close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Криптография: гражданско-правовые аспекты

код для вставкиСкачать
Aвтор: Егорушкина Ю. 2007г., Уральский ГТУ, преп. Грызло Ф.А., "отл"
Криптография: гражданско-правовые аспекты
Введение
Криптография стала незаменимой для обеспечения сохранности информации, а также ее конфиденциальности в таких сферах, как банковские платежные системы (банковские карточки), мобильная телефонная связь, в работе фондовых рынков, сфере предоставления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде и пр.
Складывающаяся практика применения средств криптографии увязывается с основными институтами гражданского права (форма сделки, исполнение обязательств, корпоративные права, самозащита прав, нематериальные блага и др.).
Рождение гражданской криптографии: компьютеры и сети связи
Хотя история криптографии насчитывает более тысячи лет, примерно до середины 1970-х в мире (а в нашей стране - до начала 1990-х) криптография устойчиво ассоциировалась со специфическими сферами государственной деятельности (вооруженные силы, разведка, дипломатия и т.п.).
Вторая молодость криптографии, на этот раз в "цивильном платье", обусловлена началом использования средств обработки и передачи информации в цифровой форме. Саму по себе информацию (сообщение, файл) в цифровой форме легко изменить, бесследно подделать. Поэтому криптография стала незаменимой для обеспечения аутентификации и целостности информации, а также ее конфиденциальности. Когда говорят о средствах криптографической защиты информации (далее - СКЗИ), главным образом, имеют в виду средства шифрования и средства электронной цифровой подписи (далее - ЭЦП). Их и рассмотрим в настоящей статье.
Сегодня стал привычным термин "гражданская криптография", обозначающий общедоступную криптографию, в противоположность специальной государственной (прилагательное "гражданская" юридического смысла здесь не несет).
Гражданская криптография вошла в повседневный обиход, достаточно упомянуть такие области как:
мобильная телефонная связь стандарта GSM, которая опирается, среди прочего, на алгоритмы шифрования данных (А5), формирования ключей шифрования(А8) и алгоритм аутентификации(А3) *(1);
банковские карточки международных платежных систем ("Visa", "MasterCard" и др.) функционируют с использованием алгоритма шифрования DEA *(2);
в бытовое программное обеспечение встраиваются криптографические функции (безопасная передача информации по протоколу SSL в Интернет-браузерах; шифрование и ЭЦП в текстовом редакторе MS Word и др.).
Криптография стала также неотъемлемым спутником бизнеса в таких областях, как:
банковская система:
обмен электронными платежными документами в системе расчетно-кассовых центров Центрального банка РФ осуществляется с использованием ЭЦП и шифрования;
распространение получили построенные на основе ЭЦП системы управления расчетным счетом, т.н. системы "Клиент-Банк" *(3);
международные межбанковские расчеты устойчиво ассоциируются с системой SWIFT *(4), в которой используются аппаратно-программные криптографические средства на базе алгоритма RSA;
фондовый рынок (РТС *(5), фондовая секция ММВБ и др.), где широко используются терминалы удаленной торговли ценными бумагами, построенные с использованием технологии ЭЦП;
прочие сферы (предоставление по каналам связи налоговой декларации и бухгалтерской отчетности в электронном виде и др.).
Гражданско-правовое значение криптографии
Распространенность криптографических технологий обусловливает потребность в их осмыслении с позиций цивилистической доктрины. В литературе существует ряд работ, посвященных правовому регулированию электронного документооборота *(6). Однако в целом проблема соотношения важнейших институтов гражданского права и криптографических технологий исследована недостаточно.
Представляется, что гражданско-правовое значение криптографии может быть охарактеризовано следующим образом.
Во-первых, шифрование и/или ЭЦП могут использоваться как средство обособления невещественных объектов гражданских прав, если они физически представлены в виде записей, электронных документов *(7) (файлов).
Как известно, обособление (индивидуализация) является ключевым вопросом для любых объектов абсолютных гражданских прав, будь то вещи или невещные объекты гражданских прав (результаты интеллектуальной деятельности и т.д.). Кратко, но емко, сформулировал эту важнейшую мысль В.А. Белов: "Объектом всякого абсолютного права может быть только уникальная или индивидуализированная субстанция". *(8)
Рассматривая объекты исключительных прав, В.А. Дозорцев называл основные три способа их обособления (индивидуализации) *(9):
обособление в силу уникальной формы объекта, что характерно для объектов авторского права;
обособление формализацией признаков объекта, в рамках регистрационной системы. Это характерно для объектов патентного права;
обособление посредством сохранения конфиденциальности объекта. Такой способ используется применительно к ноу-хау.
Для дополнительного обособления объектов авторского права, представленных в электронно-цифровой форме, удобно использовать средства криптографии. Проблема заключается в том, что экземпляры произведений в традиционной форме, будучи вещами (книги, картины и т.п.) легко могут быть индивидуализированы. Тогда как произведения, выраженные в цифровой форме, представляют собой легко копируемую информацию (файл), копии которой даже теоретически не имеют своей уникальности. Невозможно различить оригинал и копию, в т.ч. и ту копию, которая сделана незаконно. Данное обстоятельство затрудняет реализацию и защиту авторских прав их обладателями.
Снабдив же файл ЭЦП, можно придать внешнюю уникальность самой записи (файлу, информации), в которой представлено охраняемое произведение. Это не умалит уникальности содержания произведения, предоставив дополнительные технические возможности для реализации авторских прав и их самозащиты. В отношении конкретного индивидуализированного файла (книги, фильма, песни) проще контролировать правомерность его использования определенным лицом.
Широко практикуется "подписание" программного обеспечения (отдельных драйверов, обновлений программ и др.), здесь ЭЦП подтверждает, что данной файл действительно является обновлением программы, исходящим от правообладателя первоначальной программы, а не подброшенным программой-вирусом.
Возможность обособления с помощью ЭЦП произведений в электронной форме также ценна тогда, когда на одной вещи (компьютер-сервер) физически размещается несколько различных охраняемых произведений, принадлежащих разным лицам (т.н. "хостинг").
Добавим также, что концепция управления исключительными авторскими правами на произведения в электронной (цифровой) форме - Digital Right Management (DRM) *(10) во многом предполагает использование криптографических методов. Достаточно привести пример "электронных книг" формата *.pdf компании Adobe.
Обособление объекта гражданских прав может быть осуществлено и путем фактического ограничения доступа к нему. Для объектов, физически представленных в виде записей (файлов, электронных документов), ограничение доступа чаще всего организуется путем:
изменения формы представления нематериального объекта, перевод его в нечитаемую форму. Речь идет о шифровании информации, т.е. криптографическом методе;
собственно ограничением доступа средствами технической защиты информации (парольная защита, межсетевые экраны, экранированные ЭВМ и др.).
Например, для такого объекта гражданских прав как информация, составляющая коммерческую тайну, ограничение доступа является одним из условий охраноспособности (ст. 139 ГК РФ; ч. 1, ч. 2 и ч. 4 ст. 10 ФЗ "О коммерческой тайне"). И поскольку ограничение доступа может быть достигнуто путем шифрования, то шифрование такой информации следует квалифицировать как факт, свидетельствующий о принятии мер к охране конфиденциальности коммерческой тайны. Таким образом, шифрование может выступать как часть юридического состава, порождающего возникновение субъективного права на информацию, составляющую коммерческую тайну.
Во-вторых, шифрование может использоваться в качестве превентивной меры самозащиты гражданских прав. Речь идет, в основном, о самозащите абсолютных гражданских прав на конфиденциальную информацию (коммерческая тайна, личная тайна, семейная тайна). Очевидно, что труднее нарушить право собственности на вещь, помещенную в прочный сейф. Точно так же, злоумышленнику сложнее нарушить право на информацию, составляющую коммерческую тайну, если она зашифрована надежным СКЗИ. Суть самозащиты в этом случае заключается в том, что фактическими мерами затруднен неправомерный доступ к охраняемой информации, ее прочтение и понимание.
При этом речь может идти не только о статичном хранении зашифрованной информации. На практике используются средства защищенного внутрикорпоративного обмена конфиденциальной информацией, т.н. VPN (Virtual Personal Network), осуществляющие шифрование трафика.
Стоит отметить, что самозащита гражданских прав путем использования шифрования может осуществляться как непосредственно действиями самого обладателя защищаемых прав, так и силами третьих лиц, оказывающих соответствующие услуги. *(11) В последнем случае следует учитывать лицензируемость услуг шифрования. *(12)
Далее ниже я добавил два абзаца, в которых содержится информация о том, что ты скачал работу из Сети (или купил на диске), не исключено и такое, короче удалишь их и все будет в порядке.
Можно также говорить о самозащите средствами криптографии обязательственных гражданских прав. Например, в отношении права распоряжаться денежными средствами, находящимися на банковском счете, ЭЦП выступает средством, фактически затрудняющим злоумышленнику посягнуть на эти права, сфальсифицировав платежное поручение. В этом случае имеется тесная связь и с правом на имя.
Цель применения СКЗИ для самозащиты гражданских прав зависит от характера прав: если для тайн требуется обеспечить конфиденциальность (шифрование), то для обязательственного права распоряжения денежными средствами на счете важнее обеспечить аутентификацию и целостность информации (ЭЦП).
В-третьих, криптография может использоваться как средство реализации личного неимущественного права на имя. Принято считать, что подпись (право на подпись) представляет собой нематериальное благо, при этом тесно связанное с правом на имя (п. 1 ст. 19 ГК РФ) и выражающее это право. *(13) Право на подпись является личным неотчуждаемым правом, позволяющим человеку индивидуализировать себя среди прочих лиц, а также свою волю в сделках.
Принципиально важным является то, что законодатель в ст. 19 ГК РФ (п.п. 1, 2, 4) обязывает гражданина приобретать и осуществлять гражданские права, а равно принимать на себя и исполнять обязанности только под собственным именем, а, значит, и под своей подписью.
Следовательно, использование ЭЦП для заключения сделок необходимо признать способом реализации права и обязанности действовать под своим именем. *(14) В литературе уже высказывались некоторые соображения относительно взаимосвязи ЭЦП и личного права на имя. Так, М.Н. Малеина пишет, что "...в будущем электронная цифровая подпись также должна стать компонентом имени". *(15) Отметим лишь, что право на имя корректнее увязывать не с самой ЭЦП, а с ключом подписи (закрытым ключом), т.к. ЭЦП для каждого конкретного документа является уникальной, поскольку она зависит и от содержания документа, и от ключа подписи.
Стоит добавить, что право на имя (в том числе, реализуемое в форме использования ЭЦП) непосредственно связано с вопросами волеобразования и волеизъявления юридического лица. Право и обязанность человека использовать свою уникальную подпись, отражающую его имя, не меняются в зависимости от приобретения / утраты им статуса органа юридического лица. Личность человека и его статус органа юрлица нераздельны: поэтому подпись И.И. Иванова (как человека) не может существовать автономно от подписи того же И.И. Иванова, но уже как директора юрлица. Подпись едина, как едина личность человека.
Неимущественное право на подпись (в т.ч. ЭЦП) присуще исключительно человеку, но никак не юридическому лицу. По этой причине нельзя говорить об "ЭЦП юридического лица", а появление такой конструкции в законодательстве породит ряд неразрешимых и весьма опасных проблем, увеличив число злоупотреблений в корпоративной сфере. *(16)
В-четвертых, средства криптографии могут использоваться как средство обеспечения надлежащей формы совершаемой сделки. В зависимости от техники заключения сделок выделяют сделки между присутствующими контрагентами (в их непосредственном личном присутствии), а также сделки между отсутствующими контрагентами, путем обмена сообщениями, письмами.
Проблема заключения договоров между отсутствующими была давно известна в отечественной цивилистической науке, и, в общем, успешно ей разрешена. Речь идет не только о заключении договоров путем обмена письмами в обычной бумажной форме, что широко используется и поныне. Цивилистика всегда шла в ногу со временем, и уже с конца XIX в. исследовались вопросы использования электрической связи (телефон, телеграф) для заключения договоров путем обмена волеизъявляющими сообщениями (оферта/акцепт). *(17)
Теоретические проблемы "электронных сделок", как ни странно, во многом были разрешены еще при жизни профессора Г.Ф. Шершеневича. Ибо для гражданско-правовой квалификации сделок между отсутствующими контрагентами нет принципиальной разницы, каковы используемые средства связи - телеграф, либо современные средства связи на основе протоколов пакетной передачи данных, таких как X.25 или TCP / IP (последний - основа Интернет). Проблема так называемых "электронных сделок", в основном, сводится к классическим вопросам заключения и исполнения гражданско-правовых сделок, что мы уже подчеркивали ранее. *(18)
Действующее российское законодательство в п. 2 ст. 160 ГК РФ допускает при совершении сделок использовать различные аналоги собственноручной подписи, в т.ч. ЭЦП. А в п. 2 ст. 434 ГК РФ законодатель разрешил заключать договор в письменной форме путем обмена документами посредством электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору (договор между отсутствующими). В этих случаях, использование ЭЦП служит средством соблюдения требования о простой письменной форме сделки.
Вместе с тем, принципиально важно разграничивать два случая:
использование ЭЦП как аналога собственноручной подписи при заключении сделок;
применение ЭЦП для иных юридических целей, в том числе для индивидуализации объектов гражданских прав (см. выше).
Скажи, а тебя не мучает совесть, от того, что ты нагло воруешь чужие работы? я не против, если ты качаешь их для ознакомления. Вот ты скачал, прочел. Перепиши от руки. И зачтется тебе - как хорошей оценкой, так и чистой совестью, и трудом.
Во втором случае нет увязывания ЭЦП с конкретным человеком, в контексте его права на имя, и потому правомерно использование технологии ЭЦП как метки юридического лица в целом. Это относится к случаям, когда ЭЦП используется в рамках процедуры исполнения обязательства, например, для постановки отметок времени (timestamp) на платежных поручениях и др. электронных документах. Такие мероприятия аналогичны постановке на бумажных документах операционистами, работниками канцелярии штампов-отметок "принято"/"получено". Эти действия не являются заключением сделок, а потому могут осуществляться работниками организации (ст. 402 ГК). Важно отметить, что в качестве подобной метки может использоваться обезличенное средство (скажем, штамп организации - "принято. Дата"), а не подпись конкретного человека. В качестве такой обезличенной метки в целом от имени юридического лица допустимо использование и ЭЦП.
При этом, несмотря на идентичность технологической основы, в юридическом значении такие электронные метки на основе ЭЦП не будут являться аналогом собственноручной подписи в строгом смысле п. 2 ст. 160 ГК РФ. Поэтому данное обстоятельство не реабилитирует невозможность существования "ЭЦП юридического лица" в буквальном значении, о чем мы уже сказали.
Такая ситуация обусловлена тем, что технология как таковая не имеет единой гражданско-правовой квалификации. Точно также же лист бумаги с текстом и подписью может иметь совершенно различное гражданско-правовое значение: служить формой договора, быть ценной бумагой, распиской в принятии исполнения обязательства и др.
В-пятых, криптография может служить целям организации процедуры надлежащего исполнения договорного обязательства. Например, шифрование применимо для исполнения такого специфического обязательства, как обязательство по профессиональной тайне (к разновидностям которой относятся банковская тайна, аудиторская, тайна страхования, тайна связи и т.п.). В качестве распространенного примера можно назвать шифрование телефонного трафика в стандарте GSM (см. выше), - будучи способом оператора связи исполнить свое обязательство по обеспечению тайны связи.
В этой связи стоит отметить, что исполнение обязательства по сохранению профессиональной тайны (банковской тайны и др.) нельзя квалифицировать как услугу по шифрованию, поскольку здесь СКЗИ используется в собственных нуждах, в целях исполнения своей обязанности по конфиденциальности.
Кроме того, ЭЦП может использоваться в качестве технического средства обеспечения процедуры исполнения обязательства надлежащему лицу (ст. 312 ГК РФ). Технический термин "аутентификация" может характеризовать соотнесение лица, которое фактически принимает исполнение, с личностью кредитора. Особое значение ЭЦП как средство аутентификации приобретает, когда речь идет об обязательствах, которые исполняются удаленно, с использованием средств связи (в частности, информационные услуги бюро кредитных историй).
Кроме того, известно, что процедура исполнения обязательства предполагает право должника зафиксировать факт исполнения, потребовав от кредитора расписку в этом (п. 2 ст. 408 ГК РФ). ЭЦП также может служить целям реализации такого права, если исполнение обязательства происходит с использованием средств связи.
В-шестых, средства ЭЦП могут быть использованы как техническое средство, обеспечивающее реализацию права на участие в управлении юридическим лицом (неимущественное право, относимое к числу корпоративных прав).
Так, пунктом 1 ст. 38 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" прямо предусмотрено, что голосование (опросным путем) на заочном общем собрании участников общества может быть проведено путем обмена документами посредством электронной или иной связи, обеспечивающей аутентичность передаваемых и принимаемых сообщений и их документальное подтверждение.
Указанные требования законодателя легко выполнить, используя технологию ЭЦП. Техническая сторона данного мероприятия будет идентична технической стороне сделок между отсутствующими (см. выше), заключаемыми путем обмена электронными документами.
В-седьмых, средства шифрования или ЭЦП не только обеспечивают реализацию субъективных гражданских прав и исполнение обязанностей, но и сами могут выступать объектом гражданских прав. Используемые в деловой практике средства гражданской криптографии представляют собой аппаратные средства или программное обеспечение, реализующие различные криптографические алгоритмы и протоколы. Соответственно, СКЗИ могут быть квалифицированы:
как охраняемое авторским правом программное обеспечение: программы для ЭВМ и базы данных (на практике, большинство СКЗИ представлено программным обеспечением). *(19) Кроме того, исходный текст ("исходники") криптографического программного обеспечения может охраняться в качестве коммерческой тайны;
как движимая вещь, если речь идет об СКЗИ в виде аппаратных средств. К таковым относятся, например, аппаратные шифровальные средства SWIFT* (20) (SCR, BCR, VPN-box); аппаратные средства VPN; устройства хранения криптографических ключей (eToken) и др. В некоторых случаях можно ставить вопрос о патентоспособности аппаратных СКЗИ.
Вот и я зашифровал свою работу. Ключ, для ее расшифровки - внимательное прочтение. Защита от плагиата - удаление этого и еще двух абзацев выше, в которых я упомянул, то, что реферат взят из Интернета.
Рассматривая данный аспект, важно подчеркнуть, что, по общему правилу, СКЗИ не являются ограниченно оборотоспособным объектом (ст. 129 ГК РФ), даже если речь идет о тех средствах шифрования, которые сертифицированы (аттестованы) по уровню защищенности, достаточному для обеспечения секретности государственной тайны. Это лишь свидетельствует о том, что сегодня частные лица могут обеспечить себе уровень информационной безопасности, сопоставимый с защищенностью государственной тайны. Разумеется, к оборотоспособным не относятся секретные СКЗИ, которые могут создаваться для специальных государственных нужд (вооруженные силы, разведка, дипломатия и т.п.). Если таковые средства существуют, то они будут являться объектами, изъятыми их гражданского оборота (в любом государстве это одна из наиболее закрытых и охраняемых областей). Собственно, в этом и проявляется разница между гражданской и государственной криптографией.
Нормативно-правовые основы использования гражданской криптографии
В основе использования криптографических средств частными лицами лежат как общие гарантии экономической деятельности *(21), закрепленные в ст. 18, ч. 1 ст. 34, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, так и ряд положений ГК РФ (см. выше) и других нормативно-правовых актов. Имеется также некоторая судебная практика. *(22)
Практический интерес представляет проблема соотношения публичного и гражданского права в этой сфере. Практиков интересует, прежде всего, вопрос: необходимы ли специальные разрешения, лицензии и прочие формальности публично-правового характера, чтобы приобретать и использовать средства электронной цифровой подписи, либо чтобы шифровать свою коммерческую или личную тайну?
Здесь следует обратить внимание на неточность, встречающуюся в литературе. Например, А. Серго полагает, что СКЗИ для собственных нужд сегодня можно использовать якобы только на основании лицензии: "Современные программные и технические шифровальные комплексы позволяют достаточно легко и быстро осуществлять защиту сообщений, но их использование не всегда легитимно (выделено мной - Д.О.)". *(23) В обоснование своих слов А. Серго приводит следующие положения п. 4 Указа Президента РФ N 334 *(24):
В интересах информационной безопасности Российской Федерации и усиления борьбы с организованной преступностью запретить деятельность юридических и физических лиц, связанную с разработкой, производством, реализацией и эксплуатацией шифровальных средств, а также защищенных технических средств хранения, обработки и передачи информации, предоставлением услуг в области шифрования информации, без лицензий, выданных Федеральным агентством правительственной связи и информации при Президенте Российской Федерации в соответствии с Законом Российской Федерации "О федеральных органах правительственной связи и информации".
Такая позиция ошибочна, поскольку с момента принятия в 1998 году ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" уже не требовалось лицензий для использования СКЗИ в собственных интересах. *(25) Статьи 17 и 18 закона прекратили действие п. 4 Указа N 334 в той его части, что требовала лицензий для шифрования или подписания ЭЦП своей информации.
Более того, уже в момент принятия указа, его п.4 противоречил положениям статей 18, 34 и 55 Конституции РФ, поскольку незаконно ограничивал конституционные права физических и юридических лиц на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.
Поэтому А.А. Фатьянов *(26) справедливо отмечает, что на текущий момент нет препятствий к свободному приобретению и использованию юридическими и физическими лицами средств для шифрования своей информации (в частности, коммерческой или личной тайны). Справедливости ради отметим, что в своей последующей работе А.А. Фатьянов высказался более осторожно: "Из совокупного рассмотрения норм указанных актов (Указа N 334 и Постановления Правительства N 691 - Д.О.) со всей очевидностью не следует, что положение о лицензировании эксплуатации СКЗИ ныне утратило силу" *(27).
Заключение
На наш взгляд, эта очевидность все же присутствует. Положение о лицензировании деятельности по техническому обслуживанию шифровальных (криптографических) средств *(28) не устанавливает обязанности лицензирования использования СКЗИ в собственных интересах. Напротив, в подпункте г пункта 3 Положения предусмотрено, что лицензируемая деятельность по техническому обслуживанию включает в себя, в частности, работы по обслуживанию шифровальных (криптографических) средств, предусмотренные технической и эксплуатационной документацией на эти средства. Здесь же специально оговорено, что к такой лицензируемой деятельности не относятся случаи, когда она производится для обеспечения собственных нужд.
К тому же из данного Положения следует, что лицензированию подлежит деятельность по техническому обслуживанию СКЗИ, но никак не сами процессы использования полезных свойств СКЗИ (шифрование/ расшифрование; подписание ЭЦП / проверка ЭЦП).
Таким образом, можно утверждать, что сегодня приобретение и использование СКЗИ в собственных интересах (без оказания услуг третьим лицам) свободно, и не требует получения лицензий или выполнения иных формальностей публично-правового характера.
Литература
*(1) Калаушин Р.М., Крук Е.А. Обзор проблем безопасности мобильной связи с зарождения и по настоящее время // Защита информации. Конфидент. - СПб., 2003. - N 2 (50). - С. 59-63.
*(2) См.: Саперов С.А. Банковское право: теория и практика. - М.: Экономика, 2003. - С. 405-413.
*(3) См.: http://dom.bankir.ru/forumdisplay.php?f=18
*(4) Бельгийское юридическое лицо S.W.I.F.T.scrl, а также контролируемая им система финансовых коммуникаций SWIFT. См.: Саперов С.А. Указ. соч. - С. 287-363; а также http://www.swift.ru/index.php?n=1&f=11
*(5) См.: Сухоруков А.В. Система электронного документооборота РТС: два года на рынке PKI России // Документальная электросвязь. - 2001. - N 7. - С. 38-40.
*(6) См. напр.: Косовец А.А. Правовое регулирование электронного документооборота // Вестник Московского университета. Сер.11. Право. - 1997. - N 4. - С. 46-60; Он же. Правовой режим электронного документа // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. - 1997. - N 5. - С. 48-59.
*(7) Электронный документ - документ, в котором информация представлена в электронно-цифровой форме. См. ст. 3 ФЗ от 10.01.2002 г. "Об электронной цифровой подписи" // Собрание законодательства РФ. - 2002. - N 2. - Ст. 127.
*(8) Белов В.А. Гражданское право: Общая и Особенная части: Учебник. - М.: Центр ЮрИнфорР, 2003. - С. 700.
*(9) Дозорцев В.А. Комментарий к схеме "Система исключительных прав". Цит. по: Дозорцев В.А. Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации: Сб. ст. - М.: Статут, 2003. - С. 32-35, 38-39.
*(10) См.: ст. 48.1. "Технические средства защиты авторского права и смежных прав" Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах", а также: Скляров Д.В. Искусство защиты и взлома информации. - СПБ.: БХВ-Петербург, 2004. - С. 197-208.
*(11) В литературе отмечается, что самозащита гражданских прав возможна как действиями самого управомоченного, так и действиями третьих лиц (Свердлык Г.А., Страунинг Э.Л. Защита и самозащита гражданских прав: Учебн. пособ. - М.: Лекс-Книга, 2002. - С. 190-193.).
*(12) См.: Федеральный закон "О лицензировании отдельных видов деятельности" и Положение о лицензировании предоставления услуг в области шифрования информации, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.09.2002 г. N 691.
*(13) В частности, В.А. Белов отмечает: "Использование подписи, таким образом, это в то же время и использование имени, хотя и выраженное в виде знака, не всегда имеющего общепринятую расшифровку" (Белов В.А. Указ. соч. - С. 621-622.).
*(14) Не случайно в п. 2 ст. 160 ГК РФ речь идет об аналогах собственноручной подписи, к которым закон причислил факсимиле и ЭЦП.
*(15) Малеина М.Н. Личные неимущественные права граждан: понятие, осуществление, защита. - 2-е изд. испр. и доп. - М.: МЗ Пресс, 2001. - С. 112-113.
*(16) См. подробнее: Огородов Д.В. ЭЦП юридических лиц - подарок рейдерам // эж-Юрист. - 2005. - N 48. - С. 2.
*(17) Катков В. Заключение договоров при посредстве электричества // Журнал С.- Петерб. юрид.общества. - 1896. - Кн. 7. - С. 77-88; Цвингман В.М. О влиянии техники (телеграфа, телефона и т.п.) на развитие договорного права // Журнал Министерства юстиции. - 1902. - Кн. 8. - С. 149-174; Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. - 4-е изд. - Том 2. Товар. Торговые сделки.- СПб.: Изд. бр. Башмаковых, 1908. - С. 126.
*(18) См.: Огородов Д.В. Правовое регулирование электронных сделок // Финансовые и бухгалтерские консультации. - М., 2003. - N 10. - С. 90-98. Подобный взгляд находит поддержку и в новейших работах других авторов, напр.: Нагаева А.А. Предмет и способ исполнения договоров в режиме электронного взаимодействия // Арбитражная практика. - 2005. - N 10. - С. 13-17.
*(19) В России криптографические алгоритмы и протоколы как таковые не охранопособны, ни по нормам авторского, ни по нормам патентного права. Однако, например, в США криптографическим алгоритмам предоставляется патентно-правовая охрана. Так, за время действия патента на знаменитый алгоритм RSA, было выдано более 450 миллионов (!) лицензий (лицензионных договоров).
*(20) См.: http://www.swift.ru/index.php?n=1&f=11
*(21) Здесь следует учесть, что положения Конституции РФ о правах и свободах физических лиц распространяются также и на их объединения (юридические лица), если это не противоречит природе данных прав. См.: п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 17.12.1996 г. N 20-П // Собрание законодательства РФ. - 1997. - N 1. - Ст. 197; п.3 Определения Конституционного Суда РФ от 01.03.2001 г. N 67-О // Вестник Конституционного Суда РФ. - 2001. - N 4.
*(22) См.: напр.: п. IV Письма ВАС РФ от 19.08.1994 г. N С1-7/ОП-587 "Об отдельных рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике" // Вестник ВАС РФ. - 1994. - N 11.
*(23) См.: Серго А. Интернет и право. - М.: Бестселлер, 2003. - С. 162-163.
*(24) Указ Президента РФ от 03.04.1995 г. N 334 (с последующ. изм.) "О мерах по соблюдению законности в области разработки, производства, реализации и эксплуатации шифровальных средств, а также предоставления услуг в области шифрования информации" // Собрание законодательства РФ. - 1995. - N 15. - Ст. 1285; 2000. - N 31. - Ст. 3252.
*(25) Цитируемая работа А. Серго подписана в печать 01.04.2003 г., существенно позже того, как приводимый им п.4 Указа утратил силу.
*(26) Фатьянов А.А. Правовое обеспечение безопасности информации в Российской Федерации: Учебн. пособие. - М.: Юрист, 2001. - С. 230-231.
*(27) Фатьянов А.А. Некоторые проблемы обеспечения безопасности электронного документооборота // Документальная электросвязь. - N 15 (июнь). - М., 2005. - С. 39.
*(28) Положение о лицензировании деятельности по техническому обслуживанию шифровальных (криптографических) средств, утв. Постановлением Правительства РФ от 23.09.2002 г. N 691 // Собрание законодательства РФ. - 2002. - N 39. - Ст. 3792.
1
Документ
Категория
Право
Просмотров
170
Размер файла
81 Кб
Теги
рефераты
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа