close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

ГК 1 комм Сергеев 2010

код для вставкиСкачать
КОММЕНТАРИЙ К ГРАЖДАНСКОМУ КОДЕКСУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
(Постатейный)
Под редакцией доктора юридических наук,
профессора А.П. СЕРГЕЕВА
Коллектив авторов:
Абрамова Е.Н., кандидат юридических наук, доцент СПбГУ экономики и финансов - гл. 17;
Аверченко Н.Н., кандидат юридических наук, доцент Высшей школы экономики, адвокат Московского адв. бюро ЕПАМ - гл. 13, 14, 15;
Байгушева Ю.В., кандидат юридических наук, ассистент Ярославского госуниверситета - гл. 10, 23 (§ 1, 6);
Вошатко А.В., ассистент Ярославского госуниверситета - гл. 23 (§ 5);
Грачев В.В., кандидат юридических наук, доцент Ярославского госуниверситета - гл. 23 (§ 2, 3, 7);
Иванов Н.В., кандидат юридических наук, старший преподаватель СПбГУ экономики и финансов - гл. 28;
Крашенинников Е.А., кандидат юридических наук, доцент Ярославского госуниверситета - гл. 7, 23 (§ 4);
Мазур О.В., юрист юрид. фирмы "Маннхеймер Свартлинг" - гл. 4 (ст. ст. 87 - 106 § 2);
Никифоров И.В., ассистент СПбГУ, управляющий партнер СПб. адв. бюро ЕПАМ - гл. 4 (§ 4, 5);
Павлов А.А., кандидат юридических наук, доцент, СПб. - гл. 21, 22, 24, 26, 29;
Ровный В.В., доктор юридических наук, профессор, Иркутск - гл. 1, 3, 4 (кроме ст. ст. 87 - 106 § 2, § 3, 4, 5);
Селецкая С.Б., кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского и предпринимательского права Казанского государственного университета - гл. 19 (в соавторстве с М.Ю. Челышевым);
Сергеев А.П., доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой СПбГУ экономики и финансов, советник юридической фирмы "ДЛА Пайпер" в СПб. - гл. 2, 5, 6, 9, 10, 11, 12, 18;
Скворцов О.Ю., доктор юридических наук, доцент СПбГУ, советник юридической фирмы "ДЛА Пайпер" в СПб. - гл. 27;
Терещенко Т.А., кандидат юридических наук, старший преподаватель СПбГУ экономики и финансов, юрист фирмы "Прайм Эдвайс, Семеняко и партнеры" - гл. 8, 20;
Тычинин С.В., доктор юридических наук, доцент, зав. кафедрой Белгородского госуниверситета - гл. 4 (§ 3);
Челышев М.Ю., кандидат юридических наук, доцент, зав. кафедрой Казанского госуниверситета - гл. 19 (в соавторстве с С.Б. Селецкой);
Шевченко А.С., кандидат юридических наук, профессор ДВГУ - гл. 15;
Шевченко Г.Н., доктор юридических наук, профессор, зав. кафедрой ДВГУ - гл. 25.
ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ
АПК - Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 24 июля 2002 г. // СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3012
АО - акционерное общество
БК - Бюджетный кодекс РФ от 31 июля 1998 г. // СЗ РФ. 1998. N 31. Ст. 3823
БНА - Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР, Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств РФ, Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти
Бюллетень ВС - Бюллетень Верховного Суда РФ
ВАС - Высший Арбитражный Суд РСФСР, Высший Арбитражный Суд РФ
Вводный закон - Федеральный закон от 30 ноября 1994 г. N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // СЗ РФ. 1994. N 32. Ст. 3302
Вводный закон к Водному кодексу - Федеральный закон от 3 июня 2006 г. N 73-ФЗ "О введении в действие Водного кодекса Российской Федерации" // СЗ РФ. 2006. N 23. Ст. 2380
Вводный закон к ЗК - Федеральный закон от 25 октября 2001 г. N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" // СЗ РФ. 2001. N 44. Ст. 4147
Ведомости РФ - Ведомости Верховного Совета РСФСР, Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР, Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ
Ведомости СССР - Ведомости Верховного Совета СССР, Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР
Венская конвенция 1980 г. - Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Вена, 1980 г.)
Вестник ВАС - Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ
Вестник КС - Вестник Конституционного Суда РФ
Вестник ФКЦБ - Вестник Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг
ВК - Воздушный кодекс РФ от 19 марта 1997 г. // СЗ РФ. 1997. N 12. Ст. 1383
Водный кодекс - Водный кодекс РФ от 3 июня 2006 г. // СЗ РФ. 2006. N 23. Ст. 2381
ВС - Верховный Суд РСФСР, Верховный Суд РФ
ГГУ - Германское гражданское уложение
ГК - Гражданский кодекс РФ, часть первая от 30 ноября 1994 г., часть вторая от 26 января 1996 г., часть третья от 26 ноября 2001 г., часть четвертая от 18 декабря 2006 г.
ГК 1922 г. - Гражданский кодекс РСФСР 1922 г.
ГК 1964 г. - Гражданский кодекс РСФСР от 11 июня 1964 г.
ГПК - Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14 ноября 2002 г. // СЗ РФ. 2002. N 46. Ст. 4532
Градостроительный кодекс - Градостроительный кодекс РФ от 29 декабря 2004 г. // СЗ РФ. 2005. N 5 (ч. 1). Ст. 16
ЕГРП - Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество
ЕГРЮЛ - Единый государственный реестр юридических лиц
ЖК - Жилищный кодекс РФ от 29 декабря 2004 г. // СЗ РФ. 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 14
Закон о банках - Федеральный закон от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности" (в ред. Федерального закона от 3 февраля 1996 г.) // СЗ РФ. 1996. N 6. Ст. 492
Закон о банкротстве - Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" // СЗ РФ. 2002. N 43. Ст. 4190
Закон о биржах - Закон РФ от 20 февраля 1992 г. N 2383-1 "О товарных биржах и биржевой торговле" // Ведомости. 1992. N 18. Ст. 961
Закон о благотворительной деятельности - Федеральный закон от 11 августа 1995 г. N 135-ФЗ "О благотворительной деятельности и благотворительных организациях" // СЗ РФ. 1995. N 33. Ст. 3340
Закон о бухгалтерском учете - Федеральный закон от 21 ноября 1996 г. N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете" // СЗ РФ. 1996. N 48. Ст. 5369; 1998. N 30. Ст. 3619; 2002. N 13. Ст. 1179; 2003. N 1. Ст. 2, 6; N 2. Ст. 160; N 22. Ст. 2066; N 27. Ст. 2700
Закон о валютном регулировании - Федеральный закон от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" // СЗ РФ. 2003. N 50. Ст. 4859
Закон о высшем образовании - Федеральный закон от 22 августа 1996 г. N 125-ФЗ "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" // СЗ РФ. 1996. N 35. Ст. 4135; 2003. N 2. Ст. 163; N 14. Ст. 1254; N 28. Ст. 2888
Закон о государственной регистрации - Федеральный закон от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" // СЗ РФ. 1997. N 30. Ст. 3594
Закон о государственных ценных бумагах - Федеральный закон от 29 июля 1998 г. N 136-ФЗ "Об особенностях эмиссии и обращения государственных и муниципальных ценных бумаг" // СЗ РФ. 1998. N 31. Ст. 3814
Закон о естественных монополиях - Федеральный закон от 17 августа 1995 г. N 147-ФЗ "О естественных монополиях" // СЗ РФ. 1995. N 34. Ст. 3426; 2003. N 2. Ст. 168; N 13. Ст. 1181
Закон о железнодорожном транспорте - Федеральный закон от 10 января 2003 г. N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2003. N 2. Ст. 169
Закон о животном мире - Федеральный закон от 24 апреля 1995 г. N 52-ФЗ "О животном мире" // СЗ РФ. 1995. N 17. Ст. 1462
Закон о залоге - Закон РФ от 29 мая 1992 г. N 2872-1 "О залоге" // Ведомости РФ. 1992. N 23. Ст. 1239
Закон о защите инвесторов - Федеральный закон от 5 марта 1999 г. N 46-ФЗ "О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг" // СЗ РФ. 1999. N 10. Ст. 1163
Закон о защите конкуренции - Федеральный закон от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" // СЗ РФ. 2006. N 31 (ч. 1). Ст. 3434
Закон о защите прав потребителей - Закон РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" // СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 140
Закон о землеустройстве - Федеральный закон от 18 июня 2001 г. N 78-ФЗ "О землеустройстве" // СЗ РФ. 2001. N 26. Ст. 2581
Закон о кадастре недвижимости - Федеральный закон от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" // СЗ РФ. 2007. N 31. Ст. 4017
Закон о конкурсах на размещение заказов - Федеральный закон от 6 мая 1999 г. "О конкурсах на размещение заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд" // СЗ РФ. 1999. N 19. Ст. 2302
Закон о крестьянском хозяйстве - Федеральный закон от 11 июня 2003 г. "О крестьянском (фермерском) хозяйстве" // СЗ РФ. 2003. N 24. Ст. 2249
Закон о лизинге - Федеральный закон от 29 октября 1998 г. N 164-ФЗ "О лизинге" // СЗ РФ. 1998. N 44. Ст. 5394
Закон о лицензировании - Федеральный закон от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" // СЗ РФ. 2001. N 33 (ч. I). Ст. 3430
Закон о ломбардах - Федеральный закон от 19 июля 2007 г. N 196-ФЗ "О ломбардах" // СЗ РФ. 2007. N 31. Ст. 3992
Закон о негосударственных пенсионных фондах - Федеральный закон от 7 мая 1998 г. N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах" // СЗ РФ. 1998. N 19. Ст. 2071
Закон о недрах - Закон РФ от 21 февраля 1992 г. N 2395-1 "О недрах" (в ред. Федерального закона от 3 марта 1995 г.) // СЗ РФ. 1995. N 10. Ст. 823
Закон о некоммерческих организациях - Федеральный закон от 12 января 1996 г. N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" // СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 145
Закон о партиях - Федеральный закон от 11 июля 2001 г. N 95-ФЗ "О политических партиях" // СЗ РФ. 2001. N 29. Ст. 2950
Закон о пенсиях - Федеральный закон от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2001. N 52 (ч. 1). Ст. 4920
Закон о переводном и простом векселе - Федеральный закон от 11 марта 1997 г. N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе" // СЗ РФ. 1997. N 11. Ст. 1238
Закон о поставках - Федеральный закон от 13 декабря 1994 г. N 60-ФЗ "О поставках продукции для федеральных государственных нужд" // СЗ РФ. 1994. N 34. Ст. 3540
Закон о потребительской кооперации - Закон РФ от 19 июня 1992 г. N 3085-1 "О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации" // РГ. 19.06.1992. N 139.
Закон о праве граждан РФ на свободу передвижения - Закон РФ от 25 июня 1993 г. N 5242-1 "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации" // Ведомости РФ. 1993. N 32. Ст. 1227
Закон о приватизации - Федеральный закон от 21 декабря 2001 г. N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества" // СЗ РФ. 2002. N 4. Ст. 251
Закон о приватизации жилищного фонда - Закон РСФСР от 4 июля 1991 г. N 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" // Ведомости РФ. 1991. N 28. Ст. 959
Закон о производственных кооперативах - Федеральный закон от 8 мая 1996 г. N 41-ФЗ "О производственных кооперативах" // СЗ РФ. 1996. N 20. Ст. 2321
Закон о прокуратуре - Федеральный закон от 17 января 1992 г. N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" // СЗ РФ. 1995. N 47. Ст. 4472
Закон о противодействии терроризму - Федеральный закон от 6 марта 2006 г. N 35-ФЗ "О противодействии терроризму" // СЗ РФ. 2006. N 11. Ст. 1146
Закон о противодействии экстремизму - Федеральный закон от 25 июля 2002 г. N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" // СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3031
Закон о профсоюзах - Федеральный закон от 12 января 1996 г. N 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" // СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 148
Закон о психиатрической помощи - Закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" // Ведомости РФ. 1992. N 33. Ст. 1913
Закон о регистрации юридических лиц - Федеральный закон от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" // СЗ РФ. 2001. N 33. Ст. 3431
Закон о религиозных объединениях - Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ "О свободе совести и религиозных объединениях" // СЗ РФ. 1997. N 39. Ст. 4465
Закон о рынке ценных бумаг - Федеральный закон от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг" // СЗ РФ. 1996. N 17. Ст. 1918
Закон о садоводческих объединениях граждан - Федеральный закон от 15 апреля 1998 г. N 66-ФЗ "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" // СЗ РФ. 1998. N 16. Ст. 1801
Закон о связи - Федеральный закон от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ "О связи" // СЗ РФ. 2003. N 28. Ст. 2895
Закон о сельскохозяйственной кооперации - Федеральный закон от 8 декабря 1995 г. N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" // СЗ РФ. 1995. N 50. Ст. 4870
Закон о соглашениях о разделе продукции - Федеральный закон от 30 декабря 1995 г. N 225-ФЗ "О соглашениях о разделе продукции" // СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 18
Закон о средствах массовой информации - Закон РФ от 27 декабря 1991 г. N 2124-1 "О средствах массовой информации" // Ведомости РФ. 1992. N 7. Ст. 300
Закон о статусе военнослужащих - Федеральный закон от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" // СЗ РФ. 1998. N 22. Ст. 2331
Закон о судебных приставах - Федеральный закон от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ "О судебных приставах" // СЗ РФ. 1997. N 30. Ст. 3591
Закон о техническом регулировании - Федеральный закон от 27 декабря 2002 г. N 184-ФЗ "О техническом регулировании" // СЗ РФ. 2002. N 52 (ч. I). Ст. 5140
Закон о ЦБ РФ - Федеральный закон от 10 июля 2002 г. N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" // СЗ РФ. 2002. N 28. Ст. 2790
Закон о Центрах исторического наследия Президентов - Федеральный закон от 13 мая 2008 г. N 68-ФЗ "О Центрах исторического наследия Президентов Российской Федерации, прекративших исполнение своих полномочий" // СЗ РФ. 2008. N 20. Ст. 2253
Закон о чрезвычайном положении - Федеральный конституционный закон от 30 мая 2001 г. N 3-ФКЗ "О чрезвычайном положении" // СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2277
Закон об автономных учреждениях - Федеральный закон от 3 ноября 2006 г. N 174-ФЗ "Об автономных учреждениях" // СЗ РФ. 2006. N 45. Ст. 4626
Закон об агропромышленном производстве - Федеральный закон от 14 июля 1997 г. N 100-ФЗ "О государственном регулировании агропромышленного производства" // СЗ РФ. 1997. N 29. Ст. 3501
Закон об АГС - Федеральный закон от 15 ноября 1997 г. N 143-ФЗ "Об актах гражданского состояния" // СЗ РФ. 1997. N 47. Ст. 5340
Закон об акционерных обществах - Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" // СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 1
Закон об архитектурной деятельности - Федеральный закон от 17 ноября 1995 г. N 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации" // СЗ РФ. 1995. N 47. Ст. 4473
Закон об аудиторской деятельности - Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. N 307-ФЗ "Об аудиторской деятельности" // СЗ РФ. 2009. N 1. Ст. 15
Закон об иностранных инвестициях - Федеральный закон от 9 июля 1999 г. 160-ФЗ "Об иностранных инвестициях в Российской Федерации" // СЗ РФ. 1999. N 28. Ст. 3493
Закон об информации - Федеральный закон от 20 февраля 1995 г. N 24-ФЗ "Об информации, информатизации и защите информации" // СЗ РФ. 1995. N 8. Ст. 609
Закон об ипотеке - Федеральный закон от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" // СЗ РФ. 1998. N 29. Ст. 3400
Закон об исполнительном производстве - Федеральный закон от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" // СЗ РФ. 2007. N 41. Ст. 4849
Закон об обороте земель сельскохозяйственного назначения - Федеральный закон от 24 июля 2002 г. N 101-ФЗ "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" // СЗ РФ. 2002. N 30. Ст. 3018
Закон об образовании - Закон РФ от 10 июля 1992 г. N 3266-1 "Об образовании" (в ред. Федерального закона от 13 января 1996 г.) // СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 150
Закон об обществах с ограниченной ответственностью - Федеральный закон от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" // СЗ РФ. 1998. N 7. Ст. 785
Закон об общественных объединениях - Федеральный закон от 19 мая 1995 г. N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" // СЗ РФ. 1995. N 21. Ст. 1930
Закон об объектах культурного наследия - Федеральный закон от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" // СЗ РФ. 2002. N 26. Ст. 2519
Закон об опеке - Федеральный закон от 24 апреля 2008 г. N 48-ФЗ "Об опеке и попечительстве" // СЗ РФ. 2008. N 17. Ст. 1755
Закон об организации местного самоуправления - Федеральный закон от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2003. N 40. Ст. 3822
Закон об организации страхового дела - Закон РФ от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" // СЗ РФ. 1998. N 1. Ст. 4
Закон об оружии - Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. N 150-ФЗ "Об оружии" // СЗ РФ. 1996. N 51. Ст. 5681
Закон об охране окружающей среды - Федеральный закон от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" // СЗ РФ. 2002. N 2. Ст. 133
Закон об оценочной деятельности - Федеральный закон от 29 июля 1998 г. N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" // СЗ РФ. 1998. N 31. Ст. 3813
Закон об унитарных предприятиях - Федеральный закон от 14 ноября 2002 г. N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" // СЗ РФ. 2002. N 48. Ст. 4746
Закон об экологической экспертизе - Федеральный закон от 23 ноября 1995 г. N 174-ФЗ "Об экологической экспертизе" // СЗ РФ. 1995. N 48. Ст. 4556
Закон об электронной подписи - Федеральный закон от 10 января 2002 г. N 1-ФЗ "Об электронной (цифровой) подписи" // СЗ РФ. 2002. N 2. Ст. 127
Закон от 30 декабря 2008 г. - Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. N 312-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СЗ РФ. 2009. N 1. Ст. 20
ЗК - Земельный кодекс РФ от 25 октября 2001 г. // СЗ РФ. 2001. N 44. Ст. 4147
ЗК РСФСР 1991 г. - Земельный кодекс РСФСР // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. N 22. Ст. 768
КВВТ - Кодекс внутреннего водного транспорта РФ от 7 марта 2001 г. // СЗ РФ. 2001. N 11. Ст. 1001
КоАП - Кодекс РФ об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. // СЗ РФ. 2002. N 1 (ч. I). Ст. 1
Коммент. - комментарий, комментируемый (-ая, -ое, -ые)
КС - Конституционный Суд РФ
КТМ - Кодекс торгового мореплавания РФ от 30 апреля 1999 г. // СЗ РФ. 1999. N 18. Ст. 2207
ЛК - Лесной кодекс РФ от 4 декабря 2006 г. // СЗ РФ. 2006. N 6. Ст. 50
МРОТ - минимальный размер оплаты труда
МТП - Международная торговая палата
НИ и ОКР - научно-исследовательские, опытно-конструкторские и технологические работы
НК - Налоговый кодекс РФ, часть первая от 31 июля 1998 г., часть вторая от 5 августа 2000 г.
Основы гражданского законодательства - Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 г. // Ведомости СССР. 1991. N 26. Ст. 733
Основы законодательства о земле - Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о земле от 28 февраля 1990 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. 1990. N 10. Ст. 129 - 130
Основы законодательства о культуре - Основы законодательства Российской Федерации о культуре от 9 октября 1992 г. // Ведомости РФ. 1992. N 46. Ст. 2615
Основы законодательства о нотариате - Основы законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. // Ведомости РФ. 1993. N 10. Ст. 357
Письмо ВАС N 6 - письмо Президиума ВАС от 25 июля 1996 г. N 6 "О результатах рассмотрения Президиумом отдельных вопросов судебной практики". Документ официально опубликован не был
Письмо ВАС N 13 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28 апреля 1997 г. N 13 "Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" // Вестник ВАС. 1997. N 7
Письмо ВАС N 14 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 5 мая 1997 г. N 14 "Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров" // Вестник ВАС. 1997. N 7
Письмо ВАС N 17 - приложение к информационному письму Президиума ВАС РФ от 14 июля 1997 г. N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 1997. N 9
Письмо ВАС N 21 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13 ноября 1997 г. N 21 "Обзор практики разрешения споров, возникающих по договорам купли-продажи недвижимости" // Вестник ВАС. 1998. N 1
Письмо ВАС N 26 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 15 января 1998 г. N 26 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса о залоге" // Вестник ВАС. 1998. N 3
Письмо ВАС N 27 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 15 января 1998 г. N 27 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии" // Вестник ВАС. 1998. N 3
Письмо ВАС N 28 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 20 января 1998 г. N 28 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о поручительстве" // Вестник ВАС. 1998. N 3
Письмо ВАС N 32 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30 марта 1998 г. N 32 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением антимонопольного законодательства" // Вестник ВАС. 1998. N 5
Письмо ВАС N 37 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25 декабря 1998 г. N 37 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением законодательства о рекламе" // Вестник ВАС. 1999. N 2
Письмо ВАС N 39 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 15 января 1999 г. N 39 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с использованием аккредитивной и инкассовой форм расчетов" // Вестник ВАС. 1999. N 4
Письмо ВАС N 49 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 11 января 2000 г. N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении" // Вестник ВАС. 2000. N 3
Письмо ВАС N 59 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 16 февраля 2001 г. N 59 "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Закона РФ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" // Вестник ВАС. 2001. N 4
Письмо ВАС N 62 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13 марта 2001 г. N 62 "Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" // Вестник ВАС. 2001. N 7
Письмо ВАС N 65 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 29 декабря 2001 г. N 65 "Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований" // Вестник ВАС. 2002. N 3
Письмо ВАС N 66 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 11 января 2002 г. N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой" // Вестник ВАС. 2002. N 3
Письмо ВАС N 67 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21 января 2002 г. N 67 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о договоре залога и иных обеспечительных сделках с ценными бумагами" // Вестник ВАС. 2002. N 3
Письмо ВАС N 68 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30 июля 2002 г. N 68 "О практике применения части второй статьи 1002 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2002. N 9
Письмо ВАС N 69 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 24 сентября 2002 г. N 69 "Обзор практики разрешения споров, связанных с договором мены" // Вестник ВАС. 2003. N 1
Письмо ВАС N 70 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 4 ноября 2002 г. N 70 "О применении арбитражными судами статей 140 и 317 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2003. N 1
Письмо ВАС N 75 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28 ноября 2003 г. N 75 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования" // Вестник ВАС. 2004. N 1
Письмо ВАС N 90 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 28 января 2005 г. N 90 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с договором об ипотеке" // Вестник ВАС. 2005. N 4
Письмо ВАС N 101 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22 декабря 2005 г. N 101 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства" // Вестник ВАС. 2006. N 4
Письмо ВАС N 102 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 102 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 409 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2006. N 4
Письмо ВАС N 103 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 103 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2006. N 4
Письмо ВАС N 104 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 104 "Обзор практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств" // Вестник ВАС. 2006. N 4
Письмо ВАС N 120 - информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2008. N 1
Положение о переводном и простом векселе - Положение о переводном и простом векселе, утв. Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1937 г. "О введении в действие Положения о переводном и простом векселе" // Собрание законов и распоряжений Рабоче-Крестьянского Правительства СССР. 1937. N 52. Ст. 221
Положение ЦБ РФ N 2-П - Положение ЦБ РФ от 3 октября 2002 г. N 2-П "О безналичных расчетах в Российской Федерации" // Вестник Банка России. 2002. N 74
Положение ЦБ РФ N 54-П - Положение ЦБ РФ от 31 августа 1998 г. N 54-П "О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)" // Вестник Банка России. 1998. N 70-71; 2001. N 57-58
Положение ЦБ РФ о сертификатах - Положение "О сберегательных и депозитных сертификатах кредитных организаций" (в ред., утв. указанием ЦБ РФ от 31 августа 1998 г. N 333-У) // Вестник Банка России. 1998. N 64
Постановление ВАС N 5 - Постановление Пленума ВАС от 19 апреля 1999 г. N 5 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета" // Вестник ВАС. 1999. N 7
Постановление ВАС N 8 - Постановление Пленума ВАС от 25 февраля 1998 г. N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" // Вестник ВАС. 1998. N 10
Постановление ВАС N 9 - Постановление Пленума ВАС от 14 мая 1998 г. N 9 "О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса РФ при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок" // Вестник ВАС. 1998. N 7
Постановление ВАС N 11 - Постановление Пленума ВАС от 24 марта 2005 г. N 11 "О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства" // Вестник ВАС. 2005. N 5
Постановление ВАС N 19 - Постановление Пленума ВАС от 18 ноября 2003 г. N 19 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах" // Вестник ВАС. 2004. N 1
Постановление ВАС N 21 - Постановление Пленума ВАС от 22 июня 2006 г. N 21 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2006. N 8
Постановление ВАС N 22 - Постановление Пленума ВАС от 10 апреля 2008 г. N 22 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2008. N 5
Постановление ВАС N 23 - Постановление Пленума ВАС от 22 июня 2006 г. N 23 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами Бюджетного кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2006. N 8
Постановление ВАС N 30 - Постановление Пленума ВАС от 6 октября 2005 г. N 30 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2006. N 1
Постановление ВС N 3 - Постановление Пленума ВС от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" // Бюллетень ВС. 2005. N 4
Постановление ВС N 4 - Постановление Пленума ВС от 4 апреля 1990 г. N 4 "О практике рассмотрения судами Российской Федерации дел об ограничении дееспособности граждан, злоупотребляющих спиртными напитками или наркотическими средствами" // Бюллетень ВС. 1990. N 7
Постановление ВС N 7 - Постановление Пленума ВС от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" // Бюллетень ВС. 1995. N 1
Постановление ВС N 10 - Постановление Пленума ВС от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" // Бюллетень ВС. 1995. N 3
Постановление ВС и ВАС N 2/1 - Постановление Пленумов ВС и ВАС от 28 февраля 1995 г. N 2/1 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Бюллетень ВС. 1995. N 5
Постановление ВС и ВАС N 5/29 - Постановление Пленумов ВС и ВАС от 26 марта 2009 г. N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 2009. N 6
Постановление ВС и ВАС N 6/8 - Постановление Пленумов ВС и ВАС от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" // Вестник ВАС. 1996. N 9
Постановление ВС и ВАС N 13/14 - Постановление Пленумов ВС и ВАС от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" // Вестник ВАС. 1998. N 11
Постановление ВС и ВАС N 15/18 - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 12 ноября 2001 г. N 15, Пленума ВАС РФ от 15 ноября 2001 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" // Вестник ВАС. 2002. N 1
Постановление ВС и ВАС N 33/14 - Постановление Пленумов ВС и ВАС от 4 декабря 2000 г. N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" // Вестник ВАС. 2001. N 2
Постановление ВС и ВАС N 90/14 - Постановление Пленумов ВС и ВАС от 9 декабря 1999 г. N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" // Вестник ВАС. 2000. N 2, 4
Правила бухгалтерского учета в банках - Правила ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации, утв. Приказом ЦБ РФ от 18 июня 1997 г. N 61 // Вестник Банка России. 1997. N 49
Правила бытового обслуживания - Правила бытового обслуживания населения в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства РФ от 15 августа 1997 г. N 1025 // СЗ РФ. 1997. N 34. Ст. 3979
Правила возмещения убытков, причиненных изъятием земельных участков - Правила возмещения собственникам земельных участков, землепользователям, землевладельцам и арендаторам земельных участков убытков, причиненных изъятием или временным занятием земельных участков, ограничением прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков либо ухудшением качества земель в результате деятельности других лиц, утв. Постановлением Правительства РФ от 7 мая 2003 г. // СЗ РФ. 2003. N 19. Ст. 1849
Правила комиссионной торговли непродовольственными товарами - Правила комиссионной торговли непродовольственными товарами, утв. Постановлением Правительства РФ от 6 июля 1998 г. N 569 // СЗ РФ. 1998. N 24. Ст. 2733
Правила продажи отдельных видов товаров - Правила продажи отдельных видов товаров, утв. Постановлением Правительства РФ от 19 января 1998 г. N 55 // СЗ РФ. 1998. N 4. Ст. 482
РГ - Российская газета
СЗ РФ - Собрание законодательства Российской Федерации
СЗ СССР - Собрание законодательства СССР
СК - Семейный кодекс РФ от 29 декабря 1995 г. // СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 16
Собрание актов РФ - Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации
СП - Собрание постановлений Совета Министров РСФСР, Собрание постановлений Совета Министров РФ
СПС - справочно-правовая система
Стандарты эмиссии ценных бумаг - Стандарты эмиссии ценных бумаг и регистрации проспектов ценных бумаг, утв. Приказом ФСФР РФ от 25 января 2007 г. N 07-4/пз-н // БНА. 2007. N 25
Таможенный кодекс - Таможенный кодекс РФ от 28 мая 2003 г. // СЗ РФ. 2003. N 22. Ст. 2066
ТК - Трудовой кодекс РФ от 30 декабря 2001 г. // СЗ РФ. 2002. N 1 (ч. I). Ст. 3
УАТ - Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта РФ от 8 ноября 2007 г. // СЗ РФ. 2007. N 46. Ст. 5555
УЖТ - Устав железнодорожного транспорта РФ от 10 января 2003 г. // СЗ РФ. 2003. N 2. Ст. 170
УК - Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. // СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2954
Унифицированные правила для аккредитивов - Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов // Публикация Международной торговой палаты. N 500. 1993
Унифицированные правила для гарантий по требованию - Унифицированные правила для гарантий по требованию // Унифицированные правила для гарантий по требованию. Публикация Международной торговой палаты. N 458. Серия "Издания Международной торговой палаты". М., 1996
Унифицированные правила по инкассо - Унифицированные правила по инкассо // Публикация Международной торговой палаты. 1995. N 522
Утв. - утвержденный(-ая, -ое, -ые)
УПК - Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 г. // СЗ РФ. 2001. N 52 (ч. I). Ст. 4921
ФАС - Федеральный арбитражный суд
ФГК - Французский гражданский кодекс
ФЗ - федеральный закон
ФКЦБ - Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг
ФНС - Федеральная налоговая служба
ФСФР - Федеральная служба по финансовым рынкам Российской Федерации
ЦБ - Центральный банк РФ
30 ноября 1994 года N 51-ФЗ
ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
(в ред. Федеральных законов от 20.02.1996 N 18-ФЗ,
от 12.08.1996 N 111-ФЗ, от 08.07.1999 N 138-ФЗ,
от 16.04.2001 N 45-ФЗ, от 15.05.2001 N 54-ФЗ,
от 21.03.2002 N 31-ФЗ, от 14.11.2002 N 161-ФЗ,
от 26.11.2002 N 152-ФЗ, от 10.01.2003 N 15-ФЗ,
от 23.12.2003 N 182-ФЗ, от 29.06.2004 N 58-ФЗ,
от 29.07.2004 N 97-ФЗ, от 29.12.2004 N 192-ФЗ,
от 30.12.2004 N 213-ФЗ, от 30.12.2004 N 217-ФЗ,
от 02.07.2005 N 83-ФЗ, от 21.07.2005 N 109-ФЗ,
от 03.01.2006 N 6-ФЗ, от 10.01.2006 N 18-ФЗ,
от 03.06.2006 N 73-ФЗ, от 30.06.2006 N 93-ФЗ,
от 27.07.2006 N 138-ФЗ, от 03.11.2006 N 175-ФЗ,
от 04.12.2006 N 201-ФЗ, от 18.12.2006 N 231-ФЗ,
от 18.12.2006 N 232-ФЗ, от 29.12.2006 N 258-ФЗ,
от 05.02.2007 N 13-ФЗ, от 26.06.2007 N 118-ФЗ,
от 19.07.2007 N 197-ФЗ, от 02.10.2007 N 225-ФЗ,
от 01.12.2007 N 318-ФЗ, от 06.12.2007 N 333-ФЗ,
от 24.04.2008 N 49-ФЗ, от 13.05.2008 N 68-ФЗ,
от 14.07.2008 N 118-ФЗ, от 22.07.2008 N 141-ФЗ,
от 23.07.2008 N 160-ФЗ, от 30.12.2008 N 306-ФЗ,
от 30.12.2008 N 311-ФЗ, от 30.12.2008 N 312-ФЗ,
от 30.12.2008 N 315-ФЗ, от 09.02.2009 N 7-ФЗ,
от 29.06.2009 N 132-ФЗ, от 17.07.2009 N 145-ФЗ,
с изм., внесенными Федеральными законами
от 24.07.2008 N 161-ФЗ, от 18.07.2009 N 181-ФЗ)
Раздел I. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ
Подраздел 1. ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ
Глава 1. ГРАЖДАНСКОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
Статья 1. Основные начала гражданского законодательства
Комментарий к статье 1
1. Статья 1 провозглашает семь основных начал (принципов) (лат. "principium" - "основа, начало") гражданского законодательства (далее - ОНГЗ) - исходных и руководящих положений (идей), на которых покоится гражданское право и которым подчиняются все или по крайней мере большинство охватываемых им явлений, в том числе имеющих для отрасли ключевое значение. В их числе - равенство участников гражданских правоотношений, неприкосновенность собственности, свобода договора, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (п. 1 ст. 1); приобретение и осуществление гражданских прав участниками гражданских правоотношений своей волей и в своем интересе (абз. 1 п. 2 ст. 1); свободное перемещение на всей территории РФ товаров, работ и услуг (единство экономического пространства РФ - абз. 1 п. 3 ст. 1).
ОНГЗ - вариации конституционных норм, наиболее близких современному гражданскому (частному) праву и опосредуемым им многоукладным децентрализованным рыночным отношениям (см. ст. ст. 8, 17, 19, 23 - 25, п. 5 ст. 32, ст. ст. 33 - 35, 45 - 47, 55, 56, 60, 74, 118 Конституции РФ). Поэтому хотя формально перечень ОНГЗ исчерпывающий, в него можно включить и другие основные идеи, например обязанность участников гражданских правоотношений соблюдать права других участников (п. 2 ст. 6, п. 1 ст. 7, п. 3 ст. 17 Конституции РФ и ст. 10 ГК); согласно п. 1 ст. 8, п. 1 ст. 34 и п. 1 ст. 44 Конституции РФ, а также принимая во внимание, что в условиях единства российского частного права ГК регулирует в том числе и отношения между предпринимателями и с их участием (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК), список ОНГЗ могла бы дополнить свобода экономической и иной предпринимательской деятельности, а также свобода творчества, признание и охрана прав на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальных прав).
Поскольку ОНГЗ заложены в Конституции РФ - акте, имеющем верховенство на всей территории РФ и высшую юридическую силу (п. 2 ст. 4, п. 1 ст. 15), не случайно, что они присущи не только гражданскому, но и иному законодательству (например, семейному, трудовому, процессуальному), одновременно даже в рамках законодательства гражданского они не могут претендовать на всеобъемлющий (отраслевой) характер (например, неприкосновенность собственности связана с вещным правом, а свобода договора - с договорным). Наряду с ОНГЗ, имеющими конституционный характер, существуют гражданско-правовые принципы (надлежащее исполнение обязательств - ст. 309 ГК, свобода завещания - ст. 1119 и др. ГК); известны также надправовые категории, несущие философский и нравственный смысл (добросовестность, разумность, справедливость, недопустимость злоупотребления правом - п. 2 ст. 6 и ст. 10 ГК, гуманность - ст. 5 СК).
ОНГЗ взаимосвязаны: только в условиях подлинного равенства участников возможна истинная свобода договора, а реальная обеспеченность восстановления нарушенных прав и их судебной защиты - надежный гарант неприкосновенности собственности. ОНГЗ повторяются, дополняются и расшифровываются в последующих нормах ГК. Так, равенству участников гражданских правоотношений (которое является юридическим, а не экономическим или иным), неприкосновенности собственности, свободе договора и приобретению и осуществлению гражданских прав участниками своей волей и в своем интересе корреспондируют равенство, автономия воли и имущественная самостоятельность - обобщающий специфический признак всех гражданских правоотношений (абз. 1 п. 1 ст. 2 ГК), п. 1 ст. 17 ГК признает за всеми гражданами равную правоспособность, а ст. 124 ГК - равенство участвующих в гражданских отношениях РФ, ее субъектов и муниципальных образований. Свобода договора немедленно раскрывается в абз. 1 п. 2 ст. 1 как свобода в установлении посредством договора любых прав и обязанностей его контрагентов, а также свобода в определении любых договорных условий, если последние не противоречат законодательству; далее свободу договора расшифровывают ст. ст. 421, 422 ГК. В связи с иными ОНГЗ в ст. 9 ГК говорится об осуществлении гражданами и юридическими лицами принадлежащих им гражданских прав по своему усмотрению, в ст. 11 ГК - о судебной защите нарушенных или оспоренных гражданских прав, в п. 4 ст. 212 ГК - о равной защите прав всех собственников, наконец, целям обеспечения восстановления нарушенных прав в натуре или в денежном выражении служит целый комплекс гражданско-правовых средств, названных в ст. 12 и в последующих статьях ГК (ст. ст. 13, 15, 16, 151, 167 - 180, 301, 303, 393, 396, 1064, 1082).
ОНГЗ влияют на содержание и смысл отдельных гражданских норм и их совокупностей, помогают правильному их пониманию, предрешают цивилистический метод и отраслевой режим в целом, а при отсутствии норм прямого действия или хотя бы сходных норм, которые могли бы использоваться по аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК), помогают определить права и обязанности сторон (так называемая аналогия права - п. 2 ст. 6 ГК). Поскольку ОНГЗ имеют конституционное происхождение (а иногда ГК и вовсе дублирует Конституцию - ср. абз. 2 п. 2 и абз. 2 п. 3 ст. 1 с п. 3 ст. 55 и п. 2 ст. 74 Конституции), всякое нарушение ОНГЗ (в том числе их ограничение вопреки установленным требованиям) нарушает не только ст. 1, но и Конституцию. Противоречие гражданской нормы ОНГЗ - повод для ее проверки на предмет соответствия Конституции.
2. Из трех пунктов ст. 1 лишь два последних говорят о возможности ограничения соответствующих ОНГЗ (что, видимо, и предрешило особенности ее организации), однако отсюда не следует, что ОНГЗ, названные в п. 1, ограничению не подлежат. Сам же ГК, признавая равную гражданскую правоспособность (п. 1 ст. 17), одновременно допускает возможность ограничения и право-, и дееспособности (ст. 22); дифференцирует дееспособность с учетом целого ряда обстоятельств (ст. ст. 21, 26 - 30); наделяет разные организации различной правоспособностью (абз. 1, 2 ст. 49); учитывая неравенство между основным обществом (товариществом) и дочерним обществом, заботится об обеспечении прав и интересов последнего (п. п. 2 и 3 ст. 105).
Иногда законодатель намеренно отходит от принципа юридического равенства участников, предоставляя посредством правовых норм преференции более слабым экономически и потому уязвимым субъектам и выравнивая тем самым неодинаковые их возможности. Примеры тому - специальные договоры (§ 2 гл. 30, § 2 гл. 37 ГК) и отдельные нормы (ст. 538, п. 2 ст. 547 ГК) с явными протекционистскими ресурсом и направленностью. Именно благодаря системе "юридических сдержек и противовесов" в рамках гражданского законодательства сформировалось особое законодательство, регулирующее и защищающее права граждан, удовлетворяющих бытовые потребности (потребителей).
Небезграничны и другие ОНГЗ. Так, неприкосновенность собственности ограничивается в условиях конфликта между правом собственности и интересами добросовестного приобретателя в целях обеспечения устойчивости гражданского оборота (абз. 2 п. 2 ст. 223, абз. 2 п. 2 ст. 46 и ст. 302 ГК), а также со стороны правил п. 2 ст. 235 ГК. В свою очередь, свобода договора ограничивается в публичных целях и интересах третьих лиц со стороны императивных норм законодательства, правил о публичном договоре и договоре присоединения, об обязательном заключении договора (п. 1 ст. 422, ст. ст. 426, 428, 445 ГК).
Поскольку гражданское законодательство по общему правилу не регулирует, а защищает неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага (ст. 150 ГК) и не применяется к отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой (п. п. 2 и 3 ст. 2 ГК), недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела может ограничиваться административным, налоговым, процессуальным и другим негражданским законодательством. Судебная защита нарушенного гражданского права также не единственна: в предусмотренных законом случаях возможна его административная защита, а также самозащита (п. 2 ст. 11, ст. 14 ГК).
В связи с тем что ограничения (изъятия) претерпевают все ОНГЗ (что само по себе не колеблет их статуса и значения принципов), структура ст. 1 объясняется не абсолютным характером ОНГЗ, названных в п. 1, а тем, что последние могут ограничиваться законом и иным образом, а сами ограничения - быть общими и индивидуальными (персональными). Так, п. 2 ст. 23 и ст. 25 Конституции, провозглашая право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также право на неприкосновенность жилища (в связи с упоминаемой в п. 1 ст. 1 недопустимостью произвольного вмешательства в частные дела), допускает ограничение первого права на основании судебного решения, а второго - в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения; п. 2 ст. 8, п. п. 1, 3 ст. 35 Конституции, одинаково признавая и защищая все формы собственности (в связи с упоминаемой в п. 1 ст. 1 неприкосновенностью последней), допускает лишение имущества по решению суда и принудительное его отчуждение для госнужд.
3. Особенность ограничения гражданских прав и свободного перемещения товаров и услуг (абз. 2 п. 2, абз. 2 п. 3 ст. 1) состоит в том, что общим требованием для этого является уровень установления ограничения (федеральный закон), среди требований специальных - преследуемые при этом цели защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (при ограничении гражданских прав), обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (при ограничении единства экономического пространства).
Так, в целях защиты нравственности, прав и законных интересов граждан открытие игорных заведений (кроме букмекерских контор и тотализаторов) возможно только в игорных зонах, которые могут создаваться только на территории предусмотренных законом субъектов РФ - п. 1 ст. 1, п. п. 4, 5 ст. 5, ст. 9 ФЗ от 29 декабря 2006 г. N 244-ФЗ "О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (СЗ РФ. 2007. N 1 (ч. I). Ст. 7). Сам ГК, будучи федеральным законом, в целях защиты прав и законных интересов других лиц - участников хозяйственных товариществ и обществ, а также сособственников - ограничивает продажу долей (их частей) в складочном (уставном) капитале товариществ (обществ) и в праве общей долевой собственности третьим (посторонним) лицам, предусматривая необходимость согласования такой сделки с остальными участниками (ч. 1 ст. 79 ГК) либо признавая за ними и сособственниками преимущественное право покупки доли (ее части) (подп. 4 п. 2 ст. 85, п. 2 ст. 93, абз. 2 п. 2 ст. 97, ст. 250 ГК).
Напротив, всякое ограничение со стороны подзаконного акта или закона субъекта РФ либо в иных целях, чем названные в абз. 2 п. 2 и абз. 2 п. 3 ст. 1, незаконно. Не стоит придавать значения тому, что п. 1 ст. 1 говорит о равенстве всех участников, тогда как ее абз. 1 п. 2 - только о гражданах (физических лицах) и юридических лицах, которые приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе и права которых, следуя ее же абз. 2 п. 2, только и могут претерпевать ограничения. Граждане и юридические лица только по общему правилу осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе. Так, сделки в интересах и от имени малолетних и недееспособных совершают их родители, усыновители или опекуны (п. 1 ст. 28 в связи со ст. 172, п. 2 ст. 29 в связи со ст. 171 ГК), тогда как сделки несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет могут блокировать их родители, усыновители или попечитель, а сделки лиц, ограниченных судом в дееспособности, равно как и получение такими лицами заработка, пенсии и иных доходов и распоряжение ими, - их попечители (п. 1 ст. 26 в связи со ст. 175, п. 1 ст. 30 в связи со ст. 176 ГК). Особо урегулированы действия в чужом интересе без поручения (гл. 50 ГК). Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования не названы в абз. 1 п. 2 ст. 1, однако как возможные участники гражданских правоотношений упоминаются в абз. 2 п. 1 ст. 2 ГК; в рамках подраздела 2 ГК им особо посвящена гл. 5, где они признаны субъектами гражданского права (ст. 124 ГК). Данные публичные субъекты, участвуя в гражданских правоотношениях, всегда приобретают и осуществляют права в интересах населения соответствующих территорий, к ним, на равных выступающих с гражданами и юридическими лицами, по общему правилу применяются правила о юридических лицах (ст. 124 ГК).
Свобода перемещения товаров, услуг и финансовых средств связывается с территорией РФ (абз. 1 п. 3 ст. 1) и означает, что на территории РФ не допускается установление таможенных границ, пошлин, сборов и каких-либо иных препятствий для свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств (п. 1 ст. 74 Конституции). Учитывая взаимосвязь правил п. 3 ст. 1, правило его абз. 2 предусматривает возможность ограничения данного начала на территории РФ, за пределами РФ перемещение товаров, услуг и финансовых средств может ограничиваться и в ином порядке и по иным основаниям (например, в рамках деятельности таможенных органов). В свою очередь, на территории РФ ограничение единства экономического пространства федеральным законом в целях, указанных в абз. 2 п. 3 ст. 1, возможно только в части товаров и услуг, при этом ничего не говорится о финансовых средствах, отличающихся от иных объектов повышенной оборотоспособностью. Сам ГК не раскрывает понятие "финансовые средства" (в п. 2 ст. 132 Конституции они противопоставляются материальным средствам). Наличный и безналичный оборот на территории РФ денег (валюты РФ) ограничению не подлежит: рубль - законное платежное средство, обязательное к приему по нарицательной стоимости на всей территории РФ (абз. 1 п. 1 ст. 140 ГК). Напротив, оборот ценных бумаг (гл. 7 ГК) - объектов, наиболее близких деньгам в системе объектов гражданских прав, знает ограничения, причем в иных целях, чем названные в абз. 2 п. 3 ст. 1 (см. ст. ст. 1, 4, 5 Закона о защите инвесторов). Однако ни то ни другое не противоречит буквальному смыслу абз. 2 п. 3 ст. 1 ГК.
От случаев ограничения гражданских прав федеральным законом в целях, указанных в абз. 2 п. 2 ст. 1, следует отличать: а) иные случаи ограничения (обременения) гражданского права, которые могут покоиться на договоре или решении суда. Так, договор или решение суда об установлении сервитута ограничивает право собственности на данный объект - ст. ст. 274 - 275 ГК, в рамках заключенного договора купли-продажи нельзя исключать передачу продавцом покупателю товара, обремененного правом (притязанием) третьего лица - ст. ст. 460 - 462 ГК; б) случаи легальной ограниченности некоторых гражданских прав (так, ограниченными в сравнении с правом собственности являются все прочие вещные права - ст. 216 ГК, ср. ст. 209 со ст. ст. 295 - 298 ГК); в) случаи ограничения право- и дееспособности граждан и юридических лиц (п. п. 1, 2 ст. 22, п. 4 ст. 26, ст. 30, ст. 49, абз. 1 п. 2 ст. 52 ГК). Случаи ограничения федеральным законом перемещения товаров и услуг (абз. 2 п. 3 ст. 1) не тождественны случаям ограничения отдельных видов деятельности (абз. 3 п. 1 ст. 49 ГК), а также ограниченной оборотоспособности и неспособности к обороту некоторых объектов (ст. ст. 129, 1180 ГК), хотя ограниченность товара в обороте или изъятие его из оборота во всяком случае не позволяют говорить и о свободе его перемещения на территории РФ.
Статья 2. Отношения, регулируемые гражданским законодательством
Комментарий к статье 2
1. Комментируемая статья, решая ключевой для всякой отрасли права вопрос, определяет предмет гражданско-правового регулирования (далее - ПГПР) - круг регулируемых гражданским правом отношений (п. 1), особо называет некоторые иные отношения (п. п. 2, 3). Значение ст. 2 состоит в том, что она: а) дифференцирует гражданские отношения и правоотношения от негражданских, а гражданское право - от иных (прежде всего смежных с ним) отраслей; б) определяет сферу и пределы действия гражданского законодательства и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3 ГК). Формально в абз. 1 п. 1 ст. 2 говорится о правовом положении участников гражданского оборота (под последним понимается вся совокупность образующих его сделок), праве собственности и иных вещных правах, интеллектуальных правах, обязательствах и одновременно о других имущественных и личных неимущественных отношениях. Именно об отношениях говорится и в абз. 2 - 4 п. 1 ст. 2. Отсюда ПГПР определен путем указания как на наиболее типичные и специфические гражданско-правовые явления (права и правоотношения), так и на явления, еще не опосредованные процессом гражданско-правового регулирования (общественные отношения), в результате чего юридическое смешалось с фактическим.
Еще одна формальная особенность характеристики ПГПР - противопоставление в абз. 1 п. 1 ст. 2 определения (правового положения участников, оснований возникновения, порядка осуществления вещных и интеллектуальных прав - ст. 1226 ГК) и собственно регулирования (договорных и иных обязательств и других отношений). Это противопоставление не стоит принимать буквально. Собственно целям определения тех или иных юридически значимых обстоятельств служат специализированные (дефинитивные, декларативные и другие) нормы, при этом: а) их число явно уступает регулятивным нормам, непосредственно воздействующим на отношения в целях их упорядочения; б) само по себе и вне связи с процессом правового регулирования их существование теряет смысл; в) сама норма, содержащая то или иное определение (не говоря уже о статье нормативного акта, которая нередко объединяет ряд норм), может содержать и нередко содержит также и элементы правового регулирования. Именно поэтому суть правового определения тех или иных явлений - не только формальное их провозглашение и закрепление посредством гражданских норм, но также и их регулирование последними. С учетом двух этих замечаний ПГПР образует неисчерпывающий круг отношений, способных испытывать регулятивное воздействие гражданских норм, после чего они становятся правовыми (правоотношениями). Прямо в абз. 1 п. 1 ст. 2 названы отношения имущественные и личные неимущественные.
2. В ПГПР доминируют имущественные отношения, тесно связанные с экономикой, товарным производством и обменом, а значит, с товарами (природными ресурсами и результатами труда), обладающими потребительной и меновой стоимостью. Товары производятся и обмениваются на рынке в соответствии с их общественной стоимостью, включающей все общественно необходимые затраты труда, также стоимостные по форме (закон стоимости). Поэтому обычно гражданские имущественные отношения являются стоимостными и могут быть двух видов: в рамках отношений статики материальные блага закрепляются за конкретными субъектами, что исключает возможность произвольного их присвоения (отношения собственности, по хозяйственному ведению и оперативному управлению чужим имуществом - гл. 19 и др. ГК); в рамках отношений динамики имущество переходит от одного участника гражданского оборота к другому (отношения товарно-денежные и иные, договорные и внедоговорные). Реже гражданскими могут быть нестоимостные имущественные отношения, если они возникают по поводу имущества, лишенного свойств потребительной и меновой стоимости.
Личные неимущественные отношения имеют неимущественную сущность и тесную связь с имущественной сферой. Они возникают по поводу результатов творческой (интеллектуальной) деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий (п. 1 ст. 1225 ГК). Данные объекты лишены экономического содержания, не имеют имущественной природы, не подлежат точной денежной оценке, при этом для признания и защиты одних нужна государственная регистрация (ст. ст. 1232, 1353 - 1354 ГК), другие этого не требуют, иногда же регистрация устанавливается как дозволение (ст. 1262 ГК). По поводу данных объектов возникают интеллектуальные права, объединяющие исключительное право (которое является имущественным и обеспечивает правообладателю юридическую монополию на соответствующий объект), а в предусмотренных законом случаях - также личные неимущественные права и иные права (ст. 1226 ГК). Данные объекты независимо от способа фиксации идеальны и индивидуальны, но и они могут представлять экономический интерес и вовлекаться в оборот с той лишь особенностью, что вместо самого идеального объекта, не способного по этой причине к отчуждению, здесь передается исключительное право на него, которое и становится особым товаром (ст. 1229 ГК). Именно в возможности динамики исключительных прав и проявляется связь между личной (неимущественной) сущностью результата интеллектуальной деятельности и имущественно-стоимостным (товарным) характером его использования, между нематериальным благом (правом авторства, являющимся сугубо личным, неотчуждаемым и не передаваемым иным способом, - п. 1 ст. 150 ГК) и гражданским оборотом. Во всяком случае имущественный компонент здесь производен от личного и обусловлен им. Все это обеспечивает:
а) необходимость гражданско-правового регулирования личных неимущественных отношений, связанных с имущественными; б) то особое (срединное) положение, которое они занимают в ПГПР, располагаясь между регулируемыми имущественными отношениями и охраняемыми отношениями по поводу нематериальных благ (п. 2 ст. 2).
Согласно абз. 1 п. 1 ст. 2 в ПГПР входят и другие имущественные и личные неимущественные отношения, что соответствует открытому перечню оснований гражданских прав и обязанностей (ст. 8 ГК). Однако помимо этих двух - поименованных - типов отношений есть и непоименованные. Существенный по объему и самостоятельный по значимости элемент ПГПР - организационные (в том числе корпоративные и процедурные) отношения, возникающие по поводу: а) создания и функционирования, реорганизации и ликвидации юридических лиц; б) банкротства (в том числе различные антикризисные мероприятия и само конкурсное производство); в) регистрации сделок (продажи жилья, предприятия и др.) и прав (на недвижимость, ценные бумаги, некоторые результаты интеллектуальной деятельности и др.); г) установления хозяйственных связей (например, при заключении предварительных договоров, договоров поставки или подряда для публичных нужд, различные организационные договоры на транспорте); д) установления очередности (последовательности) совершения тех или иных действий (проведения общего собрания акционеров и голосования по вопросам повестки дня, реализации заложенного имущества, списания денежных средств, осуществления безналичных расчетов, принятия наследства и т.д.).
Организационные отношения не являются разновидностью имущественных или связанных с ними личных неимущественных отношений: они не имеют имущественной природы и связи с действием закона стоимости (лишены стоимостного характера) и не всегда связаны с имущественной сферой. К тому же даже если многие из них и обслуживают имущественную сферу, они отделимы от нее и если и выступают элементом имущественных отношений, то элементом не физическим, а юридическим, из чего следует, что для целей гражданско-правового регулирования они имеют значение и представляют интерес сами по себе. Усиление, а вслед за этим и необходимость выделения в ПГПР организационных отношений объясняется переходом от государственно-регулируемой к многоукладной рыночной экономике, ее демократизацией и децентрализацией всего хозяйственного механизма, развитием хозяйственной самостоятельности, предпринимательства и самого гражданского (частного) права. Отказ от принципов общегосударственного планирования экономики и переход от административного регулирования экономических процессов к гражданскому потребовали замены выпавшего публичного (административного) звена на адекватный частноправовой заменитель. Таким заменителем, предложенным в новых экономических условиях гражданским правом, и стали многообразные по функциям и форме проявлений организационные отношения. Отсюда заметное усиление в современном гражданском праве организационного компонента, обеспечивающего самоорганизацию многих процессов, свидетельствует об отказе от публичных начал в пользу частных, а также о том, что в условиях рынка гражданское (частное) право становится регулятором не только внешних отношений между отдельными противостоящими друг другу участниками (лицами), но и внутренних (внутрикорпоративных) отношений, складывающихся в разных (в основном коммерческих) организациях.
Особое место в ПГПР занимают отношения между предпринимателями или с их участием (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК). Законодатель, регулируя данную сферу, в дальнейшем то и дело использует разные термины - деловой (ст. 5 ГК), предпринимательский (абз. 3 п. 1 ст. 2, ст. 23 ГК), коммерческий (ст. ст. 50, 184, гл. 54 ГК), торговый (абз. 2 п. 3 ст. 184 ГК). Предпринимательскую деятельность характеризуют специальный субъект (зарегистрированный предприниматель - с учетом правила п. 4 ст. 23 ГК) и объект (прибыль), а также две ее стороны - субъективная (самостоятельность, риск и направленность на систематическое получение прибыли) и объективная (совершение предпринимателем разнообразных действий по пользованию имуществом, продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг). Поскольку предпринимательская деятельность - самостоятельная экономическая деятельность, связанная с пользованием имуществом, продажей товаров, выполнением работ или оказанием услуг и имеющая имущественный объект (прибыль), большинство складывающихся при ее осуществлении отношений носит аналогичный - имущественный - характер.
Этот очевидный факт обеспечивает гражданско-правовую природу феномена предпринимательства, а вполне обоснованное включение в ПГПР отношений между предпринимателями или с их участием решает принципиальную задачу - свидетельствует о единстве российского частного права и исключает необходимость разработки и принятия "второго кодекса" (предпринимательского, коммерческого или аналогичного акта с иным наименованием). Итак, так называемое предпринимательское право - не более чем специальная часть права гражданского, объединяющая нормы о специальном гражданско-правовом субъекте и осуществляемой им деятельности в рамках той специальной части гражданского оборота, которая именуется предпринимательским (торговым) оборотом и представляет собой совокупность возмездных сделок, направленных на реализацию основной цели всякого предпринимателя - получение прибыли (п. 1 ст. 50 ГК). Гражданские нормы, посвященные предпринимателям, имеют специальный (более строгий) характер относительно прочих - общегражданских - норм (ср. п. п. 1 и 3 ст. 401 ГК). Соотношение между общегражданскими и специально-гражданскими (предпринимательскими) нормами определяет принцип lex specialis derogat lex generalis ("специальный закон отменяет закон общий"). При полном отсутствии или дефиците специальных норм к отношениям между предпринимателями или с их участием могут и должны субсидиарно применяться общегражданские нормы и только после этого - обычаи делового оборота (см. коммент. к ст. 5 ГК).
Все гражданские отношения характеризуют легальные методические признаки равенства, автономии воли и имущественной самостоятельности участников; последними, в свою очередь, может быть широкий круг субъектов (лиц) - физические, юридические, Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования (гл. 3 - 5 ГК), включая предпринимателей и иностранных граждан, апатридов и иностранных юридических лиц, которым по общему правилу предоставлен национальный правовой режим (абз. 1 - 4 п. 1 ст. 2). Названные признаки соответствуют основным началам гражданского законодательства (ст. 1 ГК) и обозначают отсутствие у участников юридической подчиненности, свободу принятия ими решений (в том числе заключения договоров), выступление в гражданском обороте в качестве собственников имущества или обладателей иных прав с широкими распорядительными полномочиями (например, хозяйственного ведения и оперативного управления), что и обеспечивает их независимость. Имущественные, личные неимущественные и организационные отношения (в том числе между предпринимателями или с их участием), лишенные этих свойств и покоящиеся на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, являются не гражданскими, а иными (административными, налоговыми, финансовыми), находятся за рамками ПГПР, но и к ним при определенных условиях может применяться законодательство гражданское (п. 3 ст. 2).
3. В п. 2 ст. 2 речь идет о неотчуждаемых правах и свободах человека (право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства) и других нематериальных благах (жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна). В ст. 150 ГК все они названы нематериальными благами, их перечень открыт. Все нематериальные блага: а) имеют не гражданскую природу, а всеобщий характер и закреплены в гл. 2 Конституции (ГК лишь воспроизводит ее правила); б) принадлежат человеку (жизнь, здоровье, честь, достоинство, личная и семейная тайна и т.п.), и только некоторые могут принадлежать организациям (деловая репутация - п. 7 ст. 152 ГК); в) являются естественными (закон говорит о них как о принадлежащих гражданину от рождения - п. 1 ст. 150 ГК), и только некоторые возникают при определенных указанных в законе обстоятельствах (например, право авторства - при создании творческого результата); г) неразрывно связаны с личностью, не могут отчуждаться и передаваться иным способом (п. 1 ст. 150 ГК); д) за отсутствием экономического содержания не подлежат точной денежной оценке, а значит, и не могут быть восстановлены в полной мере.
Отношения по поводу нематериальных благ не регулируются, а защищаются гражданским законодательством. Последнее объективно не может регулировать жизнь и здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и доброе имя, а также другие нематериальные блага, названные в ст. 150 ГК; более того, учитывая естество нематериальных благ, нередко бывает достаточным лишь их провозглашение в декларативных нормах, которые, будучи специальными, лишены регулятивного эффекта. Поскольку нематериальные блага могут быть связаны с гражданским правом только при их нарушении и необходимости восстановления имущественными мерами, различие между регулированием (одних отношений) и защитой (других) объясняется тем, что при регулировании гражданское право воздействует на отношение во всяком случае и вне зависимости от его состояния, а при защите - только при его нарушении. Отсюда нематериальные блага - объекты гражданских охранительных отношений, которые возникают в ответ на их нарушение и как результат их разбалансированности. Правилу п. 2 ст. 2 соответствует наименование гл. 8 ГК. В то же время данное правило диспозитивно, поэтому существо некоторых нематериальных благ не исключает возможности их гражданско-правового регулирования (ст. ст. 19, 1521, 1265 ГК). А поскольку условия защиты некоторых нематериальных благ могут одновременно регулировать вопросы их правомерного и неправомерного использования (ст. 1521 ГК), это обстоятельство вообще сводит на нет поиск разницы между регулированием и защитой.
Отношения по поводу нематериальных благ традиционно именуются личными неимущественными, не связанными с имущественными, однако, поскольку современный закон предусматривает возможность денежной компенсации морального вреда (ст. 151 ГК), сегодня уже все личные неимущественные отношения так или иначе связаны с имущественными, а сам имущественный признак в предмете гражданского права не только и не просто доминирует, но и предпосылает его внутреннее единство (объединяет).
4. В п. 3 ст. 2 говорится не о гражданских ("горизонтальных"), а об административных ("вертикальных") отношениях, основанных не на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников, а на административном или ином властном подчинении одной стороны другой. Именно такими являются отношения, возникающие в связи с уплатой налогов, пошлин, штрафов и других обязательных платежей, распределением бюджетных средств, другие отношения. Имущественно-административная природа этих отношений препятствует их регулированию нормами гражданского права, однако в условиях рынка и расширения гражданского (частного) права его нормы могут применяться и к этим отношениям, но только в случаях, прямо указанных в законодательстве (ст. ст. 13, 16, 1069 ГК). Напротив, поскольку ни гражданским, ни налоговым, ни иным административным законодательством не предусмотрено начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на суммы, необоснованно взысканные с юридических и физических лиц в виде экономических (финансовых) санкций налоговыми, таможенными органами, органами ценообразования и другими госорганами, при удовлетворении требований названных лиц о возврате из соответствующего бюджета этих сумм не подлежат применению правила ст. 395 ГК. В названных случаях граждане и юридические лица на основании ст. ст. 15 и 16 ГК могут предъявить требования о возмещении убытков, вызванных в том числе необоснованным взиманием экономических (финансовых) санкций (п. 2 Постановления Пленумов ВС и ВАС N 6/8).
5. С учетом требований абз. 1 п. 1 и п. 3 ст. 2 гражданское законодательство применимо и к отношениям, охваченным специальным регулированием (ст. ст. 4, 5 СК, п. 3 ст. 3 ЗК, п. 2 ст. 4 Водного кодекса, п. 2 ст. 3 ЛК). Гражданское законодательство регулирует соответствующие имущественные и личные неимущественные отношения, если они не урегулированы нормами специального законодательства и применение законодательства гражданского не противоречит их существу (тем более что гражданское законодательство регулирует целый ряд вопросов наряду со специальным законодательством - ст. ст. 31 - 40, п. 3 ст. 209, ст. ст. 256, 260 - 287 ГК). В свою очередь, ТК только в некоторых случаях предполагает возможность обращения к гражданскому законодательству (например, при решении вопросов ответственности), иногда же между гражданским и трудовым законодательством проходит вполне определенная граница (например, труд членов производственного кооператива регулируется гражданским законодательством и уставом кооператива, труд наемных работников - трудовым - п. 1 ст. 19 Закона о производственных кооперативах).
Статья 3. Гражданское законодательство и иные акты, содержащие нормы гражданского права
Комментарий к статье 3
1. Комментируемая статья посвящена системе писаных форм (источников) гражданского права (нормативным актам). В ее наименовании и по тексту законодатель, следуя принципу разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10 Конституции), дифференцирует данную систему на две подсистемы: гражданское законодательство (п. 1, абз. 1 п. 2 ст. 3) и иные акты, содержащие нормы гражданского права (п. п. 3 - 7 ст. 3). Первая находится в ведении Российской Федерации (п. 1 ст. 3), что отвечает началам федерализма и распределения законотворческих полномочий, согласно которым уголовное, уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное, гражданское, гражданско- и арбитражно-процессуальное законодательство находятся в ведении Российской Федерации, а административное, административно-процессуальное, трудовое, семейное, жилищное, земельное, водное, лесное законодательство, законодательство о недрах, об охране окружающей среды - в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов (ср. п. "о" ст. 71 и подп. "к" п. 1 ст. 72 Конституции). Это говорит о важном значении гражданского законодательства и его роли в правовом регулировании, о принципиальности самих регулируемых им отношений.
Понятие гражданского законодательства раскрывается уже в следующей норме указанием на круг образующих его источников (и с учетом вышесказанного неожиданным не является): согласно абз. 1 п. 2 ст. 3 гражданское законодательство - только ГК и принятые в соответствии с ним иные федеральные законы, следовательно, за рамками гражданского законодательства остались по крайней мере все региональные законы (ст. 65 Конституции) и подзаконные акты.
Центральное место в подсистеме гражданского законодательства занимает ГК - ее ядро, объединяющее и притягивающее другие законы, так называемая экономическая конституция, обеспечивающая единство и согласованность всех гражданских законов и подзаконных нормативных актов. ГК сопоставим с федеральными конституционными законами, учитывая, что ему должны соответствовать все иные федеральные законы и вообще все акты, содержащие нормы гражданского права (абз. 2 п. 2, п. п. 3, 5 ст. 3). Однако федеральные конституционные законы (ст. 108, ср. со ст. 105 Конституции) принимаются только по вопросам, предусмотренным Конституцией (а принятие ГК не входит в их число), требуя к тому же особой процедуры голосования (одобрения большинством не менее 3/4 голосов от общего числа членов Совета Федерации и не менее 2/3 голосов от общего числа депутатов Государственной Думы). Поэтому ГК - федеральный закон, имеющий статус primus inter pares ("первого среди равных"). Нормы ГК приоритетны перед нормами принятых в соответствии с ним федеральных законов, не говоря уже об иных актах, содержащих нормы гражданского права.
2. О принадлежности к тому же - федеральному - уровню подсистемы иных актов, содержащих нормы гражданского права, говорит то, что разработчики этих актов - глава государства (Президент РФ) и федеральные госорганы - Правительство РФ, министерства и иные федеральные органы исполнительной власти (п. п. 3, 4, 7 ст. 3). В то же время ни тот факт, что данную подсистему представляют сугубо подзаконные акты, ни факт ее нахождения в ведении Российской Федерации не являются исключительными: помимо указов (Президента РФ), постановлений (Правительства РФ), актов (министерств и иных федеральных органов исполнительной власти), в ее состав могут входить и акты высшей юридической силы - те федеральные законы, которые приняты не в соответствии с ГК (а потому и не относящиеся по смыслу абз. 1 п. 2 ст. 3 к гражданскому законодательству), а также законы региональные. Данный вывод подтверждают абз. 2 п. 2 ст. 3 ГК и сама Конституция.
Несомненная связь между двумя правилами п. 2 ст. 3 в то же время не означает, что "другие законы" в абз. 2 - только федеральные законы, принятые в соответствии с ГК (абз. 1). Законодатель едва ли стремился замкнуть на федеральный уровень создание всех без исключения гражданских норм (которые могут входить в состав различных по профилю и направленности законов) - он скорее преследовал цель передать на федеральный уровень создание только тех нормативных актов, которые содержат гражданские нормы преимущественно. К тому же соответствие в абз. 1 и требование соответствия в абз. 2 не тождественны по смыслу: в первом случае имеются в виду не любые федеральные законы, хотя бы и развивающие положения ГК, а только наиболее важные для гражданского права федеральные законы, т.е. те, о необходимости принятия которых предрешено разработчиками ГК (а потому о которых говорится или которые упоминаются по тексту последнего), во втором же случае имеется в виду именно согласованность и отсутствие противоречий между законами и ГК. Основная масса федеральных законов, принятых в соответствии с ГК (абз. 1 п. 2 ст. 3) и "непосредственно окружающих" ГК, уже разработана и принята, однако этот процесс еще не завершен (все еще нет законов, упомянутых, в частности, в абз. 3 п. 2 ст. 120, ст. 788, п. 3 ст. 1151 ГК). Некоторые из уже принятых законов начинаются именно с указания на то, что они приняты в соответствии с ГК (п. 1 ст. 1 Закона об акционерных обществах, п. 1 ст. 1 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ст. 1 Закона об унитарных предприятиях и др.). Некоторые из уже принятых законов - кодексы (ЖК, ВК, КТМ, КВВТ, принятые в соответствии с п. 3 ст. 672 и п. 2 ст. 784 ГК), однако в отличие от ГК - общеотраслевого кодифицированного акта - такие законы-кодексы имеют специальный (комплексно-подотраслевой или комплексно-институциональный) характер. При таком понимании федеральных законов, принятых в соответствии с ГК (абз. 1 п. 2 ст. 3), под другими законами (абз. 2 п. 2 ст. 3) следует понимать все содержащие гражданские нормы законы вообще (как входящие, так и не входящие в состав гражданского законодательства - п. 1 и абз. 1 п. 2 ст. 3), кроме, разумеется, самого ГК, которому все эти законы должны соответствовать (не вступать с ним в противоречие).
Закон, не запланированный разработчиками ГК, а потому и не упомянутый по тексту ГК, необязателен, однако его принятие возможно в инициативном порядке при условии соответствия формулируемых ими гражданских норм положениям ГК. Такой закон по смыслу абз. 1 п. 2 ст. 3 лежит за рамками гражданского законодательства и относится к иным актам, содержащим нормы гражданского права (например, Закон об опеке), к этой же подсистеме относятся и все те принципиальные законы, с которыми традиционно связывают существование ряда автономных отраслей законодательства, но которые при этом содержат значительное число гражданских норм (речь, в частности, идет о СК, ТК, законах о природных ресурсах).
В требовании соответствия ГК норм всех других законов (абз. 2 п. 2 ст. 3) реализован принцип иерархичности и соподчиненности источников гражданского права. Поэтому: а) существование гражданских норм, противоречащих ГК, недопустимо, такие нормы подлежат изменению или отмене (иллюстративна в этом смысле судьба Закона о лизинге, который ввиду противоречия его первоначальной версии положениям § 6 гл. 34 ГК позже был приведен в соответствие с ними); б) принятие новых законов, нормы которых противоречат ГК, а также новация существующих законов в части изменения их гражданских норм или дополнения их новыми гражданскими нормами, если эти нормы необходимы, но противоречат ГК, возможны только при условии одновременного изменения ГК. Так, с принятием Закона об унитарных предприятиях, изменившего концепцию унитарного предприятия, и согласно его ст. 38 потребовалось изменить ст. ст. 48, 54, 113 - 115, 300 ГК.
Поскольку гражданское законодательство (ГК и принятые в соответствии с ним федеральные законы) находится в ведении Российской Федерации, при этом федеральные законы, принимаемые по предметам ведения Российской Федерации, имеют прямое действие на всей территории РФ, существование аналогичных региональных законов бессмысленно (ср. п. п. 1 и 2 ст. 76 Конституции). В то же время региональный закон посредством гражданских норм может регулировать имущественные вопросы: а) совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов (например, владение, пользование и распоряжение землей, недрами, водными и другими природными ресурсами, другие вопросы земельного, водного, лесного законодательства, законодательства о недрах, об охране окружающей среды, жилищного законодательства - подп. "в", "к" п. 1 ст. 72 Конституции); б) находящиеся вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ (ст. 73 Конституции). В первом случае региональный закон не может и не должен противоречить федеральному закону, имеющему над ним приоритет (п. 5 ст. 76 Конституции), во втором - при коллизии федерального и регионального законов приоритет имеет последний (п. 6 ст. 76 Конституции).
Итак, нахождение гражданского законодательства в ведении Российской Федерации (абз. 1 п. 2 ст. 3) не исключает того, что гражданские нормы могут использоваться для регулирования отношений, составляющих предмет совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, а также иных вопросов, а потому могут разрабатываться и приниматься субъектами РФ. Отсюда вопрос вовсе не в том, может или нет субъект РФ разрабатывать гражданские нормы (на который обычно дают отрицательный ответ, ссылаясь на п. 1 ст. 3), а в том, какую законодательную сферу эти нормы призваны регулировать. Именно с учетом этого уточнения следует воспринимать указание на то, что гражданские нормы, содержащиеся в актах субъектов РФ, изданных до введения в действие Конституции, могут применяться судами при разрешении споров, если они не противоречат Конституции и ГК (п. 3 Постановления Пленумов ВС и ВАС N 6/8).
3. Таким образом, в наименовании и по тексту ст. 3 гражданское законодательство (ГК и принятые в соответствии с ним федеральные законы - п. 1, абз. 1 п. 2) противопоставлено иным актам, содержащим нормы гражданского права (иные федеральные законы, региональные законы, указы Президента РФ, постановления Правительства РФ, акты министерств и иных федеральных органов исполнительной власти - абз. 2 п. 2, п. п. 3, 4, 7). При нередкой разнице в понимании и использовании термина "законодательство" с точки зрения круга охватываемых им форм права для абз. 1 п. 2 ст. 3 характерен узкий подход.
Кроме ГК и принятых в соответствии с ним федеральных законов, все прочие акты, содержащие нормы гражданского права (как законы, так и подзаконные акты), остаются за рамками гражданского законодательства и образуют автономную и параллельную подсистему иных актов, содержащих нормы гражданского права, причем не являются исключениями ни те акты, в которых гражданские нормы существуют наряду с нормами иных отраслей права (а сам акт за отсутствием определенной отраслевой принадлежности является комплексным), ни те, в которых гражданские нормы явно доминируют (а потому сам акт может по праву считаться актом гражданского права). Между тем формализм при противопоставлении гражданского законодательства иным актам, содержащим нормы гражданского права, и обращение к абз. 1 п. 2 ст. 3 при всяком упоминании о "гражданском законодательстве" чреваты неверными выводами. Так, поскольку в наименовании ст. 6 ГК и в ее п. 1 говорится о применении по аналогии гражданского законодательства, формально это должно исключать возможность применения по аналогии гражданских норм, содержащихся в иных актах (не говоря уже о нормах иных форм права, в частности обычаев делового оборота), что само по себе неверно, принимая во внимание, что назначение ст. 6 ГК и смысл аналогии состоят в ликвидации пробелов. Именно поэтому в этом и в других случаях (например, в ст. 5 ГК) ссылки на законодательство с учетом назначения конкретной статьи и сути заложенной в ней правовой нормы (конструкции) целесообразно оценивать критически и, используя имеющийся теоретический потенциал, толковать распространительно, понимая под законодательством не только ГК и принятые в соответствии с ним федеральные законы, но и иные акты, содержащие нормы гражданского права.
Итак, узкое согласно абз. 1 п. 2 ст. 3 понимание гражданского законодательства не исключает и противоположного (широкого) подхода, согласно которому гражданское законодательство объединяет все и всякие акты, содержащие нормы гражданского права, в том числе подзаконные. В самом деле, так как согласно п. 6 ст. 3 действие и применение гражданских норм, содержащихся в указах Президента РФ и постановлениях Правительства РФ, определяются правилами гл. 1 ГК, нет сомнений, что, говоря о гражданском законодательстве в наименованиях и по тексту ст. ст. 4 - 7 ГК (которые и образуют эту - первую - главу), законодатель имеет в виду не только ГК и принятые в соответствии с ним федеральные законы, но и все прочие нормативные акты, содержащие гражданские нормы. Не случайно, что в ст. 4 ГК он обобщенно говорит об актах гражданского законодательства и, то и дело адресуя к иным источникам или обращая внимание на возможное их существование в рамках отсылочных или диспозитивных норм, использует другие термины - "законодательство" (п. 3 ст. 2, ст. 5 ГК), "гражданское законодательство" (ст. ст. 6, 7 ГК), "закон и иные правовые акты" (ст. 8, п. 3 ст. 23, ст. 311, п. 1 ст. 313 ГК), а при упоминании об актах высшей юридической силы - "федеральный закон" (абз. 2 п. 2 и абз. 2 п. 3 ст. 1, абз. 4 п. 1 ст. 2 ГК) и "закон" (п. 2 ст. 9, п. 2 ст. 11, п. 1 ст. 15, п. п. 1, 2 ст. 19, п. п. 1, 3 ст. 22 ГК). Узкий смысл термина "гражданское законодательство" основан на совместном толковании правил п. п. 1 и 2 ст. 3 и связан с конституционными принципами разделения государственной власти, федерализма и распределения законотворческих полномочий, широкий же основан на совместном толковании правил ст. ст. 3 и 1, 2, 4 - 7 ГК и связан с вопросами действия и применения гражданских норм, в каких бы актах они ни закреплялись.
4. Подзаконные акты, регулирующие гражданские отношения, могут быть трех видов: а) указы Президента РФ; б) постановления Правительства РФ; в) акты министерств и иных федеральных органов исполнительной власти. Все они в отличие от законов могут быть только федерального уровня (п. п. 3, 4, 7 ст. 3), не могут и не должны противоречить ГК и другим федеральным законам, в противном случае применяется правило ГК или федерального закона (п. 5 ст. 3), при этом содержащаяся в данном пункте норма коллизионного типа подлежит распространительному толкованию и касается, помимо указов Президента РФ и постановлений Правительства РФ, также актов министерств и иных федеральных органов исполнительной власти.
В иерархии источников гражданского права указы Президента РФ (п. 3 ст. 3) занимают второе после ГК и федеральных законов место, они обязательны для исполнения на всей территории РФ (п. 2 ст. 90 Конституции) и могут либо конкретизировать имеющиеся нормы ГК и других федеральных законов, либо формулировать нормы, отсутствующие на данный момент в ГК и в других федеральных законах, с перспективой последующего их включения в закон. Постановления Правительства РФ (п. 4 ст. 3), которым принадлежит третье место, обязательны к исполнению в Российской Федерации (п. 2 ст. 115 Конституции), они призваны способствовать наиболее полной и последовательной реализации ГК, федеральных законов и указов Президента РФ, а потому их особенность состоит в том, что они принимаются на основании и во исполнение последних, т.е. только при наличии соответствующего указания, а не "сами по себе". Действие и применение гражданских норм, содержащихся в указах Президента РФ и постановлениях Правительства РФ, определяются правилами гл. 1 ГК, в частности ст. 4 (п. 6 ст. 3). Примечательно, что, согласовав общую концепцию ст. 3 с Конституцией, законодатель едва ли случайно не упомянул в ее п. п. 3 - 6 наряду с указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ их распоряжения (п. 1 ст. 90, п. 1 ст. 115 Конституции), которые по этой причине в отличие от указов и постановлений не могут и не должны содержать гражданские нормы.
Наконец, на последнем месте - упомянутые явно "по остаточному принципу" акты министерств и иных федеральных органов исполнительной власти (так называемые ведомственные акты - п. 7 ст. 3), которые могут существовать в виде указаний, положений, инструкций (ч. 1 ст. 7 Закона о ЦБ РФ), а также актов с иными наименованиями (например, приказы, письма) и издаются только в случаях и в пределах, предусмотренных ГК, другими законами и иными правовыми актами. Правила п. п. 3 - 5 ст. 3, требующие от указов Президента РФ и постановлений Правительства РФ соответствия ГК и иным федеральным законам (как и правила п. 2 ст. 3), обеспечивают принцип иерархичности и соподчиненности источников гражданского права.
5. Гражданский кодекс и принятые в соответствии с ним иные федеральные законы имеют прямое действие на всей территории РФ (п. 1 ст. 76 Конституции). Другие законы, содержащие гражданские нормы, в зависимости от федерального или регионального уровня их принятия действуют на всей территории РФ или соответствующего ее субъекта. Акты Президента РФ, Правительства РФ, министерств и иных федеральных органов исполнительной власти, содержащие гражданские нормы, действуют на всей территории РФ. Любые изъятия из сказанного должны быть предусмотрены в самом нормативном акте. По кругу лиц правила гражданского законодательства применяются к отношениям с участием иностранных граждан, апатридов и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом (абз. 4 п. 1 ст. 2 ГК). Особенности действия актов гражданского законодательства во времени определяет ст. 4 ГК.
6. За рамками ст. 3 остались акты высших судебных органов. Между тем постановления Конституционного Суда РФ обладают нормативностью, если признают нормативный акт (отдельное его положение) неконституционным, что для такого акта (положения) означает утрату силы, - см. п. п. 4, 6 ст. 125 Конституции, ст. 79 ФКЗ от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" (СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447). Так, правила п. п. 1 и 2 ст. 167 ГК в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, признаны не противоречащими Конституции, так как они по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со ст. 302 ГК не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом (Постановление КС от 21 апреля 2003 г. N 6-П); напротив, правило абз. 4 п. 2 ст. 855 ГК признано не соответствующим Конституции исходя из того, что установленное в абз. 5 этого пункта обязательное списание по платежным документам, предусматривающим платежи в бюджет и внебюджетные фонды, означает только взыскание задолженности по указанным платежам на основании поручений налоговых органов и органов налоговой полиции, носящих бесспорный характер (Постановление КС от 23 декабря 1997 г. N 21-П).
В свою очередь, постановления Пленумов ВС и ВАС, которые могут быть совместными или раздельными, содержат разъяснения по вопросам судебной практики в целях обеспечения единообразного понимания и применения положений нормативных актов (ст. ст. 126, 127 Конституции). Будучи интерпретационными актами, они: а) разъясняют смысл существующих норм права, но не формулируют новых норм, а значит, и не являются формой права; б) представляют собой акты официального (судебного) толкования и являются обязательными (прежде всего для судов, но они небезразличны и для участников судебного процесса). Обязательность постановлений Пленума ВАС для всех арбитражных судов подчеркнута прямо - п. 2 ст. 13 ФКЗ от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" (с изм.) (СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1589). Первый из этих двух признаков отличает интерпретационные акты от нормативных, а второй, напротив, сближает с ними.
Интерпретационные акты, которые в первую очередь связаны с процессом толкования права и только в конечном счете влияют на процесс правильного и единообразного правоприменения, отличаются и от правоприменительных актов, которые всегда имеют индивидуальный характер и представляют собой формальную сторону процесса реализации права. Судебная практика применения гражданского законодательства публикуется в журналах "Бюллетень Верховного Суда РФ" и "Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ".
Статья 4. Действие гражданского законодательства во времени
Комментарий к статье 4
1. Комментируемая статья связана с предыдущей и определяет особенности действия актов гражданского законодательства (далее - АГЗ) во времени. Название ст. 4 не должно вводить в заблуждение и ограничивать ее применение гражданским законодательством в узком его смысле (п. 1 и абз. 1 п. 2 ст. 3 ГК): для этого не дают повода ни п. 6 ст. 3 ГК (который прямо подчинил действие и применение гражданских норм, содержащихся в указах Президента РФ и постановлениях Правительства РФ, правилам гл. 1 ГК, в том числе и ст. 4), ни содержание самой ст. 4 (в большинстве норм которой говорится об актах гражданского законодательства); наконец, в условиях разделения государственной власти, федерализма и распределения законотворческих полномочий, когда гражданские отношения регулируют не только гражданское законодательство (п. 1, абз. 1 п. 2 ст. 3 ГК), но и иные акты, содержащие нормы гражданского права (п. п. 3 - 7 ст. 3 ГК), нет никаких логических причин связывать ст. 4 исключительно с подсистемой гражданского законодательства, иначе действие во времени подсистемы иных актов, содержащих нормы гражданского права, должно было бы подчиняться другим правилам, но таковых ГК не содержит. По этим же причинам упоминание в абз. 2 п. 1 ст. 4 (и в п. 2 ст. 422 ГК, к которой отсылает второе предложение п. 2 ст. 4) о действии закона и о случаях, прямо предусмотренных законом, не должно ограничивать данные правила только законами (актами высшей юридической силы). Правило абз. 2 п. 1 ст. 4 связано с предыдущим (абз. 1), является его продолжением и подлежит распространительному толкованию (то же касается и п. 2 ст. 422 ГК), а настоящая их редакция обязана устойчивому выражению "обратная сила закона" в отрицательном ее смысле (лат. lex prospicit non respicit - буквально "закон смотрит вперед, а не назад"; lex retro non agit - "закон обратной силы не имеет").
Правила об отсутствии у закона обратной силы закрепляет Конституция: не имеют обратной силы законы, устанавливающие или отягчающие ответственность; никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением, если же после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон (ст. 54); не имеют обратной силы законы, устанавливающие новые налоги или ухудшающие положение налогоплательщиков (ст. 57). Императивность этих правил исключает возможность каких-либо изъятий, а их закрепление в Конституции, имеющей верховенство на всей территории РФ и высшую юридическую силу (п. 2 ст. 4, п. 1 ст. 15 Конституции), и вовсе позволяет говорить о их "сверхсиле". В то же время ст. 54 Конституции касается всякой ответственности и правонарушений (включая гражданскую ответственность и гражданские правонарушения); напротив, ст. 57 Конституции напрямую с гражданским правом и регулируемыми им отношениями не связана. Согласно ст. 4 ГК АГЗ также обратной силы не имеют, а значит, не применяются к отношениям, возникшим до введения их в действие; они применяются только к тем отношениям, которые возникли после введения их в действие (абз. 1 п. 1), а также к возникшим после введения их в действие правам и обязанностям, даже если само отношение возникло до этого момента (первое предложение п. 2). Однако в отличие от ст. ст. 54, 57 Конституции ст. 4 допускает обратную силу АГЗ (абз. 2 п. 1, а также второе предложение п. 2, отсылающее к ст. 422 ГК), причем такое допущение надлежит распространять и на те случаи, когда по непонятным причинам оно формально исключено специальным законодательством (например, ч. 3 ст. 7 Закона о ЦБ РФ).
2. Вопрос об обратной силе АГЗ связан с введением их в действие и началом их действия и принципиален для нормативных актов, но не для обычаев делового оборота (ст. 5 ГК), у которых часто нет определенных ни временных, ни пространственных границ и которые могут быть "вечными" и "интернациональными". Статья 4 не регулирует вопросы опубликования и вступления в силу АГЗ: для этого есть специальные источники, к тому же АГЗ лишены в этом смысле какой-либо особенности, а потому дублировать в ГК правила специальных источников смысла нет.
Порядок опубликования и вступления в силу федеральных законов определяет ФЗ от 14 июня 1994 г. N 5-ФЗ "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" (СЗ РФ. 1994. N 8. Ст. 801). Порядок опубликования и вступления в силу актов Президента РФ, Правительства РФ и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти - Указ Президента РФ от 23 мая 1996 г. "О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента РФ, Правительства РФ и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти" (СЗ РФ. 1996. N 22. Ст. 2663).
На территории РФ применяются только те федеральные законы, которые официально опубликованы. Датой принятия федерального конституционного закона считается день, когда он одобрен палатами Федерального Собрания в порядке, установленном Конституцией, датой принятия федерального закона - день принятия его Государственной Думой в окончательной редакции. Все федеральные законы подлежат официальному опубликованию в течение 7 дней после дня их подписания Президентом РФ. Международные договоры, ратифицированные Федеральным Собранием, публикуются одновременно с федеральными законами об их ратификации. Официальным опубликованием федерального закона считается первая публикация его полного текста в официальных периодических печатных изданиях ("Парламентская газета", "Российская газета", "Собрание законодательства РФ"). Все федеральные законы вступают в силу одновременно на всей территории РФ по истечении 10 дней после дня их официального опубликования, если самим законом или иным - специальным - актом (так называемым вводным законом) не установлен другой порядок вступления его в силу (ст. ст. 1 - 6 Закона "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания"). Разные положения федеральных законов могут начинать действовать в разное время. Сходные правила есть в упомянутом Указе Президента РФ для опубликования и вступления в силу подзаконных актов.
Подготовка и введение в действие некоторых нормативных актов могут подчиняться специальным правилам. Так, Банк России самостоятельно устанавливает правила подготовки своих нормативных актов, они вступают в силу по истечении 10 дней после дня их официального опубликования в официальном издании Банка России - "Вестнике Банка России", кроме случаев, установленных советом директоров (ч. ч. 2, 3 ст. 7 Закона о ЦБ; см. также Положение о порядке подготовки и вступления в силу нормативных актов Банка России, утв. Приказом ЦБ от 15 сентября 1997 г. (Экономика и жизнь. 1997. N 42)).
Законы и подзаконные акты прекращают действовать с момента, указанного в них (если их действие рассчитано на определенный период или вплоть до наступления определенного обстоятельства) или в другом (отменяющем их) акте. Их отмена может быть полной или поэтапной. Отмена закона или отдельных его положений возможна также на основании решения Конституционного Суда РФ, в случае если он признает их неконституционными (п. п. 4, 6 ст. 125 Конституции). Известны также случаи фактической утраты силы нормативным актом, когда новый акт принят, а старый формально не отменен. В условиях такого дуализма для выяснения вопроса о подлежащей применению норме необходим совокупный анализ норм того и другого акта с привлечением разных способов взаимного их толкования (исторического, систематического, логического), при этом окончательный вывод предрешают такие известные общеправовые принципы, как lex posterior derogat legi priori ("последующий закон отменяет предыдущий"), lex specialis derogat lex generalis ("специальный закон отменяет действие общего закона").
3. Комментируемая статья содержит три взаимосвязанных правила. Во-первых, если отношение возникло и прекратилось до введения в действие нового АГЗ, оно при необходимости регулируется прежним АГЗ, новый АГЗ к нему не применим (абз. 1 п. 1), если только ему или отдельным его нормам не придана обратная сила (абз. 2 п. 1).
Во-вторых, если отношение возникло до введения в действие нового АГЗ, но права и обязанности из этого отношения возникли после введения в действие нового АГЗ, применяется не прежний, а новый АГЗ (первое предложение п. 2), если же одни права и обязанности возникли до, а другие - после введения его в действие, первые (возникшие до) регулируются прежним АГЗ, а вторые (возникшие после) - новым АГЗ (абз. 1 п. 1, первое предложение п. 2), при этом к первым (возникшим до) новый АГЗ не применим, если только ему или отдельным его нормам не придана обратная сила (абз. 2 п. 1). Данные правила при введении в действие конкретного нормативного акта нередко воспроизводятся всякий раз, как, например, это было при введении в действие самого ГК (см. ст. 5 во всех четырех Вводных законах). Поскольку правила п. 1 и первого предложения п. 2 ст. 4 не связаны с какими-либо определенными гражданскими отношениями, последние могут быть любыми (п. п. 1 и 2 ст. 2 ГК), однако, во-первых, регулирование посредством обратной силы вопросов, связанных с гражданскими правонарушениями и привлечением к гражданской ответственности, сопряжено с требованиями ст. 54 Конституции и ограничено ими; во-вторых, первое предложение п. 2 ст. 4 имеет в виду всякие длящиеся отношения, начавшиеся до введения в действие АГЗ и не прекратившиеся после введения его в действие, кроме отношений договорных, которым особо посвящено второе предложение п. 2 ст. 4, отсылающее к ст. 422 ГК и формулирующее последнее - третье - правило.
В-третьих, если после заключения договора принят АГЗ, устанавливающий обязательные для сторон правила, иные, чем те, которые действовали при заключении договора (такое возможно в договорах, моменты совершения и исполнения которых отличаются друг от друга, в условных и в срочных договорах), условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в АГЗ установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров (п. 2 ст. 422 ГК).
Поскольку во втором предложении п. 2 ст. 4 и в п. 2 ст. 422 ГК сказано о заключенном договоре, должны быть соблюдены необходимые для его заключения требования гл. 28 ГК. Если же они не соблюдены и договор не заключен (например, стороны не согласовали всех существенных его условий или не передали имущество, необходимое для заключения реального договора), второе предложение п. 2 ст. 4 и п. 2 ст. 422 ГК неприменимы. Обязательные правила нового АГЗ (п. 2 ст. 422 ГК) по общему правилу не влияют на ранее заключенные договоры, включая те права и обязанности сторон, которые возникли после введения его в действие.
Это принципиально изменяет первое предложение п. 2 ст. 4, согласно которому в условиях длящихся отношений, когда момент возникновения самого отношения и момент возникновения вытекающих из него прав и обязанностей не совпадают и разделены введенным в действие АГЗ, решающим в процессе правового регулирования является не первый, а второй момент. Оригинальность второго предложения п. 2 ст. 4 состоит в том, что условия ранее заключенного договора сохраняют силу и продолжают действовать, даже несмотря на принятие АГЗ с новыми обязательными правилами; в свою очередь, правила прежнего АГЗ (хотя бы и фактически отмененного новым) в этом смысле переживают обязательные правила нового АГЗ. Это способствует устойчивости раз возникших договорных отношений, придает стабильность длящимся договорным отношениям, соответствует провозглашенному принципу свободы договора (хотя бы и не соответствующего в изменившихся условиях новым обязательным требованиям). И только в исключительных случаях - если особо оговорена обратная сила нового АГЗ или отдельных его обязательных норм - последние соответствующим образом влияют на ранее заключенные договоры.
Обязательными правилами нового АГЗ являются прежде всего его императивные нормы (п. 1 ст. 422 ГК). Иное дело - диспозитивные нормы, которые применяются, если соглашением сторон не установлено иное (поскольку стороны своим соглашением не исключили эти правила и не установили условие, отличное от предусмотренного в них, - абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК). Поэтому, если стороны своим соглашением исключили или изменили диспозитивную норму, обязательным для них является уже не диспозитивная норма, а соответствующее условие договора; напротив, при отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК), являющейся для сторон обязательной. Отсюда под обязательными в п. 2 ст. 422 ГК следует понимать как императивные, так и диспозитивные нормы с той лишь разницей, что первые обязательны всегда и при наличии соответствующей оговорки имеют обратную силу, тогда как вторые обязательны условно и при наличии соответствующей оговорки могут иметь обратную силу (при условии, если они не исключены или не изменены соглашением сторон). Если вдруг в прежнем АГЗ норма была диспозитивной, а в новом АГЗ стала императивной, она из условно обязательной превратилась в безусловно обязательную и согласно п. 2 ст. 422 ГК при наличии соответствующей оговорки имеет обратную силу. Если же вдруг в прежнем АГЗ норма была императивной, а в новом АГЗ стала диспозитивной, она из безусловно обязательной превратилась в условно обязательную, а значит, согласно п. 2 ст. 422 ГК при наличии соответствующей оговорки может иметь обратную силу.
Итак, обязательность в п. 2 ст. 422 ГК должна пониматься распространительно, ее не следует связывать с обязательностью только императивных норм (п. 1 ст. 422 ГК). Если после принятия нового АГЗ стороны изменяют ранее заключенный договор, изменения могут основываться на правилах прежнего (или по желанию сторон - нового) АГЗ, но если новый АГЗ или отдельные его нормы действуют с обратной силой, изменение сторонами ранее заключенного договора должно соответствовать тем новым правилам, которые являются для сторон обязательными.
4. Момент возникновения отношения для решения вопроса о применимости к нему (п. 1 ст. 4) или к возникшим из него правам и обязанностям (п. 2 ст. 4) нового АГЗ связывается с тем моментом, когда данное отношение вовлечено в орбиту гражданско-правового регулирования. Отношение может быть первоначально фактическим с последующей его трансформацией в правовое или с самого начала правовым (правоотношением), а значит, изначально покоиться на полноценном правовом основании - юридическом факте или полностью накопленном фактическом составе (например, на совершенной сделке или заключенном договоре, в том числе прошедшем в необходимых случаях государственную регистрацию).
Так, фактическое (незаконное) давностное владение чужим имуществом впервые было упомянуто в п. 3 ст. 7 Закона РСФСР "О собственности в РСФСР", вступившего в силу 1 января 1991 г. (Ведомости РФ. 1990. N 30. Ст. 416), тогда же приобретательную давность закрепили и Основы гражданского законодательства СССР 1991 г., применявшиеся на территории РФ с 3 августа 1992 г., причем закрепивший ее п. 3 ст. 50 согласно п. 8 Постановления Верховного Совета СССР "О введении в действие Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик" получил обратную силу (Ведомости СССР. 1991. N 26. Ст. 733, 734). С обратной силой применяется и ст. 234 ГК: ст. 11 Вводного закона к части первой ГК распространила ее действие на случаи, когда владение имуществом началось до 1 января 1995 г. (т.е. до введения в действие большинства норм части первой ГК) и продолжалось в момент введения в действие части первой ГК. Поскольку приобретательная давность была признана на территории РФ только с 1 января 1991 г. и впервые установивший ее закон обратной силы не имел, обратная сила ст. 234 ГК ограничена 1 января 1991 г. (и только если согласно п. 4 ст. 234 ГК к этому моменту истекли сроки исковой давности по соответствующим требованиям), а значит, более раннее владение давностным считать нельзя.
В другом случае п. п. 2 - 4, 6 ст. 6 и ст. 9 Вводного закона к части первой ГК распространили правила гл. 4 ГК на коммерческие организации, созданные до официального опубликования части первой ГК (с одновременным требованием приведения их учредительных документов в соответствие с ГК), а правила ст. ст. 162, 165 - 180 ГК - на всякие сделки независимо от времени их совершения, требования о признании недействительными и последствия недействительности которых рассматриваются после введения в действие части первой ГК (т.е. после 1 января 1995 г.).
В свою очередь, ст. ст. 11 и 12 Вводного закона к части второй ГК распространили действие п. п. 2 и 3 ст. 835 ГК на договорные отношения по привлечению денежных средств во вклады, которые возникли до введения в действие части второй ГК (т.е. до 1 марта 1996 г.) и сохранялись в момент введения ее в действие, а действие ст. ст. 1069 и 1070, 1085 - 1094 ГК - на деликтные обязательства, когда причинение вреда имело место до 1 марта 1996 г., но не ранее 1 марта 1993 г., при этом вред остался невозмещенным. Отсюда механизм обратной силы АГЗ применим и к фактическим отношениям, и к правоотношениям (включая регулирование вопросов деятельности юридических лиц, сделок, договоров, правонарушений), его применение может быть связано с теми или иными ограничениями и условиями.
5. Обратная сила может использоваться в тех случаях, когда отношение, возникшее до введения в действие АГЗ, прежде не регулировалось вообще, а также когда в прежнем АГЗ оно регулировалось иначе, чем в новом. Во всяком случае, обратная сила согласно абз. 2 п. 1 ст. 4 (а также п. 2 ст. 422 ГК, к которому отсылает второе предложение п. 2 ст. 4) должна следовать из АГЗ прямо, т.е. АГЗ должен содержать в отношении ее конкретное указание; напротив, вывод об обратной силе АГЗ не может быть результатом распространительного толкования или использования других подобных приемов для уяснения смысла АГЗ в сомнительных или недостаточно четко определенных случаях. Однако, если отношение возникло до введения в действие АГЗ и до этого момента никак не регулировалось вообще, а АГЗ урегулировал такие отношения, но не получил обратную силу прямо (как того требует абз. 2 п. 1 ст. 4), при регулировании такого - более раннего - отношения нельзя исключать взаимосвязь между механизмами обратной силы и аналогии, учитывая назначение и резервы ст. 6 ГК - регулировать отношения в тех наиболее крайних ситуациях, когда обращение к другим (нормативным и индивидуальным) регуляторам невозможно.
Статья 5. Обычаи делового оборота
Комментарий к статье 5
1. Кроме нормативных актов - писаных форм права (ст. ст. 3, 4 ГК) существует другая форма права - правовые обычаи, причем из всех правил, признаваемых в силу многократного повторения и социального признания за образец обычаев и наиболее распространенных именно в гражданском (частном) праве, только обычаи правовые - форма права. Правовыми обычаи делает государственное санкционирование, обеспечиваемое отсылкой к ним нормативного акта, которая и превращает всякое устойчивое обычное правило в норму права. С его утратой обычаи утрачивают нормативность и перестают быть формой права.
Государственное санкционирование может быть единичным и рамочным. В первом случае законодатель санкционирует применение конкретного обычая в рамках конкретного отношения (п. 1 ст. 19, ст. 221 ГК), во втором - группы обычаев, рассчитанных на разнообразные ситуации. Так, п. 2 ст. 285 КТМ санкционирует применение международных морских обычаев по вопросам общей аварии (определения рода аварии, общеаварийных убытков и их распределения), кроме того, обеспечивает заинтересованным лицам возможность выбора применимого права (т.е. выбора между морскими обычаями и диспозитивными нормами КТМ), а ст. 5 - применение обычаев делового оборота или торговых обычаев (далее - ТО) (п. 3 ст. 28 Закона РФ от 7 июля 1993 г. N 5338-1 "О международном коммерческом арбитраже" (Ведомости РФ. 1993. N 32. Ст. 1240)). В силу такого рамочного санкционирования полноценной формой права становится каждый ТО, возможность применения которого поэтому не требует дополнительной отсылки к нему ни закона, ни договора. Статья 5 устанавливает признаки ТО (п. 1) и его взаимодействие с другими регуляторами гражданских отношений (п. 2). Регулятивная функция ТО ограничена деловой (предпринимательской) сферой и сферой оборота (т.е. отношениями договорными). Они не могут применяться для регулирования отношений между некоммерсантами, между коммерсантами в общегражданской сфере (при причинении вреда и т.п.), использоваться для регулирования общегражданских отношений по аналогии из-за отсутствия аналогии обычая, а их предпринимательский (специально-гражданский) характер препятствует их использованию для раскрытия общих начал и смысла гражданского законодательства и целей аналогии права (п. 2 ст. 6 ГК). Не охватываются ст. 5 и рамочным санкционированием деловые обычаи, не относящиеся к обороту (например, корпоративные обычаи). При наличии всех признаков, названных в п. 1 ст. 5, ТО признаются традиции исполнения тех или иных обязательств (п. 4 Постановления ВС и ВАС N 6/8). Помимо регулятивной ТО выполняют информационную функцию - используются в условиях дефицита информации для определения содержания договора (ч. 2 ст. 431 ГК).
ТО отличаются от обыкновений и заведенного порядка, которые не являются формой права и охватываются собирательным понятием "иных обычно предъявляемых требований" (ст. 309 ГК), а последний - еще и "практикой, установившейся во взаимных отношениях сторон" и "прежними деловыми отношениями сторон" (ч. 2 ст. 431, ст. 438 ГК). Обыкновение - обычай, применение которого не санкционировано государством и который из-за отсутствия нормативности может использоваться только как индивидуальный регулятор. Правило обыкновения опирается на обычную практику взаимоотношения "средних и абстрактных контрагентов". Поскольку такая практика неофициальна, обыкновения используются только как способ установления отсутствующих в договоре сведений, как индикатор типичных взаимоотношений большинства контрагентов, а применимость обыкновения зависит от его восприятия участниками конкретного договора (а от этого и правоприменителем), поэтому оно должно быть известно контрагентам.
Обыкновение приобретает индивидуальное правовое значение и обязательность только при условии его прямого или косвенного восприятия (т.е. если договор отсылает к нему, по существу, делая его условием договора, либо подразумевает или по крайней мере не исключает возможности его использования). В Венской конвенции 1980 г. и Принципах УНИДРУА за упоминаниями об обычаях нередко скрываются именно обыкновения, к тому же одно и то же правило в одном государстве может быть обычаем, в другом - обыкновением, а иногда выбор между ними и вовсе лишен смысла. Так, Инкотермс можно считать сборником обыкновений, так как его ст. 22 гласит: "Коммерсанты, желающие использовать настоящие правила, должны предусматривать, что их договоры будут регулироваться положениями Инкотермс 1990 г.". Согласно п. 11 Обзора практики рассмотрения споров по делам с участием иностранных лиц, рассмотренных арбитражными судами после 1 июля 1995 г., это было подтверждено и в отношении судов (информационное письмо Президиума ВАС от 25 декабря 1996 г. // Вестник ВАС. 1997. N 3. С. 97 - 98). И все же зависимость применения Инкотермс от отсылки к нему договора часто игнорируется, а в отдельных случаях он и вовсе возведен в ранг закона; кроме того, если договор отсылает к этим правилам, они становятся условиями договора и уже нет смысла выяснять вопрос о их соответствии обычаям и обыкновениям. Заведенный порядок - особенности взаимоотношения конкретных контрагентов в рамках сложившихся между ними договорных связей, способ установления отсутствующих в договоре сведений, когда за основу берется не средний, а конкретный стандарт. Поскольку установление заведенного (у конкретных контрагентов) порядка не означает необходимости автоматического его применения (это возможно, только если стороны имели соответствующее намерение), он также тесно связан с их соглашением (договором). Заведенный порядок может соответствовать или не соответствовать существующему обыкновению. Если вдруг предположить одинаковое восприятие договором обыкновения и заведенного порядка и гипотетическую коллизию между ними, приоритет должен иметь заведенный порядок, так как он ориентирован не на обычный, а на конкретный стандарт, а правовая коллизия между общим и специальным должна решаться в пользу последнего. Заимствование заведенного порядка другими участниками гражданского оборота может повлиять на формирование обыкновения, последнее может трансформироваться в норму обычного права (при условии государственного санкционирования его применения) или нормативного акта.
В законе известны также ссылки на обычную цену (п. 3 ст. 424, п. 5 ст. 468 ГК), обычные цели использования товара (п. 2 ст. 469 ГК), обычные применяемые условия проверки товара (п. 2 ст. 474 ГК), обычные условия хранения и транспортировки товара (п. 2 ст. 481 ГК), обычную практику эксплуатации транспортного средства (п. 2 ст. 635 ГК), обычное место ожидания судна и обычный маршрут судна, обычный способ приема груза (п. 1 ст. 129, ст. 152, п. 2 ст. 162 КТМ) и др. В этих и в других случаях не факт, что на категорию "обычное" закон ссылается в условиях существования и в связи с существованием полноценного правила и даже правила вообще. Так, правилом можно считать способ установления обычной цены, но не саму по себе обычную цену, и уж точно нельзя считать правилом обычную цель использования товара. Поэтому в подобных случаях имеет место не государственное санкционирование (законодателем) обычая, а использование (им) категории "обычное" в качестве оценочной. Она используется в контексте запасного приема для установления отсутствующей информации и в основном касается не самого правила, а некоторых его технических деталей. И это понятно: в условиях, когда некоторые вопросы законодатель не может урегулировать всесторонне и до конца, он исходит из того, что лучше уж самому дать заинтересованным лицам "рецепт" (пусть примерный), чем допустить крайнюю ситуацию - пробел и последующую аналогию как средство его преодоления (см. комментарий к ст. 6 ГК).
2. Правило ТО должно сложиться (сформироваться, устояться в результате многократного повторения) и за счет приобретенной известности и популярности широко применяться в той или иной сфере предпринимательства (п. 1 ст. 5). Торговые обычаи могут быть межотраслевыми, отраслевыми и подотраслевыми, интернациональными и внутренними (национальными и местными). Многие национальные обычаи позднее стали интернациональными, а те повлияли на формирование международно-правовых институтов, закрепленных в Конвенциях.
Непредусмотренность ТО законодательством означает, что нормативные акты государства, принимаемые его компетентными органами в связи с реализацией нормотворческой функции (т.е. законодательство в его широком смысле - все акты, названные в ст. 3 ГК), не должны формулировать сущность ТО, иначе обычное правило станет правилом нормативного акта. Подобный переход в другую форму права не исключен в отношении наиболее прогрессивных и стабильных торговых обычаев; не исключено и обратное, когда правило отмененного нормативного акта продолжает использоваться как обычай. При условии государственного санкционирования последний станет правовым, иначе может использоваться как обыкновение. Так, солидный стаж широко известных Положений о поставках, утв. Постановлением Совмина СССР от 25 июля 1988 г. (СП СССР. Отд. 1. 1988. N 24 - 25. Ст. 70), регулировавших одноименные планово-договорные отношения и отмененных с 1 марта 1996 г., многолетний опыт работы с ними и сформировавшаяся практика благоприятствуют использованию в рамках конкретных договоров отдельных правил данных актов как обыкновений, по крайней мере если это не противоречит условиям рынка и действующему законодательству РФ и соответствует действительным намерениям сторон. Согласно п. 4 Постановления Пленума ВАС от 22 октября 1997 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки" (Вестник ВАС. 1998. N 3) использование правил этих актов возможно, если они не противоречат императивным нормам ГК и в договоре есть ссылка на пункт Положений либо из текста договора очевидно намерение сторон его применять, при этом соответствующие правила признаются согласованными условиями обязательства. Однако если прямая ссылка в договоре на правила Положений и в самом деле позволяет считать их согласованными условиями договора, то применение правил на основании одного лишь намерения сторон в условиях отсутствия прямой отсылки к ним договора - это уже не согласованное условие обязательства, а обыкновение. Отсюда в первом случае применяется правило отмененного акта, ставшее условием договора, во втором - обыкновение.
Согласно п. 4 Постановления ВС и ВАС N 6/8 ТО не должен быть предусмотрен не только законодательством, но и договором, что естественно: восприятие ТО договором превращает его в условие договора, занимающего в иерархии регуляторов гражданских отношений более высокое положение, чем ТО (п. 5 ст. 421 ГК), к тому же применимость ТО, являющегося формой права, не обусловлена отсылкой к нему договора и не зависит от этого (договор может только исключить или изменить правило ТО (п. 2 ст. 5)).
Для признания правила ТО не имеет значения его формализованность. Простая (неофициальная) формализация (документирование) ТО не делает их правилами нормативных актов. Так, согласно п. 2 ст. 427 ГК примерные условия договора, специально разрабатываемые для некоторых договоров и публикуемые в печати в виде примерного, типового договора или иного документа, могут регулировать конкретные договорные отношения в качестве ТО при двух условиях - если они отвечают требованиям ст. 5 и п. 5 ст. 421 ГК и договор не содержит отсылки к ним. Первое условие связано с тем, что существование примерных условий само по себе не делает их ТО. Такие условия могут не обладать всеми необходимыми для этого признаками (например, не завоевать широкой популярности из-за новизны), из этого же исходит и судебная практика, признающая, что ссылка на положение типового контракта не доказывает бесспорно существования обычая, - напротив, данный аргумент требует анализа с учетом всей совокупности обстоятельств дела.
Второе условие, учитывая назначение п. 2 ст. 427 ГК, отдает предпочтение условиям договора, приобретающим для сторон обязательное значение (п. 2 ст. 5), что снимает вопрос о принадлежности примерных условий к ТО. В то же время неформализованность ТО порождает неопределенность его содержания и даже самого существования, проблемы разрозненности и несогласованности ТО, трудности их установления и доказывания. Это влияет на процессуальный статус данной формы права, когда само наличие правила и (или) его содержание должна доказать заинтересованная сторона (и вправе оспорить незаинтересованная), а окончательное решение принимает суд. Для преодоления этой проблемы и используют различные процедуры формализации (унификации) ТО - неофициальную унификацию, официальную легализацию государственным нормотворческим органом, международную конвенционализацию. В двух последних случаях норма ТО становится правилом нормативного акта или условием международного договора соответственно. Формализацию ТО осуществляют разные организации - международные межправительственные (УНИДРУА, ЮНСИТРАЛ), региональные (ЕЭК), неправительственные (МТП). Так, принятые в Российской Федерации ТО и портовые обычаи свидетельствует ТПП (абз. 3 п. 3 ст. 15 Закона РФ от 7 июля 1993 г. "О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации" (Ведомости РФ. 1993. N 33. Ст. 1309)).
3. Пункт 2 ст. 5 посвящен взаимодействию ТО с другими регуляторами гражданских отношений - нормативным (законодательством опять-таки в широком его смысле, т.е. всеми актами, указанными в ст. 3 ГК) и индивидуальным (договором). Он формулирует два коллизионных правила: а) нормативная коллизия между ТО и законодательством решается в пользу обязательных положений законодательства; б) коллизия между ТО и договором решается в пользу договора (т.е. индивидуального регулятора). Обязательность положений законодательства зависит от вида законодательной нормы (императивная является более сильной, диспозитивная - более слабой) и вида ТО (ТО "в дополнение к закону и договору" является более слабым, ТО "против (диспозитивного) закона" - более сильным). Для участников гражданских отношений безусловно обязательны императивные нормы законодательства и условия договора, которые должны соответствовать им (п. 1 ст. 422 ГК). Договор, противоречащий императивным нормам законодательства, недействителен полностью или в части (ст. ст. 168, 180 ГК), а противоречащий императивным нормам законодательства или договору ТО не применяется (п. 2 ст. 5). В то же время, поскольку п. 2 ст. 5 определяет соотношение ТО с законодательством и договором, а п. 1 ст. 422 ГК - взаимоотношение между договором и императивными нормами законодательства, данные правила разнофункциональны и имеют в виду различную обязательность. С учетом этого обязательные положения законодательства в п. 2 ст. 5 не связаны с одними лишь его императивными нормами. Для участников гражданских отношений обязательны и диспозитивные нормы, однако их обязательность условна: если при наличии такой нормы стороны своим соглашением исключили ее применение или установили условие, отличное от предусмотренного в ней, приоритет имеет договор; напротив, при отсутствии такого соглашения условие договора определяет диспозитивная норма, которая и будет для сторон обязательной (абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК). И договор, и обязательная диспозитивная норма блокируют применение противоречащего им ТО (п. 2 ст. 5, п. 5 ст. 421 ГК).
Отсюда обязательные положения законодательства в п. 2 ст. 5 - любые законодательные нормы - императивные (во всяком случае) и диспозитивные (не исключенные и не измененные договором), если же последние исключены или изменены договором, налицо уже не законодательное регулирование, а договорное, которое и будет блокировать применение противоречащего ему ТО. Если договор воспроизводит (повторяет) норму законодательства, обязательным для сторон является совпадающее по сути нормативное и индивидуальное регулирование, блокирующее применение противоречащего ему ТО. Совпадение нормативного регулирования с индивидуальным (по сути) есть и тогда, когда договор воспроизводит (повторяет) правило ТО, в результате чего последнее становится условием договора, который в иерархии регуляторов гражданских отношений занимает более высокое положение, чем ТО (п. 5 ст. 421 ГК).
В то же время тот факт, что ТО не применяется при его противоречии обязательным положениям законодательства или договору (п. 2 ст. 5), сам по себе не означает, что всегда, когда ТО им не противоречит, он применяется: обязательные положения законодательства и условия договора, регулирующие конкретное отношение, оставляют мало шансов на применение ТО, поэтому правильнее сказать, что его применение возможно в части, не охваченной законодательным и (или) договорным регулированием. Только при отсутствии этих регуляторов, их дефиците или неспособности урегулировать отношение (например, если при отсутствии нормы законодательства договор не содержит условия, необходимого для регулирования отношения, или договор полностью исключил диспозитивную норму законодательства, причем сам ничего не предложил взамен) применяется ТО, а так как последний применяется по остаточному принципу, имеет место ТО "в дополнение к закону и договору".
Между тем по тексту ГК то и дело можно встретить особые упоминания о ТО: одни придают правовому регулированию стройность и ясность, подчеркивают специфику регулируемой сферы (ст. 309, п. 2 ст. 474, п. 2 ст. 478, п. 2 ст. 513, ст. 848, п. 3 ст. 863, п. 3 ст. 867, п. 2 ст. 874 ГК), другие изменяют диспозитивные нормы законодательства (ст. ст. 311, 312, п. 2 ст. 314, ст. ст. 315, 316, п. 2 ст. 438, п. 1 ст. 452, абз. 2 п. 2 ст. 459, п. 1 ст. 508, абз. 2 п. 1 ст. 510, п. 2 ст. 724, п. 1 ст. 863 ГК). Поскольку судьба диспозитивных норм законодательства зависит не только от договора (абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК), но и от ТО, законодатель не ограничивается ст. 5 и о данной разновидности ТО - "против (диспозитивного) закона" - говорит особо.
В свою очередь, поскольку договор способен повлиять на правило любого ТО, последний во всяком случае уступает по силе договору (в том числе отменяющему или изменяющему диспозитивную норму законодательства), а значит, всякий ТО формулирует диспозитивную норму. В связи с п. 2 ст. 5 ТО "в дополнение к закону и договору" не применяется при его противоречии императивным нормам законодательства, договору и диспозитивным нормам законодательства (не исключенным и не измененным соглашением сторон), а ТО "против (диспозитивного) закона" - при его противоречии императивным нормам законодательства и договору. С учетом всего вышесказанного иерархия нормативных и ненормативных (индивидуальных) регуляторов гражданских отношений по степени убывания их силы и значимости следующая: а) нормы международных договоров РФ (подробнее о них см. комментарий к ст. 7); б) императивные нормы гражданского законодательства РФ; в) условия гражданского договора (включая заведенный порядок и обыкновения, способствующие их выяснению); г) нормы ТО "против (диспозитивного) закона"; д) диспозитивные нормы гражданского законодательства РФ; е) нормы ТО "в дополнение к закону и договору"; ж) аналогия закона; з) аналогия права (подробнее о двух последних см. комментарий к ст. 6).
Статья 6. Применение гражданского законодательства по аналогии
Комментарий к статье 6
1. Комментируемая статья посвящена аналогии закона (п. 1) и аналогии права (п. 2) (далее - АЗ и АП). Прежде на возможность использования аналогии указывало только гражданское процессуальное законодательство; с принятием ГК нормы об аналогии из процессуальных стали материальными. Вопрос об аналогии возникает при пробелах, т.е. для разрешения ситуаций, когда отношение требует гражданско-правового регулирования в условиях отсутствия: а) нормы законодательства; б) соглашения сторон (включая заведенный порядок и обыкновение, способствующие выяснению его условий, - см. комментарий к ст. 5); в) обычая делового оборота (т.е. когда отношение не урегулировано ни нормативно, ни индивидуально) (п. 1 ст. 6). Отсюда аналогия - запасной и худший регулятор гражданских отношений, применяемый по остаточному принципу (в последнюю очередь) ввиду полного или частичного отсутствия лучшего, соответствующим (полным или частичным) может быть и пробел, активирующий аналогию. Аналогия актуальна в условиях общей или частичной неразработанности и скудности законодательства, слабости (дефицита) договорного регулирования, неразвитости коммерческой практики, а так как всего этого нельзя сказать о современном гражданском законодательстве и обороте, то и потребность в аналогии возникает нечасто.
Так, заключение смешанного договора, содержащего элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (п. 3 ст. 421 ГК), может породить пробел и активировать аналогию, если законодатель оставит без должного внимания какой-либо его элемент либо стороны, используя диспозитивный резерв второго предложения п. 3 ст. 421 ГК, откажутся от предусмотренного в нем правила и одновременно ничего не предложат взамен (абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК).
Из двух видов аналогии приоритет имеет АЗ, при которой образовавшийся в процессе правового регулирования пробел устраняет норма гражданского законодательства, регулирующая сходное отношение. Аналогия закона отличается от прецедента следующим: а) при АЗ используется норма законодательства, регулирующая сходное (близкое, подобное) отношение, прецедент - решение правоприменителя (судебного или административного органа), которое в дальнейшем используется при решении аналогичных дел; б) в Российской Федерации АЗ - признанный законом регулятор гражданских отношений, при этом процесс правового регулирования здесь обеспечивает именно норма законодательства, а потому и регулирование является нормативным; напротив, прецедент не признан в качестве регулятора гражданских отношений, не является формой права, не обладает нормативностью и имеет сугубо индивидуальное значение. Аналогия закона отличается и от распространенных случаев применения в силу прямого указания закона правил об одних отношениях к другим отношениям (п. 3 ст. 23, п. 5 ст. 82, п. 3 ст. 95, ст. 1011 и др. ГК). Такая субсидиарность используется в силу прямого указания закона для исключения дублирования общих норм в разных рубриках нормативного акта и в то же время избавляет от возможных пробелов (АЗ, напротив, используется в условиях отсутствия нормативного или договорного регулирования и как средство для устранения существующего по этой причине пробела).
Использование АЗ связано с тремя требованиями: а) АЗ возможна в условиях действительного (а не мнимого) пробела и только для регулирования и (или) охраны отношений, предусмотренных в п. п. 1 и 2 ст. 2 ГК, но она невозможна при регулировании "вертикальных" отношений (п. 3 ст. 2 ГК); б) АЗ допускает применение норм только гражданского законодательства (последнее надо понимать широко в смысле всех актов, указанных в ст. 3 ГК), поэтому следует исключить нормы иного (негражданского) законодательства и другого источника права. Кстати, так как п. 1 ст. 6 говорит о применении по аналогии норм гражданского законодательства, а ст. 5 СК - норм семейного и (или) гражданского права (что не одно и то же), п. 1 ст. 6 формально исключает аналогию норм других форм права (например, правовых обычаев), напротив, СК оставляет для аналогии больший простор; в) наконец, АЗ требует сходства между двумя отношениями - нуждающимся в правовом регулировании и непосредственно регулируемым применяемой по АЗ нормой, кроме того, АЗ не должна противоречить существу первого отношения. Поскольку вопрос о необходимой степени сходства и допустимых пределах расхождения между двумя указанными отношениями, а также о существе (первого отношения) не имеет даже примерного решения и остается открытым, его решение лежит в плоскости теории гражданского права, общей теории права, логики и философии и каждый раз требует индивидуального анализа. Так, нельзя исключать применение по АЗ отдельных правил об обществе с ограниченной ответственностью в отношении коммандиты, отдельных правил гл. 16 ГК - для регулирования отношений общего вторичного вещного права (например, при наследовании двумя лицами земельного участка, принадлежащего наследодателю на праве пожизненного наследуемого владения, - ст. ст. 1181, 1182 ГК), наконец, правила п. 1 ст. 483 ГК - при отчуждении товара с юридическими недостатками (ст. 460 ГК).
В то же время безусловным критерием сходства между нуждающимся в правовом регулировании отношением и отношением, непосредственно регулируемым применяемой по АЗ нормой, нельзя считать их принадлежность к одному и тому же роду (типу, категории) отношений. Так, договоры розничной купли-продажи и поставки, будучи видами договора купли-продажи, сходны между собой, одновременно присущие им специфические признаки (сфера использования, преследуемые сторонами цели, субъектный состав), благодаря которым они и получили видовое обособление, обеспечивают их различие. При таком родовом единстве и видовой дифференциации нормы той же ст. 507 ГК, рассчитанные на отношения хозяйствующих субъектов, в принципе не могут использоваться по АЗ к отношениям розничной купли-продажи, учитывая фигуру розничного покупателя и само публичное существо данного договора, исключающее необходимость урегулирования преддоговорных разногласий (п. п. 1, 2 ст. 492 ГК). В то же время нормы ст. 507 ГК могут использоваться по АЗ за рамками договора купли-продажи для регулирования отношений из других предпринимательских и непубличных договоров. В свою очередь, универсальная методика исчисления убытков в ст. 524 ГК может использоваться по АЗ при регулировании прочих отношений купли-продажи, а также отношений из других договоров.
Как и обратная сила закона (см. комментарий к ст. 4), АЗ недопустима в отношении правонарушений и при привлечении к гражданской ответственности. Так, нормы специального деликта не подлежат распространительному толкованию и не могут применяться по АЗ к иным случаям причинения вреда, учитывая существо этих отношений, а также наличие и резервы генерального деликта (см. комментарий к ст. 1064). Статья 1117 ГК не может применяться по АЗ к отношениям по посмертному переходу имущества по иному, чем наследование, основанию, так как речь идет о разных по существу отношениях, иначе законодателю не пришлось бы противопоставлять отношения наследственноподобные и наследственные (ср. п. п. 1 и 3 ст. 1183, п. п. 1 и 2 ст. 1185 ГК). Учитывая существо наследования по праву представления, нельзя применять для регулирования соответствующих отношений по АЗ нормы о наследственной трансмиссии (и наоборот) (ст. ст. 1146, 1156 ГК).
Вопросы сходства и существа отношений при использовании АЗ могут быть предметом доказывания и оспаривания заинтересованными лицами, а окончательное их решение является прерогативой правоприменителя. Поэтому обычно поиск нормы для ее применения по АЗ непрост и требует тщательного анализа и обоснования, гораздо реже АЗ предрешена официально. Так, если суд решил ликвидировать юридическое лицо и возложил обязанности по ликвидации на его учредителей (участников) либо на уполномоченные его учредительными документами органы (абз. 2 п. 3 ст. 61 ГК), однако в установленный срок ликвидация не была произведена, суд назначает ликвидатора и уже ему поручает осуществить ликвидацию, при этом при решении вопросов, связанных с назначением ликвидатора, определением порядка ликвидации и т.п., в порядке АЗ применяются соответствующие положения законодательства о банкротстве (п. 24 Постановления ВС и ВАС N 6/8). Поскольку АЗ охватывает все и всякие отношения, предусмотренные п. п. 1 и 2 ст. 2 ГК, а защита гражданских прав, обычно судебная, в ряде случаев может быть и административной (ст. 11 ГК), прибегнуть к АЗ могут не только суды, но и иные правоприменители.
2. Аналогия права обеспечивает определение прав и обязанностей сторон исходя из двух совокупных критериев: а) общих начал и смысла гражданского законодательства (ст. ст. 1, 2 ГК, а также другие принципы и обобщающие идеи, содержащиеся в ГК); б) надправовых (философских и нравственных) требований добросовестности, разумности, справедливости, за которыми в наиболее общем смысле скрываются честность и адекватность (фактическая и правовая грамотность) поведения участников гражданского оборота, идеи добра, пользы, общего блага (в ст. 5 СК вместо добросовестности - гуманность). Аналогия права - последнее правовое средство урегулировать ситуацию, нуждающуюся в правовом регулировании, когда законодатель разрешает самому правоприменителю выполнить неспецифическую для него функцию - создать индивидуальное правило для определения прав и обязанностей, а затем его применить. Отсутствие в условиях АП конкретной правовой нормы не позволяет говорить и о нормативности соответствующего регулирования в целом, если, конечно, не связывать нормативность АП с нормативностью того начала (требования), на котором она покоится.
Поскольку вопрос об АП возникает только при невозможности использования АЗ, оба вида аналогии связаны между собой последовательно, а значит, не должны конкурировать. В то же время отсутствие у АЗ четких границ, обширность гражданского законодательства и подчас трудоемкий поиск подходящей для использования по АЗ нормы, различный интеллектуальный уровень правоприменителей - как общий (философский, логический), так и специальный (профессиональный, гражданско-правовой) - и другие причины не исключают практической вероятности необоснованного и преждевременного отказа от АЗ в пользу АП, в результате чего обращение к АП произойдет до того, как будут исчерпаны все резервы АЗ. Такое "пренебрежение" более приоритетным регулятором - повод для обжалования заинтересованными лицами принятого решения с благоприятной перспективой его отмены (изменения).
Статья 7. Гражданское законодательство и нормы международного права
Комментарий к статье 7
1. Значение комментируемой статьи, которая включает общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ в правовую систему РФ (п. 1), определяет особенности действия на территории РФ международных договоров РФ и помогает преодолеть возможную коллизию между ними и гражданским законодательством РФ (п. 2), в действительности невелико, учитывая существование п. 4 ст. 15 Конституции и ФЗ от 15 июля 1995 г. N 101-ФЗ "О международных договорах Российской Федерации" (СЗ РФ. 1995. N 29. Ст. 2757) (см. его преамбулу и ст. 5), а также тот факт, что в основном ст. 7 лишь повторяет нормы этих источников - генерального и специального. Общепризнанные принципы и нормы международного права, а также международные договоры РФ являются формой (источником) права, обладают нормативностью, имеют непосредственное отношение и принадлежность к самостоятельной системе международного публичного права, а в признании их составной частью правовой системы РФ (и в вытекающей отсюда возможности регулировать национальные отношения) проявляется связь двух систем права - международного публичного и национального (российского).
Общепризнанные принципы и нормы международного права могут быть писаными и неписаными. Пример первых - принципы и нормы Устава ООН (г. Сан-Франциско, 26 июня 1945 г.) (Сб. действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XII. М., 1956. С. 14 - 47), прочих международно-правовых актов (например, Генеральной Ассамблеи ООН); пример вторых - принципы и нормы международных правовых обычаев. Общепризнанные принципы и нормы международного права могут оставаться за рамками международных договоров РФ (так как последние - не единственный их источник) или получить закрепление (отражение) в их текстах, они могут быть за пределами национального законодательства (что подтверждает коллизионное правило абз. 2 п. 2 ст. 7) или получить в нем прямое закрепление (косвенное отражение). Допустимая неформальность принципов и норм международного права и отсутствие точного их списка, а также оценочный характер категории "общепризнанность" (международно-правового принципа) осложняет их применение при регулировании национальных отношений; кроме того, так как п. 1 ст. 7 говорит об общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах РФ, а п. 2 - только о международных договорах РФ (применительно к которым только и решен коллизионный вопрос - абз. 2 п. 2), остается открытым вопрос о соотношении гражданского законодательства РФ с теми общепризнанными принципами и нормами международного права, которые остались за рамками международных договоров РФ, о возможном их расхождении и способе преодоления коллизии (в том числе о возможности распространительного толкования правила абз. 2 п. 2 ст. 7, второго предложения п. 4 ст. 15 Конституции и п. 2 ст. 5 ФЗ "О международных договорах Российской Федерации").
Международный договор РФ, которому особо посвящен п. 2 ст. 7, - всегда письменное (формальное) соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным государством (государствами) или с международной организацией и регулируемое международным правом независимо от того, содержится ли оно в одном или в нескольких связанных между собой документах, а также независимо от конкретного его наименования (договор, соглашение, конвенция, протокол, обмен письмами или нотами и др.).
Международные договоры РФ могут быть межгосударственными, межправительственными и договорами межведомственного характера (первые заключаются от имени Российской Федерации, вторые - от имени Правительства РФ, третьи - от имени федеральных органов исполнительной власти). Вопросы их заключения, прекращения и приостановления действия находятся в ведении Российской Федерации, а вот выполнения - в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов, кстати, в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов - координация международных и внешнеэкономических связей субъектов РФ (п. "к" ст. 71, п. "о" ст. 72 Конституции). Международный договор РФ, затрагивающий вопросы, относящиеся к ведению субъекта РФ, заключается по согласованию с компетентными органами государственной власти последнего и при его участии в подготовке такого договора; субъекты РФ вправе рекомендовать заключение международного договора РФ.
В ст. 7 имеются в виду договоры, являющиеся для Российской Федерации обязательными. Согласие Российской Федерации на обязательность международного договора выражается посредством его: а) подписания; б) ратификации (в форме принятия федерального закона); в) утверждения; г) принятия; д) присоединения к нему; е) обмена образующими его документами; ж) применения любого другого способа выражения согласия (по согласованию). Международные договоры РФ подлежат официальному опубликованию в Собрании законодательства РФ (если решение о согласии на их обязательность принято в форме федерального закона) и Бюллетене международных договоров (кроме договоров ведомственного характера), а последние - в официальных изданиях соответствующих федеральных органов исполнительной власти (ст. ст. 1 - 4, 6, 8, 30 ФЗ "О международных договорах Российской Федерации").
Итак, договор является международным договором РФ, а значит, обладает нормативностью и находится в ведении Российской Федерации, если заключается между Российской Федерацией и иностранным государством (государствами) или международной организацией и, следовательно, регулируется международным публичным правом. Круг и характер охватываемых им вопросов (его предмет) значения не имеют и в принципе могут быть весьма широкими, однако ст. 7 имеет в виду только те и такие международные договоры РФ, которые, следуя терминологии ст. 3 ГК, содержат нормы гражданского права и потому относятся к предмету гражданско-правового регулирования (п. 1 ст. 2 ГК) и охраны (п. 2 ст. 2 ГК), что, собственно и отражено в абз. 1 п. 2 ст. 7. Поэтому ст. 7 ГК не распространяется: а) на соглашения субъектов РФ с субъектами иностранных федеративных государств, с административно-территориальными образованиями иностранных государств, а по согласованию с Правительством РФ - и с органами государственной власти иностранных государств об осуществлении международных и внешнеэкономических связей в торгово-экономической, научно-технической, экологической, гуманитарной, культурной и в иных областях: такие соглашения вполне возможны, но независимо от формы, наименования и содержания международными договорами не являются (ст. 7 ФЗ от 4 января 1999 г. N 4-ФЗ "О координации международных и внешнеэкономических связей субъектов Российской Федерации" (СЗ РФ. 1999. N 2. Ст. 231)); б) на договоры частных лиц (российских граждан и организаций) с иностранными партнерами, относящиеся к международному частному праву (разд. VI ГК). Все эти договоры, не будучи международными договорами РФ, не являются формой (источником) права, лишены нормативности и выступают в качестве индивидуальных регуляторов отношений, не имеют того преимущества над гражданским законодательством, которое установлено в абз. 2 п. 2 ст. 7.
Международные договоры РФ по числу участвующих в них сторон могут быть двухсторонними и многосторонними. Так, двусторонним является Договор между Российской Федерацией и Республикой Кыргызстан о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (г. Бишкек, 14 сентября 1992 г.) (Бюллетень международных договоров. 1995. N 3), Договор между Российской Федерацией и Украиной о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива (г. Керчь, 24 декабря 2003 г.) (СЗ РФ. 2004. N 21. Ст. 1979). Напротив, Венская конвенция 1980 г. на 30 октября 2001 г. объединяла 60 стран-участниц, включая Российскую Федерацию, которая с 24 декабря 1991 г. продолжает членство бывшего СССР в ООН и начиная с этой даты несет в полном объеме ответственность по всем правам и обязательствам СССР согласно Уставу ООН и многосторонним договорам, депозитарием которых является Генеральный секретарь. Среди других важных многосторонних международных договоров - Конвенция об охране промышленной собственности (г. Париж, 20 марта 1883 г. (в ред. от 2 октября 1979 г.), подписанная СССР 12 октября 1967 г. (Закон. 1999. N 7 (извлечение)), Бернская конвенция по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 г. (в ред. от 28 сентября 1979 г.), вступившая в силу для Российской Федерации с 13 марта 1995 г. (Бюллетень международных договоров. 2003. N 9), Конвенция УНИДРУА о международном финансовом лизинге (г. Оттава, 28 мая 1988 г.), вступившая в силу для Российской Федерации с 1 января 1999 г. (Бюллетень международных договоров. 1999. N 9; СЗ РФ. 1999. N 32. Ст. 4040) и др.
2. Международные договоры РФ имеют двоякое применение к гражданским отношениям - непосредственное (прямое) или опосредованное (через издание внутригосударственного нормативного акта); первое - общее правило, второе - исключение, когда необходимость принятия внутригосударственного акта следует из самого международного договора (абз. 1 п. 2 ст. 7). Наглядной иллюстрацией последнего могла бы стать Международная конвенция о гражданской ответственности за ущерб от загрязнения нефтью (КГО/CLC) (г. Брюссель, 29 ноября 1969 г.) (в ред. от 19 ноября 1976 г.), согласно которой "собственник судна, зарегистрированного в Договаривающемся государстве и перевозящего более 2000 тонн нефти наливом в качестве груза, должен для покрытия своей ответственности за ущерб от загрязнения на основании настоящей Конвенции осуществить страхование или предоставить иное финансовое обеспечение...", при этом "...каждое Договаривающееся государство должно обеспечить, чтобы в силу его национального законодательства страхование или иное финансовое обеспечение... имелось независимо от места регистрации в отношении каждого судна, входящего в порт на его территории или покидающего его либо прибывающего к рейдовому причалу в его территориальном море или отходящего от него, если судно фактически перевозит более 2000 тонн нефти наливом в качестве груза" (п. п. 1, 11 ст. VII) (Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXXI. М., 1977. С. 97 - 106).
Коллизия правил международного договора РФ и российского гражданского законодательства (которое следует понимать широко - в смысле всякого акта, указанного в ст. 3 ГК) решена в пользу международного договора РФ (абз. 2 п. 2 ст. 7). Аналогичное правило содержит ст. 6 СК, а согласно п. 4 ст. 15 Конституции приоритет правил международного договора РФ и вовсе установлен в отношении всех российских законов.
Исключение при этом составляет сама Конституция: а) не соответствующие ей международные договоры РФ не подлежат введению в действие и применению; б) если международный договор содержит правила, требующие изменения отдельных положений Конституции, решение о согласии на его обязательность для Российской Федерации возможно в форме федерального закона только после внесения соответствующих поправок в Конституцию или пересмотра ее положений в установленном порядке; в) Конституционный Суд РФ проверяет на предмет соответствия Конституции не вступившие в силу для Российской Федерации международные договоры РФ - в случае признания их (отдельных их положений) не соответствующими Конституции они не подлежат введению в действие и применению (п. 6 ст. 125 Конституции, ст. ст. 22, 34 ФЗ "О международных договорах Российской Федерации").
Глава 2. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ И ОБЯЗАННОСТЕЙ,
ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ И ЗАЩИТА ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ
Статья 8. Основания возникновения гражданских прав и обязанностей
Комментарий к статье 8
1. Комментируемая статья указывает на фактические обстоятельства, с которыми связывается возникновение гражданских прав и обязанностей. Поскольку в ГК отсутствуют общие нормы, посвященные основаниям изменения и прекращения гражданских прав и обязанностей, приведенный в комментируемой статье перечень юридических фактов может служить известным ориентиром также и для них.
2. Приведенные в комментируемой статье основания возникновения гражданских прав и обязанностей базируются на традиционной классификации юридических фактов, в соответствии с которой все юридические факты делятся на действия и события, действия подразделяются на правомерные и неправомерные, правомерные действия образуют сделки, административные акты и судебные решения и т.д.
Принципиальное значение имеет положение п. 1 ст. 8 о том, что перечень оснований возникновения гражданских прав не является исчерпывающим. В данной норме проявляется дозволительная направленность гражданско-правового регулирования.
3. Среди конкретных оснований возникновения гражданских прав и обязанностей, которые прямо названы в комментируемой статье, на первом месте стоят договоры и иные сделки. Это понятно, поскольку гражданские права и обязанности устанавливаются прежде всего волевыми действиями участников гражданского оборота, специально направленными на порождение тех или иных юридических последствий.
При этом субъекты гражданского права могут заключать между собой как предусмотренные, так и не предусмотренные законом договоры и иные сделки. В последнем случае важно лишь, чтобы договор или иная сделка не противоречили закону или иному правовому акту.
Подпункт 1 п. 1 ст. 8 открывает возможность заключения и таких договоров и иных сделок, которые содержат элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами.
Указанные положения получили развитие в ст. 421 ГК, раскрывающей принцип свободы договора.
4. Возникновение гражданских прав и обязанностей непосредственно из актов государственных органов и органов местного самоуправления, о котором говорится в подп. 2 п. 1 ст. 8, - явление относительно редкое и возможное лишь в случаях, прямо предусмотренных законом. Примером может служить решение уполномоченного государственного органа о реквизиции имущества у собственника при обстоятельствах, носящих чрезвычайный характер (ст. 242 ГК). Однако в большинстве случаев гражданские права и обязанности возникают из сложного юридического состава, в котором акт государственного органа или органа местного самоуправления является лишь одним из его элементов.
По смыслу закона в подп. 2 п. 1 ст. 8 имеются в виду лишь правомерные акты органов государственной власти и органов местного самоуправления. Акты, принятые указанными органами в противоречии с законом, равно как и бездействие этих органов в условиях, когда они обязаны были действовать, порождают гражданские права и обязанности лишь в связи с причинением ими вреда другому лицу.
5. Под судебным решением как основанием возникновения гражданских прав и обязанностей понимаются судебные акты любых судов, принятые ими при разрешении конкретных дел, законная сила которых признана на территории РФ. Такими судебными актами могут быть не только собственно решения, но и определения и постановления судебных инстанций, акты судов общей юрисдикции, арбитражных и третейских судов, акты не только российских, но и иностранных судов и т.п.
Конечно, с теоретической точки зрения соответствующие права и обязанности возникают не из судебных актов, а из тех фактических обстоятельств, которые ими установлены. Судебные акты лишь подтверждают наличие этих прав и обязанностей у участников гражданского оборота. В большинстве случаев для констатации этого обстоятельства достаточно вступления судебного акта в законную силу и не требуется совершения каких-либо дополнительных действий по исполнению судебного решения. Так, при разрешении судом спора об изменении договора в связи с существенным изменением обстоятельств (ст. 451 ГК) измененные судом условия договора вступают в действие вместе со вступлением в законную силу самого судебного решения независимо от того, внесли ли стороны изменения в сам договор. В равной мере не требует нотариального удостоверения сделка, признанная действительной решением суда в условиях, когда одной из сторон сделка фактически исполнена, а другая сторона уклоняется от ее нотариального удостоверения (ст. 165 ГК). Однако тогда, когда в соответствии с действующим законодательством права нуждаются в регистрации (например, права на недвижимость), они возникают в результате такой регистрации, основанием для которой служит судебный акт.
6. Такое основание возникновения гражданских прав и обязанностей, как приобретение имущества по основаниям, допускаемым законом, особо выделено в законе для того, чтобы охватить им случаи приобретения имущества, которые не подпадают под договоры, иные сделки и другие предусмотренные настоящей статьей основания. В частности, сюда относятся создание новой вещи (п. 1 ст. 218 ГК), переработка (ст. 220 ГК), обращение в собственность общедоступных для сбора вещей (ст. 221 ГК), приобретение права собственности на находку (ст. 228 ГК) и др.
7. Указание подп. 5 п. 1 ст. 8 на то, что гражданские права и обязанности возникают в результате создания объектов интеллектуальной собственности, является верным в отношении не всех объектов, а лишь тех, которые становятся охраняемыми с самого момента их создания и, разумеется, придания им объективной формы, допускающей их восприятие другими людьми. К ним, в частности, относятся произведения науки, литературы и искусства, объекты смежных прав, топологии интегральных микросхем и др. Напротив, изобретения и другие объекты патентного права нуждаются в признании их таковыми в установленном законом порядке. Поэтому помимо их создания требуется выполнение ряда формальностей, связанных с оформлением и подачей соответствующей заявки, ее рассмотрением патентным ведомством и т.д.
8. Причинение вреда другому лицу и неосновательное обогащение (подп. 6 и 7 п. 1 ст. 8) объединяет то, что в обоих случаях гражданские права (право потерпевшего требовать возмещения причиненного вреда или возврата неосновательного обогащения) и обязанности (обязанность возместить вред или возвратить неосновательное обогащение) возникают в результате неправомерного поведения должника. Оно может выражаться как в его противоправных действиях, так и в бездействии, а также быть виновным или невиновным.
9. Подпункт 8 п. 1 ст. 8 подчеркивает, что приведенный в комментируемой статье перечень действий граждан и юридических лиц, порождающих гражданские права и обязанности, является открытым. Это действительно так, поскольку за его пределами оказались даже некоторые из тех действий, которые прямо предусмотрены законом. В частности, в него не попали акты органов управления хозяйственных обществ, кооперативов, общественных организаций и т.п., некоторые виды юридических поступков, молчание и проч.
Помимо предусмотренных законом гражданские права и обязанности могут порождать и не предусмотренные им действия граждан и юридических лиц, которые согласуются с общими началами и смыслом гражданского законодательства (п. 1 комментируемой статьи).
10. Под событиями как основаниями гражданских прав и обязанностей понимаются протекающие независимо от воли и сознания людей фактические обстоятельства, с которыми закон или иные правовые акты связывают наступление гражданско-правовых последствий. К числу событий относятся, например, стихийные бедствия, смерть и рождение людей, военные действия и т.п. К событиям следует отнести и сроки ввиду объективности их течения и наступления.
11. В п. 2 ст. 8 специально подчеркивается, что в случаях, когда права на имущество подлежат государственной регистрации, они возникают лишь в момент такой регистрации. Данное правило рассчитано прежде всего на сделки и иные действия, связанные с приобретением прав на недвижимое имущество (см. ст. 131 ГК и комментарий к ней).
Однако сформулированное в данном пункте положение имеет более широкую сферу применения и в принципе применяется во всех случаях, когда в соответствии с законом требуется обязательная регистрация тех или иных прав или действий. Например, такое же значение имеет регистрация в патентном ведомстве договоров об уступке патентных прав или выдаче лицензий.
Статья 9. Осуществление гражданских прав
Комментарий к статье 9
1. В п. 1 комментируемой статьи закреплен один из фундаментальных принципов частного права, в соответствии с которым правообладатели осуществляют свои права самостоятельно и по своему собственному усмотрению. Данный пункт корреспондирует с п. 2 ст. 1 ГК, где говорится, что граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.
2. Под осуществлением права понимается реализация возможностей, которые предоставляются законом или договором обладателю субъективного права. Осуществить право - значит реально воспользоваться юридической свободой, гарантированной субъекту права действующим правопорядком.
Центральным элементом всякого субъективного гражданского права является свобода выбора соответствующего поведения самим управомоченным лицом. Именно поэтому субъективное гражданское право осуществляется прежде всего посредством собственных действий правообладателя. Поскольку большинство субъективных прав предоставляют правообладателям не один, а несколько вариантов возможного поведения, выбор одного из них из числа возможных осуществляется по усмотрению самого управомоченного лица.
Право на положительные действия тесно связано с другим необходимым элементом субъективного права - правом требования соответствующего поведения обязанных лиц. Осуществление субъективных гражданских прав в этом плане всегда представляет собой органический сплав возможностей совершения собственных положительных действий управомоченным лицом с возможностью требовать исполнения или соблюдения юридических обязанностей другими лицами. Конкретная реализация этих возможностей и представляет собой способы осуществления права.
3. Выбор способа осуществления права зависит не только от усмотрения субъекта, но и от конкретного содержания субъективного права. Последнее, в свою очередь, определяется его назначением, т.е. целями, для достижения которых оно и предоставляется управомоченному лицу. Поэтому недопустимым является такое поведение правообладателя, которое идет вразрез с назначением предоставленного ему права (подробнее об этом см. комментарий к ст. 10 ГК).
Кроме того, необходимо учитывать, что некоторые субъективные гражданские права одновременно выступают в качестве обязанностей их обладателя в иных правоотношениях, в которых он одновременно участвует. К примеру, в соответствии с законом опекун не только вправе совершать от имени недееспособного гражданско-правовые сделки, но и обязан это делать, если того требуют интересы опекаемого. Данная обязанность вытекает из правоотношения, которое существует между опекуном и органом опеки и попечительства. Поэтому реализация некоторых субъективных прав зависит не только от усмотрения управомоченных лиц, но и от предписаний закона.
4. Обладатель субъективного гражданского права может по общему правилу не только воспользоваться возможностями, которые заложены в субъективном праве, но и отказаться от их реализации. Например, никто не может заставить потерпевшего взыскать с нарушителя убытки или неустойку.
Однако возможность отказа от осуществления права распространяется лишь на конкретные субъективные права, которыми располагают граждане и юридические лица. Напротив, нельзя отказаться от права, которое еще только может возникнуть в будущем. Так, не будет иметь юридической силы договоренность, согласно которой стороны отказываются от права на обращение в суд за защитой своих нарушенных прав и интересов.
5. Норма, закрепленная п. 2 ст. 9, сводится к тому, что по общему правилу неосуществление права не приводит к его прекращению. Для ее правильного понимания нужно различать отказ от самого субъективного права и отказ от его осуществления.
Пункт 2 ст. 9 вовсе не содержит запрета на отказ лица от принадлежащего ему конкретного субъективного права. Например, нет никаких препятствий к отказу сособственника от принадлежащей ему по закону доли в праве общей собственности на имущество при осуществлении раздела этого имущества. Если данный и подобный ему отказ от права совершен добровольно, он является бесповоротным и окончательным.
В отличие от отказа от права отказ от осуществления права не приводит к прекращению данного права, если иное прямо не предусмотрено законом. В частности, закон предусматривает ряд случаев, когда условием сохранения прав является их осуществление. Так, владелец товарного знака может лишиться прав на данный знак в связи с его неиспользованием в течение трех лет подряд (ст. 1486 ГК) и т.д.
Статья 10. Пределы осуществления гражданских прав
Комментарий к статье 10
1. Название комментируемой статьи не вполне адекватно ее содержанию, так как, по сути дела, ею вводится лишь понятие "злоупотребление правом", которое только отчасти покрывает проблему пределов осуществления гражданских прав. Ввиду отсутствия в ст. 10 общих указаний на пределы осуществления гражданских прав последние приходится выводить из общих начал и смысла гражданского законодательства.
В частности, при осуществлении гражданских прав не должны нарушаться права и охраняемые законом интересы других лиц; обладатели гражданских прав должны действовать разумно и добросовестно; гражданские права должны осуществляться в соответствии с их назначением и т.д.
2. Пунктом 1 ст. 10 введен запрет на так называемое злоупотребление правом, т.е. действия субъектов гражданских правоотношений, которые опираются на имеющиеся у них права, но выходят за их пределы. Злоупотребление правом рассматривается большинством ученых в качестве особого гражданского правонарушения, специфика которого состоит в том, что действия нарушителя формально опираются на принадлежащее ему право, однако при его конкретной реализации они приобретают такие форму и характер, что это приводит к нарушению прав и охраняемых законом интересов других лиц.
КонсультантПлюс: примечание.
Учебник "Гражданское право: В 4 т. Том 1: Общая часть" (под ред. Е.А. Суханова) включен в информационный банк согласно публикации - Волтерс Клувер, 2008 (издание третье, переработанное и дополненное).
Как справедливо отмечается в литературе (см., напр.: Гражданское право / Отв. ред. Е.А. Суханов. 2-е изд. М., 1998. Т. 1. С. 391), квалификация злоупотребления правом в качестве гражданского правонарушения основывается на посылке, что критерием оценки правомерности (неправомерности) поведения субъектов при отсутствии конкретных запретов в законодательстве могут служить нормы, закрепляющие общие принципы гражданского права.
3. В п. 1 ст. 10 прямо указывается лишь на три возможные формы злоупотребления правом, а именно: а) осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу; б) осуществление права с целью ограничения конкуренции; в) злоупотребление доминирующим положением на рынке. Данные формы злоупотребления правом не являются исчерпывающими, поскольку в п. 1 ст. 10 подчеркивается, что не допускается "злоупотребление правом в иных формах".
4. Осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу - особое гражданское правонарушение, известное еще римскому праву под названием шиканы. Его специфика состоит в том, что обладатель субъективного гражданского права реализует заложенную в данном праве возможность не для удовлетворения каких-либо своих потребностей, а со специальной целью причинить вред другому лицу. Иными словами, сам правообладатель не нуждается в том правовом или ином результате, который достигается при осуществлении права, но тем не менее стремится к его наступлению, чтобы причинить неприятности другому лицу. При этом под вредом в данном случае понимаются не только убытки (ст. 15 ГК), которые могут возникнуть у этого лица, но и любые неблагоприятные для него последствия реализации права управомоченным субъектом.
Бремя доказывания таких неблагоприятных последствий, а также наличия умысла управомоченного лица на их наступление при отсутствии его личной заинтересованности в реализации права возлагается на лицо, которое полагает, что право употреблено во зло ему.
5. Осуществление права с целью ограничения конкуренции - не только одна из форм злоупотребления гражданским правом, но и нарушение антимонопольного законодательства. В частности, согласно ст. 11 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованные действия приводят или могут привести:
- к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат), наценок;
- к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах;
- к разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков);
- к установлению условий членства (участия) в профессиональных и иных объединениях, если такие условия приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции, а также к установлению необоснованных критериев членства, являющихся препятствиями для участия в платежных или иных системах, без участия в которых конкурирующие между собой финансовые организации не смогут оказать необходимые финансовые услуги.
6. Злоупотребление доминирующим положением на рынке как особая форма злоупотребления правом может иметь целью не только ограничение конкуренции, но и ущемление интересов других хозяйствующих субъектов. К подобным действиям (бездействию), в частности, относятся:
- установление, поддержание монопольно высокой или монопольно низкой цены товара;
- изъятие товара из обращения, если результатом такого изъятия явилось повышение цены товара;
- навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора;
- экономически или технологически необоснованные сокращение или прекращение производства товара, если на этот товар имеется спрос или размещены заказы на его поставки при наличии возможности его рентабельного производства;
- экономически или технологически необоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара;
- экономически, технологически и иным образом не обоснованное установление различных цен (тарифов) на один и тот же товар, если иное не установлено федеральным законом;
- установление финансовой организацией необоснованно высокой или необоснованно низкой цены финансовой услуги;
- создание дискриминационных условий;
- создание препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка другим хозяйствующим субъектам;
- нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования (п. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции).
Доминирующее положение хозяйствующих субъектов на рынке тех или иных товаров или услуг устанавливается антимонопольными органами на основании критериев, закрепленных Законом о защите конкуренции.
7. К "злоупотреблению правом в иных формах" следует отнести прежде всего недобросовестную конкуренцию, в том числе: а) распространение ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации; б) введение в заблуждение в отношении характера, способа и места производства, потребительских свойств, качества и количества товара или в отношении его производителей; в) некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых им товаров с товарами, производимыми или реализуемыми другими хозяйствующими субъектами; г) продажа, обмен или иное введение в оборот товара, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации продукции, работ, услуг; д) незаконное получение, использование, разглашение информации, составляющей коммерческую, служебную или иную охраняемую законом тайну.
Достаточно распространенной формой злоупотребления правом является реализация предоставленных им возможностей недозволенными средствами. Например, закон закрепляет за автором право на имя, одной из допустимых форм реализации которого является опубликование произведения под псевдонимом. Если, однако, в качестве псевдонима автором будет сознательно избрано имя, способное ввести публику в заблуждение, такое использование права следует квалифицировать как злоупотребление им.
Злоупотреблением правом может быть признано использование субъектом недозволенных средств его охраны. Так, если собственник имущества в целях предохранения его от кражи применяет такие средства, которые представляют смертельную опасность для окружающих, он выходит за рамки предоставленных ему законом возможностей и, следовательно, злоупотребляет правом.
В качестве злоупотребления правом следует расценивать действия тех субъектов, которые намеренно закладывают какие-либо дефекты в заключаемые ими договоры и иные исходящие от них документы с целью последующей ссылки на них в случае необходимости. Так же следует квалифицировать действия тех лиц, которые сознательно вводили своих контрагентов в заблуждение относительно тех или иных обстоятельств, например длительное время признавали определенные факты, а затем вдруг заявили обратное.
8. Злоупотребление правом, как и всякое гражданское правонарушение, влечет применение к нарушителям предусмотренных законом санкций. В целом ряде случаев такие санкции прямо установлены законом, например в отношении злоупотребления хозяйствующими субъектами доминирующим положением на рынке. При отсутствии в законодательстве конкретных санкций за тот или иной вид злоупотребления правом в качестве общей санкции выступает отказ в защите этого права, что и подчеркивает п. 2 ст. 10.
Отказ в защите права как общая санкция за злоупотребление им может приобретать разные формы в зависимости от характера самого права и конкретной формы злоупотребления им. В примере со злоупотреблением правом на авторское имя псевдоним автора может быть раскрыт без его согласия; средства охраны имущества, представляющие опасность для окружающих, могут быть нейтрализованы без предоставления собственнику какой-либо компенсации; дефекту в документе, сознательно заложенному в него составителем и раскрытому им в "нужный" момент, может не придаваться то юридическое значение, которое оно обычно имеет; и т.д.
9. В некоторых случаях закон ставит защиту гражданских прав в прямую зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно. Так, при заявлении получателем ренты претензий относительно объема предоставляемого ему содержания суд должен оценить их с позиций добросовестности и разумности (п. 3 ст. 602 ГК); с аналогичных позиций должны быть оценены требования арендатора предприятия по компенсации его издержек на улучшение арендованного имущества (ст. 662 ГК); при определении размера компенсации морального вреда в соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК должны учитываться требования разумности и справедливости и т.д.
Оценка поведения обладателя субъективного права с позиций добросовестности и разумности предполагает высокую степень судебного усмотрения, без которого, впрочем, вообще невозможно применение правил комментируемой статьи. При этом п. 3 ст. 10 подчеркивает, что разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.
Последнее положение, т.е. презумпция разумности и добросовестности поведения участников гражданского оборота, имеет принципиальное значение для всего гражданско-правового регулирования и применения гражданско-правовых норм. Иными словами, разумность и добросовестность поведения участников гражданского оборота предполагаются во всех случаях, а не только тогда, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно. Правило, содержащееся в п. 3 ст. 10, представляет собой лишь частный случай применения данной общей презумпции к ситуации, связанной с отказом в защите права, которое осуществлялось с нарушением принципов разумности и добросовестности.
Статья 11. Судебная защита гражданских прав
Комментарий к статье 11
1. Защита субъективных гражданских прав осуществляется в предусмотренном законом порядке, т.е. посредством применения надлежащей формы, средств и способов защиты. Комментируемая статья посвящена форме защиты, точнее - такой ее разновидности, как юрисдикционная форма, под которой понимается деятельность органов, уполномоченных принимать на основании обращений потерпевших необходимые меры по восстановлению нарушенных прав и пресечению правонарушений.
В рамках юрисдикционной формы защиты, в свою очередь, выделяются общий и административный порядки защиты нарушенных прав. По общему правилу защита гражданских прав осуществляется в судебном порядке, что нашло отражение в названии комментируемой статьи и прямо зафиксировано в п. 1. Специальный порядок защиты гражданских прав, применяемый в случаях, прямо указанных в законе, составляет их защита в административном порядке, на что и указывается в п. 2 ст. 11.
2. Судебная защита гражданских прав осуществляется судом, арбитражным судом или третейским судом. Основная масса гражданско-правовых споров рассматривается судами общей юрисдикции, т.е. федеральными районными, городскими и областными судами, а также мировыми судьями. Наряду с ними судебную власть осуществляют арбитражные суды, которые разрешают споры, возникающие в процессе осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. По соглашению участников гражданского правоотношения спор между ними может быть передан на разрешение третейского суда. В случаях, когда конституционные права и свободы нарушены или могут быть нарушены законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, граждане и организации обладают правом на обращение в КС.
В качестве средства судебной защиты выступает по общему правилу иск, т.е. обращенное к суду требование об отправлении правосудия, с одной стороны, и обращенное к ответчику материально-правовое требование о выполнении лежащей на нем обязанности или о признании наличия или отсутствия правоотношения, с другой стороны. В отдельных случаях средством судебной защиты являются заявление, в частности по делам особого производства, или жалоба, в частности при обращении в КС.
3. Административный порядок защиты гражданских прав охватывает собой их защиту как специально уполномоченными на то законом органами исполнительной власти, так и вышестоящими органами по отношению к тем должностным лицам и органам, которые нарушили права потерпевших. К числу первых относятся, например, антимонопольные органы, наделенные правом принимать необходимые меры по защите прав потерпевших при наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства. Обжалование незаконных действий (бездействия), нарушающих права и законные интересы граждан и организаций, в вышестоящий орган возможно во всех случаях, когда такой орган имеется.
Средством защиты гражданских прав, осуществляемой в административном порядке, является жалоба, подаваемая в соответствующий управленческий орган лицом, права и законные интересы которого пострадали в результате правонарушения.
4. Важнейшим положением комментируемой статьи, опирающимся на ст. 46 Конституции, является указание на то, что любое решение, принятое по жалобе потерпевшего в административном порядке, может быть обжаловано в суде. Оно, в частности, означает, что избрание потерпевшим административного порядка защиты нарушенного права не лишает его возможности последующего, а порой и одновременного обращения по тому же вопросу в суд.
При этом следует учитывать, что при защите некоторых гражданских прав потерпевший, прежде чем предъявить иск (заявление, жалобу) в суд, должен обратиться с жалобой в государственный орган управления, специально созданный для разрешения определенной категории споров. Например, решение, принятое по заявке на регистрацию объекта промышленной собственности экспертами патентного ведомства, должно быть обжаловано заинтересованным лицом вначале в Палату по патентным спорам, после чего открывается возможность для обращения в суд.
Кроме того, важно подчеркнуть, что указание ст. 11 на возможность обжалования в суде любого решения, принятого в административном порядке, носит общий характер. Иными словами, данная возможность имеется во всех случаях независимо от того, что в конкретном законе об этом ничего не сказано или даже подчеркнуто, что принятое в административном порядке решение является окончательным.
5. При применении комментируемой статьи необходимо учитывать, что к некоторым содержащимся в ней указаниям нельзя подходить слишком буквально. Так, очевидно, что предметом судебной и административной защиты могут быть не только субъективные гражданские права, но и охраняемые законом интересы, а также свободы; что к числу судебных органов следует отнести также и КС, конституционные и уставные суды субъектов РФ; что в суд могут быть обжалованы не только решения, принятые в административном порядке, но и решения юридических лиц, а также их органов управления и т.п.
Статья 12. Способы защиты гражданских прав
Комментарий к статье 12
1. Под способами защиты гражданских прав в комментируемой статье понимаются закрепленные законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производится восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав и воздействие на правонарушителя. Перечень этих мер, приведенный в ст. 12, едва ли научно обоснован, поскольку некоторые из мер взаимно перекрывают друг друга, а форма защиты (самозащита) признана ее способом. Тем не менее закрепление в законе даже в таком несовершенном виде наиболее распространенных способов защиты является полезным, поскольку ориентирует потерпевших на известный инструментарий в защите их прав.
2. По общему правилу выбор способа защиты нарушенного права предоставляется самому потерпевшему, если только в самом законе не указывается на возможность применения лишь конкретной меры и мер защиты.
Однако чаще всего такой выбор предопределяется спецификой защищаемого права и характером нарушения. Так, собственник, незаконно лишенный владения индивидуально-определенной вещью, которая сохранилась в натуре, может истребовать ее из чужого незаконного владения лица, с которым он не состоит в каком-либо относительном правоотношении, лишь с помощью виндикационного иска (ст. 301 ГК), а не посредством заявления требования о применении реституции (ст. 167 ГК) или иска из неосновательного обогащения (ст. 1102 ГК).
3. Указанные в ст. 12 способы защиты гражданских прав неоднородны по своей юридической природе, что также оказывает существенное влияние на возможности по их реализации. Наиболее важным в этом плане является их подразделение на меры защиты и меры ответственности, которые различаются между собой по основаниям применения, социальному назначению и выполняемым функциям, условиям реализации и некоторым другим признакам. В частности, меры ответственности, к которым среди названных в ст. 12 способов защиты относятся возмещение убытков, взыскание неустойки и компенсация морального вреда, в отличие от мер защиты, применяются по общему правилу лишь к виновному нарушителю субъективных прав и выражаются в дополнительных обременениях в виде лишения правонарушителя определенных прав или возложении на него дополнительных обязанностей.
4. Необходимость в применении такого способа защиты, как признание права, возникает тогда, когда наличие у лица определенного права подвергается сомнению, субъективное право оспаривается, отрицается или имеется реальная угроза таких действий. Зачастую неопределенность субъективного права приводит к невозможности его использования или по крайней мере затрудняет такое использование. Например, если собственник жилого дома не имеет на него правоустанавливающих документов, он не может этот дом продать, подарить, обменять и т.п. Признание права как раз и является средством устранения неопределенности во взаимоотношениях субъектов, создания необходимых условий для его реализации и предотвращения со стороны третьих лиц действий, препятствующих его нормальному осуществлению.
Признание права как способ его защиты по самой своей природе может быть реализовано лишь в судебном порядке посредством официального подтверждения судом наличия или отсутствия у истца спорного права.
В большинстве случаев требование о признании субъективного права является необходимой предпосылкой применения иных предусмотренных ст. 12 способов защиты. Например, чтобы восстановить положение, существовавшее до нарушения, или принудить должника к выполнению обязанности в натуре, истец должен доказать, что он обладает соответствующим правом, защиты которого он добивается. Однако нередко требование о признании права имеет самостоятельное значение и не поглощается другими способами защиты. Так, признание права является распространенной мерой защиты права собственности и иных вещных прав, права авторства и т.п.
5. Восстановление положения, существовавшего до нарушения права, как самостоятельный способ защиты применяется в случаях, когда нарушенное регулятивное право в результате правонарушения не прекращает своего существования и может быть реально восстановлено путем устранения последствий правонарушения. Данный способ защиты охватывает собой широкий круг конкретных действий, например возврат собственнику его имущества из чужого незаконного владения (ст. 301 ГК).
Восстановление положения, существовавшего до нарушения, может происходить посредством применения как юрисдикционного, так и неюрисдикционного порядка защиты.
6. Пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, как и требование о признании права, может применяться в сочетании с другими способами защиты, например взысканием убытков или неустойки, или иметь самостоятельное значение. В последнем случае интерес обладателя субъективного права выражается в том, чтобы прекратить (пресечь) нарушение его права на будущее время или устранить угрозу его нарушения. Скажем, автор произведения, которое незаконно используется третьими лицами, может потребовать прекратить эти действия, не выдвигая никаких иных, в частности имущественных, требований.
Нередко целью данного способа защиты является устранение препятствий для осуществления права, создаваемых нарушителем. Обычно это имеет место при длящемся правонарушении, которое само по себе не лишает лицо субъективного права, но мешает ему нормально им пользоваться. Так, собственник имущества может потребовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК).
7. Признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки представляют собой частные случаи реализации такого способа защиты, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, поскольку совпадают с ним по правовой сущности. Наиболее очевидным это является при приведении сторон, совершивших недействительную сделку, в первоначальное положение. Но и тогда, когда в соответствии с законом к одной из сторон недействительной сделки применяются конфискационные меры в виде взыскания всего полученного или причитающегося по сделке в доход государства, права и законные интересы другой стороны защищаются путем восстановления для нее положения, существовавшего до нарушения права.
Поскольку ничтожность сделки далеко не всегда очевидна, не исключены иски о признании ничтожной сделки недействительной, что нашло подтверждение в п. 32 Постановления ВС и ВАС N 6/8 (более подробно см. коммент. к ст. 181 ГК).
8. О признании недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления см. комментарий к ст. 13 ГК.
9. Самозащита права является самостоятельной формой защиты прав и может осуществляться различными способами (более подробно об этом см. комментарий к ст. 14 ГК).
10. Присуждение к исполнению обязанности в натуре, нередко именуемое в литературе реальным исполнением, как самостоятельный способ защиты гражданских прав характеризуется тем, что нарушитель по требованию потерпевшего должен реально выполнить действия, которые он обязан совершить в силу обязательства, связывающего стороны. Исполнение обязанности в натуре обычно противопоставляется выплате денежной компенсации. Очевидно, что интерес потерпевшего отнюдь не всегда может быть удовлетворен такой заменой. Поэтому если иное не предусмотрено законом, он вправе настаивать на том, чтобы его контрагент фактически совершил действия, являющиеся предметом соответствующего обязательства, например передал вещь, выполнил работу, оказал услугу и т.п. В случаях, когда исполнение обязанности в натуре объективно невозможно либо нецелесообразно ввиду отсутствия механизма принудительной реализации, данный способ защиты может быть заменен иным средством защиты по выбору потерпевшего (более подр. о данном способе защиты см.: Павлов А.А. Присуждение к исполнению обязанности как способ защиты гражданских прав. СПб., 2001).
11. О возмещении убытков см. коммент. к ст. 15 ГК.
12. Взысканием неустойки защищаются нарушенные имущественные права в случаях, предусмотренных законом (законная неустойка) или договором (договорная неустойка). О понятии, видах и условиях взыскания неустойки см. коммент. к ст. ст. 330 - 333 ГК.
13. Такой способ защиты гражданских прав, как компенсация морального вреда, состоит в возложении на нарушителя обязанности по выплате потерпевшему денежной компенсации за физические или нравственные страдания, которые тот испытывает в связи с нарушением его прав. Сфера применения данного способа защиты ограничена двумя обстоятельствами. Во-первых, требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены только гражданами, так как юридические лица физических и нравственных страданий испытывать не могут. Во-вторых, нарушенные права должны носить по общему правилу личный неимущественный характер. При нарушении других гражданских прав возможность компенсации морального вреда должна быть прямо предусмотрена законом. О компенсации морального вреда более подробно см. коммент. к ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК.
14. Прекращение или изменение правоотношения выступает в качестве способа защиты гражданских прав лишь тогда, когда производится по одностороннему заявлению участника правоотношения в случае нарушения другим участником своих обязательств или по иным основаниям, предусмотренным законом или договором.
Чаще всего данный способ защиты реализуется в судебном порядке, так как связан с принудительным прекращением или изменением правоотношения. Однако в случаях, предусмотренных законом, он может быть реализован потерпевшим и самостоятельно. Так, при существенном нарушении договора поставки потерпевшая сторона может в одностороннем порядке расторгнуть договор путем простого уведомления об этом другой стороны, т.е. без обращения с иском в суд (п. 4 ст. 523 ГК).
15. Признание "неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону" особым способом защиты права в теоретическом плане вряд ли оправданно. Во-первых, защита прав по самой своей сути не может заключаться в воздержании от каких-либо действий, а, напротив, предполагает их совершение. Во-вторых, неприменение противоречащих закону актов является обязанностью суда, которой тот должен придерживаться во всей своей деятельности в соответствии с принципом законности.
Однако с практической точки зрения специальное указание в комментируемой статье на данное обстоятельство можно признать полезным, поскольку при игнорировании незаконного правового акта суд может опереться на конкретную норму закона, которая предоставляет ему такую возможность.
Указанная мера распространяется как на индивидуально-правовые, так и на нормативные акты государственных органов и органов местного самоуправления. В обоих случаях суд может обосновать, почему им не применяется в конкретной ситуации тот или иной правовой акт, какой норме и какому закону он противоречит.
Судом не должны применяться незаконные акты любых государственных органов и органов местного самоуправления, включая и те из них, признание недействительности которых не относится к его компетенции. Так, федеральный районный суд не может признать недействительным не соответствующий закону акт федерального министерства или ведомства, но он обязан его игнорировать как противоречащий закону при разрешении конкретного гражданско-правового спора. Если же вопрос о признании недействительным незаконного акта входит в компетенцию данного суда, последний не может ограничиться лишь игнорированием этого акта и должен объявить его недействительным.
По смыслу закона и в соответствии с принципом законности не применять противоречащие закону акты государственных органов и органов местного самоуправления должны не только суды, но и любые другие органы, осуществляющие защиту прав граждан и юридических лиц.
16. Содержащийся в комментируемой статье перечень способов защиты гражданских прав не является исчерпывающим. К иным способам защиты, предусмотренным законом, относятся, в частности, выполнение работы за счет должника (ст. 397 ГК), удержание имущества до выполнения должником своих обязательств (ст. ст. 359 - 360, 790, 996 и др. ГК), взыскание неосновательного обогащения (ст. 1102 ГК), взыскание компенсации за нарушение права (п. 3 ст. 1252 ГК) и др.
Статья 13. Признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления
Комментарий к статье 13
1. Комментируемая статья раскрывает один из способов защиты гражданских прав, предусмотренных ст. 12 ГК. К сожалению, из-за неточности и неполноты содержащихся в ст. 13 формулировок ее практическое значение невелико и, по сути, сводится лишь к особому выделению данного способа защиты среди остальных. Гораздо более полное и точное представление о нем дают гл. 24 - 25 ГПК и гл. 23 - 24 АПК, посвященные рассмотрению дел об оспаривании нормативных и ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и должностных лиц. К ним и надлежит обращаться для уяснения содержания, условий и порядка применения данного способа защиты гражданских прав. В настоящем комментарии целесообразно ограничиться лишь краткой констатацией следующих положений.
2. Прежде всего в суде могут быть оспорены (признаны недействительными) не только ненормативные правовые акты государственных органов и органов местного самоуправления, но и любые другие не соответствующие закону действия (бездействие) указанных органов. Если под первыми обычно понимаются облеченные в надлежащую правовую форму (как правило, документальную) обязательные для исполнения решения (постановления) и распоряжения, принятые как в коллегиальном, так и единоличном порядке, то вторыми охватываются все остальные действия (бездействие) государственных органов и органов местного самоуправления, влекущие правовые последствия. Иными словами, понятие "ненормативный акт", которое использовано в ст. 13 ГК, следует толковать расширительно, поскольку по смыслу закона под него подпадают любые властные предписания указанных выше органов независимо от того, в какой форме они выражены.
Помимо государственных органов и органов местного самоуправления властные предписания могут принимать должностные лица. Возможность оспаривания их действий в суде прямо предусмотрена ст. 46 Конституции и, разумеется, охватывается комментируемой статьей. По смыслу закона граждане и юридические лица могут добиваться признания недействительными также актов, принятых органами управления хозяйственных обществ и товариществ, кооперативов, общественных организаций и т.п.
3. Необходимым условием для обращения в суд с заявлением об оспаривании решения, действия (бездействия) государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица является то, что соответствующий акт нарушает права и законные интересы граждан и юридических лиц, создает препятствия к их осуществлению или незаконно возлагает на них какие-либо обязанности. Если же права и законные интересы конкретного заявителя принятым актом никак не ущемлены, им не может ставиться вопрос о признании соответствующего акта недействительным.
4. Наряду с ненормативными правовыми актами в суде могут оспариваться и нормативные акты, если они или их отдельные положения не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, и нарушают права, законные интересы и свободы граждан и организаций, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности или создают препятствия в осуществлении их прав и свобод. При этом содержащееся в ст. 13 указание на то, что это возможно лишь в случаях, предусмотренных законом, является неверным, поскольку данное право носит общий характер и не нуждается в его особом закреплении в том или ином законе.
5. Под судом, в котором могут быть оспорены ненормативные и нормативные правовые акты, нарушающие права, законные интересы и свободы граждан и организаций, в комментируемой статье понимаются суды общей юрисдикции и арбитражные суды. Возможность подачи жалобы в КС, конституционные и уставные суды субъектов РФ в случаях, когда конституционные права и свободы нарушены или могут быть нарушены законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, настоящей статьей, судя по ее содержанию, не охватывается, хотя в принципе относится к данному способу защиты гражданских прав.
Разграничение подведомственности судов общей юрисдикции и арбитражных судов по данной категории дел проводится по тем же принципам, которые лежат в основе разграничения их компетенции в целом. В арбитражных судах оспариваются ненормативные и нормативные правовые акты, нарушающие права и законные интересы граждан и организаций в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; законность всех иных правовых актов рассматривается судами общей юрисдикции.
Что касается подсудности, то она определяется соответственно ГПК и АПК. Так, согласно п. 4 ст. 251 ГПК заявления об оспаривании нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления и должностных лиц по общему правилу подаются в районный суд по месту нахождения лиц, принявших оспариваемый акт. Однако некоторые правовые акты, например нормативные правовые акты органов государственной власти субъектов РФ или федеральных органов государственной власти, могут оспариваться соответственно лишь в верховном суде республики (краевом или областном суде) или ВС (ст. ст. 26 - 27 ГПК).
6. Заявление о признании ненормативного правового акта недействительным может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда заявителю стало известно о нарушении его прав и законных интересов, если иной срок не установлен федеральным законом. В случае этого срока по уважительным причинам он может быть восстановлен судом.
Указанный срок не является сроком исковой давности, а относится к числу процессуальных сроков, порядок исчисления и восстановления которых регулируется соответственно нормами гл. 9 ГПК и гл. 10 АПК.
Срок для обращения в суд с заявлением об оспаривании нормативного правового акта законом не установлен, в связи с чем оно может быть подано в любое время, безотносительно ко времени принятия оспариваемого акта.
7. Обязанности по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия правового акта, его законности, наличию у органа или должностного лица надлежащих полномочий на его принятие возлагаются на орган или должностное лицо, которые приняли акт. При этом суд не связан доводами, содержащимися в заявлении об оспаривании правового акта, и обязан проверить законность и обоснованность его принятия в полном объеме.
8. Подача в суд заявления об оспаривании нормативного правового акта не приостанавливает его действия. Напротив, действие оспариваемого ненормативного правового акта может быть приостановлено судом до вступления в силу решения суда.
Установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя, суд принимает решение о признании его недействительным (незаконным). С момента вступления данного решения в силу недействительный ненормативный правовой акт не подлежит применению.
Что касается нормативных правовых актов, то они при наличии необходимых оснований признаются судами не недействительными, а лишь недействующими, на что указал КС в Постановлении от 11 апреля 2000 г. N 6-П. Иное, по мнению КС, противоречило бы принципу разделения властей.
Статья 14. Самозащита гражданских прав
Комментарий к статье 14
1. Признание самозащиты одним из способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК) является неверным, так как здесь смешаны близкие, но отнюдь не совпадающие друг с другом понятия - способ и форма защиты гражданских прав. Самозащита гражданских прав с позиций теории - это форма их защиты, допускаемая тогда, когда потерпевший располагает возможностями правомерного воздействия на нарушителя, не прибегая к помощи судебных или иных органов.
2. В рамках этой формы защиты обладатель нарушенного или оспариваемого права может использовать различные способы, которые должны быть соразмерны нарушению и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения.
К допускаемым мерам защиты в данном случае относятся не только действия лица в состоянии необходимой обороны (ст. 1066 ГК) и крайней необходимости (ст. 1067 ГК), но и многие иные меры, которые в теории обычно квалифицируются в качестве так называемых оперативных санкций (например, отказ совершить определенные действия в интересах неисправного контрагента (отказ от оплаты, от передачи вещи и т.п.), поручение работы, не выполненной должником, другому лицу за счет должника (ст. 397 ГК) и др.).
Статья 15. Возмещение убытков
Комментарий к статье 15
1. Комментируемая статья посвящена важнейшему способу защиты гражданских прав - возмещению убытков. Его универсальность заключается в том, что убытки могут быть взысканы практически всегда, когда они причинены потерпевшему, независимо от того, указано ли в конкретной норме на возможность их взыскания или от того, явились ли они результатом нарушения вещных, обязательственных или исключительных прав потерпевшего.
При этом, однако, необходимо учитывать, что по своей юридической природе взыскание убытков является формой гражданско-правовой ответственности. Из этого следует, что убытки могут быть взысканы при наличии условий, необходимых для применения гражданско-правовой ответственности (подробнее см. об этом коммент. к ст. 401 ГК).
2. Под убытками в комментируемой статье понимаются отрицательные последствия, которые наступили в имущественной сфере потерпевшего в результате нарушения его гражданских прав и охраняемых законом интересов. Они могут выражаться в уничтожении имущества, уменьшении стоимости поврежденной вещи, неполучении запланированного дохода, необходимости новых расходов и т.п. В отличие от возмещения вреда в натуре, например путем предоставления должником кредитору вещи того же рода и качества или безвозмездного устранения повреждений имущества, при взыскании убытков имущественный интерес потерпевшего удовлетворяется за счет денежной компенсации понесенных им имущественных потерь. Таким образом, денежная оценка имущественных потерь потерпевшего и образует понятие убытков.
3. Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, убытки по общему правилу взыскиваются в полном объеме. Исключения из этого правила могут устанавливаться лишь законом или конкретным договором.
Так, в соответствии с прямым указанием закона убытки в пониженном размере взыскиваются при нарушении договоров энергоснабжения (ст. 547 ГК), на выполнение НИ и ОКР (ст. 777 ГК), перевозки (ст. 796 ГК), хранения (п. 2 ст. 902 ГК) и др. Уменьшение размера взыскиваемых убытков соглашением сторон в принципе возможно во всех договорах, кроме договоров присоединения или иных договоров, в котором в качестве кредитора выступает гражданин-потребитель (см. коммент. к ст. 400 ГК). Не допустимы и заранее заключаемые соглашения об уменьшении размера внедоговорной ответственности.
Хотя в п. 1 ст. 15 говорится лишь о возможном уменьшении размера взыскиваемых убытков, на практике встречаются соглашения как о взыскании убытков в повышенном размере, так и о заранее оцененном сторонами размере убытков. Возможность заключения соглашений первого вида сомнений не вызывает, что, в частности, прямо подтверждается п. 1 ст. 1064 ГК. Следует лишь учитывать, что подобное соглашение может быть расценено судом как обход правил ст. 333 ГК, в связи с чем, опираясь на эту статью, суд может уменьшить размер убытков при наличии их явной несоразмерности последствиям нарушения.
Что касается соглашений второго вида, то они также не противоречат действующему законодательству, но в условиях отсутствия в законе специальных правил на этот счет их, видимо, следует квалифицировать в качестве соглашений об исключительной неустойке.
В случаях, предусмотренных законом, убытки могут взыскиваться также через присуждение в пользу потерпевшего особой денежной компенсации, размер которой определяется судом. Так, в соответствии со ст. ст. 1301, 1311 ГК обладатель исключительных авторских или смежных прав вправе потребовать от нарушителя выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемых по усмотрению суда, вместо возмещения убытков.
4. Пункт 2 ст. 15 раскрывает понятие убытков и указывает на две их составляющие - реальный ущерб и упущенную выгоду. Реальный ущерб включает в себя: а) расходы, которые произвел или должен будет произвести потерпевший для восстановления нарушенного права; б) стоимость утраченного или поврежденного имущества потерпевшего.
Следует подчеркнуть, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п. (п. 10 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
Упущенная выгода представляет собой неполученные доходы, которые потерпевший получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Размер упущенной выгоды должен быть обоснован потерпевшим соответствующими расчетами с учетом сделанных им приготовлений и разумных затрат. В частности, по требованию о возмещении убытков в виде неполученного дохода, причиненных недопоставкой сырья или комплектующих изделий, размер такого дохода должен определяться исходя из цены реализации готовых товаров, предусмотренной договорами с покупателями этих товаров, за вычетом стоимости недопоставленного сырья или комплектующих изделий, транспортно-заготовительных расходов и других затрат, связанных с производством готовых товаров (п. 11 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
Особый порядок определения размера упущенной выгоды применяется тогда, когда нарушителем извлечены доходы вследствие нарушения прав потерпевшего. В данном случае потерпевший вправе обратить эти доходы в свою пользу, рассматривая их в качестве своей упущенной выгоды, что в значительной степени облегчает обоснование ее размера.
Статья 16. Возмещение убытков, причиненных государственными органами и органами местного самоуправления
Комментарий к статье 16
1. Комментируемая статья опирается на конституционное положение о том, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53 Конституции). Хотя указанная конституционная норма находится в главе, посвященной правам и свободам человека и гражданина, ее действие, равно как и действие многих других норм данной главы, на что неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, распространяется также на юридических лиц как коллективных объединений граждан. По смыслу Конституции и прямому указанию, содержащемуся в комментируемой статье, на аналогичных началах перед гражданами и юридическими лицами отвечают муниципальные образования.
Применительно к деликтной ответственности положения комментируемой статьи получили развитие в ст. ст. 1069 - 1071 ГК.
2. Комментируемая статья более точно, чем ст. ст. 12 и 13 ГК, определяет основания ответственности государства и муниципальных образований перед гражданами и юридическими лицами, поскольку указывает, что ими могут быть не только незаконные акты государственных органов и органов местного самоуправления, но и другие их незаконные действия или бездействие, а также действия или бездействие должностных лиц этих органов.
Вместе с тем следует иметь в виду, что в ст. 16 под действиями (бездействием) и актами соответствующих органов и их должностных лиц понимаются лишь их властные предписания, правом принятия которых они наделены согласно действующему законодательству. Если же тот или иной государственный орган или орган местного самоуправления действует в гражданском обороте как обычный его участник, не проявляя своих властных полномочий, он отвечает за свои действия на равных началах с остальными. Положения ст. 16 в этом случае применению не подлежат.
3. Статья 16 не раскрывает условия возмещения убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам незаконными действиями (бездействием) органов и должностных лиц. Это означает, что они определяются нормами действующего законодательства, предусматривающими ответственность за конкретные нарушения прав граждан и юридических лиц. При этом по общему правилу ответственность наступает за виновное поведение, а в случаях, предусмотренных законом (например, ст. 1079 ГК), - независимо от вины.
Общим является и подход к объему возмещения: убытки возмещаются в полном объеме, т.е. в размере положительного ущерба и упущенной выгоды.
Вместе с тем комментируемая статья едва ли может трактоваться в качестве правила, которым установлено, что причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов и органов местного самоуправления, а также их должностных лиц вред может возмещаться лишь в форме убытков, т.е. денежном выражении. Указанная форма возмещения вреда действительно преобладает на практике, однако нет никаких препятствий и для того, чтобы вред был возмещен в иной, в том числе натуральной, форме.
4. Наиболее важным в ст. 16 является положение о том, что убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) властных органов и должностных лиц, возмещаются не самими причинителями, а непосредственно Российской Федерацией, соответствующим субъектом РФ или муниципальным образованием. С учетом содержащихся в ст. ст. 1069 - 1071 ГК указаний к сказанному можно добавить, что ущерб возмещается за счет соответственно казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.
Под казной понимается принадлежащее Российской Федерации (субъекту РФ, муниципальному образованию) имущество, не закрепленное за конкретными государственными (муниципальными) предприятиями или учреждениями. В первую очередь к казне относятся средства соответствующих бюджетов, которые управляются органами Министерства финансов РФ, финансовыми органами субъектов РФ и муниципальных образований. При удовлетворении иска взыскание средств производится за счет средств соответствующего бюджета, а при отсутствии средств - за счет другого имущества, составляющего казну (см. п. 12 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
Вместе с тем нельзя не отметить, что идея казны как имущества не нашла последовательного воплощения в действующем законодательстве. Наряду с казной как имуществом термином "казна" нередко именуется правообладатель этого имущества, т.е. Российская Федерация, субъекты РФ и муниципальные образования. Это обстоятельство оправдывает использование в настоящем комментарии выражения "от имени казны" и сходных с ним словосочетаний.
5. Решив вслед за Конституцией этот принципиальный вопрос, комментируемая статья оставила открытыми ряд частных вопросов, связанных с практическим воплощением в жизнь данного положения. Главным из них является вопрос о том, к кому конкретно должен предъявляться иск о возмещении убытков.
Общий ответ на него содержится в п. 12 Постановления ВС и ВАС N 6/8: ответчиком по такому делу должны признаваться Российская Федерация, соответствующий субъект РФ или муниципальное образование в лице соответствующего финансового или иного управомоченного органа. Однако какие конкретно органы должны выступать от имени государства или муниципального образования (от имени казны), определено не было.
Законодательство и судебная практика последних лет при решении данного вопроса были крайне непоследовательны и противоречивы. В конце 90-х годов в роли ответчика чаще всего привлекалось Министерство финансов РФ как уполномоченное действовать от имени казны РФ (см. п. 1 Положения о Министерстве финансов РФ, утв. Постановлением Правительства РФ от 6 марта 1998 г. N 273). Функцию по выступлению от имени казны в судах по делам о взыскании денежных средств за счет казны РФ Минфин России Приказом от 12 февраля 1998 г. N 26 возложил на управления федерального казначейства по субъектам РФ, руководителям которых были выданы доверенности по выступлению от имени казны РФ.
Однако с 1 января 2000 г. вступил в силу БК, п. 10 ст. 158 которого предусматривает, что от имени казны РФ по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.
Согласно п. 1 ст. 158 БК главный распорядитель средств федерального бюджета - орган государственной власти РФ, имеющий право распределять средства федерального бюджета по ведомственным распорядителям и получателям бюджетных средств, определенный ведомственной классификацией расходов федерального бюджета. Ведомственная классификация расходов федерального бюджета является группировкой расходов, отражающей распределение бюджетных ассигнований по прямым получателям средств из федерального бюджета, а в рамках их бюджетов - по целевым статьям и видам расходов (ст. 4 ФЗ от 15 августа 1996 г. "О бюджетной классификации Российской Федерации" (СЗ РФ. 1996. N 34. Ст. 4030)).
Первым уровнем указанной классификации является перечень прямых получателей средств из федерального бюджета, которые и рассматриваются в качестве главных распорядителей средств. Этот перечень, содержащийся в приложении N 9 к указанному Закону, может дополняться и уточняться законом о федеральном бюджете на соответствующий год. Он включает более 150 прямых получателей средств из федерального бюджета, в состав которых входят как различные министерства и ведомства, так и отдельные важнейшие государственные организации и учреждения. Именно они согласно п. 10 ст. 158 БК, с учетом их ведомственной принадлежности (т.е. Министерство внутренних дел РФ, Министерство юстиции РФ, Генеральная прокуратура РФ и т.д.) и должны выступать от имени казны по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов и их должностных лиц.
6. Практическое воплощение в жизнь указанных положений БК столкнулось, однако, с массой проблем, обусловленных, в частности, отсутствием в федеральном бюджете средств на их реализацию, и вылилось в разный подход судов общей юрисдикции и арбитражных судов к решению вопроса о том, какой конкретно государственный орган должен привлекаться к участию в деле в качестве ответчика от имени казны РФ.
Правильной представляется практика арбитражных судов, согласно которой от имени казны РФ в подобных делах выступают главные распорядители средств федерального бюджета, т.е. различные министерства и ведомства, должностными лицами и органами которых причинен вред. Эта практика опирается на ст. 128 БК, которая имеет приоритет перед правилами, закрепленными в подзаконных актах. Поскольку, однако, в составе средств, выделяемых из федерального бюджета министерствам и ведомствам как главным распорядителям, не предусмотрена такая статья расходов, как возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) их органов и должностных лиц, реальное возмещение производится Минфином России за счет федерального бюджета по разд. 30, подразд. 04 "Прочие расходы, не отнесенные к другим целевым статьям".
Правильность данного подхода подтверждается положениями ежегодных законов о федеральном бюджете, согласно которым исполнительные листы по искам к казне РФ по данной категории дел направляются для исполнения в Минфин России и исполняются им в соответствии с законодательством в порядке, установленном Правительством РФ.
7. Как видно из изложенного, вопрос о том, кто должен выступать от имени казны РФ по искам о возмещении ущерба, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, достаточно сложен и решается на практике неоднозначно. Однако любые трудности, связанные с его решением, не должны ложиться на плечи потерпевших от незаконных действий, с чем, к сожалению, приходится сталкиваться на практике.
Как указано в п. 12 Постановления ВС и ВАС N 6/8, достаточно того, чтобы потерпевшие предъявили иск о возмещении убытков к самой Российской Федерации, субъекту РФ или муниципальному образованию. Более того, не может служить основанием к отказу в принятии искового заявления либо к его возвращению без рассмотрения даже то обстоятельство, что иск предъявлен потерпевшим непосредственно к государственному органу или органу местного самоуправления, допустившему соответствующее нарушение.
Определение органа, который управомочен выступать от имени казны РФ, казны субъекта РФ или казны муниципального образования, не является задачей потерпевших. Разобраться с этим вопросом должен сам суд, который не вправе отказать в рассмотрении дела лишь на том основании, что истцом не указан или неправильно указан орган, уполномоченный выступать от имени соответствующей казны.
Подраздел 2. ЛИЦА
Глава 3. ГРАЖДАНЕ (ФИЗИЧЕСКИЕ ЛИЦА)
Статья 17. Правоспособность гражданина
Комментарий к статье 17
1. Комментируемая статья определяет правоспособность и временные рамки ее существования, называет два ее признака - равенство (в отношении всех граждан - п. 1) и следование (за гражданином от момента рождения до смерти - п. 2). Гражданская правоспособность - способность иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, т.е. имущественные и личные неимущественные (далее - правоспособность). Правоспособность - абстрактная (потенциальная) способность обладания правами и обязанностями, фундаментальная предпосылка их существования, "сплав суперправа и суперобязанности", "резервуар", где "хранятся" принадлежащие гражданину права и обязанности, которые он может осуществлять в течение жизни или не осуществлять вообще (о ее содержании см. ст. 18 ГК). И не важно, что гражданин за всю жизнь не оставит завещания, не займется предпринимательством, не создаст юридическое лицо, не станет автором, не купит недвижимость: главное - что возможность всего этого ему гарантирует его правоспособность.
Правоспособность - особое субъективное право абсолютного типа, которое должно соблюдаться каждым, а его защиту обеспечивает государство (ст. 22 ГК). Она гарантирует саму возможность существования у гражданина прав и обязанностей, для последующей их реализации нужны дееспособность (ст. 21 ГК) и основания возникновения прав и обязанностей в виде юридических фактов (ст. 8 ГК), фактических составов (п. 1 ст. 27, п. 2 ст. 558 ГК), юридических состояний (ст. ст. 42, 45, 234 ГК). Процесс реализации прав и обязанностей характеризует последовательная цепь, состоящая из: а) право- и б) дееспособности; в) оснований возникновения прав и обязанностей; г) самих субъективных прав и обязанностей в правоотношении.
Правоспособность, имея естественно-правовую природу, сопровождает гражданина от рождения до смерти (п. 2 ст. 17) и является неотчуждаемой, одновременно регулируется законом (ст. ст. 17, 18, 22, 1196 ГК) и является продуктом и отражением права и законодательства конкретной эпохи. Так, ст. 10 ГК 1964 г., в отличие от ст. 18 ГК, предоставляла гражданину возможность избирать род занятий, но не заниматься предпринимательской и любой другой не запрещенной законом деятельностью, не предусматривала она и возможности создавать юридические лица. Оба признака правоспособности - ее равенство и следование - обеспечивают ее независимость от возраста и психического здоровья гражданина, иных обстоятельств, а признак ее следования исключает неправоспособность.
И все же правоспособность не абсолютна и не универсальна: она зависит от субъекта (ср. ст. 17 и ст. 49 ГК), а правоспособность гражданина может ограничиваться (ст. 22 ГК), кроме того, связана с его гражданством. В равной мере правоспособность признается за гражданами РФ. Правоспособность физического лица определяет его личный закон (ст. ст. 1195, 1196 ГК), при этом иностранные граждане и апатриды пользуются в Российской Федерации правоспособностью наравне с россиянами, кроме случаев, установленных законом. Закон о правовом положении иностранцев включает в понятие "иностранный гражданин" и апатридов, кроме случаев, когда для последних установлены особые правила. С учетом этой оговорки иностранцы имеют в Российской Федерации права и несут обязанности наравне с россиянами, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором РФ (п. 3 ст. 62 Конституции); правила гражданского законодательства РФ к ним также применяются только по общему правилу (абз. 4 п. 1 ст. 2 ГК). Так, из-за ограниченной правоспособности иностранцы в отличие от россиян не могут быть собственниками земельных участков на приграничных территориях, на иных установленных особо территориях РФ согласно федеральным законам, из земель сельхозназначения; если в их собственности по допустимым основаниям оказался участок (доля в праве на него) из земель сельхозназначения, они обязаны произвести отчуждение такого объекта (п. 3 ст. 15 ЗК, ст. ст. 3, 5, 11 Закона об обороте земель сельскохозяйственного назначения). По решению Правительства РФ граждане государств, в которых есть ограничения имущественных и личных прав россиян, могут претерпевать реторсии (ст. 1194 ГК). Не умаляет прав и свобод гражданина и не освобождает от обязанностей из российского гражданства и статус бипатрида, если опять-таки иное не предусмотрено федеральным законом или международным договором РФ (п. 2 ст. 62 Конституции).
Признание равной правоспособности за всеми россиянами не означает равенства на уровне конкретных субъективных прав и обязанностей: на приобретение последних влияют разные факторы (возможности и желания конкретного лица, здоровье и проч.). Так, каждый может иметь на праве собственности автомобиль, но один не может его приобрести из-за низкого дохода, другому он не нужен из-за наличия служебной машины, третий же при наличии денег и отсутствии служебной машины тем не менее предпочитает общественный транспорт.
2. Правоспособность возникает в момент рождения (п. 2 ст. 17). Речь идет о рождении живого ребенка: соответствующий акт и критерии живорождения, мертворождения, перинатального периода определяются согласно данным медицинской науки (отделение плода от организма матери, степень его доношенности, масса тела новорожденного, способность его к самостоятельному дыханию и др.). Правоспособность не возникает до момента рождения и не может связываться с каким-либо более ранним, чем рождение, моментом (актом зачатия, сроком беременности и проч.). Возможность призвания к наследованию лиц, зачатых при жизни наследодателя и родившихся живыми после открытия наследства (абз. 1 п. 1 ст. 1116 ГК), не делает из п. 2 ст. 17 исключения и не говорит о том, что в таких случаях правоспособность возникает до рождения. К наследованию призываются лица, зачатые (при жизни наследодателя) и родившиеся живыми (после открытия наследства), отсюда факт зачатия юридически значим только при условии последующего живорождения; напротив, нерожденные и мертворожденные за отсутствием правоспособности не могут быть и наследниками, а имевший место факт их зачатия юридически иррелевантен. С учетом этого надлежит рассматривать и правила, защищающие интересы nasciturus - зачатых, но еще не родившихся детей (п. 3 ст. 1163, ст. 1166 ГК), которые являются носителями прав и обязанностей с момента и при условии живорождения; если же последнее не случилось (пока или вообще), ни о каких правах и обязанностях говорить не приходится за отсутствием субъекта-носителя. Если ребенок родился живым, но вскоре умер, его следует считать субъектом права и определять непродолжительное существование его правоспособности между моментами рождения и смерти: такой ребенок является наследником (п. 1 ст. 1116 ГК) с последствиями, предусмотренными ст. 1156 ГК.
Любой гражданин благодаря присущей ему правоспособности может быть собственником и автором, одновременно он может быть неспособным к самостоятельному совершению сделок и несению имущественной ответственности (т.е. быть недееспособным). В этом случае вместо него и за него все необходимые действия совершают его дееспособные законные представители (абз. 1 п. 1 ст. 28, п. 2 ст. 29, ст. ст. 1073, 1076, абз. 3 п. 1 ст. 1153 ГК). Именно действия этих лиц, замещая отсутствующую дееспособность представляемого ими правоспособного гражданина, и помогают преодолеть временной разрыв между право- и дееспособностью последнего. Именно за счет такого замещения правосубъектность гражданина не сводится к правоспособности и не отождествляется с ней, а всегда состоит из способности к обладанию правами и обязанностями и способности к их реализации. И именно в тех случаях, когда у гражданина дееспособности нет и нет юридической возможности ее замещения действиями его дееспособных законных представителей, нельзя говорить ни о его правоспособности, ни о правосубъектности в целом. Так, при реализации права завещать имущество, вступать в брак, осуществлять трудовую или предпринимательскую деятельность законное представительство исключено, а значит, завещательная, брачная, трудовая, предпринимательская и прочие виды правоспособности возникают не в момент рождения, а позднее - одновременно с соответствующей дееспособностью в тот момент, когда гражданин сможет самостоятельно осуществлять такие права (см., например, п. п. 2, 3 ст. 1118 ГК). Поэтому, хотя правоспособность и возникает в момент рождения (п. 2 ст. 17), не все образующие ее содержание возможности (ст. 18 ГК) связываются с этим моментом.
Правоспособность прекращает биологическая смерть (п. 2 ст. 17), связываемая с необратимой гибелью всего головного мозга (ч. 2 ст. 9 Закона о трансплантации; Инструкция по констатации смерти человека на основании диагноза смерти мозга, утв. Приказом Минздрава России от 20 декабря 2001 г. N 460 (РГ. 30.01.2002)). Клиническая смерть, являющаяся обратимой, не влияет на правоспособность; не влияет на нее и юридическая смерть (ст. 45 ГК): если гражданин умер, его смерть прекращает правоспособность, но если он жив, последняя сохраняется, а все совершенное им действительно независимо от признания его умершим. Поэтому правило второго предложения ст. 1113 ГК следует понимать не вообще, а в смысле открытия наследства.
Статья 18. Содержание правоспособности граждан
Комментарий к статье 18
1. Единственная норма ст. 18, раскрывая содержание гражданской правоспособности (ст. 17 ГК), провозглашает основные гражданские права (в том числе иметь имущество на праве собственности, наследовать и завещать имущество, заниматься предпринимательской и любой иной не запрещенной законом деятельностью, создавать юридические лица, совершать любые не противоречащие закону сделки и участвовать в обязательствах и др.). Упоминание об иных имущественных и личных неимущественных правах свидетельствует о том, что ст. 18 называет лишь наиболее значимые гражданские права, в действительности же содержание правоспособности образуют и другие права - как предусмотренные гражданским законом, так и не предусмотренные им прямо, но и не противоречащие его общим началам и смыслу (ст. 8 ГК). Из содержания правоспособности следует исключить лишь те права, которые гражданин не может иметь в силу прямого указания закона, а при ограничении правоспособности (ст. 22 ГК) - соответствующие права. Поскольку в самой ст. 18 можно встретить и конституционное право (избирать место жительства - п. 1 ст. 27 Конституции), правоспособность - явление скорее общеправовое, чем отраслевое, как это может показаться исходя из п. 1 ст. 17 ГК.
2. Хотя ст. 18 раскрывает содержание правоспособности через перечисление основных прав, неверно исключать отсюда обязанности: иное будет противоречить п. 1 ст. 17 ГК и сможет объяснить механизм реализации только субъективных прав, при этом оставит в стороне обязанности (в том числе ответственность). Между тем в ст. 18 обязанности подразумеваются в связи с упоминаемыми правами. Так, право собственности возлагает на собственника обязанность содержать свое имущество и соответствующий риск (ст. ст. 210, 211 ГК), а на всех прочих лиц - обязанность соблюдать (не нарушать) данное право; право на занятие предпринимательством сопряжено с обязанностью его регистрации (п. п. 1, 2 ст. 23 ГК); совершение сделок подразумевает установление, изменение или прекращение в том числе и гражданских обязанностей (ст. 153 ГК); участие в обязательствах - суть исполнение должником обязанностей по передаче имущества, выполнению работы, уплате денег и т.п. (п. 1 ст. 307 ГК).
Статья 19. Имя гражданина
Комментарий к статье 19
1. Имя гражданина, которому посвящена ст. 19 и под которым он приобретает и осуществляет права и обязанности, - важнейшее правовое средство его индивидуализации. Оно включает фамилию, собственно имя и отчество: первые два элемента обязательны, третий может отсутствовать согласно указанию закона или национальному обычаю. Собирательным является и право на имя, объединяющее: а) право иметь имя; б) право изменить имя; в) право самостоятельно использовать имя, приобретая под ним права и обязанности; г) право разрешать другим лицам выступать от своего имени в качестве представителей; д) право на защиту имени.
2. Ребенок получает имя при рождении по соглашению родителей, фамилию - по фамилии родителей (а если они имеют разные фамилии, ему присваивается фамилия отца или матери по соглашению между ними, если иное не предусмотрено законами субъектов РФ), отчество - по фамилии отца, если иное не предусмотрено законом субъекта РФ или не основано на национальном обычае. Разногласие между родителями относительно имени и (или) фамилии ребенка разрешает орган опеки и попечительства. Если отцовство ребенка не установлено, имя ребенка определяет мать, он также получает ее фамилию, а отчество - лица, записанного по указанию матери в качестве его отца (п. 3 ст. 51, п. п. 2 - 5 ст. 58 СК). Имя и (или) фамилия ребенка до достижения им возраста 14 лет могут быть изменены согласно ст. 59 СК.
Имя, фамилия и отчество ребенка могут быть изменены также в связи с его усыновлением, при этом изменение фамилии, имени и отчества усыновленного, достигшего возраста 10 лет, возможно только с его согласия, кроме случаев когда до подачи заявления об усыновлении ребенок уже проживал в семье усыновителя и считает его своим родителем. При отмене судом усыновления одновременно решается вопрос, сохраняются ли за ребенком присвоенные ему в связи с усыновлением имя, фамилия и отчество, при этом для их изменения принципиально согласие ребенка, достигшего возраста 10 лет (ст. 134, п. 3 ст. 143 СК). Имя ребенка указывается в свидетельстве о рождении и с достижением им 14 лет вносится в паспорт. Гражданин, достигший 14 лет, может самостоятельно изменить один, два или все элементы имени согласно ст. 58 Закона об АГС с сохранением при этом всех прав и обязанностей, приобретенных им под прежним именем; он также обязан принимать меры для уведомления своих должников (лиц, в отношении которых он имеет права требования) и кредиторов (лиц, перед которыми он несет обязанности) о перемене своего имени и несет риск отсутствия у этих лиц сведений о перемене его имени. Перемена имени дает гражданину право на внесение изменений в другие документы, оформленные на прежнее имя (п. 2 ст. 19). Имя, полученное при рождении, и перемена имени - подлежащие регистрации акты гражданского состояния (п. 3 ст. 19, ст. 47 ГК).
Гражданин может в случаях и в порядке, предусмотренных законом, пользоваться вымышленным именем (псевдонимом) (абз. 2 п. 1 ст. 19), закон может разрешать выступать без указания имени (анонимно). Так, закон, устанавливая право автора произведения использовать или разрешать использование произведения под своим именем, под псевдонимом или анонимно (право на имя), в двух последних случаях считает его представителем, как правило, издателя, уполномоченного защищать права автора и обеспечивать их осуществление до тех пор, пока автор не раскроет свою личность и не заявит о своем авторстве (ст. 1265 ГК).
3. В ст. 19 допустимым случаям использования псевдонима (абз. 2 п. 1) и осуществления права на перемену имени (п. 2) противопоставлены недопустимые случаи приобретения прав и обязанностей под именем другого лица (п. 4). Запрет сопряжен с тем, что право на имя - нематериальное благо, не отчуждаемое и не передаваемое иным образом (п. 2 ст. 2, п. 1 ст. 150 ГК). Гражданин не может приобретать права и обязанности под чужим именем для себя, но вправе совершать действия от имени другого гражданина как его представитель по закону (договору) и с возникновением правового эффекта на стороне представляемого (абз. 1 п. 1 ст. 28, п. 2 ст. 29, абз. 1 п. 1 ст. 182, п. 1 ст. 971, абз. 3 п. 1 ст. 1005 ГК); если же гражданин действует от имени другого лица при отсутствии полномочий или с их превышением, сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, однако последующее ее одобрение представляемым порождает для него правовые последствия по данной сделке с момента ее совершения (ст. 183 ГК, см. также гл. 50 ГК). Но даже с учетом этой оговорки установленный в п. 4 ст. 19 запрет сформулирован в общем виде и охватывает разные ситуации: использование чужого имени может быть без ведома или с ведома его обладателя, для приобретения прав и обязанностей, которые могут быть гражданскими и иными, может использоваться сделка или иное основание, а само приобретение может быть разовым или постоянным, нарушитель может действовать из корысти, мести, шутки, стремления скрыться и др., а потерпевшим могут быть обладатель имени, третье лицо (например, контрагент по сделке), государство, сочетания этих лиц. Во всяком случае, п. 4 ст. 19 имеет в виду сознательное использование гражданином чужого имени, а значит, обманное приобретение прав и обязанностей для себя. Недопустимость приобретения прав и обязанностей под чужим именем исключает правовые последствия (кроме специальных, вплоть до уголовных, - см., например, ст. 327 УК). Совершенная в связи с нарушением п. 4 ст. 19 сделка должна рассматриваться по ст. 168 ГК, а в соответствующих случаях - по ст. 169 ГК, но если единственный потерпевший от обмана - контрагент лица, использовавшего при совершении сделки чужое имя и выдававшего себя за другого (что для потерпевшего может быть существенным, например в условиях фидуциарности данной сделки), обращаться следует к ст. 179 ГК.
4. Право на имя - защищаемое гражданским законодательством нематериальное благо (п. 2 ст. 2, п. 1 ст. 150 ГК). Вред, причиненный гражданину в результате неправомерного использования его имени, возмещается согласно ГК (ст. 151 и гл. 59). А поскольку от этого могут страдать и другие нематериальные блага - честь, достоинство, деловая репутация (что само по себе свидетельствует об их взаимосвязанности), - могут применяться специальные правила ст. 152 ГК (п. 5 ст. 19) (подробнее см. Постановление ВС N 3).
Статья 20. Место жительства гражданина
Комментарий к статье 20
1. Гражданина индивидуализирует и место его жительства - место, где он проживает постоянно (всегда) или преимущественно (проводит большую, чем в других местах, часть времени) (п. 1 ст. 20). С этим местом связаны многие правовые вопросы. Так, по месту жительства осуществляется регистрация гражданина в качестве предпринимателя (ст. 23 ГК, п. 3 ст. 8 Закона о регистрации юридических лиц), решаются вопросы опеки и попечительства (ст. 34, п. 1 ст. 35 ГК). В связи с длительным отсутствием в месте жительства гражданин может быть признан безвестно отсутствующим или объявлен умершим (ст. ст. 42, 45 ГК). Место жительства кредитора и должника - один из критериев надлежащего места исполнения обязательства (ст. 316 ГК). Последнее место жительства определяет место открытия наследства (ч. 1 ст. 1115 ГК).
Граждане обязаны регистрироваться по месту жительства (в жилом доме, квартире, служебном жилом помещении, специализированных домах - общежитии, гостинице-приюте, доме маневренного фонда, специальном доме для одиноких и престарелых граждан, доме-интернате для инвалидов, ветеранов и других, в ином жилом помещении, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника, по договору найма (поднайма), аренды либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством РФ), а также по месту (временного) пребывания (т.е. в гостинице, санатории, доме отдыха, пансионате, кемпинге, турбазе, больнице, другом подобном учреждении, а также жилом помещении, не являющемся местом жительства гражданина). Регистрационный учет осуществляют территориальные органы федеральной миграционной службы, при их отсутствии - местная администрация (подробнее - ст. ст. 2 - 7 Закона о праве граждан РФ на свободу передвижения). Из-за возможных несовпадений между фактическим местом жительства гражданина и иными обстоятельствами (регистрационный учет, места нахождения имущества, работы, проживания семьи и т.п.) все перечисленное не предрешает вопроса о месте жительства.
2. Правило п. 2 ст. 20 определяет место жительства недееспособных граждан: а) малолетних, находящихся на родительском попечении (ст. 28 ГК); б) малолетних, находящихся под опекой (п. 3 ст. 31 ГК); в) недееспособных душевнобольных (ст. ст. 29, 32 ГК). Место жительства этих граждан - место жительства их законных представителей - родителей или усыновителей (для граждан первой группы), место жительства их опекунов или место нахождения их опекунов по закону (см. п. 4 ст. 35 ГК) (для граждан второй и третьей групп).
Статья 21. Дееспособность гражданина
Комментарий к статье 21
1. Статья 21 определяет гражданскую дееспособность (далее - дееспособность) и момент ее возникновения в полном объеме (п. 1, абз. 1 п. 2), решает сопутствующие вопросы (абз. 2, 3 п. 2). Дееспособность - способность приобретать и осуществлять права, создавать и исполнять обязанности. Поскольку речь идет именно о собственных действиях гражданина по приобретению и осуществлению прав, о самостоятельном создании и исполнении обязанностей (п. 1 ст. 21), дееспособность - способность к самостоятельной реализации прав и обязанностей без помощи и участия в этом посторонних лиц. Дееспособность - "сплав суперправа и суперобязанности", который при этом выступает "связующим звеном" ("мостиком") между правоспособностью и правами и обязанностями в процессе их реализации, "продолжением правоспособности", "правоспособностью в процессе и на стадии реализации".
В отличие от правоспособности дееспособность, связанная с самостоятельным совершением сделок и несением имущественной ответственности, состоит из сделко- и деликтоспособности (германский законодатель не случайно говорит о правоспособности в разделе о лицах, а о дееспособности - в разделе о сделках (§ 1, 104 ГГУ)). Она возникает не в момент рождения, а по мере взросления гражданина, формирования у него волевых и интеллектуальных качеств, достижения определенного уровня психической зрелости и постепенно накапливается и, будучи динамичной, зависит от возраста (п. 1 ст. 21, ст. ст. 26, 28 ГК), психического здоровья (ст. 29 ГК), вредных привычек и порождаемых ими последствий (ст. 30 ГК), иных обстоятельств (п. 2 ст. 21, ст. 27 ГК), в том числе оценочных (п. 4 ст. 26 ГК). Поэтому объем дееспособности разных граждан неодинаков с точки зрения сделко- и (или) деликтоспособности, а сама дееспособность - явление групповое.
Известно несколько групп и подгрупп граждан и соответствующие им виды и подвиды дееспособности: а) малолетние дети в возрасте до 6 лет недееспособны абсолютно, а дети в возрасте от 6 до 14 лет недееспособны с исключениями (ст. 28 ГК); б) несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет дееспособны частично, однако в судебном порядке они могут быть ограничены в дееспособности (ст. 26 ГК); в) совершеннолетние, а также лица, вступившие в брак до совершеннолетия и эмансипированные, полностью дееспособны (ст. ст. 21, 27 ГК), однако в судебном порядке они могут быть признаны недееспособными (ст. 29 ГК) или ограничены в дееспособности (ст. 30 ГК).
Правоспособный гражданин может быть недееспособным, что исключено в отношении юридических лиц, право- и дееспособность которых возникают одновременно в момент их создания (абз. 1 п. 3 ст. 49, п. 2 ст. 51 ГК). Дееспособность, имея естественно-правовую природу, не отчуждаема и не может быть ограничена иначе как в случаях и в порядке, установленных законом (ст. 22 ГК), одновременно регулируется законом (ст. ст. 21, 26 - 30 ГК) и является продуктом и отражением права и законодательства конкретной эпохи. Так, изменилось само понятие дееспособности (ср. ч. 1 ст. 11 ГК 1964 г. и п. 1 ст. 21 ГК РФ); сегодняшней группе малолетних, состоящей из лиц в возрасте до 6 и от 6 до 14 лет (ст. 28 ГК), прежде соответствовала единая группа лиц в возрасте до 14 лет (ст. 9 ГК 1922 г.), а затем - в возрасте до 15 лет (ст. 14 ГК 1964 г.); ранее законодатель оставлял открытым вопрос об ответственности лиц в возрасте от 15 до 18 лет по сделкам, ограничиваясь регулированием их деликтной ответственности, сегодня этот пробел восполнен (ср. ст. ст. 13, 451 ГК 1964 г. и п. 3 ст. 26 ГК РФ); прежде вопрос об ограничении дееспособности лиц от 15 до 18 лет по инициативе любых заинтересованных лиц и общественных организаций решался в административном порядке, современный судебный порядок его решения и явное ограничение круга заявителей свидетельствуют об усилении охраны прав и интересов несовершеннолетних (ср. ч. 3 ст. 13 ГК 1964 г. и п. 4 ст. 26 ГК РФ). Дееспособность - особое субъективное право абсолютного типа, которое должно соблюдаться всяким и каждым, а его защиту обеспечивает государство (ст. 22 ГК). Она гарантирует общественно-юридическое признание совершаемых гражданином действий и качество обусловливаемого ими правового эффекта.
2. Гражданин РФ может самостоятельно осуществлять в полном объеме права и обязанности с наступлением совершеннолетия, т.е. с 18 лет (ст. 60 Конституции). Совершеннолетние полностью дееспособны, они самостоятельно совершают любые сделки и отвечают за свои действия. Досрочно полная дееспособность наступает при вступлении в брак до достижения 18 лет (абз. 2 п. 2 ст. 21) и эмансипации (ст. 27 ГК). Согласно ст. 13 СК брачный возраст определяется совершеннолетием, но при наличии уважительных причин (фактические брачные отношения, беременность невесты, рождение ею ребенка и др.) органы местного самоуправления по месту жительства лиц, желающих вступить в брак, вправе по просьбе этих лиц разрешить вступить в брак лицам, достигшим 16-летия (а согласно законам субъектов РФ в исключительных случаях возможно вступление в брак лиц моложе 16 лет).
Несовершеннолетний приобретает полную дееспособность со времени вступления в брак, для чего необходимо и достаточно регистрации брака в органах загса (п. п. 1, 2 ст. 47 ГК). Приобретенная полная дееспособность не зависит от того, окажется ли брак расторгнутым до наступления совершеннолетия, т.е. прекращенным по заявлению супруга (супругов) или опекуна признанного недееспособным супруга (п. 2 ст. 16 СК). Правило абз. 2 п. 2 ст. 21 следует распространить и на прекращение брака из-за смерти или объявления супруга умершим (п. 1 ст. 16 СК). Напротив, при признании брака недействительным суд может принять решение об утрате несовершеннолетним супругом полной дееспособности (абз. 3 п. 2 ст. 21). Это зависит от основания признания брака недействительным (п. 1 ст. 27 СК). Речь идет о несоблюдении условий для заключения брака (отсутствие взаимного добровольного согласия на вступление в брак и недостижение брачного возраста - п. 1 ст. 12, ст. 13 СК), наличии препятствий для заключения брака (наличие предыдущего нерасторгнутого брака, близких родственных отношений или отношений усыновления, недееспособности хотя бы одного из супругов вследствие психического расстройства к моменту вступления в брак - ст. 14 СК), сокрытии венерической болезни или ВИЧ-инфекции (п. 3 ст. 15 СК) и заключении фиктивного брака (т.е. если оба супруга или один из них заключили брак без цели создать семью). Брак признается недействительным судом со дня его заключения в органах загс (п. 4 ст. 27 СК), момент, с которого несовершеннолетний супруг утрачивает полную дееспособность в случае соответствующего решения суда, определяет суд (абз. 3 п. 2 ст. 21). Таковым может быть: а) дата регистрации недействительного брака; б) дата признания брака недействительным; в) другая дата.
Статья 22. Недопустимость лишения и ограничения правоспособности и дееспособности гражданина
Комментарий к статье 22
1. Комментируемая статья гарантирует неприкосновенность право- и дееспособности, ее п. 1 содержит общий запрет - никто не может быть ограничен в право- и дееспособности иначе как в случаях и в порядке, установленных законом, а п. 2 - последствие его нарушения, при этом ничего не говорится о недопустимости лишения право- и дееспособности (ср. содержание п. п. 1 и 2 ст. 22 с ее наименованием). Лишение гражданина правоспособности означало бы лишение его всех прав и обязанностей, но такое сложно связать с некоторыми элементарными правами и публичными обязанностями, это также не согласуется с применением ни одной юридической меры (профилактики, пресечения, наказания, воспитания, защиты и проч.). К тому же отсутствие правоспособности повлечет и отсутствие дееспособности, а поскольку первая в отличие от второй незаменима иными правовыми средствами, ее отсутствие повлечет отсутствие и самой правосубъектности. Пока гражданин жив, он не может быть лишен правоспособности (нечто подобное можно представить разве что в рамках наиболее крайних нарушений прав человека, например порабощения - ст. ст. 127.1, 127.2 УК). Поэтому правило п. 1 ст. 22 требует дифференцированного понимания: а) никто не может быть лишен правоспособности, а ее ограничение (суть поражение в отдельных видах прав) возможно только в случаях и в порядке, установленных законом; б) никто не может быть признан недееспособным и ограничен в дееспособности иначе как в случаях и в порядке, установленных законом.
2. В связи с ограничением правоспособности гражданские права могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (абз. 2 п. 2 ст. 1 ГК). Ограничения отдельных прав и свобод с указанием пределов и срока их действия могут устанавливаться в условиях чрезвычайного положения и в соответствии с федеральным конституционным законом для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя (п. 1 ст. 56 Конституции). Основаниями ограничения россиян в праве на свободу передвижения, выборе места пребывания и жительства в пределах РФ могут быть специфические районы - пограничная полоса, закрытые военные городки и административно-территориальные образования, зоны экологического бедствия, отдельные территории и населенные пункты, где в случае опасности распространения заболеваний и отравлений людей введены особые условия и режимы проживания населения и хозяйственной деятельности, территории, где введено чрезвычайное или военное положение (ст. 8 Закона о праве граждан РФ на свободу передвижения). Причиной ограничения правоспособности может стать психическое расстройство, препятствующее выполнению отдельных видов профессиональной деятельности и деятельности, связанной с источником повышенной опасности. В этом случае гражданин по решению врачебной комиссии на основании оценки состояния его психического здоровья и согласно перечню психиатрических противопоказаний может быть признан на срок до 5 лет и с правом последующего переосвидетельствования профнепригодным (ст. 6 Закона о психиатрической помощи). Правоспособность может ограничиваться в рамках реторсии (ст. 1194 ГК) и за правонарушение (см. ст. ст. 47, 53, 56, 57 УК). В свою очередь, ограничение дееспособности преследует цели воспитания (п. 4 ст. 26 ГК) и защиты имущественных интересов членов семьи (ст. 30 ГК), а признание гражданина недееспособным направлено на защиту его собственных имущественных интересов (ст. 29 ГК).
3. Меры правового воздействия на право- или дееспособность гражданина должны быть юридически обоснованными - не случайно в п. 1 ст. 22 говорится об установленных законом случаях и порядке (а в п. 2 - об условиях и порядке) их применения, что подразумевает наличие материально-правовых предпосылок (поводов, оснований) и соблюдение процессуальных особенностей их применения соответственно. Необоснованное ограничение дееспособности, права заниматься предпринимательской и иной деятельностью влечет недействительность акта государственного и иного органа (п. 2 ст. 22). Данный акт может быть нормативным или иным (например, правоприменительным), а сама санкция подлежит распространительному толкованию, т.е.: а) касается муниципальных органов, их должностных лиц, иных органов (например, юридического лица); б) охватывает не только случаи ограничения дееспособности и права заниматься предпринимательской и иной деятельностью, но и прочие ситуации (признание недееспособным или ограничение в любых других правах, образующих содержание правоспособности (ст. 18 ГК), если такие решения приняты без достаточных оснований или с нарушением процессуальных норм).
4. В п. 3 ст. 22 речь идет не о внешнем, а о внутреннем воздействии на право- и дееспособность - полном или частичном отказе от них самого гражданина и других сделках, направленных на их ограничение. Подобные действия ничтожны и не влекут правовых последствий изначально, а требование о применении последствий их недействительности может предъявить любое заинтересованное лицо или суд по своей инициативе (ст. ст. 166, 167 ГК). Поэтому даже если гражданин добровольно самоограничился в правах, это лишено правового значения независимо от того, знал ли он о существе принятой на себя обязанности и чем при этом руководствовался. Так, не имеют правового значения решение гражданина уйти в монастырь, совершение пострига и обетов целомудрия, послушания, нестяжательности, иные подобные обязательства (например, никогда не заниматься предпринимательством, не покупать недвижимость, навсегда связать свою жизнь с деревней). Запрет, установленный п. 3 ст. 22, связан с тем, что право- и дееспособность имеют естественно-правовую природу и неотчуждаемы (ст. ст. 17 и 21 ГК), к тому же гражданин осуществляет принадлежащие ему права по своему усмотрению (п. 1 ст. 9 ГК), поэтому ему нет надобности отказываться от право- или дееспособности - достаточно не осуществлять нежелательные права, что обычно не влечет их прекращения (п. 2 ст. 9 ГК). Так, дееспособному гражданину нет нужды отказываться от завещательной правоспособности - достаточно лишь не составлять завещания.
Прежде запрет совершать сделки, направленные на ограничение право- и дееспособности, был императивным (ст. 12 ГК 1964 г.), сегодня же в случаях, предусмотренных законом, такие сделки возможны и действительны (см., например, п. 3 ст. 22, ст. 1033 ГК). Сделки, направленные на ограничение право- или дееспособности, отличаются от случаев ограничения (обременения) конкретного субъективного права. Так, сделка по установлению сервитута (ст. ст. 274 - 277 ГК) означает предоставление заинтересованному лицу права ограниченного пользования чужим имуществом и ограничение, которое в результате претерпевает субъективное право собственника данного имущества; то же имеет место при покупке вещи, обремененной правом третьего лица (п. 1 ст. 460 ГК): последнее обременяет субъективное право покупателя на конкретную купленную им вещь, но оно не ограничивает определенный вид прав, как это должно быть при ограничении правоспособности (например, права на приобретение определенных товаров). Признак поражения в определенном виде прав отличает случаи договорного ограничения правоспособности (п. 3 ст. 22) от случаев изъятия имущества - оснований принудительного прекращения права собственности (п. 2 ст. 235 ГК): принудительное прекращение права на конкретное имущество отнюдь не исключает возможности приобретения аналогичного имущества (если, конечно, речь не идет об изъятых из оборота вещах), что было бы невозможным при ограничении правоспособности.
Статья 23. Предпринимательская деятельность гражданина
Комментарий к статье 23
1. Комментируемая статья посвящена предпринимательской деятельности гражданина - частному случаю предпринимательской деятельности, которая отнесена к ведению гражданского законодательства, а право на ее осуществление - элемент содержания правоспособности гражданина (абз. 3 п. 1 ст. 2, ст. 18 ГК). Предпринимательская право- и дееспособность гражданина возникают одновременно: право на предпринимательскую деятельность может быть реализовано только самостоятельно, а потому исключены случаи, когда бы возможности правоспособного, но еще не дееспособного гражданина восполняли действия его дееспособных законных представителей. Закон не определяет момент возникновения единой предпринимательской право- и дееспособности, но разрешает заниматься предпринимательством (и регистрироваться в качестве предпринимателя) несовершеннолетним, для чего необходимо нотариально удостоверенное согласие родителей (усыновителей) или попечителя либо документ, подтверждающий наличие полной дееспособности (подп. "з" п. 1 ст. 22.1 Закона о регистрации юридических лиц).
Гражданин вправе заниматься предпринимательством без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя (п. 1 ст. 23), которую обеспечивают Федеральная налоговая служба Минфина России и ее территориальные органы (см. Положение о Федеральной налоговой службе, утв. Постановлением Правительства РФ от 30 сентября 2004 г. N 506 (СЗ РФ. 2004. N 40. Ст. 3961)) с изм. (далее - регистрация, предприниматель). Регистрация предпринимателя основывается на его заявлении и решении налогового органа и сопровождается включением данных о нем в Единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей (далее - ЕГРИП), который ведется на бумажном и электронном носителях, содержит установленный законом перечень сведений и является открытым, кроме отдельных сведений, доступ к которым ограничен (см. Постановление Правительства РФ от 16 октября 2003 г. N 630 "О Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей, правилах хранения в Единых государственных реестрах юридических лиц и индивидуальных предпринимателей документов (сведений) и передачи их на постоянное хранение в государственные архивы, а также о внесении изменений и дополнений в Постановления Правительства РФ от 19 июня 2002 г. N 438 и 439" (СЗ РФ. 2003. N 43. Ст. 4238)).
Регистрация осуществляется по месту жительства предпринимателя в течение 5 рабочих дней со дня представления заявления, копии документа, удостоверяющего личность, документа об уплате госпошлины, других документов для заявителей-иностранцев и несовершеннолетних. Момент регистрации - внесение записи в ЕГРИП. Регистрации подлежат изменения сведений о предпринимателе и прекращение его деятельности в этом качестве. Перемена места жительства предпринимателя требует внесения изменений в ЕГРИП с одновременной передачей налоговым органом его регистрационного дела в налоговый орган по новому месту жительства. Отказ в регистрации возможен при непредставлении необходимых документов или при обращении в ненадлежащий налоговый орган. Безусловные препятствия для регистрации: а) не утративший силу факт регистрации (правило, препятствующее двойной регистрации); б) неистечение одного года с момента принятия судом решения о признании предпринимателя банкротом или решения о прекращении в принудительном порядке его деятельности в качестве предпринимателя; в) неистечение срока, на который данное лицо по приговору суда лишено права заниматься предпринимательством. Решение об отказе в регистрации может быть оспорено в судебном порядке. Основания для прекращения гражданином предпринимательской деятельности: а) его личное решение; б) смерть; в) решение суда о признании его банкротом или принудительном прекращении его предпринимательской деятельности; г) вступивший в силу приговор суда, которым ему назначено наказание в виде лишения права заниматься предпринимательством на определенный срок; д) аннулирование документа, подтверждающего его право временно или постоянно проживать в Российской Федерации, или окончание срока действия такого документа. Регистрация утрачивает силу с момента внесения записи в ЕГРИП или с иного момента (например, смерти, принятия судом решения о признании предпринимателя банкротом или о принудительном прекращении его предпринимательской деятельности, вступления в силу приговора суда) (ст. ст. 2, 4 - 6, 8, п. 1 ст. 9, ст. ст. 11, 22.1 - 22.3, п. п. 1, 5 ст. 23 Закона о регистрации юридических лиц).
2. Глава крестьянского (фермерского) хозяйства (далее - хозяйство) признается предпринимателем с момента государственной регистрации хозяйства (п. 2 ст. 23). Статус хозяйства определен Законом о крестьянском хозяйстве. Оно может быть одночленным (состоящим из одного лица) или объединением граждан, связанных родством и (или) свойством, его членами могут быть супруги, их родители, дети, братья, сестры, внуки, дедушки и бабушки каждого из супругов (но не более чем из 3 семей), иные граждане, не состоящие в родстве с главой хозяйства (но не более 5 человек). Хозяйство (кроме одночленного) создается и действует на основе соглашения, которое подписывают все его члены и в которое вносятся все изменения, касающиеся выбывших и вновь принятых членов, а также смены главы. Хозяйство считается созданным со дня его регистрации, которая осуществляется в порядке, установленном для регистрации граждан в качестве индивидуальных предпринимателей.
Хозяйство не является юридическим лицом: даже будучи договорным объединением, оно является неправосубъектной организацией, которая воспринимается в гражданском обороте через его главу. Это отличает современные неправосубъектные хозяйства от хозяйств - юридических лиц, создававшихся согласно прежнему одноименному Закону. Гражданский кодекс исключил из закрытого перечня коммерческих организаций известные в прошлом индивидуальные (семейные) частные предприятия (они должны были до 1 июля 1999 г. преобразоваться в хозяйственные товарищества, общества или кооперативы либо ликвидироваться, а по истечении этого срока подлежали ликвидации в судебном порядке (п. 5 ст. 6 Вводного закона), однако созданные в соответствии с прежним законом хозяйства - юридические лица вправе сохранить этот статус до 1 января 2010 г. (п. п. 1 - 3 ст. 1, п. 2 ст. 3, ст. ст. 4, 5, 16, 17, п. п. 2, 3 ст. 23 Закона о крестьянском хозяйстве).
3. К предпринимательской деятельности гражданина применяются правила ГК, регулирующие деятельность коммерческих организаций (п. 3 ст. 23), что свидетельствует о единстве гражданско-правового режима предпринимательской деятельности. Исключения из этого могут следовать из закона и иных правовых актов или из существа правоотношения. Споры между предпринимателями, между ними и юридическими лицами (в том числе споры с участием глав хозяйств), кроме споров, не связанных с осуществлением данными гражданами (главами) предпринимательской деятельности, - компетенция арбитражных судов. При разрешении таких споров последние опять-таки руководствуются нормами о коммерческих организациях, если иное не вытекает из закона, правового акта или существа правоотношений. Споры с участием граждан, не зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей (а значит, не обладающих специальным статусом), в том числе споры, связанные с фактическим осуществлением ими предпринимательской деятельности, - компетенция судов общей юрисдикции. При их разрешении возможно применение правила п. 4 ст. 23 (п. 13 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
4. Согласно п. 4 ст. 23 гражданин, занимающийся предпринимательством без регистрации, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к этим сделкам правила ГК об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Речь идет о возможности применения отдельных норм (например, п. 3 ст. 401 ГК), групп норм (например, § 3 гл. 30 ГК), а также правил тех нормативных актов, к которым отсылает ГК. Отсюда: а) поскольку гражданские нормы о предпринимателях являются специальными и отличаются повышенной строгостью, п. 4 ст. 23 формулирует санкцию в отношении фактических предпринимателей, игнорирующих требование регистрации; б) применение данной санкции зависит от усмотрения суда; в) сама предпринимательская деятельность покоится не столько на формально-юридическом моменте (регистрации), сколько на фактических (сущностных) признаках осуществляемой деятельности.
Статья 24. Имущественная ответственность гражданина
Комментарий к статье 24
1. Согласно комментируемой статье, посвященной деликтоспособности, гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. Это корреспондирует принципу полной имущественной ответственности, согласно которому лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения понесенных убытков (п. 1 ст. 15 ГК). Статья 24 связана с другими правилами о гражданской ответственности (например, со ст. 401 ГК), а потому, не касаясь недееспособных лиц (ст. ст. 28, 29 ГК), она распространяется на граждан, дееспособных полностью (ст. 21 ГК), частично (ст. 26 ГК) и ограниченно (ст. 30 ГК), в том числе на граждан-предпринимателей (ст. 23 ГК).
Принадлежащее гражданину имущество в ч. 1 ст. 24 - имущество, принадлежащее ему на праве собственности, имущественные права (на вещи и деньги на банковских счетах и вкладах), доли участия в коммерческих организациях (см. ст. 80, п. 5 ст. 111 ГК) и вообще все то, что имеет экономическую ценность и может быть направлено для погашения его обязательств непосредственно или после предварительной продажи.
Обязательства в ч. 1 ст. 24 - все имущественные долги гражданина, которые возникают в рамках обязательств по заключенным договорам, а также при нарушении абсолютных прав, порождающих возникновение особых - охранительных - обязательств (например, причинение вреда личности или имуществу гражданина). Поэтому ст. 24 имеет в виду ответственность по сделкам (в том числе договорную ответственность) и за причинение вреда (деликтную ответственность) в любой ее форме (убытки, неустойка, проценты годовых).
2. Гражданин может "ответить добровольно" своим имуществом по своим обязательствам, в противном случае имеет место принудительное обращение взыскания на его имущество. Комментируемая статья указывает на возможность принудительного обращения взыскания по обязательствам гражданина на все его имущество, за исключением того имущества, на которое обращение взыскания невозможно. Исчерпывающий перечень такого - привилегированного - имущества устанавливает процессуальное законодательство.
В его составе: а) жилое помещение (его части), если для должника и членов его семьи это единственное пригодное для постоянного проживания помещение, а также земельный участок под ним (не считая случаев, когда такое имущество или земельный участок под ним находятся в ипотеке и на них может быть обращено взыскание согласно законодательству об ипотеке); б) предметы обычной домашней обстановки и обихода, вещи индивидуального пользования (кроме драгоценностей и других предметов роскоши); в) предметы профессиональной деятельности должника стоимостью до 100 МРОТ; г) используемые для непредпринимательских целей племенной, молочный и рабочий скот, олени, кролики, птица, пчелы, корма, необходимые для их содержания до выгона на пастбища (выезда на пасеку), хозяйственные строения и сооружения, необходимые для их содержания; д) семена для очередного посева; е) продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого должника и его иждивенцев; ж) топливо, необходимое семье должника для приготовления ежедневной пищи и отопления жилого помещения в течение отопительного сезона; з) транспорт и другое имущество, необходимое должнику в связи с его инвалидностью; и) призы, государственные награды, почетные и памятные знаки, которыми награжден должник (п. 1 ст. 446 ГПК). Все эти изъятия призваны защитить права и интересы должника, членов его семьи и иждивенцев, в частности защитить конституционное право на жилище, обеспечить охрану государством достоинства личности, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав (абз. 3 п. 2 Определения КС от 4 декабря 2003 г. N 456-О (Вестник КС. 2004. N 3)).
Статья 25. Несостоятельность (банкротство) индивидуального предпринимателя
Комментарий к статье 25
1. Всякая предпринимательская деятельность связана с риском (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК). Стремясь к получению прибыли, гражданин-предприниматель (далее - предприниматель) может ее не получить и даже понести убытки. Убытки падают на него самого или на третье лицо (страховщика) (подп. 3 п. 2 ст. 929, ст. 933 ГК), но если они существенно превышают все имущество предпринимателя (имеет ограничение и размер страховых выплат) (п. 2 ст. 947 ГК), они не могут не затрагивать интересы третьих лиц (кредиторов), которым и посвящена ст. 25. Предприниматель, не способный удовлетворить требования кредиторов, связанные с осуществлением предпринимательской деятельности, может быть по решению суда признан банкротом. Основания и порядок признания его банкротом либо объявления им о своем банкротстве устанавливает Закон о банкротстве (п. п. 1, 5 ст. 25). Банкротом может стать всякий гражданин. К соответствующим отношениям применяются правила о банкротстве юридических лиц с учетом специфики гл. X Закона о банкротстве (ст. 202 Закона о банкротстве). Однако положения о банкротстве граждан сегодня действуют только в отношении предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств с учетом специфики § 2 и 3 гл. X Закона о банкротстве; в отношении граждан, не являющихся предпринимателями, они вступают в силу со дня вступления в силу федерального закона о внесении соответствующих изменений и дополнений в федеральные законы (п. 2 ст. 231 Закона о банкротстве).
2. Производство по делу о банкротстве предпринимателей - компетенция арбитражного суда (п. 1 ст. 6 Закона о банкротстве, п. 14 Постановления ВС и ВАС N 6/8). Основание для признания предпринимателя банкротом - его неспособность удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Заявителем может быть сам предприниматель, его кредитор, требование которого связано с его предпринимательской деятельностью, уполномоченный орган - Федеральная налоговая служба Минфина России и ее территориальные органы (см. Положение о Федеральной налоговой службе, утв. Постановлением Правительства РФ от 30 сентября 2004 г. N 506 (СЗ РФ. 2004. N 40. Ст. 3961)). При введении процедур, применяемых в деле о банкротстве, требования могут предъявить и кредиторы по обязательствам, не связанным с осуществлением предпринимательской деятельности (о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о взыскании алиментов), т.е. неразрывно связанных с личностью. Данные требования, не заявленные при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, сохраняют силу после завершения таких процедур (п. 2 ст. 25 ГК, ст. ст. 203, 214, 215 Закона о банкротстве).
3. Требования кредиторов предпринимателя в случае признания его банкротом удовлетворяются за счет принадлежащего ему имущества, на которое может быть обращено взыскание, в порядке и в очередности, предусмотренных Законом о банкротстве (п. 3 ст. 25). Согласно ст. 211 с учетом ст. 202 Закона о банкротстве прежде всего (т.е. во внеочередном порядке) покрываются расходы, связанные с рассмотрением дела о банкротстве и исполнением решения суда о признании предпринимателя банкротом и об открытии конкурсного производства. Только после этого удовлетворяются требования кредиторов согласно следующей очередности: в первую очередь - требования граждан, перед которыми предприниматель несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей, а также требования о взыскании алиментов; во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и оплате труда лиц, работающих по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности; в третью очередь - расчеты с другими кредиторами. Особые правила посвящены требованиям залоговых кредиторов (подробнее см. ст. ст. 135 - 138 Закона о банкротстве). При удовлетворении требований кредиторов закон исходит из двух принципов - последовательности (требования кредиторов каждой очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди) и пропорциональности (при недостаточности денежных средств они распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований).
4. После завершения расчетов с кредиторами предприниматель-банкрот освобождается от исполнения оставшихся обязательств, связанных с его предпринимательской деятельностью, и иных требований, предъявленных к исполнению и учтенных при признании его банкротом. Все эти требования считаются погашенными независимо от того, были ли они фактически удовлетворены. Однако сохраняют силу те требования граждан, перед которыми предприниматель-банкрот несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, иные требования личного характера независимо от того, были ли они предъявлены при осуществлении процедур, применяемых в деле о банкротстве. После признания предпринимателя банкротом все споры с его участием подведомственны суду общей юрисдикции (п. 4 ст. 25 ГК, п. 15 Постановления ВС и ВАС N 6/8). С момента принятия судом решения о признании предпринимателя банкротом и об открытии конкурсного производства утрачивает силу его регистрация в качестве предпринимателя, аннулируются выданные ему лицензии, он не может быть зарегистрирован в качестве предпринимателя вновь в течение одного года с момента признания его банкротом (п. 1 ст. 25 ГК, ст. 216 Закона о банкротстве).
5. Правовое регулирование банкротства крестьянского (фермерского) хозяйства имеет специфику. Она касается проведения финансового оздоровления и внешнего управления хозяйства, направленных на предотвращение его банкротства, самого конкурсного производства. Конкурсная масса хозяйства - только то имущество, которое находится в общей собственности членов хозяйства: сюда не может входить личное имущество главы и членов, а также имущество, приобретенное на доходы, не являющиеся общими средствами хозяйства. Конкурсная масса хозяйства подлежит реализации с торгов, при этом преимущественное право приобретения имущества хозяйства имеют производители сельхозпродукции и владельцы участков, непосредственно прилегающих к участку хозяйства-банкрота. Реализация самого участка возможна только с соблюдением земельного законодательства (подробнее см. ст. ст. 217 - 223 Закона о банкротстве).
Статья 26. Дееспособность несовершеннолетних в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет
Комментарий к статье 26
1. Комментируемая статья, посвященная дееспособности несовершеннолетних от 14 до 18 лет, последовательно регулирует их сделко- (п. п. 1, 2) и деликтоспособность (п. 3), ограничение их дееспособности (п. 4). Она не касается несовершеннолетних, ставших полностью дееспособными (п. 2 ст. 21 и ст. 27 ГК), и малолетних (ст. 28 ГК). Несовершеннолетние лица в возрасте от 14 до 18 лет (далее - несовершеннолетние) обладают частичной дееспособностью: они могут самостоятельно совершать сделки с соблюдением требований закона и нести гражданскую ответственность. Несовершеннолетние могут самостоятельно совершить любую сделку. Закон не устанавливает ограничений на саму сделку (ее стоимость, форму, предмет, прочие ее условия), но требует ее согласования с родителями (усыновителями) или попечителем несовершеннолетнего. Достаточно воли хотя бы одного родителя (усыновителя): а) случаи, когда закон требует согласия обоих родителей (усыновителей), известны, но тогда и о необходимости взаимности, и о связанных с ней последствиях говорится прямо (абз. 2 п. 1 ст. 27 ГК); б) родитель (усыновитель) может быть вообще один; в) семейное законодательство исходит из принципа равенства прав и обязанностей родителей (усыновителей) в отношении детей (п. 1 ст. 61, п. 1 ст. 137 СК). Поэтому правило п. 1 ст. 26 в части упоминания о родителях (усыновителях) во множественном числе требует ограничительного толкования. Попечитель обычно бывает один, но если все же попечителей несколько, они в отличие от родителей (усыновителей) должны действовать одновременно, а если ведение дела поручается одному из попечителей, он должен иметь от других попечителей доверенности (п. п. 6 - 8 ст. 10 Закона об опеке). Никто другой (бабушка, дедушка, старшие брат или сестра и проч.) не вправе согласовывать сделку несовершеннолетнего, если, конечно, он не является попечителем. Согласование сделки должно быть письменным (абз. 1 п. 1 ст. 26), согласие может быть дано перед совершением сделки, при ее совершении и в последующем (абз. 2 п. 1 ст. 26).
Закон ничего не говорит о сущности (форме выражения) согласия - достаточно, чтобы оно определенно свидетельствовало, что родители (усыновители) или попечитель знают и не препятствуют сделке несовершеннолетнего, а сама сделка при этом должна получить должную индивидуализацию во избежание споров о тождестве согласованного и совершенного. Требование письменного согласования сделки принципиально для ее юридического качества, однако отсутствие самого факта согласования или устное согласование сделки влекут лишь ее оспоримость - для признания ее недействительной нужен фактический состав: а) из инициирования родителями (усыновителями) или попечителем судебной процедуры признания ее недействительной; б) доказывания ими в суде соответствующего факта (отсутствия согласия); в) решения суда об аннулировании сделки (п. 1 ст. 175 ГК); известны и другие важные правила (см., например, п. 2 ст. 181 ГК).
2. Общее требование п. 1 ст. 26 знает ряд исключений, когда несовершеннолетний может самостоятельно и без согласования совершать сделки, их исчерпывающий перечень содержит п. 2 ст. 26. Прежде всего это распоряжение несовершеннолетним своим доходом - заработком, стипендией, гонораром, дивидендом, выигрышем и др. (далее - доход). Закон не дает ответа на вопрос, может ли несовершеннолетний распоряжаться имуществом, приобретенным на этот доход (за рамками мелких бытовых и иных сделок, которые самостоятельно могут совершать даже малолетние). В современных экономико-правовых условиях положительное его решение сомнений не вызывает, учитывая в том числе и то, что доход, о котором идет речь в подп. 1 п. 2 ст. 26, поступающий в самостоятельное распоряжение несовершеннолетнего, может быть и денежным, и натуральным.
Несовершеннолетний может распоряжаться своим доходом с учетом следующих ограничений: а) он не может совершать распорядительные сделки, запрещенные законом (например, распорядиться своими деньгами на случай смерти, так как посмертное распоряжение имуществом возможно только посредством завещания, а от завещателя требуется полная дееспособность) (п. п. 1, 2 ст. 1118 ГК); б) он может распоряжаться только теми доходами, которые уже получены им или причитаются ему, т.е. право на которые у него уже возникло (поэтому приобретение несовершеннолетним имущества в кредит в счет будущего заработка потребует согласования с родителями, усыновителями, попечителем).
Помимо сказанного о доходе несовершеннолетние могут самостоятельно: а) осуществлять права автора произведения науки, литературы или искусства, изобретения или иного охраняемого законом результата своей интеллектуальной деятельности; б) вносить вклады в кредитные учреждения и распоряжаться ими (однако вкладом, внесенным на имя несовершеннолетнего другим лицом (ст. 842 ГК), несовершеннолетний может распоряжаться только с согласия родителей, усыновителей, попечителя); в) совершать все те сделки, которые могут совершать малолетние (ст. 28 ГК); г) с 16 лет осуществлять весь комплекс членских прав и обязанностей в кооперативах (ст. ст. 107 - 112, 116 ГК). Перечень дозволенного несовершеннолетнему к самостоятельному совершению является исчерпывающим.
3. Несовершеннолетние самостоятельно отвечают по совершенным сделкам и за причиненный вред (п. 3 ст. 26). Ответственность несовершеннолетнего по всем совершенным сделкам (п. п. 1 и 2 ст. 26) ограничивается его имуществом, его родители (усыновители) или попечитель не отвечают по его сделкам, хотя бы они и давали согласие на их совершение, а так как согласование сделки не означает гарантию ее исполнения, все возможные риски убытков от таких сделок за рамками имущества несовершеннолетнего падают на его контрагента.
Напротив, согласно п. 3 ст. 26 и ст. 1074 ГК при причинении несовершеннолетними вреда и отсутствии (недостаточности) у них доходов или имущества к возмещению вреда (полному или в части) привлекаются их родители (усыновители) или попечитель (в том числе попечитель по закону - организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, - п. 4 ст. 35 ГК), однако в отличие от малолетних исключено привлечение к ответственности образовательных, медицинских и иных организаций, под надзором которых несовершеннолетний находился временно и которые не являются его попечителем (например, школы - ср. с п. 3 ст. 1073 ГК). Ответственность указанных лиц: а) является субсидиарной (ст. 399 ГК); б) покоится на вине (родители, усыновители, попечитель привлекаются к ответственности, если не докажут, что вред возник не по их вине, - п. 2 ст. 1074 ГК); в) прекращается с достижением несовершеннолетним (основным ответчиком) совершеннолетия, а также в случаях, когда до этого момента у него появились доходы или иное имущество, достаточные для возмещения вреда, или он приобрел полную дееспособность согласно п. 2 ст. 21 и ст. 27 ГК (п. 3 ст. 1074 ГК). Субсидиарные ответчики отвечают за собственную вину, выразившуюся в издержках (недостатках) воспитания несовершеннолетнего или контроля (надзора) за ним, поэтому не имеют права регресса (п. 4 ст. 1081 ГК).
4. Дееспособность несовершеннолетних может быть ограничена судом в порядке особого производства (подп. 4 п. 1 ст. 262, гл. 31 ГПК) по любому достаточному основанию (ср. п. 4 ст. 26 с абз. 1 п. 1 ст. 30 ГК), включая вредные привычки и неразумную трату денег (на Интернет, компьютерные программы, коллекционирование и т.п.) в ущерб насущным бытовым вопросам (приобретение одежды, продуктов питания и т.п.). Достаточность основания зависит от усмотрения заявителя - родителей (усыновителей), попечителя, органа опеки и попечительства. Заявление подается в суд по месту жительства несовершеннолетнего. В заявлении должны быть изложены обстоятельства, свидетельствующие о его явно неразумном распоряжении доходом. Суд рассматривает данное заявление с участием несовершеннолетнего, заявителя, прокурора, представителя органа опеки и попечительства. Заявитель освобождается от уплаты издержек, связанных с рассмотрением данного заявления, однако суд взыскивает с заявителя все издержки, если установит, что он действовал недобросовестно в целях заведомо необоснованного ограничения дееспособности несовершеннолетнего (п. п. 3, 4 ст. 281, п. 3 ст. 282, ст. 284 ГПК).
Смысл ограничения дееспособности несовершеннолетних - в ограничении или лишении их права самостоятельно распоряжаться доходом (подп. 1 п. 2 ст. 26), при этом не могут ограничиваться ни другие их возможности, названные в п. 1 и подп. 2 - 4 п. 2 ст. 26, ни их деликтоспособность (п. 3 ст. 26). Выбор между ограничением и лишением права свободно распоряжаться доходом зависит от пожелания заявителя, обстоятельств дела и усмотрения суда. После ограничения дееспособности несовершеннолетнего его доход получают его родители (усыновители) или попечитель (частично или полностью), сам же несовершеннолетний может распоряжаться им только с их согласия.
Принимая во внимание нерешенность в п. 4 ст. 26 и в гл. 31 ГПК ряда конкретных вопросов, а также тот факт, что ограничение дееспособности касается лиц от 14 до 18 лет, санкция п. 4 ст. 26 действует: а) вплоть до приобретения несовершеннолетним полной дееспособности (в том числе согласно п. 2 ст. 21 и ст. 27 ГК); б) вплоть до ее отмены судом; в) в течение срока, определенно установленного в решении суда. Правило п. 4 ст. 26 противоположно правилу ст. 27 ГК: первое содержит особую меру воспитательного характера и санкцию, второе - поощрительную (стимулирующую) меру.
Статья 27. Эмансипация
Комментарий к статье 27
1. Комментируемая статья посвящена эмансипации (лат. "emancipatio" - раскрепощение) - юридической процедуре, посредством которой лицо в обход общего правила п. 1 ст. 21 ГК приобретает полную дееспособность до наступления совершеннолетия и вне связи со вступлением в брак (п. 2 ст. 21 ГК). Эмансипация возможна при наличии ряда юридических фактов, образующих фактический состав: а) достижение лицом 16 лет; б) выполнение им трудовой (предпринимательской) функции; в) согласование вопроса об эмансипации с родителями (усыновителями) или попечителем несовершеннолетнего; г) подача заявления об эмансипации в компетентный орган; д) принятие последним решения об эмансипации (п. 1 ст. 27). Обязательные предпосылки эмансипации - достижение возраста 16 лет и осуществление трудовой (предпринимательской) функции, в процессе осуществления которой несовершеннолетний должен доказать свою социальную зрелость для досрочного получения полной дееспособности. Доказательством таковой могут и должны считаться также его членство и работа в производственном кооперативе (с учетом абз. 6 п. 2 ст. 26 ГК, а также особенностей гл. VI Закона о производственных кооперативах), а потому правило абз. 1 п. 1 ст. 27 в этой части подлежит распространительному толкованию. О необходимой и достаточной продолжительности трудовой (предпринимательской) деятельности не сказано, поэтому в каждом случае она индивидуальна, доказательство ее наличия - трудовой договор (контракт) или регистрация несовершеннолетнего предпринимателя, а с учетом сделанного дополнения - его членство и работа в производственном кооперативе; возможны и иные доказательства (например, объем заработанных средств за период работы по трудовому договору или занятия предпринимательством, прочие достижения в труде или бизнесе).
Инициатором эмансипации может быть любое лицо, заявителем - сам несовершеннолетний (п. 1 ст. 287 ГПК), при этом родители (усыновители) или попечитель должны высказать свое отношение к эмансипации, что предрешает вопрос об органе, рассматривающем вопрос по существу. Если оба родителя (усыновителя) или попечитель (а если их несколько - все попечители) дают согласие на эмансипацию, таковым является орган опеки и попечительства (ст. 34 ГК), а сама эмансипация является административной. Если же оба родителя (усыновителя), один из них или попечитель (хотя бы один из нескольких попечителей) не дают согласия на эмансипацию, таковым является суд, а сама эмансипация является судебной и осуществляется в порядке особого производства с участием заявителя, родителей или усыновителей (одного из них) либо попечителя (всех попечителей или уполномоченного попечителя), представителя органа опеки и попечительства и прокурора (подп. 5 п. 1 ст. 262, гл. 32 ГПК). И административный орган, и суд могут положительно или отрицательно решить вопрос об эмансипации, отказ может быть даже в условиях согласия обоих родителей (усыновителей), и едва ли есть сомнения в том, что веской причиной отказа может стать возражение одного, а тем более двух родителей (усыновителей). С момента вступления в силу решения об эмансипации несовершеннолетний приобретает полную дееспособность, однако он не может осуществлять те права и обязанности, для которых установлен возрастной ценз (п. 16 Постановления ВС и ВАС N 6/8). Так, он не может быть усыновителем, так как от последнего требуется не полная дееспособность, а именно совершеннолетие (п. 1 ст. 127 СК, п. 7 Постановления ВС N 9). Эмансипация прекращает попечительство (п. 3 ст. 40 ГК).
2. Согласно п. 2 ст. 27 с момента эмансипации несовершеннолетний отвечает по своим обязательствам самостоятельно без субсидиарной поддержки других лиц, однако поскольку ответственность, о которой здесь говорится, только и возможна в отношении обязательств из причинения вреда (см. коммент. к ст. 26 ГК), от слов "в частности" и последующего уточнения стоит отказаться. Родители (усыновители) и попечитель не отвечают по всем деликтным обязательствам эмансипированного - как возникшим до, так и после его эмансипации (п. 3 ст. 1074 ГК), поэтому эмансипация - способ освобождения соответствующей категории субсидиарных ответчиков от ответственности, в том числе уже имеющей место, который не соответствует интересам потерпевшего (в условиях настоящей редакции ст. 27 факт эмансипации основного должника не гарантирует эффективности его деликтной ответственности перед потерпевшим).
Статья 28. Дееспособность малолетних
Комментарий к статье 28
1. В комментируемой статье, посвященной дееспособности лиц, не достигших 14 лет (малолетних), первые два пункта посвящены их сделкоспособности, последний - деликтоспособности. Наименование ст. 28 следует понимать в отрицательном смысле. На самом деле малолетние недееспособны: а) при отсутствии родителей (усыновителей) над ними, как и над недееспособными душевнобольными, устанавливается опека (ст. ст. 29, 32 ГК); б) малолетние несделкоспособны, все их сделки (кроме предусмотренных в п. 2 ст. 28), как и все сделки недееспособных душевнобольных, ничтожны (п. 1 ст. 166, ст. ст. 171, 172 ГК); в) малолетние неделиктоспособны (п. 3 ст. 28); г) при регулировании отношений с участием малолетних и недееспособных душевнобольных используются сходные правила (см. п. 2 ст. 20 ГК, ср. абз. 2 п. 4 ст. 1073 и п. 3 ст. 1076 ГК); д) малолетние не могут ограничиваться в дееспособности как раз за ее отсутствием (ср. с п. 4 ст. 26, ст. 30 ГК). Право ребенка выражать свое мнение (ст. 57 СК) и значение его воли для ряда правовых последствий (см., например, п. 4 ст. 59, п. 1 ст. 132 СК) регулирует семейное законодательство исключительно в интересах самого ребенка (а не гражданского оборота) и не доказывает наличие у малолетнего гражданской дееспособности. Закон запрещает малолетним совершать сделки самостоятельно, от их имени это должны делать законные представители - родители (усыновители) или опекуны, причем только они и никто другой (абз. 1 п. 1 ст. 28). Сделка, совершенная малолетним самостоятельно, ничтожна (п. 1 ст. 172 ГК). Легализовать ее может только фактический состав, элементами которого являются: а) экономическая выгодность сделки для малолетнего; б) инициирование его законными представителями судебного процесса по ее оздоровлению (конвалидации); в) судебное признание ничтожной сделки действительной (п. 2 ст. 172 ГК). Следует иметь в виду и погашающую силу исковой давности (гл. 12 ГК), препятствующую применению последствий недействительности ничтожной сделки малолетнего (п. 1 ст. 181 ГК).
Действия законных представителей от имени малолетнего и возможности конвалидации сделки самого малолетнего, "преодолевающие разрыв" между его правоспособностью и недееспособностью, имеют ограничения, а потому не могут и не должны касаться тех случаев, когда к сделкоспособности предъявляются особые требования (см., например, ст. 1118 ГК). Поскольку правоспособность малолетнего позволяет ему быть собственником, но его недееспособность препятствует самостоятельному совершению сделок с имуществом, правило абз. 1 п. 1 ст. 28 касается в том числе и сделок с имуществом малолетнего (абз. 2 п. 1 ст. 28). В то же время в целях недопущения уменьшения такого имущества и нарушения тем самым прав и интересов малолетнего закон: а) требует санкционирования соответствующих сделок его законных представителей органами опеки и попечительства; б) запрещает законным представителям, их супругам и близким родственникам совершать сделки с малолетним (кроме одарения малолетнего или передачи ему имущества в безвозмездное пользование), а также представлять малолетних при заключении сделок или ведении судебных дел между малолетним и супругом законного представителя и их близкими родственниками (абз. 2 п. 1 ст. 28, п. п. 2 и 3 ст. 37 ГК).
2. Запрет самостоятельного совершения сделок малолетними является общим (абз. 1 п. 1 ст. 28) и знает исключения, предусмотренные для малолетних, достигших возраста 6 лет. Перечень из трех таких исключений, доказывающих элементарную сделкоспособность лиц от 6 до 14 лет, предусматривает п. 2 ст. 28. Отсюда малолетние в возрасте до 6 лет недееспособны абсолютно, а от 6 до 14 лет - недееспособны с исключениями.
Закон не раскрывает понятия "мелкая бытовая сделка" и не приводит примерного перечня таких сделок. При квалификации сделки в данном качестве надлежит руководствоваться тремя основными критериями - стоимостным, сущностным и возрастным: а) мелкая (незначительная) цена сделки; б) наличие у сделки бытового характера (она должна удовлетворять обычные, в том числе каждодневные, потребности малолетнего или членов его семьи, например приобретение продуктов питания, билетов в кино, игрушек, канцтоваров, оплата проезда на транспорте, аренда спортинвентаря, осуществление мелкого ремонта); в) соответствие мелкой цены сделки и ее существа возрасту и особенностям развития конкретного малолетнего. Учитывая, что совершить сделку может лицо и 6, и 13 лет, а также тот факт, что не только возраст определяет уровень развития гражданина и формирование в нем личностных (интеллектуальных и волевых) качеств, понимание мелкой цены сделки не может и не должно быть одинаковым, тем более - подвергаться формализации. Мелкая бытовая сделка всегда совершается за наличный расчет и обычно исполняется при самом ее совершении, а источником ее финансирования всегда являются средства законных представителей малолетнего.
Сделки, направленные на безвозмездное получение выгоды, не требующие нотариального удостоверения либо госрегистрации, имеют два признака: а) должны быть безвозмездными для малолетнего (т.е. они должны позволять ему получать выгоду, не возлагая на него ответных обязательств); б) не должны сопровождаться нотариальным удостоверением или госрегистрацией (в частности, дарение и безвозмездное пользование имуществом, например библиотекой, другие случаи безвозмездного получения выгоды, например выигрыша по лотерейному билету, приобретенному малолетним самостоятельно или подаренному ему кем-то "на удачу"). Поскольку безвозмездность исключает только юридическое обязывание, но не моральный долг, чувство благодарности, зависимости, привыкания и т.п. в отношении постороннего "благодетеля", такие сделки малолетних должны контролироваться их законными представителями.
Сделки по распоряжению средствами, предоставленными законным представителем или с согласия последнего третьим лицом для определенной цели или для свободного распоряжения, имеют четыре признака: а) распорядительный характер сделки (сделка направлена на распоряжение имуществом, в том числе возмездное или безвозмездное отчуждение имущества в собственность другому лицу); б) предмет сделки - средства; в) источником средств являются как законные представители малолетнего, так и третьи лица; г) средства передаются малолетнему для определенной цели или свободного распоряжения. Средства - деньги и другое имущество (например, коллекция марок, полученная малолетним для обмена отдельных экземпляров или реализации полностью), однако следует безусловно исключить имущество, распоряжение которым сопряжено с регистрацией сделки и (или) ее правового эффекта, приданием сделке квалифицированной формы и т.п. (недвижимость, транспорт, ценные бумаги и т.п.). Закон не устанавливает стоимостных ограничений в отношении предоставляемых малолетнему средств и их расходования последним, однако их размер должен соизмеряться с возрастом и особенностями развития конкретного малолетнего, зависеть от определенности или неопределенности цели их предоставления. Сказанное позволяет дифференцировать данные сделки от мелких бытовых сделок по трем признакам: а) источнику предоставления малолетнему средств; б) размеру предоставляемых средств и цены совершаемой малолетним сделки; в) направленности сделки, которая в данном случае не сводится к удовлетворению только бытовых потребностей малолетнего и членов его семьи.
Сегодняшним лицам в возрасте до 14 лет в ГК 1964 г. соответствовали лица в возрасте до 15 лет, которые могли самостоятельно вносить вклады в кредитные учреждения и распоряжаться ими. Хотя п. 2 ст. 28 такую сделку не упоминает (ср. с п. 2 ст. 26 ГК), внесение малолетним вклада в кредитное учреждение и распоряжение им возможно постольку, поскольку может охватываться двумя категориями сделок, названных в п. 2 ст. 28 ГК: открытие вклада и последующее распоряжение им может быть сделкой по распоряжению средствами (подп. 3), а выплачиваемый банком процент - сделкой, направленной на безвозмездное получение выгоды (подп. 2). Тем более что ни гл. 44 ГК, ни Закон о банках не предъявляют требований к возрасту вкладчиков.
3. Все малолетние неделиктоспособны, а за отсутствием дееспособности в целом они и не могут ограничиваться в ней. Первое объясняется тем, что малолетние не могут признаваться виновными, второе - отсутствием у них в этом возрасте самостоятельного дохода и силой фактической власти законных представителей. В условиях невозможности привлечения к ответственности малолетнего именно его законные представители отвечают по всем сделкам (как совершенным ими от имени малолетнего, так и последним самостоятельно) и за причиненный малолетним вред (п. 3 ст. 28, ст. 1073 ГК). Родители (усыновители) или опекуны (в том числе опекуны по закону - п. 4 ст. 35, п. 2 ст. 1073 ГК), а также организации и лица, под надзором которых малолетний находился временно (п. 3 ст. 1073 ГК), отвечают за действия малолетнего на началах вины, т.е. всегда, если не могут доказать, что обязательство было нарушено не по их вине (или что вред был причинен малолетним не по их вине). Они отвечают за собственную вину, которая состоит в издержках воспитания малолетнего или в недостатке контроля (надзора) за ним, поэтому впоследствии лишены права регресса (п. 4 ст. 1081 ГК). При эффективном доказывании родителями (усыновителями) или опекуном того, что неблагоприятные последствия возникли не по их вине, риск убытков падает на контрагента малолетнего (на потерпевшего от его действий) или на третье лицо (например, страховщика). Малолетний не может быть субъектом гражданской ответственности, но может стать субъектом обязанности по возмещению вреда с приобретением полной дееспособности и при наличии условий, предусмотренных абз. 2 п. 4 ст. 1073 ГК.
Статья 29. Признание гражданина недееспособным
Комментарий к статье 29
1. Душевнобольные имеют все права и свободы согласно Конституции и законам Российской Федерации. Ограничение прав и свобод граждан не может быть осуществлено только на основании психиатрического диагноза, фактов нахождения под диспансерным наблюдением в психиатрическом стационаре (психоневрологическом учреждении) - оно допустимо лишь в случаях, предусмотренных законами РФ. При реализации гражданином прав и свобод требования предоставления сведений о его психическом здоровье либо обследования его врачом-психиатром допускаются лишь в случаях, установленных законами РФ (п. п. 1, 3 ст. 5, ст. 8 Закона о психиатрической помощи). Но именно психическое расстройство может стать причиной ограничения правоспособности (см. коммент. к ст. 22 ГК) и признания недееспособным (ст. 29).
Отнюдь не всякое даже вполне очевидное психическое расстройство (в том числе диагноз и особенности течения болезни в конкретном случае) - достаточная причина признания недееспособным. Для этого оно должно быть таким, при котором гражданин либо не может понимать значения своих действий, либо (хотя и способен к этому) не может руководить ими, причем то и (или) другое препятствует его полноценному участию в гражданском обороте (поэтому расстройство должно быть не временным, а устойчивым). Поскольку малолетние недееспособны по возрасту и по закону, признаваться недееспособными в судебном порядке теоретически могут все прочие категории граждан - обладающие полной, частичной и ограниченной дееспособностью (соответственно ст. ст. 21, 26, 30 ГК). В то же время практически ст. 29 ориентирована на первую категорию граждан, тогда как для двух других обращение к ней возможно при наличии у гражданина достаточного для признания его недееспособным психического расстройства (вызванного в том числе злоупотреблением спиртным или наркотиками) и одновременной неэффективности уже существующих форм контроля над ним - попечения родителей (усыновителей) или попечительства.
Согласно п. 1 ст. 29 гражданин признается недееспособным судом в порядке особого производства (подп. 4 п. 1 ст. 262, гл. 31 ГПК) по заявлению членов его семьи, близких родственников (родители, дети, братья, сестры независимо от совместного с ним проживания), органа опеки и попечительства, психиатрического (психоневрологического) учреждения. Заявление подается в суд по месту жительства гражданина, а если он помещен в указанное учреждение - по месту нахождения последнего. В заявлении должны указываться обстоятельства, свидетельствующие о наличии психического расстройства, вследствие чего гражданин не может понимать значение своих действий или руководить ими. Судья в порядке подготовки дела к судебному разбирательству при наличии достаточных данных о психическом расстройстве назначает судебно-психиатрическую экспертизу (см. Инструкцию об организации производства судебно-психиатрических экспертиз в отделениях судебно-психиатрической экспертизы государственных психиатрических учреждений, утв. Приказом Минздравсоцразвития России от 30 мая 2005 г. N 370 (РГ. 2005. 19 июля)). Заключение врача другой специальности предварительно и не является основанием для решения вопроса об ограничении прав и законных интересов гражданина, а также для предоставления ему гарантий, предусмотренных законом для лиц, страдающих психическими расстройствами (п. 3 ст. 20 Закона о психиатрической помощи). При явном уклонении гражданина, в отношении которого возбуждено дело, от прохождения экспертизы суд в судебном заседании с участием прокурора и психиатра может вынести определение о принудительном направлении гражданина на экспертизу. Суд рассматривает дело о признании гражданина недееспособным с участием данного гражданина, который должен быть вызван в суд, если это возможно по состоянию его здоровья, заявителя, прокурора, представителя органа опеки и попечительства. Заявитель освобождается от уплаты издержек, связанных с рассмотрением данного заявления, однако суд взыскивает с заявителя все издержки, если установит, что он действовал недобросовестно в целях заведомо необоснованного лишения дееспособности гражданина. Решение суда о признании гражданина недееспособным - основание для назначения ему органом опеки и попечительства опекуна (п. п. 2, 4 ст. 281, п. 2 ст. 282, ст. ст. 283, 284, п. 2 ст. 285 ГПК), являющегося его законным представителем (ст. 32 ГК).
2. Цель признания недееспособным - обеспечение юридической защиты прав и интересов душевнобольного, а значит, социально и экономически уязвимого гражданина, а смысл данной меры состоит в том, что в силу судебного решения последний полностью утрачивает дееспособность. Закон запрещает недееспособным совершать сделки самостоятельно - от их имени сделки должны совершать опекуны (п. 2 ст. 29). Сделка, совершенная недееспособным самостоятельно, ничтожна. Поскольку закон признает такие сделки негодным юридическим фактом, недееспособные не могут отвечать по совершенным ими сделкам, однако их дееспособные контрагенты должны возместить им реальный ущерб, если знали или должны были знать об их недееспособности (п. 1 ст. 171 ГК). Недееспособные не отвечают за причиненный вред: последний возмещает их опекун или организация, обязанная осуществлять за ними надзор (например, психиатрическая больница) во всех случаях, если не докажут, что вред возник не по их вине (п. 1 ст. 1076 ГК). Указанные лица отвечают на началах вины, а так как они отвечают за свою вину, состоящую в недостатках контроля (надзора) за недееспособными, они отвечают за причиненный недееспособным вред даже при последующем его признании дееспособным (п. 2 ст. 1076 ГК) и лишены права регресса (п. 4 ст. 1081 ГК).
При эффективном доказывании того, что неблагоприятные последствия возникли не по их вине, риск убытков падает на потерпевшего от действий недееспособного или на третье лицо (например, страховщика). Недееспособный не может быть субъектом гражданской ответственности, но может стать субъектом обязанности по возмещению вреда при наличии условий, предусмотренных в п. 3 ст. 1076 ГК (ср. с абз. 2 п. 4 ст. 1073 ГК).
Из "нулевой" сделко- и деликтоспособности недееспособного нет даже минимальных исключений (ср. с п. 2 ст. 28, абз. 2 п. 1 ст. 30 ГК), однако легализовать совершенную недееспособным сделку способен фактический состав, элементами которого являются: а) экономическая выгодность сделки для недееспособного; б) инициирование опекуном судебного процесса по ее оздоровлению (конвалидации); в) судебное признание ничтожной сделки действительной (п. 2 ст. 171, ср. с п. 2 ст. 172 ГК). Следует иметь в виду и погашающую силу исковой давности (гл. 12 ГК), препятствующую применению последствий недействительности ничтожной сделки недееспособного (п. 1 ст. 181 ГК). Однако и действия опекуна от имени недееспособного, и возможности конвалидации сделки самого недееспособного, преодолевающие разрыв между его правоспособностью и недееспособностью, имеют ограничения, а потому не могут и не должны касаться тех случаев, когда к сделкоспособности закон предъявляет особые требования (см., например, ст. 1118 ГК). Состояние недееспособности влечет и другие правовые последствия: препятствует вступлению в брак (и является основанием для расторжения существующего брака в упрощенном порядке, т.е. не в суде, а в органах загса), а также усыновлению детей (соответственно ст. 14, п. 2 ст. 19, п. 1 ст. 127 СК).
3. Признание недееспособным - серьезная, но не бесповоротная мера. Если основания для признания гражданина недееспособным отпали (например, в результате лечения удалось снять обострение и добиться устойчивой ремиссии), суд по заявлению опекуна (с учетом п. 5 ст. 36 ГК), члена семьи, психиатрического (психоневрологического) учреждения, органа опеки и попечительства и на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы признает гражданина дееспособным. На основании решения суда отменяется установленная над ним опека (п. 2 ст. 29 ГК, п. 2 ст. 286 ГПК).
Статья 30. Ограничение дееспособности гражданина
Комментарий к статье 30
1. Комментируемая статья посвящена ограничению дееспособности - юридической мере, применяемой в отношении полностью дееспособных граждан (об ограничении дееспособности лиц от 14 до 18 лет см. п. 4 ст. 26 ГК). Поскольку правило п. 4 ст. 26 ГК не распространяется на лиц, приобретших полную дееспособность до совершеннолетия, ограничение дееспособности по ст. 30 сопряжено именно с приобретением полной дееспособности, а не с наступлением совершеннолетия, поэтому ст. 30 распространяется в том числе на граждан, приобретших полную дееспособность согласно п. 2 ст. 21 и ст. 27 ГК. Малолетние (ст. 28 ГК) не могут быть ограничены в дееспособности за отсутствием таковой, возможности и достаточности осуществления в отношении их их законными представителями фактической власти.
Полная дееспособность может быть ограничена судом не по любому (ср. с п. 4 ст. 26 ГК), а по определенному основанию в виде фактического состава из двух последовательно связанных юридических фактов: а) злоупотребление спиртными напитками (наркотическими средствами) и б) постановка семьи в тяжелое материальное положение (абз. 1 п. 1 ст. 30). Злоупотребление спиртным (наркотиками) - такое чрезмерное или систематическое их употребление, которое противоречит интересам семьи и влечет непосильные расходы средств на их приобретение, что вызывает материальные затруднения и ставит семью в тяжелое положение. Если семья не получает от злоупотребляющего гражданина необходимой материальной поддержки либо вынуждена содержать его полностью или частично, то наличие заработка или иных доходов у других членов семьи само по себе не является основанием для отказа в ограничении дееспособности злоупотребляющего гражданина (п. 3 Постановления ВС N 4). Итак, злоупотребление спиртным (наркотиками) - чрезмерное, систематическое их употребление (т.е. избыточное и неуемное употребление, в том числе употребление наркотиков, не обусловленное медицинским назначением), которое в конечном счете ведет к приобретению устойчивой алкогольной (наркотической) зависимости и деградации личности. В свою очередь, тяжелое материальное положение семьи следует оценивать не с точки зрения общего ее достатка и наличия иного дохода, а как неполучение семьей денежных средств от конкретного члена - злоупотребляющего гражданина, в результате чего семья вынуждена содержать его и тратить свой бюджет на его пагубные пристрастия. Отсюда тяжелое материальное положение - значительное лишение семьей того, что она могла бы получить, если бы гражданин не злоупотреблял спиртным (наркотиками), лишение, которое в конечном счете ведет к ее обнищанию.
Ограничение дееспособности - гражданская санкция, устанавливаемая за злоупотребление гражданином правом на распоряжение собственными доходами в угоду алкогольному (наркотическому) пристрастию и в ущерб интересам семьи. В то же время закон не ставит ограничение дееспособности в зависимость от признания гражданина хроническим алкоголиком (наркоманом), а, ограничивая ее, не борется с пьянством (наркоманией): посредством воздействия на дееспособность и значительного уменьшения гражданских возможностей пьяницы (наркомана) он защищает имущественные интересы членов его семьи.
Ограничение дееспособности возможно только при наличии двух указанных фактов - причины (злоупотребление) и следствия (тяжелое материальное положение). Отсутствие одного из них (в том числе пьянство одинокого гражданина или тяжелое материальное положение семьи, вызванное не злоупотреблением алкоголем или наркотиками, а иными причинами, например необходимостью возврата кредита, выплаты алиментов) исключает ограничение дееспособности. Исключают это и иные обстоятельства, не названные законом (например, рискованное предпринимательство, азартные игры, противоположный пол, различные хобби - вполне безобидные по существу, но весьма затратные). И хотя такие увлечения и пристрастия могут быть для семьи ничуть не менее накладными, чем злоупотребление спиртным (наркотиками), в этих и других случаях гражданин не может быть ограничен в дееспособности: а) закон позволяет ограничивать дееспособность только в случаях и в порядке, установленных законом (ст. 22 ГК); б) редакция ст. 30 и исключительный характер формулируемого ею правила не позволяют распространительно толковать основания ограничения дееспособности; в) использованию здесь аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК) препятствует как особое существо дееспособности, так и отсутствие сходного урегулированного отношения.
Над ограниченно дееспособным устанавливается попечительство (ст. 33 ГК). При ограничении дееспособности ограничивается лишь сделкоспособность, в результате чего гражданин не может самостоятельно без согласия попечителя продавать, дарить, завещать, обменивать, покупать имущество, совершать другие распорядительные сделки (кроме мелких бытовых), самостоятельно получать зарплату, пенсию, другие виды доходов (авторский гонорар, суммы, причитающиеся за выполнение работ по договору подряда, другие вознаграждения, всякого рода пособия и т.п.) и распоряжаться своими доходами (абз. 2, 3 п. 1 ст. 30, п. 2 Постановления ВС N 4). Поскольку ограниченно дееспособные могут самостоятельно совершать только мелкие бытовые сделки, их самостоятельность в гражданском обороте уступает даже возможностям малолетних (ср. с п. 2 ст. 28 ГК); в то же время, так как с согласия попечителя они могут совершать и другие сделки, в этом они сопоставимы с лицами в возрасте от 14 до 18 лет (ср. с п. 1 ст. 26 ГК). Если гражданин, ограниченный в дееспособности, совершает сделку без согласия попечителя, такая сделка, будучи оспоримой, может быть признана судом недействительной по иску попечителя (ст. 176 ГК). Примечательно, что абз. 3 п. 1 ст. 30 запрещает совершать без согласия попечителя все сделки, кроме мелких бытовых, тогда как ст. 176 ГК говорит об оспаривании совершенных без согласия попечителя распорядительных сделок. Ограничение дееспособности не затрагивает деликтоспособность: гражданин, ограниченный в дееспособности, самостоятельно отвечает по совершенным сделкам и за причиненный вред (абз. 3 п. 1 ст. 30, ст. 1077 ГК). Ограничение дееспособности не препятствует вступлению в брак, но препятствует усыновлению (п. 1 ст. 127 СК).
2. Согласно абз. 1 п. 1 ст. 30 ограничение дееспособности осуществляется судом в порядке особого производства (подп. 4 п. 1 ст. 262, гл. 31 ГПК) по заявлению членов семьи злоупотребляющего гражданина, органа опеки и попечительства, психиатрического (психоневрологического) учреждения. Заявление подается в суд по месту жительства гражданина, а если он помещен в указанное учреждение - по месту нахождения последнего. В заявлении должны быть изложены обстоятельства, свидетельствующие о том, что гражданин, злоупотребляющий спиртным (наркотиками), ставит свою семью в тяжелое материальное положение. Данное заявление суд рассматривает с участием гражданина, заявителя, прокурора, представителя органа опеки и попечительства. Заявитель освобождается от уплаты издержек, связанных с рассмотрением данного заявления, однако суд взыскивает с заявителя все издержки, если установит, что он действовал недобросовестно в целях заведомо необоснованного ограничения дееспособности гражданина. Решение суда об ограничении дееспособности гражданина - основание для назначения ему органом опеки и попечительства попечителя (п. п. 1, 4 ст. 281, п. 1 ст. 282, ст. 284, п. 1 ст. 285 ГПК).
Ограничение дееспособности - серьезная, но не бесповоротная мера. Решение суда об ограничении гражданина в дееспособности отменяется по заявлению попечителя (с учетом п. 5 ст. 36 ГК), самого гражданина, его представителя, члена его семьи, органа опеки и попечительства, психиатрического (психоневрологического) учреждения: а) при наличии достаточных данных, свидетельствующих о том, что гражданин прекратил злоупотреблять спиртным (наркотиками), а потому ему можно доверить самостоятельное распоряжение имуществом и деньгами; б) если перестала существовать его семья (развод, смерть, разделение семьи), а значит, отпала его обязанность по ее содержанию (п. 11 Постановления ВС N 4). На основании решения суда отменяется установленное над гражданином попечительство (п. 2 ст. 30 ГК, п. 1 ст. 286 ГПК).
Статья 31. Опека и попечительство
Комментарий к статье 31
1. Комментируемая статья, посвященная общим вопросам опеки и попечительства, называет цели их установления (п. 1), функции опекунов и попечителей (п. 2), условия установления опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних (п. 3), взаимодействие источников правового регулирования (п. 4). До принятия ГК опеку и попечительство регулировало семейное законодательство, сегодня их регулируют: а) правила международных договоров РФ; б) ГК (ст. ст. 32 - 41); в) Закон об опеке и иные принятые в соответствии с ним акты Российской Федерации; г) СК (гл. 20) и иные акты, содержащие нормы семейного права; д) законы субъектов РФ. Правила международных договоров приоритетны над национальным законодательством (ст. 7 ГК, ст. 6 СК, п. 5 ст. 3 Закона об опеке). О роли ГК в регулировании опеки и попечительства см. ст. 3 ГК. Закон об опеке субсидиарно дополняет ГК: его положения и принятые в соответствии с ним акты Российской Федерации применяются при регулировании вопросов опеки и попечительства в части, не урегулированной ГК (п. 4 ст. 31). Поскольку принятие Закона об опеке не предусмотрено ГК, он не является законом, принятым в соответствии с ГК (а значит, и не входит в состав гражданского законодательства в смысле п. п. 1 и 2 ст. 3 ГК). Семейное законодательство регулирует опеку и попечительство только в отношении несовершеннолетних подопечных, к тому же в отличие от гражданского законодательства оно находится в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов (ср. подп. "о" ст. 71 и подп. "к" п. 1 ст. 72 Конституции). О роли законов субъектов РФ при регулировании опеки и попечительства (в том числе в отношении несовершеннолетних) см. п. 3 ст. 3 Закона об опеке.
2. Опека и попечительство - юридические формы устройства недееспособных и не полностью дееспособных граждан в целях обеспечения защиты их прав и интересов, а в соответствующих случаях - и их воспитания. Статья 2 Закона об опеке связывает недееспособность подопечного только со ст. 29 ГК, а неполную дееспособность - со ст. ст. 26, 28, 30 ГК, однако к недееспособным подопечным следовало бы отнести граждан, недееспособных по возрасту и по состоянию здоровья (см. коммент. к ст. ст. 28, 29, 32 ГК), а к не полностью дееспособным - граждан, обладающих частичной и ограниченной дееспособностью (см. коммент. к ст. ст. 26, 30, 33 ГК). Опека и попечительство устанавливаются в отношении разных категорий лиц (ср. п. 1 ст. 32 и п. 1 ст. 33 ГК, подп. 1 и 2 ст. 2 Закона об опеке), что исключает их пересечение и сосуществование в отношении одного и того же лица. У каждого нуждающегося в опеке (попечительстве) гражданина может быть только один опекун (попечитель), одно и то же лицо может быть опекуном (попечителем) только одного гражданина, однако оба эти требования диспозитивны. При необходимости немедленного назначения опекуна (попечителя) опека (попечительство) могут быть предварительными (п. п. 6 - 10 ст. 10, ст. 12 Закона об опеке). ГК формулирует три вида правил об опеке и попечительстве, касающихся всех подопечных (ст. ст. 32, 37, 38 ГК), а также совершеннолетних подопечных и лиц, приобретших полную дееспособность до наступления совершеннолетия согласно п. 2 ст. 21 и ст. 27 ГК (ст. ст. 29, 30, п. 2 ст. 34, п. 5 ст. 36, п. 1 ст. 40 ГК), и несовершеннолетних подопечных. В последнем случае опека и попечительство: а) помимо всего прочего преследуют цель воспитания и обучения подопечных (п. 1 ст. 31, абз. 2 п. 3 ст. 36 ГК); б) регулируются не только гражданским, но и семейным законодательством (п. 1 ст. 31); в) устанавливаются и прекращаются по специальным основаниям (п. 3 ст. 31, абз. 1 п. 1 ст. 39, п. п. 2, 3 ст. 40 ГК); г) подчиняются другим специальным правилам (см. абз. 2 п. 2 ст. 33, абз. 1 п. 2 ст. 36 ГК).
Опека (попечительство) в отношении несовершеннолетних устанавливается в случаях, когда они остались без родительского попечения, т.е. если имеют место: а) отсутствие (смерть) родителей; б) лишение их родительских прав или ограничение в них; в) отсутствие усыновителей; г) иные случаи отсутствия родительского попечения, а также его неэффективность или нецелесообразность (например, признание родителей недееспособными, болезнь или длительное отсутствие родителей, уклонение родителей от воспитания или защиты прав и интересов несовершеннолетних, создание действиями или бездействием родителей условий, представляющих угрозу жизни или здоровью детей либо препятствующих их нормальному воспитанию и развитию) (п. 3 ст. 31 ГК, п. 1 ст. 121 СК). Опека (попечительство) может устанавливаться по совместному заявлению родителей о назначении их ребенку опекуна (попечителя) с указанием конкретного лица на тот период, когда сами они по уважительным причинам не смогут исполнять свои родительские обязанности; установление попечительства в отношении несовершеннолетнего, достигшего 14 лет, возможно по его заявлению с указанием в качестве попечителя конкретного лица (п. п. 1, 3 ст. 13 Закона об опеке). Установление опеки возможно в отношении детей, родители которых - лица моложе 16 лет; вплоть до достижения последними 16 лет и совместно с ними назначенный опекун осуществляет воспитание ребенка, а возникающие при этом разногласия разрешает орган опеки и попечительства (п. 2 ст. 62 СК) (ср. с п. 2 ст. 29 Закона об опеке).
3. Опекуны и попечители выступают в защиту прав и интересов своих подопечных в отношениях с любыми лицами, в том числе в судах без специального полномочия. Смысл п. 2 ст. 31 неоднозначен. Совместное толкование правил п. 2 ст. 31, п. 2 ст. 32, п. 3 ст. 36 ГК и подп. 1 ст. 2 Закона об опеке позволяет сделать вывод, что опекуны - законные представители подопечных в материальном и в процессуальном праве. Попечители же согласно п. 2 ст. 31 - только процессуальные представители подопечных, в свою очередь, правила п. 2 ст. 33 (ср. абз. 2 и 3), ст. 36 (ср. п. п. 3 и 4) ГК и подп. 2 ст. 2 Закона об опеке и вовсе ограничивают данный вывод только попечителями несовершеннолетних.
Статья 32. Опека
Комментарий к статье 32
1. Комментируемая статья посвящена опеке, определяет круг подопечных (п. 1) и называет одну из функций опекунов (п. 2). В прошлом опека устанавливалась в отношении граждан и имущества (ст. ст. 14, 15, 19 ГК 1964 г.), сегодня это только правовая форма устройства малолетних (при условии наличия обстоятельств, указанных в законе, - п. 3 ст. 31 ГК, ст. 62 СК, п. 1 ст. 13 Закона об опеке) и душевнобольных (при условии если они признаны судом недееспособными - ст. 29 ГК), при которой им назначается опекун, являющийся их законным представителем (п. 1 ст. 32 ГК, подп. 1 ст. 2 Закона об опеке). Все прочие категории граждан (в том числе названные при отсутствии указанного условия) под опекой находиться не могут.
2. Опекуны - законные представители недееспособных, своими действиями они восполняют отсутствующую у них дееспособность и заменяют их в гражданском обороте. Опекуны совершают от имени и в интересах подопечных все необходимые сделки. Для малолетних это все сделки, кроме предусмотренных в п. 2 ст. 28 ГК, для признанных недееспособными судом душевнобольных - вообще все сделки (учитывая, что в п. 2 ст. 29 ГК нет исключений). Правовые последствия по сделкам опекунов от имени и в интересах их подопечных возникают непосредственно у подопечных (абз. 1 п. 1 ст. 182 ГК). Опекуны, будучи законными представителями подопечных, обладают не только гражданской сделкоспособностью, но и деликтоспособностью (п. 3 ст. 28, ст. ст. 1073, 1076 ГК), они также представляют их и в процессуальной сфере (п. 2 ст. 31, п. 3 ст. 36 ГК). Отсюда действительные функции опекунов не ограничиваются рамками п. 2 ст. 32, данное правило следует толковать распространительно с учетом других правил. Не случайно подп. 1 ст. 2 Закона об опеке говорит о том, что опекуны, будучи законными представителями подопечных, совершают от их имени и в их интересах все юридически значимые действия.
Статья 33. Попечительство
Комментарий к статье 33
1. Комментируемая статья посвящена попечительству, устанавливает круг подопечных (п. 1) и дифференцирует функции попечителей разных подопечных (п. 2). Попечительство - форма устройства несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет (при условии наличия обстоятельств, указанных в законе, - п. 3 ст. 31 ГК, п. 1 ст. 13 Закона об опеке) и граждан, злоупотребляющих спиртным (наркотиками) и ставящих свою семью в тяжелое материальное положение (при условии если их дееспособность ограничена судом - ст. 30 ГК), при которой им назначается попечитель, осуществляющий установленные законом функции (п. 1 ст. 33 ГК, п. 2 ст. 2 Закона об опеке). Все прочие категории граждан (в том числе названные при отсутствии указанного условия) под попечительством находиться не могут.
2. В абз. 1 п. 2 ст. 33 сформулирована общая функция всякого попечителя - согласование тех сделок, которые подопечные не вправе совершать самостоятельно (п. 1 ст. 26, абз. 3 п. 1 ст. 30 ГК). Поскольку всякий попечитель (в отличие от опекуна) не заменяет подопечного в гражданском обороте, а лишь помогает ему самостоятельно и полноценно выступать в нем, он не является его законным представителем в гражданских правоотношениях. Не случайно попечители не отвечают по сделкам подопечных, и только попечители несовершеннолетних субсидиарно отвечают за причиненный последними вред (ср. п. 3 ст. 26 и п. 2 ст. 1074 с абз. 3 п. 1 ст. 30 и ст. 1077 ГК). В абз. 2 п. 2 ст. 33 сформулирована специальная функция попечителя несовершеннолетних: помимо согласования сделок (п. 1 ст. 26 ГК) они также помогают подопечным осуществлять права и исполнять обязанности, охраняют их от злоупотреблений со стороны третьих лиц. Такая дифференциация функций попечителей разных подопечных в рамках п. 2 ст. 33 соответствует правилам п. п. 3, 4 ст. 36 ГК, согласно которым попечители несовершеннолетних должны заботиться об их содержании, обеспечивать их уходом и лечением, защищать их права и интересы, обучать и воспитывать их, тогда как обязанность попечителей граждан, дееспособность которых ограничена судом, сводится к контролю за распоряжением их заработком и имуществом (см. также ст. ст. 18, 22 Закона об опеке). Поэтому согласно п. 2 ст. 31 ГК речь может идти только о процессуальном представительстве попечителей, а согласно абз. 2 п. 2 ст. 33, п. 4 ст. 36 ГК и подп. 2 ст. 2 Закона об опеке - и вовсе только о процессуальном представительстве попечителей несовершеннолетних. Согласно п. 3 ст. 15 Закона об опеке попечитель может выступать в качестве законного представителя подопечного только в случаях, предусмотренных федеральным законом.
Статья 34. Органы опеки и попечительства
Комментарий к статье 34
1. Комментируемая статья посвящена органам опеки и попечительства - прежде органам местного самоуправления, а с 1 января 2008 г. - органам исполнительной власти субъекта РФ (абз. 1 п. 1). Данные органы устанавливают опеку и попечительство, решают связанные с этим вопросы (см. п. 3 ст. 34, п. 2 ст. 37, ст. ст. 38, 39 ГК), а также другие вопросы, отнесенные к их компетенции законом в целях защиты прав и интересов отдельных категорий граждан (см. абз. 2 п. 1 ст. 28 в связи с п. 2 ст. 37, ст. 41 ГК) (подробнее об этих органах, их задачах и полномочиях см. ст. ст. 6 - 8 Закона об опеке). В абз. 2 п. 1 ст. 34 сформулирован триединый принцип целостности системы органов опеки и попечительства, территориальности их деятельности и преемственности в осуществлении функций: полномочия органа опеки и попечительства осуществляет орган, установивший опеку (попечительство), а при перемене места жительства подопечного - орган по новому месту жительства подопечного согласно ст. 9 Закона об опеке. Наряду с органами опеки и попечительства в осуществлении деятельности по опеке и попечительству могут участвовать органы местного самоуправления поселения (ст. 14.1 Закона о местном самоуправлении).
2. Опека и попечительство устанавливаются при наличии решения суда о признании гражданина недееспособным или ограничении его дееспособности, а в отношении несовершеннолетних - обстоятельств, указанных в законе (п. 3 ст. 31 ГК, ст. 62 СК, ст. 13 Закона об опеке). Правило п. 2 ст. 34 касается только случаев установления опеки и попечительства по решению суда. Оно формулирует обязанность суда, принявшего указанное решение, - в течение 3 дней со времени вступления его в законную силу сообщить об этом органу опеки и попечительства по месту жительства недееспособного (ограниченно дееспособного) гражданина для установления над ним опеки (попечительства). Суды обязаны оперативно взаимодействовать с органами опеки и попечительства, последние же (а также другие органы, например прокуратуры) имеют в отношении судов право требования исполнения данной обязанности. Однако независимо от этого органы опеки и попечительства должны установить опеку (попечительство) в течение одного месяца с того момента, когда им стало известно о необходимости этого, а также осуществлять надзор за деятельностью назначенных опекунов и попечителей (п. 3 ст. 34, п. 1 ст. 35 ГК).
Статья 35. Опекуны и попечители
Комментарий к статье 35
1. Согласно абз. 1 п. 1 ст. 35 опекуны и попечители должны назначаться органами опеки и попечительства в течение месяца с того момента, когда им стало известно о необходимости установления опеки или попечительства. Опекуны и попечители - граждане, обычно проживающие в месте жительства подопечного, но при наличии заслуживающих внимания обстоятельств они могут назначаться по месту жительства их самих. Опекуны и попечители действуют на основании административного акта органа опеки и попечительства о назначении их опекунами (попечителями), а иногда - также и договора, который они заключают с органами опеки и попечительства (п. 6 ст. 11, ст. 14 Закона об опеке, п. п. 6, 7 ст. 145 СК).
Опекуны и попечители должны: а) быть совершеннолетними и полностью дееспособными, а значит, исключаются несовершеннолетние, ставшие дееспособными согласно п. 2 ст. 21 и ст. 27 ГК: в свою очередь, недееспособные и не полностью дееспособные лица сами нуждаются в опеке (попечительстве), а потому не могут быть опекунами (попечителями) других лиц (иное исключало бы достижение целей, названных в п. 1 ст. 31 ГК); б) согласиться на осуществление функций опекуна (попечителя); в) обладать необходимыми нравственными и иными личными качествами, способностью к выполнению этих обязанностей. Опекунами (попечителями) не могут быть лица, которые на момент установления опеки (попечительства) претерпели лишение родительских прав и не были восстановлены в них (ст. ст. 69 - 71 СК), а также имеют непогашенную судимость за умышленное преступление против жизни и здоровья граждан (буквально это означает составы умышленных преступлений, предусмотренных гл. 16 УК, чего явно недостаточно, учитывая немалое число других принципиальных для целей опеки и попечительства составов преступлений против личности (см. разд. VII УК). Данный запрет касается опекунов (попечителей) всех категорий подопечных, а не только несовершеннолетних. Необходимо учитывать и отношения между опекуном (попечителем) и подопечным (при наличии таковых), желание последнего (по возможности) (п. п. 2, 3 ст. 35). Согласно нормам семейного законодательства устройство ребенка под опеку (попечительство) осуществляется с учетом его мнения, назначение опекуна ребенку, достигшему 10 лет, осуществляется с его согласия, передача братьев и сестер под опеку (попечительство) разным лицам не допускается, кроме случаев, когда это отвечает интересам детей.
Опекунами (попечителями) несовершеннолетних не могут быть не только лица, лишенные родительских прав, но и ограниченные в них, хронические алкоголики (наркоманы), отстраненные от выполнения обязанностей опекунов (попечителей), бывшие усыновители, если усыновление отменено по их вине, лица, которые по состоянию здоровья не могут осуществлять обязанности по воспитанию ребенка (о порядке медицинского освидетельствования граждан, желающих стать усыновителями, опекунами (попечителями) или приемными родителями, см. Приказ Минздрава России от 10 сентября 1996 г. N 332). При назначении ребенку опекуна (попечителя) учитываются нравственные и иные личные качества опекуна (попечителя), его способность к выполнению таких обязанностей, отношения между опекуном (попечителем) и ребенком, отношение к ребенку членов семьи опекуна (попечителя), а по возможности - и желание самого ребенка (п. п. 4, 5 ст. 145, ст. 146 СК). Преимущественное право быть опекуном (попечителем) принадлежит родственникам и супругам лиц, нуждающихся в опеке (попечительстве) (подробнее о порядке определения лиц, имеющих право быть опекунами (попечителями), см. ст. 10 Закона об опеке).
2. Помимо обычной опеки (попечительства) известны два случая опеки (попечительства) по закону, когда опекунами (попечителями) выступают указанные в законе юридические лица. Во-первых, это сами органы опеки и попечительства, которые осуществляют функции опекуна (попечителя) при условии (если обычный опекун или попечитель не назначены ими в течение месяца с того момента, когда им стало известно о необходимости установления опеки или попечительства) и временно (вплоть до их назначения) (абз. 1 п. 1 ст. 35). Это правило действует и в тех случаях, когда функции назначенных опекунов (попечителей) прекращены в результате эффективного оспаривания в суде заинтересованными лицами их кандидатуры, освобождения (отстранения) их от выполнения обязанностей (абз. 2 п. 1 ст. 35, п. п. 2, 3 ст. 39 ГК), а в соответствующих случаях - и при отмене усыновления (п. 2 ст. 143 СК). В отношении детей, оставшихся без попечения родителей, органы опеки и попечительства осуществляют функции опекуна (попечителя) со дня их выявления и до их устройства на воспитание в семью или в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, всех типов (гл. 18 СК, п. 3 ст. 11 Закона об опеке).
Во-вторых, образовательные и медицинские организации, организации, занимающиеся предоставлением социальных услуг, иные организации (в том числе для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей) - опекуны (попечители) по закону помещенных в них под надзор граждан. При помещении гражданина под надзор в такую организацию иные опекуны (попечители) не назначаются, а назначенные ранее - освобождаются, если это не противоречит интересам подопечного (п. 4 ст. 35, абз. 2 п. 1 ст. 39 ГК). Известны и другие случаи, когда закон особо говорит об образовательных, воспитательных, медицинских и иных организациях, обязанных осуществлять надзор за малолетними (ст. 1073 ГК), и об организациях, обязанных осуществлять надзор за недееспособными (ст. 1076 ГК): в ст. 1073 ГК последовательно идет речь об опеке (п. 1), опеке по закону (п. 2) и временном надзоре вне связи с опекой (п. 3), в ст. 1076 ГК - только об опеке и опеке по закону.
Статья 36. Исполнение опекунами и попечителями своих обязанностей
Комментарий к статье 36
1. Обычно опекуны и попечители исполняют свои обязанности на основании административного акта (п. 6 ст. 11 Закона об опеке) и безвозмездно (п. 1 ст. 36 ГК, п. 1 ст. 16 Закона об опеке), иногда - на основании административного акта и возмездного договора об осуществлении опеки (попечительства), предусматривающего выплату опекуну (попечителю) вознаграждения. Такой договор может быть заключен между органом опеки и попечительства и опекуном (попечителем) исходя из интересов подопечного, выплата вознаграждения возможна за счет: а) доходов от имущества подопечного (размер такого вознаграждения ограничивает Правительство РФ); б) средств бюджета субъекта РФ (случаи и порядок выплаты такого вознаграждения устанавливают законы субъектов РФ); в) средств третьих лиц; г) безвозмездного пользования опекуном (попечителем) имуществом подопечного, например жильем (п. 2 ст. 14, п. п. 2 - 4 ст. 16 Закона об опеке). Так, устройство несовершеннолетнего возможно по договору об осуществлении опеки (попечительства), в том числе по срочному договору о приемной семье, заключаемому между органом опеки и попечительства и приемными родителями (родителем). Последние по отношению к принятому на воспитание ребенку (детям) осуществляют права и исполняют обязанности опекуна (попечителя). Размер их вознаграждения и денежных средств на содержание каждого ребенка, меры социальной поддержки, предоставляемые приемной семье в зависимости от количества принятых на воспитание детей, определяются договором о приемной семье согласно законам субъектов РФ. В случаях, предусмотренных законами субъектов РФ, возможно заключение договора о патронатной семье (п. 6 ст. 145, гл. 21 СК, ст. 14 Закона об опеке).
2. Опекуны (попечители) совершеннолетних не обязаны, а опекуны (попечители) несовершеннолетних обязаны проживать совместно с ними (абз. 1 п. 2 ст. 36). Исключение - случай, когда подопечный достиг возраста 16 лет и есть разрешение органа опеки и попечительства на его раздельное проживание с попечителем. Отсюда возникают две взаимосвязанные обязанности: а) подопечный и (или) его попечитель при желании или по иным причинам проживать раздельно (например, из-за учебы или работы) должны уведомить об этом орган опеки и попечительства; б) последний должен решить этот вопрос по существу, учитывая, не отразится ли их раздельное проживание неблагоприятно на воспитании и защите прав подопечного. Опекуны (попечители) должны извещать органы опеки и попечительства о перемене места жительства. Правило абз. 2 п. 2 ст. 36 (и аналогичное правило п. 5 ст. 15 Закона об опеке) имеет в отличие от предыдущего более общий смысл и связано с правилами о значении места жительства гражданина при установлении опеки и попечительства (абз. 1 п. 1 ст. 35 ГК).
3. Обязанности опекунов и попечителей неоднозначны. Все опекуны и попечители, кроме попечителей граждан, ограниченных судом в дееспособности, должны заботиться о содержании подопечных, об обеспечении их уходом и лечением, защищать их права и интересы, а опекуны и попечители несовершеннолетних - также заботиться об их обучении и воспитании (п. 3 ст. 36). В то же время основная задача опекунов душевнобольных - забота об их здоровье и обеспечение их необходимой медицинской помощью, тогда как основная задача опекунов (попечителей) несовершеннолетних - их воспитание и обеспечение полноценного их развития (питание, лечение, образование, отдых и др.). Попечители граждан, ограниченных судом в дееспособности, в отличие от опекунов и прочих попечителей лишь контролируют их доходы и иное имущество (см. абз. 3 п. 1 ст. 30 в связи с п. 4 ст. 36 ГК). Наконец, опекуны душевнобольных и попечители граждан, ограниченных судом в дееспособности, в отличие от всех прочих опекунов и попечителей должны также ходатайствовать перед судом о признании подопечного дееспособным и о снятии с него опеки (попечительства), если основания для признания недееспособным и ограничения дееспособности отпали (п. 5 ст. 36).
Статья 37. Распоряжение имуществом подопечного
Комментарий к статье 37
1. Комментируемая статья, посвященная распоряжению опекуном (попечителем) имуществом подопечного, формулирует правила распоряжения его доходами (п. 1) и совершения сделок с его имуществом (п. п. 2, 3). В п. 1 ст. 37 установлено общее правило, согласно которому правовой режим доходов подопечного (в том числе сумм алиментов, пенсий, пособий и иных предоставляемых на его содержание социальных выплат, а также доходов от управления имуществом, например, в виде полученных дивидендов - ст. 38 ГК) неоднозначен. Доходы, которыми подопечный не вправе распоряжаться самостоятельно, расходуют опекуны (попечители) с соблюдением двух условий: а) исключительно в интересах подопечного и б) с предварительного согласия органа опеки и попечительства. В свою очередь, доходы, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно (и которые влияют на смысл п. 1 ст. 37), следует понимать с учетом конкретной категории опекунов (попечителей) и их подопечных. Так, возможности малолетних подопечных по распоряжению своими доходами сведены к минимуму требованиями п. п. 1, 2 ст. 28 ГК, а душевнобольные подопечные и вовсе лишены таковых (п. 2 ст. 29 ГК); несовершеннолетние подопечные в возрасте от 14 до 18 лет вправе самостоятельно без согласия попечителя распоряжаться всеми своими доходами, если они не ограничены в данном праве или не лишены его в судебном порядке (подп. 1 п. 2 и п. 4 ст. 26 ГК), а подопечные, ограниченные судом в дееспособности, могут распоряжаться своими доходами только с согласия попечителя (абз. 3 п. 1 ст. 30 ГК).
2. Последующие правила ст. 37 направлены на защиту имущества подопечного от уменьшения, их суть состоит в следующем: а) опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель - давать согласие на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду), в безвозмездное пользование или в залог, сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного (п. 2); б) опекун (попечитель), их супруги и близкие родственники не вправе совершать сделки с подопечным (кроме передачи ему имущества в качестве дара или в безвозмездное пользование), представлять подопечного при заключении сделок или ведении судебных дел между подопечным и супругом опекуна (попечителя) и их близкими родственниками (п. 3).
В связи с распоряжением опекуном имуществом подопечного (согласованием попечителем сделок подопечного) ст. ст. 19, 20 Закона об опеке устанавливают ряд запретов и ограничений, в том числе: а) инвестирование денежных средств подопечного в кредитные организации (если Российской Федерации принадлежит менее 50% акций (долей) последних); б) передачу имущества подопечного в заем (кроме случаев его обеспечения ипотекой) и в пользование на срок более пяти лет (как правило); в) отчуждение недвижимого имущества подопечного (кроме случаев, установленных законом). Данные правила универсальны и применяются не только к опекунам (попечителям), но и к родителям (усыновителям) малолетних, доверительным управляющим имуществом подопечных (абз. 2 п. 1 ст. 28, абз. 2 п. 1 ст. 38 ГК). Временный опекун (попечитель) лишен в принципе права распоряжаться имуществом подопечного от его имени (давать согласие на совершение подопечным сделок по распоряжению своим имуществом) (п. 4 ст. 12 Закона об опеке).
Статья 38. Доверительное управление имуществом подопечного
Комментарий к статье 38
1. Доверительное управление имуществом (далее - управление) - универсальное юридическое средство, применяемое и самостоятельно (гл. 53 ГК), и в связи с применением других правовых средств (см. ст. 38, абз. 1 п. 1 ст. 43, ст. 1173 ГК). Управление имуществом, которому посвящена ст. 38, не отменяя и не заменяя опеку (попечительство), выступает параллельным и дополнительным средством обеспечения интересов подопечных. В п. 1 ст. 38 названы два совокупных условия его применения: а) наличие у подопечного недвижимого и ценного движимого имущества (например, предприятия, земельного участка, доли в капитале коммерческой организации, ценных бумаг) (ст. 130 ГК) и б) необходимость постоянного управления им. Отсутствие необходимости постоянного управления таким имуществом или отсутствие самого имущества исключают вопрос об управлении в принципе. Однако при наличии этих двух условий орган опеки и попечительства должен определить кандидатуру управляющего и заключить с ним договор об управлении таким имуществом (гл. 53 ГК), в котором орган опеки и попечительства - учредитель управления, а подопечный - выгодоприобретатель. Поскольку имеет место управление имуществом по основанию, предусмотренному законом (п. 1 ст. 1026 ГК), управляющим может быть любое лицо с соблюдением требований п. п. 1, 2 ст. 1015 ГК. Управление имуществом подопечного, основанное на возмездном договоре, является возмездным (п. 1 ст. 1016, ст. 1023 ГК). Необходимость постоянного управления означает разнообразные ситуации, когда имущество требует регулярного (и даже каждодневного) управления, причем такого, которое сложно или невозможно обеспечить в рамках обычной опеки (попечительства), например из-за отсутствия у опекуна (попечителя) специальных знаний или удаленности имущества. По этой причине данное имущество и требует обособления от прочего имущества подопечного для установления в отношении его управления; и именно поэтому опекуны (попечители) сохраняют свои полномочия только в отношении: а) доходов от управления имуществом (абз. 1 п. 1 ст. 37 ГК); б) той части имущества подопечного, которая не передана в управление (абз. 1 п. 1 ст. 38).
2. В целях защиты имущественных прав и интересов подопечного на управляющего распространяются правила п. п. 2 и 3 ст. 37 ГК, а значит, все сделки, способные уменьшить имущество подопечного, он должен согласовывать с органом опеки и попечительства (п. 2). Кроме того, ни он сам, ни его близкие родственники не вправе совершать сделки с подопечным, представлять его при заключении сделок или при ведении судебных дел между подопечным и супругом доверительного управляющего и их близкими родственниками (п. 3). Порядок управления имуществом подопечного согласно абз. 2 п. 2 ст. 37 ГК определяет Закон об опеке, который, в частности, запрещает: а) инвестирование денежных средств подопечного в кредитные организации (если Российской Федерации принадлежит менее половины акций (долей) последних); б) передачу имущества подопечного в заем (кроме случаев его обеспечения ипотекой) и в пользование на срок более пяти лет (как правило); в) отчуждение недвижимого имущества подопечного (кроме случаев, установленных законом) (подробнее - ст. ст. 19, 20 в связи со ст. 23 Закона об опеке).
3. Управление имуществом подопечного прекращается по основаниям, предусмотренным в ст. 1024 ГК, и при прекращении самой опеки (попечительства) (п. 2 ст. 38). Речь идет о случаях, когда опека (попечительство) прекращается в связи с переходом к другой форме устройства гражданина (абз. 1 п. 1 ст. 39 ГК) или в принципе (п. п. 1, 3 ст. 40 ГК). Однако управление имуществом сохраняется при переходе к опеке (попечительству) по закону (п. 4 ст. 35, абз. 2 п. 1 ст. 39 ГК), при освобождении (отстранении) конкретного опекуна (попечителя) (п. п. 2, 3 ст. 39 ГК), при переходе от опеки к попечительству (п. 2 ст. 40 ГК), в случае смерти опекуна (попечителя) (подп. 1 п. 1 ст. 29 Закона об опеке).
Статья 39. Освобождение и отстранение опекунов и попечителей от исполнения ими своих обязанностей
Комментарий к статье 39
1. Комментируемая статья посвящена прекращению опеки (попечительства) в связи с переходом к другой форме устройства несовершеннолетнего или к опеке (попечительству) по закону (п. 1), а также прекращению функций конкретного опекуна (попечителя) (п. п. 2, 3). Правило абз. 1 п. 1 ст. 39 касается опеки (попечительства) несовершеннолетних. Возвращение несовершеннолетнего подопечного его родителям (например, при восстановлении их в родительских правах - ст. 72 СК) или его усыновление (гл. 19 СК) имеют перед опекой (попечительством) юридический приоритет (п. 1 ст. 124 СК), а потому отменяют опеку (попечительство), а опекуны (попечители) освобождаются от исполнения обязанностей. Одновременное наличие родительского попечения (усыновление) и опеки (попечительства) исключено, а потому опека (попечительство) прекращается во всяком случае.
Иное дело, если подопечный помещается под надзор в образовательную, медицинскую организацию, организацию социальных услуг или иную организацию, в том числе для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. В этом случае уже нет надобности в опекуне (попечителе), а потому они и не назначаются, а соответствующие функции выполняют названные организации (п. 4 ст. 35 ГК), однако если опекун (попечитель) уже был назначен, он освобождается от исполнения своих обязанностей во всех случаях, кроме тех, когда это противоречит интересам подопечного (абз. 2 п. 1 ст. 39). Возможность сохранения после помещения подопечного в указанные организации ранее назначенного опекуна (попечителя), сама по себе являющаяся исключением, вместе с тем не отменяет императивное правило п. 4 ст. 35 ГК. Подопечный в этом случае будет иметь двух опекунов (попечителей) - обычного (гражданина) и по закону (юридическое лицо), что соответствует п. п. 6 - 9 ст. 10 Закона об опеке. Временное пребывание подопечного в такой организации не прекращает прав и обязанностей его опекуна (попечителя) (п. 4 ст. 11, п. 6 ст. 15 Закона об опеке).
2. Закон исходит из принципа свободного принятия гражданином обязанностей по опеке (попечительству) и свободного отказа от этих обязанностей. Поскольку опекуны (попечители) назначаются только с их согласия (п. 3 ст. 35 ГК), они могут быть освобождены от исполнения их обязанностей по их просьбе и независимо от причины такой просьбы (абз. 1 п. 2 ст. 39 ГК, ст. 5, п. 3 ст. 29 Закона об опеке). Приемные родители, исполняющие обязанности опекунов (попечителей) на основании договора о приемной семье, вправе отказаться от исполнения такого договора при наличии уважительных причин (болезнь, изменение семейного или имущественного положения, отсутствие взаимопонимания с ребенком или детьми, наличие конфликтных отношений между детьми и др. - абз. 1 п. 2 ст. 153.2 СК). В то же время согласно абз. 2 п. 2 ст. 39 ГК и п. 4 ст. 29 Закона об опеке опекуны (попечители) могут быть освобождены от исполнения их обязанностей по инициативе органа опеки и попечительства. Их освобождение может быть окончательным или временным, а инициатива должна основываться на имеющихся противоречиях между интересами подопечного и опекуна (попечителя).
3. В п. 3 ст. 39 речь идет уже не об освобождении, а об отстранении опекунов (попечителей) от исполнения обязанностей. Данная санкция применяется за совершенное опекуном (попечителем) правонарушение: а) ненадлежащее исполнение возложенных на него обязанностей; б) нарушение прав и законных интересов подопечного, в том числе осуществление опеки (попечительства) в корыстных целях или оставление подопечного без надзора и необходимой помощи; в) существенное нарушение установленных законом или договором правил охраны имущества подопечного и (или) распоряжения его имуществом (п. 5 ст. 29 Закона об опеке). Орган опеки и попечительства вправе инициировать вопрос о привлечении опекуна (попечителя) к ответственности (ст. 26 Закона об опеке, ст. 5.35 КоАП, ст. 156 УК).
Статья 40. Прекращение опеки и попечительства
Комментарий к статье 40
1. Если в ст. 39 ГК говорится о прекращении опеки (попечительства) в связи с переходом к другой форме устройства гражданина (их заменой на более предпочтительные родительское попечение или усыновление) либо о прекращении функций конкретного опекуна (попечителя) в условиях, когда дееспособность подопечного остается неизменной, то с наступлением оснований, предусмотренных ст. 40, меняется дееспособность подопечного, а вместе с этим - и опека (попечительство). Это и объясняет формальную автономию ст. 40, которая называет основания прекращения опеки и попечительства в отношении совершеннолетних (п. 1) и несовершеннолетних подопечных (п. п. 2, 3). Прекращение опеки и попечительства в первом случае всегда сопряжено с судебной процедурой и возможно при условии вынесения судом решения о признании подопечного дееспособным или отмены ограничений его дееспособности. Во втором случае прекращение опеки связывается с достижением подопечным возраста 14 лет и его переходом из группы малолетних (ст. 28 ГК) в группу лиц в возрасте от 14 до 18 лет (ст. 26 ГК), тогда как прекращение попечительства - с достижением подопечным возраста 18 лет и иными основаниями приобретения им полной дееспособности (ст. ст. 21, 27 ГК). Правило п. 1 ст. 40 не оригинально, так как соответствует по смыслу правилам п. 3 ст. 29 и п. 2 ст. 30 ГК, правило п. 2 ст. 40 вполне логично.
2. За рамками ст. ст. 39 и 40 ГК известны и другие основания прекращения опеки (попечительства): а) смерть опекуна (попечителя) или подопечного; б) истечение срока действия акта о назначении опекуна (попечителя), если в данном акте срок действия полномочий опекуна (попечителя) определен периодом времени или указанием на определенное событие (п. 6 ст. 11, подп. 1, 2 п. 1 ст. 29 Закона об опеке); в) прекращение договора о приемной семье по одному из оснований, предусмотренному гражданским законодательством для прекращения обязательств (п. 1 ст. 153.2 СК). Предварительная опека (попечительство) прекращаются, если до истечения месяца со дня принятия акта о временном назначении опекуна (попечителя) (а в исключительных случаях - до двух месяцев) временный опекун (попечитель) не будет назначен опекуном (попечителем) в общем порядке (п. 5 ст. 12 Закона об опеке).
Статья 41. Патронаж над совершеннолетними дееспособными гражданами
Комментарий к статье 41
1. Комментируемая статья посвящена патронажу, который с принятием Закона об опеке и внесением изменений в ГК справедливо превратился из формы попечительства в самостоятельную форму оказания помощи нуждающимся в ней гражданам. Особенность патронажа - возможность (но не необходимость) его установления в отношении совершеннолетних дееспособных граждан, которые по состоянию здоровья не могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права и исполнять обязанности (п. 1 ст. 41). Патронаж актуален в условиях фактического отсутствия у нуждающегося в посторонней помощи гражданина помощников, однако его установлению не препятствует наличие у такого гражданина детей или других родственников (в том числе обязанных помогать ему по закону). Наличие у нуждающегося в помощи гражданина полной дееспособности означает потенциальную возможность самостоятельного совершения им любых действий и признание за их последствиями юридической силы.
В отличие от опеки и попечительства патронаж может быть установлен органами опеки и попечительства только с письменного согласия гражданина, нуждающегося в помощи, и помощника (п. 2 ст. 41), которые в этом случае заключают договор о патронаже. Поэтому хотя п. 2 ст. 41 и говорит об обязанности органов опеки и попечительства назначить помощника нуждающемуся гражданину в течение месяца со дня его выявления, эта обязанность не может быть исполнена без желания и согласия как нуждающегося в помощи гражданина, так и помощника. Патронаж всегда покоится на фактическом составе из двух юридических фактов: акте органа опеки и попечительства о его установлении (назначении помощника) и договоре между последним и гражданином, нуждающимся в его помощи. Отсюда в основе патронажа - не столько императив и предписание закона (что характерно для опеки и попечительства), сколько свобода, воля нуждающегося в посторонней помощи гражданина и его гражданские договорные отношения с помощником, пожелавшим помогать ему.
2. Дифференцируя функции социального обслуживания и оказания гражданской патронажной помощи, ГК устанавливает, что работник организации, осуществляющей социальное обслуживание совершеннолетнего дееспособного гражданина, нуждающегося в установлении над ним патронажа, не может быть назначен помощником такого гражданина (п. 2 ст. 41). В этом смысле социальное обслуживание и патронаж призваны дополнять друг друга. Хотя Закон об опеке не регулирует патронаж, это не исключает причастности к нему органов опеки и попечительства, которые в силу прямого указания ГК должны: а) выявлять нуждающихся в посторонней помощи совершеннолетних дееспособных граждан, в течение месяца со дня их выявления подыскивать им помощников и оказывать содействие в заключении договора о патронаже (п. 2 ст. 41); б) контролировать исполнение помощником его обязанностей и извещать находящегося под патронажем гражданина о нарушениях, допущенных его помощником и являющихся основанием для расторжения заключенного между ними договора (п. 4 ст. 41).
3. Договор о патронаже - договор поручения, доверительного управления или иной договор, например пожизненного содержания с иждивением или смешанный (п. п. 3 - 5 ст. 41). Отсюда правовое регулирование патронажа обеспечивают: а) ст. 41 ГК; б) условия заключенного договора о патронаже; в) нормы закона, регулирующие такой договор (в частности, § 4 гл. 33, гл. 49, 52, 53 ГК), в том числе нормы о разных договорах (п. 3 ст. 421 ГК). В каждом конкретном случае договор о патронаже может быть срочным и бессрочным (в том числе пожизненным), а совершаемые помощником действия - широкими (помощь вообще, пожизненное содержание с иждивением) и конкретно определенными (например, управление загородной дачей, уход за домашним животным).
Поскольку договор о патронаже заключается в условиях, когда гражданин не может самостоятельно осуществлять и защищать права и исполнять обязанности, совершаемые помощником действия являются юридическими - материально-правовыми и (или) процессуальными, что, однако, не исключает возможности совершения помощником и иных (фактических) действий. Данные обстоятельства влияют на квалификацию договора о патронаже (ср. п. 1 ст. 971, абз. 1 п. 1 ст. 1005 и п. 1 ст. 1012 ГК). Договор о патронаже может быть безвозмездным и возмездным (ст. ст. 972, 1006, 1023 ГК), вознаграждение помощнику может выплачиваться в виде передачи ему (в пользование или в собственность) жилья или иного имущества или оказания ему встречных услуг (например, консультационных, образовательных). В этом случае договор о патронаже включает в себя элементы других договоров (в частности, имущественного найма или оказания услуг). В рамках договора о патронаже возмездными могут быть не все, а только некоторые виды помощи. Патронаж прекращается с прекращением соответствующего договора по основаниям, предусмотренным законом (см., в частности, ст. ст. 605, 977, 1010, 1024 ГК) или самим этим договором (п. 5 ст. 41).
Статья 42. Признание гражданина безвестно отсутствующим
Комментарий к статье 42
1. Отсутствие гражданина в месте его жительства (ст. 20 ГК) может так и остаться вопросом факта, но может стать основанием для признания его безвестно отсутствующим (ст. ст. 42 - 44 ГК) и объявления умершим (ст. ст. 45 - 46 ГК), если в условиях фактической неизвестности места его нахождения важна юридическая определенность в отношениях с его участием. Обе эти юридические процедуры, протекающие в режиме особого судебного производства, порождают разные материально-правовые последствия и между собой не связаны: гражданин, признанный безвестно отсутствующим, в последующем может не объявляться умершим (если последствия признания его безвестно отсутствующим обеспечат достижение всех необходимых целей, а также потому, что он может явиться или быть обнаруженным, - ст. 44 ГК), в свою очередь, объявление гражданина умершим не обусловлено необходимостью предварительного признания его безвестно отсутствующим. Правила ст. ст. 42 - 44 и 45 - 46 ГК действуют в отношении любого гражданина независимо от возраста и объема дееспособности. Процессуальные вопросы признания безвестно отсутствующим и объявления умершим однообразно регулирует гл. 30 ГПК.
2. Статья 42, посвященная признанию гражданина безвестно отсутствующим, содержит общее правило о возможности применения данной меры (ч. 1) и формулирует правила исчисления срока для ее применения (ч. 2). Заявление о признании гражданина безвестно отсутствующим подается в суд по месту жительства (нахождения) заявителя, который должен указать цель и изложить обстоятельства, подтверждающие безвестное отсутствие. После принятия заявления судья может предложить органу опеки и попечительства назначить управляющего имуществом отсутствующего. При подготовке дела к разбирательству судья выясняет, кто может сообщить о нем сведения, запрашивает в жилищной организации по последнему известному месту жительства и работы, органах внутренних дел, воинских частях об имеющихся о нем сведениях. В рассмотрении дела участвует прокурор (ст. ст. 276 - 278 ГПК).
Признание гражданина безвестно отсутствующим покоится на фактическом составе из следующих юридических фактов: а) отсутствие гражданина в месте его жительства; б) отсутствие в течение одного года сведений о месте его пребывания и невозможность их получения при помощи различных мер - фактических и правовых (в том числе процессуальных); в) обращение заинтересованных лиц в суд; г) решение суда о признании гражданина безвестно отсутствующим. Последнее устанавливает и констатирует факт его отсутствия в судебном порядке, а так как этот факт неопровержим даже последующей явкой (обнаружением) гражданина, то и сама мера не связана с какой-либо презумпцией.
3. Для признания гражданина безвестно отсутствующим установлены единый срок - один год (ч. 1 ст. 42) и разные правила его исчисления: а) если известен день получения последних сведений об отсутствующем, он исчисляется со следующего дня; б) если день получения последних сведений установить невозможно, он исчисляется с 1-го числа месяца, следующего за тем, в котором были получены последние сведения об отсутствующем; в) если невозможно установить месяц получения последних сведений, он исчисляется с 1 января года, следующего за тем, в котором были получены последние сведения об отсутствующем (ч. 2 ст. 42). Эти же правила используются для исчисления 5-летнего срока при объявлении гражданина умершим за отсутствием в ст. 45 ГК иного (п. 1 ст. 6 ГК).
Статья 43. Последствия признания гражданина безвестно отсутствующим
Комментарий к статье 43
1. Комментируемая статья посвящена последствиям признания гражданина безвестно отсутствующим. Для обеспечения сохранности его имущества современный законодатель отказался от известной в прошлом опеки всего имущества в пользу договора доверительного управления его частью, требующей постоянного управления (ср. ст. 19 ГК 1964 г. и абз. 1 п. 1 ст. 43 ГК РФ). Исходя из абз. 1 п. 1 ст. 38 ГК можно предположить, что речь идет о недвижимом и ценном движимом имуществе. Решение суда, упоминаемое в абз. 1 п. 1 ст. 43, - решение о признании гражданина безвестно отсутствующим, но не о передаче его имущества для управления: а) после принятия заявления о признании гражданина безвестно отсутствующим судья может предложить органу опеки и попечительства назначить доверительного управляющего имуществом такого гражданина (п. 2 ст. 278 ГПК); б) решение суда о признании гражданина безвестно отсутствующим - основание для передачи его имущества лицу, с которым орган опеки и попечительства заключает договор доверительного управления этим имуществом при необходимости постоянного управления им (п. 1 ст. 279 ГПК). Поэтому вопрос о передаче имущества в управление и о заключении договора решает не суд, а орган опеки и попечительства, что подтверждает и правило п. 2 ст. 43, согласно которому управление имуществом безвестно отсутствующего может быть установлено и до истечения года со дня получения сведений о месте его пребывания, а значит, во всяком случае до судебного признания безвестного отсутствия.
Итак, управление имуществом безвестно отсутствующего покоится на фактическом составе из трех последовательных юридических фактов: а) решение суда о признании гражданина безвестно отсутствующим; б) решение органа опеки и попечительства о необходимости управления его имуществом и определение фигуры управляющего; в) договор доверительного управления имуществом безвестно отсутствующего, заключаемый органом опеки и попечительства с доверительным управляющим (абз. 1 п. 1 ст. 43). Основная функция последнего помимо обеспечения сохранности имущества безвестно отсутствующего - а) предоставление из этого имущества содержания его иждивенцам и б) погашение его долгов по другим его обязательствам (абз. 2 п. 1 ст. 43). Поскольку доверительное управление имуществом возникает по основанию, предусмотренному законом, к нему могут применяться правила гл. 53 ГК, если иное не предусмотрено законом и не вытекает из существа данных отношений (ст. 1026 ГК). Имущество безвестно отсутствующего, не требующее постоянного управления (с учетом вышесказанного - неценная движимость), находится за рамками ст. 43 и не требует заключения договора (если иное не определяет специальный закон - п. 3 ст. 43).
2. Прочие правовые последствия признания безвестно отсутствующим (п. 3 ст. 43) могут быть гражданскими (см., например, подп. 6, 7 п. 1 ст. 188 ГК) и иными. Так, признание гражданина безвестно отсутствующим позволяет его супругу расторгнуть брак в органах загса независимо от наличия общих несовершеннолетних детей (расторжение брака и выдача свидетельства о его расторжении производятся по истечении месяца со дня подачи заявления о расторжении брака - п. п. 2, 3 ст. 19 СК). Признание безвестно отсутствующими родителей ребенка исключает их согласие на его усыновление (ст. 130 СК). Признание безвестно отсутствующим работника (работодателя) - основание для прекращения трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (п. 6 ст. 83 ТК). При признании гражданина безвестно отсутствующим его семья приравнивается к семье умершего кормильца, иждивенцы из числа нетрудоспособных членов его семьи имеют право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца, а один из членов его семьи (например, один из родителей или супруг) имеет право на такую пенсию независимо от наличия у него статуса иждивенца (п. 1 ст. 9 Закона о пенсиях). Для более серьезных правовых последствий - открытия наследства и перехода имущества безвестно отсутствующего гражданина к другим лицам - признания его безвестно отсутствующим недостаточно: он должен быть объявлен умершим (ст. ст. 45, 1113 ГК). Факт безвестного отсутствия констатирует судебное решение, он не является актом гражданского состояния и не подлежит регистрации в этом качестве (ст. 47 ГК).
Статья 44. Отмена решения о признании гражданина безвестно отсутствующим
Комментарий к статье 44
1. Решение суда о признании гражданина безвестно отсутствующим небесповоротно: оно может и должно быть отменено судом в двух случаях - при явке гражданина, признанного безвестно отсутствующим, или обнаружении места его пребывания. Заявителем в этом вопросе может быть сам безвестно отсутствующий (при его явке) или другие лица, в том числе инициировавшие признание его таковым (при обнаружении места его пребывания). Отмену решения о признании гражданина безвестно отсутствующим обеспечивает новое решение суда, которое в то же время является основанием для отмены управления его имуществом (ст. 280 ГПК). В случае явки гражданина, признанного безвестно отсутствующим, брак с которым был расторгнут, данный брак может быть восстановлен органом загса: а) по совместному заявлению супругов (т.е. брак не восстанавливается автоматически); б) если другой супруг не вступил в новый брак (ст. 26 СК).
2. Время, прошедшее от начала безвестного отсутствия гражданина (признания его безвестно отсутствующим) и до момента его явки (обнаружения), значения не имеет, однако если гражданин, признанный безвестно отсутствующим, впоследствии был объявлен умершим (ст. 45 ГК), последствия его явки регулирует не ст. 44, а ст. 46 ГК.
Статья 45. Объявление гражданина умершим
Комментарий к статье 45
1. Комментируемая статья посвящена объявлению гражданина умершим (юридической смерти) - судебной процедуре, сопряженной с более длительным его безвестным отсутствием и более радикальными материально-правовыми последствиями, чем при признании безвестно отсутствующим, однако со сходными процессуальными правилами (ст. ст. 276 - 278 ГПК). Фактический состав для объявления гражданина умершим совпадает с существующим для признания безвестно отсутствующим (см. коммент. к ст. 42 ГК), основная особенность - сроки безвестного отсутствия. Общим является 5-летний срок отсутствия сведений о месте его пребывания в месте его жительства (против прежних 3 лет - см. ч. 1 ст. 21 ГК 1964 г.). Для его исчисления за отсутствием в ст. 45 иного применяются правила ч. 2 ст. 42 ГК (п. 1 ст. 6 ГК).
Если же гражданин пропал без вести при обстоятельствах, угрожавших смертью (стихийные бедствия) или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая (крушения, катастрофы, взрывы, теракты), этот срок сокращается до 6 месяцев (п. 1 ст. 45). Так, если удалось установить, что гражданин проживал в доме, разрушенном землетрясением, или покупал билет на судно, потерпевшее крушение, при этом в ходе поисково-спасательных работ он не был обнаружен в числе спасшихся, но не было обнаружено (идентифицировано) и его тело, то для объявления данного гражданина умершим нет смысла дожидаться истечения 5-летнего срока.
Наконец, если гражданин (военнослужащий или гражданское лицо) пропал без вести в связи с военными действиями, он может быть объявлен умершим не ранее чем через 2 года со дня окончания военных действий (п. 2 ст. 45): военные действия - не только причина гибели многих людей (в том числе гражданских), но и серьезное препятствие установлению их местонахождения, а также явке (вследствие массовых переселений гражданского населения, насильственного захвата, пленения и т.п.); именно поэтому гражданин, пропавший без вести в условиях военных действий, не может быть объявлен умершим вплоть до истечения 2 лет со дня их окончания.
Юридическая смерть покоится на презумпции смерти - предположении, что отсутствующий гражданин мертв (в п. 3 ст. 45 говорится именно о дне предполагаемой гибели). На основании решения суда орган загса вносит в актовую книгу запись о смерти и уже на основании этого выдает свидетельство о смерти (п. 2 ст. 279 ГПК, п. п. 1 и 2 ст. 47 ГК). Однако юридическая смерть в отличие от биологической не прекращает правоспособности: последняя или уже прекратилась (в момент фактической смерти гражданина, объявленного умершим), или не прекратилась вообще (если объявленный умершим гражданин жив - см. комментарий к ст. 17 ГК). В остальном она влечет те же правовые последствия, что и биологическая (ст. 1113 ГК). Имущество гражданина, объявленного умершим, наследуется согласно ст. 1151 ГК. Объявление умершим супруга - основание для прекращения брака (п. 1 ст. 16 СК), объявление умершим работника (работодателя) - основание для прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (п. 6 ст. 83 ТК).
2. День смерти гражданина, объявленного умершим, - день вступления в законную силу решения суда об объявлении его умершим, включая и те случаи, когда гражданин пропал без вести при обстоятельствах, угрожавших смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая. В то же время в этих двух случаях суд может признать днем смерти день предполагаемой гибели гражданина (п. 3 ст. 45). День вступления в законную силу решения суда (день предполагаемой гибели) определяет время открытия наследства (п. 1 ст. 1114 ГК).
3. Юридическую смерть следует отличать от установления факта смерти гражданина в определенное время и при определенных обстоятельствах в случае отказа органов загса в регистрации смерти (ср. подп. 3 п. 1 ст. 262 и подп. 8 п. 2 ст. 264 ГПК). Хотя то и другое рассматривается в порядке особого судебного производства, юридическая смерть покоится на презумпции смерти в условиях отсутствия каких-либо доказательств, установление факта смерти - на доказательствах смерти; при юридической смерти днем смерти считается день вступления в законную силу решения суда (день предполагаемой гибели - п. 3 ст. 45), при установлении факта смерти - день доказанного ее наступления. Поэтому если установлено, что пропавший гражданин был пассажиром затонувшего судна, при этом он не был обнаружен ни в числе погибших, ни среди спасшихся, его следует объявлять умершим. Но если при сходных обстоятельствах есть очевидцы его гибели, следует устанавливать факт смерти.
Статья 46. Последствия явки гражданина, объявленного умершим
Комментарий к статье 46
1. Комментируемая статья посвящена правовым последствиям явки (обнаружения места пребывания) гражданина, объявленного умершим. Прежде всего суд новым решением отменяет прежнее решение об объявлении умершим, а органы загса аннулируют запись о смерти (п. 1 ст. 46 ГК, ст. 280 ГПК). Кроме того, такой гражданин имеет право на восстановление в имущественных правах. Его восстановлению в праве собственности особо посвящен п. 2 ст. 46.
2. Гражданину должно быть возвращено имущество, перешедшее к другим лицам безвозмездно (абз. 1 п. 2 ст. 46). Данное правило применяется независимо от времени явки гражданина, объявленного умершим, однако после его явки оно эффективно с учетом правил о погашающей силе исковой давности (гл. 12 ГК). Решая вещно-правовой вопрос и предусматривая частный случай виндикации (ст. 301 ГК), оно касается: а) любых безвозмездных сделок, по которым имущество гражданина, объявленного умершим, было кем-то приобретено (в том числе унаследовано); б) любого безвозмездного приобретателя независимо от его добросовестности; в) имущества, которое сохранилось в натуре и может быть индивидуализировано среди прочего имущества приобретателя. Причина исключения, сделанного в абз. 1 п. 2 ст. 46 для добросовестных приобретателей денег и предъявительских ценных бумаг (ср. со ст. 22 ГК 1964 г., где этой оговорки не было), - сложность индивидуализации и повышенная оборотоспособность такого имущества, а также необходимость доверия к нему и соображения устойчивости гражданского оборота. Такое имущество явившийся гражданин виндицировать не может, однако по поводу его нельзя исключать возможность предъявления обязательственного иска и его удовлетворения: сам по себе факт явки гражданина - достаточное основание для возникновения на стороне приобретателя его имущества незаконного владения (индивидуальной вещью) и неосновательного обогащения (родовым имуществом, например деньгами, унаследованными или вырученными от реализации унаследованного имущества). Отсюда, если речь идет об имуществе родовом или не сохранившемся в натуре к моменту явки гражданина, возможности предъявления требований по поводу такого имущества законодатель не исключает, но оставляет решение этого вопроса за рамками ст. 46. Эффективность таких требований определяют условия предъявления и удовлетворения соответствующих обязательственных исков (гл. 59, 60 ГК).
3. Согласно абз. 2 п. 2 ст. 46 возмездный приобретатель имущества гражданина, объявленного умершим, должен вернуть последнему спорное имущество в натуре, только если доказана его недобросовестность, т.е. тот факт, что, приобретая имущество, он знал (и умышленно умолчал) о том, что гражданин, объявленный умершим, в действительности жив. Однако если на стороне приобретателя недобросовестность не доказана, он предполагается добросовестным, а значит, становится собственником приобретенного имущества на основании фактического состава из следующих юридических фактов: а) решение суда об объявлении собственника имущества умершим; б) добросовестность приобретателя; в) возмездность приобретения имущества. Отсюда правило абз. 2 п. 2 ст. 46 (как и п. 1 ст. 302 ГК) отдает предпочтение интересам добросовестного возмездного приобретателя, оно возлагает риск утраты имущества на гражданина, объявленного умершим, формулирует самостоятельный способ приобретения права собственности и оригинальный фактический состав, ограничивающий виндикацию (ст. 301 ГК): а) первопричиной здесь является объявление гражданина умершим; б) ответчик здесь является недобросовестным, если он знал, что гражданин, объявленный умершим, на самом деле жив (в п. 1 ст. 302 ГК имеет место соответственно выбытие имущества из владения собственника или лица, которому оно передано собственником во владение по его воле, а ответчик является добросовестным, если он не знал и не мог знать о приобретении имущества от неуправомоченного отчуждателя). Если имущество не сохранилось в натуре, недобросовестный возмездный приобретатель возмещает его стоимость, что исключается в отношении добросовестного возмездного приобретателя.
При возврате имущества явившемуся гражданину по основаниям абз. 1 и 2 п. 2 ст. 46 вопросы о необходимых сопутствующих расчетах регулирует ст. 303 ГК.
4. За рамками ст. 46 известны и иные правовые последствия. Так, органы загса могут восстановить брак при наличии двух совокупных условий: а) по совместному заявлению супругов (т.е. брак не восстанавливается автоматически); б) если другой супруг не вступил в новый брак (ст. 26 СК).
Статья 47. Регистрация актов гражданского состояния
Комментарий к статье 47
1. Комментируемая статья посвящена государственной регистрации актов гражданского состояния (далее - регистрация, АГС). Она лишь перечисляет АГС (п. 1) и формулирует основные начала их регистрации (п. п. 2, 3), все прочие вопросы подробно регулирует Федеральный закон об АГС, принятый в соответствии с абз. 1 п. 2 ст. 3 ГК, что объясняется значительным объемом и специальным назначением соответствующих правил (п. 4).
2. АГС - действия граждан или события (т.е. юридические факты), влияющие на возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей и характеризующие правовое состояние граждан. АГС - наиболее значимые в жизни гражданина факты, прямо указанные в законе в качестве АГС. Таковы: а) рождение; б) заключение и в) расторжение брака; г) усыновление (удочерение); д) установление отцовства; е) перемена имени; ж) смерть. Прочие факты, хотя бы и влияющие на статус гражданина (например, место жительства, приобретение статуса предпринимателя, эмансипация, признание недееспособным, ограниченно дееспособным, безвестно отсутствующим - см. коммент. к ст. ст. 20, 23, 27, 29, 30, 42 ГК), не являются АГС и регистрации в этом качестве не подлежат (п. 1 ст. 47 ГК, п. п. 1, 2 ст. 3 Закона об АГС).
3. Полномочия на регистрацию АГС - полномочия Российской Федерации, переданные органам государственной власти субъектов РФ с возможностью делегирования органам местного самоуправления. Они финансируются за счет субвенций из федерального бюджета. Регистрацию АГС обеспечивают органы записи актов гражданского состояния (загс). АГС, совершенные по религиозным обрядам до образования или восстановления органов загса, приравниваются к АГС, совершенным в органах загса в соответствии с действовавшим на момент их совершения законодательством, и не требуют последующей регистрации. Функции органов загса при их отсутствии могут возлагаться на органы местного самоуправления. Регистрацию АГС россиян, проживающих за рубежом, производят консульские учреждения РФ. Регистрация АГС осуществляется в целях охраны имущественных и личных прав граждан и в интересах государства путем составления записи АГС в двух идентичных экземплярах. Первые и вторые экземпляры записей АГС, составленные в пределах года по каждому типу записей отдельно, собираются в хронологическом порядке в актовые книги. Последние хранятся раздельно: собранные из первых экземпляров записей - в органе загса по месту регистрации данных АГС, собранные из вторых экземпляров записей, а также метрические книги, составленные до образования или восстановления органов загса, - в органе исполнительной власти субъекта РФ, в компетенцию которого входит организация деятельности по регистрации АГС и на территории которого данные записи АГС были составлены. Актовые книги хранятся 100 лет, после чего составленные из первых экземпляров записей метрические книги передаются в госархивы, составленные из вторых экземпляров записей - уничтожаются. На основании и в удостоверение записи АГС гражданам выдаются свидетельства (о рождении, о смерти, о заключении, о расторжении брака, о перемене имени и др.), в результате и в целом обеспечивается необходимый учет рождаемости, смертности, заключенных и расторгнутых браков и т.д. За регистрацию АГС уплачивается госпошлина (п. 2 ст. 47 ГК, п. 3 ст. 3, п. п. 1 - 3 ст. 4, ст. 5, п. п. 1, 2 ст. 6, п. п. 2, 4 ст. 7, ст. ст. 8, 10, п. п. 1, 2 ст. 76, ст. 77 Закона об АГС).
Регистрация АГС и выдача свидетельства могут не совпадать. Так, регистрации подлежит рождение ребенка, в том числе найденного (подкинутого). Если ребенок родился мертвым, регистрация его рождения производится на основании документа о перинатальной смерти, при этом свидетельство о рождении не выдается (вместо него может быть выдан документ, подтверждающий факт регистрации рождения мертвого ребенка) и не производится регистрация смерти. Если ребенок умер на первой неделе жизни, регистрируются его рождение и смерть, но выдается только свидетельство о смерти (п. п. 1, 2 ст. 20 Закона об АГС). Регистрации подлежит имя, полученное при рождении, а также возможная его перемена впоследствии, при этом гражданину выдается свидетельство о рождении и о перемене имени (ст. 18, п. 3 ст. 19, ст. ст. 22, 23, 58 - 63 Закона об АГС).
4. Органы загса не только регистрируют первичные АГС, но и исправляют, изменяют и аннулируют существующие и восстанавливают прежние записи АГС. Для исправления и изменения записей необходимы два условия - наличие достаточного правового основания и отсутствие спора между заинтересованными лицами. Основания для внесения исправлений и изменений: а) записи актов об усыновлении, об установлении отцовства, о перемене имени; б) решение суда; в) решение органа опеки и попечительства об изменении фамилии и (или) собственно имени ребенка; г) заявление матери, не состоящей в браке с отцом ребенка, о внесении в запись акта о рождении сведений об отце ребенка либо об их изменении или исключении; д) заявление лица, достигшего совершеннолетия, об изменении сведений о родителе (родителях) в записи акта о рождении данного лица в случае перемены имени родителем (родителями); е) документ, выданный органом дознания или следствия, об установлении личности умершего, смерть которого зарегистрирована как смерть неизвестного лица; ж) документ о факте смерти необоснованно репрессированного и впоследствии реабилитированного на основании закона о реабилитации жертв политических репрессий лица, в случае если смерть зарегистрирована ранее; з) заключение самого органа загса об исправлении или изменении записи АГС (например, при указании неправильных или неполных сведений, допущенных орфографических ошибках). Всякий спор между заинтересованными лицами или между ними и органом загса по поводу записи или внесения в нее исправлений и изменений разрешает суд, он же решает вопросы восстановления утраченных и аннулирования первичных и восстановленных записей. Поэтому решение суда - одно из оснований для исправления и изменения и необходимое основание для восстановления и аннулирования записей АГС (п. 3 ст. 47 ГК, ст. ст. 69, 70, 74, 75 Закона об АГС).
Глава 4. ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА
§ 1. Основные положения
Статья 48. Понятие юридического лица
Комментарий к статье 48
1. Статья 48 определяет юридическое лицо (далее по тексту § 1 гл. 4 ГК - ЮЛ) - важнейшего наряду с гражданами субъекта гражданского права (п. 1) - и предлагает одну из его классификаций, в основе которой - наличие и характер правовой связи между ЮЛ и его учредителем (учредителями) (п. п. 2, 3). Юридическое лицо имеет четыре признака: а) является организацией; б) способно от своего имени выступать в гражданском обороте и в процессе; в) обладает автономным имуществом; г) отвечает последним по своим обязательствам (абз. 1 п. 1 ст. 48). Второй и четвертый признаки указывают на сделко- и деликтоспособность ЮЛ.
Юридическое лицо - организация, признанная в качестве субъекта права (носителя прав и обязанностей) законом. Признание организации ЮЛ означает: а) ее соответствие одной из предусмотренных законом организационно-правовых форм и всем предъявляемым к данной форме требованиям; б) ее государственную регистрацию и включение в ЕГРЮЛ (ст. 51 ГК). Организации, не признанные ЮЛ законом (в частности, не соответствующие ни одной предусмотренной законом форме), не могут быть признаны ЮЛ и регистрироваться в этом качестве.
Поэтому ЮЛ - организация, но отнюдь не всякая организация - ЮЛ (см. п. 3 ст. 55 ГК). Признак организации (организационного единства) следует понимать с точки зрения внутреннего устройства ЮЛ, наличия единого целостного и самостоятельно функционирующего и саморегулирующегося механизма, который имеет индивидуальную внутреннюю структуру, специфическое имущественное устройство, органы управления, формирующие и выражающие его волю, которая не всегда совпадает с волей отдельного участника. Формально организованность конкретного ЮЛ и особенности его устройства характеризуют его учредительные документы (ст. 52 ГК).
Признак организационного единства очевиден, если ЮЛ представляет собой объединение (организацию) двух и более лиц, а сама предпосылка последних к объединению выступает в качестве признака и особенности устройства ЮЛ. Именно так обстоит дело в хозяйственных товариществах, кооперативных, общественных и религиозных организациях (объединениях), фондах и др., одни из которых предполагают создание организации для занятия от ее имени предпринимательством (ст. ст. 69, 82 ГК), другие - для организованной совместной производственной или иной хозяйственной деятельности, удовлетворения материальных и иных потребностей (п. 1 ст. 107, п. 1 ст. 116 ГК), третьи - для организованного удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей (п. 1 ст. 117, п. 1 ст. 118 ГК). Напротив, признак организационного единства неочевиден, если ЮЛ (например, хозяйственное общество) создается одним лицом и является одночленным.
Юридическое лицо - правосубъектная организация, которая самостоятельно (от своего имени) выступает в гражданском обороте и в процессе, т.е. приобретает имущественные и личные неимущественные права и несет обязанности, может быть истцом и ответчиком в суде. Возможность самостоятельно выступать в гражданском обороте и в процессе обеспечивают его: а) органы, а также участники и работники (ст. ст. 53, 402 ГК); б) наименование и другие средства индивидуализации; в) место нахождения (ст. 54 ГК).
Юридическое лицо имеет автономное имущество, т.е. имущество, переданное учредителями (участниками) и приобретенное в процессе дальнейшей деятельности, которое юридически и экономически не совпадает с имуществом учредителей (участников). Подавляющее большинство ЮЛ - собственники автономного имущества, обладание правом собственности на автономное имущество соответствует условиям и потребностям рыночной экономики, где каждый участник гражданского оборота должен видеть в потенциальном контрагенте субъекта с максимальными полномочиями.
Несобственники в условиях рынка - унитарные предприятия (одна часть которых - субъекты права хозяйственного ведения, другая - права оперативного управления) и учреждения (субъекты права оперативного управления). Между тем правило п. 1 ст. 48 подлежит распространительному толкованию, так как не может быть ограничено только тремя упомянутыми вещными правами, иначе придется признать, что организация, имущественная автономия которой не вписывается в указанную триаду, не может и не должна признаваться ЮЛ.
Между тем ЮЛ могут иметь иные имущественные права на отдельные объекты из числа автономного имущества: а) вещные (например, право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком) (ст. ст. 216, 268 - 270 ГК; см. также п. 7 ст. 3 Закона об автономных учреждениях); б) обязательственные (например, права на арендованный офис, на деньги на банковском счете); в) исключительные (например, право на результат интеллектуальной деятельности, вытекающее из патента на изобретение, внесенное в качестве вклада в уставный капитал). Иногда же вообще весьма непросто определить сущность правового режима имущества ЮЛ (см. п. 2 ст. 298 ГК). Отсюда упоминание в абз. 1 п. 1 ст. 48 только о трех вещных правах играет лишь информационно-иллюстративную роль. Экономически имущественную автономию ЮЛ отражают самостоятельный баланс или смета (абз. 2 п. 1 ст. 48).
Структурные подразделения ЮЛ (цеха, бригады и т.п., в том числе обособленные - ст. 55 ГК) наделяются имуществом для решения строго определенных задач (эксплуатация, обработка, реализация и проч.). Такое имущество может быть обособлено от имущества ЮЛ фактически (например, находиться в другом городе), юридически же оно остается имуществом ЮЛ и учитывается на его балансе (и только в некоторых случаях может учитываться на отдельном балансе подразделения). Именно отдельный (а не самостоятельный) баланс используется и как средство учета имущества ЮЛ в некоторых случаях, прямо указанных в законе (см. п. 2 ст. 298 ГК).
С наличием у ЮЛ автономного имущества связано несение им самостоятельной ответственности данным имуществом, которая обычно распространяется на все имущество. В то же время закон устанавливает целый ряд случаев, когда автономное имущество не является пределом имущественной ответственности и когда при его недостаточности к ответственности могут привлекаться учредители (участники) ЮЛ или собственник его имущества (см. комментарий к ст. 56 ГК).
2. В п. п. 2 и 3 ст. 48 содержится классификация ЮЛ, в основе которой - признак наличия или отсутствия у учредителей (участников) имущественных прав в отношении ЮЛ. Данная классификация напрямую связана с признаком имущественной автономии (абз. 1 п. 1 ст. 48) и с организационно-правовой формой (п. п. 2, 3 ст. 50 ГК).
В п. 2 ст. 48 учредители (участники) имеют имущественные права в связи с участием в образовании имущества ЮЛ (абз. 1), при этом в хозяйственных товариществах и обществах, в потребительских и производственных кооперативах они сохраняют обязательственные права (требования) в отношении самого ЮЛ (абз. 2), а в унитарных предприятиях и учреждениях - вещные права на его имущество (абз. 3). Напротив, в п. 3 ст. 48 учредители (участники) общественных и религиозных организаций (объединений), благотворительных и иных фондов, объединений ЮЛ (ассоциаций и союзов) не имеют в отношении данных ЮЛ имущественных прав.
Данная классификация позволяет разделить все ЮЛ на организации - собственники автономного имущества (абз. 2 п. 2 и п. 3 ст. 48), и организации, обладающие в отношении данного имущества более узкими в сравнении с правом собственности правами хозяйственного ведения и оперативного управления (абз. 3 п. 2 ст. 48); она полностью соответствует правилам абз. 1 п. 1 ст. 66, п. п. 3, 4 ст. 213 ГК, раскрывает правовой режим ЮЛ, степень обособленности его имущества, решает важные вопросы, возникающие между учредителем (участником) и ЮЛ (см., например, п. 7 ст. 63 ГК).
Проецируя данную классификацию на другую (см. ст. 50 ГК), нетрудно заметить, что в абз. 2 и 3 п. 2 ст. 48 упоминаются коммерческие и некоммерческие организации, в п. 3 ст. 48 - только некоммерческие. В то же время, учитывая, что перечень форм некоммерческих организаций (в отличие от коммерческих) не исчерпывается ГК (абз. 1 п. 3 ст. 50 ГК), в п. п. 2 и 3 ст. 48 попали лишь те некоммерческие организации, которые упоминаются в § 5 гл. 4 ГК. Поэтому остается открытым вопрос о месте в данной классификации госкорпорации - собственника автономного имущества, судьбу которого при ее ликвидации всякий раз должен определять закон, предусматривающий ее создание (п. п. 1, 3 ст. 7.1 Закона о некоммерческих организациях).
В свою очередь, некоммерческие партнерства можно лишь условно отнести к числу ЮЛ, упоминаемых в абз. 2 п. 2 ст. 48: члены некоммерческого партнерства вправе получать при выходе часть имущества партнерства (его стоимость) в пределах стоимости имущества, переданного ими в собственность партнерства (кроме членских взносов), а также ликвидационную квоту в пределах стоимости имущества, переданного ими в собственность партнерства, только если иное не предусмотрено федеральным законом или учредительными документами партнерства (абз. 5, 6 п. 3 ст. 8 Закона о некоммерческих организациях). Автономная некоммерческая организация однозначно принадлежит к числу ЮЛ, упоминаемых в п. 3 ст. 48 (абз. 2 п. 1 ст. 10 Закона о некоммерческих организациях).
Статья 49. Правоспособность юридического лица
Комментарий к статье 49
1. Комментируемая статья посвящена правоспособности ЮЛ - ее видам (п. 1), ограничению (п. 2), возникновению и прекращению (п. 3). Будучи субъектом гражданского права, ЮЛ обладает правосубъектностью. Однако его право- и дееспособность отличаются от право- и дееспособности гражданина. Так: а) ЮЛ возникает и прекращается не в результате биологических процессов, а посредством установленных законом юридических процедур; б) ЮЛ не подвержено влиянию возрастных, психофизиологических процессов и некоторых других факторов, которые могли бы отразиться на его дееспособности; в) ЮЛ имеет органы, которые формируют его волю и реализуют ее вовне, при этом качество волеобразования и волеизъявления нередко обеспечены целым комплексом нормативно предусмотренных мер (в том числе коллегиальностью принятия многих решений, необходимым кворумом присутствия и голосования, определением и ограничением компетенции того или иного органа, возможностью его контроля другим органом и т.п.); г) ЮЛ часто обладает значительными возможностями квалифицированного решения вопросов (в частности, обращения за правовой и другой помощью). Поэтому право- и дееспособность ЮЛ не подлежат противопоставлению; напротив, ЮЛ обладают единой праводееспособностью (или правоспособностью), состоящей из сделко- и деликтоспособности (т.е. способности совершать сделки и другие юридические действия и нести самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам).
2. ЮЛ имеет общую (универсальную) или специальную правоспособность. Прежде всего это зависит от его принадлежности к коммерческим или некоммерческим организациям. Коммерческие организации могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом, т.е. имеют общую (универсальную) правоспособность, что соответствует рыночным принципам хозяйствования в условиях децентрализованной экономики. Данное правило является общим и не касается коммерческих организаций, правоспособность которых ограничена законом (унитарных предприятий и некоторых других коммерческих организаций, например банков и страховых компаний) (абз. 2 п. 1 ст. 49) или учредительными документами (третье предложение абз. 1 п. 2 ст. 52 ГК).
Напротив, некоммерческие организации могут иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в их учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности, т.е. обладают специальной правоспособностью. Каких-либо исключений из этого правила нет (абз. 1, 2 п. 1 ст. 49). Последствия выхода ЮЛ за рамки специальной правоспособности неоднозначны. По общему правилу последствия совершенной сделки ЮЛ, выходящей за рамки его специальной правоспособности, определяет ст. 168 ГК, устанавливающая общее правило о недействительности (ничтожности) всякой сделки, не соответствующей требованиям законодательства. Кроме того, систематическое осуществление деятельности общественными или религиозными организациями (объединениями), а также фондами, противоречащими их уставным целям, может быть предпосылкой к их судебной ликвидации (п. 2 ст. 61 ГК).
Однако если сделку совершает коммерческая организация вопреки целям деятельности, определенно ограниченным в ее учредительных документах (третье предложение абз. 1 п. 2 ст. 52 ГК), а также всякая - коммерческая или некоммерческая - организация при отсутствии в необходимых случаях лицензии, такая сделка может быть признана недействительной в судебном порядке по иску указанного в законе круга лиц, при этом необходимо доказать, что контрагент ЮЛ знал или заведомо должен был знать о незаконности данной сделки (ст. 173 ГК). Как видно, закон ставит действительность такой сделки в зависимость от ряда условий (признает оспоримой - п. 1 ст. 166 ГК), поэтому: а) такая сделка, даже несмотря на определенную ограниченность правоспособности коммерческой организации учредительными документами (отсутствие у ЮЛ лицензии), в угоду устойчивости гражданского оборота является действительной, если указанными в законе лицами она не будет эффективно оспорена в суде и аннулирована, либо не будет доказано, что контрагент ЮЛ знал или заведомо должен был знать о ее незаконности, либо суд почему-либо не признал ее недействительной; б) ограниченность правоспособности коммерческой организации ее учредительными документами, а также отсутствие у ЮЛ лицензии имеют значение для третьих лиц, только если они знали или должны были знать об этом.
3. Юридическое лицо может быть ограничено в правах только в случаях и в порядке, указанных в законе (п. 2 ст. 49). Так, ЦБ при нарушении кредитной организацией законов, иных нормативных актов и предписаний ЦБ, непредставления, представления неполной или недостоверной информации может ограничить проведение кредитной организацией отдельных операций на срок до 6 месяцев. При неисполнении кредитной организацией в установленный срок предписаний об устранении нарушений, а также если эти нарушения или совершаемые банковские операции или сделки создали реальную угрозу интересам кредиторов (вкладчиков) ЦБ вправе ввести запрет на осуществление кредитной организацией отдельных банковских операций, предусмотренных в ее лицензии, на срок до одного года, а также на открытие ею филиалов на срок до одного года (ст. 74 Закона о ЦБ).
Поэтому ограничение ЮЛ в правах носит не судебный, а административный характер. Решение об ограничении ЮЛ в правах может быть оспорено в суде (п. 2 ст. 49). Ограничения ЮЛ в правах возможны в связи с его реорганизацией. Так, договорами о слиянии или присоединении, решением о реорганизации в форме разделения, выделения, преобразования может быть предусмотрен запрет на совершение акционерным обществом отдельных сделок и (или) видов сделок с момента принятия решения о реорганизации и до момента ее завершения (абз. 1 п. 7 ст. 15 Закона об акционерных обществах).
Серьезные ограничения в правах ЮЛ претерпевает в период ликвидации: в этот период не допускается регистрация изменений в учредительные документы ликвидируемого ЮЛ, а также регистрация ЮЛ, учредителем которых выступает ликвидируемое ЮЛ, или регистрация ЮЛ, которые возникают в результате его реорганизации (п. 2 ст. 20 Закона о регистрации юридических лиц).
Правоспособность ЮЛ претерпевает легальное ограничение, если его деятельность требует лицензии (абз. 3 п. 1 ст. 49). Процедура лицензирования касается отдельных видов деятельности, зачастую их могут осуществлять разные организации - коммерческие и некоммерческие (например, медицинские или образовательные услуги могут оказывать и учреждения здравоохранения и образования, и хозяйственные общества соответствующего профиля). Само право на лицензируемую деятельность возникает и может быть реализовано с момента получения лицензии или в указанный в ней срок и прекращается по истечении срока ее действия, если иное не установлено законом или иными правовыми актами (абз. 2 п. 3 ст. 49). До момента получения лицензии или указанного в ней срока ЮЛ не имеет такого права и не может его реализовать, но имеет и может осуществлять другие права (а именно те, которые не требуют лицензирования или уже обеспечены необходимыми лицензиями).
4. Правоспособность ЮЛ возникает в момент его создания (абз. 1 п. 3 ст. 49), который, в свою очередь, определяется по дню внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 51 ГК). Внесение записи об исключении ЮЛ из ЕГРЮЛ означает прекращение и правоспособности, и самого ЮЛ (п. 4 ст. 57, п. 8 ст. 63 ГК).
Статья 50. Коммерческие и некоммерческие организации
Комментарий к статье 50
1. Комментируемая статья посвящена коммерческим и некоммерческим организациям - важнейшей дихотомии ЮЛ, непосредственно связанной с феноменом предпринимательской деятельности, включенной в предмет гражданско-правового регулирования и отнесенной к ведению гражданского законодательства (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК). Исходя из основной цели деятельности все ЮЛ делятся на две группы: коммерческие организации преследуют, а некоммерческие организации не преследуют в качестве основной цели своей деятельности извлечение прибыли (п. 1 ст. 50). Поскольку занятие предпринимательством - не исключительная прерогатива коммерческих организаций (в п. 1 ст. 50 говорится о стремлении к извлечению прибыли только как об основной цели деятельности), предпринимательством могут заниматься и некоммерческие организации с соблюдением следующего ряда условий и ограничений: а) стремление некоммерческой организации к получению прибыли не должно превращаться для нее в самоцель (п. 1 ст. 50); б) получаемая некоммерческой организацией прибыль не должна распределяться между ее участниками, т.е. присваиваться ими (кроме членов потребительского кооператива - п. 5 ст. 116 ГК); в) осуществление некоммерческой организацией предпринимательской деятельности должно соответствовать тем целям, ради которых она создана, а также служить достижению этих целей (абз. 2 п. 3 ст. 50); г) наконец, возможность некоммерческой организации вести предпринимательскую деятельность не должна прямо исключаться законом.
2. В связи с предложенной в п. 1 ст. 50 дихотомией ЮЛ далее в п. 2 и абз. 1 п. 3 перечисляются организационно-правовые формы коммерческих и некоммерческих организаций. При этом используется уже не классификационный, а перечневый метод, а поскольку последний, не будучи основанным на строгом логическом критерии (критериях), является более свободным и гибким, при необходимости и в результате изменения закона формы ЮЛ могут подвергаться количественной и качественной динамике. Так, возможно сокращение или увеличение числа форм (за счет исключения одних и добавления других), а также внутренние изменения существующих форм (последнее, в частности, произошло в отношении унитарных предприятий в связи с изменением концепции казенных предприятий и обществ с ограниченной ответственностью, оказавшихся более "удаленными" от хозяйственных товариществ и приближенными к акционерному обществу).
Перечень форм коммерческих организаций исчерпывается рамками ГК (п. 2 ст. 50), поэтому появление новых форм коммерческих организаций возможно только при условии соответствующего изменения ГК. Согласно п. 2 ст. 50 и с учетом п. п. 2 и 3 ст. 66 ГК коммерческие организации могут создаваться только в формах: а) полного и б) коммандитного товарищества (ст. ст. 69 - 81, 82 - 86 ГК); в) общества с ограниченной и г) с дополнительной ответственностью (ст. ст. 87 - 94, 95 ГК); д) акционерного общества (ст. ст. 96 - 104 ГК); е) производственного кооператива (ст. ст. 107 - 112 ГК); ж) унитарного предприятия (ст. ст. 113 - 115 ГК). Особенности каждой формы определяют ГК и специальные законы (исключения составляют лишь не имеющие своего закона хозяйственные товарищества). Поскольку императивная норма п. 2 ст. 50 явно ограничивает принципы свободы договора, автономии воли и самостоятельности (п. п. 1, 2 ст. 1, абз. 1 п. 1 ст. 2, ст. 421 ГК), коммерческая организация не может быть создана ни в какой другой форме (в том числе за счет комбинирования элементов разных форм).
Именно поэтому исключено существование известного в прошлом индивидуального (семейного) частного предприятия, как и гипотетической акционерной коммандиты (акционерного общества с дополнительной ответственностью) - симбиоза акционерного общества и товарищества на вере (общества с дополнительной ответственностью). В свою очередь, форма унитарного предприятия не может использоваться за рамками государственной (муниципальной) формы собственности для обеспечения интересов частного бизнеса. Отдельные формы коммерческих организаций внутренне неоднородны: акционерные общества могут быть открытыми или закрытыми (ст. 97 ГК), а унитарные предприятия - основанными на праве хозяйственного ведения и оперативного управления (ст. ст. 114, 115 ГК). Для целей правового регулирования некоторые формы группируются между собой благодаря наличию у них общих признаков, например хозяйственные общества (в рамках которых только и возможно явление дочерних и зависимых обществ - ст. ст. 105, 106 ГК), хозяйственные товарищества и общества (обладающие общей частью - ст. ст. 66 - 68 ГК). Именно благодаря сходству отдельных форм и во избежание дублирования нормативного материала правила, посвященные одним формам, иногда в силу прямого указания закона могут применяться в отношении других форм (п. 2 ст. 82, п. 3 ст. 95 ГК).
3. Формы некоммерческих организаций не ограничиваются рамками ГК (абз. 1 п. 3 ст. 50) - их могут предусматривать и другие законы, различные по отраслевой принадлежности. Некоммерческие организации могут создаваться в форме потребительских кооперативов, общественных или религиозных организаций (объединений), фондов, учреждений, объединений ЮЛ (ассоциаций и союзов) (см. соответственно ст. ст. 116 - 118, 120, 121 ГК). Существуют также общины коренных малочисленных народов РФ, госкорпорации, некоммерческие партнерства, автономные некоммерческие организации (соответственно ст. ст. 6.1, 7.1, 8, 10 Закона о некоммерческих организациях).
Отдельные формы некоммерческих организаций внутренне неоднородны, неоднозначным может быть и правовое регулирование разновидностей одной и той же формы. Так, учреждение может быть частным либо публичным (государственным или муниципальным); в свою очередь, государственное и муниципальное учреждение - бюджетным или автономным (п. 2 ст. 120, п. 1 ст. 298 ГК). Однако Закон о некоммерческих организациях не распространяется на государственные и муниципальные учреждения, если иное не установлено федеральным законом (п. 5 ст. 1), а потому упоминает только о частных учреждениях (ст. 9). В свою очередь, те государственные и муниципальные учреждения, которые являются автономными, особо регулирует Закон об автономных учреждениях. Некоторые формы некоммерческих организаций пересекаются. Так, общественные объединения (ст. 117 ГК) могут создаваться в форме общественной организации, общественного движения, общественного фонда, общественного учреждения, органа общественной самодеятельности, политической партии (ст. ст. 7 - 12, 12.2 Закона об общественных объединениях).
4. Коммерческие и (или) некоммерческие организации могут объединяться в ассоциации и союзы (п. 4 ст. 50, ст. 121 ГК). Закон по-разному регулирует такие объединения, во всяком случае являющиеся некоммерческими организациями. Так, объединение коммерческих организаций не может вести предпринимательскую деятельность самостоятельно и непосредственно: для этого оно должно преобразоваться в хозяйственное товарищество (общество) либо участвовать в нем (абз. 2 п. 1 ст. 121 ГК). Данное правило не касается прочих объединений - некоммерческих организаций (п. 2 ст. 121 ГК), а также коммерческих организаций с некоммерческими: такие объединения вправе заниматься предпринимательством самостоятельно и непосредственно (без преобразования или участия в коммерческой структуре). Коммерческие организации могут быть учредителями (участниками) некоммерческих организаций (ст. 15 Закона о некоммерческих организациях), за исключениями, предусмотренными законом (например, они не могут участвовать в общественных и религиозных организациях (объединениях) и госкорпорациях, учредителями которых могут быть только граждане и Российская Федерация соответственно). Некоммерческие организации могут быть учредителями (участниками) коммерческих организаций, за исключениями, предусмотренными законом (например, они не могут быть полными товарищами в хозяйственных товариществах, а учреждения могут быть участниками хозяйственных обществ и вкладчиками в товариществах на вере с разрешения собственника, если иное не установлено законом - п. 4 ст. 66 ГК). Возможно преобразование коммерческих организаций в некоммерческие, и наоборот (п. 2 ст. 104 ГК, ст. 34 Закона об унитарных предприятиях, п. п. 1, 2, 4 ст. 17 Закона о некоммерческих организациях).
Статья 51. Государственная регистрация юридических лиц
Комментарий к статье 51
1. Юридические лица возникают как результат юридических процедур - первоначально или путем реорганизации других ЮЛ (подробнее о последней см. комментарий к ст. ст. 57 - 60 ГК). Создание ЮЛ сводится к подготовке его учредительных документов и государственной регистрации (далее - регистрация). Этому и посвящены ст. 51 и ст. 52 ГК. Юридические лица регистрируются уполномоченным госорганом в порядке, определяемом Законом о регистрации юридических лиц (абз. 1 п. 1 ст. 51). Таким госорганом являются ФНС и ее территориальные органы (см.: Постановление Правительства РФ от 17 мая 2002 г. "Об уполномоченном федеральном органе исполнительной власти, осуществляющем государственную регистрацию юридических лиц, крестьянских (фермерских) хозяйств, физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей" (СЗ РФ. 2002. N 20. Ст. 1872); Положение о федеральной налоговой службе, утв. Постановлением Правительства РФ от 30 сентября 2004 г. N 506 (СЗ РФ. 2004. N 40. Ст. 3961)).
Регистрация ЮЛ основывается на решении регистрирующего органа и сопровождается включением данных о нем в ЕГРЮЛ, содержащий сведения о создании, реорганизации и ликвидации, иные сведения о ЮЛ и соответствующие документы. ЕГРЮЛ - федеральный информационный ресурс, который ведется на бумажном и электронном носителях, содержит установленный законом перечень сведений и является открытым для всеобщего ознакомления, кроме отдельных сведений, доступ к которым ограничен (см.: Постановление Правительства РФ от 19 июня 2002 г. N 438 "О Едином государственном реестре юридических лиц").
Регистрация ЮЛ осуществляется в срок не более чем 5 рабочих дней со дня представления документов в регистрирующий орган по месту нахождения указанного учредителями в заявлении о регистрации постоянно действующего исполнительного органа, а в случае его отсутствия - по месту нахождения иного органа или лица, имеющих право действовать от имени ЮЛ без доверенности (п. 2 ст. 54 ГК). Для отдельных видов ЮЛ федеральные законы могут устанавливать специальный порядок регистрации. Так, решение о регистрации некоммерческих организаций (общественных объединений, политических партий, торгово-промышленных палат, религиозных организаций и иных ЮЛ) принимают Федеральная регистрационная служба Минюста России и ее территориальные органы (Росрегистрация) (п. 1, подп. 4, 5 п. 6 Положения о федеральной регистрационной службе, утв. Указом Президента РФ от 13 октября 2004 г. N 1315 (СЗ РФ. 2004. N 42. Ст. 4110)), а решение о регистрации кредитной организации - ЦБ (ч. 2 ст. 12 Закона о банках). Как бы там ни было, саму регистрацию данных организаций (внесение их в ЕГРЮЛ) осуществляют ФНС и ее территориальные органы на основании решения, принятого указанным органом. Принятое решение о регистрации ЮЛ - основание внесения записи в ЕГРЮЛ, момент регистрации ЮЛ - внесение записи в ЕГРЮЛ (п. 1 ст. 4, п. 1 ст. 5, п. 1 ст. 6, п. п. 1, 2 ст. 8, ст. 10, п. п. 1, 2 ст. 11 Закона о регистрации юридических лиц). Подробнее о регистрации ЮЛ при их создании см. гл. IV Закона о регистрации юридических лиц.
2. В условиях рынка наиболее распространен явочно-нормативный способ создания ЮЛ, при котором для регистрации ЮЛ не требуется разрешений каких-либо органов - достаточно заявить об этом в регистрирующий орган. Последний не вправе проверять решение о необходимости и целесообразности создания ЮЛ, требовать представления иных документов помимо предусмотренных Законом о регистрации юридических лиц и отказать в регистрации ЮЛ при наличии всех необходимых документов; он также не проверяет на предмет соответствия законодательству РФ форму представления документов (кроме заявления) и содержащиеся в представленных документах сведения, кроме случаев, предусмотренных Законом о регистрации юридических лиц (п. п. 4, 4.1 ст. 9 Закона о регистрации юридических лиц).
Уведомительный способ используется при создании (регистрации в качестве ЮЛ) профсоюза, объединения (ассоциации) профсоюзов, первичной профсоюзной организации, которые, кстати, могут функционировать и без приобретения статуса ЮЛ (абз. 2, 9 п. 1 ст. 8 Закона о профсоюзах).
Известны также разрешительный способ, при котором для создания ЮЛ учредители должны получить разрешение (санкцию) того или иного госоргана (например, антимонопольного), а также распорядительный способ, при котором ЮЛ возникает в силу акта компетентного госоргана (именно так - путем принятия специального закона - возникают госкорпорации).
Отказ в регистрации ЮЛ возможен только в случаях, установленных законом (абз. 2 п. 1 ст. 51), а именно: а) при непредставлении необходимых для регистрации документов; б) при их представлении в ненадлежащий регистрирующий орган; в) если учредителем ЮЛ или его правопредшественником при реорганизации выступает ЮЛ, находящееся в процессе ликвидации; г) в иных случаях (например, при несоблюдении нотариальной формы представляемых документов, если таковая необходима по закону; при подписании заявления о регистрации неуполномоченным лицом; если учредительные документы некоммерческой организации противоречат Конституции и законодательству РФ; если ранее зарегистрирована некоммерческая организация с таким же наименованием; если наименование некоммерческой организации оскорбляет нравственность, национальные и религиозные чувства граждан) (п. 1 ст. 23 Закона о регистрации юридических лиц, п. 1 ст. 23.1 Закона о некоммерческих организациях). Отказ в регистрации и уклонение от регистрации могут быть оспорены в суде, а согласно Закону о некоммерческих организациях - также в вышестоящем органе (абз. 3 п. 1 ст. 51 ГК, п. 5 ст. 23 Закона о регистрации юридических лиц, п. 5 ст. 23.1 Закона о некоммерческих организациях).
3. Регистрации подлежат ЮЛ, но не их структурные подразделения. Исключения из этого правила существуют в отношении крупных некоммерческих организаций. Так, в случае с политической партией регистрации подлежат сама партия и ее структурные подразделения - региональные отделения, кроме того, устав партии может наделять правом ЮЛ и иное структурное подразделение партии (например, местное или первичное отделение), которое регистрируется в этом качестве в порядке, предусмотренном для регистрации регионального отделения (п. п. 1, 8 ст. 15 Закона о партиях). Схожая ситуация - с профсоюзным объединением, где ЮЛ могут быть профсоюзы, их объединения (ассоциации), а также первичные профсоюзные организации (ст. 8 Закона о профсоюзах). Отсюда ЮЛ - организация, признанная в качестве субъекта права законом, а в исключительных случаях (и с разрешения закона) - уставом.
4. Юридическое лицо считается созданным со дня внесения записи в ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 51), в момент создания ЮЛ приобретает правоспособность (п. 3 ст. 49 ГК). Оба эти правила являются императивными и исключений не предполагают. Известно, однако, что политическая партия создается свободно, без разрешений органов государственной власти и должностных лиц и считается созданной со дня принятия учредительным съездом решений о ее создании, образовании ее региональных отделений более чем в половине субъектов РФ, принятии ее устава и программы, формировании ее руководящих и контрольно-ревизионных органов (при этом делегаты учредительного съезда партии являются ее учредителями); со дня создания партия осуществляет организационную и информационно-пропагандистскую деятельность, связанную с формированием ее региональных отделений и получением документа, подтверждающего факт внесения записи о ней в ЕГРЮЛ (ст. 11 Закона о партиях). Если учесть, что в силу ст. 15 того же Закона партия и ее региональные отделения подлежат регистрации, очевидно, что или упомянутая ст. 11 Закона имеет в виду совсем не то создание, о котором говорится в абз. 1 п. 3 ст. 49 и п. 2 ст. 51 ГК, или ее редакция противоречит императивным правилам абз. 1 п. 3 ст. 49 и п. 2 ст. 51 ГК.
Статья 52. Учредительные документы юридического лица
Комментарий к статье 52
1. Комментируемая статья посвящена учредительным документам ЮЛ - их видам (п. 1), содержанию (п. 2), изменению (п. 3). Обычно ЮЛ действуют на основании устава и только в оговоренных законом случаях - на основании учредительного договора (учредительного договора и устава). Так, на основании устава действуют хозяйственные общества (п. 3 ст. 89 с учетом п. 3 ст. 95, п. 3 ст. 98 ГК), кооперативы (п. 1 ст. 108, п. 2 ст. 116 ГК), фонды (п. 4 ст. 118 ГК) и по понятной причине ЮЛ, создаваемые одним учредителем (абз. 3 п. 1 ст. 52); на основании учредительного договора действуют хозяйственные товарищества (ст. ст. 70, 83 ГК); на основании устава и учредительного договора действуют объединения ЮЛ (п. 1 ст. 122 ГК), а также общины малочисленных народов (ст. 6.1 Закона о некоммерческих организациях, п. 3 ст. 8 ФЗ от 20 июля 2000 г. N 104-ФЗ "Об общих принципах организации общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации" (СЗ РФ. 2000. N 30. Ст. 3122)).
Примечательно, что Закон о некоммерческих организациях (п. 1 ст. 14) рассматривает учредительный договор и как основной учредительный документ (в ассоциациях и союзах), и как факультативный учредительный документ, который может заключаться дополнительно к уставу только по желанию учредителей (в некоммерческих партнерствах и автономных некоммерческих организациях).
Возникновению некоторых уставных ЮЛ предшествует заключение договора о их создании, который, будучи договором простого товарищества (гл. 55 ГК), прекращается с созданием данного ЮЛ и не является его учредительным документом (п. 1 ст. 89, п. 1 ст. 98 ГК). Учредительный договор заключается несколькими учредителями (участниками) ЮЛ, а устав - утверждается учредителем или учредителями (участниками) ЮЛ (абз. 2, 3 п. 1 ст. 52).
Известны и иные учредительные документы. Так, отдельные некоммерческие организации и только в случаях, предусмотренных законом, могут действовать на основании общего положения об организациях данного вида (абз. 1 п. 1 ст. 52 ГК, п. 1 ст. 14 Закона о некоммерческих организациях). Известны случаи, когда ЮЛ в принципе не имеет учредительных документов, указанных в п. 1 ст. 52: в госкорпорациях их заменяет специальный закон, на основании которого данные организации создаются и действуют и который определяет особенности их правового положения (п. 3 ст. 7.1 Закона о некоммерческих организациях).
2. Закон предъявляет к содержанию учредительных документов ЮЛ ряд обязательных требований (п. 2 ст. 52). Среди универсальных сведений, которые должны быть в учредительных документах любого ЮЛ, - его наименование и место нахождения (см. также п. 3 ст. 54 ГК), порядок управления его деятельностью. К специальным относятся: а) сведения, предусмотренные законом для ЮЛ соответствующего вида (см., в частности, п. 2 ст. 70, п. 2 ст. 83, п. 2 ст. 89, п. 1 ст. 95, п. 3 ст. 98, п. 2 ст. 108, абз. 2 п. 1 ст. 113, п. 2 ст. 116, п. 4 ст. 118, п. 2 ст. 122 ГК); б) предмет и цели деятельности (для некоммерческих организаций, унитарных предприятий, а в предусмотренных законом случаях - и для других коммерческих организаций).
Предмет и цели деятельности должны быть определены в учредительных документах только тех ЮЛ, которые имеют специальную правоспособность согласно закону (п. 1 ст. 49 ГК). Во всех иных случаях никто не может обязать учредителей (участников) ЮЛ сделать это, однако сами они могут предусмотреть определенные предмет и цели деятельности ЮЛ, даже если по закону это не является обязательным. Во всяком случае, определение в учредительных документах ЮЛ его предмета и цели деятельности свидетельствует о его специальной правоспособности, однако при выходе за рамки специальной правоспособности, предусмотренной законом, применяется ст. 168 ГК, а при выходе за пределы специальной правоспособности, предусмотренной учредительными документами, - ст. 173 ГК.
Учредительные документы ЮЛ могут содержать и другие сведения, кроме тех, о которых закон говорит прямо. Согласно п. 3 ст. 14 Закона о некоммерческих организациях учредительные документы некоммерческой организации должны определять ее наименование, содержащее указание на характер ее деятельности и организационно-правовую форму, место ее нахождения, порядок управления деятельностью, предмет и цели деятельности, сведения о филиалах и представительствах, права и обязанности членов, условия и порядок приема в члены некоммерческой организации и выхода из нее (в случае если организация имеет членство), источники формирования ее имущества, порядок внесения изменений в учредительные документы, порядок использования имущества при ликвидации некоммерческой организации и иные положения в соответствии с законом. Отдельно закон определяет, какие сведения должен содержать учредительный договор, разумеется, если он существует и является учредительным документом (абз. 2 п. 2 ст. 52 ГК, абз. 2 п. 3 ст. 14 Закона о некоммерческих организациях).
3. Согласно п. 3 ст. 52 в учредительные документы могут вноситься изменения, все они подлежат регистрации (подробнее см. гл. VI Закона о регистрации юридических лиц). Для третьих лиц (не являющихся участниками ЮЛ) такие изменения обычно приобретают юридическую силу с момента их регистрации. Если в регистрации изменений еще нет, но третьи лица уже приняли их во внимание и вступили в отношения с ЮЛ с учетом этих изменений, предпочтителен не формально-юридический, а фактический момент: в этом случае ЮЛ и их учредители (участники) не вправе ссылаться на отсутствие регистрации изменений.
В случаях, установленных законом, ЮЛ представляет в регистрирующий орган по месту нахождения уведомление о внесении изменений в учредительные документы, решение о их внесении и сами изменения, а регистрирующий орган в срок не более чем 5 дней с момента получения такого уведомления вносит запись в ЕГРЮЛ; в таких случаях изменения в учредительных документах приобретают для третьих лиц юридическую силу не с момента регистрации изменений, а уже с момента уведомления регистрирующего органа (ст. 19 Закона о регистрации юридических лиц). Такая уведомительная процедура касается, например, изменения сведений о филиалах и представительствах ЮЛ (п. 5 ст. 5 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, п. 6 ст. 5 Закона об акционерных обществах, п. 5 ст. 5 Закона об унитарных предприятиях).
Статья 53. Органы юридического лица
Комментарий к статье 53
1. Комментируемая статья посвящена органам ЮЛ, посредством которых ЮЛ приобретает права и принимает на себя обязанности. Органы действуют в соответствии с законодательством и учредительными документами, порядок их назначения или избрания определяют закон и учредительные документы (п. 1). Органы формируют волю ЮЛ и обеспечивают его волеизъявление, а вместе с этим реализуют его правоспособность.
Органы могут быть разными: а) в зависимости от порядка формирования (образования) - созываемыми (общее собрание участников), избираемыми (совет директоров и его председатель), назначаемыми (директор унитарного предприятия), формируемыми на договорной основе (управляющий или управляющая компания как единоличный исполнительный орган в хозяйственных обществах); б) в зависимости от обязательности - обязательными (общее собрание участников, директор) и факультативными (наблюдательный совет в производственных кооперативах, советы директоров в обществах с ограниченной и дополнительной ответственностью, а иногда и в акционерных обществах, правление или дирекция в хозяйственных обществах); в) в зависимости от коллегиальности - коллегиальными (общее собрание участников, совет директоров, правление, попечительский совет) и единоличными (директор, управляющий); г) в зависимости от характера деятельности - действующими периодически (общее собрание участников, совет директоров) и постоянно (директор); д) в зависимости от осуществляемой функции - волеобразующими (общее собрание участников, совет директоров), исполнительными (правление или дирекция, директор), контрольными (ревизионная комиссия, ревизор). Значение постоянно действующего исполнительного органа состоит в том, что по его местонахождению осуществляется государственная регистрация ЮЛ, которая, в свою очередь, определяет и место нахождения самого ЮЛ (п. 2 ст. 54 ГК). Особые органы с широким кругом полномочий - назначаемый для реорганизации ЮЛ внешний управляющий (абз. 2 п. 2 ст. 57 ГК), а также ликвидационная комиссия (ликвидатор) (п. 3 ст. 62 и ст. 63 ГК).
2. Виды органов, их структура, иерархия, порядок формирования, компетенция, другие связанные с ними вопросы предрешает форма ЮЛ, а также его принадлежность к коммерческим (некоммерческим) организациям. В отношении коммерческих организаций (учитывая их роль и значение в экономике) сам закон весьма детально регулирует вопросы органов и процесса управления в целом, при этом многие из них решает прямо и по существу и только некоторые отдает на откуп учредительным документам. Если нормы закона императивны, учредители (участники) коммерческой организации обязаны их соблюдать, если же они являются диспозитивными, учредители (участники) вправе их изменить или отменить (абз. 2 п. 4 ст. 421, п. 1 ст. 422 ГК).
Так, в обществах с ограниченной (дополнительной) ответственностью высший орган - общее собрание участников, при этом устав может предусматривать наличие совета директоров (наблюдательного совета) (п. п. 1, 2 ст. 32 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Высший орган акционерного общества - общее собрание акционеров, другой его орган - совет директоров (наблюдательный совет), который в небольших обществах (с числом владельцев голосующих акций менее 50 лиц) может не создаваться (ст. 47, п. 1 ст. 64 Закона об акционерных обществах). В некоммерческих организациях закон нередко провозглашает лишь общие начала и принципы управления (ст. ст. 28 - 30 Закона о некоммерческих организациях), а иногда и вовсе оставляет этот вопрос открытым. Именно так он поступает в отношении фондов, порядок управления которыми и формирование органов которых по его прямому указанию должен определять устав фонда, сам закон лишь ограничивается упоминанием о попечительском совете - надзорном органе фонда (п. п. 3, 4 ст. 118 ГК, п. 3 ст. 7, п. 1 ст. 29 Закона о некоммерческих организациях). Возможно и такое, что закон определяет только наиболее важные вопросы управления некоммерческой организацией, отдавая при этом все остальные вопросы на усмотрение ее устава (гл. 3 Закона об автономных учреждениях).
3. Органы зависят и от структуры ЮЛ. Так, во всех корпоративных (основанных на членстве) организациях существует высший коллегиальный орган в виде общего собрания участников хозяйственных обществ (акционеров), членов кооператива, членов некоммерческого партнерства, членов объединения и т.д. (ст. 91, п. 1 ст. 103, п. 1 ст. 110 ГК, ст. 29 Закона о некоммерческих организациях). Такие органы невозможны в некорпоративных организациях, например в унитарных предприятиях и в одночленных обществах (см. ст. 39 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Сказанное, впрочем, относится только к коллегиальным органам, состоящим из участников, а потому не означает, что в некорпоративных организациях коллегиальные органы невозможны в принципе. Так, автономное учреждение может и должно иметь только одного учредителя и в то же время должно иметь наблюдательный совет в количестве от 5 до 11 членов, куда входят представители: а) учредителя; б) исполнительной власти (местного самоуправления); в) общественности; г) других лиц (например, работников) (п. 2 ст. 6, п. 1 ст. 10 Закона об автономных учреждениях).
4. Органы обладают компетенцией (полномочиями), т.е. кругом вопросов, которые они могут рассматривать и решать по существу, за пределы которого выходить не вправе. Законодатель то и дело оперирует термином "исключительная компетенция", имея в виду вопросы, которые не могут передаваться на рассмотрение другого органа. Известны, однако, случаи, когда исключительная компетенция сама знает исключения. Так, образование в акционерном обществе исполнительных органов хотя и отнесено к исключительной компетенции общего собрания, тем не менее в силу оговорки закона и согласно уставу может составлять компетенцию совета директоров (п. 1 ст. 103 ГК, п. 1 ст. 48 Закона об акционерных обществах); принятие решений об участии и о прекращении участия акционерного общества в других организациях относится к компетенции совета директоров, но в обход общего запрета о передаче вопросов, относящихся к компетенции совета директоров, исполнительным органам и согласно уставу может составлять компетенцию исполнительных органов (подп. 17.1 п. 1, п. 2 ст. 65 Закона об акционерных обществах).
Если при совершении сделок органы ЮЛ превышают полномочия, установленные законом, надлежит обращаться к ст. 168 ГК и общему правилу о недействительности (ничтожности) всякой сделки, не соответствующей требованиям законодательства. Напротив, при превышении органом ЮЛ полномочий, ограниченных учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в законе или как они могут быть очевидны из обстановки, в которой совершается сделка, последняя: а) может быть признана недействительной судом по иску лица, в чьих интересах данные ограничения установлены (является оспоримой); б) для признания ее недействительной истцу важно доказать, что другая сторона знала или заведомо должна была знать о таких ограничениях, соответственно, ограниченность учредительными документами полномочий органа имеет значение для третьих лиц, только если они знали или должны были знать об этом (см. коммент. к ст. 173 и ст. 174 ГК).
5. Орган не является обязательным атрибутом и имманентным признаком ЮЛ, поэтому в предусмотренных законом случаях ЮЛ может не иметь органов (п. 2 ст. 53). В таких случаях функции органов выполняют участники ЮЛ (см. коммент. к ст. ст. 71, 72 ГК); если же в ЮЛ не создаются органы, создание которых носит факультативный характер, функции отсутствующего органа возлагаются на другой орган (абз. 2 п. 1 ст. 64 Закона об акционерных обществах). Юридическое лицо участвует в гражданском обороте и через своих работников, действия которых по исполнению обязательства ЮЛ считаются действиями самого ЮЛ (ст. 402 ГК).
6. Лицо, выступающее от имени ЮЛ и являющееся его представителем в силу закона или учредительных документов (например, руководитель ЮЛ, каждый участник полного товарищества - п. 2 ст. 53, п. 1 ст. 72 ГК, руководители представительств и филиалов - абз. 2 п. 3 ст. 55 ГК, внешний управляющий, назначенный судом для реорганизации ЮЛ, - абз. 2 п. 2 ст. 57 ГК, члены ликвидационной комиссии или ликвидатор - п. 3 ст. 62 ГК), во всяком случае должно действовать в интересах ЮЛ добросовестно и разумно и, как правило, ответственно. Последнее означает, что во всех случаях (исключая те, когда иное предусмотрено законом или договором) они обязаны возместить причиненные ЮЛ убытки по требованию его учредителей (участников) (ст. 15 ГК).
Статья 54. Наименование и место нахождения юридического лица
Комментарий к статье 54
1. Комментируемая статья посвящена наименованию и месту нахождения ЮЛ, которые индивидуализируют ЮЛ (ср. ст. 19 и ст. 20 ГК), а потому должны указываться в его учредительных документах (абз. 1 п. 2 ст. 52, п. 3 ст. 54 ГК). Наименование всякого ЮЛ должно содержать указание на его организационно-правовую форму (например, общественная организация или акционерное общество), а наименования ЮЛ, обладающих специальной правоспособностью (некоммерческих организаций, унитарных предприятий и некоторых других коммерческих организаций в силу закона), - также указание на характер их деятельности (п. 1 ст. 54). Некоммерческие организации имеют наименование, коммерческие организации должны иметь особое - фирменное - наименование (фирму).
2. К фирме закон предъявляет особые требования (п. 4 ст. 54, подробнее - п. 3 ст. 69, п. 4 ст. 82, п. 2 ст. 87, п. 2 ст. 95, п. 2 ст. 96, п. 3 ст. 107, п. 3 ст. 113 ГК). Права на фирму начиная с 1 января 2008 г. определяются правилами разд. VII ГК (см. § 1 гл. 76); фирмы, не соответствующие правилам § 1 гл. 76 ГК, подлежат приведению в соответствие с этими правилами при первом после 1 января 2008 г. изменении учредительных документов ЮЛ (ст. 14 Федерального закона от 18 декабря 2006 г. N 231-ФЗ "О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Фирма обязательно определяется в учредительных документах коммерческой организации и включается в ЕГРЮЛ при регистрации данной организации (п. 1 ст. 1473 ГК). Включение фирмы - коммерческой организации в ЕГРЮЛ определяет момент возникновения и условие существования исключительного права на фирму и защиты данного права (ст. 1474 ГК). Исключительное право на фирму означает юридическую монополию коммерческой организации на использование данного средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (в том числе его указание в рекламе, вывесках, бланках, счетах, иной документации) (п. 1 ст. 1474 ГК). Юридическое лицо помимо индивидуализирующего его в гражданском обороте наименования (в том числе фирмы) может иметь и другие средства индивидуализации (в том числе являющиеся объектом его исключительных прав товарные знаки и знаки обслуживания - ст. ст. 1477 - 1515 ГК, коммерческие обозначения - ст. ст. 1538 - 1541 ГК).
3. Место нахождения ЮЛ определяется местом его регистрации, которая осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а при отсутствии такового - иного органа или лица, имеющих право действовать от имени ЮЛ без доверенности (п. 2 ст. 54). Отсюда место нахождения органа ЮЛ (см. коммент. к ст. 53 ГК) предрешает место регистрации ЮЛ (см. коммент. к ст. 51 ГК), а та, в свою очередь, - место нахождения ЮЛ.
Статья 55. Представительства и филиалы
Комментарий к статье 55
1. Комментируемая статья посвящена представительствам и филиалам - двум видам обособленных подразделений, расположенных вне места нахождения ЮЛ, которые отличает друг от друга единственный (функциональный) признак. Представительства предназначены только для представления интересов ЮЛ и осуществления его защиты, филиалы же могут выполнять: а) все без исключения функции или б) какую-либо часть функций ЮЛ; в) в том числе и функции представительства. Отсюда функции филиала шире функций представительства (ср. п. п. 1 и 2 ст. 55).
Представительства и филиалы могут иметь как коммерческие, так и некоммерческие организации любой формы. Данное право может быть реализовано в пределах и за пределами РФ с соблюдением законодательства соответствующего государства. Представительства (филиалы) - подразделения (т.е. составные части) ЮЛ, и в этом смысле они сопоставимы с другими его подразделениями (цехами, бригадами, участками, линиями, производствами и т.п.). Как и другие подразделения, сами представительства (филиалы) не являются ЮЛ, а значит, не имеют правоспособности, о чем закон говорит прямо и однозначно, не предусматривая исключений (абз. 1 п. 3 ст. 55 ГК, п. 4 ст. 5 Закона о некоммерческих организациях).
Представительства (филиалы) имеют два специфических признака:
а) географическую обособленность, т.е. расположенность вне места нахождения ЮЛ, которое определяется местом его государственной регистрации, осуществляемой по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а при его отсутствии - иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица (п. 2 ст. 54 ГК);
б) факультативность: ЮЛ может не иметь представительств (филиалов) в принципе, с одной стороны, с другой - закрытие всех имеющихся представительств (филиалов) никак не сказывается на существовании ЮЛ. По этой причине от представительств (филиалов) следует отличать те обособленные подразделения, существование которых носит не факультативный, а необходимый характер и которые в сумме образуют ЮЛ (например, расположенные в разных районах города факультеты и институты, входящие в состав образовательного учреждения).
2. Представительства (филиалы) наделяются имуществом создавшего их ЮЛ (абз. 1 п. 3 ст. 55). Ввиду их географической обособленности данное имущество экономически учитывается на их отдельном балансе, но из-за отсутствия у них правоспособности не имеет и не может иметь юридического обособления. Поэтому данное имущество может быть объектом взыскания по обязательствам ЮЛ, причем независимо от того, идет ли речь об обязательствах, связанных с деятельностью данного (другого) представительства (филиала). По обязательствам, связанным с деятельностью представительства (филиала), ответственность несет ЮЛ, при этом его ответственность является полной и не ограничивается объемом имущества, предоставленного представительству (филиалу). Представительства (филиалы) действуют на основании положений, утвержденных ЮЛ (абз. 1 п. 3 ст. 55). Открытие представительств (филиалов) требует наличия соответствующей информации в учредительных документах ЮЛ (абз. 3 п. 3 ст. 55).
Руководство деятельностью представительства (филиала) осуществляет руководитель, который назначается ЮЛ и действует на основании доверенности (абз. 2 п. 3 ст. 55). Поэтому участники гражданского оборота вступают в правоотношения не с представительством (филиалом) ввиду отсутствия у них правосубъектности, а с создавшим их ЮЛ через физическое лицо - руководителя представительства (филиала), который является представителем ЮЛ по закону и действует в его интересах по доверенности (подробнее см. гл. 10 ГК). Полномочия руководителя должны быть удостоверены доверенностью и не могут основываться лишь на указаниях учредительных документов ЮЛ и положений о филиале (представительстве) либо явствовать из обстановки, в которой действует руководитель. При разрешении спора из договора, подписанного руководителем от имени филиала (представительства), и без ссылки на то, что договор заключен от имени ЮЛ и по его доверенности, следует выяснить, имел ли руководитель на момент подписания договора соответствующие полномочия, выраженные в положении о филиале (представительстве) и доверенности. Сделки, совершенные руководителем при наличии таких полномочий, следует считать совершенными от имени ЮЛ. Руководитель вправе передоверить совершение действий, на которые он уполномочен доверенностью, другому лицу с соблюдением правил, предусмотренных ст. 187 ГК (п. 20 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
3. Представительства (филиалы) следует отличать от дочернего общества (ст. 105 ГК, ст. 6 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ст. 6 Закона об акционерных обществах), особенно если последнее состоит из одного лица, т.е. является одночленным (абз. 2 п. 1 ст. 66 ГК). Создание и представительства (филиала), и дочернего общества может протекать в условиях стремления ЮЛ распространить сферу своего экономического влияния на другие районы. Однако представительства (филиалы) не являются ЮЛ (а значит, испытывают больший контроль и влияние со стороны ЮЛ, которое в то же время ответственно за их деятельность); напротив, дочернее общество, хотя бы и одночленное, - ЮЛ со всеми вытекающими отсюда последствиями (в том числе самостоятельной ответственностью). Представительства (филиалы) могут создавать любые ЮЛ, дочернее общество - только хозяйственные общества и товарищества. Кроме того, при создании одночленным хозяйственным обществом дочернего общества следует учитывать ограничения, предусмотренные абз. 2 п. 2 ст. 88 и абз. 2 п. 6 ст. 98 ГК, которые не распространяются на случаи создания представительства (филиала).
Статья 56. Ответственность юридического лица
Комментарий к статье 56
1. Комментируемая статья посвящена деликтоспособности ЮЛ. Имея автономное имущество, ЮЛ отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом (п. 1 ст. 56). Это правило является общим, применяется в подавляющем большинстве случаев и касается всего и всякого имущества ЮЛ, в том числе его недвижимости, движимых вещей, денег, ценных бумаг, долей участия и т.п. Правило п. 1 ст. 56 применяется и к казенным предприятиям, которые, будучи унитарными и за отсутствием в ст. 115 ГК иного, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом (п. 2 ст. 56 в связи с п. 5 ст. 113 ГК). При этом особые порядок и условия ответственности казенного предприятия, о которых говорится в п. 2 ст. 56, связываются только с п. 5 ст. 115 ГК, посвященной субсидиарной ответственности собственника имущества казенного предприятия по обязательствам последнего.
2. Правило п. 1 ст. 56 не применяется только в отношении учреждений: учреждения, частное (созданное гражданином или ЮЛ) и бюджетное (созданное Российской Федерацией, ее субъектом или муниципальным образованием), отвечают по своим обязательствам находящимися в их распоряжении денежными средствами и не отвечают иным имуществом (абз. 4 п. 2 ст. 120 ГК); автономное же учреждение (создать которое может Российская Федерация, ее субъект или муниципальное образование) отвечает по своим обязательствам всем закрепленным за ним имуществом, кроме недвижимого имущества и особо ценного движимого имущества, закрепленных за автономным учреждением собственником этого имущества или приобретенных автономным учреждением за счет выделенных собственником средств (абз. 5 п. 2 ст. 120 ГК).
Особо ценное движимое имущество автономного учреждения - имущество, без которого осуществление данным учреждением своей уставной деятельности будет существенно затруднено. Решение учредителя об отнесении имущества к категории особо ценного движимого имущества принимается одновременно с принятием решения о закреплении указанного имущества за автономным учреждением или о выделении средств на его приобретение (п. п. 3, 4 ст. 3 Закона об автономных учреждениях) (подробнее см.: Постановление Правительства РФ от 31 мая 2007 г. N 337 "О порядке определения видов особо ценного движимого имущества автономного учреждения" (СЗ РФ. 2007. N 23. Ст. 2802)).
Итак, ответственность обычных (частных и бюджетных) учреждений более ограничена в сравнении с ответственностью учреждений автономных. Сказанное касается только того имущества, которое закреплено за частным, бюджетным и автономным учреждением собственником или приобретено ими за счет средств, выделенных собственником (п. 1 ст. 298 ГК), и не касается имущества, приобретенного данными учреждениями от собственной доходной (предпринимательской) деятельности. Поэтому имущество, принадлежащее учреждению на праве самостоятельного распоряжения (п. 2 ст. 298 ГК), - полноценный объект обращения взыскания без каких-либо изъятий.
3. Учредители (участники) ЮЛ или собственник его имущества не отвечают по обязательствам данного ЮЛ, и наоборот (абз. 1 п. 3 ст. 56). Целый ряд исключений из этого общего правила предусматривает ГК, их могут предусматривать и учредительные документы ЮЛ.
Согласно ГК ответственность учредителей (участников) ЮЛ или собственника его имущества по обязательствам ЮЛ относительно ответственности данного ЮЛ может быть солидарной (см., например, п. 1 и абз. 2 п. 2 ст. 105 ГК), но чаще она является субсидиарной и возлагается при недостаточности имущества ЮЛ, выступающего в качестве основного ответчика (см., например, п. 1 ст. 75, п. 2 ст. 82, п. 1 ст. 95, п. 2 ст. 107, п. 5 ст. 115, абз. 2 п. 4 ст. 116, абз. 4 п. 2 ст. 120, п. 4 ст. 121 ГК). Подробнее о солидарной обязанности (ответственности) см. коммент. к ст. ст. 322 - 326 ГК, о субсидиарной ответственности - коммент. к ст. 399 ГК.
Субсидиарная ответственность может иметь различную реализацию в разных видах ЮЛ одной и той же формы (ср. п. 7 ст. 114 и п. 5 ст. 115 ГК, абз. 4 и 5 п. 2 ст. 120 ГК). Закон предусматривает также возможность обратного - обращения взыскания на имущество ЮЛ по личным обязательствам его учредителя (участника) при недостаточности имущества последнего. Технически это достигается путем выделения части имущества ЮЛ в натуре и последующей его продажи (ст. 80 ГК) или продажи самой доли или части доли участия должника в ЮЛ (п. 5 ст. 111 ГК, ст. 25 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).
Особое правило о субсидиарной ответственности установлено на случай банкротства ЮЛ: лицо, способное повлиять на деятельность ЮЛ в результате принятия обязательных для последнего указаний или посредством иной возможности определять его действия, должно понести гражданскую ответственность перед его кредиторами при наличии двух совокупных условий: а) если в результате его влияния на это ЮЛ последнее стало банкротом и б) при недостаточности имущества ЮЛ-банкрота (абз. 2 п. 3 ст. 56).
Особенности применения данного правила состоят в следующем. Во-первых, оно касается не всякого учредителя (участника) и собственника имущества ЮЛ, а лишь того, который способен давать обязательные для ЮЛ указания, пренебречь которыми ЮЛ не может, или иным образом определять действия ЮЛ. Во-вторых, оно касается не только учредителей (участников) и собственника имущества ЮЛ, но и других лиц, способных своими действиями (решениями) привести ЮЛ к банкротству (в том числе заключивших с ЮЛ договор, о котором идет речь в п. 1 ст. 105 ГК, включая лиц, в доверительном управлении которых находится контрольный пакет акций акционерного общества). В-третьих, согласно п. 22 Постановления ВС и ВАС N 6/8 оно не применяется в отношении полных товарищей в хозяйственных товариществах и членов производственных кооперативов, так как, по мнению правоприменителя, уступает правилам п. 1 ст. 75 и п. 2 ст. 107 ГК, также предусматривающим субсидиарную ответственность участников. В-четвертых, оно является общим относительно сходного и более специального правила абз. 3 п. 2 ст. 105 ГК, а потому если ЮЛ-банкрот имеет статус дочернего хозяйственного общества - lex specialis derogat lex generalis. В-пятых, его применение исключено во всех ЮЛ, которые не могут быть банкротами в принципе (см. п. 1 ст. 65 ГК). Наконец, в-шестых, его применение требует установления связи между действиями учредителей (участников), собственника имущества ЮЛ или других лиц (причина) и банкротством ЮЛ (следствие), при этом не требуется установление их вины (ср. с абз. 3 п. 2 ст. 105 ГК, абз. 3 п. 3 ст. 6 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абз. 3 п. 3 ст. 6 Закона об акционерных обществах).
Требования к лицам, указанным в абз. 2 п. 3 ст. 56, может предъявить конкурсный управляющий, при их удовлетворении судом взысканные суммы включаются в состав имущества ЮЛ, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов ЮЛ (о применении абз. 2 п. 3 ст. 56 см. п. 22 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
Статья 57. Реорганизация юридического лица
Комментарий к статье 57
1. Комментируемая статья, посвященная реорганизации ЮЛ, понятие реорганизации не раскрывает. Смысл данной юридической процедуры состоит в том, что посредством ее создаются одни (новые) и прекращаются другие (существующие) ЮЛ, причем обычно данные процессы связаны между собой. Поэтому реорганизация - альтернатива первоначальному возникновению (учреждению) ЮЛ и одновременно один из способов прекращения одного (нескольких) ЮЛ. Так, реорганизация возможна в пяти формах: слияние (A + B = C), присоединение (A + B = A), разделение (A = B + C), выделение (A = A + B), преобразование (A -> B) (п. 1 ст. 57). Таким образом, при слиянии, разделении и преобразовании возникновение и прекращение ЮЛ протекают параллельно; напротив, при выделении возникновение одного (нескольких) ЮЛ не сопряжено с прекращением другого ЮЛ, а при присоединении прекращение одного (нескольких) ЮЛ не сопряжено с возникновением другого ЮЛ. Поэтому выделение - только способ возникновения ЮЛ (если, конечно, выделение из состава ЮЛ одного или нескольких ЮЛ не связано с одновременной ликвидацией реорганизуемого ЮЛ), а присоединение - только способ прекращения ЮЛ.
При слиянии реорганизация считается завершенной с момента регистрации вновь возникшего ЮЛ, а ЮЛ, реорганизованные в форме слияния, с этого момента считаются прекратившими свою деятельность. При разделении реорганизация считается завершенной с момента регистрации последнего из вновь возникших ЮЛ, а ЮЛ, реорганизованное в форме разделения, с этого момента считается прекратившим свою деятельность. При преобразовании реорганизация считается завершенной с момента регистрации вновь возникшего ЮЛ, а преобразованное ЮЛ с этого момента считается прекратившим свою деятельность. При выделении реорганизация считается завершенной с момента регистрации последнего из вновь возникших ЮЛ. Наконец, при присоединении реорганизация считается завершенной с момента внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности последнего из присоединенных ЮЛ (п. 4 ст. 57 ГК, ст. 16, п. 3 ст. 17 Закона о регистрации юридических лиц).
Никакие другие формы реорганизации невозможны, но возможны комбинации названных форм, например особо предусматриваемое для акционерного общества разделение (выделение), осуществляемое одновременно со слиянием (присоединением). При реорганизации в форме разделения (выделения), осуществляемой одновременно с реорганизацией в форме слияния, реорганизация в форме слияния считается завершенной с момента регистрации общества, создаваемого путем реорганизации в форме слияния. В свою очередь, реорганизация в форме разделения (выделения) и одновременно осуществляемая реорганизация в форме присоединения считаются завершенными с момента внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности общества, создаваемого путем реорганизации в форме разделения (выделения); такая запись вносится одновременно с внесением в ЕГРЮЛ записи о регистрации общества, создаваемого путем реорганизации в форме разделения или выделения, причем сначала вносится запись о регистрации общества, создаваемого путем реорганизации в форме разделения (выделения), затем - запись о прекращении его деятельности (п. п. 1, 9 ст. 19.1 Закона об акционерных обществах). Подробнее о регистрации ЮЛ, создаваемых путем реорганизации, и внесении в ЕГРЮЛ иных записей в связи с реорганизацией ЮЛ см. гл. V Закона о регистрации юридических лиц; о регистрации изменений в учредительные документы ЮЛ и о внесении изменений в сведения о ЮЛ, содержащиеся в ЕГРЮЛ (не связанных с внесением изменений в учредительные документы ЮЛ), - гл. VI Закона о регистрации юридических лиц; см. также Правила взаимодействия регистрирующих органов при государственной регистрации юридических лиц в случае их реорганизации, утв. Постановлением Правительства РФ от 26 февраля 2004 г. N 110 "О совершенствовании процедур государственной регистрации и постановки на учет юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (СЗ РФ. 2004. N 10. Ст. 864).
2. Всякая реорганизация возможна по решению учредителей (участников) или органа ЮЛ, уполномоченного учредительными документами на принятие решения о реорганизации (добровольная реорганизация) (п. 1 ст. 57). Для слияния и присоединения хозяйственных обществ нужен договор между сливающимися обществами (между присоединяемым обществом и обществом, к которому происходит присоединение) (ст. ст. 52, 53 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ст. ст. 16, 17 Закона об акционерных обществах). Данные договоры, а также решения о реорганизации посредством других форм должны содержать целый ряд существенных условий, устанавливаемых законом (см., например, п. 3 ст. 16, п. 3 ст. 17, п. 3 ст. 18, п. 3 ст. 19, п. 3 ст. 20 Закона об акционерных обществах).
В предусмотренных законом случаях разделение и выделение возможны по решению уполномоченных госорганов или суда, а слияние, присоединение и преобразование требуют согласования с уполномоченными госорганами (ср. абз. 1 п. 2 и п. 3 ст. 57). В том и в другом случае речь, в частности, идет об антимонопольных органах (см. п. п. 1 - 3 ч. 1 ст. 27, ст. 38 Закона о защите конкуренции). Реорганизация ЮЛ по решению госоргана осуществляется учредителями (участниками), уполномоченным ими органом или органом ЮЛ, уполномоченным на реорганизацию учредительными документами, в срок, определенный в данном решении (вынужденная реорганизация), в противном случае ее осуществляет внешний управляющий - лицо, назначенное судом по иску госоргана для реорганизации ЮЛ (принудительная реорганизация). С момента назначения внешнего управляющего к нему переходят полномочия по управлению ЮЛ, он выступает от имени ЮЛ в суде, составляет необходимый при разделении (выделении) разделительный баланс (п. п. 3, 4 ст. 58, ст. 59 ГК) и передает его вместе с учредительными документами вновь возникающих ЮЛ на рассмотрение суда для утверждения. Утверждение судом разделительного баланса и учредительных документов вновь возникающих ЮЛ - основание для регистрации последних (абз. 2 п. 2 ст. 57).
Слияние, присоединение, разделение и выделение возможны только в условиях соблюдения чистоты формы. Поэтому акционерное общество может слиться только с другим акционерным обществом (присоединиться только к другому акционерному обществу), а результатом разделения производственного кооператива (выделения из него) могут быть только другие - один или несколько производственных кооперативов. И только при преобразовании одна форма меняется на другую (п. 5 ст. 58 ГК), при этом свобода смены формы ограничена законом (ст. 68, п. 2 ст. 92, п. 2 ст. 104, п. 2 ст. 112 ГК, ст. 17 Закона о некоммерческих организациях).
Иногда закон запрещает преобразование одной формы коммерческой организации в другую, иногда же разрешает преобразование коммерческой организации в некоммерческую, и наоборот. Так, акционерное общество не может преобразоваться в хозяйственное товарищество, но может преобразоваться в некоммерческое партнерство (п. 2 ст. 104 ГК, п. 1 ст. 20 Закона об акционерных обществах), унитарное предприятие - в государственное (муниципальное) учреждение (ст. 34 Закона об унитарных предприятиях), некоммерческое партнерство и частное учреждение - в хозяйственное общество, объединение ЮЛ (ассоциация или союз) - в хозяйственное общество или товарищество (п. п. 1, 2, 4 ст. 17 Закона о некоммерческих организациях). Преобразование коммерческой организации в некоммерческую предполагает переход от универсальной правоспособности к специальной и наоборот с учетом правил п. 1 ст. 49 ГК. Иногда свобода преобразования ограничивается указанием на невозможные формы правопреемника. Так, благотворительные организации не могут быть преобразованы в хозяйственные товарищества и общества (п. 2 ст. 11 Закона о благотворительной деятельности). Известны также ЮЛ (в частности, фонды), которые по прямому указанию закона не подлежат реорганизации в принципе (п. 6 ст. 2 Закона о Центрах исторического наследия Президентов).
3. Реорганизацию следует отличать от целого ряда других мероприятий, с которыми так или иначе связано изменение организационной и (или) имущественной составляющей ЮЛ, а именно от: а) изменения состава участников ЮЛ (в том числе смены собственника его имущества); б) изменения состава и размера имущественных взносов участников в имущество ЮЛ; в) изменения внутренней структуры (устройства) ЮЛ (слияния или разделения цехов, бригад, производств, в том числе филиалов и представительств и т.п.); г) изменения органов ЮЛ (например, формирования в хозяйственном обществе отсутствовавшего прежде совета директоров или отказа от директора в пользу управляющего или управляющей организации); д) создания товариществом или обществом дочернего общества по принципу одночленной компании; е) комплексного отчуждения имущества ЮЛ.
Все эти мероприятия отличаются от реорганизации тем, что изменения (состава участников, размера или структуры имущества, подразделений, органов и т.п.) происходят в рамках одного и того же существующего ЮЛ при отсутствии ЮЛ-правопреемника, а иногда отсутствует необходимый для реорганизации признак универсального правопреемства (например, дочернее общество наделяется учредителем только имущественными активами, но не пассивами, а в таких условиях говорить можно только о сингулярном правопреемстве). При комплексном отчуждении имущества ЮЛ и вовсе имеют место два разных субъекта - отчуждатель и приобретатель (имущества), связанные отчуждательной сделкой (ст. ст. 559 - 566 ГК), причем ни тот ни другой не прекращаются и не возникают вновь, как при реорганизации.
Сложнее соотнести реорганизацию в форме преобразования и изменение вида ЮЛ в рамках единой формы (например, переход от закрытого акционерного общества к открытому или от казенного предприятия к предприятию, основанному на праве хозяйственного ведения). Сам законодатель явно смешивает вид и форму преобразуемого ЮЛ (п. 5 ст. 58 ГК), говорит о преобразовании закрытого акционерного общества в открытое (абз. 3 п. 3 ст. 7 Закона об акционерных обществах) и, заявляя о том, что "не является реорганизацией изменение вида унитарного предприятия...", немедленно говорит о преобразовании казенного предприятия в обычное (ср. п. 4 и абз. 2 п. 5 ст. 29 Закона об унитарных предприятиях). Отсюда само преобразование (и сопряженное с ним правопреемство) можно рассматривать и в связи с реорганизацией как одну из ее форм, и вне связи с реорганизацией как простое видоизменение в рамках единой организационно-правовой формы.
Статья 58. Правопреемство при реорганизации юридических лиц
Комментарий к статье 58
1. Специфическая черта всякой реорганизации - правопреемство - переход прав и обязанностей как единого целого от одного ЮЛ (правопредшественника) к другому ЮЛ (правопреемнику), а поскольку правопреемство охватывает все права и обязанности ЮЛ, оно является универсальным (а не сингулярным). Статья 58 применительно к разным формам реорганизации определяет ЮЛ-правопредшественника и ЮЛ-правопреемника и направление правопреемства. При слиянии права и обязанности каждого из сливающихся ЮЛ переходят к вновь возникшему ЮЛ; при присоединении одного ЮЛ к другому ЮЛ права и обязанности первого переходят к последнему; при разделении ЮЛ его права и обязанности переходят к вновь возникшим ЮЛ; при выделении из состава ЮЛ одного (нескольких) ЮЛ к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного ЮЛ; наконец, при преобразовании ЮЛ к вновь возникшему ЮЛ переходят права и обязанности реорганизованного ЮЛ (соответственно п. п. 1 - 5 ст. 58).
2. В ст. 58 упоминаются два документа - передаточный акт и разделительный баланс, документирующие правопреемство (см. также ст. 59 ГК): первый имеет место при слиянии, присоединении и преобразовании (п. п. 1, 2, 5), второй - при разделении и выделении (п. п. 3, 4). При одновременном разделении (выделении) и слиянии (присоединении) разделительный баланс выполняет функции передаточного акта (п. 8 ст. 19.1 Закона об акционерных обществах). Передаточный акт обеспечивает учет всех имущественных прав и обязанностей (имущества), переходящих от ЮЛ-правопредшественника к ЮЛ-правопреемнику; разделительный баланс обеспечивает раздел в заранее установленных пропорциях имущества между ЮЛ-правопреемниками (при разделении) или между ЮЛ-правопредшественником и ЮЛ-правопреемником (при выделении).
Поскольку при составлении разделительного баланса закон не устанавливает никаких принципов и правил распределения прав и обязанностей, эти вопросы решают лица и органы, принимающие решение о реорганизации (п. п. 1 и 2 ст. 57 ГК), однако нельзя допустить, чтобы в результате разделения (выделения) одно ЮЛ получило только права, а другое - только обязанности, так как от этого могут пострадать третьи лица (кредиторы), оказавшись один на один с заведомо брошенным "козлом отпущения".
Исходя из основополагающих требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. 6 ГК) и недопустимости злоупотребления правом при его осуществлении (ст. 10 ГК) при реализации права на реорганизацию в форме разделения (выделения) и распределении прав и обязанностей в порядке правопреемства целесообразно руководствоваться правилом пропорциональности (т.е. наделение большим объемом прав должно сочетаться с возложением соответствующего объема обязанностей, и наоборот). Такой подход будет обеспечивать интересы тех кредиторов, которые по каким-то причинам не воспользовались правом, предусмотренным в п. п. 2, 3 ст. 60 ГК. Кроме того, именно этот подход соответствует идее универсального правопреемства, согласно которому права и обязанности переходят как единое целое от одного ЮЛ к другому.
Статья 59. Передаточный акт и разделительный баланс
Комментарий к статье 59
1. Комментируемая статья посвящена документирующим правопреемство при реорганизации ЮЛ передаточному акту и разделительному балансу. Данные документы должны содержать положения о правопреемстве по всем существующим обязательствам реорганизованного ЮЛ в отношении всех его кредиторов и должников, при этом не составляют исключения и те обязательства, которые на момент составления передаточного акта (разделительного баланса) оспариваются сторонами, а потому их судьба остается неопределенной и зависит от судебного решения. В передаточном акте (разделительном балансе) не отражаются обязательства, погашенные в процессе реорганизации, в том числе досрочно исполненные и прекращенные реорганизуемым ЮЛ в результате реализации его кредиторами соответствующих прав (п. п. 2, 3 ст. 60 ГК).
2. Согласно абз. 1 п. 2 ст. 59 (и с учетом п. п. 1, 2 ст. 57 ГК) при добровольной реорганизации ЮЛ передаточный акт (разделительный баланс) утверждают его учредители (участники) или уполномоченный орган ЮЛ, принявший решение о реорганизации, при вынужденной реорганизации - уполномоченный госорган, принявший решение о реорганизации, при принудительной реорганизации - суд. Передаточный акт (разделительный баланс) представляется вместе с учредительными документами в регистрирующий орган для регистрации вновь возникших ЮЛ (в результате слияния, разделения, выделения и преобразования) или внесения изменений в учредительные документы существующих юридических лиц (сохранившихся в результате выделения и присоединения).
Кроме того, в заявлении о регистрации каждого вновь возникающего ЮЛ заявитель должен подтвердить, что их учредительные документы соответствуют предъявляемым законом требованиям, а содержащиеся в них сведения достоверны и что передаточный акт (разделительный баланс) содержит положения о правопреемстве по всем обязательствам вновь возникшего ЮЛ в отношении всех его кредиторов. В числе документов, представляемых для регистрации вновь возникших хозяйственных обществ, - договор о слиянии (подробнее о документах, представляемых в регистрирующий орган, при регистрации ЮЛ, создаваемого путем реорганизации, см. п. 1 ст. 14 Закона о регистрации юридических лиц); в свою очередь, договор о присоединении (учитывая, что при присоединении новое ЮЛ не возникает) представляют для внесения записи в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности присоединенного ЮЛ (п. 3 ст. 17 Закона о регистрации юридических лиц).
Правило абз. 2 п. 2 ст. 59 касается случаев слияния, разделения, выделения и преобразования: непредставление передаточного акта (разделительного баланса) или отсутствие в нем положений о правопреемстве по обязательствам реорганизованного ЮЛ влекут отказ в регистрации вновь возникших ЮЛ (см. также п. 1 ст. 23 Закона о регистрации юридических лиц). Эта санкция не касается случаев присоединения за отсутствием здесь нового ЮЛ. Если в унитарных предприятиях, обществах с ограниченной (дополнительной) ответственностью разделительный баланс (а в акционерных обществах - разделительный баланс или передаточный акт) не позволяет определить правопреемника реорганизованного ЮЛ, вновь возникшие ЮЛ несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного ЮЛ перед его кредиторами (абз. 2 п. 8 ст. 29 Закона об унитарных предприятиях, абз. 3 п. 5 ст. 51 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абз. 3 п. 6 ст. 15 Закона об акционерных обществах).
Статья 60. Гарантии прав кредиторов реорганизуемого юридического лица
Комментарий к статье 60
1. Реорганизация ЮЛ не может не затрагивать интересы его кредиторов. Гарантиям их прав особо посвящена ст. 60, которая регулирует обязанности реорганизуемого ЮЛ и права его кредиторов (п. п. 1 - 5), устанавливает особенности ее действия по кругу лиц (п. 6). Прежде всего ЮЛ должно выполнить информационную обязанность, а именно: а) в течение 3 рабочих дней после даты принятия решения о его реорганизации (п. п. 1, 2 ст. 57 ГК) в письменной форме уведомить регистрирующий орган о начале процедуры реорганизации; б) после того как на этом основании последний внесет в ЕГРЮЛ запись о том, что ЮЛ находится в процессе реорганизации, дважды (с периодичностью раз в месяц) поместить в СМИ уведомление о реорганизации; в) по общему правилу (если иное не предусмотрено федеральными законами) в течение 5 рабочих дней после даты направления уведомления в регистрирующий орган о начале процедуры реорганизации в письменной форме уведомить о начале реорганизации всех известных кредиторов.
Если в реорганизации участвуют два и более ЮЛ (например, при слиянии), данную информационную обязанность исполняет то ЮЛ, которое определено решением о реорганизации, в противном случае - то, которое приняло решение о реорганизации последним. Регистрирующий орган должен знать о происходящей реорганизации и ее форме, а кредиторы - также о каждом участнике реорганизации, о ЮЛ, создаваемом (продолжающем деятельность) в результате реорганизации, о порядке и условиях заявления ими требований; они также должны иметь другую указанную в законе информацию (п. 1 ст. 60 ГК, ст. 13.1 Закона о регистрации юридических лиц; см. также п. п. 6.1, 6.2 ст. 15 Закона об акционерных обществах).
2. Обязательства реорганизуемого ЮЛ перед его кредиторами должны быть обеспечены в порядке, установленном ГК (п. 5 ст. 60). Данная обязанность, принимая во внимание правило абз. 1 п. 3 ст. 60, может быть исполнена не только самим реорганизуемым ЮЛ, но и его участниками, а также третьими лицами, при этом согласно абз. 1 п. 5 ст. 60 и п. 1 ст. 329 ГК могут использоваться различные способы обеспечения: а) предусмотренные гл. 23 ГК; б) иные предусмотренные законом; в) иные предусмотренные договором. Обеспечение обязательств может быть разным в конкретном реорганизуемом ЮЛ и даже в отношении конкретного кредитора, при этом реализация одних способов невозможна без участия самих кредиторов (например, заключение соглашения о неустойке, залоге, поручительстве, одним из участников которого должен быть сам кредитор), реализация других, напротив, участия кредиторов не требует (например, предоставление банковской гарантии, страхование риска договорной ответственности в случаях, предусмотренных законом); соответственно, в первом случае реорганизуемое ЮЛ должно провести всю необходимую работу по реализации обеспечительных мер (заключению договоров) с самими кредиторами, во втором - ЮЛ достаточно проинформировать своих кредиторов о проделанной в связи с реорганизацией работе по обеспечению их требований.
Кредиторы имеют право на обеспечение (и обеспеченность) своих требований к реорганизуемому ЮЛ как в тех случаях, когда на момент принятия решения о реорганизации они не имели обеспечения, так и в тех, когда имеющееся обеспечение, по их мнению, недостаточно. В последнем случае исключение составляют лишь залоговые кредиторы: если требование кредитора уже обеспечено залогом, такой кредитор не вправе требовать дополнительного обеспечения его требований, хотя бы залог и не покрывал всего требования (абз. 2 п. 5 ст. 60). Невозможность реорганизуемого ЮЛ предоставить своим кредиторам достаточного обеспечения их требований - возможный повод для предъявления последними требований, указанных в п. 2 ст. 60, и одно из обязательных условий для предъявления ими требований, указанных в п. 3 ст. 60.
3. Кредиторы реорганизуемого ЮЛ (нескольких ЮЛ, участвующих в реорганизации) вправе знать о реорганизации должника: им далеко не безразличны любые формы его реорганизации, будь то слияние или разделение (возникновение одного большого, но совсем не обязательно экономически состоятельного ЮЛ или нескольких мелких ЮЛ). При реорганизации ЮЛ не применяется правило п. 1 ст. 391 ГК, а значит, кредитор ЮЛ не может блокировать перевод долга и саму реорганизацию ЮЛ-должника, однако кредитор, требования которого возникли до опубликования ЮЛ уведомления о реорганизации, во всяком случае вправе потребовать досрочного исполнения обязательства должником и только при невозможности этого - прекращения обязательства (по основаниям, предусмотренным гл. 26 ГК) и возмещения связанных с этим убытков (во всех случаях, кроме установленных законом).
Особое право кредиторы реорганизуемого ЮЛ имеют в том случае, если: а) их должником является открытое акционерное общество; б) данное общество реорганизуется в форме слияния, присоединения или преобразования; в) отсутствует достаточное обеспечение их требований. Указанный фактический состав позволяет кредиторам не позднее 30 дней с даты последнего опубликования уведомления о реорганизации по своему выбору предъявить в суд требование о досрочном исполнении обязательства или о его прекращении и возмещении убытков. Истечение данного срока погашает их право на выбор требования (ср. п. 2 и п. 3 ст. 60).
4. Кредитор реорганизуемого ЮЛ вправе заявить требование о досрочном исполнении обязательства (его прекращении и возмещении убытков) согласно порядку и условиям, установленным в уведомлении о реорганизации (абз. 2 п. 1 ст. 60). Надлежащим образом заявленные требования кредиторов удовлетворяет реорганизуемое ЮЛ (должник) вплоть до завершения реорганизации (п. 4 ст. 57 ГК), в результате этого требования погашаются, не отражаются в передаточном акте (разделительном балансе) и не переходят к ЮЛ-правопреемнику. Не заявленные кредиторами требования в соответствии с передаточным актом (разделительным балансом) переходят к ЮЛ-правопреемнику (остаются у данного ЮЛ, если оно продолжает свою деятельность). Если заявленное кредитором требование осталось неудовлетворенным и удовлетворяется уже после завершения реорганизации, вновь созданные в результате реорганизации (продолжающие деятельность) ЮЛ отвечают по таким требованиям солидарно (подробнее см. ст. ст. 323 - 325 ГК).
5. Правила п. п. 1 - 5 ст. 60 применяются независимо от того, кто - учредители (участники) или уполномоченный орган ЮЛ (п. 1 ст. 57 ГК) либо уполномоченный госорган или суд (п. 2 ст. 57 ГК) - принимает решение о реорганизации. По кругу лиц они применяются ко всем ЮЛ, кроме кредитных организаций, особенности реорганизации которых (в том числе порядок уведомления регистрирующего органа и кредиторов, предъявления последними требований, а также раскрытия информации о финансово-хозяйственной деятельности кредитной организации) определяют специальные законы, регулирующие деятельность кредитных организаций (см., например, ст. 23.5 Закона о банках). И лишь в той части, в которой специальное регулирование отсутствует, возможно применение общих правил ст. 60.
Статья 61. Ликвидация юридического лица
Комментарий к статье 61
1. Статья 61 посвящена общим вопросам ликвидации - юридической процедуре, направленной на прекращение ЮЛ без перехода его прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам (п. 1). Под отсутствием правопреемства закон имеет в виду отсутствие не любого, а только универсального правопреемства, так как процедура ликвидации сама по себе отнюдь не исключает сингулярное правопреемство (переход отдельных прав и обязанностей ликвидируемого ЮЛ к другим лицам). Так, права ликвидируемого ЮЛ могут переходить к его кредиторам в результате расчетов с ними, учредители (участники) также в целом ряде случаев могут приобрести как его права (получая имущество, оставшееся после расчетов с кредиторами, - так называемую ликвидационную стоимость, или квоту), так и обязанности (отвечая в субсидиарном порядке по его обязательствам перед кредиторами). Отсюда отсутствие именно универсального правопреемства отличает ликвидацию от всякой реорганизации.
2. Юридическое лицо может быть ликвидировано в обычном или в судебном порядке. Обычно ЮЛ ликвидируется по решению учредителей (участников) либо органа ЮЛ, уполномоченного на решение такого вопроса учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который оно создано, и с достижением цели, ради которой оно создано (добровольная ликвидация) (абз. 2 п. 2 ст. 61). В судебном порядке ЮЛ ликвидируется по требованию уполномоченных госорганов или органов местного самоуправления (ср. с абз. 1 п. 2 ст. 57 ГК, в котором решение о разделении и выделении принимают только уполномоченные госорганы или сам суд).
Уполномоченными на ликвидацию, в частности, могут быть различные публичные органы: а) регистрирующие (налоговые) органы (п. 2 ст. 25 Закона о регистрации юридических лиц, п. 6 ст. 35 Закона об акционерных обществах, п. 11 ст. 7 Закона РФ от 21 марта 1991 г. N 943-1 "О налоговых органах Российской Федерации" (Ведомости РФ. 1991. N 15. Ст. 492)); б) ЦБ РФ (ст. 23.1 Закона о банках); в) орган страхового надзора (п. 10 ст. 32.8 Закона об организации страхового дела); г) прокурор (ч. 2 ст. 9 Закона о противодействии экстремизму, п. 2 ст. 24 Закона о противодействии терроризму, п. 4 ст. 27 Закона о прокуратуре).
Поводы для судебной ликвидации ЮЛ: а) грубые и неустранимые нарушения закона, допущенные при создании ЮЛ; б) осуществление ЮЛ деятельности без лицензии; в) осуществление ЮЛ запрещенной законом деятельности; г) осуществление ЮЛ деятельности с нарушением Конституции; д) осуществление ЮЛ деятельности с иными неоднократными или грубыми нарушениями законодательства; е) систематическое осуществление некоммерческой организацией (в том числе общественной или религиозной организацией (объединением), благотворительным или иным фондом) деятельности, противоречащей ее уставным целям; ж) другие предусмотренные ГК случаи (см., например, ст. ст. 81, 86, п. 2 ст. 119 ГК). Поскольку последние предусматривает только ГК, нарушение иных законов - основание для судебной ликвидации ЮЛ, только если суд квалифицирует соответствующие действия (бездействие) как неоднократные или грубые нарушения данного закона или иного правового акта (п. 23 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
В зависимости от решения суда ликвидация ЮЛ может быть вынужденной (если обязанности по ликвидации возложены судом на учредителей (участников) ЮЛ или на его орган, уполномоченный на ликвидацию) или принудительной (если они возложены судом на специально назначенного для этого ликвидатора) (абз. 3 п. 2, п. 3 ст. 61). Если по решению суда обязанности по ликвидации возложены на учредителей (участников) ЮЛ либо уполномоченные его учредительными документами органы (п. 3 ст. 61), однако в установленный срок ликвидация ЮЛ не произведена, суд назначает ликвидатора и уже ему поручает осуществить ликвидацию ЮЛ. При решении вопросов, связанных с назначением ликвидатора, определением порядка ликвидации и т.п., суд применяет соответствующие положения законодательства о банкротстве по аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК, п. 24 Постановления ВС и ВАС N 6/8).
3. Правила п. 2 ст. 61 не являются ни универсальными, ни исчерпывающими: некоторые ЮЛ ликвидируются только в судебном порядке (абз. 1 п. 2 ст. 119 ГК), к тому же иногда требовать судебной ликвидации ЮЛ могут не только публичные (абз. 1 п. 3 ст. 61), но и частные лица (кредиторы - абз. 1 п. 4 ст. 116 ГК, заинтересованные лица - абз. 1 п. 2 ст. 119 ГК); известна также возможность упрощенной (внесудебной) ликвидации.
Так, если ЮЛ в течение последних 12 месяцев не представляло документы отчетности согласно законодательству РФ о налогах и сборах и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, регистрирующий орган независимо от причин такой ситуации принимает решение о предстоящем исключении его из ЕГРЮЛ как фактически прекратившего свою деятельность (недействующего) и в течение 3 дней с момента принятия такого решения публикует соответствующую информацию, а также сведения о порядке и сроках направления заявлений всем тем лицам, чьи права и законные интересы могут быть при этом затронуты (включая само недействующее ЮЛ и возможных его кредиторов). При отсутствии заявлений в течение 3 месяцев с момента опубликования этих сведений ЮЛ исключается из ЕГРЮЛ, в противном случае (при наличии заявлений) решение о его исключении из ЕГРЮЛ не принимается, а само ЮЛ может быть ликвидировано только в обычном порядке (т.е. с соблюдением правил ст. ст. 62 - 64 ГК).
Исключение недействующего ЮЛ из ЕГРЮЛ может быть обжаловано заинтересованными лицами (кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с его исключением) в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав. Соответствующие споры подведомственны арбитражным судам. Упрощенная ликвидация позволяет оперативно "очищать" ЕГРЮЛ от организаций, существующих de jure, но не de facto, поддерживая тем самым его "чистоту" (ст. 21.1, п. п. 7 - 9 ст. 22 Закона о регистрации юридических лиц).
4. Особый повод для ликвидации и процедура ликвидации ЮЛ - его несостоятельность (банкротство), т.е. неспособность ЮЛ удовлетворить требования кредиторов, причем признание ЮЛ банкротом и его ликвидация по правилам специального законодательства (о банкротстве) необходимы во всех случаях, если стоимость его имущества недостаточна для удовлетворения требований кредиторов (п. 4 ст. 61, ст. 65 ГК).
Участь банкротства может постичь большинство ЮЛ. Из числа коммерческих организаций банкротами не могут быть только казенные предприятия, из числа организаций некоммерческих - все учреждения (ст. 120 ГК), политические партии, являющиеся, как известно, одной из форм общественного объединения (Закон о партиях, ст. 12.2 Закона об общественных объединениях, ст. 117 ГК) и религиозные организации (ФЗ от 26 сентября 1997 г. N 125-ФЗ "О свободе совести и о религиозных объединениях") (СЗ РФ. 1997. N 39. Ст. 4465; ст. 117 ГК).
5. Особый статус в вопросе признания банкротом имеют госкорпорации и фонды: первые не могут быть банкротами по общему правилу (кроме случаев, когда иное допускает учредивший госкорпорацию федеральный закон), вторые, напротив, могут быть банкротами только по общему правилу (кроме случаев, когда иное установлено законом, предусматривающим создание и деятельность фонда). Так, не может быть банкротом фонд, являющийся Центром исторического наследия Президента РФ (п. 7 ст. 2 Закона о Центрах исторического наследия Президентов).
Статья 62. Обязанности лица, принявшего решение о ликвидации юридического лица
Комментарий к статье 62
1. Комментируемая статья посвящена обязанностям инициаторов ликвидации ЮЛ, которыми могут быть его учредители (участники), его уполномоченный орган, а также госорган или орган местного самоуправления (п. п. 2, 3 ст. 61 ГК). Прежде всего инициаторы ликвидации ЮЛ должны незамедлительно письменно уведомить об этом уполномоченный госорган (п. 1 ст. 62). Под незамедлительностью понимается трехдневный срок с момента принятия решения о ликвидации, под уполномоченным госорганом - регистрирующий орган, который должен внести в ЕГРЮЛ сведения о том, что ЮЛ находится в процессе ликвидации.
На основании полученного уведомления регистрирующий орган вносит данную запись; с этого момента правоспособность ликвидируемого ЮЛ претерпевает ограничения - не допускается регистрация изменений в его учредительные документы, регистрация ЮЛ, учредителем которых оно выступает или которые возникают в результате его реорганизации. Кроме того, инициаторы ликвидации ЮЛ должны сформировать ликвидационную комиссию (назначить ликвидатора) и уведомить об этом регистрирующий орган (ст. 20 Закона о регистрации юридических лиц), а также установить порядок и сроки ликвидации в соответствии с законодательством.
Ликвидационная комиссия (ликвидатор) - особый орган ликвидируемого ЮЛ, с момента ее назначения к ней переходят полномочия по управлению его делами, она же выступает от его имени в суде, в том числе в качестве ответчика (п. п. 2, 3 ст. 62, п. 4 ст. 64 ГК, п. 4 ст. 18 Закона о некоммерческих организациях).
2. Обязанности инициаторов ликвидации ЮЛ не исчерпываются названными в ст. 62. Они также должны уведомить регистрирующий орган о формировании ликвидационной комиссии (о назначении ликвидатора), а позднее - по окончании срока для предъявления требований кредиторами - и о составлении ликвидационной комиссией (ликвидатором) промежуточного ликвидационного баланса (п. 2 ст. 63 ГК, п. 3 ст. 20 Закона о регистрации юридических лиц).
Статья 63. Порядок ликвидации юридического лица
Комментарий к статье 63
1. Комментируемая статья посвящена обычному (т.е. не связанному со специальной процедурой банкротства) порядку ликвидации ЮЛ и деятельности ликвидационной комиссии или ликвидатора (далее - ликвидком). Ликвидком осуществляет ряд мероприятий, которые и раскрывают сущность ликвидации как юридической процедуры, направленной на прекращение ЮЛ без универсального правопреемства (п. 1 ст. 61 ГК).
Ликвидком последовательно осуществляет следующее: во-первых, публикует в печатных СМИ, в которых публикуются данные о регистрации ЮЛ, информацию о ликвидации ЮЛ, о порядке и сроке заявления требований его кредиторами, который не может быть менее 2 месяцев с момента публикации о ликвидации (абз. 1 п. 1 ст. 63); во-вторых, выявляет и письменно уведомляет кредиторов ликвидируемого ЮЛ о предстоящей ликвидации ЮЛ-должника, получает дебиторскую задолженность (т.е. долги других лиц перед ликвидируемым ЮЛ) (абз. 2 п. 1 ст. 63); в-третьих, по окончании срока для предъявления требований кредиторами составляет промежуточный ликвидационный баланс, в котором должны быть сведения о составе имущества ликвидируемого ЮЛ, перечне предъявленных его кредиторами требований и результатах их рассмотрения (абз. 1 п. 2 ст. 63); в-четвертых, в соответствующих случаях (см. абз. 1 п. 4 ст. 61 и п. 1 ст. 65 ГК) согласно абз. 2 п. 4 ст. 61 ГК по итогам промежуточного ликвидационного баланса и исходя из соотношения объема требований кредиторов ликвидируемого ЮЛ к стоимости его имущества решает вопрос о проведении обычной процедуры ликвидации ЮЛ и осуществлении расчетов с его кредиторами в соответствии с правилами ст. ст. 63, 64 ГК или о возбуждении процедуры банкротства ЮЛ и открытии конкурсного производства (ст. 65 ГК); в-пятых, по итогам расчетов с кредиторами составляет окончательный ликвидационный баланс (п. 5 ст. 63); в-шестых, в соответствии с п. 7 ст. 63 решает вопрос в отношении имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами; наконец, в-седьмых, уведомляет регистрирующий орган о завершении процесса ликвидации ЮЛ (такое возможно не ранее чем через 2 месяца с момента опубликования в СМИ информации о ликвидации ЮЛ); по завершении процесса ликвидации ЮЛ предоставляет для регистрации в связи с его ликвидацией все необходимые документы, в том числе окончательный ликвидационный баланс (ст. 21, п. п. 2 - 4 ст. 22 Закона о регистрации юридических лиц).
Ликвидком - особый (чрезвычайный) орган ликвидируемого ЮЛ, с момента ее назначения к ней переходят полномочия по управлению делами ЮЛ, она же выступает от его имени в суде, в том числе в качестве ответчика (п. п. 2, 3 ст. 62, п. 4 ст. 64 ГК, п. 4 ст. 18 Закона о некоммерческих организациях). За прежними органами ЮЛ сохраняются только некоторые полномочия. Так, согласно абз. 2 п. 2, п. 5 ст. 63 ГК и п. 3 ст. 20 Закона о регистрации юридических лиц учредители (участники) ЮЛ или орган, принявший решение о ликвидации ЮЛ, должны: а) уведомить регистрирующий орган о формировании ликвидкома; б) утвердить составленный им промежуточный ликвидационный баланс; в) уведомить регистрирующий орган о составлении последнего; г) утвердить окончательный ликвидационный баланс. В предусмотренных законом случаях утверждение ликвидационных балансов требует согласования с уполномоченным госорганом. Так, утверждение промежуточного и окончательного ликвидационных балансов кредитной организации и жилищного накопительного кооператива требует согласования соответственно с ЦБ РФ и с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере финансовых рынков (ст. 23 Закона о банках, п. 7 ст. 14 ФЗ от 30 декабря 2004 г. N 215-ФЗ "О жилищных накопительных кооперативах" (с изм.) (СЗ РФ. 2005. N 1 (ч. I). Ст. 41)).
2. При обычной ликвидации ЮЛ и удовлетворении ликвидкомом требований его кредиторов закон устанавливает правила последовательности реализации его имущества (п. 3 ст. 63) и правила очередности удовлетворения требований кредиторов (см. комментарий к ст. 64 ГК). Требования кредиторов удовлетворяются прежде всего за счет денежных (оборотных) средств ликвидируемого ЮЛ и только при недостаточности имеющихся денежных средств - из средств от продажи иного его имущества с публичных торгов в порядке, установленном для исполнения судебных решений. Подробнее о реализации на торгах неденежного имущества (вещей, ценных бумаг, имущественных прав) ликвидируемого ЮЛ см. гл. 9, 10 Закона об исполнительном производстве.
Ликвидком производит денежные выплаты кредиторам ликвидируемого ЮЛ в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом начиная со дня его утверждения учредителями (участниками) ликвидируемого ЮЛ или органом, принявшим решение о ликвидации (для кредиторов первой и второй очереди), или по истечении одного месяца со дня его утверждения (для кредиторов третьей и четвертой очереди) (абз. 2 п. 2 и п. 4 ст. 63, п. 1 ст. 64 ГК). В соответствующих случаях (см. абз. 1 п. 4 ст. 61 и п. 1 ст. 65 ГК) если стоимость имущества ликвидируемого ЮЛ недостаточна для удовлетворения требований кредиторов, ЮЛ подлежит ликвидации, а требования кредиторов - удовлетворению только в соответствии со специальными правилами законодательства о банкротстве (абз. 2 п. 4 ст. 61 ГК).
3. Особо в ст. 63 упоминаются учреждения (п. п. 3, 6) и казенные предприятия (п. 6). В части учреждений правила п. п. 3, 6 ст. 63 не соответствуют современной редакции ст. 120 и ст. 298 ГК. Во-первых, они справедливы только в отношении частных и бюджетных учреждений, ответственность которых ограничивается их денежными средствами (абз. 4 п. 2 ст. 120 ГК; см. также абз. 1 п. 1 ст. 298 ГК). Напротив, автономные учреждения помимо денежных средств отвечают и иным движимым имуществом, не являющимся особо ценным (абз. 5 п. 2 ст. 120 ГК; см. также абз. 2 п. 1 ст. 298 ГК). Поэтому такое имущество автономного учреждения подлежит продаже с публичных торгов при удовлетворении требований кредиторов (п. 3 ст. 63), его также следует иметь в виду наряду с упоминаемыми денежными средствами в п. 6 ст. 63 (см. также п. 4 ст. 2, п. 2 ст. 19 Закона об автономных учреждениях).
Во-вторых, право кредиторов обратиться с требованием к собственнику имущества учреждения, о котором говорится в п. 6 ст. 63, также справедливо только в отношении частных и бюджетных учреждений, так как собственник имущества автономного учреждения по обязательствам последнего не отвечает (ср. абз. 4 и 5 п. 2 ст. 120 ГК; см. также п. 5 ст. 2 Закона об автономных учреждениях).
Наконец, в-третьих, согласно п. 3 ст. 63 при удовлетворении требований кредиторов подлежит продаже с публичных торгов всякое имущество (движимое и недвижимое) всякого учреждения (частного, бюджетного, автономного), если оно приобретено учреждением самостоятельно на средства от доходной (предпринимательской) деятельности (п. 2 ст. 298 ГК); такое имущество также следует иметь в виду наряду с упоминаемыми в п. 6 ст. 63 денежными средствами.
Упоминание в п. 6 ст. 63 о казенных предприятиях соответствует правилам п. 5 ст. 113 и п. 5 ст. 115 ГК. Одновременно правило п. 6 ст. 63 неоригинально: аналогичные требования кредиторов возможны не только при ликвидации частных и бюджетных учреждений и казенных предприятий, но и при ликвидации всех тех ЮЛ, учредители (участники) которых несут субсидиарную ответственность по их обязательствам (например, хозяйственных товариществ - п. 1 ст. 69, ст. 75, п. 2 ст. 82 ГК, обществ с дополнительной ответственностью - п. 1 ст. 95 ГК, производственных кооперативов - п. 2 ст. 107 ГК).
4. В п. 7 ст. 63, посвященном имуществу ликвидируемого ЮЛ, оставшегося после расчетов с кредиторами (далее - остаточное имущество), речь идет о тех ЮЛ, в отношении которых или в отношении имущества которых их учредители (участники) сохраняют имущественные - обязательственные или вещные - права (п. 2 ст. 48 ГК). Такое имущество передается учредителям (участникам) как ликвидационная стоимость (квота), однако данное правило имеет диспозитивную редакцию, а потому является общим и применяется во всех случаях, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительными документами ЮЛ.
Правило п. 7 ст. 63 действует в отношении учреждений, унитарных предприятий, хозяйственных товариществ и обществ, производственных и потребительских кооперативов. Между тем во всех этих организациях механизм распределения остаточного имущества оригинален. Так, остаточное имущество частного учреждения передается его учредителю (собственнику), только если иное не предусмотрено законами и иными правовыми актами РФ или учредительными документами такого учреждения (п. 3 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях).
Остаточное имущество государственного и муниципального автономного учреждения (включая и то, на которое не может быть обращено взыскание по его обязательствам) во всяком случае передается учредителю (собственнику) (п. 3 ст. 19 Закона об автономных учреждениях).
Аналогична судьба остаточного имущества государственного и муниципального бюджетного учреждения и унитарного предприятия: за отсутствием иного в законодательстве (в том числе в Законе об унитарных предприятиях) применяется общее правило п. 7 ст. 63.
В производственном кооперативе остаточное имущество делится между его членами в порядке, предусмотренном не законом, а уставом кооператива или соглашением членов (п. 5 ст. 27 Закона о производственных кооперативах), а в потребительском кооперативе (обществе) - делится между его членами, если иное не предусмотрено уставом, но во всяком случае имущество неделимого фонда подлежит передаче другому (другим) кооперативу на основании решения общего собрания ликвидируемого потребительского общества (п. п. 4, 5 ст. 30 Закона о потребительской кооперации).
В товариществах на вере из остаточного имущества прежде всего получают вклады участники-вкладчики, после них - участники - полные товарищи, и только после выплат по вкладам оставшееся имущество товарищества на вере распределяется между всеми участниками пропорционально их долям в складочном капитале товарищества на вере, если иной (непропорциональный) порядок распределения имущества не предусмотрен учредительным договором или соглашением между полными товарищами и вкладчиками (п. 2 ст. 86 ГК).
В обществах с ограниченной (дополнительной) ответственностью из остаточного имущества в первую очередь выплачивается распределенная, но невыплаченная прибыль, во вторую - прочее имущество делится между всеми участниками пропорционально их долям в уставном капитале (п. 1 ст. 58 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).
При распределении остаточного имущества в акционерных обществах учитывается наличие акций, подлежащих выкупу, а также привилегированных акций, в том числе с фиксированным размером ликвидационной стоимости (квоты) (п. 1 ст. 23 Закона об акционерных обществах).
Остаточное имущество некоммерческого партнерства, которое лишь условно можно отнести к числу ЮЛ, упоминаемых в абз. 2 п. 2 ст. 48 ГК (см. коммент. к ст. 48 ГК), может вернуться к члену партнерства по общему правилу (если иное не установлено федеральными законами или учредительными документами партнерства) только в части, а именно не более чем в размере его имущественного взноса в данное партнерство. Остальное остаточное имущество некоммерческого партнерства идет на те цели, ради которых партнерство создавалось, и (или) на благотворительные цели либо (при невозможности его использования в соответствии с учредительными документами) обращается в доход государства (п. 3 ст. 8, п. п. 1, 2 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях).
5. Иное дело - общественные и религиозные организации (объединения), фонды, объединения ЮЛ, автономные некоммерческие организации. Поскольку учредители (участники) этих ЮЛ не имеют в отношении их никаких имущественных прав (п. 3 ст. 48 ГК, абз. 2 п. 1 ст. 10 Закона о некоммерческих организациях), они не имеют и права на ликвидационную квоту. Остаточное имущество этих организаций (среди которых нет ни одной коммерческой) направляется в соответствии с учредительными документами некоммерческой организации на цели, в интересах которых она была создана, и (или) на благотворительные цели. Если использование имущества ликвидируемой некоммерческой организации в соответствии с ее учредительными документами не представляется возможным, оно обращается в доход государства (п. 1 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях).
В конкретных организациях данное общее правило опять-таки имеет специфику. Так, остаточное имущество общественного объединения направляется на цели, предусмотренные уставом, а при отсутствии в уставе соответствующих разделов - на цели, определяемые решением съезда (конференции) или общего собрания о ликвидации общественного объединения, а в спорных случаях - решением суда (ст. 26 Закона об общественных объединениях).
Судьба остаточного имущества зависит не только от формы ликвидируемого ЮЛ, но и от иных обстоятельств, например от преследуемых организацией целей (профиля деятельности), от основания ее ликвидации. Так, остаточное имущество благотворительных организаций, которые, будучи неправительственными (негосударственными и немуниципальными) некоммерческими организациями, могут создаваться в форме общественных организаций (объединений), фондов, учреждений и др., используется на благотворительные цели в порядке, предусмотренном уставом данной организации, или по решению ликвидкома, если иной порядок использования остаточного имущества не предусмотрен в уставе данной организации или если иное не установлено федеральным законом (п. 1 ст. 6, ст. 7, п. 3 ст. 11 Закона о благотворительной деятельности). В свою очередь, остаточное имущество организации, ликвидированной в соответствии с законодательством о противодействии экстремизму (терроризму), конфискуется в доход Российской Федерации (ч. 5 ст. 9 Закона о противодействии экстремизму, п. 3 ст. 24 Закона о противодействии терроризму).
Судьбу имущества ликвидируемой госкорпорации должен определять учредивший ее закон (абз. 2 п. 3 ст. 7.1 Закона о некоммерческих организациях).
6. Ликвидация ЮЛ считается завершенной после внесения записи о его исключении из ЕГРЮЛ. С этого же момента прекращаются правоспособность и само существование ЮЛ как субъекта гражданского права (абз. 1 п. 3 ст. 49, п. 8 ст. 63 ГК). О ликвидации ЮЛ регистрирующий орган публикует информацию (п. 6 ст. 22 Закона о регистрации юридических лиц). О так называемой упрощенной (внесудебной) ликвидации ЮЛ см. ст. 21.1, п. п. 7 - 9 ст. 22 Закона о регистрации юридических лиц (см. также коммент. к ст. 61 ГК).
Статья 64. Удовлетворение требований кредиторов
Комментарий к статье 64
1. Комментируемая статья посвящена очередности удовлетворения требований кредиторов ликвидируемого ЮЛ при обычном (т.е. не связанном со специальной процедурой банкротства) порядке его ликвидации (ст. 63 ГК), в основе которой - юридическая приоритетность одних требований перед другими.
Безусловное преимущество принадлежит социальным выплатам гражданам. Так, наиболее приоритетны, а потому подлежат удовлетворению в первую очередь требования граждан, перед которыми ликвидируемое ЮЛ несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей (п. 2 ст. 1093 ГК), а также по требованиям о компенсации морального вреда (абз. 2 п. 1 ст. 64). Специальное правило установлено для ликвидируемых банков, привлекающих средства граждан; в первую очередь здесь удовлетворяются требования: а) граждан, являющихся кредиторами банков по заключенным с ним договорам банковского вклада и (или) банковского счета (гл. 44, 45 ГК); б) организации, осуществляющей функции по обязательному страхованию вкладов, в связи с выплатой возмещения по вкладам в соответствии с ФЗ от 23 декабря 2003 г. N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" (СЗ РФ. 2003. N 52 (ч. I). Ст. 5029); в) ЦБ в связи с осуществлением выплат по вкладам граждан в банках в соответствии с законом (подробнее см. ФЗ от 29 июля 2004 г. N 96-ФЗ "О выплатах Банка России по вкладам физических лиц в признанных банкротами банках, не участвующих в системе обязательного страхования вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" (СЗ РФ. 2004. N 31. Ст. 3232)). Поскольку в абз. 6 п. 1 ст. 64 говорится, что данные требования удовлетворяются также в первую очередь, это значит, что они удовлетворяются не вместо, а наряду с требованиями кредиторов, указанных в абз. 2 п. 1 ст. 64.
Во вторую очередь выплачиваются выходные пособия и зарплата лицам, работающим (и работавшим) по трудовому договору, а также вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности (абз. 3 п. 1 ст. 64). Привилегированность данной категории кредиторов объясняется прежде всего тем, что из-за ликвидации ЮЛ они теряют источник средств существования - основной или даже единственный, что непосредственно сказывается на социальной защищенности их и членов их семей.
В третью очередь погашается задолженность по обязательным платежам в бюджет и во внебюджетные фонды (в частности, долги по налогам и т.п. - абз. 4 п. 1 ст. 64).
Наконец, в четвертую очередь производятся расчеты с другими кредиторами (абз. 5 п. 1 ст. 64). Поскольку закон устанавливает только четыре очереди кредиторов ликвидируемого ЮЛ, все те кредиторы, которые не попали в три первые очереди, являются кредиторами четвертой очереди и имеют среди кредиторов этой последней очереди равные условия получения удовлетворения. Так, при ликвидации банков именно в четвертую очередь удовлетворяются требования: а) граждан по возмещению убытков в форме упущенной выгоды и по уплате сумм финансовых санкций; б) граждан-предпринимателей (ст. 23 ГК), адвокатов и нотариусов, использующих банковские счета для ведения предпринимательской (профессиональной) деятельности (поскольку специальное правило абз. 6 п. 1 ст. 64 исключает их из списка первоочередных кредиторов).
2. Кредиторы первых двух очередей получают причитающиеся им выплаты начиная со дня утверждения промежуточного ликвидационного баланса, выплаты кредиторам третьей и четвертой очереди производятся по истечении месяца со дня его утверждения (абз. 2 п. 2 ст. 63, п. 4 ст. 63 ГК). Однако эта разница во времени не является единственным преимуществом кредиторов первых двух очередей, которые иногда имеют преимущество даже перед залоговыми кредиторами, т.е. кредиторами, требования по обязательствам которых обеспечены залогом имущества ликвидируемого ЮЛ.
Прежде залоговые кредиторы были самостоятельными и единственными представителями третьей очереди, теперь они уступили ее бюджету и внебюджетным фондам (которые ранее следовали за ними в списке очередников и имели, соответственно, четвертую очередь). Согласно абз. 1 п. 1 ст. 334 ГК кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право при неисполнении должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (а в случаях и в порядке, установленных законами, - посредством обращения в собственность самого предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом. Как раз такое изъятие и формулирует абз. 2 п. 2 ст. 64 ГК: требования залоговых кредиторов ликвидируемого ЮЛ не имеют преимущества перед требованиями кредиторов первой и второй очереди при условии, если права требования кредиторов первой и второй очереди возникли до того, как был заключен договор залога. Поэтому до полного удовлетворения этих требований залоговые кредиторы не могут получить удовлетворения по своим требованиям. Однако требования залоговых кредиторов преимущественны перед требованиями всех остальных кредиторов, а именно: а) кредиторов первой и второй очереди (при условии, если их права требования к ликвидируемому ЮЛ возникли уже после заключения договора залога); б) кредиторов третьей и четвертой очереди (во всяком случае).
В то же время, поскольку требования залоговых кредиторов удовлетворяются из стоимости заложенного имущества, т.е. за счет средств от продажи предмета залога (а в соответствующих случаях - посредством обращения в собственность самого предмета залога (абз. 1 п. 1 ст. 334 ГК)), приоритетный статус данных кредиторов ограничивается данной стоимостью, а поскольку последняя может быть меньше суммы требования (т.е. залог может не покрывать всего требования), те требования залоговых кредиторов, которые не были удовлетворены за счет средств от продажи предмета залога (или его самого), уже не имеют никаких преимуществ и удовлетворяются в составе требований кредиторов четвертой очереди, т.е. после требований бюджета и внебюджетных фондов и одновременно со всеми остальными кредиторами на равных условиях (абз. 2, 3 п. 2 ст. 64).
3. Закон, не считая специальных правил абз. 2, 3 п. 2 ст. 64, при удовлетворении требований кредиторов ликвидируемого ЮЛ исходит из двух сопряженных между собой принципов - последовательности и пропорциональности. Принцип последовательности проявляет себя в следующем: а) требования кредиторов каждой очереди удовлетворяются только после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди, а значит, исключена возможность одновременного удовлетворения требований кредиторов разных очередей (абз. 1 п. 2 ст. 64); б) спорное требование (т.е. всякое требование, не удовлетворенное ликвидационной комиссией) по иску кредитора к ликвидационной комиссии, предъявленному в срок до утверждения окончательного ликвидационного баланса (п. 5 ст. 63 ГК), и по решению суда может быть удовлетворено за счет оставшегося имущества ликвидируемого ЮЛ (п. 4 ст. 64); в) просроченное требование (т.е. предъявленное после истечения установленного ликвидационной комиссией срока для их предъявления - абз. 1 п. 1 ст. 63) удовлетворяется только после того, как будут удовлетворены все требования, заявленные в срок, причем независимо от причин допущенной кредитором просрочки и от того, к какой очереди согласно п. 1 ст. 64 принадлежит просрочивший кредитор (п. 5 ст. 64).
Поскольку ликвидация ЮЛ влечет его прекращение без правопреемства, кредиторы каждой последующей очереди несут больший риск погашения их требований ввиду недостаточности имущества ликвидируемого ЮЛ. Кроме того, кредитор несет риск погашения спорного требования (ввиду недостаточности оставшегося имущества, несвоевременного обращения в суд или проигрыша процесса), а также риск погашения просроченного требования (ввиду недостаточности имущества ликвидируемого ЮЛ) (п. 6 ст. 64).
Согласно принципу пропорциональности если имущества ликвидируемого ЮЛ недостаточно для удовлетворения требований кредиторов в рамках одной очереди, оно распределяется между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, подлежащих удовлетворению (п. 3 ст. 64). Поэтому если, например, долг ликвидируемого ЮЛ перед кредиторами третьей очереди составляет 6 млн. руб. (в том числе 4 млн. руб. перед бюджетом и 2 млн. руб. перед внебюджетным - пенсионным - фондом), тогда как стоимость его имущества после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущих очередей - только 3 млн. руб., то требования бюджета должны быть удовлетворены на 2 млн. руб. (4 x 3 : 6), а пенсионного фонда - на 1 млн. руб. (2 x 3 : 6).
Правило п. 3 ст. 64 сформулировано в качестве общего и применяется во всех случаях, если иное не устанавливает закон. Без каких-либо ограничений оно применяется ко всем тем ЮЛ, которые в силу абз. 1 п. 4 ст. 61 и п. 1 ст. 65 ГК не подлежат ликвидации согласно специальным правилам законодательства о банкротстве, в отношении прочих организаций следует иметь в виду ограничивающее его применение правило абз. 2 п. 4 ст. 61 ГК (которое и выступает в качестве того самого "иного установленного законом", упоминаемого в п. 3 ст. 64).
Статья 65. Несостоятельность (банкротство) юридического лица
Комментарий к статье 65
1. Несостоятельность (банкротство) - юридическое состояние, выступающее особым основанием для ликвидации экономически неблагополучных участников гражданского оборота. Современная редакция ст. 65, посвященная банкротству ЮЛ (ср. со ст. 25 ГК), состоит из двух пунктов - первого (определяющего ее действие по кругу лиц) и третьего (устанавливающего особенности правового регулирования данной юридической процедуры).
Правило абз. 1 п. 1 ст. 65 полностью соответствует правилу абз. 1 п. 4 ст. 61 ГК. Банкротом может быть признана как коммерческая, так и некоммерческая организация, причем и для первых (казенное предприятие), и для вторых (учреждение, политическая партия, религиозная организация) законодатель делает исключение: эти организации в обход общего правила не могут быть банкротами в принципе. Особо вопрос о банкротстве решен применительно к таким некоммерческим организациям, как госкорпорация (которая может быть признана банкротом, только если это допускает учредивший ее закон) и фонд (который не может быть признан банкротом, если это установлено законом, предусматривающим его создание и деятельность). Во всяком случае не признаются банкротами и не подлежат процедурам банкротства атомные электростанции (п. 3 ст. 1 ФЗ от 24 июня 1999 г. N 122-ФЗ "Об особенностях несостоятельности (банкротства) субъектов топливно-энергетического комплекса" (СЗ РФ. 1999. N 26. Ст. 3179)).
Признание соответствующей категории ЮЛ банкротом осуществляется в судебном порядке (абз. 1 п. 1 ст. 65), дела о банкротстве подведомственны арбитражному суду (п. 1 ст. 6, ст. ст. 32, 33 Закона о банкротстве). Решение последнего о признании ЮЛ банкротом влечет его ликвидацию (абз. 2 п. 1 ст. 65), особенность которой заключается в том, что она подчиняется не общим правилам ст. ст. 63, 64 ГК, а специальным правилам Закона о банкротстве. Соответственно, на ЮЛ, которые банкротами быть не могут, не распространяется и Закон о банкротстве, они могут быть ликвидированы только по общим правилам ст. ст. 63, 64 ГК.
2. Правило п. 3 ст. 65 формулирует отсылочную норму, согласно которой нормы Закона о банкротстве регулируют: а) основания судебного признания ЮЛ банкротом; б) порядок ликвидации ЮЛ-банкрота; в) очередность удовлетворения требований кредиторов ЮЛ-банкрота.
Примечательно, что ранее Закон о банкротстве регулировал только первые два вопроса, так как очередность удовлетворения требований кредиторов была общей как для случаев обычной ликвидации, так и ликвидации в связи с банкротством и охватывалась п. 1 ст. 64 ГК (ср. ред. п. 3 ст. 65 до и после 3 января 2006 г.).
§ 2. Хозяйственные товарищества и общества
1. Общие положения
Статья 66. Основные положения о хозяйственных товариществах и обществах
Комментарий к статье 66
1. Правила ст. ст. 66 - 68 ГК содержат общие положения о хозяйственных товариществах и обществах (далее - товарищества, общества) и являются для этих ЮЛ "общей частью". Обособление данных правил возможно ввиду наличия у товариществ и обществ родовых признаков, а также во избежание дублирования однотипного материала применительно к каждому товариществу (обществу) в целях экономии объема и оптимизации внутреннего устройства ГК.
Единство правового регулирования обеспечивают четыре присущие товариществам и обществам родовых признака - данные ЮЛ: а) являются коммерческими организациями; б) имеют корпоративное (основанное на членстве) устройство и в) разделенный на доли (вклады) уставный (складочный) капитал; г) являются собственниками имущества, переданного их учредителями (участниками) и произведенного (приобретенного) в процессе деятельности (абз. 1 п. 1 ст. 66).
Присущие товариществам и обществам родовые признаки (некоторые из которых являются продолжением более общих правил - см., например, абз. 2 п. 2 ст. 48, п. 3 ст. 213 ГК) обеспечивают необходимый контраст между ними и всеми прочими организациями - унитарными предприятиями (§ 4 гл. 4 ГК), а также организациями некоммерческими (§ 5 гл. 4 ГК) и неправосубъектными (п. 2 ст. 23, ст. 257, гл. 55 ГК). Максимальные черты сходства товарищества и общества имеют с производственными кооперативами (артелями), которые также являются коммерческими организациями, имеют корпоративное устройство, разделенный на паи (членов) паевой фонд и являются ЮЛ-собственниками.
В то же время товарищества (общества) и артели регулируются раздельно (ср. § 2 и 3 гл. 4 ГК): общие положения о первых, не имея прямого действия в отношении вторых, могут применяться к ним только по аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК). Существующее между товариществами (обществами) и артелями противопоставление можно объяснить тем, что артель - симбиоз формы коммерческой организации и формы организации коллективного (совместного) труда, оригинальная модель, обеспечивающая синтез прибыли и зарплаты, которые лицо получает как участник коммерческой организации и как ее работник, оптимальная форма ЮЛ, управляемого трудовым коллективом.
2. Правила п. п. 2 и 3 ст. 66 конкретизируют более общие правила абз. 2 п. 2 ст. 48 и п. 2 ст. 50 ГК, содержащие упоминания о товариществах и обществах. Товарищества объединяют две формы (товарищество полное и товарищество на вере, или коммандитное товарищество), а общества - три (общество с ограниченной ответственностью, общество с дополнительной ответственностью, акционерное общество). Учитывая, что перечень форм коммерческих организаций исчерпывается ГК (п. 2 ст. 50 ГК), а также исчерпывающий перечень форм товариществ и обществ, названных в п. п. 2 и 3 ст. 66, исключено создание и существование иных (непоименованных) форм товариществ и обществ, в том числе комбинирующих элементы форм, указанных в п. п. 2 и 3 ст. 66.
Товарищества и общества могут создавать (учреждать) другие товарищества и общества, а также участвовать в существующих товариществах и обществах путем приобретения доли участия в них. Случаи, когда учреждение одними товариществами (обществами) других товариществ (обществ) или когда участие одних товариществ (обществ) в других товариществах (обществах) невозможно, предусматривают ГК и другие законы (п. 5 ст. 66). Примерами таких запретов являются, в частности, правила п. 2 ст. 88 и абз. 2 п. 6 ст. 98 ГК.
3. Единство гражданско-правового регулирования товариществ и обществ, обусловленное присущими им родовыми признаками, сопряжено с наличием у этих организаций важных различий, обеспечивающих их сущностную и формальную дифференциацию. Товарищества и общества различаются по организационному и имущественному устройству. Товарищества - подлинно корпоративные организации, которые не могут создаваться одним лицом и состоять из одного лица, общества, напротив, могут создаваться одним лицом (которое в этом случае становится единственным их участником), а значит, быть одночленными (абз. 2 п. 1 ст. 66) с учетом установленных законом ограничений (п. 2 ст. 88, абз. 2 п. 6 ст. 98 ГК). В этом случае уставный капитал общества не делится на доли (вклады) и отличается единством, однако в любое время в результате изменения состава участников и вступления в данное общество одного (нескольких) нового участника такое общество становится корпоративной организацией, а его уставный капитал утрачивает единство и получает соответствующее разделение на доли (вклады). Не случайно товарищества - организации договорные (ст. ст. 70, 83 ГК), а общества - уставные (п. 3 ст. 89, в том числе в связи с п. 3 ст. 95, п. 3 ст. 98 ГК); разделенный на доли (вклады) учредителей (участников) капитал товариществ называется складочным, а обществ - уставным (абз. 1 п. 1 ст. 66), при этом требования закона к формированию того и другого неодинаковы (см. абз. 2 п. 6 ст. 66; п. 2 ст. 73, в том числе в связи с п. 5 ст. 82; ст. 90, в том числе в связи с п. 3 ст. 95; ст. 99 ГК).
Закон предъявляет к участникам товариществ особые требования. Так, участниками полных товариществ и полными товарищами в товариществах на вере могут быть только граждане-предприниматели и (или) коммерческие организации (ст. ст. 23, 50 ГК), напротив, участниками обществ и вкладчиками в товариществах на вере - граждане и ЮЛ (ср. абз. 1 и 2 п. 4 ст. 66). Поэтому товарищества существуют для объединения коммерсантов в целях осуществления последними от имени товарищества предпринимательской деятельности, следовательно, решающим в конструкции товарищества является фактор членства (участия), а не юридическая личность самого товарищества, напротив, в обществах приоритетны само ЮЛ и его капитал как результат обособления имущества одного или нескольких участников (ср. п. 1 ст. 69 и п. 1 ст. 82 с п. 1 ст. 87, п. 1 ст. 95, п. 1 ст. 96 ГК).
Традиционное противопоставление между товариществами (Personengesellschaften) и обществами (Kapitalgesellschaften) предрешает особенность формы всякого товарищества, в которую в обязательном порядке должно включаться имя (наименование) хотя бы одного полного товарища (п. 3 ст. 69, п. 4 ст. 82 ГК; ср. с п. 2 ст. 87, п. 2 ст. 95, п. 2 ст. 96 ГК), а также важнейший и имманентный для всех товариществ признак субсидиарной ответственности полных товарищей по обязательствам товарищества, которую они несут солидарно и которая распространяется на все их имущество (п. 1 ст. 69, ст. 75, п. 2 ст. 82 ГК).
Между товариществами и обществами есть целый ряд других различий, обусловленных именно доминирующей ролью в первом случае фактора членства, во втором - фактора капитала. Так, существенность связи между товариществом и его участниками проявляется в том, что последние вправе управлять делами товарищества и одновременно обязаны участвовать в его деятельности (абз. 1 п. 1 ст. 67, п. 1 ст. 73 ГК); управление деятельностью товарищества обычно осуществляется по общему согласию всех участников, при этом каждый участник имеет один голос (п. п. 1, 2 ст. 71 ГК). При выходе или смерти участника, признании его безвестно отсутствующим, недееспособным или ограниченно дееспособным, несостоятельным (банкротом), его реорганизации по решению суда, ликвидации или обращения взыскания на часть имущества, соответствующую его доле в складочном капитале, товарищество подлежит ликвидации и может продолжить свою деятельность, только если это предусмотрено учредительным договором или соглашением остающихся участников (п. 1 ст. 76, ч. 2 ст. 81, абз. 2 п. 1 ст. 86 ГК). В случае смерти участника его наследник может вступить в товарищество лишь с согласия других участников по общему правилу; это касается и правопреемника реорганизованного ЮЛ, участвовавшего в товариществе (абз. 1 и 2 п. 2 ст. 78 ГК). Для большей наглядности ср. ст. ст. 71, 72, 84 со ст. ст. 91, 103; ст. 79 со ст. ст. 93, 97, ст. ст. 81, 86 со ст. ст. 92, 104 ГК.
Противопоставляя таким образом товарищества как форму объединения лиц и общества как форму обособления капитала, закон, однако, не ограничивается особыми требованиями лишь к полным товарищам (абз. 1 п. 4 ст. 66). Самостоятельные требования закон предъявляет к участникам обществ и к вкладчикам в товариществах на вере. Так, госорганы и органы местного самоуправления не вправе выступать в данном качестве, если иное не установлено законом (абз. 3 п. 4 ст. 66), а для учреждений (ст. 120 ГК) такая возможность существует только с разрешения собственника, если иное не установлено законом (абз. 4 п. 4 ст. 66).
Так, по решению Правительства РФ, органа исполнительной власти субъекта РФ, органа местного самоуправления государственное или муниципальное имущество, а также исключительные права могут быть внесены в качестве вклада в уставные капиталы открытых акционерных обществ при их учреждении или увеличении уставных капиталов в порядке оплаты размещаемых ими дополнительных акций, причем доля акций открытого акционерного общества, находящихся в собственности этих субъектов и приобретаемых ими в общем количестве обыкновенных акций данного акционерного общества, не может быть менее чем 25% + 1 акция, если иное не установлено Президентом РФ в отношении стратегических акционерных обществ (п. п. 1, 2 ст. 25 Закона о приватизации).
В свою очередь, буквальное толкование правила абз. 4 п. 4 ст. 66 и вовсе может быть двояким в зависимости от того, к чему отнести оговорку "если иное не установлено законом". Так, можно предположить, что: а) отдельным учреждениям закон запрещает участвовать в хозяйственных обществах и быть вкладчиками в товариществах на вере вообще (если отнести эту оговорку к словам "могут быть"); б) отдельным учреждениям закон разрешает выступать в данном качестве независимо от воли собственника (если отнести эту оговорку к словам "с разрешения собственника"). Учитывая, однако, особенности статуса учреждений (некоммерческих организаций, имеющих специальную правоспособность и не являющихся собственниками), едва ли есть сомнения в том, что закон имел в виду первое, а не второе.
Таким образом, в контексте правила абз. 4 п. 4 ст. 66 все учреждения могут быть разделены на две группы: а) учреждения, которые могут быть участниками хозяйственных обществ и вкладчиками в товариществах на вере с разрешения собственника; б) учреждения, участие которых в данном качестве абсолютно исключается. Закон может устанавливать запреты и ограничения на участие в товариществах и обществах и для отдельных категорий граждан главным образом исходя из особенностей их профессиональной (служебной) деятельности. А поскольку исключение при этом составляют только открытые акционерные общества, участвовать в которых могут любые граждане, открытые акционерные общества - форма ЮЛ с минимальной релевантностью членства (участия) и одновременно максимальной релевантностью капитала (абз. 5 п. 4 ст. 66).
4. Учредители (участники) товариществ и обществ аккумулируют свои вклады, формируя тем самым складочный (уставный) капитал товариществ (обществ), т.е. первоначальное автономное имущество данного ЮЛ. Вкладом в имущество товарищества (общества) может быть любое - телесное и бестелесное - имущество, которое имеет стоимость (подлежит денежной оценке) и потенциально способно к реализации в целях удовлетворения имущественных интересов кредиторов товарищества (общества). Вкладом могут быть: а) деньги; б) ценные бумаги; в) движимые и недвижимые вещи; г) имущественные права (права требования, исключительные права); д) иные права, имеющие денежную оценку. Приоритетное упоминание в абз. 1 п. 6 ст. 66 о деньгах, являющихся оборотными средствами, не случайно, так как неденежные вклады закон иногда регулирует особо (см., например, ч. 4 ст. 11 Закона о банках; подробнее см. Инструкцию ЦБ РФ от 14 января 2004 г. N 109-И "О порядке принятия Банком России решения о государственной регистрации кредитных организаций и выдаче лицензий на осуществление банковских операций" (Вестник Банка России. 2004. N 15)).
Учредители (участники) передают свои вклады в собственность товарищества (общества), сохраняя при этом в отношении последнего обязательственные права (абз. 2 п. 2 ст. 48 ГК); имущество, произведенное или приобретенное товариществом (обществом) в процессе его деятельности, также принадлежит ему на праве собственности (абз. 1 п. 1 ст. 66). Закон, таким образом, отказался от известного в прошлом правила законодательства переходного периода, согласно которому имущество товарищества (общества) принадлежало его участникам на праве общей собственности, в результате чего была достигнута раздельность имущества участников и созданного ими ЮЛ.
Неисчерпывающий перечень обязательственных прав, а также обязанностей учредителей (участников) товариществ (обществ) устанавливает ст. 67 ГК. Учредители (участники) могут передать в складочный (уставный) капитал товарищества (общества) имущественное или иное имеющее денежную оценку право, в частности право требования к третьему лицу - должнику (например, цедировать право требования заказчика к подрядчику - § 1 гл. 24 ГК), право пользования собственной или арендованной вещью (п. 2 ст. 615 ГК), исключительное право (ст. 1234 ГК). Во всех этих случаях само товарищество (общество) становится не собственником, а иным правообладателем (например, кредитором по соответствующему требованию или приобретателем исключительного права).
Вкладом в имущество товарищества (общества) не могут быть нематериальные блага ввиду их неотчуждаемости и непередаваемости иным образом (п. 2 ст. 2, п. 1 ст. 150 ГК), а также иные ценности, распоряжение которыми (в том числе посредством передачи в капитал товариществ или обществ) запрещает закон (например, исключительное право на фирму - п. 2 ст. 1229, п. 2 ст. 1474 ГК). В товариществах стоимость вкладов оценивается по соглашению между полными товарищами, в обществах - по соглашению между учредителями (участниками) и в случаях, предусмотренных законом, подлежит независимой экспертной проверке (абз. 2 п. 6 ст. 66). Последнее доказывает значение в обществе уставного капитала, который в интересах кредиторов общества должен быть объективным и обоснованным.
Обязательная независимая оценка необходима в случаях, предусмотренных п. 2 ст. 15 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и п. 3 ст. 34 Закона об акционерных обществах, а также при передаче в качестве вклада в складочный (уставный) капитал товарищества (общества) имущества, принадлежащего Российской Федерации, субъектам РФ, муниципальным образованиям (см. ст. 8 Закона об оценочной деятельности).
5. Право выпуска акции - исключительная прерогатива акционерных обществ - закрытых и открытых (п. 1 ст. 96, ст. 97 ГК), поэтому хозяйственные товарищества, а также общества с ограниченной и дополнительной ответственностью лишены этого права (п. 7 ст. 66).
Статья 67. Права и обязанности участников хозяйственного товарищества или общества
Комментарий к статье 67
1. Учредители (участники) товариществ (обществ), передавая свое имущество в качестве вклада в складочный (уставный) капитал этих ЮЛ, утрачивают на него право собственности - данное имущество переходит в собственность ЮЛ, при этом сами участники сохраняют с ЮЛ обязательственно-правовую связь (абз. 2 п. 2 ст. 48 ГК). Сущность и пределы последней и раскрывает ст. 67, посвященная правам (п. 1) и обязанностям (п. 2) участников товариществ (обществ) в отношении данных товариществ (обществ).
В ст. 67 перечислены лишь основные права и обязанности участников товариществ (обществ), которые: а) не носят универсального характера; б) могут дополняться другими правами, предусмотренными законодательством (ГК и законами о хозяйственных обществах) и учредительными документами товариществ (обществ), а также другими обязанностями, предусмотренными учредительными документами товариществ (обществ).
2. К числу основных прав участников товарищества (общества) относятся следующие: а) право участвовать в управлении делами товарищества (общества); б) право получать информацию о деятельности товарищества (общества) и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном учредительными документами порядке; в) право принимать участие в распределении прибыли (получать дивиденды); г) право получать в случае ликвидации товарищества (общества) так называемую ликвидационную квоту - часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами в натуре, или ее денежную стоимость (см. п. 7 ст. 63 ГК).
Правовой статус двух категорий участников отличается спецификой. Во всяком случае это касается вкладчиков товариществ на вере, а в соответствующих случаях - и акционеров, что прямо оговаривается в абз. 2 п. 1 ст. 67. Так, управление деятельностью товарищества на вере осуществляется не всеми его участниками, а только полными товарищами; напротив, вкладчики не вправе участвовать в управлении данным товариществом и ведении его дел, выступать от его имени иначе как по доверенности, оспаривать действия полных товарищей по управлению данным товариществом и ведению его дел (ст. 84 ГК); отдельно их правам и обязанностям посвящена ст. 85 ГК. В свою очередь, участвовать в полной мере в управлении акционерным обществом могут владельцы только обыкновенных акций, каждая из которых предоставляет ее владельцу одинаковый объем прав. Напротив, владельцы привилегированных акций (при наличии в обществе таких акций, размещение которых в совокупном объеме их номинальной стоимости до 25% уставного капитала является правом общества и которые могут быть одного или нескольких типов) не имеют права голоса на общем собрании акционеров, за исключением случаев, установленных законом. Такими исключениями во всяком случае являются вопросы реорганизации и ликвидации общества, а в некоторых случаях - и внесения изменений и дополнений в устав общества, кроме того, при голосовании привилегированных акций значение имеет и возможная кумулятивность определенного типа привилегированных акций (п. 2 ст. 25, п. п. 1, 2 ст. 31, п. п. 1, 2, 4, 5 ст. 32 Закона об акционерных обществах). За рамками п. 1 ст. 67 можно встретить и иные права участников товариществ и обществ (см., например, п. 1 ст. 77 ГК).
3. К числу основных обязанностей участников товарищества (общества) относятся следующие: а) обязанность вносить вклады в порядке, размерах, способами и в сроки, которые предусмотрены учредительными документами; б) не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности товарищества (общества). За рамками п. 2 ст. 67 можно встретить и иные обязанности участников товариществ и обществ (см., например, п. 1 ст. 73 ГК).
Статья 68. Преобразование хозяйственных товариществ и обществ
Комментарий к статье 68
1. Комментируемая статья посвящена вопросам преобразования хозяйственных товариществ и обществ, в том числе внутренней их совместимости в данном процессе (п. 1), и некоторым специальным последствиям (п. 2). Преобразование - одна из пяти форм реорганизации (п. 1 ст. 57 ГК), в результате чего меняется вид ЮЛ (его организационно-правовая форма) и все права и обязанности от правопредшественника (реорганизованного ЮЛ) переходят к его правопреемнику (вновь возникшему ЮЛ) (п. 5 ст. 58 ГК).
В связи с тем что свобода преобразования ограничена законом, смысл п. 1 ст. 68 состоит в следующем: а) полное товарищество может преобразоваться в товарищество на вере (и наоборот); б) общество с ограниченной ответственностью может преобразоваться в общество с дополнительной ответственностью или в акционерное общество, общество с дополнительной ответственностью - в общество с ограниченной ответственностью или в акционерное общество, акционерное общество - в общество с ограниченной или с дополнительной ответственностью; в) любое товарищество и общество могут преобразоваться в производственный кооператив (и наоборот - п. 2 ст. 112 ГК).
О возможности преобразования товариществ в любое из обществ говорит правило п. 2 ст. 68, а также ч. 1 ст. 81 ГК. Возможность обратного - преобразования обществ в товарищества - не следует из общих правил ст. 68. В свою очередь, специальные правила свидетельствуют о том, что только общества с ограниченной и дополнительной ответственностью могут преобразовываться в товарищества (п. 2 ст. 92 в связи с п. 3 ст. 95 ГК), а поскольку акционерное общество такой возможности лишено (п. 2 ст. 104 ГК), для его преобразования в товарищество прежде его придется преобразовать в общество с ограниченной (дополнительной) ответственностью, а уже последнее - в товарищество.
Преобразование обществ с ограниченной (дополнительной) ответственностью в товарищества может быть сопряжено с решением ряда сопутствующих вопросов: например, преобразование одночленного общества (абз. 2 п. 1 ст. 66 ГК) неизбежно поставит вопрос о втором участнике для подписания учредительного договора товарищества (ст. ст. 70, 83 ГК), и уж во всяком случае полными товарищами могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации (абз. 1 п. 4 ст. 66 ГК). Решение о преобразовании товариществ и обществ принимается на общем собрании их участников, а в одночленных обществах - единственным его участником.
2. Правила п. 2 ст. 68 защищают интересы кредиторов товариществ, преобразованных в общества (производственные кооперативы). Дело в том, что участники товариществ, являющиеся полными товарищами, солидарно несут субсидиарную ответственность по обязательствам товарищества всем своим имуществом (п. 1 ст. 75, п. 2 ст. 82 ГК). Данное требование закона, принципиальное для кредиторов товарищества, не может быть устранено (преодолено) в связи с преобразованием товариществ в общества (производственные кооперативы), в которых участники или рискуют в пределах стоимости принадлежащих им долей (акций) (п. 1 ст. 87, абз. 1 п. 1 ст. 96 ГК), или несут ограниченную ответственность (п. 1 ст. 95, п. 2 ст. 107 ГК). В противном случае легальная процедура преобразования товариществ смогла бы стать удобной лазейкой, при помощи которой участники неблагополучных товариществ смогли бы уходить от ответственности, от чего во всяком случае страдали бы интересы кредиторов таких товариществ.
По этой причине при преобразовании товарищества в общество (производственный кооператив) каждый полный товарищ, ставший участником (акционером) общества (членом производственного кооператива), в течение 2 лет с момента возникновения общества (производственного кооператива) продолжает нести субсидиарную ответственность всем своим имуществом по обязательствам, перешедшим от товарищества к обществу (производственному кооперативу). Даже если бывший полный товарищ, ставший участником общества (членом производственного кооператива), произведет отчуждение принадлежащих ему долей (акций, пая), он продолжает нести эту ответственность, которая, следовательно, не переходит на его контрагента - приобретателя долей (акций, пая). Требование п. 2 ст. 68 не распространяется: а) на случаи преобразования полного товарищества в товарищество на вере, и наоборот (так как такое преобразование не устраняет лиц, отвечающих всем своим имуществом); б) на вкладчиков товариществ на вере при преобразовании последних в общества (производственные кооперативы) (так как, участвуя в товариществе на вере, они несли не ответственность, а риск в пределах сумм внесенных ими вкладов). Хотя п. 2 ст. 68 не говорит о солидарном характере такой ответственности, это едва ли оставляет сомнения: а) правило п. 2 ст. 68 - суть продолжение в изменившихся условиях правил ст. 75 ГК (см. п. 1 и абз. 2 п. 2); б) бывшие полные товарищи занимались предпринимательством от имени товарищества (п. 1 ст. 69, п. 1 ст. 82 ГК), которое само также было коммерческой организацией, поэтому обязательства, перешедшие от товарищества к обществу, и ответственность по таким обязательствам связаны с предпринимательской деятельностью, что предполагает солидаритет (п. 2 ст. 322 ГК).
2. Полное товарищество
Статья 69. Основные положения о полном товариществе
Комментарий к статье 69
1. Правило п. 1 ст. 69 раскрывает смысл полного товарищества (далее также - товарищество), которым признается товарищество, участники которого (полные товарищи) в соответствии с заключенным договором занимаются предпринимательством от имени товарищества и несут ответственность по его обязательствам принадлежащим им имуществом. Отсюда следует по крайней мере три специфических признака полного товарищества, оно: а) имеет однородный состав участников, которыми являются полные товарищи - индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации (абз. 1 п. 4 ст. 66 ГК), которые самостоятельно выступают в гражданском обороте, причем в той или иной ситуации могут делать это как от своего имени, так и от имени товарищества; б) представляет собой форму правосубъектной коммерческой организации для объединения предпринимателей, которые для осуществления предпринимательской деятельности используют его имя (фирму) и несут полную (неограниченную) ответственность по его обязательствам (т.е. ответственность всем принадлежащим им имуществом - см. коммент. к ст. 75 ГК); в) является договорной, а не уставной организацией (см. коммент. к ст. 70 ГК), что в принципе исключает его одночленность как при создании, так и впоследствии (ч. 1 ст. 81 ГК). Первый признак дифференцирует полное товарищество от товарищества на вере (ср. с п. 1 ст. 82 ГК), а все эти признаки в совокупности - от других коммерческих организаций (хозяйственных обществ, производственных кооперативов, унитарных предприятий).
Полное товарищество - коммерсант sui generis, так как, с одной стороны, оно само является правосубъектной коммерческой организацией, с другой - предпринимателями являются и его участники, которые занимаются предпринимательской деятельностью от имени полного товарищества (абз. 1 п. 4 ст. 66 ГК). Если лицо, являющееся полным товарищем, занимается предпринимательской деятельностью от своего имени, права и обязанности приобретает он сам, но если для этого он использует имя (фирму) соответствующего товарищества, права и обязанности приобретает товарищество. Учитывая такой дуализм, закон формулирует для полных товарищей требование лояльности (воздержания от конкуренции с товариществом) и запрещает им совершать без согласия остальных полных товарищей от своего имени в своих интересах или в интересах третьих лиц сделки, однородные с теми, которые составляют предмет деятельности товарищества, в противном случае последнее вправе по своему выбору потребовать от нарушителя возмещения причиненных убытков или передачи ему всей приобретенной по таким сделкам выгоды (п. 3 ст. 73 ГК). Полные товарищества могут создаваться без указания срока или на определенный срок (см. абз. 2 п. 1 ст. 77 ГК).
2. Правило п. 2 ст. 69 в совокупности с правилами п. 3 ст. 82 ГК закрепляют требование однократного участия лица в качестве полного товарища, причем независимо от того, о каком товариществе - полном или на вере - идет речь. Данное требование сопряжено с особенностью ответственности полных товарищей по обязательствам товарищества (п. 1 ст. 75, п. 2 ст. 82 ГК) и существует в целях наиболее полного обеспечения и защиты имущественных интересов кредиторов последнего. Поскольку полные товарищи занимаются предпринимательством от имени товарищества (п. 1 ст. 69), фирма товарищества должна содержать имена (наименования) всех полных товарищей либо имя (наименование) одного (нескольких) полных товарищей с добавлением слов "и компания" и слова "полное товарищество" (п. 3 ст. 69). Данное обстоятельство особо подчеркивает значение в полном товариществе фактора членства (участия).
3. За отсутствием специального закона в отношении полного товарищества последовательно применяются три категории норм гл. 4 ГК: а) специальные нормы подпараграфа 2 § 2 (ст. ст. 69 - 81); б) нормы подпараграфа 1 § 2, общие для всех товариществ и обществ (ст. ст. 66 - 68); в) нормы § 1, общие для всех ЮЛ (ст. ст. 48 - 65).
Статья 70. Учредительный договор полного товарищества
Комментарий к статье 70
1. Полное товарищество может быть создано первоначально или в результате реорганизации (преобразования и правопреемства) товарищества на вере, обществ с ограниченной и дополнительной ответственностью, производственного кооператива (п. 1 ст. 68, п. 2 ст. 92, п. 2 ст. 112 ГК). Полное товарищество, как и всякое ЮЛ, приобретает правоспособность в момент его создания (абз. 1 п. 3 ст. 49 ГК), который связывается с его регистрацией - внесением территориальными налоговыми органами соответствующей записи в ЕГРЮЛ (п. 2 ст. 51 ГК). Поскольку факт внесения в ЕГРЮЛ имеет правоустанавливающее значение, регистрация носит конститутивный характер.
Учитывая, что полное товарищество - договорная (а не уставная) правосубъектная коммерческая организация (п. 1 ст. 69 ГК), ст. 70 посвящена учредительному договору - единственному его учредительному документу (п. 1 ст. 52 ГК). Учредительный договор согласно принятой классификации договоров является поименованным, многосторонним, взаимным (учредители обязуются создать полное товарищество, для этого определяют порядок совместной деятельности по его созданию, условия передачи ей своего имущества и участия в ее деятельности, а также другие условия - абз. 2 п. 2 ст. 52 ГК), фидуциарным, нетипичным с точки зрения его возмездности или безвозмездности, каузальным и имеет при этом две цели - ближайшую (создание нового субъекта права) и перспективную (занятие участниками договора предпринимательством от имени товарищества), наконец, консенсуальным.
Последнее объясняют по крайней мере три обстоятельства: а) консенсуальная модель договора (п. 1 ст. 433 ГК) является общим правилом, ее следует иметь в виду во всех случаях, если закон не устанавливает иного (в данном же случае сам закон говорит о том, что "в учредительном договоре учредители обязуются создать юридическое лицо, определяют порядок совместной деятельности по его созданию, условия передачи ему своего имущества и участия в его деятельности..." - абз. 2 п. 2 ст. 52 ГК); б) учредительный договор не является реальным (п. 2 ст. 433 ГК), поскольку обязанность участников по внесению вкладов связывается не с моментом заключения договора, а с более поздним моментом регистрации товарищества (они обязаны внести не менее половины своего вклада в складочный капитал товарищества к моменту его регистрации - п. 2 ст. 73 ГК); в) учредительный договор не является договором, подлежащим государственной регистрации (п. 3 ст. 433 ГК), поскольку регистрации подлежит не учредительный договор, а его продукт - создаваемое на его основе товарищество как новый субъект права (ЮЛ).
Будучи консенсуальным, учредительный договор считается заключенным при согласовании участниками всех существенных его условий (которым посвящен п. 2 ст. 70); несогласование хотя бы одного такого условия влечет его незаключенность (абз. 2 п. 1 ст. 432 ГК), что, в свою очередь, препятствует и регистрации товарищества. С момента заключения учредительный договор устанавливает для его участников юридические обязанности (например, по внесению вклада, которая как до, так и после регистрации товарищества обеспечивается санкцией закона - п. 2 ст. 70, п. 2 ст. 73 ГК), с момента заключения он регулирует только внутренние отношения в товариществе, а поскольку на этапе создания товарищества (вплоть до момента его регистрации) никакого другого договора (кроме учредительного) нет, регулирование внутренних отношений в условиях действующего законодательства объективно существует до и независимо от создания товарищества и обеспечивается именно учредительным договором.
2. Существенные условия всякого договора подлежат согласованию "в требуемой в подлежащих случаях форме" (абз. 1 п. 1 ст. 432 ГК). Учредительный договор заключается в простой письменной форме, а так как он требует подписания, то должен быть обязательно в виде единого документа (абз. 1 п. 1 ст. 160, п. 2 ст. 434 ГК). Закон не оговаривает последствия несоблюдения простой письменной формы данного договора, поэтому, руководствуясь общими правилами, следует признать, что несоблюдение формы не влечет недействительности договора, а лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (п. п. 1, 2 ст. 162 ГК). Кроме того, поскольку для регистрации товарищества наряду с прочими документами должен быть представлен и учредительный договор (подлинник или нотариально заверенные копии), отсутствие учредительного договора, заключенного в простой письменной форме, в конечном счете повлечет отказ в регистрации товарищества (п. "в" ст. 12, подп. "а" п. 1 ст. 23 Закона о регистрации юридических лиц).
Закон не требует нотариального удостоверения учредительного договора, в то же время необходимость придания ему нотариальной формы не исключается при наличии соответствующего соглашения участников (ст. 163 ГК) с последствиями ее несоблюдения, предусмотренными ст. 165.
Итак, для заключения учредительного договора необходимо и достаточно письменного согласования всех существенных его условий, но для создания товарищества требуется фактический состав из двух основных последовательно связанных юридических фактов: а) консенсуального учредительного договора и б) административного акта регистрации на его основе товарищества. Разумеется, можно выделить и другие юридические факты. Так, для государственной регистрации товарищества помимо учредительного договора необходимы решение о его создании, а также уплата государственной пошлины, в противном случае допускается отказ в регистрации (ст. ст. 3, 12, п. 1 ст. 23 Закона о регистрации юридических лиц).
3. Правило п. 2 ст. 70 посвящено объективно существенным условиям учредительного договора. К ним относятся: а) размер и состав складочного капитала; б) размер и порядок изменения долей каждого участника в складочном капитале; в) размер, состав, сроки и порядок внесения вкладов по формированию складочного капитала; г) ответственность за нарушение обязанностей по внесению вкладов. Кроме того, учредительный договор должен также устанавливать обязанности участника по участию в деятельности товарищества (п. 1 ст. 73 ГК). Учредительный договор должен содержать и другие сведения, обязательные для всех ЮЛ: д) наименование и е) местонахождение товарищества.
Помимо названных учредительный договор может содержать и иные - субъективно существенные - условия. Так, поскольку ГК исходит из принципа универсальной правоспособности большинства коммерческих организаций (п. 1 ст. 49 ГК), не требуется, чтобы учредительный договор формулировал предмет деятельности товарищества, что, однако, не мешает участникам сделать это, определенно ограничив тем самым его правоспособность (см. третье предложение абз. 1 п. 2 ст. 52, ст. 173 ГК). Поскольку ГК ограничивается диспозитивной формулировкой общих начал управления полным товариществом (п. п. 1, 2 ст. 71 ГК), учредительный договор может изменять данные правила, как и общее правило о том, что от имени товарищества вправе действовать каждый его участник индивидуально (абз. 1 п. 1 ст. 72 ГК). Наконец, учредительный договор может влиять на решение многих других вопросов, которые закон регулирует посредством диспозитивных норм (см. п. 2 ст. 73, п. 1 ст. 74, п. 1 ст. 76 в связи с ч. 2 ст. 81, абз. 1 п. 1, абз. 2 п. 2 и п. 3 ст. 78 ГК).
Статья 71. Управление в полном товариществе
Комментарий к статье 71
1. Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через органы, однако в предусмотренных законом случаях оно может делать это через своих участников (п. п. 1, 2 ст. 53 ГК). Полное товарищество как раз и есть то ЮЛ, которое приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности не через органы, а через участников: а) в самом его определении (п. 1 ст. 69 ГК) говорится о том, что участники товарищества занимаются предпринимательством от имени товарищества, а в абз. 1 п. 1 ст. 72 ГК - о том, что каждый участник вправе действовать от имени товарищества; б) ст. 70 ГК не требует от единственного учредительного документа товарищества - его учредительного договора - формирования органов управления; в) ст. 71, особо посвященная управлению в товариществе, ограничивается формулировкой лишь общих начал управления данной организацией; г) наконец, правовое регулирование товарищества исчерпывается ГК, а значит, нет никакого другого нормативного акта в принципе, который решал бы данный вопрос иначе.
В то же время нормы ст. 71, устанавливающие необходимость общего согласия или достаточности большинства голосов участников при управлении деятельностью товарищества (п. 1) и правила подсчета их голосов (п. 2), а также нормы п. 3 ст. 71 и п. 1 ст. 72 ГК, упоминающие об участниках товарищества, уполномоченных вести его дела, позволяют сделать вывод о наличии в товариществе механизмов выработки и реализации его воли для регулирования внутренних (внутритоварищеских) и внешних (с третьими лицами) отношений, подобных общему собранию участников и исполнительным органам в хозяйственных обществах (ср. со ст. ст. 91, 103 ГК).
2. Обычно управление деятельностью товарищества осуществляется по общему согласию всех участников, каждый из которых имеет один голос независимо от участия в складочном капитале товарищества (п. п. 1 и 2 ст. 71). Отсюда всякое решение в товариществе может быть принято при единогласии всех его участников, а значит, возражение хотя бы одного участника блокирует решение любого вопроса.
Из данного - общего - правила закон делает два исключения и отдает их на откуп учредительному договору, который может особо предусматривать: а) случаи, когда решение принимается не общим согласием всех участников (единогласно), а большинством их голосов (п. 1 ст. 71); б) иной - специальный - порядок определения голосов участников (п. 2 ст. 71). В принципе учредительный договор может изменить как оба общих правила п. п. 1 и 2 ст. 71, так и только любое одно из них, причем такое изменение может устанавливаться для решения всех или строго определенных вопросов. И все же если управление товариществом осуществляется по общему согласию всех участников (т.е. согласно общему правилу п. 1 ст. 71), общая или специальная формула голосования, о которой идет речь в п. 2 ст. 71 (1 участник = 1 голос, 1 участник = 1% в складочном капитале или другая формула), не принципиальна, так как достижение единогласия не зависит от порядка определения количества голосов участников.
Порядок определения количества голосов участников имеет особое значение только в тех случаях (при решении тех вопросов), когда решение принимается простым (50% + 1 голос) или иным (квалифицированным) большинством голосов участников. В таких случаях принципиальны вопросы наличия необходимого большинства участников (кворум), а также подсчета количества их голосов для определения правомочности принятого решения. Все эти вопросы должен регулировать учредительный договор. В случаях, прямо указанных в законе, для принятия решения требуется только единогласие участников, а значит, решение по таким вопросам не может быть принято большинством голосов участников (см., например, п. 2 ст. 76 ГК), подобные случаи ограничивают диспозитивность правил п. п. 1 и 2 ст. 71 и свободу учредительного договора.
3. Правило п. 3 ст. 71 полностью соответствует правилу абз. 3 п. 1 ст. 67 и сопряжено, с одной стороны, со ст. 72 ГК, посвященной ведению дел товарищества, с другой - со ст. 75 ГК, посвященной ответственности его участников. В тех случаях, когда учредительный договор изменяет общее правило абз. 1 п. 1 ст. 72 ГК и ведение дел товарищества поручается отдельным (одному или нескольким) участникам, участники могут быть двух видов - уполномоченными и не уполномоченными вести дела товарищества. Однако независимо от того, какую - активную или пассивную - функцию выполняет в товариществе конкретный участник, он во всяком случае отвечает по обязательствам товарищества всем принадлежащим ему имуществом (ст. 75 ГК) и именно по этой причине вправе знакомиться со всей документацией по ведению его дел. Данное правило императивно, отказ от него и любые его ограничения (в том числе по соглашению между участниками) ничтожны (ср. с п. 3 ст. 22 ГК).
Статья 72. Ведение дел полного товарищества
Комментарий к статье 72
1. В гражданском обороте полное товарищество представляют его участники, каждый из которых вправе персонально заниматься предпринимательством и действовать от имени товарищества с возникновением всех прав и обязанностей на стороне товарищества (п. 1 ст. 69, абз. 1 п. 1 ст. 72 ГК). Отсюда каждый участник - законный представитель товарищества, наделенный максимальными полномочиями и представляющий товарищество без доверенности (абз. 1 п. 1 ст. 182 ГК).
Из этого общего правила учредительный договор может устанавливать одно из двух исключений, а именно: а) участники могут вести дела товарищества совместно; б) ведение дел товарищества может возлагаться на отдельных его участников (одного или нескольких). При первом исключении при совершении каждой сделки требуется получение согласия всех участников, а значит, отсутствие согласия уже одного из них независимо от его участия в складочном капитале товарищества формально блокирует совершение сделки (абз. 2 п. 1 ст. 72). При втором исключении, предполагающем существование двух категорий участников - уполномоченных и не уполномоченных вести дела товарищества, только первые могут без доверенности вести дела товарищества, вторые же могут вести дела товарищества только по доверенности, которую они должны получить от уполномоченных участников (абз. 3 п. 1 ст. 72). Оба эти исключения, которые возможны, только если они предусмотрены учредительным договором, ограничивают полномочия участников товарищества, при этом совместное ведение дел товарищества ограничивает полномочия всех участников, а потому максимально обременительно для гражданского оборота; напротив, ведение дел товарищества уполномоченными его участниками ограничивает возможности неуполномоченных участников. Во всяком случае принципиальность ограничений, связанных с использованием того или иного варианта ведения дел товарищества, касается только внутренних (внутритоварищеских) отношений: от участника - нарушителя требований абз. 2 или 3 п. 1 ст. 72 (и соответствующих условий учредительного договора) другие участники могут потребовать возмещения убытков, а в случаях, предусмотренных учредительным договором, - взыскания неустойки.
Напротив, нарушение требований абз. 2 или 3 п. 1 ст. 72 (и соответствующих условий учредительного договора) в отношениях с третьими лицами (во внешних отношениях) юридически иррелевантно: товарищество не вправе ссылаться на положения учредительного договора, ограничивающие полномочия всех или отдельных его участников, соответственно, сделка, совершенная от имени товарищества, хотя бы и с нарушением данных требований, действительна. Эффективно оспорить и аннулировать данную сделку товарищество может, только если докажет, что третье лицо в момент ее совершения знало или заведомо должно было знать об отсутствии у участника товарищества права действовать от имени товарищества (абз. 4 п. 1 ст. 72), например что третье лицо имело возможность ознакомиться с учредительным договором, изменяющим общее правило абз. 1 п. 1 ст. 72 (а значит, должно было знать об особенностях ведения дел в товариществе). Как и всякий средний (обычный) участник гражданского оборота, третье лицо в таком случае должно было либо удостовериться в наличии согласия со стороны всех участников товарищества, либо запросить доверенность. А поскольку речь в основном идет о торговом обороте, последний, будучи специальной частью оборота гражданского, предъявляет к своим участникам повышенные требования, в том числе и относительно внимательности к фигуре контрагента.
Значение правила абз. 4 п. 1 ст. 72 состоит в том, что оно обеспечивает баланс интересов третьих лиц и товарищества, а именно: а) защищает третьих лиц и сделку, совершенную ими с участником товарищества, превысившего установленные полномочия (третьи лица предполагаются неосведомленными о превышении участником товарищества полномочий до тех пор, пока товарищество не докажет обратное); б) признавая такую сделку действительной, блокирует правило п. 1 ст. 183 ГК, поэтому данная сделка считается заключенной не от имени и в интересах участника товарищества, а от имени и в интересах самого товарищества до тех пор, пока товарищество эффективно не оспорит и не аннулирует ее; в) согласуется с правилом ст. 174 ГК и защищает само товарищество от действий неуполномоченных его участников, позволяя ему оспаривать данную сделку с перспективой возможного ее аннулирования.
2. Полномочия на ведение дел товарищества, предоставленные одному (нескольким) его участникам, могут быть прекращены судом по требованию одного (нескольких других) участника из числа как управомоченных, так и не управомоченных на ведение дел товарищества. Для этого должны быть серьезные основания. В числе таковых закон называет: а) грубое нарушение уполномоченным участником (уполномоченными участниками) своих обязанностей; б) обнаружившуюся неспособность уполномоченного участника (уполномоченных участников) к разумному ведению дел; в) другие серьезные причины, круг которых (учитывая использование по тексту слова "в частности") является открытым.
Сам факт наличия такого рода оснований и их достаточность устанавливает суд, исходя из конкретных обстоятельств дела. Судебное решение о прекращении полномочий участника (участников) - основание для внесения в учредительный договор необходимых изменений (п. 2 ст. 72), которые могут связываться не только с заменой уполномоченного участника (участников), но и с переходом к совместному ведению дел или к общему правилу, согласно которому от имени товарищества вправе действовать каждый участник (абз. 1 п. 1 ст. 72).
3. Исходя из принципов самостоятельности осуществления гражданских прав и свободы договора (ст. ст. 1, 9, 421 ГК), общих правил о представительстве (в том числе коммерческом - ст. 184 ГК) и доверенности (гл. 10 ГК) нельзя исключать возможности представления товарищества лицами, не являющимися его участниками. Учитывая специфику товарищества как субъекта права (жесткость его связи с составом участников и ответственность последних), такое договорное представительство возможно, если предусмотрено учредительным договором или последующим соглашением участников.
Статья 73. Обязанности участника полного товарищества
Комментарий к статье 73
1. Комментируемая статья, посвященная обязанностям участника полного товарищества, дополняет общие правила п. 2 ст. 67 ГК. Приоритет в товариществе фактора членства (участия) выражается и в том, что участники обязаны участвовать в деятельности товарищества в соответствии с условиями учредительного договора. Отсюда перечень существенных условий учредительного договора, названных в п. 2 ст. 70 ГК, не является исчерпывающим; существенным в таком договоре является также определение обязанности участника по участию в товариществе (п. 1 ст. 73).
2. Регулирование вопросов складочного капитала полного товарищества ограничивается п. 2 ст. 73 (ср. ст. ст. 90 и 99 ГК). Закон не регулирует его минимальную величину, так как права и интересы кредиторов товарищества гарантирует не его складочный капитал, а личная ответственность его участников. Именно поэтому размер и состав складочного капитала должен определять учредительный договор. Данные количественные и качественные характеристики складочного капитала товарищества могут быть любыми, вместе с тем именно они влияют на решение некоторых правовых вопросов (см., например, ст. ст. 74, 79, 80 ГК). Учредительный договор должен также определять размер, состав, сроки и порядок внесения участниками своих вкладов в складочный капитал товарищества (п. 2 ст. 70 ГК).
Поскольку согласно п. 2 ст. 73 каждый участник должен внести не менее 50% своего вклада к моменту регистрации товарищества, а остальную часть вклада - в сроки, установленные учредительным договором (ср. с п. 3 ст. 90, п. 2 ст. 109 ГК), вопрос о сроках и порядке внесения участниками вкладов, о которых говорится в п. 2 ст. 70 ГК, относится к большей части вклада, которая должна быть внесена к моменту регистрации товарищества, и к меньшей его части, которая может вноситься впоследствии. Неисполнение участниками обязанности по внесению вкладов в складочный капитал товарищества влечет их ответственность как перед другими участниками (которая должна быть определена в учредительном договоре и является его объективно-существенным условием - п. 2 ст. 70 ГК), так и перед самим товариществом (в виде установленных законом 10% годовых с невнесенной части вклада и возмещения причиненных ему убытков или в ином виде согласно учредительному договору). Если вдруг уже к моменту регистрации товарищества вклады внесены (и складочный капитал сформирован) в полном объеме, актуальным может быть только вопрос о договорной ответственности участников друг перед другом, но не о их законной (договорной) ответственности перед товариществом.
Вклады участников могут быть одинаковыми или разными, при этом нет презумпции равенства вкладов при отсутствии оговорки об ином: размер и состав конкретного вклада - существенные условия учредительного договора (п. 2 ст. 70 ГК), поэтому при несогласовании данного условия договор нельзя считать заключенным. Этот вывод полностью справедлив и в том случае, если вдруг предположить, что размер и состав конкретного вклада в учредительном договоре не определены, но само товарищество тем не менее зарегистрировано: в основе товарищества как субъекта права лежит фактический состав, состоящий из заключенного учредительного договора и акта регистрации товарищества, а считать учредительный договор заключенным можно только при согласовании всех существенных его условий (в том числа состава и размера вклада).
Правильность сделанного вывода не колеблет и правило абз. 2 п. 6 ст. 66 ГК, которое, хотя и сформулировано в общих положениях о хозяйственных товариществах и обществах, касается только обществ. Говоря иначе, из того, что "денежная оценка вклада участника хозяйственного общества производится по соглашению между учредителями (участниками) общества и в случаях, предусмотренных законом, подлежит независимой экспертной проверке", отнюдь не следует, что в товариществах действует принцип равенства вкладов. Правило абз. 2 п. 6 ст. 66 ГК надо понимать так, что в товариществах (где права и интересы кредиторов гарантирует не складочный капитал, а ответственность участников) не требуется ни точность установления стоимости вклада, ни тем более ее независимая экспертная проверка, столь необходимые в обществах, где права и интересы кредиторов гарантирует уставный капитал, а значит, совокупная реальная рыночная стоимость вкладов участников. Поэтому в товариществах (в отличие от обществ) денежная оценка вклада участника определяется исключительно самими участниками.
3. Правила п. 3 ст. 73 требуют от участника лояльности (воздержания от конкуренции с товариществом), запрещая ему совершать без согласия остальных участников от своего имени в своих интересах или в интересах третьих лиц сделки, однородные с теми, которые составляют предмет деятельности товарищества (абз. 1); при несоблюдении данного требования товарищество вправе потребовать от участника-нарушителя возмещения причиненных убытков или передачи товариществу всей приобретенной по таким сделкам выгоды (абз. 2).
Однородность сделок - оценочное понятие, которое следует устанавливать исходя из обычной деятельности конкретного товарищества, не забывая при этом, что предмет деятельности товарищества может быть широк ввиду его универсальной правоспособности (абз. 2 п. 1 ст. 49, абз. 1 п. 2 ст. 52 ГК). Именно поэтому чем шире спектр деятельности товарищества, тем более ограничены его участники в вопросах самостоятельного совершения сделок (и наоборот). В то же время в целях правильного и взвешенного понимания запрета, установленного в п. 3 ст. 73, и обеспечения баланса интересов товарищества и его участников признак однородности сделки, по всей видимости, должен дополняться признаком систематичности (регулярности, типичности), т.е. данный запрет должен исключать эпизодические (разовые) сделки товарищества.
Статья 74. Распределение прибыли и убытков полного товарищества
Комментарий к статье 74
1. Статья 74 посвящена распределению между участниками полученной товариществом прибыли и понесенных товариществом убытков соответственно в случаях эффективной и неэффективной его деятельности как ЮЛ, в отношении которого участники имеют обязательственные права (абз. 2 п. 2 ст. 48, ст. 67 ГК). Складочный капитал товарищества не выполняет гарантийной функции и не обеспечивает защиту имущественных прав и интересов кредиторов товарищества (данная функция в товариществе связывается с личной ответственностью его участников - см. комментарий к ст. 75 ГК), но выполняет регламентационную функцию: прибыль и убытки товарищества распределяются между его участниками пропорционально их долям в складочном капитале (п. 1 ст. 74).
Отсюда соотношение образующих складочный капитал товарищества долей его участников показывает, как должны распределяться между участниками прибыль и убытки товарищества: большая доля участника в складочном капитале увеличивает его право на часть прибыли товарищества и одновременно его обязанность по погашению убытков товарищества (напротив, меньшая доля в складочном капитале то и другое уменьшает). Однако такая прямая пропорциональная зависимость между участием в складочном капитале товарищества и участием в распределении его прибыли (убытков) сформулирована в п. 1 ст. 74 в качестве общего правила, при необходимости участники товарищества могут изменить ее на иную.
Суть изменения общего правила п. 1 ст. 74 может состоять в распределении прибыли (убытков) между всеми участниками товарищества поровну; данный вопрос может решаться с учетом фигуры конкретного участника (например, таковым является индивидуальный предприниматель или коммерческая организация (абз. 1 п. 4 ст. 66 ГК), а в соответствующих случаях - уполномоченный или не уполномоченный на ведение дел товарищества участник (абз. 1 п. 1 ст. 72 ГК)), возможны и иные варианты. Диспозитивная редакция правила п. 1 ст. 74 позволяет изменять вопросы распределения прибыли и убытков либо только прибыли (только убытков): например, прибыль товарищества может делиться между его участниками поровну, а убытки - пропорционально их долям в складочном капитале товарищества (или наоборот). Единственное, чего требует при этом закон, - чтобы в распределении прибыли и убытков товарищества так или иначе (в той или иной мере) принимал участие каждый его участник, а соглашение участников не устраняло бы (не исключало) какого-либо из участников от участия в прибыли или в убытках вообще.
Изменение общего правила п. 1 ст. 74 должно предусматривать соглашение участников товарищества, которое, в свою очередь, может быть учредительным договором или иным соглашением. Отсюда при необходимости изменения общего правила о распределении прибыли (убытков) товарищества на иное (специальное) нет надобности изначально предусматривать это в учредительном договоре или в последующем вносить в него соответствующее изменение и формализовать его в регистрирующем органе: данное изменение достаточно оформить любым иным соглашением участников, которое может быть общим или разовым (касаться всякой или конкретной полученной прибыли или понесенного убытка). Таким образом, регулирование вопросов распределения прибыли (убытков) товарищества является более свободным и неформальным, чем, к примеру, изменение общего порядка управления в товариществе или ведения дел товарищества, которое возможно только посредством учредительного договора (см. п. п. 1, 2 ст. 71, абз. 1 п. 1 ст. 72 ГК).
2. Поскольку защиту имущественных прав и интересов кредиторов товарищества обеспечивает не его складочный капитал, а личная ответственность его участников, закон не регулирует особо вопрос о соотношении между размером складочного капитала и стоимостью чистых активов товарищества (ср. п. 4 ст. 90 и п. 4 ст. 99 ГК). В то же время данный вопрос не остается юридически иррелевантным, так как учитывается при распределении прибыли товарищества между его участниками: если в результате понесенных товариществом убытков стоимость его чистых активов стала меньше размера складочного капитала, полученная товариществом прибыль не распределяется между участниками до тех пор, пока стоимость чистых активов не превысит размер складочного капитала. Соответственно, до этих пор прибыль товарищества не подлежит распределению между участниками товарищества, а последние не имеют права на ее получение (п. 2 ст. 74).
Итак, в условиях, когда товарищество понесло такие убытки, в результате которых стоимость его чистых активов стала меньше размера его складочного капитала, правило п. 2 ст. 74 особо посвящено направлению использования полученной прибыли, а его особенность состоит в том, что оно: а) не зависит от способа (формулы) распределения прибыли и убытков товарищества (п. 1 ст. 74), а значит, является универсальным и актуальным во всяком случае; б) имеет императивную редакцию, а значит, не может быть изменено соглашением участников.
Статья 75. Ответственность участников полного товарищества по его обязательствам
Комментарий к статье 75
1. Полное товарищество как ЮЛ и собственник (абз. 2 п. 2 ст. 48, абз. 1 п. 1 ст. 66 ГК) отвечает перед своими кредиторами всем своим имуществом (п. 1 ст. 56 ГК). При недостаточности имущества товарищества его ответственность перед кредиторами не прекращается, а переходит на полных товарищей, которые солидарно несут субсидиарную ответственность по обязательствам товарищества всем своим имуществом (п. 1 ст. 69, п. 1 ст. 75).
Согласно общим правилам о солидаритете (ст. ст. 322 - 326 ГК), применимым и в данной ситуации, кредитор товарищества вправе требовать исполнения обязательств как от всех должников (полных товарищей) совместно, так и от любого из них в отдельности (как полностью, так и в части долга); кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, вправе требовать недополученное с остальных должников. Все солидарные должники считаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью. Исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников (полных товарищей) погашает обязательство и освобождает остальных должников от исполнения, однако порождает регрессное требование исполнившего должника в отношении остальных должников (ст. ст. 323, 325 ГК).
Специфику солидаритета участников товарищества раскрывают правила п. 2 ст. 75. Ее суть состоит в следующем: а) полные товарищи несут ответственность даже по тем обязательствам, которые возникли до их вступления в товарищество (абз. 1); б) полный товарищ, выбывший из товарищества, отвечает по обязательствам товарищества, возникшим до его выбытия, наравне с оставшимися участниками в течение 2 лет со дня утверждения отчета о деятельности товарищества за год, в котором он выбыл из товарищества (абз. 2). Последнее правило касается также наследника (правопреемника) выбывшего из товарищества участника: не став участником товарищества, он тем не менее отвечает по обязательствам товарищества перед третьими лицами, по которым отвечал бы выбывший участник в пределах перешедшего к нему имущества последнего (абз. 3 п. 2 ст. 78 ГК).
Предусмотренный в абз. 2 п. 2 ст. 75 срок является сокращенным сроком исковой давности (п. 1 ст. 197 ГК), который установлен для специального случая - ответственности участника, выбывшего из товарищества, в условиях, когда последнее продолжает существовать с оставшимся составом участников. Поэтому при решении всех прочих вопросов (в частности, солидарно-субсидиарной ответственности участников товарищества) за отсутствием оговорки закона об ином надлежит исходить из общего - трехлетнего - срока исковой давности (ст. 196 ГК).
2. Ввиду отсутствия специальных правил о субсидиарной ответственности участников товарищества по обязательствам последнего следует обращаться к общим правилам ст. 399 ГК. Последние позволяют исключить ответственность участников по крайней мере в трех случаях: а) если кредитор не предъявлял требования к товариществу вообще; б) если кредитор предпочел иметь дело не с товариществом, а с его участниками по неуважительным причинам (т.е. по причинам, не связанным с отказом товарищества или с неполучением от него ответа относительно предъявленного требования); в) если кредитор предпочел иметь дело с участниками товарищества вместо реальной возможности удовлетворить свое требование к товариществу путем зачета встречного требования или бесспорного взыскания средств. Именно поэтому кредитор, не предъявивший требования к товариществу, лишается возможности получить удовлетворение от его участника впоследствии - в пределах трехлетнего срока исковой давности.
3. Ответственность участников товарищества по его обязательствам является полной (что соответствует самому термину "полный товарищ"), она, следовательно, распространяется на все имущество участника вплоть до признания его банкротом (см. коммент. к ст. ст. 25, 65 ГК). На этом ответственность конкретного участника может прекратиться или не прекратиться, имея в виду, что участником может быть такая коммерческая организация, которая сама может иметь участников, несущих по ее обязательствам субсидиарную ответственность. Так, если участником товарищества выступает другое товарищество (полное или на вере) или общество с дополнительной ответственностью, ответственность такого участника товарищества не ограничивается его имуществом, а переходит, в свою очередь, на его участников, несущих субсидиарную ответственность по его обязательствам. Если же вдруг участником товарищества является казенное предприятие (с согласия собственника его имущества - ст. 6 Закона об унитарных предприятиях), ответственность такого участника, который, кстати, не может быть признан банкротом (п. 4 ст. 61, п. 1 ст. 65 ГК), распространяется на собственника его имущества (учредителя) - Российскую Федерацию, субъект РФ или муниципальное образование.
4. Правила п. п. 1 и 2 ст. 75, посвященные ответственности участников товарищества по его обязательствам, являются императивными, а правило п. 3 ст. 75 прямо запрещает ограничивать или устранять данную ответственность соглашением участников товарищества; всякое подобное соглашение ничтожно (ст. 168 ГК). Поскольку предусмотренный п. 3 ст. 75 запрет касается случаев ограничения или устранения ответственности участников товарищества, гипотетическое соглашение об усилении данной ответственности будет действительным. В п. 3 ст. 75 имеется в виду ответственность, о которой идет речь в п. п. 1 и 2 ст. 75, т.е. ответственность, установленная в интересах кредиторов товарищества.
В то же время участники товарищества несут и другую ответственность, которая не охватывается ст. 75. Так, ответственность участников товарищества друг перед другом за нарушение обязательств по внесению вкладов регулируется учредительным договором, более того - является существенным его условием (п. 2 ст. 70 ГК), а их ответственность за то же нарушение, но уже перед самим товариществом регулируется диспозитивной нормой п. 2 ст. 73 ГК или учредительным договором.
Статья 76. Изменение состава участников полного товарищества
Комментарий к статье 76
1. Комментируемая статья, посвященная изменению состава участников полного товарищества, решает вопросы влияния динамики состава участников на устойчивость товарищества (п. 1) и возможности принудительного исключения участника из товарищества (п. 2). Учитывая главенствующую роль в товариществе фактора членства (участия), закон особо предусматривает ряд случаев, когда товарищество не может продолжать свою деятельность. Одни из них касаются всякого участника (признание его банкротом - ст. ст. 25, 65 ГК, выход из товарищества - ст. 77 ГК, обращение кредитором взыскания на часть имущества, соответствующую его доле в складочном капитале, - ст. 80 ГК); другие - только участвующего в товариществе гражданина (его смерть, признание недееспособным - ст. 29 ГК, ограниченно дееспособным - ст. 30 ГК или безвестно отсутствующим - ст. 42 ГК); третьи - только участвующее в товариществе ЮЛ (открытие в отношении его реорганизационных процедур по решению суда - п. 2 ст. 57 ГК или ликвидация - ст. 61 ГК).
Как верно то, что препятствием для продолжения деятельности товарищества является не только смерть участвующего в нем гражданина, но и объявление его умершим (влекущее те же правовые последствия, что и смерть, - ст. ст. 45, 1113 ГК), справедливо и другое: перечень оснований сформулирован в п. 1 ст. 76 как исчерпывающий. Поэтому препятствием для продолжения деятельности товарищества является выход участника из товарищества (ст. 77 ГК), однако таким препятствием не может стать исключение участника из товарищества в судебном порядке (п. 2 ст. 76) (см. ч. 2 ст. 81 ГК, которая не связана с п. 2 ст. 76 ГК). По той же причине препятствием для продолжения деятельности товарищества является открытие в отношении участвующего в нем ЮЛ реорганизационных процедур по решению суда (п. 2 ст. 57 ГК), однако таким препятствием не может стать реорганизация участвующего в товариществе ЮЛ по решению его учредителей (участников) или уполномоченного органа (п. 1 ст. 57 ГК).
Отсюда судебное решение о реорганизации участвующего в товариществе ЮЛ (п. 1 ст. 76) и судебное решение об исключении участника из товарищества (п. 2 ст. 76) по-разному влияют на судьбу самого товарищества. При наличии любого из указанных в п. 1 ст. 76 оснований товарищество подлежит ликвидации. Правило о прекращении деятельности товарищества и необходимости его ликвидации имеет диспозитивную редакцию: оно является общим и применяется во всех случаях, если иное не предусмотрено учредительным договором или соглашением остающихся участников (ср. с п. 1 ст. 74 ГК). Сохранение товарищества благодаря особой оговорке в его учредительном договоре или ином специальном соглашении участников (закон говорит именно о "соглашении остающихся участников") означает, что учредительный договор такого - "сохраненного" - товарищества во всяком случае подлежит новации по субъектному составу. Во-первых, участник товарищества, о котором идет речь в п. 1 ст. 76, подлежит исключению из товарищества по соответствующему основанию и без особого на то решения суда (ср. с п. 2 ст. 76), и это понятно, так как товарищество представляет собой договорную правосубъектную организацию предпринимателей, которые осуществляют предпринимательскую деятельность от имени товарищества, с одной стороны, а с другой - солидарно несут субсидиарную ответственность своим имуществом по обязательствам товарищества (п. 1 ст. 69, п. 1 ст. 75 ГК). Во-вторых, само товарищество может продолжить свою деятельность с прежним, а в соответствующих случаях - и с обновленным составом участников (например, при вступлении в товарищество наследника умершего участника или правопреемника участвовавшего в нем реорганизованного ЮЛ - абз. 1, 2 п. 2 ст. 78 ГК).
2. Участник может быть принудительно исключен из товарищества (п. 2 ст. 76; ср. со ст. 77 ГК). Для этого необходим фактический состав из следующих юридических фактов, а именно: а) единогласное решение других участников товарищества об исключении участника из товарищества; б) наличие к тому серьезных оснований, препятствующих его участию в товариществе; в) обращение участников в суд и принятие судом решения об исключении участника из товарищества.
Правило об исключении участника из товарищества (п. 2 ст. 76) сопоставимо с правилом о прекращении полномочий на ведение дел товарищества, предоставленных одному или нескольким участникам (п. 2 ст. 72 ГК). В том и в другом случае нужны серьезные основания (особо упоминаются грубое нарушение участником своих обязанностей и обнаружившаяся неспособность его к разумному ведению дел); в обоих случаях вопрос решается в судебном порядке, и на основании судебного решения в учредительный договор вносятся необходимые изменения (о чем прямо говорится только в п. 2 ст. 72 ГК).
В то же время в первом случае необходимо единогласное решение всех других участников; во втором - достаточно требования хотя бы одного или нескольких участников, в первом случае положительное решение суда прекращает для участника членство в товариществе, во втором - прекращаются полномочия участника на ведение дел товарищества без доверенности (но не само его членство в товариществе).
Статья 77. Выход участника из полного товарищества
Комментарий к статье 77
1. Комментируемая статья, посвященная праву участника товарищества выйти из него, дополняет п. 1 ст. 67 ГК. Участник товарищества вправе выйти из товарищества, заявив о своем отказе от участия в нем (абз. 1 п. 1 ст. 77), а поскольку товарищество - организация договорная, выход участника из товарищества означает одностороннее прекращение для него обязательств из учредительного договора. Для реализации участником права на выход из товарищества не требуется решения суда (ср. с п. 2 ст. 76 ГК).
В то же время свобода выхода из товарищества имеет ограничения и зависит от того, о каком товариществе - учрежденном без указания срока или на определенный срок - идет речь. Если товарищество создано без указания срока, участник вправе выйти из него в любое время и независимо от причины, для чего ему необходимо лишь заявить о своем решении не менее чем за 6 месяцев до фактического выхода из товарищества (императивность правила абз. 2 п. 1 ст. 77 исключает возможность изменения этого срока). Данное требование обусловлено той ролью, которое в товариществе имеет фактор участия (членства) в нем, а также связано с тем, что выход даже одного участника влияет на устойчивость товарищества, обычно препятствует продолжению его деятельности и влечет его ликвидацию (п. 1 ст. 76, ч. 2 ст. 81 ГК).
Напротив, если товарищество создано на определенный срок, в связи с истечением данного срока оно подлежит ликвидации (абз. 2 п. 2 ст. 61 ГК), соответственно, до его истечения выход участника из товарищества рассматривается как досрочный отказ от участия в товариществе. Досрочный отказ от участия в товариществе возможен не по любой, а только по уважительной причине. При отсутствии у причины уважительного характера выход из товарищества невозможен, впрочем, наличие у причины уважительного или неуважительного характера определяет само товарищество согласно той или иной модели управления им (п. п. 1 и 2 ст. 71 ГК). Так, для участника-гражданина это может быть болезнь или переезд и перемещение своего бизнеса в другой город; более сложным может стать обоснование уважительности причины выхода из товарищества для участников - ЮЛ. Нарушение участником процедуры выхода из товарищества, предусмотренной абз. 2 п. 1 ст. 77 (которая, как указывалось выше, во всяком случае является внесудебной), дает право как самому товариществу, так и другим его участникам на возмещение убытков, которые могут быть им причинены в связи с его выходом.
2. Независимо от того, о каком товариществе идет речь - учрежденном без указания срока или на определенный срок, его участники не вправе договариваться между собой об отказе от права выйти из товарищества. Подобные соглашения являются ничтожными (п. 2 ст. 77; ср. с п. 3 ст. 22 ГК).
Статья 78. Последствия выбытия участника из полного товарищества
Комментарий к статье 78
1. Комментируемая статья посвящена последствиям выбытия участника из товарищества, включая его смерть, исключение и выход из товарищества (п. 2 ст. 76, ст. 77 ГК). С выбытием участника из товарищества прекращается его членство (участие) в данном товариществе; одновременно возникает вопрос о реализации им самим (или его правопреемником) права