close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Советская наука в годы Великой Отечественной войны

код для вставкиСкачать
2005г., Москва, "зачет"
ДЕПОРТАМЕНТ ОБРАЗОВАНИЯ ГОРОДА МОСКВЫ
""
_____________________________________________________________________________
РЕФЕРАТ ПО ИСТОРИИ ОТЕЧЕСТВА
ТЕМА:
"Советская наука в годы Великой Отечественной войны"
Выполнила ст. гр.
З. С. И.
Консультант
Москва 2005 г.
Содержание:
I. Введение..................................................................................2.1
II. Наука в годы Великой Отечественной войны.....................................3
1.Линия научной обороны...................................................6
2.Советская историческая наука...........................................15
3.Книгоиздание................................................................16
III. Заключение. Их доля победы........................................................21
Литература..................................................................................22
I. Введение
В этом году исполняется 60 лет со дня великой победы. Сколько было пролито слез сколько сказано торжественных речей, но не иссякнет наша благодарность великим освободителям, людям которые не щадя своей жизни шли в атаку, сутками не спали изобретая более мощную броню или стоя за конвейером завода. И хотя исторические реалии заставляют нас пересмотреть и без того несладкую пилюлю победы, количество жертв, методы достижения победы, да и ее цели, сталинские лагеря, несправедливость, но простой солдат, ученый, труженик - не заслужили того отношение которое сейчас к ним практикуют. Они делали все для победы, все для свободы своей родины. Их подвиги затрагивают самые великие чувства благодарности, тем миллионам известным и безымянным героям, ратно трудившимся во благо единого дела. Я выбрала эту тему, чтобы попытаться реабилитировать в нашей памяти, осужденных и расстрелянных ученых, интеллигенцию. Высказавших свое, независимое от партии мнение, а то и просто оклеветанных анонимкой неизвестного завистника. Не имевших тогда никаких прав кроме как умереть за родину. Ни один маршал и генерал не был столь патриотичен как они. Работая день и ночь в лагерных казематах, в болотах испаряющих смрад, не видя поощрений и элементарной благодарности, но уверенных в победе, пусть даже и "...одну на всех..."!
Сегодня их вклад, особенно на западе, историки сильно занижают, хотя в таких условиях как они работали, было невозможно жить, не то что творить. Они - же создавали заделы на десятилетия вперед, они внесли огромный вклад не только в советскую, но и мировую науку. Склоняем голову перед их подвигами, хотя они не были на передовой, не бежали с криком "УРА" на дзот противника. У них была своя война, не столь заметная на первый взгляд, но не мене жаркая и драматична , ведь и на полях научных сражений особенно с нашей стороны было множество жертв. Чья броня крепче, чьи самолеты летают быстрее, вот что было их передним краем обороны. На полях сражений полегло десятки миллионов солдат, а, сколько ученых было расстреляно или умерли в лагерях. Когда мы знаем имена отличившихся героев воинов, имена этих героев со стороны науки будут надолго скрыты грифом секретно, а то и стенами лагерей. Сколь много ими было сделано: ученые внесли значительный вклад в решение таких оборонных проблем, как создание новых взрывчатых веществ и бронебойных снарядов, высокопрочной брони для танков, более совершенных оптических приборов для авиации, артиллерии, танков и подводных лодок, увеличение скорости и дальности полета самолетов, усовершенствование радиоаппаратуры и радиолокационных устройств, новые способы получения горючего и пластмасс. Но их успехи не заканчивались изобретением новых, более эффективных способов убийств, несмотря на все запреты, они вносили свою в мирную жизнь, создавая проекты с расчетом на будущую мирную жизнь. Проекты по исследованию космического пространства, философские выкладки, теории "мирного атома". Несмотря на все трудности, они не опустили руки, не поддались панике царящей в первый год войны. Не попытались бежать, они делали все, что бы хоть на немного приблизить день победы.
Так усвоим же уроки истории и попытаемся сделать все от нас зависящее, чтобы не дать трагедии 20-го века повториться.
II. Наука в годы Великой Отечественной войны
Освещение этого вопроса в наибольшей степени перестроено в соответствии с требованиями времени. Цена победы - узловая проблема истории Войны. Однако наша историография все еще сводит дело лишь к значению победы. Не изжиты пока и известные по военным временам представления: "какая война без жертв", "война спишет все", "победителей не судят". Какие бы жертвы не были: великие умы того времени, высказывающие своё, непохожее на мнение правящих верхов мнение, или простой солдат отдавший свою жизнь за будущее своей родины. И хотя сегодня уже трудно кого-либо убедить в том, будто не было грубых просчетов руководства СССР накануне и в ходе войны, неоправданных репрессий в отношении работников науки и интеллигенции, мы нередко все еще пытаемся объединить добро и зло в ее истории под высокими словами "героическое и трагическое". Наукой оказала исключительную роль, исключительное мужество армии и народа, их способность превзойти противника в науке, технике и военном искусстве. До сих пор неизвестны точное число погибших военнослужащих, умерших в лагерях ученых, расстрелянных оппозиционеров, хотя в годы Великой Отечественной войны именно наука внесла значительный вклад в развитие оборонного потенциала СССР. Во второй половине 1941 г. на восток были эвакуированы 76 научно-исследовательских институтов, в составе которых работали 118 академиков, 182 члена-корреспондента АН СССР, тысячи научных сотрудников. Их деятельность направлял Президиум Академии наук, перебазированный в Свердловск. Здесь в мае 1942 г. на общем собрании академии были обсуждены задачи, вставшие перед учеными в условиях войны. Ведущими направлениями научных исследований явились разработка военно-технических проблем, научная помощь промышленности, мобилизация сырьевых ресурсов, для чего создавались межотраслевые комиссии и комитеты. Так, в конце 1941 г. была создана комиссия по мобилизации ресурсов Урала, курирующая также запасы Сибири и Казахстана. Во главе комиссии стояли академики А. А. Байков, И. П. Бардин, С. Г. Струмилин, М. А. Павлов и др. В тесном сотрудничестве с инженерами-практиками ученые нашли методы скоростной плавки металла в мартеновских печах, литья стали высокого качества, получения проката нового стандарта. Несколько позднее специальная комиссия ученых во главе с академиком Е. А. Чудаковым внесла важные предложения по мобилизации ресурсов Поволжья и Прикамья. Благодаря ученым-геологам А. Е. Ферсману, К. И. Сатпаеву, В. А. Обручеву и другим были разведаны новые месторождения железной руды в Кузбассе, новые источники нефти в Башкирии, месторождение молибденовых руд в Казахстане. Значительным был вклад ученых-математиков П. С. Александрова, С. Н. Бернштейна, И. М. Виноградова, Н. И. Мусхелишвили. Активно трудились на оборону физики А. Ф. Иоффе, С. И. Вавилов, П. Л. Капица, Л. И. Мандельштам, химики Н. Д. Зелинский, И. В. Гребенщиков, А. Н. Несмеянов, А. Е. Фаворский, Н. Н. Семенов. Ученые А. П. Александров, Б/А. Гаев, А. Р. Регель и другие успешно решили проблему противоминной защиты кораблей. В 1943 г. была разработана технология выделения плутония из облученного урана. Осенью 1944 г. под руководством академика И. В. Курчатова был создан вариант атомной бомбы со сферическим подрывом "внутрь", а в начале 1945 г. был пущен комбинат по производству плутония.
Ученые СССР достигли значительных успехов в области биологии, медицины и сельского хозяйства. Они находили новые растительные виды сырья для промышленности, изыскивали пути повышения урожайности продовольственных и технических культур. Так, в восточных районах страны было в срочном порядке освоено возделывание сахарной свеклы. Огромное значение имела деятельность ученых-медиков: академиков Н. Н. Бурденко, А. Н. Бакулева, Л. А. Орбели, А. И. Абрикосова, профессоров-хирургов С. С. Юдина и А. В. Вишневского и других, вводивших в практику новые способы и средства лечения больных и раненых воинов. Доктор медицинских наук В. К. Модестов сделал ряд важных оборонных изобретений, в том числе замену гигроскопической ваты целлюлозной, использование турбинного масла как основы для изготовления мазей и др.
Необходимым условием успешного развития народного хозяйства страны явилась непрерывная подготовка новых кадров в вузах и техникумах. В 1941 г. число вузов уменьшилось с 817 тыс. до 460 тыс., прием в них сократился вдвое, численность студентов уменьшилась в 3,5 раза, а сроки обучения составили 3-3,5 года. Однако к концу войны численность студентов, особенно в результате возросшего приема женщин, приблизилась к довоенному уровню. В годы войны плодотворно трудились создатели оружия и военной техники. Особое внимание уделялось совершенствованию качества артиллерийских систем и минометов. В этой области большая заслуга принадлежит ученым и конструкторам В. Г. Грабину, И. И. Иванову, М. Я. Крупчатникову, и др. Успехи в производстве стрелкового вооружения были достигнуты при ведущей роли конструкторов Н. Е. Березина, В. А. Дегтярева, С. Г. Симонова, Ф. В. Токарева, Г. С. Шпагина. Советским ученым удалось во много раз сократить сроки разработки и внедрения новых образцов вооружения. Так, хорошо зарекомендовавшая себя 152-мм гаубица была сконструирована и изготовлена в 1943 г. за 18 дней, а массовый выпуск ее освоен за 1,5 месяца. Около половины всех типов стрелкового оружия и подавляющее количество новых образцов артиллерийских систем, состоящих на вооружении в действующей армии в 1945 г., были созданы и пущены в серии за время войны. Калибры танковой и противотанковой артиллерии увеличились почти вдвое, а бронепробиваемость снарядов - примерно в 5 раз. СССР превосходил Германию по объему среднегодового выпуска полевой артиллерии более чем в 2 раза, минометов - в 5 раз, противотанковых орудий - в 2,6 раза. Усилиями советских танкостроителей, особенно рабочих и инженеров уральского "Танкограда", сравнительно быстро было преодолено преимущество противника в бронетанковой технике. К 1943 г. стал нарастать перевес советских Вооруженных Сил в танках и самоходно-артиллерийских установках. Отечественные танки и САУ по своим боевым характеристикам значительно превосходили зарубежные аналоги. Огромная заслуга в их создании принадлежала Н. А. Астрову, Н. Л. Духову, Ж. Я. Котину, М. И. Кошкину, В. В. Крылову, Н. А. Кучеренко, А. А. Морозову, Л. С. Троянову и др.
Со второй половины 1942 г. неуклонно наращивался выпуск самолетов и авиадвигателей. Самым массовым самолетом советских ВВС стал штурмовик Ил-2. Большинство советских боевых самолетов превосходили по своим характеристикам самолеты германских ВВС. Во время войны в серийное производство поступили 25 моделей самолетов (включая модификации), а также 23 типа авиадвигателей. В создание и совершенствование новых боевых машин внесли вклад авиаконструкторы, М. И. Гуревич, С. В. Ильюшин, С. А. Лавочкин, А. И. Микоян, В. М. Мясищев, В. М. Петляков, Н. Н. Поликарпов, П. О. Сухой, А. Н. Туполев, А; С. Яковлев, создатели авиамоторов В. Я. Климов, А. А. Микулин, С. К. Туманский. 1. Линия научной обороны
Музей истории КГУ. С А.П.Александровым - академиком, президентом АН СССР. 1985г. В мае 1985 года, в дни празднования 40-летия Победы, в Музее истории Казанского университета открылась выставка, названная нами "Линия научной обороны". Она была посвящена научному подвигу ученых московских и ленинградских институтов Академии наук СССР, эвакуированных в Казань в годы Великой Отечественной войны.
Первыми посетителями выставки стали участники 42-й выездной сессии Академии . наук СССР во главе с ее президентом А.П.
Александровым и вице-президентами В.А. Котельниковым, А.Л. Яншиным и К.В. Фроловым. В книге почетных гостей музея сохранился их отзыв: "Сердечно благодарим коллектив музея и за создание такой интересной впечатляющей экспозиции и за прекрасную демонстрацию ее нам. Удивительно, что буквально во все периоды существования Университета через него прошло столько выдающихся людей. Математики, физики, химики, политические, общественные и литературные деятели, выдающиеся медики - вся эта когорта показывает, что в Казанском университете царила творческая обстановка, рождалось новое. И до сих пор школа Завойского-Альтшулера родила одно из важнейших направлений -резонансную радиоспектроскопию. Если учесть и ранние направления наук, рожденные здесь - неевклидова геометрия, выдающиеся химические исследования и медицинские, то можно сказать, что Казанский университет является выдающимся не только в нашей стране, но и в мировой науке. Желаем коллективу музея дальнейших творческих успехов, думаем, что было бы хорошо создать передвижную экспозицию для ознакомления всей нашей страны".
Созданию выставки предшествовал большой исследовательский и поисковый труд сотрудников музея. Два с лишним года мы работали в архивах Академии в Москве и Ленинграде, в архивах академических институтов и лабораторий, встречались и переписывались с известными учеными, родными и близкими тех, кто не дожил до тех дней.
О.Ю.ШмидтА.Ф.ИоффеЛ.А.ОрбелиЗаинтересованность и поддержка руководства президиума Академии наук и архива Академии, директора архива Б. Левшина, многих москвичей, ленинградцев, казанцев и бескорыстных наших помощников (скажем, Н.Е. Завойская в те годы была "чрезвычайным и полномочным представителем" музея в Москве) способствовали успеху нашей работы, позволили собрать богатейшую коллекцию, насчитывающую свыше пятисот единиц. В ней -документы, фотографии, книги и рукописи, письма и воспоминания, личные вещи академиков А.Ф. Иоффе, С.И. Вавилова, Л.Д. Ландау, И.Е. Тамма, К.К. Марджанишвили, А.Н. Фрумкина, И.И. Толстого. Эта коллекция легла в основу экспозиции, раскрывшей неоценимый вклад ученых Академии наук СССР в Победу. В июле \W года было принято решение об эвакуации учреждений АН СССР из Москвы и Ленинграда. 19 июля в Казань вылетел вице-президент О.Ю. Шмидт, на которого было возложено руководство размещением академических учреждений, сотрудников и их семей. В музее хранятся командировочное удостоверение и авиабилеты О.Ю. Шмидта.
С.И.ВавиловП.Л.КапицаН.Н.СеменовС 23 июля в Казань начали прибывать эшелоны с людьми и оборудованием. Город гостеприимно принял эвакуированных. Большую роль в их размещении сыграл А.Е. Арбузов, назначенный уполномоченным президиума по их устройству. Впоследствии академик А.Н. Несмеянов, возглавлявший Институт органической химии, вспоминал: "Он встретил и наш эшелон, устроил на ночлег в здании университета, и мы сразу же почувствовали тепло и заботу. В считанные дни все были устроены с жильем, институты получили здания для размещения, закипела работа по их приспособлению. В центре всей этой кипучей деятельности стоял А.Е., всегда спокойный, благожелательный, распорядительный".
Центром академической жизни стал Казанский университет, который предоставил Академии свои аудитории, лаборатории, все подсобные и служебные помещения. Временно под общежития были оборудованы актовый и физкультурный залы. В музее, в его основной экспозиции, демонстрируется рисунок "Актовый зал в годы войны" - этот дружеский шарж был помещен в один из номеров стенгазеты Ленинградского физтеха.
Н.М.ЭмануэльЯ хорошо помню физкультурный зал в 43-м году, так как жила там с мамой, сотрудницей Ленинградского ботанического института. Сейчас трудно представить зал университетского музея в военные годы: сто пятьдесят кроватей, отгороженных друг от друга простынями или картонками; проходов между ними нет, раздеваться или одеваться можно только пригнувшись или на корточках, в зале полумрак, несмолкающий гул голосов и шум примусов...
В главном корпусе университета находился президиум Академии, возглавляемый вице-президентами О.Ю. Шмидтом и Е.А. Чудаковым, а с 1943 года - А.Ф. Иоффе и Л.А. Орбели. Здесь же размещались несколько крупных академических институтов, в том числе ФИАН, Институт физпроблем и Физтех.
И.М. Франк, в то время старший научный сотрудник одной из лабораторий ФИАНа (впоследствии академик, лауреат Нобелевской премии), рассказывал мне о невероятно трудных условиях жизни и быта эвакуированных ученых. Институт вывез из Москвы почти все научное оборудование. Места для его размещения не хватало - лаборатории была предоставлена одна комната - и большая часть его оставалась в ящиках, загромождавших коридоры университета. Когда требовалось достать какой-нибудь прибор, приходилось переставлять множество больших тяжелых ящиков, затем снова их заколачивать и взгромождать друг на друга. Помещение плохо отапливалось - температура была близка к нулевой, а иногда и ниже, поэтому зимой работали в пальто. Питались очень скудно. Заботы о пропитании, об отоваривании продовольственных и хлебных карточек, очереди в столовой, обработка крошечных огородов занимали уйму времени, отвлекая от научной работы.
Академик И.Е. Тамм (не знаю, в шутку или всерьез) вспоминал, что один из сотрудников Физтеха, размещенного в помещении Этнографического музея, использовал экспонат музея по его прямому назначению:
добытую где-то горстку ржи он смолол с помощью примитивных жерновов, принадлежавших какому-то индейскому племени. Большой популярностью пользовались котлеты и шашлыки из моллюсков, которых ловили в Казанке. В их честь была сочинена песнь (автор - член-корреспондент АН СССР Л.А. Галин).
ПЕСНЬ О МОЛЛЮСКАХ
Вслед Господу начнем мы песню о скользких моллюсках,
Тех, что питаньем служили мужам благодарной науки. Много моллюсков живет в морях, Посейдону подвластных, В странах заморских они доставляют блистательный жемчуг. Также другие известны, из коих божественный пурпур Раньше могли добывать для окраски порфир венценосцев.
Но не о них наша песнь. Во владениях бога Иерея,
Коему тоже подвластны в долинах текущие реки, Племя иное живет.
Ни жемчугом ярким не славны, Не доставляют и пурпур они, но в пищу однако пригодны. Ясно для каждого, как их готовить. Описывать это не будем:
Скажем лишь только, что мы из моллюсков съедобных котлеты Ели и ими остались довольны и всякого есть призываем. В реке сарматской Казанке мы много моллюсков ловили. Очень больших и превкусных.
Но так ли в Москве это будет?
То мы не знаем, и ныне мольбу посылаем Нерею, Дабы и там он снабдил нас моллюсками этими вволю.
Е.В.ТарлеИ.М.ФранкЯ.И.ФренкельБ.Г.ГалеркинГ.М.КржижановскийН.Е.КочинВ этих тяжелых условиях академические институты направляли все свои усилия на помощь фронту. Ученые проявляли самоотверженность и мужество, работая по двенадцать часов в сутки.
Уже в августе-сентябре 1941 года был разработан первый план работы Академии наук в условиях войны. Он включал в себя более двухсот тем, связанных с задачами обороны страны. В конце сентября - начале октября в Казани состоялось расширенное заседание президиума с участием директоров институтов, на котором обсуждалась тематика научных исследований; было принято постановление о создании Тематической комиссии в целях дальнейшего совершенствования планирования оборонных работ, в состав которой вошли О.Ю. Шмидт, Е.А. Чудаков, А.Ф. Иоффе, Н.Н. Семенов, В.П. Никитин и другие ученые.
В фондах музея хранятся текст постановления президиума от 2 октября 1941 года, а также планы и отчеты академических учреждений за 1941-43 годы.
О работах Физического института им. П.Н. Лебедева академик С.И. Вавилов впоследствии писал: "Без всякого принуждения, лаборатории изменили темы своих работ так, что они помогали Красной Армии, военной промышленности, госпиталям".
С.И. Вавилов, руководивший одновременно двумя институтами - ФИАНом и Государственным оптическим институтом, эвакуированным в Йошкар-Олу, сумел объединить их усилия для решения важнейших оборонных задач. В 1942 году сотрудники лаборатории люминесценции, которой непосредственно руководил Вавилов, разработали методы и средства светомаскировки военных объектов. На одном из казанских предприятий было организовано производство светосоставов постоянного действия. Новые средства светомаскировки отправлялись на авиационные пороховые заводы, использовались при маскировке пристаней на Волге. Вместе со свои" сотрудником С.А. Фридманом Вавилов разработал выпущенную на казанском заводе серии люминесцентных ламп особой конструкции для Военно-Морского Флота. Были изготовлены специальные оптические устройства для ведения прицельного огня в ночное время.
Созданием акустических тралов - эффективного средства борьбы с вражескими минами - успешно занималась другая лаборатория ФИАНа, которой заведовал Н.Н. Андреев. Значительную часть работ он вместе с сотрудниками своей лаборатории проводил на боевых кораблях Черного и Балтийского морей. С их помощью акустическими тралами было оборудовано около сорока военных кораблей.
Важные военные темы, связанные с радиолокацией, разрабатывались в лаборатории Н.Д. Папалекси. В лаборатории Б.М. Вула был сконструирован прибор для борьбы с обледенением самолетов. Г.С. Ландсберг зимой 1941 -42 годов организовал оптические мастерские в одной из комнат Краеведческого музея, где было налажено изготовление стилоскопов. Приборы немедленно передавались представителям оборонных заводов и фронтовых ремонтных частей Красной Армии. Всего во время войны до возобновления промышленного производства было изготовлено около ста приборов.
Одним из самых крупных достижений Ленинградского физико-технического института, руководимого А.Ф. Иоффе, явилась работа по защите боевых кораблей от магнитных мин и торпед. Известно, что ни один корабль, снабженный системой противоминной защиты, не подорвался на вражеской мине. Инициатором этой работы были А.П. Александров и Б.А. Гаев, а наиболее активными участниками внедрения этого метода - И.В. Курчатов, П.Г. Степанов, В.Р. Регель и В.М. Тучкевич, работавшие на разных флотах. В 1942 году ученые были удостоены Сталинской премии первой степени. Рядом с фотографиями ученых на выставке экспонировалось командировочное удостоверение И.В. Курчатова, направленного в Севастополь для выполнения срочного спецзадания на Черноморском флоте.
"Мне очень грустно, что жизнь не очень складывается легко, - писал Игорь Васильевич в Казань жене, - но не грусти, настанет время и опять придут счастливые дни для нашей работы, а значит и для нас".
Привожу полностью письмо А.Ф. Иоффе в Молотовский райвоенкомат Казани - ходатайство о награждении А.П. Александрова медалью "За оборону Сталинграда": "Зав. лабораторией Ленинградского Физтех. института АН СССР, лауреат Сталинской премии, проф. Александров Анатолий Петрович в августе-сентябре 1942 г. находился по специальному заданию зам наркома ВМФ в г. Сталинграде, где осуществлял руководство защитой кораблей Волжской Военной Флотилии. Работа проф. Александрова протекала непосредственно в боевой обстановке на кораблях ВВФ, часто в условиях бомбежки и обстрела. Четкая и самоотверженная работа проф. Александрова обеспечивала успешное выполнение задания, жизненно-важного для обороны Сталинграда. Проф. Александров выбыл из Сталинграда только по приказу командующего ВВФ, контрадмирала тов. Рогачева после окончания всех необходимых работ".
Помню волнение и слезы на глазах Анатолия Петровича, когда он прочитал это письмо на выставке в музее.
Один из крупных отделов Ленинградского физико-технического института, руководимый А.Ф. Иоффе, изучал электрические и тепловые свойства полупроводников. Его исследования использовались в изготовлении "партизанского котелка" - термоэлектрического генератора, который предназначался для питания радиостанций в партизанских отрядах и разведывательных группах. При встрече с Анной Васильевной Иоффе, вдовой Абрама Федоровича, мы попросили ее рассказать, что из себя представляет этот "котелок" (АВ. Иоффе - физик). По ее совету нашли и описание, и фотоснимок "котелка" в журнале "Наука и жизнь" за 1965 год, и снимок его появился в нашей экспозиции. Анна Васильевна передала в дар музею фотографии выдающегося физика в разные годы жизни, монографии, статьи военных лет, его личные вещи.
Выдающимся событием в научной жизни Академии стали работы П.Л. Капицы по созданию новых методов достижения низких температур и получения жидкого кислорода. Прибыв в июле 1941 года в Казань, Институт физических проблем сразу же приступил к монтажу оборудования. И скоро кислород стал поступать в казанские госпитали. "Война обостряет нужду в кислороде, - говорил П.Л. Капица, выступая с докладом на собрании президиума 18 мая 1943 года. - Нам надо было
действовать энергично, чтобы использовать для нашей страны все возможности, которые открывает для промышленности наш метод получения кислорода". В Казани Капица создал самую мощную в мире турбинную установку для получения его в больших количествах, необходимых в военной промышленности. "В этих работах сочетались научный и инженерный талант, может быть, гениальность Петра Леонидовича", - заметил В.Ф. Иоффе.
Два с лишним года находился в Казани Институт химической физики, руководимый академиком Н.Н. Семеновым, впоследствии лауреатом Нобелевской премии. Институт глубоко изучал процессы горения и взрывов. Ценные исследования в области теории горения и детонации в газах проводил молодой ученый профессор Я.Б. Зельдович, впоследствии академик, трижды Герой Социалистического Труда. Исследованием горения порохов реактивных снарядов для "катюш" занимался другой сотрудник института - профессор Ю.Б Харитон, также позднее академик и трижды Герой Социалистического Труда.
А.Н.НесмеяновВ.Г.ХлопинИ.В.КурчатовА.Н.КрыловИз архива Института химической физики мы получили два замечательных документа - соцобязательства Я.Б. Зельдовича и Ю.Б Харитона на II квартал 1942 года. На одном из них рукой Якова Борисовича написано, что он обязуется полностью, в срок и на высоком качественном уровне выполнить важнейшие пункты квартального плана: выяснить природу аномалий горения пороха посредством вмешательства в процесс; исследовать воспламеняемость пороха в различных условиях; оформить расчетно-теоретические расчеты.
Нетрудно понять, какое огромное значение для обороны страны имели эти исследования, удостоенные Сталинской премии.
Я показала этот документ Зельдовичу при встрече с ним в Москве в 1984 году. Он много шутил и смеялся, но не возражал против демонстрации его на выставке. Яков Борисович подарил музею фотографию, написав на ней "40 лет спустя": Ю.Б. Харитон, Я.Б. Зельдович и В.И. Гольданский. Сорок лет назад совсем молодыми они жили и работали в Казани.
Радиевый институт возглавлял основатель научной школы радиохимиков, создатель радиевой промышленности В.Г. Хлопин. В Казани он разработал способ получения светосоставов с применением радиотория. При его непосредственном участии проводились переработки государственных запасов радия с целью выделения радиотория для производства светосоставов, необходимых оборонной промышленности. В 1943 году за эту работу Хлопин и его коллеги были удостоены Сталинской премии.
Важнейшие исследовательские работы, направленные на достижение скорейшей победы, вели сотрудники всех химических институтов. В институте органической химии профессором И.Н. Назаровым, впоследствии академиком, был разработан карбинольный клей, нашедший широкое применение для ремонта боевой техники на заводах и в полевых условиях. Рядом с уникальным экспонатом - клеем Назарова на выставке в музее были помещены фотографии сотрудников института, обучающих пользоваться клеем военных инженеров и техников, книги по применению клея для ремонта автодеталей и танков, а также письма с фронтов, сообщающие об эффективных результатах его применения в армии.
В условиях военного времени ученые Академии жили полнокровной творческой жизнью: не прекращались и фундаментальные теоретические исследования, во всех институтах успешно проходила защита кандидатских
и докторских диссертаций. Результаты изысканий обсуждались на научных конференциях. Совместно с Казанским университетом были проведены юбилейные сессии, посвященные 100-летию синтеза анилина Н. Зининым, 300-летию И. Ньютона, 150-летию Н. Лобачевского.
Многое сотрудники академических институтов одновременно работали в Казанском университете. Очень повезло в эти годы студентам историко-филологического факультета, они слушали лекции академиков ЕВ. Тарле, БД. Грекова, И.И. Толстого. Бывший студент Н. Муньков сохранил пригласительные билеты на лекции академиков и передал их в музей. Лекции студентам физмата и химфака читали видные ученые Б.Н. Делоне и Л.С. Понтрягин, АН. Несмеянов, АФ. Капустинский, ПА Ребиндер, АА Гринберг. Активно участвовали сотрудники Академии наук в лекционной пропаганде среди населения города. Бюро научно-технической пропаганды возглавлял академик А. М. Деборин. Только с 1 ноября 1941 года по 1 марта 1942 года было прочитано свыше двухсот лекций.
Заметный вклад в историю отечественной науки внесли труды, созданные учеными в Казани. Это "Крымская война" Е.В. Тарле, "Заметки по теории турбулентности" академика АН. Колмогорова, известная "казанская" работа другого видного математика П.С. Александрова, статьи Д.С. Лихачева, публиковавшиеся в 1943-44 годах в "Историческом журнале" и журнале "Звезда": "Культура Руси на рубеже XIV-XV веков", "Культура Киевской Руси при Я. Мудром", "Военное искусство древней Руси...". В 1943-44 годах член-корреспондент Я.И. Френкель писал в Казани свою широкую известную монографию "Кинетическая теория жидкостей". Сын Якова Ильича Виктор Яковлевич прислал в музей первое издание книги и фотографию дома на улице Шмидта, где жил физик. В садике, прилегавшем к дому, находился маленький сарай, который Яков Ильич приспособил под рабочий кабинет, - в нем за столом из куска фанеры, положенном на колени, писал он этот труд.
Замечательную книгу "Мои воспоминания" выдающийся математик, механик, кораблестроитель академик А. Н. Крылов написал в Казани в 1941 году. Сергей Петрович Капица, внук А.Н. Крылова, в своем письме в музей рассказывает: "Я хорошо помню, как дед по вечерам читал свою рукопись, а мы с братом и другими домашними, затаив дыхание, слушали. Чтение иногда заходило поздно, иногда гасли свечи, и оно продолжалось при неровном свете керосиновой лампы, придавая этому еще более необыкновенный вид". В музее хранятся несколько страниц рукописи Алексея Николаевича, первое издание книги 1942 года с автографом автора. Более позднее издание книги музей получил в подарок от дочери А.Н. Крылова Анны Алексеевны Капицы с ее дарственной надписью: "Эта книга была написана Алексеем Николаевичем в Казани в 1941 году, как хорошо, что она будет в музее КГУ".
Встреча с Анной Алексеевной надолго запечатлелась в моей памяти. В конце 1984 года во время очередного приезда в Москву П.Е. Рубинин, референт П.Л. Капицы, созвонившись с Анной Алексеевной, проводил меня и сотрудницу музея Н.В. Пельникевич к красивому двухэтажному особняку на территории Института физических проблем. Здесь с 1956 по 1984 год жил ПЛ. Капица. В доме все сохраняется в том виде, в каком он был при его жизни (сейчас в нем мемориальный музей).
Анна Алексеевна встретила нас очень приветливо и гостеприимно. Но нас не покидало чувство волнения и трепета - мы находились в доме, где жил и творил один из самых выдающихся ученых XX века, человек огромного мужества, непререкаемого авторитета во всем научном мире (тот же трепет мы ощущали и в квартире А.Ф. Иоффе). Анна Алексеевна тепло вспоминала Казань, говорила о людях, которые ее окружали, о казанских друзьях, с благодарностью говорила о враче-гинекологе М.В. Монасыповой, с которой не порывала связь. И ни словом не обмолвилась о житейских трудностях и невзгодах, которые просто не могла не испытать ее большая семья во время эвакуации. Не упомянула и о своей самоотверженной работе в госпитале. Об этом мы узнали из книги хирурга В.В. Кованова "Призвание". Ежедневно, как на работу, приходила она на дежурства, заботливо ухаживала за тяжело раненными. Анна Алексеевна брала с собой в госпиталь своих сыновей-подростков Сергея и Андрея, будущих известных ученых, которые помогали катать бинты, заготовлять материал для операционной и перевязочной, подавали раненым воду или чай, кормили обедом.
Помощь раненным бойцам Красной Армии сотрудниц Академии наук и жен ученых - это особая страница в жизни эвакуированной в Казань Академии наук СССР.
Существенную помощь казанским госпиталям оказали Физиологический институт им. Павлова и институт эволюционной физиологии, возглавлявшиеся академиком Л.А.Орбели. Коллективы этих институтов и сам Леон Абгарович вложили много труда в повышение квалификации госпитальных врачей, организовали циклы лекций на физиологические и медицинские темы. Орбели часто бывал в госпиталях, иногда по просьбе хирургов присутствовал на операциях, находил время, чтобы подробно разобрать наиболее тяжелые случаи ранений, деликатно советовал применить тот или иной метод лечения.
Всеми силами ученые стремились помогать фронту, и не только своей научной работой в институтах и лабораториях. Все, начиная с лаборанта и кончая академиком, были постоянными участниками многочисленных субботников и воскресников: грузили уголь, разгружали вагоны и баржи, расчищали от снега посадочную полосу аэропорта...
Особый интерес и оживление посетителей выставки вызвал помещенный в экспозиции Приказ по Казанской группе Ленинградского физико-технического института от 8 января 1943 года: "Во исполнение распоряжения управделами АН СССР приказываю тт. Александрову А.П., Регелю В.Р., Шишкину Н.И., Щепкину Г.Я., прибыть в "Техснаб" к т. Степанову для погрузки угля. Бригадир - АП. Александров".
Страстные голоса ученых звучали на митингах, по радио, в печати. В начале 1942 года в Казани возникло движение за создание Фонда обороны. Многие ученые вносили в него свои денежные сбережения и госпремии. Бережно хранятся в университетском музее заявления в бухгалтерию Академии наук, написанные на клочках бумаги академиками Е.В. Тарле, БД. Грековым, АН. Крыловым, НД. Папалекси с просьбой во время войны вычитать из их зарплаты однодневный заработок в Фонд обороны страны.
Победа в Великой Отечественной войне совпала с празднованием 220-летия Академии наук. На юбилейной сессии звучали слова благодарности советским ученым, помогавшим фронту и тылу, внесшим огромный вклад в разгром врага, в Победу.
В связи с 275-летием Российской академии наук музей вновь обратился к одной и самых героических страниц ее истории. 13 мая здесь открылась вторая выставка, посвященная научному подвигу ученых АН СССР. 2. Советская историческая наука.
Потери историко-научного сообщества, преподавательского и студенческого корпуса в период войны. Эвакуация основных академических институтов и части историков на восток страны. Утраты в источниковой и материальной базе исторических исследований в результате военных действий. Переориентация в государственной идеологии, ее новые национально-патриотические тенденции и изменение в связи с этим научной проблематики и общей оценки исторического прошлого. Поиск героико-эпохальных личностей и событий в русской истории. Возвращение имен выдающихся полководцев прошлого (А. Невского, А. Суворова, М. Кутузова) и активизация интереса к традициям русской армии, военной истории. Военно-патриотическая и общественная деятельность советских историков. Создание антифашистского комитета советских ученых, участие в нем историков. Влияние эвакуированных историков на становление исторической науки в союзных и автономных республиках СССР. Создание историй союзных республик. "История Казахстана" и полемика вокруг ее концепции. Начало изучения истории Великой Отечественной войны. Закрытое совещание историков при ЦК ВКП(б) в 1944 г.: причины созыва, итоги. Отражение патриотических исторических воззрений на экранах советского кинематографа (фильмы "Иван Грозный", "Александр Невский", "Федор Ушаков" и т.д.)
3. Книгоиздание Великая Отечественная война оставила неизгладимый след в истории нашей страны и всего мирового сообщества. Вполне оправдано, что годы войны выделяются в самостоятельный исторический период. Это в полной мере относится и к истории книгоиздательства, которое пережило большие перемены в военное лихолетье. Примечательно, что в экстремальных условиях духовная жизнь страны продолжалась, культура развивалась, книги издавались, но война повелительно востребовала книги нового содержания и направления. Ученые и деятели культуры их создавали, а издатели публиковали с пометкой "Молния". Они отвечали интересам защиты Родины, могучему призыву "Все для фронта". Книга воспитывала чувства патриотизма и любовь к стране, являлась сильным оружием в борьбе против нашествия иноземцев. В целом в годы войны число изданных книг заметно упало. По сравнению с предвоенным годом в 1943 г. их стало меньше почти в три раза. Если сопоставлять среднегодовые показатели, то урон, нанесенный книгоизданию, особенно значителен, в частности, по естественным наукам и математике уменьшилось издание книг в 3,2 раза, по политической и социально-экономической литературе - в 2,8 раза, по языкознанию и литературоведению - в 2,5 раза. Невзирая на все тяготы военного положения, библиотека Академии наук СССР продолжала обслуживать читателей, поставлять литературу в соединения и части действующей армии, книги о А.В. Суворове, М.И. Кутузове, о боевом прошлом русского народа. Были организованы библиотеки-передвижки. Государственная Публичная библиотека им. М.Е. Салтыкова-Щедрина во время блокады всегда была открыта, несмотря на отсутствие света и тепла. За время войны в библиотеке умерло 138 сотрудников, большинство - зимой 1941/42. Нельзя не сказать и о печатных СМИ в годы блокады, которые были азящим оружием в борьбе с врагом. В годы блокады в Ленинград поступали "Правда", "Известия", "Комсомольская правда". В Ленинграде в течение всей блокады выходили "Ленинградская правда" и "Смена". С 28 июля по 14 сентября 1941 г. вышло 46 номеров специальной газеты - ""Ленинградская правда" на оборонной стройке". Это был самый напряженный период битвы за Ленинград. С 6 июля по 6 октября 1941 г. было выпущено 79 номеров газеты "На защиту Ленинграда" - органа Ленинградской армии народного ополчения. Выпускалась газета "Боец МПВО", а также фронтовые газеты - "На страже Родины" и "Красный Балтийский флот". Вносили свою лепту в борьбу с врагом и заводские многотиражки: "За трудовую доблесть" (Кировский завод), "Балтиец" (Балтийский завод), "Ижорец" (Ижорский завод), "Молот" (завод им. В.И. Ленина) и др. В военные годы Москва продолжала оставаться ведущим издательским центром. В течение 1941-1945 гг. вышло 1300 номеров "Правды". На ее страницах выступали М. Калинин,Г. Кржижановский, Д. Мануильский, В. Карпинский. Е. Стасова, Е. Ярославский, А. Толстой, М. Шолохов, А. Фадеев, военачальники, герои битв, солдаты, офицеры, генералы. Служили фронту "Известия", "Красная звезда" (в ней только И. Эренбург напечатал около 400 публикаций), "Комсомольская правда", "Московский большевик" (ныне "Московская правда"), "Московский комсомолец", "Вечерняя Москва". Одновременно газеты являлись и трибуной освещения передового ответа ударников военного производства. В годы войны в Москве выходило более 100 заводских многотиражек. Роль печатных СМИ в разгроме врага трудно переоценить. В целом число газет, выходивших в годы войны, точно определить не представляется возможным. Для примера: только в 1943 г. были вновь созданы 74 дивизионных многотиражки и около 100 новых армейских газет. Приводятся данные, свидетельствующие о том, что, например, в 1944 г. на фронтах издавалось почти 800 газет суммарным разовым тиражом, превышающим 3 млн. экземпляров. Военная обстановка потребовала пересмотра издательской политики и издательских портфелей. Так, крупнейшее в стране издательство художественной литератур Гослитиздат законсервировало 1132 рукописи и 67 исключило из редакционного портфеля. Как результат - падение в 1942 г. числа изданий художественной литературы, по сравнению с 1940 г., на 47% . О художественной литературе военного времени, нельзя не отметить изменения в политике издания так называемых толстых литературных журналов, которые, конечно, многократно уступали по оперативности и массовости газетным публикациям . Прекратили выпуск немало таких журналов, а оставшиеся -"похудели" и изменили периодичность выхода в сторону сокращения числа номеров и год. Литература как бы перемещается из журналов на страницы газет, заняв существенное место в "Правде", "Известиях", "Комсомольской правде". Здесь печатаются не только очерки, публицистические статьи, рассказы, стихи, но и пьесы, повести. главы романов. Так, только в "Красной Звезде" были помещены главы повести В. Гроссмана "Народ бессмертен" (1942), "Рассказы Ивана Сударева" (1942), "Русский характер" (1943) и многие публицистические статьи А. Толстого, "Зеленый луч" Л. Соболева (1943), статьи и очерки И. Эренбурга, В. Гроссмана, К. Симонова, П. Павленко, стихи Н. Тихонова, В. Лебедева-Кумача, М. Исаковского и др. Большая группа писателей стала постоянными корреспондентами центральных газет, где печатались их повести, романы, поэмы и пьесы. В качестве примера можно привести публикации в газете "Правда": в июле опубликована пьеса К. Симонова "Русские люди", в августе - "Фронт" А. Корнейчука, в сентябре - главы поэмы "Василий Теркин" А. Твардовского, в октябре - "Алексей Куликов, боец" Б. Горбатова, в ноябре - рассказы из книги "Морская душа" Л. Соболева. В последующие годы "Правда" печатает главы нового романа М. Шолохова "Они сражались за Родину" (май 1943 -июль 1944), "Непокоренные" Б. Горбатова (май, сентябрь, октябрь 1943), "Дорогами побед" Л. Соболева (май-июнь 1944), главы повести Л. Леонова "Взятие Великошумска" (июль-август 1944) и др. Огромную роль в борьбе с врагом сыграла и поэзия военных лет . "Казалось бы, грохот войны должен заглушить голос поэта", укладывать литературу "в узкую щель окопа", но "литература в дни войны становится истинно народным искусством, голосом героической души народа", - так оценивал роль лирики военных лет в докладе на юбилейной сессии Академии наук 18 ноября 1942 г. А. Толстой.В военные годы поэзия, без сомнения, была приравнена к штыку. "Мобилизованными и призванными" себя считали: А. Твардовский, А. Сурков, К. Симонов, С. Кирсанов, И. Сельвинский, С. Щипачев, А. Прокофьев, О. Бергольц, В. Инбер, А. Жаров, И. Уткин, С. Михалков и др. Газеты публиковали поэтические письма из тыла. Создавались десятки вариантов песен известных авторов, "продолжения", "ответы". К таким поэтическим произведениям относилась, например, песня М. Исаковского "Огонек". Если говорить об отечественном книгоиздании в целом, то оно, несмотря на все трудности военного времени, обеспечивало первоочередные потребности страны не только в литературе на военные темы, но и по проблемам политическим, производственным, техническим, общекультурным и научным. Так, за 1941-1945 гг. было издано почти 170 млн. экземпляров художественной литературы, 111 млн. экземпляров учебников всех видов, 60 млн экземпляров детской и более 50 млн экземпляров научной литературы. Важным этапом государственной политики сохранения, в частности, научного потенциала страны было решение о перебазировании научных учреждений на восток. Эвакуация московских институтов и лабораторий АН СССР началась уже в последней декаде июля. В числе эвакуированных на первом этапе было и академическое издательство, перебазированное в Казань, где начал работать Президиум Академии наук. Уже 30 сентября 1941 г. там проходило его расширенное заседание. В целом динамика выпуска книг и журналов Академией наук в военные годы приведена в таблице. Для сравнения даются также данные по предвоенному и первому послевоенному годам. В предвоенном 1940 г. академическое издательство достигло сравнительно высокого уровня выпуска изданий: по количеству книг и журналов он приближался к 1000 названий, а по объему в авторских листах - к 13 тыс. Уже в 1946 г. был превышен уровень первого года войны. Казалось бы, в суровое военное время не до культуры книги. Многие лучшие специалисты - на фронте, плохая бумага, условия работы - на пределе человеческих возможностей. Однако и в эти годы культура книги не стояла на месте и приумножала культурное богатство страны. Поэтому считаем правильным рассматривать не только роль и место книги в годы войны, но и книжной культуры в обществе. Вкратце упомянем в связи с этим о понятиях "книжная культура" и "культура книги", а также критериях, их определяющих. О книжной культуре мы говорим как о синтезе духовной культуры и искусства, продукте духовной культуры и духовного производства, материальной культуры и материального производства. Говоря о книге, ученые неоднократно подчеркивали уникальность ее роли в системе культуры. Приведем два примера. По определению И.В. Поздеевой, книга в России в XVII в. выступает как важнейший "факт и фактор культуры", а по образному выражению Б.И. Краснобаева и Л.А. Черной, книга в России является детищем культуры и "одновременно главным ее строительным материалом" . Книга как явление и памятник культуры - это и "потребитель" достижений науки, культуры и образования, но книга - это и барометр культуры общества, его духовности, источник знаний и прогресса. Конечно, по отношению к книге военного времени вряд ли можно говорить в полном объеме об искусстве художественного конструирования издания, искусстве переплета, типографском искусстве. Однако можно считать бесспорным фактом оправданный выбор издательского репертуара, оставившего заметный след в истории книжной культуры. В золотой фонд вошли многие прозаические и поэтические произведения. изданные в военные годы (солдат в окопе с томиком стихов любимого поэта!). В 1943 г. начинается издание полного собрания сочинений И.А. Крылова, а в 1944 г. - 20-томного собрания сочинений А.П. Чехова. И это в разгар военных действий! А изданные рукописные письма с фронта? Это целая глава в истории общества и его культуры. Здесь и переиздание книжных памятников, выпуск духовной литературы, талантливая популяризация науки - плод труда крупнейших ученых. К книжным памятникам как "ценностной категории, воплотившей результаты человеческой деятельности, историю и культуру своей эпохи", относят рукописные книги и издания, вышедшие до 1830 г. включительно. Однако к ним могут быть отнесены и издания более позднего исторического периода, в которых "получают специфическое отражение... события и эпохи большой исторической значимости". Руководствуясь этим бесспорным принципом, многие произведения военного времени должны быть отнесены - и отнесены самой историей - к памятникам книжной культуры. Конечно, в силу ограниченных возможностей военного времени большинство изданий имело строгое оформление. В то же время в 1943 г. издательство "Искусство" приступило к изданию двух серий "Изобразительное искусство" и "Театр", выпуски которых содержали полутоновые иллюстрации (среди них "Архитектурные ансамбли Ленинграда"), двукрасочные обложки, гравюры на дереве М.В. Материна. В Гослитиздате выходили сборники в оформлении и с превосходными линогравюрами художников Е.И. Когана, Б. Дехтярева ("Василий Теркин"). Крупнейшие художники-оформители книги - В.А. Фаворский, А.П. Остроумова-Лебедева, Д. Шмаринов - и многие другие создают в годы войны замечательные графические серии. Искусство плаката также открыло новую страницу в истории книжной культуры военного времени. Роль и место книги в истории Великой Отечественной войны и книжной культуры в культурном строительстве общества еще ждут своего достойного отражения в исследованиях и публикациях историков, культурологов, книговедов. III. Заключение. Их доля победы
Ученые внесли значительный вклад в решение таких оборонных проблем, как создание новых взрывчатых веществ и бронебойных снарядов, высокопрочной брони для танков, более совершенных оптических приборов для авиации, артиллерии, танков и подводных лодок, увеличение скорости и дальности полета самолетов, усовершенствование радиоаппаратуры и радиолокационных устройств, новые способы получения горючего и пластмасс. В целом их суммарный вклад равнялся победе. Среди источников нашей победы в Великой Отечественной войне на первый план справедливо выдвигается массовый героизм советских людей, как на передовой так и в тылу. Хотя наука это - героизм другого рода - длительный и тяжелый ратный труд тысяч ученых в условиях постоянной смертельной опасности, беззаветный труд служащих, научно-технической интеллигенции при предельном напряжении духовных и физических сил, часто в условиях голода и холода.
Состояние научного тыла и уровень его развития создают необходимые условия и непосредственно влияют на степень реализации боевых возможностей войск в операциях и в войне в целом. По мере развития интеллектуального потенциала эта зависимость возрастает и усиливается, что в свою очередь требует соответствия состояния и возможностей тыла состоянию Вооруженных Сил, а это возможно только при одновременном их развитии. Наука есть постижение мира, в котором мы живем. Соответственно этому науку принято определять как высокоорганизованную и высокоспециализированную деятельность по производству объективных знаний о мире, включающем и самого человека. Вместе с тем производство знаний в обществе не самодостаточно, оно необходимо для поддержания и развития жизнедеятельности человека. Победа в этой великой войне была во многом достигнута благодаря развитию образования и создания новых совершенных технологий. Всесторонняя образованность населения - главная опора науки. Поскольку в условиях ускорения НТП процесс совершенствования отраслей промышленности принимает революционную форму, возникает необходимость в дальнейшем развитии их Тыла. Часть опыта тех лет могли бы найти применение и в современных условиях, поэтому заслуживает самого пристального изучения.
Литература:
1)www.ibmh.msk.su/vivovoco - Сперанский А.В - "Проект Ахей"
2)www.kazadmin.narod.ru - В.И. Васильев
3)www.voinf.ru - В.В.Ванчугов, проф. Н.Г. Георгиева. 4)www.modernhistory.omskreg.ru - Омский университет, 2000, Бычков С.П.
5)Немировский Е.Л. Книгоиздательство и полиграфия в годы Великой Отечественной войны.- Полиграфия, 1965, №5. 6)Вернадский В.И. Труды по всеобщей истории науки. М., 1988
7)"История Великой Отечественной Войны Советского Союза 1941-1945" под ред. Поспелова П. Н.
8)"Писатели во фронтовой печати (1941-1945 гг.). - История русской советской литературы. Т. III. 1941-1957 гг. М., 1961,; Жуков С.И. Фронтовые газеты в период завершающих побед Советской Армии (1944-1945 гг.). - Вопросы журналистики. М., 1959.
2
Документ
Категория
История отечественного государства и права
Просмотров
4 422
Размер файла
166 Кб
Теги
рефераты
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа