close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Глава из повести О.Б.Поповой "История в лицах"

код для вставкиСкачать
Николай Фёдорович Фёдоров (1829 - 1903), философ, деятель библиотековедения, педагог-новатор; легендарная фигура своего времени, восхищавшая современников синтети¬ческим умом, уникальными, энциклопедическими познаниями, подвижническим образом жизни.
Глава из повести О. Б. Поповой
"ИСТОРИЯ В ЛИЦАХ"
Москва, апрель 2001 г.
Николай Фёдорович Фёдоров -
"идеальный библиотекарь"
А теперь о библиотекаре как таковом -
человеке, выдающем книги читателям и об
щающимс
я с читателями. В Румянцевской библиотеке 25 лет (1874 -
1898 ) таковым был
Николай Фёдорович Фёдоров (1829 -
1903),
философ, деятель библиотековедения, педагог
-
новатор; легендарная фигура своего времени, восхищавшая современников синтети
ческим умом, уник
альными, энциклопедическими познаниями, подвижническим образом жизни. По своеобразной системе идей его называли "Московским Сократом", а Лев Нико
лаевич Толстой заявлял:
"Я горжусь, что живу в одно время с подобным человеком".
И ещё, у Л. Н. Толстого вырва
лась такая фраза:
"...если бы у меня не было своего учения, я был бы последователем учения Николая Фёдоровича!"
В воспоминаниях сына Льва Николаевича Ильи Львовича Толстого так зафиксирован образ Фёдорова: "Это был худенький, среднего роста старичок, всегд
а бедно одетый, не
обычайно тихий и скромный. Ходил зимой и летом в одном и том же стареньком ко
ротеньком пальто. У него было такое выражение лица, которое не забывается. При большой подвижности умных и проницательных глаз, он весь светился внутренней доб
ротой, доходящей до детской наивности. Если бывают святые, то они должны быть именно такими.
[Подчёркнуто мной -
О. П.] Николай Фёдорович не только орга
нически был неспособен причинить кому
-
нибудь зло, ноя думаю, что и сам он был неуяз
вим для всякого зла
. Говорят, что он жил в какой
-
то каморке, настоящим аскетом, спал на голых досках, питался кое
-
чем и всё отдавал бедным... Отец (Л. Н. Толстой)
[к стати, ровесник Фёдорова] всегда пылкий и несдержанный в разговорах, всегда выслуши
вал Николая Фёдоровича с особенным вниманием и никогда с ним не горячился...".
В течение 25 летней работы в библиотеке Московского Публичного и Румянцевского Музеев Фёдоров являлся духовным и нравственным средоточием всей её деятельности. Он был создателем своего рода "философии б
иблиотечного и музейного дела", инициатором но
вых форм его ведения, выдвинул идею международного книгообмена, разработал концепцию музейно
-
библиотечного самообразования, актуальную по сей день.
"Изумительным философом" назвал Фёдорова К. Э. Циолковский. С
Фёдоровской "Фи
лософии общего дела" начинается философское направление русского космизма, представ
ленное в XX веке такими учёными и философами, как В. И. Вернадский, А. Л. Чижевский, В. С. Соловьёв, Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков и др.
Жизненный путь и у
чение Николая Фёдоровича таковы.
Николай Фёдорович Фёдоров -
внебрачный сын князя Павла Ивановича Гагарина, о чём читаем в метрике Фёдорова: "у
проживавшей Елатомской округи
[Тамбовской губер
нии]
в сельце Ключах дворянской девицы Елисаветы Ивановны 1829 г
ода мая 26 дня не
законнорождённый сын мною молитвован и того же, 26
-
го числа мая ...по обряду хри
стианскому крещён, которому при том крещении наречено имя Николай".
По законам того времени, будучи не законным сыном и не имея право носить "имя" отца, полу
чил отче
ство и фамилию при крещении от крестившего его священника (Николая Фёдорова) и крёст
ного отца (Фёдора Карловича). Отцовских княжеских прав также не имел, поэтому был за
писан в купечество (и то хорошо, а то вот "незаконный" А.П. Бородин был запис
ан сыном крепостного слуги его отца
-
князя, счастье, что успел перед смертью отец "выкупить" сына у самого себя). Но все эти людские придуманные препоны ни на одну каплю крови не могли уменьшить наследственного
кровного
богатства Николая Фёдоровича, получен
ного с гена
ми от родного отца Павла Ивановича князя Гагарина, являвшегося 28
-
ым коленом рода Рю
рика -
князя Новгородского -
первого працаря нашего Отечества.
Удивительный род Рюрика, не угасший до ныне, дал более 30
-
ти святых русской пра
вославной церкви
-
св. княгиню Ольгу, св. князя Владимира, св. Бориса и Глеба, св. Андрея Боголюбского, св. Александра Невского, св. Даниила Московского... и дал начало 51
-
ому княжескому роду России -
Одоевских, Горчаковых, Волконских, Оболенских, Долгоруких, Вяземских, Д
ашковых, Голицыных... и в том числе -
Гагариных по следующей схеме (циф
-
ры перед именами -
порядковый номер колена от Рюрика):
1
-
Рюрик, князь Новгородский -
> 2
-
Игорь,
великий князь Киевский и жена его Свя
тая благоверная княгиня Ольга
-
>
3
-
Святослав,
великий князь Киевский и Малуша Любечанка, рабыня кн. Ольги
-
>
4
-
Владимир,
великий князь Киевский, святой и жена его "грекиня", княжна Рогнеда, дочь Полоцкого князя
-
>
5
-
Ярослав I
Мудрый, великий князь Киевский и жена его святая благо
верная Анна -
принцесса Ингигерда, дочь Шведского короля Олафа -
святого, -
>
6
-
Всеволод
I,
великий князь Киевский и жена его принцесса Анна, дочь Византийского императора Константина Мономаха
-
>
7
-
Владимир II
Мономах, великий князь Киевский и жена его поло
вецкая княжна
-
> 8
-
Юрий Долгорукий,
великий князь Киевский и Владимирский и жена его дочь половецкого хана Аепы Осеневича
-
>
9
-
Всеволод
III,
Большое Гнездо, великий князь Владимирский и жена его Мария, княжна чешская
-
> 10
-
Иван Каша,
князь Стародубский
-
>
11
-
Михаил,
князь Стародубский
-
> 12
-
Иван
-
Калистрат,
князь Стародубский
-
> 13
-
Фёдор Благоверный, князь Стародубский
-
> 14
-
Андрей,
князь Стародубский
-
> 15
-
Фёдор,
князь Стародубский
-
> 16
-
Иван младший
князь Лапа
-
Голибесовский
-
> 17
-
Михаил Иванович Гагара,
кн
язь Стародубский
-
Голибесовский -
> 18
-
князь
Юрий Михайлович Гагарин
-
>
19
-
князь
Юрий Юрьевич Гагарин -
>
20
-
князь
Андрей Юрьевич Гагарин -
>
21
-
князь
Пётр Андреевич Гагарин -
>
22
-
князь
Андрей Петрович Гагарин -
>
23
-
князь
Василий Андреевич Гагарин -
>
24
-
князь
В
асилий Васильевич Гагарин -
>
25
-
князь
Иван Васильевич Гагарин
и жена его Марфа Васильевна Позднеева -
>
26
-
князь
Алексей Иванович Гагарин
и жена его княжна Ирина Григорьевна Урусова -
>
27
-
князь
Иван Алексеевич Гагарин
и жена его Елизавета Ивановна Балабина
-
> 28
-
князь
Павел Иванович Гагарин -
>
29
-
Николай Фёдорович Фёдоров -
1829
-
1903.
Будучи кровным сыном князя Павла Ивановича Гагарина, то есть 29
-
ым коленом рода Рюрика и сомой именитой его ветви, Николай Фёдорович имел в себе кровь и генную память таких пред
ков: Игоря Рюриковича -
великого князя Киевского, его жены -
св. княгини Оль
ги, св. князя Владимира -
"крестителя" Руси, Ярослава Мудрого и его жены -
принцессы Ингигерды, будущей св. Анны, дочери Шведского короля Олафа (тоже святого в своей церкви), вели
кого князя Киевского Всеволода I -
одного из образованнейших людей своего времени, знавшего 5 языков -
и его жены Анны, дочери Византийского императора Константина Мо
номаха (и от неё -
какой шлейф генной памяти!); Владимира Мономаха и половецкой княж
ны, Юрия Долгорукого, Всеволода Большое Гнездо и его жены Марии -
чешской княжны и многих -
многих известных князей и княжеских дочерей -
их жён (например, княжны Уру
совой из древнейшего татарского княжеского рода). Имея такой истинно уникальный состав наслед
ственной памяти, Николай Фёдорович, естественно, имел и мудрую голову, и чистое сердце, и святую жизнь, явно демонстрируя, что главное в человеке -
кровь. И не важно -
по брачному ли союзу или по свободной любви попала эта кровь в человека, важно, что -
по
па
ла и "правит бал" своего кровного рода, передав человеку положенную ему судьбой долю всех родовых качеств внешности, характера, поведения, ума, всего генетического богатства рода.
Знал это прекрасно и Николай Фёдорович, будучи историком по происхождению
(неся в себе эстафету главной исторической линии России), по образованию (он -
учитель исто
рии), по призванию, по воспитанию -
и в семье отца, и в семье дяди -
предводителя дворян
ства, занимавшегося главным образом родословием своих подопечных; зная сво
ю родослов
ную, постоянно думая об этом (но не говоря -
ведь он -
не законный, как его это ранило!), часто повторял Фёдоров, что
"истинная религия -
это культ предков".
Таков генезис его учения о воскрешении "отцов" и праотцов. И как одна из форм воскрешен
ия Фёдоровым провидится воскрешение личности человека через исчерпывающее знание его предков, его генеалогического древа, через постепенное выстраивание истории [рода] как поминального списка всех умерших,
"по возможности обрастающего конкретными чертами п
режде существовавших личностей, всех без исключения ".
2
В радость нетленной душе Николая Фёдоровича на сегодня ясно, что генеалогия его всех 29
-
ти колен восстанавливается полностью, без белых пятен в истории и без чёрных по
маро
к в наследственности, восстанавливается и по времени , и по месту, и в деталях, о чём, возможно, к юбилею его памяти в 2003 году будет полно и обстоятельно сказано для всех и "вслух", о чём думал, но не смел сказать сам Николай Фёдорович. Как незаконный, о
н нико
гда не мог гордиться ни одним из своих знаменитых предков, больше того, о родном отце нельзя было никому говорить, а какой он был у него замечательный.
Во
-
первых и это главное -
отец Фёдорова обладал нежным, чувствительным сердцем, был необыкновенно
добрым и абсолютно бескорыстным человеком, всегда был преисполнен необыкновенной любви и глубокого уважения к своим братьям (не смотря на их холод
ность), и вся его духовная красота всегда светилась в его добрых больших глазах, и всё это унаследовал его с
ын Николай Фёдорович.
Во
-
вторых, Павел Иванович был натурой артистичной и многосторонне одаренной. Любовь к литературе, страсть к театру, он сочетал со склонностью к тонким ручным рабо
там. В его имении было немало мастерских вещей его собственного изготов
ления. Но более всего он любил музыку и, обладая абсолютным слухом, прекрасно играл и импровизировал на скрипке. В ночной тишине, не зажигая огня, Павел Иванович брал скрипку, изливал и из
бывал на ней свою тоску и горечь жизни.
"Как я любил слушать звуки его импровизаций, всегда почему
-
то грустных... Темой его вариаций часто бывали мотивы русских и мало
российских песен. Летом он играл у открытого окна, устремив свои большие глаза пря
мо небо, и кончал всегда на постепенно замиравшей высокой ноте. Эти скор
бные звуки наполняли огромный сад, доносились ко мне в мою кроватку, и я нередко засыпал под эти плачущие мелодии...",
вспоминал сын Павла Ивановича Александр Павлович Ленский.
И в
-
третьих, разумеется,
Павел Иванович,
как и положено было князю, был высоко образованным человеком -
он учился в Пажеском корпусе и сдал экзамены в Московском университете, службу начал с 24 лет в Коллегии иностранных дел, через несколько месяцев по собственному желанию уехал в Америку, в Филадельфию, где находилась в те годы рус
ская миссия.
Вернувшись в Россию в 1826 году и полностью оставив службу, князь Гагарин посе
лился в одном из своих родовых имений -
Сасове Тамбовской губернии. Здесь он преступил к осуществлению заветной мечты -
созданию собственного театра. Он подбирал из
собст
венных крепостных талантливых молодых людей и учил их частично сам или за свой счёт одних -
актёрскому мастерству, а других -
музыке. Затем все они проходили "стажировку" здесь же, в собственных домашних спектаклях и музыкальных представления. Во вс
яком случае позднее
"Павел
[Иванович]
прибыл в Одессу со своими актёрами и оркестром из крепостных людей и устроил здесь разные увеселительные для публики заведения, меж
ду прочим и театр, который слыл у иностранцев il teatrino Gagarini"
(театром Гагарина)
.
Местная печать отмечала слаженность коллектива, естественность актёрской работы, интересную постановочную работу. Современные исследователи оценивают театральное де
ло князя Гагарина как одно из самых значительных и передовых среди всех провинциальных юж
ных трупп того времени.
Вскоре по приезде из
-
за границы в Сасово Павел Иванович привёл в дом не венчанной женой
"дворянскую девицу"
Елизавету Ивановну Макарову, не из столбовых, зато имени
тых "новых" дворян
-
её прапрадед Пётр Алексеевич Макаров был крестн
иком Петра Вели
кого и двойным его тёзкой, а отец его был кабинет -
секретарём у Петра, за что и жалован был вотчиной в Тамбовской губернии, вместе с другими любимцами Петра -
Меньшиковым, Пашковым и прочими.
С Елизаветой Ивановной Макаровой Павел Иванович
в мире и согласии прожил около 10
-
ти лет, заведя пятерых детей: Елизавету Павловну Макарову (родилась в 1826 году и на
звана, как было принято на Руси, в честь бабушки -
матери Павла Ивановича -
Елизаветы Ивановны Балабиной, а то приятное совпадение, что и мать Фёдорова тоже звали Елизаве
той), Юлию Павловну Макарову (родилась в 1827 году), Александра Фёдоровича Фёдорова (родился в 1828 году, отчество тоже -
по крёстному отцу), Николая Фёдоровича Фёдорова
(родился в мае 1829 года) и ещё младшую дочь, имя которой пока не известно.
Таким образом, детство Николая Фёдоровича прошло в родовом имении отца -
Сасове в кругу семьи -
отца Павла Ивановича, матери Елизаветы Ивановны, сестёр Елизаветы и Юлии и старшего брата -
Александра. Отец л
юбил Елизавету Ивановну Макарову, иначе не пошёл бы на такой "вызов свету", каким считалась не венчанная семья, тем более, что "для забавы" в их краях и в то время было принято иметь крепостных (Дубасов И.И. "Очерки из истории Тамбовского края". В 4
-
х част
ях. М. 1883.) и, главное, что его незаконной семьи не прощали ему родные братья, а он, глубоко их любя, жестоко страдал от их отчуждения. Под
робно на этом останавливаюсь, потому что всё это видели, чувствовали и переживали вместе с ним его дети, в том чис
ле и Николай Фёдорович Фёдоров, который впоследствии писал:
"Чувство родства это самое естественное, первичное чувство, которое знает каждый ребёнок, более того, в самом раннем возрасте для него все взрослые —
дяди и тёти, все родные. Правда, вскоре сами в
зрослые, "успешно" вводят ребёнка в жесткую реальность всеобщей отчуждённости и неродственности...".
Тоже переживал и вспоминал впослед
ствии и другой незаконный сын Павла Ивановича -
Александр Павлович Ленский -
знамени
тый актёр МХАТ
-
а. Ленский рассказыв
ал, что в начале 1857 года брат Павла Ивановича Александр Иванович, оправившись после тяжелого ранения (узнав о нем из газет, Павел Иванович упал в обморок), должен был, направляясь на Кавказ к месту нового назначения, проехать мимо усадьбы в Сасове. Но он
не только не заехал к брату, но даже не взглянул на трепетавшего от волнения Павла Ивановича ("бледного, с широко раскрытыми глазами, раз
вевающимися по ветру полуседыми кудрями"), ждавшего его у подъезда вместе с десятилет
ним Сашей и его матерью.
"В алл
ее показался экипаж шестерней, с форейтором и ден
щиком на козлах. В карете сидел старик в полной генеральской форме, с лентой через плечо, с грудью, залитой орденами, блестевшими на солнце... Отец, держа меня за руку, ступил одной ступенькой ниже, протяну
л руку к карете, словно умолял остановиться. Старик сидел неподвижно, как изваяние, адъютант быстрым движением поднял стек
ло кареты, и экипаж скрылся за поворотом аллеи.
Отец до боли стиснул мою ручонку, оперся на колонну и низко опустил голову... Всю ноч
ь плакала отцовская скрипка, горько плакал и я в своей кроватке, потрясенный горем отца и смутно сознавая и свою большую долю в этом горе...".
(За горькие слезы ребёнка и жестокую боль брата Александр Иванович вскоре получил возмездие той же силы -
смертел
ьную рану и только через пять дней физических страданий умер.)
Родная семья Николая Фёдоровича распалась в миг, так как отец Павел Иванович, взяв двух старших дочерей -
Елизавету и Юлию Макаровых, приблизительно в 1836 году уехал в Одессу, а его сыновья
-
бр
атья Фёдоровы -
Александр и Фёдор с 1836 по 1842 год учились в Шацком уездном училище, а жили у дяди князя Константина Ивановича Гагарина -
Шацкого уездного предводителя дворянства.
Затем с 1842 по 1849 год братья учились в Тамбовской губернской мужской ги
мназии, учились в лучшее время её истории, когда гимназия готовила к университету и к практиче
ской чиновнической деятельности. В 1839 году, инспектировавший гимназию чиновник и деливший всех на отличных, хороших и средственных, нашёл, что в Тамбовской гим
назии все преподаватели отличные, за единственным исключением -
учителя немецкого языка.
Жили братья Фёдоровы в Тамбове у того же дяди Константина Ивановича, ставшего уже Тамбовским предводителем дворянства. В свете , в городах Шацке и Тамбове, в учебных з
аведениях, в семье дяди братья не являлись князьями, родными племянниками дяди, они считались "купеческими детьми" и били у Константина Ивановича "из одного человеколю
бия на воспитании" и на его средства учились. Это обстоятельство (скрывание родства в гл
а
зах света) более всего ранило маленького Колю, который рано
"узнал...о том, что есть и неродные, чужие, и о том, что сами родные -
не родные, а чужие".
Далее, на средства дяди братья учились в Ришельёвском лицее в Одессе -
высшем учебном заведении по тип
у университета, но в 1851 году их дядя князь Константин Ивано
вич умер, и им приходится бросить учёбу из
-
за отсутствия средств (отец их к этому времени совершенно разорён своим театром и живёт новой незаконной семьёй в Сасове).
4
Николай Фёдорович около двух лет самостоятельно готовится к сдаче госэкзамена на право преподавания и, получив оное, с 1854 по 1868 год служит учителем истории и геогра
фии в уездных городах. С первых шагов службы учителя Фёдорова характеризует
"суровое с
амоограничение, исключительная добросовестность в работе (после уроков он каждый раз дополнительно занимался с отстающими), мужественное отстаивание интересов учеников, помощь самым бедным из них".
Именно в это время впервые встретились Нико
лай Фёдорович и юный Николай Павлович Петерсон, которому Фёдоров показался старше свох лет, и Петерсон пишет:
"Он был тогда лет сорока, красивый брюнет, среднего рос
та, с прекрасными карими глазами, а не с голубыми, как говорит И. Л. Толстой в своих воспоминаниях... Ни
колай Фёдорович не долго пробыл при мне в Богородске, -
рассказы
вал позднее Петерсон,
-
всего месяца три, но эти три месяца обогатили меня больше, чем вся предыдущая жизнь, и дали прочную основу для всей последующей жизни".
С 1869 по 1873 год Николай Фёдо
рович -
помощник библиотекаря Чертковской (част
ной) библиотеки в Москве, а с 1874 по 1898 год -
заведующий Читальным залом Румянцевской библиотеки.
Труд свой в Библиотеке Николай Фёдорович рассматривал "как священное дело ". " В разных вариантах передаётс
я рассказ об одном из первых посещений Толстым Румянцевской библиотеки:
"Мало ли глупостей написано: следовало бы все сжечь", -
вырвалось у Толстого при взгляде на бесконечные книжные полки. Фёдоров вспыхнул: книга была для него святыней, надгробным памятн
иком, отпечатком жизни умершего автора, кото
рый должен быть со временем... воскрешён и воссоздан весь по этому бледному отпе
чатку.
"Много я видел на своем веку глупцов, а такого ещё не видел", -
отвечал он и "гне
вался" на него несколько дней. Тот сконфу
жено извинялся и просил прощения." (А.К. Горский. "Перед лицом смерти ").
Фёдоров знал несколько европейских языков, разбирал китайскую письменность, знал чуть не наизусть содержание всех книг Румянцевской библиотеки и этим непостижимым бо
гатством знаний щедро делился со всеми страждущими. Л.Н. Толстой считал и называл Фё
дорова "идеальным библиотекарем". В библиотеку Николай Фёдорович приходил за два часа до открытия, чтобы подобрать читателям необходимые книги. А уходил последним, чтобы иметь время порыт
ься в каталогах и справочниках. Поэтому читатели часто в кипе заказан
ных книг по теме находили издания, о существовании которых они не подозревали.. Николай Фёдорович не только мог посоветовать, где искать книгу, если её не было в библиотеке, но и покупал
её на свои деньги. Сюда, в каталожную к Николаю Фёдоровичу, собирались учёные, писатели, философы. Существует немало воспоминаний о Фёдорове -
собеседнике, о его "речи, рассыпавшей мысли, как водопад брызги,"
его остроумных сравнениях и выводах, его
" бес
едах, поражавших учёностью и образованностью решительно во всех отраслях знания "
(Г. П. Георгиевский).
Под обаяние светлой личности Фёдорова попадали все завсегдатаи Библиотеки, по
этому после ухода его из Музея горевали все, о чём сослуживцы писали Фёдор
ову в своём коллективном письме:
"... как мы, так и читатели ... без Вас положительно осиротели и чувствуем себя беспомощными"
(14 подписей).
"Ваше присутствие в Музее необходи
мо как интеллектуальная и духовная власть, которая без Вас отсутствует ... Ваше
служение в Музее представляло нечто в роде священства, а теперь там мечутся без пастыря и алчут духовной пищи "
(С.П. Щуров).
"Музей теряет в Вас силу, которую ему заменить, конечно, неким"
(В.Э. Ден) и так далее.
Николай Фёдорович вёл аскетическую жизнь,
но если кто
-
нибудь называл его ас
кетом, он сердился. Какой аскетизм! Он имеет счастье работать в величайшей лабо
ратории, созданной человеческой мыслью, -
библиотеке. Его жизнь многогранна и дея
тельна. Разве не в библиотеке осознавался мир и проектирова
лось его будущее.
Считая грехом всякую собственность, даже на идеи и книги, Фёдоров ничего не публиковал. Избранные отрывки и статьи Фёдорова под названием "Философия общего дела" ("Верный", т. 1, М., 1906; т. 2, М., 1913) были изданы его учениками, в том числе Петерсоном. Суть его учения, очень кратко: достижение бессмертия, воскрешение
мыслится Фёдоровым как "общее дело" человечества, ведущее к всеобщему братству и родству, к преодолению всякой вражды –
разрыва между мыслью и дело
м, учеными и “неучеными”, богатством и бедностью и т.д.
Фёдоров часть своего 30
-
рублёвого жалования раздавал рабочим и низшим служащим.
Незадолго до смерти Фёдоров вышел в отставку и получил пенсию 17 руб. 51 коп. в месяц. Фёдоров скоро вернулся в библиоте
ку -
не потому, что ему не хватало этих денег -
он снимал угол за 6 рублей в месяц, но он не мог жить вдали от книг.
В 1903 году, 75 лет от роду, он скончался в Москве, на койке Мариинской больницы. "Во всех областях человеческой деятельности есть свои гер
ои, подвижники, святые. Таким героем и подвижником в области книговедения был, по свидетельству всех его знавших, Николай Фёдорович Фёдоров",
-
говорится в журнале "Библиотекарь" за 1911 г. Выпуск 1.
Похоронили Фёдорова на кладбище московского Скорбященско
го монастыря (на ны
нешней Новослободской улице). В 1929 году могила Фёдорова, в числе других могил, под
верглась надругательству. Кладбище Скорбященского монастыря было стерто с лица земли, утрамбовано под парк и игровую площадку, буквально, по мрачному п
ророчеству Фёдорова, обращено в "гульбище". Симптом нравственного одичания, о котором предупреждал фило
соф памяти, призывавший живущих обратиться сердцем и умом к кладбищам, отчётливо, выступил наружу: "сыны человеческие" с очевидностью превращались в "бл
удных сынов, пирующих на могилах отцов".
Интерес к философии и жизни Николая Фёдоровича в настоящее время оказался столь велик, что в 1993 году открыт музей
-
библиотека Н. Ф. Фёдорова, заведует которым его стра
стная почитательница Анастасия Георгиевна Гаче
ва. С 1997 года ежегодно в Москве прово
дятся Фёдоровские чтения с последующей публикацией сборника всех выступлений; и -
главное и основное в увековечивании его памяти -
это издание в 1998 -
2000 годах его, Ни
колая Фёдоровича Фёдорова "Собрания сочинений в четырёх томах" (5
-
й том -
комментарии и примечания) -
монументальный, научный, добросовестный труд подвижников -
состави
телей этого сборника (А. Г. Гачевой при участии С. Г. Семёновой), труд, по которому со
ставлена данная статья о Николае Фёдоровиче Фё
дорове.
Автор
tavintsev
Документ
Категория
История
Просмотров
91
Размер файла
490 Кб
Теги
О.Б.Попова, Николай Фёдорович Фёдоров, История в лицах
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа