни в суете дел. В первый же вечер Лин проверил истинность утверждения Морганы о наличии прямой связи между его пещерой и замком принцессы. Обнаружилось устройство просто: в лаборатории, в нижней части западной стены, под кучей принадлежностей алхимика, Лин нашел вмурованную металлическую чашу-параболу. Он постучал в резонатор железным прутом, выбранным из той же свалки. Код, предложенный Морганой, предусматривал несколько простых сигналов, касающихся важнейших моментов жизни. Сообщив о завтрашнем прибытии в замок и получив подтверждение, Лин вышел к Агравейну с просьбой подготовить все необходимое к визиту в Долину Очарований. Рыцарь растерянно дернул плечами и грустно склонил голову. Посещение дворца Морганы не входило ранее в его жизненные планы, как и возможное знакомство с феями.
Агравейн начал подготовку к путешествию с того, что принялся заготавливать железные гвозди, точить меч и кинжалы, начищать до блеска доспехи, свои и коней. Как и все логры, рыцарь был убежден: только железо способно предохранить человека от чар, излучаемых феями. Гвозди предназначались для вбивания в двери жилища, где Агравейну придется остановиться. Видимо, голубой мрамор сказочного замка Морганы впервые испытает насилие, подумал Лин, с улыбкой следя за приготовлениями Агравейна.
Удивительный народ логры! Все знают о существовании на их земле фей, но никто не может сказать, какие они. Говорят, они волшебницы, способные нанести вред человеку. И в то же время феи близки к королевскому семейству, сестра короля желает стать одной из них. Фею Моргану никто не боится; а каждый помнит, что она выучилась у фей их колдовству, может даже менять внешнее обличие.
Друг мой Агравейн! - весело воскликнул Лин, увидев своего спутника, занятого проверкой железной брони коня, - Хотел бы ты иметь дамой своего сердца прекрасную фею? И посвятить ей свои подвиги?
Агравейн медленно опустил руки и так же неторопливо обернулся.
Глаза его ничего не выражали, но в отвердевших складках около чуть полноватых, красиво очерченных губ читалось напряжение.
Великий маг Мерл Лин испытывает своего слугу. Рыцари короля Артура не служат феям.
И все! Больше Агравейн ему ничего не сказал. Как ничего не мог сказать и король Артур. Одна надежда на принцессу Моргану, на ее обещание. Тучи снова сгущаются над лограми, а король ничего не желает знать. Встреча с Рыцарем Склепа, - не последняя, они не простят поражения своих союзников. Только феи, убежден Лин, дадут ему нужные сведения, посредством которых удастся убедить Артура. Жизнь нельзя прев-ращать в вечный праздник... Чем раньше Лин остановит процесс всенародного опьянения, тем меньше крови прольется в предстоящих схватках.
Остающиеся у пещеры слуги Мерл Лина и Агравейна провожали их долгими взглядами, в которых можно было увидеть и любовь, и почтение, и нежелание потерять почетную службу. Ведь они знают, что от фей не возвращаются, принцесса Моргана - счастливое исключение. Конечно, маг Мерл Лин могуч и бесстрашен, да Лес Сумеречных Фей бескраен, далеко на закате он соприкасается с царством вечности, где правит Трен. Туда хотят попасть все, но никто не торопится к цели. Что ведет мага с рыцарем в рискованное предприятие, они не могли понять. Разве плохо магу в Полом холме, рядом с Камелотом?
Отклоняя руками ласковые объятия ветвей сомкнувшихся кронами деревьев, - Агравейн впереди, Лин позади, - путники пробирались по тропам Колдовского Леса. Лес дышал живой радостью. То и дело на плечи им прыгали пушистохвостые белки, что-то верещали на ухо и возвращались обратно в свои дупла-домики. Дорогу перебегали неторопливые зайцы и лисы, слышалось близкое хрюкание кабанов. Дважды Лин видел настороженную медвежью морду, ловящую чуткими ноздрями ветер. Колдовской Лес пе-реполнен зверьем, только у источника Барентон и пещеры Лина их не видно. Там только птицы... А лес этот светлее, чем тот, что окружает Камелот. И поуютнее. Или это кажется магу, уставшему от мелькания панцирей и мечей, от пьяных криков и необузданного веселья в замке и дворце короля? Что может быть лучше такого вот леса, пусть и населенного эльфами - духами воды, воздуха и земли!?
Дорога к принцессе Моргане, встреча и пребывание в ее дворце прошли как во сне, розовом и легком.
Кони летели по-над красными маками...
Долину Очарований обходили стороной осень и зима; близкое дыхание далекой страны Трена, охранительные чары Озерной Леди заслоняли дворец Морганы и его окрестности от дождей и ветров увядания.
...Травы, не знающие осенних красок; люди, не ведающие старческой немощи... Вновь обретенный рай? Место, где нет оружия и грубости, - вот что такое рай.
Фея Моргана - единственная леди в королевстве Артура, предпочитающая вместо спокойного мула и шелкового тента ветроногого коня, дождь и солнце прямо в лицо... Кони мага и феи опустились в траву у опушки Леса Сумеречных Фей.
Вечерний напиток, насыщенный ароматом не знающих осени маков и чего-то еще, неведомого простому люду, - Лин держал предложенный Морганой серебряный кубок и слушал.
Принцесса открывала двери в таинственную страну. Она говорила о феях, входящему требовалось знать... Нет беззаботности на этой земле.
И феи вовсе не исключение. В поисках своего дома проводят они свою жизнь. Они не помнят или никогда не знали, откуда появились. И потому им не известно, где будет последняя остановка в их сказочном кружении по планете людей. Они знали магов. Знали их лучше мага Мерл Лина. Они знают людей. Они знают непреклонную силу Тьмы и всезахватывающую прелесть Света. Но им не дано примкнуть ни к кому. Дверь их жизни открывается в одну сторону. Потому люди говорят: ушедшие к феям не возвра-щаются. Они не правы: люди возвращаются к людям; это феи не могут прийти в мир людей. Когда Моргана станет феей, она тоже покинет общество логров. Правда, ей будет дано право изредка посещать семью...
Есть одно только убежище для фей. Они дома, пусть и не совсем у себя, в нетронутых лесах и чистых реках. Под светлыми облаками, на чистой земле; там, где природа не рассталась еще со своими духами-хранителями.
Та земля, откуда пришел Мерл Лин, им чужда, - ведь там почти не осталось эльфов. А вне близости эльфов феи не могут остановиться в круговращении времен. Темные и светлые эльфы хранят девственность лесов и земли, воды и воздуха. Где есть эльфы - там жизнь без осени. Люди, - они думают, что могут существовать и без этого. Что ж, люди могут думать как пожелают.
Если человек хочет видеть фею или говорить с ней, он обязан полюбить духов чистоты и девственности. Не бояться, не спешить... Только несколько самых важных вопросов может задать маг Мерл Лин. И - хранить в себе ощущение единения. Лишь исчезнет оно - маг уйдет. Сам. И в таком случае надо спешить, если он еще хочет увидеть свою страну... Если хватит сил. В ночь полнолуния может свершиться и нежелаемое.
Пуст серебряный кубок; Моргана, окрасившись в пурпур скользнувшим лучом, уходит, держа за звенящие уздечки коней. Над землей распростерлось покрывало Озерной Леди.
...Все слышнее музыка, живущая на разделе ночи и дня, музыка сумерек. Склонилась над Лином березка, он ласково погладил невесомой рукой ее ниспадающую ветку, поднес листочком к губам. Белка, вспорхнув на грудь, принялась грызть диковинную шишку, бросая шелуху на алый плащ. Лин улыбнулся красавице, горящей рыжим огнем. Прощальный алый всплеск уходящего дня перед ночью полной луны... Улетела белочка, уснули пчелы. Тишина, густая и мягкая, охватила и понесла зодиакальным круговоротом.
Он плывет теплым зеленым морем в царство сумеречных теней. Туда, где нет суетливых мыслей, где зеркало истины светлее и прозрачнее. А мелодия полной луны все слышней. Откуда она? Где-то рядом... Он шевельнул пальцами и очутился на поляне, залитой серебряным сиянием.
Издали приближается крутящееся кольцо хоровода, цветное, полупрозрачное. Феи!.. Как изящны и осторожны их движения - и травинка не шелохнется.
Музыканты, - прямо перед глазами: в цветных одеяниях, они улыбаются веселыми лицами. Сколько их! Гном-флейтист лукаво подмигивает, лучики разбегаются по пухлощекому личику. Не выдержал маг и улыбнулся в ответ; захотелось сказать флейтисту очень добрые слова. Гном услышал без слов, от удовольствия притопнул ножкой в голубой туфельке, украшенной лепесточком розы.
А кто же рядом с ним, справа? Конечно же Ундина, суть воды, в голубом мерцающем кружеве. И ей захотелось услышать беззвучную благодарность за ее игру, восхищение ее красотой. Сильфида, хозяйка воздуха, - ускользающий изгиб пламени... И еще, и еще...
Эльфы продолжали для него свой праздник, неспешно удаляясь мимо расступающихся травинок и цветочков. Лучистый гном-флейтист приблизился и протянул свой инструмент, Лин раскрыл ладонь и гном положил подарок, махнул на прощание изящной ручкой и заскользил над землей, догоняя свою компанию.
Эльфы ушли, но музыка осталась звучать, а поляна ширилась, отодвигая деревья за грань видимости. Лин встал на ноги, завернул флейту в платочек и спрятал в нагрудный карман. Сумеречное сияние растеклось от горизонта до горизонта, в небе желтым фонарем сияла луна, и ничего больше не было нужно.
Светлые тени, струящие каждая свой свет, мягкий и нежный!.. Феи!
Они приблизились отовсюду и охватили стоящего Лина кругом цветовых пятен. Голубая, лилейная, зеленая, розовая, лимонная! Лунная, солнечная, звездная... Они плыли между небом и землей, их колокольчато-хрустальный смех дарил ощущение знакомой забытости. Где и когда он слышал такой же?
Лин присмотрелся и стал различать лица: они меняли черты и тона, их нельзя было узнать через мгновение. Волшебство перемен, недоступное людям.
Притягивающие линии тел кружили недосягаемым совершенством. При-коснуться? При мысли об этом кольнуло в сердце. Нет! Не этого хочется.
Боль ушла.
Каждая из фей несла с собой облако чистого запаха, собственного, ярко отличимого от других. Свежесть лотоса, пряная резкость речной мяты, сладкая легкость липы, мягкая горечь жасмина...
Люди-деревья, люди-цветы... Но нет, люди есть люди. Тут другое.
Хоровод остановился. Большая клумба расцвела перед ним: на гибких стеблях глаза-звезды... Лин устроился рядом.
- Здравствуй, здравствуй, здравствуй.., - пропели они хором, - Маг не может стать человеком, человек может стать магом... Подумай... Мерл Лину мы поможем, эльфы просили. Он человек и маг...
Они говорили без слов.
Мы соприкасаемся с темнотой и светом. Не познавший тьмы не увидит ясности. Нас зовут существами сумерек. Но мы и шорох в ночи, и ветер во времени, и тень среди зноя. Люди замкнуты в часах. Наша стихия мимовременье. Чего ты хочешь от нас, Мерл Лин, маг и человек?.. Но не говори ничего! Мы услышали тебя. Каресса и Флера ответят словами.
Каресса, голубая, с фиолетовой искрой в длинных прищуренных глазах, пропела загадочные фразы:
- Ты вернешься магом, чтобы уйти человеком. Ты уйдешь человеком, чтобы вернуться магом... Не думай о зеленых числах в красной тьме... Ты сможешь... Сможешь...
Лин ничего не понял, но ему и не нужно... Достаточно смотреть и слышать!
Флера, в гирляндах розовых цветов:
- В твоей стране расцветает Роза твоего мира. И алые плащи раскроют черноту земли. Не коснувшись скверны, возьми нужное и лучшее с собой. Взяв - торопись, идет по следам твоим зверь желания... Не беспокойся о будущем, не думай о прошлом. Нет ничего. Нет, потому что есть все и всегда. Секунды и столетия перемешиваются в одном сосуде. Разницы нет. Для знающего секунда - вечность, и мукой жизнь обернется.
Каресса добавила, не песенно уже, а просто, по-человечески:
- Флейту отдай, кому пожелаешь. Выбор твой будет выбором любви. Она остановит и темноту. Скоро придется тебе увидеть ее вновь. Кто в истории сильнее магов? А силой зла не побороть. В наших лесах нет мечей, и нет вредоносных ветров...
11. Встреча в Большом Кромлехе.
После визита в Лес Сумеречных Фей Лин, минуя Камелот, вернулся в свою пещеру. Время он проводил или у источника Барентон, или в лаборатории алхимика. И пытался разобраться в поворотах собственной судьбы, в смысле своей жизни, в словах фей. Лин уже не понимал, как ему быть дальше.
Остаться навсегда у логров, рядом с королем Артуром? Некоторое знание истории подсказывало: близость к короне чревата опасностями и всегдашним напряжением. Уже надоело. К жизни в отрыве от общества, в изоляции от людей, как жили, по преданиям, древние маги, он не готов.
К тому же пресловутые маги имели свой круг, одиночества не знали.
Возвратиться в свое врем? Туда его не тянуло. Разве что Сабина: хотелось поговорить с ней обо всем, подарить крошечную флейту... Но что делать там дальше? Готовиться к выпуску из Хроноцентра? Он не видел в том никакого смысла. К тому же ему могут помешать вернуться в артурово время, если понадобится. А раз окунувшись в раннее средневековье, еще не испорченное вконец прогрессом, он не сможет не думать об очаровании проведенных тут дней, какие бы тяжелые и трагичные отпечатки они ни оставили. Имелся тайный страх: хронокар опять не запустится, и тогда право выбора он потеряет, а с тем придет и безысходность. Мага Мерл Лина тут приняли. Он тут свой. Но таймонавт Лин пока существует в двух измерениях, он еще не маг. Да и станет ли им?
В таких размышлениях проходили часы и дни, не принося определенности. Не хватает зрелости, мудрости, еще чего-то важного, решил Лин.
Уже неделя протекла в безделье и бесплодных думах, а он не пришел ни к какому решению. Видимо, при отсутствии точных жизненных устоев лучше не задумываться о смысле жизни: голову свихнешь, а ничего дельного не придумаешь.
И посоветоваться-то не с кем. Вернуться в Грот Магов и попробовать вызвать Голос? Но Голос вполне определенно назначил ему линию жизни: способствовать величию логров, оберегая их от исчезновения в потоке времени.
Случись сейчас еще одно нашествие, Лин ничего не сможет придумать. Он весь выложился на Вересковой Пустоши, таланта военачальника или политика у него нет, нужными знаниями он тоже не располагает. Если бы иметь в пещере библиотеку по этим вопросам. Да и по некоторым другим не помешало бы. Да еще бы кое-что из бытовой аппаратуры: средства обогрева, - впереди зима, - печь для приготовления пищи, оружие для охоты. И прочее, и прочее... Вот тогда можно и магом себя ощутить хоть изредка.
Лин еще и еще прикидывал, чего ему не хватает из своего времени.
Придется убрать из хронокара все лишнее; и все равно поместить самое необходимое не удастся. Какая уж тут библиотека! И почему Аларов выбрал в качестве модели хронокара микролитражку, а не грузовую машину?
Он поймал себя на том, что думает так, будто хронокар у него исправен, а по возвращению его с нетерпением ждут журналисты, жаждущие первыми услышать первые слова первого таймонавта Земли. Остается только загрузить в машину выполненный заказ, обняться-попрощаться и обратно сюда. Уделом прессы останется поиск новых данных о легендарном маге Мерлине. Ну нет, не собирается он никому говорить о своей жизни у логров. Разве что Сабине. И то перед самым возвращением.
Чем не детские грезы? Пустые мечтания... И почему так: как только добьешься исполнения сокровеннейшего желания, как хочется чего-то еще!
А что: туда-сюда в челноке времени, соединить два временных пласта...
Не слишком?
Осень входила в пору зрелости, когда из Камелота прискакал Агравейн с приглашением к королю. Лицо рыцаря, замкнуто-мрачное, не располагало к разговору. После возвращения Лина из Долины Очарований никто не осмеливался нарушить размышления мага, потревожить его уединение.
Значит, что-то случилось, и требуется совет мага. Либо его содействие.
Как прекрасно можно жить в этом мире! Но не получается даже у логров, людей красивых, сильных и добрых.
Король Артур выглядит угнетенным, усталым. В малой приемной королевских покоев, в "рабочем кабинете" Артура, Лина ожидали также Гвиневера и Моргана. Король созвал традиционный семейный совет, впервые с участием человека постороннего.
Магу коротко объяснили причину его приглашения.
В то время как король с приближенными праздновали победу, в стране активизировались черные силы. "Оппозиция" - заметил себе Лин. Беспорядок на дорогах, налеты на деревни... Два события вынудили короля на принятие жестких мер. В Королевской гавани начата постройка судов по образцу заморских. Государству нужна флотилия, решил Артур. Три корабля были почти готовы, как однажды ночью случился пожар, уничтоживший результаты трудов сотен людей в течение месяца. На другой день пришло сообщение о разрушении Гиблой часовни. А ведь рядом с ней, - традиционное место захоронения праха знатных эрлов страны.
Похмелье после пира заставило короля вспомнить слова мага, произнесенные после победы. Измены и предательства... Их ростки невидимы, но уже дают себя знать. Планы короля быстро делаются достоянием врага.
Решением Круглого Стола отряды рыцарей отправились по всем дорогам и принялись беспощадно избивать черных рыцарей; хватали и допрашивали всех подозрительных. Подданные Маргона не остались в долгу. Стычки, побоища стали обычным явлением. В один из дней вестники Маргона объявили по деревням предупреждение: ночью Маргон закроет Луну, чтобы показать свою мощь; а если Артур не прекратит преследование его людей, он закроет и Солнце, и в наступившей тьме при помощи потусторонних сил разорит не только отдаленные замки и деревни, но и сам Камелот.
Рыцари не поверили, но так случилось: в ночном безоблачном небе Луна на три часа скрылась из глаз. Такое иногда случалось и в прошлом, но никогда по велению человека.
Естественно, в народе усилились опасения, страхи. Самые нелепые слухи наводнили страну. Люди перестали доверять близким, на дверях устанавливали замки и запоры.
Стабильности нет, королевство лихорадит, надо что-то предпринимать, пока Маргон и его приспешники не подчинили себе окрестности Карлиона. Враг везде, но справиться с ним... У него не войско, а рассыпанные по всей Британии мелкие и крупные банды, трудно обнаруживаемые и легко исчезающие.
Первой король предоставил слово супруге. Гвиневера мило вздохнула и ограничилась замечанием, что, конечно же, стране нужен покой и мир.
Принцесса Моргана открыла тайну: у нее в лагере противника есть свой человек, волшебница Хелависа. Они с детства подруги, и Хелависа всегда старается держать Моргану в курсе всего, что происходит по ту сторону добра. Несколько дней назад от волшебницы в Долину Очарований пришло сообщение о том, что силы зла обретают небывалое могущество. И теперь, после потерь, связанных с отпором нашествия из-за моря, логры не способны одолеть Маргона в длительном противодействии. Внутренняя война опустошит и обессилит страну. На это рассчитывает Маргон и его советники. Страшнее всего, - готовятся условия для новой агрессии. Если план Маргона осуществится, логры потеряют независимость. По словам Хелависы, в ближайшее время в Большом Кромлехе ожидается сбор вождей черных сил.
Лин поддержал принцессу, открыто высказавшись за соглашение с Маргоном, вплоть до уступок ему некоторых территорий. Вспомнилось ему и предупреждение фей, услышанное в Сумеречном Лесу.
Выслушав всех, король несколько минут молчал и предложил для утверждения свое решение: предложить Маргону перемирие на приемлемых условиях, но быть в готовности уничтожить ядро черной оппозиции, когда оно соберется в Моел-Ти-Ухаре. Для того он пожелал в Большой Кромлех направить мага с небольшим отрядом и всеми полномочиями, а самому нанести визит королю Пелесу в сопровождении рыцарского войска, готового в нужный момент помочь магу в решении главной задачи. Замок Пелеса, короля Опустошенных Земель, находился недалеко от Большого Кромлеха.
Прошли апатия и тоскливые размышления. Лину предстояло лицом к лицу встретиться с Рыцарем Склепа и его ближайшими сподвижниками, испытать острые ощущения. Близость приключений и перемен изменили его настроение, он с головой ушел в подготовку экспедиции. Лин отобрал в свой отряд, по совету Агравейна, Ланселота, Персиваля, Ивейна и их ближайших товарищей. Ивейн благодаря заботам Ланселота обрел прежнюю силу, обычная мрачность за время пребывания в Камелоте покинула его и рыцарь выглядел соответственно титулу-прозвищу.
Король в качестве даров Пелесу приготовил большое количество трофейного оружия, собранного после битвы на Вересковой Пустоши. Вооружить людей Пелеса, платящих многолетнюю дань Маргону, помочь им освободиться! Давняя мечта Артура - заключение соглашения с Пелесом об объединении королевств при сохранении независимости Опустошенных Земель. Он считал, что такое объединение, основанное на тесном военном союзе, заставит черные силы покинуть Моел-Ти-Ухар и обосноваться по-дальше от границ логрского королевства. Артур уполномочил мага дать обещание Маргону прекратить преследование его рыцарей, разрешить им свободное движение по дорогам логров при условии мирных намерений, подтверждаемых полномочиями от их короля.
Большой привал оба отряда устроили у Гиблой часовни. Отсюда до границ Опустошенных Земель всего три часа, и здесь их пути разделялись. Артур направлялся на восток, а дорога к Большому Кромлеху лежала на север.
Дыхание зимы уже коснулось Южного Уэльса, трава лежала порыжелым грустным ковром, холод по ночам приносил тяжелые сны. Тягостное впечатление усиливали развалины Гиблой часовни. Король с Ланселотом обошли ее, рыцарь поднял с земли единственную сохранившуюся вещь: медную лампаду с оторванной цепочкой. Затем они прошли на кладбище, посетили могилы предков, нашедших последний приют на оскверненной врагом земле.
...Король с магом сидели вдвоем у ночного костра, ожидая рассвета. Спать никому не хотелось, лагерь невдалеке шумел голосами рыцарей, звоном железа и кубков. Обстановка напоминала канун сражения. Ущербная стареющая луна светила косо и враждебно. Ни король, ни маг, задумавшиеся каждый о своем, не заметили, как рядом с ними у костра устроился третий. Беспрепятственно миновав охрану, он сидел напротив, поглядывая вокруг острыми глазами, прячущимися под серебряными кустами бровей.
Лин заметил его первым. Серая длинная борода, по-женски длинный волос, спускающийся до пояса; хмурое удлиненное лицо дышало в пламени костра скульптурной отрешенностью.
- Кто ты? - спросил Лин, не узнавая человека и удивляясь, что тот устроился у королевского костра без обычных церемоний и по-хозяйски спокойно, - Как и зачем ты здесь?
Король, потревоженный голосом Лина, пробудился от дум, увидел гостя и вскочил с места.
- Насьенс! Король Артур и маг Мерл Лин приветствуют тебя. Присядь же ближе, утоли голод и жажду...
"Насьенс, отшельник, владелец призрачного замка, что у северных пределов Опустошенных Земель, - понял Лин, - Так вот кто пожаловал".
Насьенс не шелохнулся. Усмехнувшись глазами, он сказал:
- Как же великий маг Мерл Лин не смог узнать своего коллегу? Ничего, молодой человек, у вас все еще впереди. Благодарю за приглашение. Насьенс не пьет вина и не ест за королевскими столами. Я здесь не за тем...
Лин за последние месяцы так привык к страху людей перед магом, что даже вздрогнул. Этот старик совершенно не испытывает к нему почтения. Как и должно, собственно, быть по естественному порядку вещей. Но он не склоняется и перед могущественным королем! Интересная личность и, должно быть, знает много всего. Побеседовать бы с ним без свидетелей, откровенно и просто.
Отшельник поднялся и обошел костер, заняв место рядом с королем. Высокая тощая фигура закутана в длинную мешковину с веревочным поясом. Босиком... Что Лин знает о Насьенсе? Совсем немного: хранитель благодати, идущей от Иосифа Аримафейского, таящейся в Опустошенных Землях. Ведь король Пелес - потомок Иосифа. Странно, что в такой семье оказался Иуда-Мелигранс, сын короля-родственника Пелеса. Слышал Лин, что Насьенс бесстрашен как лев и сам не знает своего возраста. Жизнью земной пресыщен, но ждет: свобода ему будет дана только после возрождения Опустошенных Земель. Живет один, где - не знает никто. Чаще одного раза в году на одном месте его не увидеть. Занятия его известны: отшельник проповедует Слово, помогает крестьянам, садит деревья...
Насьенс осуждающим взором обвел низкий походный стол.
- Пиры и роскошь... Таким оружием не взять твердынь греха и насилия.
Король смущенно молчал, склонив голову перед нищим.
- Если бы не это... Артур, сколько бездельников при твоем дворце кормится трудом народа? Рыцари... Потому и погрязли в суеверии. Таким оружием не достичь мира и счастья...
Видя замешательство Артура, Лин вступил в разговор.
- Простит ли меня благородный Насьенс, если я задам ему несколько вопросов?
Насьенс легко рассмеялся.
- Тебе, маг, и в самом деле не помешает кое-что узнать. Рад видеть, что скверна величия не поселилась в юном сердце... Спрашивай, маг.
- Замок Карбонек, твоя обитель... Где он находится?
- Здесь. И нигде. Карбонек сам встает где надо, когда приходит срок. Возможно, ты увидишь его. Но разве призрачные дворцы интересуют мага и короля?
Насьенс вновь рассмеялся, по лицу пробежали морщинки, оно ожило и подобрело.
- И я пришел не за тем, чтобы тратить ваше время. В тяжелые дни живем. Слово Иисуса теряется по застольям и в страстях. Близится предсказанное Господом... Грядет последний пророк, Ахмед. Но не скоро. А разве мы сами бессильны?
Насьенс пожевал тонкими губами сухую травинку. Серой тенью заколыхалась борода.
- ...Один тянется к феям. Другой видит врага в Маргоне. Блуждаем во мраке, свет отраженный принимаем за солнечный луч. Я здесь затем, чтобы не допустить гибельной ошибки.
Лицо Артура окаменело, он твердым взглядом посмотрел на Лина и повернулся к гостю.
- Благодарю тебя, праведный Насьенс, за внимание ко мне и моему народу. Мы слушаем тебя. И поступим так, как скажешь...
Насьенс усмехнулся.
- Завтра после полудня... Моел-Ти-Ухар ждет своих на большую встречу. Маг поспеет туда. И будет говорить от имени короля. Один, без меча и кинжала. Я помогу и подготовлю успех, насколько возможно. Но не Маргон, и не Рыцарь Склепа враги ваши. Борьба с ними - борьба с самими собой...
Король не смог скрыть недоумения, но молчал. Насьенс говорил о том, что никак нельзя уничтожать Маргона и его окружение.
- Живы друиды, желающие вернуть власть над лограми и по всей Британии. От них и идет скверна, к ним тянутся люди слабые, такие, как Маргон. В Большом Кромлехе будет верховный жрец. Присмотрись к нему, маг, и ты многое поймешь. Я ухожу, и завтра встречу тебя...
Не прощаясь, отшельник исчез в ночи, как и пришел, незамеченный часовыми.
С началом утренних сумерек Лин провел совещание с рыцарями своего отряда, и они под начальством Ланселота быстрым аллюром двинулись навстречу холодному Трамонтану. От моря несло промозглой сыростью.
Близкий запах вражьих полчищ чудился рыцарям и они, как и кони, шевелили беспокойно ноздрями, хмурились, крепче сжимали поводья и рукояти мечей.
Только солнце оторвалось от степи, отряд остановил Насьенс. Не слушая почтительных приветствий, отшельник призвал к себе Ланселота и несколько минут что-то говорил ему, указывая рукой на землю рядом с собой; после того посмотрел строгим взглядом на мага, чуть наклонил голову и ушел на восток. Несколько минут спустя его худая фигура в развевающемся полотняном рубище пропала на фоне солнечного диска.
Ланселот уже распоряжался, выполняя рекомендации Насьенса. С помощью мечей, нескольких предусмотрительно захваченных лопат и плетеных корзин рыцари вырыли двухметровой глубины яму и открыли подземный ход, идущий от Большого Кромлеха куда-то к побережью.
Теперь пришел черед Лина. В сопровождении Агравейна он приблизился к Большому Кромлеху. Остановились в ста шагах, напротив разводного моста. Мост находился в рабочем положении.
Они стояли и терпеливо ждали. Агравейн сказал, что их наверняка заметили и сейчас думают, как быть дальше. Наверняка хозяевам крепости, в которую превращен кромлех, известно о движении Артура с войском.
Лин с любопытством осматривал сооружение, возведенное сотни лет назад. Невысокий концентрический вал, за ним ров, наполненный водой. За рвом кольцо многотонных столбов, расставленных через равные промежутки, покрытых сплошь каменными плитами. Просветы между столбами позволяли пройти одному человеку. За этим внешним кольцом просматривалось еще одно, составленное из отдельных трилитов. На гребне вала разбросаны на одинаковом удалении белые булыжники.
В целом очень напоминает Стоунхендж, где похоронен отец Артура.
Астрономический календарь-обсерватория, языческий храм?.. Чем сегодня служит это сооружение?
Видимо, Маргон воспользовался Моел-Ти-Ухаром для предсказания лунного затмения. Следовательно, среди его окружения имеется человек, знакомый с прикладным назначением древних кромлехов. Друид, о котором говорил Насьенс? Лин знал о друидах очень мало. Вспомнив, что сегодня день осеннего равноденствия, он задумался над тем, сможет ли использовать этот факт в своих целях, если окажется внутри импровизированной цитадели.
Сарос, период повтора солнечных затмений, - около восемнадцати лет. Но когда было предыдущее, он не знает. Помнит лишь, что в году на всей земле может быть до семи затмений, из них не менее двух солнечных. Сколько из них можно увидеть из этой части Британии? Неизвестно.
Лин подумал было, что Насьенс ошибся во времени сбора Черных Сил, как из главного входа на мост вышел рыцарь в черном и крикнул, чтобы маг Мерл Лин приблизился один, без коня и вооружения.
Лин спешился, передал меч и доспехи помрачневшему Агравейну и медленным шагом направился к кромлеху. Красный плащ он расстегнул, - возбуждение быстро разогрело тело, - и дотронулся рукой до висящей на груди на цепочке флейты, подарка эльфов. Пожалуй, она здесь не будет лишней; свидетельство близости к феям что-то да значит для потерявших истинную веру людей. Он остановился на валу, на линии белых камней, уходящих вправо и влево закругляющимся пунктиром. Отсюда Большой Кром-лех выглядит очень внушительно. Отряда Ланселота явно не хватит для полной блокады извне, разве что для устрашения. Если удастся план, разработанный совместно с королем Артуром, сила не понадобится, а парочка подготовленных эффектов усилит впечатление.
Впечатление... Создать его еще предстояло. Многое зависело от умения Лина выслушать и разговорить Маргона и верно выстроить свою систему контраргументов. Насьенс весьма убедительно показал, что уничтожить верхушку черных сил теперь нетрудно, но это повлечет децентрализацию среди групп, разбросанных по стране. Неуправляемые и озлобленные авантюристы, колдуны, разбойнички и прочие любители поживы на большой дороге примутся за свое дело с удвоенной энергией. Понадобится очень долгое время, чтобы их нейтрализовать хотя бы в пределах логрского королевства. О прочих районах Британии говорить не приходилось, там влияние Маргона много сильнее.
В памяти Лина всплыла ассоциация: черное войско подобно дракону, срубишь одну голову, вырастает другая, еще более страшная. Примирение, к которому стремился Артур - единственно верное решение. Подготовка к сражению на Вересковой Пустоши и сама битва ослабили королевство, ему нужна длительная передышка, чтобы восстановить силы, наладить мирную жизнь и обеспечить возможности для строительства боевых кораблей, укрепления рыцарского войска, обучения крестьян и мастеровых военному делу.
- Я маг Мерл Лин, - кратко представился он, - Мне известно, что в Моел-Ти-Ухаре проходит большая встреча. Мне есть что сказать ее участникам...
Черный рыцарь несколько секунд разглядывал переброшенный через плечо запыленный и дырявый красный плащ мага, затем кивнул и, с учтивым поклоном, жестом руки пригласил Лина пройти на территорию кромлеха. Итак, его ждали. И готовы к диалогу. Видимо, Артур недооценивает возможности "оппозиции". Мелигранс - не единственный их связной. Нет Мелигранса, а утечка сведений идет по-прежнему.
Когда он проходил мимо склонившего гоолову рыцаря, тот, не поднимая глаз, тем же жестом указал направление и сам пошел позади и чуть справа. И этикет у них почти дворцовый, встречают гостя по протоколу, с почетом. Лин повеселел, - не с пустых карт придется начинать.
Пройдя оба кольца мегалитов, Лин невольно снова остановился, запоминая расположение камней. Полное представление о центральном сооружении он составил после, когда побывал внутри. Стены заменяли шесть плоских, грубо обработанных монолита. Их расположили так, что в углах правильного шестигранника остались просветы-проходы. Крыша состояла из удивительно точно выполненных длинных базальтовых треугольников: они сходились острыми углами в верхней центральной точке, создавая конический зонт, все части которого идеально пригнаны друг к другу. В итоге получился шестигранный каменный шатер. Никакая непогода не могла помешать находящимся внутри.
Так же молча сопровождающий указал ему на просвет между сходящимися стенами. Внимательно осмотреться времени не было, Лин успел лишь отметить: свободного пространства вполне достаточно. И наверняка имеется солидное подземелье. Если так, миссия мага в опасности, два десятка рыцарей Ланселота ничего не смогут сделать, а войско Артура придет только для расследования свершившегося.
Но делать нечего, Лин прошел еще десяток шагов и оказался внутри мегашатра, скудно освещенного несколькими факелами. Участники сборища разместились полукругом так, что Лин оказался как бы на сцене перед зрителями партера. Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, в каком он оказался обществе. Пятеро в черном в центре; среди них выделялся один, рослый, бородатый, со свирепым взором. Видимо, Маргон. Справа от него - Рыцарь Склепа, смотревший на мага с выражением ненависти и одновременно бойцовского уважения к сильному врагу. Рядом с хозяином Большого Кромлеха - Мелигранс с потухшими равнодушными глазами. Слева от Маргона и его свиты, - несколько человек разной внешности, создающих впечатление случайно собранных в толпу людей неопределенных занятий. Среди них он отметил несколько женщин; скорее всего, известные колдуньи. Тут может быть и Ведьма Опустошенного Города, - бывшей столицы Пелеса, - знаменитая некромантка и местная Цирцея колдунья Брузена.
В тени естественного амфитеатра просматривалось еще несколько фигур, но лиц их не было видно, вечер уже набрал силу. Солнце бросало последние лучи через просветы между мегалитами.
Живописная компания расположилась на камнях и деревянных пнях, многие держали в руках сосуды с вином, куски жареного мяса, хлеб. Луч солнца сверкнул на кубке колдуньи, медленно переместился правее и чуть ниже. "Интересно, - подумал Лин, - Ведь движение солнечного луча наверняка имеет какое-то значение. В кромлехах такого типа все предусмотрено. Солнце движется к закату... Любопытно, где оно отметит пос-леднюю точку дня..." Он перевел проблему в верхний слой подсознания, чтобы не упустить в случае нужды.
В первую очередь следовало разобраться с тем, кто здесь главный. Не со всеми же разом ему говорить. Король Маргон, Рыцарь Склепа... Друида что-то не видно, может быть, они сейчас не носят специальных одежд.
- От имени короля логров Артура я, маг Мерл Лин, приветствую собравшихся в Большом Кромлехе, - Лин внимательно следил за реакцией на свои слова; кто сидел непроницаемо, кто улыбался, кто усмехался зло и насмешливо, - Король шлет вам пожелания здоровья и мира...
После недолгого молчания первым отозвался Маргон, разомкнув тонкие губы. Совсем как у той хищной рыбы, что подавали на королевский стол в Камелоте после битвы. Выловили ее рядом с гаванью после искусственного шторма.
- О каком мире ты ведешь речь, подневольный маг? Мои люди не имеют постоянного пристаница и вынуждены скрываться. И во владениях Пелеса, с которым я заключил вечное соглашение, их преследуют отряды Артура, нарушая границы и обычаи.
Лин пропустил мимо замечание о своей "подневольности" и прервал гневное выступление Маргона.
- Это лишь ответная мера со стороны логров. Они вынуждены защищаться. Разве не ваши люди разрушили святыню, - Гиблую часовню? Бандиты и разбойники заполонили дороги, они нападают и на мирных крестьян.
Рыцарь Склепа не дал ему договорить.
- Жаль, я не прикончил тебя в замке дурня Ивейна. Но ничего, ты в наших руках, - он отвратительно скрипнул зубами, - Артур должен прекратить гонения против наших людей и признать наши права равными правам логров. Мы, - не саксы! Здсь наша земля и нас не победить. Наши силы безмерны. Мы можем даже закрыть луну и солнце. А может ли такое маг Мерл Лин, не способный даже отразить удар дротика? Разве вы не убедились в нашей силе в одну из ночей, когда луна скрылась во мгле точно в назначенное ей время?
Он тяжело дышал, справляясь с ненавистью и желанием наброситься на Лина. Если б Рыцарь Склепа был здесь главным, Лин бы уже не дышал. Никакая магия не помогла бы. Король Маргон тоже не очень претендует на абсолютную власть, судя по поведению окружающих. Есть кто-то еще, скрытый в тени. Скоре всего, верховный жрец низложенного предками Артура и ромеями ордена друидов. Тайный вождь Черных Сил, прячущийся от него за спинами удельных вожачков. Нет, он не прячется, а просто изучает мага, прежде чем принять окончательное решение. Что может понимать лишенный интеллекта и запаса знаний, пусть могучий физически и психически хозяин Моел-Ти-Ухара в астрономии? Его слова подготовлены и спровоцированы...
- Могучий рыцарь, я внимательно тебя выслушал. О какой силе ты говоришь? Человек не в состоянии убрать с неба ни солнце, ни луну. То, что произошло той ночью, - обычное явление, подобное приливам и отливам. В мире все имеет свой ритм, все повторяется. А исчезновение луны или солнца происходит тогда, когда они с Землей занимают одну линию в пространстве. Мы называем эти явлениями затмениями. Я могу вам объяснить, как они происходят. Их периодичность известна. С помощью камней кромлеха, - Лин обвел кругом рукой, - Можно точно предсказать, когда произойдет следующее затмение. Не воля людей и не тайна движут светилами.
Почти сразу Лин понял, что достиг цели, заставил друида проявить себя. Лингвофон в рабочем состоянии, Лин слушал в микронаушнике перевод незнакомой речи, обращенной к невидимому адресату.
Рыцарь Склепа говорил, почти не разжимая длинной щели рта.
- Белый вождь! Маг много знает. От него могут быть большие неприятности. Пока он в наших руках, надо с ним кончать! Позволь мне...
Заговорил ставший осторожным сын короля Багдемагуса Мелигранс:
- Мы не знаем источника силы мага. Не разумно ли вначале раскрыть ее...
- В костер его! - это шепот ведьмы, - И другого, что ждет у лошадей! Спалить всех, чтобы и пепла не осталось!
Беспорядочный обмен мнениями остановил тихий властный голос, прозвучавший в ухе Лина долгожданной находкой.
- Убить? У этого мага прекрасное здоровье, если он выжил после удара ядовитым дротиком. Его мясо, а особенно печень, станут отменным лекарством, если умело приготовить. Я не знаю, откуда он пришел. Но он не из тех магов, что ушли... Убить можно, но спешить нельзя. Он не один. Артур не мог бросить мага на одного Агравейна. Где-то рядом войско. И вы проглядели.
Лин наконец определил владельца властного голоса. Светлая тень позади и чуть правее Маргона. Друид продолжал на тайном наречии:
- На нем подарок эльфов. Я знаю силу флейты. Феи на его стороне! А разве кто из вас может противостоять магии сумерек и духам земли и воздуха? Опять предстоит мне работа! Маргон, попробуй узнать, чего хочет от нас Артур. С жертвоприношением успеем.
Маргон перешел на нормальную речь.
- Зачем ты здесь и что тебе нужно? Говори же, пока не прервалась нить твоей жизни.
Лин вынул из кармана комбинезона, развернул и протянул Маргону свиток пергамента, подписанный королем Артуром. Лист с текстом договора являлся для Лина свидетельством особого доверия к нему короля, своеобразным "карт-бланш". Между основным содержанием, включающим взаимные обязательства, и подписью короля оставалось свободное место для уточнений и добавлений, которые должны быть скреплены подписью мага.
Представители второй стороны также избирались им, от них зависело выполнение взаимных требований и уступок. В некотором смысле документ представлял собой вершину дипломатической теории и практики Британии средних веков. И почему его не обнаружили до века Лина? Может, потому, что неудачливый таймонавт тут кончит свое существование, не решив задачу жизни?
Маргон бегло пробежал по строкам пергамента и передал его Рыцарю Склепа; тот лишь взглянул на документ и протянул соседу. Не прошло и десятка секунд, как лист оказался в руках Белого вождя-друида.
Либо у друида кошачье зрение, либо имелся дополнительный источник света, невидимый для Лина. Жрец склонился над листом, положенным где-то на колени и задумался.
А Лин, осознав, что теперь многое зависит от реакции скрытого Белого вождя, вспоминал все то, что успел узнать за свою недолгую жизнь о друидах. Если отбросить всяческие домыслы, получалось немного. Теневой император Британии являлся наследником некогда могущественной касты. В обществе древних кельтов друиды выполняли множество ролей. Они были советниками королей, врачевателями, учителями венценосных наследников, судьями, даже священниками и пророками. И сохраняли языческие ритуалы, подчиняя жизнь кельтов служению мертвым идолам. После утверждения в римской империи христианства друиды ушли в подполье, продолжая бороться за возврат влияния. Кодекс знаний, передаваемый эзотерически, объединял орден, помогая ему держать в страхе многих и многих невежественных людей. Они искали почву в различных слоях народа, привлекали к себе золотом и обманом, убеждением и насилием. За долгие годы подполья во многом изменилось их отношение к миру и к себе. Но сохранилось главное: стремление к реваншу, к возвращению утерянных позиций в человеческой среде.
Плиний писал о друидах, поклоняющихся священному дереву дубу.
По-гречески дуб звучал "друс". Отсюда и пошло наименование ордена-касты. Поклонники дуба усвоили из индуизма, каким-то образом проникшего к ним, учение о переселении душ. Они практиковали, как почти все язычники, человеческие жертвоприношения в огне, маскируя их под обряд искупления грехов живущих. А познав сладость человеческого мяса, объявили его лекарством и стали цивилизованными каннибалами. Так что желание жреца полакомиться его печенью Лин мог объяснить со многих точек зрения.
Пока он размышлял о личности человека, держащего в руках пергамент с текстом предлагаемого соглашения, его подсознание решило проблему с движением закатного луча по внутреннему помещению Большого Кромлеха. Вне сомнения, друид сидел на своем месте не просто так. Он выбрал его намеренно, чтобы использовать для психологического удара по магу и для повышения авторитета среди единомышленников. Луч уходящего солнца осветит лицо друида на секунду и погаснет окончательно. Так солнце попрощается с тайным вождем, оставив его на время ночи своим заместителем. Да, именно к нему, хитрому друиду, двигалась траектория солнечного луча, отмечаемая на пути бликами-отражениями от деталей разномастных одежд пестрой компании.
Друид не просто читал и смотрел, а ждал! Как только солнце коснется его правой щеки, он обратит на себя общее внимание и использует этот факт на полную мощь. Тогда его воля будет воспринята как повеление свыше. Пока никто не высказал своего мнения о документе, ждали также и решения о печени Лина. Как бы не оказаться на пиршественном столе угощением! Требовалось опередить хитроумного жреца. И воспользоваться его же оружием.
Солнце для вас высший авторитет. Сегодня я согласен. Пусть будет так. Пусть солнце само решит, кто из вас будет достойнейшим. На ком погаснет последний луч, с тем я буду делить тяжесть решения.
И, не сомневаясь в правильности выбранного момента, Лин резко бросил руку вперед, направив указательный палец в лицо скрытого в глубине группы Белого вождя.
- Маг знает, кого выберет солнце. Вот человек, который будет говорить с королем логров Артуром через меня, мага Мерл Лина. Я жду знамения. Ждите и вы! Ждите выбора высшей силы, выбора, известного мне, а теперь и вам.
Лин постарался придать голосу наибольшую торжественность, играя роль предсказателя. Все замерли, повернулись в ту сторону, куда указывал палец мага. Слава Мерл Лина действовала уже сама по себе, независимо от желания самого Лина. Хотел того Рыцарь Склепа или нет, он тоже завороженно последовал общему примеру, отбросив спесь и напряженно ожидая знамения.
Но это еще не означало, что они из врагов превратились в союзников и угроза его жизни исчезла. Вдруг он все-таки ошибся? Или друид найдет неожиданный выход?
Луч передвинулся и как-то разом осветил лицо друида. Каменно-спокойное, обычное, без характерных примет, оно ничего не выражало. Жрец умел скрывать чувства и настроение. Только в глазах, цвет которых нельзя было угадать, светились и уважение к достойному противнику, и лихорадочная работа мысли. Друид на ходу менял принятое решение.
Луч солнца погас, все кругом погрузилось в темноту. Не горели и факелы. Лин включил фонарь и направил свет в лицо Белому вождю и продолжил атаку. Темнота - не его союзник в каменном шатре.
- Вы хотели расправиться со мной... Можете попробовать. Вы хотите объявить открытую войну королю Артуру...
Он говорил короткими фразами, не отрывая взгляда от лица друида.
Нельзя было упустить малейшего движения: бровь, ресницы, губы, - любая деталь могла стать командой. Тогда начинать придется с него, с главной фигуры на доске игры в жизнь и смерть. Без разумной воли Белого вождя разношерстная компания не будет единым организмом, они как крысы по углам разбегутся от страха перед магом, плохо скрываемым и теперь. И от угрозы уничтожения местью логров.
...Люди, попавшие в сети проклятия, ставшие изгоями. Разуверившиеся во всем, потерявшие дорогу назад. Преступники и жертвы в одном лице. Кроме Рыцаря Склепа, пожалуй. Тот генетически создан для роли убийцы-террориста.
- Если сможете... Если хватит сил, - Лин тихонько рассмеялся, представив, как ведьмы-старушки беззубыми ртами грызут его косточки; рассмеялся без принуждения, откровенно, без притворства, настолько мысленная картина была забавно нелепой.
Непосредственность веселья мага почувствовали, тишина стала еще боле тягостной.
- А если получится... Чудом... Бежать вам не удастся. Ваш Белый вождь многое знает. Большой Кромлех действительно окружен войском. Со мной рыцари Ланселота. Вы помните, как они действовали на Вересковой Пустоши. Король Артур, - снова прав Белый вождь, - не бросает друзей в трудный час. Бежать вам не удастся. Подземного хода к морю уже нет. Разрешаю проверить. Рыцарь Склепа любит подземелья, - пусть обследует. А потом продолжим разговор. Надо заполнить пустые места на листе.
Лин вновь рассмеялся: он уловил перелом в раскладе сил, и спадающее напряжение нашло выход в реакции смеха. Верно напомнил Насьенс, - суеверие ничто против веры.
- Так что в ближайшее время будете укреплять свое здоровье без использования моей печени.
Громадная фигура хозяина Большого Кромлеха двигалась по-кошачьи легко и бесшумно. Подчинившись движению глаз друида, он мгновенно сорвался с места и пропал в густой темноте. Так же незаметно он вернулся и обреченно кивнул, подтверждая слова мага.
- Я гарантирую вам жизнь и свободу. После подписания договора каждым из вас.
Упоминание о печени окончательно деморализовало собрание. Маг понимает их тайное наречие! Маг видит сквозь землю!
Нет, они не герои, не образцы стойкости, а обыкновенные люди с обычными заблуждениями и ошибками. Чем-то они ему даже симпатичны. Наверное, тем, что без них этот мир лишился бы важной краски, нужного тона, жизненной контрастности... И друид... Интересная личность: нетороопливо рассудителен, переполнен знаниями, о которых Лин понятия не меет. Друид ошибся в одном, - переоценил мага Мерл Лина. Он все-таки видит в Лине одного из тех, что ушли. Лину вспомнился Мартин Фрэзер, куратор Хроноцентра. Чем-то они похожи с друидом. Та же двойственность, в коконе внешнего приличия прячется потаенное, не для всех предназначенное. Пожалуй, над этим стоит призадуматься специально.
Хотя, конечно, - Фрэзер и верховный жрец ордена друидов, - что тут общего? Хроноцентр не база для подготовки служителей тайной организации, а финансируемое государством научное учреждение. Впрочем, через государство финансируются иногда и откровенно антиобщественные, контргосударственные структуры. Тому есть примеры.
Отряд таймонавтов... Если бы в распоряжение Белого вождя дать десяток выпускников Хроноцентра, то, пожалуй, он смог бы вернуть ордену друидов прежнее положение. Но таймонавты не рыцари кромлехов. Пусть они не очень интересуются теоретическими проблемами хроноплавания и забыли, где стоит единственный хронокар, - это можно понять. Молодость, увлеченность физическим совершенством внутри несовершенного мира. Да и перекосы в подготовке... Первый опыт такого рода в истории, дело ясное. Ясное?.. Ничего ясного, опять засомневался Лин. Что они там, наверху, ничего не видят и не понимают? Столько средств идет на Хроноцентр, и нет контроля? Быть того не может.
Странные ассоциации рождает загадочный друид. Пора бы ему вступить в открытую игру, пришел его черед.
Лин не ошибся. Разом загорелись факелы, укрепленные на стойках, принесенных незримыми в темноте слугами. Лин выключил фонарь. Он стоял один против трех десятков "лидеров оппозиции".
- Король Артур немного торопится. Он не там ищет врагов, - друид встал, держа пергамент в руке, прижатой к груди.
Белое одеяние, напоминающее больничный халат, выделяло его среди одетых в черное и грязно-пестрое.
- Мы противники Артура, но не враги логров, и не друзья англо-саксов.
Лин заметил, как заморгал бесцветными ресницами Маргон, пытаясь понять смысл сказанного Белым вождем. Предводитель черных рыцарей, не отличаясь отточенностью интеллекта, предпочитал изначальную ясность рассуждений. Такие, как он, не играют в шахматы, они предпочитают домино на крепких столах.
- Я предлагаю вписать в договор обязательство о взаимной помощи друг другу в случае опасности. Разве мы не могли быть в одном строю во время битвы у горы Бадон? Но нас не позвали. Нам нужна территория. Опустошенные Земли не принадлежат нам, как думают в Карлионе. Король Пелес - единовластный хозяин своей страны. Нам подойдет Запретный Лес, тот, где стоит Печальная башня. Там Маргон устроит свою резиденцию и сможет установить с Артуром постоянные добрососедские отношения.
Маргон закрыл глаза, переваривая неожиданную новость, шевеля белыми нитями губ. Оевидно, она ему понравилась, он представил себя на богатом троне в роскошно убраном дворце.
- Моел-Ти-Ухар мы отдаем Насьенсу, пусть устроит в нем свой Карбонек, которого никто, никогда и нигде не видел.
Рыцарь Склепа скрипнул зубами - он лишался привычного пристанища и центра интриг, не понимая, что раскрытый подземный ход лишает место былых преимуществ.
- Вместо Большого Кромлеха, - продолжал друид, не обращая внимания на реакцию окружающих, - Мы требуем Ущелье Теней в Сумеречных Горах...
Лин представил в уме карту юга Британии. Большой стратег Белый вождь. Запретный Лес располагается на северо-запад от Карлиона, Ущелье Теней, знакомое Лину по путешествию к некромантке, на северо-востоке.
Полукольцо, охватывающее Карлион с севера... В случае нужды они легко перекрывают Северную дорогу, ведущую из Камелота к Стоунхенджу. Удобная стратегическая позиция, занимаемая вполне официально, законно. Но ведь они при желании могут решить эту же задачу и без законного права владения. У Артура нет сил для вооруженной охраны всех границ. Не лучше ли иметь за спиной известного и проверенного врага, чем знать, что он прячется везде и готов нанести удар с любого направления? Надо сог-лашаться. Не сразу, не торопясь, но надо. Придется еще убеждать Артура, внутренне тот не сразу примирится с таким решением. Еще труднее будет с его рыцарями: они рвутся в бой, а приходится просто так расставаться с частью родных земель. У кого-то найдутся и свои интересы на севере.
Насьенс прав: праздно вооруженных людей вокруг короля слишком много, пора им дать серьезную работу. Пусть встречи в Камелоте будут им редкими праздниками.
Простой народ, если только последует период спокойствия, согласится и будет приветствовать договор.
Решение одной проблемы порождает множество других, не менее сложных. Пока Лин размышлял, друид сохранял величественное спокойствие, на лицах остальных преобладало вопросительное недопонимание.
- Король Артур предусмотрел подобное предложение. И я имею право внести дополнение, - Лин протянул руку и друид передал ему пергамент.
Заняв один из свободных пней, Лин положил пергамент на колени и сохранившейся в арсенале таймонавта авторучкой заполнил свободное пространство листа несколькими строчками. Вынув второй экземпляр, тут же сделал запись в нем.
Участники совещания с любопытством наблюдали за волшебной палочкой, из которой непрерывно лились непонятные знаки. Отметив, что с грамотностью в окружении Маргона дела не блестящие, Лин зачитал написанное. Затем, с торжественным гордым видом поставив свою подпись рядом со знаком короля Артура, вернул листы друиду. Тот бегло проглядел написанное и протянул листы Маргону. Черный король в недоумении подержал пергаменты в руках, Лин протянул ему авторучку, тот с опаской повертел ее в пальцах, бросил взгляд на Белого вождя и поставил под текстом какую-то закорючку. За ним потянулись и другие: всем понравилось выступить в роли вершителя своих и чужих судеб. Несмотря на то, что реально решение принадлежало только одному из них. И этот один, когда листы вновь пришли к нему, отказался от авторучки мага. Даже непритронувшись к ней, вытащил из-под своего медицинского халата черный камешек, потер им подушку большого пальца и прислонил к листу, оставив четкий отпечаток папиллярных линий.
Лин мысленно воздел руки к небу: дело сделано! Конечно, это не битва, но значение для истории логров ночная встреча имеет не меньшее, чем сражение на Вересковой Пустоши.
Не все это поймут, даже в истории факт не найдет отражения, как не дошло до его века многое из уже сделанного Мерлином. Тем не менее, вечер поворотный, - первая дипломатическая победа Артура, достигнутая без звона мечей, без капли крови.
Теперь можно возвращаться. Лин чувствовал усталость и зверский аппетит. Хотелось вина, но в окружении Белого вождя дипломатических тонкостей не водилось. Не просить же. Еще яду снова подсунут.
Один экземпляр соглашения остался у друида, второй Лин свернул в тонкую трубочку, перевязал шелковой нитью и нарочито не торопясь уложил в карман комбинезона.
12. Лига Лилит.
Как известно, все самое важное и самое невероятное случается именно в ночь Полной Луны.
Луна смотрела круглым добрым лицом через стекло хронокара. Душевные колебания ушли, решение принято. В лунном свете думалось легко.
Время спокойствия наступило и в окружающем мире. Точнее, время затишья. Надолго ли? Друид пошел на компромисс, имея в своей колоде неплохие карты. Что-то он готовит, без сомнения. Как бы то ни было, страна логров набирает силы, возрождается земля Пелеса. К Артуру потянулись люди из дальних пределов Британии. Поселенцы строят дома вдоль границ, на них возлагается и ее охрана...
Скоро выпадет первый снег. Зима здесь, наверное, прекрасна. Из Камелота прислали столько теплых одежд, что она заняла весь угол каменного холла. Лин уже придумал, как соорудить трубу для вывода дыма из им же сложенной печи. Казалось бы, еще недавно он никуда не собирался от Полого холма. Но как только в королевстве наступил мир, ушли заботы, все чаще стали приходить беспокойные сны. И все чаще в них появлялась Сабина. И вот он здесь, в кабине, ждет минуты и вспоминает.
Мог бы решиться и раньше, но не хватало малости. И искал ее, малость, прикрываясь от самого себя внутренними переживаниями. Из пещеры почти не выходил. От безделья и тоски вплотную занялся обследованием лаборатории. Хотелось узнать, в чем секрет сигнального устройства. По всей видимости, в недрах холма проходит самородная жила чистого металла, проводящая колебания звуковой частоты. Чаша резонатора усиливает волны. Хитроумный способ связи. Не надо ничего строить, преобразовывать природу. Образец безотходной технологии. Но не может же быть, чтобы алхимик не придумал чего-нибудь еще, пригодного Лину. Требовалось поговорить с Морганой, но устройство предусматривало обмен несложными сигналами. Ими не выразишь свою мысль, не получишь ожидаемого ответа. Ехать в Долину Очарований - долго!
В сказке как в сказке! Что ищешь, - то обязательно найдешь. На третий день, простукивая стены, он обнаружил тайное хранилище. В небольшой нише, - дощечка с пиктограммами и небольшое устройство, наподобие слуховой трубки. Лин довольно быстро разобрался: деталь к резонатору и "инструкция" по использованию известного сигнального устройства для нормальных переговоров. Логично было предположить, - с той стороны должно быть такое же. Он долго мучился, составляя сообщение из данных Морганой сигналов, чтобы она нашла свою часть устройства.
Пока ждал результата, присоединил трубку к чаше, сел рядом. И вскочил от голоса Морганы, прозвучавшего совсем рядом. Ай-да ромей!
Моргана заговорила без предисловий, сразу о главном.
- Догадываюсь, что тревожит мага. Он в тоске, ему требуется посетить свою родину. И он не уверен, что сможет. Я не знаю, в чем твой секрет, Мерл Лин... Но разве напрасной была встреча с феями? Вспомни все...
После разговора с принцессой к Лину ненадолго вернулось очарование Леса Сумеречных Фей. И этой малости оказалось достаточно.
Он сможет достичь Хроноцентра и вернется обратно! Лин тут же сообщил Агравейну о решении покинуть страну логров. Тот побледнел и попросил мага подождать с отъездом до того, как рыцарь известит короля.
Лин согласился.
...Артур в сопровождении Ланселота прибыл к Полому холму тем же вечером. Узнав о приближении короля, Лин вышел из пещеры и встретил его у источника Барентон. Они расположились вчетвером под кустами боярышника, у накрытой слугами скатерти. С деревьев падали пожелтелые мелкие листочки и кружась, ложились на нетронутые яства. Долго молчали, ожидая слов короля.
- Что думает маг о короле и лограх? - наконец спросил Артур, - Не таит ли он обиды на нас, порожденной нашим неведением и неумением проявить должное гостеприимство? Не этим ли объясняется столь внезапное желание мага покинуть нашу страну?
Артур говорил о себе и маге в третьем лице, сверля глазами выбивающийся из камней родник. Вода струилась успокоительным журчанием.
Сине-зеленая птичка с красным клювом опустилась на скатерть против короля, искоса глянула на его мрачное лицо и принялась деловито клевать кусок темного хлеба. Взгляд государя потеплел - он видел хорошее предзнаменование.
Ланселот, превосходящий присутствующих возрастом, умудренный испытаниями долгих дорог, переживший много потерь, сохранял обычный свой вид. Он спокойно разлил вино по кубкам и поставил их перед каждым. Агравейн, не простившийся еще с иллюзиями молодости, стремящийся к легкости в разрешении жизненных проблем, переводил взгляд с короля на мага, стараясь скрыть непонимание.
Лин ответил не сразу. Слова не шли, нельзя было обидеть короля и случайно неверной интонацией.
- Я благодарен судьбе за возможность близко познакомиться с благороднейшим и славнейшим королем Артуром и его могучими и добрыми рыцарями. Я благодарен королю и всем окружавшим меня за заботу и помощь. В моем сердце только признательность. Ни обиды, ни разочарования. В моей жизни не было дней прекраснее, чем проведенные среди вас. И теперь я не мыслю жизни вне этого мира, который принял меня как своего.
К сожалению, любой путешественник - человек с раздвоенной душой. Ближайший друг и надежный слуга короля мудрый Ланселот, познавший и радость и горечь дальних дорог, поймет мои чувства. Да, я должен вернуться в свою страну. Но самое великое мое стремление - вновь оказаться на земле логров. И я уверен - так будет. Путник возвращается туда, где его сердце. Мое же сердце остается рядом с вами.
Короткий монолог Лина не развеял атмосферы печали, но она обрела легкость и надежду. Прощание было недолгим и немногословным. Прозвенело золото кубков, ладони ощутили тепло и крепость дружеских рук.
Маг уходил в свою страну, поднимаясь от нетронутого стола к вершине холма. Артур, Ланселот и Агравейн стояли у целебного источника, провожая его долгими взглядами. Лин не оборачивался. И только когда убрал еловые ветки маскировки и занял место в кабине, перевел дыхание.
Странное получилось прощание. Оно значило, что маг и король, Лин и Агравейн, Лин и логры стали едины. Ему будет тяжело без этих людей, первых его настоящих друзей. Но Артуру придется тяжелее - ему надо думать за весь народ. Королю будет неуютно без опоры на могущественного мага, способного при нужде заменить собой войско. В условиях близкого враждебного окружения и постоянной заморской угрозы рассчитывать только на собственные силы, на мощь сравнительно небольшого государства было и на самом деле безрассудно. Король прошел первое серьезное испытание за время своего правления и теперь понимал, что его силы и власть ограничены. Как и каждый человек, понимающий всю сложность жизни, Артур нуждался в поддержке.
...Усталость от прощальной встречи со ставшим ему родным миром, от нахлынувших воспоминаний отяжеляла веки. Луна раздваивалась, темные очертания дальнего леса наплывали на стекло, рисуя на нем полузнакомые силуэты. Последним видением стало лицо Сабины, проникнутое зовущей радостью, после чего включился тайм-счетчик, замигали зеленые цифры, отсчитывая глубину подъема по колодцу времени.
Лин проснулся в хронолаборатории. Дежурная лампа смотрела синим зрачком одноглазого джинна. Состояние было странное, будто он спал очень-очень долго. И по пробуждению все виделось как в тумане, сознание и чувства не желали возвращаться из череды сновидений в явь дней. Помнится, однажды он испытал нечто подобное. Еще в морской пехоте... После приличного возлияния он очнулся в своей комнате и не сразу понял, где находится: краски сгустились до осязаемой плотности, предметы неузнаваемо чужие, пространство деформировано...
Лин открыл дверцу и, пошатываясь от слабости, выбрался из машины. Рядом стоял подсвечник с тремя выгоревшими остатками свечей.
В памяти что-то сдвинулось. Когда это было? Они вдвоем с Сабиной под светом свечей... Вчера вечером? Если сейчас утро, то да. Или нет? Сколько же он проспал тут? А сны-то какие! И ничто не ушло из памяти, как обычно бывает со снами.
Разминая отекшие ноги, он прошелся по лаборатории. Вот тут, помнится, стояла картина. Фея в голубом наряде. Или в зеленом? Картины нет, на ее месте нагромождение всяких вещей, связки книг. Что здесь?
Он тронул рукой ближайший в куче предмет. Автономная универсальная печь. В экстремальных условиях вдали от центров цивилизации штука незаменимая. За ней - гарпун с комплектом подводника, батареи питания.
Даже голографический фантомат, новинка, способная создавать вокруг выбранной цели любые изображения максимальной объективности. Можно сбить с толку любого противника. Видимо, кто-то собирается в дальнюю заброску. Опять тренировки! Но почему это все здесь?
Сколько перемен за ночь... Во сне он прожил целую жизнь-сказку.
Если можно было бы оставаться внутри хороших снов! И так, не просыпаясь, уйти во внутренний волшебный мир. Сон закончился предзимней ночью, полная луна пробивалась сквозь морозный узор на стекле.
А здесь жарко, как вчера, когда горели свечи. Лин тронул рукой лобовое стекло хронокара, теплое и скользкое. Сон... А жаль.
Он подошел к двери лаборатории, прикоснулся к ручке автоматического замка-защелки и остановился. С той стороны говорили трое. Два голоса он узнал тотчас, третий был незнакомым. Аларов, Фрэзер и некто из высших инстанций, судя по командной интонации. Очередная проверка Хроноцентра. Высовываться нельзя ни в коем случае. Он замер, чтобы не привлечь к себе внимания.
- ...Вы контролируете связи ваших подопечных за пределами Хроноцентра? - начальствующий голос незнакомца звучал приглушенной дверью твердостью, - Ведь за сутки увольнения может всякое произойти. Конечно, неплохо, что им открыто не сообщили о предназначении, - тут говоривший хрипло закашлялся, - Но некоторые-то наверняка догадываются.
- Вы правы, - отвечал Фрэзер, - Большинство уже готово к выполнению ожидающей их миссии. Но есть и такие, правда, их единицы, лояльность которых под вопросом. Боюсь, один-два по-прежнему убеждены в реальности путешествий во времени. Любители фантастики! Они у нас под особым надзором. Никто из них не выходил ни вчера, ни сегодня за периметр.
Дайте немедленно указание совсем запретить им выход в мир, - распорядился незнакомец, - Близится час выступления, и сохранение тайны особенно необходимо. А как быть с ними... Решите сами.
В разговор вступил Аларов.
- Постоянный состав Центра надежен, вы знаете. Уже год мы не пускаем сюда никого сверх штата, никто посторонний не пересекал периметра. Жилой городок закрыт по инструкции службы безопасности.
- А вы так и придерживаетесь своего девиза: "Ни одной женщины на корабле?" - спросил незнакомец, изобразив подобие смешка, - Ведь трудновато, а? Ведь запрет касается и вас, не так ли?
- Непреложный закон, - отвечал Аларов, - С первого дня образования Хроноцентра в него не ступала нога женщины. И не ступит. Повара, секретари, весь персонал подбирается из проверенных в деле людей. Им также мало что известно о наших задачах. Но береженого... Пример Олоферна предостерегает несколько тысячелетий. Каждая женщина прячет в себе суть Юдифи.
- Согласен, можете мне не доказывать, - заметил человек-начальник, - Одно то, что за четыре года никто из кураторов Центра в правительстве не догадался об истинном назначении выпускников, и то, что на наш счет исправно работает не последняя строка бюджета, говорит о вашей правоте. Ваш опыт будет использован и в других регионах.
Он помолчал, к Лину приблизились шаркающие по паркету шаги.
- Что у вас за этой дверью?
- О, она не открывается много месяцев. Хронолаборатория. Здесь стоит машина времени. Хронокар, - Аларов весело рассмеялся, - Я даже провел два занятия на машине. Первый и второй год обучения, если память не изменяет. Пришлось и книжку выпустить. Вот уж голову поломал!
- Хорошо! Лига надеется на вас обоих. Великое Братство Розы Мира намерено предложить вам более подходящие посты. Верховный Гагтунгр осведомлен о вас, и я надеюсь лично при встрече с ним во возвращению доложить о готовности вашего центра к активному действию. Все, что я увидел, внушает уверенность.
В прошлый раз вы просили подготовить развернутую разработку для правительственной комиссии по современному состоянию теории хроноплавания и готовности хронокара. Она готова. Ввиду особой секретности информации, - тут Фрэзер замялся, видимо, иронически улыбнулся, - Мы направили ее фельдпочтой непосредственно в Кабинет. Контрольный экземпляр со мной, с удовольствием вручаю его вам.
Прошелестели страницы, зазвучали удаляющиеся шаги.
Странно, но Лин, подслушивая разговор, не испытывал ни страха, ни неудобства. Еще вчера он задумался бы о последствиях для себя, вздумай они открыть дверь в хронолабораторию. Уж не сон ли так переменил его? Или просто заторможена психика?
Выждав минуту, он спокойно открыл дверь, вышел и осмотрелся. Коридор пуст, руководители странного заведения под маской Хроноцентра направились влево, к комнате дежурной смены. Провожают высокого гостя.
Одна из дверей справа открыта. Лин подошел и заглянул внутрь. Комната без окон, под потолком горит яркая лампа, в глубине за раздвинутой железной решеткой еще одно помещение. Не колеблясь, он направился туда. Никогда не думал, что хранилище секретов может быть рядом с лабораторией, вдали от дежурных. Впрочем, курсанты сюда не заглядывают, как верно заметил Фрэзер.
...Очень любопытно. Вдоль стен на стеллажах образцы оружия: все то, что считается новинкой в армиях разных государств и что так знакомом ему по занятиям на полигоне. В центре малой комнаты на конторском столике документы и книги. После услышанного... Это интереснее автоматов и огнеметов. Он подошел и склонился над столом, внимательно разглядывая и перелистывая тетради и папки. Увиденное так поразило его, что он совсем перестал соображать.
Первой в руки попала толстая тетрадь в красном кожаном переплете с тиснением на обложке. Белая всадница; ее лошадь в прыжке преодолевает некое препятствие и легко поднимается в воздух. Лин перевернул обложку. На первой странице значилось крупно и красно: "Лига Лилит". Под надписью помельче: "Братство Розы Мира". То, о чем говорили эти трое!
Он перелистал тетрадь. Устав организации, списки местных руководителей и членов групп. Вот это да! Их люди везде, и в Министерство Вооруженных Сил протянута линия. Настоящая секта, проникшая во все государственные структуры. Хроноцентр - малое звено в цепи.
Какова же цель? А, вот: "Установление Золотого Века на всей планете под единым управлением".
Надо торопиться, скоро вернутся хозяева, лжеконструктор и лжетеоретик. Немного подумав, Лин спрятал тетрадь под ремень комбинезона. С этим надо разобраться не торопясь. Он случайно оказался на пороге страшной законспирированной организации. На первый взгляд - нечто вроде тайной Всемирной Церкви вне религии, с претензией на мировое господство. Так вот для чего готовят "таймонавтов"! Хроноцентр - вывеска, не более.
О последствиях открытия для себя лично Лин не задумывался: времени не было да и ясности в голове тоже.
Что тут еще? Программа подготовки, стратегия обучения... Этого ему не нужно. Список курсантов. На каждой странице - по несколько человек. Распределение по выпуску? Он нашел свое имя на отдельном листе под знаком вопроса. Рядом красовался свежий красный карандашный крестик. Ниже краткая характеристика: высокие способности по всем предметам, еще что-то положительное... И, - минусы. Их побольше. Излишне впечатлителен. Склонен к мечтаниям, задумчивости, уединению. Скрытое тестирование выявило большую степень непредсказуемости в поведении.
Когда они успели? "Для дела может быть опасен". Здорово!
Стало жутковато. Он быстро закрыл папку со списками, присоединил ее к тетради с "Лигой Лилит".
Справа на столике - несколько книг стопой. Взял верхнюю. Даниил Андреев, "Роза Мира", за первой обложкой листок с записями. Часть конспекта книги, понял Лин. Труд либо Аларова, либо Фрэзера. Любопытно.
...Лилит - ночь... Праафродита человечества. Мать демонов в алом обличии. Или в белом? Но таймонавты-то в красных плащах! Где и когда он слышал предостережение о "Розе Мира" и красных плащах? Во сне, верно. Что только не приснится. Выходит, бывают сны и пророческие.
Вот так. Злой дух, мать демонов, стала во главе планетарной церкви неверующих в Писание. А он чуть не оказался инструментом в воинстве Князя Тьмы. Или - жертвой, судя по крестику-приговору. "Золотой Век..." За пределы Хроноцентра выход ему заказан. Сегодня - день увольнения, а он не имеет права... Вот-вот обнаружат пропажу и начнут искать. Искать его, помеченного красным крестом Лиги Лилит. Ничего, он успеет.
В свою комнату заглянуть? Опасно, да и бессмысленно. У него остался один путь, только один. И он его проделает. Пусть в голове все перемешалось, с головой можно повременить. Речь идет о собственном спасении. Проблемы с пониманием обстановки вторичны. И, похоже, он знает, что делать. Непонятно, откуда и как, но знает. Есть уверенность! А потому - за дело!
Лин снял плащ, сделал из него подобие мешка, прошел мимо стеллажей, отобрал несколько единиц оружия, все сложил и, бросив на оружие сверху все, что было на конторке, направился обратно в хронолабораторию, прикрыв дверь в секретную комнату.
Войдя в лабораторию, он запер дверь на защелку так, чтобы можно было открыть только изнутри, бросил свой мешок на кучу совершенно ему необходимых вещей, кем-то весьма своевременно собранных в нужном месте. Жаль, он так и не узнает, о ком думать с благодарностью.
"Хорошо бы под холодный душ. Постоять десять-двадцать минут, и дурь уйдет. Ох как требуется прилично соображать, а в голове по-прежнему несовместимость старого и нового знания; смесь отпечатков снов, мечтаний... Никак не разобраться..."
Лин открыл все двери и капот хронокара, выбросил из машины все бесполезное и принялся упаковывать то, что принес в плаще и то, что чудом оказалось в лаборатории. Сразу стало жарко, пришлось снять куртку. Заполнив ее карманы вечными батареями фирмы "Аэрон-спейс" разных модификаций, - наверное, фирма тоже находится под крылом "Розы Мира", бросил куртку на спинку левого сидения. Кроме различных видов оружия, Лин обнаружил среди вещей защитный костюм астронавта без шлема, миниэлектростанцию, компактный параплан, множество других незаменимых предметов. Кто-то всесторонне подготовился к выживанию в одиночку в серьезных условиях и надолго. Спасибо ему. Жаль, некогда заняться уточнением: а вдруг это его коллега с такой же служебной характеристикой. Но нет, крест украшал только его фамилию в списке.
На удивление поклажа разместилась в машине очень удобно и компактно, правое сидение осталось свободным. Лин осмотрелся, но больше ничего подходящего не увидел. Лаборатория выглядела пустынной, единственным ориентиром стоял бесполезный подсвечник с выгоревшими фитилями свечей.
Вот и все. Он захлопнул заднюю дверь, опустил капот и занял левое сидение машины. Теперь - отдышаться, закрыть боковые двери и - вперед!
Эксперимент будет иметь место, что бы там ни говорили подручные Гагтунгра. Имечко выбрано весьма удачно, звучит как удары военного барабана.
Плохо одно - не встретился с Сабиной. Была ли встреча вчера, или она тоже из сна? Ничего не понять. Да и была ли сама Сабина? Ведь он ясно слышал: женщинам в Хроноцентр хода нет.
Лин откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза. Пульс успокаивался, дыхание вернулось в норму. Теперь - двери на себя, включаем тайм-счетчик, устанавливаем цифру и...
Дуновение свежести и запах.., - неземной, завораживающий и такой знакомый! Что это? Опять сон? Он ущипнул себя так, что чуть не вскрикнул, но аромат остался. Медленно-медленно он повернул голову вправо.
Так и есть!
В зеленых прищуренных глазах сдерживаемый смех, веселье струится из всех черточек ее лица, делая его сверхблизким, родным до боли.
Вот теперь все как надо! Теперь можно жать на все кнопки мира и все получится. Лин беззвучно рассмеялся.
- Поехали? Или подождем чуть-чуть? - спросил он.
- Или.., - согласно кивнула головой Сабина.
Она извлекла откуда-то газетный сверток и развернула его. Какой у нее голос! Как во сне... Колокольчики-цветочки... Принцесса... Феи...
Неужели?!
В руках Сабины несколько листов с неровными краями, в желтых и рыжих пятнах. Опять доисторический манускрипт. У Сабины давние связи с археологами. Ну что же, двери лаборатории пока не взламывают, можно и послушать.
- Новая находка, - мягкий, пронизанный радостью голос, такой желанный, излучающий надежность, уверенность... Как голос Ланселота, врачующего рану. Голос из сна...
- Тебе будет интересно. Я только маленький отрывочек... Сейчас найду.
Она принялась перебирать листы древнего пергамента длинными пальчиками.
- Так, тут о сражении. Первая рана Мерлина. В правое плечо, отравленный... То ли копье, то ли кинжал... Слово трудно прочесть и перевести.
- Дротик, - хрипло сказал Лин.
Жар предчувствия, предзнания, предсвершения охватил его. Вот теперь действительно все как надо!
- Точно! - она в явно притворном удивлении взглянула на него.
- Вот сюда.
Тонкие теплые пальцы коснулись его плеча.
- Какое совпадение! У тебя шрам на том же месте!
Сабина почти вскрикнула.
Но Лин уже понимал: она знала!
"Нет, не совпадение! - сказал он себе, почти прошептал, - Было! Было и будет!"
- А вот другое место. В те времена женщины, оказывается, решали так много! Сейчас нас никуда не пускают. Все союзы и лиги создаются мужчинами... Ты слушаешь?
Она нашла нужный лист.
- "...Благородная леди Нимуе Авалонская обратилась к Мерлину и огорченно произнесла:
- Великий маг, ваш альмантин, подаренный королеве, оказался в руках злой женщины. Договор, подписанный в Большом Кромлехе, теряет силу. Волшебный камень превратил Хелавису в Хозяйку Долины Теней и Страха. Вокруг нее и колдуньи Амуты, овладевшей камнем королевы, собираются черные силы. Темный Маргон направил Рыцаря Склепа и Хромого Рыцаря Ночных Туманов к Амуте. Как только север и восток соединятся, Камелот, опора страны, - и Круглый Стол, собравший сторонников христианского короля Артура, исчезнут с лица страны. Не дайте же случиться непоправимому...
Выслушав Леди Нимуе, могучий маг Мерлин возложил твердую руку на плечо сэра Агравейна Бесстрашного и..."
- Стоп! Дальше не надо! - голос Лина отвердел. Не надо знать того, что еще не свершилось!
Пусть он запутался во многом, но он знает, что делать.
Поехали...
Лин коснулся пальцами кнопки запуска, опустившаяся ладонь его накрыла руки Сабины, сжавшей листы из книги его жизни. Тайм-счетчик замигал зелеными путевыми огоньками. И Лин прочитал в них: продолжение следует.
...Стук железом о дерево, возбужденные голоса... Звуки чужого мира, уже не существующего, оставленного за порогом...
Куда они рвутся?
"Хронолаборатория" пуста...
Автор
suncity-vrn
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
102
Размер файла
536 Кб
Теги
тинктура, мерлина
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа