close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Мастер Пепка - Адуда или Некробыль 2002

код для вставкиСкачать
"...Стиль произведения — то, что обычно сейчас любят называть постмодернизмом, а иногда — «метафизическим реализмом». На мой взгляд, тексты Г. Злобо — это метафизический сюрреализм. Некогда научную фантастику не признавали за литературу — мол, к че
Мастер Пепка
АДУДА
Некробыль 2002
The below information has been prepared for informational purposes only. The below does not constitute an offer, recommendation or solicitation to buy or sell, nor is it an official confirmation of terms. The below is based on information generally available to the public from sources reasonably believed to be relable. Master Pepka makes no representations or warranties, express or implied, as to the accuracy or completeness of the below information or that any returns indicated will be achieved. Readers should determine for themselves the relevance of the information. Changes to assumptions may have a material impact on any returns indicated. Past performance is not indicative of future returns.
0.
Сначала в комнате сделалось душно. Заработавший наконец бесперебойно механизм у стены издавал густое гудение. Внезапно всё снова стихло, стрелка манометра вздрогнула и медленно съехала вниз. Клей присел на корточки и, откинув длинную панель в основании машины, осторожно просунул часовую отвёртку в прорезь на пыльной ручке тумблера. Тишина. Затем один из верхних цилиндров отъехал в сторону, и блестящее металлическое устройство, напоминающее миниатюрную тележку, выкатилось из-под кожуха и остановилось, уперевшись в панель с датчиками.
Придётся подождать... - Пробубнил под нос Клей, медленно поворачивая отвертку. 68433 светил ему из-за спины. Раздался чуть слышный щелчок, тележка пришла в движение и бесшумно прокатилась по верхней планке. Клей проверил датчики, тронул клавиатуру, на вспыхнувшем с вкрадчивым треском экране монитора возникли и побежали столбцы мелких цифр.
А когда Макар-то кинулся? - Спросил 68433, уныло наблюдая за тележкой, которая, обогнув жимагель, отъехала вниз и замерла на десятой риске. Первого. - Клей занёс показания и снова взялся за отвёртку, - Посвети еще. А календари у него почему остались? Ты меня спрашиваешь? - Клей криво улыбнулся, подошёл к монитору. Экран подёрнуло, перелистнуло, в левом углу его замигал зелёным столбиком график; Клей удовлетворённо ударил по клавише "ввод" и достал из холодильника пиво:
На третьем этапе он сел. Так что про календари всё должно было быть известно... Однако не до-смот-рели... - Он протянул открытую бутылку 68433 и повернулся к тележке. Тускло мерцая, она еле заметно двигалась к барабану. 68433 сделал мощный глоток и икнул:
Ну, а ведущий что говорит? При чем тут ведущий? - Клей повернулся, снисходительно щурясь, - Ведущий вообще своим делом занимался, ему до этих календарей... он даже где чья кладка не в курсе... От Макара дневник между прочим остался: почитай, если хочешь, чтоб ждать веселее было. Но там всё равно ничего не ясно. А где? Да вон, возьми, на принтере. 68433 поставил бутылку на столик и подошёл к принтеру. Тележка застыла возле жимагеля. Он взял в правую руку пачку листов и, подхватив бутылку левой, стал ходить взад-вперёд по комнате, читая и прихлёбывая.
1.
20 бычи
Губительно быть рядом со старыми книгами. Коль скоро я начинаю вести дневник, необходимо будет позаботиться о технических деталях: чтобы он никогда не состарился. Для этого можно будет оплавить страницы полиэтиленом, пропитав их предварительно раствором кураре в девичьей моче. Платиновую обложку я уже заказал. А теперь вот сижу и думаю: на кой черт мне сдались все эти хлопоты? Когда Бор писал свою книгу, он не думал об этом. А может, думал? Просто денег не было. Даже золотые зубы своей жены заложил цыганам. Думал о продаже органов, да только кому они нужны? Старый гуммозный ливер никому неизвестного советского чиновника. В те времена Бор не мог на это рассчитывать, потому что Страх был сильнее. Но это, разумеется, всего навсего моё предположение.
21 бычи
Сильный снег. Утром ездил к Лобанову за копией четвёртого архива. В принципе, четвёртый мне нужен лишь для полноты картины: ничего принципиально нового он не содержит. Черновик десятой главы у меня есть - оба варианта, один даже с рисунком самого Бора (голова ящерицы с глазом как значок BMW и продписью: "то, что разъедает меня изнутри"). Потом все записи так называемого Царского периода, а вместе с ними очерк с Бауманки - всё это было добыто еще весной. Могут оказаться интересными некоторые дополнительные факты о Кузьме Валентиновиче Пряхине, но "скульдо" расскажет больше. Но пусть будет. Так и душе спокойнее.
22 бычи
Камилла попыталась-таки вмешаться. Но я не сержусь: в конце концов я сам втянул её. Прочитал её набросок описи и показал коробку с мёртвым ежом. Мясо разложилось до полужидкого состояния, черви в необычайном оживлении ликуют в иглах. Запах очень крепок. Камиллу вытошнило оранжевым. Пэссарь!
24 бычи
Если бы не моя настороженность во всём, что касается возможных контактов Бора с тогдашними представителями оппозиции, исследования давно бы уже зашли в тупик. Вспоминаю в этой связи случай с Николаем. Очень показателен. Факты - упрямая вещь, и тратить силы на восстановление завещания представляется мне сейчас глупой авантюрой. Есть довольно точное описание сына Бора (получено от "скульдо"). Это был молодой человек (23 года) среднего (173 см) роста при весе около 70 кг. Длинные костистые руки, ногти широкие, плоские. На лице примечателен был рот, разъеденный по углам щёлочью. Нос миниатюрный, чуть сморщенный. Глаза карие. Волосы редкие, русые. На правом плече татуировка: знак доллара, цифра ХХ и правосторонняя свастика. В 1999 году, предположительно, осенью, сын Бора задушил шлангом от стиральной машины свою любовницу Анастасию, приходившуюся по некоторым сведениям ему двоюродной сестрой, расчленил тело электролобзиком и раскидал части в колодцы коллектора. После этого он исчез и не появлялся вплоть до событий в Павшино. А если предположить, что он - автор "Пироссо", то кто тогда был тот таинственный высокий осетин с железными зубами? Говорили, что сын Бора зач
1 шкицъ
Вчера не успел, не успел дописать мысль: не дали обстоятельства, был срочно отвлечен. Сегодня уже острота не та, да и сомнения: надо ли? Причем тут сын Бора? Разве писатель не мог создать искусственного человека путём рассудочной формулы? А если всё же сын Бора и осетин с железными зубами - одно лицо, возникает закономерный вопрос: почему все свидетели происшедшего в Павшино упоминают о плавных звуках, доносившихся вроде бы из горла трупа самого Бора (именно из горла) - и ни слова о найденных там же костяных флейтах? Я ведь общался со специалистами по этому вопросу. Такие флейты можно изготовить не только из человеческих костей. Зимой они, естественно, жёстче. Это чисто зимняя жёсткость, обусловленная низкими температурами. И вот если играть на такой флейте где-то при минус десяти по Цельсию уже, и при достаточно высокой влажности, неминуемо начинается расслоение тканей, и прямо неподвижно, слой за слоем, так что можно их поддевать ногтем как пластинки слюды и отколупывать, кости то есть, конечно. И в этом свете всё сразу становится ясно: сын Бора никогда не существовал. Под личиной худощавого парнишки с разъеденным ртом скрывался
2 шкицъ
Пожиратели Кала идут по высоковольтному проводу друг за другом, и каждый последующий сжимает клоакой лучистый жезл из прозрачной резины, что трепещущим плющом вьётся из темени впередиидущего. Они поют "Головы" и исчезают на пороге ночи.
4 шкицъ
Чистота не должна быть в тягость, ибо в этом случае она тотчас обращается в нечистоты. Такова уж природа человека, иной исход кажется им невероятным, пока они не разбухли так, что собственная кожа стала теснить их.
Я предложил искоренить лица носителей следующих имён: Ермолай, Григорий, Совокупеец, Манчжа, Рубыль, Головода, Сидор, Сидорей, Сидорро, Куль, Матвия, Конь, Зыбь.
Я предложил изменить правила отождествления, потому что уже давным-давно никто не живёт по этим правилам. Только в субботу Олег обездвижил томского курьера своей новой сывороткой и содрал с него кожу при помощи складного ножа и плоскогубцев. Умирающий курьер пытался петь "Головы" пока не потерял сознание. Его неглубоко зацементировали.
5 шкицъ
Смотрел фильм про ракетчиков.
6 шкицъ
Уничтожил квитанции, по которым получил третий архив и копию "Посвящения".
Я вёз их на электричке из Сергиева Посада. Полупустые вагоны, седина инея в грязных оконных проёмах. Я сидел у двери на жёсткой деревянной скамье, читал книгу. Рюкзак с документами лежал зажатым между правым боком моим и стеной. Внезапно я ощутил тёплое шершавое прикосновение к шее сзади. Не поворачиваясь, посмотрел отражение в чёрном полированном стеке, положенном вместо закладки. Высокий худощавый брюнет, чуть лысоватый; коричневый полушубок расстёгнут, виден мятый белый ворот сорочки. Я впился зубами ему в пальцы, одновременно вытянул из рукава нож, вспорол снизу вверх брюхо, свободной рукой зажимая гаду рот: "Иссь!..." И тёпленькая склизкая кровь, словно сперма в трусах, и облегчение, облегчение, когда чуешь, как обмякает, подрагивая, плоть, жизнь уходит, выплёскиваясь жидким стулом... У меня в такие моменты возникает острая тянущая эрекция, и невзирая на опасность, истома сладкая всплывает под рёбра. Тогда я начинаю дышать. Дыхательная гимнастика успокаивает нервы.
Всё это вспомнилось вдруг, когда жёг сегодня в ведре бумаги. Прикрыв глаза, тихо улыбался, ковыряясь в промежности пальцами. Сосущее успокоение в сочетании с хитрой расслабленной злобой. Кровь в ушах стучит как колёса поезда. Напряжение, однако, не ослабевало. Я решил помочь себе руками и, целиком отдавшись воспоминаниям, сжал горячий ствол в ладони...
...Я не мог оставить рюкзак с документами. Повесил его на крюк у окна, а подёргивавшееся в конвульсиях тело подвалил к стене в позе зародыша. Аккуратно разрезал джинсы, вдохнул тёплый дух опрелости. Немногочисленные пассажиры не обращали на нас внимания. Обнажив пульсирующий танто и поплевав на дырку, пристроился. Умирающий судорожно сжал сфинктер, но я вонзил ему лезвие в правую почку, расслабив. Вошел, вмяв в глубину кишок загустевший кал; быстрыми толчками распалил себя, с приглушенным писком излился в недвижимое уже тело. Извлёк и наскоро вытер танто подвернувшимся подолом рубахи. Настал самый ответственный момент: надо было извлечь осеменённую плоть. Перевернув труп на спину, я раздвинул края разреза; засучив рукава, углубился в чрево, добрался до туго набитой экскрементами ампулы прямой кишки, срезал её под сигмой с одной стороны и у самого сфинктера с другой, быстро извлёк начинённый семенем обрубок и туго перетянул с обоих концов рыболовной леской, закупорив. Бережно завернув в газету, упаковал в полиэтиленовый мешок, сунул в рюкзак.
И вот теперь оглядываюсь на шкаф у северного окна. Отошёл от ведра: бумага вся истлела. Открыл дверцы, выдвинул контейнер - третий справа, второй сверху - с той самой личинкой, из электрички. Назвал Козидло. Коготки уже прорезались. Шевелится, перебирая присосками... Решил еще подкормить её. Пошёл на кухню, достал бачок с мозгами. Тёплая волна стоит у сердца. Сентиментальный я всё-таки!
7 шкицъ
Ездил в лес, на Тайное Место (ТМ). Проверял кладку. Немного вышел из графика: по дороге пришлось заскочить к Камилле на предмет регулярного осмотра. В целом всё хорошо, не считая нагноившихся рубцов на задней стороне шеи, но я вполне спокоен на этот счёт - такие же рубцы, и даже более сочные я встречал и у других женщин-маток. Например, около трёх лет назад было дело: весьма упитанная самка с той же жалобой. Я обрил ей затылок, чтобы гной не пачкал волосы. Очень приятно сдавливать пальцами розовую воспалённую шею, горячую и распухшую, и ощущать ласковое щекотание гнойных хлопьев, стекающих на напряженную кисть.
8 шкицъ
Неплохая погода. Опять в лес: ходил на лыжах. Застрелил из арбалета катавшихся с ледяной горки детей - мальчика и девочку. Использовав их же снегокаты, отвёз тела на ТМ, освежевал, снял кожу, упаковал, мясо и внутренние органы накромсал в кладку. Кости собрал в мешок вместе с кожей, забрал с собой: приготовлю из них корм для личинок (я уже использовал в этих целях детские кости в прошлом месяце - их надо мелко порубить и растолочь в ведре с кидикалом.
Вечером изучал выписки "скульдо", составил примерный набросок несложного устройства для измельчения гениталий, работающее от автомобильного аккумулятора. Надо будет посмотреть в гараже кое-какие детали и заказать недостающее. Перед сном заложил еще двух ежей. Прошедшим днём доволен, разум чист, самочуствие прекрасное.
9 шкицъ
Вчера весь день хлопотал в гараже. Звонил Рукопал. Через неделю приедет новая матка. Кожу с убитых детей отвёз Камилле, чтобы она нашила из неё перчаток.
11 шкицъ
Интересно всё-таки, каким образом Бор замышлял оказать растление? Если бы мимо, порадовались за него, а на вечернем сеансе дружно пели "Головы". Эта загадка из разряда "алюминий". Я и сам не раз расходовался, расходовался, потом снова силился обозначить какой-нибудь уровень, но разве можно просто уйти и власть остеречь до быта? Один мулат, созерцая в медитативной коме Меркурий, осилил до красной метки, но не смог уже выйти: обувь мешала. Ароматные женские туфли на тонком каблуке без задников, типа сабо. Ничего не смог поделать. Сник. Опустошенный, вытошнил тушью и засушенными языками гадюк; порвал упаковку, обнажил компас. На рынке паника, но в ближайшее время ожидал коррекции. Если честно, я до конца ни в чём еще не уверен. А что? Можно подумать, всё было известно заранее. "Не пытайтесь хитрить - и всё кончится благополучно!" - Такой зарок я даю истекающим похотью вульвам, желающим заарканить священного жеребца и не истечь при этом кровью.
12 шкицъ
Я предложил искоренить лица носителей следующих имён: Комочит, Бурбянеец, Шампанский, Лидочка, Тимофей, Дракуяр и Сяго. Предложение не нашло поддержки.
Созерцая в сумерках акварельный автопортрет Бора, внезапно был осенён догадкой: ни один из пензенских учеников не выжил, иначе размеры мото-плуга давным-давно были бы известны!
13 шкицъ
Интересное происшествие случилось ночью: личинка по имени Гондуго прогрызла контейнер! Вот это да, это я понимаю! А еще говорят, что у них слабые крючья... Как бы они тогда могли уцепиться, например, под фарфоровым днищем унитазного бачка (такие случаи известны)? Очевидно, возбудилоась от запаха ежей в коробках: я вечером замотался и забыл их вынести на балкон...
Звонил Рукопал. Всё сладко. И, между прочим, совершенно неестественно было бы оставлять змеиных на отладку в холоде: никакие туловища не терпят у таза, а величают как? То-то: журналист. Журналист-в-жопу-ёбаный. Пидор, блядь, гнойный. Хуесос залупоглазый. Мешок с пистонами. Каучуковый месяц, который командиры проматали в сальнике без рамок. И без ласки, без тепла, одиозно, с лицами, словно сотканными из проволоки, той самой, жирной, колючей-преколючей - и сладкой-пресладкой. И отворяются тяжёлые двери газовых камер. И невольники выходят. Их пучит, пучит. Утробы их полны паразитов, они кишат червями. Клубки нематод вываливаются из захлёбывающихся зеленоватой желчью глоток. Огромная киста зреет, чтобы лопнут тысячью живых ядовитых капсул. Рябой туман - голова в карман. Колорадский жук - и двух слов не свяжу. Раковая шейка - гвозди в темечко вбей-ка! Фиолетовый слон - извращенцы, come on!
16 шкицъ
Приснился странный сон: будто бы Лобанов умер от какой-то кишечной инфекции, типа холеры, и я присутствую при вскрытии трупа. Кроме меня в помещении морга находятся паталогоанатом и мальчик лет десяти, оба - стрижены наголо, брови сбриты, в каждом ухе - по золотой серьге. И вот они разрезали тело Лобанова и стали вынимать внутренности. Помню мозг - весь в серебристых точках, марцающий, как ночная Москва, когда смотришь на неё из иллюминатора. И тут мальчик с паталогоанатомом предложили мне отложить личинку в прямую кишку Лобанова. Я вынул пенис (эрекция была слабой) и дал мальчику пососать, чтоб возбудиться как следует. И мальчик стал насасывать мой танто, и я ощутил, как стремительно нарастающие волны сладострастия вот-вот захлестнут меня, и драгоценное семя брызнет мальчику в глотку, и я закричал: "Хватит! Хватит, ублюдок! Отпусти мой член! Дай мне жопу Лобанова!..." Но он не выпускал, он присосался к моему хую как пылесос, и я понял, что он пьёт из меня кровь - через хуй: мальчик оказался вампиром! Они с паталогоанатомом (тоже вампиром, разумеется) специально умертвили Лобанова, заразив его смертельной бациллой - чтобы заманить меня на вскрытие и высосать из меня кровь через член! Когда я всё это осознал, у меня буквально волосы по всему телу встали дыбом, как шерсть на крысе! Я заорал что был мочи - и проснулся!
17 шкицъ
Я похож на всадника: скачу во весь опор, и не знаю, что где-то в ночи, в маленькой полуразрушенной избушке, сидит у пыльного оконца раздетая донага старушка-мать - и ждет. Чего она ждет? Лезвие опасной бритвы в сморщенной правой руке её. С беззубой улыбкой водит она им по сивой лобковой шерсти. А под ногами её - алюминиевый тазик с испражнениями. Белые волоски, кружась, как снежинки, облепляют кал серебряным покрывалом (старушка еле-слышно пыхтит, возбуждаясь) - и вот резким взмахом отсекает она голову зажатой в сморщенной левой ладони белой голубке, и жертвенная кровь горячим ручейком брызжет в таз... А конь мой всё скачет, и скачет, и скачет...
18 шкицъ
Личинка Цыпь вошла в стадию окукливания. Завтра повезу её в ТМ-2.
19 шкицъ
Всё прошло более чем удачно, несмотря на неблагоприятные метеоусловия. Отмечаю богатсво нынешней кладки, радуюсь, поглаживая ладонями выступающие под одеждой части тела: обильный приплод ожидает нас по весне! Но ведь и верно - не зря я старался. Одного только детского мозга отвёз сюда с начала осени не менее центнера. А сколько менструальной крови ушло на сыворотку для личинок? Впрочем, все расходы тщательно зарегистрированы в моих файлах, так что если вдруг нагрянет проверка - пожалуйте, проверяйте, у меня всё как в банке - бьётся до копья... А то я слышал, еще в "Огубный" сезон был один такой горе-изготовитель: кладка у него почти вся погибла, а сырья прохвост израсходовал... Когда проверяющие добрались до него, он предпочёл лишний раз не позориться и насадился глазом на заточенный обрезок арматуры.
20 шкицъ
Тренировал удары саблей. Выехали за город с Конским. Отобрали в Reutovo восемь человек, успокоили уколами, связали. В поле поставили стоймя; Конский поддерживал в спину рогатиной, а я рубил. Получилось не очень. Недоволен собой. Во-первых, точности не достаёт: к примеру, хочешь разрубить сверху вниз туловище через ключицу - а лезвие соскакивает на голову, обрубает ухо и скальп, а ударный импульс гасится, и когда лезвие приходит на плечо, ранение совсем неглубокое. А один раз вообще взял слишком далеко, и вместо того, чтобы рассечь корпус до сердца, руку оттяпал. Когда все болваны подохли, мы раздели их и подвесили за ноги под железнодорожным мостом - чтобы разрубленные головы полоскались в реке, и рыбы и другая речная живность могла питаться вкусным мозгом. А птички могли бы клевать нежные гениталии и другие лакомства. Я всегда стараюсь подвешивать трупы умерщвленных людей чтобы дать корм зверушкам: ведь если человеческие трупы всё время закапывать или заливать бетоном, всё мясо достанется червям, а это неправильно. Черви и так питаются людьми при жизни: они живут у них в кишках, в лёгких и в печени, и долгие годы лакомятся нажористым человечьим соком. Они забираются в мозг, в мышцы, в глаза и в детородные органы, откладывают личинок, размножаются... Но когда хозяин умирает, неплохо будет поделиться плотью с маленькими пернатыми друзьями, а так же пушистыми грызунами, юркими рыбёшками и другой восхитительной живностью.
В человеческом теле мне больше всего нравится мозг и еще - нежное мясо с девичьих бёдер. Вообще же женские ноги подчас бывают до того красивы, что есть их просто жалко. У меня в гараже есть несколько заспиртованных женских ног - для этих целей мне специально пришлось заказывать продолговатые аквариумы. В будущем я собираюсь поработать в этой области: наверняка найдётся способ бальзамирования, при котором обработанная нога останется в первозданном виде, и хранить её можно будет просто в коробке. Не знаю только, как законсервировать запах: я обожаю аромат женских ступней. В морге уже не то. В этом - главное отличие живого от мёртвого: мёртвое пахнет иначе. Смерть приносит с собой другие запахи. Я не утверждаю, что запах смерти менее приятен, но жизнь притягивает сильнее. Это видно даже по выражению лица. Даже по стекающей по подбородку слюне, по влажным волосам подмышками, по горячим расчёсам в промежности. Позыв к действию. Голос кишечных газов. Суета дрожжей в трепещущей плоти. И кровь фонтаном, кровь фонтаном!
21 шкицъ
Глубоко залегало чутьё Бора. Еще в период "Первой судороги" он сумел отложить почти 20 килограммов яиц! Как он ухитрился? Я сам себе задаю этот вопрос практически каждый день, но не нахожу ответа. Очевидно, во время работы над книгой, Бор принимал "скульдо", но прямых свидетельств этому нет. Да и не надо. Пэссарь!
22 шкицъ
Я пытаюсь обогнать жизнь, но пока что жизнь обгоняет меня. Надо набрать сил на рывок, иначе до весны не дотянуть.
23 шкицъ
Бужировал уретру. Результатом доволен. Пэссарь!
24 шкицъ
Только что в моих руках оказалась неизвестная до сих пор даже посвященным брошюра Бора под названием "Общие замечания о человеческих внутренностях". Читаю с упоением, почти с эрекцией. Время от времени приглушённым стоном отмечаю поразительные совпадения с собственными наблюдениями. Не могу не восхититься твёрдостью линии, прямо-таки лазерным лучом мысли, режущей, проникающе-проницающей, вскрывающей со скальпельной точностью и обнажающей с порнографической находчивостью, будоражащей, концентрированной, ёмкой. С первых же страниц становится ясно: для него решающее значение имела форма действия - содержание оставалось за зрителем. Если вы испытываете влечение, превратите эту страсть в заводной механизм с одноразовым зарядом, достаточным для разрушения самого себя и собственной цели; пусть каждый шаг оставляет след: со следов можно снять слепок, и таким образом любой внутренний орган может послужить воплощением обнажающего устремления в неизвестное. Приписывать цели бессмысленно: можно только описать одно из их вероятных проявлений. Нежное прикосновение лезвия к глазу порождает восхитительную дрожь. И мы ощущаем вовлеченность. И только неповторимость этого ощущения способна спровоцировать наш мозг на очередной половой акт с действительностью. Пусть же найдутся на него силы!
Твёрдые руки сжимают корзину
Головы влажные сухо молчат
Выстрел того, кто не тянет резину
Точку поставил в судьбе палача
Рядом с рекою, угрюмой, бурливой
Высится скорбный ему обелиск
Я испражнился с моста: что за диво
Слушать ротвейлеров ласковый писк?
Если ружьё не заряжено - плохо
Наша надежда - взведённый курок
Выстрел звучит безмятежнее вздоха
Ласковой поступью близится рок
И червяков беспокойные гроздья
В слизи могильной, темнеющей под
Словно огнём накаленные гвозди
Мягко войдут в наш улыбчивый рот...
Помните, дети, соски той волчицы,
Что вас вскормила в безумьи войны?
Ешьте смелей с человечиной пиццу,
Бездны грядущей лихие сыны!
1 мэтух
Ежи готовы. Замечательная слизь и черви. Запах обвораживающий. Я не смог отказать себе в слабости и граммов 50 отложил. Мечта, натуральная мечта.
Мои сладкие грёзы были прерваны звонком Рукопала: последний долго и нудно грузил меня новыми выкладками по мото-плугу; втянул в бесполезную дискуссию о возможностях хранения окуклившихся личинок в естественных чехлах из живой плоти. Он предлагает использовать для этой цели специально отобранных людей (С.О.Л.), которые, будучи перепрограммированы и обеспорожены, будут выполнять роль живых контейнеров. Идея, прямо скажем не нова. Я посоветовал ему перечитать Бора. Седьмая глава из раздела "Консервация, мутация, разложение: новое - или хорошо забытое старое?" Бор прямо указывал на попытки проращивания куколок ввиде грибов в телах человеческих подростков. Процесс занимал около трёх месяцев. Сформировавшиеся куколки погибали вместе с носителями, потому что организмы последних не справлялись с переработкой выделений. Без внешнего вмешательства подобный метод терпит крах. А если необходима поддержка извне - в чём отличие от стандартной процедуры, и что существенно свежего принесёт подобное новаторство кроме резкого увеличения расходов, которые уже никак нельзя будет списать на себестоимость? Нелепость! Я прекрасно помню, как в своё время группа сторонников подобного решения во главе с небезызвестным Анатолием Гуложидом упорно лоббировала принятие соответствующих изменений в годами наработанные схемы... Что из этого вышло? Я видел труп Семёна Дрычко. Он весь был исколот ядовитым шилом - весь, с ног до головы. Потом ударом кувалды в спину убили Сашу Потного; Лёху Трубб и Иннокентия Палыча застрелил снайпер, а Григорий якобы умер от передозировки? Ага, конечно... Рукопал сам показывал мне фотографии, сделанные проверяющими в Сытино. Всё помещение сауны было залито кровью; девять женских голов было приколочено гвоздями к столу в предбаннике, в душевой нашли кучу внутренностей (всё посыпано негашенной известью, опалено паяльной лампой); кожу с пятерых мальчиков сняли живьём, а самих мальчиков уложили в сарае и завалили навозом; Савелию Сергеевичу отрубили голову, хотя уж он-то в чём провинился? Потом этот парень... забыл имя, который с татуированным членом, его удавили еще в поезде, а остальных посредников - человек пятнадцать, кажется - вывели на платформу и расстреляли из помповых ружей. Дмитрий Усеченок вырезал глаза Ефрему Грибопасову, потом выстрелил ему в рот из "Парабеллума" и подвесил тело кверх ногами на футбольные ворота. Мартын Пиздрило был живьём замурован в бочку с цементом, а Серёга-Прыщ выел печень у Павлика Безбалдая, связав его капроновым шнуром и вскрыв вены на запястьях. Виктор Козибрага сжёг из огнемёта Сашу Горбатого вместе с женой и четырьмя детьми. Самого его зарезали через неделю, когда ехал со склада с чемоданом девичьих ступней. Судя по всему, перед смертью ему раздавили мошонку и заставили съесть собственные испражнения. Троих телохранителей Бориса Дэжавю взорвали в машине пластитом, а сам Борис хоть и ухитрился одной очередью из Калашникова завалить двоих пехотинцев Жоры Бульды, вскоре был найден мёртвым в заточенным шомполом в сердце. Его десятилетнего сына Антипа скормили муравьям, а красавицу-сестру изнасиловали велосипедным насосом, отрезали грудь и посадили на кол...Еще было много смертей - всех не перечислить. Помню обезображенную кислотой голову Пердокваса; насаженное на заточенные колья туловище Корнея Жукова; и розовый кафель ванной, забрызганный мозгами Сидора Пантелеевича, и растерзанный крысами торс Тамары, и спрессованный в продолговатый кулич труп Валеры Сукно, и толстый кишечник Дыбенко, намотанный на перила крыльца на даче Виктории Михайловны. К чему всё это? Из-за глупого упрямства и амбиций этих недалёких прощелыг я лишился девяти вагонов отборных ананасов, да к тому же так и не получил заветную стапель из мягкого титана. Чего добился Гуложид? Да, кое-какие изменения в процедуру были внесены, но очень скоро все начинания сошли на нет, а самого его года через полтора нашли на строительном рынке в Сокольниках - расчленённого электропилой и расфасованного в канистры.
2 мэтух
Угоститься гнильцой тоже хорошо, но лучше, когда ко времени поспеет и не просто в парной, а от винта, и долго плачет, шипя пузырьками углекислого газа на поверхности раздражённого неумелой оральной лаской лошадиного клитора.
3 мэтух
Условность восприятия времени почти всегда бывает причиной безумия. Если часы в голове испортились - берегитесь. Именно поэтому голову следует всегда содержать в чистоте, стараться не мочить, предохранять от сильных ударов, повреждений, воздействия черезчур высоких, равно как и необоснованно низких температур, попадания пыли, кала, гноя, рвотных масс, семенной жидкости, и, главное, побольше ебаться.
5 мэтух
Ночью анальный курьер доставил суребу. Понадобится ли? Будем надеяться...
Ездили на ТМ с Конским. На обратном пути заехали к Камилле чтобы забрать трупы детей. Упаковали их в полиэтиленовые мешки, отвезли к Конскому в топливную и развесили там под потолком, подцепив крюками за нижние челюсти. Когда выходили из топливной, Конский оскорбил меня, назвав "клизмофилом", "синоптиком" и "говноедом". Я вспылил и, когда он повернулся ко мне спиной, перерезал ему горло. Очевидно, сказалось переутомление, возможно, стрессы. Я поместил труп в ёмкость с кислотой и написал рапорт, что Конский погиб в результате несчастного случая.
6 мэтух
Иногда боль физическую хорошо использовать дабы отвлечься от боли душевной. Мне рассказывали, что некто Пусковой, переживая разлуку с половым напарником, прижигал себе раскалённой отвёрткой кожу на члене. Пэссарь!
8 мэтух
С колыбели мы привыкли постоянно быть на чеку. Если бы люди узнали о нас всю правду, вряд ли мы сумели бы выжить - по крайней мере, на данном этапе. Но они не знают. В подавляющем большинстве остаются в неведении. Они думают, что мы такие же, как и они, и верно: свиду мы ничем от них не отличаемся. В природе, наверное, не отыщется похожих примеров, когда один вид, неотличимый по внешним признакам от другого, использует последнего в качестве инкубатора для своих личиночных форм. Но что нам остаётся делать? Ведь и люди используют окружающую среду в целях выживания. Все мы, населяющие эту планету - просто биомеханизмы, выполняющие глобальную космическую программу. Разве возможно рассуждать об этом? Рассуждать о Вечном Вращении? О Структурах? О формах Плоти? Об Удовольствиях Хаоса? Когда я был личинкой, мир начинался у моего рта.
Все наши мысли, эмоции, действия - всё это не более чем составляющие элементы механизма самовоспроизводства. Множество таких механизмов, сцепленных в едином круговороте, ведущим в Никуда - то внешнее, что мы переживаем как действительность. Не имеет значения, что именно совершу я в следующий момент: останусь сидеть недвижим, устремлюсь к совершению акта зачатия, или выпущу себе в рот короткую очередь из "Калашникова" - шестерни космических часов передадут этот импульс в нужном направлении.
Если кто-то считает, что я ошибаюсь, пусть попробует сам. Для этого прежде всего необходимо раз и навсегда освободиться от привычки воспринимать окружающее как нечто, имеющее значение. Нам не дано узнать иерархическую структуру этого мира. Ничто не может быть более или менее важным, чем что-либо другое. Любое свойство - мираж, все принятые характеристики - условность, а сама реальность существует лишь как один из возможных отпечатков бесконечного сна. Но даже во сне мы - лишь марионетки; разноцветные куски ожившей мозаики, зеркальная пыль, органический выхлоп, дым.
9 мэтух
Наконец стало ясно, каким образом настоящий сын Бора оказался в Павшино, и как женщины-матки образовали Фигуры Молофьи. Нашли труп Торпедова, а вместе с ним - замороженные личинки Рукопала. "Скульдо" овеществило передаточный спуск, и все вектора разомкнулись. По всему выходило, что Грифель отработал вхолостую. А события на самом деле развивались следующим образом: когда Григорий Матицин разрубил голову второго курьера, он обнаружил нитевидный провод, подсоединённый к разъёмам во влагалище Рфыо. Отключив ток, он решил, что Ивана и Матрицу необходимо убить. Но, очевидно, его опередили: Долотон уже имел кардуп на +3 и поэтому смело вырезал сердца троим опекунам, а затем просверлил голову находившемуся в трансе Гомостулу. Кровь, высосанная из трупов не успевших к сочленению была успешно законсервирована и отправлена в Челябинск, что до Алексея Рыгалова, его просто вывели из автомобиля на подъезде к складу и расстреляли. Оставшийся в автомобиле порутчик Крыч под пыткой показал на Грифель, но жизнь Григория это уже не спасло: подручные Долотона схватили его, перерезали сухожилия и сварили в менструальной крови.
12 мэтух
Необходимо отдавать себе отчет, что знание является инструментом отбора. Говорят, что если во время работы над книгой у Бора случалась эрекция, он стучал пенисом по краю рабочего стола. Каждый дыхательный цикл сообщает организму о предстоящей утрате, но эта утрата - лишь звено бесконечной цепи.
13 мэтух
Глава правительства считает необходимым создать эффективный рынок гособязательств, что будет способствовать перетоку капитала из банковского и сырьевого секторов в другие отрасли экономики, а также способствовать развитию самого финансового сектора.
15 мэтух
Сегодня после обеда я устранил Андрея Т., выстрелив ему в голову из пистолета ТТ.
16 мэтух
Я предложил искоренить лица носителей следующих имён: Дуруп, Икот, Листон, Гандон, Пистох, Порнот, Глистун, Бипстун, Раствор, Бодяга, Перец, Сабля.
Если мирскую суету принято облачать в королевское платье, это еще не повод целовать руки: все мы знаем, что король-то - голый... А потому и не имеем. Лечащий врач расскажет вам сказку, и вы умрете. Безопасность - просто слово для сна. Голод, подвергнутый тщательному анализу, со всех сторон осмотренный и обследованный, растворяется сам собой, и прилетают вороны.
17 мэтух
Я слышал, что когда Екатерина Жирова отказала Алексею Слонову в случке, он облил её бензином и поджёг.
18 мэтух
Говорят, что кровь кричит,
А ведь кровь мычит!
В ритме терпкого огня прыгают мячи,
И с хуём наперевес приближаюсь я...
Бал окончен.
Занавес!
Смерти сыновья
Рукоплещут и поют,
Славя естество,
Проходите - вам нальют:
Водка - баловство...
Пейте, спелые прыщи,
Кровь из наших уст,
Пусть от ужаса пищит
Коренной индус!
Пусть танцуют мертвецы
На столе моём:
Крови хватит, огольцы,
И еще нальём!
20 мэтух
Двуногих надо пиздить; двуногих надо резать; двуногих надо бешено мочить.
21 мэтух
Скоро ко мне придут. Точнее, я сам должен буду пойти.
Как солнце жжет глаза. Беззвучно лопаются невидимые струны; прозрачная, чрезвычайно вонючая жидкость, вытекающая из них в пространство под моими веками - это Валютный Сок. Я не сторонник активных действий. Я не хочу бегать, звонить, допытываться. Пусть кому надо, тот и суетится. Лично мне - до пизды. Такая вот железобетонная логика.
Вечером поехал к Камилле. Потный снег облепил стёкла, ах, эта вечная местная грязь...
И она. В тусклом свете торшера. В нижнем белье. С коричневыми от кала губами. Глаза безумны, но тусклы. Осторожно снимая бюстгальтер и трогая твёрдые сморщенные соски: "А если я не смогу?... Как тогда?" И отрешенно в ответ: "Сможешь!" - и удар, и еще, глухой стук головы о ковролин, щелчок лезвия, чмокающий вспрыск, липкий хруст горлового хряща... Я позволил себе вздремнуть возле выпотрошенного трупа. Проснувшись, вяло мастурбировал, нюхая её ноги. Они по-особому остро пахли, когда она была живой. И теперь я вдыхал этот запах, смакуя, как последний глоток дорогого напитка.
Допускаю, что я черезчур чувствителен, но с этим ничего уже не поделаешь, а потому надобно брать что есть и пользоваться этим до упора. Вообще же, коль скоро я начал об этом, максимальный эротизм для меня неотрывно связан с картинами агонизирующих в скользящей петле. Предпочтительно, молодых женщин. Но это могут быть и гладкокожие юноши, сладко хрипящие, извивающиеся под страстные аккорды единственной туго затянутой струны... Я тогда кончаю прямо в исподнее, мне ничего больше не надо. Но только подойти к наскороповесившейся девчушке, еще раскачивающейся, еще язык не выперло - и снять туфли с еще тёплых ножек, поймать трепещущим языком катящиеся по мускулистым икрам золотые жемчужины мочи... оооо, адское наслаждение, атомное счастье!
23 мэтух
Двое суток без малого ушло на изготовление выносного корма для личинок. Плоть Камиллы не обманула моих ожиданий: она проявилась дородной, добротной, нажористой.
Сначала я вынул мозг и внутренние органы, затем снял кожу. Всё это полагалось вымочить в 5 % растворе кузьмы и разложить в соответствии со "скульдо". Но я поступил с небольшим отклонением от стандартной процедуры. Органы не стал промывать и сушить, а сразу утрамбовал центрифугой и заложил в "железное влагалище". Кожу я развесил на терраске, а вот с мозгом пришлось повозиться: я во что бы то ни стало решил выделить валютную фракцию, но ошибся при составлении графика выхода и чуть не испортил сырьё. Даже холодным потом прошибло: не так давно Игорь П. по неосторожности сжёг мозг и был утилизирован. Особое внимание я, как водится, уделил волосам, ногтям, зубам и языку. Эти знаковые составляющие я тщетельно измельчил и, ни на йоту не отходя от Правила, спрессовал в Шар Доверия (ШД). Глаза вынул сразу и съел.
24 мэтух
Глупость человеческую с особой очевидностью можно ощутить в суеверии, выраженным поговоркой "надежда умирает последней". И хорошо: пускай надеются. А мы в это время - будем действовать. Пэссарь!
1 сыгой
Сегодня вечером, когда я мастурбировал, нюхая детский скальп, курьер с зашитыми веками известил меня о сроках Весеннего Отбора. Первым этапом пойдёт "Ночная Жила". Ну что же, кончать я не стал, скальп убрал, сложил в коробку зубы (неделю назад еще хотел убрать их, всё было недосуг) и пошёл к личинкам.
Вот и они. Ровно восемь. Желобок, Мыт, Спундус, Гондуго, Робовлыщ, Эрсклыжо, Козидло, Черепняхъ. Они уже почти окуклились, сонные. На прорубку появляется мелко - и сразу в стон. Милые, милые опарыши мои, сердешные мои гноесосы... Я всех, всех вас помню, золотые мои уродцы.
Вот Желобок, длинный, тонкий, слегка изогнутый и покрытый удивительной слизью. Был зачат еще летом - в бане. Да, да, именно в бане: как всегда неожиданное шершавое прикосновение к шее. "Неужели?..." - подумалось, и я покосился в его сторону: рослый прыщеватый юноша с крупными неровными зубами, вьющийся пух усов, влажные глаза и ладони... Мощнейшая эрекция заставила меня поспешно встать с полки и прикрыться веником. Попросил его лечь на живот, принялся хлестать нежную спину, распалялся, во рту пересохло, ударил донцем кулака в основание черепа, затем - несколько раз подряд - локтем по позвоночнику, он обмяк, я быстро пристроился... узкое отверстие, танто никак не влезет, тяжело дышать, стащил его вниз, на пол, здесь прохладнее, пот градом, и вошёл, и пошло, пошло, и разрядился судорожно, перед глазами плывёт, вынул с сухим всхлипом, кал, кровь и сперма на у
2 сыгой
Вчера неприятный шум вырвал меня из воспоминаний. А потом заметался в мелочах, до дневника руки не дошли, а сейчас недосуг... О каждой личинке написать хотел, всё как помню, а теперь вот в сомнениях: а надо ли? Не посчитают ли это жалостью, не осмеют ли за глаза? Бор писал: "И в даже момент наивысшего усиления помнить о мелкопоместных следует". Лады. Буду помнить.
3 сыгой
Когда же?... Весь день не нахожу себе места от стойкого желания причинять больбольбольбольбольбольбольбольбольбольбольбольбольб
4 сыгой
Оргазм самца - щемящее не смотря на свою кратковременность чувство; как и всякая судорога, он приносит после себя расслабление. Можно ли сказать то же о женском оргазме? Можно ли поставить в один ряд доверие и сальце? Киберпотенцию и червивые газоразрядники? Да, допустим, я семь лет проработал на бурильной установке. Ну и что? Разве дает мне это право разглагольствовать о предназначении позвоночных? Никоим образом! Отчего ж тогда уже в который раз приходится наблюдать на голубых экранах этих мерзких, разъевшихся на сифилисном мясе виноградарей, с пеной у рта клянущихся отдать жизни во благо науки, но на деле форменным образом просравших (да, да) экологически-чистую супницу королевской мастурбации?!
Дезинтеграция умов - это не просто шаг к космически обоснованной процедуре кремации. Спина должна отмыкаться специальным ключом. Невовремя открытая позиция на внешних долгах Бразилии уже принесла незадачливому мегаломаньяку многомиллионную отрицательную переоценку, так что стоит ли снова ворошить былое, ломать электронные замки на новых пластиковых гробах с трупами беременных туземок, обряжать в пахнущий гнилью серпантин карамелевую статую Добролюбова, разрубать коротким взмахом секиры выпростанный кишечник молодого тушкана? Сука, блядь, как всё это, однако, заманчиво... Но нет уж. Дудки. Я останусь здесь, буду курить, пить пиво, ждать третьего рейса, а вы - проваливайте: старуха Живоглот предпочитает мёртвых попугаев.
5 сыгой
Ну, вот и дождались. Завтра ночью - "Спящая Жила", первый этап Весенноего Отбора. Приехал Рукопал. Отдал ему корм выносной, передал инструкции. Он отправился на ТМ. Сам я собрал окуклившиеся личинки мои и повёз на ТМ-2.
В пути мечтал, фантазировал: что-то будет? Уж не моя ли головушка покатится завтрашней ночью по железнодорожному откосу? Уж не моё ли жилистое тулово вскинется в последнем преизбытке своём, фонтанируя парящей алой кровушкой? А чем путь мой был отмечен?...
Продул средний клапан, призадумался, шевельнулись в портках нитевидные щупальца... А ведь не в малосольную землицу собачьи зубы были посеяны! Не на перекисшем гное, распевая "Головы", проращивали мы наши споры!... А я сподобиться хочу! Мокрой плетью по гангрене по задроченной хлещу! Через пасть варёной кобры жир волшебный засосу! Посинею, как покойник - яйца алые снесу! Зацвету сиренью жаркой, засвищу козлом в песках, чтоб директор зоопарка задушил щенят в носках! Запылаю бензовозом, разлохмачуся пиздой, накормлю жидов навозом, вырву правящей браздой! Я - анархии посланник, плахи липкой блудный сын! Скоро, скоро уж восстанет из могилы рать косых, рать косых, да ядовитых, рать свирепых, мощных рать, чтоб хребет людскому житу навсегда переломать!
7 сыгой
Живой. Необходимо согреться. Излишне пояснять здесь, что представляет собой февральская ночь в средней полосе, да еще в состоянии преманентного стресса. Хотя настоящий озноб я ощутил лишь под утро. А до того потел. Обильно. Вернулся, проглотил столовую ложку ацетона, сейчас кипяток прихлёбываю... Но обо всём по порядку.
Мы встретились за городом, на повороте шоссе у заправки. К тому времени уже стемнело. Машины оставили на территории рынка стройматериалов, к рельсам пошли пешком через лес. Весь путь занял около часа. Место испытания было выбрано удачно: лес по обеим сторонам железнодорожного полотна, ни жилья, ни тропинок поблизости. Отрезок пути прямой на добрый километр в обе стороны. Всего нас было восемь заявленцев, не считая двух убойцев и водящего. На рельсы ложились в два захода парами по очереди, по одному на каждую сторону, лицом навстречу ходу поезда. По сигналу водящего (отрывистый пронзительный посвист в костяную свирель) я пристроился на насыпи на приготовленной заранее телогрейке, прижав шею к леденящей стали и подперев голову положенной на шпалу бутылкой. Так мне предстояло пролежать два раза примерно по сорок минут. Расписания движения поездов никому, включая водящего, известно не было. Очередность назначалась произвольно. Все правила Случайности были соблюдены.
За ночь поезда прошли четыре раза: два в одну сторону и два в другую. Когда была моя очередь, поезд прошёл по соседней колее. Он приближался долго: Андрей Булыжный, лежавший напротив, впервые почуял его шеей. Он спросил меня: "У тебя шуршит?". Я молчал. У меня не шуршало. Я сказал ему: "Наверное, тебе показалось. Это кровь стучит под кожей. Дыши глубже, поверти головой." Он засмеялся: "Я слышу его." Потом мы долго молчали. Тихо шевелился Павел Сюйч. Ветер шумел ветвями, да изредка доносился со стороны посёлка ни то скрежет, ни то пьяный крик. И вдруг - вот оно! Я повернул голову. Андрюша громко дышал. Приближавшийся свет фар электровоза гипнотизировал, я вперился в эти холодные звёзды, не смея моргнуть, не контролируя мимику. Ощущение было такое, что нижний правый кожух у меня отцепился и свободно висит на центральном подшипнике. Андрюша задышал еще громче, натужнее, как дышит приближающаяся к оргазму женщина. Но вот уже стук колёс заглушил его дыхание. Ветер подул, всё вокруг ожило и загудело. Я посмотрел на него: он лежал неподвижно, мокрое от пота лицо блестело в свете фар; зачарованные глаза широко раскрыты, рот искривился в улыбке... А потом лязг колёс, лязг, лязг, и грохот, и ветер, и грязь в глаза, и всё, всё, всё...
Кроме Андрюши, головы отрезало Максиму Чепотыго и Ахмеду Быщ. Кирилл Зубко, не выдержав напряжения, уполз с насыпи, и убойцам пришлось отрезать ему бензопилой ступни и кисти рук, как позорнику, и изнасиловать в задний проход. После этого он нашёл в себе силы выползти на пути, где потерял сознание и издох к утру. Пэссарь!
8 сыгой
Вчера отмечали первый этап. Народу собралось порядочно: в ту ночь "Спящая Жила" прошла еще в пяти семьях. Был и Антип Крупный, и Лёха Иванов "Копьё", и 548632. Погудели на славу. Под конец мы с Максимкой и Кузьмичом уединились в сауне, где развлекались с мёртвой проституткой. То есть, сначала она была живая, но буквально сразу девушку удушили, когда принялись ебать, надев ей на голову полиэтиленовый пакет. Я смазал свой крепко взбухший танто предсмертной слизью из пакета и всунул в еще тёпленький зад. Было сладко: я тихонечко скулил от счастья. Максимка дурачился: разгрыз трупу щёки, высосал и разжевал глаза; Кузьмич сначала просто дрочил, наблюдая за нами, а потом разомкнул контакты на дисковом блоке и ввёл себе в клоаку девичью ступню по самую щиколотку. Тотчас он засвистел и обильно кончил, забрызгав нас остро пахнущим семенем. Максимка засмеялся, с хрустом разодрал мертвецу челюсти и протолкнул свой член глубоко в глотку. Я тоже начал по-тихоньку заводиться: задвигался быстрее, ухватил зубами наманикюренные пальчики, стал с наслаждением грызть. Кузьмич тем временем, не теряя эрекции, пристроился к Максимке сзади и принялся попеременно обрабатывать своей бугристой балдой то хлюпавшие глазницы трупа, то податливый максимкин анус. Головка его пениса с сочным чмоканием выходила из девичьей головы и сразу же вползала в колыхавшуюся сверху набитую калом жопу Максимки. Последний утробно мяукал, жмурясь и вздрагивая, словно его кололи шилом. Жгучая истома постепенно окутала чресла мои, я почуял приближение спуска и вынул, чтобы остыть. Максимка тем временем закатил глаза и, трясясь всем телом, извергнулся в распахнутый зев. Он еще дёргался, насаженный на болт Кузьмича, когда я с помощью отвёртки проковырял отверстие в правом боку девушки и с наслаждением углубился под рёбра. Подступило. "Кончай мне в пасть!" - Умолял Максимка, шевеля белёсым язычищем, а Кузьмич уже отделил ножом раздроченную голову и обеими руками быстро двигал ей вдоль окровавленного поршня. Трепеща, я извлёк из раны шнягу и с протяжным стоном оросил максимкино рыло густой молофьёй. После того, как Кузьму настиг второй оргазм, мы содрали с трупа шкуру. Максимка приник головой к разодранной брюшине, впился зубами в кишечник - довольно замычал, наполнив твёрдыми испражнениями рот. Хорошо было вот так расслабиться, весело дурачась, брызгаться пряной кровью, шутливо бороться, вырывая друг у друга скользкие кости, с ребячьим гоготом швыряться пригоршнями тёплого мозга... А потом, приятно уставшие, измазанные липкими выделениями, мы курили кальян, отдыхая на кожаных креслах.
Вчера Уполномоченные проверяли Тайные Места. - Повернулся ко мне Антип Крупный, вяло поглаживая подвздошный провод, - Говорят, большие у тебя личинки... Прям как жирные птицы какие-то. И солидные, да. Я поборол многия соблазны. - Скромно отвечал я, глядя в глаза ему, - Мечталось о многом. Потешные мысли не раз отвлекали меня. Но голос долга был громок, как рёв водопада. А у Лёхи Коняева, я слыхал, еще больше! - Вмешался суетливый Максимка. У Лёхи вообще не личинки, а Куски Будущего, - Подмигнул газоразрядниками 548632, - Это сильные и быстрые томогавки, готовые вгрызться в глотки двуногих мэгу. Сурово он их стал. И бей-не-бей, всегда клал... У Коняева залупа на дрожжах! - Застрекотал "Копьё", мелко подёргиваясь, - У него каблуки мягкие, бархотные, но внутри твёрдые и тяжелые, и миллионы, миллионы маленьких светлячков кружат кружат вокруг его сильных длинных красивых ног, испражняясь на трупную кожу гнойной пыльцой... И моторы у него - ого-го! - С азартом подтвердил Александр Кнющ. И сосальник 4786-ой! - Подал голос Кузьмич. Сугусубеч. - Соглашался я, затягиваясь. Потом долго сидели молча. Некоторые отключились. Я разложил на табуретке нехитрый пасьянс из человеческих зубов. По всему выходило, что удача вскоре отвернётся от меня. Это может случиться уже на втором этапе. Ну чтож, принимать, не принимая и быть всегда настороже - такой подход я исповедовал с того самого дня, когда, проломив молотком темечко жертвенного младенца, глотнул в знак посвящения горячего алого сока.
10 сыгой
Стало известно, что в четверг Лёха Иванов "Копьё" хитростью заманил к себе на квартиру троих мальчиков и девочку, после чего приковал детей наручниками к трубе и наслаждался, отрезая от них куски плоти опасной бритвой. Это мероприятие не было санкционировано "скульдо", и Лёху приговорили к божило. Помнится, Бор в своих "Размышлениях о Канонах Праздности" писал, что подчас даже самый любезный гудящий не в состоянии бывает ослабить мышцу логики, а что уж тогда говорить об обычноразрядных кицко?
11 сыгой
Завтра с утра я ухожу на второй этап Отбора. Это будет "Черёмуха душистая", и, возможно, на этот раз лучше кала брать митру, затем что угрюм и ловок, совладеть - отметиться в биологии спорта. Облизывал стаканы с человеческой кровью. Ждал рук распростёртых, рук упёртых, рук загадочных; отплёвывался от размазанных по нёбу останков постельного клопа, уничтожал синонимичность тормоза, лепил плотину. Каждые губы, каждый след пилы на гениталиях душил, душит и будет душить сам: оттого-то и яростен мечтательный пасынок, и шанкры целующие младенцы отцветут и ответят по жизни. Рядом с нами - глубочайшие загадки; мир, раз отвергнутый, но принятый за основу коарим изменил сам себе - расторжима ли теперь голова? Я-то слышал как она шептала. Сладкое пирожное использовано не по назначению. Туша сына обложена порознь. Левее, левее и выше поднимал уторпег довщу клитора... но кто здесь? Узбеки? Кони? Кладбищенский червь? Хорошо...
Хорошо, я скажу здесь прямо, поскольку теперь, возможно, шифроваться не имеет больше смысла. Ошибаются те, кто думает, что основное открытие Бора состояло в осознании белковой жизни как инфекции, заразы, которой поражена наша планета и, весьма вероятно, другие планеты галактики. Конечно, значение этого факта само по себе огромно, но всё же, так или иначе представляет собой нечто давно известное. Основная заслуга Бора в том, что он раз и навсегда показал: наша жизнь не может развиваться без использования белковых форм - по крайней мере, в моменте! Нельзя идти на поводу Стерильных, призывающих немедленно приступить к уничтожению всей белковой жизни, и человечества в первую очередь, чтобы мы могли свободно развиваться. Нет. Еще слишком рано. Нам необходим человечий материал ДНК - необходим как сырьё на этапе развития. Нам нужна кровь, нужен мозг, кал и сперма - нужны, как молоко матери.
12 сыгой
Я снова жив. Уничтожить предыдущие записи? Зачем? Не стоит. Что сделано, то сделано. Пэссарь! Ведь только повороты помогли мне, слившись с Неизбежностью, оседлать одного из её ведущих коней - 54681585.
Для прохождения второго этапа нам (т.е. мне и еще семерым заявленцам, включая, кстати, Антипа Крупного и Алексея Коняева) было предписано явиться к семи часам утра на reception гостиницы "Заря", приземистые корпуса которой уютно краснеют в живописных закоулках столичного севера. Что ж, приехали вовремя. Последующие события мне хотелось бы описать в стихах, ибо никак иначе не передать мне всё величие происшедшего...
С утра стоял еще туман, и сумрак наводил унынье, но вскоре
свет слепящий фар нас вывел из оцепененья. Все в сборе?
Краткость переклички нам не дала собраться с духом -
и вот уже "Фольксваген" чёрный несёт нас плавно в неизвестность,
а мы в утробе его стынем, не смея снять повязки с глаз.
Я про себя считал секунды:
в такт колыхавшемуся сердцу они стучали, торопясь.
За полчаса доехали, наверно. Нас вывели.
Алёша пукнул тихо, но зловонно.
И вниз по лестнице бетонной
в подвал след в след спускаться стали мы.
Повязки сняли, протерев глаза;
водящий нам раздеться приказал.
И подвели нас ко восьми станкам, стоявшим кругом, в грозной тишине.
И запах крови тёплый в ноздри прянул - мне показалось: нервы...
Но не кровь. Нет, нет еще... А был то был запах жира:
нам смазали тела обильно сзади.
И помогли устроиться на рамах, стоявших вертикально поначалу:
мы прислонились к ним спиною взмокшей, конечности свои убрав назад.
И были скованы конечности цепями -
так оказались мы к станкам прижаты крепко,
но, смазанные жиром, всё ж скользили - таков был план "Черёмухи душистой":
ведь между ног у каждого сверкал, промежность раня, циркулярки хладный диск.
Тогда же вдруг я обратил вниманье, что рама эта ко вращению способна:
на то прикреплена к ней ось по центру -
так можно будет раму с телом скользким
вращеньем повернуть - и приподнять...
А будучи приподнято вот так, сползать неумолимо будет тело,
всё скользкое, на жадный зуб пилы, лишь ток подключат... Ждать уже недолго!
По центру круга установлен лабиринт, куда запустят крысу вскоре.
Из лабиринта выходов есть восемь -
и выключатель - каждому в конце.
А вот и крыса.
Так вперёд, зверёк смышлёный!
Холодный пот мне ядом жжёт глаза...
Но все мы, не взирая на страданье, за крысою следим, моргнуть не смея,
и неожиданно - как верить в это, братья? - я сладость смерти телом ощущаю!
На волосок от гибели, я корчусь, я извиваюсь в дерзостном оргазме!
И рвётся семя из меня неудержимо, стекая по мятущимся ногам!
И в эту самую секунду роковую зверёк бросается в намеченный проход!
Чей то проход? Не знаем мы еще! Но не успела завершающая капля
истечь из члена моего в томленьи терпком,
как замыкается пластинка роковая, и воет, воет циркулярная пила!...
Виталий Крыч, мой давний сотоварищ, визжа от боли всколотился мотыльком!
Стоял он от меня как раз напротив: мошонка брызнула, хуй лопнул, разлетевшись.
Тотчас убоец подбежал проворно сзади и наклонил вертящуюся раму,
и стал сползать Виталий, сипло воя, и рассыпая в стороны кишки!
Ключом ударила из порванных сосудов слепая кровь,
окрасив пол и стены, и потолок, и нас, вокруг стоявших.
И разлеталась плоть, и кал, и слизь,
и смешивалась с костною трухою!
А тело опускалось ниже, ниже,
и вскоре две разъятых половины
с усталым хлюпаньем упали, трепеща!...
17 сыгой
Отдохнув, приступил, наконец, к изготовлению Волшебного Календаря (ВК). Все эти дни был полностью поглошён работой; тело Виталия Крыча, брызжущее соком и внутренностями на пилораме, скоро перестало маячить перед моим внутренним взором. Надо сказать, что в сложившейся ситуации именно сосредоточение на кропотливом процессе изготовления календарей помогло мне уравновесить дух и плавно перейти в состоние глубокой интроспекции.
Дело это, надо сказать, неописуемо ответственное и хлопотное: мне предстояло отделить головы от семидесяти двух человеческих трупов, извлечь из них мозг через нёбо, не повредив внешней оболочки, тщательно промыть, выбрить, аккуратно зашить рот и шею, после чего просверлить в каждой голове по восемь отверстий в строго установленных местах. В эти отверстия надлежало залить расплавленные кристаллы суребы, которые мне были доставлены анальным курьером в ночь с 4 на 5 мэтух. Затем каждое отверстие закупоривалось пищевым коконом в соответствии со "скульдо". Думаю, не будет большой угрозы безопасности, если я опишу для полноты картины установленный "скульдо" порядок, тем более, что желающие могут без проблем найти его у Бора.
Итак, первое отверстие, расположенное на затылке напротив кончика носа следовало закупорить "буровым" коконом. Кокон этот длинный, он проникает глубоко в голову, погружается в остывающую массу расплавленной суребы и отчаянно хуярит молодёжный бак. Если быть неаккуратным, можно получить сильный удар током. Именно так в начале шкицъ погиб Аркадий Ягодидзе. Второе отверстие, просверленное на два пальца выше верхей закраины правого уха надлежало закупорить "платёжным" коконом. Этот последний представляет собой короткую трубку, напоминающую деревянную свистульку или мундштук для флейты. Сразу после закупорки следует изо всех сил дунуть в "платёжный" кокон, чтобы разбуженный молодёжным баком жировик лопнул и обновил оффера на пятом транше. Третье отверстие находится в 45-и градусах вверх и влево от первого на расстоянии двух толщин возбужденного пениса. Оно носит название Кмед и закупоривается "медовым" коконом. Как известно, кокон этот полужидкий, но быстро застывает на открытом воздухе. Медовый кокон источает сладость, которая, размягчив на время остывшую суребу, облегчает всасывание остатков жировика пятым траншем и бужирует къяр. Къяр охуительно сладок, он пышет соком и тугометит в кость. Пропитанные къяром кости черепа обладают свойством скручивать пространство-время, расслаивая текущую реальность на секторы возможностей. Как раз в этот момент "анальный" кокон, закупоривающий четвертое отверстие, просверленное на палец ниже левой глазницы, собирает пучок iuh и тиражирует Волшебное Лекарство (ВЛ). Пятое отверстие, расположенное между глазами точно на переносице закупоривается "умным" коконом, который медленно разбухает внутри черепа, направляя слоящиеся секторы возможностей в перспективный поток. Этот последний фиксируется "ломающим" коконом, вставленным в шестое отверстие, что сверлится рядом с ноздрёй над правым резцом. Эта операция служит закрепляющей могилой, поэтому часто выполняющий её, будучи охвачен неодолимым приступом депрессии, немедленно сводит счёты с жизнью. Именно так по слухам погибли Роман Торопыга по кличке "Блин" и Ефим Ефимов. Я избежал их участи лишь благодаря долгой психологической подготовке через ежедневные медитации на раздавленном асфальтовым катком детском трупе. Седьмое отверстие зовётся Кнёб или Обыч; находится оно наверху, точно на середине линии, проведенной от второго отверстия к кончику носа. С помощью напильника ему придаётся треугольная форма, потому что закупоривается оно "треугольным" коконом, который неудержимо пиздит. Волшебное Лекарство, поглощаемое зафиксированным перспективным потоком, под воздействием пиздящего "треугольного" кокона обретает Суровую Самость и стремиться излиться, подобно сперме в горячке оргазма, через восьмое отверстие, сверлимое тонюсеньким свёрлышком в точке, определяемой исполнителем произвольно. Чтобы неудержимый поток обретшего Суровую Самость ВЛ не убил исполнителя на месте, ему следует защититься, немедленно закупорив восьмое отверстие "последним" коконом, представляющим собой палочку из засохшего крысиного кала. Далее ожившие головы группируются тройками путём сшивания ушных раковин. (Каждая такая тройка олицетворяет зуб. 24 зуба - корсыч, оплей, сукот, йибъ, мэнцак, усьман, йогобэт, бычи, шкицъ, мэтух, сыгой, жирьман, пуцго, ипда, керън, яоры, сычъ, дзяго, кочэт, смурь, мец-менъ, юмъсач, гурьсег и котлован - составляют меч, аналог года у двуногих.) Над собранными и построенными в соответствии со "скульдо" тройками читается заклинание 3746/858267, после чего головы незамедлительно орошаются кровью из горла живого человеческого детёныша.
Надо ли пояснять, насколько подобный календарь опасен? В неумелых руках он может стать источником бесконечных и необъяснимых страданий. Подобный календарь - совсем не то, что смехотворный цифровой фетиш двуногих. Это Силовое Поле, которое в любой момент может быть задействовано для исполнения Воли. Именно поэтому еще со времён Бора было заведено, что к изготовлению ВК может быть допущен только заявленец, прошедший как минимум два отбора. Именно поэтому росьмершу отождествляет переносный сыгурбэч в палагнияго и фиссугомо. Именно поэтому живёт и процветает наш мощный кровососущий Род! Пэссарь!
18 сыгой
Третий этап назначен на 1 жирьман. Пэссарь!
19 сыгой
Я желаю убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать, убивать и испражняться, испражняться и убивать! Пэссарь!
20 сыгой
...И вот вы, милые люди, безобидные граждане, мнящие себя пупами планеты, вы не отвратительны мне, нет, нет, никогда, невозможно быть таким нежным, чтобы вы мне были отвратительны, невозможно выжить, чтобы вы мне были отвратительны, невозможно, чтобы вы были отвратительны, потому что вы - перхоть, перхоть, перхоть, перхоть, а перхоть необходимо искоренять, потому что иначе мне будет стыдно, когда я приеду в крематорий, где будут сжигать ваши трупы, приеду в чёрном фраке, с благородным бледным лицом, слегка небритый, и мне будет очень неприятно из-за перхоти на плечах этого чёрного фрака: ведь здесь будут сжигать ваши трупы, ведь трупы сжигают в специаьлных печах, а перхоть, её надо уничтожить, истребить на корню, как вас, как трупы. Чтобы они не разлагались и не отравляли собой ёбаный environment, ведь иначе невозможно выжить, чтобы вы мне были отвратительны, и маленький серебряный червячок прикрепился бы своими крючками к вашему сердцу и сосал бы вашу кровь, выделяя яйца, испражняясь и выделяя яйца, испражняясь и выделяя яйца, испражняясь и выделяя яйца, чтобы вы были отвратительны, потому что вы - перхоть, и вас всех надо уничтожить уничтожить уничтожить уничтожить уничтожить уничтожить! Пэссарь!!
22 сыгой
Вчера с Борисом Конидзе убивали ядом детей. Наслаждались судорогами, еле сдерживаясь, пребывая оттого в состоянии сомнительно-двойственном: то ли бросить всё и дать волю танто, то ли продолжать и смотреть, и каждой порой ловить и впитывать как эти мерзкие маленькие гнусные твари извиваются, хрипят, и трясуться, и, задыхаясь, закатывают залитые слезами глазки, затихают, стынут, не в силах противостоять Смерти, и... ох, соляк! Я вводил яд при помощи шприца. Маленького тонкого одноразового шприца, похожего на стержень для авторучки, который вкусно пахнет чернилами. Чернильная паста, горькая на вкус, пронзительно-едкая, но такая вкусная: если смешать в равной пропорции фиолетовую чернильную пасту с кровью годовалого ребёнка и добавить туда крупинку суребо - и сразу залпом - это вообще... это вышак, это такой вышак, что кончаешь как водяной пистолетик, ача, ача! И вот я медленно, плавно так колю иглой эту нежную как жормэд, эту сладенькую детскую плоть (а ребёнок гадко извивается и хнычет, и царапается, и кусается) - игла входит с упругим, но беззвучным вздрагиванием, протыкает покрытую пушком шкурку, но я сразу резко впрыскиваю яд и быстро вынимаю, и, затаив дыхание, жду... И вот первые судороги, и крик - о!... Я потом говорю Боре: - Борь, а медленнее можешь? А он мне: - Понятно, что хорошо... А наискось? А я тогда: - Ссышь? Ссышь? (Ликую, комкая мошонку, весь на нервах, на весёлых торжествующих неррвах); но он не сдался, сделал мимо, оторвал крюб, отстоял - и мы пошли ебать 656461112.
23 сыгой
Наивные двуногие собаки... Я давно разгадал ваши рефлексы. Мороженный карп на пороге троеручия никогда, никогда не выступит на поверхности. Я не нуждаюсь в мозговом щупе. Мне не нужен катаральный зонд. Я предложил искоренить лица носителей следующих имён: Отур, Свэнопас, Атосс, Арамис, Дроченьян, Кубовал, Междукал, Туранчокс, Базеда и Паппиц. Всё лишнее должно быть беспощадно уничтожено! Пэссарь!
24 сыгой
Кстати, по поводу катарального зонда, не могу удержаться чтобы не процитировать Бора (это из "Послесловие к домашнему злу"):
"Если Ваш анальнорожденный ребёнок и отличается чем-то от человеческой машины, то не иначе как через внутренний горб, имеемый, но не разглашаемый. Оборите немоту гениталий - и Вы услышите отчётливый зуд духа. Отдайтесь без единого сомнения зуду духа - и Вы обродитесь из изначального корня. Это - единотерпное возвращение крови. Отсюда исходит и маломер, и крупнопон, и металлосемя. Возбуждение гнездится не в окружающем, а в вытесняющем, потому что даже наш последний вздох будет служить основанием беса. Вы можете применить осупление, будь то катаральный зонд, воздушный канатик или любой иной элемент пиздоточия. Вы можете быть рядом с Нераспустившимся Бутоном Лжи. Но отпущение фистулы не будет единотерпным возвращением крови только из самого масла. Ласка тракторных гусениц, череда убытия, личиночная форма тимертасса - всё это лишь описание Единого, что заложен и есть. А потому не думайте об изначальном корне. Не думайте о духе. Просто откладывайте яйца и улыбайтесь, когда Смерть черенком косы своей постучит в Вашу серьёзную дверцу."
2.
Когда маленькая серебристая тележка докатилась наконец до правого простенка и, стукнувшись о буфера, застыла, Клей подошёл к компьютеру и сноровисто перебрал кнопки:
Ну что, вроде всё. Даже раньше времени успели... Проверять не будешь? - 68433 вяло повернул голову. А чего проверять-то? Если что не так, я бы здесь увидел (он кивнул на монитор). Так же автоматом дублируется... Для того и сделано: для здоровья экономии. Так чего, уходим что ли? Сейчас... - Клей завозился в углу, отключая питание, размыкая многочисленные разъёмы. 68433 поднял откидное сидение, набрал код на панели электронного замка. Замок щёлкнул, массивная дверь мягко подалась внутрь. Они прошли по тускло освещенному корридору, одолели металлическую лестницу, приподняли жалобно скрипнувший люк и оказались на улице.
Поймаем машину и поедем на Спасскую. - Пояснил Клей, выходя на обочину трассы, - Надо уничтожить курителей. Много их там? Клей не ответил. Рядом притормозил "Москвич", и оба проворно упаковались в салоне. Шофёр пукнул педалью, колёса крутанулись мощно.
А за кого голосовали курители? - Спросил 68433. За Чуба и Потника. Но это не имеет значения. Они чуть не сгубили календари, уроды. По незнанию? А нам? - Клей пожал плечами, - Макар подох, а они впустили. Как так? Дальше ехали молча. Стемнело. На подъезде к городу образовался небольшой затор; шофёр закурил, включил радио. 68433, сидевший сзади, обнажил сосковый электрод и проверил напряжение в конечностях. Клей сидел неподвижно.
Ты знаешь, - 68433 втянул электрод в тело и опустил радиатор, - Я раньше очень пугался, когда приходилось подбираться к малоприметным. Мне всегда казалось, что если ты теплокровный, ты не должен вообще общатся с такими, не то что там... А они тоже к нам не так просто пришли. И теперь вот тоже: нехорошо получается. Одно дело - просто занимать например сухую площадь, и бить со всей дури. А тут выходит, ты вроде как сам пришёл, но трогать их нельзя... Почему нельзя трогать? - Повернулся к нему Клей, - Можно трогать. Ты всё перепутал. Если ты трогаешь теплокровного (он протянул руку и тронул шофёра в области щеки; шофёр слегка сдвинулся), то ты в единой зоне. Если холоднокровного (он вынул из кармана причудливо изогнутый струп и коснулся им своего подбородка), ты замещаешь свою зону. Но она никуда не девается, она просто на время... как бы опускается, типа того как патрон в рожке, когда ты заряжаешь. Но затем твоя зона сразу возвращается, и плоть закрывает швы. Здесь направо? - Неуверенно перебил его шофёр. Прямо. - Подсказал 68433, - Прямо под мост, а там на стрелку. Ты же слышал, как Кузьмич в оплее обезвредил огромную обезьяну? Эта обезьяна душила людей при помощи стержневидного ухвата. Руки у неё располагались близко к голове, она напоминала большого волосатого краба. Кузьмич сделал приманку: живую толстую женщину посадил на низенький кол и выжег ей глаза паяльником. Она кричала, а обезьяна пришла, чтобы её задушить. А женщина была слепая, и когда обезьяна подошла близко, она вцепилась ей в шерсть, и тогда Кузьмич подбежал сзади и перебил обезьяне хребет кувалдой. Когда обезьяну разрезали, она внутри оказалась вся гнилая, потому что была холоднокровной и очень злой. Но Кузьмич даже не вспотел: он вообще не потеет с детства. Я слышал, что Кузьмич с детства ест женские ногти. - Пробормотал 68433, сильно пораженный услышанным. Не есть, а нюхает... Вот там за знаком остановите, пожалуйста!... Машина притормозила; 68433 накинул на шею шофёра удавку, а Клей вонзил ему в ухо вязальную спицу. Шофёр судорожно выгнулся, ударил коленями в рулевую колонку, 68433 держал крепко. Клей складным ножом разрезал шофёру штаны, высвободил половые органы, стал ввинчивать в уретру катетер. 68433 достал шприц и клизму. С конца катетера часто закапала моча. Клей вскрыл умершему пах, приник ротовым сфинктером к семявыносящему протоку, наполнил высосанной спермой шприц. Они обнажили венные ниппели под мышками, 68433 протянул Клею клизму, но тот, отмахнувшись, запустил руку во вскрытую брюшную полость шофёра и пальцами принялся выдавливать кал из прямой кишки. 68433 взял шприц и, впрыснув половину содержимого себе в ниппель, протянул Клею. Клей впрыснул оставшееся себе и сразу же алчно набил рот калом.
И мне, мне говна! - 68433 требовательно раскрыл чешуйчатую пасть, и Клей затолкнул в неё коричневый ком. Около пяти минут они расслабленно полулежали в креслах, тихо урча и посасывая фекалии. Гримаса неизъяснимого блаженства застыла на посеревших лицах. Наконец Клей приподнялся, сглотнул, вытер руки о чехол:
Ну ты как? Сушит? Ништяк... - Вяло откликнулся 68433, проглотив испражнения, - Ништяк попёрло. Как в поезде. Плавно улыбаясь, они вытянули тела из салона авто, заскользили по направлению к одиноко стоявшему во дворе зданию.
Стрелять нельзя, там взрывчатка кругом. - Предупредил в лифте Клей. 68433 кивнул, вынул из-за пазухи небольшой туристский топор Fiskars, прикрыл сверху пакетом. На выходе из лифта они разделились: Клей прошёл на лестницу, а 68433 приоткрыл стеклянную дверь.
Здравствуйте, вы к кому? - Спросил престарелый охранник. Мне это... в кассу, - Улыбнулся 68433 и нанёс охраннику несколько мощных ударов обухом топора в голову. Перешагнув через тело, он скользнул в приоткрытую дверь. В ярко освещенном квадратном помещении, уставленном вдоль стен деревянными ящиками с надписью high explosive сидело девять курителей.
Первого курителя звали Николай Стос. Это был высокий худощавый юноша с волосами цвета упревшей соломы. Он сидел за столом слева, и когда 68433 вошёл, поднял голову и отложил журнал "Bloomberg Markets". Николай Стос курил высушенный в духовом шкафу и измельченный в пыль толстый кишечник молодого монгола. Он обладал феноменальной памятью на номера автомобилей. 68433 ухватил его голову за волосы на макушке, приложил о стол лицом, потянул на себя и нанёс ряд сокрушительных ударов обухом топора по шее сзади.
Второго курителя звали Алексей Заточивесло. Это был сутулый краснолицый мальчик с бельмом на правом глазу. Он курил порошок из костей беременных женщин. Когда 68433 вошёл и атаковал Николая, Алексей, находившийся рядом у холодильника, ухватил с полки бутылку водки "Бархотная кувалда" и ударил нападавшего по голове. Череп 68433, выполненный из армированного пластика, отразил удар. Бутылка раскололась, водка брызнула, в руках Алексея оставался острый кусок стекла, которым от попытался травмировать руки оппонента, но сам получил тяжелым лезвием вначале по предплечию, а затем прямо в лоб. Голова Алексея оказалась разрубленной почти до зубов, он упал навзничь, обильно поливая кровью, большая часть мозга вытекла на пол.
Третьего курителя звали Мэнцо и Пэнцо. У него было два туловища: одно, полностью развитое, туловище дородного пожилого мужчины - и второе, дегенеративное, росшее из грудины первого и торчавшее наподобие огромного живого сука с безглазой лысой головой на конце. Мэнцо, основное туловище, курил пропитанные менструальной кровью женские трусы; маленький Пэнцо курил марихуану. Когда Алексей Заточивесло упал с разрубленным черепом, Мэнцо судорожно вскочил, а Пэнцо истошно закричал:
Гузимеееееееет!! 68433 резко повернулся и срубил Пэнцо голову. Мэнцо отступил, зажимая четырьмя руками фонтанирующую кровью шею Пэнцо. 68433 нанёс ему вдогонку таранный удар пяткой в пах. Бурно кровоточащий Мэнцо и Пэнцо опрокинулся на четвёртого курителя, Григория Хуеглотова.
Григорий Хуеглотов был невзрачным господином в изящных очках, с губами обметанными герпесом. Григорий удивлял знакомых и родственников способностью помещать в анальное отверстие два смазанных гелем для волос кулака. Курил он марокканскую цурюпу. Когда конвульсивно подёргивающееся туловище Мэнцо и Пэнцо навалилось на него, он жалобно выматерился, пукая и опорожняя мочевой пузырь. Трясясь всем телом, он попытался проползти под столом по направлению к выходу, но 68433 одним махом перерубил ему позвоночник в районе поясницы.
Пятого курителя звали Семён СпРог. Он был очень подвижным, коренастым студентом, постоянно снующим, жующим, сплёвывающим, икающим. Курил он смесь берёзовой коры с сибиреязвенными струпьями. Когда 68433 нанёс свой первый удар, Семён пронзительно взвизгнул, прижал уши, кинулся к чужаку и попытался укусить его ногу. Был отброшен ударом колена, но несколько раз повторил попытку, впрочем, столь же безуспешно. 68433 отбивался от него копытами в коротких промежутках схватки с первыми четырьмя курителями. Одним из точных пинков он выбил Семёну глаз, а потом, пока тот скулил, истерично скользя на залитом кровью полу, раздробил ему обушком топора затылок.
Шестого курителя звали Людмила Жирова. Эта была высокая плотная дама лет сорока в элегантном салатовом костюме с серебряной брошью ввиде губной гармони, инкрустированной изумрудами и брильянтами. Людмила владела тремя иностранными языками, курила смесь семян укропа с собственной перхотью. Когда 68433 проник в помещение, она была увлечена чтением книги Станислава Пули "Цепни", и поначалу не обратила на происходившее внимание, однако, когда кровь одной из жертв неожиданно брызнула ей на пиджак, проворно вскочила и в два прыжка настигла крупной красной кнопки вызова охраны. Она не знала, что к этому времени Клей уже повредил кабели в распределительном щите на лестнице и приближается теперь к распахнутой двери, натягивая боевую пружину арбалета, стреляющего заточенными сварочными электродами. Она ударила по кнопке, но сирена не включилась. Клей появился в дверном проёме и выстрелил. Снабженный пластиковым стабилизатором электрод мелькнул в воздухе и вошёл Людмиле в лицо под левым глазом, пробив череп насквозь и выйдя из затылка. Изо рта и ушей Людмилы хлынуло; вытаращив глаза, она осела на ящик с взрывчаткой, конвульсивно подёргиваясь.
Седьмого курителя звали Виктор Клещ. Это был абсолютно лысый трансвестит с печальным взглядом овчарки. В молодости Виктор преуспел, работая брокером, но впоследствии лишился большей части сбережений, вложившись по совету завистливого любовника-зоофила в акции Николаевского глинозёмного завода. Клещ курил самок чесоточного клеща. Когда началось побоище, он, вооружившись шнуром от пылесоса, сумел зайти 68433 за спину и, накинув провод ему на шею, стал душить.
Одновременно восьмой куритель, Антон Попедрычный, толстокожий евнух с извечным запахом гнили из щербатого рта, подскочил к 68433 справа и вцепился своими розовыми от экземы пальцами в рукоять топора. Вследствие длительной практики анального секса, Антон страдал недержанием кала. Он курил чешую пираний. Он удерживал топор мёртвой хваткой, и когда вбежавший в помещение Клей вонзил ему в спину один за другим восемь электродов, упал на колени, предсмертно хрипя, но добычи не выпустил.
68433 вынужден был отпихнуть вцепившегося в топор Антона копытом, дабы освободиться наконец от душившего его провода. Резким движением он перекинул висевшего на нём Виктора через спину и, придавив его коленями к полу, сначала выдавил сопернику большими пальцами глаза, а затем вырвал зубами щёку.
Сверху на 68433 напрыгнул было девятый и последний куритель, Виктория Кмеч, похотливая худощавая блондинка с плоской грудью и провалившимся носом, однако подоспевший на помощь Клей отключил Викторию ударив ребром ладони в основание черепа, а затем добил её, вонзив заточенный электрод в сердце. Виктория не носила трусов. Она курила измельченные в кофемолке иглы дикобраза. Перед тем как она отважилась кинуться на 68433, из её сросшегося с прямой кишкой влагалища с тихим стуком выпала твёрдая какашка.
Мэссуган! - Хрипло выкрикнул Клей. Пэпэдуй! - В тон ему отвечал 68433. Вдвоём они добили корчившегося на полу Клеща, а затем с видимым трудом высвободили топор из сведённых судорогой пальцев околевшего Антона. После недолгой возни Клей вскрыл стоявший рядом с холодильником сейф и извлёк оттуда три причудливо разукрашенных человеческих головы, сшитые между собой за ушные раковины.
Вот, - Показал он на головы, - Жидам такое не под силу. 68433 подошёл и долго рассматривал, покусывая коготки на пальцах.
Ну, а теперь-то нас пустят на корабль? - Спросил он жалобно, словно ребёнок. Хуй-те в рот, - Усмехнулся Клей, - На всех билетов нет. Но ты не ссы. Я тут подумал... Короче, надо разогреть Конуса. А он разве... - Запнулся 68433, вытянув губы трубочкой. Разве, ага. Он злой, конечно, Конус. Но резвый. Когда горячий. День выдался тёплым, несмотря на то, что Солнце с утра так ни разу и не выглянуло из водянистой ваты.
Ты в Ленинграде бывал? - Спросил Клея 68433 когда они вышли из подъезда, и принялись вынимать из машины труп шофёра. Бывал. Но давно. - Клей поддел монтировкой крышку канализационного колодца. Они быстро скинули труп в сырое дупло. Клей задвинул крышку: она понимающе звякнула. Там ночи белые. - Сказал 68433, задясь за руль, - Вот типа как сейчас. Ночью лучше спать, - Задумчиво отвечал Клей, глядя на экран ноут-бука, - Это только так кажется, что организм не чует Луну. Но когда Солнца нет, бушевать опасно. Помнишь Сёму? С которым мы в Ухту мотались? Сёма говорил мне, что у него есть мечта. Эта мечта - не такая, как у других: это сознательная мечта. Он сам отрастил эту мечту в слепой кишке, а потом извлёк при помощи зонда. Ночью мечта Сёмы темнеет и сжимается в маленькую серую таблетку, пахнущую уксусом и гнилой кровью. Она тогда твёрдая как маленький камешек. Если на ночь её положить в стакан с водой, и выпить эту воду утром, через несколько дней умрёшь. Зато на Солнце она разбухает как губка и выпускает стрекательные волокна. Эти волокна парализуют, если дотронуться. Сёма может убить своей мечтой. Ботимур. - Покачал головой 68433. Там ларёк продуктовый есть, знаешь? - Клей выключил компьютер, сверился с картой. - Вот давай там где-нибудь тачку кинем и дальше двинем пёхом. Там через пустырь пройти, с полкилометра всего. 68433 кивнул. Они проехали пост и свернули на узкое покрытое выбоинами шоссе. Жухлые деревца с подозрительной злобой смотрели им вслед. Вскоре на асфальте появился белый налёт песка, в стороне показался бетонный забор с колючей проволокой: они приближались к территории карьера. Слева у обочины из развороченной грузовиками почвы выпирала угрюмо одноэтажная бетонная постройка, выкрашенная тёмно-зелёным. 68433 вырулил за угол и заглушил двигатель. Они вышли.
На двери магазина висел замок, однако обнаружившаяся здесь же краснолицая дама в сальном спортивном костюме предложила друзьям набор нехитрой снеди, которой торговала она прямо из распахнутого багажника видавшей виды "Лады". Клей взял две водки, вопросительно посмотрел на товарища. Не поворачивая головы 68433 резко выбросил руку вверх в сторону: ребром ладони она врезалась женщине в горло. Продавщица осела спиной на капот, 68433 навалился сверху и быстро задушил её упругими пальцами.
Вдвоём они оттащили тело в поросший бурьяном овраг. Вяло махнув кистью, Клей раскрыл нож, разрезал и снял одежду. Ласково улыбаясь, они вытащили из брюк набрякшие кровью члены. 68433 с наслаждением обнюхал ступни и промежность трупа. Клей поместил свой фаллос женщине под мышку, плавно задвигал тазом, жмурясь от удовольствия. 68433 с силой запустил пальцы мёртвой в анус, протолкнул руку почти до запястья, затем вынул, вытирая губами налипший на неё тёмный кал:
- Самое маслице, - Откомментировал он, прижимаясь лицом к развороченному сфинктеру и покрывая вход обильной слюной. Клей тем временем сделал аккуратный надрез на голове трупа под самым затылком и, крепко ухватив женщину за мелированные волосы, с натугой принялся загонять свой окаменевший член ей под скальп.
Они занимались с ней долго, около часа, использовав для совокупления рот, влагалище, прямую кишку, а также ряд проделанных лезвиями отверстий. По очереди кончили в загодя откупоренные горлышки водочных бутылок. Отдохнули. 68433 соорудил небольшой костёр. Клей достал стальные трубки для высасываниия жира, солидные отложения которого неприкрыто заявляли о себе на бёдрах, животе и талии умершей. Сосали с наслаждением, смакуя жир во рту, изредка мелко сглатывая. Сдобренная густой спермой водка раздразнила аппетит. Мозг и сердце съели сырыми. Печень слегка обжарили. И наелись, упали в пыльный бурьян, не смея уснуть, но отдав сознание ветру.
Смотрели.
На облака. На редких одиноких птиц, что подобно царапинам на киноплёнке, мелькали в светящемся мареве. На грязные стебли растений, сопевшие глухо над их головами.
Ну что, пошли что ли? - Спросил 68433 спустя примерно час. Пэссарь! - Решительно кивнул в ответ Клей. Миновав пустырь, они обогнули песочную насыпь и приблизились к высокой серой постройке без окон с широкой металлической дверью над бетонным крыльцом. Крыльцо имело ступени высокие, укреплённые стальными уголками, а также наклонный скат, по которому вкатывали дроги с трупами. Сбоку, привалившись к крыльцу спиною, дремал человек в униформе. 68433 нежно пнул его в рёбра. Сколь либо выраженной реакции не последовало. Клей впрыгнул на ступени, постучал в металл кастетом: дверь отозвалась недовольным лязгом, а затем всё стихло. 68433 прислушался. Сверху зашуршало. По знаку Клея оба прижались к стене и замерли.
Чего вам? - Во внезапно открывшемся в теле двери оконце показалось прыщеватое лицо молодого мужчины. Управление по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, капитан Пыпенко, - Вальяжной скороговоркой пробубнил Клей, доставая и показывая корочку, - Дуборезочку осмотрим вашу быстренько. Лейтинант Жмысов... О! - 68433 извлёк из заранее приготовленной папочки ордер, - Давай это... С видимой неохотой дверь отползла на полметра в сторону.
А чего это вы... Так-то сразу... - Паренёк за дверью боязливо теребил рацию. Из темноты корридора приблизился рослый санитар в кепке. Давай, давай, не буксуй! - Клей нетерпеливо толкал охранника. Дребезжащий лифт с содроганием опустил всех четверых в подвал. Здесь было прохладно, сверху доносилось гудение. Короткий тоннель вывел их в обширное помещение складского типа сплошь заставленное полупрозрачными ёмкостями. Резкий запах бодрил. В дальнем углу обнаружился сидящий на каталке человек. Сдвинув на сторону выпачканный кровью фартук, человек мастурбировал, нежно покусывая отпиленную по локоть детскую руку.
Валентин! - Окликнул его санитар в кепке. Не прекращая массировать член, человек обратил живые ярко раскрашенные глаза на присутствующих.
Это чего? - 68433 приподнял пластиковую крышку. Селезня. - Освободив на мгновение рот, Валентин указал на неразборчивую надпись. А тут? - Клей щёлкнул ногтем по соседнему бочонку. Костный мозг. - Вяло отозвался санитар в кепке. А где трупаки у вас? Целые? А вы ливер смотреть не будете? Ну я пошёл тогда... Ген, покажешь? - С непонятным разочарованием молодой охранник направился прочь. Валентин и Гена переглянулись. Нам нужны трупешники, ёбты. - Приглушенно выпустив газ, повторил Клей. Неожиданно Валентин гортанно крикнул и сбрызнул на пол обильной струёй жидкой спермы. Глубоко вздохнув, он выпустил из зубов детскую руку и, привалившись к стене, принялся поглаживать обкусанной ладошкой влажную головку пениса.
Айда за мной! - Махнул рукой Геннадий, резво устремляясь к сияющему галогеном проходу. Они миновали холодильную камеру с развешенными рядами на крюках выпотрошенными телами, прошли две прозекторских, в одной из которых молодая женщина с глазами навыкате наматывала на вертикально вращавшийся барабан чей-то кишечник. Геннадий рывком потянул длинную рукоять; двустворчатая дверь распахнулась, являя взору плотно уставленное каталками квадратное помещение. На каталках вповалку лежали твёрдые покойники. У большинства от глотки до паха тянулся криво заштопанный взрез вскрытия, размашисто выведенные ярким маркером номера приятно оживляли восковой лес конечностей.
Который нужен-то? - Осведомился Гена, поправляя сползшую на пол девицу с глубокой бороздой повешения на синюшной шее. Молдаван Иннокентий Абрамович. - Сверившись с электронным блокнотом, выдавил Клей. Как? Молдаван? Щас, момент... - Заглянув в блокнот, санитар вышел в корридор чтобы свериться с базой данных компъютера. Дверь, - Кивнул 68433 Клей. Тот кивнул и встал у металлических створок. Клей тем временем подошёл к трупу повешенной, ущипнул сосок, погладил длинные мускулистые ноги, поковырял между пальцев, тщательно обонюхал пах.
Ништяк деваха? - Улыбнулся 68433, почёсываясь. Супер, - Клей довольно ощерился, - Не вскрывали еще. Но больно твёрдая: не воткнёшься. - С сомнением он ощупал срамные губы умершей. Ну что, может и её возьмём для компании? Разогреем в машине - и ач-ач-ач!... Делу время, потехе час! - Строго отозвался Клей, не отходя, однако, от трупа. Перевернув тело на живот, он склонился над ним, прижимаясь лицом к слегка деформированным ягодицам. - Дай-ка мне катетер! Но как раз в этот момент, деловито насвистывая, вернулся Геннадий. Бросив понимающий взгляд на возившегося с покойницей Клея, он принялся осматривать тела, наваленные в правом от входа углу.
Глянь, этот что ли? - Спросил он минуту спустя, с силой выталкивая заляпанную кровью каталку с лежащим на ней ничком длинным поджарым мертвецом. Выбритая голова мертвеца была вытянута как яйцо, тело словно кружево покрывал замысловатый узор тёмных ожогов.
Во-во, он самый, - Кивнул Клей, бегло осмотрев покойника, - Заверни его, брат. В смысле? - Потёр кепкой прибитый паршой затылок санитар. Мы его с собой заберём. - Клей сосредоточенно нажимал кнопки мобильного телефона. Че?... Не-е... Это нет, слышь, это разрешение надо, я вам не... - Голос его сорвался в хрип, поддерживаемый за голову плавно скользнувшим за спину 68433, он медленно завалился на грязный кафель. Почкэй, малчик. - 68433 выдернул длинную заточку из его рёбер. 3.
Миновав разноэтажный колодец везикулятора, Виктор подошёл к батареям и огляделся: так вот он какой, цепной бурун! Ладно, ладно, посмотрим кто кого. Вчера Остапенко принёс любимый компас (возился с ним в углу, отщипывая куски), радовался чисто по-детски, убил током подъязычную крысу, растворил в кислоте мечтательного Терентия Самураевича... Ох уж эти дрискачи, никогда толком не знаешь, когда прогнутся!
Но сейчас Виктор точно наладил рубильню: теперь-то, гляди, не соскочит: лезвие ходит мощно, с раскачкой, на костях не застревает, так что будет на что посмотреть местным, будет кровушки свежей вдоволь... Но если бы Терентий Самураевич не пополз тогда под стрелку с краской, еще не известно, чем бы всё кончилось. Его могли просто не узнать, в конце концов. Он жил на даче, ни с кем толком не виделся, тем более, такие неприятные вещи... Но Виктор не обижался: он прекрасно помнил, как ходил в конце декабря с Юлей кругами по ВДНХ и помнил, что из этого вышло. Обижаться тут не на кого.
Вот и пар клубами повалил из-под разогретой кирогазом пробы. Рабочие засуетились над трупами Питерских, крючьями стали переворачивать, чтобы спины не обгорели, значит. Виктор наблюдал с усмешкой: уж если станет совсем невмоготу, всегда можно выйти в фойе и там подождать. Мобильный телефон Остапенко у него записан, да и домашний есть, кажется. Живёт он пиздец в Новоебуново, ну да ладно, всё одно - другое место, а это для Виктора сейчас самое главное.
Раздался долгожданный стук, ласково всплеснула кровь, и первые головы посыпались в форму из патрубка. Виктор радостно потёр руки и вышел в приёмную. Ну вот и всё, порядок. Он машинально взял с низкого полированного столика газету и, лениво ковыряя яйца, прочёл с интересом:
Italians Loved Argentine Bonds
The Italian banking association, or ABI, estimates that about 350,000 Italian individual investors own about 13 billion euros ($11.4 billion) of Argentine bonds, according to articles last week in the Italian financial newspaper Il Sole 24 Ore. That means Italian small investors alone own more than half the $21.5 billion in outstanding Argentine federal government eurobonds and other Argentine federal government bonds in western European currencies, figures Manning. This amount does not include Italian exposure to Argentine provincial and corporate debt or institutional holdings of Argentine debt in Italy. Estimates of total Italian exposure have been rising since Argentina defaulted in December as ``Italian bankers better assess the country's exposure to Argentine debt,'' says Manning.
The Argentine default, and its effect on Italian investors, has been big news in leading Italian papers for months.
Yet, even though Italians may be the single biggest group of investors facing huge losses on defaulted Argentine bonds, the Argentine government has done little to explain to them what is going on. Government press releases so far have been in English and not in Italian.
Italians are understandably upset at what they perceive to be shabby treatment from a country with which they have deep ties. As many as 400,000 residents of Argentina have Italian passports and can vote in Italian elections, according to one estimate. Half of the 12 million residents of Buenos Aires, Argentina's capital, are of Italian descent, estimates Samuel Baily, a professor of history at Rutgers in New Jersey who has studied Italian immigration to Argentina. And at least a third of Argentina's 36 million people have some Italian blood, he figure...
...Дверь, матового стекла дверь напротив большого фосфорицирующего панно, отворилась, мягко отъехала, эффектная женщина в вишнёвом костюме вышла к Виктору, естественно покачивая бёдрами, несильно. Виктор мигом отложил газету, вскочил, покраснев от возбуждения, даже зачесался (он подавил в себе позыв пёрнуть, и был этим горд); он подскочил к женщине сбоку, хотел поцеловать руку, но она резко изменила направение движения, и Виктор застыл, красный, лоснящийся, напряженный, с шумным надсадным дыханием.
О-о, вот мы какие, Витенька, грусть долой, дела долой, бизнес, бизнес полным ходом, а старых знакомых не вспоминаем? - Она шутливо погрозила ему пальцем, подмигивая висевшей в правом верхнем углу видеокамере. Оленька, я, я, я даже просто не помню, вернее, не сразу... как бы это... Я, в самом деле - вот только головы посыпались - сразу, сразу бросился к тебе! - Виктор даже запрыгал на месте на прямых ногах, словно спортсмен-единоборец, пропустивший удар в пах. Споём теперь "Головы"? Вместе? Хором? - Она озорно захохотала, вцепилась ему ногтями в щёки и звучно чмокнула в лоб, - Сссобака бешеная, Витюша, ты меня заводишь... Виктор, неожиданно присев, совершил что-то вроде борцовского прохода в ноги, свалив Ольгу в глубокое кожаное кресло. Она взвизгнула, отбивалась, впрочем, не всерьёз, хотя один удар пяткой сверху вниз, такой по дуге, попал Виктору в область левой почки, но он не обращал внимания, ибо возбуждён был чисто как подросток.
- Дай мне писечку, писечку полизать твою... - Бормотал Виктор, раздвигая ольгины колени головою своею, разрывая колготки её зубами своими, и трусы её разрывая зубами своими, и присасываясь ртом, да всем лицом своим приникая и возя по вагине, сочащейся кислым острым соком вагине, потной горячей вагине, отплёвываясь от волосиков, жмурясь и рыча.
Внизу, меж тем, продолжал работать конвейер. Еще живые, но слегка приторможенные инъекцией барбитурата испытуемые проезжали по ленте в раздевальню, где шустрые руки поролоновых девочек снимали с них одежду и обмывали дезинфицирующим раствором "козла". Из-за одного процента с утра. Поэтому. По 6, по 8 я брать больше не буду, потому что возникает ощущение, что тренд начинает менятся. Рынок встал раком. Опа-опа.
А потом голые тела, которые вяло ворочались, мягко обнимая друг друга и сами себя в неумелой неловкой попытке согреться (они вынужденно индульгировали в лени, поскольку находились под воздействием наркотика), эти самые тёплые тела, местами обритые, местами волосатые, поступали в эмалированные миски, головой вперёд: чик! Затем срабатывало нехитрое реле (там использовался луч света, как в турникете метро) - и нож отрезал голову, очень ровненько, строго по намеченному. Когда крови становилось уже совсем много, установка притормаживалась, сверху опускалась промывочная рама, а потом горячая сушка. Но запах всё равно присутствовал. Без запаха нельзя. Ну и хорошо. С запахом и дрочить приятнее.
Аах... Супер... - Шептала Ольга, извиваясь в кресле. Она держала голову Виктора специальными зажимами "Пэлдокэрц". Эти зажимы бывают двух видов: с отростками в виде бивней краба, и с круглым навершием под резаком. Первые стоят минимум 600 евро. Вторые можно купить чуть дешевле за рубли в рассрочку, но это опасно: много людей погибли, пытаясь купить эти ёбаные зажимы. Сергей Сергеевич, миноритарный акционер ОАО "Оренбургнефть", был умерщвлен электрофуганком в подсобном помещении кафе "Хуйсними". Лидия Быбылова по кличке Йогурт была насмерть забита ногами в столовой 15-го троллейбусного парка города N...
Виктор уже полностью разделся, даже носки стянул и, связав узлом, метнул далеко за спину. Холода не ощущалось, долговызый торс его весь покрыт был красными пятнами; лизал он со всхлипами, ударяя время от времени в пол выгнутыми пальцами ног.
Щас буду кончать... Ты мне вставь сразу... - Горячо задышала Ольга, ослабляя зажимы. Виктор замычал, натягивая кожу на пенисе. Вот уже Ольга, сжав судорожно ноги, с прерывистым криком выгнулась в кресле, затряслась, царапая ногтями зажимы. Он резво вскочил, уверенно вошёл в неё, стал ебать напористо, ровно:
Вот... Вот так... Да... Да... - Шептал Виктор, елозя лицом по её недавно выбритым и оттого слегка колющим щеки икрам. В жопу хочу, Витюш... - Задыхаясь, проговорила Ольга после очередного оргазма, сползая с кресла и подставляя растягиваемый пальцами анус. Виктор издал неопределенный звук, выделил слюну, его лоснящийся от женских соков хуй с натугой заполз в прямую кишку любовницы ("Yesss!" - Вскрикнула та). Он вновь принялся грубо и мощно ебать её, подвывая и потея. По всему было видно, что развязка на подходе. Виктор, очевидно, почуял, что семя его вскоре изольётся из яиц: он стал повизгивать и материться, кусая кабель зажимов. Так он мог вполне прокусить изоляцию, в горячке, как говорится, страсти, зубами порвать оболочку - а там, как-никак, провода с электрическим током... Во время ебли тоже, разумеется, вырабатывается электричество: оно-то и заставляет наши тела корчиться как если бы нас связали и принялись загонять под ногти раскалённые иголки... Или нет, не только под ногти, но и в суставы, а так же воздействуя особым образом на нервные центры, чтобы боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть, но секс как таковой не является в общепринятом понимании чем-то негативным: напротив, он ассоциируется с высшим блаженством - страдание неуместно здесь, но мы-то знаем, что только настоящая боль открывает дорогу к будущим отрыжкам преисподней всех вертикалей, митингов и прочих космических шуток (один известный музыкант пел, что вся жизнь человеческая - лишь вонь и дым - или дым и вонь - имеет ли очередность в данном случае значение), и вот теперь эта самая боль, боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть... Ах, как сладко кончать, как сладко, как невозможно, неописуемо, даже пусть уже всё известно наперёд, и вашу мошонку сожмёт в металлических щёчках неумолимый пыточный агрегат, но пока есть нервы, пока хоть какой-то последний полусгнивший кусок нейрона еще болтается в теле вашем как сопля, как гнойный ствол в чирии (вам приходилось вычищать чирий?), пока сгнившее тело продолжает пахнуть, желанной помадой (Нет! Нет! Требуйте, чтобы он непременно кончил в рот!), пока все зяблики расстрел подперцу, пока мимолётно олтыр пекро ты вампира, пока долдукар сокуиберконца, я буду, бубу, дуду, руру, фуру, журу, дуру, вечно, бесконечно, бесчеловечно, бесколечно, безогуречно, бескартечно, но скоротечно - и ура! - мы пролетим над миром яркой кометой, каплей горящей бензиновой спермы, напалмовой молофьёй, мы обратиммирвпепел! Всё потому, что боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть, и сифилисный мальчик обнажил гениталии перед электро-мясорубкой, словно и не боялся вовсе, но тут же бесжалостный удар - и его мозг брызнул в тарелку с салатом, и боль не давала ни вздохнуть ни пёрнуть, и муравьед растоптал едкие экскременты ребёнка: всё правильно, зачем теперь соблюдать эти дурацкие условности? Вы знаете, что нужно делать. Вы знаете. Что нужно делать.
Виктор почуял, как ртутное щупальце оргазма постепенно становится титановым. Виктор почуял, как в семенных пузырьках закипела настойка из круто перебродившей спермы, Виктор почуял, как мошонка его вся сжалась, отвердела, подтянулась кверху ("кверьху", как артикулируют некоторые уёбища), Виктор почуял, как сладчайший экстаз постепенно обвалакивает его своим смертельным капканом... Смерть. Виктор почуял смерть. Запах смерти. Звук смерти. Фактуру смерти. Смерть была здесь, совсем рядом: она окружала их, словно воздух.
Смерть повсюду! - Засмеялся Виктор, икая и глубже всаживаясь. Еще! - Отзывалась Ольга, бешенно подмахивая. Липкий смертельный нарзан подобно покрывалу просачивался, просачивается и просочится. Кому известен смертный час? Смерть рядом. Вот смерть. Смерть рядом. Вот смерть. Смерть рядом. Вот смерть. Смерть рядом. Вот смерть. Смерть рядом. Вот смерть. А если... вы не хотите умирать... Что ж... Но всё равно умрёте. А если... Вольно вам думать, что у вас есть выбор... Ну, что ж... Но всё равно вы умрёте. Выбор отсутствует. А если вы верите, что вознесётся душа ваша, ну что же, в том ваше право. Но всё равно умрёте и сгинете в Ничто.
Я чую смерть! Смерть! - Шептал Виктор, вонзаясь и стоная на грани кульминации. Еби! Еби её, суку! - Пыхтела сквозь зубы Ольга, и липкая слюна пузырями вскипала меж её извивавшихся губ. С ровным стуком падали внизу срубаемые сверкающим ножом головы. Раз. Раз. Раз. Каждый удар ножа соответствовал погружению члена Виктора в прямую кишку Ольги. Головка пениса била в матку как в колокол, и слетали хрящи, и позвонки, и кровь омывала, и кожа летела. Словно бы всё было игрушечное, ненастоящее. Словно бы к примеру всё это склеил ребёнок, используя картинки из детской книжки и папину сперму, которую отрыгнула мама, когда укол в вену подействовал. Мама расслабилась. Мама отрыгнула спермой (она насосалась крепких членов накануне в бане; с нею, помимо законного супруга Александра Разжобина, там были: Николай Струговицкий, Пещерга Махлоперцев, Кунжут Обы-Дурдуй, Виталий Оргазмейко, Антон Волторбасс и выпускник профессионально-технического училища, парализованный вследствие удара по спине кувалдой волоокий блондин Алёша Пиздобрей по кличке "Тузик-666" - он единственный из всех не мог кончать из-за своей травмы, зато его могли ебать в раздроченное и полное прогорклого говна заднепроходное отверстие). Мама отлично сосала, да. Она умела сосать: научилась еще в институте. Она любила сосать. Она сосала по-всякому. Она тащилась, когда мужик кончал. Когда мужик, весь трясясь как эпилептик, выбрызгивал одну за другой тугие струи молофьи ей в рот (или на лицо - тоже клёво), и она сама кончала от этого, и еще она это... она, вобщем, это, когда сосала, всегда еще тискала пальцами свой клитор, и потом, потом она слизывала всю сперму до последней капли (у неё вся пизда текла от одного запаха спермы), её всю трясло прямо, она тёрлась пиздой о волосатые ноги мужика и хрипела, икая и слизывая сперму сперму сперму сперму сперму такую вкусную, как мыло во рту, как мыло как мыло, сперма как мыло, полное живчиков мыло, и она могла сосать и глотать бесконечно, бесконечно, потому что в этот момент она понимала, что единственное, что отделяет её от смерти - это полное живчиков мыло полное живчиков мыло полное живчиков мыло, а потом приходит смерть, всегда только смерть смерть смерть смерть смерть смерть смерть смерть!
4.
Необходимое разъяснение
Данную памятку направляю на локальные зоны, чтобы через сопутствующих откупорить головы солдатам, чтобы впредь освещены были ярче Вехи, и Основной Стержень (ОС) не размягчался под воздействием желудочного сока. Ибо в каждом из нас - ОС присутствут, пусть и незримо, но ведь и внутренние органы так же незримы.
Так через посредство простых слов собираюсь защемить пассатижами кожу всех сопутствующих, дабы через Боль пришло Осознание. И лучше предпочесть гибель и страдания, потому что стороны света едины.
Это письмо передаю через анального выродка Павла Коробкинда, чтобы при вскрытии нанесено было на долгосрочные матрицы и инфецировано через сопутствующих. Павел Коробкинд достиг вершины и хочет умереть.
Пэссарь!
С извечной ненавистью,
БОР
Разъяснеие Часто Встречающихся Вопросов
1) Почему.
Меня часто спрашивали, есть ли содержание в нашем Беззаветном Устремлении? И если да, почему мы должны ждать.
Так отвечу.
Есть Сыг и Мэнсыг. Они едины, но лишь в обращении вперёд. Мы же еще не обратились. Мы еще восстали только, и бушуем во льду. Мы обрели Осознание, и Осознание это есть Сыг. Но сожмите теперь пальцы в кулак и бейте, не ведая боли! Ваш кулак теперь - лодочка, в которой поплывёт по Реке Неизбежности Мэнсыг.
Сталь разделяет и давит. Вода является проводником виброудара. Сталь и Вода вместе помогут обороть человеческого гада. Человеческие яйца подлежат испепелению. Дым мяса вознесёт человеческий жир к Небу. Только небо вберёт и просеит.
Пэссарь!
2) Каковы наиболее эффективные методы разрушения?
Меня часто спрашивали, возможно ли овладеть универсальным методом разрушения, который позволил бы одновременно повредить объект противостоящий и слабость сопутствующую.
Так отвечу.
Такие методы есть. Но сам метод не есть еще Ключ. Ключом может быть, например, стремительное кровоизлияние в мозг. Ключом может быть Опухоль. Ключ можно найти, а можно выточить на токарном станке. А метод - это только болванка Ключа. Но зачем вам болванки? Болванки должны быть беспощадно уничтожены.
Люди - это болванки. Люди все должны быть беспощадно уничтожены.
Человечий дух - это кропотливая плоская болванка. Человечий дух неоходимо истребить беспощадно, беспощадно уничтожить.
Человеческая кровь - это проводник вредных болванок. Человеческую кровь необходимо слить в одно огромное озеро, в котором поселится огненная икра, из которой выйдут огненные мальки, которые вскипятят и сожгут кровь. Проводник вредных болванок должен быть беспощадно уничтожен, истреблён, искоренён, исторгнут и аннигилирован.
Человечье семя - вот вездесущий анти-ключ. Это вредитель сосущий, паразит отравляющий. Но наш Ключ - в Великой Мутации, а значит, человечье семя будет беспощадно уничтожено.
Так уничтожение болванки приводит к появлению многочисленных блестящих Ключей, а Ключи эти, будучи повёрнуты, отомкнут запоры, и всё лишнее сгинет.
Пэссарь!
3) Возможно ли мутировать без активного истребления человечьего белка?
Меня часто спрашивают, возможно ли мутировать без активного истребления человечьего белка?
Отвечу: нельзя.
4) Как распознать Паразита в окружающей биомассе?
Меня часто спрашивают о возможности безошибочного выделения, изъязвления, уничтожения и утилизации паразитирующих на нас около-витальных форм, в особенности homo sapiens.
Так отвечу.
Убивайте повсюду и повсеместно. Не беда, если уйдёт Ваша Сила: Сила не может исчезнуть, она лишь перемещается.
Убивайте утром, когда проснулись и только разлепили веки свои. Убивайте когда после благостного сна идёте справить нужды. Убивайте днём, вечером и ночью; убивайте в сумерках, при ярком свете, под водой и на воде, в снегу, в песках, в лесах и болотах, в городах и сёлах, убивайте, убивайте, убивайте. Убивайте во время трапезы, и во время испражнений, и во время полового акта - убивайте, убивайте, убивайте. Не делайте различий: убивайте. Не думайте и не рассуждайте: убивайте.
Не задавайте слишком много вопросов: лучше убейте кого-нибудь. Не выказывайте излишней заинтересованности и нетерпения: лучше убейте кого-нибудь. Не распыляйте Силу на детали: лучше убейте кого-нибудь. Не ублажайте себя интеллектуальным словоблудием: лучше убейте кого-нибудь.
И зачем тогда выделять, если уничтожение будет сопутствовать?
И отчего пэрбурман, если отец положил бурандо?
Быть как бешенно вращающийся диск, быть как воздух, быть как место - вот путь к Истинному искоренению.
Пэссарь!
Конец разъяснения.
5.
68433 снял с убитого одежду, принялся было натягивать грязно-зелёные брюки на окоченевшие ноги Конуса, но Клей замахал руками:
Оставь, оставь, заверни его в тряпки просто! Всё равно отогревать голого придётся! Слышь, а он жив вообще? - 68433 с сомнением потрогал длинный член Конуса, извивавшийся между ног наподобие древесного корня. Клей не успел ответить: за стеной произошло какое-то движение, неясный шум и гул голосов. 68433 выхватил Стечкин, когда стремительно нарисовавшийся в проёме дверей охранник выпустил по ним длинную очередь - оба упали, перекатились в противоположные стороны.
Бузь. Мэнсыч. Курбат. Голутвин. Бобо. Жиба. Кол. Ткомарь. Жир. Космач. Лугетт. Цырдуйту. Щуп. Полозья. Лучше. Встарь. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Лишить нас права на выбор - вот в чем была самая изуверская, самая извращенная, самая наглая из полуторагодовых фантазий Безрукого. Безрукий полагал от оргазма вещи. Безрукий был уверен в своей ластометрии, а потому бесполезно было срать. Бесполезно гнить. Безрукий наливал чай - и синицы падали на землю мёртвые; Безрукий резал огурцы - и клевер пригибался, корчась, дымясь, осыпаясь едким пахнущим блевотиной пеплом. Вот он какой, Безрукий жид, ебаный трансвестит, пиздюк, прощелыга, хуеглот залупоухий; вот он какой, корытный червь, енот 500, жираф науки... И после всего этого - как еще возможно отыграть? Нет, милостивые государи, отныне и вовеки веков покидая священную обитель Говна, будьте честны перед своими потомками: встаньте прямо, ноги вместе, носки врозь, глубок вдохните и, вытянув руки перед собой ладонями кверху, громко и ясно прокричите эту простую и так необходимую нашей стране в сложившихся условиях тяжелой экономической ситуации истину:
Кораблябялябяллябяллябяблябялялялляблябялябялляял! На жопе! Фурункул! Смерть - не сметь! Голубой водой вспотеть! Пропердеть и проблевать на гнилую Родину-мать! Родину-мать! Родину-мать! Родину-мать!... ...И всё будет хорошо, вы только успокойтесь, всё хорошо, иначе не может быть, просто не может быть иначе, всё будет хорошо, ведь иначе просто не может быть, на хуй. Всё на хуй! Всех на хуй! Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Всё на хуй! Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе.ой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе. Сбой в программе.
На капитанском мостике всё стихло. Под крики чаек сильные матросы лизали яйца плоскогрудому левше. Зеваки молча ухмылялись. Ветер гнал по палубе шелуху от семечек. Она рассыпалась в воздухе и липла как перхоть. Лучше день новый, чем вар хуёвый. Сильно попотеть любезно - жиром сутки прозябать.
68433 перезарядился и затих. Оказывается, пуля повредила ему руку в районе локтя. Видимо, срекошетило. Мысли плавали словно в вязком растворе камфары. И сразу же капали капали капали капали... Клей аккуратно высунулся. Один, вроде лежит. Готов? Ни звука. И вдруг снова вспышки, бах бах бах бах бах, и снова, снова бах бах, сильно прямо стремглав бах и запах запах формалина и бездымного пороха и все эти неприятные звуки, которые так действуют на нервы, не дают сосредоточиться, но зачем сосредотачиваться, надо же действовать, надо бить, плыть, мить, жмить, крить...
Потом опять всё стихло. Знаками Клей показал 68433 "прикрой", сам быстро отполз назад, ухватил каталку, стал пристраивать к ней трупы, один труп, другой труп, третий труп. Он ставил их стоймя, так чтобы ноги на весу, а жопой цеплялись за каталку, чтобы получилась стенка из трупов - такой был план у него, такой вот план у него, у Клея, был, значит - сделать заграждение из трупов, пристроить трупы на каталке и вывезти её в корридор, а самим продвигаться сзади, и стрелять из-за трупов, а враги будут стрелять и попадать в трупы. А еще у них была граната.
Потом опять всё стихло. 68433 посмотрел что там на руке. Но вобщем ничего, ничего такого особенного серьёзного, хотя кость, видимо, задета. Но вобщем ничего, ничего такого особенного серьёзного, хотя кость, видимо, задета. А что ж делать? Что ж поделаешь-то теперича, а? Там, который первый был, он попал в него вроде. Он упал, да. Убил его. Одного, убил. Один, вроде лежит. Готов? Ни звука. И вдруг снова вспышки, бах бах бах бах бах, и снова, снова бах бах, сильно прямо стремглав бах и запах запах формалина и бездымного пороха и все эти неприятные звуки.
Клей соединил трупы, сцепил их вместе и повёз на каталке, так что трупы прикрывали его, там было штук шесть или семь трупов, наверное, сложно сказать точнее, он толкал перед собой каталку - такой был план у него, такой вот план у него, у Клея, был, значит - сделать заграждение из трупов, пристроить трупы на каталке и вывезти её в корридор, а самим продвигаться сзади, и стрелять из-за трупов, а враги будут стрелять и попадать в трупы. А еще у них была граната.
68433 перемотал кровоточившую руку и стал продвигаться за Клеем. На выходе лежал один труп, следом за ним еще тело. Первому попали в башку, и в горло, он, наверное, сразу сдох, второй сразу не сдох, он еще тихо шевелился, но уже неопасно шевелился, тихо так неравномерно шевелился. Они подкатили к нему каталку, и Клей перерезал ему ножом сонную артерию, кровь брызнула, потому что сердце еще качало, но уже вскоре он сдох, и тут вдруг снова вспышки, бах бах бах бах бах, и снова, снова бах бах, сильно прямо стремглав бах и запах запах формалина и бездымного пороха, Клей и 68433 одновременно стрелять стрелять стрелять стрелять из-за трупов, и отъезжали назад, пули били в кости, в мясо били пули, и в каталку попали пули, и в 68433 попала пуля снова - в плечо, но только разодрала кожу, которая ведь вырастает со свременем, так что 68433 не дрейфил, он вообще был отчаянный парень, этот 68433. А еще у них была граната.
Клей кинул гранату, а потом они прыгнули за железную дверь холодильника, чтобы осколки не попали в них, а 68433 был весь в крови, а потом они опять подползли к каталке и стрелять и стрелять и стрелять, еще стреляли, еще, потом Клей, а 68433 отбежал, потом они туда, потом и стрелять, а потом опять всё стихло.
Они выжидали минут пять. Потом осторожно покатили каталку. Там была комната, где трупы. Там еще были свежие трупы: три мёртвых охранника. И еще один живой - он притворялся мёртвым. У него кончились патроны, наверное. 68433 перерезал ему ножом горло. Там еще была та тётка, которая работала в прозекторской. Она тоже притворялась мёртвой, даже разделась для этого, но не до конца. Не успела, наверное. Клей и 68433 взяли эту тётку и пошли с ней к лифту. Она очень нервничала, её всю трясло, и моча стекала у неё по ногам. 68433 присел на корточки и облизывал эту мочу. Она была горько-солёной. Она остро пахла, эта женщина. Лифт не работал.
Как-нибудь еще наверх поднятся можно? - Спросил Клей тётку. Она стала подвывать и упала на пол. Её подняли. Скажи, где выход? - Спросил её опять Клей. Она пукнула только прерывисто и головой так затрясла, как птица, или курица там. Я не знаю, так трясь-трясь-трясь, затрясла головой и чуть-чуть обкакалась. Они потащили её обратно, потожили на стол с душем и сливным отверстием - это специальный металлический стол такой, на нём трупы вскрывают. Она закрывала руками голову и сжиматься стала, сжиматься, так клубком. Как ёж или кошка, или как ребёнок в животе, прижимать лицо к коленям. Они её стали переворачивать, но она вырывалась, и два раза её вытошнило клейкой такой массой, но немного.
Лифт блокирован. - Сказал Клей. - Надо ход искать наружу. 68433 взял садовый секатор и отстриг тётке пальцы на леврой руке. Она закричала тонко-тонко, завизжала так и-и-и-и-ииии-и-и-и, а Клей ударил её несильно по жопе и засмеялся, потом ей в нос сунули вату всю смоченную в нашатырном спирте, а 68433 секатором ей отстриг пальцы на ногах, и она опять стала визжать так и-и-и-и-ииии-и-и-ии-и-и-ииии, но голос у неё совсем сорвался, она стала задыхаться, а Клей сказал:
Она не знает. Потом он вынул хуй и стал ебать её долго-долго, а она только хрипела, а потом совсем обмякла, как неживая. Наверное, потеряла сознание или сдохла. 68433 в это время смотрел свои раны. Он достал из шкафа инструменты и растворы и перевязывал те места, где пули попали в него. Ему было больно, но он терпел. А Клей вынул хуй и брызнул спермой тётке в харю, но она отрубилась и ничего не чуяла. Тогда Клей взял специальную пилу, которой врачи пилят кости и отпили тётке голову.
Когда голова отвалилась, 68433 взял её в руки и долго нюхал, сначала волосы, потом глаза, щёки, и - в последнюю очередь - оскалившийся в гримасе страдания рот. Потом они вдвоём сходили в холодильник и прикатили тело Конуса. Клей предположил, что в температура в прозекторской значительно выше, а потому Конус постепенно может начать отогреваться.
- Отдохнём пока, - Сказал Клей, укладываясь на каталку. 68433 выпил спирт из маленькой колбы, сел на пол. Ему стало тепло и спокойно, вспомнилось детство. Вспомнился праздник Выдавливания Говна, который каждую весну происходил в их поселении. Дети готовились к празднику, заранее припасая ведёрки с крышками, чтобы собирать ливер. Собранный детьми после праздника ливер приносил счастье. Ведёрки ставили в тёплое место, и ливер постепенно загнивал, распространяя тяжелый запах. В ведёрке заводились черви, насекомые. 68433 вспомнил этот запах, потому что в прозекторской местами пахло так же. Это запах шёл словно из детства, запах весны, запах счастья.
На праздник Выдавливания Говна приходили почти все, кто мог передвигаться. Занимали места, перешептываясь. Под пение волынок и звон больших бубнов на арену выводили говнистых. Говнистые все были голые, их покрытые гематомами туловища покорно вздрагивали под ударами палок погонщиков. Говнистых подводили к давилову. Давилово представляло собой ряды вертикально укреплённых в земле рельсов. Каждого из говнистых клали на спину между двух таких рельсов, на вращающийся металлический валик, который проходился им в район поясницы. Еще один металлический валик, скользивший по полозьям рельсов, опускался сверху на нижние рёбра говнистого; говнистый оказывался зажат между двух валиков, его туго защемляло в районе диафрагмы, и он начинал кричать, предчувствуя скорую смерть. Погонщики вставали на валики ногами: все они как на подбор были толстыми, откормленными гермафродитами, и потому давление валиков становилось очень сильным - тело говнистого буквально передавливалось попалам. Тогда помощники погонщиков - маленькие жилистые карлики в белоснежных мундирах - начинали вращать специальные рукоятки, а погонщики сверху переступали ногами. Тела говнистых постепенно, но довольно быстро и уверенно протягивались через валики, так что содержимое их брюшных полостей (ливер) оказывалось раздавленным и частично вытолкнутым через заднепроходные отверстия на землю. Там-то его и подбирали дети.
68433 улыбался, прикрыв глаза. Как хорошо было набрав полное ведёрко ливера поспешить домой, где уже ждёт тебя румяный кутипытль и вкусное ряго-бяго! Как хорошо было ухватить большое шило, сжать в ладошке гладкую рукоятку и бить, бить, бить, всаживать стальное жало в визжащий и трясущийся, брызжущий кровью голубечный бинокль! Как сладко причинять нестерпимую боль беззащитному живому существу, видеть, как оно корчится, раздираемое нестерпимой мукой, обреченное на долгую мучительную смерть! Ах, как сладко: слаще ебли, слаще крема заварного... Продирался нож сквозь дебри мышц усталого больного, рассекая сухожилья, бороздя хрящи и кости... Ах, как сладко: словно жил я на разграбленном погосте, где разрыты все могилы и смердит гнилое мясо... Ах, как сладко воют пилы, неустанно, час за часом потроша тела презренных извращенцев и мутантов... Не берём мы нынче пленных! Пусть вскипает кровь как "Фанта"! Пусть хрустят хрящи и кости! Пусть сверкает сталь секир! Вот как сладко спрел в коросте гноя праздничный кефир...
Послушай-ка... - 68433 встрепенулся, неясно оживляясь. А? - Клей вяло разлепил губы. Я тебя спрашивал тогда, помнишь, насчет корабля... Клей молчал. Пальцами правой руки он защемил кощу на выкорке и с силой оттянул кверху.
Я просто не уяснил че-то... - 68433 встал и подошел к неподвижно лежащему Конусу, - Вот, значит, как говорится, корабль, да? Ну, типа такой большой железный корабль, мощный такой, как, блядь, я не знаю... авианосец. Или нет? Или как? Ведь на корабль должны попасть все, кто дойдёт. А кто не дойдёт, того ждать не будут, так? Клей еле-заметно кивнул.
И на этом корабле капитан там, и вся команда, они, вобщем, это... Ну, как я понял, они знают как доплыть до того места, где не достанет? До какого места? - Тихо спросил Клей. Ну, до безопасного, где не достанет... В смысле, ведь после того, как корабль уплывёт - всё, пизда? В смысле? В прямом. Земле - пизда, всему живому - пизда... Я так понимаю, что этот корабль, там специально нас всех собирут... Ну, соберут то есть всех тех, кто должен зачать это... Новую цивилизацию? Цивилизацию, - Эхом откликнулся Клей. Но потому что ведь всё остальное будет уничтожено... Термоядерный взрыв, там, комета, блядь, я не знаю... Только те кто на корабле, те спасутся... Это ты откуда взял? - Поднял глаза Клей. Ну как откуда... Это все знают. Бор писал... Бор писал? Ты хоть сам читал когда-нибудь Бора? Если честно? 68433 озадаченно молчал. Его мышечный клин беспокойно вздрагивал, словно от несильных ударов тока.
Во-во... Умники. Тоже туда же... Бор. Корабль. Цивилизация... Слушай, парень, - Клей проворно вскочил и принялся рыться в своем вещевом мешке, - Ты это... Раз любопытный такой, вот что... Я думаю, нам здесь с тобой еще сидеть да сидеть, пока этот пингвин оклимается... Ты это... На, вот, почитай, чтоб вопросов не задавал потом, если живы будем, - С угрюмой усмешкой он протянул 68433 аккуратный увесистый томик в матовом чёрном переплёте. А че это? - 68433 неуверенно принял книгу. То самое. Бор. Квинтэссенция, так сказать. Главные положения. Почитай, почитай, пока время есть. Ну... - 68433 сел на каталку и, поправив перевязку, с интересом раскрыл книгу. 6.
Письмо к сыну.
Дорогой сын. Этим небольшим посланием пытаюсь дотянуться до тебя. Это мои жадные руки ты видишь во сне - они тянутся к твоему горлу. Тянутся из темноты. Это мой покрытый извилистыми сосудами уд маячит ночью перед лицом твоим, норовя залить твою нежную как девичья пизда пасть обжигающим склизким семенем. Это я, дорогой сын.
Но кто я для тебя? Ты помнишь меня, но то, что ты помнишь - это не я. Это мираж, не я. Ты можешь сказать: мой отец лысый, высокий, со шрамами на руках. Это будет правдой? Подумай. Ты можешь сказать: мой отец сильный, резкий, с запахом ацетона из-под мышек. Это будет правдой? Подумай. Ты можешь сказать: мой отец пробивает ударом кулака человечью голову. Ты можешь сказать: мой отец способен удерживать эрегированным хуем вес до десяти килограммов. Ты можешь ничего не говорить. Это будет правдой? Подумай.
Я зачал тебя в ярости, ибо только ярость идёт от сердца. Я был уверен, что ты будешь настоящим, будешь Злым С Детства. Я видел, как прорезались твои молодые зубки, и думал: хорошо, хорошо, вот подождите - эти зубы вопьются в вашу плоть, и смертельный яд брызнет, как молофья. Я думал: хорошо, хорошо, вот подождите только - скоро мой славный ребёнок породит Моря Гноя, которые зальют неудержимым потоком ваши поля и виноградники.
Что им известно о Гное? Гной свят. А многие позволяют себе беспардонные шутки на эту тему. Они думают, что знают Гной, но они просчитались! Гной непостижим. Еще никто на Земле не достиг Гноя. Пусть писали о нём - что толку в символах? Правда о Гное осталась покоиться нетронутой. А мой сын - Сердце Гноя. Он мой небесный мальчик, мой Самый Любовный Кал.
Ты, мой сын, Злой С Детства, с гноящимся сердцем, с ядовитыми зубами, с огромным, покрытым лепрозной коростой хуищем, с золотым хоботком, с паскудным хохотком, ты, мой сын, но ты и не мой сын!
Как же так, папа? - Спросишь ты. Как же так, что я не твой сын?
Или не спросишь? Или знает уже твоя набитая калом мошонка, что не только я принял участие в этом священнодействии под сенью свежесодранной девичьей кожи? Кроме меня был там Поскуд, извращенный выдуватель вшей, а также Сундуп, парализованный желчью. Был там Гундос, гноесос и взрыватель, был и Грибнуй, подлый растлитель зародышей. И кто только не осеменил зловонные недра кишечника матери твоей Сколопендры, ибо, рождённый анально, ты взлетел как личинка птицеглота, пробив сифилисным хрящом воспалённую брызжейку подохшей родительницы своей. И Хлыстог, червивый брат, спускал в ту дыру, и Мокрод, рвотный ангел, спускал в ту дыру, и Блеварь, гонококк, спускал в ту дыру, и Пистон, пиздобол, спускал в ту дыру, и Мертвед, жидкий ящур, спускал в ту дыру, и даже маленький насекомоядный нетопырь Антошка-5% - тоже умудрился спустить в ту дыру. Так кто же отец твой? Только я ли? Не только я ли? Подумай об этом, сын мой.
И напиши ответ мне кровью. Но не своей. Напиши мне кровью своих братьев и сестёр, которых ты убил, вогнав им в мозжечки заточенные рога погибших от бешенства буйволов (и правильно сделал: они ели твою пищу, глотали твои соки, сосали твой воздух). Напиши мне трупным ядом, который ты сохранил в своих семенниках, повинуясь заветам Предков. Напиши зловонной слизью, которую добыл ты из вскрытых маток повешенных разносчиц триппера, чтобы приготовить из неё чудо-дрожжи для Великого Грибного Путча. И перхоть свою принеси мне! И выделения из волдырей на ступнях, которые расчёсываешь ты костяной чесалкой, выточенной из лисьего черепа (видишь, я всё про тебя знаю!)
А пока ты думаешь, пой. Пока ты дышишь - смейся. Пожирай окружающих, души, расчленяй, свирепствуй. Именно так достигают. И не прощай, никому никогда не прощай!
Пэссарь!
С извечной ненавистью,
БОР
...- Слушай, а этот сын его... он жив или нет? - Озабоченно повернулся к Клею 68433, но, увидев, что тот увлечён игрой с гениталиями, продолжил чтение.
Сказка о Радости.
Утром, когда всё вокруг молчало, мне пришла в голову мысль о течении. Течение олицетворяет собой молчащее вокруг, но полчище кричащих вопиет. Чем объяснить сие? Решил рассказать Сказку о Радости, ни то так и будут сидеть с зашитыми губами, думая, что зашить губы - это невесть какой подвиг. Можно взять крепкую тонкую рыболовную леску и зашить ею не только губы, но и глаза, и ноздри, и уши, и все остальные отверстия тела. Можно сидеть зашитым, пока кудрявый мальчуган в серебристой ветровке не подбежит, размахивая надроченным хуем, и не полоснёт по шее заточенным напильником. Мальчик сей не случаен. Он - слуга Аборта, потому что Радость в мире имеет свои размеры. Слушайте же мою Сказку.
Однажды в неприметном домишке на краю небольшого селения сидели за обеденным столом трое рабочих: сварщик, бетонщик и ассенизатор. Ели они мясо нежное, пили водку мягкую, и квас с дрожжами; огурцами хрустели солёными, едкий чеснок посасывали, пердели вкрадчиво, отрыгивали глубоко и с чувством. Когда обед подходил уже к концу, сварщик так сказал:
Я уже испытал хитрости жизненных дорог, а также прелести разочарований и смертельного успокоения. Предлагаю сейчас же выйти за околицу и всех встерченных бить по голове кувалдой, что в углу стоит, пока черепа их не треснут и мозг не вытечет на землю. Тогда будем есть этот мозг, чтобы мудрость в себя вобрать и узнать, почём нынче билеты в ад. Это ты хорошо придумал, брат, - Отвечал бетонщик, вытирая о голову пальцы, - Но одною кувалдой здесь не обойтись. Прихватим еще ножовку: ей можно будет отпиливать головы и складывать их в мешок, чтобы затем принести их в дом и раскрыть черепа аккуратно, чтобы ни капли мозга не потерять. Это хорошая идея, земляк! - Обрадованно воскликнул ассенизатор, промокая салфеткой мошонку, - Но только есть здесь трудность одна: ударимши по голове кувалдой, мы черепки поломаем, так что отпиливши голову, уже потерять часть мозга рискуем однозначно! Давайте тогда возьмём непромокаемые пакеты! - Воскликнул бетонщик, - Мы будем одевать их людям на голову, бить по темечку кувалдой, а затем перепиливать шею. Всё, что вытечет, в пакете останется, а пакеты мы закупорим и положим в мешок. А если пакеты всё же порвутся? - Спросил сварщик, который заметно погрустнел и съёжился. Нужно будет обмотать кувалду тряпкой: тогда она не будет рвать, а силы в ударе не убавится! - Предложил ассенизатор. На том и порешили.
Сварщик взял пакеты и большой-пребольшой мешок, а еще кастет и смазанное конским калом шило. Бетонщик взял ножовку, пробойники, верёвочную петлю и отвёртку. Ассенизатор взял нож, пассатижи, мясорубку, стамеску и презервативы.
Вышли они за околицу. Идут-бредут, песни заводные поют. Hell Awaits. Вдруг сварщик ка-ак закричит:
Сука, блядь, а кувалду-то мы забыли!! Ничего, - Говорит бетонщик, - И так сдюжим: где наша не пропадала... Вдруг глядь - девица молодая с сумою к ним идёт, а в сума та травами-грибами доверху набита.
Здравствуй, девица красная! - Говорит ей ассенизатор, - Не угостишь ли нас травкою смолистой? Травкою смолистой? - Задумалась девица, а бетонщик тут как тут - раз - и воткнул ей в глаз отвёртку! А сварщик кастетом по голове ка-ак стукнет! И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз. И еще раз...
Хватит, хватит! - Кричит ему ассенизатор, - Ты ж, мудило, всю башку ей раздолбал своим кастетом, а мешок кто надевать будет?! Глядят они - а все мозги девичьи на землю вытекли, и собрать их шибко сложно.
Ну ладно коль так, - Развёл руками бетонщик, - Первый блин комом вышел. Раз мозги не отведаем, давайте ж хоть радость телесную испытаем! Вынули они свои хуи, воткнули в девицу мёртвую и ебать её стали. Ебут-ебут, только кряхтят от удовольствия. Тут мимо как раз Митюша проходил, студент из местных.
Эй, Митька! - Кричат ему мужики, - Иди к нам дохлую девку ебать, радость телесную испытывать! Подошёл Митюша, хуй свой какашками пахнущий вынул, а бетонщик вдруг поднёс к лицу его свою залупу, да молофьёй ка-ак брызнет! Прямо в глаз. А сварщик студенту сразу пакет на голову - хоп! - и шилом отравленным в брюхо: есь-есь-есь! А ассенизатор подбежал сзади, да мясорубкой Митюше по голове - хуяк! А потом еще - хуяк! А потом еще - хуяк! Хуяк! Хуяк! Хуяк! Хуяк! Хуяк! Хуяк! Хуяк! Хуяк! Хуяк!...
Хватит, хватит! - Кричит ему бетонщик, - Ты ж, пиздобол, всю башку ему раздолбал своей мясорубкой, а мешок-то, гляди-т-ко: порвался весь на хуй! А и правда: весь мозг студенческий протёк на землю. Ну что ж, хоть кожу снять решили. Стали они со студента кожу снимать, а тут как раз участковый мимо проходил:
Чем занимаетесь, хлопцы? Да вот, дядь Гриш, Митяя расчленяем, - Пояснил с приветливой улыбкой бетонщик. А... - Участковый на труп посмотрел внимательно, серые брюки его натянулись спереди под напором вставшей елды: - А разрешение на вскрытие у вас есть? А справка из налоговой? Да на вот, дядя Гриш, мы ж ребята не жадные... - Ассенизатор протянул участковому мешок, куда положил печень и яйца студента, да девичьи сиськи с головой разбитой вместе, - Угощайся на здоровье! Участковый взял подарок в руки, а балду из штанов вынул и говорит сварщику:
Подрочи мне хуй, ты, ушастый. Ну, сварщик - делать нечего - взял ментовскую елду и стал её дрочить, а участковый стоит, улыбается, девичьи пальцы себе в жопу вставляет, чтоб слаще кончить:
Ох, шустрей, - Говорит, - Шустрей, падла... - И сбрызнул молофейкой прямо на пакет. А ассенизатор в этот самый момент к участковому сзади зашёл, рот ему рукой зажал, да ножом по горлу: сюк! Кровища хлынула как из унитазного бачка! Участковый на землю сел, а ассенизатор ему еще стамеской по темечку: бдач! С размаху так со всего, блядь, сплеча: бдач! Стамеска черепушку мусорскую пробила, а ассенизатор не унимается, и опять: бдач! И опять: бдач! Бдач! Бдач! Бдач! Бдач! Бдач! Бдач! Бдач! Бдач!...
Хватит, хватит! - Кричит ему сварщик, - Ты ж, разъебай, все мозги его на меня вывалил со своей злоебучей стамеской! А и правда: весь мозг ментовский вытёк из разбитого черепа.
Что ж это, хлопцы, получается, - Говорит тогда бетонщик, - Вышли мы по мозги за околицу, да так ничего и не набрали, а только с властями в конфликт вступили опасный! Грош-цена в таком разе нам и устремлениям нашим... Ну-ка, сварщик, где твоё отравленное шило? Давайте-ка, робя, проткнём шильцем этим себе мозжечки, чтоб со стыда-то не сгореть, на хуй! И то дело! - Воскликнул сварщик, ухватил двумя руками своё шило, - Всё одно за мента отвечать: так лучше уж на воле смерть добровольно принять, чем на киче у параши париться! - Раз - вонзил шило по рукоятку самую себе под основание черепа. Тотчас померк цепкий взор его, затряслось-пообмякло тело, с жизнью суетной расставаясь. Э, не-ет, - Протянул ассенизатор, - Не согласный я! Не привык я без боя сдаваться! Жизнь люблю, ибо радость уникальную приносит! И даже говны годы долгие качая и высасывая, не потерял я к жизни пряной вкус! Сок её во мне - бьёт ключом бесстыжим! Держи-ка, бетонщик, мою мясорубку: я ж пилою и ножом покромсаю ментяру дохлого, через мясорубку провернём его, котлет нажористых налепим - и от трупака враз избавимся! Славно придумано! - Обрадовался бетонщик. Сказано-сделано: раскрыли они суму девичью, по пригоршне грибов для настроения сжевали, травою смолистой тугие папиросы набили, закурили - и ну давай мясорубку вертеть, да фарш в пакеты складывать... Вертели-вертели, вертели-вертели, вертели-вертели, вертели-вертели, вертели-вертели, вертели-вертели... Еще покурили, грибками заели - и снова давай вертеть! Солнце уж на Запад клонится, ветерок студёный зеленью шуршит, а бетонщик с ассенизатором всё вертят и вертят, вертят и вертят, вертят и вертят, вертят и вертят... Ободрали до костей труп участкового, да в фарш перемололи. Ободрали до костей и сварщика ушастого, да в фарш перемололи. Ободрали до костей студента Митеньку, да в фарш перемололи. Взялись уже за девку без головы, тут ассенизатор и говорит:
Постой-ка, брат-бетонщик, притомился я чтой-то мясо резать: вона мозоли от ножа какие! Отдохнём маленько? Чудно, брат-ассенизатор, - Бетонщик ему отвечает, - И у меня, погляжу я, все руки в волдырях кровавых! А мясорубка-то, пила и ножик - погляди как затупились, брат-бетонщик! - Воскликнул ассенизатор, указывая на изрядно сработанные инструменты. Так выходит, брат-ассенизатор, что мы с тобой под стать орудиям железным! Усталости не знаем! А всё отчего? - Важно рассудил ассенизатор, - Да оттого, что Радостью уникальной от жизни неустанно питаемся! Рассмеялись они бодро, обнялись, подхватили инструменты, да пакеты с фаршем - к дому двинулись.
На том и сказке конец: кто посрал, тот молодец! А а кто пописал, тот - пидор и крыса! Ну а тот, кто поблевал, тот герой - и пир горой!
Эту Сказку не зря поведал я вам, а как живой пример.
Радость жизни - источник, от которого питаемся. Если чудесную силу эту усвоить по уму - бесконечно бродить и бушевать будете. Но ежели не умеете с топливом этим обращаться по-правильному, наказанию жестокому неотвратимо подвержены будете. И погибнете в муках, в корчах адских смерть лютую, смерть беспредельную примете. И проклинать будете то жалкое мгновение, когда отец ваш, лишенец, прыснул своим семенем жидким в матку матери вашей, бляди голимой. И захотите наслать на них проклятия неисчислимые. И в образе ангела смерти в прошлое вернуться возжелаете, и пронзить отцу своему, бедолаге, костью гнилой мочевой пузырь, и матери своей, доходяге, яичники воспаленные зубами акульими выгрызть захотите, но не сможете, не сможете, не сможете, и страдать перед смертью мукой мученической будете, и боль неизъяснимая уделом вашим станет!
Пэссарь!
С извечной ненавистью,
БОР
Ну, а где же здесь про корабль? - Спросил 68433, помолчав и перелистнув несколько страниц, - Про радость я тоже согласен, но радость-то, она не... как бы сказать, ведь она не выходит сразу, она как грызун например, или еще какой зверёк в норе, которого надо оттудова выманить. Только ведь в норе может быть запасной выход. И еще может так случиться, что зверёк сдох, и никогда не выйдет уже, или вообще - пустая нора. Как ты думаешь? Даже не знаю... - Клей застегнул штаны. Неожиданно из тела Конуса исторгся непродолжительный, но выразительный скрежет.
О-па! - Встрепенулся Клей. 68433 отложил книгу и подошёл к Конусу. Склонившись над ним и поглаживая указательными пальцами его надбровные дуги, он запричитал монотонным речитативом: А теперь весна пришла, пришла весна ёб твою мать пришла мазь, зашла за мышь а там шиш, а там ёб твою мать султан и всякая мразь, а весна ёб твою мать ёб твою мать пришла пришла как ночь, пришла как лента разрезанная бритвой, и теперь по весне будем трупы волочь, по песку не по снегу трупы с рвотной ёб твою мать пропиткой, а волочь волоком по весне ёб твою мать трупы будем, трупы волоком волочь - говно в ступе толочь, говно в ступе толочь ёб твою мать чтоб червям трупным помочь, а червям трупным помочь может только твоя дочь, выводи свою дочь, барин, выводи, выводи червям ёб твою мать помогать, выводи, у твоей дочери чешутся чирии на плоской груди, у твоей дочери липким калом вымазаны ёб твою мать бигуди, у твоей дочери на лобке татуировка: вся жизнь впереди, у твоей дочери воши ползают ёб твою мать волос среди, твоей дочери палец в рот не клади, и в пизду не клади, и в жопу не клади, откусит откусит откусит откусит ёб твою мать откусит откусит откусит откусит как пить дать откусит, как срать дать откусит, как в рог дать откусит, как в глаз дать откусит, как дать как дать как дать, дать - не взять, за мошонку поднять, обнять, обспускать, обкарнать, обломать, обговнять, обхуять, дочь твою блядь, дочь твою мать твою мать твою мать твою мать твою мать, теперь весна пришла, пришла ёб твою мать весна, и нам не до сна не до сна не до сна, так и ты, Конус, вставай, просыпайся, не бзди, не до сна теперь нам, коль весна-то пришла, надоело нам спать, надоело нам срать, нам пристало карать, ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать ёб твою мать... Тело Конуса принялось мелко трястись. Клей стоял в стороне, обнажив воздушный фильтр.
7.
"О, святые небеса, необъятные пространства веселящего газа, сосущие водопады, изрыгающие уретры всевидящего ока, о, я сейчас кончу!" - Лихорадочно соображал, клокоча сопливой слюною, Виктор, насаживая Ольгин зад на свой окоченевший пенис. Кофейный ободок кала обозначился на лоснившихся от соков и пота кожаных морщинах - и дёргал, дёргал туда-сюда как заведённый. А она вся хрипит и стонет, и извивается, потому что терпеть невозможно эту надсадную негу, когда ты вся вся как насаженное на булавку ёбанное насекомое: и хочется сразу, сразу чтоб сразу, а нет больше сил, и ноги уже не держат, и всё трясётся, а в жопе этот ствол, он так больно ебёт, и в этой боли - такой острый, такой неземной кайф, что хочется умереть умереть умереть умереть умереть умереть умереть...
Я-а-а-адь! - Визжит Ольга, напарываясь на кожаный кол. Ей хочется, чтобы он проник в неё глубже, смял матку, прорвал до кишок под самое сердце, чтобы кровь хлюпала в лёгких и, свёртываясь и пенясь, выбрызгивалась хлопьями из обкусанных изодранных губ. Лягающий ход воспалённого хуя в прямой кишке её ззззззз хочется ззззз сильнее, хочется умереть, и чтоб матка сжалась как камень, как ядро для небольшой такой пушечки (сверлёный ствол, заряжается шомполом через передний срез ствола - каким-то там говёным чёрным порохом, или еще какой дрянью - и раскалённйо проволокой в маленькую дырочку - бах!), и чтобы эта самая матка как ядро вылетела, выстрелила, разорвалась тысячью осколков, после того как этот невозможный, этот неизъяснимо-сладко-перцовый, этот охуенный хуище вздолбит её как раскалённая проволока - и прямо так ззззз, и всё, всё, всё, и как ЖИТЬ ДАЛЬШЕ, если смерть как вечно растянутое в шестьсот шестьдесят шестом измерении пространсвенно-временного оргазма выплеснет раскалённую лимфу на оголённый скальп анального развоплощения и заебёт заебёт заебёт насмерть, потому что иначе ПРОСТО НЕЛЬЗЯ: ведь если даже хоть на мгновение вспомнить - умрёшь, умрёшь сразу, оскалившись только в безмятежно-похотливом стоне.
Оля, Оля, Оленька, я больше не могу так, это смерть, смерть, смертельная невообразимое опустошение, Оленька, я не могу, Оленька! - Извивается Виктор, словно гадюка, которой придавили голову раскалённой кочергой. Словно хорёк, которого посадили в раскалённый металлический короб; словно крыса, которой защемили лапки раскалёнными стальными кусачками; словно ядовитая ящерка, которую пронзили раскалённой иглой шприца и впрыснули дымящуюся кислоту; словно выбритый лишаём щенок волкодава, которому капают в глотку раскалённое жидкое стекло.
Вот как извивается Виктор: он чует смерть! Смерть, которая приходит как рассвет: в каждой молекуле сущего. С улыбкой на окровавленном ректальном сфинктере. Жилы рвутся. Пизда выворачивается наизнанку. Пузырятся внутренности. Жирная зола крематория деловито попёрдывает, смешиваясь с раковой отрыжкой и прокисшим мозгом сгнившего в компосте ребёнка. Суматошные струпья отхаркивают полужидкие сгустки омертвевшего кишечника, набитые яйцами глистов и спорами криптококка.
Выходи! - Стонет Виктор, потому что больше не может терпеть временного разрыва. Что происходит? Выеби! Выеби! Я кончаю! Ма-аслице! - Вопит Ольга голосом надутой жабы, липкая от кровавого пота, кала и пахнущей ацетоном мочи. Мы кончаем, кончаем! - Выблёвывает недоваренной желчью Виктор, изъязвляясь в приступе предоргазменного шока и заглатывая мокроту чешуйчатым клапаном, зияющим как раневой канал в покрытом розеолой раздутом брюхе беременной утопленницы. Словно по скользким от выделений ступеням отстойника - прыжками, похожими на ритм гуммозного сердца молодого мутанта - скок-скок-скок - а потом еще скок-поскок, да щёлк-по-щёлк, - и вот он, снаружи рыхлый, как некрозный пузырь перебродившего человечьего жира, и внутренне раздирающе-острый, как жало гиганского зародыша скорпион-варана, как испражняющийся трупным ядом рвотный клык ожившего под воздействием кожнонарывного газа и радиации самца робоцепня, угарный меч каловой похоти разгоняется по вогнутой траектории, срубая мясистым рогом прокопчённые анальным пламенем головки гноепитающих волдырей и распыляя в пространстве светящиеся яйца клонированных сверхпаразитов. Инфекция распространяется вглубь и вширь, пропитывая камень и дерево, резину и кожу, металл и пластмассу... Мощь земная, где ты? К тебе взываем! Клубок червей разлагается мылкой бугристой отравой в глотке нашей: универсальный яд меняет цвет, играя радужными бликами на вырезанных электроножом оплодотворённых бешенным семенем обезьяньих матках. РОД ЛЮДСКОЙ взывает к тебе, о, мощь земная, ибо он проклят проклят проклят, ибо спелые зёрна проросли свиными солитёрами в сердцах и печени, и пораженная сепсисом лимфа подсыхает в глазах пророков их: мир, каков он есть, выгибается по шкале обезумевшей плоти, так как ДОЛЖЕН мастурбировать и кончать на обрубленные пальцы богов своих, вечных, как насекомые, яйцекладущих, кровососущих, слепых от рождения, которому не пристало бы БЫТЬ отмечаемым, если бы не, - ах, если б не ты, о, мощь земная, которая подавила, задушила, закатала в тонкий зловонный блин разросшуюся до исполинских размеров колонию гноеродных бактерий, и оставила печься в разъедающем зыбучем песке под ошпаренным небом, где и будет он вновь - УНИЧТОЖЕН.
Колесо возмездия оставит след повсеместно, и хорошо, что место расплеч вроде. Малышом наверняка захотят попользоваться тугие, но у них ни черта не выйдет: малыш еще слишком смор для довгорой бессотки чиртушия. Дым от сожжённых кресел пауком пеленает торсики, снулой рыбой охлаждает долгососущую плоть миторзеги. Лигота обордустулл. И после стольких самораспадающихся конфет, после стольких рябых позвоночников и кашля, мы читаем стихи, нанесённые титановым резцом на рёбра переношенного циклопа, казнённого еще в эпоху Трю по приказу Скульдо. Вот эти стихи:
Ласточка, пролетая над багровой балдой,
Оставила на ней каплю кала своего.
Кровь разберётся в споре с судьбой:
Свернётся и уйдёт, скорее всего.
А ласточка, сбитая дробиной на лету,
Кувыркаясь, опустится на двор бойни,
Туда, где глотки рассекают скоту
Где ходят мясники, пьяные и довольные.
И крокодильи яйца окаменевшие
Рассыпятся пеплом пожара забытого;
Сперму и кал в равных частях смешиваем,
И паста эта пряная размазывается по ситу,
Потом этот пепел аккуратно просеивается
Сквозь кал со спермой и стальные ячеи,
И, будучи просеянным, сгустками склеивается,
А сгустки проглатываются и запиваются клеем.
Побродив в желудке, пройдя через кишечник,
Высираются сгустки ввиде колбасного хлеба,
И хлеб-говно, намотанный на стрелы наконечник,
Посылается выстрелом обратно на небо
Туман печали моей, встань из низин, сделай живчика. Небо тоски моей, остынь на земле, всоси сок её. Ил горя моего, покрой долговязый горизонт лавой спелой. Мякоть боли моей, пропитай скелеты предрассветных душителей.
Еээгумендарь!! - Воскричал Виктор, когда первые капли раскалённой спермы покинули семенные пузырки и неудержимо устремились к выходу. Еээбаландарь!! - Отозвалась эхом Ольга, когда её матку, безжалостно сминаемую жёстким удом со стороны ануса, сотряс первый сладостный спазм. Зуугогоплыщ!! - Страшно зарычал Виктор, когда мышцы его промежности, сведённые мучительной судорогой, задрожали неистово и необратимо. Зуугагаляаай!! - Оглушительно заверещала Ольга, когда её крепкие ногти впились в плоть Виктора, так что кровь, смешиваясь с потом, быстрыми ручейками побежала вниз, напоминая весеннее таяние снега. Гриибобоооос!! - Выревел Виктор, выпрыснув в прямую кишку Ольги первую густую струю жидкого перламутрового пламени. Гриибабааааан!! - Свистящим визгом отозвалась ему Ольга, когда фатально-прыткое живокипящее семя коснулось её воспалённых горячкой мультиоргазма сочившихся кровью внутренностей. Сатанаааааааааа!!! - Зашёлся в душераздирающем вопле Виктор, выгибаясь как под ударами тока и выстреливая семенную лаву в каловый шурф. Сатанаааааааааа!!! - Забилась в единый голос с ним Ольга, когда её неистово вибрирующая матка принялась взбивать словно цементную смесь волшебный коктейль спермы, крови и кала. Сиюбабаааан!... - Конвульсивно подёргиваясь, отрыгивал гнойной желчью Виктор, обмякая и теряя сознание. Сиюпуртуууущщ!... - Шипела в ответ ему Ольга, закатывая глаза в подступающем шоке и давясь кровавой слюною. Так сбылось краеугольное предсказание Бора, и был зачат первый Анальный Гомункулус.
Так пораженное смертельным паразитом человечество получило шанс на возрождение в новом невиданном качестве.
Так Небо увидело Луч Первопроходца и возомлело в неизбывной надежде Дня.
Так Земля зарядилась священной энергией плоти и, обновлённая, вновь обнажила чёрные чресла.
Так Дух обрёл суть и, окрылённый, явился Солнцу для Новой Великой Жертвы.
Так Секретный Глаз отразил первопричину Несуществующего.
Так Вода очистилась Светом, а Огонь укрепился Вечностью.
Так мёртвое стало живым, а живое сгнило.
Так Гной возымел Власть, а спящие вспомнили правду.
Так молодые черви впервые вкусили Сок Ненависти.
Так простатные боги умертвили ракового зародыша Царя Сосальщиков.
Так фекальный демон пропитал свой хребет искрящимся нектаром Отрицалова.
Так блядь сосала хуи пока не стала отрыгивать молофейкой.
Так пидарюга раздрочил свой пердобак до того, что волосы на мошонке потемнели от говна и крови.
Так злой ментяра выедал мозжечок окоченевшего асфальтоукладчика.
Так местный чин разменял килограмм женских языков на ящик из голландской керамики.
Так пышный хобот орангутана распух от трипперной слизи и потерял проходимость окончательно.
Так Цым выебал Буцыл и спустил чёрной спермой ей в ухо.
Так в обнаженном матросе засмеялась "птица, которая ссыт".
Так беззубый электрик проглотил пятиметровый моток медной проволоки.
Так пропитанные свежей спермой чулки Ирины оказались проданы на 8 базисных пунктов выше закрытия.
Так великовозрастный пасечник оторвал щипцами для белья собственный пенис.
Так улыбался Ленин, слизывая копоть с алюминиевых абрикосов.
Так мучался сын Бора в огнедышащей пирамиде ГКО.
Так ветер завывал в высохшем и затвердевшем кишечнике митрополита.
Так песчаный волдырь атаковал убежище смоляный сурков.
Так между ног у Антипа появился огромный нагноившийся чирей.
Так пылесос Samsung послужил алтарём на мессе газопоклонников.
Так медовый пряник был отравлен синильной кислотой за три с полтинной.
Так лодыри образовали новую фракцию в прямой кишке конезаводчика Спизда.
Так ложный замах спровоцировал отторжение внутриматочной кисты.
Так межконтинентальная ракета оставила белёсый след в знойном андалусийском небе.
Так преждевременная эякуляция аудитора послужила толчком к массовому убийству цыганских девочек.
Так бешеный кролик обглодал красный стержень А.П. Эссогур.
Так якобы ложная беременность Анфисы переросла в наступление по всему юго-восточному фронту.
Так приснопамятная колония зябликов всколыхнула сексуальные воспоминания в сморщенной голове кока.
Так уличной торговле помешал самый обычный хуй.
Так лесбийские увлечения Праскевьи стали достоянием гласности.
Так ясновидящий варан пал от руки микробиолога Пиздошвили.
Так веретенообразный фурункул на бедре секретаря был заколдован местным участковым.
Так велосипедный насос стал объектом посягательства со стороны ММВБ.
Так гнил и пух после ебли трупа вялый хуило Сени.
Так вис на перекладине исцарапанный стальными шурупами стрелочник.
Так свищ, преобразованный кузницей, пророс и опростался камедью.
Так соловей взлетел, едва коснувшись клювом кала.
Так у императорской гробницы был обронен пучок лобковых волос.
Так слюда отскочила в зоб.
Так 87685497684900260568087090698709869078.
Так Мышь Осознала.
Так у 40% присутствующих открылась способность к левитации и поглощению кала.
Так-тик-так.
Так иди ты на хуй, пиздозадрота залупоглазая.
Так, тихой сапой, власть в стране захватили мусора.
Так менструальная кровь Ларисы окрасила выцветшую плешь коматозника.
Так размножаются жаворонки.
Так, руками зомбированных сталеваров, была уничтожена уникальная коллекция прямокишечной слизи.
Так зимовали безногие кони.
Так процесс переработки человеческого волоса приобрёл межрегиональный статус.
Так раздетый донага и избитый обрезком водопроводной трубы Кириенко предстал перед газировкой.
Так закалялась сталь.
Так из покойника была высосана еще одна капля мутной мочи.
Так обманули хитрого хирурга Гусева.
Так на заблёванной каске шахтёра отчётливо проступила голубая свастика.
Так вступил в силу Указ Об Истреблении Мозговых Паразитов.
Так скакал на своей больной ящуром кобыле отчаянный прапорщик.
Так перед входом во влагалище реально замаячил суд.
Так, ведомый за продетый в ноздрю рыболовный крючок, мальчик опорожнил кишечник.
Так машинист тепловоза выдавил гной из уретры пьяного брата.
Так темнокожая проститутка сделала ход конём и пропыхтела до станции.
Так Золотая Рыбка уплыла, махнув хвостиком.
Так время поворачивается вспять.
Так огребают в пятак.
Так лижут пизды великосветским дамам.
Так Робокоп научил Буратино глубинному минету, а затем выебал в жопу.
Так дева Мария залетела и понесла.
Так был захоронен величайший пятновыводитель Туркмении.
Так "петухи" вконец оборзели.
Так любимой женщине позволяются даже самые рискованные шалости.
Так аргентинский клуб отпердолил облажавшегося полузащитника.
Так об этом сообщили в "Новостях".
Так бесноватого жида приколотили к доскам.
Так был откушен правый сосок продавщицы чинариков.
Так Дед разможжил голову Чу.
Так еблись членовредители.
Так-так-так говорил пулемётчик.
Так-так-так говорил пулемёт.
Так-так-так говорил пулемётчик.
Так-так-так говорил пулемёт.
Так-так-так говорил пулемётчик.
Так-так-так говорил пулемёт.
Так-так-так говорил пулемётчик.
Так-так-так говорил пулемёт.
Так-так-так говорил пулемётчик.
Так-так-так говорил пулемёт.
Так-так-так говорил пулемётчик.
Так-так-так говорил пулемёт.
Так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил соси хуй пулемёт так-так-так говорил пулемётчик так-так-так говорил пулемёт так-так- пулемёк так- пулетчик гоил говорворил пулет так-тмёак-так говлемёторил емёт ак чик так-так-так говорил мёт так-так-так тактчи гё так-так-так тчиоворил так-так говорил соси хуй пмёу сука-блядь лемё так-так-так тчик так-так- пулемёт так так говпул так-так-так орил тг так-так-так овооворил так-пулемёт так-такпуле-так гово так-так-так рил пулемк та во так-так рил к-так-так гопулемёт так-так-так так-так- -так-так говорил пуч так-так лемё так-так тик так- так грил пуго так-так ворил ппул так-так-так етчи так-так говорил пм гопу так-так лемёт тактактчи соси хуй гёт пулемёт сука-блядь такворил п так говорил так- так грилтактчи гётч сука-блядь ичиговори-так-такго так-так-так ворил ебал всех в рот пул так-так-так пугов так-так гопул так-так-так емёт так- пулемк тагопу так-так-так лемёт так упижжу так-так-так иго сука-блядь в так-так-так ортак гов пулемк таетч ворил к так-так ворил так-так-так лтакт так- такгопул ворил к-такгопу так-так-так го так-так-так пул так-так-так емёт тап так-так-так улем так-так-так ёт та упижжу так-так-так так-так-так так-так-так так-так- сука-блядь так так-так-так так-так-так так-так-так ебал всех в рот так-так-так так-так-так так-так-т сука-блядь ак так-так-так так-так-так ёб-вашу-мать так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-тпулемёт так так-так-так упижжу так-так-так так-так-так упижжу так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так та ебал всех в рот к-так-так ёб-вашу-мать так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-т ебал всех в рот ак так-так-так так-так-так т сука-блядь ак-так-так так-так-так сука-блядь так-так-так так-так-так ёб-вашу-мать так-так-так так-так-так так-так-так упижжу так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так соси хуй так-так-так так-так-так так-так-так так-так- ебал всех в рот так так-так-так ешь говно так-так-так так-так-так ебал всех в рот так-так-так так-так-так так-так-тпулемёт так так-так-так так-так-так ёб-вашу-мать так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так ёб-вашу-мать так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так упижжу так-так-так так-так-так упижжу так-так-так соси хуй так-так-так так-так-тпулемёт так так-так-так соси хуй так-так-так ёб-вашу-мать так-так-так так-так-так ебал всех в рот так-так-так так-так-так ёб-вашу-мать так-так-так так-так- сука-блядь так так-так-так так-так-так ешь говно пулемк ттак-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так упижжу так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так ёб-вашу-мать так-так-так упижжу так-так-так так-так-так так- ебал всех в рот так-так так-так-так ебал всех в рот так-так-так так-топуак-так так-так-так ебал всех в рот такопу-так-так так-так-так так-так-так так-так-так упижжу так-тапулемк упижжу тк-воовтак так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так упижжу так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так упижжу так-так-так так-так-так так-так-так т сука-блядь ак-так-так так-так-т сука-блядь ак так-так- сука-блядь так так-так-так упижжу так-так-так соси хуй так-так-так так-так-так твоовак-так-так так-так-так соси хуй так-так-так так-так-так так-так-так так-так-так-такопу-так-так-так-так-твоовак-так-так-так-так-так сука-блядь -так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-в сука-блядь оовтак-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так упижжу -так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-воовтак-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-такпулемк т-так-так-так-тпулемк так-так-так-так- ебал всех в рот так-так-так-так-так-так-так-так- ебал всех в рот так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так ёб-вашу-мать -так-так-так- соси хуй так-так-так-так-такпулемк ттак-так-так-так-так-так-так-так-так-т сука-блядь ак-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так упижжу -так-так-так-так-так-так-так-так-так упижжу -так-так-так-так-так ебал всех в рот -так-так-так-так-так ешь говно -так-так-такв ёб-вашу-мать оов-так-так-так-так-так-так-так-так-твоовак-тпулемк так-так-так-так-так-та ебал всех в рот к-так-так-так-так-так-так-так-так-так-тапулемк тк-так-так-так- ешь говно так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так- упижжу так-так-так-так-так-так-так-так-так- упижжу так-так-так-так-так-так ёб-вашу-мать -так-так-так-так-так-так-так-так- упижжу так-так-так-так-так-т ебал всех в рот ак-так-так-так-так-т сука-блядь упижжу ак-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так- упижжу так-так-так-так-так-т ебал всех в рот ак-так-так-так-так-тапулемк тк-так-так-так-так- упижжу так-так-так-так-т ёб-вашу-мать сука-блядь ак-так-так-так- соси хуй так-так-так- упижжу так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-такопу-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-так-та упижжу к-так-так-так-так-так-так-так-так ешь говно -так-так-так-так-так упижжу -так-так-так-тапулем ёб-вашу-мать к тк-так-так-так-так-так-так-тактакктактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактакактактактактакактактактактакактактактактакактактактактакактактактактак
И так вот он строчил и строчил из своего пулемета и строчил и строчил а люди падали и падали а он строчил без остановки и пули безжалостно жалили в голову в живот в половые органы в грудь в ноги в руки некоторые умирали сразу а некоторые еще долго мучались и страшно кричали истекая кровью и задыхались и корчились но пулеметчик продолжал строчить и ствол у него не перегревался потому что это был волшебный ствол такой ствол не перегревается никогда потому что его охлаждает энергия космоса а пули все летели и летели и летят и будут лететь до тех пор пока последняя двуногая тварь не истечет кровью вонючей и не упадет в судорогах и не подохнет в муках крича от нестерпимой боли а пулемет все строчит и строчит без умолку потому что он волшебный потому что он волшебный потому что он волшебный потому что он волшебный он строчит чтобы ни одной двуногой твари не осталось на земле чтобы все двуногие твари подохли подохли подохли навсегда потому что для этого и существует волшебный пулемет чтобы жалить своими бесконечными очередями ебаных двуногих тварей чтобы все эти ебаные двуногие твари подохли чтобы все эти ебаные двуногие твари подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохли подохлитактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактак подохлитактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактак подохлитактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактак подохликтактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактактак
8.
Сморщенный как пересохшая клоака рот Конуса внезапно разомкнулся щелью откуда, вслед необычайно острому зловонию, вылетела клейкая струя гнилой биомассы. Конус выгнулся мостом, до того безвольно свисавший член его на глазах стал крепнуть и наполняться кровью. 68433 проворно стащил брюки и, привстав на цыпочки, принялся обильно мочиться на содрогающееся словно от столбняка тулово Конуса. Клей, раскрыв защитные лепестки, вытянул полиэтиленовую уретру и присоединился к товарищу, исторгая мутно-голубую мочу прерывистыми фонтанчиками.
Опорожнив мочевые пузыри (а надо заметить, что в отличие от 68433, мочевой пузырь которого представлял собой компактную клизму, вмещавшую не более четверти литра жидкости, отчего 68433 часто мочился и испускал характерный запах, у Клея мочевой пузырь был выполнен ввиде довольно объёмной - около пяти литров - канистры, оснащенной специальными клапанами и форсункой), друзья ухватили наиболее тёплый труп санитара/охранника и, вскрыв ему сонную артерию, дали Конусу напиться. Одного трупа Конусу оказалось мало: лишь отсосавшись от третьего он любовно погладил головку своего набрякшего члена и удовлетворённо изрёк:
Пэссарь!... Затем, перевернувшись, он углубил длинные цепкие пальцы в свой задний проход и извлёк оттуда цепные челюсти, которые, будучи тщательно промыты формалином, были им сноровисто вставлены в специальные разьёмы дёсен. Протерев спиртом чешую в промежности и на внутренней поверхности бёдер, Конус отрыгнул пищевод и опустил его в слабый раствор сулемы. Одновременно от выпростал толстый кишечник и, подставив его под струю горячей воды, которая услужливо пущена была из обмывочного душа Клеем, проворно, но тщательно прочистил его пальцами. По окончании всех восстановительных процедур Конус облачился в одежду одного из покойных, и, звучно пробздевшись, заключил:
Суки могут плавать. А потом он убил, убил бедного Клея, и 68433 тоже упиздил колотушкой по башке. Раз! Раз! Клей-то, сердешный, попытался убечь было, хотел ускользнуть, шустрила, да где там... Конус ловчее, истинно говорю вам: легче дикобразу было пролезть в крысиную жопу, чем бедолаге-Клею убечь от Конуса. Конус ухватил Клея одной клешнёй за горло, а другой клешнёй за челюсть и за глаз, а потом ка-а-а-ак стукнет головешкой об железный уголок! Хрясь - черепушка раскололася, мозги повытекли как варенье... или нет, как каша манная, или даже как жидкий стул. А 68433, он и понять-то ничего не успел, родимый. Он только пукнул и опписилси. А Конус - тут как тут - колотушкой железной - бац его по башке! Бац его по башке, родимого!
Но оба они помёрли еще не сразу - они еще живые были, но лежали с разбитыми головушками. А Конус тогда, видя такое дело, стал, значит, их - ням-ням - кушать. Он стал их грызть своими вставными зубами, как грызёт упрямый малыш батарейку, как девица молодая ногти (от нестерпимого желания хуя отведать, хе-хе), как, блядь старый конопатый дедуля грызёт семена подсолнуха или там ёбаный свой мундштук: то есть грыз он их до крови, до костей, до мяса нутряного, грыз и глотал, почти не жуя, словно сперму.
А вы глотали сперму?
И так он сожрал их почти до основания.
А затем.
Он наш, он новый мир построил.
Без проблем.
Но если серьёзно, проблемы, разумеется, были. Прежде всего, необходимо было покинуть провонявший трупами подвал и устремиться к выполнению священной миссии. На это ушло много сил. Но оно того стоило. Ясный хуй.
Потом это, ну, вобщем, сами понимаете, ага (подмигивает, незаметно почёсывая яйца). Вот. Ну, а там всё как было предсказано: полный пиздец настал двуногим тварям, этим выкормышам блядским, ебёна-ть... (встаёт, прохаживается вдоль стены, усердно ковыряя в носу и вытирая козявки о штанину). А что? Так им и надо, я считаю... пидоры гнойные, блядь... я уж молчу, что изгадили, изговняли, блядь, всё что только можно и нельзя, только что в рот не насрали, на-х, это, я, блядь, не знаю как так можно было... пиздец просто! (Останавливается, берёт со стола папиросный окурок, закуривает при помощи длинной каминной спички, затягивается и долго держит дым в лёгких). А эти ёбаные людишки, эти сперматозоиды, блядь... нет, яйца глист они, вот они кто! И жечь их надо, выжигать калёным железом, как заразу, как сифилис, блядь! (Снова затягивается, потом аккуратно гасит папиросу, достаёт из штанов находящийся в начальной стадии эрекции фаллос, начинает мастурбировать; одновременно другой рукой достаёт из ящика стола босоножку, с видимым наслаждением обнюхивает внутреннюю сторону подошвы). У-у-у, блядь, сука сладкая... Ненавижу. Не могу просто, вот такая, сука, безмозглая мразь смазливая ходит, блядь, и хоть бы хуй... Оох, блядь, всё бы сделал, всё... всё б отдал... а ведь вот так прислониться к ним лицом, губами, и чтоб сильно, а потом и обломишься! И вся жизнь так. Вся жизнь - это иллюзия, что вот сейчас, сейчас, или там, ну, уже скоро, короче - и кайф, да! И так бы и приник к её ногам, вот он, обман-то! А у некоторых вообще не стоит, они как марионетки, или роботы, блядь, будильники ебаные... Но лучше уж так. Сладкий обман - вот жизнь. И обманываться приятно охуенно, и даже когда кончаешь - тоже обман, и понимаешь, а всё равно, всё равно, всё равно... (просовывает пенис в ремешки босоножки, начинает возбуждать себя босоножкой, тяжело дышит, краснеет, с громким стоном извергает обильное семя, трясётся, шатаясь, падает в кресло, отбрасывает босоножку, вытирает о стол руки, молчит; потом, усмехнувшись, берёт со стола небольшой цилиндрический предмет, от которого электрический провод тянется к тумблеру, вертит в руках). Вот и увидим, как оно там. Чтоб знать. Ага, а то пиздеть-то все горазды. Пиздеть, блядь, не мешки ворочать, хули... И окажется тогда, что и тут, блядь обман, а? И смерть - тоже обман? Ну уж не-е-ет, сосите! Смерть, это, блядь, Истина, на-х. Так-то. И это кто мне говорит, да? Это, типа, вот жизнь - и на тебе, хуй на рыло, всё пиздёж, всё... И смерть. Смерть здесь. (Закладывает цилиндрический предмет себе в рот, провод торчит изо рта; засучивает рукав, перетягивает манжетой бицепс, берёт со стола приготовленный шприц, вставляет иглу в набухшую вену, слегка оттягивет поршень, с интересом разглядывает густую каплю крови, раскрывающуюся в шприце, давит поршень, выдёргивает шприц, не раскрывая рта с протяжным стоном опускает голову на крышку стола, утихает. Через несколько минут рука вяло нащупывает тумблер, щелчка переключателя не слышно, взрыв за доли секунды разносит голову в пыль, отбрасывает тело на пол, некоторое время оно еще подёргивается, затем замирает окончательно).
9.
Я хочу резать жирные баки.
Естественно, это не повод для драки,
И пусть не гундосят мне на ухо злаки
Печальную песню о папиной сраке.
Мне рассказал, похмелившись, брательник,
Что возомнил о себе можжевельник:
Путаясь в датах и пачкая тельник,
Он мастурбировал утром в котельной.
Я подарил своё счастье подружкам:
Пусть разливают как пиво по кружкам
Пенную радость слепого тирана -
Для наслаждений еще слишком рано.
Рано для ширки, поздно для ебли,
Соком текут рассеченные стебли,
Страх сквозняком пробегает вдоль тела:
Рано ли, поздно ль - какое мне дело?
Есть приспособленный встроенный разум.
Пусть беспокоится - мысли подскажут.
Это фальшивая кукла из плоти:
Пусть изгибает в волнении ротик.
Я в стороне буду молча питаться
Духом святым, чтоб с надеждой остаться,
С той, что всегда умирает последней.
Надя-Надюша, к чему эти бредни?
Клянчить у света грядущего милость?
К ёбаной матери, чтоб ни случилось!
К койке прикован, в дерьме хоть в бреду,
НО Я НЕ БУДУБУБУДУДУДУ!
К о н е ц
Автор
tranzewatte
Документ
Категория
Другое
Просмотров
470
Размер файла
428 Кб
Теги
некробыль, 2002, мастер, пепка, адуда
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа