close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

road trippin`

код для вставкиСкачать
Хроническая эпистола самому себе.
Anakrusis.
Сознание путешественника — белый экран, на который проецируется все наступающая
во времени реальность. Репрезентативность проекции — плод взаимодействия реальности и
сознания; в пути сознание получает постоянный поток, и фиксирует картины-звуки-запахи,
или сразу снимает отпечаток окружающего мгновения, которое выставляется с такой
четкостью, что приходит ощущение дежавю. Когда приходит время принести выбранный
отрезок времени в жертву бумаге, самое сложное — собрать хронологию, ведь человеческий
мозг сортирует только по одному признаку — яркость/контрастность. Преодолеть
дизориентацию — то, что делает человека писателем.
Ictus.
Здесь — путевые заметки, описывающие одну поездку меня и попутчика в жаркий
климатический пояс, на берег неглубокого, но голубого моря.
1-22.30 Платформа с нетопонимическим названием «Калинина», прыжок с края
платформы в бездну, преодоление удивительного W
-образного рельефа, образованного ж/д
насыпями — и вот она — М4, трасса федерального значения — начинается прямо здесь, за
твоей спиной, а кончается на берегу непереводимой на остальные языки чурчхелы и
бровастых Аликов и Додиков. В четвертый раз выхожу из этого места. Где-то посерединке
между глазным яблоком и мозгом вклиниваются картинки предыдущих трех, получается
Вивальди — все четыре сезона одного, отдельно взятого кусочка прочно изолированного
мира: осень — к летному полю, на парапланы; зима — Самара, побег; весна — в Бякинские
пещеры, исход вовне; и, наконец, лето: вот оно. На заправке припарковался дом на колесах,
его обитатели вытащили на лунный свет стол, шезлонги и кальян и предаются
медитативному ритму траффика.
1-22.50 Едем на маленькой, сто километров до развилки с М6, до ответвления на
Тамбов, до поворота направо, который на самом деле — налево. Нам все-равно вперед.
2-00.50 Большой красный Volvo FH12 из Краснодарского края — едет туда, куда едем
мы, едет с нами на борту. Вернее с нами на борту, но не едет. Остановившись для нас, он по
какой-то причине не мог тронутся снова, драйвер хмуреет, я пытаюсь болтать для разрядки,
пытаюсь придумать шутку по поводу. Через 20 минут мы все-таки завели двигатель и
тронулись в сторону эфемерного моря. Драйвер в первый же час самоутверждается,
приписывая себе геройские любовные похождения и благородные подвиги. Я с великим
вниманием выслушиваю его, изредка комментируя его синонимичными прилагательными —
занятие абсолютно бессмысленное, но, во-первых, у собеседника создается ощущение, что
его внимательно слушают, а во-вторых, каждый из произносимых синонимов может стать
якорем для новой темы разговора. Таким образом можно разговорить человека, а когда он
разговорится до той степени, что сам уже начинает продолжать собственные мысли, можно
расслабится и любоваться дорогой. Это, конечно, справедливо только в том случае, когда
драйвер неинтересен, но ехать надо долго. Выплеснув весь свой запас любовной
автобиографии за пол-часа он успокаивается и больше уже не касается этой темы.
2-4.00 Когда останавливались на заправке я заметил, что из прицепа капает какая-то
жидкость. Сообщив об этом Драйверу я узнал, что в прицепе находится пиво и соки в стекле,
а так же впервые в жизни увидел прицеп изнутри. И вот, теперь мы остановились, чтобы он
передохнул, чтобы поспал минут тридцать. А я полез в прицеп. Подходишь — немного
капает, открываешь створку, слышно как входит воздух, и на то место, где ты только что
стоял извергается маленький водопад соков из разных фруктов. Внутри темно, под ногами
очень много осколков, весь пол залит ровным слоем фиолетовой жидкости. Ящики —
каждый ростом с человека; бутылки из одного раскиданы по всем углам, из второго — только
начали выскакивать. Присмотревшись, обнаруживаю, что соком залиты стены и потолок.
Много банок с открутившимися крышками, порванными этикетками и мелкими осколками
внутри. Много разбитых, много неразбитых, вообще — очень много банок с соком. Поставил
их в таком боевом порядке, чтобы уцелевшие банки не падали больше никуда, а если бы и
падали — то только на своих уже умерщвленных собратьев, которые должны амортизировать
их падение и оставить им шанс. Две банки, потерявшие товарный вид, но не утратившие
содержимого я захватил с собой в кабину.
2-5.15 Мы тронулись, я сижу на пассажирском сиденье, выковыриваю очень маленькие
игольчатые осколки из пальцев рук, солнце появляется в левом-нижнем углу лобового стекла,
осколки заблестели, теперь их легче вытаскивать.
2-9.00 Липецкая область, Дон, фантасмагорические белоснежные известняковые утесы
по краям дороги. Несколько сотен километров дороги по правому борту расширяют, очень
много песка. И вот одна из огромных песчанных отсыпей, после которой вспаханное поле
уходит за горизонт в три стороны, по этому песку, под жарящим солнцем ползут два усталых
шершня, вот таких:
2
-15.00 Проехали Липецк, проехали Воронеж. Остановились. Вышли. Юг. Огромное
торжище, на котором можно экипироваться всеми атрибутами местной жизни — от свитеров
черно-бело-полосатой расцветки и резиновых тапочек, чтобы носить их с носками, до
беляшей, сопутствующего им пива местного производства и растворимого кофе в
пластиковых стаканчиках. За автобусной остановкой, как и ожидалось, спонтанный туалет с
многолетними наслоениями биомассы, но даже он пахнет как-то особенно, по-южному.
Драйвер оставил нам ключи от машины, тень от которой стала единственным местом, где
можно было укрытся от солнца. Час ничегонеделанья под солнечным жаром, час ожидания
перемены места, час сослагательного наклонения. 2-17.00 Драйвер решает съехать к реке, чтобы отмыть внутренности прицепа от сока,
мы допиваем энную банку и выходим на повороте в Павловск. Следующим оказался
чистенький мерседес актрос (тоже фура). Драйвер родом из Таджикистана, в начале
сознательного возраста переместился в Россию, а ныне является гражданином Германии. У
него наконец-то оказался вкусный кофе, и он оказался первым человеком, встреченным мною
на трассе, который смог поддержать дискуссию о жизнеспособности социальной
антропологии в реалиях проезжаемых территорий. В россии –
это одна из ипостасей понятия
«интеллигентный», в англоязычном интернете более определенно — open-minded, суть одна:
с человеком общаться приятно, общаться хочется бесконечно, но тридцатичасовое
бодрствование начинает сказываться на моей способности к ясному мышлению, последние
полтора часа до Ростова я провел уже на задней полке, в горизонтальном положении.
2-22.00 Ох ты боже мой, какие запахи! При каждом вздохе вспоминаешь всю жизнь
твоего Юга, Россия. Мы вышли из кабины в том месте, где могли поехать к морю двумя
путями. За нас выбрал водитель следующей машины, который забросил нашу маленькую
экспедицию недалеко, но весьма глубоко. Мы оказались в Батайске, городе который вырезали
из Бахчисарая или Севастопольских пригородов — с кипарисами, туями, мусором, сиренью и
жаркой ночью. Стремительно потемнело, и мы остались один-на-один с налобником. Кто-то
увез нас на окраину Батайска, там мы купили воды, остановили черный мерседес. Драйвер —
таджик лет двадцати пяти-восьми, свежеприобретенная жена и дети, живет в Азове.
Рассказал нам о традиционном факельном шествии, которое устраивает молодежь всего
города на каждый день победы. 2-23.59 Из дверей его машины мы вышли прямо на глухой берег моря, поставили
палатку и отправились в страну морфея под огромным ночным небом.
Hyperkatalektos.
3-00.00 Море оказалось черного цвета, потомучто небо тоже было в это время черное.
Ветер и запахи — море. Звуки и отзвуки — море. Можно прокопать ямку прямо здесь, и туда
тоже нальется море. Звезды — это как камыши на огромном черном болоте, у каждого
человека есть шанс дотянуться до своего камыша, надо только не упускать его из виду.
Автор
Fedor Ivanov
Документ
Категория
Путешествия
Просмотров
199
Размер файла
622 Кб
Теги
road, trippin
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа