close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Трагедия советской деревни Коллективизация и раскулачивание 1927—1939 Документы и материалы 1

код для вставкиСкачать
Российская Академия Наук
Институт российской истории
Федеральная архивная служба России
Российский центр хранения и изучения документов новейшей истории
Государственный архив Российской Федерации
Российский государственный архив экономики
Российский государственный военный архив
Центральный архив Федеральной службы безопасности России
Бостон колледж (США)
Университет Торонто (Канада)
Университет Мельбурна (Австралия)
Бирмингемский университет (Великобритания)
Сеульский государственный университет (Республика Корея)
Russian Academy of Sciences
Institute of Russian History
Federal Archival Service of Russia
Russian Centre for Preservation and Study of Modern History Records
State Archive of Russian Federation
Russian State Archive of Economy
State Military Archive of Russia
Central Archive of the Federal Security Service of Russia
Boston College
University of Toronto
University of Melbourne
University of Birmingham
Seoul National University
THE TRAGEDY OF THE RUSSIAN VILLAGE
Collectivization and Dekulakization
Documents and Materials In 5 volumes 1927-1939
Main Editonal Board
V.Danilov, R.Manning, L.Viola (Editors-in-Chief),
R.Davies, Ha Yong-Chool, R.Jonson, V.Kozlov, A.Sakharov,
V.Vinogradov, S.Wheatcroft
Moscow
ROSSPEN
1999
ТРАГЕДИЯ СОВЕТСКОЙ ДЕРЕВНИ Коллективизация и раскулачивание
Документы и материалы в 5 томах 1927-1939
Главный редакционный совет
В.Данилов, Р.Маннинг, Л.Виола (главные редакторы),
В.Виноградов, Р.Джонсон, Р.Дэвис, В.Козлов, А.Сахаров,
С.Уиткрофт, Ха Енг Чул
Москва
РОССПЭН
1999
THE TRAGEDY OF THE RUSSIAN VILLAGE Collectivization and Dekulakization
Documents and materials
Vol.1 May, 1927 - November, 1929
Editorial Board volume 1:
V.Danilov (Main Editor), L.Dvoynich, Hahn Jeong-Sook,
N.lvnitskiy, S.Krasilnikov, R.Manning, O.Naumov, E.Turina,
V.Vinogradov, L.Viola
Moscow
ROSSPEN
1999
ТРАГЕДИЯ СОВЕТСКОЙ ДЕРЕВНИ Коллективизация и раскулачивание
Документы и материалы
Том 1 май 1927 — ноябрь 1929
Редакционная коллегия тома:
В.Данилов (ответственный редактор), В.Виноградов, Л.Виола, Л.Двойных, Н.Ивницкий, С.Красильников, Р.Маннинг, О.Наумов,
Е.Тюрина, Хан Чжонг Сук
Москва
РОССПЭН
1999
ББК 63.3(2)6-2 Т65
Составители
В.Данилов, М.Кудюкина (ответственные),
Н.Глущенко, Т.Голышкина, Л.Денисова, Ким Чан Чжин, М.Колесова,
С.Красильников, В.Михалева, Н.Муравьева, А.Николаев, Е.Осокина,
Т.Привалова, Н.Тархова, М.Таугер, А.Федоренко, Е.Хандурина, Т.Царевская
Compilers
V.Danilov, M.Kudukina (Main Compilers),
N.Gluschchenko, T.Golyshkina, L.Denisova, Kim Chang Jin, M.Kolesova,
S.Krasil'nikov,V.Mikhaleva, N.Murav'ova, A.Nikolaev, E.Osokina, T.Privalova,
N.Tarkhova, M.Tauger, A.Fedorenko, E.Khandurina, T.Tsarevskaia
Участники проекта выражают глубокую благодарность
Национальному гуманитарному фонду США, университету Торонто,
Бостон колледжу, университету Мельбурна и Министерству иностранных дел
Корейской Республики за поддержку научно-исследовательской работы, первым
результатом которой является этот том. Его издание стало возможным благодаря
гранту из средств проекта «Исследования сталинской эпохи»
и Архивного проекта университета Торонто
The participants of this project express their gratitude
to the National Endowment for the Humanities, the University of Toronto,
Boston College, the University of Melbourne and the Ministry or Foreign Affairs
of Republic of Korea for their support of this project. The publication of this volume
was made possible by a grant from the Stalin Era Research and Archive Project
of the University of Toronto.
Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание. Т 65 1927—1939. Документы и материалы. В 5-ти тт. / Т. 1. Май 1927 — ноябрь 1929 / Под ред. В.Данилова, Р.Маннинг, Л.Виолы. — М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999. — 880 с.
В первом томе настоящего издания публикуются документы по истории со­ветской деревни накануне коллективизации (май 1927 г. — ноябрь 1929 г.) пре­имущественно из ранее недоступных архивов высших органов партийно-госу­дарственного руководства — ЦК ВКП(б), его Политбюро, Оргбюро и Секрета­риата, ЦИК и СНК РСФСР, ОГПУ, различных наркоматов, Верховного суда и Прокуратуры, Политуправления армии и др. организаций. Эти документы впервые показывают первоначальный этап сталинской «революции сверху», на­чавшейся со слома НЭПа как государственной политики и системы социально-экономических отношений в обществе, прежде всего между городом и деревней. Государственное насилие, сопровождавшее «чрезвычайные хлебозаготовки» и «наступление на кулачество» не могло не вызвать сопротивление и протест со стороны крестьянства, документальное отражение которых занимает большое место в этом сборнике.
ББК 63.3(2)6-2
© В.Данилов, Р.Маннинг, Л.Виола, 1999
© Институт российской истории РАН, 1999
© Федеральная архивная служба России, 1999
© Бостон колледж (США), 1999
© Университет Торонто (Канада), 1999
© «Российская политическая энциклопедия»
(РОССПЭН), 1999
© V.Danilov, R.Manning, L.Viola, 1999 © Institute of Russian History of the Russian
Academy of Sciences, 1999 © The Federal Archives Service of Russia, 1999
тстэкт «; qo/q nnna о@ Boston Со11е8е (USA), 1999
ISBN 5-8243-0006-2© University of Toronto (Canada), 1999
ISBN 5-8243-0040-2© ROSSPEN, 1999
В.П.Данилов,
Роберта Маннинг,
Линн Виола
ТРАГЕДИЯ СОВЕТСКОЙ ДЕРЕВНИ Коллективизация и раскулачивание
Документы и материалы в 5-ти томах
(Редакторское вводное слово)
Коллективизация сельского хозяйства стала рубежным событием в исто­рии СССР. Со стороны коммунистической партии это была первая попытка широкомасштабной социальной инженерии, и это было начало сталинского массового террора. Коллективизация разрушила традиционную крестьянскую общину и другие институты крестьянской автономии и поставила на их место принудительную структуру аграрного производства, социалистическую только по форме. Новая колхозная система позволила государству обложить крес­тьянство данью в форме обязательных поставок сельхозпродукции и обусло­вила бюрократическое господство на селе. Уважаемых и авторитетных в де­ревне людей заставили замолчать, священников арестовывали, а тех представи­телей сельской интеллигенции, которые не пожелали становиться агентами госу­дарства, всячески травили. Ярлык «кулак» навешивался на более или менее за­житочных, несдержанных на слово крестьян, а то и просто на тех, кому не по­везло, и это означало лишение собственности, арест и высылку. Такова была одна из наиболее ужасающих волн массовых репрессий двадцатого века.
Для истории коллективизации в бывшем СССР долгое время были харак­терны официальные табу, связанные с обязательной интерпретацией истори­ческого процесса, и ограниченный доступ к архивным материалам. До недав­него времени наиболее важные документы по этой проблеме были полностью закрыты даже для российских ученых. В последние годы партийные и госу­дарственные архивы открыли свои двери, и громадный массив материалов становится доступен для ученых, причем в количествах, значительно превы­шающих возможности индивидуального исследователя. Нашим откликом на данную ситуацию было формирование международного коллектива из 35 — 40 историков из шести стран — России, Соединенных Штатов, Канады, Вели­кобритании, Австралии и Южной Кореи, чтобы совместными усилиями иссле­довать вновь открывшиеся документы по коллективизации и раскулачиванию. Наши исследователи прорабатывают открытые архивные материалы и добива­ются рассекречивания дополнительных документов с тем, чтобы определить, как формировалась государственная политика в отношении деревни и каков был ответ разных слоев сельского населения на предпринимаемые сверху шаги в период формирования колхозной системы в СССР. Наиболее важные документы, выявленные в ходе нашего совместного исследования, будут пред­ставлены в этом пятитомнике. Они отразят развитие взаимоотношений между селом и политическим режимом, начиная с периода консолидации сталинских сил в конце 20-х годов и до начала Второй мировой войны.
Наш проект ориентируется на исследование всей глубины противоречий сталинской эпохи, он первым получил разрешение на работу в главных цент­ральных московских архивах, включая архивы органов государственной без­опасности, в частности, в Центральный архив бывшего ОГПУ —НКВД —КГБ, куда мало кто из историков допускался. Помимо Центрального архива Феде-
ральной Службы Безопасности Российской Федерации (ЦА ФСБ), как те­перь называется бывший архив О ГПУ — НКВД — КГБ, исследования прово­дятся в четырех важнейших московских архивах: Российском центре хране­ния и изучения документов новейшей истории (РЦХИДНИ), прежде извест­ном как Центральный партийный архив; Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ); Российском государственном архиве экономики (РГАЭ) и Российском государственном военном архиве (РГВА). Эти архивы предоста­вили своих ведущих сотрудников для работы над нашим собранием докумен­тов и обеспечили участникам проекта рабочие помещения, возможности ксеро­копирования документов, а также помощь в обеспечении дальнейшего рассек­речивания нужных нам документов, что делает их доступными не только для участников проекта, но и для других ученых.
Работая единой командой и синтезируя результаты нашего общего иссле­дования, мы имеем возможность отбирать для публикации наиболее типичные и исторически значимые документы. Наш труд является результатом коллек­тивного научного творчества профессионалов, а потому представляет собой нечто большее, нежели просто собрание документов. При подготовке каждого тома наши исследователи изучают материалы ЦК ВКП(б) и его Политбюро, ВЦИК и ЦИК РСФСР, СНК СССР и РСФСР, Красной Армии, карательных органов (ОГПУ —НКВД), Наркоматов земледелия и юстиции, различных временных центральных органов, создававшихся для руководства и контроля за проведением коллективизации (вроде Колхозцентра и Тракторцентра), а также личные фонды основных исторических участников тех событий: Стали­на, Молотова, Кагановича, Микояна, Орджоникидзе и др. Предпринимаются специальные усилия для того, чтобы отыскать документы партийных и госу­дарственных органов, которые показывали бы, как формировалась правитель­ственная политика; а также отчетные материалы, обобщение которых дает воз­можность отслеживать реакцию общества на политику правительства опреде­ленных периодов времени. Различного рода отчеты с мест, на которых зиж­дется подобный анализ, включены в число документов, отбираемых для пуб­ликации. Материалы, по которым можно изучать социальную реакцию, отра­жают восприятие (или невосприятие) отдельными учреждениями или людьми, в особенности крестьянским населением, официальной политики.
В ходе исследования мы пытаемся определить роль центральных прави­тельственных учреждений, отдельных политических руководителей, местных властей и самих крестьян в появлении самой идеи коллективизации, в том, как она воплощалась в жизнь, и в сопротивлении ее воплощению. Для публи­кации отбираются документы, которые прежде никогда не публиковались, на­пример, сводки, справки и доклады ОГПУ—НКВД, которые шли под грифом «Совершенно секретно». Во введении к каждому тому будут даны обобщающие характеристики прежде опубликованных по данной проблематике материалов и показано значение новых, дающих действительно новое знание.
При отборе документов для публикации мы планируем сочетать материа­лы, отражающие роль центрального руководства в проведении коллективиза­ции, с материалами о местных процессах, крестьянской реакции, сельских традициях, экономических и экологических факторах. Оба подхода важны для лучшего понимания судеб советской деревни в правление Сталина. Наше собрание документов не только позволяет лучше рассмотреть, как формирова­лась и воплощалась в жизнь правительственная политика в эпоху Сталина. Здесь впервые начинает раскрываться такая проблема, как сопротивление коллективизации — как внутри Советского руководства, так и вне его, приро­да, почва и масштаб этого сопротивления. Особенно важна проблема крес­тьянского сопротивления. Об этом убедительно свидетельствуют следующие данные: в 1929 г. было зафиксировано 12781 различное проявление крестьян-
ского недовольства — массовые демонстрации, террористические акты против представителей власти и сельских активистов, распространение антиправи­тельственных воззваний и т.п., а в 1930 г. их уже было — 31998'.
В то же время внутри советского руководства разгорелась упорная борьба (преданная затем умолчанию и не изучавшаяся) по вопросу о путях и средст­вах преобразований в сельском хозяйстве. Среди высших руководителей, наи­более последовательно пытавшихся воспрепятствовать государственно-поли­цейским методам управления, были выдающиеся деятели большевизма — Н.И.Бухарин, А.И.Рыков и М.П.Томский, лидеры «правой оппозиции», ко­торые были выведены из состава советского руководства в 1929 г. и осуждены на смертную казнь в 1938 г. на последнем из московских показательных процес­сов; лидеры оппозиции начала 30-х годов — С.И.Сырцов, А.П.Смирнов, М.Н.Рютин и др.; даже Генеральный прокурор Н.В.Крыленко, который сохранял высокие посты в советской юриспруденции вплоть до 1937 г., когда также пал жер­твой «великих чисток», и многие другие. Невозможно глубоко понять сталинизм и его развитие в Советской России, не изучая сопротивления сталинским методам уп­равления, — это одна из многих «чистых страниц» в истории России XX века, и наш проект предполагает внести свой вклад в ее заполнение.
Предпринимаемая нами совместная попытка вряд ли была бы возможна, если бы историки сельской России и архивисты, участвующие в проекте, и прежде не искали взаимодействия через многочисленные контакты. Члены нашей редколле­гии значительную часть своей профессиональной деятельности посвятили изуче­нию российской деревни. Самые старшие из российских участников работали над изучением проблем коллективизации советской деревни еще с 1950-х годов и де­лали это настолько честно и скрупулезно, насколько позволяли условия — поли­тическая цензура и ограниченный доступ к источниковым материалам. После XX съезда КПСС этим исследователям удалось опубликовать ряд новаторских иссле­дований и приступить к широкой публикации документов. В 1957 — 1960 гг. при Главном архивном управлении СССР была создана Главная редакция общесоюз­ной серии издания документов и материалов «История коллективизации сельско­го хозяйства СССР». Первый том этой серии вышел в свет в 1961 г. В 1989 г. число томов в названной серии достигло 36-ти. Конечно, одновременно публико­вались и не связанные с серией сборники документов. Всего за тридцать лет опубликовано более 50 сборников документов о коллективизации советской деревни2 (их перечень см. в приложении к данному тому).
Вышедшие в свет тома охватывают почти все бывшие союзные республи­ки: Украину, Белоруссию, Узбекистан, Казахстан, Туркмению, Таджикистан, Грузию, Азербайджан, Литву, Латвию, Эстонию. РСФСР была представлена автономными республиками: Башкирией, Дагестаном, Татарией и Якутией, а также 12 экономическими районами: Севером, Северо-Западом, Западом, Центрально-Промышленным районом, ЦЧО, Средней Волгой, Северным Кав­казом, Уралом, Западной Сибирью, Восточной Сибирью, Нижегородским краем и одной губернией — Нижегородской.
Обращаясь к научному содержанию и значению названных публикаций, приходится сказать о том, что они отразили возможности своего времени, ог­раниченные жесткими идеологическими рамками (несмотря на «оттепель») и — что не менее важно — допуском в архивах лишь к открытому слою ма­териалов. Гриф «секретности», поставленный в 20-х —30-х годах, продолжал сохранять свою силу и в 60-х, и в 70-х, и в 80-х годах. В названных сборни­ках публиковались постановления и резолюции, доклады и отчеты, свидетель­ства с мест, отражавшие официальную политику и версию коллективизации и раскулачивания, замалчивавшую практику насилия, хозяйственного упадка, голода, крестьянских протестов. Материалы о названных явлениях оставались недоступными исследователям, а то немногое, что оставалось невозможным
утаить и попадало в открытые документы, представлялось как всего лишь частные случаи «извращений» и «перегибов», допущенных на местах. В сбор­никах с величайшей тщательностью собирались свидетельства всего положитель­ного в кооперативно-колхозном строительстве конца 20-х — начала 30-х годов.
Задачи научного анализа исторического процесса в целом, а тем более его трагедийных слагаемых, стала возможной лишь в условиях снятия жестких идеологических ограничений с научной мысли и предоставления действитель­но свободного доступа к историческим источникам, прежде всего к архивным материалам, сохранение секретности которых утратило хоть сколько-нибудь реальный смысл. С приходом гласности началась публикация новых докумен­тов, дающих подлинное представление о деревенской трагедии3. Однако это лишь начало в решении проблемы источниковой базы для воссоздания карти­ны коллективизации как целостного исторического процесса, как народной трагедии, начиная с ее истоков и заканчивая главнейшими последствиями для деревни и страны в целом.
Западные участники проекта также имеют опыт сотрудничества друг с другом и с российскими коллегами. Они совместно выпускали сборники очер­ков, писали в соавторстве книги и статьи, издавали материалы конференций, а с открытием архивов участвовали и в издании документов по проблемам коллективизации^. Взаимное уважение и доверие сложились на основе давне­го сотрудничества, и это стало важнейшим условием работы данного междуна­родного научного проекта, в который вовлечены участники из шести стран трех континентов.
Наша документальная история коллективизации и раскулачивания дает возможность по-новому взглянуть на многострадальную историю советской де­ревни. Она позволит международной научной общественности и просто инте­ресующимся людям проверить существующие трактовки сталинизма на факти­ческом материале, отысканном в архивах, а также взглянуть на коллективиза­цию с разных точек зрения — с позиций политических руководителей высше­го уровня, местных чиновников и функционеров, карательных органов и, ко­нечно, с позиции самих крестьян.
Объем и характер ранее опубликованных документальных материалов (о чем мы говорили выше) отнюдь не привели к игнорированию свидетельств, от­носящихся к позитивно-созидательным компонентам в практике организации колхозов, в техническом перевооружении сельского хозяйства, в труде и культу­ре колхозников. В томах нашего издания исследователь найдет обо всем этом весьма обширные и ценные документы. Некоторые из них были известны специ­алистам уже давно, но не публиковались только из-за объективности их содержа­ния, поскольку включали сведения о подлинных трудностях и ошибках, а не мнимых, возникших на местах из-за «перегибов» при осуществлении «единствен­но правильных» директив сверху. Естественно, однако, что основное место в нашей работе занимают документы, ранее недоступные исследователям и раскры­вающие те стороны исторического процесса, которые оставались неизвестными. Без этих документов невозможно воссоздать подлинную картину происходивше­го в деревне крестьянской страны в конце 20-х —30-х годов.
По содержанию документов, выявленных и включаемых в формируемые сейчас тома, мы можем выделить три тесно связанных между собой ряда фак­тов, событий, действий: первый ряд — принудительные хлебозаготовки, под­чинившие себе все другие направления политики в деревне и создавшие обста­новку «чрезвычайщины»; второй ряд — борьба с кулачеством, ставшая глав­ным средством проведения хлебозаготовок и подчинения крестьянства в целом, и, наконец, третий ряд — собственно коллективизация, осуществляе­мая форсированными темпами, пренебрегая возможностями кооперативного развития и технического перевооружения.
10
В первом томе нашего собрания документов раскрывается связь между хлебозаготовительными кампаниями и «наступлением на кулачество» в 1927 — 1929 гг. с переходом к массовой коллективизации в конце 1929 г. Второй том будет иметь дело с развертыванием «сплошной» коллективизации и раскулачи­вания в конце 1929—1930 гг. Третий том будет посвящен причинам, ходу и пос­ледствиям Великого голода 1932 — 1933 гг., который, по утверждениям некото­рых историков, унес жизни большинства жертв сталинизма5. Содержание чет­вертого тома будет связано с усилиями по стабилизации колхозной системы и снижению репрессий как следствия Голода (1933 — 1935 гг.). В пятом томе вни­мание будет сосредоточено на Больших чистках в советской деревне в 1936 — 1939 гг., которые сопровождались новой и до сих пор совершенно неизученной волной «раскулачивания». Эта волна дала большую часть из 681 692 смертных приговоров, принятых в 1937 — 1938 гг.6.
Работа коллектива составителей и редакторов позволила выявить, проана­лизировать и обработать очень большой материал, показывающий, во-первых, складывание и развитие новой политики в деревне на практическом уровне: решения и директивы Политбюро, Оргбюро и Секретариата в их системе, перевод принятых решений на язык практики через постановления, циркуля­ры, разъяснения партийных и правительственных органов, особенно Нарком-торга, ОПТУ, Наркомюста, а также Верховного суда и Прокуратуры. Во-вто­рых, — и, конечно, это главное: материалы формируемых сборников показы­вают подлинную картину практики новой политики на местах, на деревенском уровне, включая крестьянское сопротивление. Перед нами предстает народная трагедия, в значительной мере предопределившая дальнейшие судьбы не толь­ко деревни, но и страны в целом.
Ни для кого из участников проекта нет сомнения в том, что главная задача состоит в показе, раскрытии того, что происходило непосредственно в деревне, с самим крестьянством, какой была практическая политика и практические следст­вия этой политики. Именно этим определяется основной состав сборника и осо­бая роль тех фондов архивов, в которых отражаются деревенские события.
Работа по определению состава включаемых в сборник документов, их ар­хеографической обработке и комментированию потребовала значительных усилий и времени. В этом сказываются прежде всего объективные причины. Назовем важнейшие: во-первых, мы работаем по фондам, исследуемым впер­вые, и поэтому должны изначально исследовать, выявить и даже копировать сравнительно большой объем документов. Во-вторых, необходимо сказать и о трудностях комментирования совершенно новых категорий документов, по­скольку здесь нет традиции, очень часто идет речь о событиях и людях, о ко­торых молчат энциклопедии и справочники, а исследования еще впереди.
Публикация документов будет иметь непреходящую ценность для исследо­вателей российской истории, исследователей крестьянства и крестьянских об­ществ, а также тех, кто интересуется проблематикой тоталитаризма, полити­ческих репрессий, аграрного развития. Поскольку колхозная система в России пережила падение советского социализма и развал СССР, мы полагаем, наша документальная серия найдет заинтересованных читателей среди тех, кому приходится размышлять над проблемами современной аграрной реформы в России, что помогло бы избежать повторения трагических ошибок прошлого. Пора наконец многострадальным российским крестьянам дать свободу выби­рать свое собственное будущее таким, каким оно видится им самим, а не выс­шему руководству с его капризами и диктатом, с его вечной погоней за идео­логическими установками, в которой не остается места для внимания к обыч­ной жизни простых людей.
Средства в поддержку проекта (в дополнение к плановым расходам) пяти московских архивов - РЦХИДНИ, ГАРФ, ЦА ФСБ, РГАЭ и РГВА, а также
11
Института российской истории РАН, были предоставлены Центрами россий­ских и восточноевропейских исследований университетов Торонто и Мельбур­на, Бостонским колледжем и Американским научным советом социальных ис­следований и изучения развития бывшего Советского Союза, и особенно Аме­риканским гуманитарным фондом (NEH Collaborative Project Grant). Науч­ные командировки проф. Маннинг в Россию для работы по проекту финанси­ровались Национальным советом советских и восточноевропейских исследова­ний (IREX). Проект «Исследование сталинской эпохи и архивы» (SERAP) университета Торонто, существующий на средства гранта MCRI Канадского совета социальных и гуманитарных наук, выделил средства для данного ис­следования. Без великодушной поддержки всех этих институтов данный пер­вый том нашей серии никогда не был бы завершен. Однако возможные ошиб­ки, недостатки и оплошности в нем — лишь наши собственные.
1ЦА ФСБ РФ (Центральный архив службы безопасности Российской Федерации, бывший
Архив КГБ) ОГПУ Информационный отдел «Секретно-политический отдел О Г.П У Докладная
записка о формах и динамике классовой борьбы в деревне в 1930 году» Л 4
2Характеристику опубликованных тогда сборников документов см Богденко М Л Первые
тома общесоюзной серии документов и материалов по истории коллективизации сельского хозяй­
ства // Вопросы истории 1966 № 8, Ивницкий Н А О публикации документов по истории кол­
лективизации сельского хозяйства // «Археографический ежегодник» за 1967 М , 1969, Каба­
нов В В Документы по истории коллективизации сельского хозяйства // История СССР 1978
No 5, Viola L Guide to Document Series on Collectivization //A Researcher's Guide to Sources on
Soviet Social History in the 1930s / Ed by Fitzpatnck S and Viola L Armonk, N Y, 1990
3См Документы свидетельствуют Из истории деревни накануне и в ходе коллективизации
М , 1989, Кооперативно-колхозное строительство в СССР 1917 — 1922 гг Документы и материа
лы М , 1990, Кооперативно-колхозное строительство в СССР 1923—1927 гг М , 1991, Из исто­
рии раскулачивания в Карелии 1930—1931 гг Документы и материалы Петрозаводск, 1991,
Спецпереселенцы в Западной Сибири В 4-х томах Новосибирск, 1992 — 1996, Раскулаченные
спецпереселенцы на Урале (1930—1936 гг ) Сб документов Екатеринбург, 1994, Красная армия
и коллективизация деревни в СССР (1928—1933 гг ) Сб документов Неаполь, 1996 (на русском
и итальянском языках), Коллективизация и крестьянское сопротивление на Украине (ноябрь
1929 — март 1930 гг ) Винница, 1997, Рязанская деревня в 1929—1930 гг Хроника головокру­
жения Документы и материалы М , 1998
4См , напр Getty J and Manning R Stalinist Terror New Perspectives Cambridge University
Press, 1993, Farnsworth В and Viola L Russian Peasant Women Oxford University Press, 1992 //
A Researcher's Guide to Sources on Soviet Social History in the 1930s / Ed by Fitzpatnck S and
Viola L N Y ME Sharpe, Inc , 1990, Davies R W , Wheatcroft S and Harrison M The Economic
Transformation of the Soviet Union, 1913-1945 Cambridge University Press, 1994, Davies R W
and Wheatcroft S Materials for a Balance of the Soviet National Economy, 1928—1930 Cambridge
University Press, 1995, Davies R W , Wheatcroft S and Tauger M Stalin, Grain Stocks and the
Famine of 1932 — 1933 // Slavic Review Fall 1995, Маннинг Р Вельский район 1937 год Смо­
ленск, 1998 Отметим начавшееся было (но оставшееся без продолжения) издание документов о
коллективизации из Смоленского партархива, находящегося с первых послевоенных лет в США
Неуслышанные голоса документы Смоленского архива / Под ред Сергея Максудова (А П Ба-
бенышева). Т I Анн-Арбор, 1987
5См Nove A Victims of Stalinism How Many?, Wheatcroft S G More Light on Scale of Re
pression and Excess Morality in the Soviet Union in the 1930s // Getty J and Manning R Stalinist
Terror New Perspectives Cambridge University Press, 1993 P 261-290
6См Попов В П Государственный террор в советской России 1923—1953 гг (Источники и
их интерпретация) // Отечественный архив 1992 № 2 С 28, Thurston R W Life and Terror in
Stalin's Russia, 1934-1941 New Haven and London Yale University Press, 1996 P 63, Труд
1922 4 июня С 1, 4 В тексте постановления Политбюро от 9 июля 1937 г оговаривалось, что
должно быть арестовано по стране (исключая две области Украины) 260 450 «кулаков и преступ­
ников» и, кроме того, 73 050 человек должно быть занесено в списки на смертную казнь Однако
чрезмерно рьяные местные чиновники часто обращались с просьбами казнить значительно боль
ше — часто в три-пять раз больше, чем предписано этим постановлением См , напр , Центр до­
кументации новейшей истории Смоленской области Ф 5 Оп 2 Д 1727 Л 104
12
В.П.Данилов
ВВЕДЕНИЕ (Истоки и начало деревенской трагедии)
Понимание истоков, характера, масштабов и последствий исторической трагедии, постигшей советскую деревню в конце 20-х — начале 30-х годов, требует прежде всего обращения к общему ходу и специфике истории России. На протяжении последних двух-трех веков крестьянская по составу населе­ния, по социально-политической организации, по экономике и культуре стра­на была обречена на догоняющее развитие. Бремя этого типа исторического развития нарастало вместе с увеличением плотности человеческого расселения на Земле и интенсивности международных связей, обострением борьбы за землю и ресурсы, за политическое и экономическое господство. Потрясавшие человечество в XX в. мировые войны за передел мира наносили наиболее сильные удары именно по России в силу ее социально-экономического отста­вания от передовых стран, осуществивших индустриальную модернизацию еще в прошлом веке.
Вся тяжесть догоняющего развития с неизбежностью ложилась на плечи крестьянства как основной массы населения (свыше 80%), создававшей прак­тически единственную материальную ценность — хлеб. Печально-знаменитый принцип экономической политики правящих верхов России — «Не доедим, а вывезем!», сформулированный в конце XIX в., объясняет характер индустри­альной модернизации в условиях догоняющего развития. Вполне возможно, что крестьянство выдержало бы бремя индустриальной модернизации, если бы оно не дополнялось еще более тяжким бременем полукрепостного режима в деревне, сохранявшегося и в XX в. Самодержавно-помещичье государство само по себе являлось величайшим тормозом в экономическом, политическом и культурном развитии страны, противоречащим всем требованиям нового времени. Активизировавшийся в пореформенное время процесс социально-имущественного расслоения крестьянства приводил не столько к формирова­нию сельской буржуазии и пролетариата, сколько к массовой пауперизации. В российской деревне создавался широкий слой людей, которые не могли найти себе места ни в городской, ни в сельской жизни. Столыпинская аграр­ная реформа, направленная на расчистку крестьянских земель от «слабых» для «сильных», способствовала росту именно этой категории сельского насе­ления, ускоряя тем самым формирование революционных сил в деревне. И они сказали свое веское слово в 1917 — 1920 гг., да и потом, включая годы коллективизации и раскулачивания.
Русское общество активно искало пути преодоления тех социальных труд­ностей, которые неизбежно сопровождают рыночную модернизацию экономи­ки на основе индустриализации. Для аграрной страны особенно важно было найти возможности включения в рыночную экономику огромной массы мел­ких крестьянских хозяйств, не допуская их массового разорения. Казалось, что решение этих задач было найдено в кооперации. Быстрый рост торговой, потребительской и сельскохозяйственной торгово-кредитной кооперации в России — явление XX в., когда рыночные отношения достаточно глубоко про­никли в толщу крестьянских хозяйств. К 1917 г. Россия подошла с развитой
13
системой кооперации, охватывающей не меньше третьей части населения, и с идеей кооперативного будущего всей страны, особенно деревни.
Тема сборника документов о коллективизации крестьянских хозяйств обя­зывает напомнить, что идея кооперативного развития России уже в дореволю­ционное время предполагала широкое использование коллективного земледе­лия. Речь идет отнюдь не о высказываниях о социалистическом будущем, и не о практической организации земледельческих общин и артелей энтузиастами из среды народнической интеллигенции, толстовцев, сектантов и т.п. Все это было. Однако в нашем случае важнее сказать о решениях I Всероссийского сельскохозяйственного съезда, состоявшегося в начале сентября 1913 г. в Киеве. Собравшиеся на съезд ученые агрономы и экономисты, земские деяте­ли и правительственные чиновники в числе основных проблем аграрного раз­вития России рассмотрели специальный доклад и приняли особое решение об «...отношении к деревенской бедноте». «Группы мельчайших хозяйств, — го­ворилось в этом решении, — включают в себя главную по численности часть сельскохозяйственного населения... Создание устойчивости в материальном положении этих групп составляет вопрос первейшей государственной важнос­ти, развитие же обрабатывающей промышленности не дает надежды на безбо­лезненное поглощение обезземеливающегося населения». В числе «мер широ­кого социально-государственного характера, направленных к приданию хо­зяйственной устойчивости названным группам хозяйств», как утверждалось в решении, «одно из первых мест должна занять организация товариществ для совместного использования земли как собственной, так и особенно арендован­ной, путем коллективной обработки ее». Съезд рекомендовал правительству придать соответствующее направление работам по землеустройству «маломер­ных участков», выделяя их «к одному месту и возможно ближе к селениям». Роль агрономии должна была состоять «в самой широкой пропаганде товари­ществ и в проведении их в жизнь»1. Коллективистское движение в сельском хозяйстве дореволюционной России, как целостная научная проблема, еще не исследовано. Однако известно, что к началу 1916 г. на очень неполном коопе­ративном учете состояло 107 земледельческих производственных артелей^.
Развитие событий, связанных с участием России в непосильной для нее мировой войне 1914 — 1918 гг., крайние бедствия и отчаяние широких слоев населения, особенно в деревне, привели к социальному взрыву 1917 г., ради­кально изменившему всю социально-политическую и экономическую систему российского общества.
Основой русской революции являлась крестьянская революция, начавшая­ся в 1902 г. и завершившаяся в 1922 г. Она придала народный характер рево­люции, включавшей и демократические, и социалистические потоки, сбросила самодержавно-помещичий режим, передала крестьянству все сельскохозяйст­венные земли на тех условиях и в тех формах, которые отвечали крестьян­ским требованиям. Она привела к власти большевистскую партию — единст­венную партию, принявшую и осуществившую эти требования, и в то же время оказала решительное противодействие большевистским попыткам с ходу осуществить в деревне идеи пролетарской социалистической революции. Среди последних была попытка провести революционными средствами кол­лективизацию крестьянских хозяйств в массовом масштабе.
Крестьянское сопротивление очень скоро отрезвило большевистское руко­водство. Трех-четырех месяцев практического опыта оказалось достаточно. В марте 1919 г. VIII съезд РКП(б) решительно отказался от продолжения этого эксперимента. ^Действовать здесь насилием, — говорил на съезде В.И.Ленин, — значит погубить все дело... Задача здесь сводится не к экс­проприации среднего крестьянства, а к тому, чтобы учесть особенные условия
14
жизни крестьянина, к тому, чтобы учиться у крестьян способам перехода к лучшему строю и не сметь командовать!^ Были сформулированы (и приня­ты съездом) основные принципы перехода крестьянских хозяйств к коллек­тивному земледелию: добровольность, убеждение практическим примером, со­здание необходимых материально-технических условий и, наконец, самодея­тельность: «Лишь те объединения ценны, которые проведены самими крестья­нами по их собственному почину и выгоды коих проверены ими на практи­ке»4.
Перечисленные выше принципы социалистического преобразования крес­тьянской экономики явились исходными для ленинского кооперативного плана, сформулированного в основных чертах с переходом к новой экономи­ческой политике. Однако совершенно не случайно именно в 1919 г. выдаю­щимся теоретиком крестьянской кооперации А.В.Чаяновым была разработана концепция «кооперативной коллективизации» крестьянского сельского хозяй­ства. Процесс кооперирования, по Чаянову, позволял, не разрушая мелкого семейного хозяйства, выделить и организовать на началах крупного производ­ства те отрасли или работы, где это давало несомненный экономический эф­фект. Создавалась такая система кооперативного хозяйства, где сами крестья­не в своих интересах и в меру реальных возможностей определяли степень и формы использования крупного общественного производства. «Кооперативная коллективизация», как считал Чаянов, представляла собой наилучший путь внедрения в крестьянское хозяйство «элементов крупного хозяйства, инду­стриализации и государственного плана»^. Судя по вполне убедительной вер­сии Н.И.Бухарина, чаяновские идеи «самоколлективизации» крестьянских хозяйств через кооперацию вошли в ленинский кооперативный план социа­листического развития деревни6. Практика 20-х годов подтверждала высокие возможности кооперирования крестьянских хозяйств. Это был реальный пре­образовательный процесс, который мог послужить действительной альтерна­тивой и первоначальному накоплению капитала «сильными» за счет «сла­бых», и сталинской коллективизации.
Массовая коллективизация крестьянских хозяйств, как исходный пункт движения деревни к социализму, исключалась. Обобществленное в масштабах страны сельскохозяйственное производство должно было сложиться как ре­зультат длительного преобразовательного процесса, решающая роль в котором принадлежала крестьянской кооперации. В марте 1925 г. на Всесоюзном сове­щании колхозов Н.И.Бухарин специально коснулся вопроса о соотношении процессов кооперирования и коллективизации: «Мы не можем начать социа­листическое строительство в деревне с массовой организации коллективных производственных предприятий. Мы начнем с другого. Столбовая дорога пой­дет по кооперативной линии... Коллективные хозяйства — это не главная ма­гистраль, это один из добавочных, но очень существенных и важных путей. Когда дело кооперирования крестьянства получит мощную поддержку со стороны все развивающейся техники, электрификации, когда мы будем иметь больше тракторов, тогда неизмеримо усилится и темп перехода к коллективному земледелию. Одна сторона движения будет оплодотворять другую, один ручей сольется с другим в гигантский поток, который поведет нас к социализму»?.
Советская деревня, может быть, только в 60 —80-х годах, опираясь на ре­ально созданные возможности комплексной механизации и электрификации, подходила бы к практическому созданию системы коллективного земледелия в общегосударственном масштабе. При таком понимании процесса коопериро­вания вопрос о времени его завершения не возникал. Времени для социалис-
15
тического преобразования деревни отводилось столько, сколько потребуется крестьянину, чтобы по своей воле и своими силами его совершить.
Кооперация становилась определяющим фактором новой экономической политики, поскольку она решала проблему социалистического развития для основной массы населения. «Не кооперацию надо приспособлять к нэпу, а нэп к кооперации», считал Ленин8, поскольку нэп должен был не просто осущест­вляться через кооперацию, а иметь в качестве положительной цели макси­мальное развитие кооперации и превращение ее во всеобщую форму социаль­ной организации населения.
Переход к нэпу, как для всей страны, так и особенно для деревни, в ог­ромной степени был осложнен военной разрухой и бедствиями голода 1921 — 1922 гг. В Поволжье, на Дону, на Украине голодание деревни продолжалось и в 1923, и в 1924 гг. Если иметь в виду страну в целом, то надо признать, что время с 1925 г. по 1927 г. было для деревни действительно временем нэпа — без принудительных хлебозаготовок и голодания. Но даже считая время нэпа с весны 1921 г., придется признать его слишком коротким для того, чтобы он мог сложиться в целостную и всеохватывающую систему. Все же и за столь короткий период с достаточной убедительностью выявилась спо­собность нэпа через развертывание рыночных отношений активизировать все наличные производственные силы страны, обеспечить общий хозяйственный подъем как основу движения к социализму. Решающее значение имел рост сельского хозяйства в его реальных формах, тогда преимущественно мелко­крестьянских, вовлекаемых через кооперацию в русло производственного со­вершенствования и социального преобразования.
Признание рыночных отношений основой нэпа вовсе не отрицало их огра­ничения определенными рамками и активного, целенаправленного их регули­рования со стороны государства. По собственному опыту 90-х годов, мы знаем, насколько разрушительной для экономики страны является рыночная стихия, но по опыту других стран, да и Советского Союза 20-х годов нам из­вестно, что разумно регулируемые рыночные отношения и связи обеспечивают общественно необходимые пропорции в экономическом развитии, соответствие между трудом, потреблением и накоплением, наконец, заинтересованность производителя в развитии производства. В рамках мелкого крестьянского хо­зяйства эта заинтересованность находила выражение в отношении производи­теля к производимому им продукту как к своему. Характерно, что крестьян­ские требования отмены продовольственной разверстки в 1920 — 1921 гг. выли­лись в четкую формулу: «Столько-то я дам (в виде налога. — В.Д.), а потом хозяйничаю». Как известно, реализацией этого требования явились и продна­лог, и переход к новой экономической политике как таковой. (Забегая не­сколько вперед, заметим, что сталинская «чрезвычайщина» началась в конце 1927 г. — начале 1928 г. именно с отрицания отношения крестьянина-хлебо­роба и кустаря-кожевника к производимому ими продукту как своей собствен­ности.)
Нэп обеспечил восстановление сельскохозяйственного производства. Учи­тывая истощенность мелкого крестьянского хозяйства, большие потери рабо­чего скота — основной тягловой силы, крайнюю степень зависимости от коле­баний природных условий, этот процесс не мог быть таким быстрым и повсе­местным, каким хотела его видеть государственная власть. Нельзя, конечно, забывать и о том, что восстановление экономики означало «возвращение» к уровню 1914 г., тогда как Запад переживал подъем и быстро уходил от до­военного уровня (по крайней мере до кризиса 1929 г.)9. Разруха в промыш­ленности и на транспорте, необходимость не только восстановления этих от­раслей народного хозяйства, но и возобновления индустриализации страны
16
требовали значительных средств, которые могли быть получены только на ми­ровом рынке в обмен на хлеб, лес и сырье.
Экспорт хлеба был возобновлен при первой возможности (в 1923 г.) и сразу же стал важным источником накопления средств для промышленности. В силу этого проблема хлебозаготовок и в условиях нэпа осталась централь­ной в системе отношений между деревней и государством. Объективная необ­ходимость ускорения промышленного развития порождала у государственного руководства соответствующие стремления и планы, превышавшие реальные возможности получить хлеб для экспорта. На XIV съезде ВКП(б) в декабре 1925 г. много говорилось о том, как, по выражению Л.Б.Каменева, «мужичок «регульнул» нас», то есть о просчетах в планах хлебозаготовок из урожая 1925 г. Эти планы оказались завышенными: «На 200 миллионов пудов нас по­правили», в результате чего вложения в промышленность снизились с 1,1 млрд руб. до 700 — 800 млн — «весь темп пришлось свернуть»10. И что же? Поправили планы, не меняя ни общей экономической политики, ни сис­темы хлебозаготовок в деревне. Заметно возросший урожай 1926 г. позволил увеличить экспорт хлеба и выравнить «темп» промышленного роста11.
Дело, однако, не ограничилось приведением планов в соответствие с реаль­ными возможностями. К ответу было призвано Центральное статистическое управление по обвинению не в преувеличении, а в преуменьшении возможнос­тей производства и, следовательно, государственных заготовок хлеба, столь необходимого стране. 10 декабря 1925 г. на Политбюро ЦК РКП(б) состоя­лось обсуждение вопроса «О работе ЦСУ в области хлебофуражного балан­са», в ходе которого высшее партийное руководство подвергло идеологическо­му разносу деятельность П.И.Попова — крупного земского статистика, воз­главлявшего ЦСУ с 1918 г. Тон в этом погроме задавали И.В.Сталин и его сторонники. В принятом постановлении говорилось: «Признать, что ЦСУ и т. Поповым, как его руководителем, были допущены крупные ошибки при со­ставлении хлебофуражного баланса, сделавшие баланс недостаточным для суждения ни о товарности, ни об избытках и недостатках хлеба, ни об эконо­мических отношениях основных слоев крестьянства». П.И.Попов, отстаивав­ший в прямом споре со Сталиным невысокие показатели хлебного производ­ства и отказавшийся признать наличие огромных запасов хлеба у кулаков, был в тот же день отстранен от руководства ЦСУ12.
Мы сознательно останавливаемся на эпизоде со сменой руководства ЦСУ в декабре 1925 г., поскольку с этого момента оно было грубо подчинено поли­тике, и стало предоставлять угодные ей сведения, в том числе сыгравшие не малую роль в деревенской трагедии. Не случайно, практически полностью сменилось руководство именно сельскохозяйственной статистикой: стариков-земцев П.И.Попова и А.И.Хрящеву сменили молодые и исполнительные В.С.Немчинов и А.И.Гайстер. Результатом было, во-первых, увеличение в оценке производства зерна в среднем на 10 — 20%. Во-вторых, резко выросли цифры «невидимых хлебных запасов» у крестьян, что принципиально меняло ситуацию на хлебном рынке. Уже в урожайном для зерновых культур 1926 г., давшем наибольший для 20-х годов объем государственных хлебозаготовок, сталинское руководство прибегло к манипуляциям с оценкой крестьянских за­пасов. В докладной записке Наркомторга от 26 ноября 1926 г., представлен­ной в Совет Труда и Обороны за подписью А.И.Микояна и И.Я.Вейцера, со­общалось, что по «последнему балансу ЦСУ» невидимые запасы к началу за­готовительного года составляли 198,7 млн пудов13. После ряда двух- и трех­кратных преувеличений ЦСУ остановилось на цифре 403,8 млн пудов14. Эти статистические манипуляции не прошли бесследно ни для снабжения хлебом
17
населения весной-летом 1927 г., ни для организации и масштабов государст­венных хлебозаготовок.
В 1926 г. к проведению хлебозаготовок впервые после перехода к нэпу привлекалось ОГПУ, хотя еще в пределах, ограниченных функциями Эконо­мического управления и Информационного отдела. 19 августа 1926 г. по сис­теме ОГПУ был разослан секретный циркуляр № 165555/с/759/эку, кото­рый сообщал: «Исходя из условий текущей хлебозаготовительной кампании, на органы ОГПУ возлагается выявление» по линии ЭКУ «причин, задержи­вающих выпуск хлеба на рынок его держателями», а также причин и факто­ров, вызывающих «чрезмерные» колебания цен, содействующих усилению роли частных заготовителей и препятствующих деятельности государственных и кооперативных заготовителей, состояния их материально-технической базы, финансового обеспечения, кредитной практики и т.п. Вместе с тем органам ОГПУ предписывалось «принять меры к раскрытию и пресечению обычных для хлебозаготовительной деятельности преступлений: растрат, подлогов, хи­щений, порчи зерна и т.п.»1^ Эти действительно обычные уголовные преступ­ления относились к сфере деятельности милиции и народных судов. Подклю­чение к сфере деятельности органов государственной безопасности само по себе вносило в хлебозаготовки начала политической борьбы, предоставляло государству возможность использовать здесь средства, которыми органы юс­тиции не располагали.
По линии Информотдела ОГПУ предписывалось обеспечить «освещение хлебозаготовок в селах, волостях, уездах и районах», уделяя особое внимание «работе низовых хлебозаготовителей», а главное, «политнастроению деревни в связи с хлебозаготовками». Для системы ОГПУ в целом хлебозаготовки 1926/27 г. послужили стадией изучения ситуации на хлебном рынке и дейст­вовавших там экономических и общественных сил.
Действительное значение и статистических манипуляций, и участия ОГПУ в хлебозаготовках проявятся в следующем — 1927/28 году. Начнем со ста­тистики, поскольку она служила обоснованием крутого поворота в деревен­ской политике. Вот очень важное свидетельство П.И.Попова в докладе «Конъюнктура народного хозяйства СССР за 1927/28 год» на коллегии ЦСУ СССР 9 ноября 1928 г.: «...о наших знаниях о невидимых запасах. Эти неви­димые запасы были в прошлом году одним из аргументов для очень многих мероприятий. В 1926/27 г. мы определили запасы к концу года в 721 млн [пудов]. В 1927/28 г. мы установили запасы в 896 млн —900 млн [пудов]. Таким образом, когда мы подошли к новому хозяйственному году мы опери­ровали запасами в 900 млн [пудов] и весь наш хозяйственный план строили при учете этого обстоятельства (Sic! — В.Д.). Но вот заготовки, с одной сто­роны, сельскохозяйственный налог, с другой стороны, поставили вопрос о проверке этих запасов и, как вам известно, 107 статья показала, что этих за­пасов нет. Тогда Экспертный совет приступил к переработке (хлебофуражно­го баланса за 1927/28 г. — В.Д.) и оказалось по его расчетам, что в про­шлом году запасов было не 900 млн, а 529 млн [пудов], 896 и 529, а в этом году 561 [млн пудов]. Таким образом, наши знания весьма условны по зер­новой продукции и совершенно преувеличены — на 350 млн (точнее: на 367 млн. — В.Д.) [пудов] в отношении запасов [и] не могут, конечно, спо­собствовать правильной линии хозяйственной политики. Я повторяю и под­черкиваю, что весь расчет запасов был не верен и преувеличен. И это не значит, что я говорю об этом после того, что случилось. Я об этом говорил раньше. Я систематически с 1926 г. говорил в Экспертном совете о преувели­чении валовой продукции и запасов»1^.
18
Сохранившиеся в архивном фонде ЦСУ материалы к докладу Экспертного совета Совнаркому СССР 28 августа 1928 г. подтверждают цифры, приводи­мые П.И.Поповым (528,7 млн пудов против 896,4 млн), но объяснение им дают очень неполное: «переучет продукции на 142 млн пудов и недоучет рас­хода населения на корм скоту на 170 млн пудов»17. Откуда взялись еще 55 — 56 млн пудов (чтобы получить в сумме 896 млн пудов излишков в крестьян­ских запасах) умалчивалось, что не удивительно, поскольку действительное преувеличение запасов и произведенной продукции было намного большим и статистическому объяснению не поддавалось*
«Мифические», по выражению Бухарина19, 900 млн пудов хлебных запа­сов сыграли роковую роль в отношениях государственной власти и крестьян­ства. С них начался слом нэпа, сталинская «революция сверху». Заметим, од­нако, что сами по себе экономические показатели — действительные или мни­мые — не объясняют и тем более не оправдывают действия политического ру­ководства. И в конкретной ситуации 1926 — 1927 гг. из любой оценки крес­тьянских запасов хлеба и целесообразности их использования на нужды инду­стриализации отнюдь не следовали с неизбежностью ни отказ от нэпа, ни ус­тановление бюрократической диктатуры. До сих пор обвиняемая в «левом ра­дикализме» «объединенная оппозиция» вслед за Л.Д.Троцким предлагала XV партсъезду также проведение мероприятий, направленных на использова­ние накопившихся запасов, однако в рамках нэпа. Исходя из того же хлебо­фуражного баланса ЦСУ, они считали целесообразным «обеспечить изъятие у зажиточно-кулацких слоев, примерно 10% крестьянских дворов, в порядке займа (курсив мой. — В.Д.) не менее 150 млн пудов из тех натуральных хлебных запасов, которые достигли уже в 1926/27 г. 800 — 900 млн пудов и сосредоточены большей частью в руках верхних слоев крестьянства»20. Пред­лагалось вывезти этот хлеб на внешний рынок, закупить промышленное обо­рудование и тем самым дать мощный толчок процессу индустриализации, по­гашая принудительный заем постепенно, по мере ввода в строй новых пред­приятий, продукция которых предназначалась для удовлетворения сельских потребностей.
Свидетельство П.И.Попова проливает свет на неожиданные для нашей (да, и для западной) историографии продовольственные трудности весны 1927 г., возникшие после самого высокого в 20-х годах урожая хлеба и успеш­ных хлебозаготовок. Документ № 1 в настоящем издании из категории «со­вершенно секретных», остававшийся до сих пор недоступным исследователям, объясняет, почему им не мог попасть в руки материал о продовольственном положении страны, особенно деревни, весной 1927 г. По каналам связи ОГПУ центральным органом политической цензуры — Главлитом — были разосланы строжайшие циркуляры от 11 марта и 16 апреля, обязавшие всю систему цен­зуры сверху донизу (при содействии ОГПУ) «принять все меры к полному недопущению появления в печати каких-либо сообщений... о затруднениях или сбоях в деле снабжения страны хлебом...» Такая степень секретности ин­формации исключала ее появление не только в прессе, но и в любых докумен­тах без грифа «Совершенно секретно». Поэтому изучение открытой (не сек­ретной) документации в архивных фондах соответствующих ведомств, как правило, давало также мало сведений «о затруднениях или сбоях» в продо­вольственных вопросах, как и пресса.
Уточненные данные приводятся в комментариях к документам настоящего сборника (см. прим. № 101). Они оставались завышенными в оценке произведенной продукции и «невидимых запасов». Последние на 1 июля 1927 г. определялись в 581,7 млн пудов18.
19
На деле же после вполне благополучного года, давшего повышение и уро­жая, и заготовок, хлеба для снабжения городов не доставало до нового уро­жая. В наших руках шифротелеграммы от 11, 16, 29 июня и 6, 11, 12 июля, рассылавшиеся Наркомторгом через каналы ОГПУ не только по хлебопрои­зводящим районам (Самара, Саратов, Воронеж, Курск, Новосибирск...), но даже и потребляющим районам (Ярославль, Кострома, Нижний Новгород, Иваново-Вознесенск...): «Снабжение Москвы резко ухудшилось..., всячески форсируйте отгрузку Москвы, уезды преимущественно другими нарядами (не пшеницей — В.Д.), исключением Ленинграда» (11 июня); «...количество от­груженного телеграфируйте трехдневками» (16 июня); «Связи... отсутствием запасов пшеничной муки Москве, Ленинграде, прочих основных промцентрах настоятельно необходимо усилить всемерно вывоз пшеничной [муки] произво­дящих районов, даже [за] счет максимального сокращения местного снабже­ния июле,... также задержки некоторых нарядов Средн[юю] Азию, Военве-ду...» (11 июля)21.
Стоит ли удивляться, что вслед за запретом на публикацию сведений о трудностях в снабжении хлебом городов внутри страны, последовало новое предписание Главлита от 12 сентября 1927 г., также разосланное по каналам ОГПУ, «о запрещении оглашения сведений об экспорте отдельных хлебных культур» — «пшеницы, ржи, овса, ячменя и т.д.», даже «об отходе за грани­цу судов с небольшими партиями отдельных культур»22. Повышенный до 188,4 млн пудов экспорт хлеба23 был достигнут не только в результате увели­чения урожая в 1926 г., но и понижения снабжения городского населения. На самом деле хлебных запасов не было ни в деревне, ни в городе.
Нараставший режим секретности для информации о действительном поло­жении в стране был одним из факторов сталинской «революции сверху». И это в полной мере проявилось в информации о деревенских событиях, связан­ных прежде всего с хлебозаготовками 1927/28 г. Уже в первом постановле­нии Политбюро ЦК ВКП(б) «О хлебозаготовках» (24 декабря 1927 г.) было выдвинуто требование постановки «такой информации в печати о рынке, ко­торая содействовала бы проведению мероприятий, организующих рынок...» Была запрещена самая постановка вопроса о повышении хлебных цен «в пе­чати, советских и партийных органах» (см. док № 22 и № 26). В январе 1928 г. Секретариат ЦК ВКП(б) «поставил на вид» Телеграфному агентству Советского Союза (ТАСС) и редакции газеты «Труд», опубликовавших ин­формации о связи крестьянских платежей с хлебозаготовками (см. док. № 41). 6 марта 1928 г. нарком юстиции и прокурор Российской Федерации Н.М.Янсон разослал секретный циркуляр «всем губернским, областным и краевым судам и прокурорам» о привлечении к судебной ответственности за опубликование секретных сведений не только «в периодической печати и от­дельных ведомственных изданиях», но и в устных выступлениях «отдельных работников на всевозможных собраниях, совещаниях и заседаниях»24. В 1928 г. речь шла именно о сведениях, относящихся к хлебозаготовкам и в целом к применению чрезвычайных мер в деревне, а в реализовавшейся пер­спективе практически ко всему.
Появление весной 1927 г. грифа «совершенно секретно» на информации о хлебе было результатом «преувеличения валовой продукции и запасов», о ко­тором П.И.Попов говорил в 1926 г. (см. приведенное выше его высказывание на коллегии ЦСУ 9 ноября 1928 г.). Обратившись к исправленным вариантам хлебофуражного баланса, мы узнаем, что «невидимые запасы» хлеба в крес­тьянских хозяйствах на 1 июля 1926 г. определялись величинами в 403,8 млн — 413,9 млн пудов и к 1 июля 1927 г. выросли до 528,7 млн — 581,7 млн — 589,7 млн пудов, то есть на 28 — 44% (а в неисправленных вари-
20
антах — с 721 млн пудов до 896 млн). И это при условии, что валовые сборы в 1926/27 г. по сравнению с 1925/26 г. выросли на 6,5%, а государственные хлебозаготовки — на 25,2%25.
Не удивительно, что практическое руководство хлебозаготовками не при­нимало ни статистического мифа, ни построенного на нем плана получить в распоряжение государства 740 млн пудов хлеба (на 50 млн пудов больше, чем в 1926/27 г.), из коих экспортировать 195 млн пудов (на 20 млн пудов боль­ше, чем в предыдущем году). Даже верный сталинский сторонник А.И.Мико­ян, сменивший в августе 1926 г. Л.Б.Каменева на посту наркома внутренней и внешней торговли СССР, признавал: «...может быть, мы 700 млн не собе­рем, но меньше 660 — 670 ставить нельзя». Более реалистическое предложение И.Я.Вейцера — замнаркомторга, непосредственно занимавшегося хлебозаго­товками, снизить плановое задание до 610 млн пудов, Микоян решительно от­клонил: «Если Вы не можете оспорить цифр ЦСУ, вы не имеете оснований сокращать хлебный план» (см. выступление А.И.Микояна на коллегии Нар-комторга 3 октября 1927 г. — док. № 10). Похоже, что тогда еще деятели Наркомторга не могли представить себе возможность отказа от нэпа и приме­нения «чрезвычайных мер», но оспорить хлебофуражный баланс ЦСУ уже не решались. Впрочем, очень скоро — 24 октября 1927 г. — в докладе того же Наркомторга СССР годовой план хлебозаготовок определялся уже в 780 млн пудов (см. док. № 13).
«Преувеличенные расчеты хлебофуражного баланса Экспертного совета ЦСУ в отношении валовых сборов и товарности, на которых затем строился годовой план хлебозаготовок», критиковался в докладе наркома торговли РСФСР Г.В.Чухриты на заседании Экономического совета РСФСР 24 декаб­ря 1927 г. (см. док. № 25). Однако никакого практического влияния на поли­тику хлебозаготовок этот доклад не оказал: «чрезвычайщина» уже начина­лась, мнение практиков утрачивало значение, их функция становилась чисто исполнительской. В анализе причин хлебозаготовительного кризиса доклад Чухрита выделяется также прямым указанием на «снижение заготовительных цен», проведенном в сентябре-октябре, о чем другие документы обычно не упоминают.
Хлебный фактор играл важнейшую роль в драматическом развертывании деревенских событий на протяжении 1927 г. Миф о хлебном изобилии, со­зданный посредством немыслимых в статистике преувеличений, должен был убедить правящие верхи (а тем самым и возглавляемую ими главную общест­венную силу — большевистскую партию) в возможности получения такого количества зерна, которое обеспечивало, наконец, решение проблемы средств для ускоренной индустриализации, для укрепления обороны...
Одновременно сталинское руководство должно было убедить партийно-го­сударственные верхи в необходимости реализовать эти возможности и любы­ми средствами взять у крестьянства хлеб в объеме, достаточном для решения «очередных задач». Испытанным аргументом в пользу подобных необходи-мостей всегда и везде являлась внешняя опасность, особенно прямая угроза войны. В 1927 г. этот аргумент был использован сверх всякой меры, с явным перехлестом, и, конечно, для доказательства не только необходимости приме­нения «чрезвычайных мер» при проведении хлебозаготовок, но и в гораздо большей мере необходимости сосредоточения власти в сталинских руках, уничтожения любой оппозиции.
Для страны, еще не оправившейся от бедствий и потерь мировой и граж­данской войн, угроза новой войны не могла послужить источником духовного сплочения, а тем более подъема. Напротив, она вызвала распространение антивоенных и даже пораженческих настроений, как об этом свидетельствуют
21
публикуемые в сборнике сводки Информотдела ОГПУ за лето —осень 1927 г. Эти документы отразили также нарастание требований создания широкой сети крестьянских союзов, как организаций политического или хотя бы профсоюз­ного типа, выражающих и защищающих интересы крестьянства (см. док. № 2, 3 и др.). Заметим все же, что при анализе сводок ОГПУ следует учиты­вать специфику этих документов: они фиксируют прежде всего и главным об­разом негативные, особенно враждебные к власти и ее политике настроения, высказывания, выступления.
Конфликтные ситуации во взаимоотношениях СССР с Англией в 1926 — 1929 гг. и с Китаем в 1927 — 1929 гг. отнюдь не содержавшие в себе «непосред­ственной военной угрозы»26, послужили поводом для идеологического встря­хивания советского общества, мобилизации сил для обострения «классовой борьбы» и осуществления «чрезвычайных мер», наконец, для проведения пер­вых массовых репрессий, обрушившихся главным образом на деревню.
Публикуемые нами документы вводят в научный оборот свидетельства о первых собственно сталинских массовых репрессиях, проведенных в июне 1927 г. и направленных против интеллигенции и крестьянства. Антиинтелли­гентской волне репрессий посвящена статья о деле «Зеленой лампы» В.К.Ви­ноградова — одного из ведущих участников работы по нашему проекту. «Зеленой лампой» именовала себя небольшая группа старой русской интел­лигенции, собиравшаяся время от времени для обсуждения тех или иных произведений (в частности, М.А.Булгакова), просто для дружеских бесед. Участники этой группы подверглись аресту и высылке как «белогвардей-ско-монархическая организация», представлявшая опасность для Советской власти в условиях возможной войны27. В документах ОГПУ сообщалось, что «во время июньской операции» было проведено до 20 тыс. обысков и арестовано 9 тыс. человек. Однако с самого начала репрессии не ограничи­лись интеллигенцией. Как показывает публикуемая нами спецсводка ИНФО ОГПУ от 23 июля 1927 г., основные операции ОГПУ были прове­дены в деревне зерновых районов — на Украине, в Центральном Чернозе­мье, на Дону и Северном Кавказе, но не только в них. Арестам подвергались прежде всего «бывшие» — бывшие помещики, бывшие белые, особенно вер­нувшиеся из-за границы («репатрианты»), а также «кулаки и буржуи», «тор­говцы», «попы и церковники»... В общественном мнении деревни аресты свя­зывались чаще всего с военной опасностью: «...будет на днях война», «...война скоро будет объявлена», «...война, очевидно, начата»... Впрочем, были и более реалистические попытки понять происходившее: «Что за свобо­да, что нельзя ничего сказать и сейчас же арестовывают и за что арестовывают об этом умалчивают» (см. док. № 4). Содержание спецсводки от 23 июля 1927 г. дает основания полагать, что 9/ю арестованных составляли жители де­ревни.
Официальная версия «массовых операций» ОГПУ также связывала их с непосредственной угрозой войны: разрыв консервативным правительством Англии дипломатических отношений с Советским Союзом в мае, убийство со­ветского посла П.Л.Войкова в Варшаве 7 июня, а также взрыв бомбы в пар­тийном клубе Ленинграда в тот же день потребовали принять решительные от­ветные меры. Документы из личного архива Сталина позволяют составить представление о действительном характере первого опыта сталинских репрес­сий и полностью отклонить ее официальную версию.
В июне —июле 1927 г. Сталин находился в Сочи на отдыхе, благодаря чему развертывание интересующих нас событий оказалось документально за­фиксированным по дням и часам. Поздним вечером 7 июня из Москвы при­шла шифровка, сообщавшая об убийстве Войкова «сегодня Варшаве на вокза-
22
ле... русским монархистом...» На обороте этой шифровки, а частью и на ее тексте сталинской рукой написано послание в «ЦК ВКП(б), т. Молотову»: «Получил об убийстве Войкова монархистом. Чувствуется рука Англии. Хотят спровоцировать конфликт с Польшей. Хотят повторить Сараево...» Затем следовали указания проявить «максимум осмотрительности» по отноше­нию к Польше и сделать заявление о том, что «общественное мнение СССР считает вдохновительницей убийства партию консерваторов в Англии»28. Ха­рактер этих указаний сам по себе говорил о том, что никакой угрозы войны в 1927 г. не было, и сталинское руководство это прекрасно понимало.
Идеологическая кампания по поводу внешней опасности нужна была Ста­лину и его сподвижникам для решения своих задач внутри страны и, прежде всего, для устранения любой оппозиции и сосредоточения всей полноты влас­ти в собственных руках. Общепризнанной оппозицией в послереволюционной России были остатки монархических и вообще белых сил — остатки ни­чтожно малые и слабые, о чем со всей ясностью свидетельствовала вся со­циально-политическая обстановка после гражданской войны. Однако их враждебность советскому строю не нуждалась в доказательстве. Именно поэтому они стали первым объектом сталинских репрессий. Шифрограмма Молотову весьма ярко об этом свидетельствовала: «Всех видных монархис­тов, сидящих у нас в тюрьме или в концлагере, надо немедля объявить за­ложниками. Надо теперь же расстрелять пять или десять монархистов, объ­явив, что за каждую попытку покушения будут расстреливаться новые группы монархистов. Надо дать ОГПУ директиву о повальных обысках и арестах монархистов и всякого рода белогвардейцев по всему СССР с целью их полной ликвидации всеми мерами. Убийство Войкова дает основание для полного разгрома монархических и белогвардейских ячеек во всех частях СССР всеми революционными мерами. Этого требует от нас задача укрепле­ния своего собственного тыла»29.
Сталинская директива была отправлена из Сочи в 1 ч. 50 мин. 8 июня, по­ступила в шифрбюро ЦК ВКП(б) в 8 ч. 40 мин. Меньше, чем через час (в 9 ч. 30 мин.) Сталин получил подтверждение правильности своих дирек­тив — сообщение о том, что в Ленинграде «вчера, десять вечера... брошены две бомбы партийный клуб. Шестеро тяжело ранены, семеро, в том числе По-зерн, легко. Злоумышленники скрылись»30. Обстановка накалялась. Не уди­вительно, что на протяжении одного дня телеграфная директива превратилась в решение Политбюро и в тот же день начала осуществляться ОГПУ на практи­ке. Вечером 8 июня шифрограммой от Молотова Сталин получил «сегодняш­нее решение Политбюро»31: опубликовать «правительственное сообщение о пос­ледних фактах белогвардейских выступлений с призывом рабочих и всех тру­дящихся к напряженной (!) бдительности и с поручением ОГПУ принять ре­шительные меры в отношении белогвардейцев». ОГПУ предлагалось «произ­вести массовые обыски и аресты белогвардейцев» и не дожидаясь завершения этих операций, а сразу же «после правительственного сообщения опублико­вать сообщение ОГПУ с указанием в нем на произведенный расстрел 20-ти видных белогвардейцев...» Более того, Политбюро ЦК ВКП(б) решило «со­гласиться с тем, чтобы ОГПУ предоставило право вынесения внесудебных приговоров вплоть до расстрела (!!) соответствующим ПП (Полномочным представителем ГПУ. — В.Д.)... виновным в преступлениях белогвардей­цам». Было признано необходимым «усилить помощь ГПУ как работниками, так и материальными средствами». Отметим и решение об усилении «мер ох­раны как в отношении центральных учреждений, так и отдельных руководя­щих товарищей» 32.
23
Обстановка принятия этих решений в Политбюро была такова, что даже А.И.Рыков и Н.И.Бухарин оказались в составе комиссии (вместе с В.М.Мо­лотовым) «для разработки дополнительных политических и экономических мероприятий в связи с усилением активности белогвардейщины и ролью в этом иностранных правительств». Этой же комиссии поручалось «редактиро­вание правительственного сообщения и обращения ЦК»3-*. Бухарин и Рыков скоро остановят военизацию обстановки внутри страны и тем самым прервут уже начатые ОГПУ «массовые операции». Но в приятых 8 июня 1927 г. ре­шениях был представлен весь набор мер для развертывания массовых репрес­сий, точнее — для введения в действие уже созданного и подготовленного к этому действию репрессивного механизма. 9 июня 1927 г. в «Правде» появля­ется правительственное обращение, 10 июня — сообщение коллегии ОГПУ и приговор, принятый во внесудебном порядке, о расстреле 20-ти человек из «монархической белогвардейщины», приведенный в исполнение 9 июня, то есть на второй день после ночной шифрограммы Сталина и «экстренного за­седания» Политбюро. В сообщении ОГПУ был дан и поименный список рас­стрелянных, в котором преобладали стародворянские фамилии: П.Д.Долгору­ков, Е.Н.Щегловитов, Б.А.Нарышкин, В.И.Анненков, А.А.Мещерский...3^
К сожалению, историки еще не изучали материалы, относящиеся к первой волне сталинских репрессий. Мы не знаем ни численности, ни состава, ни судеб пострадавших тогда людей. В докладной записке В.Р.Менжинского в Политбюро ЦК ВКП(б) о результатах июньской операции от 19 июня 1927 г. говорилось: «ОГПУ предполагает число расстрелянных ограничить сравни­тельно небольшой цифрой, передавая дела главных шпионских организаций в гласный суд». Гласных судов не было, но число расстрелянных явно не огра­ничивалось первыми двадцатью «сиятельными», как их немного позже поиме­нует Сталин.
Прекращение «операций» ОГПУ в какое-то определенное время не было заранее запланированным. Во всяком случае, 26 июня 1927 г. в ответном письме И.В.Сталина В.Р.Менжинскому, обратившемуся с просьбой об указа­ниях по поводу проводимых «операций», речь идет не об уже выполненном или завершающемся поручении, а о продолжении и развитии только-только начатого. «За указаниями обратитесь в ЦК, — говорилось в сталинском пись­ме. — Мое личное мнение: 1) агенты Лондона сидят у нас глубже, чем кажет­ся, и явки у них все же останутся, 2) повальные аресты (!) следует использо­вать для разрушения английских шпионских связей, для [внедрения] новых сотрудников из арестованных... и для развития системы добровольчества среди молодежи в пользу ОГПУ и его органов, 3) хорошо бы дать один-два показательных процесса по суду по линии английского шпионажа...» В пунк­тах 4-м и 5-м говорится о «публикации показаний» арестованных и уже рас­стрелянных, что «имеет громадное значение, если обставить ее умело...» На­конец, в пункте 6-м предлагалось «обратить внимание на шпионаж в Военве-де, авиации, флоте»35.
Перед нами в основных чертах программа сталинских репрессий, осущест­вленных в 1936—1938 гг. Однако слова о «повальных арестах», о «показа­тельных процессах», об иностранном «шпионаже» и т.п. отнесены автором письма не к будущим, тем более отдаленным временам, а к настоящему — к уже начавшемуся в июне 1927 г. и только еще приближающемуся к решению главных задач. Среди них на первом месте оказался разгром внутрипартийной оппозиции как собственно большевистской оппозиции утверждающейся дикта­туре новой бюрократии.
Расправа с «объединенной оппозицией» занимала тогда в сталинских тре­бованиях, адресованных руководству ЦК партии, столь же важное место как
24
и проведение «повальных арестов монархистов и всякого рода белогвардей­цев». И то, и другое мотивировалось военной угрозой. Речь шла пока еще «всего лишь» об исключении Троцкого, Зиновьева, Каменева и других оппо­зиционеров из состава ЦК партии. 14 июня «тов. Молотову и для всех членов Политбюро» посылается шифровка: «Узнал о решении отложить вопрос до съезда. Считаю решение неправильным и опасным для дела... Нельзя укреп­лять тыл (!), поощряя гнусную роль дезорганизаторов центра страны (это Троцкий-то, сыгравший выдающуюся роль в победе и над белыми, и над ино­странными интервентами?! — В.Д.)... Ввиду равенства голосов прошу вновь поставить вопрос в ближайшие дни и вызвать меня... В случае неполучения ответа трехдневный срок (!) выезжаю в Москву без вызова»36.
17 июня Молотов сообщает о том, что делом «о дезинформаторах» занима­ется ЦКК — «оценка будет дана, но вывод из ЦК не принят»37. Это значило, что Бухарин, Рыков и Томский опять проголосовали против вывода из ЦК Троцкого и Зиновьева. Сталинская ярость пронизывает каждое слово ответа, посланного в тот же день Молотову, членам и кандидатам Политбюро, Секре­тариата ЦК и ЦКК: «При равенстве голосов по важным вопросам обычно за­прашивают отсутствующих. Вы забыли об этом. Я счел уместным напо­мнить...
1) Курс на террор, взятый агентами Лондона, меняет обстановку в корне. Это есть открытая подготовка войны. В связи с этим центральная задача со­стоит теперь в очищении и укреплении тыла, ибо без крепкого тыла невоз­можно организовать оборону... чтобы укрепить тыл, надо обуздать оппозицию теперь же, немедля. Без этого лозунг укрепления тыла есть пустая фраза...
4) Исчерпаны давно все средства предупреждения, остается вывод из ЦК обоих лидеров как минимально необходимая мера»38.
20 июня расширенное заседание Политбюро проголосовало так, как требо­вал Сталин, о чем тотчас же было ему сообщено Молотовым: «Большинством принято решение о выводе из ЦК двоих »3^.
Следующий шаг состоял в секретном («особом») решении Политбюро от 24 июня, подтвержденном 27-го, о публикации обращения ЦК «в связи с воз­росшей опасностью войны и попытками белогвардейщины дезорганизовать наш тыл». Обращение предлагалось завершить «практическими выводами» о работе партии, советов, профсоюзов, кооперации «в отношении поднятия обо­роны и Красной армии». Назначенную на 10 — 17 июля «Неделю обороны» предлагалось «превратить в большую политическую кампанию», срочно про­работать «формы усиления военного обучения коммунистов, а также беспар­тийных рабочих и крестьян»... Правительствам СССР и РСФСР поручалось приступить к «немедленной разработке в Наркоматах (каждому по своей линии) мероприятий, способствующих поднятию обороны» и т.д.40
Практическое осуществление программы «укрепления обороны» начина­лось с деревни. 6 июля 1927 г. «всем Полномочным представительствам и на­чальникам губотделов ОГПУ» было разослано циркулярное письмо, утверж­денное Г.Г.Ягодой и сообщавшее о задаче «оперативного воздействия на дере­венскую контрреволюцию», поскольку «в ряде районов Союза, особенно на Украине, Северном Кавказе и Белоруссии, Закавказье и на Дальнем Востоке, мы имеем в деревне некоторые элементы, на которые зарубежная контррево­люция сможет опереться в момент внешних осложнений». В поведении этих «элементов» особенно опасной считалась антивоенная агитация: «За самое последнее время, в связи с чрезвычайно обострившимся международном поло­жением Союза, как в отмеченных районах, так и в прочих местностях Союза, зарегистрирована массовая пораженческая агитация и призывы, в случае
25
войны, к дезертирству, а равно к избиению коммунистов и сторонников Сов-власти»41.
Как видим, нагнетание оборонного психоза имело своей прямой задачей дальнейшее развертывание массовых репрессий как средства осуществления сталинской политики. Однако выполнение программы военизации жизни страны встретило сопротивление в высшем партийном и советском руководст­ве того времени. Н.И.Бухарин и А.И.Рыков еще до «Недели обороны» (7 июля 1927 г.) добились принятия на Политбюро постановления «О дирек­тивах для печати», изменяющих тональность освещения военных вопросов в прессе: «1) Печати и ТАСС'у дать директиву тщательно следить за всеми фак­тами военной подготовки против СССР. Печать должна внимательнейшим об­разом освещать факты, без крикливости, с разбором аргументов противника, со своевременной реакцией на голоса буржуазной печати и т.д.» Значение ин­формации о подготовке войны «со стороны империалистов», конечно, подчер­кивалось, однако указывалось, что «сроки развязки неизвестны», а, главное, что «наряду с этим печать должна освещать и подчеркивать (!) все явления в заграничной жизни, которые идут в той или иной мере против развязывания войны или за ее оттяжку», «давать информацию как о воинственно-агрессив­ных выступлениях буржуазных деятелей и буржуазной печати, так и о вы­ступлениях последних против или за оттяжку войны и против агрессивных мер в отношении СССР...» Во внутренней жизни, подчеркивалось в принятых директивах, «печать не должна раздувать отдельных, хотя бы и опасных яв­лений» — поджоги, покушения и т.п., «сообщать о них с максимальным спо­койствием, уделяя им то место, какое они действительно занимают во внутрен­ней жизни». Наконец, что, пожалуй, особенно важно, новые директивы тре­бовали от печати: «неизменно подчеркивать, что укрепление обороны требует поднятия на деле всей практической работы партии, советов, профсоюзов и других организаций, усиления работы в массах, укрепления дисциплины, ре­шительной экономии в расходах и т.п.»42
Возвратившийся из отпуска Сталин предпринял попытку дать новый им­пульс военизации всей внутренней жизни в стране. 28 июля 1927 г. в «Прав­де» появились его «Заметки на современные темы», начинавшиеся с утверж­дения «о реальной и действительной угрозе новой войны», как «основном во­просе современности», а «не о какой-то неопределенной и бесплотной «опас­ности»43. Однако в то же время выявился массовый характер антивоенных на­строений, перерастающих в пораженческие и охватывающих все слои общест­ва. Документы ОГПУ свидетельствовали о «пораженческих выступлениях по городу и деревне (рабочие, крестьяне, буржуазно-нэпманские элементы, сельинтеллигенция)», о распространении «рукописных и печатных листовок и воззваний пораженческого характера», о случаях «массового проявления па­нических настроений: закупка предметов первой необходимости, отказы при­нимать совденьги, распродажа скота и т.п.»44 Отмеченные факты находят от­ражение и в публикуемых нами сводках ОГПУ, хотя они тематически ограни­чены хлебозаготовками (см. док. № 3, 6, 9). И даже в сводке от 12 декабря 1927 г. среди причин «неудовлетворительности темпа заготовок» на первом месте назывались «сохранившиеся еще в сельском населении следы предвоен­ного настроения» (см. док № 16).
Всеобщее сопротивление населения заставило сталинское руководство от­казаться от нагнетания военного психоза, однако «следы» его не могли исчез­нуть сами собой за короткий срок — население страны, слишком хорошо по­мнило военные бедствия 1914—1920 гг. Неожиданный шквал «чрезвычайщи­ны» «на фронте хлебозаготовок» в последние дни декабря 1927 г. — начале января 1928 г. сразу же напомнил о недавнем пропагандистском представле-
26
нии и сказался на поведении крестьян. Сибирский крайком ВКП(б), получив грозное постановление ЦК от 5 января 1928 г. (ниже о его содержании и зна­чении будет еще сказано), разослал всем окружкомам партии телеграфное по­слание по вопросам хлебозаготовок, открывавшееся оценкой последствий военной пропаганды: «Значительным препятствием проведению хлебозагото­вок является убеждение крестьянства неизбежности войны ближайшее время, являющееся главным образом результатом неумной агитации военной опаснос­ти... Необходимо, всемерно усиливая мобработу (мобилизационную рабо­ту. — В.Д.), другие виды подготовки, рассчитанные на ряд лет, создавать [в] среде крестьянства убеждение [в том, что] ближайшее время при условии ук­репления экономической мощи государства можем вполне рассчитывать [на] мирное строительство. Голую агитацию военной опасности, готовящихся напа­дений, необходимо прекратить»45.
Перед нами довольно типичная для сталинского (и, к сожалению, не толь­ко сталинского) руководства манера: созданная искусственно и в посторонних целях ситуация оказывается препятствием для решения действительно важ­ных задач. Коллизия решается с помощью силы, не останавливаясь перед на­силием над миллионами людей. Цитированное выше письмо было подписано С.И.Сырцовым, весьма решительным большевиком, не останавливавшимся перед применением силы, но вместе с тем способным назвать «неумной» поли­тику, которая искусственно усугубляет трудности в решении ее главнейших задач. Не случайно он оказался лидером третьей антисталинской оппозиции, но это будет уже в 1930 г.
Затянулось и исключение из партии «объединенной оппозиции» (прежде всего из-за сопротивления группы Бухарина) до пленума ЦК и ЦКК в октяб­ре и XV партсъезда в декабре 1927 г., что также ограничивало сталинские воз­можности. Развязать массовые репрессии в планируемых масштабах в 1927 г. Сталину не удалось. Однако проведение репрессивными органами «массовых операций» против считающихся враждебными социальных групп, особенно в деревне, продолжалась. В сборнике публикуется циркуляр Экономического управления (ЭКУ) ОГПУ от 7 сентября 1927 г. «О подготовке к массовой операции на кожевенно-сырьевом рынке СССР». В целях обеспечения сырьем государственной кожевенно-обувной промышленности местные органы ОГПУ обязывались «сейчас же приступить к детальной и тщательной проработке ма­териалов по кожевенно-сырьевому рынку в плоскости выявления... лиц», за­нимающихся скупкой кожсырья «по взвинченным ценам против лимита» (та­ковыми считались цены, превышавшие лимит «от 20%»). Речь шла не только о «владельцах сырьевых фирм», «заводчиках» и «спекулянтах-перекупщи­ках», но и о кустарях и кооперативах (см. док. № 7). «Массовая операция» на кожевенно-сырьевом рынке была проведена. Ее результаты показывают до­кументы сборника за февраль — апрель 1928 г.: по численности арестованных кожевники оказались второй группой после хлебников: из 6 794 арестованных ОГПУ к началу апреля за спекуляцию оказалось 4 118 хлебников и 1 833 ко­жевника (см. док. № 62-64, 75, 84, 86-93 и др.).
Мы не публикуем обширный циркуляр ЭКУ ОГПУ № 154 от 4 августа 1927 г. с «ориентировочно-информационным сообщением» о начавшейся хле­бозаготовительной кампании. Содержание этого циркуляра определялось еще докризисной ситуацией и не предусматривало ни «массовых операций», ни чрезвычайных мер. Местные органы ОГПУ должны были руководствоваться циркуляром от 19 августа 1926 г. Тем не менее, в этом циркуляре содержалась конкретная информация, важная для понимания последующих событий. Уже в самом начале заготовительной кампании было известно, что валовой урожай зерновых Советом экспертов ЦСУ определялся в 4350 млн пудов — «на 350
27
млн пудов менее прошлогоднего», а план заготовок в размере 750 млн пудов будет «на 25 млн пудов более прошлогоднего». Правда, цены на четыре ос­новные культуры — рожь, пшеницу, овес и ячмень — предполагалось повы­сить с 85-90 коп. за пуд в 1926/27 г. до 90-95 коп. за пуд в 1927/28 г.46 На самом же деле в сентябре они оказались пониженными на 3 — 5%, а места­ми и более.
Отмеченные колебания в политике хлебных цен отражали борьбу в выс­шем партийно-государственном руководстве осенью 1927 г., которая нуждает­ся в специальном изучении — именно тогда решалась судьба нэпа. Решение Политбюро ЦК ВКП(б) от 15 сентября 1927 г. предрешило вопрос о ценах на хлеб, потребовав установления «большего соответствия в ценах» между куль­турами и районами, что фактически привело к их понижению. Особый инте­рес в этом решении представляют пункты о предложениях НКТорга, которые после редактирования Рудзутаком и Микояном должны были превратиться в постановление Политбюро, а еще более о создании комиссии «для рассмотре­ния прав Наркомторга по линии сырьевых и хлебных заготовок», где главная роль принадлежала опять Рудзутаку и Микояну (см. док. № 8 ). Эти доку­менты еще предстоит найти.
В ряду документов осени 1927 г. привлекает внимание проект постановле­ния об усилении борьбы со спекуляцией и саботажем в заготовках и снабже­нии, подготовленный ОГПУ и направленный А.И.Рыкову как главе прави­тельства (см. док. № 14). В сопровождающей этот проект записке утвержда­лось, что «в связи с создавшимся положением на заготовительных и потреб­ляющих рынках в ОГПУ поступили предложения от Наркомторгов СССР и РСФСР, от ВСНХ СССР и РСФСР, Всесоюзного кожевенного синдиката и Мосгуботдела [ОГПУ], а равно и от местных хозяйственных, партийных и со­ветских организаций об оказании репрессивного воздействия на частников, срывающих заготовку продуктов с/х производства и снабжения населения по нормальным ценам». Больше того, в этих обращениях содержалась «просьба к ОГПУ принять административные меры, без коих рынок не может быть приведен в нужное равновесие» (см. там же). Предложенный проект не был принят правительством и начавшаяся через два месяца «чрезвычайщина» должна была оперировать малоподходящими правовыми нормами — статьями 58, 61 и 107 УК РСФСР 1926 г.
В целом сталинскую политику в области хлебозаготовок почти до конца декабря отличал подготовительный или скрытый характер принимавшихся ре­шений и начинавшихся действий. Наркомторг СССР в докладе СТО 24 октяб­ря 1927 г. обусловливает выполнение текущего плана хлебозаготовок «доста­точно благоприятными экономическими и метеорологическими условиями» и не предлагает никаких активных мер по исправлению ситуации на хлебном рынке (см. док. № 13 ).
Проект резолюции «О хлебозаготовках на 1927/28 г.» подготовленный Микояном и Рудзутаком по поручению Политбюро от 15 сентября, оказался в повестке дня Политбюро только 24 ноября (через 13 заседаний!), решение было кратчайшим — «Отложить». На следующем заседании Политбюро (30 ноября) решение оказалось тем же...47 Впереди был XV съезд ВКП(б) и Сталин не решался начать те действия, которые наметились уже в сентябре... На съезде (2 — 19 декабря 1927 г.) сталинское руководство выступало в роли защитника нэпа против «троцкистов и зиновьевцев», обвиненных во всех смертных грехах и исключенных из партии. Правда, 14 декабря, когда под­держка сталинского руководства со стороны съезда уже стала вполне очевид­ной, на места была разослана телеграфная директива ЦК с требованием «до­биться в ближайшее время резкого перелома хлебозаготовок», однако предпи-
28
санные меры сами по себе еще не были откровенно чрезвычайными и отбра­сывающими принципы нэпа: «перебросить потребительские товары с город­ских рынков в хлебозаготовительные районы», «ускорить взыскание всех пла­тежей с деревни» (налогов, госстраха, кредитов)... Были среди них и не очень ясные требования, подлинный смысл которых прояснится позднее: «Принять организационные мероприятия сверху донизу, направленные на усиление за­воза хлеба со стороны крестьянства»; «разослать ответственных работников на места... для принятия там же на месте всех необходимых мероприятий и для наблюдения...» (см док. № 17).
Сталинский триумф на XV съезде ВКП(б), исключившим из партии не только Троцкого и Зиновьева, но и всех активных деятелей оппозиции, сразу же развязал руки для слома нэпа и радикального решения всего узла социаль­ных и экономических проблем командно-репрессивными методами, столь отве­чавшими природе сталинизма. В 20-х годах их можно было называть метода­ми «военного коммунизма» и связывать с угрозой новой войны, поскольку самое явление сталинизма еще не обнаружилось с достаточной полнотой и самостоятельностью. Однако сходство здесь было формальным и сводилось к разверсточной системе государственных хлебозаготовок, введенной, как из­вестно, еще царизмом.
Сталинская система репрессий с самого начала приобретала более широ­кий, практически всеобщий характер, особенно в деревне, где находилась ос­новная масса человеческих и материальных ресурсов страны. Мы публикуем совместный циркуляр сибирских органов суда, прокуратуры и крайисполкома от 21 декабря 1927 г. об обеспечении «быстрейшего расследования и жесткос­ти репрессий в отношении всех антисоветских выступлений кулацкой части деревни» в условиях приближающейся кампании по перевыборам советов (док. № 19). Такого рода документы не были продуктом местного творчества. Они лишь доводили до сведения исполнителей указания, полученные от выс­ших инстанций. Перевыборы советов по всей стране были перенесены с нача­ла 1928 г. на 1929 г. из-за массового недовольства населения, особенно дерев­ни, начавшейся «чрезвычайщиной».
22 декабря 1927 г. на первом же заседании избранного после XV съезда Политбюро ЦК ВКП(б) было принято решение: «Назначить завтра. 23 декаб­ря, в 11 часов утра внеочередное заседание Политбюро для обсуждения вопро­са о хлебозаготовках и экспорте хлеба»48. Названное заседание Политбюро (протокол № 2) создало комиссию для составления на основе обмена мнений в Политбюро «проект постановления о хлебозаготовках», «проект директивы ЦК местным парторганизациям...», а также наметить состав уполномоченных по хлебозаготовкам для «посылки на места» (см. док. № 20). 24 декабря все перечисленные документы были приняты (см. док. № 22, 23, 24). Однако 5 и 14 января 1928 г. появились новые директивы по тем же вопросам хлебозаго­товок (см. док. № 32, 38), каждые из которых было новым шагом на пути к «чрезвычайщине». Все названные директивы, а также основные сопутствую­щие им документы публикуются в настоящем сборнике. Это позволяет нам ог­раничиться характеристикой особенностей их содержания, тональности и оформления.
Директивы от 24 декабря 1927 rv были подготовлены комиссией, в состав которой входили не только Микоян и Рудзутак, но и вскоре оказавшиеся «правыми уклонистами» Томский и Фрумкин, председателем комиссии был А.Д.Цюрупа, знающий дело хлебных заготовок и достаточно самостоятельный деятель (в интересующее нас время тяжело больной, с марта 1928 г. практи­чески отошедший от дел, а в мае умерший). Подготовленные этой комиссией документы были направлены на мобилизацию внимания и активности местных
29
парторганизаций для проведения хлебозаготовительной кампании в условиях сохранявшихся рыночных отношений: «переброска промтоваров в деревню» (до 70 — 80% их наличного объема) в целях усиления «именно заготовок хлеба», ускорение взимания «задолженности крестьянства» по налогам, кре­дитам и т.п., увеличение «выпуска товаров широкого рынка» промышленнос­тью и т.п. Административные меры ограничивались регулированием товарно-денежного обращения в целях увеличения государственных хлебозаготовок и, следовательно, не выходили за рамки нэпа. В этих рамках наркому торговли СССР (Микояну) предоставлялось «право дачи непосредственных распоря­жений местным областным и губернским органам». Стоит сказать и о том, что директивы от 24 декабря 1927 г. отдавались от имени Политбюро (см. док. № 22 и 23).
Более радикальными и заметно опережающими директивы Политбюро оказались сопутствующие им распоряжения Наркомторга СССР и ОГПУ, рас­сылаемые по каналам связи ОГПУ, что, естественно, существенно поднимало силу воздействия наркомторговских директив на всю местную администра­цию. Телеграмма Наркомторга «всем губотделам» от 23 декабря, то есть за день до принятия решений Политбюро, начиналась словами: «Перелома хле­бозаготовок в Вашем районе нет. Примите решительные меры к усилению хлебозаготовок, жесткому проведению [в] жизнь наших директив...» И хотя конкретные задания в циркуляре Наркомторга не выходили за рамки конкрет­ных задач в завтрашних директивах Политбюро, предписывалось действовать «...совершенно твердо, жестко, не смущаясь никакими другими соображения­ми...» (док. № 21). Требование «не смущаться никакими другими соображения­ми» было одним из главных в системе сталинского руководства и теперь, 23 де­кабря 1927 г., оно было предъявлено всему аппарату хлебозаготовок. Ниже мы еще столкнемся с собственно сталинской формулировкой этого принципа.
29 декабря 1927 г. Наркомторг в телеграмме «всем внуторгам» впервые выдвинул требование «проверить наличие излишков, возможность покупки хлеба у колхозов, совхозов, в других общественных организациях (коопера­ции и ККОВ — В.Д.)...» (см. док. № 27). Задача проверки «наличия излиш­ков», как видим, была поставлена уже в декабре 1927 г., хотя и в ограничен­ных масштабах — в общественных хозяйствах, где предполагались более или менее значительные хлебные запасы и где проверка не вызвала бы прямого протеста. Однако с середины января 1928 г. эту проверку распространяют на крестьянские хозяйства в поиске объектов применения статьи 107 Уголовного кодекса РСФСР.
В тот же день — 29 декабря 1927 г. — был сделан еще один шаг к прямо­му государственному насилию в организации хлебозаготовок. ОГПУ разосла­ло по своей сети местных органов телеграмму, которой им предписывалось «обратить исключительное, сугубое внимание проведению [в] жизнь директив Союзного Наркомторга... [За] всякое уклонение [от] выполнения этих дирек­тив — Вам надлежит виновных привлекать ответственности». Резко расши­рялся объем информации, собираемой и сообщаемой наверх органами ОГПУ (док. № 28).
Пройдут еще каких-то пять дней и 4 января 1928 г. ОГПУ разошлет прак­тически всем своим территориальным органам телеграфное распоряжение о прямом и непосредственном участии в хлебозаготовках именно в собственном качестве карательных органов: «Предлагается немедленно... произвести арес­ты наиболее крупных частных хлебозаготовителей и наиболее злостных хле­боторговцев..., срывающих конвенционные заготовительные и сбытовые цены», как и вообще нарушающих правила транспортировки и торговли. За­дание носило своего рода боевой характер: «Следствие провести быстро, до-
30
казательно. Дела направьте [в] Особое совещание. Результаты влияния [арес­тов на] рынок сообщите немедленно»* (док. №31). Направление дела в Осо­бое совещание означало его рассмотрение и вынесение приговора во внесудеб­ном порядке. Распоряжение № 6715 подписал зампред ОГПУ Г.Г.Ягода, но написано оно явно под диктовку И.В.Сталина. Его исполнение началось неза­медлительно и повсеместно. Во всяком случае, уже 12 января ОГПУ разосла­ло по тем же адресам «Дополнение», в котором предлагалось отобранный у частников хлеб передавать госзаготовителям или кооперации по установлен­ным ценам, переводя деньги в Финотдел ОГПУ (док. № 35).
Хлебозаготовками занялся сам Сталин, что сразу же выдвигало на перед­ний план характерное командно-репрессивное решение проблем, хотя бы они были связаны с трудом и нуждами основной массы населения страны. 5 янва­ря 1928 г. Политбюро была принята и 6 января разослана от имени ЦК ВКП(б) и с подписью Сталина новая директива парторганизациям о хлебоза­готовках. И тональностью, и содержанием она принципиально отличалась от постановлений, подготовленных комиссией Цюрупы и ориентированных, как мы отмечали выше, на стимулирование сбыта зерна крестьянином-производи­телем. В сталинской директиве от 5 января 1928 г. это программное, собствен­но нэповское средство преодоления кризиса хлебозаготовок сведено к частно­му моменту: «промтоварная масса не поставлена на службу хлебозаготовкам». Главными стали чисто административные требования: «Темп работы местных организаций недопустимо медленный, спячка еще продолжается, низовой ап­парат еще не раскачался, ...рычаги власти и партии не приведены в движе­ние... Крестьяне-коммунисты, советский и кооперативный актив не продали всех своих излишков, совхозы и колхозы также не весь товарный хлеб вывез­ли...» Все это, оказывается, свидетельствовало о забвении местными органи­зациями «основных революционных обязанностей перед партией и пролетари­атом» (док. № 32).
Констатируя, что со времени директивы от 14 декабря «прошло больше трех недель, а перелома нет никакого», директива от 5 января требовала «до­биться решительного перелома в хлебозаготовках в недельный срок (!)..., причем всякие отговорки и ссылки на праздники и т.п. ЦК будет считать за грубое нарушение партийной дисциплины» (док. № 32).
Партийным организациям на местах предписывалось «принять к твердому исполнению годовое и месячные задания Наркомторга», все его «текущие ди­рективы... выполнять без промедлений», «...в строжайшей точности и в срок». В целях «изъятия (!) денежных накоплений из деревни» предлагалось «установить максимально ускоренные сроки всех платежей крестьянства казне..., добиваться досрочных (!) взносов всех платежей, ...срочно устано­вить дополнительные (!) местные сборы на основе законов о самообложении»
В тот же день — 4 января 1928 г. — в районы развитых кожевенных промыслов (практи­чески вся Европейская часть России и Белоруссии) было разослано подписанное Ягодой распо­ряжение местным органам ОГПУ: «По получении н[астоящей] почто-телеграммы произведите по согласованию с мест[ными] парт- и соворганами массовую операцию на кожевенно-сырьевом рынке. Операции должны подвергаться: 1. Владельцы сырьевых торговых фирм... 2. Крупные маклеры-посредники. 3. Спекулянты-заводчики, скупающие кожсырье для перепродажи. Более крупных заводчиков арестовывать... лишь при абсолютной гарантии продолжения бесперебой­ной работы производства и не нарушая интересов рабочих. 4. Лжекооперативные артели, спеку­лирующие кожсырьем. 5. Должностные лица из гос. и кооп. организаций, содействующие выше­указанным группам из личной корыстной заинтересованности».
Следствие надлежало провести «по окончании операции» и «в кратчайший срок», следствен­ные дела переслать «для заслушивания и вынесения приговора в Особое совещание при Колле­гии ОГПУ», а «результаты влияния операции на рынок» немедленно сообщить в ЭКУ49. Более конкретная разработанность программы «массовой операции» на кожевенном рынке служила об­разцом для таких же, но более массовых «операций» на хлебном рынке.
31
и т.п. Наконец, «при взыскании недоимок по всякого рода платежам применять немедленно жесткие кары (!), в первую очередь, в отношении кулачества (но, значит, не только кулачества!! — В.Д.). Особые репрессивные меры необходи­мы в отношении кулаков и спекулянтов, срывающих с.-х. цены» (там же).
Далее следовали требования «мобилизовать немедля все лучшие силы» партийных организаций; «установить личную ответственность руководителей» организаций, участвующих в заготовках, «немедля отстраняя тех из них, ко­торые не проявят способности и умения добиться успеха»; развернуть в печа­ти «длительную кампанию по хлебозаготовкам, ...не допуская, однако, пани­ки в крестьянских массах и городах». Директива завершалась грозным пред­упреждением о том, что «промедление в исполнении этой директивы и недо­стижение в недельный срок (!) реальных успехов в смысле решительного перелома в хлебозаготовках может поставить ЦК перед необходимостью заме­ны нынешних руководителей парторганизаций» (там же).
Мы специально столь подробно изложили содержание первой собственно сталинской директивы по хлебозаготовкам, ибо в ней фактически впервые была изложена программа принципиально нового отношения к крестьянству, слома нэпа и широкого применения репрессий в деревне, отнюдь не ограни­ченной кулаками и спекулянтами. Началось создание командно-репрессивной системы управления.
Вслед за директивой от 5 января 1928 г. в спешном порядке принимались конкретные решения, направленные на ее осуществление в заданном характе­ре. Политбюро ЦК ВКП(б) «опросом», то есть без обсуждения по существу, 7 января приняло «предложение тт. Молотова и Сталина», обязывающее пра­вительство РСФСР «выработать срочно и опубликовать не позднее 8 января (?!) декрет о крестьянском самообложении», 8 января союзному Наркомторгу было предписано «в случае малейшего невыполнения нарядов Украиной не­медленно (!) докладывать Политбюро для немедленного (!!) принятия пар­тийных мер взыскания»; 9 января признано «необходимым немедленную по­ездку на места по делам хлебозаготовок»: Орджоникидзе — в Сибирь, Моло­това — на Урал, Микояна — на Северный Кавказ, Кубяка — в Казахстан (см. док. № 37).
Важно отметить, что местные партийные и государственные организации не сразу приняли директиву от 5 января 1928 г., прежде всего требования о широком применении репрессий в деревне. События 1918—1922 гг. еще не были забыты и местные работники опасались массового сопротивления крес­тьянства. В этом отношении очень характерной была реакция на сталинскую директиву Сибирского крайкома партии.
7 января 1928 г., на второй день по получении сталинской директивы,
«всем окружкомам ВКП» было разослано письмо, начинавшееся с указания
на связь трудностей хлебозаготовок с «убеждением крестьянства [в] неизбеж­
ности войны», являющейся «результатом неумной агитации» (см. об этом
выше). Крайком предлагал такой «агитации и панике» противопоставить
«трезвые соображения о благоприятных метеорологических видах [на] уро­
жай», о необходимости мобилизации хлебных и денежных ресурсов «для
своевременного обеспечения крестьянства [к] весне» средствами производства
и предоставление помощи для «все новых [и] новых слоев деревни» и т.д.50
Ни намека на применение репрессий, ни угрозы в адрес местных работников
в письме не было.
8 тот же день Сибкрайком ответил Москве и на обвинение в невыполне­
нии декабрьских директив Политбюро, суть которых состояла в развертыва­
нии торговли промтоварами на селе. Как отмечалось выше, программа эконо­
мического стимулирования сбыта зерна производителем обеспечивала действи-
32
тельное решение проблемы хлебозаготовок и сохранение нэпа. Однако она требовала, конечно, времени и усилий не только на местах, но и в центре. Ни за две-три недели, ни тем более за неделю, да еще силами лишь местных ор­ганизаций проблему хлебозаготовок разрешить, конечно, было нельзя. Теле­грамма С.И.Сырцова на имя А.И.Микояна от 7 января была достаточно вы­разительной: «Несмотря [на] Ваши заверения своевременной отгрузке товаров Сибкрай, поступление товаров абсолютно ничтожно. Командированные нами уполномоченные крайкома [обнаружили] полное отсутствие товаров [на] мес­тах... Вы сообщаете отгрузке 122 вагонов, что не соответствует нашим прове­ренным сведениям. Аппарат Наркомторга продолжает путать разнарядки, чем срывает все наши меры первоочередному усилению снабжения промтовара­ми... хлебозаготовительным районам»5*.
Аналогичный, судя по всему, была реакция на сталинскую директиву и во многих других местах. Неудивительно поэтому, что 10 января ОГПУ разосла­ло телеграмму своим органам в хлебозаготовительных районах, потребовав от них «тщательно наблюдать за выполнением директив» (были перечислены все пункты названного документа) и сообщать о «недочетах выполнения» трех­дневными (!) сводками и почто-телеграммами (док. № 34). Введение контро­ля системы ОГПУ за выполнением сталинских директив местными партийны­ми организациями не могло не сказаться на их поведении, в том числе и в да­леком Новосибирске. 13 января Полномочное представительство ОГПУ и про­куратура Сибирского края разослали на места циркуляр, предлагавший ис­пользовать статью 107 Уголовного кодекса РСФСР для привлечения к суду держателей крупных запасов хлеба (скупщиков, мельников и др.)52. Было ли это распоряжение сибирских организаций инициативным или ему предшество­вало какое-то указание из центра, покажут дальнейшие исследования. Однако прибывший в Новосибирск через пять дней Сталин говорил о применении 107 статьи «в других краях и областях», где оно якобы «дало великолепные результаты». И спрашивал: «Почему... у вас, в Сибири, оно должно дать якобы плохие результаты...?»53 Впрочем, окажись Сталин в другом районе, примером «великолепных результатов» могла бы служить и Сибирь.
14 января на места последовала новая директива ЦК ВКП(б) «Об усиле­нии мер по хлебозаготовкам», подписанная опять Сталиным и служившая разъяснением и подтверждением директивы от 5 января. Утверждалось: «До­казано, что 2/з наших ошибок по хлебозаготовкам надо отнести за счет недо­четов руководства. Именно поэтому решили мы нажать зверски (!) на наши парторганизации и послать им жесткие директивы о мерах поднятия хлебоза­готовок». Не сказано ни слова о том, где и кем, в каких документах «доказа­но»? И можно ли кризис хлебозаготовок объяснить «недочетами руководст­ва»?
Еще более значительным было разъяснение самой сути новой политики в деревне: «Многие из коммунистов думают, что нельзя трогать скупщика и ку­лака, так как это может отпугнуть от нас середняка. Это самая гнилая мысль из всех гнилых мыслей, имеющихся в головах некоторых коммунистов. Дело обстоит как раз наоборот. Чтобы восстановить (?) нашу политику цен и до­биться серьезного перелома, надо сейчас же ударить по скупщику и кулаку, надо арестовывать спекулянтов, кулачков и прочих дезорганизаторов рынка и политики цен. Только при такой политике середняк поймет, что... спекулянт и кулак есть враг Советской власти, что связывать свою судьбу с судьбой спе­кулянтов и кулаков опасно, что он, середняк, должен выполнить перед рабо­чим классом свой долг (?!) союзника» (док. № 38).
2 - 26733
Как видим, задача борьбы с кулаком, как не только держателем хлеба, но как с врагом Советской власти была поставлена Сталиным со всей определен­ностью 14 января 1928 г. перед сталинской поездкой в Сибирь.
Напомнив, что до весенней распутицы остается два с половиной—три ме­сяца, директива провозглашала: «Нажим нужен здесь отчаянный... Хлебоза­готовки представляют, таким образом, крепость, которую должны мы взять во что бы то ни стало. И мы ее возьмем наверняка, если поведем работу по-боль­шевистски, с большевистским нажимом». В этой связи сообщалось: «На Урал выехал уже Молотов. В Сибирь выезжает сегодня Сталин» (док. № 38).
Поездки членов высшего руководства на места в качестве уполномоченных СТО-ЦК партии по хлебозаготовкам составили особую страницу в истории трагедии, которая развертывалась в деревне и с начала 1928 г. вступила в ста­дию «чрезвычайщины». В этих поездках Сталин и его ближайшие сторонники преподали местным руководящим кадрам уроки массового применения ко­мандно-репрессивных методов. Конечно, не все уполномоченные высшего ранга оказались пригодны для роли учителей в школе сталинизма. Так, Н.А.Угланов — кандидат в члены Политбюро и член Оргбюро, один из сек­ретарей ЦК и секретарь Московского комитета партии, командированный в Поволжье, по прибытии на место назначения занялся изучением общей ситуа­ции на хлебном рынке, а не задачей организации немедленного «перелома» в ходе хлебозаготовок. В докладе по итогам командировки Угланов сводил при­чины «неуспешного хода хлебозаготовок» к таким обстоятельствам, как «пе­строта урожая», «недостаточный и несвоевременный завоз промтоваров в де­ревню», «ошибочность решений, принятых в августе — сентябре о повышении кондиций с заготовленного хлеба, что... привело к фактическому снижению заготовительных цен на хлеб», «воспоминания о голоде 1921 — 1922 гг.», «раз­говоры о войне» и лишь в самом конце этого перечня была названа «вялость в работе местных советских и партийных организаций»^.
Больше того, вместо форсирования сдачи хлеба крестьянством государству Угланов предлагал нечто прямо противоположное — образование местных се­менных фондов: «В целях охвата плановым порядком имеющейся тенденции крестьянства к закупке хлеба для обеспечения семенным материалом к пред­стоящей посевной кампании, я считаю необходимым утвердить решение ЦИКа Немреспублики о создании местного семенного фонда в 300 тыс. пуд., образу­емого обложением 5% наиболее мощных хозяйств.
Встретившись с массовой закупкой зерна самим крестьянством Самарской губ., я предложил Самарскому губкому и губисполкому провести аналогич­ные мероприятия. В Самарской губернии постановлено создать фонд в 1 млн пуд. В основу организации этого фонда положены несколько иные принципы: облагаются все хозяйства с доходностью выше 150 р., причем применяется прогрессия, аналогичная проводимой при начислении окладов по с/х налогу»^.
Объективный анализ экономических факторов хлебозаготовительного кри­зиса и путей его преодоления в рамках нэпа содержался в докладе заместите­ля наркома финансов СССР М.И.Фрумкина, являвшегося в первой половине января 1928 г. уполномоченным ЦК партии и СТО на Урале. Этот анализ убе­дительно приводил «к выводу, что основными причинами, вызвавшими не­удовлетворительный ход хлебозаготовок, являются цены и промтовары». К тому же, как выяснилось при объезде хлебных округов Урала и беседах с местными жителями, реальный урожай основных культур оказался «значи­тельно ниже данных хлебофуражного баланса ЦСУ и Уралплана». Соответст­венно и предлагавшиеся Фрумкиным меры носили сугубо экономический ха­рактер. В докладе, написанном 19 января, было невозможно отрицать уже за-
34
действованные административные меры, однако, там не только утверждалось, что экономическое стимулирование должно иметь «превалирующее значение», но приводились обстоятельные расчеты в пользу именно такого решения про­блемы. Там доказывалось так же, что «усиленный нажим на самообложение и на заем» затрагивает «не только кулаков, но и всю середняцкую массу». На­конец, в прямой полемике с Молотовым Фрумкин предлагал снизить план хлебозаготовок для Урала с 41 млн пудов до реальной, по его подсчетам, ве­личины в 39 млн пудов (док. № 53).
В.М.Молотов, начавший в 1928 г. уполномоченным по хлебозаготовкам на Украине, должен был срочно ехать на Урал и в Башкирию. Как говорилось в его отчетном докладе, и на Украине, и на Урале он в порядке «особой удар­ности работы» добивался «соответствующего отношения к делу хлебозагото­вок», прежде всего увеличения планов заготовок, в частности, для Урала до 44 млн пудов (док. № 58).
Доклад В.М.Молотова от 25 января 1928 г. публикуется нами без каких-либо сокращений, несмотря на характерные для этого деятеля многословие и бюрократический формализм изложения. Доклад одного из наиболее актив­ных представителей сталинского руководства позволяет увидеть не только официальную интерпретацию политического курса, но и методы его осущест­вления, а в чем-то и его сущность. И на Украине главной задачей уполномо­ченного по хлебозаготовкам было увеличение плана. Молотов начал решение задачи с проверки хлебофуражного баланса Украины на примере весьма хлеб­ного Мелитопольского округа. Там первоначально «соглашались на план в 17,5 млн пудов» и «решительно возражали» против задания в 21 млн пуд. «А после этого мне, правда, не без значительного настояния, удалось добиться со­гласия... на принятие плана в 23 млн пудов... Из этого видно, насколько не­правильными и притом грубо преуменьшенными были на Украине... исчисле­ния хлебофуражного баланса, и, в частности, исчисления хлебных излиш­ков». В результате Политбюро ЦК КП(б)У «пришло 30 декабря к единодуш­ному решению, приняв план в 265 млн пудов» (взамен прежнего плана Ук­раины в 245 млн пудов).
Методы Молотова не ограничивались «боевой критикой недостатков» парторганизаций и «советско-кооперативного аппарата», а включали «и более широкое применение «показательных» репрессивных мер в партийном и со­ветском порядке». Эти методы, как отмечалось в докладе, вызывали со сторо­ны отдельных руководящих работников «нападки», доходившие «до обвине­ний в авантюризме, дезорганизации хлебозаготовок» и даже «терроре по от­ношению советскому [и] кооперативному аппарату»... Сталинская «револю­ция сверху» только начиналась, и местные руководители еще осмеливались открыто высказывать свое мнение высокому начальству, за что, однако, уже получали разбирательство в партийном порядке и предупреждение «об исклю­чении из партии за повторение подобного отношения к делу». В этой связи следует оценивать и недовольство Молотова работой суда и прокуратуры, ко­торые «...отлично "помнят" о статьях закона,'якобы защищающих спекулянта, кулака, разгильдяя и т.п. и нередко "забывают" о законах Соввласти против спекуляции, против нарушителей революционной законности, против разгиль­дяев и бюрократов». Молотовский террор по отношению к низовому аппарату выражался в партийных взысканиях, снятии с должностей, отстранении от ра­боты и отдаче под суд работников, занятых непосредственно хлебозаготовка­ми, сбором налогов и т.п. (док. № 58).
Большое место в докладе Молотова занимал вопрос о кулаке, по которому хлебозаготовки должны были нанести удар особой силы, включающий приме­нение «жестких репрессий (арестов, штрафов, суровых судебных кар». Воз-
2.35
ражения «местных товарищей» против использования репрессий, которые не­избежно затронут и середняков, Молотов объявил «кулацким уклоном», ос­новным «перегибом» (?!) в проведении партийной линии, гораздо большим, нежели «нажим... в сторону середняка и даже бедняка». Возвращаясь к этому вопросу на Урале, Молотов с редкой откровенностью разъяснял подлинное значение удара по кулаку: «Решительные меры против кулачества дадут по­нять и середнякам, имеющим хлеб, необходимость строгого выполнения обя­занностей перед государством, устранят иллюзии о возможности спекулятив­ного вздутия цен и вообще будут способствовать поднятию авторитета совет­ских органов в деревне» (док. № 58). Суть этой позиции, по свидетельству Фрумкина, очень точно выразил сам Молотов в одном из выступлений на Урале: «Надо ударить по кулаку так, чтобы перед нами вытянулся середняк» (док. № 110). Проблема союза рабочего класса и крестьянства как социально-политической основы советского строя и движения к социализму снималась полностью. Острие командно-репрессивного режима направлялось против крестьянства.
Особое значение имела, разумеется, поездка в Сибирь И.В.Сталина (18 января —4 февраля 1928 г.), которая должна была послужить образцом правильного и успешного руководства. В сборнике даются основные сталин­ские документы, относящиеся к этой поездке. Впервые они были опубликова­ны на страницах «Известий ЦК КПСС» в 1991 г. (см. док. № 43—49). Их лейтмотив: «...страшно запоздали с заготовками, ...можно наверстать потерян­ное при зверском нажиме и умении руководить» (док. № 45). Именно здесь были введены в действие применительно к хлебозаготовкам статьи Уголовного кодекса в качестве юридического обоснования широкого использования реп­рессий: статья 107 против частных скупщиков-хлебников и держателей хлеб­ных запасов — в основном крестьян; статья 105 против «пособников спекуля­ции из низового аппарата» и статья 60 против недоимщиков при взимании на­логов и других платежей (док. Л§ 46 и др.). В докладах Фрумкина и Моло-това не содержалось упоминания об этих статьях. Пожалуй, именно Сибирь явилась местом рождения 107-ой, а затем и других статей УК как юридичес­кого основания для репрессий при проведении хлебозаготовок.
Ст. 107 Уголовного кодекса РСФСР, принятого в 1926 г., имела в виду спекулянтов и перекупщиков. С января 1928 г. она стала применяться и к «держателям хлеба», в том числе к крестьянам-производителям, отказываю­щимся сдавать имеющийся у них хлеб заготовителям по явно заниженным ценам. Новая трактовка ст. 107 не сопровождалась необходимыми юриди­ческими разъяснениями и ограничениями, что с неизбежностью приводило к расширенным толкованиям и произволу в практике ее применения (см. док. № 43, 44, 46, 67, 77, 82, 86 — 90 и др., а также примечания № 51, 52, 53 и др.). Циркуляры Наркомюста по поводу применения ст. 107 в хлебо­заготовках появились лишь 23 февраля и 8 марта (см. док. № 82, приме­чание №75). Использование при проведении хлебозаготовок других статей УК (60-ой, 105-ой, 111-ой и даже 58-ой, относящейся к государственным пре­ступлениям) точно также начиналось с произвольной практики, сопровождав­шейся массовыми «перегибами» (см. док. № 82, 95 и др., примечания № 52, 61, 74, 76 и др.).
Документы о деятельности Сталина в качестве уполномоченного по хлебо­заготовкам в Сибири позволяют выяснить механизм возникновения и распро­странения «перегибов» при проведении на местах «единственно правильной» политики центра... Утром 25 января Сталиным была разослана весьма коло­ритная телеграмма руководству 8 сибирских округов: «Могу ли сообщить
36
Москве, что ваш округ не сдрейфит и готов выполнить честно план загото­вок:... Дайте ответ обязательно сегодня. Сталин»56.
Вечером того же 25 января по прямому проводу из каждого округа отвеча­ли трое (секретарь окружкома партии, председатель окрисполкома и началь­ник окруправления ГПУ). Задания оказались резко увеличенными. Вот ответ из Минусинска: «Наш план 2 800 000 пудов [считаем] реальным. Нам дали 4 026 000 пудов. Будем выполнять применением всех мер. До сих пор перело­ма нет». Тулунский округ на задание в 2 928 000 пудов ответил: «Максималь­но сможем заготовить 2 200 000 пудов». Красноярск, получивший задание в 3 660 000, заявил: «Выполним максимально 3 млн пудов», а Иркутск при таком же задании сообщил: «При максимальном напряжении 2 100 000 обес­печим выполнение», напомнив при этом о том, что их «прежний план» состав­лял 1 750 000 пудов. Однако нашлись и такие руководители округов, которые не «сдрейфили». Из Канска отвечали: «5 062 000 [пудов] беремся выпол­нить»; из Ачинска (при задании в 5 856 000 пудов): «Все силы мобилизова­ны, подчинены этой задаче. Заверяем нашей готовности иметь 100% плана. Подтянем весь низовой аппарат»; наконец, из Томска: «Округ готов. Задание будет выполнено»57.
Уличный жаргон сталинской телеграммы («сдрейфили» — «не сдрейфи­ли») лишь маскировал требование «выполнять (задание, план — В.Д.) при­менением всех мер», не останавливаясь перед прямым насилием, или, как это было сказано в цитированной выше телеграмме от 23 декабря 1927 г., «не сму­щаясь никакими другими соображениями» — моральными, политическими, хозяйственными...
Последовавшая затем поездка Сталина по сибирским округам имела своей задачей мобилизовать все силы на выполнение резко повышенных планов хле­бозаготовок, поощряя тех, кто «не сдрейфил», и принуждая «сдрейфивших». Центральным моментом в сталинской поездке по местам были совещания ру­ководителей округов* и принятие решений, носивших характер боевого при­каза. Резолюцию совещания семи восточных округов в Красноярске 1 февра­ля 1928 г. Сталин послал телеграфом в ЦК партии в качестве «наиболее ти­пичной», а на деле в качестве образца осуществления политики в деревне (да, и не только в ней). Вот основные положения этой резолюции: «План загото­вок выполнить безусловно и полностью». Используя в этих целях ст. 107 УК, «организовать удар (!) по спекулянту и кулаку, взвинчивающим цены, не вы­пускающим товарного хлеба на рынок». И то, и другое обвинение можно было предъявить любому крестьянину, отказывающемуся сдавать хлеб госза­готовителям по заниженным ценам. Поэтому не имели реального значения от­говорки: «удар по кулаку вести на основе советской законности», не допус­кать «антисередняцкого уклона и... продразверсточных настроений». Здесь же было предложено «передать бедноте 25% конфискованного у кулаков хлеб­ного излишка в долгосрочный кредит, как семенной фонд». Для понимания наступающего нового времени и новых норм деятельности особое значение имел заключительный пункт резолюции: «Организацию нажима на хлебоза-
Отметим очень характерный факт. Известно, что большевикам, как и вообще революцион­ным деятелям, было внутренне присуще стремление к постоянному контакту с широкими масса­ми, особенно к выступлениям на разного рода собраниях, митингах и т.п. Вполне естественно, что с прибытием Сталина в Красноярск 1 февраля к нему обратилась цеховая партячейка же­лезнодорожных мастерских с просьбой выступить «с докладом на рабочем собрании». Сталин ответил отказом, ссылаясь на то, что «приехал неофициально (?) для инструктирования това­рищей в порядке внутреннем. Выступать теперь открыто на массовом собрании — значит пре­вышать свои полномочия и обмануть (?!) ЦК партии». (Курсивом выделены слова, подчеркну­тые в сталинской записке)58.
37
готовительном фронте считать ударной задачей партийных и советских ор­ганизаций, а самый нажим продолжать вплоть до полного выполнения плана заготовки^ (курсив мой — В.Д.).
С принятием этой резолюции 1 февраля 1928 г. в официальный язык, а тем более в язык партийной пропаганды, прочно вошло выражение «хлебоза­готовительный фронт», с наибольшей точностью отражавшее характер новых взаимоотношений государства и крестьянства. Вслед за сталинскими директи­вами от 5 и 14 января эта резолюция должна быть отнесена к группе докумен­тов, положивших начало, во-первых, перехода к политике раскулачивания и, во-вторых, введения прямого произвола и насилия в практическую деятель­ность местных партийных и советских организаций в деревне при выполнении очередных заданий сверху — всего того, что получило наименование «переги­бов». Не случайно именно в начале 1928 г., и прежде всего в практике хлебо­заготовок, возникло и быстро вошло в обиход местных партийно-советских работников выражение: «Лучше перегнуть, чем недогнуть!»
Среди местных работников системы управления как в партийном, так и в государственном аппарате было немало горячих голов, внутренне расположен­ных к командно-репрессивным действиям. Документы сборника показывают и этот тип деятелей на разных уровнях руководства. Назовем обширную стено­грамму совещания о форсировании хлебозаготовок, состоявшегося 24 апреля 1928 г. в ЦК партии {см. док. № 95). Весьма колоритный приказ начальника волостной милиции от 19 марта 1928 г. показывает, как командные распоря­жения о борьбе со скупщиками на хлебном рынке трансформировались в сплошной «перегиб» (см. док. № 78).
Нажим на крестьян «вплоть до полного выполнения плана», каким бы грубым и безобразным он ни был, объявлялся перегибом только тогда, когда вызывал массовые жалобы или открытые протесты. Но даже и в этом случае, весной 1928 г., а практически никогда (за исключением борьбы с «головокру­жением от успехов» в марте —апреле 1930 г.), такой нажим руководством не осуждался и, тем более, не пресекался. В этом отношении очень показательно заявление В.М.Молотова на упоминавшемся совещании 24 апреля 1928 г. В связи с задачей нового «нажима» в деревне, местные руководители немало го­ворили о неизбежности перегибов, особенно о применении ст. 107 к хозяйст­вам с хлебным запасом ниже нормы в 1 800 — 2 000 пудов, вплоть до 700 — 800 и даже 300 пудов, то есть к хозяйствам отнюдь не кулацкого или тор-гово-скупочного типа. Вот рассуждение по поводу перегибов из заключи­тельного слова Молотова: «По части того, что было много посылок из цент­ра для проверки перегибов, нельзя сказать, что их было очень много... Мы не могли пойти на расширение применения 107 статьи. Наоборот, мы опуб­ликовали решение о том, что применять 107 статью можно в отношении таких хозяйств, которые имеют 2 000 пуд. запасов. Но я не помню случая, чтобы ЦК привлек хотя бы один местный орган за нарушение этой статьи» (док. № 95).
Сам термин «перегибы» оказался очень удобным для сваливания ответст­венности за негативные последствия осуществлявшейся политики с авторов этой политики на практических исполнителей, хотя неизбежность всего того, что называлось «перегибами», была изначально очевидной. «Перегибы» ста­новятся органическим свойством командно-репрессивной политики, поскольку провозглашаемые ею цели находятся в прямом противоречии с методами до­стижения этих целей. Непосредственное и быстро растущее участие в осущест­влении сталинской политики карательных органов — ОГПУ, НКВД, суда и прокуратуры — в равной мере довлело и над крестьянством как объектом по­литики хлебозаготовок, и над местной властью как исполнителем этой поли-
38
тики. Поэтому документы карательной системы приобретают особенное значе­ние для выяснения практики «чрезвычайных» заготовок.
Наверное, не случайно первой (во всяком случае, из найденных нами) ин­формацией, поступившей в ОГПУ, о результатах репрессий, связанных с де­ревней, оказалась докладная записка по Уралу от 21 января -1928 г., написан­ная на второй или третий день после отбытия оттуда Молотова. Сообщалось, что «арестовано по области частников-хлебников 68 человек», частных кожев­ников — 171 и «мануфактуристов» — 137. У некоторых из хлебников были обнаружены до 10 000 пудов, но у всех арестованных было изъято до 70 000 пудов, то есть в среднем всего по 1000 пудов хлеба. К операции по «частни­кам-кулакам», скупающим хлеб, на Урале приступили с 10 января, результа­ты еще не были известны. Тем не менее, местный уполномоченный ОГПУ счел необходимым «отметить, что нажим из области на округа по подталкиванию хода заготовок вызвал во многих из них нервность аппарата, и это передалось в районы (деревню). Такая нервность вылилась прежде всего в репрессивные меры против низового советского аппарата, в частности сельсоветов, председа­тели которых в массовом (!) порядке отдаются под суд. В Пермском округе отдано под суд до 96 человек работников низового аппарата. В Ишимском ок­руге до 40 человек» (см. док. № 54). Известно, что на Урале после пребыва­ния там Молотова было отстранено от работы 1 157 местных работников, из которых многие были исключены из партии и отданы под суд60. Таков был механизм возникновения и распространения «перегибов».
Справки с мест о ходе «массовых операций» ОГПУ систематически стали поступать после 4 февраля, когда московский центр разослал требование о представлении «телеграфно» соответствующих сведений (док. № 62). В этот день возвратился из командировки в Сибирь И.В.Сталин. Сразу началась ра­бота над выяснением первых итогов хлебозаготовок по-новому, завершившая­ся 13 февраля рассылкой специального обращения ЦК ко всем парторганиза­циям страны. Во всяком случае, 8 февраля Экономическое управление ОГПУ подготовило докладную записку о проведении «массовых репрессий» на хлеб­ном рынке. По приблизительным подсчетам в крупнейших хлебозаготовитель­ных районах за месяц было арестовано около 3 000 частных хлебников. Раз­меры «тайных складов хлеба» в отдельных случаях достигали 4 000 — 5 000 пудов, а иногда даже 10 000 — 20 000 пудов. Однако сообщалось и о складах в 500—1 500 пудов, далеко не достигавших норм, установленных для приме­нения 107 статьи. Общий вывод, сформулированный в записке, был вполне определенным: «Частник, таким образом, с хлебозаготовительного рынка... снят». ЭКУ сообщало и первые сведения о «ходе противокулацкой опера­ции»: в Сибири арестовано 136 человек, на Урале — 80 (см. док. № 67).
«Противокулацкие операции» оказались, однако, намного сложнее по сравнению с операциями против хлеботорговцев. Разобщенность городского населения позволяла ОГПУ проводить аресты частных торговцев или вла­дельцев производственных заведений, вроде кожевенных мастерских, в обыч­ном для себя порядке. Вполне самостоятельно (хотя и по согласованию с парт- и госруководством соответствующего уровня) местные органы ОГПУ проводили аресты, конфискации имущества и выносили приговоры о тюрем­ном заключении или высылке и т.п. Таким же образом пытались решать и судьбы кулаков, первыми попавших под удар чрезвычайщины. Когда сомне­вающийся в правильности новой политики Л.М.Заковский обратился в Мос­кву с запросом об оформлении приговоров по кулацким делам, то 7 февраля в Новосибирск последовало короткое напоминание с подписью Г.Г.Ягоды: «Согласно положения, при ПП существует тройка, где поставьте дела кулаков и спекулянтов-хлебников. Протоколы вышлите для санкции ОГПУ» (док.
39
№ 66). Однако уже 10—11 февраля на места, включая Новосибирск, за под­писью того же Ягоды последовало распоряжение: «...арестов кулаков дерев­ни... силами О ГПУ не производить, но оказать содействие органам милиции и прокуратуры в их выявлении. Дела их ставить в суде». Непонявшим разъ­яснялось: «Дела частников, спекулянтов, скупщиков [в] обычном порядке [пересылайте в] Москву [на] Особое совещание. Дела кулаков... передавать [в] суд» (док. № 68 и № 69).
В тесно связанной общинно-соседскими узами деревне обыски и аресты, конфискации имущества, разорение отнюдь не кулацких хозяйств не проходи­ли незамеченными, вызывали открытые протесты и сопротивление не только пострадавших, но и деревни, сельского общества в целом. Нужна была хотя бы видимость соблюдения правопорядка. Затем и потребовались манипуляции и со 107 и 60 статьями УК, и с «перегибами». Поручение «противокулацких операций» милиции, прокуратуре и суду переносило ответственность за их проведение на местные власти — на исполнителей.
Мы еще вернемся и к практике «противокулацких операций», и к крес­тьянскому сопротивлению. Здесь нам важно отметить, что «разделение труда» между карательными органами объясняет наличие в документах ОГПУ пол­ной отчетности по операциям против частных торговцев и ограниченность та­ковой по операциям против кулаков. В сборнике публикуются итоговые све­дения о карательных акциях против «спекулятивных элементов» по стране в целом на начало апреля 1928 г.: было арестовано 6 794 частников (и их слу­жащих), в том числе 4 018 на хлебном рынке, 1 833 на рынке кожевенного сырья, 667 на мануфактурном рынке и т.д. (док. № 84).
Более полное и конкретное представление о составе репрессированных на самом начальном этапе «чрезвычайных» хлебозаготовок дают местные дан­ные, включающие подчас и сведения суда и прокуратуры. В Северо-Кавказ­ском крае «на 15 марта по линии органов арестовано кожевников — 134, хлебников — 2 638... Хлебники по социальному признаку: торговцев-спеку­лянтов — 400, кулаков — 1 303, середняков — 297, бедняков — 42... Из числа 2 638 направлено в Особое совещание — 328 и в суд 1 600. По 107 ст. УК привлекалось 1 287, в том числе 749 кулаков... По данным крайпрокура-туры и суда всего по краю за время кампании по 15 марта осуждено 4 225, в том числе торговцев-спекулянтов — 778, кулаков и арендаторов — 1 186, се­редняков — 1 319, бедняков — 308, служащих и прочих — 634. Решения в отношении середняков и бедняков сводились в большинстве к штрафу [и] «ус­ловному оправданию» (см. док. № 92).
По сравнению с Северным Кавказом явно «отставала» Украина, где «итоги оперативной работы» по хлебозаготовкам на начало апреля ограничи­вались арестом 1 726 частников, в том числе 174 хлебников. У последних было изъято и передано заготовителям 250 тыс. пудов хлеба (в среднем по 1 400—1 5000 пудов). Кроме того было арестовано за спекуляцию хлебом — 90 кулаков органами ОГПУ и 150 кулаков следственными органами прокура­туры, за агитацию — 180 кулаков и за террор — 29 (док. №91).
Ограничения в применении 107 ст. крупными держателями хлеба не со­блюдались с самого начала и не могли соблюдаться в условиях усиливавшего­ся день ото дня нажима сверху. Известная сталинская директива «всем орга­низациям ВКП(б)» от 13 февраля 1928 г., утверждавшая, что «развернувшая­ся хлебозаготовительная кампания уже увенчалась первой решительной побе­дой», содержала требование: «Неослабно продолжать кампанию усиления хлебных заготовок и добиться выполнения годового плана хлебозаготовок во что бы то ни стало* (курсив мой. — В.Д.). Это требование просто перечер­кивало «ограничительные» пункты директивы: «решительно устранять пере-
40
гибы и извращения...», «продолжая нажим на состоятельные, особенно кулац­кие, слои деревни, применять облегчения и льготы в отношении бедноты, а также в необходимых случаях в отношении маломощных середняков»; 107 статью применять «на практике в отношении злостных элементов из числа владеющих излишками в 2 тысячи и более пудов товарного (!) хлеба, ...ни в коем случае не задевая этими и подобными им мерами середняцкую часть крестьянства» (указание о том, что речь идет о запасе товарного хлеба, пред­полагало неприкосновенность запаса, необходимого для потребления семьи, посева и корма скота). Нажим на местные партийные, советские и коопера­тивные организации резко усиливался включением в директиву ЦК требова­ния чистки их состава «в ходе заготовительной кампании»: «изгонять из них чуждые и примазавшиеся элементы, заменяя их выдержанными партийными и проверенными беспартийными работниками»61.
«Во что бы то ни стало» — значит, «не смущаясь никакими другими сооб­ражениями», не останавливаясь перед всем тем, что называлось «перегибами и извращениями»... Именно в этом направлении развивалась политика самих директивных органов. 1 марта Политбюро отклонило, например, «просьбу о снижении мартовского плана хлебозаготовок» Башкирского обкома (а также Северо-Кавказского крайкома!) и подтвердило требование «принять к испол­нению мартовский план Наркомторга» {док. № 73). О последствиях этого ре­шения можно судить по сообщению, прозвучавшему на совещании 24 апреля в ЦК: в Башкирии по 107 статье состоялось 484 «дела», итогом которых яви­лось взыскание 144 тыс. пудов хлеба — в среднем на хозяйство по 370 пудов (док. № 95).
По приговорам судов и троек, коим предшествовали обыски, изымалась основная часть обнаруженного запаса. Остававшегося хлеба не всегда хвата­ло, чтобы хозяйство могло дотянуть до нового урожая. Обзор заявлений и жалоб в Президиум ВЦИК от осужденных по делам о хлебозаготовках на 15 марта 1928 г. показывает, что с самого начала среди них оказывалось немало середняков и бедняков, имевших всего по 170, 135 и даже 82 пуда хлеба (см. док. № 77). Конечно, жалобы в высшие инстанции государственной власти отражают чаще всего крайние случаи «перегибов и извращений», однако они не были исключительными и к тому же не ограничивались конфискацией только хлебных запасов.
В форме штрафа по ст. 107 у хозяйства, случалось, отбирались скот, включая рабочий, сельскохозяйственный инвентарь, постройки. Заявление из Курской губернии: «На 12 человек семьи оставили 1 корову и старую ло­шадь... Сеять нечем». В приговоре суда отмечалось: «Среднезажиточный, из 846 пудов наличия хлеба конфисковано 700 пудов, одна лошадь и одна моло­дая корова». В заявлении из Актюбинской губернии дается описание суда, ко­торое заканчивается недоуменным вопросом осужденного: «А за что же...?» — и ответом судьи: «У нас цель раскулачить вас» (док. № 77). Речь шла еще не о раскулачивании — «ликвидации кулачества как класса», про­возглашенной Сталиным 27 декабря 1929 г. Однако слово «раскулачивание» прозвучало, и движение в этом направлении уже началось. Посредством изъ­ятия «излишков» хозяйственного имущества крестьянин из кулака, вообще за­житочного, превращался в середняка или даже бедняка.
Следует, пожалуй, сказать о происхождении слова «раскулачивание», по­скольку историкам подчас приходится слышать упрек: «Зачем вы пользуетесь сталинской терминологией?» На самом деле, это слово родилось в крестьян­ской среде во время революции (хотя нельзя исключить и его более раннего бытования, параллельно со словом «кулак»). Обозначалось этим словом осу­ществление уравнительных стремлений крестьянства путем частичной экспро-
41
приации средств производства и передачи их обедневшим, разорившимся в годы войны хозяйствам62. С переходом к нэпу это слово вышло из употребле­ния, но не забылось и зазвучало вновь с самого начала сталинской «револю­ции сверху».
Раскулачивания подобного рода в феврале—марте 1928 г. не были единич­ными случаями. Иначе, едва ли Наркомюст РСФСР стал бы в секретном цир­куляре «О судебной практике по делам о хлебозаготовках» от 28 марта 1928 г. разъяснять, что «штраф должен применяться со строгим учетом эконо­мической мощности данного крестьянского хозяйства. Как мера социальной защиты он должен быть чувствителен, но ни в коем случае не должен вести к разрушению хозяйства* (курсив мой. — В.Д.). Больше того, уже «конфис­кованное имущество крестьянского хозяйства» — домашние вещи, «живой и мертвый инвентарь», необходимые для ведения хозяйства своими силами — «должно быть возвращено». Это требование распространялось и на «кулацкие слои деревни» в пределах имущества, связанного «с ведением крестьянского хозяйства» (см. док. № 82).
31 марта местным органам ОГПУ был разослан циркуляр Секретно-опера­тивного управления — одного из главных в системе ОГПУ — «О принятии мер в связи со случаями извращения классовой линии советским аппаратом при проведении массовых кампаний в деревне». Там отмечались «многочис­ленные факты неправильных действий низового соваппарата, носящих неред­ко характер произвола (насильственное принуждение к вывозу хлеба, приоб­ретению займа и т.п. путем избиений, угроз оружием, высылкой, арестом ОГПУ и т.д.)». Предлагалось «обратить особое внимание на все случаи по­добного рода» и «привлекать к ответственности лиц, виновных в указанных незаконных действиях», вплоть до ареста «в особо серьезных случаях» (док. № 83).
Конечно, на принятие этих циркуляров сказалось приближение весеннего сева, необходимость обеспечить его проведение. Однако сам факт их появле­ния свидетельствовал о том, что фактическое разорение крестьянских хо­зяйств и раскулачивание в феврале — марте 1928 г. приобретали опасные мас­штабы.
Описание происходивших в деревне хлебных районов на протяжении ян­варя—марта 1928 г. нарушений элементарных крестьянских прав, прежде всего прав производителя распоряжаться производимым им продуктом, разо­рения крестьянских хозяйств, попавших под удар чрезвычайных хлебозагото­вок, потрясающих фактов произвола и насилия над крестьянином дается во многих документах. Отметим среди них две группы документов: информаци­онные материалы ОГПУ (см. док. Mb 36, 42, 54, 61, 76, 80, 99, 106 и др.) и обзоры писем крестьян своим сыновьям красноармейцам, призванным в армию (см. док. № 56, 60, 72, 85 и др.). Эти весьма различные и даже про­тивоположные по происхождению и характеру источники дают, пожалуй, ре­альную картину и того, что происходило в деревне, и того, как это восприни­малось деревней.
Информационные материалы ОГПУ представлены в настоящем сборнике в основном сводками сведений о текущих событиях, имеющих политическое значение, месячными обзорами политического состояния страны в целом, а также докладными записками и справками с мест о выполнении распоряже­ний высшего руководства. Информсводки и обзоры представлялись крайне ог­раниченному кругу лиц в составе высшего руководства, которые должны были знать все о происходящем в стране, о настроениях и поведении населе­ния. Функциональное предназначение названных информационных материа­лов объясняет их высокую достоверность и полноту содержащихся в них све-
42
дений о событиях, которые плохо отражены в других сохранившихся источ­никах. Конечно, как и всякий источник, сводки и обзоры ОГПУ пронизаны идеологическими установками своей системы. Сопротивляющиеся сталинской политике крестьяне именуются «кулаками», «антисоветскими элементами», «террористами» и т.п. Информация, содержащаяся в этих документах, разу­меется, подлежит проверке и научной критике, однако, по крайней мере до се­редины 30-х годов она в целом выдерживает эту критикуй.
Обзоры писем крестьян своим сыновьям, призванным на военную службу, составлялись Особыми отделами, представлявшими систему ОГПУ в армии, а также армейскими политотделами. Их предназначение также состояло в ин­формировании высшего руководства о настроениях красноармейской массы, формировавшихся главным образом на почве деревенской жизни и, естествен­но, прямо и непосредственно зависивших от благополучия родного дома. Уже первые документы о настроениях красноармейской среды в январе —марте
1928г. показывали, что в «потоках писем» из деревень разных районов стра­
ны шли жалобы: «нэп ликвидируется», «возвращается разверстка 1920 года»,
«выкачивают весь хлеб», «хлеб берут весь... будем голодать»... Заметно ме­
няющееся настроение красноармейской массы, отклонявшейся от официаль­
ной большевистской идеологии, находит отражение в политической термино­
логии: в документах 1928 г. речь идет о «крестьянских настроениях», в
1929г. это определение будет признано «расплывчатым» и заменено дру­
гим — «чисто кулацкие настроения, отражающие в основном классовые инте­
ресы капиталистических элементов деревни». За эволюцией этих определений
обнаруживается изменение в тональности писем из деревни, в которых описа­
ние нарастающего насилия все более сопровождается призывом к красноар­
мейцам «вмешаться», «прекратить насилие», «нас защищать»...64
Объявленная Сталиным по возвращении из Сибири «первая решительная победа» не только не привела ко второй и последующим «победам», но напро­тив, очень скоро обернулась поражением: навязанные сверху завышенные планы ни в феврале, ни в марте не выполнялись, а с начала апреля оберну­лись резким спадом. 19 апреля Политбюро принимает решение о разработке новых директив местным организациям «для повышения хлебозаготовок» и о созыве совещания представителей с мест для разработки «плана мероприя­тий» (док. № 94). Мы уже не раз обращались к стенограмме этого совещания, состоявшегося 24 апреля под руководством Молотова и Микояна. Там зафик­сированы и требования, предъявленные от имени ЦК руководителям местных властей. Вот концовка выступления представителя Автономной республики Немцев Поволжья:
иКурц. Я должен сказать..., что 1 200 тыс. пудов есть такое задание, ко­торое выполнить будет почти невозможно... Мы выполнили 4 100 тыс. пудов по хлебозаготовкам... Мы полагаем, что 300 тыс. пудов есть тот максимум, ко­торый мы можем выкачать из нашего крестьянства.
Молотов. Только 300 тыс? Знал бы, я бы вам слова не давал.
Курц. ...я обязан здесь заявить, как это не плачевно для нас.
Молотов. Вашу речь придется передать в ЦКК. Что же, вы четверть бере­те плана!
Курц. Если единственным выходом для выполнения плана будет передача речей всех в ЦКК, то, видимо, придется передать мою речь в ЦКК.
Молотов. Здесь мы говорим не о всех, а о вас».
Приведем характерные угрозы, прозвучавшие в заключительном слове А.И.Микояна, адресованное всем участникам совещания: «Имейте в виду, если не поправите, придется более жесткие меры применять. Ведь определен-
43
но установлено, что хлеб есть... Если не возьмем мерами мягкими, придется более жесткие меры применять».
В.М.Молотов добавил к своему рассуждению о «перегибах» пояснение: «Одну только меру мы категорически отклоняем — это всякие попытки по­вышения цен» (док. № 95). Следовательно, все остальные меры допустимы, даже если они на официальном языке называются «перегибами и извраще­ниями».
Принятая Политбюро 25 апреля 1928 г. директива «Об усилении хлебоза­готовок» по существу воспроизводила аргументацию и требования сталинских директив от 5 и 14 января. Так же ответственность за «угрозу срыва достиг­нутых успехов» возлагалась на местные организации, в которых «развились демобилизационные настроения, вместо безусловно необходимого устранения перегибов (!) полный отказ от мер нажима в отношении верхушки дерев­ни (!)» и т.д. Те же указания «на безусловную неотложность проведения» ди­ректив, начинающихся с требования «принять к точному исполнению месяч­ные планы заготовок на май —июнь...»; «мобилизовать партсилы...»; «уси­лить нажим на кулацкую часть и частников...» и т.д. (док. № 96).
Невыполнимость заданий и поэтому «крайне неудовлетворительный ход заготовок в апреле и мае» привели к появлению заданий Политбюро на июнь и даже июль (соответственно 32 млн и 26 млн пудов), с указанием Нарком-торгу «исходить из этих цифр как минимума, разверстав планы на места с превышением». Вновь по районам рассылались члены ЦК «для усиления хода хлебозаготовок» (док. № 103).
Начавшая было спадать волна насилия вновь обрушилась на крестьянство, но с еще большей силой и более разрушительными последствиями. Обзор за­явлений и ходатайств, поступивших во ВЦИК до 1 июля 1928 г., содержит общий вывод о том, что в весенних кампаниях хлебозаготовок, сбора налогов и самообложения, реализации облигаций госзаймов деревню захлестнуло «море беззакония» (док. № 115). Конечно, авторы обзора не могли знать, что это определение будет больше соответствовать ситуации весны 1930 г., что описываемое ими — всего лишь первые шквальные удары... Они находили конкретное выражение в тех же «перегибах»: «Случаев привлечения к ответ­ственности по 107 ст. за невывоз хлеба в размерах до 500 пудов и не пере­честь, а за майскую кампанию приговоры говорят о лишении свободы и кон­фискации за десятки пудов хлеба» (док. № 115).
В условиях нарастающего насилия начинает обнажаться механизм «пере­гибов». Его главной пружиной являлась статья 111 УК РСФСР, которая стала применяться «по отношению к работникам государственного, обществен­ного (партийного? — В.Д.) и кооперативного аппарата», проявившим «рас­хлябанность, головотяпство, бездействие и халатность» (док. № 82 и др.). Ав­торы обзора крестьянских заявлений и жалоб во ВЦИК со всей определеннос­тью сформулировали вывод об источнике насилия в деревне: «При таком на­жиме сверху низовой аппарат не церемонится ни с кем: ему некогда, он не хочет сесть на скамью подсудимых за халатное отношение». Больше того, это начинали понимать и крестьяне. В том же обзоре сообщалось: «В некоторых заявлениях высказывается мысль о том, что эти "головотяпства мест" согласо­ваны с центром» (док. № 115).
Как видим, объяснение «перегибов и извращений» при осуществлении партийно-государственной политики «головотяпством мест» в официальном языке появилось не в 1930 г., а с первых же шагов сталинской «революции сверху» весной 1928 г. Противоречие между словом и делом ставило исполни­телей в двусмысленное и ложное положение. Не все могли выдержать это про­тиворечие, о чем свидетельствует, в частности, публикуемое нами письмо в
44
ЦКК от районного работника И.М.Савечина, откомандированного на хлебоза­готовки в деревню и раздираемого противоречиями между тем, что пишут в газетах и в чем обвиняют исполнителей, с одной стороны, и что от них на деле требуют — с другой: «...приходишь в недоумение. Газета говорит одно, а на местах говорят совершенно другое». К 5 мая, когда писалось это письмо, за­дания по хлебозаготовкам были получены районом в четвертый раз: «...на сей раз никак невыполнимые. После всего этого можете, товарищи, судить: пра­вильно ли, неправильно [ли] мы делаем... Но все равно нас обвинят в халат­ном отношении к работе». Савечин просил «высший парторган... написать мне все или плохое, или хорошее для того, чтобы рассеять мои верные или не­верные мысли» (док. № 98). На совещании в ЦК 24 апреля представитель Курской губернии сообщил о том, что «...у нас некоторые работники от этой работы заболели. Есть... один работник, который... сидит в психиатрической больнице и все время составляет пятидневки, как они выполняются» (док. № 95).
Сталинская политика нуждалась в исполнителях, способных беспрекос­ловно выполнить любое задание. Чистка кадров от неспособных принять такую систему отношений в партии, в государственном аппарате, как мы ви­дели, началась уже в январе 1928 г., причем с самых «низовых» — с деревен­ских. Превращение ВКП(б) из политической партии в организацию команд­но-репрессивной системы, отличающейся жесткой подчиненностью нижестоя­щих органов вышестоящим, принятием директив и распоряжений верхов как боевых приказов, не подлежащих обсуждению, запрещением любой оппози­ции к руководству. Уничтожение «объединенной оппозиции» было решающей предпосылкой для сталинской «революции сверху», однако в составе партий­но-государственного руководства еще сохранялись силы, оказавшие сопротив­ление слому новой экономической политики и переходу к «чрезвычайным», то есть насильственным методам решения социально-экономических проблем, за­мене партийной и советской демократии (при всей ее специфике и ограничен­ности) командно-репрессивной диктатурой новой бюрократии, практически сталинским самовластием.
В сборнике публикуется ряд выступлений партийно-государственных ра­ботников разных уровней и рангов с анализом действительных последствий «чрезвычайщины» для деревни и для общества в целом, с принципиальным отрицанием насилия над крестьянством, в защиту новой экономической поли­тики. К числу таких документов относится письмо С.И.Загуменного в январе 1928 г., выступление на партпленумах И.Ф.Кучмина в марте, ряда украин­ских работников в июне, и, как это ни покажется странным, полномочного представителя ОГПУ по Сибирскому краю Л.М.Заковского в июне (см. док. № 44, 110, 113, 117 и др.). О выступлении Заковского следует заметить, что в качестве деятеля ОГПУ он активно выполнял все требования обстоятельств и руководящих центров, хотя, как отмечалось выше, не был сторонником ис­пользования ОГПУ в деревенских репрессиях. В докладе на пленуме Сиб-крайкома ВКП(б) о политическом положении в деревне отрицательные пос­ледствия принудительных хлебозаготовок и применения 107 ст. были обрисо­ваны Заковским настолько полно, что секретарь крайкома Р.И.Эйхе был вы­нужден выступить с возражениями (док. № 113).
Особый интерес среди публикуемых нами документов этого рода представ­ляют три обращения в ЦК М.И.Фрумкина — старого большевика, активного участника революции, в 1928 г. замнаркома финансов СССР: это доклад от 19 января, о котором уже шла речь, письмо в Политбюро от 15 июня и записка в ЦК и ЦКК от 5 ноября (см. док. Mb 53, 110 и 134). Выдающееся значение этих документов выявляется при публикации их полных текстов в составе ос-
45
новных документов того времени. Выступления Фрумкина выделяют прежде всего конкретный анализ возможностей сельского хозяйства и пагубных пос­ледствий «чрезвычайщины», точность и смелость политических выводов, прежде всего необходимость «...вернуться к XIV и XV съездам», то есть вер­нуться к нэпу, решительно отбросив сталинские командно-репрессивные мето­ды. «Установка, взятая в последнее время, — говорится в письме от 15 ию­ня, — привела основные массы середнячества к беспросветности, бесперспек­тивности. Всякий стимул улучшения живого и мертвого инвентаря, продук­тивного скота парализуется опасением быть зачисленным в кулаки. В деревне царит подавленность, которая не может не отразиться на развитии хозяйства». Таков результат анализа сложившейся в деревне ситуации. Практический вывод из этого анализа актуален и для времени постсоветской аграрной ре­формы, когда разрушение действующих форм производства также проводится по идеологическим причинам, не считаясь с последствиями: «...дать себе ясный отчет, что каждый миллион пудов хлеба, от какой бы группы он ни по­ступил бы, укрепляет диктатуру пролетариата, индустриализацию, каждый потерянный миллион пудов хлеба ослабляет нас».
Важно отметить еще одно свидетельство Фрумкина: своим письмом он пы­тался «обратить внимание Политбюро на те моменты, которые заострены во внимании сотен и тысяч членов партии, о которых... говорят при каждой встрече» (док. № 110).
Политическое значение выступлений М.И.Фрумкина подтверждается тем, что они вызвали официальные ответы Молотова и Сталина. Молотовские от­веты не публиковались прежде и поэтому мы их воспроизводим полностью. При оценке их содержания можно отметить, во-первых, отсутствие реальных аргументов и, во-вторых, тональность начальственного разноса и политическо­го разоблачения «правого уклониста» (док. № 58 и 112). Сталинский ответ от 20 июня 1928 г. был опубликован в «Сочинениях» и достаточно известен. Фрумкин представлен в нем защитником кулачества65. На обстоятельную за­писку с анализом статистического материала, свидетельствами последствий чрезвычайных мер и критическим анализом попыток решить зерновую про­блему на путях создания в кратчайший срок совхозов и колхозов, представ­ленную в ЦК и ЦКК 5 ноября 1928 г., ответом были партийные проработки и снятие с должности заместителя наркома финансов СССР.
Главную роль в сопротивлении сталинской «революции сверху» и слому новой экономической политики сыграли Н.И.Бухарин, А.И.Рыков, М.П.Том­ский и их сторонники. Их противостояние сталинизму началось намного раньше, но недооценивалось ими самими, поскольку все внимание и все силы были сосредоточены на борьбе с «левой оппозицией», покушавшейся, как им представлялось, на новую экономическую политику и союз с крестьянством. Далеко не все известно еще о положении и отношениях в высшем руковод­стве ВКП(б) в 1926—1927 гг., наверное, не все удасться выяснить и даль­нейшим исследованиям, но мы видели, что на протяжении 1927 г. шли одно за другим столкновения между сталинской и бухаринской группами в выс­шем руководстве, не выходившие на поверхность, главным образом, из-за «совместной защиты» нэпа от «левых»... Возможность открытого обсужде­ния, а тем самым и коллективной разработки и корректировки политики, со­хранялась до конца 1927 г., когда Бухарин и его сторонники, уступив ста­линскому давлению, проголосовали за исключение из партии Л.Д.Троцкого, Г.Е.Зиновьева, Л.Б.Каменева и других лидеров «объединенной оппозиции». Это была трагическая ошибка и вина Бухарина, которые дорого стоили и партии, и самому Бухарину: в политическом руководстве исчез сложившийся «баланс сил», обеспечивавший постановку и обсуждение реальных проблем,
46
возникавших перед обществом, возможность выбора политических решений. Сталинская группа получила безраздельное большинство, позволившее ей перейти к решительному слому режима внутрипартийной демократии, к ус­тановлению сталинского самовластия. С этого момента и сам Бухарин, и новая экономическая политика, которую он отстаивал, были обречены на по­ражение.
Именно тогда стала складываться «бухаринская альтернатива» — неста­линский вариант осуществления индустриализации страны и социалистическо­го преобразования крестьянской экономики, основанной на сохранении и раз­витии новой экономической политики. Однако столкновение и борьба буха-ринской и сталинской позиции не исчерпывалась вариантами решений тех задач, которые возникли перед страной к концу 20-х годов. За ними стояло нечто неизмеримо большее — принципиальные различия в понимании нового общества, его сущности, путей его созидания. За ними стояли также глубочай­шие различия в отношении к целям и средствам, к власти и массам, к собст­венному назначению. Во всем этом противоборствующих разделяла пропасть. Л.Б.Каменев в своей злополучной записи разговора, имевшего место 11 июля 1928 г., был точен, передавая слова Бухарина: «Разногласия между нами и Сталиным во много раз серьезнее всех бывших у нас разногласий с Вами». И это действительно так.
Обратившись к бухаринским выступлениям накануне XV партсъезда и к решениям самого съезда, мы не найдем принципиальных перемен ни в трак­товке пути к социализму, ни в направлении и характере политики. По суще­ству, речь шла о продолжении и развитии (а не пересмотре) осуществлявшей­ся политики, в том числе в кооперировании деревни и в регулировании соци­ально-классовых процессов. Объективно оценивая положение в деревне, Бу­харин приходил к выводу, что в середине 20-х годов «кулак абсолютно вырос», но одновременно выросли и возможности «ограничения эксплуататор­ских тенденций со стороны кулака»6*'. В реализации этих возможностей и должно было состоять наступление на кулачество. Конкретно предполагалось: 1) «уточнение и улучшение» прогрессивно-подоходного обложения «в смысле уловления всех доходов кулаков»; 2) борьба с нарушениями национализации земли, прежде всего с куплей-продажей земельных наделов; 3) сокращение сроков аренды «для тех, кто не возделывает сам землю» (не более 3 — 6 лет); 4) «прекращение выделов на отруба», если они ведут к созданию хозяйства «кулацкого типа»; 5) «строгое соблюдение» законов о наемном труде в кулац­ких и крестьянских хозяйствах. Более последовательно и активно должна была проводиться линия на защиту интересов бедняцко-середняцких слоев при землеустройстве, в работе кооперации и т.п. Наконец, Бухарин высказал­ся в поддержку давно обсуждавшегося решения о лишении кулака права го­лоса в земельных обществах67 — в крестьянских общинах. «Наступление вместе с середняком на кулака»6** само по себе должно было служить гаран­тией его «мирно-хозяйственного» характера.
В бухаринской интерпретации и была принята политика наступления на кулачество на XV съезде ВКП(б). Речь шла о том, чтобы «развивать даль­ше (!) наступление на кулака и принять ряд новых мер, ограничивающих раз­витие капитализма в деревне»69. В самой формулировке подчеркивалась пре­емственность политики до и после съезда. В решениях разъяснялось, что ог­раничение роста капиталистических элементов призвано обеспечить их отно­сительное сокращение при «возможном еще абсолютном росте». Сущность де­ревенской политики и здесь формулировалась в позитивном плане: «постоян­ное повышение материального и культурного уровня жизни беднейшего и среднего крестьянства при решительном ограничении эксплуататорских тен-
47
денций кулака»70. Ни в бухаринской постановке вопроса, ни в съездовских решениях не было ничего, что сулило бы через месяц-другой применение «чрезвычайных мер» — насильственного изъятия продукции, а подчас и средств производства, обысков, арестов и судов...
Хлебозаготовительный кризис зимы 1927 — 1928 г., конечно, создавал уг­розу планам промышленного строительства, осложнял экономическое положе­ние и в городе, и в деревне. Этим объясняется заявление Н.И.Бухарина на пленуме ЦК в июле 1928 г. о том, что «мы вынуждены были прибегнуть к чрезвычайным мерам». Однако там же содержится и заявление о том, что «мы могли бы прибегнуть к другим рецептам, если бы подумали гораздо раньше об этом, на несколько месяцев раньше...» (док. № 117). Думается, что предпо­лагавшееся в июле —августе 1927 г. повышение цен на основные зерновые культуры могло бы послужить «рецептом», если не решения проблемы, то во всяком случае ее смягчения и, главное, сохранения доверия к политике хлебо­заготовок в крестьянской среде.
По доступным источникам нет возможности конкретно проследить дейст­вительное отношение Бухарина и Рыкова к практике чрезвычайных мер на первоначальном этапе. Однако то немногое, что отразило их позицию в офи­циальной документации, в сборник включено и отражает наличие двух линий мероприятий, наметившихся с самого начала в виде двух комплексов дирек­тив — от 24 декабря 1927 г. и от 5—14 января 1928 г. Первый из них, как мы видели, включал главным образом систему экстренных экономических мер, не разрушавших нэп, второй — был ориентирован на решительное и преимуще­ственное использование административно-репрессивных мер. 20 января СТО, председателем которого был А.И.Рыков, принял постановление о плане хле­бозаготовок на январь —март и о разработке мер по их усилению. В то же время Госплан СССР и союзный Наркомторг обязывались представить в пер­вой половине марта доклады «о подготовке хлебной кампании 1928/29 г.», причем «специально разработать вопросы об усилении стимулов предложения хлеба и о методах заготовок хлеба» (док. № 59).
13 февраля опросом членов Политбюро был принят текст директивного письма местным парторганизациям «Первые итоги заготовительной кампа­нии...», о противоречиях в содержании которого уже говорилось. В публику­емом документе сообщается, что проект директив был выработан «комиссией т. Рыкова» (см. док. № 70). Ознакомление с материалами к данному заседа­нию Политбюро обнаруживает, во-первых, состав комиссии — Рыков, Ста­лин, Молотов, Микоян и Бухарин, голосование в которой заведомо обеспечи­вало одобрение сталинской позиции, а на деле и единогласие, во-вторых, со­хранившиеся тексты документа, подготовленные Микояном не несут никаких следов участия других членов комиссии71. Между тем, цитированные выше слова Молотова на совещании 24 апреля 1928 г. в ЦК о том, что они «не могли пойти на расширение применения 107 статьи» относятся именно к текс­ту директив, разработанных комиссией Рыкова и повысивших норму непод­судных хлебных запасов в крестьянском хозяйстве с 1 800 до 2 000 пудов. На­конец, разосланные в конце марта распоряжения НКЮ и ОГПУ о необходи­мости исправления и недопущении впредь «перегибов и извращений» при проведении хлебозаготовительной, налоговой и т.п. кампаний, отражали пози­цию Рыкова, как главы правительства СССР.
Коренные расхождения в позициях Н.И.Бухарина и И.В.Сталина открыто выявились при первом же обсуждении итогов трудной зимы 1928 г. на апрель­ском пленуме ЦК ВКП(б). Характер и объем настоящего издания не позволя­ют публиковать материалы партийных пленумов. В данном случае мы можем оценить столкнувшиеся позиции по выступлениям Бухарина и Сталина после
48
апрельского пленума, опубликованным «Правдой» 18 и 19 апреля. Для Ста­лина кризис хлебозаготовок объясняется выступлением выросшего и окреп­шего в условиях нэпа кулачества против Советской власти, так же как «шахтинское дело» (первый неправедный судебный процесс над «вредите­лями») было якобы свидетельством выступления против Советской власти технической интеллигенции — агентуры мирового капитала. Вообще все трудности создавались врагами. «Мы имеем врагов внутренних. Мы имеем врагов внешних. Об этом нельзя забывать ни на одну минуту», — так фор­мулировался обобщающий сталинский вывод о том, что происходило в стране. Соответственно этому, средства преодоления трудностей заключались в беспо­щадном уничтожении «классовых врагов», среди которых на первом месте стояли кулаки72.
Бухарин при анализе тех же явлений делал акцент на имевшихся недостат­ках и ошибках в работе власти: «Мы знаем, что главнейшие рычаги хозяйст­венного воздействия находятся в наших руках и овладение этими рычагами делает нас непобедимыми с точки зрения внутренних отношений, если только мы не будем делать крупных ошибок. Кулак же представляет опасную силу в первую очередь постольку, поскольку он использует наши ошибки». Уроки зимы 1928 г. он видел в том, что она выявила недостатки, лежащие в сфере управления обществом — «в нас самих»7^. Отсюда и альтернатива: сталин­ской линии перенесения центра тяжести на насилие в борьбе с врагами (если их не было, то они создавались с помощью чрезвычайных мер и «дел» вроде «шахтинского»), на административно-волевые методы вообще противостояла бухаринская линия на совершенствование работы партии и государства, на осуществление индустриализации страны и кооперирование сельского хозяй­ства в меру созревания объективных и субъективных условий, при сохранении и совершенствовании экономического механизма, складывавшегося в годы нэпа.
Первое открытое изложение двух принципиально различных позиций не привело к корректировке партийно-государственной политики. Напротив, ста­линское выступление послужило идеологическим обоснованием для новой волны «чрезвычайщины», еще более разрушительной и еще менее результа­тивной, вызвавшей в разгар весенних посевных работ резкое усиление крес­тьянских протестов, а вместе с тем и рост критических настроений в партии. Письмо Фрумкина было лишь одним из проявлений критики в адрес новой политики. Еще более выразительным было письмо Бухарина Сталину от 1 — 2 июня 1928 г.: «...мы и вся партия, — говорилось там, — не имеем никакого целостного плана. Действуем, хуже, чем сверхэмпирики грубейшего образца». Из письма мы узнаем, что Бухарин «делал робкие попытки еще до пленума (апрельского — В.Д.) поставить общие вопросы. Их провалили». Он конста­тирует, что чрезвычайные меры «уже превратились, переросли в новую поли­тическую линию, отличную от линии XV съезда». В этой связи давался пере­чень важнейших вопросов, без ответа на которые невозможно проведение сколько-нибудь продуманной политики. «Если все дело в кулаке, то как же с 900 миллионами, которые теперь признаются мифическими? — спрашивал Бухарин. — А если хлеба у нас вообще мало, то как же нас «регульнул» кулак? Если все спасение в колхозах, то откуда деньги на их машинизацию? И правильно ли вообще, что колхозы у нас должны расти на нищете и дроб­лении? Остается ли курс на вовлечение мелких сбережений или устарел? На подъем индивидуальных хозяйств или это тоже устарело? В чем ошибка Ив. Ник. Смирнова, которую ты критиковал в свое время, в свете новых фактов? И т.д. и т.п.»74.
49
Перед нами узловые вопросы аграрной политики, решение которых пред­определяло весь ход общественного развития, все направления и сам характер деятельности партии и государства. Вопросы, которые ставил Бухарин, уже содержали в себе вполне определенные ответы, ибо они относились к выявив­шимся и стремительно нараставшим противоречиям осуществлявшейся поли­тики — противоречиям с действительным положением в стране. К июлю 1928 г. даже тем, кто не знал истории с хлебофуражным балансом, стало ясно, что «хлеба у нас вообще мало» и что кулацкая «хлебная стачка» не могла породить кризис хлебозаготовок, а тем не менее сталинская установ­ка на борьбу с кулаком и на коллективизацию становилась определяющей генеральную линию, отодвигала в сторону и даже отменяла и развитие ко­операции («курс на вовлечение мелких сбережений») и «подъем индивиду­альных хозяйств». С этим именно связан и вопрос об ошибке И.Н.Смирнова, выдвигавшего еще в 1925 г. предложение о переходе к коллективизации крес­тьянских хозяйств, подвергшегося сокрушительной критике со стороны Ста­лина и исключенного из партии в конце 1927 г. как активного деятеля «объ­единенной оппозиции».
Не получил Бухарин ответа на свои вопросы, не были услышаны и его на­стоятельные предложения разработать план «кампании к осени», т.е. план проведения хлебозаготовок, осеннего сева и т.п.
В сборнике помещены обширные тексты выступлений Сталина, Бухарина и Молотова на июльском пленуме ЦК ВКП(б). Это исключение из общего правила связано прежде всего с тем, что завершался первый акт деревенской трагедии, на пленуме были приняты меры к возрождению новой экономичес­кой политики и нормализации обстановки в деревне. Из названных трех вы­ступлений раньше было опубликовано только сталинское, да и то в сильно со­кращенном и исправленном виде. Выступления Бухарина и Молотова ранее не публиковались.
Казалось, восторжествовала позиция Бухарина и его сторонников: отменя­лись чрезвычайные меры, подтверждалось сохранение нэпа, прежде всего ус­тановки на подъем мелких и средних индивидуальных крестьянских хозяйств, на широкое использование и развитие товарно-рыночных связей в экономике. Были даже повышены (хотя и незначительно) заготовительные цены на хлеб. Большая часть резолюции пленума «Политика хлебозаготовок в связи с общим хозяйственным положением»7^ была написана рукой Бухарина. Одна­ко, как потом с горечью писал он сам: «Резолюция июльского пленума — в части отношения к индивидуальному середняцко-бедняцкому хозяйству — на деле осталась только «литературным произведением»76.
Во-первых, уже на самом пленуме сталинской группе удалось выхолостить критику своей политики в деревне, представить эту критику излишне заост­ренной и чрезмерной. Особую роль в этом сыграли сталинские назначенцы с мест — секретари краевых и областных партийных комитетов зерновой поло­сы, выступившие с ответом на «разговоры» об ухудшении настроений в дерев­не, доходившем до открытых демонстраций и вооруженных восстаний, о на­чавшемся сокращении посевных площадей под зерновыми культурами. А.А.Андреев, ничего фактически не отрицая, заявлял, что «все товарищи, ра­ботающие со мной на Северном Кавказе», не считают возможным «делать какие-нибудь пессимистические выводы насчет того, что мы имеем в деревне... будто бы какой-то сплошной антисоветский фронт». Он разъяснял, что «обо­стрило у нас положение» не насилие при проведении хлебозаготовок, а «гро­мадное поражение озимого клина» (в результате вымерзания посевов бесснеж­ной зимой). М.М.Хатаевич решился на прямое очковтирательсто, утверждая, что в средневолжской деревне после чрезвычайных мер все стало «много
50
лучше, чем в прошлом году», что в целом по области «посевные площади... выросли на 15,6%, а в Оренбуржье — на 30%». В этом же духе высказались Б.П.Шеболдаев (Нижняя Волга), Ф.И.Голощекин (Казахстан) и некоторые другие77. Критике «чрезвычайщины» противостояла не сила логики аргумен­тов и фактов, а сила дезинформации и «организационной машины».
Во-вторых, с самого начала «революции сверху» выявилась одна из важ­нейших особенностей сталинской политики: на практике осуществлялось от­нюдь не то, что было принято руководящими (по уставу) партийными органа­ми. Именно в связи с судьбой решений июльского пленума ЦК Бухарин за­явил на заседании Политбюро ЦК и Президиума ЦКК 30 января 1929 г., что «фактическая линия проводится вопреки этим резолюциям, по инструкциям и речам товарищей, по-своему понимающих обстановку» (док. № 156).
В речи Сталина на июльском пленуме, где говорилось об отмене чрезвы­чайных мер, как о чем-то само собою разумеющемся, было дано идеологичес­кое обоснование их неизбежности и необходимости, предопределившее глав­ное содержание всей последующей сталинской политики в деревне. Во-пер­вых, сохранение и использование в целях индустриализации страны «ножниц цен», при которых крестьянство «переплачивает на сравнительно высоких ценах на товары от промышленности... и недополучает на ценах на сельскохо­зяйственные продукты... Это есть добавочный налог на крестьянство в инте­ресах подъема индустрии, обслуживающей всю страну, в том числе и крес­тьянство. Это есть нечто вроде "дани", нечто вроде сверхналога...» (док. № 117). Истинный смысл сталинского «лозунга дани», взимаемого с крес­тьянства в пользу индустриализации, был проанализирован в заявлении Буха­рина от 30 января и заявлении Бухарина, Рыкова и Томского от 9 февраля 1929 г. Бухаринская расшифровка дани как «военно-феодальной эксплуата­ции крестьянства» была и теоретически, и политически вполне обоснован­ной. В самом деле, нельзя иначе назвать систему изъятия продукции у самостоятельного производителя посредством насильственных (вплоть до применения военной силы) заготовок и обложения непосильными налога­ми. «Дань есть категория, ничего общего не имеющая с социалистическим строительством», — утверждал Бухарин. Эта принципиальная оценка по­лучила дальнейшее развитие в заявлении трех: «Дань есть категория экс­плуататорского хозяйства. Если крестьянин платит дань, значит он данник, эксплуатируемый и угнетенный, значит он, с точки зрения государства — не гражданин, а подданный». Обращалось внимание на то, что Сталин «не толь­ко приравнял отношения пролетариата и крестьянства к отношениям эксплуа­таторского типа, но взял наиболее жесткую форму эксплуатации («дань») (док. № 156 и 157).
Бухарин и его сторонники понимали, что в условиях индустриализации крестьянину неизбежно приходится переплачивать в пользу промышленнос­ти — «это возможно будет еще долгое время, хотя мы должны напрячь все усилия к быстрой ликвидации такого положения». В заявлении трех напоми­нались ленинские определения тягот деревни в пользу города как «ссуды», «кредита», подлежащих оплате78, и решительно отвергалась система дани. «Можно ли соучастие крестьянства в строительстве промышленности обозна­чать как дань?», — спрашивали они. И отвечали: «Это вздорно, неграмотно и политически опасно. Какой же союз с середняком можно наладить, если считать его за данника?... Если смотреть на дело с точки зрения дани, тогда, разумеется, нечего заботиться ни о мере обложения, ни о снабжении деревни и т.д.». Лозунг дани, отмечалось в заявлении, воспринимался «как идеологи­ческое увековечивание» чрезвычайных мер (док. № 157).
51
Второе идеологическое «открытие» Сталина на июльском пленуме ЦК ВКП(б) состояло в утверждении о все большем обострении классовой борьбы на пути общества к социализму: «...по мере нашего продвижения вперед, со­противление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться, а Советская власть, силы которой будут возрастать все больше и больше, будет проводить политику изоляции этих элементов, поли­тику подавления сопротивления эксплуататоров, создавая базу для дальней­шего продвижения вперед рабочего класса и основных масс крестьянства» (док. № 117).
Истинная суть сталинского «открытия» была понята и обнажена во всей ее неприглядности Н.И.Бухариным. Приведем здесь его высказывание по этому поводу из речи на апрельском Пленуме ЦК в 1929 г.: «Это странная — чтобы не сказать больше — «теория»... провозглашает такой тезис, что чем быстрее будут отмирать классы, тем больше будет обостряться классовая борьба, кото­рая, очевидно, разгорится самым ярким пламенем как раз тогда, когда ника­ких классов не будет!» Говорил Бухарин и о том, к каким действительным последствиям неизбежно ведет сталинская политика обострения классовой борьбы: «... у самых ворот социализма мы, очевидно, должны или открыть гражданскую войну, или подохнуть с голоду и лечь костьми»79. Этот вывод был, к сожалению, пророческим: сталинская «революция сверху» сопровож­далась и фактической гражданской войной против крестьянства, и голодом, унесшим миллионы жизней.
Обстоятельность характеристики документов сборника о хлебозаготовках зимы и весны 1928 г., явившихся первым актом деревенской трагедии, связа­на с тем, что в них с достаточной конкретностью и ясностью раскрываются и складывание критической ситуации в деревне, и намечавшиеся варианты ее преодоления, и ввод в действие командно-репрессивного механизма, и взаимо­действие «чрезвычайных мер», «головотяпства мест» и «перегибов»... Все то новое и в жизни, и в языке деревни, что мы привыкли связывать с событиями начала 1930 г., мы находим в документах, относящихся к началу 1928 г. И от­нюдь не в зародышевом состоянии, хотя масштабы их в 1928 и 1930 гг. были, естественно, совершенно различны. Ставшая сразу знаменитой 107 статья УК положила начало раскулачиванию в деревне. И хотя после июльского плену­ма многие из пострадавших возвратились домой и смогли вернуть часть кон­фискованного имущества, они не смогли в полной мере восстановить свое хо­зяйство. Раскулачивание началось...
Последующие комплексы документов, связанных с хлебозаготовками, мы не имеем возможности рассматривать с подобной обстоятельностью. Мы вер­немся к ним в связи со следующим этапом раскулачивания в апреле—июне 1929 г. Здесь же перейдем к краткой характеристике документов о коллекти­визации крестьянских хозяйств, которой было суждено в дальнейшем — с зимы 1929—1930 гг. — стать основой всей деревенской трагедии.
Советской историографии официальной идеологией была навязана связь широкого развертывания колхозного строительства с решениями XV партсъез-да, который даже именовался «съездом коллективизации» (по аналогии с XIV съездом — «съездом индустриализации»). На самом деле более позднее определение принятых XV съездом решений по вопросам сельского хозяйства как «курса на коллективизацию» просто приводило трактовку этих решений в соответствие с последующей практикой и придавало решительность и главен­ствование тому, что в решениях съезда занимало достаточно скромное место. Речь шла о более широком и направленном кооперативном развитии деревни «как через процесс обращения, так все больше и через реорганизацию и объ­единение самого производства — в крупное обобществленное хозяйство на ос-
52
нове новой техники (электрификация и т.д.)». Съезд отдавал себе отчет в том, что в реальной деревне налицо имелись лишь «ростки обобществленного сельскохозяйственного труда»^0.
По данным кооперативных организаций, на 1 октября 1927 г. по Союзу ССР имелось 17 267 колхозов (товариществ по общественной обработке земли, артелей и коммун), объединявших до 400 тыс. крестьянских хозяйств (около 1,5% их общего количества). Ростки обобществленного труда имелись и в более широкой сети простейших производственных кооперативов — ма­шинных, семеноводческих, мелиоративных и др. Официально зарегистриро­ванных товариществ этого типа насчитывалось 18 555, а участвовавших в них крестьянских хозяйств — 700 тыс. (около 3%)81. В условиях экономического роста, механизации труда, внедрения интенсивной агрикультуры простейшие производственные кооперативы могли послужить своеобразной переходной формой между мелкими единоличными хозяйствами и крупными коллектив­ными. Однако для этого нужно было время и значительные средства, особен­но для технического переоснащения крестьянского труда.
В условиях социально-экономического расслоения деревни, которое не могло быть устранено уравнительными переделами земли и мерами государст­венной помощи, коллективные формы хозяйства привлекали в наибольшей мере бедняцкие слои населения, не имевшие или почти не имевшие необходи­мых средств производства, рабочего скота в первую очередь. Вполне естест­венно, что колхозное движение в послереволюционной деревне имело специ­фический бедняцкий облик. Это обстоятельство определило и постановку кол­хозного вопроса в документах Комиссии по подготовке тезисов о работе в де­ревне для XV партсъезда. Речь шла не о самостоятельной, а тем более не о главной задаче аграрной политики, а о подготовке «условий к более широко­му развитию коллективизации и крупного хозяйства в деревне». Из целевых установок организации колхозов называлось прежде всего «ограничение капи­талистической эксплуатации», относящейся именно к беднейшим слоям насе­ления (см. док. № 11 и 12).
Курс на коллективизацию вырастал из практики «чрезвычайных» хлебоза­готовок и с самого начала был подчинен их задачам, а не задачам глубочай­шего преобразования условий жизни и труда основной массы населения, ее перехода к новым общественным отношениям (см. док. № 70, 71, 73 и др.). Характерно, что команда о создании новых и о включении существующих колхозов в практические задачи местных организаций была дана в директив­ном письме ЦК «О весенней посевной кампании» от 1 марта 1928 г. И дана была директива о коллективизации на языке «чрезвычайщины»: «ЦК подчер­кивает, что вся работа местных парторганизаций по проведению посевной кампании будет расцениваться в зависимости от успехов в деле расширения посевов и коллективизации крестьянских хозяйств» (см. док. № 74).
Приравнивание весенней посевной кампании 1928 г., включая организа­цию колхозов, к «чрезвычайным» хлебозаготовкам в работе партийно-госу­дарственного аппарата подтверждается прежде всего конкретной практикой — главным средством решения задач и здесь был нажим (при некоторых разли­чиях в его форме и степени). Приведем свидетельство из Сталинградской гу­бернии: «...заведующий Котельниковским районным земельным отделом за­явил: "Что ни день, то телеграмма от окружного земельного управления и по партийной линии — создавай колхозы. Ну и гнали в ударном порядке. Вот теперь и расхлебывай". Многие из них "[не]надежны", останется от них малая часть. Одного агронома представитель окружного земельного управления так информировал: "Раз по плану стоит организовать шесть артелей, так надо и организовать. Если уже на крайний случай из шести пять развалятся, то все
53
же одна останется"» (см. док. № 131). Немало подобной информации посту­пало и из других районов страны.
Важно, однако, отметить, что «чрезвычайщина» весенней посевной кампа­нии и ставшая ее частью организация колхозов, не была всего лишь практи­кой мест. Она была не только порождена партийной директивой, но даже юридически оформлена специальным циркуляром Наркомюста РСФСР (а значит и аналогичными документами юридических ведомств других респуб­лик). Совершенно секретный циркуляр «О работе органов юстиции в период весенней посевной кампании» от 19 марта 1928 г. требовал «...такого же темпа работы, такой же мобилизации всех сил, как и при проведении хлебозагото­вительной кампании... Необходимо вести решительную борьбу со всеми слу­чаями расхлябанности, волокиты и бездействия в органах, на которые возло­жено непосредственное проведение и обслуживание кампании (земорганы, ко­оперативы, общества сельхозкредита и т.п.).
...Применяйте те же методы (!) выявления преступной небрежности и раз­гильдяйства советских органов и антисоветской работы кулачества и обеспечь­те четкую работу судебно-следственных органов в смысле быстрого продвиже­ния дел и применения надлежащей репрессии». Этот красноречивый документ был подписан наркомом юстиции и главным прокурором республики Н.М.Ян-соном (док. № 79. См. также док. № 82, 96, 97, 107). В этом ряду докумен­тов должно быть названо и постановление Наркомторга СССР от 14 мая 1928 г., устанавливавшее, что «все товарные излишки колхозов (как и совхозов. — В.Д.) по зерновым культурам рядового посева и маслосеменам урожая 1928 г.» должны сдаваться кооперативным центрам, работающим по договорам с госза­готовителями (док. № 100). Ознакомление с этими документами и сведениями о том, что происходило тогда в деревне, объясняет и распространенные в пар­тийной среде требования «Вернуться к XIV и XV съездам» (док. № 110 и 134), и связь курса на коллективизацию с хлебозаготовками, сразу же придав­ших «чрезвычайный» характер и работе по организации колхозов.
В советской историографии, в том числе и пишущим эти строки, 1928 — 1929 гг. выделялись в «период непосредственной подготовки коллективиза­ции», которому уделялось особенное, может быть наибольшее внимание, по­скольку «перегибы и извращения» еще не приняли характер прямого насилия и не исчерпывали практики колхозного строительства, поскольку еще сохра­нялся известный простор для поиска путей и форм организации крупного кол­лективного производства в сельском хозяйстве. «Чрезвычайщина» оказывала, конечно, извращающее влияние, но, тем не менее, еще продолжалось развитие кооперации, широко использовались возможности организации простейших производственных объединений и различных форм коллективного хозяйст­ва— тозов, артелей и коммун. Начавшееся создание тракторных колонн и ма­шинно-тракторных станций открывало пути ускорения технического перево­оружения сельскохозяйственного труда.
Не удивительно, что и в исследованиях, и в документальных публикациях кооперативно-колхозное строительство 1928—1929 годов получило довольно широкое, а с учетом литературы 80 —90-х годов и разностороннее освещение. В Приложении к настоящему сборнику дана полная библиография докумен­тальных изданий по истории коллективизации за последние 40 лет. Обраще­ние к названным там публикациям дает большой конкретный материал о росте, «приливах и отливах» колхозного движения в 1928 — 1929 гг. Это по­зволило составителям ограничиться включением в настоящий сборник обобща­ющих документов, дающих представление о ходе и результатах процесса кол­лективизации в целом. Для 1927/28 г. это — доклад НК РКИ СССР прави­тельству о состоянии и перспективах колхозного строительства от 11 сентября
54
1928 г. и Сводка материалов Отдела по работе в деревне ЦК ВКП(б) по этой же теме, датируемая по их содержанию концом октября 1928 г. (док. № 124 и 131). Их отличает полнота (на соответствующую дату) и достоверность све­дений, аналитический характер содержания, затрагивающего не только вопро­сы объединения крестьян в колхозы, но и организации их производства. От­метим в этой связи особенность документальных источников о коллективиза­ции в 1928 — 1930 гг., да и в последующие годы: и составители документов, и те, кому эти документы были адресованы, интересовались тогда почти исклю­чительно объединением крестьянских хозяйств в колхозы и практически утра­чивали к ним интерес как только крестьянин проходил через колхозные воро­та. Поэтому так мало отложилось в архивах и библиотеках материалов о внут­ренней жизни колхозов тех лет, даже об их производственной деятельности, об организации труда и распределения.
Документы 1928 г. еще несут в себе заряд серьезной критики практики и результатов осуществляемой политики. В первом из названных документов мы находим очень важный вывод о том, что главнейшей задачей на дальней­шее должно быть не создание новых колхозов, не увеличение их численности, а «организационное и хозяйственное закрепление всех организованных до сего времени коллективных объединений... Но если мы этого не сделаем, мы рискуем скомпрометировать самую идею коллективизации в глазах крестьян­ства и на долгие годы затормозить дальнейшее развитие колхозного стро­ительства» (док. № 124). То же можно прочесть и во втором документе: «Если мы не закрепим достигнутых в этом году успехов, то можем подорвать и дальнейший количественный рост коллективизации» (док. № 131). Допол­нением к этим, основным по колхозной теме, документам является справка об организации и работе кооперативных тракторных колонн в 1928 г., убедитель­но продемонстрировавших эффективность связи хозяйственной реорганизации с технической реконструкцией, перспективу создания действительно крупного коллективного хозяйства на новой машинно-тракторной базе (см. док. № 135).
Особенное место среди документов этой группы занимает «Докладная за­писка Отдела о работе в деревне ЦК ВКП(б) о взаимоотношениях сельсоветов и земельных обществ» (октябрь 1928 г.). Как известно, земельное общество 20-х годов представляло собой традиционное российское сельское общество — крестьянскую общину, из ведения которой были исключены и переданы сель­скому совету функции местного управления и налогового обложения. Фор­мально в ведении земобществ оставалось регулирование землепользования крестьянских хозяйств, объединенных соседством по селениям или группам селений. В действительности же использование земли как основы крестьян­ского хозяйства придавало решающее значение в сельской жизни именно об­щине. Не случайно, в дореволюционное время, когда община была универ­сальным органом местного крестьянского самоуправления, интегрированным к тому же в систему государственного управления, ее чаще всего называли зе­мельной. В публикуемом документе сельсоветы в массе своей характеризуют­ся «как административный орган» (точнее было бы сказать как фискально-ад­министративный), а земобщества «как хозяйственная организация», что уси­ливает ее «влияние и на разрешение других нехозяйственных вопросов, созда­вая порой своеобразное положение "двоевластия" и даже "подменяет непосред­ственную работу сельсоветов"» (док. № 132).
На протяжении 1927—1928 гг. был осуществлен ряд государственных ме­роприятий, направленных на подчинение земобществ сельсоветам, в частнос­ти, уже упоминавшееся решение о передаче средств самообложения (одного из источников общинных средств) в распоряжение сельсоветов. Докладная за-
55
писка Отдела по работе в деревне была представлена Оргбюро ЦК ВКП(б) в связи с подготовкой «Основных начал землепользования и землеустройства», которые радикально облегчали переход к колхозному землепользованию и обеспечивали ему значительные преимущества. В числе нововведений не пос­леднее место занимало прямое подчинение земобществ сельсоветам, которым поручалось «руководство работой», «утверждение постановлений» и т.п. В декабре 1928 г. «Основные начала...» стали законом8"*.
Как свидетельствует рассматриваемый документ, уже осенью 1928 г. в среде партийно-государственного руководства выдвигается требование «немед­ленной ликвидации земобществ». В этом нет ничего удивительного: община как самоуправляющееся соседское объединение крестьян всегда служила орга­низацией их самозащиты в отношениях с государством, даже будучи интегри­рованной в систему государственного управления, как это было в дореволю­ционной России. «Чрезвычайщина» во всех ее видах (хлебозаготовки, сборы налогов и самообложения, распространение госзаймов и т.п.) с самого начала столкнулась с сопротивлением, которому община придавала организованный характер. Именно сходы, в которых на равных правах участвовали все члены земельных обществ, были местом массовых выступлений против насильствен­ных действий власти. Рост массовых крестьянских выступлений, обнаружив­шийся с самого начала 1928 г., поставил перед сталинским руководством про­блему ликвидации земобществ, также как в 1905 — 1907 гг. активная роль об­щины в революционном крестьянском движении вызвала антиобщинную аг­рарную реформу Столыпина. Тем более важно отметить осторожную позицию Отдела по работе в деревне, выступившего против «немедленной ликвидации земобществ, выполняющих определенные полезные хозяйственные функции», и пытавшегося ставить «конкретные задачи по использованию земельного об­щества, в значительной мере связанного с общинным землеиспользованием, в целях усиления производственного кооперирования путем все большего внед­рения в деревне кооперативной формы обслуживания тех хозяйственных нужд, которые ныне обслуживаются земельным обществом» (док. № 132)... Подобные проекты можно было предлагать осенью 1928 г., когда еще никто не предполагал возможность «сплошной коллективизации» и «ликвидации ку­лачества как класса». В 1930 — 1931 гг., когда развернулась коллективизация по-сталински, земельные общества были ликвидированы83.
Записка Отдела по работе в деревне представляет значительный интерес в свете давних споров о роли крестьянской общины в коллективизации сельско­го хозяйства: являлась ли община ступенью «для перехода в высшую форму» и даже «опорным пунктом социалистического преобразования сельского хо­зяйства», или же ее сущность как традиционной соседской организации крес­тьян вступила «в непримиримое противоречие с революционным характером и темпом ломки единоличного крестьянского землепользования». При этом, ес­тественно, не отрицалось значение «традиции коллективизма и взаимопомо­щи, простейших форм трудовой кооперации» и т.п.8** Сейчас мы добавим к ним еще такой мощный фактор как общинный архетип русской ментальности. Однако ничто из сказанного не сделало крестьянскую общину ни исходной, ни тем более переходной формой коллективизации крестьянских хозяйств по-сталински.
Документы осени 1928 г., подводившие итог первой кампании по коллек­тивизации и сформулировавшие уроки практического опыта, были проигнори­рованы. Их просто не заметили. Установка на форсирование коллективизации посредством нажима не только сохранилась, но усиливалась, не считаясь с возможностями технического и агрикультурного развития, а главное — с го­товностью самих крестьян к объединению в коллективном хозяйстве.
56
Итогам коллективизации к осени 1929 г. посвящены заключительные до­кументы сборника, среди которых мы не могли не дать извлечения из знаме­нитой статьи И.В.Сталина «Год великого перелома» (док. № 265). В прямом противоречии с действительностью там утверждалось, что в колхозы пошел середняк, что началось «массовое колхозное движение», свидетельствующее об уже свершившемся «великом переломе», хотя по данным ЦСУ, на 1 октяб­ря 1929 г. в колхозах состояло всего 7,6% крестьянских хозяйств85. Сталин­ская статья определила содержание доклада Г.Н.Каминского «Об итогах и дальнейших задачах колхозного строительства», а еще более выступления В.М.Молотова на ноябрьском пленуме ЦК ВКП(б) 14 — 15 ноября 1929 г. Мо­лотов заявил, что летом 1930 г. «коллективизирован будет Северный Кавказ, и не одна только эта область», а «основные наши районы»..., что успешные хлебозаготовки позволили создать «хлебный запас» («90 млн пудов хлеба в неприкосновенном запасе», то есть сверх необходимых годовых расходов!), что весной 1930 г. «мы будем иметь исключительно благоприятный для сель­ского хозяйства период, такой период, который у нас еще не бывал». Со странным пафосом он восклицал: «...вы подумайте, если большевистская пар­тия будет направлять все свои силы на посевную кампанию. Это будет черт его знает, что такое!» (см. док. № 270—271).
Тем не менее на пленуме прозвучала и реалистическая информация: С.И.Сырцов, тогда еще весьма активный сторонник сталинской политики (но скоро оказавшийся в оппозиции), в своем выступлении привел свидетельства с мест, в частности из Хоперского округа — первого округа сплошной коллек­тивизации, о «перегибах и извращениях» при организации колхозов. Сообще­ние о практике начинавшейся «сплошной коллективизации» было прервано сталинской репликой: «Что же Вы хотите, все "предварительно" организо­вать?» (курсив мой. — В.Д.) (док. № 272).
Этой знаменательной фразой из стенограммы ноябрьского пленума ЦК ВКП(б) заканчивается последний документ, публикуемый в настоящем сбор­нике. Она очень точно подводит черту прошедшему времени и обозначает на­чало новому. В самом деле, нэп со стихией рыночных отношений требовал «предварительной организации» кооперативного развития, создания целой лестницы переходных ступеней на пути крестьян от мелкого индивидуального хозяйства к крупному коллективному. Политика командно-репрессивной сис­темы при решении задач, даже если они связаны с судьбами миллионов людей, в «предварительной организации» не нуждалась. Она представляла собой крайний вариант волюнтаризма.
Сталинское объявление «Великого перелома» не подводило итогов году минувшему — 1928/29-му, а декларировало ломку жизни страны в году пред­стоящем — 1929/30-м, которому в нашем издании посвящен следующий том. Что же касается 1928/29 г., то он был прямым продолжением и нагнетанием той «чрезвычайщины», которая ведет свое начало с первых дней января 1928 г. Ослабление государственного насилия над крестьянством после июль­ского пленума ЦК выразилось в некотором повышении заготовительных цен на хлеб, освобождении из мест заключения середняков и бедняков, осужден­ных по статье 107 УК, а также в повторяющихся циркулярах НКЮста о не­допущении нарушений законности в практике хлебозаготовок (см. док. № 118, 120, 126 и др.). Однако даже в относительно благополучные первые месяцы хлебозаготовок из урожая 1928 г. «перегибы и извращения» не пре­кращались, о чем свидетельствовали и повторяющиеся циркуляры юридичес­ких органов, и продолжающиеся массовые крестьянские выступления с про­тестами, которые без крайней необходимости не случаются.
57
«Чрезвычайщина» продолжала тяготеть над крестьянством. И после июль­ского пленума ЦК оно не поверило в перспективность индивидуального хозяй­ствования и стало свертывать производство до уровня потребностей семьи и хозяйства. Об этом свидетельствуют публикуемые в сборнике сводки ОГПУ, обзоры о «крестьянских настроениях» в армии и весьма убедительное письмо Сталину от В.Г.Яковенко — активного участника революции, побывавшего наркомом земледелия РСФСР и сохранившего связи с родным краем (см. док. № 129).
В июле 1928 г. сталинское руководство отменило «чрезвычайные меры» на время и лишь ожидало момента для их возобновления, ничего не предприни­мая для преодоления последствий «чрезвычайщины» и исправления «крес­тьянских настроений». Сознательная бездеятельность власти в практическом осуществлении аграрной политики, принятой на июльском пленуме, вынудила Н.И.Бухарина, А.И.Рыкова и М.П.Томского потребовать отставки накануне пленума ЦК ВКП(б) в ноябре 1928 г. в знак протеста и в качестве последнего средства отстаивания своих позиций. В заявлении от 30 января 1929 г. Буха­рин напоминал о событиях минувшей осени: «Перед ноябрьским пленумом я повторно, в третий, в десятый раз говорил о крайне тревожном положении и с перспективами хлебозаготовок, и с вопросом о посевных площадях, предска­зывая воспроизводство трудностей и даже их обострение, если не сделать уда­рения на хозяйственно-политический мир с середняком. Мне отвечали, что на Украине, например, крестьяне с фонарями, с величайшим энтузиазмом, по ночам распахивают поля, и что только маловеры, паникеры и т.д. думают иначе. Все же удалось и здесь после огромной борьбы принять общую резо­люцию, существенным пунктом которой было место: одной из центральных задач является стимулирование индивидуального бедняцко-середняцкого хо­зяйства. Однако после принятия резолюции (единогласно принятой...) "практика" и вся кампания пошли по другому руслу: вышеупомянутое место «выскочило». О нем "забыли"... В результате... мы имеем значительное сокра­щение озимых (данные ЦСУ — по всему СССР на 5%, по Украине — до 12%) и тяжелейший хлебный кризис, плюс тяжелое положение с иностранными платежами...» (док. № 156).
А.И.Рыков и М.П.Томский присоединились к этому заявлению и тем самым подтвердили сказанное в нем. Еще более обстоятельно и четко проти­воборствующие взгляды на положение в стране и пути дальнейшего развития были изложены в заявлении Бухарина, Рыкова и Томского от 9 февраля 1929 г. Их позиция исходила из последовательно проводимого принципа: «...по отношению к мелким и мельчайшим крестьянским хозяйствам пролета­риат ведет политику не "вытеснения", не "пожирания", не разорения, а подъ­ема и социалистической переделки» (док. № 157). Все их выступления 1928 — 1929 гг. противостояли сталинскому курсу на слом нэпа и широкое ис­пользование административно-репрессивных мер по отношению к крестьянст­ву, отстаивали идеи осуществления социалистических преобразований в инте­ресах трудящихся, их сознательными усилиями.
Будем надеяться на полную публикацию материалов пленумов ЦК ВКП(б) и сопутствующих им материалов за 1928 — 1929 гг., что позволит, на­конец, раскрыть процесс ломки нэпа как экономической системы и как госу­дарственной политики. Изучавшаяся часть документов, опубликованных рань­ше и публикуемых в данном сборнике, позволяет говорить о том, что сопро­тивление группы Н.И.Бухарина имело реальное значение, что именно оно за­держало утверждение в деревне режима «чрезвычайщины» с его катастрофи­ческими последствиями, которые будут раскрываться документами последую­щих томов нашего издания.
58
Новая волна «чрезвычайщины» на хлебозаготовках в деревне стала подни­маться в ноябре 1928 г. после завершения упоминавшегося пленума ЦК с его компромиссными решениями, «навязанными» бухаринской группой. Первая директива о мероприятиях по усилению хлебозаготовок была принята 29 но­ября 1928 г. от имени ЦК и СНК и рассылалась за подписями Рыкова и Ста­лина. По составу намечаемых мероприятий директива не выходила за рамки нэпа (как и цюрупинские от 24 декабря 1927 г.), завершалась напоминанием о совершившемся переходе «в текущую кампанию на нормальные методы за­готовок». И тут же требовала от местных организаций «обеспечить этими ме­тодами во что бы то ни стало выполнение намеченного годового плана хле­бозаготовок» (курсив мой. — В.Д.). Это кричащее противоречие между «нор­мальными методами» и «во что бы то ни стало» снималось конкретным указа­нием: «выполнение намеченного годового плана... может быть обеспечено лишь при безусловном проведении намеченных заготовительных планов на ноябрь и декабрь» {док. № 138). Если учесть, что директива начиналась со­общением о «резком падении заготовок в ноябре» и была датирована 29 нояб­ря, то станет ясно: механизм «перегибов и извращений», не останавливавший­ся и в июле —ноябре, должен был заработать с утроенной энергией.
Еще до общей директивы на места были командированы решением Оргбю­ро ЦК «руководящие работники для временной работы в хлебозаготовитель­ных районах» (док. № 130), на места стали рассылаться циркуляры и распо­ряжения о борьбе с кулацким террором, а затем уже и о проявлении «непоко­лебимой твердости по отношению к дезорганизующим хлебный рынок скуп­щикам и спекулянтам, с применением всех мер, вытекающих из закона», то есть из все той же 107 статьи. В перечне дезорганизаторов хлебного рынка на­звались также «кулак со злостным укрывателем хлеба» (см. док. № 128, 137, 140, 145, 147, 148 и др.). 11 января 1929 г. постановлением СНК СССР и Политбюро ЦК (но уже без личных подписей) годовой план централизован­ных хлебозаготовок был увеличен на 43 млн пудов (док. № 152). 24 января особым (то есть особо секретным) постановлением Политбюро было решено «накопить в продолжении января — апреля 1929 г. секретный неприкосновен­ный фонд в размере 25 млн пудов (пшеница, рожь)». 27 июня также особым постановлением Политбюро в хлебозаготовках из урожая 1929 г. предлагалось увеличить объем этого фонда до 100 млн пудов (док. № 154, 211).
По размаху и силе удара вторая волна «чрезвычайщины» в деревне оста­вила далеко позади первую волну уже в первые месяцы 1929 г. Однако, до политической расправы над «правыми» на апрельском пленуме ЦК и ЦКК*, директивам и циркулярам центральных ведомств была присуща внутренняя противоречивость, связанная с постоянными напоминаниями о «революцион­ной законности», о «недопустимости применения принудительных мер» к бед-няцко-середняцким слоям... Поражение «правых» в партийно-государствен­ном руководстве практически открывало для командно-репрессивной системы полную свободу действий. Правда, ей пришлось затратить некоторое время на устранение формально-юридических помех в виде правовых норм нэповского времени, однако теперь уже не было политической силы, способной защитить это право.
В конце марта на территории Сибири, Урала и Казахстана началась экс­периментальная проверка новых методов хлебозаготовок, воспроизводящих разверстку «твердых плановых заданий» по селениям и разжигающих классо-
Выступления Сталина и Бухарина на апрельском пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) опубликова­ны (см.: Сталин И.В. Соч. Т. 12. М., 1949. С. 1 — 107; Бухарин Н.И. Проблемы теории и прак­тики социализма. М., 1989. С. 253-308).
59
вую борьбу при распределении «поселенного плана хлебозаготовок» между дворами (см. постановление Политбюро «О мерах усиления хлебозаготовок» от 20 марта 1929 г. — примечание № 186). В ряду первых же последствий новых методов оказалось и резкое усиление крестьянского сопротивления, вплоть до массовых протестов (см. док. № 179, 180 и 181). Однако это обсто­ятельство не остановило распространение «урало-сибирских методов» на все районы хлебозаготовок, сопровождающееся резким усилением репрессивного начала в этих методах.
Начало мая ознаменовалось принятием постановления СТО о заготовке в мае, июне и июле, то есть до сбора нового урожая, 55 млн пудов продоволь­ственных культур (рожь и пшеница) «в качестве обязательного минимального задания» (док. № 185). Выполнение «минимального задания» предполагалось обеспечить новыми методами заготовок. Еще до принятия постановления СТО А.И.Микоян разослал по прямому проводу на места, во-первых, предупреж­дение о том, что 7 мая им будут сообщены порайонные задания, и, во-вторых, распоряжение о незамедлительном введении «методов заготовок [на] основе доведения планового задания до села и привлечения сельской бедняцкой [и] середняцкой общественности» к его выполнению. Подробно расписывалось, как надлежало действовать: преподать сверху «точный размер задания каждо­го (!) села» (как это делалось при продовольственной разверстке военных лет); «по принятии общим собранием граждан села... поселенного плана хле­бозаготовок», этим же собранием «выбирается особая комиссия» из бедняцко-середняцкого актива для распределения заданий «по отдельным хозяйствам». При этом «прежде всего выделяется из всей массы крестьянства кулацкая вер­хушка, на которую возлагается определенное обязательство [на] продажу хлеба для выполнения поселенного плана. Остающееся... количество хлеба распределяется между остальной частью крестьянства». Сдатчики, не выпол­няющие наложенное на них обязательство, «должны привлекаться к суду или подвергаться другим видам взысканий (денежный штраф и пр.)» (док. № 184). Как следует из документов, связанных с этим распоряжением, на местах сразу же устанавливался «не судебный, а административный порядок наложения штрафа» и «пятикратный размер штрафа» при отказе от выполне­ния задания (док. № 186, 188, 189 и др.). И то, и другое находилось в полном противоречии с нормами действующего права.
Записка Н.В.Крыленко, ставшего наркомом юстиции и генеральным про­курором РСФСР, в Секретариат И.В.Сталина и его же телеграмма прокуро­рам (док. № 187 и 188) несколько задержали превращение новых методов хлебозаготовок в общую систему. Однако 27 июня 1929 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло специальное решение о признании «целесообразным уста­новление порядка доведения плановых заданий по хлебозаготовкам до отдель­ных сел и деревень» и утвердило подготовленные комиссией Политбюро кон­кретные решения, изложенные в форме принятого в тот же день постановле­ния ВЦИК и СНК РСФСР «О расширении прав местных Советов по содей­ствию выполнению государственных заданий и планов» (док. Л& 210, 212). С этого момента стали законом и административный порядок наложения штрафов и их пятикратный размер «по отношению к наложенной повинности или заданию». И это — «в первый раз», а «во второй раз» — лишение сво­боды и принудительные работы до одного года (док. № 212).
Практика применения новых репрессий, получившая у крестьян название «кратирование», открывала новый этап в процессе раскулачивания, начатый с использования 107 статьи УК РСФСР. Ликвидация хозяйств, попавших в разряд кулацких, приняла открытый и законченный характер, поскольку ни­какое хозяйство не могло выдержать пятикратного изъятия средств, когда и
60
однократное задание для него было непосильным. Следующий шаг в истории раскулачивания состоял в том, что вне связи с выполнением или невыполне­нием того или иного «задания», будут ликвидироваться хозяйства, отнесенные к кулацким, без каких либо дополнительных поводов и мотивов. Это произой­дет очень скоро — в январе — феврале 1930 г.
Рождение и практика «урало-сибирских методов» хлебозаготовок и их ре­зультатов не были предметом специальных исследований ни в советской, ни в постсоветской российской историографии. Тем более важно отметить работу известного японского историка Ю.Таниучи, впервые показавшего их действи­тельную сущность и значение^. Документы нашего сборника дают представ­ление о действительной практике «кратирования» как метода хлебозаготовок и как способа раскулачивания летом и осенью (по октябрь) 1929 г. Процессы хлебозаготовок и раскулачивания слились и стали основным направлением го­сударственного насилия над крестьянством, определявшим все последующее развитие деревенской трагедии. Конфискация хлебных запасов, а часто и про­изводственного имущества, считавшаяся «перегибами и извращениями» мест­ных властей, с введением «кратирования» стала нормой и даже прямым тре­бованием официальной политики.
«Перегибы и извращения» не исчезли и продолжали выполнять уже обна­ружившуюся «регулирующую» функцию в отношениях местной и централь­ной власти. Когда масштабы «перегибов» на местах породили такой поток ин­формации на верх, что не замечать его было уже невозможно, Политбюро в очередном решении «О ходе хлебозаготовок» от 5 ноября 1929 г. поручило Кагановичу и Сырцову «составить проекты писем отдельным районам по от­дельным конкретным случаям», не назначив никаких сроков представления этих проектов (док. Л£ 268), тогда как в считавшихся важными случаях дава­лись сроки не в днях, а в часах.
Нагнетанию обстановки грубого нажима на крестьянство и растущего при­менения репрессий в сильнейшей степени способствовало сокращение плано­вых сроков на проведение хлебозаготовок из урожая 1929 г.: с самого начала местным организациям было предъявлено требование «обеспечить полное вы­полнение плана» в январе (с отсрочкой в отдельных случаях до конца февра­ля), а в конце октября особой директивой ЦК с подписью Сталина был назна­чен более короткий и точный срок — 1 декабря 1929 г. (док. № 223, 224, 260 и др.). В этом же направлении действовало быстрое умножение числа уполно­моченных по хлебозаготовкам из «ответственных работников» областного и краевого масштаба, а частью и из московского центрального аппарата. На ударную кампанию по хлебозаготовкам в мае —июле было мобилизовано 200 человек, а на кампанию, развертывавшуюся в августе — 2 500 человек (док. № 195, 228). Эти уполномоченные, во-первых, служили образцом командно-репрессивного поведения и, во-вторых, руководили деятельностью местных организаций и работников в заданном направлении. А направление было за­дано таким потоком директив ЦК ВКП(б) и Политбюро, какого еще не слу­чалось: от 15 и 29 августа, от 5, 13 и 20 сентября и сразу две от 3 октября (см. док. № 224, 232, 233, 237, 239, 247 и 248). К этому перечню директив следует добавить распоряжения и требования в письмах и телеграммах ЦК республиканским, краевым и областным организациям, циркулярах Нар-комторга, ОГПУ и Наркомюста, наиболее важные из которых публикуются в сборнике.
Специально остановимся на первом постановлении Политбюро — от 15 ав­густа. Оно определило не только общее направление, но и тональность всех последующих директив, а тем самым и деятельности системы партийно-госу­дарственных организаций, связанных с деревней. Первая из них не только от-
61
ражала позицию Сталина, но фактически была и написана им самим, о чем свидетельствует недавно опубликованное его письмо Молотову от 10 августа 1929 г. Основные требования этого письма почти дословно вошли в текст по­становления. В данном случае авторство многое объясняет и поэтому мы при­ведем основные положения именно из письма: «...если мы в самом деле дума­ем кончить заготовки в январе —феврале и выйти из кампании победителя­ми», то должны, прежде всего, «дать немедля директиву органам ГПУ от­крыть немедля репрессии в отношении городских (связанных с городом) спекулянтов хлебных продуктов (т.е. арестовывать и высылать их из хлебных районов), чтобы держатели хлеба почувствовали теперь же..., что хлеб можно сдавать без скандала (и без ущерба) лишь государственным и ко­оперативным] организациям]». По поводу «всех уличенных в конкуренции хлебозаготовителей» и «уличенных в задержке хлебных излишков или прода­же их на сторону руководителей колхозов» предлагалось немедленное от­странение от должности и предание суду. Во всех этих случаях активная роль отводилась О ГПУ87.
Нарастание государственного насилия в форме прямых репрессий (аресты, суды, высылки и т.п.) сопровождалось усилением роли карательных органов, выдвижением на передний план ОГПУ. Если в 1928 г., как мы видели, еще пытались ограничить непосредственное участие ОГПУ в операциях, связан­ных с хлебозаготовками в деревне, то с осени 1929 г. именно этот орган поли­тических репрессий начинает играть главенствующую роль и здесь, причем не в качестве органа защиты от политически враждебных сил и действий, напри­мер, соответствующих форм крестьянского сопротивления. ОГПУ поручается осуществление репрессий в хозяйственной сфере и к тому же против не запре­щенной законом деятельности.
Государственное насилие не могло не вызвать сопротивления и протеста со стороны крестьянства, документальные отражения которых занимают большое место в настоящем сборнике. О них говорят практически все информационные материалы с мест, в особенности сводки ОГПУ. Впервые исследователь полу­чает возможность составить сколько-нибудь целостное представление о крес­тьянском сопротивлении сталинской политике в 1928 — 1929 гг. — о той борь­бе, которая развернулась тогда в основном «на хлебозаготовительном фрон­те» . Советская историография не занималась темой крестьянского сопротивле­ния после перехода к нэпу и в силу идеологических запретов, и по недоступ­ности документальных материалов, полностью засекреченных. Для западной историографии советского общества, напротив, эта тема всегда была одной из важнейших. Накопленный материал и опыт дали весьма ценные результаты, , среди которых следует назвать исследование Л.Виолы крестьянского сопро-' тивления насильственной коллективизации88.
Нужно учитывать, что с самого начала сталинской «революции сверху» все сведения о крестьянском сопротивлении, особенно о массовых протестах, стали строжайше засекреченным достоянием ОГПУ. (Исключение составляли данные о «кулацком терроре», которые, напротив, передавались в прессу как свидетельства классовой борьбы.) Уже 23 января 1928 г. всем полномочным представительствам и губотделам ОГПУ было разослано распоряжение «в случае возникновения групповых или массовых антисоветских выступлений ...[в] связи с хлебозаготовками», во-первых, сообщать в центр «телеграфно» и, во-вторых, «следствие [по] этим делам вести только органам ОГПУ... Дела направлять [в] коллегию ОГПУ» (док. № 52). Аналогичное распоряжение было послано 13 апреля 1929 г. в связи с эспериментальной проверкой «урало-сибирских методов» (см. док. № 180).
62
Крестьянские протесты против насилия наглухо скрывались не только от общественности, но и от членов политического руководства, не входящих в сталинскую группу. Вот очень характерный обмен репликами во время речи Бухарина на июльском пленуме. Приведя сообщения о фактах насилия над крестьянами и крестьянского негодования (демонстрации, обращения к рабо­чим, свыше 150 массовых выступлений и т.п.), Бухарин заключает: «...Факты нужно знать наперед, и каждый такой факт регулировать.
Ворошилов: Кем это отрицается? Кого ты убеждаешь?
Бухарин: Я не знаю, кем это отрицается, но только знаю, что сам я об этом узнал только вчера... Специально для этого дела потребовалось, чтобы я два дня в ГПУ просидел.
Ворошилов: Я об этом знал по долгу службы.
Косиор: За что вы его посадили в ГПУ? (Смех).
Менжинский: За паникерство. (Смех)» ( см. док. № 117).
Число массовых выступлений, как показывает последующая отчетность, оказалось намного больше. Чтобы предупредить попытки итоговых подсчетов по публикуемым документам, как и в целом по документам текущего учета, в данном случае за 1928 — 1929 гг., мы публикуем здесь таблицу из обобщающе­го доклада ОГПУ, подготовленного в марте 1931 г., где содержатся проверен­ные сведения по всей территории СССР (названный доклад будет опублико­ван полным текстом в приложении ко II тому нашего издания).
Крестьянские выступления в 1928-1929 гг.
(по итоговым данным ОГПУ)
Месяцы
Массовые выступления
Террор
Листовки
1928 г.
1929 г.
1928 г.
1929 г.
1928 г.
1929 г.
Январь
10
42
21
642
70
246
Февраль
10
22
48
329
90
129
Март
11
55
23
351
72
222
Апрель
36
159
31
247
66
237
Май
185
179
51
546
64
242
Июнь
225
242
43
851
74
228
Июль
93
95
77
474
61
127
Август
31
69
76
757
46
86
Сентябрь
25
72
103
1167
31
130
Октябрь
25
139
135
1864
58
230
Ноябрь
33
108
216
1295
105
286
Декабрь
25
125
203
570
108
228
Всего за год
709
1307
1027
9093
845
2391
Примечание: За 1926 и 1927 гг., вместе взятые, зафиксировано всего 63 массовых выступления, из них 22 в Сибири.
Источник: Секретно-политический отдел ОГПУ. Докладная записка о формах и динамике классовой борьбы в деревне в 1930 году. С. 4.
Данные о массовых выступлениях, терроре и листовках не следует сумми­ровать, поскольку и акты террора, и распространение листовок имели место и в ходе массовых выступлений, однако динамика каждого из названных видов выступлений очень точно корреспондирует с «приливами и отливами» наси­лия. Главное свидетельство таблицы: с января 1928 г. выступления крестьян
63
во всех учитываемых разновидностях никогда полностью не прекращались, поскольку и «нажим» на крестьянство со стороны командно-репрессивной сис­темы управления полностью не прерывался. Нужно отметить, наконец, что учитываемые ОГПУ виды выступлений не исчерпывали все формы политичес­кой активности крестьянства. Выступления отдельных крестьян на сходах или каких-либо других собраниях с критикой советской политики и деятельности тех или других органов власти, с призывом к созданию крестьянских союзов по типу политических партий или профессиональных союзов в статистику ОГПУ не попадали, хотя в информационных сводках фиксировались постоян­но и обстоятельно.
Документы о конкретных крестьянских выступлениях 1928—1929 гг. по­казывают отнюдь не активное антисоветское движение, не кулачество в клас­совой борьбе, хотя элементы всего этого имелись. Идет ли речь о листовках, частушках и т.п. (см. док. № 105, 172 и др.) или о массовых выступлениях в селениях разных мест (см. док. № 193, 209, 214, 219 и др.) перед нами воз­никает картина не агрессивного нападения на органы власти и ее представите­лей, а протест и самозащита от насильственных действий власти и исполните­лей этих действий. Тем не менее сталинское руководство готовилось к более широкому и активному противодействию деревни. Во второй половине 1928 г. была начата чистка рядов Красной армии от «классово-чуждых элементов», среди которых были названы и «кулацкие элементы», и «сознательно прово­дящие кулацкое влияние». «Крестьянские настроения» в красноармейской среде были переименованы в «кулацкие»... (док. № 158 и др.). Найденными нами документами был зафиксирован случай привлечения войсковой команды для подавления «местного крестьянского волнения», однако дело обошлось без использования военной силы (см. док. № 193).
В реакции командно-репрессивной системы на крестьянское сопротивление главное место занимал вопрос о терроре. Единственным средством борьбы с этим злом признавался ответный террор. 3 января 1929 г. Политбюро приняло особое постановление, требующее «обеспечить максимальную быстроту осу­ществления репрессий в отношении кулацких террористов». Была признана целесообразной публикация информации о террористических нападениях на совпартработников в деревне и «о репрессиях за эти нападения» (док. № 145). По сводке газетных материалов за апрель —июнь 1929 г. (док. № 222) можно видеть, что речь идет не о единичных сообщениях и, судя по данным таблицы, они не сказались на динамике террористических актов за эти месяцы.
Последующее нарастание государственного насилия в деревне и все боль­шая роль репрессий сопровождались возрастанием роли карательных органов, прежде всего ОГПУ. 3 октября 1929 г. Политбюро была принята специальная «Директива ОГПУ и НКЮстам» (наркоматам юстиции всех союзных респуб­лик), которая предписывала «принять решительные и быстрые меры репрес­сий, вплоть до расстрелов, против кулаков, организующих террористические нападения на совпартработников и другие (!) контрреволюционные выступле­ния...», осуществляя эти меры, «когда требуется особая быстрота... через ГПУ», то есть во внесудебном порядке (док. № 248). «Быстрые меры репрес­сий, вплоть до расстрелов, против кулаков» осенью 1929 г. обеспечивались и ранее принятыми постановлениями (от 3 января и др.). Как сообщалось в справке ОГПУ для Политбюро ЦК ВКП(б) на 4 октября, по очень неполным данным, уже было «подвергнуто репрессиям 7 817 человек», в том числе «примерно 60% кулаков» (док. № 256). «Кратирование» и расправа с «твер-дозаданцами» — теми, кто получил повышенное задание по сдаче хлеба, не требовала особенной быстроты. Директива от 3 октября 1929 г. была направ-
64
лена в скорое будущее деревни... Оно называлось «сплошная коллективиза­ция и ликвидация кулачества как класса».
1Труды 1-го Всероссийского сельскохозяйственного съезда в Киеве 1 — 10 сентября 1913 г.
Постановления съезда. Киев, 1913. Вып. 1. С. 4 — 5.
2См.: Вылцан М.А., Данилов В.П., Кабанов В.В., Мошков Ю.А. Коллективизация сельско­
го хозяйства в СССР: пути, формы, достижения. М., 1982. С. 20.
3Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 38. С. 200, 201.
4Там же. С. 208.
5Чаянов А.В. Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации. М., 1919.
С. 15-16, 24, 301, 303-305.
6См.: Бухарин Н.И. Путь к социализму и рабоче-крестьянский союз // Избранные произ­
ведения. М., 1988; Бухарин об оппозиции Сталину. Интервью с Б.И.Николаевским //Социа­
листический вестник. 1965. № 4. С. 89 — 90; Данилов В.П. «Бухаринская альтернатива» // Бу­
харин: человек, политик, ученый. Сб. статей. М., 1990. С. 94—102.
7Правда, 1925, 6 марта.
8Ленин В.И. ПСС. Т. 54. С. 195.
9См.: Левин М. Режимы и исторические процессы в России XX в. // Куда идет Россия?..
Социальная трансформация постсоветского пространства. Международный симпозиум 12 — 14 ян­
варя 1996 г. М., 1996. С. 7.
10См.: XIV съезд Всесоюзной Коммунистической партии (б). 18 — 31 декабря 1925 г. Стено­
графический отчет. М.-Л., 1926. С. 263-264. См. также с. 39, 326-327, 491.
11См.: Материалы по перспективному плану развития сельского и лесного хозяйства
(1928/29-1932/33 гг.). Ч. 2. М., 1929. С. 7.
12Российский центр хранения и изучения документов новейшего времени (далее —
РЦХИДНИ). Ф. 17. Оп. 3. Д. 1627. Л. 1-2.
13РЦХИДНИ. Ф. 84. Оп. 2. Д. 2. Л. 13.
14См.: Сельское хозяйство СССР. 1925-1928. Сб. статистических сведений к XVI Всесоюз­
ной партконференции. М., 1929. С. 340-342.
15Центральный архив Федеральной службы безопасности (далее — ЦА ФСБ). Ф. 66. Оп. 1.
Д. 164. Л. 194-195.
16Российский государственный архив экономики (далее — РГАЭ). Ф. 1562. Оп. 1. Д. 533.
Л. 24-25. См. также л. 15, 24, 26 и др.
17РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 72. Д. 187. Л. 2-3.
18См.: Сельское хозяйство СССР. 1925 — 1928. Сб. статистических сведений к XVI Всесоюз­
ной партконференции. М., 1929. С. 340-342.
19См.: Бухарин Н.И. Проблемы теории и практики социализма. М., 1989. С. 299.
20РЦХИДНИ. Ф. 56. Оп. 2. Д. 52. Л. 34.
21ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 491. Л. 184, 251, 252, 560; Д. 492. Л. 123, 179, 199.
22ЦА ФСБ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 174. Л. 327.
23ЦА ФСБ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 172. Л. 571.
24Государственный архив Российской Федерации (далее — ГАРФ). Ф. 353. Оп. 16. Д. 6.
Л. 18.
25См.: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 72. Д. 187. Л. 2-3; Сельское хозяйство СССР. 1925-1928.
С. 340-342; Ежегодник хлебной торговли. № 1. М., 1928. С. 9.
26См.: Советская внешняя политика. 1917 — 1945 гг. (Поиски новых подходов) / Под ред.
Л.Н.Нежинского. М., 1992. С. 71-76.
27См.: Виноградов В.К. «Зеленая лампа» // Независимая газета. 1994 г. 20 апреля.
28Архив президента Российской Федерации (далее — АПРФ). Ф. 45. Оп. 1. Д. 71. Л. 2,
4 об.
29Там же. Л. 2-3.
3-26765
30Там же. Л. 5.
31В протоколе заседания Политбюро № 109 (особый № 87) оно было названо «экстренным».
См.: РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 5. Л. 35.
32АПРФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 71. Л. 6; РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 5. Л. 35.
33Там же.
34См. примечание Jsfe 9 в настоящем томе.
35АПРФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 71. Л. 22.
36Там же. Л. 8.
37Там же. Л. И.
38Там же. Л. 13-14.
39Там же. Л. 25.
40РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 5. Л. 52-53.
41ЦА ФСБ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 174. Л. 224.
42РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 162. Д. 5. Л. 63-64.
43Сталин И.В. Соч. Т. 9. М., 1948. С. 322.
44ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 383. Л. 92.
45АПРФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 120. Л. 47.
46ЦА ФСБ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 172. Л. 571-576.
47См.: РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 661. Л. 2; Д. 662. Л. 3.
48РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 664. Л. 3.
49ЦА ФСБ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 187. Л. 6.
50АПРФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 120. Л. 47.
51Там же. Л. 48.
52См.: Ильиных В.А. Государственное регулирование с/х рынка Сибири в условиях нэпа
(1921-1928 гг.). Новосибирск, 1998. С. 43.
53См.: Сталин И.В. Соч. Т. 11. М., 1949. С. 8.
54См.: док. № 24\ ЦА ФСБ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 495. Л. 919, 951.
55ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 55. Д. 16-19. Л. 23-24.
56АПРФ. Ф. 45. Оп. 1. Д. 119. Л. 50
57Там же. Л. 49-58об.
58Там же. Л. 104-105.
59Там же. Л. 99-101.
60См.: Лимонов Г.А. Борьба партийных организаций Урала за преодоление хлебозаготови­
тельных трудностей в 1927 — 1928 гг. // Труды Уральского политехнического института. Сб. 86.
Свердловск, 1957. С. 106.
61Сталин И.В. Соч. Т. 11. М., 1949. С. 16-19.
62См.: Данилов В.П. Коллективизация... // Переписка на исторические темы. Диалог ведет
читатель. М., 1989. С. 386-387.
63См. вводные статьи к изданию «Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД. 1918 —
1939». Документы и материалы в 4-х томах. Т. 1. 1918-1922 гг. М., 1998. С. 7-53.
64См.: Красная армия и коллективизация деревни в СССР (1928—1933 гг.): Сб. документов.
Неаполь, 1996. С. 26-28, 82-192.
65См.: Сталин И.В. Соч. Т. И. М., 1949. С. 116-126.
66Бухарин Н.И. Об итогах объединенного Пленума ЦК и ЦКК ВКП(б). Доклад на собрании
актива Ленинградской организации ВКП(б) 26 октября 1927 г. // Избр. произведения. С. 323,
324.
67Бухарин Н.И. Избр. произведения. С. 339 — 340.
68Бухарин Н.И. Очередные задачи партии. Доклад на XVI-ой Московской губернской гу­
бернской партконференции 20 ноября 1927 г. М.—Л., 1928. С. 32.
69КПСС в резолюциях... Т. 4. С. 63.
66
70Там же. С. 46.
71См.: РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 715.
72См.: Сталин И.В. Соч. Т. 11. С. 63-64.
73См.: Бухарин Н.И. Путь к социализму... // Избр. произведения. Новосибирск, 1990.
С. 261-265.
74РЦХИДНИ. Ф.17. Оп. 2. Д. 726. Л. 93.
75КПСС в резолюциях... Т. 4. М., 1984. С. 348-354.
76РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 2. Д. 726. Л. 50.
77Там же. Д. 375. Л. 33, 35, 37, 41 и др.
78См.: Ленин В.И. ПСС. Т. 45. С. 77-78 и ел.
79Бухарин Н.И. Проблемы теории и практики социализма. С. 264.
80КПСС в резолюциях ... С. 261, 299.
81См.: Кооперативно-колхозное строительство в СССР. 1923-1927. Документы и материалы.
М., 1991. С. 13-19.
82См.: Сборник документов по земельному законодательству СССР и РСФСР. 1917 — 1954.
М., 1954. С. 306
83См.: Данилов В.П. Об исторических судьбах крестьянской общины в России // Ежегод­
ник по аграрной истории. Вып. VI. Проблемы истории русской общины. Вологда, 1976. С. 132 —
134.
84О дискуссии 50 —60-х годов по проблемам общины и коллективизации см.: Проблемы аг­
рарной истории советского общества. Материалы научной конференции 9 — 12 июня 1969 г. М.,
1971. С. 233.
85Сдвиги в сельском хозяйстве СССР между XV и XVI партийными съездами. Изд. 2. М.—
Л., 1931. С. 22-23.
86См.: Taniuchi Yu. Decision-making on the Ural-Siberian Method // Soviet History, 1917 —
53. St. Martin's Press, N.Y., 1995. P. 78-103.
87Письма И.В.Сталина В.М.Молотову. 1925—1936 гг. Сборник документов. М., 1995.
С. 141-143.
88Viola L. Peasant Rebels under Stalin. Collectivization and the Culture of Peasant Resistance.
Oxford University Press, N.Y., Oxford, 1996. P. 312.
М.М.Кудюкина АРХЕОГРАФИЧЕСКОЕ ПРЕДИСЛОВИЕ
Первый том данного издания представляет собой научную публикацию до­кументов по истории советской деревни накануне коллективизации (1927 — ноябрь 1929 г.). За малым исключением, документы, включенные в сборник, публикуются впервые. Они выявлены в фондах крупнейших центральных ар­хивов (РЦХИДНИ, ЦА ФСБ РФ, ГАРФ, РГАЭ, РГВА) и Государственного архива Новосибирской области.
Сборник отличает видовое многообразие публикуемых документов. Сте­пень их секретности различна: от грифа «Совершенно секретно. Подлежит сжиганию на месте» до документов, опубликованных в периодических издани­ях того времени. Значительная часть материалов ранее была недоступна для исследователей и рассекречена лишь в последние годы в связи с подготовкой данного издания. Помимо разнообразных документов, связанных с деятель­ностью О ГПУ — НКВД, в сборник включены материалы из «особых папок», в которых сосредоточены решения Политбюро ЦК ВКП(6) с грифом «секрет­ности». Документы, которые были опубликованы в периодике того време­ни — журналах «Известия ЦК ВКП(б)», «Советская юстиция», «Вестник НКФ», сборниках постановлений Верховного суда СССР, — также являются труднодоступными для исследователей, так как сами эти издания давно уже стали библиографической редкостью. Единственным исключением можно счи­тать подборку материалов о поездке И.В.Сталина в Сибирь в январе 1928 г., опубликованных в начале 1990-х годов в журнале «Известия ЦК КПСС» (док. № 43—49). Включение этой группы документов объясняется особым значением этих событий для дальнейшего определения политики компартии и правительства по отношению к деревне.
Все документы сборника условно можно разделить на три основных блока. В первый входят материалы директивного характера, во второй — документы о реальной ситуации в деревне и в третий — документы, исходящие непосред­ственно от крестьян.
К первому типу документов относятся главным образом постановления, директивы, циркуляры и письма властных структур различного уровня — Политбюро ЦК ВКП(б), СНК и СТО СССР и РСФСР, ЦИК и ВЦИК, ОГПУ, наркоматов юстиции, торговли, Верховного суда. Публикация доку­ментов, посвященных одним и тем же вопросам, но подготовленных разно­уровневыми органами власти, позволяет проследить механизмы власти, выяс­нить, как решения высших органов власти поэтапно воплощались в жизнь (см., например, док. № 186—190, 210—212 и др.). Следует отметить, что так как важнейшие правительственные постановления рассматривались на заседа­ниях Политбюро ЦК ВКП(б), то в сборнике в ряде случаев публикуется не официальный вариант того или иного решения, а документ, который утверж­дался Политбюро. Этим объясняются разночтения в текстах постановлений. Такой выбор составителей сборника вызван, прежде всего, тем, что это позво­ляет лучше проследить, кто и как готовил и принимал решения. Например, постановления ЦК ВКП(б) оформлялись и рассылались на места как дирек­тивы (см., напр., док. № 96).
Документы, входящие во второй блок, еще более многообразны. Их, в свою очередь, также можно разделить на два типа: материалы, освещающие
68
текущие события, и аналитические материалы. К первому типу относятся, в первую очередь, многочисленные сводки ОГПУ и ПУР РККА, сообщения по прямому проводу, отчеты и информации местных органов.
Сводки о настроениях населения готовили различные советские и партий­ные структуры {см., напр., док. № 119). Наиболее полно в данном издании представлены информационные сводки ОГПУ, которые отличаются большим содержательным многообразием. Это и регулярные сводки, освещавшие поли­тические настроения населения СССР, в том числе и крестьянства, и так на­зываемые спецсводки, приуроченные к проводимым в то время кампаниям (о ходе посевных кампаний, о колхозном строительстве и т.д.), и сводки-отчеты об отношении крестьян к тем или иным мероприятим советской власти, и от­четы об отдельных событиях — например, крестьянских выступлениях против власти. Особую группу сводок составляют материалы о ходе хлебозаготови­тельных кампаний в различных регионах страны, в которых — в зависимости от политического заказа — были по-разному расставлены акценты при осве­щении событий. С течением времени в этих сводках все большее место зани­мают сюжеты, посвященные сопротивлению крестьянства.
К сводкам ОГПУ тематически примыкают сводки ПУР РККА о крестьян­ских настроениях в армии (см. док. № 60, 85, 123). Выбор материалов, свя­занных именно с армией, объясняется тем, что, во-первых, настроения в армии являлись отражением настроений в обществе в целом и крестьянства в частности, во-вторых, усиление и развитие тех или иных настроений в армии позволяет исследователям выявить наиболее острые проблемы, волновавшие население страны, и, в-третьих, армия наиболее оперативно реагировала на изменение политики по отношению к зажиточному крестьянству (док. № 155).
Учитывая, что список адресатов сводок был достаточно велик, они долж­ны были привлекать внимание представителей властных структур к наиболее важным процессам, происходившим в деревне.
К этой же группе документов можно отнести и отчеты местных органов ОГПУ о проведении кампаний — согласно директивным распоряжениям выс­ших органов власти — против «чуждого элемента» (см., напр., док. №86 — 90, 99 и др.). На основании текущих сводок составлялись обобщенные справ­ки Информационного отдела ОГПУ (док. № 265), НКЮ (док. № 160) и ЦК ВКП(о), которые содержали в себе и элементы анализа событий.
К аналитическим материалам, представленным в сборнике, можно отнести, в первую очередь, справки и докладные записки, подводящие итоги тех или иных процессов в деревне. Наряду с достаточно традиционными документами о развитии, например, колхозного движения (см. док. № 124), в сборнике публикуются сводки, содержащие обобщенные данные об арестах среди крес­тьян, подготовленные ОГПУ (см., напр., док. № 266) и Комча ВЦИК (док. М 77, 115), а также аналитический обзор о классовой борьбе кулачества, под­готовленный ЦК ВКП(б) (док. № 173).
Своеобразную группу документов представляют материалы, позволяющие выявить взгляды руководства страны и работников «среднего» звена на про­исходящие события, борьбу мнений в высших эшелонах власти. Это полемика МФрумкина и В.Молотова (док. № 110, 112, 134) заявления Н.Бухарина (док. № 156—157), выдержки из стенограмм выступлений на пленумах ЦК ВКП(б) (док. № 117, 270—272), различных совещаниях (напр., док. № 95, 108, 113). К этой же группе можно отнести отчеты о поездках на места государ­ственных и партийных деятелей, отражающие субъективное восприятие реаль­ности представителями руководства страны (док. № 53, 58, 143, 153 и др.).
В большинстве документов, опубликованных в сборнике, в большей или меньшей степени отражены настроения крестьян: приводятся выдержки из
69
крестьянских высказываний, выступлений, писем, жалоб, примеры разгово­ров крестьян между собой, и все же все эти документы, учитывая неизбежную тенденциозность при подборке материала, лишь опосредованно отражают ре­альное мировоззрение сельского населения. Оправдана поэтому публикация блока документов, исходящих непосредственно от крестьян. В первую очередь среди них следует упомянуть крестьянские письма, в том числе и обзоры писем, которые регулярно составлялись центральными газетами (док. № 95, 116 и др.), а также включенные в состав сводок ОГПУ тексты крестьянских частушек, песен и листовок (см. док. № 105). Своеобразным источником о ре­альных проблемах крестьянства могут служить выдержки из постановлений сельсоветов, вопросы, которые задавали крестьяне представителям власти во время их поездок по стране (док. № 139, 143).
Сборник построен по хронологическому принципу. Частичные отступле­ния допускаются лишь при группировке документов, тематически тесно свя­занных между собой.
Публикация документов осуществлялась в соответствии с «Правилами из­дания исторических документов» (М., 1990). Тексты переданы по современ­ным правилам орфографии с максимальным сохранением стилистических осо­бенностей документа, сохранены имеющиеся в оригиналах выделения (под­черкивания, шрифтовые выделения и т.д.), разночтения названий учрежде­ний, органов власти, названий отделов, классификации документов и т.д. Явные опечатки исправлены без специальных оговорок. Документы снабжены редакционными названиями, сохранение оригинальных названий документа отмечается в каждом отдельном случае.
Видовое многообразие документов, сложность и многоуровневость их со­держания неизбежно повлекли за собой некоторые особенности в публикации документов. Опущены материалы, непосредственно не относящиеся к темати­ке сборника, а также разделы документов, дублирующие по содержанию опубликованные материалы, поэтому часть документов дается в извлечениях. Опущенный текст при публикации отмечен отточием, за исключением тех слу­чаев, когда опущены целые разделы. В этом случае их содержание оговарива­ется в подстрочных примечаниях. В сводках и циркулярах, как правило, опу­щены данные о рассылке. Также опущены все случаи применения слово «месяц» после названия месяца (напр., «в июле месяце»), которое было ши­роко распространено в документах тех лет. В документах личного происхож­дения, в стенограммах выступлений цитаты из работ В.И.Ленина, выступле­ний И.В.Сталина и др. сохранены в том виде, в каком они были приведены авторами.
Сборник снабжен научно-справочным аппаратом. Он включает историчес­кое и археографическое предисловия, примечания по тексту и содержатель­ный комментарий, список сокращений, именной и географический указатели. В приложении к первому тому публикуется полный перечень сборников доку­ментов по истории коллективизации и раскулачивания. Не даются коммента­рии на общеизвестные события, понятия, советские, партийные и кооператив­ные организации; биографические справки на наиболее известных государст­венных и партийных деятелей не приводятся. Не во всех случаях удалось вы­явить упоминаемые в текстах законодательные акты, циркуляры и инструк­ции.
1927 год
(май—декабрь)
№ 1
Почто-телеграмма Отдела информации и политконтроля ОГПУ1
о запрещении публикации материалов с информацией о затруднениях
в снабжении хлебом
7 мая 1927 г. № 89
ГПУ автономных республик
и Особому отделу Приволжского военного округа
В развитие и дополнение циркуляра Глав лита2 № 649/с от 11 марта сего года, посланного при почто-телеграмме № 47/инфо от 21 марта сего года, при сем препровождается для сведения и строгого руководства циркуляр Главлита от 16 апреля сего года за № 941/с — о недопущении к опубликова­нию в печати материалов, фиксирующих те или иные затруднения в деле снабжения страны хлебом.
Приложение к почто-телеграмме ОГПУ № 89/инфо
16 апреля 1927 г. Сов. секретно.
№ 941/с
Всем гублитам, облитам, крайлитам, окрлитам, главлитам автономных республик и уполномоченным при издательствах (главлитам союзных республик для сведения)
Главлит предлагает Вам принять все меры к полному недопущению появ­ления в печати каких-либо сообщений (статей, заметок, и т.п.), говорящих о затруднениях или сбоях в деле снабжения страны хлебом, как могущих, без достаточных оснований, вызвать панику и сорвать проводимые правительст­вом мероприятия по преодолению временных затруднений в деле хлебозагото­вок и снабжения страны.
Начальник Главлита Лебедев-Полянский.
Заведующий военно-экономическим отделом Ланговой.
Секретарь управления Ушакова.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 174. Л. 162. Заверенная копия.
71
№2
Из информационной сводки Отдела информации
и политконтроля ОГПУ № 20 о положении в городе и деревне
24 июня 1927 г. .. .Крестьянство Агитация за создание *крестсоюзов*3
С 8 июня по 21 июня вновь зарегистрировано 35 случаев агитации за со­здание «крестсоюзов». Из них по Центру — 15 (Иваново-Вознесенская губ. — 2, Воронежская — 2, Ярославская — 4, Тульская — 5, Орловская и Нижегородская по 1), Северо-Западу — 3 (Ленинградская губ. — 2 и Воло­годская — 1), Украине — 12, Кубанскому округу — 1 и Дальневосточно­му] к[раю] — 4 (Амурский округ — 2 и Ник[олаевск]-на-Амуре — 2). Из 35 выступлений 12 имели место на собраниях и конференциях. По характеру вы­ступлений: политических — 5, по образцу рабочих профсоюзов — 3, для уре­гулирования цен — 14, на почве налога — 1 и прочие — 12.
Московская губ. 9 июня. На пленуме Софринского ВИКа Сергиевского у. зажиточный крестьянин говорил: «При Николае жить было гораздо лучше. Нам нужно организоваться в крестьянский союз и предъявлять Соввласти требования. Если же этого не сделаем в ближайшее время, то они окончательно окрепнут и нас совсем задушат. Нас, крестьян, хотят живыми в гроб положить».
Нижегородская губ. 1 июня. На собрании крестьян в помещении Княги-нинского ВИКа Лысковского у., на котором присутствовало около 200 чело­век, по вопросу о с/х налоге выступил за «КС» председатель сельсовета Ошарихи, бывший фельдфебелем в царской армии: «Пора крестьянам при­няться за организацию крестьянских союзов. Рабочие все организованы в свои союзы, рабочим все, а крестьянину ничего, только налоги с него дерут. А ведь крестьянин знает, как хорошо живет рабочий, крестьянин сам жил в рабочей среде». Выступление среди присутствующих на собрании успеха не имело.
Амурский округ. 31 мая. В г. Благовещенске на постоялом дворе крестья­нин-середняк с. Марково Ам[уро-]3ейского района среди группы односель­чан-бедняков говорил: «Советская власть не рабоче-крестьянская, как ее на­зывают, а просто рабочая. Рабочие союзы есть, а вот крестьянских не сущест­вует. Оно и выходит, что крестьяне — рабы, а рабочие — хозяева и своему и крестьянскому добру. Они устанавливают цены и на свои и на крестьянские товары такие, какие лишь им выгодны. А вот если бы были крестсоюзы, то мы рабочих не очень бы спрашивали».
В с. Богородское Ивановского района с агитацией за «КС» выступил крес­тьянин-середняк на родительском собрании в школе.
Кулацкий террор
Брянская губ. 8 июня. В с. Стригово Старосельской вол. Почепского у. зажиточными, выступающими против землеустройства, было произведено по­кушение на убийство землемера. Бедняками задержан сын кулака, подозре­ваемый в покушении, который был направлен в милицию, а землемера бедно­та взяла под свою охрану, выставляя на ночь у его квартиры двух человек.
Киевский округ. 1 апреля. В с. Черевка Березовского района секретарю сельсовета — партийцу подброшена анонимка следующего содержания: «В прошлом году тебе писали, может, ты не получил, но на этот раз тебе не сой­дет — сойди с пути. Ты или мы. Дальше не потерпим, хозяйство твоего отца сметем. Твоему брату насолили, да мало, только пару коней свели, но с тобой придется иначе, придется отправить в штаб Духонина. Раз мы решили — сде­лаем, если ты до Пасхи не уедешь из села, у нас расправа будет такая. Пере-
72
дай и уполномоченному по налогу: пускай полегче, да мы еще с вами погово­рим, гады, расправимся с вами. А ты скорее уходи, что ты, не видишь, что ваша партия подгнила, а тебе непростительно, ты ведь — из богатой семьи». Анонимка написана печатными буквами и является уже третьей по счету. По мнению секретаря сельсовета, в селе есть группа, в состав которой входят два сына бывшего помещика, которая, по-видимому, и составляет анонимки.
Белоцерковский округ. 1 июня. В Березнянском сельсовете Володарского района секретарю сельсовета, члену ЛКСМ была подброшена анонимная за­писка следующего содержания: «Ты, паршивый селькор, если не бросишь совет­ской работы и будешь поддерживать связь с прокурором и председателем КНС4, то будет тебе крест. Так что мы тебя предупреждаем, чтобы ты не портил нам нервы своим селькорством и связью с этими двумя прокурорами. Заруби это себе на носу и передай своим знакомым привет». Анонимка написана печатными буквами и ее составление приписывается одному из членов судсовета.
Томский округ. 15 мая. В пос. Колпаках Троицкого района кулак, неодно­кратно замечавшийся в антисоветской агитации, и его приспешник, бывший милиционер, после собрания, на котором было решено произвести землеу­стройство, избили трех бедняков, из них одного кандидата ВКГТ(б) и одну женщину, активно выступавших за землеустройство, причем угрожали: «Все равно мы всех вас порешим (убьем) на полосах, а тебя, коммуниста, обяза­тельно убьем».
Отклики на разрыв англо-советских отношений5
Московская губ. В с. Починки Кленовской вол. Подольского у. в связи с разговорами о войне отмечена усиленная закупка продуктов (спички, мыло, сахар, соль) в местном кооперативе.
В дд. Запрудня и Гарей Гарской вол. Ленинского у. из опасения войны на­селение делает большие запасы ржаной муки. Отмечены случаи, когда отдель­ные крестьяне закупали по 5 —6 мешков. За последние два дня было распро­дано около 1000 пуд. муки.
В с. Глебово Озерской вол. бывший трактирщик в чайной говорил: «По­ложение у нас обостряется, должна вспыхнуть война, а вместе с ней обяза­тельно будет переворот, так как крестьяне, чувствуя себя обманутыми, воевать не пойдут. Коммунизму придет конец, и вся власть перейдет к другой партии, за которой идет многомиллионное крестьянство».
Тульская губ. 8 июня. В Туло-Басовском районе среди отдельных бедня­ков в связи с англо-советским разрывом отмечены разговоры: «Англия нас те­перь будет давить жестоко экономической блокадой. Наша промышленность будет развиваться медленно, и цены на промышленные товары будут доро­жать. Надо ждать, что ситец скоро будет стоить 2 р. [за] метр».
В Белевском районе отдельные середняки и бедняки, обсуждая разрыв с Англией, заявляют: «Соввласть проводит политику мира потому, что бессиль­на и в случае войны боится волнений внутри страны».
Николаевский округ. 8 июня. В с. Болгарка среди крестьян идут разгово­ры, что в связи с разрывом торговых отношений с Англией продукты сельско­го хозяйства будут еще дешевле, так как вывоз хлеба и других с/х продуктов за границу сократится.
Самарская губ. 1 июня. В с. Семеновка Чердаклинской вол. Мелекесско-го у. середняк, под влиянием усиленно циркулирующих слухов о войне, роз­дал обратно крестьянам деньги в сумме 300 р., собранные на землеустройство. На требование сельсовета дать объяснение по этому поводу он заявил, что скоро будет война, а раз так, то наши деньги могут пропасть.
Амурский округ. 31 мая. В с. Мазаново середняк в беседе говорил: «Анг­лия предъявила коммунистам — сдаться без бою, и в России поставят прези-
73
дента, которого пожелают Англия или крестьяне России. Если же коммунисты не сдадутся, Англия пойдет войной. С нас крови хватит, и хорошо бы, если коммунисты сдались без бою».
Помощник начальника ИНФО ОГПУ Буцевич. Начальник 2 отделения. [Подпись неразборчива].
Настоящая сводка отпечатана в 24-х экземплярах и разослана: Менжин­скому, Ягоде, Рыкову, Калинину, Молотову, Полуяну, Товстухе (для Стали­на), Косиору, Трилиссеру, Москвину, Рошаль, Рошаль, Цурюпе, Уншлихту, Томскому, Бокию, Угланову-Котову, Артузову, ТО ОГПУ6, Дерибасу, Оль-скому, Канцельсону, начальнику ЭКУ ОГПУ', в делах отдела.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 394. Л. 71—73. Подлинник.
№ 3
Из информационной сводки Отдела информации и политконтроля ОГПУ № 21 о положении в городе и деревне за период с 23 июня по 2 июля 1927 г.
5 июля 1927 г.
...Крестьянство
Агитация за сокращение посевной площади
Славгородский округ. 10 июня. Славгородский район. Бывший партизан-бедняк с. Удальный в группе крестьян говорил: «Америка объявила войну СССР, а также Англия выгнала советских представителей и скоро объявит войну, поэтому сеять не надо, иначе все отберут и нас убьют».
Барнаульский округ. 5 июня. Воровской район. В с. Ворониха усиленно распространяется слух о предстоящей войне, в результате чего отмечается тен­денция к сокращению посевной площади. Крестьяне говорят: «У нас многие думают сократить посев — все равно скоро будет мобилизация, и убирать будет некому». В с. Савинском того же района кулак, лишенный избиратель­ных прав, агитирует среди крестьян: «Посев нужно уменьшить, война неиз­бежна, тогда все равно хлеб пропадет».
Слухи о падении курса червонца
Барнаульский округ. 5 июня. Мамонтовский район. В связи с циркулиру­ющими слухами о близкой войне [и] падении Соввласти крестьяне отказыва­ются брать деньги, требуя уплату хлебом. Крестьянин с. Суслово отказался продать сено за деньги, а также брать деньгами за работу пимов, требуя хле­бом, говоря при этом: «Раз власть переменится, то переменятся и деньги».
Тарский округ. 10 июня. Усть-Ишимский район. В связи с циркулирую­щими слухами о войне по району распространились слухи о падении курса червонца. В д. Б.Тава середняки распространяют слухи о том, что червонцы не ходят, нигде их не принимают, милиция арестована и в Ишимском округе другая власть1*... «Началась война, коммунисты бегут за границу, а те, кото­рые останутся, если не будут расстреляны, будут лишены права голоса на 5 лет и права иметь землю».
Читинский округ. 25 июня. Улетовский район. В с. Аблатукай зажиточ­ные ожидают войну, говоря: «Война в Китае8 началась, коммунистов там душат — теперь мы дождемся скоро прихода своих, а коммунистов будем здесь душить». Один из зажиточных распространяет слух о том, что «совет­ские деньги будут изъяты, а хождение будут иметь царские деньги». Другой
74
зажиточный агитирует за неуплату единого с/х налога: «Не нужно платить сельхозналог и госстрах потому, что в скором времени будет переворот».
Усиленная закупка продуктов
Астраханская губ. 20 июня. Зеленчинский район. По селам Марфинско­го и Зеленчинского районов население из-за боязни войны делает большие за­пасы муки и других продуктов. В с. Цветном за несколько часов в ЕПО ловцы забрали 350 мешков муки. Население говорит: «Начнется опять война, и мы будем сидеть голодными, как это было во время гражданской войны».
В с. Красном Яру у ЕПО ежедневно наблюдаются большие очереди за мукой и другими товарами. В связи с распространившимися слухами о начале войны и недостатке хлеба в село за последние дни приезжают ловцы из ок­рестных сел и киргизы из степей большими группами за мукой.
Антисоветская агитация, провокационные слухи
Московская губ. Московский у. В Трудовой вол. д. Саморуково зажиточ­ный крестьянин в группе кр[естья]н говорил: «Скоро будет война, дадут нам, крестьянам, оружие, а мы его обратим против Соввласти и коммунистов, нам власть рабочих не нужна, мы ее должны сбросить, а коммунистов удушить».
Сергиевский у. В Константиновской вол. д. Посеево зажиточный крестья­нин в частной беседе заявил: «Это хорошо, что убивают советских представи­телей за границей, скоро настанет такой момент, когда всему будет конец и у власти будет находиться монархия, тогда мы заживем по-старому».
Пермский округ (Урал). 17 июня. Юговский район. В связи с последними политическими событиями зажиточные крестьяне с. Курашим тормозят прове­дение землеустроительных работ, распространяют слухи о неизбежности войны и перемене власти и предлагают отказаться от проведения землеустрой­ства. Так, например, кулак в присутствии крестьян высказывался: «И раньше говорил, что с землеустройством ничего не выйдет, зря все это затеяли, не стоит нам такие большие дела делать, так как жизнь сейчас такая беспокой­ная, все говорят, что война идет, и все державы пойдут на нас». Этот же кулак обсуждал вопрос о землеустройстве с землемером: «Не стоит ввязывать­ся в это дело, если власть переменится, то тебя сочтут за коммуниста».
Омский округ. 10 июня. В В.Чебулинском районе зажиточный крестьянин говорил: «Началась война, скоро мы будем бить и давить коммунистов, и когда всех уничтожим, тогда уйдем и скроемся в тайге».
Тюкалинский район. Зажиточные крестьяне с. Валуевского ждут начала войны, чтобы расправиться с коммунистами: «Крестьяне помогут прогнать эту власть — коммунистов не надолго хватит, мы только и ждем войны, а там со всех их полетят галифе»***... «Я инвалид, а то бы пошел на войну бить ком­мунистов».
Агитация за создание «крестсоюзов»
С 23 июня по 1 июля зарегистрировано 34 случая агитации за создание «крестсоюзов»; из них по Центру — 18 (Московская — 10, Тульская — 4, Орловская — 1, Тверская — 3); Северо-Западу — 3 (Ленинградская — 2, Архангельская — 1); Белоруссии — 1; Северному Кавказу — 6 (Шахт[инско]-Донецкий округ — 1, Таганрогский] — 1, Ставро­польский! — 4); Саратовской — 1 и Сибири — 5 (Каменский округ — 3, Рубцовский — 2). Из 34 выступлений 13 имели место на собраниях и конфе­ренциях, по характеру требований: политических — 4, по образцу рабочих профсоюзов — 6, для урегулирования цен — 9 и прочих — 15.
Тульская губ. 20 июня. В с. Дубки Оболенского района вопрос о «крест-союзе» усиленно обсуждается группой середняков и бедняков при активном
75
участии одного члена ВКП. 28 мая после заседания правления ПО присутст­вовавшими был поднят вопрос о «крестьянском союзе», причем четыре из шести высказались за его организацию. Председатель правления ПО, член ВКП с 1919 г., заявил: «Крестьянские союзы необходимы, так как всюду го­ворят о том, что крестьяне не организованы и не объединены. Рабочих насиль­но заставляют вступать в профсоюзы, чтобы он был организован2*, и чтобы его никто, в особенности свои крестьяне, не победил. Советская власть не по­зволяет организовать "крестсоюзы", так как бороться в отдельности с мелкими крестьянскими хозяйствами ей намного легче; на неорганизованного крестья­нина можно больше налог наложить и т.д., так как он бессилен и жаловаться некуда. Лозунг смычки города с деревней проводится в жизнь неправильно, не так, как нам завещал Ильич. Зимой, например, рабочим был отпущен луч­ший и дешевый товар, а крестьянину худший и по дорогой цене. Скоро тер­пение лопнет крестьянина и он закричит на весь Союз о своих недовольствах, тогда Советской власти придется пойти на уступки». Это выступление поддер­жали все присутствующие, причем один середняк сказал следующее: «Крес­тьянский союз необходим, при его помощи крестьяне быстро выйдут на путь хозяйственного возрождения. Власть загоняет «крестьянский союз как бы в подполье». В заключение этой беседы один из членов правления ПО сказал: «Я буду всеми силами добиваться организации "крестсоюза", так как только в нем я вижу избавление для крестьян, жизнь которых улучшится и они тогда избавятся от всех лишений и нищеты, какие переживают сейчас. Все знают, что революция завоевана вместе, но почему-то рабочий идет против крестьян, имеет гораздо больше преимуществ во всех отношениях». Эта группа ведет агитацию за «крестсоюзы» среди всего местного населения.
Орловская губ. 18 июня. В Ново-Сергиевском ПО Черемошинской вол. и Новосильского у. во время перевыборов кресткома некоторые крестьяне гово­рили: «Если советское правительство и компартия не дают крестьянам орга­низоваться в профсоюз, то селькрестком должен будет нам его заменить». Вы­ступивший в прениях кулак возражал против такого учреждения: «Сельский крестком не профсоюз, профсоюз нам не дают организовать, а сейчас просто отводят глаза крестьянам, желая их закабалить и загнать в коммуну».
Тверская губ. 24 июня. В д. Минеево Льгощинской вол. Тверского у. на общем собрании крестьян трое присутствующих выступали за организацию «крестсоюзов». Один из них, торговец, говорил: «В Москве ученые, работаю­щие в советских учреждениях и сознающие крестьянское положение, говорят, что крестьянам нужно добиваться своего "крестьянского союза". Следующий выступавший сказал: «Везде, где мне приходилось работать, всюду сознатель­ные развитые крестьяне говорят о необходимости организации "крестсоюзов". Третий выступавший середняк сказал: «Соввласть выезжает на крестьянской спине, крестьянина кругом обманывают, крестьянам не дают организоваться потому, что крестьянство составляет 80% всего населения и Соввласть боится разрешить крестьянину открыть союз, ибо организованный крестьянин не будет выполнять распоряжения вышестоящих органов, где сидит рабочий про­летариат и жмет крестьянина». Присутствующие на собрании отнеслись к вы­ступлению сочувственно.
Архангельская губ. 15 июня. На совещании бедноты Паленовской вол. Шенкурского у., где присутствовали также и середняки, выступавший в пре­ниях крестьянин-середняк д. Остахина заявил: «Крестьяне — это колония для рабочих. Партия пользуется всеми правами колонистов и выкачивает в пользу рабочих соки из крестьян. Для того, чтобы крестьяне не бунтовались2* и не организовывали своего крестьянского союза, партия ведет такую расколь­ническую линию по отношению к бедняку и середняку, с той целью, чтобы
76
между нами была борьба». Выступавший среди крестьян пользуется авторите­том, и его выступление было поддержано чел. 15, середняков и бедняков.
Белоруссия. 17 июня. В пос. Ясень Осиповичского района крестьянин-се­редняк после первомайской демонстрации высказался: «С трибуны говорят, что всем живется хорошо, а вот ни один из присутствовавших крестьян это не подтвердил. Крестьяне боятся высказаться, а нам необходимо организоваться в крестсоюз и не дать хлеба рабочим, пусть бы они дали товар подешевле. Так нет, рабочие душат крестьян и сидят на шее у нас».
Шахтинско-Донецкий округ. 23 июня. В хут. Богатово Бело-Калитвенско-го района группа зажиточных казаков систематически ведет агитацию за со­здание «Крестьянского профсоюза». Один из руководителей группировки на общем собрании после отчетного доклада председателя РИКа задал вопрос: «Когда же будет организован наш родной крестьянский профсоюз». В ответ на разъяснение председателя РИКа задававший вопрос сказал: «Коммунисты бре­хать и много говорить научились». Под влиянием агитации этой группировки все население считает необходимым организацию «крестьянского союза».
Кулацкие и антисоветские группировки
Воронежская губ. 17 июня. В с. Караваево Монастырщенской вол. имеет­ся группировка зажиточных крестьян, участников антисоветского восстания в 1920 г. Эта группировка на одном из собраний сорвала вопрос о наделении бедняков усадьбами. На другом собрании группировка сорвала предложение о взимании платы за пастбища со священника.
Северо-Двинская губ. 15 июня. В районе Нижне-Устюгского сельсовета (Пюженский район) по инициативе попа и кулака организовалась кулацкая группировка в числе восьми человек. Группа ведет активную агитацию против избача, председателя сельсовета и яче[йки] партии под лозунгом: «Долой коммунистов из советов». Эта же группа агитирует за «крестсоюзы». Один из членов группировки в беседе с односельчанами (в группе 30 человек) говорил: «Проходивший райсъезд Советов не был крестьянским съездом, а был съез­дом служащих и "белой кости", которые интересов крестьян не защищали!» Под влиянием агитации группировки верующие намеревались сбросить с ко­локольни избача и сменить председателя сельсовета за то, что при установке антенны для радио избач один конец антенны прикрепил к колокольне.
Помощник начальника ИНФО ОГПУ Буцевич. Начальник 2 отделения. [Подпись неразборчива].
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 394. Л. 75-78 об. Подлинник.
'* Отточие документа. 2* Так в тексте.
№4
Из спецсводки Отдела информации и политконтроля ОГПУ об отношении крестьянства к арестам, проводимым в июне—июле 1927 г.
23 июля 1927 г. ...Крестьянство а) Настроение широких слоев деревни
Беднота и большинство середняков вполне одобрительно относятся к про­водимым арестам. Очень часто бедняки одобряют проведенные аресты, счита­ют их недостаточными, высказывают сожаление, что не арестованы и другие
77
известные им антисоветские лица. В редких случаях бедняки и середняки вы­сказывают боязнь перед местью со стороны кулаков в случае перемены влас­ти. Отмечены также случаи, когда проведение операции вызывает панические настроения и слухи о войне.
Воронежская губ. 17 июня. «Арестовывают буржуев потому, что будет на днях война» (бедняк Сидоров П.И., с[лобода] Шаталовка той же волости Нижне-Девицкого у). «Одних помещиков забирают и арестовывают, а их род­ственники, такие же землевладельцы и дворяне, как, например, Ильинский, бывший белый офицер, родственник помещика Потолова, — служит в ВИКе» (бедняк Овчаров, там же). Крестьяне-бедняки с. В.Яблоново Погромской вол. Валуйского у. Михайлов Василий Игнатьевич, Смагин Петр Борисович выска­зывали свое одобрение тем, что очистили В.Яблоново от заразы, причем добав­ляли: «Еще нужно было бы взять одного кулака, Смагина Ермолая Семенови­ча, который в 1919 г. при отступлении красных отбирал у них винтовки».
Бедняки с. Погромец также высказывают удовлетворение тем, что забрали тех лиц, которые во время белых издевались над крестьянами. «Об этих чер­тях никто не пожалеет. Москва, та правильно разбирается, кого нужно рас­стрелять. Это не деревня, где возможны всегда различные личные счета и че­ловек пропадает понапрасну» (середняк Крамарев Е.Г., с. Фощеватка Подго-ренской вол. Россошанского у.). «Я слышал, что арестовали бывших белых офицеров, наверное, скоро будет война, но война нам нежелательна и надо по­стараться избежать ее» (середняк Близнюков, слобода Залиман, Богуч[арс-кий] у.). «Пора бы эту сволочь всю убрать. С ними нужно было бы еще по­кончить в 1918 г.» (середняки Анисимов Г.А. и Коротков И.П., слобода Ша­таловка Нижне-Девицкого у.).
Ленинградская губ. 30 июня. Крестьяне Шлиссельбургского района о про­изведенных в последнее время арестах антисоветского элемента говорят: «Очевидно, кто чего заслуживает, тот то и получает».
Украина. 1 июля. Криворожский округ. В с. Копиловка Никопольского района в связи с последними политическими событиями и проведенными арес­тами среди крестьян создалось мнение о том, что Соввласть арестовывает за­житочных как заложников, подготовляясь для военных действий. Середняк Крут Семен в группе граждан высказывался: «Лучше бы не трогали кулаков, а то на случай перемены власти они будут на нас вымещать свою злобу».
Винницкий округ. В с. Винниках во время разговоров бедняков о произве­денных расстрелах и арестах бедняк Бондарь говорил: «Я слышал, что арес­товали некоторых панков, но почему-то не взяли таких, как наши — Марин, Лесков, которые разводят разную агитацию. Вот собрались они около колодца и говорят, что дай, мол, бог, войны и мы избавимся от злодеев коммунистов. Вот таких-то не брали. А жаль».
Одесский округ. В поселке Преображенском 19 июня было общее собра­ние, на коем присутствовало до 100 человек. На этом собрании был сделан до­клад о международном положении, по заслушании коего была вынесена сле­дующая резолюция: «Просить органы ОГПУ стать на защиту трудового крес­тьянства и вести упорную борьбу с контрреволюцией».
В с. Антоново-Кудинцево в группе бедняков после прочтения сообщения о расстреле 20-ти9 велся разговор: «В случае отступления с фронта, что возмож­но в нашей пограничной местности, надо уничтожить всю контрреволюцию и прочий антисоветский элемент, особенно на селе, где несомненно будут ожес­точенно мстить односельчанам, а этого можно избегнуть путем своевременной фильтрации, тогда ушедшие в армию будут бодро, спокойно и решительно сражаться с противником». Также население считает наши репрессивные меры недостаточными и заявляет, что советское правительство должно расстрелять
78
постепенно всех учтенных внутри страны явных врагов, дабы в дальнейшем обеспечить тыл.
Украина. 15 июля. Николаевский округ. В с. Велидаровке Вознесенского района середняки и бедняки по поводу расстрела и арестов говорят: «Власть правильно поступила, объявив красный террор белогвардейщине».
Мелитопольский округ. В с. Н.Торгаи Н.Серогозского района группой крестьян, обсуждавшей расстрел 20-ти, одобрялись мероприятия правительст­ва и велись разговоры, что следовало бы еще более энергично заняться вылав­ливанием контрреволюционеров и расстреливать. При этом середняк Пулев-ский сказал: «Собаке — собачья смерть».
Роменский округ. В с. Синевке того же района бедняки, вполне одобряя аресты кулаков, все же считают, что размер арестов далеко недостаточный, так как по селам осталось еще много антисоветского элемента и кулаков, по­раженчески настроенных.
Аналогичные факты отмечены в Черкасском, Тульчинском и Нежинском округах.
Шахтинско-Донецкий округ. 27 июня. Крестьяне в г. Красучине говорят: «В Москве расстреливают буржуев и кулаков». На аресты крестьяне реагиру­ют так: «Соввласть хорошо делает, что арестовывает кулаков и буржуев, а бедняков не трогает».
Шахтинско-Донецкий округ. 1 июля. Население хут. Алексевского Моро-зовского района в связи с последними арестами, выражает недовольство Сов-властью. Отдельные лица говорят: «Что за свобода, что нельзя ничего сказать и сейчас же арестовывают, и за что арестовывают, об этом умалчивают». В происходивших арестах население обвиняет ячейку ВКП(б) и ВЛКСМ хут. Большого Донского.
В связи с арестами среди населения пос. Тацинского, идут разговоры: «Позабрали стариков, несмотря на их старость и дряхлость». Их аресты на­зывают издевательством. Граждане Бушев, Шевырев, Лебедев и др. говорили: «Их поарестовывали, а придут из-за границы белые, начнут над нами изде­ваться и нас обвинять в том, что по нашей вине их поарестовали; тот, кто по-арестовал, сбежит, а нам придется расхлебывать».
б) Аресты попов и церковников
Украина. 30 июня. Аресты среди сель[ского] духовенства и церковников вызвали среди населения проявления религиозности и антисемитизма (особен­но среди женщин). Церковники, считая, что «батюшки ни в чем не винова­ты», говорят: «Власть жидовская, потому и гонения на религию». Но актив­ную агитацию за освобождение арестованных, а также против «гонения» ре­лигии, боясь репрессий, они не проводят. Местами церковники-тихоновцы, по вопросу арестов своих священников, говорят, что это гонение на нежелающих быть «живистами»10. Характерно то, что выпущенных из-под ареста священ­ников церковники считают отошедшими от истинного православия тихоновщи-ны11, почему якобы они освобождены. В результате этого в Кривом Роге Ни­колаевская община не допустила возвратившегося попа служить службу и вы­гнала его из церкви, говоря, что он стал «живистом». Произведенные среди духовенства аресты местами вызвали панику. Например, в с. Березовка Одес­ского округа в семью арестованного попа Клименко приезжали со всего райо­на священники, как они заявляли, «на разведку». Некоторые «после развед­ки» совершенно покинули район, а часть собирается.
Проскуровский округ. В с. Яблоновках Держанянского района арест ксендза Ганского среди польского населения особых волнений не вызвал. В частности, это относится к полякам — беднякам. Зато некоторые лица из ре­лигиозного актива, являющиеся руководителями религиозных кружков, как-то: Галянд Адам, Шлетко Сафрон и Муравейный Станислав усиленно распро-
79
страняют слухи о том, что якобы арест ксендза произведен в связи с предпо­ложением о предстоящей войне, а также за то, что в Англии арестованы ком­мунисты и за это большевики издеваются над ксендзами. Они же подготовля­ют почву к тому, чтобы собрать у населения подписи для ходатайства об ос­вобождении ксендза.
Одесский округ. В с. Антоно-Кудинцево Коминтерновского района 15 июня были арестованы бывший председатель религиозной общины Зайчен-ко и один из верующих Тимошенко Николай. Арест среди населения возбудил различные толки. По словам Моргуна Степана, вышеуказанных односельчан задержали благодаря ссоре их с местным попом, «живистом», которого они хотели сбросить и вели в этом направлении работу среди верующих, и якобы арестовали в связи с этим. Некоторые граждане, сочувствующие арестован­ным, в частности Зайченко, направились в церковь, где пытались избить попа, но последнего не оказалось там. Беднота и часть середняков относитель­но ареста говорят, что «если арестовали их, значит, следует».
Шахтинско-Донецкий округ. 1 июля. В связи с происходившими арестами контрреволюционного элемента, в частности сулиновского попа, верующие осуждали его за контрреволюционные действия, говоря: «Если ты священник, то и знай церковь, а не касайся политики и не вмешивайся в строительство Соввласти».
[в)] Кулаки и антисоветские элементы
Кулаки и антисоветские элементы сильно напуганы происшедшими ареста­ми. Многие ожидают арестов и обысков со дня на день. Значительно реже слышатся угрозы отомстить в случае перемены власти со стороны кулаков и антисоветских элементов. Отмечено также распространение всевозможных провокационных слухов, главным образом о войне и перевороте.
Воронежская губ. 17 июля. Валуйский у. В связи с арестами зажиточные говорят: «Меня тоже, наверно, возьмут, но я сумею замаскироваться» (зажи­точный с. Погромец Валуйского у.). «К нам приезжал Петренко Михаил Еме-льянович и говорил, что надо остерегаться, а то заберут, как забрали Андри-щенко» (зажиточные братья Пиддубные Петр и Егор Ивановичи, там же). «Нам все Соввласть старается заткнуть глотку и не дает говорить, а бедноту отдельно собирает и травит их на нас, а мы, как что скажем, то нас сейчас же под замок запирают», — говорил зажиточный Пиддубный Михаил в с. Погро­мец, причем интересовался, могут ли его арестовать, так как он приятель одного из арестованных. «Сейчас настало такое время, что нужно молчать, так как за одно слово могут увести далеко, потому что не знаешь, с кем гово­ришь. Теперь и брат родной выдаст» (псаломщик слободы Шаталовки той же волости Нижне-Девицкого у. Алехин К.П.)
В той же слоб[оде] бывший стражник, белобеженец Толстых О.И., услы­шав об арестах, прекратил торговлю и не торговал несколько дней, ожидая своего ареста с минуты на минуту. «На днях ГПУ начинает брать заложников, и в других местностях уже берут, а иностранцы на Женевской конференции устроили секретное совещание, где образовали единый фронт против СССР, и война скоро будет объявлена» (торговец слободы Буденный той же волости • Острогорского у. Приходько П.П.)
Украина. 1 июля. Одесский округ. В Березовском районе в связи с прове­денными арестами в Одессе среди кулаков отмечается подавленное настроение и носятся слухи, что якобы такие аресты будут произведены и в самой Бере­зовке.
Старобельский округ. В Шулыинском сельсовете Старобельского района произведены за последнее время аресты окружным отделом ОГПУ среди мест­ного селянства, особенно кулаков, вызвали различные предположения, что
80
война, очевидно, начата, так как Советская власть приступила к активной борьбе с бывшими белыми и вообще с политически ненадежными элементами.
Криворожский округ. В с. Ново-Павловка Никопольского района в связи с последними политическими событиями, а также прошедшими арестами по г. Никополь и его окрестностям среди кулацкой части населения носятся упорные слухи о неизбежности войны. Кулаки высказываются, что на войну не пойдут. Так, например, кулак Забуга в группе односельчан говорил: «Анг­лия собирается выступить войной против СССР, но русскому человеку войны надоели, и никто не пойдет воевать. Советская власть для нас как сон и как временное явление: рано или поздно ее не будет, а должно быть Учредитель­ное собрание».
Черкасский округ. В с. Смелы по поводу произведенных арестов кулаки высказываются: «Коммунисты арестовывают офицеров, так как сегодня их власть, а завтра придет наша власть, мы их арестуем и пустим в расход».
Луганский округ. В с. Б.Суходол Сорокинского района арест бывшего ата­мана Сачева послужил поводом к предположению, что это является предвари­тельной мерой Соввласти по очистке тыла. Кулацкой частью казачества вы­сказывалось недовольство крестьянами, и во всем они считают виновным свое­го секретаря сельсовета Краснянского, которого они называют большевиком. Последний, по их словам, предает интересы хутора.
Шепетовский округ. В с. Коробиевке Теофипольского района в связи с произведенными арестами жена арестованного Повольсука Андрея в беседе с крестьянами заявляет, что она знает человека, который выдал ее мужа, и что этому человеку не быть в живых.
Прилукский округ. В с. Антоновка Варенского района в связи с произве­денными арестами кулаки говорят, что это берут заложников на случай войны.
Шахтинско-Донецкий округ. 27 июня. В связи с обысками и арестами в Обливском районе настроение антисоветского элемента подавленное, торговец поселка Обливского Сланцев, антисоветски настроенный, говорит: «Жить в настоящее время стало страшно, каждую ночь ждешь, что придут и арестуют. А если мимо проходит ГПУ, то со страху внутри все обрывается».
Гражданин пос. Обливского Русанов Иван ведет агитацию среди населе­ния о надвигающейся в скором времени войне, чего коммунисты испугались и начали арестовывать граждан нашего хутора, боясь на случай войны восста­ния.
Майкопский округ. 27 июня. Родственники арестованного в станице Даге­станской Федорченко, бывшего хорунжего, Май[копским] окр[ужным] отделом ОГПУ подпаивают крестьян и казаков и в пьяном виде заставляют подписывать благоприятную характеристику арестованного, чтобы взять его на поруки.
В станице Рязанской в ночь на 17 июня сего года с горных станиц Коче-това Куб[анского] округа приехал гражданин Побегуцеп Яков, бывший бело­гвардеец царского конвоя, остановился на квартире у Некрасова Григория и распространяет слухи: «В станице Донской Куб[анского] округа ГПУ взяло четырех заложников. О войне говорить совершенно нельзя, а газеты об этом пишут, в станице проходит землеустройство, и населению насильно навязыва­ют организацию земельных коллективов, а оно их не желает».
Копынев Дмитрий Александрович, этой же станицы казак, кулак-машино-владелец, в 1926 г. за срыв землеустройства вызывался ОГПУ, 20 июня при встрече в столовой «Гигант» с одним гражданином задал вопрос, вызывали ли его в ГПУ, и на отрицательный ответ рассказал, что он не доехал еще до Бе­лореченской, как узнал, что идут усиленные аресты «репатриантов»12 и про­изводят тщательный обыск, и он дома всегда спит наготове, чтобы в нужную
81
минуту можно было убежать, а сейчас он едет в Бахмут, забрав все документы и деньги, и если что случится, то он не вернется домой.
Помощник начальника ИНФО ОГПУ Буцевич. Помощник начальника 2 отделения ИНФО ОГПУ. [Подпись неразборчива].
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 394. Л. 79—86. Подлинник.
№ 5
Постановление СТО «О директивах на хлебную кампанию 1927/28 г.»
27 июля 1927 г. Секретно.
Совет Труда и Обороны постановляет:
1.Предложить НКТоргу СССР при проведении будущей хлебной кампа­
нии 1927/28 г. руководствоваться нижеследующими основными положения­
ми:
а)обеспечить дальнейшее усиление роли плановых заготовителей на хлеб­
ном рынке;
б)кооперации должен быть обеспечен дальнейший рост ее роли и влияния
как в заготовках, так и в снабжении внутреннего рынка и экспорта хлеба. На­
ряду с этим должно быть обеспечено дальнейшее усиление охвата кооператив­
ными центрами13 работы кооперативной периферии, а равно должно быть
усилено наблюдение и руководство со стороны кооперативных центров и объ­
единений по отношению к работе нижестоящих союзов и кооперативов;
в)должно быть усилено плановое начало в деле использования хлеба. Ис­
пользование заготовляемого хлеба должно быть подчинено единому порайон­
но построенному плану, связывающему в одно целое заготовки, перемол,
снабжение потребляющих рынков, экспорт и накопление запасов;
г)провести дальнейшее снижение торговых и накладных расходов, связан­
ных с переработкой и обращением хлеба в размере не менее 10% по сравнению
с 1926/27 г.
2.В связи с этими основными положениями предложить НКТоргу СССР
провести нижеследующие мероприятия:
/. В области организации заготовок
а)поручить НКТоргу провести построение заготовительного аппарата на
основе постановления СТО от 13 мая 1927 г.14.
При этом должен быть установлен такой порядок работы заготаппарата на Украине и Северном Кавказе, который устранил бы возможность нездоровых взаимоотношений между аппаратами госзаготовителей (Хлебопродуктом15 и Укрхлебом на Украине, Хлебопродуктом и Кавхлебом на Северном Кавказе) и повысил бы нагрузку этих аппаратов.
Вместе с тем должны быть приняты меры, с одной стороны, к наибольшей заинтересованности местных органов и успешности операций Хлебопродукта, а с другой стороны — к обеспечению выполнения заданий, вытекающих из об­щего плана использования хлебных ресурсов Союза;
б)провести рационализацию структуры и работы срединных звеньев заго­
товительного аппарата;
в)поручить НКТоргу принять меры к рационализации, упрощению и уде­
шевлению отчетности и контроля;
82
г) в районах малотоварного хозяйства признать необходимым усилить ра­боту низовой кооперации по заготовке зерна мелкими партиями в глубинных пунктах.
2.В области использования хлеба
и снабжения внутреннего рынка
а)снабжение внутреннего рынка должно строиться из расчета покрытия
основными заготовителями 75% товарного потребления хлеба, причем этот
размер охвата внутреннего рынка основными заготовителями должен варьиро­
ваться по районам в зависимости от их значения с тем, что в важнейших по­
требляющих районах процент охвата потребления основными заготовителями
должен быть увеличен;
б)принять необходимые меры к исполнению постановления СТО от 22
июля (пр.338 п.З) об образовании государственного хлебного фонда16;
в)снабжение потребляющей полосы в пределах, установленных планом,
должно производиться в порядке дальнейшего расширения системы генераль­
ных договоров;
г)в отношении снабжения производящих районов признать необходимым
производство этого снабжения: а) главным образом местными организациями
(мельтрестами, мельничными объединениями и местной кооперацией и б) пла­
новыми заготовителями, расход которых на местное снабжение должен быть
ограничен определенными количествами, устанавливаемыми НКТоргом
СССР;
д)поручить НКТоргу СССР, по соглашению с ЭКОСО17 союзных респуб­
лик, провести в жизнь мероприятия по отбору из заготовляемых хлебов улуч­
шенных семян яровой пшеницы и ячменя для выдачи семенной ссуды буду­
щей посевной.
3.В области цен
а)сохранить в общем и целом заготовительные цены на уровне текущей
кампании 1926/27 г., производя, однако, необходимые корректирования за
счет снижения торговых и накладных расходов и экономию в соотношении
цен по районам и культурам, без влияния на уровень сбытовых цен;
б)признать, что система установления конвенционных18 продажных цен в
потребляющих районах себя оправдала;
Признать необходимым на будущую кампанию сохранить эту систему ус­тановления продажных цен, распространив ее на важнейшие пункты произво­дящих районов (устанавливая в последних конвенционные цены франко-вагон и франко-мельница), причем соотношение конвенционных цен между произ­водящими и потребляющими районами должно стимулировать целесообразное и экономически правильное направление хлебного потока.
Признать необходимым установление в важнейших потребительских пунк­тах фиксированных предельных розничных цен на муку.
Поручить НКТоргу СССР провести в некоторых крупнейших потребитель­ских пунктах стандартизацию сортов печеного хлеба и установление твердых цен (такс) на печеный хлеб.
4.В целях уменьшения разрыва заготовительных и продажных цен на
хлеб поручить НКТоргу проводить нижеследующие мероприятия: а) дальней­
шую борьбу со встречными и кружными перевозками; б) большее пользование
для перевозок хлеба водного транспорта; в) ограничение в использовании за­
возным тарифом; г) при снабжении потребляющей полосы должно быть уде­
лено особое внимание развитию транзитных операций за счет складских;
д) принять меры к большому сосредоточению ссыпки хлеба на мельницах и
элеваторах и усилению их загрузки; е) принять решительные меры к удешев-
83
лению стоимости помола; ж) добиться через ЭКОСО союзных республик дальнейшего снижения ставок за аренду помещений.
5. В области финансирования
Признать необходимым на будущую кампанию 1927/28 г. сохранить ту систему финансирования, равно как и плановое руководство последним со стороны Наркомторга, которые применялись в 1926/27 г. на основе постанов­ления СТО от 9 июня19.
В связи с важностью хлебозаготовок, ростом значения плановых организа­ций считать необходимым обеспечить жесткую дисциплину со стороны соот­ветствующих органов по выполнению как плана заготовок, так и планов пере­мола и сбыта. В связи с этим предложить ЭКОСО союзных республик ока­зать всемерное содействие НКТоргу СССР в отношении осуществления необ­ходимой дисциплины и единства руководства хлебной кампанией.
Зам. председателя Совета Труда и Обороны Я.Рудзутак.
Зам. управделами СНК СССР и Совета Труда и Обороны Арт. Кактынь.
Зам. секретаря Совета Труда и Обороны С.Флаксерман.
РГАЭ. Ф. 478. On. 1. Д. 2057. Л. 48—49 об. Заверенная копия.
№ 6
Из информационной сводки Отдела информации и политконтроля ОГПУ № 22 с 20 июля по 3 августа 1927 г.
4 августа 1927 г. .. .Крестьянство Распродажа скота в связи со слухами о войне
Рязанская губ. 27 июля. Распространившийся в пос. Архангельском Ми-лославской вол. Скопинского у. слух о мобилизации лошадей и рогатого скота, вызвал панику среди крестьян, в течение нескольких дней по селу было продано две лошади, двадцать голов крупного рогатого скота и несколько овец.
Курская губ. 18 июля. В пос. Александровском Прохоровской вол. Белго­родского у. на базаре крестьяне за хороших лошадей, стоивших ранее 150 — 200 р., дают не более 120 р., за старых же и негодных для военных целей предлагают 125—160 р. Одновременно крестьяне стараются сбыть хорошие повозки, опасаясь, что в случае мобилизации они будут отобраны; повозки, стоившие ранее 130 — 150 р. продаются за 100 — 110 р.
Черноморский округ. 18 июля. Среди казаков с. Павловского Крымского района в связи со слухами о войне наблюдается паника. Отмечены случаи рас­продажи лошадей и рогатого скота, прячутся серебряные деньги.
Пораженческая агитация
Курская губ. 27 июля. В с. Иванино Глушковской вол. Рыльского у. после собрания, на котором был сделан доклад о военной опасности, середняк в группе односельчан говорил: «За что мы пойдем воевать, у нас малоземелье, и нашу землю отобрал совхоз, который сдает ее нам же в аренду. За работы по 16 часов в день экономия платит крестьянам всего лишь 80 к., можно ли так жить. Мы воевать не пойдем, пусть стреляют нас».
Воронежская губ. 28 июля. В Бобровском у. на собрании Березовского района г. Бутурлиновки выступавший по докладу о международном положе­нии кулак говорил: «Партия ВКП(б) обращается к нам только в трудную ми-
84
нуту для нее, а когда все обстоит благополучно, она забывает про нас, так пусть же партия и идет защищаться сама. Все мы против войны и не пойдем бить рабочих и крестьян других стран. Мы не желаем строить аэропланов, чтобы этими же аэропланами нас били, и чтобы не восстановить против себя рабочих других стран. Нам война не нужна, мы не хотим ее и воевать не пой­дем. Все имеющиеся орудия, пулеметы и аэропланы нужно переделать на сохи и бороны». Данное выступление было поддержано некоторыми из при­сутствующих, и во время чтения резолюции, призывающей стать на защиту Соввласти, раздавались выкрики: «Долой такую резолюцию, мы начеку быть не хотим, и если мы на войну не пойдем, то сидячих бить не будут». За пред­ложенную резолюцию из 250 человек присутствующих на .собрании проголо­совало лишь 15 человек.
Московская губ. 25 июля. В Мамошинской вол. Воскресенского у. на со­брании пайщиков Рождественского кооператива по докладу об опасности войны выступил зажиточный крестьянин (член церковного совета и член ВИКа), заявив: «Мы воевать не будем. Воевать должны те, кто получил улуч­шение от Соввласти, но не мы, крестьяне».
Калужская губ. 25 июля. В д. Оликово Утешевской вол. Мещевского у. на собрании членов ККОВ20 по докладу о международном положении высту­пил середняк, заявивший: «Нам незачем кричать: Ведите нас против буржуа­зии, мы все, крестьяне, костьми ляжем на защиту Соввласти! Этого вам, ком­мунистам, не дождаться, так как крестьянам не за что защищать власть, она нам ничего не дала, а все права и привилегии дала вам, коммунистам, так идите и защищайте сами».
Сальский округ. 18 июля. В хут. Гражданском Заветинского района на общем собрании по вопросу о международном положении выступил зажиточ­ный — бывший бандит, служивший у белых, со следующим заявлением: «Долой войну, мы воевать не пойдем, так как у нас нет такой техники, как у Англии, и воевать с ней нечего, она нас задушит газами. Пусть убьют дома, а раз мы не возьмем оружия в руки, нас, мирных жителей, не тронут». Его под­держал другой зажиточный, имевший связи с бандой: «Пусть другие державы придут, все равно хуже не будет». Эти выступления сочувствия у собравших­ся не встретили.
Ачинский округ. 25 июля. Березовский район. Середняк д. Боровой в бе­седе о предстоящей войне говорил: «Война должна быть обязательно. Нам надо сперва побить своих гадов, которые сидят на нашей шее и получают по 130 р. и отбирают последнего поросенка в налог».
Агитация за создание «крестсоюзов*
С 20 июля по 3 августа зарегистрировано 10 случаев агитации за создание «Крестсоюзов», из них по Центру — 6 (Московская и Курская губ. — по 1 случаю, Калужская и Тверская — по 2); Западу — 1 (Брянская губ.) и Си­бири — 3 (Бийский округ — 1, Рубцовский — 2). Из 10 выступлений четыре имели место на собраниях. По характеру требований: политических — 2, по образцу рабочих профсоюзов — 4 и прочих — 4.
Калужская губ. 25 июля. В д. Киселево Балобановской вол. Малояросла-вецкого района бывшим торговцем и четырьмя кулаками среди крестьян ве­дется агитация за организацию «крестьянского союза», созыв «Учредительно­го собрания» и неуплату страховых платежей и с/х налога.
Бийский округ. 23 июля. Новиковский район. На почве недовольства на­логом в с. Вятки крестьяне высказываются за создание «крестьянской органи­зации», заявляя: «Нашего брата — крестьянина всюду прижимают. Вот те­перь, например, налог — с кого, как не с крестьянина, дерут шкуру. Хотя нам и говорят, что это главным образом идет на содержание нашей же власти, слу-
85
жащих и на свои нужды, но мне кажется, что крестьянин этого не решал и не постановлял, а все ему навязывают сверху. Если бы крестьянину дали свобод­но самоустраиваться, без расслоения и диктатуры, тогда бы сельское хозяйст­во лучше бы росло и развивалось. Рабочие фабрик имеют свои союзы, через них защищают свои интересы, а крестьянину только приказывают. Если нам говорят, что крестьянская организация — кооператив, крестком и т.п., — это еще не то, что нужно крестьянину. Крестьянину нужно что-то большее, чем все эти организации».
Кулацкие и антисоветские группировки
Курская губ. 18 июля. В хут. Звягинцево Медвенской вол. Курского у. кулацкая группировка под руководством учителя открыто выступает против местных органов власти, дискредитируя последние и призывая население не подчиняться постановлениям местной власти. Группировка устраивает свои собрания и оказывает влияние на крестьян близлежащих хуторов.
Ленинградская губ. 15 июля. В д. Б.Верево Троицкой вол. и уезда часто собираются кулаки окрестных деревень и обсуждают способы борьбы с Сов-властью. Группа кулаков ставит своей целью свержение Соввласти, проведе­ние террора против коммунистов, ответственных работников и членов прави­тельства, устройство погромов, порчу сооружений и имущества государства.
Шахтинско-Донецкий округ. 15 июля. Учитель Тищенского района сгруп­пировал вокруг себя казачью молодежь, ведет среди нее агитацию за автоно­мию казачества и всячески компрометирует Соввласть.
Листовки и воззвания
Воронежская губ. 17 июля. Валуйский у. В с. Заломном на видном месте, где созываются общие сходы крестьян, была вывешена листовка следующего содержания: «Товарищи, скоро будет у вас Варфоломеевская ночь. Товарищи, при Советской власти нельзя развиваться сельскому хозяйству. Товарищи, граждане и гражданки, все-все на борьбу с Советской властью».
Помощник начальника Информотдела ОГПУ Буцевич. Помощник начальника 2 отделения Герасимова.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 394. Л. 88-89 об. Копия.
№ 7
Из циркуляра ЭКУ ОГПУ «О подготовке к массовой операции на кожевенно-сырьевом рынке СССР»
7 сентября 1927 г. Совершенно секретно.
№ 172/ЭКУ
ПП ОГПУ: БВО, ЛВО, СКК, Сибири, Средней Азии, Украины, Урала; губотделам:
По примеру прошлого года за последнее время на кожевенно-сырьевом рынке СССР вновь начинает проявлять активность частный капитал в лице спекулянтов-перекупщиков, которые, учитывая сезон заготовки мелкого сырья и приближение сезона по сбору крупных кож, практикуют прошлогод­ний метод конкуренции заготовителям, путем взвинчивания покупных цен против лимита от 50 до 100% (Владимир, Витебск, Саратов, Курск и др.).
Результат проведенной нами операции в период ноябрь 1926 г. — май 1927 г. дал возможность заготовительному аппарату Всесоюзного кожсиндиката21
86
выполнить план по крупному сырью за 3 квартала 1926/27 г. в размере 105,3%, тем не менее, заготовка по мелкому сырью за тот же период оказалась выполнен­ной лищь на 67,1%, то есть недобор выражается 3 756 400 шт., что имеет отра­жение на рынке полуфабриката. Это обстоятельство не замедлило учесть частно­капиталистическое и кустарное производство и особенно усилило сборку мелкого сырья в период июль — август сего года, внося полную дезорганизацию в заготов­ки госорганизаций, подвергая план последних под угрозу срыва1*.
Создавшаяся обстановка международного положения СССР, при зависи­мости последнего от рынка заграничного сырья (на 1927/28 г. намечался ввоз 2 000 000 шт. крупного сырья), выдвигает перед нашей кожевенной промыш­ленностью вопрос максимальной загрузки производственных предприятий, что требует полного обеспечения последних кожсырьем. Вместе с тем, увели­ченная по сравнению с прошлым годом программа заготовок Всероссийского Кожсиндиката по крупному сырью с 5 168 600 шт. до ...2* шт., по мелкому — с 11 437 000 шт. до 14 000 000 шт. и оживление на рынке частника в связи с ощущаемым недостатком товаров и удовлетворением спроса потребителя на ко­жевенный полуфабрикат ставит перед нами задачу повторения административно­го нажима на частника-спекулянта, в целях обеспечения трестированной и син­дицированной промышленности выполнить возложенную на нее задачу, каковая точка зрения поддерживается регулирующими органами (НКТорга, ВСНХ).
Руководствуясь изложенным выше, ЭКУ ОГПУ считает необходимым, учтя имевшие место недочеты в работе местных органов ОГПУ при проведе­нии прошлой операции, сейчас же приступить к детальной и тщательной про­работке материалов по кожевенно-сырьевому рынку в плоскости выявления следующей категории лиц:
I. По кожсырью
1. Владельцев сырьевых фирм, имеющих своих агентов, коим дают дирек­
тиву на скупку кожсырья по взвинченным ценам против лимита. На сей счет
желательно иметь документальные данные;
2. Спекулянтов-перекупщиков, которые путем взвинчивания цен на кож­
сырье снимают таковое, как непосредственно, так и через имеющуюся у них
специальную сеть агентуры, в целях перепродажи частным производственни­
кам. В данном случае следует оттенить факты перепродажи за пределы райо­
на скупки;
3. Заводовладельцев, занимающихся скупкой сырья не для своего произ­
водства, а для перепродажи по взвинченным ценам;
4. Организаторов и активных участников лжекооперативных артелей, ор­
ганизованных под видом закупки сырья с целью снабжения местной государ­
ственной и кустарной промышленности, в действительности же занимающих­
ся, главным образом, вздутием цен на сырье и перепродажей такового частни­
ку-заводчику также по взвинченным ценам;
5. Спекулянтов-перекупщиков, не имеющих патентов на право коммерчес­
кой деятельности, спекулирующих и перепродающих кожсырье по взвинчен­
ным ценам.
6. Мясников и прасолов, связанных договорными отношениями с госорга­
нами на поставку сырья, но умышленно не выполняющих таковые в целях ис­
пользования получаемых авансов на заготовку и большей наживы путем пере­
дачи сырья частнику.
7. Владельцев торговых предприятий, по своему роду деятельности ничего
общего с кожевенно-сырьевым делом не имеющих, но занимающихся скупкой
и перепродажей кожсырья по взвинченным ценам, как побочным личным за­
работком;
Примечание: Под взвинченными ценами следует понимать скупку и прода­жу кожсырья по стоимости выше лимитных цен от 20% и больше.
87
II. По дубителям и химикалиям
1. Частных заводовладельцев, занимающихся скупкой и перепродажей по
взвинченным ценам дубителей и химических солей для обработки кож;
2. Спекулянтов, занимающихся скупкой этих химикатов в других районах
и перепродающих таковые по взвинченным ценам местным кустарям и частни­
кам, что сильно влияет в повышении цен на готовый полуфабрикат...
Пом. начальника Экономупра ОГПУ Миронов. За пом. начальника 2 отделения Соколов.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 66. Оп. 1. Д. 174. Л. 317-318. Копия.
** Так в тексте.
2* Отточие документа.
№ 8
Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «Об итогах хлебозаготовок, о плане хлебозаготовок на IV квартал 1926/27 г. и о контрольных цифрах хлебозаготовок будущего года»1*
15 сентября 1927 г.
а)Ввиду того, что виды на урожай оказались лучше, чем это предполага­
лось ранее, признать необходимым увеличить общую цифру плана хлебозаго­
товок на 1927/28 г. до 740 млн пуд. зерновых хлебов;
б)в области цен держаться директив, данных объединенным пленумом ЦК
и ЦКК: «Держа твердый курс на сохранение в общем и целом цен на зерно­
вые хлеба и специальные культуры на уровне истекшего года, признать необ­
ходимым установление большего соответствия в ценах между отдельными
культурами и различными производящими районами. В целях уничтожения
разрыва между заготовительными и продажными ценами на с/х товары и, в
первую голову, на хлеб необходимо добиться такого снижения расходов това­
ропроводящей сети, которое не только возместило бы увеличение заготови­
тельных цен на некоторые культуры и в отдельных районах, но обеспечило
дальнейшее снижение продажных цен»2*;
в)ввиду того, что экспорт пшеницы с 80 млн пуд. терпит прогрессивное
падение, обязать Наркомторг принять меры к тому, чтобы это падение не
дошло до цифры ниже 40 млн пуд., для чего ввести употребление смешанной
муки вместо чистой пшеничной;
г)образовать при Наркомторге постоянное совещание по снабжению рабочих
районов с участием представителей профсоюзов и Церабсекции. Поручить тт.
Микояну и Догадову наметить срочно персональный состав этого совещания;
д)принять в основе предложения НКТорга, в остальном поручив тт. Руд-
зутаку и Микояну окончательно средактировать на их основе проект постанов­
ления Политбюро;
е)создать комиссию для рассмотрения прав Наркомторга по линии сырье­
вых и хлебных заготовок в составе тт. Рыкова (с заменой Рудзутаком), Кали­
нина, Микояна, Чубаря и Косиора.
Созыв комиссии за т. Рудзутаком.
РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 651. Л. 3—4. Подлинник. Машинописный текст.
** Из протокола № 124 заседания Политбюро ЦК ВКП(б). 2* КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1984. Т. 4. С. 193.
88
№9
Из сводки № 1 Экономического управления ОШУ
о хлебозаготовительной кампании 1927/28 хозяйственного года
/ октября 1927 г. Сов. секретно.
1. Украинская ССР
По сообщению от 31 августа. Появление первых партий хлеба нового урожая на рынке можно отнести ко второй половине июля месяца. По всей Украине значительное предложение хлебных излишков относится к первым числам августа, с какового времени хлебозаготовки начинают, не переставая, расти.
Отношение селян к хлебозаготовкам, в общем, удовлетворительное. В на­чале кампании, в связи с распространенными слухами о войне и недороде в северных районах Союза, было заметно выжидательное отношение крестьян­ства, но к 10-м числам августа эти слухи сменились стремлением запасаться промтоварами и инвентарем. Зажиточный крестьянин, продолжая разговоры о разнице цен на хлеб и промтовары, все же начал вывозить сначала запасы прошлого урожая, а затем и новый хлеб...
Наблюдается конкуренция между Укрхлебом и Хлебопродуктом за сдатчи­ка зернохлеба. Имеет тенденцию к развитию конкуренция между низовыми кооперативными объединениями потребительской и с/х кооперации. Конку­ренция между отдельными заготовителями вызывает нарушения заготовитель­ных цен в сторону их явного или замаскированного увеличения. За август было установлено по Укрхлебу — 20, по Хлебопродукту — 7, по линии по­требкооперации — 15 и по линии сельхозкооперации — 13 случаев наруше­ния конвенционных цен...
Незаможное селянство Полтавского и Зиновьевского округов остро выра­жает недовольство и заявляет, что эти правила на руку лишь заможной части селян, имеющей достаточное количество перевозочных средств и могущих сда­вать зерно на мельницы.
Бедняцкий хлеб скупается кулаком и потом транспортируется на мельни­цы или перерабатывается и идет для снабжения города и рабочих районов, что отмечается по Артемовскому и Луганскому округам.
Отрицательно отражается несогласованность в определении конвенцион­ных цен на границах соседних округов. Имеются примеры, когда разница в конвенционных ценах двух соседних пунктов колеблется от 5 до 12 к. на пуд.
Частники широко авансируют селян под солидные проценты в Черкас-, ском, Винницком, Тульчинском, Николаевском, Лубенском, Кременчугском и Артемовском округах. Заготовка частника непосредственно связана либо с ра­ботой кооперации и госзаготовителей, либо с перемолом на частных мельни­цах. В первом случае частники стараются свои заготовки замаскировать и скрыться от налогового пресса. Отмена экономического регулирования на вод­ном транспорте вызвала оживление в Одесском и Киевском районах деятель­ности частника.
По сообщению от 15 сентября. В сентябре хлебозаготовки развивались быстрым темпом с превышением планов. Поступающий хлеб заполнил все ам­бары, склады, и заготовители вынуждены складывать хлеб под навесами или даже под открытым небом. Недостаток помещений вызывал заторы приемки хлеба и отгрузки такового с железной дороги. Это состояние отмечено по всей южной полосе, с тенденцией распространения на север (Белая Церковь, Зино-вьевск, Винница, Черкассы). Установлен недостаток брезентов и плохое со­стояние имеющихся.
89
Отношение крестьян к заготовкам продолжает оставаться удовлетвори­тельным. Отмечаются лишь единичные случаи агитации кулаков с призывом воздержаться от сдачи хлеба до повышения цен до уровня стоимости промто­варов. Повсеместно отмечено усиление спроса на промтовары, которых не хва­тает. Намечающееся явление отказа ЕПО держать в достаточном количестве строго нормированные, малоприбыльные товары вызывает недовольство селян.
Конкуренция со стороны Укрхлеба дезорганизует целый ряд хлебных рай­онов. Случаев конкуренции со стороны Хлебопродукта значительно меньше, но одновременно с этим увеличились случаи конкуренции между низовыми кооперативными ячейками. Случаев конкуренции низовых кооперативных объединений за первую половину сентября отмечено 32, а само явление имеет тенденцию к дальнейшему развитию...
И. РСФСР
Северо-Кавказский край. По сообщению от 12 сентября. Поступающий на рынок хлеб оказался с повышенной влажностью и с проростью. В связи с недородом в некоторых районах (Армавир, Терек и др.) крестьянство начало придерживать хлеб. Темп хлебозаготовок по сравнению с темпом прошлого года чрезвычайно слаб.
На хлебном рынке появился частник, закупка зерна на местах зачастую производится им прямо с молотилки и затем на крестьянских подводах сразу же направляется на мельницы. Производя закупку зерна у крестьянина, част­ник ставит ему непременное условие отвезти это зерно для перемола на гос­мельницу, якобы для личных надобностей, а квитанцию в приеме этого зерна передать ему. Вся эта операция с крестьянином проводится частником не без значительных доплат.
В Таганрогском округе, ввиду усиленного спроса хлеба в смежных с ним рудничных районах, частник-хлебозаготовитель, а также зажиточный и ку­лацкий элемент деревни, проводя усиленную скупку зерна, подняли цену до 1 р. 75 к. Мешочничество, занимающееся скупкой и перепродажей сравни­тельно мелких партий хлеба, ввиду своей массовости, определенным образом дезорганизует хлебный рынок. Приток мешочников идет из потребляющего Астраханского района и частью из Калмыцкой области, а также с недородных районов Терского округа. Вред от мешочничества усугубляется еще тем обсто­ятельством, что мешочники в погоне за хлебом забираются в самые глубинные пункты и там скупают его прямо на току, платя по 1 р. 50 к. за пуд пшеницы. Наряду с этим зафиксированы такие случаи, когда кулаки и зажиточные сдают на мельницы по 1—3 тыс. пуд. зерна и затем, получив муку, продают ее мешочникам. Мешочниками также широко практикуется метод скупки у крестьян квитанций на сданное для перемола на мельницах зерно.
На Тереке местными властями постановлено в местах наибольшего скопле­ния мешочников (Прикумск, Прохладная, Моздок) открыть лабазы с тем, чтобы через них сбывать всю выпускаемую местными мельницами продукцию.
Наблюдается конкуренция между основными заготовителями. Почти все они без исключения тем или иным путем переплачивают сверх согласитель­ных цен, практикуя также метод дачи полной цены за зерно пониженной кон­диции. В этом отношении, как и в прошлой заготовительной кампании, осо­бенно отличается1* «Кавхлеб»...
Самарская губ. По сообщению от 5 сентября. Качество зерна нового уро­жая хорошее и даже значительно лучше прошлогоднего.
Ввиду занятости крестьян полевыми работами привозы хлеба незначитель­ные. В связи с незначительностью подвоза хлеба и большим спросом частни­ка, главным образом на пшеницу, заготовки государственных и кооператив­ных заготовителей протекают слабо.
90
Ощущается большая нужда в пшеничной и ржаной муке. Частник, учиты­вая это положение, усиленно скупает хлеб по высоким ценам. Заготовленный хлеб частники перемалывают на своих мельницах. Дабы обойти экономичес­кое регулирование, частный торговец прибегает для этого к отправкам хлеба из пределов губернии на лодках багажом (до 20 пуд. на билет) и гужем (из пределов Бугурусланского у. в Бугульминский район).
Частник выплачивает за хлеб от 1 р. 70 к. до 1 р. 80 к. за пуд, тогда как госзаготовители могут платить лишь от 1 р. 18 к. до 1 р. 20 к.
Ульяновская губ. По сообщению от 19 сентября. Подвозы заметно нача­ли возрастать. Однако неблагоприятная для сева озимых погода создала у крестьянства, в общем, выжидательное настроение.
Наблюдается, что кооперация, в погоне за преобладанием на хлебозагото­вительном рынке, расширяет свою заготовительную сеть без учета обслужива­емого района. Кроме того, отмечаются случаи производства ссыпок в запре­щенных районах в пределах 40-верстного радиуса от пристанских и пристан­ционных пунктов.
Сталинградская губ. По сообщению от 7 сентября. Губерния имеет по­ниженный урожай по сравнению с прошлым годом.
Поступающее предложение зерна на рынок в большем проценте попадает сейчас в руки местного населения, старающегося заготовить хлеб на зиму, а также в руки частных торговцев, платящих за пшеницу от 1 р. 40 к. до 1 р. 50 к. пуд, при государственной максимальной — 1 р. 25 к. Зерно урожая на­стоящего года из-за дождей по своему качеству является очень низким, ввиду чего крестьянство предполагает везти на рынок зерно лишь нынешнего уро­жая. Крестьянство считает заготовительные цены низкими.
Центрально-Черноземная область
Орловская губ. По сообщению от 22 сентября. Излишки зернопродуктов исчисляются в 11 500 тыс. пуд. ...
Подвоз на рынок зернопродуктов с начала сентября усилился. Преимуще­ственно выбрасывается на рынок овес.
В начале сентября Наркомторгом заготовительная цена была изменена в стремлении2* уменьшения и на рожь установлена в 78 к., а на овес — в 68 к., с дальнейшим уменьшением ее при плохом качестве зернопродуктов. Это из­менение цены в самом начале кампании произвело плохое влияние на настро­ение крестьян и дало возможность к различным разговорам.
Основной ненормальностью, которую необходимо отметить, является трав­ля Хлебопродукта, которую ведут оба вида кооперации. Например, на пункте Верховье начальник волостного отделения милиции, по распоряжению ВИКа, выселил склад Хлебопродукта из помещения, которое последний арендует уже несколько лет. На станции Тербуны при помощи ВИК Сельхозтоварище-ство пыталось заарендовать уже заарендованный Хлебопродуктом склад. На станции Глазуновка председатель ВИКа предложил Хлебопродукту закрыть имевшийся склад, а ссыпку передать Глазуновскому ПО. Каменское с/х то­варищество по заключенному договору сдало Хлебопродукту зернопродукты, после этого обратилось в ПО за покупкой нефти для имеющейся мельницы, но ПО нефти не отпустило, говоря: «Зернопродукты сдаете Хлебопродукту, у него и покупайте нефть».
Тамбовская губ. По сообщению от 3 сентября. Подвоз хлебных культур увеличился. В связи с частичным снятием экономического регулирования же­лезнодорожных перевозок частники усиленно готовятся к работе по хлебоза­готовкам...
Как и в прошлой хлебозаготовительной кампании, так и в нынешней, част­ники скупают у крестьян хлеб выше установленной конвенционной цены.
91
В с. Соседке Моршанского у. председатель с/х товарищества Меморский с работниками местного ЕПО отводили лошадей с возами хлеба от амбаров Хлебопродукта или садились на воза и тут же демонстративно прибавляли цену, причем пугали крестьян, что лица, продающие хлеб Хлебопродукту, будут лишены права покупки товаров в ЕПО. Кроме того, Меморский и его компания вмешивались в ежедневную работу пункта Хлебопродукта и по не­сколько раз в день во время ссыпки приходили в амбар проверять натуру, яр­лыки и всячески старались мешать работе.
В с. Лотокшино Липецкого у. правление с/х товарищества открыто заяв­ляет, что, «кто будет сдавать ему хлеб, тот после получит приплату в 8 к. с пуда». Кроме того, товарищество бонификации22 и рефикации23 не придержи­вается и платит одну и ту же цену.
Тульская губ. По сообщению от 24 сентября. По гречихе губернский ба­ланс дефицитен, и ее недостаток определяется в 904 649 пуд. Излишек зерна в кампанию 1927/28 г., по сравнению с прошлым годом, значительно выше.
План заготовок, в свою очередь, значительно выше прошлогоднего.
Частник интенсивно ведет заготовки. С самого начала хлебозаготовок част­ник взял курс на повышение цен, назначив их на овес от 1 р. до 1 р. 40 к. за пуд, тогда как цены плановых заготовителей 72 к. [за] пуд.
В общем же хлебозаготовки еще не развернулись и идут слабо...
Оренбургская губ. По сообщению от 14 сентября. Хлеб на рынке выбра­сывается прошлогодний. Государственным заготовителям пришлось столк­нуться с особой интенсивностью частника. Торговцы покупают хлеб, большей частью пшеницу, сами и через многочисленный маклериат, который состоит из бывших хлебников, грузчиков и т.д.
Серьезным моментом является также расхождение цен на хлеб с ценами Самарской губ., что на протяжении последних двух лет является крайне бо­лезненным вопросом.
Пензенская губ. По сообщению от 17 сентября. Наблюдается оживление привоза хлеба на рынок. Снятие экономического регулирования на транспорте ставит под угрозу стабилизацию заготовительных цен, так как дает возмож­ность частнику принять участие в хлебозаготовках. Частники усиленно гото­вятся к заготовкам, в частности, выстроив новые амбары для ссыпки.
К факторам, препятствующим выявлению в заготовках кооперации, необ­ходимо отнести то обстоятельство, что в местах нахождения элеваторов и мельниц последние имеют возможность приплачивать 2-3 к., чего кооперация делать не может. В связи с этим часть потребительской кооперации даже от­казалась от заготовок.
В районе Башмаково, Белинский и Титово со стороны потребительской ко­операции замечены случаи повышения цен против цен Хлебопродукта. Кроме того, потребительская кооперация имеет у себя товары, необходимые крес­тьянству, и производит меновые операции, чем и отвлекает крестьян от элева­торов и заготпунктов Хлебопродукта, оттягивая хлеб от ж/д станций. В Пен­зенской конторе Хлебопродукта ощущается недостаточность переводимых де­нежных сумм.
Помощник начальника ЭКУ ОГПУ Миронов.
Начальник 4 отделения Рапопорт.
Уполномоченный Пономарев.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. ОП. 6. Д. 53. Л. 5-20. Копия.
'* В документе ошибочно «оплачивается». 2* Так в тексте.
92
№ 10
Из выступления наркома торговли СССР А.И.Микояна на заседании коллегии Наркомата о ходе хлебозаготовок
3 октября 1927 г.
..У По хлебу мы имеем трудности, которые обнаружились весной. За три месяца они исчезли, а потом, в октябре, они снова появились. Какие факторы на хлеб действуют? Я не говорю пока о сборе и особенностях урожая этого года. Во-первых, для октября имеет значение распутица, хотя Альский это и отрицает. Я предлагаю ему поехать на Кубань и посмотреть, как там можно перейти с одной стороны улицы на другую, без того, чтобы переехать верхом. Распутица имеет большое значение. В 1925 г. было то же самое. На ссыпных пунктах у нас лежало много хлеба, а между тем мы не могли перевезти его оттуда. Но это, конечно, не единственное. Если погода улучшится, тогда дело будет лучше. Но не исключена возможность, что распутица будет долгое время. Она может быть и короткая, а может быть и длинной. Но это не эко­номические причины. Есть причины, которые отразились на Украине. На Ук­раине, в особенности, контур будущего неурожая действует на нынешние хле­бозаготовки. Мы не всегда понимаем значение своих слов. Когда мы говорим об обороне страны, все думают, что надо обороняться от военных трудностей. Мы об этих трудностях написали письмо в Пленум ЦК. Если мужик подчи­няется, он также должен готовиться к обороне. Мужик не дурак, тем более, что он имеет подтверждение, что посев плохой. Мы до октября ждали, что он улучшится, но этого улучшения так и не было. Дождей не оказалось. Это на Украине оказало большое влияние. Если посевы будут плохие, весенние заго­товки могут сорваться, если пройдет все хорошо, заготовки могут улучшиться. Если же будет засуха в июне—мае, мужик будет осторожней.
Конечно, завоз промтоваров также имеет значение. Но я думаю, что на Украине мы в этом году с промтоварами имеем более благоприятное положе­ние, чем в прошлом году. В прошлом году украинцы больше жаловались на отсутствие промтоваров, чем в этом году. Во всяком случае, промтовары — не главное. Я считаю, что соображение о неурожае имеет большее значение, чем промтовары.
По поводу крестьянских запасов. Верно то, что они увеличиваются. Во-первых, они увеличиваются в иных районах, чем раньше2 . Урожай падает на те районы, где мы никогда не занимались в таком размере заготовками. Здесь мужик будет делать запас. Например, Северный Кавказ в балансе хлеба не имеет большого значения, но в товарном балансе он имеет большое значение. Это все создает трудности. Я считаю, что ввиду военной опасности, ввиду одновременной необходимости готовиться к неурожаю — запасы могут увели­читься. Крестьяне напуганы воспоминанием 1921 г., когда они ели даже своих дочерей, и поэтому они делают запасы. Кулак предпочитает сейчас не зани­маться хлебом. Он похитрее и занимается не только хлебом, но и занимается машинами и др. Нужно считаться с тем, что мужик не дурак, что он не глу­пый.
Что придется изменить в контрольных цифрах? Я считаю, что в отноше­нии хлеба нельзя согласиться с т. Вейцером насчет 610 млн [пуд.] и нельзя согласиться с цифрой, которая была принята на вчерашнем заседании — в 650 млн. Я считаю, что обе эти цифры неправильны. Нам нужно оставить план за­готовок в 700 млн [пуд.]. Нельзя чересчур поддаваться. Я считаю, что фев­раль, январь дадут большее количество заготовок. Товарная масса будет боль­ше. Если вы не можете оспорить цифр ЦСУ24, вы не имеете оснований сокра­щать хлебный план. Сегодня на Украине распутица, а завтра ее может не быть. Правильно поступают крестьяне — подсолнух в первую очередь надо
93
продавать. Когда у него не хватит денег, он будет продавать крупы, а потом начнет продавать и рожь. Я считаю, что уменьшать здесь чересчур нельзя, хотя контрольные цифры требуют 740 [млн пуд.]. Однако это нереально, это невыполнимо. Я не исключаю возможности, что, может быть, мы 700 млн не соберем, но меньше 660 — 670 ставить нельзя. Мы, может быть, соберем даже и 700. Вейцер предлагает цифру меньше прошлого года. Это неверно.
Помните историю с Крымом? Крымские товарищи писали о том, что Крым будет голодать, об этом были телеграммы и в июне, и в июле, а между тем заготовки хлеба в Крыму лучше, чем в прошлом году. За это их нужно будет отдать под суд. Как же можно верить таким работникам? Это преступление, потому что нельзя не верить работникам мест, а между тем мы не можем им верить. Людей, которые говорят такие вещи, нужно высечь, посадить в тюрь­му, чтобы прежде, чем говорить, они подумали о том, что нужно сказать. Нужно обязательно эти телеграммы достать и, если это сделали крупные пар­тийные товарищи, передать это дело в ЦКК25. Нужно не поддаваться местам, а нужно их критиковать. Они хотят застраховать себя, дают минимальные планы, а вместе с тем реальные возможности больше.
Однако я за сокращение экспортного плана хлеба. Я за прежний план за­готовок хлеба и за сокращение экспортного плана хлеба. Нам нужно будет дать неурожайным районам больше хлеба, за счет сокращения экспорта. В Среднюю Азию мы должны будем дать 10 млн, на Северный Кавказ — 8 млн.
Я боюсь, что много хлеба из запаса пропадет для нас...3* Придется сокра­тить экспорт зерновых, вместо 195 [млн пуд.] взять план, примерно, в 90 млн. В прошлом году у нас было другое положение, а в этом году, ввиду того, что мы должны образовать хлебный фонд26, экспорт будет сильнее во вторую по­ловину года. Так что по линии хлебного экспорта, я думаю, надо сократить до 90 млн. Примерно эту цифру мы можем взять. Я это делаю для того, что нам обязательно нужно удовлетворить хлебом внутренний рынок. В этом товаре мы ничего иного сделать не можем, в остальных товарах мы кое-что сделаем...
РГАЭ. Ф. 5240. Оп. 9. Д. 102. Л. 45-49. Копия.
1 Опущена информация об импортном плане, о займах, о технических культурах.
2* Так в тексте.
3* Отточие документа.
№ 11—12
Протоколы заседаний Комиссии по подготовке тезисов о работе в деревне для XV партсъезда27
№ 11
Протокол № 1
3 октября 1927 г.
Присутствуют: тт. Анцелович, Бауман, Верменичев, Дубровский, Зайцев, Каминский, Ларин Ю., Милютин, Молотов, Розит, Свидерский, Шеболдаев.
Председательствует т. Молотов.
Слушали: I. Порядок работ комиссии.
Постановили: I. 1. Для подготовки тезисов о работе в деревне выделить из состава комиссии шесть подкомиссий:
а) для выработки схемы тезисов в целом: Молотов, Милютин, Ларин, Ба­уман, Яковлев, Свидерский (созыв за т. Молотовым).
94
б)о расслоении деревни и о мерах ограничения капиталистической эксплу­
атации: Ларин, Анцелович, Свидерский, Верминичев, Осинский, Яковлев,
Дубровский (созыв за т. Лариным).
в)о различии экономики отдельных районов, с точки зрения особенно
важных остатков дореволюционных отношений в экономике деревни; круп­
ных хозяйственных особенностей развития районов и необходимости в связи
с этим особых мероприятий в деле социалистического строительства по райо­
нам: Розит, Свидерский, Верминичев (созыв за т. Розит).
г)рост элементов социалистического строительства в сельском хозяйстве и
подготовка условий к более широкому развитию коллективизации и крупного
хозяйства в деревне: Анцелович, Каминский, Свидерский, Зайцев, Яковлев,
Бауман, Ларин, Дубровский, Карпинский (созыв за т. Бауманом).
д)о положительных и отрицательных явлениях роста производительных
сил в сельском хозяйстве: Милютин, Свидерский, Дубровский (созыв за
т. Милютиным).
е)организационные вопросы: Шеболдаев, Молотов, Розит, Анцелович,
Бауман (созыв за т. Шеболдаевым).
2. Все подкомиссии должны обратить особое внимание на проверку прак­
тики соответствующих органов с точки зрения проведения партлинии и уста­
новить наиболее существенные моменты извращения политики партии в прак­
тической работе.
3. Поручить председателям подкомиссий договориться с т. Молотовым об
уточнении задач подкомиссии.
4. Все подкомиссии должны закончить работу до субботы 8 октября.
5. Подкомиссии должны разработать порученные им вопросы в виде крат­
кой докладной записки с фактическими материалами и конкретными предло­
жениями (желательно не более 10 страниц по каждой подкомиссии, не считая
приложений)
[Слушали:] II. — О следующем дне заседания комиссии. [Постановили:] II. — Следующее заседание комисии назначить на субботу 8 октября, в 10 час. утра, для заслушания результатов работ подкомиссии.
Председатель Молотов. ГАРФ. Ф. 374. Оп. 28. Д. 2470. Л. 173—174. Подлинник. Машинописный текст.
№ 12
Протокол № 2
Предложения Комиссии по ограничению эксплуатации и расслоению . (т. Ларина) для включения в резолюцию съезда
/ / октября 1927 г.
1. Определить законом порядок и обязательность установления по сезонам
и видам работ, ниже которого не может быть1*, местными советами размера
зарплаты батраков, с тем чтобы этим было реально обеспечено улучшение ны­
нешнего их материального положения. (Принято единогласно.)
2. Считать необходимым организацию самодеятельности батраков в про­
цессе их классовой борьбы за улучшение своего положения (зарплата, рабо­
чий день, жилищные условия и т.д.), не останавливаясь в необходимых слу­
чаях перед организацией профсоюзом бойкота и стачек в частных хозяйствах.
(Принято единогласно.)
3. Признать необходимым ограничить наблюдаемую практику значитель­
ного удлинения договорными или сверхурочными работами рабочего дня в
сельском хозяйстве в отдельные сезоны сверх 8 часов, с тем, чтобы во всех об-
95
ластях сельского хозяйства допускалось только ограниченное количество сверхурочно1* или договорных часов сверх 8, с повышенной оплатой их по со­глашению профсоюза с нанимателями. (Принято единогласно.)
4. Значительно увеличить сеть с/х инспекции труда в основных районах
батрачества. (Принято единогласно.)
5. Дать твердую директиву органам НКТруда, местным советам и суду о
соблюдении применения Кодекса законов о труде к частным хозяйствам, в ко­
торых имеется один из следующих признаков:
а)промышленно-кулацкий характер хозяйства, независимо от числа рабочих;
б)наем двух сроковых рабочих;
в)промышленное предприятие, хотя бы подсобное;
г)торговая деятельность. (Тов. Свидерский предлагает в п. «б» трех сро­
ковых рабочих, остальные единогласно.)
6. Ограничить применение Временных Правил о наемном подсобном труде
в крестьянском хозяйстве28 только бедняцкими и середняцкими хозяйствами и
пересмотреть их в соответствии с указаниями опыта, обеспечив, в частности,
надлежащую охрану труда поденных рабочих. (Принято единогласно.)
7. Установить обязательность письменного договора об аренде земли с ре­
гистрацией в сельсовете, преследовать по суду за кабальные договоры, а
равно за субаренду (возложив уплату сельскохозяйственного налога на арен­
датора). В применении к госимуществам указать земорганам при возможности
предоставления земли трудовым пользователям отдавать им предпочтение
перед нетрудовыми арендаторами. (Принято единогласно.)
8. В местностях, где после революции не было уравнительного перераспре­
деления крестьянских и перешедших к крестьянам конфискованных зе­
мель, — производить с утверждения земорганов переделы и в тех случаях,
когда желание об этом заявит меньшинство деревни, принадлежащее к бедно­
те или к середнякам. (Принято единогласно.)
9. Принять закон о судебном преследовании кабальных сделок при уста­
новлении случаев систематической кабальной эксплуатации путем сдачи ин­
вентаря, рабочего скота, аренды и ростовщичества, вовлекши в эту борьбу
также местные общественно-хозяйственные организации и обратив особое вни­
мание партийных органов на борьбу с эксплуатацией путем сложных машин.
(Принято единогласно.)
10. Признать необходимым установление и ежегодное увеличение фондов
бедноты29 по государственным и местным бюджетам, давая этим фондам ис­
ключительно производственно-кооперативное назначение и увеличивая одно­
временно долю бедноты в прочих кредитах. (Принято единогласно.)
11. В целях большего стимулирования создания новых производственных
коллективов, как одного из важнейших средств ограничения капиталистичес­
кой эксплуатации, признать необходимым:
а)тщательную проверку действительной коллективизации, инструктирова­
ние и изучение организующих объединений, усилив в то же время борьбу с
лжеколхозами и разработав для этого ряд специальных мер;
б)ежегодное увеличение доли колхозов в долгосрочных кредитах, предо­
ставляемых государством для сельского хозяйства;
в)преследование лиц и учреждений, осуществляющих или допускающих
выдачу ссуд кулакам кредитными товариществами;
д)предоставление ежегодно увеличивающейся доли тракторов и других
орудий для колхозов. (Принято единогласно.)
12.На основе индустриализации и механизации совхозов, как крупных го­
сударственных предприятий в сельском хозяйстве, обеспечить за ними роль
организующих крестьянское производство центров, создав для этого в совхо­
зах:
96
а)прокатные пункты молотилок и тракторов;
б)переработочные предприятия и электростанции для обслуживания и
переработки продукции и совхоза и окрестных крестьян, с кооперированием
крестьян вокруг этих предприятий;
в)развитие производственной связи с крестьянским хозяйством путем об­
служивания его семенным материалом, племенным скотом и другими средст­
вами производства, повышающими технику крестьянского хозяйства.
Параллельно этому должно идти улучшение материального положения ра­бочих совхозов, повышение их обученное™ и качества их труда и создание с этой целью постоянных и достаточных кадров совхозских рабочих, а равно со­здание новых совхозов в местностях, где для этого имеются свободные земли и подходящая совокупность хозяйственных предпосылок и перспектив. При­нять меры для увеличения заинтересованности рабочих в успехе совхоза (через производственные совещания и т.п.), для подготовки кадров организа­торов, способных руководить совхозами, как предприятиями последователь­но-социалистического типа.
13.Съезд подтверждает правильность постановления ЦК о необходимости
всемерно бороться против чрезмерной дробимости (измельчания) массовых
крестьянских хозяйств. Эта борьба против вредных последствий дробимости
при нынешней системе хозяйства должна вестись путем интенсификации, ко­
оперирования и коллективизации крестьянских хозяйств, но не путем воспре­
щения (со стороны советов, земельных обществ, земорганов и т.д.).
Партия подтверждает нерушимость и строгое соблюдение национализации земли и принадлежащего трудящемуся крестьянству права уравнительных переделов. (Принято против двух: тт. Свидерского и Дубровского.)
14. Установить с текущего года прогрессивно-подоходный налог с деревен­
ских хозяйств кулацкого типа (по признакам, указанным в п. 5) и близких к
ним. (Принято единогласно.)
15. Принять меры защиты сельских рабочих домашней промышленности,
эксплуатируемых под видом кустарей и членов лжеартелей. (Принято едино­
гласно.)
16. Поручить партийным комитетам усилить выявление и изучение роли,
форм и приемов капиталистической эксплуатации в различных областях —
хозяйства их районов. (Принято единогласно.)
17. Признать необходимым разработку мероприятий по ограничению учас­
тия и прав кулацких элементов в кооперации и земельных обществах. (По п.
17 возражает т. Свидерский, остальные единогласно.)
Председатель комисии Ю.Ларин. Члены комисии: Кубанин, Верменичев, Анцелович, Дубровский.
ГАРФ. Ф. 374. Оп. 28. Д. 2470. Л. 166—169. Заверенная копия.
1* Так в тексте.
№ 13
Из доклада НКТорга СССР в СТО о плане хлебозаготовок на второй квартал кампании 1927/28 г.
24 октября 1927 г. Секретно.
Заготовка зерновых хлебов с маслосеменами за первый квартал (июль — сентябрь) текущей кампании по предварительным данным определяется в раз­мере 170 млн пуд., в том числе зерновых хлебов — 148,9 млн пуд. и маслосе-
4-26797
мян — 21,1 млн пуд. против заготовки в 1926/27 г. — 156,3 млн пуд., в том числе зерновых — 147,5 млн пуд. и маслосемян — 8,8 млн пуд., что дает уве­личение на 13,7 млн пуд. (за счет маслосемян) или на 8,8%. Результаты заго­товок за тот же период кампании 1925/26 г. определились в 160 млн пуд. (зерновых 143,5 млн пуд. и маслосемян — 16,5 млн пуд.).
Прежде чем перейти к оценке намечаемых размеров заготовок на II квар­тал тек[ущей] кампании, необходимо отметить следующие особенности загото­вок I квартала с.г., вытекающие главным образом из самого характера урожая тек[ущего] года и его географии:
а)в этом году мы имеем значительное сокращение зерновых заготовок на
Северном Кавказе ( с начала кампании по 1 октября — заготовлено около
32,9 млн пуд. против 55,2 млн пуд. в 1926/27г.);
б)хорошее развитие заготовок на Украине (при повторно улучшенном
урожае); заготовка на 1 октября составляет 81,3 млн пуд. при заготовке в
1926/27 г. 57,6 млн пуд.;
в)удовлетворительное развитие заготовок благодаря своевременной и бла­
гоприятной уборке урожая в Волжско-Камском районе и Башкирской респуб­
лике;
г)относительно слабый темп развития заготовок в Центрально-земледель­
ческом районе.
Роль Северного Кавказа и Украины в заготовках I квартала (с маслосеме-нами) за ряд лет видна из следующей таблицы (в млн пуд. [и %]).
Доля в общесоюзных заголовках]
Украина (в млн пуд.)
Северный Кавказ
УССР
(%)
Северный Кавказ (%)
1925/26 г.
49,2
56,9
30,8
35,6
1926/27 г.
57,6
55,2
36,8
35,3
1927/28 г.
81,3
32,9
47,8
19,4
Анализируя заготовки I квартала по культурам, отмечаем: а) удовлетвори­тельные (на уровне прошлогодних) заготовки пшеницы (94,1 млн пуд.); б) хорошие по ржи — заготовлено 37,2 млн пуд. против 28,8 млн пуд. в 1926/27 г. — увеличение на 8,4 млн пуд., или на 30% (при недостаточно ин­тенсивной заготовке ржи в Центрально-земледельческом районе); в) чрезвы­чайно слабые заготовки ячменя (3,4 млн пуд. — [против] заготовки в 1926/27 г. — 13,4 млн пуд., а в 1925/26 г. — 33,6 млн пуд.), находящие себе объяснение в резком снижении сбора этой культуры и усиленном скар­мливании его скоту (Северный Кавказ); г) стабильные по овсу и несколько повышенные заготовки крупяных (Центрально-земледельческий район); д) значительное поступление на рынок маслосемян (особенно на Северном Кавказе), обуславливаемое хорошим урожаем и сезонностью предложения их, что подтверждается следующими данными (млн пуд.):
Заготовки маслосемян
В том числе заготовки Северного Кавказа
Доля [в %] Северного Кавказа
1925/26 г.
16,5
7,6
46,1
1926/27 г.
8,8
6,7
76,1
1927/28 г.
21,1
12,7
60,2 (ориентировочно)
98
Октябрьская заготовка, предусмотренная планом в размере 114 млн пуд., по-видимому, осуществится в значительно меньших размерах. Так, за 1 дека­ду текущего месяца заготовлено по неполным данным (без заготовок Масло-жирсиндиката) — 26,8 млн пуд., если принять заготовку последнего, пример­но, в количестве 8 млн пуд. по 3 декаде сентября, — мы получим заготовку за 1 декаду октября около 30 млн пуд. против 33,1 млн пуд., заготовленных в предыдущее десятидневие, т.е. сокращение на 10%, в то время как заготовка 1 декады октября пр[ошлого] года оставалась на уровне предшествующей сен­тябрьской (32,7 млн пуд. — 33 — за 3 декаду сентября). Причины такого за­метного снижения заготовок следует искать в более замедленном, чем в про­шлом году, развертывании их в Сибири, на Урале и отчасти в Поволжье, при обычном, в силу некоторой исчерпанности товарных излишков, падении заго­товок в южных районах (Северный Кавказ). Исходя из изложенного, возмож­ная заготовка в октябре составит, вероятно, не более 90 — 95 млн пуд.
Для оценки вероятных заготовок в квартале октябрь—декабрь необходимо учесть следующее:
1) Вследствие благоприятных метеорологических условий лета и осени те­
кущего года (своевременное созревание и уборка хлебов) мы, по-видимому, не
будем в отношении зерновых хлебов иметь такого, ярко выраженного, сосре­
доточения заготовок во II квартале, как это было в прошлом году, ибо темп
предложения хлеба крестьянством с самого начала кампании развивается
более или менее нормально, что в некоторой мере и подтверждается заготов­
ками в 1 декаду сентября.
2) Во втором квартале в направлении более равномерного предложения
хлеба будут влиять также и общие условия урожая текущего года. Заготовки
в районах мелкотоварного хозяйства (Центрально-земледельческий район,
Восточной Сибири, Правобережье и Полесье Украины) будут проходить под
знаком более сдержанного темпа, чем в крупно-товарных районах.
3) С другой стороны, должны будут войти в заготовительную работу Си­
бирь, Урал и Казахстан.
4) Интенсивное поступление маслосемян, бурно развившееся уже в сентяб­
ре, по причинам, указанным выше, позволяет в заготовках II квартала отвести
этой культуре довольно значительное место, хотя общий темп заготовок мас­
лосемян будут в течение квартала снижаться.
Таким образом, принимая заготовку в октябре равной 90 — 95 млн пуд., а также учитывая некоторое, в связи с наступлением в ряде хлебозаготовитель­ных районов распутицы, — снижение ноябрьских заготовок, намечаемых нами примерно в 90 млн пуд., с последующим оживлением их лишь в декабре, Союзнаркомторг определяет плановые заготовки во II квартале ориентировоч­но в размере 285 млн пуд., в том числе по зерновым хлебам 245 млн пуд. и маслосеменам — 40 млн пуд., что от годового плана в 780 млн пуд. составит 36,5% против прошлогодних 44,7% и 30,1% в 1925/26 г.
Заготовка же за все первое полугодие составит при выполнении намечае­мого плана около 56,4% от годового плана (700 млн пуд.) по зерновым хлебам и около 75% по маслосеменам, а всего от годового плана в 780 млн пуд. около 58,5%.
Кроме того, необходимо иметь в виду, что во II квартале заготовки крупней­ших местных государственных и кооперативных организаций, работающих ис­ключительно на местное снабжение (Сибкрайсоюз, Сибсельсоюз, Сибторг и мельтресты в Сибири; мельтрест Кустсельсоюза на Урале, Казакский Хлебторг и Самарский Муктрест), должны будут составить по нашим расчетам, примерно, около 13—14 млн пуд. Данных о заготовке хлеба указанными организациями в I квартале пока не имеется. Однако, принимая размер их равным 3—4 млн пуд.,
4.99
мы получим полугодовую заготовку по местным организациям на 16 — 18 млн пуд., то есть 40 — 45% от годового плана для них (40 млн пуд.)...1*
Представляя на утверждение СТО контрольные цифры плановых хлебоза­готовок на квартал октябрь—декабрь, Союзнаркомторг считает необходимым отметить, что указанный заготовительный план (285 млн пуд.) следует при­знать все же напряженным и выполнимым лишь при достаточно благоприят­ных экономических и метеорологических условиях (состояние рынка промто­варов, характера предложения крестьянством других с/х продуктов, длитель­ности распутицы, общеполитической обстановки и т.п.)... 2
Наркомторг Микоян. Управляющий Главным секретариатом Степанов.
РГАЭ. Ф. 478. Оп. 1. Д. 2057. Л. 57—68. Заверенная копия. Ротапринт.
1* Опущены таблицы с планом распределения маслосемян по кварталам. 2* Далее опущены сведения о реализации хлеба на внутреннем рынке.
№ 14
Докладная записка ОГПУ в СНК СССР о необходимости применения репрессий в отношении частных торговцев1*
29 октября 1927 г. Секретно.
Председателю Совета Народных Комиссаров А.И.Рыкову Наблюдающийся острый недостаток на рынках, особенно промышленных районов, наиболее ходовых продуктов питания и предметов широкого потреб­ления объясняется, помимо ряда причин, также в значительной мере спекуля­цией, охватившей наиболее широко заготовительные рынки (мука, раститель­ное масло, кожевенное сырье и полуфабрикаты, шерсть, пряжа и т.д.). Спе­кулянты, извлекая крупные барыши от продаж по вздутым ценам дефицит­ных товаров на рынках с ненормально высокой конъюнктурой, вырученные этим путем средства бросают на заготовки и дезорганизуют заготовительные рынки чрезмерным повышением конвенционных цен, что приводит в ряде слу­чаев к резкому сокращению государственных и кооперативных заготовок.
Так, например, на хлебозаготовительном рынке Самарской губ. частники превысили конвенционные цены до 70 к. на пуд пшеницы, в результате чего за август с одной только незначительной станции Безенчук ими было отправ­лено за пределы губернии свыше 50 вагонов пшеницы, а государственными и кооперативными заготовителями за то же время — ни одного вагона. На ко­жевенном рынке частники при заготовке превышают синдицированные цены в размере от 50 до 100%, ставя под вполне реальную угрозу выполнение про­граммы заготовок Всесоюзным кожевенным синдикатом. На шерстяном рынке в Крыму превышение заготовительных цен со стороны частника достигает 200%.
На потребляющих рынках сбытовые цены частников значительнее оставля­ют за собой2* лимитные продажные цены государственных и кооперативных организаций, что при недостатке товаров у последних нарушает мероприятия по снижению цен. В данном случае частники широко практикуют преступные пути получения от государственных и кооперативных организаций дефицит­ных товаров. Об этом достаточно свидетельствуют недавно законченные ОГПУ дела по привлечению к ответственности ряда сотрудников московских лабазов Хлебопродукта и низовой сети потребительской кооперации, отпус­кавших за взятки большие количества муки частникам. В связи с создавшимся
100
положением на заготовительных и потребляющих рынках в ОГПУ поступили предложения от Наркомторгов СССР и РСФСР, от ВСНХ СССР и РСФСР, Всесоюзного кожевенного синдиката и Мосгуботдела [ОГПУ], а равно и от местных хозяйственных, партийных и советских организаций об оказании репрессивного воздействия на частников, срывающих заготовку продуктов с/х производства и снабжение населения по нормальным ценам.
Приводим ниже выдержки из писем ВСНХ СССР за подписью т. Рухимо-вича и Наркомторга Союза за подписью т. Куликова, в которых отмечается дезорганизующая роль спекулянта-частника и обращена просьба к ОГПУ при­нять административные меры, без коих рынок не может быть приведен в нуж­ное равновесие. ВСНХ СССР пишет: «В дополнение к письму президиума ВСНХ РСФСР, президиум ВСНХ СССР, в целях создания необходимых нормальных условий для развития сырьевых заготовок, считает необходимым срочное проведение по линии ОГПУ мероприятий, направленных к сжатию и ликвидации активности частников на сырьевом заготовительном рынке». Нар-комторг пишет: «Учитывая наличие на рынке спекуляции кожевенным сырьем, Наркомторг СССР считает необходимым специальные мероприятия по линии ОГПУ, направленные к борьбе со спекуляцией кожевенными товарами».
Борьба с изложенными выше преступными явлениями на рынках, в поряд­ке нормального судопроизводства, не дает никаких абсолютно результатов. Это объясняется тем, что суды практически не борются со спекуляцией, а то незначительное количество дел, которое направляется ОГД1У для рассмотре­ния в судебном порядке или поступают в суды из органов прокуратуры и ре­гулирующих учреждений, рассматриваются в судах не ранее, чем через 2 — 3 месяца после их поступления. Между тем конъюнктура рынка резко меняется в более короткие сроки, и к тому же истекают сезоны заготовки, т.е. дела слу­шаются уже тогда, когда острая нужда в репрессиях проходит и политический смысл процесса теряет[ся].
Здесь нужно применение быстрых репрессий, производящих на рынке не­медленное оздоровляющее влияние. Поэтому, а также принимая во внимание существующее состояние рынка и приведенные выше ходатайства регулирую­щих и хозяйственных организаций, ОГПУ, считая со своей стороны воздейст­вие в настоящее время на спекулятивные и преступные элементы необходи­мым, вносит на Ваше утверждение прилагаемый к сему проект специального постановления.
Одновременно ОГПУ доводит до Вашего сведения, что по мануфактурно­му рынку, ввиду исключительной остроты конъюнктуры, административные мероприятия уже проводятся в жизнь.
Наравне с проведением предлагаемых в проекте мероприятий, ОГПУ также признает целесообразным:
1. Запретить вывоз из Москвы и губернии дефицитных продовольствен­
ных и промышленных товаров всеми видами транспорта и отправлений, не ис­
ключая пересылки по почте.
2. Усилить проверку и чистку аппарата низовой заготовительной и торго­
вой сети.
3. Принять меры воздействия по профсоюзной линии на членов профсо­
юзов, передающих кооперативные и другие документы третьим лицам для по­
лучения последними дефицитных товаров с целью перепродажи.
Приложение: проект постановления.
Зам. председателя ОГПУ Ягода. Начальник Экономупра ОГПУ Прокофьев.
101
Проект постановления Совнаркома СССР об усилении борьбы
со спекуляцией и ажиотажем в области заготовок и снабжения страны
продуктами промышленного и сельскохозяйственного производства3*
Сов. секретно.
В целях усиления борьбы со спекулятивными и иными преступными эле­ментами в области заготовок и снабжения страны промышленными и сельско­хозяйственными продуктами и в целях оздоровления самих заготовительных рынков, Совет Народных Комиссаров СССР постановляет:
А. Поручить ОГПУ привлекать к ответственности в административном по­рядке частных заготовителей и торговцев, изобличенных:
1) в взвинчивании заготовительных цен на продовольственные продукты и
промышленное сырье;
2) в спекуляции товарами широкого потребления, в которых ощущается
острый недостаток на рынке;
Примечание: отнесение товара к разряду дефицитных определяется Нар-комторгом СССР и ОГПУ по согласованию.
3)в нарушении существующих правил о торговле и регулирующих меро­
приятиях;
4) и должностных лиц, им способствующих в совершении преступных действий, перечисленных в п.п. 1—3.
Б. Предложить прокурору Верховного Суда СССР обеспечить скорейшее прохождение в судебных инстанциях дел
1. о должностных лицах, виновных в невыполнении или нарушении пла­
нов заготовок и завоза,
2. о бездействии должностных лиц соответствующих органов при разреше­
нии вопросов и при выполнении постановлений в области регулирования за­
готовительных и сбытовых рынков.
Председатель Совнаркома СССР А.И.Рыков. ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 567. Л. 1-5. Копия.
^* На первой странице хранящегося в архиве документа имеется резолюция: «Строго секретно. Тов. Пономареву. 2/XI». Подпись неразборчива. 2* Так в тексте. 3* Заголовок документа.
№ 15
Из сводки № 2 Экономического управления ОГПУ
о хлебозаготовительной кампании 1927/28 хозяйственного года
14 ноября 1927 г. Сов. секретно.
I. Украинская ССР
По сообщению от 17 октября. Хлебозаготовки резко сократились по срав­нению с темпом сентябрьских заготовок.
Причиной сокращения хлебозаготовок является: для Киевщины — возка свеклы и отсутствие промтоваров; для Кременчугщины — отсутствие промто­варов; для Тульчинского округа — неустойчивость рыночных цен.
Вопрос о снабжении промтоварами не потерял своей остроты и по-прежне­му служит причиной для возникновения всевозможных слухов и разговоров, переходящих в прямую агитацию за невывоз хлеба на рынок. Введение нового кондиционного базиса для сдачи зерна также продолжает вызывать недоволь-
102
ство селян. Расхождение цен на зерно и муку ведет к открытой агитации за разрешение частникам коммерческого помола.
Наконец, как объективный тормоз хлебозаготовок необходимо отметить недостаток железнодорожного состава.
Снабжение хлебозаготовительных пунктов денежными средствами в основ­ном бесперебойное. Положение с зернохранилищами продолжает оставаться угрожающим. По-прежнему остро ощущается недостаток в мешках, в особен­ности на пунктах низовой кооперации...
Момент конкуренции продолжает иметь место как в работе госзаготовите­лей, так и в работе кооперации. Конкуренция между хлебозаготовителями со­провождается открытием новых ссыпок без разрешения НКТ и повышением заготовительных цен. Отмечается целый ряд излишних перевозок зерна и раз­бухание штатов хлебозаготовителей, что увеличивает накладные расходы. Ус­тановлены отдельные случаи обвешивания крестьян, хищения зерна и денег в низовой кооперации. Возможности для работы частника сузились. Частники начали проникать в низовые кооперативные ячейки, устраиваясь там в качест­ве служащих.
II. РСФСР
Северо-Кавказский край. По сообщению от 20 октября. Темп хлебозаго­товок в общем чрезвычайно слаб. С первых чисел сентября началось снижение заготовок зерновых культур и наряду с этим стал наблюдаться быстрый рост заготовок подсолнечного семени. У маслобойных заводов не хватает складов для хранения подсолнуха. Слабый ход заготовок зерна объясняется неудовле­творительным урожаем зерновых культур. Кроме этого, цены на подсолнух в текущем году удовлетворяют крестьянство, и оно стремится все свои текущие нужды покрыть за счет реализации подсолнуха. В некоторых местах отрица­тельно влияет на успешность заготовок недостаток промтоваров крестьянского потребления у кооперации. Кроме того, крестьянство свои излишки перемалы­вает в муку, которую затем и реализует по более выгодной цене. Переплаты, практикуемые госзаготовителями и кооперацией, пошли на убыль.
Деятельность частного хлебозаготовителя в последнее время заметно ос­лабла, но все же, хоть и не в значительной степени, он продолжает еще ока­зывать свое влияние на хлебный рынок. Нужно сказать, что частный хлебоза­готовитель на рынке открыто не выступает. У крестьянина пшеница покупает­ся им с условием, что крестьянин ее отвезет для перемола на мельницу и затем уже мукой доставит на станцию, откуда пассажирской скоростью мука на­правляется в центральные города Союза. Все заготовки частником проводятся с значительными переплатами от 30 до 50 к., а при перемоле крестьянину ос­тавляются еще отруби.
Уральская область. По сообщению от 7 октября. Подвоз хлеба недоста­точен. Крестьянами выбрасываются на рынок преимущественно второстепен­ные сельхозпродукты. Во всех хлебозаготовительных районах ощущается не­достаток промтоваров. Заготовительные цены на пшеницу и рожь в общем дали некоторое повышение. В некоторых районах отмечены случаи резкого повышения цен отдельными хлебозаготовителями...
Самарская губ. По сообщению от 29 сентября. Привозы хлеба малы, и крестьяне его у себя задерживают, выжидая повышения цен. Частный хлебо­торговец продолжает сильно вредить своими высокими ценами в уездах. В последнее время, особенно со стороны низовой кооперации, замечаются слу­чаи нарушения согласительных цен. Элеваторы работают [с] неполной нагруз­кой. ..
Частник выставляемые для него препятствия старается обходить различ­ными путями, и если ему, нап[ример], запрещают скупать хлеб на рынках, то он через третьих лиц скупает его по дворам и дорогам, а когда последовали
103
затруднения в вывозе хлеба водой и железной дорогой, то он стал вывозить его гужевым путем на подводах.
Остро стоит вопрос о снабжении населения мукой, особенно пшеничным хлебом. В рабочих районах Самары стоят очереди у всех хлебных лавок.
Сталинградская губ. По сообщению от 11 октября. Крестьянство пред­лагает зерно очень сдержанно, и в особенности пшеницу. В данное время в гу­бернии вообще, и в особенности в Хоперском округе, отсутствуют в коопера­тивных организациях лес, мануфактура, железо, оконное стекло.
Частные хлебозаготовители своими взвинченными ценами, доходившими местами до 2 р. [за] пуд., стали снимать почти все 100% привоза пшеницы. В одном только Хоперском округе, по имеющимся сведениям, частники за ав­густ и первую декаду сентября сняли с рынка до 120 000 пуд. пшеницы, в то время как госзаготовители по всей губернии за первую и вторую декаду сен­тября сняли с рынка 52 744 пуд. пшеницы. Однако в результате принятых мер наиболее важные в губернии рынки к настоящему времени почти совер­шенно освободились от влияния частника. В настоящий период общее состоя­ние снабжения хлебом Сталинграда можно признать удовлетворительным.
Ульяновская губ. По состоянию на 30 сентября. Подвозы хлеба на рын­ках сокращаются. Привозы ржи почти совершенно отсутствуют. Вместе с тем отмечается быстрый рост розничных цен. Первостепенными причинами, вы­звавшими сокращение заготовок, являются неблагоприятные виды на состоя­ние озимых посевов и повышение цены в смежных с губернией районах. Име­ются случаи превышения заготовителями директивных цен. Положение с пром­товарами остается напряженным...
Пензенская губ. По сообщению от 22 октября. Привозы остаются на низ­ком уровне. Роль элеваторов в заготовках пока незначительная. Частные заго­товители и посредники на рынке почти отсутствуют.
[К] факторам, препятствующим росту и выявлению первичной кооперации в деле хлебозаготовок, нужно отнести отсутствие у нее товаров широкого крестьянского потребления. Массовых случаев конкуренции и несогласован­ных выступлений со стороны государственных и кооперативных заготовите­лей не наблюдается.
Курская губ. По сообщению от 5 октября. В некоторых районах коопе­ративные организации начали хлебозаготовительные операции только с конца августа и даже с первых чисел сентября. Наблюдается недостаточный подвоз крестьянством пшеницы. Важную роль в уменьшении подвоза хлеба играет недостаточная насыщенность рынка промтоварами. Так, крестьяне Льговского уезда, приехав на ярмарку в г. Льгов и не найдя нужных товаров, повезли об­ратно хлеб...
Воронежская губ. По сообщению от 1 октября. Со второй половины сен­тября имел место кризис в денежных средствах. Заминкой в средствах вос­пользовался частник, который скупал подсолнух до 30 к. ниже существующих цен, впоследствии этот подсолнух с соответственным повышением запродал Хлебопродукту. Количественное расширение заготовительной сети по линии кооперации создает нездоровую обстановку...
Татарская республика. По сообщению от 21 сентября. В Мензелинском кантоне отмечается достаточное поступление на рынок хлебопродуктов, пре­имущественно от зажиточного крестьянства. Одновременно крестьянство кан­тона производит усиленно закупку продуктов фабричного производства. Заго­товляемый за последнее время хлеб в Тетюшском районе заражен вредителем. Скупки хлеба частными торгашами и кулачеством не наблюдается. В Алексе-евский район лишь за последнее время наблюдается наплыв частных торгашей из Казани, с целью скупки пшеницы...
104
Казахстан. По сообщению от 19 октября. Вопрос о хлебоснабжении внутреннего рынка КССР, как в потребляющих, так и в производящих райо­нах, в связи с недородом обстоит весьма остро. Отсутствие хлебных запасов способствует повсеместному росту цен на хлеб и ажиотажу на рынке. Такое положение привело к тому, что население снабжается хлебом частным хлебо­заготовителем на 95%, который, переплачивая 20 — 30 к. на пуд, снимает все зерно местного привоза.
Население Южного Казахстана паломничает за хлебом в определенные районы, не пострадавшие от недорода, чем нарушаются цены в этих районах. Возник вопрос о ввозе в Джаркентский уезд 50 000 пуд. хлеба из Западного Китая, как в пограничный район, так как возможен ввоз хлеба контрабанд­ным путем.
Автономная Башкирская ССР. По сообщению от 29 сентября. Крестьян­ство с одной десятины вместо предполагавшихся 50 — 80 пуд. сняло 20 — 40 пуд. Ввиду этого в настоящее время привоз на рынок весьма незначительный. Замечается усиленный приток частников, которые вносят дезорганизацию в рынок путем повышения цен. Хлебопродукт в некоторых случаях переплачи­вал сверх конвенционных цен по 12 к. на пуд, кооперативная организация «Хлебороб» по 6 к. за пуд. Частники производят закупку хлеба по цене 1 р. 50 к., 1 р. 60 к., тогда как установленная цена 1 р. 20 к. На мучном рынке цены возросли до 5 р. 20 к.
Оренбургская губ. По сообщению от 5 октября. Отмечено несколько слу­чаев нарушения цен госзаготовителями. Напряженное состояние хлебного рынка отмечается в Орске, куда происходит исключительный наплыв киргиз­ского населения из степей Челкарского, Казалинского районов в связи с не­урожаем в тех местах. Весь находящийся на рынке хлеб скупается киргизами по какой угодно цене, доходящей до двух рублей за пуд.
В Оренбурге частник через сеть маклеров снимает до 90% всего хлеба. Были случаи угрозы избиением агентов Хлебопродуктов и Губсельсоюза со стороны маклеров.
Помощник начальника ЭКУ ОГПУ Миронов.
Начальник 4 отделения Рапопорт.
Уполномоченный Пономарев.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 53. Л. 21-31. Копия.
№ 16
Из сводки № 3 Экономического управления ОГПУ
о хлебозаготовительной кампании 1927/28 хозяйственного года
12 декабря 1927 г. Сов. секретно.
Роль частника
Самарская губ. По сообщению от 26 ноября. Неурожай текущего года в Самарской губ., а также возможность реализации муки в близлежащие по­требляющие районы республики, испытывающие в нынешнем году острый не­достаток в пшеничной муке, по спекулятивным ценам окрылил деятельность частника. Роль его в настоящей хлебозаготовительной кампании весьма значи­тельна и все усиливается, что в конечном итоге грозит срывом всей хлебоза­готовительной кампании.
Пользуясь тем, что государственно-кооперативные заготовители связаны директивными ценами, частные скупщики с начала хлебозаготовительной кам­пании развили усиленную деятельность, снимая с рынка, главным образом,
105
пшеницу. С начала кампании и до конца октября частниками было снято с рынка не менее 1 млн пуд., то есть такое же количество, как и государствен­ными и кооперативными заготовителями.
Скупленный хлеб, как в сырье, так и в муке, перебрасывается частником, в большей своей мере, за пределы губернии или гужем, или водой на частных судах, или же большой скоростью багажом по железной дороге. Крайне высо­кие цены на пшеничную муку в соседних с Самарской потребляющих губер­ниях вполне оправдывают все расходы частника по указанным видам перево­зок.
С наступлением зимы возможность перевозки хлеба водой отпадает, но возникает новая опасность перевозки хлеба сан[ным] путем не только торгов­цами, но и самими производителями-крестьянами. При стоящей в настоящее время в Татреспублике цене на пшеничную муку до 8 р. пуд. поездка туда с возом муки будет выгодна и для крестьянина.
Работа частников на хлебном рынке наблюдается повсеместно в губернии, но энергичнее всего развертывается в наиболее мощных по хлебу районах, как-то: Самара, Мелекесс, Кошки (Мелекесского у.), Абдулино (Бугуруслан­ского у.). Зачастую бывают случаи, когда частник почти целиком снимает весь привоз пшеницы.
Для характеристики роли и методов работы частника достаточно остано­виться на районах наиболее хлебных, где частник проявил особую активность. В Абдулине (Бугурусланского у.) на базарах 3 октября госзаготовители сняли всего лишь 238 пуд., частник — 15 000 пуд., 10 октября — госзаготовители 127 пуд., частник — 10 000 пуд., 17 октября — госзаготовители 101 пуд., частник — 2000 пуд., при директивной цене для Абдулино в 1 р. 18 к. за пуд пшеницы, частники на этих базарах платят до 1 р. 70 к. за пуд. Характерной особенностью Абдулинского рынка является то обстоятельство, что крупный частник на этом рынке непосредственно не выступает. Хлеб скупается мелки­ми перекупщиками и перепродается более крупным, которые, платя высокие цены за пшеницу, привлекают к себе мелких перекупщиков и даже крестьян.
В г. Мелекессе и Мелекесском у. крупные частники (бывшие мельники) сорганизовались в одну компанию с капиталом до 120 000 р. Скупку хлеба (пшеницы) компания производит как в Мелекессе, так и в уездах, непосред­ственно по селам, главным образом в Кошкинском районе. Хлеб скупается через мелких перекупщиков-крестьян и сельских торговцев по ценам от 1 р. 50 к. до 1 р. 75 к. за пуд. В Мелекессе покупка хлеба производится ими через «мартышек» рано утром, еще до открытия базара и по постоялым дво­рам. Перемалывают они пшеницу на частных мельницах в с. Гловкине Меле­кесского у. и с. Солован Шептолинской вол. Муку в Мелекессе они продают по цене 25 р. за мешок, но выбрасывают ее на местный рынок в незначитель­ном количестве, основную же массу хлеба вывозят на Каму, в Чистополь, Спасское, в Тетюши и в Ульяновск.
Самарская частная мельница «Красный мукомол», оставленная для удов­летворения потребностей в муке местного населения и для производства крес­тьянского помола, фактически перемалывает зерно крупных местных торгов­цев, вывозящих затем муку за пределы губернии. Вопреки обязательного по­становления губисполкома, мельница перемалывает пшеничное зерно без 15% примеси ржи.
2. Украинская ССР. По сообщению от 3 декабря. Хлебозаготовки на Ук­раине, после бурного периода предложения товарных излишков хлеба в IV квартале, перешли в период замедленного темпа. Падение темпа хлебоза­готовок объясняется не только тем, что с начала кампании селянство выброси­ло большие товарные массы хлеба, но и состоянием озимых посевов, резким недостатком промтоваров на селе и другими вторичными причинами.
106
Засушливая погода, установившаяся сейчас же после уборки хлеба в юго-западной части степной полосы Украины, создала угрозу озимым посевам и вызвала даже необходимость пересевов, так как часть посевов погибла. С дру­гой стороны, выпавшие в конце октября дожди в Запорожском округе, начи­ная с сентября, настолько способствовали быстрому росту [озимого] хлеба, что пришлось местами косить хлеб, а местами выгнать для выпаса на поля скот, чтобы предупредить «дачу стрелки» хлебом.
Замена зерна техническими культурами
Возможность сокращения озимого клина сыграла значительную роль в па­дении темпа хлебозаготовок на территории 422 округов. Усилилось придержи­вание зерна селянами и замена предложения зерна второстепенными продук­тами сельского хозяйства: Нежин — табаки и огородина; АМССР — фрукты; Полтава — беконные свиньи. В части округов мы имеем наличие скупки хлеба беднейшими слоями села на деньги, вырученные от продажи скота (Ни­колаев) либо других предметов сельского хозяйства (АМССР).
Отличный урожай технических культур: хмель, мята, свекла, реализация птицы, скота, фрукты и огородина — дали возможность покрыть единый сельхозналог в части, какую было необходимо уплатить к 1 ноября с излиш­ком, а потому наличие на руках у селянства свободных денежных ресурсов не могло явиться стимулом к выбрасыванию хлебных излишков при резком не­достатке промтоваров. Селянство, в основном крепкие хозяйства степной по­лосы, придерживая хлеб, ищет применения наличных денег в других отрас­лях....
Настроение кулачества
На фоне таких экономических факторов усилилась агитация кулака. Ос­новное направление агитации кулачества — задержка выбрасывания хлеба до весны, продажа хлеба частнику, с предварительным перемолом последнего, или обмен зерна на промтовары в кооперации. Надежды на повышение цен к весне еще живы. В своей агитации кулак не упускает возможности использо­вать и оппозицию. В единичном, правда, факте мы можем привести отдельное сообщение Киевского округа: «Оппозиция добивается настойчиво, чтобы цены на хлеб были увеличены, чтобы к работе был допущен частник»...
Частник в хлебоз[аготовках]
Частник, сокративший свою работу на зерновом рынке, начал изыскивать новые пути для продолжения своей работы. В ноябре открыто активно на зер­новом рынке частник выступал лишь в районах Винницкого и частично Туль-чинского округов, затем в районах Малого Казельца Нежинского округа и Александрии Кременчугского округа, причем в последнем случае имеется де­вять частных ссыпных пунктов, которые в значительной степени конкурируют с основными заготовителями. В остальных районах Украины частник свою ра­боту маскирует.
Проникновение частника в низовые товарищества продолжается. Крупные хлеботорговцы Первомайского округа, ликвидировав свои торговые предпри­ятия, устроились в низовых кооперативных ячейках и продолжают отгружать зерно, даже перерабатывая таковое от имени кооперации...
Частник, сократив свои операции на зерновом рынке, перебрасывает свои операции на рынки других культур и продуктов сельского хозяйства. Актив­ная деятельность частника отмечается по подсолнуху — в Первомайском, Полтавском и Тульчинском округах, по фасоли — в Каменецком, Нежинском и Тульчинском округах и по салу — в Проскуровском и Полтавском округах. Работая на этих рынках, частник, конечно, не считается с конвенционными ценами и платит значительно выше госзаготовителей...
107
3. Сибирский край. По сообщению от 12 ноября. Слабому подвозу хлеба в значительной степени способствует то обстоятельство, что имеется налицо во всех без исключения округах чрезвычайно слабое снабжение крестьянского населения промтоварами, в то время как потребность в таковых со стороны крестьянства необычайно велика...
Синдицированные цены на хлеб и особенно на пшеницу не соблюдаются всеми заготовителями. У разных заготовителей существуют разные цены. По­гоня за лучшим успехом заготовок хлеба толкает многих заготовителей не только на срыв заготовительных цен, но и на дискредитацию соседа хлебоза­готовителя...
7. Татарская республика. По сообщению от 31 ноября. Причинами не­удовлетворительности темпа заготовок следует признать: 1) сохранившиеся еще в сельском населении следы предвоенного настроения, 2) отсутствие на рынках промтоваров, 3) отсутствие побудительных причин к преждевремен­ной уплате сельским населением денежных повинностей по сельхозналогу, ввиду установления первого срока уплаты такового 1 ноября30, 4) неурегули­рованность заготовительных цен со смежными районами по северо-восточной границе...
По большинству кантонов, как общее явление, отмечается, что хлебопро­дукты на рынок выбрасываются бедняцкими и середняцкими группами насе­ления, зажиточная же часть и кулачество выпуск хлеба задерживают, ожидая повышения цен, и на необходимые расходы производят продажу скота (Мен-зелинский, Спасский кантоны и Агриз). Снижение цен на продукты сельского хозяйства вызывает недовольство крестьян, которые заявляют, что в прошлом году хлеб был хуже, а цены были выше, нынче же наоборот — при хорошем качестве хлебов цены низкие...
Помощник начальника ЭКУ ОГПУ Миронов.
Начальник 4 отдела ЭКУ Рапопорт.
Уполномоченный Тизенберг.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 53. Л. 32-49. Копия.
№ 17
Телеграфная директива ЦК партийным организациям хлебозаготовительных районов1*
14 декабря 1927 г.
Хлебные заготовки за октябрь и ноябрь подверглись резкому сокращению. Это обстоятельство ставит под угрозу не только выполнение экспортного плана и образование хлебного фонда, но и удовлетворение насущных нужд снабжения столиц и вообще потребительских районов. Терпеть дальше такое положение невозможно, недопустимо. Для ликвидации такого положения ЦК обязывает вас принять следующие мероприятия:
1. Перебросить потребительские товары с городских рынков в хлебозаго­
товительные районы.
2. Усилить взыскание всех платежей с деревни: единого налога, госстраха,
ссуд и прочее.
3. Принять организационные мероприятия сверху донизу, направленные
на усиление завоза хлеба со стороны крестьянства.
4. Разослать ответственных работников на места хлебных заготовок для
принятия там же на месте всех необходимых мероприятий и для наблюдения
за тем, чтобы товарная масса попадала именно в хлебные районы.
108
5. Ввиду необходимости соблюдения жесткой дисциплины в отношении распределения хлебных ресурсов необходимо в точности выполнять наряды и указания Наркомторга СССР в этой области, при этом ЦК считает недопусти­мым запрещение вывоза хлеба без санкции Союзнаркомторга.
Задача состоит в том, чтобы добиться в ближайшее время резкого перело­ма хлебозаготовок. Центральный Комитет возлагает на вас обязанность до­биться в срочном порядке такого перелома.
Центральный Комитет ВКП(б). РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 663. Л. 4. Заверенная копия.
1* Утверждена на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) 14 декабря 1927 г.
№ 18
Циркуляр СНК об ускорении сбора сельскохозяйственного налога
21 декабря 1927 г. Секретно.
Совнаркомам союзных, автономных республик, краевым, областным, губернским исполкомам
Соображения бюджетного характера, необходимость усиления хлебозаго­товок требуют ускорения сбора с/х налога.
Предлагаю закончить кампанию сбора сельхозналога не позднее 1 марта. О принятых мерах сообщить.
Предсовнаркома Рыков. ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 495. Л. 832. Копия.
№ 19
Циркуляр Сибирского краевого суда, краевого прокурора
и Сибадмотдела" об усилении репрессий против кулацкой части
деревни
21 декабря 1927 г. Секретно.
№ 23-7-22
Приближающаяся кампания по перевыборам советов ставит перед судебно-следственными органами и прокуратурой особые громадного значения задачи.
Опыт прошлых лет показывает, что усиление активности широких масс трудящихся сопровождается проявлением активности и кулацких слоев дерев­ни, причем эта последняя активность проявляется весьма разнообразно в виде отдельных террористических актов против работников советского аппарата, партийных работников и бедняков-активистов, в попытках срыва перевыбор­ных собраний и других хулиганских действиях.
В задачу судебно-следственных органов, органов дознания и прокуратуры входит обеспечить условия быстрейшего расследования и жесткости репрессий в отношении всех антисоветских выступлений кулацкой части деревни.
Учитывая особое политическое значение кампаний перевыборов советов, краевой суд, краевой прокурор, Сибирский административный отдел предла­гают к неуклонному исполнению следующее:
109
1.Органы дознания, получив сведения об антисоветских выступлениях ку­
лацких элементов, если действия их подпадают под признаки статей, подсуд­
ных народному суду (хулиганство, оскорбление представителей власти, срыв
собраний и так далее) — производят немедленное расследование с таким рас­
четом, чтобы дело было окончено не позже, чем через семь дней после его воз­
никновения.
Одновременно с направлением дела в суд органы дознания извещают об этом участкового прокурора путем посылки копии заключительного постанов­ления. Участковый прокурор обязан выступать по этим делам в нарсудах.
2.Народный суд, получив дело об антисоветских выступлениях кулацких
элементов, немедленно назначает его к слушанию с таким расчетом, чтобы оно
было закончено не позже чем через семь дней после поступления.
Копии приговоров по этим делам подлежат немедленному направлению в окружной суд.
3.Дела о террористических актах против советских работников и бедня­
ков-активистов, подсудные краевому суду, должны расследоваться народными
следователями под непосредственным контролем и наблюдением участкового про­
курора, который о возникающих делах, а также о ходе их систематически ставит в
известность окружного прокурора, а последний — краевого прокурора.
Дела эти должны быть закончены следователем в течение 2 недель и через окружного прокурора направляться краевому прокурору.
4. Окружные суды, в случае передачи этих дел крайсудам для рассмотре­
ния, должны заканчивать эти дела в кратчайший срок, обеспечивая по ним
жесткость репрессий.
5. Окружные суды и окружные прокуроры раз в две недели извещают со­
ответственно крайсуд и крайпрокурора о возникших и разрешенных делах
этого рода с подробным сообщением сущности каждого дела.
6. Приведенные выше мероприятия должны обеспечить максимальную бы­
строту и жесткость репрессий об антисоветских выступлениях** во время про­
ведения кампании по перевыборам советов. Вместе с тем контроль прокурату­
ры и окружного суда должны обеспечить также условия, при которых к этой
особой категории дел не должны относиться дела об обычном хулиганстве и
других преступных действиях, не связанных с проводимой кампанией.
7. Приговоры по этого рода делам должны широко освещаться в местной
прессе.
Председатель Сибирского краевого суда Кожевников.
Врид. краевого прокурора Сибири Куприянов.
Начальник Сибирского административного отдела Мирошник.
ГАНО. Ф. Р-20. Оп. 2. Д. 128. Л. 16-16 об. Подлинник.
1* Так в тексте.
№ 20
Из протокола № 2 заседания Политбюро ЦК ВКП(б)
23 декабря 1927 г.
2. О хлебозаготовках и об экспорте хлеба. (ПБ от 30 ноября 1927 г., пр. № 138, п.5, 8 и п. 11) (тт. Микоян, Цюрупа, Фрумкин, Рыков, Шейнман, Вейцер, Эйсмонт, Киссин, Шлейфер).
2. а) Поручить комиссии в составе тт. Цюрупа, Рудзутака, Микояна, Фрумкина и Томского (с заменой Догадовым) составить на основе обмена мнений в Политбюро проект постановления о хлебозаготовках.
ПО
б)Той же комиссии поручить представить проект директивы ЦК местным
организациям в связи с хлебозаготовительной кампанией, а также проект со­
става уполномоченных по хлебозаготовкам для посылки на места.
в)Предложить комиссии закончить работу сегодня же вечером.
Созыв комиссии за т. Цюрупа.
РЦХВДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 665. Л. 1. Подлинник. Машинописный текст.
№21
Циркуляр Наркомторга об усилении хлебозаготовок
23декабря 1927 г.
Срочно.
Всем губотделам Информ. № 8356
Перелома хлебозаготовок в Вашем районе нет. Примите решительные меры к усилению хлебозаготовок, жесткому проведению [в] жизнь наших ди­ректив, в частности, не дожидаясь завоза промтоваров, перераспределите имеющиеся промтовары таким образом, чтобы снабдить хлебозаготовительные районы, пункты за счет оголения прочих районов, проведите совершенно твердо, жестко, не смущаясь никакими другими соображениями, распределе­ние промтоваров в ближайший период должно быть всецело подчинено инте­ресам заготовок хлеба. Поставьте в непосредственную зависимость получение промтоваров кооперацией от хода заготовок хлеба района. Примените всякого рода другие мероприятия, способные усилить заготовку. Сосредоточьте все внимание в Вашей работе хлебозаготовкам. Учтите, если не добьемся [в] бли­жайшее время перелома на хлебозаготовительном рынке, это будет связано с серьезнейшими затруднениями. Жду Вашей информации. Копию сообщить исполкомам и губкомам.
Вейцер.
Список адресов, коим следует послать данную телеграмму: 1. Укрнар-комторг, Харьков; 2. Белнаркомторг, Минск; 3- Крымнаркомторг, Симфе­рополь; 4. Казнаркомторг, Кзыл-Орда; 5. Немнаркомторг, Покровск; 6. Сев-кавкрайторг, Ростов-на-Дону; 7. Уралоблторг, Свердловск; 8. Сибкрай-торг, Новосибирск; 9. Губторготдел, Самара; 10. Губторготдел, Саратов; 11. Губторготдел, Сталинград. Всего 11 адресов.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 495. Л. 876-876 об. Подлинник.
№ 22
Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О хлебозаготовках»1*
24декабря 1927 г.
Вследствие чрезвычайно опасного для состояния всего хозяйства пониже­ния хлебозаготовок за последние месяцы Политбюро для быстрейшего и ко­ренного исправления дела хлебозаготовок признает необходимым:
1. Срочное направление во весь предстоящий до весны период максимума промтоваров в хлебные районы за счет оголения городов и нехлебных районов (как задача — должно быть поставлено направление от 70 до 80% промтова­ров в хлебные районы). Дать в этом отношении совершенно жесткую и твер­дую директиву центральным и местным советским органам и местным партор-
111
ганизациям. Должны быть проведены организационные мероприятия, направ­ленные к тому, чтобы переброска промтоваров в деревню привела к усилению именно заготовок хлеба. Отпуск промтоваров кооперативами районам должен быть поставлен в зависимость от сдачи хлеба в данном районе.
2. Поручить НКФину и парторганизациям принять все необходимые меры
ко взысканию задолженности с крестьянства по с/х налогу, с/х кредиту,
страховым и другим сборам. Предложить НКФ и местным парторганизациям
закончить кампанию по с/х налогу к 1 марта, а также по возможности закон­
чить к тому же сроку взыскание страховых сборов.
3. Предоставить народному комиссару внешней и внутренней торговли,
впредь до особого постановления, право дачи непосредственных распоряже­
ний местным областным и губернским органам в области распределения пром­
товаров, а также право непосредственных сношений с означенными органами,
при этом НКТоргу вменяется в обязанность привлекать к предварительной
проработке намечаемых им мероприятий центральные органы кооперации.
Все распоряжения НКТорга СССР и его местных органов в области распреде­
ления промтоваров как между торгующими организациями, так и по районам,
являются совершенно обязательными для всех торгующих организаций, госу­
дарственных и кооперативных, а равным образом и для местных советских ор­
ганов.
4. Поручить СТО выяснить причины снижения выработки легкой инду­
стрии, в частности текстильной, и принять самые решительные меры к макси­
мальному увеличению выпуска товаров широкого рынка на ближайшее время.
5. Местным парторганизациям принять необходимые меры к расширению
ассортимента перебрасываемых в хлебные районы промтоваров, увеличив
также завоз товаров местной и кустарной промышленности.
6. Ускорить издание закона об увеличении размеров паев кооперации на
основании решения Политбюро по итогам конъюнктуры от 30 ноября32.
,7. Поручить СТО, при утверждении кредитного плана на II квартал, пред­усмотреть необходимость сокращения денежной массы, находящейся в обра­щении в народном хозяйстве.
8. Обязать местные парторганы наблюдать за точным и своевременным вы­
полнением выдаваемых нарядов на вывоз хлеба, а также не допускать уста­
новления местными органами запрещений и ограничений вывоза хлеба.
9. Ввиду наличия в печати ряда заметок, дезорганизующих рынок, пору­
чить т. Молотову совместно с т. Микояном провести мероприятия, обеспечи­
вающие постановку такой информации в печати о рынке, которая содейство­
вала бы проведению мероприятий, организующих рынок и способствующих
изживанию переживаемых затруднений.
10. Считать недопустимым повышение хлебных цен и воспретить постанов­
ку этого вопроса в печати, советских и партийных органах.
11. Для наблюдения за проведением указанных выше мероприятий — при­
знать необходимым посылку ответственных уполномоченных (в том числе
членов ЦК), снабженных мандатами от имени ЦК и СТО, в важнейшие хле­
бозаготовительные районы. Уполномоченным предоставляется право отмены
решений местных органов, противоречащих указанным в этом постановлении
директивам, и дачи соответствующих распоряжений, обязательных для мест­
ных партийных и советских органов. Поручить Секретариату ЦК ВКП(б) по
согласованию с т. Микояном утвердить состав означенных уполномоченных,
выезд каковых обеспечить не позже 30 декабря, а также поручить Секретариа­
ту ЦК совместно с т. Микояном в 3-х дневный срок разработать директивы по
усиленному вовлечению советов и кооперации в деревне во всю кампанию
хлебозаготовок.
112
12. О ходе хлебозаготовок и о результатах осуществления всех мероприя­тий НКТоргу доложить в Политбюро 25 января.
РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 666. Л. 10-12. Заверенная копия.
'* Приложение к протоколу № 3 заседания Политбюро ЦК ВКП(б) от 29 де­кабря 1927 г.
№23
Директивы Политбюро ЦК ВКП(б) местным парторганизациям1*
24 декабря 1927 г. Секретно.
ЦК ВКП(б) должен констатировать, что вами проявлена недостаточная ак­тивность в проведении хлебозаготовительной кампании. Между тем слабый ход хлебозаготовок в данный момент не только угрожает срывом намеченного хлебозаготовительного и экспортного плана, но и ставит под непосредствен­ную угрозу снабжение основных промышленных центров с перспективой голо­да в Ленинграде и Москве, что поставит нас перед необходимостью импорта заграничного хлеба со всеми вытекающими отсюда последствиями.
ЦК предлагает вам рядом экономических и организационных мероприятий добиться решительного перелома на хлебном рынке в ближайшее же время. Эта задача должна сейчас встать у вас в центре внимания всей партийной и советской работы на ближайший период. В качестве основных мероприятий ЦК ВКП(б) обязывает вас провести следующее:
1. Направление подавляющей массы промтоваров в хлебные районы за
счет оголения нехлебных районов и городов. В качестве задачи должно быть
поставлено направление от 70 до 80% промтоваров в хлебные районы. Имею­
щиеся промтовары должны быть перераспределены между отдельными райо­
нами и торгующими организациями таким образом, чтобы это дало немедлен­
ный эффект в смысле усиления заготовок хлеба. Снабжение промтоварами ко­
операции и районов должно быть на ближайший период поставлено в непо­
средственную зависимость от заготовок хлеба в данном районе.
2. Вы должны принять все меры к взысканию задолженности с крестьян­
ства по с/х кредиту, страховым и другим сборам, а также закончить кампа­
нию по с/х налогу к 1 марта и, по возможности, к этому же сроку закончить
взыскание страховых сборов. Наряду с этим вами должны быть приняты
меры к успешному проведению паевой кампании в кооперации.
3. Проведите ряд организационных мероприятий, направленных к усилению
охвата заготовительного рынка, к улучшению заготовительного аппарата, к уси­
лению его работниками и к устранению дефектов и недостатков в области орга­
низации хлебозаготовок. Поставьте хлебозаготовительные организации под осо­
бое наблюдение, оказывая им всемерное содействие. Во все важнейшие хлебоза­
готовительные районы немедленно командируйте наиболее ответственных пар­
тийных и советских работников для наблюдения и содействия ходу заготовок.
4. Установите строгую ответственность торгующих организаций за выпол­
нение всех директивных указаний как НКТорга СССР, так и его местных ор­
ганов, в области распределения промтоваров между отдельными торгующими
организациями и отдельными районами.
5. Установите также строгую ответственность хлебозаготовительных орга­
низаций за выполнение директив НКТорга СССР и его местных органов. На­
блюдайте за точным и своевременным выполнением выдаваемых нарядов на
вывоз хлеба, особенно следите за тем, чтобы не допускать установления и про-
113
ведения местными органами каких бы то ни было запрещений или ограниче­ний в вывозе хлеба по даваемым нарядам.
К вашему сведению сообщается, что постановлением ЦК народному комис­сару внешней и внутренней торговли предоставлено право дачи непосредст­венных распоряжений советским органам национальных республик, областей и губерний в области распределения промтоваров и непосредственных сноше­ний с означенными органами по этим вопросам.
Для наблюдения за проведением директив ЦК по усилению хлебозагото­вок Центральным Комитетом командируются ответственные уполномоченные ЦК и СТО, которым предоставлено право отмены решений местных партий­ных и советских органов, противоречащих директивам ЦК в области хлебоза­готовок, и право дачи соответствующих распоряжений, обязательных для местных партийных и советских органов.
В работу по усилению хлебозаготовок должен быть втянут весь партийный и советский аппарат. Вы должны поставить под особое наблюдение ход хле­бозаготовок и принимать все меры к устранению всех встречающихся затруд­нений и дефектов.
О принятых мерах и достигнутых результатах точно информируйте ЦК ВКП(б) 1 и 15 каждого месяца.
Политбюро ЦК ВКП(б). РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 666. Л. 22—24. Заверенная копия.
'* Текст директив находится в приложении к протоколу заседания Политбюро ЦК ВКП(б) от 29 декабря 1929 г.
№ 24
Решение Политбюро ЦК ВКП(б)
о посылке ответственных уполномоченных на хлебозаготовки1*
24 декабря 1927 г.
Опросом членов Политбюро от 24 декабря 1927 г.
12. О хлебозаготовках (ОБ от 24 декабря 1927 г. пр. № 3, п.1-г).
12. Утвердить следующий список уполномоченных ЦК и СТО33 по хлебо­заготовкам, обязав их немедленно выехать: 1. ЦЧО — т. Микоян, 2. Урал — т. Фрумкин, 3. Сибирь — т. Смирнов А.П., 4. Поволжье — т. Угланов, 5. Украина — т. Молотов, 6. Северный Кавказ — т. Эйсмонт, 7. Башки­рия — т. Лобов, 8. Татария — т. Кубяк.
РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 666. Л. 2—3. Подлинник. Машинописный текст.
'* Протокол № 3 заседания Политбюро ЦК ВКП(б) от 29 декабря 1927 г.
№ 25
Из доклада Г.В.Чухриты к заседанию Экономического совета
РСФСР «Об усилении хлебозаготовок
во II полугодии 1927/28 хлебозаготовительного года»
24 декабря 1927 г.1*
Для того, чтобы наметить ряд новых или дать надлежащую оценку уже проводимым мероприятиям правительства с целью стимулирования хлебозаго-
114
товок в настоящее время и на будущее, до конца хлебозаготовительного года, необходимо вновь пересмотреть те причины, которые создали имеющие место нежелательные явления на хлебном рынке. Эти причины довольно хорошо всем известны, поэтому ограничимся сравнительно кратким их перечислением: I. Недород в главнейших хлебопроизводящих районах, приведший к более интенсивному сокращению в них товарности, чем произошло уменьше­ние валового сбора продукции.
П. Урожайными являются районы с относительно меньшей товарностью хлеба, распыленной между более мелкими универсального типа производства хозяйствами, откуда изъять его представляет значительно большие трудности, чем из хозяйств специализировавшихся, с высокой товарностью зерновых, со сравнительно высоким органическим строением капитала, обязательно требу­ющим систематического и своевременного возобновления, а также отчасти ис­пользующим наемный труд в страдный период работ, расчеты за каковой обычно приурочиваются к первым месяцам урожая.
III. Неблагоприятная погода по большинству тех же недородных районов
осенью 1927 г. повлекла за собою медленный темп развертывания озимой кам­
пании, в результате мы имеем прямое сокращение озимого клина на Северном
Кавказе, Урале, в Сибири и в части Украины, а ушедшие под снег посевы в
большинстве случаев в состоянии не совсем удовлетворительном. Засушливая
почва несомненно так же сдерживала вспашку под зябь, размерами которой в
засушливых районах зернового хозяйства предопределяется общий размер
всего ярового клина для весны и т.п.
IV. Преувеличенные расчеты хлебофуражного баланса Экспертного совета
ЦСУ34 в отношении валовых сборов и товарности, на которых затем строился
годовой план хлебозаготовок. Надежды на то, что оставшаяся от прошлогод­
ней заготовительной кампании в потенциальном состоянии товарная часть
хлеба поступит на рынок в текущем году, не оправдываются, потому что в
1927 г. мы имеем отдельную географию урожая — там, где был хороший уро­
жай в 1926 г. и крестьянство располагает этой потенциальной товарностью
хлеба, оказался недород, изменивший расчеты хозяина в сторону уменьшения
предполагаемой реализации, усугубленной неблагоприятными осенними хо­
зяйственными условиями. В районах с высоким урожаем нет больших накоп­
ленных запасов, так как большинство из них еще не имело таких высоких
урожаев, чтобы могли образоваться чрезмерные запасы.
V.Недостаточное, а по некоторым районам вдвое меньше прошлогоднего,
снабжение основных хлебопроизводящих районов промтоварами не только де­
фицитными, но и недефицитными.
VI.Снижение заготовительных цен на хлеб в ряде производящих районов
в момент развертывания новой хлебозаготовительной кампании (сентябрь —
октябрь).
VII.Улучшение материального благополучия деревни, в первую очередь
отразившееся на улучшении его питания.
VIII.Ослабление дисциплины в низовом налоговом аппарате, давшей воз­
можность растягивать взнос крестьянством с/х налога.
IX.Точно так же ослабление дисциплины по линии низовой кредитной ко­
операции, допускающей излишние льготы по взиманию просроченных ссуд,
полученных крестьянством на хозяйственные нужды.
X.Не проявлено достаточной активности в сборе обязательного с/х стра­
хования.
XI.Разнобой, замечающийся на местах по сбору семссудной задолженнос­
ти с населения, после издания манифеста о сложении части с беднейшего
крестьянства.
115
XII.Жесткое административное регулирование из центра заготовительной
деятельности на хлебном рынке всех заготовителей, способствующее бюрокра­
тическому их перерождению, превращению в чиновников, лишенных всякой
целесообразной хозяйственной инициативы, крайне необходимой в этом деле.
XIII.Недостаточное внимание к снабжению потребительских пунктов
самой производящей полосы хлебом, что порождает тревожное настроение у
потребителя, так или иначе передающееся производителю.
XIV.[1.] Разрывы цен заготовительных и базарных на зерно, с одной сто­
роны, и, с другой, — муки и зерна как в потребляющей, так и в производя­
щей полосе.
2. В оценке значения перечисленных причин нет тождественного мнения.
Очень часто не обращается достаточного внимания на первые четыре причи­
ны, непосредственно лежащие в сфере производства, а между тем они играют
крупную роль в создавшемся положении на хлебном рынке. Это далеко еще
не означает, что намеченный годовой план хлебозаготовок не может быть вы­
полнен, он должен быть выполнен в интересах сохранения устойчивости всей
народохозяйственной жизни, но серьезный их учет необходим при построении
системы правительственных мер по усилению хлебозаготовок во II полугодии
сего года.
3. В тесной связи с этими пунктами стоит пункт VI, ибо при пониженном
урожае и ориентировке на существовавший уровень хлебных цен в конце хле­
бозаготовительной кампании 1926/27 г., в целях более тщательной уборки
производителем, делались дополнительные затраты, повышавшие себестои­
мость продукции, кроме того, сам по себе пониженный урожай повысил пос­
леднюю. Снижение цен в сентябре — октябре не учло отмеченных обстоя­
тельств.
4. Уже принятые меры к усилению хлебозаготовок в основном сводятся к
следующему:
Усилен завоз промтоваров в главнейшие хлебопроизводящие районы. За счет сокращения снабжения городов основная масса их направлена в деревню (до 80% всего количества промышленных товаров). В тех же целях предложе­но ВСНХ увеличить выработку промышленных изделий широкого потребле­ния... 2*
XV.Так как напряженное состояние на хлебном рынке не является исклю­
чительным, а имеет место на всех с/х рынках, прогрессивно увеличиваясь,
ежегодно повторяется, настоятельно требуется обратить самое серьезное вни­
мание на устранение основных причин этого явления, которые заложены во
всей системе построения народного хозяйства, сводящихся к следующим:
а) темп роста капитальных вложений в промышленность и строительства во­
обще опережают темп роста народохозяйственного дохода; б) рост фонда зар­
платы и других видов денежного дохода населения не находится в необходи­
мом соответствии с ростом промпродукции широкого потребления и ростом
производства главнейших продуктов питания. Последнее в особенности при­
водит к сокращению с/х экспорта, а следовательно, к уменьшению валютных
поступлений; е) развертывание промышленности обгоняет рост ее с/х базы.
Поэтому в целях устранения этих диспропорций сократить темп капиталь­ных затрат в промышленности и строительстве в городах, всемерно усилить производство средств широкого потребления...3*
РГАЭ. Ф. 478. Оп. 1. Д. 2057. Л. 165-166, 167 об. Копия.
** Датируется по дню заседания.
2* Опущено перечисление мероприятий по усилению хлебозаготовок.
3* Опущены пункты о необходимости внедрения долгосрочных мероприятий.
116
№26
Постановление СТО
«О мерах к усилению хлебозаготовок»
25 декабря 1927 г. Сов. секретно.
Ввиду чрезвычайно опасного положения для состояния всего народного хозяйства понижения хлебозаготовок за последние месяцы, Совет Труда и Обороны, в целях быстрейшего и коренного улучшения хода хлебозаготовок, постановляет:
1. Предложить Наркомфину Союза ССР и Госбанку Союза ССР при со­
ставлении кредитного плана на II квартал 1927/28 г. предусмотреть необхо­
димость сокращения денежной массы, находящейся в обращении.
2. Поручить подготовительной Комиссии на ближайшем заседании рас­
смотреть проект постановления об увеличении размера паев кооперации.
3. Ввиду появления в печати ряда заметок, дезорганизующих рынок, поручить
т. Микояну провести мероприятия, обеспечивающие постановку такой информа­
ции в печати о рынке, которая содействовала бы проведению мероприятий, ор­
ганизующих рынок и способствующих изживанию переживаемых затруднений.
4. Считать недопустимым повышение хлебных цен и самую постановку
этого вопроса в печати и в государственных органах.
Зам. председателя Совета Труда и Обороны А.Цюрупа.
Зам. управделами СНК СССР и Совета Труда и Обороны Кактынь.
Зам. секретаря Совета Труда и Обороны С. Флаксерман.
РГАЭ. Ф. 478. Оп. 1. Д. 2057. Л. 163. Заверенная копия.
№27
Телеграмма Наркомторга СССР на места по вопросам хлебозаготовок
29 декабря 1927 г. Сов. секретно.
№ 7877
Всем внуторгам
Предлагается: первое, проверить наличие излишков, возможность покуп­ки хлеба у колхозов, совхозов, в других общественных организациях; второе, поставить вопрос усиленной борьбы самогоноварением; третье, ввиду появле­ния заметок в прессе, могущих стимулировать задержку крестьянством хлеба, согласуйте губкомом организацию надлежащей постановки в печати инфор­мации, касающейся хлебрынка; четвертое, сообщаю: постановлением Прези­диума ЦИК в основных хлебозаготовительных районах откладываются пере­выборы советов. Примите меры к отсрочке также перевыборов кооперации. Пятое, согласуйте с губкомом недопущение в ближайший период мобилиза­ции [на] разные кампании работников хлебозаготовительного аппарата. Вей-цер.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 495. Л. 981. Подлинник.
117
№ 28
Телеграмма ОГПУ полномочным представительствам и губотделам ОГПУ об участии в хлебозаготовках
29 декабря 1927 г. № 8033
ПП Сибири, ПП Урала, ПП СКК, ПП УССР, ГПУ Немцев Поволжья, ПП Казахстана, Татотдел ОГПУ, Воронежский ГООГПУ, Тамбовский ГООГПУ, Саратовский ГООГПУ, Самарский ГООГПУ, Ульяновский ГООГПУ, Оренбургский ГООГПУ, Пензенский ГООГПУ, Сталинградский ГООГПУ, Орловский ГООГПУ, Курский ГООГПУ, Тульский ГООГПУ
В дополнение нашей директивы № 261205. Ввиду резкого снижения хле­бозаготовок и острого недостатка хлебных продуктов в потребляющих райо­нах предлагаем: обратить исключительное, сугубое внимание проведению [в] жизнь директив Союзного Наркомторга, телеграммы № 6/1436 15 декабря, 1435 15 декабря, 641702/1499 24 декабря, 6/1511 24 декабря, циркуляр 641702/1506 21 декабря, каковые получите соответствующих наркомторгах и губвнуторгах. Всякое уклонение [от] выполнения этих директив — Вам над­лежит виновных привлекать ответственности. Особенно обращаем внимание на абсолютную недопустимость питания промтоварами потребцентров за счет хлебзаготрайонов. Во изменение нашего основного циркуляра № 154/эку, предлагается впредь до особых указаний представлять сводки один раз две не­дели, первого и пятнадцатого календарного месяца. Первая сводка должна быть представлена не позднее 3 января 1928 г., включая освещение всех вопросов, за­тронутых нашим циркуляром 154, выявленных дефектов, злоупотреблений снабжению промтоварами хлебозаготовительных районов, детально излагая имеющиеся производстве проведенные агентурные и следственные дела.
Зам. председателя ОГПУ Ягода. Начальник Экономупра ОГПУ Прокофьев.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 495. Л. 968. Подлинник.
No 29
Выписка из протокола № 357 заседания СТО об утверждении постановления о хлебозаготовках
30 декабря 1927 г.
Слушали: 12. О мерах к усилению хлебозаготовок Вн. НКТоргом СССР1*. Утверждено 25 декабря 1927 г.
Постановили: 12. — 1. Поручить Народному комиссариату внешней и внутренней торговли Союза ССР немедленно принять решительные меры к направлению в течение всего предстоящего до весны периода максимума про­мышленных товаров в хлебозаготовительные районы за счет снижения до ми­нимума снабжения промышленными товарами городов и нехлебных районов, поставив задачей направление в хлебозаготовительные районы от 70 до 80% всего количества промышленных товаров.
Признать необходимым осуществить организационные мероприятия, на­правленные к тому, чтобы переброска промышленных товаров в деревне при­вела к усилению именно заготовок хлеба. В частности, отпуск промышленных товаров кооперативными организациями отдельным районам должен быть по­ставлен в зависимость от сдачи крестьянами хлеба в данном районе.
118
Обязать все центральные и местные органы оказывать Наркомторгу Союза ССР, Наркомторгам союзных республик всемерное содействие в осуществле­нии указанной задачи.
2. Поручить Наркомфину СССР принять все необходимые меры ко взыс­
канию с крестьянства задолженности по единому с/х налогу, с/х кредиту,
страховым платежам и прочим сборам. Признать необходимым закончить кам­
панию по единому сельхозналогу, по возможности к 1 марта 1928 г., а также,
по возможности, закончить к этому сроку взыскание страховых платежей.
3. Поручить ВСНХ СССР выяснить причины уменьшения продукции лег­
кой индустрии, в частности, текстильной и принять самые решительные меры
к максимальному увеличению выпуска товаров широкого потребления на бли­
жайшее время. Доклад по этому вопросу представить СТО в двухнедельный
срок.
4. Поручить ВСНХ СССР и НКТоргу СССР обязать ВСНХ и НКТорги со­
юзных республик и их местные органы принять необходимые меры к расшире­
нию ассортимента перебрасываемых в хлебные районы промышленных товаров,
увеличив также и завоз товаров местной и кустарной промышленности.
5. Поручить НКТоргу СССР обязать НКТорги союзных республик и их
местные органы наблюдать за точным и своевременным выполнением выдава­
емых нарядов на вывоз хлеба. Воспретить местным органам власти установле­
ние запрещений и ограничений вывоза хлеба.
6. Для наблюдения за проведением указанных выше мероприятий послать
ответственных уполномоченных по хлебозаготовкам, снабженных мандатами
от имени СТО, в важнейшие хлебные заготовительные районы.
Просить Совнарком и Президиум ЦИК СССР предоставить уполномочен­ным СТО право отмены решений местных органов, противоречащих указан­ным в настоящем постановлении директивам, и дачи соответствующих распо­ряжений, обязательных для всех торгующих государственных предприятий, кооперативных организаций и смешанных акционерных обществ, а равно для местных органов власти.
Обязать уполномоченных выехать на места не позже 30 декабря 1927 г.
7.О ходе хлебозаготовок и о результатах осуществления всех мероприя­
тий, указанных в настоящем постановлении, поручить НКТоргу СССР доло­
жить Совету Труда и Обороны 20 января 1928 г.
Копии: тт. Ройзенману, Ларину, Калмановичу, Гольцману, Беленькому, Горчаеву, Егорову, Коковихину.
ГАРФ. Ф. 374. Оп. 28. Д. 2540. Л. 28-29. Копия.
** Так в тексте. Имеется в виду Народный комиссариат внешней и внутренней торговли СССР.
№ 30
Из обзора Информационного отдела ОГПУ
о политическом состоянии СССР'за декабрь 1927 г.
Январь 1928 г.
...Крестьянство
В декабре отмечается резкое снижение хлебозаготовок, вызванное, в ос­новном, недостатком на местах товаров при накоплении в деревне значитель­ных денежных запасов от реализации технических культур. Мероприятия местных органов по усилению хлебозаготовок местами создали в широких слоях деревни впечатление, что это вызвано голодом, угрозой войны и т.п., и
119
усилили недовольство «ножницами». Некоторое повышение заготовительных цен и преимущественный отпуск товаров ссыпающим теперь хлеб создают почву для роста недовольства среди менее зажиточных групп деревни, уже ре­ализовавших хлебные излишки. Кулацкие и антисоветские элементы агитиру­ют за «хлебную забастовку» и «прижим города», пока не будут повышены цены на хлеб.
Кампания перевыборов ККОВ по большинству районов прошла при невы­сокой активности бедноты и середнячества, вследствие бездеятельности ККОВ, слабой помощи с стороны бедноты в ряде случаев и слабой подготовки к перевыборам. Беднота местами была пассивна и не противодействовала аги­тации кулачества за ликвидацию и против организации ККОВ, имевшей мес­тами успех среди середняков (ряд постановлений о ликвидации ККОВ). Большая активность бедноты отмечена при перевыборах КНС по Украине.
В декабре наблюдается некоторое снижение интереса деревни к вопросам борьбы партии с оппозицией: выступления антисоветского элемента с защитой взглядов оппозиции (в частности, на почве товарного голода и «ножниц») значительного распространения и влияния не имеют.
Проведение в отчетном периоде перевыборной кампании ККОВ, а также начало перевыборов в кооперации и подготовка к перевыборам советов спо­собствовали оживлению кулачества и антисоветских элементов. Это выяви­лось в росте числа кулацких группировок (55 в декабре против 24 в ноябре) и агитации за «КС» (204 в декабре против 170 в ноябре)...
Недовольство в связи с перебоями в снабжении
В декабре снабжение продуктами продовольствия по ряду рабочих райо­нов ухудшилось (Иваново-Вознесенск, Белоруссия, Урал), местами ощущает­ся острый недостаток продуктов (Владимирская, Тверская губернии). Также заметно ухудшилось снабжение товарами первой необходимости — мануфак­турой, обувью и т.п.
Очереди за продуктами и мануфактурой стали бытовым явлением (Центр, Белоруссия, Поволжье, Закавказье), а также обычны давки и скандалы. От­мечен ряд случаев, когда стоявшие в очереди женщины падали в обморок (Са­ратов, Северо-Кавказский край). В связи с этим наблюдаются разговоры среди работниц и жен рабочих: «Как подумаешь идти в ЦРК, так сердце за­мирает, того и смотри раздавят» (Сталинград); «За десятью фунтами муки приходится убивать целый день, муж придет с работы, а обед не готов» (по­селок при заводе «Красный Октябрь»)...
Активно выступают антисоветские элементы, стараясь обострить недоволь­ство рабочих. Так, в Иваново-Вознесенске на фабрике «Красная Ветка» в группе рабочих отмечен разговор: «Вот поставили на паек, надо, должно быть, взять власть под ноготь, скоро будем раскидывать листовки и призы­вать население к борьбе против коммунистов». В Твери обнаружена листовка, где указывается: «Масла нет, мука только недавно стала, керосину нет, обма­нули народ». Листовка угрожает забастовкой, если не будет налажено снабже­ние.
Центр
Настроение в связи с ценами и товарным голодом
Вопрос о «ножницах» продолжает выдвигаться, главным образом, в про­изводящих губерниях. В выступлениях представителей зажиточных групп и середняков указывается, что проведенное снижение недостаточно. «Необходи­мо сделать еще снижение» (Тамбовская губ.). «На пуд хлеба по-прежнему можно купить полрубашки» (Воронежская губ.). Недовольство «ножницами» особенно обостряется отсутствием в достаточном количестве товаров, которые еще не продвинулись до деревенского рынка: «Летом, когда у мужика денег
120
не было, товар во всех лавках был, а подошла осень, появились деньги, и то­варов не стало, в ПО продают только членские книжки по 10 р., а товаров можно достать лишь на 40 к.» (Воронежская губ.). В Курской губ. низовые кооперативы Грайворонской вол. категорически отказались от получения авансов на хлебозаготовки, мотивируя это тем, что крестьяне не хотят сдавать хлеб за деньги, имея последние на руках от заработков на отхожих промыс­лах. В связи с нажимом местных организаций на усиление хлебозаготовок в ряде районов Курской и Тульской губерний наблюдается закупка хлеба насе­лением. В Тульской губ. среди крестьян создалось настроение, что заготови­тели приедут за хлебом в деревню, в некоторых случаях подводы с хлебом, направлявшиеся в город, возвращались обратно за 100 верст. Кулачество и антисоветские элементы в связи с мероприятиями по ограничению частника ведут агитацию, что «частный ссыпщик помогал укреплению крестьянского хозяйства, а Соввласть поступает наоборот» (Тульская губ.)... Антисоветские проявления в деревне
а)Агитация за «КС». В декабре продолжается рост агитации за «крест-
союзы» (91 факт против 72 в ноябре). Свыше 60% всех выступлений за «КС»
имело место на разного рода собраниях. Наибольшее число фактов агитации
за «КС» по-прежнему дает Московская губерния (38 против 32 в ноябре). В
выступлениях выдвигаются преимущественно требования «Красного профсо-
юза»(23), регулирования цен (18), политические (15) и замены «КС» органи­
зации ККОВ - 11.
б)Кулацкие группировки. Зарегистрировано возникновение 10 кулацких
группировок (Тамбовская — 5, Воронежская — 3, Владимирская и Калуж­
ская — по 1), из них восемь, организовавшихся в связи с перевыборами
ККОВ и кооперации.
В Воронежской губернии проявляют себя две оппозиционных группировки из бывших членов ВКП(б) и бывших членов ВЛКСМ. Члены группировки в клубе и на базаре систематически ведут антисоветскую агитацию, выступая с оппозиционными лозунгами.
в)Массовое выступление. Заслуживает внимание массовое выступление в
с. Пески Тамбовской губ., где толпа в 400 крестьян пыталась устроить само­
суд над пойманным на базаре вором. В момент самосуда антисоветскими эле­
ментами велась агитация: «Власть нужно бить, она разводит воров, она защи­
щает интересы только рабочих. Да здравствует Союз трудового крестьянства!
Да здравствует партия крестьян! Бей всех жидов, которые против крестьянст­
ва!» (см. приложение)1*.
г)Листовки. В Воронежской губернии в сельсовете Конь-Колодезь и
Хлебное обнаружены три листовки против исключения из партии Зиновьева и
Троцкого.
Северо-Запад
Настроения в связи с льнозаготовками
Проведенное в ряде районов снижение цен на лен-сырец вызвало сильное недовольство среди всех слоев крестьянства, особенно в районах частичного неурожая льна. Имеют место отдельные заявления о необходимости сокраще­ния посевов льна: «Почему снизили цены, не оповестив об этом население. В течение трех лет власть обманывала нас, теперь не обманут, не будем сеять лен» (Псковский округ); «Больше сеять не будем, лен нынче пропал, а цена низкая, сеять его невыгодно, лучше сеять клевер» (Великолукский округ).
Кулаки и зажиточные в большинстве случаев воздерживаются от вывоза льна, а иногда даже скупают его у крестьян, заявляя: «Подождем до весны, такой продукт, как лен, никогда не пропадет, а теперешние цены на него низки» (Опочецкий район, Псковский округ). Слабая насыщенность рынка
121
промтоварами точно так же отражается на ходе льнозаготовительной кампа­нии...
Перевыборы кооперации
Материалы, освещающие ход перевыборов кооперации, указывают на более активное участие крестьян, по сравнению с перевыборами ККОВ. Кула­чество проявляло значительную активность, стремясь к захвату правлений. В выборах участвовало шесть кулацких группировок, из коих три имели частич­ный успех. В АКССР на выборах Падонского ГО группировка кулаков доби­лась перед выборами перерыва на 5 минут [и] устроила свое совещание, груп­пировке удалось провести в правление двух своих кандидатов. В с. Финов-Лух Новгородского округа перед выборами кооперации группировка зажиточ­ных, возглавляемая бывшим офицером, три раза созывала нелегальное собра­ние, намечая своих кандидатов в правление.
Антисоветские проявления в деревне
а)Группировки. Всего в отчетный период проявило себя 15 группировок,
из коих семь организовались в связи с перевыборами кооперации и ККОВ. В
Ленинградском округе эстонская группировка кулаков систематически устраи­
вает свои собрания, поддерживая через руководителя связь с местным пасто­
ром и получая от последнего исходящее из Эстонии для распространения
среди населения обращение: «Все, кто желает получить помощь от эстонской
церкви, должны своих детей обучать под наблюдением пастора».
б)Террор. В декабре зарегистрировано 11 случаев избиений и покушений
на работников низового соваппарата и деревенских активистов. В Ленинград­
ском округе имело место убийство селькора.
в)Агитация за «КС». По шести округам отмечено 14 выступлений за со­
здание «крестсоюза» (вместо восьми за прошлый месяц).
Запад
Продовольственный кризис
В Могилевском, Полоцком и особенно Оршанском округе (Белоруссия), частично пораженных недородом, остро ощущается продовольственный кри­зис. В Пугляевском сельсовете Оршанского округа 75% бедняков и середня­ков хлеба не имеют и не покупают его на рынке. Отмечены случаи, когда для приобретения хлеба маломощные слои деревни распродают скот (Полоцкий округ). В г. Орше у лабаза Хлебопродукта ежедневно стоит очередь крестьян по 200 человек. Положение обостряется тем, что кооперация не в состоянии удовлетворить возрастающий спрос населения на хлеб и муку, чем пользуются кулаки и зажиточные, спекулирующие мукой, закупаемой в кооперации и гос-торговых организациях (Бобруйский, Оршанский округа). Рассчитывая вес­ной подработать на продовольственном кризисе, кулаки производят закупку хлеба, особенно ржи и овса, забивая с этой целью лишний скот (Оршанский округ).
Антисоветская группировка
В Смоленской губ. в связи с перевыборами [правления] Волочковского с/х товарищества с целью провала кандидатуры волкома ВКП(б) было рас­пространено более 100 листовок антисоветского содержания и с лозунгами оп­позиции. Листовки распространялись группировкой в составе партийца, двух кандидатов партии, двух членов ВЛКСМ, находившихся под влиянием анти­советских элементов (в числе их учитель и частный врач), ведших агитацию за «крестьянские союзы». Группа ликвидирована.
Украина Перевыборы КНС
Ряд мероприятий правительства по укреплению бедняцких хозяйств, в частности льготы бедноте, представленные Манифестом ЦИК35, способство-
122
вавшие повышению политической активности бедноты, обусловили значитель­ное оживление в ходе перевыборов КНС. По данным о ходе кампании по 20 округам, средняя посещаемость незаможниками перевыборных собраний ко­леблется от 50% до 70% всех членов КНС, а выборных собраний — от 60% до 95 — 100% при значительном участии и неорганизованной бедноты. Отмечав­шаяся в отдельных селах пассивность бедноты на выборах объясняется в зна­чительной степени слабостью аппарата сельских КНС, неработоспособными элементами, а также совпадением по времени нескольких кампаний перевыбо­ров КНС, ККОВ, кооперации и отчетной кампании по сельсоветам.
Большинство собраний проходило при высокой активности незаможников, подвергавших деловой критике работу КНС, причем в выступлениях затраги­валась и работа селькоров, кооперации и других общественных организаций на селе. В большом числе выступлений незаможники отмечали материальное положение бедноты, недостаточность и неправильность распределения креди­тов бедноте на поднятие хозяйств, недостаточность школьной сети и неохват школами детей бедноты. В отдельных выступлениях незаможники высказыва­лись против урезывания административных прав КНС (Житомирский, Мели­топольский и Черниговский округа) и заявляли, что «КНС ничего не дает», что внимание им теперь не уделяется, [что они существуют] только для того, чтобы беднота голосовала за коммунистов и т.д. На одном из собраний в Харьковском округе бедняком-активистом был поднят вопрос о необходимос­ти организации «Крестсоюза» для улучшения быта бедняков. Выступление со­чувствия среди незаможников не встретило.
Перевыборы комитетов взаимопомощи
Начавшаяся кампания по перевыборам правлений ККОВ проходит при значительно меньшей активности селян, нежели перевыборы КНС. Малоавто-ритетность и слабая работа КОВ и недостаточная подготовительная работа к перевыборам (в отдельных селах сельсоветы не знали о назначении перевыбо­ров) обусловили пассивность крестьян на выборах. В Одесском и Харьков­ском округах бедняками поднимался вопрос о ликвидации КОВ.
Хлебозаготовки и товарный голод
В декабре после некоторого увеличения вывоза хлеба в предыдущие меся­цы отмечено значительное падение вывоза хлеба на рынок. На почве нехватки необходимых товаров в период наибольшего накопления денег и хлебных и сырьевых запасов в деревне распространились провокационные слухи о том, что «жиды и правительство нарочно попрятали товары, чтобы содрать потом с крестьян» и т.п. Кулаки и зажиточные, используя моменты недовольства то­варным голодом, усилили агитацию за ликвидацию кооперативов, за невывоз хлеба и агитацию за расширение частной торговли. Слабому вывозу хлеба способствовал и слабый нажим по взысканию недоимок по разным платежам с зажиточных групп села. В д. Юрьевке Луганского округа кулаки, имеющие по 1—2 тыс. и более пудов хлеба, говорят: «Мы будем ожидать года, пока цены на хлеб не дойдут до 3 р. за пуд». Отмечается спекуляция кулаков и за­житочных крестьян на разрыве цен на хлеб в производящих и потребляющих районах. С установлением санного пути кулаки, перемалывая зерно на муку, отправляют хлеб гужом в северные округа Украины, в Брянскую губ. и дру­гие промышленные центры. С ограничением размола крестьянского зерна на госмельницах спекуляция значительно сократилась. Запрещение размола зерна на высшие сорта муки вызвало резкую антисоветскую агитацию кулаче­ства, пытающегося настроить все крестьянство против этого мероприятия и организацию давления на высшие органы для отмены ограничения размола.
Последние мероприятия по усилению хлебозаготовок (нажим на непла­тельщиков обязательных для крестьянства платежей и т.п.) вызвали различ­ные провокационные слухи, распространяемые кулачеством, о войне, о голоде
123
на Севере, о возврате к военному коммунизму и т.п. Некоторое повышение заго­товительных цен на хлеб вызвало недовольство бедняков, уже реализовавших свои излишки. На собрании крестьян в Туровском районе Киевского округа вы­ступивший при всеобщем одобрении бедняк говорил, что «Соввласть, повысив цену на хлеб с 80 к. до 1 р. за пуд, когда беднота реализовала хлеб, обманула крестьян, а поэтому не нужно давать Соввласти ни одного фунта хлеба».
Антисоветские проявления. Крестсоюзы
За три недели декабря по 13 округам Украины отмечено 28 выступлений за «КС»: на собраниях и конференциях было 13 выступлений, из них 7 — в связи с обсуждением Манифеста. Заслуживает внимания антисоветская груп­пировка, агитировавшая за «КС» в одной из частей 1 Конного корпуса (Про-скуров); члены группировки неоднократно выступали на политбеседах с тре­бованием «организации «КС», руководитель группировки — зажиточный, вы­ступая на одной беседе, заявил: «К социализму мы не придем никогда, нам нужно сделать вторую революцию». В настоящее время члены этой группи­ровки демобилизованы. В с. Преображенское Запорожского округа кулак ведет среди крестьян агитацию о том, что «оппозиция несет селянству свободу создания крестьянских союзов и свободу группировок».
Кулацкие группировки
Вновь организовались в декабре четыре группировки, их них две — на почве подготовки к перевыборам сельсоветов (Бердичевский и Коростеньский округ) и две, агитирующие за «КС» (Днепропетровский и Луганский округа).
Антисоветские листовки
За декабрь отмечено три случая появления религиозно-монархических листовок местного происхождения (Криворожский, Шепетовский и Полтав­ский округа).
Террор
Отмечено 13 случаев террора, из них пять убийств. В шести случаях тер­рор направлен против работников низового соваппарата. В одном случае было подвергнуто разгрому помещение комсомольской ячейки. В Шепетовском ок­руге члены пытались избить активиста-комсомольца, которого подозревали в связях с ОГПУ.
Северный Кавказ
Ход налоговой кампании
Поступление с/х налога в декабре проходило слабо. В Армавирском ок­руге к моменту истечения второго срока платежа выполнено только 81,2% за­дания; в Кубанском округе по ряду районов имеется значительное количество недоимщиков 1 сорта: по Кореневскому району свыше 3700, по Павловскому району свыше 5000, до 40% хозяйств описано за неплатеж. Большей частью недоимщики остаются совершенно безнаказанными. Резкое снижение темпа поступления налога наметилось после опубликования Манифеста ЦИК, что объясняется ожиданием скидок по налогу не только маломощных, но и зажи­точных групп. Характерны заявления: «Объявите, кому что причитается по Манифесту, тогда и взыскивайте».
Не менее существенной причиной слабого поступления ЕСХН является не­достаточный нажим на плательщиков, в особенности на зажиточных и кула­ков, со стороны сельсоветов. Не единичны случаи отказа сельсоветов от нажи­ма на неплательщиков. Нередко сами члены сельсовета являются неаккурат­ными плательщиками, и в таких случаях никакого нажима на неплательщиков не оказывают. Еще хуже обстоит дело с поступлением платежей Госстраху.
Неправильное распределение скидок по Манифесту
В связи с распределением скидок по Манифесту отмечен ряд недочетов. В Кубанском округе в станице Восточной были освобождены от налога крепкие
124
середняки и не были освобождены от налога бедняки, обложенные в 1 — 2 р. В ряде случаев от налога освобождались за счет бедноты служащие РИКов и сельсоветов, имеющие крепкие хозяйства.
Антисоветские проявления в деревне. Агитация за *КС> По неполным данным, за декабрь отмечено по семи округам 16 выступле­ний (в ноябре — 19) за «КС». Восемь выступлений за «КС» имело место на собраниях и конференциях. В числе требований организации «КС» преобла­дают требования «КС» для регулирования цен (7 из 16). Отмечено два вы­ступления за «КС» на почве недовольства большими льготами по Манифесту ЦИК рабочим (Сальский и Донской округа) и одно выступление за «КС» в связи с деятельностью оппозиции (Майкопский округ). В станице Прочноо-копской Армавирского округа агитация за «КС» неоднократно обсуждалась на собраниях союза «Охотник»2*, объединяющего до 130 зажиточных крес­тьян; один из членов этого союза в группе одностаничников говорил: «Если мы организуем союз хлеборобов, то это будет такая сила, что в два счета возь­мет управление страной и будет торговать со всеми странами, тогда будет не так, как сейчас, когда даже мануфактуры нет».
Кулацкие группировки
По Армавирскому, Донецкому и Ставропольскому округам проявили себя семь кулацких и антисоветских группировок, из них пять выступали на пере­выборах правлений кооперации (в Донецком — 4 и Ставропольском — 1). Выступавшие на перевыборах кооперации в Донецком округе четыре группи­ровки потерпели поражение, за исключением одной в станице Верхне-Талов-ской, где группировка добилась оставления старого председателя правле­ния — ставленника кулаков.
Контрреволюционные листовки
В с. Ново-Кубанском Армавирского округа на телеграфном столбе около дома общественного работника обнаружена листовка контрреволюционного содержания, озаглавленная «Извещение Ревцентра».
Поволжье
Ход хлебозаготовок и недовольство низкими ценами на хлеб
Несмотря на имеющиеся излишки, сосредоточенные преимущественно у зажиточных и крепких середняков, подвоз хлеба незначителен. В случае крайней необходимости крестьяне продают скот, придерживая хлеб (Самар­ская и Пензенская губернии). Со стороны кулацкой и зажиточной части де­ревни (Самарская губ.) наблюдаются тенденции «прижима города», желание использовать затруднения с хлебозаготовками в целях повышения цен на хлеб: «Крестьяне ожидали, что цена на хлеб будет 3 р. [за] пуд — тогда крес­тьянин, реализовав свой хлеб, мог бы купить необходимые товары. Теперь же крестьяне хлеб продавать не будут — в конце концов Советская власть оду­мается и пойдет крестьянам навстречу, установив более высокие цены на хлеб».
Аналогичные настроения наблюдаются среди части середнячества (Меле-кесский и Бугурусланский уезды Самарской губ.). В ожидании повышения цен на хлеб к весне, последние хлеб не продают, обвиняя власть в «обесцени­вании крестьянского труда».
Товарный голод
Острый недостаток промтоваров, особенно мануфактуры, наблюдающийся во всех губерниях Поволжья, продолжает вызывать сильное недовольство и нарекания на кооперативные организации и Соввласть широких слоев дерев­ни. «На каждом собрании мы слышим, что товаров много, фабрики и заводы превысили довоенный уровень, а в действительности товаров нет — теперь уже верить этим сказкам не приходится» (Астраханская губ.). Отпуск ману-
125
фактуры только членам кооператива, внесшим полный пай (Пензенская губ.), и распределение ее в первую очередь между служащими кооперативных орга­низаций также вызывает сильное недовольство крестьянства, преимуществен­но бедноты, в большинстве случаев не внесшей полный пай и поэтому остаю­щейся неудовлетворенной мануфактурой и другими товарами: «Нам, бедня­кам, товаров не отпускают, как не пайщикам, а мы, ввиду своей бедности, полный пай внести не можем».
Антиналоговая агитация кулаков и зажиточных Применение принудительных мер к злостным неплательщикам (опись иму­щества) усилило среди кулаков и зажиточных агитацию за отказ от уплаты с/х налога. Отмечено несколько попыток кулаков вызвать массовые выступ­ления при производстве описи имущества (Самарская и Астраханская губер­нии). На общем собрании в с. Чулпане Астраханской губ. крестьяне-ловцы, подстрекаемые зажиточными («Соввласть с нас шкуру дерет»), отказались от уплаты налога.
Антисоветские проявления
а)Группировки. За отчетный период проявило себя 13 кулацких группи­
ровок (в ноябре — 7), из которых девять создались в связи с перевыборами
кооперации, три — для противодействия налогу и одна — для противодейст­
вия землеустройству.
В с. Верхнем Баскунчаке Астраханской губ. группа кулаков (в состав ее входят бывший секретарь сельсовета, председатель правления ПО и 13 кула­ков) на общем собрании провалила кандидатуры бедняков и провела в состав правления и председателем ПО своих ставленников. В с. Грачи, той же губер­нии кулацкая тройка при поддержке кулаков провалила бедняцкий список кандидатов и провела свои кандидатуры. В с. Воскресенка (Самарской губ.) кулацкая группировка провела своих уполномоченных с/х кредитного това­рищества.
б)«Крестсоюзы». За отчетный период зарегистрировано 12 выступлений
за «КС» (в ноябре — 6). В двух случаях «КС» выдвигался взамен ККОВ.
«Теперешние кресткомы — это мертвые организации. Крестьянам надо иметь,
как и рабочим, свою организацию — крестьянские комитеты во всероссийском
масштабе» (Саратовская губ.).
Сибирь
Отношение к хлебозаготовкам
Продолжается слабый привоз хлеба по большинству округов. По-прежне­му основными причинами удержания зажиточными и отчасти середняцкими слоями деревни хлеба остаются, помимо ряда причин объективного характера (худший, по сравнению с прошлым годом, урожай, бездорожье, длившееся по большинству округов больше месяца и мешавшее подвозу хлеба, и т.д.), недо­статок промтоваров и выжидание повышения хлебных цен. Введением Сиб-крайторгом новой классификации хлебов, предусматривающей некоторое сни­жение цен на высокосортную пшеницу, и нарушение некоторыми заготовите­лями синдицированных цен особенно усилили выжидательные настроения: «Авось да цена и повысится, раз у заготовителей цены неустойчивые» (Бар­наульский округ); «Я уверен, что государство все равно цену на хлеб повы­сит» (кулак, там же). Наряду с этим на рынок вывозятся второстепенные с/х продукты (мясо, кожи, дрова и проч.) для удовлетворения неотложных по­требностей и для платежей (налог, страховка, и проч.)
Недовольство товарным голодом
Острый недостаток в низовой кооперации промтоваров, в первую очередь мануфактуры, а также мыла, соли, чаю, оконного стекла и проч., продолжает вызывать сильное недовольство широких слоев деревни. Получаемый в не-
126
больших количествах сельскими кооперативами товар быстро расхватывается населением; в отдельных случаях приходится вызывать милицию, чтобы под­держать порядок при отпуске товаров (Барнаульский округ). В ряде районов крестьяне ежедневно приходят в кооперацию справляться, не получилось ли товара2* (Томский округ и др.). Практикуемый отпуск мануфактуры исклю­чительно членам кооперации вызывает сильное недовольство остального неко­оперированного населения: «Государство отпускает товар потому, что хочет кооперировать население на 100%» (Томский округ). В Болотнинском районе Томского округа отсутствие товаров в кооперации создало у населения настро­ение о неустойчивости денег. Крестьяне-пайщики, сдавая хлеб в кредитное то­варищество, тут же покупают с/х машины, даже несезонные, заявляя: «Что эти деньги, они ненадежны».
В связи с товарным голодом усилилось недовольство переходом на 7-часо­вой рабочий день: «И так товаров в лавках нет, а при 7-часовом рабочем дне совсем товаров никаких не будет» (Минусинский округ). «Мужицкая шея стерпит. При 7-часовом рабочем дне станут пустые лавки сразу, а что будет дальше» (Барабинский округ). Усиливается агитация кулачества: «Если бы крестьяне были организованы в какую-либо организацию и в один голос ска­зали бы, что мы вам за такую цену сдавать хлеба не будем, рабочие сидели бы со своим товаром и подыхали бы с голоду, забыли бы тогда про 7-часовой рабочий день» (Барнаульский округ). В Иркутском округе отмечено три вы­ступления зажиточных с агитацией за организацию «крестсоюзов» и «товари­ществ» для продажи крестьянского продукта. Ряд аналогичных выступлений отмечен и со стороны середняков...
Антисоветские проявления. Террор
За декабрь наблюдается значительное уменьшение числа случаев террора (16 против 35, из них — одно убийство). В пяти случаях террор был направ­лен против налоговых работников. Наибольшее число случаев террора падает на Минусинский и Томский округа.
Крестсоюзы
Отмечено 15 случаев агитации за создание крестсоюза, из них четыре вы­ступления имели место на собраниях (по перевыборам ККОВ и др.). Интерес­ны выступления за «КС» со ссылками на то, что это выдвигает оппозиция (Тулуновский, Минусинский, Барабинский округа).
Антисоветские группировки
За декабрь проявило себя шесть кулацких группировок, из них четыре вы­ступали на перевыборах ККОВ и кооперации. Группа кулаков д. Орской Но­восибирского округа, используя недостатки в работе местного ПО, повела ши­рокую агитацию среди пайщиков за выход из кооперации, в результате чего 30 пайщиков вместе с указанной группировкой подали заявление о выходе; благодаря принятых партячейкой мер2*, заявления были взяты обратно. Груп­пировка готовится к новым перевыборам совета. В Омском и Барнаульском округах отмечены две оппозиционные группировки из бывших членов ВКП(б), распространяющие оппозиционные листовки (Омск) и ведущие оп­позиционную работу среди населения и отдельных деревенских коммунистов.
Дальневосточный край
Недовольство отсутствием товаров первой необходимости
В связи с товарным голодом в ряде округов Дальневосточного края (Вла­дивостокский, Читинский, Амурский) отмечается недовольство всех слоев крестьянства недостаточной работой кооперативных организаций. На этой почве увеличилась торговля контрабандной мануфактурой. На общем собра­нии крестьян с. Марусино (Хабаровский округ) были выкрики: «Нужно нам кооператив закрыть и записаться в "кооператив частника" — китайца. Он дает
127
в кредит и чисто наш крестьянский товар». Характерно выступление бывшего красного партизана-бедняка на торжественном заседании Поповского сельсо­вета Свободнинского района (Амурский округ) с агитацией за восстановление частной торговли и ликвидацию госторговли, так как «теперь, когда торговля находится в руках кооперации и госторговли, все товары дороги и к тому же лавки пусты. Долой бюрократизм, тресты и синдикаты! Да здравствует рабо­че-крестьянская торговля!»
Агитация за *КС>
Зарегистрировано всего 22 случая выступлений с агитацией за организа­цию «КС» (в ноябре — шесть случаев). Из них: в Амурском округе — 15. В с. Васильевка Александровского района (Амурский округ) бывший председа­тель ККОВ — бедняк на общем собрании, созванном по вопросу организации ККОВ, говорил: «Крестком — это организация бедняцкая и нам он не нужен, но мы, пользуясь вывеской кресткома, сорганизуем свой "крестьянский союз", который и будет защищать наши права; тогда какую цену мы назначим на хлеб, такая и будет; захочем меньше платить налогу — так и будет. Этот союз всегда будет защищать наши права, так, как борются союзы за права рабочих и служащих, но только этот союз будет всех союзов сильнее, потому что крес­тьян большинство». Зажиточные и часть середняков стали записываться в эту организацию, но по инициативе местной комячейки собрание было распущено.
Восточные национальные республики и автономные области Средняя Азия. Узбекистан ...Кишлак. Активность байства в вопросах землеустройства
Продолжает отмечаться захват байством земли, семссуды и собранного урожая у наделенных по земреформе^б дехкан. Наряду с применением раз­личного рода средств для запугивания дехкан, баи практикуют избиения и убийства. Зарегистрировано три случая убийства баями «непокорных» бедня­ков (Бухарский округ).
Подготовка к проведению земреформы в Кашка-Дарьинском и Сурхан-Да-рьинском округах вызвала огромную активность байства, мусульманского] духовенства и бывших эмир[ских] чиновников, вполне осведомленных о целях предварительного учета, несмотря на то, что таковые не подлежали ог­лашению. Произошло это вследствие засоренности комиссии по переучету сто­ронниками байства. В связи с этим баи прибегают к сокрытию своих участков различными методами. Отмечаются также случаи продажи излишков.
Ненормальности при реализации займа индустриализации?7
Наряду с отсутствием более или менее широкой разъяснительной кампа­нии, реализация займа индустриализации сопровождается целым рядом вопи­ющих искажений: некоторые докладчики указывали на то, что заем обязате­лен и что для приобретения облигаций необходима распродажа имущества (Гиждуванский район Бухарского округа). В большинстве случаев в хлопко­вых районах заем распространялся через скуп[очные] пункты хлопкома, при расчете с декханами за проданный хлопок навязывались облигации займа (Бухарский округ). Отмечены случаи, когда дехкане, заплатив деньги за на­сильно навязанную облигацию, отказывались от получения ее (Андижанский округ). В итоге масса дехканства настроена весьма недоброжелательно к займу, антисоветские элементы ведут успешную агитацию против кампании по распространению облигаций (Ходжентский округ), а некоторые совслужащие занимаются спекуляцией на облигациях (Бухарский округ).
Русская деревня
Среди русского крестьянства Ташкентского округа наблюдается сильное недовольство налогами, особенно водными. Имел место случай массового от­каза от приема извещений о взносах по водному налогу. Кулачество, исполь-
128
зуя недовольство крестьян, усилило антисоветскую агитацию, в частности аги­тацию против Манифеста ЦИК СССР.
Басмачество
Скрывавшаяся в Киргизстане шайка Накыр-Маматкула, разбившись на две группы, перебросилась в Ходжентский и Кокандский округа Узбекистана. Одна из групп при попытке нападения на выездную сессию Ходжентского Ок­ружного суда отступила после столкновения с милицией и, перейдя в Ляйляк-скую вол., обложила дехкан кишлака Маргун побором в 1000 р. Вторая груп­па ограбила кишлак Джидалик и Яильма Риштанского района, разгромив кан­целярию Союза «Кошчи»38.
Туркменистан
Призыв туркменской молодежи в армию
Кампания по призыву организованной молодежи выявила неподготовлен­ность, а местами и ненадежность низового соваппарата. В целом ряде случаев представители аулсоветов и члены аульных комиссий предупреждали дехкан о предстоящем учете, советуя им принять меры. Работники аулсоветов за взят­ку скрывали у себя призывников. Ненормальности в некоторых сборных пунктах приводили к массовому дезертирству (Керкенский район).
Антисоветские элементы — баи, мусульманское духовенство, торговцы и др. — повели усиленную агитацию против призыва, в результате чего наблю­дались стремление дехкан к освобождению от призыва, переселение в Афга­нистан, выходы из комсомола и т.п. Среди призывающихся, в том числе и комсомольцев, не было ни одного, не подавшего заявления об освобождении. Широко практиковалась симуляция. Характерны факты, когда призываемые, отказываясь от медицинского освидетельствования, говорили: «Лучше отрежь­те мне голову, но в армию не пойду» (Ашхабадский район).
Активность мусульманского духовенства
Наряду с энергичной агитацией, совместно с байством, против призыва туркменской молодежи, представители мусульманского] духовенства прояв­ляют особенную активность в вопросах школьного строительства. Широкая агитация мулл и ишанов против советских школ вызвала отзывание детей дех­канами из школ (Тахтабазарский район). Одновременно мусульманское духо­венство настраивает население против различного рода мероприятий Соввлас-ти, в частности, против деятельности судебных органов (Сераховский район).
Земельно-водные отношения
Зарегистрирован целый ряд случаев сдачи в аренду земель наделенными по земельно-водной реформе дехканами. Арендующими являются в большин­стве случаев зажиточные середняки. Одновременно участились случаи возвра­щения земель наделенными по реформе дехканами баям — бывшим владель­цам. В свою очередь, байство, при поддержке мусульманского] духовенства, запугивает дехкан, добиваясь возвращения отчужденных по земельной рефор­ме наделов. Вместе с тем, среди части крупных баев, пострадавших от земель­ной реформы, усиливается тенденция к эмиграции в Афганистан.
Недовольство налогами
Кампания по сбору водного налога вызвала в ряде районов недовольство дехкан. Зарегистрированы случаи, когда дехкане заявляли о своем решении не платить налога ни в коем случае или, в противном случае, переселиться в Персию (Каахкинский район). Особенно часто выражается недовольство не­доучетом последствий стихийных бедствий при обложении водналогом.
Русская деревня
Почти во всех пограничных русских поселках наблюдается сильное недо­вольство крестьянства налогами и другими мероприятиями Соввласти. Опуб­ликование Манифеста ЦИК вызвало оживленные суждения с указаниями на
5-267129
то, что в нем, якобы, не соблюдены интересы крестьянства. На почве массо­вого недовольства наблюдается тяга русского населения к переселению из Туркменистана.
Басмачество
Банда Джунаид-Хана, численностью до 50 всадников, произведя заготовку продовольствия и фуража в районе Аджи-Куя, двинулась в направлении ко­лодцев Холлы-Бай и Демлы, выделив группу во главе с Шалтай-Батырем для захвата у населения лошадей и верблюдов. Группой был произведен налет на местность Малчи Кара-Калпакской области (Казахстан), захвачено у дехкан 60 верблюдов, 30 лошадей и похищены четыре женщины. Дальнейшее про­движение группы не установлено. Произведенные Джунаидом поборы, рекви­зиция и хищения у мирного населения сильно встревожили население Чард-жуйского и Керкинского округов, усилив одновременно активность байства.
Киргизстан
Политическое настроение
Пораженческая и антисоветская агитация и распространение провокацион­ных слухов байско-манапскими элементами и представителями мусульман­ского] духовенства особенно сильны в Чуйском районе. Среди городского на­селения наблюдается недовольство большими очередями за хлебом и кризисом предметов широкого потребления, в частности мануфактуры.
Группировки
В Каракольском кантоне наблюдаются попытки байско-манапских группи­ровок объединиться для совместных выступлений на предстоящих перевыбо­рах советов. Подобная же тенденция отмечается в той или иной степени по всем другим кантонам. В некоторых случаях состоялись или намечаются при­мирения ранее враждовавших группировок. Вместе с тем, наблюдается обо­стрение борьбы между некоторыми группировками, местами доходящей до такой степени, что представители одной группы запрещают своим детям посе­щать школы, расположенные на территории враждебной группировки. В ре­зультате школы бездействуют (Аламединская вол.).
Земреформа
Проводимая по южному Киргизстану земельная реформа сопровождается целым рядом организационных недочетов, при усиленном давлении байско-манапских элементов на низовые группы содействия (Джалял-Абадский, Ошский кантоны). Усиленным темпом практикуется дробление земель баями, передача излишков на временное пользование батракам, продажа участков, подлежащих отчуждению и т.п. Представители мусульманского] духовенст­ва, ссылаясь на Коран, предостерегают население от получения байских зе­мель, пугая «божьим наказанием». Беднота и батрачество, несмотря на силь­ное противодействие антисоветских элементов, активно участвуют в проведе­нии реформы, отмечены случаи, когда бедняки выгоняют с собраний баев, стремящихся к срыву реформы, середняки, как правило, поддерживают ре­форму.
Казахстан
Антисоветские проявления
Казахское население. Пораженческая агитация баев, аксакалов, духовен­ства значительно сократилась, наблюдается усиленная подготовка байско-ак-сакальских группировок к предстоящим перевыборам советов. С этой целью устраиваются нелегальные совещания, на которых обсуждаются вопросы за­воевания влияния на бедноту и выдвижения байских кандидатур в аулсоветы и ВИКи (Актюбинская, Сыр-Дарьинская губернии). После разгрома басмаче­ства в Ходжейлинском округе Кара-Калпакской области39 отмечается антисо-
130
ветская агитация баев и торговцев, стремившихся в отдельных случаях к срыву митингов, посвященных борьбе с басмачеством.
Русское крестьянство и казачество. Антисоветская агитация кулачества, бывших белых и атаманов в большинстве случаев сопровождается попытками дискредитировать Манифест ЦИК указаниями на то, что «Манифест издан лишь в интересах рабочих и в ущерб крестьянству». Нередко под влиянием кулацкой агитации середняки также активно выступают с критикой Манифес­та (Акмолинская, Семипалатинская, Уральская губернии). Одновременно ку­лачеству в ряде случаев удается путем систематической агитации срывать ра­боту местных общественных организаций (Уральская, Акмолинская, Актю-бинская губернии). В некоторых случаях антисоветская агитация кулачества находит отклик среди массы русского крестьянства и, особенно, казачества, ввиду тяжелого материального положения, создавшегося в результате недоро­да (Джетысуйская губ.).
Выделение русского казачества Ворошиловской вол. Акмолинского у. в самостоятельную казачью волость сопровождалось выступлениями кулацко-атаманских элементов с лозунгами реставрации сословных преимуществ и воз­вращения старых излишков земель.
Кампания по учету допризывников
Кампания по учету допризывников среди казахского населения Сыр-Да-рьинской губернии вызвала противодействие байства и аксакалов, в целом ряде случаев поведших широкую агитацию за скрытие молодежи допризывно­го возраста. Агитируя против учета, баи и аксакалы запугивают население перспективой войны. В результате отмечена масса случаев укрытия от учета. В отдельных случаях байско-аксакальские группировки устраивали свои тай­ные совещания, выносили постановления всячески противодействовать кампа­нии по учету, в результате чего последние вынуждены были ограничиваться лишь составлением актов, не проводя учета. В одном из таких случаев насе­ление, под руководством влиятельного бая — группировщика, собиралось из­бить палками членов комиссии (Казалинский у., Туркульский аул). Что каса­ется самой молодежи, то она в большинстве случаев стремится к прохождению допризывной подготовки, причем нередки случаи, когда допризывники охот­но указывают действительный возраст своих ровесников. Положительное от­ношение к допризывной подготовке проявляет также беднота.
Аналогичное противодействие кампании по учету допризывников наблюда­ется со стороны уральских казаков (русских), проживающих в г. Казалинске.
Национальные районы Северного Кавказа Перевыборы ККОВ в Адыго-Черкесской области
Изменение сроков проведения кампании по перевыборам сельских и рай­онных ККОВ в АЧАО внесло некоторую спешку в ход самой кампании (на­значенные на 15 декабря 1927 г. перевыборы впоследствии были перенесены на 1 декабря). На предвыборные собрания бедняки были приглашены повест­ками и принимали активное участие в обсуждении кандидатур в состав ККОВ. В ряде случаев на перевыборных собраниях между бедняками и се­редняками отмечались трения из-за того, что последних не пригласили на со­брания: «Почему нам не прислали повестки? Разве мы не такие же члены об­щества, как бедняки?» Кулацко-зажиточные элементы горского аула и рус­ской деревни повели усиленную агитацию за проведение в новый состав ККОВ своих представителей, призывая одновременно организованно противо­поставить свой список спискам бедноты и комячейки. В результате их актив­ности, а также халатности местных общественных организаций в ряде случаев на перевыборных собраниях списки бедноты были почти полностью провале­ны. Следует отметить выступление бывших красных партизан на предвыбор-
5.131
ном собрании бедноты с требованием создания партизанского союза (с. Штур-бино).
Пастбищные споры в Дагестане
В ряде районов ДССР пастбищные межселенные споры, имеющие местами большую давность, обостряют взаимоотношения между населением сел и в ряде случаев грозят вылиться в серьезные столкновения (Андийский округ). Благодаря бездеятельности и халатности зем[ельных] комиссий споры остают­ся неразрешенными, и пастбищами пользуется сильная сторона, нередко при покровительстве местных властей (Кюринский округ). Заслуживает внимания сильное недовольство населения Ачикулакского района сдачей местным ОЗО зимних пастбищ грузинским барановодам, которые по примеру прошлых лет ведут себя крайне вызывающе по отношению к местному населению: не со­блюдают установленных правил перегона скота, производят потравы общест­венных участков, под угрозой оружия требуют безвозмездно с крестьян съест­ные продукты и т.п.
Переселение. Антагонизм между переселенцами и старожилами
Продолжающийся наплыв переселенцев из Южной Осетии (Грузия) в Се­верную (станица Змейская Притеречного округа) чрезвычайно обострил зе­мельный вопрос в станице. Решение судебной земельной комиссии о наделе­нии переселенцев землей вызывает сильное недовольство среди населения ста­ницы (казаки). На этой почве обострились национальные взаимоотношения между переселенцами (осетины) и казаками (русские). Создавшаяся в стани­це нездоровая обстановка порождает ряд недовольств как местными органами власти, так и Соввластью в целом. В том же округе большинство населения горных сел изъявляет желание переселиться с гор на плоскость при условии поселения их в пределах Осетии, несмотря на предоставленную им возмож­ность переселиться в Терский округ, где осетинам отведены земли.
В Дагестане среди русского населения Ачикулакского района наблюдается тяга к переселению в Терский округ, вызванная циркулирующими слухами о предстоящем выселении всех русских из пределов Ач[икулакского] района.
Деятельность мусульманского духовенства в Чечне
По всей области отмечается оживление деятельности духовенства, объяс­няемое, главным образом, предстоящими перевыборами советов. С целью под­готовить общественное мнение к смене нынешнего состава соваппарата, му­сульманское духовенство с помощью кулачества уже агитирует против выбора в советы партийцев. В ряде округов и особенно в горной полосе наблюдается стремление мусульманского духовенства (преимущественно мулл) изучить ла­тинскую графику и русский язык, вызванное боязнью отстать от культурного роста масс. Наряду с этим представители мусульманского духовенства про­должают вести кампанию против отдельных мероприятий Соввласти, в осо­бенности против советских школ. Заслуживает внимание деятельность мюри­дов40 Али-Митаевской общины, главари которой ведут агитацию за оказание материальной помощи семье Али Митаева. В Шалинском округе уже начался сбор денег в размере 3 р. с каждого мюрида.
Закавказье
Настроение населения в связи с хлебным кризисом
В ряде районов ощущается сильный недостаток продовольствия, главным образом, хлеба. На рынке местами нет хлеба, и цены на него поднялись. В связи с этим у кооперативов образовались большие очереди за хлебом, причем данное явление в большинстве случаев истолковывается населением как при­знак предстоящей войны. Наряду с этим, среди населения распространяются всевозможные провокационные слухи. Местами население буквально голодает
132
(Зугдидский и Тифлисский уезды). Особенно тяжело положение бедноты. Отмечен случай, когда кондукторская и паровозная бригады станции Зеста-фони Шоропанского у. на почве отсутствия хлеба отказались выйти на рабо­ту. Среди городского населения наблюдается недовольство местной властью за неумение наладить нормальное снабжение хлебом и ликвидировать очереди.
Армения
Антисоветские проявления
Продолжая использовать тревожные настроения, создавшиеся в результате обострения международного положения СССР, кулачество, торговцы и про­чие антисоветские элементы ведут усиленную работу по рассмотрению прово­кационных слухов. Отмечены случаи усиленной закупки золота, ковров и других ценностей со стороны кулацкого и зажиточного крестьянства (Занге-зурский у.). Антисоветские элементы в публичных выступлениях стремятся сеять недоверие крестьянства к Манифесту ЦИК, говоря о лживости пункта Манифеста насчет амнистии, налогов и др. (Эриванский у.).
По запоздавшим данным, при проведении праздника 10-летней годовщины Октября наблюдалась сильная активность наиболее враждебно настроенных элементов. Отмечены случаи созыва тайных собраний с участием кулаков, бывших помещиков и в некоторых случаях учителей, причем на этих собрани­ях выносились постановления о мерах по срыву праздника (Эриванский у.). Отмечены случаи срыва и уничтожения юбилейных лозунгов (Лорбанбак-ский у.), попыток распространения антисоветских листовок (Эриванский у.) и т.п. Зарегистрирован случай, когда в результате распространения провока­ционных слухов часть крестьян уходила с митинга (Эриванский у.).
Активность бывших дашнаков41
Наряду с антисоветской агитацией в связи с опубликованием Манифеста ЦИК и празднованием Октябрьской революции, бывшие дашнаки в ряде сел ведут систематическую работу по срыву мероприятий Соввласти, пропаганди­руя идеи дашнакской партии и разжигая антагонизм между армянами и тюр­ками. Отмечен ряд таких собраний бывших дашнаков, причем на одном из таких собраний, приуроченном ко дню 7 Ноября, провозглашались тосты за дашнакское правительство, а участники собрания, явившись на митинг, стре­мились сорвать его (Эриванский у.).
Азербайджан
Антисоветская агитация и активность кулачества
Наряду с антисоветской агитацией кулачество не прекращает вести работу по срыву отдельных мероприятий Соввласти. Особенную активность проявля­ют кулаки при выявлении объектов обложения и в вопросах землеустройства. Оказывая усиленное противодействие землеустроительным работам, захваты­вая земли и воду у бедняков, кулачество продолжает применять метод запуги­вания бедноты перспективой войны и гибели Соввласти. Выступления кулаче­ства местами находят поддержку со стороны бедноты и середняков. Одновре­менно кулаки агитируют против кооперативного и школьного строительства, стараясь всеми мерами сорвать организации кооперативов и школ (Нухинский и Шемаханский уезды). Зарегистрирован случай убийства кулаками батрака (Бакинский у.).
Бандитизм
По-прежнему отмечается активность зарубежных бандитских шаек, опери­рующих, главным образом, на территории Карягинского, Сальянского и Кур-дистанского у., Шуая Таир Оглы в Закатальском у. и Гасан Иса Оглы в Лен-коранском у., которые произвели ряд налетов на населенные пункты с целью захвата скота. Ликвидирована группа шайки Хан Али Бахши Оглы, перешед-
133
шая на нашу территорию под команддованием Ханлара Гасан Оглы, который во время перестрелки был убит.
Крым
Перевыборы ККОВ
Кампания по перевыборам кресткомов в общем проходит удовлетворитель­но. Однако отмечается и усиленное противодействие зажиточно-кулацких эле­ментов. В результате давления кулачества зафиксировано три случая ликви­дации крестьянами ККОВ (Симферопольский, Керченский районы) и отдель­ные срывы перевыборных собраний (Евпаторийский район).
Агитация за *КС>
В декабре зарегистрировано 10 случаев агитации за «КС». 60% всех вы­ступлений имели место на собраниях. Значительная часть обосновывает свое мнение ссылками на Манифест ЦИК СССР, дающий, якобы, исключительные привилегии рабочим, причем «отсутствие достаточного внимания нуждам крестьян объясняется неорганизованностью крестьянства».
Внутренние национальные республики Башкирия Хлебозаготовки
Хлебозаготовительная кампания по Башкирии протекает очень слабо, что объясняется частичным недородом, слабым снабжением деревни промтовара­ми, отсутствием контакта в работе госзаготовительных организаций и влияни­ем частника. Некоторое повышение заготовительных цен вызывает нарекания середняков и бедноты, уже реализовавшей хлеб: «Твердые цены существуют только для бедняков, а для кулаков цены повышают». Значительное противо­действие кампании оказывают зажиточно-кулацкие элементы, распространяю­щие слухи о войне, о голоде, придерживающие хлебные излишки и агитирую­щие за невывоз хлеба.
Башкирия, Чувашия Перевыборы ККОВ
В ходе кампании по перевыборам ККОВ отмечено пассивное отношение крестьян, вследствие слабой подготовки местных общественных организаций. Местами перевыборы проведены при наличии 10—15% участников (Башки­рия). Некоторые председатели ККОВ даже не отчитываются перед членами, ограничиваясь заявлением, что у них никакой работы не велось (Чувашия). Большую активность проявили зажиточно-кулацкие элементы, пытавшиеся сорвать кампанию. Наряду с усиленной агитацией против ККОВ кулаки и за­житочные выступали на перевыборных собраниях против списков бедноты, добиваясь проведения в ККОВ своих кандидатур (Чувашия). Зарегистриро­ван ряд случаев провала кулаками и зажиточными постановлений бедноты об организации ККОВ (Башкирия — Бирский кантон, Чувашия — Ибрессин-ский, Чебоксарский районы).
Башкирия, Татария, Чувашия Активность кулачества
Одновременно с оживлением деятельности кулачества в связи с кампанией по перевыборам кресткомов отмечается усиленное противодействие зажиточ­но-кулацких элементов налоговой кампании, землеустройству, антисоветская и пораженческая агитация, терроризирование коммунистов и активности села2 . В Стерлитамакском кантоне (Башкирия) группой кулаков был убит председатель Караярского сельсовета (член ВКП(б), бывший сотрудник ВЧК —ОГПУ). В хут. Ново-Покровском (Башкирия — Зилаирский кантон) местный кулак пытался убить члена ВКП(б), бывшего сотрудника ВЧК—
134
ОГПУ. Наряду с этим кулачество принимает активное участие в повседневной жизни села, ведя усиленную агитацию против кооперации и других общест­венных организаций, пытаясь разложить таковые. В д. М.Болгоярах кулака­ми ночью разгромлена изба-читальня (Татария, Буинский кантон). В Чува­шии ряд селений Красно-Четаевского района под давлением кулачества кате­горически отказались от создания семенных фондов. В Татарии зарегистриро­вано три случая агитации кулаков за создание «КС» (Чистопольский кантон, Казанский, Пригородный район).
Татария
Мусульманское духовенство
Мусульманское духовенство ведет энергичную кампанию за открытие ду­ховных школ, постройку новых мечетей и ремонт старых. Муллы Буинского кантона, агитируя среди населения о необходимости открытия религиозных школ, отмечают, что только теперь, «когда нажимает Англия, можно получить соответствующее разрешение». Параллельно с этим ведется агитация против советских школ. В д. Тайнеткино под влиянием агитации мулл и кулачества крестьянами насильственным путем захвачена часть школы под мечеть. В Чистопольском кантоне под влиянием мулл и при поддержке кулачества на средства, собранные с населения, выстроено шесть мечетей и приступлено к постройке еще пяти. Представители мусульманского духовенства ведут также активную агитацию против общественных организаций (кооперация, ККОВ и Др-)-
Бурят-Монголия, Ойратия, Хакасский округ, Калмыцкая область
Политнастроение
В различных слоях крестьянства отмечается недовольство на почве отсут­ствия предметов широкого потребления, чрезмерного налогового обложения и несоответствия между ценами на городские товары и с/х продукцию (Бурят-Монголия).
Недостача необходимых товаров связывается населением с якобы предсто­ящей войной, слухи о которой провоцируются и умышленно распространяют­ся кулаками и зажиточными, в отдельных случаях прибегающими к методам терроризирования бедноты (Ойратия). В среде зажиточных и части середня­ков (как русских, так и хакас) имеется недовольство, вызываемое, главным образом, чрезмерным, по мнению крестьян, налоговым обложением. Также встречается недовольство крестьян и кооперацией, не успевающей снабжать бесперебойно предметами первой необходимости (Хакасский округ).
Кампания по перевыборам ККОВ
Кампания по перевыборам ККОВ почти повсеместно сопровождалась большим противодействием кулачества. Отмечается недостаточное внимание к перевыборам со стороны местных советских и партийных организаций. Часть крестьян под влиянием агитации кулаков, активно скрывавших перевыборную кампанию, проявляют пассивное отношение к перевыборам ККОВ. Отмечены случаи, когда на выборных собраниях предложения кулацко-зажиточной части о ликвидации кресткомов, как ненужных организаций, находили под­держку со стороны бедняцко-середняцкой массы населения...
Заместитель председателя ОГПУ Ягода. За начальника СОУ начальник ИНФО ОГПУ Алексеев.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 5. Д. 386. Л. 1-3, 15-45. Копия.
'* Приложение в деле отсутствует. 2* Так в тексте.
135
1928 год
№ 31
Распоряжение ОГПУ о проведении арестов частных хлебозаготовителей и торговцев
4января 1928 г.
№ 6715
ПП ОГПУ Сибири, ПП ОГПУ Урала, ПП ОГПУ СКК, ГПУ УССР, ГПУ Немцев Поволжья, Татотдел ОГПУ, Воронежский ГО, Тамбовский ГО, Са­ратовский ГО, Самарский ГО, Ульяновский ГО, Оренбургский ГО, Пензен­ский ГО, Сталинградский ГО, Орловский ГО, Курский ГО, Тульский ГО, Владимирский ГО, Костромской ГО, Ярославский ГО, Тверской ГО, Ивано­во-Вознесенский ГО, ГПУ ЗСФСР, ГПУ БССР, ПП ОГПУ ЛВО, ПП ОГПУ Средней Азии, ПП ОГПУ Казахстана
Предлагается немедленно согласия губкомов произвести аресты наиболее крупных частных хлебозаготовителей и наиболее злостных хлеботорговцев (последних небольшом количестве), срывающих конвенционные заготовитель­ные и сбытовые цены, равно тех, которые нарушают правила экономрегулиро-вания на транспорте [и] другие правила торговли. Следствие провести бы­стро, доказательно. Дела направьте [в] Особое совещание^2. Результаты вли­яния [арестов на] рынок сообщите немедленно.
Зампред ОГПУ Ягода. ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 982. Л. 99. Телеграфный бланк.
№ 32
Директива ЦК ВКП(б) парторганизациям о хлебозаготовках1*
5января 1928 г.
Секретно.
Несмотря на двоекратные твердые директивы ЦК об усилении хлебозаго­товок2*, все еще нет никакого перелома в ходе хлебозаготовок. Темп работы местных организаций недопустимо медленный, спячка еще продолжается, ни­зовой аппарат еще не раскачался, кооперация не выполняет своих элементар­ных обязанностей, рычаги власти и партии не приведены в движение, промто­варная масса не поставлена на службу хлебозаготовкам. Крестьяне-коммунис­ты, советский и кооперативный актив не продали всех своих излишков, сов­хозы и колхозы также не весь товарный хлеб вывезли, причем есть случаи продажи ими хлеба частникам. Несмотря на наступление сроков платежей крестьянства государству, не взысканы еще сельхозналог, страховые сборы, семссуды и срочные платежи по сельскохозяйственному кредитованию, что свидетельствует о расхлябанности партийных, советских и кооперативных ор­ганов и слабости их влияния в деревне.
136
Из этих вопиющих упущений исходил ЦК, когда он в своих директивах от 14 декабря и 24 декабря обязал вас организовать решительный перелом в деле хлебозаготовок. С того времени прошло более трех недель, а перелома нет ни­какого.
Все это говорит о совершенно недопустимом забвении вами в этом деле ос­новных революционных обязанностей перед партией и пролетариатом.
Констатируя эти факты, ЦК обязывает вас добиться решительного перело­ма в хлебозаготовках в недельный срок со дня получения настоящей директи­вы, причем всякие отговорки и ссылки на праздники и т.п. ЦК будет считать за грубое нарушение партийной дисциплины.
ЦК предлагает:
1. Принять к твердому исполнению годовое и месячные задания Нарком-
торга на хлебозаготовки в вашей губернии (округе). Все текущие директивы
Наркомторга выполнять без промедлений.
2. Все наряды Наркомторга СССР об отгрузке хлеба выполнять в стро­
жайшей точности и в срок.
3. Принять к исполнению все прежние указания ЦК в отношении изъятия
денежных накоплений из деревни; установить максимально ускоренные сроки
всех платежей крестьянства казне по налогам, страхованию, семссудам; не до­
пускать отсрочек по ссудным обязательствам кредитной системе и организо­
вать сбор авансов под поступающие промтовары и сельскохозяйственные ма­
шины; добиваться досрочных взносов всех платежей, одновременно развернув
кампанию по распространению крестьянского займа и сборов кооперативных
паев; срочно установить дополнительные местные сборы на основе законов о
самообложении4-^.
4. При взыскании недоимок по всякого рода платежам применять немед­
ленно жесткие кары, в первую очередь, в отношении кулачества. Особые реп­
рессивные меры необходимы в отношении кулаков и спекулянтов, срывающих
с/х цены.
5. Мобилизовать немедля все лучшие силы партии, включая членов бюро
губкомов, окркомов и райкомов, а также президиумов исполкомов на предмет
всемерного усиления хлебозаготовок и оставить их на месте заготовок до ре­
шительного перелома.
6. Установить личную ответственность руководителей партийных, совет­
ских и кооперативных организаций за выполнение возложенных на них зада­
ний по заготовкам, немедля отстраняя тех из них, которые не проявят способ­
ностей и умения добиться успеха хлебозаготовок.
7. Организовать в печати длительную кампанию по хлебозаготовкам, со­
средоточив внимание на решительной и систематической критике недостатков
хлебозаготовительной кампании, особенно на конкретных фактах о недочетах
в работе учреждений и лиц, виновных в халатности, торможении и срыве хле­
бозаготовок, не допуская, однако, паники в крестьянских массах и городах.
ЦК предупреждает вас, что промедление в исполнении этой директивы и недостижение в недельный срок реальных успехов в смысле решительного перелома в хлебозаготовках может поставить ЦК перед необходимостью заме­ны нынешних руководителей парторганизаций.
О получении настоящей директивы и принятых мерах сообщить ЦК неза­медлительно.
Секретарь ЦК И. Сталин. РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 667. Л. 10—12. Заверенная копия.
!* Приложение к протоколу № 4 заседания Политбюро ЦК ВКП(б). Дирек­тива была разослана на места б января 1928 г. 2* См. док. № 17 и 23.
137
№ 33
Из выступления А.И.Микояна
на заседании Коллегой Наркомторга СССР
о плане контрактации44 сельскохозяйственного сырья в 1928 г.
9 января 1928 г.
Тов. Микоян. Я должен сказать, что доклад не совсем меня удовлетворяет, следовало бы поставить его шире.
Во-первых, следовало учесть опыт проведенной контрактации; учета ника­кого почти не видно, то есть насколько контрактация, отдельные ее элементы (контрактация состоит из цен, аванса, снабжения, агротехнической и прочей помощи) и весь комплекс оказывает воздействие на крестьянское хозяйство. Сопоставить с районами неконтрактуемыми, посмотреть, какая разница, какой эффект получается, — этого ничего нет, а между тем мы на опыте двигаемся1* вперед: у нас хозяйство новое, растет на новых основах, мы сами люди новые, строительство у нас новое, поэтому у нас нет никакой уверенности без провер­ки того или иного мероприятия на опыте.
Вообще видно, что контрактация оправдывается, но где опыт для того, чтобы контрактовать окончательно и бесповоротно. С другой стороны, здесь, по-моему, докладчик зря занимался анализом понятия о контрактации, ставил вопрос в философском порядке, разграничивал торговую и производственную контрактацию. Вопрос не в понятии, а в задачах, в целях, которые преследу­ются, и только об этом может идти речь, а такого абстрактного понятия нет, оно нас не интересует.
Задачей контрактации является организация крестьянского хозяйства, причем эта задача все время будет меняться в том смысле, что контрактация будет глубоко охватывать крестьянское хозяйство и поэтому углубленное воз­действие на сельское хозяйство будет оказываться через контрактацию. Поэ­тому нельзя ставить вопрос о том, какая это контрактация — торговая или производственная. Чем больше успеха будет иметь контрактация, тем глубже может быть охват сельского хозяйства. По существу контрактация является планированием сбыта, и с этого конца1* крестьянин связывается с нами, этим даются в наши руки рычаги регулирования сельского хозяйства. Мы заключа­ем с крестьянами договор, обуславливающий количество продукции, своевре­менное снабжение, мы определяем хозяйство, технический уровень хозяйства, способ производства, и в этом отношении меры контрактации должны связы­ваться с агрономическими и хозяйственными мероприятиями всего государст­ва. Вот почему нельзя противопоставлять друг другу ни кредит, ни НКЗемов-ские мероприятия, ни торговлю; здесь должна быть единая установка, единый фронт, единый комплекс мероприятий, которые ведут к одной цели. Поэтому по мере успехов, опыта мы будем постепенно проникать в сельское хозяйство, давать премии и заказы, сколько засеять, в какое время засеять, какими семе­нами засеять, как ухаживать за посеянным, убирать, чистить, поливать и проч., — то есть установим контроль. К этому мы подойдем. У нас метеоро­логические станции есть, они указывают, какая погода, воды столько-то, и, когда мы контрактуем, мы даем приказ: ты должен поливать таким-то спосо­бом; крестьянин получает от нас деньги и соглашается засеять такое-то коли­чество десятин, слушаться наших агрономов и наших указаний — все это должно быть обусловлено в договоре. Постепенно крестьянин, убеждаясь на опыте, что договор хорош, сделает это и без договора. Когда он этому научит­ся, мы пойдем дальше, может быть, мы обяжем его обрабатывать участок не по одному, а по 10 чел. Когда мы на этих позициях укрепимся, мы пойдем дальше — мы дадим трактор и скажем: «Вместе пахайте1*, урожай делите». Таким образом, контрактация есть форма руководства крестьянским хозяйст-
138
вом. Контракт есть соглашение; крестьянина можно двигать вперед на основе практических изменений. Это не значит, что мы сразу эту задачу поставим перед собой; сначала надо поставить ограниченную задачу, на ней укрепиться, а затем порциями добавлять новые задачи. Вот почему значение и формы кон­трактации различны для различных отраслей, в зависимости от опыта, в зави­симости от характера крестьянского хозяйства. В одних местах это только на­чинается, в других местах уже имеется большой опыт. Хлопковое дело более развитое, лен мы только начинаем контрактовать и т.д.
Я опасаюсь, что сырьевое управление слушало общий доклад, а не кон­кретно по отдельным культурам. В СТО мы, конечно, должны представить общий доклад, но мы хотим изучить методы контрактации, опыт контракта­ции, задачи, которые мы ставим перед собой, с тем чтобы, разбирая каждую отрасль внимательно в отдельности, оттенить обстановку каждой отрасли, что есть между ними общего, прийти к нам с этим общим сводным материалом, состоящим из конкретного изучения каждой отрасли...
Здесь мало оттенили вопрос не только о тех отраслях, которые мы креди­туем (это уже есть, мало обосновано), но это более понятно, но мало обосно­ван размер посевных площадей, контрактуемых единиц и размер ссуды или аванса на каждую единицу. Во-первых, размер единиц должен вытекать из наличия всей посевной площади важнейших районов и важнейших культур, которые должно двигать, из размера контрактации прошлого года, ее резуль­татов и процента увеличения в этом году. Это первое обоснование размера аванса. Другое — размер авансов на каждую данную десятину или единицу. Здесь надо исходить не из индексов, это должно быть сопряжено с теми пред­варительными расходами производства, которые связаны с этим сезоном вы­дачи. Это касается скорее сезонного бюджета, то есть, когда мы выдаем этот аванс для посевной кампании, мы должны учесть, сколько расходов требует­ся. Есть культуры, где при посеве требуется расходов больше, чем при убор­ке, и наоборот. Эти элементы некоторой производственной калькуляции крес­тьянского хозяйства в докладе отсутствуют. Если у вас нет данных для этого, возьмите одного крестьянина и спросите, как и сколько ты расходуешь. Он вам даст точную картину. Таким образом, этот элемент здесь отсутствует. Поэ­тому я не знаю, почему табаки 274 р., свекла 34 р., соя 20 р. Никакого обо­снования этому нет. Почему подсолнух 11 р., кукуруза 8 р. 90 к., в чем здесь разница? Непонятно. Надо подсчитать, сколько стоят семена, какая пахать-ба1*, какой требуется инвентарь и т.д., чем обосновывается. Нельзя же обо­сновывать долгосрочным кредитом, это особая статья расхода. Эта часть сла­бая. Здесь можно пользоваться данными НКЗема. Я думаю, что НКЗем — благодатная почва для работы в этой области. Это сделано слабо, надо было бы попросить НКЗем выделить специальных работников и т.д.; мы можем привлечь кооператоров, заготовителей и вообще знающих людей. По поводу натуральной формы аванса. Я считаю это дело прогрессивным явлением, но не все одинаково можно провести. Снабжение семенами там, где есть семена и можно обменивать, — это одно дело, но нужно включить в договор, что если нет других видов сырья, он обязан брать семена такие, какие мы дадим; это надо включить; то же самое и в отношении удобрения, то же и в отноше­нии инвентаря, если он легко амортизируется, если он по силам, потому что неизвестно, куда пойдет аванс; между тем, если идти путем такого рода кре­дитования, путем контроля — можно провести. Я считаю важным воспиты­вать крестьянина на контракте. Например, выполнение контракта. Если крес­тьянин безответственно заключает контракт, получает деньги, то он их может пропить и с ним никто ничего не сделает. Тогда мы сорвем контрактацию. Таким образом, это имеет громадное воспитательное значение. Если Вам надо раздать деньги, то объявите и раздавайте, а в хозяйстве других не допускайте разгильдяйства. Надо приучить к порядку, и здесь надо за этим следить;
139
здесь важно не только возвращение аванса, а важно следить за выполнением контракта и своевременной поставкой. Надо устраивать показательные суды за нарушение договора. Крестьянин, который подписал контракт на данный вид посева и который нарушит этот контракт, придается общественному суду, его надо немного наказать и как следует пристыдить...
Казалось бы, что общая сумма и не очень большая, но это не потому, что хо­зяйство не требует, а просто потому, что мы не можем чересчур расширяться, но все-таки мы расширяемся; казалось бы, что при плохой конъюнктуре следовало бы сокращать, но, принимая во внимание важность этого дела, мы его расширяем.
Почему мы деньги авансом даем? В понятие контрактации это включается необязательно, контракт может быть и без аванса, но условия сбыта и прочее, снабжение, агропомощь, советы и т.д., — это не исключается ни в какой мере. С другой стороны, почему не может быть так, что я тебе даю аванс, а ты при поставке товаров мне даешь кредит в один рубль на три месяца: я тебе на пол­года даю полтора рубля, а ты мне на три месяца даешь один рубль. Крестья­нин любит, чтобы с ним считались, чтобы ему сказали, спросили, написали и потом выполнили. Таким образом, мы будем с него брать 6%, а ему дадим проценты в сберкассы и скажем, что ты получишь через три месяца. Эта гро­мадная сумма осенью нам нужна. Мы сбережем крестьянину расход этих денег сразу в весеннюю кампанию, мы будем иметь выручку от остатка...■**
Недостаток этого плана заключается в том, что не намечены сроки сдачи, а в контракте должны быть указаны сроки сдачи. Эти сроки Вы должны ука­зать, причем так, чтобы много запасов не лежало, чтобы был максимально планомерный подвоз, причем за нарушение надо в договоре оговорить малень­кую неустойку, хотя бы в 5 к., причем одному надо установить один срок, другому другой, каждому товару особо — копеек пять штрафу. Если какие-нибудь сроки выгодны нам, доплачивать сверх выполнения с одной стороны и сделать некоторую рефакцию в том случае, если крестьянин нарушает сроки, и не только сроки, но и способы обработки и размеры посевов.
Недостаток заключается в том, что финансово-кредитное управление не участвовало и НКЗ говорит, что эта сумма не разверстана по кварталам. Здесь нужно исходить из двух соображений: во-первых, из соображений производ­ственных потребностей (когда нужно крестьянину давать) и, во-вторых, из финансовых возможностей...3*
РГАЭ. Ф. 5240. Оп. 9. Д. 200. Л. 43-48. Копия.
!* Так в тексте.
2* Опущены конкретные подсчеты.
3* Опущена информация о кредитовании технических культур.
№ 34-35
Распоряжения ОГПУ по вопросам хлебозаготовок
10-12 января 1928 г.
№ 34
О наблюдении за выполнением директивы ЦК
10 января 1928 г. № 6743
ПП ОГПУ Сибири - Новосибирск, ПП ОГПУ Урала - Свердловск, ПП ОГПУ СКК - Ростов Дон. ГПУ УССР - Харьков, ГПУ Немцев Поволжья ~ Покровск, ПП ОГПУ Казахстана — Кзыл-Орда, Татотдел ОГПУ — Ка-
140
зань, Воронежский ГО ОГПУ, Тамбовский ГО ОГПУ, Саратовский ГО ОГПУ, Самарский ГО ОГПУ, Ульяновский ГО ОГПУ, Оренбургский ГО ОГПУ, Пензенский ГО ОГПУ, Сталинградский ГО ОГПУ, Орловский ГО ОГПУ, Курский ГО ОГПУ, Тульский ГО ОГПУ
Дополнение № 80331* сообщается, директивными органами местам дано распоряжение: 1) довести кратчайший срок заготовку хлеба нормы плана; 2) безоговорочно выполнять хлебные наряды Наркомторга; 3) усилить сбор сельхозналогов, семссуд, страхвзносов; 4) повести кампанию усиления хлебо­заготовок печати. Предлагаю тщательно наблюдать за выполнением директив. Также [в] области экономрегулирования хлебгрузов транспорте и продвиже­нием промтоваров хлебозаготовительные районы. Недочетах выполнения, ходе кампании сообщать ЭКУ трехдневными сводками, почтотелеграммами.
Зампред ОГПУ Ягода. ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 982. Л. 246. Подлинник.
1 См. документ № 28.
№ 35
О реализации изъятого у частников хлеба
12 января 1928 г. № 6753
ПП ОГПУ - Сибири, ПП ОГПУ - Урала, ПП ОГПУ - СКК, ГПУ -СССР, ГПУ Немцев Поволжья, Татотдел ОГПУ, Воронежский ГО, Тамбов­ский ГО, Саратовский ГО, Самарский ГО, Ульяновский ГО, Оренбургский ГО, Пензенский ГО, Сталинградский ГО, Орловский ГО, Курский ГО, Туль­ский ГО, Владимирский ГО, Костромской ГО, Ярославский ГО, Тверской ГО, Иваново-Вознесенский ГО, ГПУ ЗСФСР, ГПУ БССР, ПП ОГПУ ЛВО, ПП ОГПУ Средней Азии, ПП ОГПУ Казахстана
Дополнение № 67151* предлагается отобранный [у] частников хлеб пере­давать конвенционным ценам госзаготовителям, кооперации, переводя деньги начальнику] пятого отделения Финотдела ОГПУ Москва [с] указанием, кому относятся суммы.
Начальник ЭКУ ОГПУ Прокофьев. ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 982. Л. 359. Подлинник.
1* См. документ № 31.
№ 36
Сводка № 5 ЭКУ ОГПУ о хлебозаготовительной кампании 1927/28 года и настроении крестьянства
/ / января 1928 г.
1. Самарская губерния. По сообщению от 6 января. Самарская губерния находится в кольце ряда потребляющих губерний (Ульяновская, Уфимская, Саратовская, Уральская, Татарская республика), в силу чего из пограничных районов Самарской губ. хлеб большими партиями направлялся и направляет­ся в эти губернии. Громадная разница в ценах (до 5 —6 р. за пуд муки) созда-
141
вала стимул не только для частного капитала, но и для самих крестьян вести гужем за сотни верст муку в эти губернии для продажи. Такой громадный вывоз хлеба сорвал хлебозаготовки госзаготовителей, сдавать хлеб которым по конвенционным ценам никто не хотел.
На внутреннем рынке частный капитал точно так же, платя до 2 р. за пуд, снимал большие привозы, переправляя хлеб по железной дороге в различные пункты. Отмечаются многочисленные факты, когда скупкой зерна, перемолом его на муку занимаются крестьяне, главным образом, кулаки и зажиточные (как их называют, «маклаки»), которые ездят по деревням, скупают мелкими партиями хлеб, мелют по 100 — 200 пуд. на мельницах, вывозят на городские рынки. По примерным подсчетам, за последние месяцы частниками снято с рынка 480 000 пудов хлеба, преимущественно пшеницы.
Железнодорожники-провизионщики скупают по пуду-два муки и этим самым вносят большую дезорганизацию на рынок.
Одновременно обращает на себя внимание деятельность мясоторговцев-частников, которые за время заготовок собрали 330 000 пуд. мяса (на 14000 т общих заготовок госзаготовителей по плану 1927/28 г. частник собрал 5400 т). В различных пунктах имеются крупные компании частников, кото­рые имеют разветвленную агентуру (до 70 человек), десятками вагонов от­правляют мясо. Обороты их достигают сотни тысяч рублей. Выгодное соотно­шение между ценами на хлеб и мясо создает для крестьянства стимул выброс­ки на рынок вместо хлеба мясо.
Настроение крестьянства
Такое состояние хлебозаготовок и товарного рынка создало в деревне об­становку, при которой вопрос о хлебе и товаре является центральным вопро­сом. Наиболее распространенным мнением среди крестьянства является то, что хлеб надо придержать до весны, когда цены на него должны будут повы­ситься. Отсутствие товаров и наличие денег у крестьянства при этих выжида­тельных настроениях приводят к чрезвычайно слабому ходу хлебозаготовок.
Наличие хлеба у крестьян бесспорно, несмотря на имевший место в ряде районов губерний неурожай. Например, в Екатериновском районе установле­но излишков хлеба до 100 000 пуд., который сосредоточен у более крепких слоев крестьянства и середняков. Запасы хлеба достигают 2 тыс.—3,2 тыс. пуд. у отдельных крестьян. Со стороны кулацкой и зажиточной части деревни начинает появляться настроение «прижима города», которое сказывается и в том, что эти слои хотят использовать наши затруднения в целях собственного благополучия. Характерный разговор зажиточного крестьянина Воскресенско­го Самарского у. с рабочими на базаре: «В настоящее время Вы, рабочие, не даете нам, крестьянам, необходимые промтовары и предметы первой необхо­димости, а имеющиеся не отпускаете по довоенным ценам, поэтому сейчас Вы от нас не получите ничего. Мы хорошо знаем, что все равно весной Вам хлеб будет нужен и Вы тогда дадите ту цену, которую мы запросим».
Наряду с этими настроениями со стороны, главным образом, середняцкой части деревни отмечается усиление недовольства городом, обвинение власти, что она «обесценивает крестьянский труд»:
«Крестьянский хлеб чрезвычайно дешев, а производственные товары рабо­чих очень дороги, власть за бесценок скупает весь хлеб и отправляет его за границу, а крестьянам за это ничего не дает. Если будет война, я и остальные крестьяне будем обязательно воевать, но тогда восстановим власть чисто крес­тьянскую, чтобы крестьяне не жили так, под угнетением рабочих» (середняк Османкин, Бугурусланский у.).
«Крестьяне не везут хлеб на рынок, наученные горьким опытом прошлого года, когда у них за бесценок взяли весь хлеб. Как тогда, так и сейчас госу-
142
дарство не дает крестьянам никаких товаров, а поэтому крестьяне будут вся­чески задерживать привоз хлеба».
Со стороны отдельных бедняков, кустарей-одиночек отмечается также не­довольство создавшимся положением. Характерны в этом отношении разгово­ры ряда крестьян-бедняков Бугурусланского у., смысл коих сводится к тому, что: «Крестьяне поступают правильно, что не везут на рынок хлеб. В этом ви­новата Советская власть, которая за 10 лет своего существования не смогла поставить промышленность на твердые рельсы».
2.Курская губерния. По сообщению от 3 января. По 20 декабря 1927 г.
(вторая декада) по Курской губ. заготовлено зернопродуктов 11 393 000 пуд.,
что составляет по отношению к годовому плану 51,8%. В истекшем декабре
так же, как и в прошлом месяце, отмечено слабое поступление на рынок зер­
нопродуктов, главным образом, ржи и овса, объясняется это рядом причин: с
одной стороны — недостаточное снабжение рынков промтоварами, а с дру­
гой — крестьянство удовлетворяет свои материальные нужды средствами, вы­
рученными от продажи других продуктов сельского хозяйства, и заработками,
полученными на сахарных заводах. Однако следует отметить, что с первой де­
кады декабря замечается подъем хлебозаготовок, так, например: в третьей де­
каде ноября было заготовлено 336 000 пуд. разных зернопродуктов, в первой
декаде декабря — 417 000 пуд. и во второй — 504 000 пуд. Для усиления
темпа хлебозаготовок со стороны местных организаций принимаются все необ­
ходимые мероприятия, в частности, промтовары, главным образом мануфак­
тура, направляются в хлебные районы губернии. Результаты данных меро­
приятий должны сказываться в ближайшем будущем.
В связи с недостаточным подвозом зернопродуктов на рынок частные хле­бозаготовители усилили свою деятельность и производят заготовку по повы­шенным ценам, чем дезорганизуют рынок и усложняют работу плановых го­сударственных и кооперативных заготовителей.
В работе хлебозаготовляющих организаций в истекшем декабре отмечено следующее: а) Заготовительный пункт Госторга в Рыльске производит заго­товки вики по цене 86 к. [за] пуд, тогда как установленная цена ее 80 к. [за] пуд. Делается это в целях захватить наибольшее количество вики и не допус­тить ссыпки ее на имеющиеся там пункты «Хлебопродукта», б) Н.Смородин-ское с/х кредитное товарищество Поныровской вол. Курского у. по неуста­новленной причине ведет заготовку зернопродуктов по пониженным ценам, так, например: рожь по цене 75 к. [за] пуд., овес — 66 к. [за] пуд, просо — 64 к. [за] пуд, гречиха — 34 к. [за] пуд и конопля — 1р. 15 к. [за] пуд.
3. Тульская губерния. По сообщению от 4 января. Хлебозаготовки по гу­
бернии слабы. Основными причинами слишком незначительного выбрасыва­
ния крестьянством на рынок хлеба являются сравнительная обеспеченность
крестьянства деньгами и отсутствие для деревни промтоваров. При наличии
этого положения темп хлебозаготовок в декабре по-прежнему остается весьма
медленным.
4. Ульяновская губерния. По сообщению от 2 января. Заготовки по губер­
нии идут слабо. Так, в ноябре план заготовок выполнен на 7,2%, с 1 декабря
по 21 декабря выполнен на 4%. К причинам слабого предложения хлеба со
стороны крестьянства необходимо отнести нижеследующее: 1) Засушливая по­
года, стоявшая в период засева озимых культур, создала у крестьян выжида­
тельное настроение. 2) Пониженные Наркомторгом в сентябре прошлого года
директивные цены самым отрицательным образом отразились на предложении
хлеба. 3) Снижение государственных повинностей, отдаление сроков плате­
жей налогов и т.д. значительно облегчило производителя и, в значительной
мере, лишило его побудительного стимула к выбрасыванию хлеба на рынок.
4) Экономические факторы, вызывавшие понижение подвозов хлеба, в основ-
143
ном сводятся к следующему: за истекшие с уборки хлебов месяцы имела место усиленная реализация второстепенных продуктов сельского хозяйства и про­дуктов животноводчества, сбыт которых для крестьянина был наиболее выго­ден, чем продажа имевшихся у него излишков хлеба. Поднявшаяся почти вдвое цена на скот (в ноябре 1926 г. корова стоила в среднем 77 р., в текущем году1* в ноябре — 120 р.), окрепшее экономическое положение крестьянского хозяйства, ряд побочных заработков и увеличившиеся цены на рабочие руки и гужевые перевозки, естественно, не обуславливали стимула к увеличению подвозов хлеба.
Рыночные цены на рожь, бывшие в июле—августе прошлого года стабиль­ными и давшие в сентябре понижение до 6 к. в пуде, в октябре уже дают зна­чительное повышение. На некоторых рынках цены на рожь достигают 1 р. 30 к. за пуд (до 60 к. повышение в сравнении с ценами в июле —августе). Цены на пшеницу ввиду усиленного спроса и плохого урожая ее также неуклонно росли вверх. По некоторым рынкам расхождение цен на пшеницу по сравне­нию с летними месяцами достигало 1 р. 38 к.
Цены на зерно и переработанную продукцию имеют еще более значитель­ный разрыв между собою. В настоящее время, если цена на рожь в среднем равняется 76 к., то ржаная и сеянная мука доходит до 1 р. 80 к. за пуд. Это обстоятельство также отразилось на подвозе хлеба со стороны крестьянства. Крестьянство, учитывая выгодность реализации своих избытков в перерабо­танном виде, предложение ржи и пшеницы сводит почти к нулю.
Отсутствие маневренного хлебного фонда, слабая реализация Наркомтор-гом и местными заготовителями плана внутригубернского снабжения, наличие неурожайных и потребительских районов в губернии и соседних с ней Чув[ашской] республике и Нижегородской губ. не дают никакой абсолютно возможности к устранению имеющегося разрыва цен. Снабжение городов, ра­бочих и потребительских районов хлебом протекало слабо, наблюдалась спе­куляция переработанной продукцией со стороны частников и отчасти низовой кооперации. Винокуренная промышленность губернии, не обеспеченная в до­статочной степени сырьем (зерном), нарушала систематически заготовитель­ные цены. Громадный разрыв в заготовительных и директивных ценах. Обо­стренность международного положения последних месяцев и опасность войны. Все вышеуказанные обстоятельства обуславливали собою сокращение предло­жения со стороны крестьянства.
Роль частника в хлебозаготовительной кампании 1927 г. (в последние ме­сяцы) заключалась, главным образом, в перерабатывании зерна, в частности, проса и пшена, где частник, пользуясь громадным разрывом цен между зер­ном и переработанной продукцией, успешно и усиленно развивал свои загото­вительные операции.
Норма, установленная Наркомторгом для торговых, накладных и других расходов на 1927/28 г., не должна превышать 48 к. за центнер. Превышение этой предельной нормы имелось только со стороны Хлебопродукта в размере 7 р. 36 к. на центнер.
5. Пензенская губерния. По сообщению от 31 декабря 1927 г. Замечав­шийся усиленный подвоз хлеба в августе и сентябре с октября резко упал. Так, за ноябрь выполнен план на 10,8%. А всего с начала кампании всеми за­готовителями заготовлено 3 012 900 пуд., или 17,7% годового плана.
Главными причинами, повлиявшими на отрицательную сторону хлебозаго­товок, являются: 1. Острый недостаток промтоваров, в частности мануфакту­ры. 2. Низкие цены на хлеб по отношению к ценам на промтовары. 3. Неог­раниченное участие частника в хлебозаготовках. 4. Усиленные разговоры среди крестьянства о войне, а в связи с этим и склонность крестьянства к
144
удержанию хлебных излишков. 5. Недостаточный нажим налоговых и других органов. 6. Бездорожье в период октября и ноября месяца.
6.Сталинградская губерния. По сообщению от 5 января. Несмотря на
благоприятные моменты для хлебозаготовок, установившийся хороший путь,
все же ход заготовительной кампании далеко не удовлетворителен. Всего за­
готовлено с начала кампании по 1 декабря 1927 г. всех культур 42 537 т, что
составляет 39% к общему плану.
Особенно понизился темп заготовок за последние [месяцы] — ноябрь и де­кабрь. Заготовлено всех культур в сентябре 11 460 т, октябре — 1694 т, нояб­ре — 3235 т. За декабрь полных цифровых сведений еще нет, но он даст по­нижение до 70% против ноября.
Главная причина слабого подвоза зернопродуктов за последнее время, как отмечается по всей губернии, — это резкое расхождение цен на хлебопродук­ты с ценами подсобного с/х продукта, как-то: мясо, свинина, птица, сено и др. В Усть-Медведицком округе идет усиленная скупка свинины и рогатого скота. В Хоперском округе в связи с работой консервной фабрики, потреб­ляющей мяса 50 000 пуд., и плюс заготовка скота на внешний рынок, что рас­ширяет сбыт населением скота и сокращает вывоз хлеба1*.
Второй причиной является ограниченный до сего времени завоз в хлебоза­готовительные районы промтоваров, в частности мануфактуры, в силу чего нередко фиксировались разговоры населения, как-то: «Нам не дают возмож­ности купить необходимого товара, то мы хлеба сеять будем меньше» (Усть-Медведицкий и Хоперский округа).
В конце декабря Сталинградской губ. было получено 3 вагона мануфакту­ры, специально предназначенной для стимулирования хлебозаготовок, како­вая и была губвнуторгом распределена по кооперативным организациям хле­бозаготовительных районов, с предупреждением продавать товар крестьянам, сдавшим хлеб в государственные и кооперативные организации. Это меро­приятие с самого начало дало ряд отрицательных явлений. В станице Арча-динской Усть-Медведицкого округа после объявления указанных мероприя­тий около ПО собралась толпа крестьян с руганью по адресу власти, которые кричали: «Власть не знает, чем донять народ, так выдумала не давать совер­шенно за деньги товар. Отвоевали себе лучшее — за свои деньги купить нече­го, а все говорят, что советские деньги твердые». Результатом недовольства в ПО мануфактура с 23 декабря лежит без движения, так как на обмен хлеба никто не везет. В Хоперском округе это мероприятие вызвало следующее яв­ление. 31 декабря 1927 г. в магазине ПО «Смычка» при большом скоплении народа были слышны выкрики: «Вытаскивай из-за прилавка приказчиков и берите товар. Это все на наши деньги приобретено». Со стороны бедняцкой части также имеется недовольство. Говорят: «С каждым днем становится хуже жизнь. Крестьянину Советская власть с каждым днем меняет свои порядки. То говорили, что записывайтесь в кооперацию, будут членам давать товар, а теперь дают товар только за хлеб, а мы сдали свой весь хлеб еще осенью, когда мануфактуры не было, а теперь не дают». Аналогичные явления наблю­даются и в других районах губернии.
В Николаевском у. 27 декабря 1927 г. были обнаружены два воззвания под лозунгом «Слободе голод грозит!». Оба воззвания аналогичного характе­ра, написанные от руки, говорящие, что населению запрещают вывоз из сло­боды товаров, с каждым узелком задерживают, а мельница отправляет хлеб во все концы. Это, мол, трест, ему можно, а люди голодают. Организуют коопе­ративы, а частника не надо, а частник только и держал вашу слободу и т.д.
7.Сибирский край. По сообщению от 3 января. Вся заготовка хлебопро­
дуктов по Сибири с начала кампании по 10 декабря 1927 г. выразилась в
33 666 декатонн разных культур, что составляет 25,5% годового плана и 39%
145
календарного. Причем выполнение календарного плана заготовок отдельными заготовителями характеризуется следующими данными: Хлебопродукт — 41%, Сибкрайсоюз'" — 63%, Сельскосоюз46 — 76%, Сибторг — 50%, Масло-жирсиндикат — 74%, Мельтрест — 74%.
Основная причина недовыполнения планов заготовок является недоснаб-жение промтоварами. В связи с общим ростом хозяйства покупательный фонд деревни растет: со 168 млн в 1925/26 г. до 235 млн р. в 1927/28 г. (по кон­трольным цифрам Сибплана на 1927/28 г.).
При наличии в 1927/28 г. повышенного по сравнению с 1926/27 г. заго­товительного плана завоз товаров значительно сократился.
С начала кампании на протяжении первого квартала наблюдалась усилен­ная реализация крестьянами льна, кожи, мяса и других продуктов сельского хозяйства, значительно превышающая 1926/27 год. Последнее обстоятельство, а также благодаря отсутствию нажима по взысканию просроченных ссуд, числя­щихся за населением по денежному и натуральному кредитованию со стороны Селькредита, Госсельсклада и Сельскосоюза, — у населения образовалась неко­торая денежная насыщенность, отрицательно влияющая на заготовки.
Помощник начальника [4] отделения ЭКУ ОГПУ Иванов.
Уполномоченный Тизенберг.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 53. Л. 76—86. Подлинник.
'* Так в тексте.
№ 37
Из протокола № 5 заседания Политбюро ЦК ВКП(б)
12 января 1928 г.
Опросом членов Политбюро
От 7 января 1928 г.
30. — О крестьянском самообложении (тт. Молотов, Сталин).
30. — Принять предложение тт. Молотова и Сталина: Обязать СНК РСФСР выработать срочно и опубликовать не позднее 8 января декрет о крес­тьянском самообложении47.
От 8 января 1928 г.
32. — О хлебозаготовках (т. Микоян).
32.— Ввиду систематического невыполнения Украинским НКТоргом на­
рядов на вывоз хлеба обязать НКТорга УССР т. Чернова: 1) за январь вы­
полнить полностью сверх январского плана весь недогруз за декабрь, ноябрь
и октябрь, 2) впредь не допускать никакого недогруза, выполняя неукосни­
тельно все наряды НКТорга СССР, обязав строго следить за этим СНК УССР
и ЦК КП(б)У.
Обязать НКТорг СССР в случае малейшего недовыполнения нарядов Ук­раиной немедленно докладывать Политбюро для немедленного принятия пар­тийных мер взыскания.
От 9 января 1928 г.
33.— О командировках членов ЦК на места по делам хлебозаготовок.
33. — Считать необходимым немедленную поездку на места по делам хлебо­заготовок следующих товарищей: т. Орджоникидзе — в Сибирь; т. Молотова — на Урал; т. Микояна — на Северный Кавказ; т. Кубяка — в Казахстан.
РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 668. Л. 7. Подлинник. Машинописный текст.
146
№38
Директива ЦК ВКП(б) местным организациям об усилении мер по хлебозаготовкам1
14 января 1928 г. Совершенно секретно.
№ 68сс
Харьков, ЦК КПУ, Кагановичу, Медведеву
Копии: Свердловск — Молотову, Швернику: Новосибирск — Догадову, Сырцову;
Ростов-на-Дону — Микояну, Андрееву; Кзыл-Орда2' — Голощекину, Кубяк.
Первое. Мы считаем, что по южным3* районам СССР у нас остается всего полтора—два месяца для хлебозаготовок, после чего наступит распутица. Так как южные районы во многом решают в этом году вопрос о хлебе, необходимо использовать вовсю этот незначительный период времени. Доказано, что 2/з наших ошибок по хлебозаготовкам надо отнести за счет недочетов руководст­ва. Именно поэтому решили мы нажать зверски на наши парторганизации и послать им жесткие директивы4* о мерах поднятия хлебозаготовок.
Второе. Немалую роль сыграло то обстоятельство, что частник и кулак исполь­зовали благодушие и медлительность наших организаций, прорвали фронт на хлеб­ном рынке, подняли цены и создали у крестьян выжидательное настроение, что еще больше парализовало хлебозаготовки. Многие из коммунистов думают, что нельзя трогать скупщика и кулака, так как это может отпугнуть от нас середняка. Это самая гнилая мысль из всех гнилых мыслей, имеющихся в головах некоторых коммунистов. Дело обстоит как раз наоборот. Чтобы восстановить нашу политику цен и добиться серьезного перелома, надо сейчас же ударить по скупщику и кула­ку, надо арестовывать спекулянтов, кулачков и прочих дезорганизаторов рынка и политики цен. Только при такой политике середняк поймет, что перспектива повышения цен на хлеб есть выдумка спекулянтов, что спекулянт и кулак есть враг Советской власти, что связывать свою судьбу с судьбой спекулянтов и ку­лаков опасно, что он, середняк, должен выполнить перед рабочим классом свой долг союзника. Без такой политики мы не добьемся изоляции спекулянтов и кула­ков на рынке, не добьемся решительного перелома на фронте хлебозаготовок.
Доказано, что по этой части практика наших партийных работников страдает серьезными недостатками, не говоря уже о судебных органах и низовом совет­ском и кооперативном аппарате, которые нередко мирволят спекулянту и кулаку.
Третье. Следующими по своему значению районами являются Урал и Си­бирь. Здесь у нас имеется два с половиной—три месяца срока до распутицы. Нажим нужен здесь отчаянный, так как это последний резерв. На Урал вы­ехал уже Молотов. В Сибирь выезжает сегодня Сталин. Если не нажмем вовсю на все рычаги власти и партии, дело с нашим хозяйством в целом может затормозиться на весь год. Или даже на весь ближайший период.
Дело упирается, как видите, в хлебозаготовки. Хлебозаготовки представ­ляют, таким образом, крепость, которую должны мы взять во что бы то ни стало. И мы ее возьмем наверняка, если поведем работу по-большевистски, с большевистским нажимом.
Секретарь ЦК ВКП(б) Сталин. Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 195-196.
!* Примечание редакции журнала: Принята Политбюро ЦК ВКП(б) 14 января 1928 г. Проект телеграммы подготовлен И.В.Сталиным и С.В.Косиором. 2* Кзыл-Орда - в 1925-1929 гг. столица Казахской АССР. 3* При рассылке на места исправлено на «некоторым». 4* См. док № 32.
147
№ 39
Циркулярная телеграмма ЦК ВКП(б)1* об организации обмена промтоваров на хлеб
14 января 1928 г. Секретно.
№ 474/с
В целом ряде районов хлебозаготовки принимают характер обмена товаров на хлеб, причем соворганы, хозорганы берут на себя обязательство оплачивать хлеб полностью или в значительной части промтоварами. ЦК предлагает при­нять к обязательному исполнению партийным советским организациям недо­пустимость установления непосредственного товарообмена хлеба на промтова­ры, так как такой порядок влечет за собой расстройство всего товарооборота между городом и деревней, затруднения в заготовках других с/х товаров и расстройство денежного обращения.
В целях же поощрения сдачи хлеба в данный момент ЦК считает необхо­димым допущение в тех районах, где заготовки идут плохо, преимуществ при покупке дефицитных промтоваров как в потребительской, так и сельскохозяйст­венной кооперации для крестьян,, продающих хлеб, по сравнению с теми крестья­нами, которые хлеба не продают, причем этот преимущественный отпуск промто­варов крестьянам, продающим хлеб, должен производиться независимо от того, состоят ли они пайщиками каких-либо видов кооперации или нет.
Означенные преимущества для крестьян, продающих хлеб, должны выра­жаться как в отношении очередности получения промтоваров, так и количест­ва отпускаемых промтоваров; количества отпускаемых товаров должны быть установлены в таких размерах, которые не допускали бы возможности исполь­зования отпускаемых промтоваров для торговых спекулятивных целей.
ЦК считает возможным прием кооперацией от крестьян подписки на пром­товары с получением от них при этом авансов, каковые могут вноситься в тех районах, где ход хлебозаготовок неудовлетворительный, а количество свобод­ных денег у крестьянства достаточно велико, хлебом. Однако объем такой за­продажи промтоваров не должен превышать тех норм завоза промтоваров, ко­торые предусматриваются и обеспечиваются планом завоза, при приеме под­писки на промтовары преимущество должно отдаваться крестьянам, продаю­щим хлеб, независимо от того, состоят ли они пайщиками каких-либо видов кооперации или нет.
Секретарь ЦК Сталин.
РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 669. Л. 20-21. Заверенная копия.
'* Приложение М» 3 к пункту 23 протокола № 6 заседания Политбюро ЦК ВКП(6). Утверждена Политбюро ЦК ВКП(б) 14 января 1928 г.
№ 40
Циркулярная телеграмма Наркомторга СССР1*
14 января 1928 г. № 141702а/1730
В изменение и разъяснение ранее данных указаний как центральных, так и областных и местных органов, в том числе и моей директивы, данной из Тамбова48 относительно преимущественной продажи промтоваров сдатчикам
148
хлеба, рекомендуется: 1) ни в каком случае не доводить этих преимуществ до прямых товарообменных операций и 2) предоставлять промтовары как пайщи­кам сельхозпотребкооперации, так и крестьянам, продающим хлеб, не состоя­щим пайщиками. Вами должны быть установлены преимущества для крес­тьян, продающих хлеб, [в] отношении порядка отпуска им дефицитных пром­товаров, увеличения им количественных норм отпуска их. Размеры превыше­ния количественных норм отпуска дефицитных промтоваров устанавливаются вами совместно [с] коопсоюзами, исходя [из] интересов усиления хлебозаго­товок данном районе, также руководствуясь количеством предназначенных [в] ваше распоряжение [по] плану завоза промтоваров. Размеры превышения ко­личественных норм отпуска товаров продавцам хлеба могут быть вами варьи­рованы [по] отдельным районам отдельными товарами. Устанавливаемые ко­личественные нормы отпуска товаров продавцам хлеба должны быть опреде­лены таким образом, чтобы они не допускали возможности использования от­пускаемых промтоваров для спекулятивных целей. В отношении указанного [в] моей телеграмме [из] Тамбова [о] приеме заказов [на] дефицитные про­мтовары [в] ответ [на] запросы мест разъясняю: подписка [на] промтовары достаточные и дефицитные должна приниматься кооперативами [вместе с] по­лучением авансов как деньгами, так [и] хлебом. При этом [в] тех районах, где ход хлебозаготовок неудовлетворительный, а количество свободных денег крестьянства достаточное, получение авансов должно производиться преиму­щественно хлебом. Прием заказов [на] промтовары должен производиться как от пайщиков потребительской сельхозкооперации, так [и] крестьян, сдающих хлеб, [но] не состоящих пайщиками каких-либо видов кооперации.
Продавцам хлеба должны быть предоставлены преимущества в том отно­шении, что устанавливаемые [по] подписке количественные нормы отпуска промтоваров [в] одни руки могут быть значительно повышены. Размеры пре­вышения норм отпуска промтоваров при подписке продавцам хлеба устанав­ливаются вами совместно [с] коопсоюзами, могут варьироваться как [по] от­дельным районам, так [и по] отдельным товарам, не должны устанавливаться [в] таких количествах, которые допускали бы возможность использования по­купаемых промтоваров для спекулятивных целей. [При] подписке [на] дефи­цитные промтовары кооперация должна руководствоваться объемом январско­го месячного плана завоза дефицитных промтоваров, придерживаясь удельно­го веса отдельных промтоваров [в] плане завоза, не допуская концентрации подписки полностью [на] одном ассортименте.
[В] отношении указанных [в] моей телеграмме [из] Тамбова неустоек для кооперативов, не заготовивших обусловленного договором количества, разъяс­няю: неустойки применяются лишь [в] отношении кооперативов, [с] которыми имеются договоры по поставке твердого количества хлеба [в] твердые сроки, [к] кооперативам же, кои договоров [на] поставку твердого количества [в] твердые сроки не имеют, а имеют комиссионные договоры со своими центрами или работают [по] генеральным договорам, неустойки не применяются. При взыскании неустоек таковые должны взыскиваться с кооперативов, а не от­дельных пайщиков. Необходимо применять [в] отношении кооперативов [в] районах, [в] которых хлебозаготовки отстают, систему сокращения снабжения дефицитными промтоварами. Кооперативы же районов, [в] которых заготовки выросли, снабжать промтоварами более усиленно. [В] целях поощрения руко­водителей низовых кооперативов, успешно развивающих хлебозаготовки, вы­полняющих план хлебозаготовок [и] превышающих таковой, установите де­нежную премию. Все означенные мероприятия, связанные [с] низовой коопе­рацией, проводите через соответствующие кооперативные союзы, которые вы­рабатывают точные формы [и] порядок проведения этих мероприятий жизнь. [В] отношении покупки цену применяйте таксовую, однако внушите низовому
149
заготовительному аппарату, [а] также населению, что цены будут стабильны­ми весной [и] ни в коем случае не будут повышены.
Микоян.
РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 669. Л. 22-24. Заверенная копия.
1* Утверждена Политбюро ЦК ВКП(б) 14 января 1928 г.
№ 41
Из протокола № 6 заседания Секретариата ЦК ВКП(б)
14 января 1928 г.
Опросом секретарей ЦК ВКП(б):
70. О заметке, напечатанной в «Вестнике» ТАСС от 11 января «Платежи крестьянства и хлебозаготовки» и о передовой газеты «Труд» от 13 января «Крестьянский заем и задачи профсоюзов»49 (т. Смирнов Н.И.).
70. а) Поставить на вид ТАСС и редакции газеты «Труд» явное нарушение директив ЦК от 8 января по вопросу о хлебозаготовках, что нашло себе отра­жение1*: 1) в заметке «Платежи крестьянства и хлебозаготовки», напечатан­ной в «Вестнике» ТАСС и перепечатанной газетой «Труд» от И января, и 2) в передовой статье газеты «Труд» от 13 января под названием «Крестьян­ский заем и задачи профсоюзов», б) Сообщить настоящее постановление для сведения редакциям центральных газет.
РЦХИДНИ. Ф. 17. Оп. 113. Д. 587. Л. 14. Заверенная копия.
** Так в тексте.
№ 42
Из сводки № 7 ЭКУ ОШУ о хлебозаготовительной кампании
16 января 1928 г. Сов. секретно.
I. Украинская ССР
Агитация кулацких слоев о необходимости задерживать сдачу хлеба ввиду якобы приближающейся войны нашла свое отражение в выдвигаемом крестья­нами требовании в целом ряде районов оплаты хлеба и других сельхозпродук­тов долларами или золотом. При этом говорят, что «если приехал сам Чубарь, вероятно, туго пришлось, но и это не поможет» (Запорожский округ, с. Пре-ображенка), «когда государству нужен хлеб, то оно нашло для деревни и то­вары, а раньше нас забывали» (Полтавский округ, с. Решетиловка).
Беднота резко реагирует на разрыв цен между промтоварами и сельхоз­продуктами, указывая, что в настоящее время все промтовары, выбрасывае­мые на рынок, попадут кулаку, который попридержал хлеб.
Работа по сбору недоимок идет усиленным темпом. Однако отмечаются слу­чаи и халатного отношения сельсоветов к выкачке недоимок. Подготовительная кампания к размещению крестьянского займа по ряду округов проходит вяло.
В связи с усилением сбора недоимок продолжаются случаи избиения пред-сельсоветов. На этой почве часть членов сельсоветов уклоняется от нажима на неплательщиков, мотивируя это тем, что не хотят себе наживать врагов...
150
II. РСФСР
Тульская губерния. По сообщению от 13 января. За последние дни подвоз крестьянами хлеба был значительным, но плановым заготовителям удалось снять с рынка только часть хлеба. Заметно было, что многие из крестьян еще не знали об аресте некоторых частников. По получении об этом известий крес­тьяне сдавать хлеб по конвенционным ценам воздержались, и часть крестьян с базара увозит хлеб обратно. Одна партия крестьян, около 50 подвод, еще не доезжая базара Богородицка, получив сведения о снятии с рынка частников, повезла овес в Тулу для реализации его по рыночным ценам, несмотря на рас­стояние в 100 верст.
В связи с произведенной операцией роль частника сошла почти на нет. Част­ники снабжают средствами перекупщиков, которые закупают у крестьян по 5 — 10 пуд., пользуясь выдаваемыми сельсоветами в массовом количестве удостове­рениями на закупку, якобы, для личного потребления до 100 пуд. хлеба.
Перекупщики открыто на базарах не выступают, а переносят свою работу непосредственно в деревню. Появлению перекупщиков в значительной мере способствует распоряжение Наркомторга о производстве хлебозаготовок в Ве-невском районе по рыночным ценам, которые колеблются от 1 р. 60 к. до 1 р. 75 к. Крестьяне находят выгодным скупать хлеб в других районах, где цены значительно ниже, и перепродавать его в Веневе даже госзаготовителям.
Некоторые крестьяне перепродают хлеб непосредственно в Москву. Про­должает наблюдаться приезд в деревню скупщиков-крестьян из Калужской губ. Наблюдаются также случаи появления на хлебном рынке губернии пред­ставителей иногородних организаций. Завоз промтоваров недостаточен.
Выезд прикрепленных к хлебозаготовкам работников в деревню местами носит только формальное значение. Выезжают на 2 — 3 дня, причем действуют неумело, занимаясь прежде всего обследованиями работы плановых заготови­телей. Практических же результатов этой работы совершенно не видно.
К неплательщикам налогов в большинстве относятся середняки и в мень­шей части — беднота и зажиточные. Многие крестьяне говорят: «Мы все время ждали, что Манифест снизит с нас налоги, а теперь оказывается, что все равно начинают собирать».
В связи с укреплением конвенционных цен, ввиду снятия с рынка частных заготовителей, а также на почве недостатка промышленных товаров настро­ение бедняцко-середняцкой массы ухудшилось. Циркулируют слухи, что «на­чинается опять товарообмен, деньги скоро должны потерять свою ценность, т.е. товары уже дают только тем крестьянам, которые сдают хлеб».
Курская1* губерния. По сообщению от 13 января. По всей губернии арес­товано 48 человек особо злостных скупщиков хлеба, срывавших конвенцион­ные цены. Влияние этой операции на рынок положительное: работа частных заготовителей почти прекратилась, и все наличие подвоза хлеба поступает на пункты государственных и кооперативных заготовителей.
Однако нужно отметить, что все же наблюдается недостаточный подвоз хлеба. Основной причиной является недостаток промтоваров, а также и на­дежда крестьян на повышение цен.
...В некоторых районах Белгородского у. наблюдается извращение дирек­тивы по усилению хлебозаготовок. По Висловской вол. были случаи разверст­ки подлежащего вывозу хлеба по дворам, с указанием количества, которое, якобы, обязан ссыпать каждый двор. В Тамаровской вол. того же уезда один член совета хотел купить у крестьянина на базаре мешок ржи, но, заметив это, председатель местного ГИКа запретил первому купить, а второму продать. В Прохоровской вол. агентом угрозыска были арестованы крестьянин и торго­вец за то, что первый продал, а второй купил мешок проса.
151
Подобные действия вызывают распространение всевозможных нелепых слухов.
Самарская губерния. По сообщению от 10 января. С установлением сан­ного пути отправка хлеба гужем приняла массовый характер. Хлеб из губер­нии вывозится не только торговцами, но и крестьянами.
Появился новый промысел. Большое количество крестьян, получивших название «мучные шинкари», занимаются скупкой пшеницы, которую затем на своих лошадях везут в разные районы мелкими партиями.
Наблюдается появление и мешочников-спекулянтов, приезжающих и скупа­ющих пшеницу по селам у крестьян. Это оживление спекулятивных операций и дезорганизация губернского хлебного рынка стимулируется в значительной сте­пени разрывом цен Самарской губ. с ценами смежных с ней районов.
Северо-Западная область. По сообщению от 14 января. В последние дни в Ленинграде арестовано 29 наиболее крупных хлеботорговцев и комиссионе­ров, занимавшихся спекуляцией мукой и злостным нарушением экономическо­го регулирования на транспорте. Проведенная операция уже дала ослабление ажиотажа с хлебными продуктами и прекратила выкачку из кооперации и гос­торговли хлебных продуктов на частный рынок.
В Вологде арестовано 11 человек спекулянтов хлебом.
Помощник начальника 4 отделения ЭКУ ОГПУ Иванов. Старший уполномоченный Пономарев.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 53. Л. 95—100. Подлинник.
' В документе ошибочно «Тульская».
№ 43—49
Командировка И.В.Сталина в Сибирь на хлебозаготовки
18 января — 4 февраля 1928 г.
№ 43
Протокол № 53/6 заседания бюро Сибкрайкома ВКП(б) совместно
с т. Сталиным и представителями заготовительных и других организаций1*
18 января 1928 г. Строго секретно.
[Новосибирск]
Присутствуют: Секретарь ЦК ВКП(б) т. Сталин, член ЦК т. Догадов.
Члены бюро и кандидаты: тт. Сырцов, Эйхе, Зайцев, Шарангович, Заков-ский, Стриковский, Клоков, Кузнецова, Денисов, Карпов и Кожевников. Члены крайкома: тт. Злобин, Певзнер, Харламов, Шацкий, Оленич, Корнев, Бойков, Кентман, Подшивалин, Тиунов.
Члены СибКК: тт. Паруп, Банкович, Ковалев.
По отдельным вопросам: тт. Веденяпин, Смолеников, Зуев, Баранов, Тре-лин, Ковалев, Зайцев, Кожевников (крайсуд), Реттель, Леонидов, Загумен­ный, Тимпко, Фельдман, Степняк, Ноздрин, Бутримович, Рещиков, Басович, Фомин, Зыков, Кренцель, Гребнев, Нусинов, Блохин, Семенихин, Спиров, Лотиков, Андреев, Гендон, Конончук, Беляев, Тауклис, Вальден, Озолин, Вегман.
Слушали: 1. Сообщение т. Сталина и некоторые вопросы хлебозаготовок.
152
Высказываются тт.: Злобин, Стриковский, Веденяпин, Подшивалин, Кренцель, Корнев, Зыков, Клоков, Эйхе, Ковалев (стат.), Леонидов, Заков-ский-, Ковалев (СибКК), Сырцов, Кожевников (крайсуд), Трелин, Загумен­ный, Кожевников (СВО), Басович.
Постановили: 1) Считать абсолютно обязательным обеспечение выполне­ния плана заготовок для центра в 60 млн пуд.50.
2) Детализировать план по округам, районам и хлебозаготовительным ор­
ганизациям, давая задания на каждую пятидневку. Поручить проведение
этого Сибкрайторгуправлению (т. Злобину). Ввести с 25 января.
3) а) обеспечить бесперебойную отгрузку хлеба, возложив персональную
ответственность за принятие соответствующих мер на тт. Подшивалина, Бе­
ляева, Тауклис;
б)поручить Крайсовпрофу и другим профсоюзным органам на ближайшее
время главное внимание сосредоточить на поднятии трудовой дисциплины в
среде железнодорожных служащих и рабочих, а также совслужащих, коман­
дировав в наиболее важные районы краевых профработников и инструктиро­
вав низовые органы, в том числе месткомы и РКК;
в)предложить окружным комитетам и фракциям союзных органов, прав­
лениям Омской и Томской железных дорог неуклонно проводить циркуляр
крайкома от 4 января с.г. за № 4/с по борьбе с халатностью и разгильдяйст­
вом на транспорте.
4) Предложить окружным и районным комитетам обеспечить энергичное
взыскание недоимок по сельхозналогу с тем, чтобы ряд кулаков был обяза­
тельно подвергнут репрессивным мерам взыскания за несвоевременную сдачу
сельхозналога (арест, судебные процессы и проч.).
5) В дополнение к решению бюро крайкома от 17 [января] (привлечение
в каждом из основных хлебозаготовительных районов нескольких кулаков
(4 — 10), располагающих большими запасами хлеба, использующих хлебные
затруднения для спекуляции, взвинчивания цен, задержки и невыпуска хлеба,
как злостных спекулянтов с конфискацией хлеба), считать необходимым,
чтобы проведение этой меры (в порядке 107 ст. УК) происходило от имени
прокуратуры. Поручить тт. Эйхе, Кожевникову (крайсуд), Заковскому 19 ян­
варя выяснить возможность проведения части этих дел через нарсуды в особо
срочном, и не связанном с формальностями, порядке, выбрав наиболее злост­
ных кулаков-спекулянтов, с широким опубликованием приговоров и решений
в печати, через сельсоветы и проч.51.
6)Поручить краевой прокуратуре в газетах и специальных листовках
опубликовать от своего имени извещение о ст.ст. 107 и 10552 и о порядке и ус­
ловиях их применения53.
7) Шире поставить в краевых и местных газетах освещение вопросов, свя­
занных с хлебозаготовками, выявление недостатков и безобразий в работе раз­
личных учреждений и организаций.
8) Считать необходимым в дополнение к ранее посланным на места работ­
никам командировать ряд краевых работников (из крайкома и крайисполко­
ма), прикрепляя их к округам, районам и отдельным учреждениям5^. Список
составить тт. Кисису и Эйхе.
9) Принять к сведению сообщение Сибрабкрина и хлебозаготовительных
организаций, что низовым органам последних даны приказы о недопущении
каких бы то ни было обходов существующих указаний по работе (недопуще­
ние ажиотажа, подсиживания друг друга и прочее). Поручить тройке55 в слу­
чае надобности внести дополнения к этим приказам, обеспечивающие согласо­
ванную работу и единство всех заготовительных организаций.
10)Запретить заготовительным и местным организациям на протяжении
II квартала ставить вопросы о сокращении сети заготовителей.
153
11) Просить т. Сталина помочь сибирским органам урегулировать вопрос
с разрывом цен в пограничных районах Сибири и Казахстана56.
12) Снестись с Уралом о возможности получения некоторого добавочного
количества железных изделий. Поручить тт. Корневу, Стриковскому и Под-
шивалину срочно составить соответствующую заявку.
13) Предложить местным советским [органам] и парторганизациям макси­
мально усилить борьбу с самогоном и взыскание штрафов предоставить упол­
номоченным окрисполкомов в районах, право утверждать штрафы от имени
округа. Крайисполкому выработать соответствующие указания.
Поручить крайисполкому в срочном порядке дать указания о мерах поощ­рения милиции за борьбу с самогоном (например, создание фонда улучшения быта работников милиции)57.
Секретарь Сырцов.
ГАНО. Ф. 2. Оп. 4. Д. 24. Л. 26-28 об. Подлинник; Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 196-199.
Заголовок документа.
№ 44
Письмо С.И.Загуменного И.В.Сталину и С.И.Сырцову об использовании 107 статьи Уголовного кодекса
19 января 1928 г.
Лично секретарю ЦК ВКП(б) т. Сталину И. В. и секретарю Сибкрайкома т. Сырцову СИ.
Считая принятое вчера, 18 января, совещанием краевых руководящих ра­ботников1* решение по вопросу о хлебозаготовках исключительно важным и ответственным, политические последствия которого могут иметь большое зна­чение во взаимоотношениях рабочего класса с крестьянством, я и решил обра­титься к вам, товарищи, с более подробной мотивировкой своих возражений по поводу применения к кулацким элементам деревни — крупным держате­лям хлебных излишков — 107 ст. УК в полном ее объеме.
Эта статья предусматривает «лишение свободы на срок до одного года с конфискацией имущества или без таковой» за «злостное повышение цен на то­вары путем скупки, сокрытия или невыпуска таковых на рынок».
Основной смысл предложений товарища Сталина, выдвинувшего необхо­димость воспользоваться этой статьей, сводится к тому, чтобы ударить по кула­ку, ударить сильно, но ударить в то же время так, чтобы основной массе крес­тьянства была ясна законная причина ареста, конфискации имущества и прочих мер, кои мы к кулаку применим. Развивая эту мысль дальше, т. Сталин рекомен­довал сосредоточить внимание на той именно части 107 статьи, которая трактует о наказании именно за «невыпуск таковых (товаров. — С.З.) на рынок».
Что даст нам этот нажим на эксплуататорскую верхушку деревни? На что строим мы свои расчеты?
По соображениям, высказывавшимся вчера на заседании, такой нажим на кулака заставит середняка повезти хлеб на рынок. Середняк скажет: «Вот это — власть. С ней шутить нельзя. Она требует исполнения своих законов» и проч. На создание морального эффекта в массах середняка, таким образом, рассчитаны эти мероприятия.
Я считаю этот расчет ошибочным. Я глубочайше убежден, что эффект от таких мероприятий мы получим совершенно противоположный тому, который ожидаем. И вот почему.
154
Как я и говорил уже вчера на заседании, мы еще ни разу за все время НЭПа, — насколько я могу судить об этом, — не применяли по отношению к деревенскому кулаку таких мер, чтобы судить его только за невыпуск хлеба на рынок. Если мы и ссылали кого-то в Нарым, так, видимо, только город­ских хлебных спекулянтов58, за которыми непосредственно не стоит много­миллионная масса крестьянина-середняка. К кулакам, эксплуататорская сущ­ность которых состоит не в торговле, а в производстве продуктов сельского хозяйства, мы не только не принимали таких мер, какие намерены сейчас, а пропагандировали, преимущественно, необходимость экономического воздей­ствия с целью ограничения их роста. Поэтому, хоть закон у нас и есть, все же он будет непонятен основной массе крестьянства, как закон, не соответствую­щий духу новой экономической политики. Может быть, я ошибаюсь, но я твердо убежден в том, что основная масса середняка и бедноты расценит при­влечение кулака к суду только за непродажу хлеба не иначе как возврат, в той или иной форме, к временам военного коммунизма, периоду продраз­верстки. Ссылка на закон, какая бы то агитация, иного мнения у мужика не создадут. Я не говорю уже о том, что кулак на почве этих фактов разовьет усиленную агитацию против нас; это — дело относительно второстепенное. Основное заключается в том, что осуждение кулака только за «невыпуск» хлеба приведет середняка к убеждению, что рано или поздно очередь дойдет и до него, как держателя известной части хлебных излишков. Первое, с чем мы столкнемся в результате проведения намеченных мероприятий, будет за­ключаться в повышении ценности хлеба в глазах самой деревни, а отсюда в дальнейшем сокращения предложения его на рынке.
Я понимал бы это мероприятие как самоцель. Но оно неизбежно должно предполагать ревизию основного взгляда на вопрос о главных держателях хлебных излишков. Для этого, по моему мнению, никаких оснований нет.
В силу высказанных соображений я считал и считаю, что кулака надо бить ис­ключительно как скупщика хлеба. При данной конъюнктуре из 10 кулацких хозяйств одно-два уж обязательно занимаются этим. Я знаю по Славгородско-му округу, где я, к сожалению, пробыл очень недолго, что эта спекуляция со стороны кулацких хозяйств, в связи с недородом в южных районах и в сосед­нем Барабинском округе, развита достаточно широко. Найти таких кулаков в каждом крупном селе не так-то трудно. Жалеть их крестьянин-середняк, ко­нечно, будет, прав т. Сталин. Пускай жалеет, не в этом дело. Важно то, что в этом случае у него не будет оснований ждать своей очереди, в смысле при­влечения его к суду только за то, что он излишки хлеба не продает. Ведь он скуп­кой хлеба не занимается.
И это мероприятие — привлечение к суду кулаков-спекулянтов хлеба — я предложил бы проводить сугубо осторожно, поставив непременным условием каждому окружному личное руководство каждым процессом авторитетного члена бюро. Впечатление, произведенное судебным решением на широкие слои крестьянства, должно быть тщательно учтено и сообщено краевым руко­водящим центрам.
Параллельно с этим, и притом не с меньшим вниманием и энергией, мы должны нажать на деревню по рычагам более эффективным (это делается, но недостаточно четко): а) взыскание всякого рода задолженности деревни. В частности, на места должна быть дана директива о немедленном пересмотре решений кредитных товариществ о предоставлении населению отсрочек по це­левым ссудам с/х кредита, начиная с августа месяца. Работу следует закон­чить под руководством уполномоченного окрисполкома в 10—15 дневный срок; б) полного прекращения кредитования деревни по всем целевым ссудам, кроме ссуд колхозам и бедноте из специального фонда, и то на сезонные нужды; в) дальнейшего пересмотра шкалы кредитования на машиноснабжение
155
в сторону увеличения задаточных сумм и расширения контингента машин и орудий, подлежащих продаже за наличные (с сохранением существующих для кулака ограничений); г) твердое и быстрое проведение прочих мер, разрабо­танных ЦК и крайкомом, с посылкой руководящих работников на места.
Я не хотел бы быть пророком, но хорошо знаю деревню, как потому, что вырос в ней, так и по письмам, какие в последнее время получаю от отца-крестьянина (бедняка), живущего в Саратовской губ.
Мне кажется, что мы слишком круто поворачиваем.
С коммунистическим приветом — член ВКП(0 [Председатель правления Сибкрайсельбанка] С.Загуменный .
Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 199-201.
** См. док. № 43.
2*На письме С.И.Загуменного имеются пометки И.В.Сталина: «Мы админис­тративных] мер не исключали», «ха-ха», «NB», а также подчеркивания и вопроси­тельные знаки. (См.: Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 201).
№ 45
Телеграмма И.В.Сталина из Новосибирска в ЦК ВКП(б) С.В.Косиору
19 января 1928 г. Москва, ЦК ВКП, Косиору. 8 час. 00 мин.
Первое. Прибыл [в] Новосибирск 18-го. [В] тот же день устроили собра­ние в сорок человек партийно-советско-кооперативной верхушки. Общее впе­чатление от собрания: страшно запоздали с заготовками, очень трудно наверс­тать потерянное, можно наверстать потерянное при зверском нажиме и умении руководить, работники готовы разбиться в лепешку для того, чтобы выпра­вить положение. О решениях собрания сообщу дополнительно. Шифровку о художествах Троцкого и троцкистов получил5*
Второе. Где Молотов[?] Получил ли он мою шифровку из Свердловска[?] Предлагаю Политбюро немедля направить Молотова в четыре губернии цент­ральной земледельческой России, рекомендовав ему остаться в каждой из этих губерний два-три дня для руководства и проверки исполнения. Это необ­ходимо. Это надо сделать1*.
Сталин. Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 201.
'* На бланке входящей шифровки имеется карандашная надпись: «Сталину. Согласно решения Политбюро выеду на десять дней [в] ЦЧО. Выезжаю [в] по­недельник. Молотов». (См.: Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 201).
№ 46
Телеграмма И.В.Сталина из Новосибирска в ЦК ВКП(б) В.М.Молотову и С.В.Косиору
19 января 1928 г. Москва, ЦК ВКП, Молотову, Косиору. 17 час. 35 мин.
1. Нигде так не отстали в заготовках, как [в] Сибири. За первое полуго­дие, то есть за июль—декабрь, заготовлено менее трети годового плана, за второе полугодие, то есть за январь —июнь, нужно заготовить более двух тре-
156
тей плана, для чего необходимо поднять темп заготовок минимум вдвое, между тем как заготовки поднялись за январь лишь на 10 — 15 %. Ввиду этого общее мнение было за снижение плана, как невыполнимого. Однако, ввиду некоторого воздействия, совещание работников единогласно постановило вчера выполнить весь план в 60 млн пуд. для центра во что бы то ни стало.
2.Здесь очень распространена вера во всемогущество промтоваров в деле
поднятия хлебозаготовок. Не отрицая большого значения промтоваров, надо,
однако, признать, что промтовары сами по себе не решают вопроса о ценах на
хлеб, являющегося важнейшим делом для крестьянства. Промтовары могут
сыграть решающую роль лишь при твердой политике цен на хлеб, при едином
фронте всех наших заготовителей на основе твердой политики цен, при реши­
тельном обуздании спекуляции, при активном руководстве делом заготовок со
стороны парторганизаций. Между тем, разнузданная конкуренция наших за­
готовителей, свободная деятельность спекулянтов и кулаков, попустительство
низового аппарата и инертность парторганизаций создали почву для взвинчи­
вания цен, разложили рынок и подорвали заготовки, несмотря на наличие
промтоваров.
Ввиду этого совещание постановило: во-первых, ударить по спекулянтам и кулакам-скупщикам на основании 107 статьи Уголовного Кодекса, как нару­шителям революционной законности, во-вторых, ударить по попустителям и пособникам спекуляции из низового аппарата на основании 105 статьи, как нарушителям советских законов, в-третьих, карать разрушителей единого фронта заготовителей, в-четвертых, немедля мобилизовать на длительный пе­риод всю советско-партийную верхушку для работы на местах и использовать вовсю печать.
3. По линии изъятия денег решено приурочить взимание налога на 15 фев­
раля. Опоздали с самообложением. Закон ЦИК СССР не соответствует зако­
ну ВЦИК. Поправка ВЦИК опубликована, но над ней висит дамоклов меч за­
кона ЦИК СССР60. Надо устранить и эту неувязку. Решено безусловно при­
влекать кулаков к уголовной ответственности, как недоимщиков и нарушите­
лей законов, по статье 6061.
4. Считаю долгом отметить, что здешние партработники взялись за дело с
большим рвением и работают по совести, как истые большевики, что дает ос­
нование рассчитывать на успех.
5. 21-го вечером выезжаю на Алтай, откуда сообщу свой адрес.
Сталин.
Известия ЦК КПСС. 1991. № 5. С. 201-202.
№ 47
Телеграмма И.В.Сталина из Новосибирска в ЦК ВКП(б)
20 января 1928 г.1' Москва, ЦК ВКП;
Копии: Кзыл-Орда, областком ВКП(б) Голощекину, Кубяку; Семипала­тинск, губком Беккеру, зав. губторготделом Кошинбаеву; Петропавловск, губком ВКП(б) Райтеру, зав. губторготделом
По сообщению Сибкрайкома, в смежных [с] Сибкраем районах Казахста­на, особенно [в] Петропавловской губернии, допущены грубые нарушения хлебных цен, достигающие [в] отдельных случаях 12 — 27 к. пуд, что подры­вает в корне заготовки [в] Сибири [и] в прилегающих хлебных ее районах. Объясняется этот срыв хлебных цен нарушением директив Совнаркома СССР
157
и ЦК ВКП со стороны завгубторготделами Семипалатинска и Петропавлов­ска, видимо, при попустительстве секретарей соответствующих губкомов. [На] днях выезжаю [в] эти районы2* и вызываю секретарей и завгубторготделами для ликвидации на месте этих возмутительных безобразий, о чем довожу до сведения ЦК ВКП.
Сталин. Известия ЦК КПСС. 1991. № 6. С. 202-203.
1* Дата установлена по входящей шифровке.
2* Сталин имеет в виду будущие посещения Барнаула, Рубцовска и Омска.
№ 48
Телеграмма И.В.Сталина из Омска в Сибкрайком ВКП(б) и в ЦК ВКП(б)
3февраля 1928 г.
№ 26/ш, г. Омск. 20 час. 30 мин.
Новосибирск, Злобину; копии: Кисису, ЦК ВКП, Косиору и Микояну
Ваши заготовительные планы на февраль отстают от темпа заготовок на местах. Вы дали Ачинску на февраль 700 тыс., тогда как Ачинск за январь успел заготовить 900 тысяч, а теперь он берется заготовить на февраль более миллиона. Вы дали Омску на февраль 1 млн 200 тыс., тогда как Омск, счи­таясь с уже начавшимся переломом, вынужден сам себе назначить 1 млн 700 тыс. пуд. То же самое произошло с Иркутском, Тулуном, Минусин­ском. Боюсь, что подобные промашки будут допущены и в отношении дру­гих, особенно Алтайских округов. Новая обстановка и условия перелома требуют немедленного пересмотра ваших планов и приспособления их к дей­ствительности в сторону их увеличения. Просьба не отставать от темпа загото­вок.
Сталин. Известия ЦК КПСС. 1991. № 7. С. 179.
М 49
Телеграмма И.В.Сталина из Каиышлова в ЦК ВКП(б) А.И.Микояну, В.М.Молотову и С.В.Косиору
4февраля 1928 г.
№ 27/ш., станция Камышлов. 14 час. 20 мин.
Увеличение февральского заготплана Сибири до 22 млн приветствую. Февраль будет самым боевым месяцем Сибири. Это обстоятельство требует всемерного подхлестывания заготовок и отгрузок путем увеличения соответст­вующих планов. Поздравляю ЦК с 80 млн пудов за январь. Это большая по­беда партии.
Сталин. Известия ЦК КПСС. 1991. № 7. С. 179.
158
№ 50-52
Телеграммы ОГПУ на места о мерах по обеспечению хлебозаготовок
19-23 января 1928 г.
№ 50
Председатель ОГПУ В.Р.Менжинский начальнику ГПУ Башкирии В.И.Музыканту
19 января 1928 г.
№ 118
Немедленно сообщите телеграфом, что предпринято вами для обеспечения хода хлебозаготовки. Какие операции проведены, сколько арестовано и кого? Проведено ли наблюдение за продвижением промтоваров в деревню и заготов­ленного зерна по желдорогам? Арестовываются ли скупщики талонов на товар деревне?
Председатель ОГПУ Менжинский.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 982. Л. 606. Телеграфный бланк.
№ 51
Заместитель начальника Секретного отдела ОГПУ Я.С.Агранов начальнику Воронежского губотдела ОГПУ Каплану
19 января 1928 г. № 1006/3
Произведите следствие [в] срочном порядке о разгроме колхоза Луценков-ской волости, главное внимание обратив [на] кулацкую верхушку. Одновре­менно проработайте антисоветский] элемент волости. Результатах подробно информируйте СО ОГПУ.
Заместитель начальника СО ОГПУ Агранов.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 982. Л. 592. Телеграфный бланк.
№ 52
Заместитель председателя ОГПУ Г.Г.Ягода всем ПП губотделов ОГПУ
23 января 1928 г. № 122
В случае возникновения групповых или массовых антисоветских выступ­лений [на] почве мероприятий [в] связи хлебозаготовками сообщать ИНФО ОГПУ телеграфно. Следствие этим делам вести только органам ОГПУ. Ответ­ственности привлекать как руководителей выступлений, так и лиц, своими не­законными действиями вызывавших недовольство населения. Дела направ­лять коллегию ОГПУ. Принять все меры выявлению работников низового сов-аппарата, саботирующих мероприятия правительства, согласованно парторга-нами производить очистку соваппарата от саботажников.
Заместитель председателя ОГПУ Ягода. ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 982. Л. 702. Телеграфный бланк.
159
№ 53
Из доклада заместителя наркома финансов СССР М.И.Фрумкина в ЦК ВКП(б) и СТО о поездке на Урал по вопросам хлебозаготовок
19 января 1928 г. Секретно1'.
1. К моменту моего приезда в Свердловск (1 января) на Урале было заго­товлено с начала кампании всеми заготовителями, входящими в уральский план, следующее количество хлеба (в тыс. пуд.):
1927/28 г.
1926/27 г.
1927/28 г.
Пшеницы
9422,4
8719
+ 703,4
Ржи
2188,6
3319
- 1130,4
Овса
2772,4
7795
- 5022,6
Прочее
1558,8
1133
+ 425,8
Итого:
15942,2
20966
- 5023,8
Как видно из этой таблички, заготовки хлеба в настоящем году значитель­но снизились — на 5024 тыс. пуд. Но по отдельным культурам мы наблюдаем увеличение заготовок по пшенице и резкое снижение поступлений овса и ржи.
2. По с/х налогу на 1 января поступило 11 778 тыс. р. из годового зада­
ния, принятого Уральским облисполкомом в размере 19 244,7 тыс. р., что со­
ставляет 61,3% к годовому заданию. Контрольная цифра, данная НКФином
РСФСР, меньше цифры, принятой Уралоблисполкомом, а именно — 17 900
тыс. р. Указанное выше поступление по с/х налогу на 1 января к цифре, дан­
ной НКФином РСФСР, составляет 65,8%. Контрольная цифра НКФина
РСФСР ближе к действительности, ибо Уралоблисполкомом не учитывается
снижение контрольной цифры по с/х налогу вследствие предоставленных
льгот по Манифесту. На основании ознакомления с этим вопросом на местах
можно установить, что по Уралу поступит по с/х налогу не более 18 млн р.
Выполнение с/х налога идет неравномерно. В хлебных районах оно выше,
чем в горных районах и Предуралье, по хлебному району выполнено на 1 ян­
варя 68,7% к контрольной цифре НКФина РСФСР.
3. Страховые платежи. Годовое задание по Уралу — 7610 тыс. р. На 1 ян­
варя поступило 2047 тыс. р., или 27% к годовому заданию. И в данном случае
мы наблюдаем то же явление: по хлебным районам процент выполнения боль­
ше, чем по районам нехлебным. По хлебным районам процент выполнения
выражается в 31,6.
4. Облкомом ВКП и Уралоблисполкомом были приняты следующие меро­
приятия по усилению хлебозаготовок:
а)По с/х налогу. Последний срок уплаты с/х налога по хлебным районам
сокращен и установлен 1 февраля с указанием о принятии репрессивных мер по
отношению к тем плательщикам, которые просрочили платежи по второму сроку
(1 января). Дано распоряжение о досрочном взимании по последнему сроку.
б)Установлены частные календарные сроки поступления по страховым
сборам с тем, чтобы обеспечить поступление 60% годового задания к 15 января
и поступление всех сборов к 1 февраля.
в)Усилена работа по привлечению паевых вкладов в потребительскую и
с/х кооперацию.
г)Пересмотрен план кредитования сельского хозяйства на II квартал в на­
правлении его сжатия с выдачей в январе и феврале ссуд только натурой, а в
марте денежных кредитов в минимальных размерах.
160
д)Прекращено, а в отдельных случаях сокращено авансирование деревни
под сырьевые и продуктовые заготовки.
е)Сжато внутриобластное снабжение хлебом путем снятия, а в некоторых
случаях сокращения снабжения производящих районов Урала.
ж)Усилена борьба с мешочничеством путем запрещения вывоза по желез­
ной дороге и запрещения на всех мельницах сортового помола для крестьян в
целях противодействия продаже мукой2*, наиболее выгодной крестьянству.
з)Сделано распоряжение стянуть весь хлеб, который имеется на глубин­
ных пунктах кооперации, к станциям железных дорог.
и) Пересмотрен план снабжения области промтоварами на II квартал, с расчетом максимального обеспечения хлебозаготовительных районов за счет уменьшения завоза в другие районы. По дефицитным товарам было установ­лено снабжение хлебных районов в размере 76% всего уральского плана, а вместе с достаточными товарами 63,6%. Дано распоряжение о снижении цен на мясо вначале на 10%, а потом еще на 8%.
к) Установлено взимание платы за помол на мельницах РИКов и Мель-треста натурой.
л) Дано распоряжение кооперации отпускать промтовары не только пай­щикам, но и не пайщикам.
м) Дана директива втянуть в работу по усилению хлебозаготовок все пар­тийные и советские аппараты округов.
н) Во все хлебопроизводящие районы были посланы ответственные работ­ники (но не из самой головки).
Вместе с обкомом мы приняли решение о запрещении производства това­рообмена на хлеб. Мною было дано распоряжение задержать выполнение ди­рективы т. Микояна об обмене товаров на хлеб в размере 100%.
В ночь со 2 на 3 января я выехал в район совместно со вторым секретарем обкома т. Рындиным и заведующим Уралоблторгом т. Марковым. Мы остано­вились в следующих окружных городах и пунктах: г.Челябинск, станция Чумлак, с. Шумиха, г. Курган, станция Макушино, станция Петухово, г. Ишим, станция Обутинская, г. Тюмень, г. Шадринск. Кроме того я остано­вился на несколько часов в Петропавловске и Омске.
Этот объезд выяснил следующее:
1. Данные облисполкома по с/х налогу значительно отставали от данных
округов, а данные округов отставали от данных РИКов. Последние данные
также являются неполными, ибо на руках у сельсоветов остаются на несколь­
ко дней (по 7)2* несданные суммы. В среднем выполнение с/х налога по всем
этим районам составляло в первых числах января около 80%. То же самое на­
блюдалось и по отношению к страховым сборам. Выяснилось, что в среднем
страховых сборов поступило свыше 50%. Округами и РИКами приняты меры
к получению с/х налога и страховых сборов. Можно утверждать, что поступ­
ление с/х налога и страховых сборов выразится к 1 февраля примерно в 95 —
98%. Следует отметить, что в отдельных округах, имеющих районы хлебные
и неклебные, поступление с/х налога и страховых сборов выше по хлебным
районам (за исключением Тюменского округа).
2. Приняты меры по усилению взимания задолженности по землеустрои­
тельным работам, по семссуде, а также по привлечению паевых капиталов в
кооперативные организации.
3. Во всех местах отмечалось со стороны сельсоветов несколько сдержан­
ное отношение ко взиманию указанных выше сборов и платежей ввиду того,
что председатели сельсоветов избегали обострения своих отношений с населе­
нием перед выборами — одни из опасения не быть переизбранными, дру­
гие — из-за нежелания делать работу за тех, кто будет избран на их место.
6 — 267
161
4. На основании бесед как в округах, так и в районах можно определенно
установить, что нереализованных хлебных излишков во всем Зауралье много,
но следует отметить, что основную массу излишков составляет пшеница. И на
основе хода заготовок (см. выше), и на основе бесед можно установить, что
урожай овса значительно ниже данных хлебофуражного баланса ЦСУ и
Уралплана. По данным последних двух организаций урожай с десятины овса
определен в 52 пуда. Местные жители утверждают, что урожай овса не выше
40 пуд. Качество хлеба исключительное. Средняя влажность 15,5 — 16 (на 2 —
3 % ниже прошлого года). Средняя натура пшеницы 128 золотников или на
6 — 7 золотников выше прошлого года. Средняя натура по овсу 75 — 80 золот­
ников.
5. Цены. Движение цен на основные хлеба видны из следующей таблички:
1926—27 г.
1927—1928 г.
Качество
Цена за центнер [в руб.]
Качество
Цена за центнер [в руб.]
Натура
Влажность
Натура
Влажность
По данным ГХИ
По данным ГХИ
Пшеница
111-125
16,2-20,6
126,5-130
14,2-16,5
июль
6,18
5,95
август
5,94
6,09
сентябрь
6,19
6,20
октябрь
5,92
5,92
ноябрь
5,96
5,76
Рожь
113-118,5
15,0-17,0
114,5-119,5
14,3-15,2
июль
4,65
4,51
август
4,17
4,63
сентябрь
4,18
4,39
октябрь
4,35
4,18
ноябрь
4,29
4,14
Овес
73-77
15,6-19,2
72-78
13,4-15,5
июль
3,65
3,37
август
3,37
3,42
сентябрь
3,49
3,44
октябрь
3,61
3,38
ноябрь
3,60
3,35
В этой табличке бросается в глаза резко улучшенное в этом году качество зерна и понижение цены в сравнении с прошлым годом.
По данным Облвнуторга, цены на пшеницу на 3 коп. ниже директивных цен Наркомторга и на овес на 2 коп. В сравнении с прошлым годом цены на хлеб ниже на 2 коп., но без учета разницы в качестве хлеба. При учете этой разницы мы получим снижение цены в 8—10 коп. Кроме того, в районах мы установили следующее: в октябре — ноябре применялась рефакция (снижение цены) на 8 коп. С пуда за превышение влажности на полпроцента, при высо­кой натуре, причем влажность определялась весьма примитивным способом. В Ишиме мы установили, что вместо доплаты за привоз на мельницу было уста­новлено вплоть до нашего приезда снижение цены: так, вместо базисной цены 95 коп. применялись следующие цены: на станции — 95 коп., на базаре — 92 коп., на мельнице — 93 коп. Крестьяне резко протестовали против указанной выше рефакции, считая ее просто грабительской. Крестьяне неоднократно
162
указывали, что в прошлом году при плохом качестве зерна они получали более высокую цену, чем в текущем году, при отличных качествах хлеба. Крестьянство недовольно ценой, претензии его выражаются примерно в гри­веннике на пуд. На ссыпных пунктах отмечается ряд случаев, когда из-за не­скольких копеек увозят обратно зерно или часть привезенного хлеба, а также справляются о ценах и заявляют, что по этим ценам пока не повезут. Крес­тьянство также выражало неудовольствие тем, что вначале хорошую пшеницу, прошлогоднюю, продавали по 1 руб. 10 коп., затем снизили до 1 руб., а потом до 95 коп., а вместе с указанной выше рефакцией доходило до 87 коп. (осо­бенно в ноябре; в конце октября эта рефакция была отменена распоряжением Облвнуторга и была установлена Комиссией влажность от 15 v 2 до 17.
6. Вблизи крупных потребительских пунктов крестьянство старалось пре­
вращать зерно в муку и продавать ее на базаре, везя ее нередко на расстояние
150 — 200 верст, выгадывая при этом на цене в 30 — 40 коп. Широкого разви­
тия мешочничества в Зауралье не было. Отмечались лишь подбеги местного
характера из Тобольска в район Ишима и Тюмени, которые (подбеги) не­
сколько портили цену.
7. Заготовки других с/х продуктов (нехлебных) значительно усилились.
Годовой план мясных заготовок всюду выполнен с превышением 30 — 40%.
Кроме того, широко работали частники, а также представители Ленинградмя-
со и Московского общества Мясо. Заготовки пушнины также выполняются с
превышением плана. По всем районам говорили о водяных крысах, которые
дают значительный доход. Отмечались заработки крестьян на ловле этих крыс
чуть ли не до 40 руб. в день и по отдельным хозяйствам до 400 руб. за кам­
панию. На всех базарах отмечается усиленный привоз свинины и битой
птицы. Хорошо подвозится также лен и кудель. План заготовок кожи выпол­
нен по мелким кожам с превышением, а по крупным идет недовыполнение.
Последнее объясняется сильным развитием кадушничества (домашняя выра­
ботка) и усиленной работой частных кустарных заводов.
В декабре частные заводы в подавляющем числе закрыты распоряжением Окрисполкомов.
8.Цены на нехлебные с/х продукты высокие. Цены на мясо в течение
всей кампании держались на уровне 5 руб.—5 руб. 25 коп. против довоенной
цены 2 руб. 80 коп. —2 руб. 90 коп. Цены на свинину — 7 руб. против довоен­
ной 3 руб. 75 коп. — 4 руб., цены на пушнину повышены по сравнению с про­
шлым годом на 20 — 30%, а по отдельным видам пушнины, например, на ли­
сицу и на волчьи шкуры, повышение выражается в 50%. Все округа считали
цены на нехлебные с/х продукты слишком высокими, невытекающими из об­
щего положения рынка и еще осенью протестовали против этих высоких цен.
Соотношение индексов на с/х продукты, хлебные и нехлебные, видны из следующей таблички:
Стоимость по ценам соответствующего периода в процентах к стоимости по ценам 1924/25 г.
Хлеб
Прочие с/х продукты
Всего
1924/25 г.
100
100
100
I квартал 1925/26 г.
112,7
103,4
109,6
II -"-
124,3
104,7
116,2
III -и-
117,5
101,4
108,2
IV -м-
97,4
100,8
100
Весь 1925/26 г.
116,6
102,7
109,5
163
Хлеб
Прочие с/х продукты
Всего
I квартал 1926/27 г.
96,5
115,5
103
II -"-
92
119,9
102,8
III -"-
93,6
124,6
112,5
IV -"-
98,4
120,6
107
I квартал 1927/28 г.
94,3
130,2
112,9
9.Во всех районах указывали, что соотношение цен на хлеб и другие с/х
продукты таково, что крестьянину меньше всего выгодно реализовывать свой
хлеб и во всяком случае выгоднее сбывать другие продукты, ибо, например,
свиная туша в 10 пуд. дает выручку в 70 р., что равняется 3 зимним возам
пшеницы.
10.Снабжение хлебопроизводящих районов дефицитными товарами было
значительно ниже прошлого года. Снабжение по всему району определяется в
60% прошлого года. Но из этих 60% большая часть оставалась для городского
и рабочего снабжения. В деревню попадало мало товаров, по отдельным рай­
онам, например, в Шумихе, поступление мануфактуры за I квартал выража­
ется в 25% прошлогодней цифры, но из этих 25% держатели хлеба получили
весьма мало. На основании циркуляра НКТорга62 дефицитные товары, в том
числе и мануфактура, выдавались только членам потребкооперации при
общей кооперированности населения в 43% и исключении из кооперативов ку­
лаков, лишенных избирательных прав. Последние могли удовлетворять свои
потребности, покупая только у частников. Отмена этого распоряжения63 про­
водилась во многих местах при нашем проезде, а в других за день, за два до
нас этот циркуляр перестал действовать на местах, в лучшем случае с 1 янва­
ря. Зажиточные элементы деревни искали пути обмена хлеба частником на то­
вары, которые они не могли получить в государственных и кооперативных ор­
ганизациях. Наиболее дефицитные товары идут в следующем порядке: чай,
железо, мануфактура, металлические изделия, в особенности гвозди, лес и
мягкая кожа. В осеннее время дефицитным товаром было также и стекло.
Снабжение достаточными товарами за последнее время идет более или менее
нормально. В октябре и в ноябре были перебои в снабжении сахаром.
И. Усиленный нажим на налоги в течение второй половины декабря не повлиял на подвоз хлеба. Так, например, в Ишимском районе с 15 декабря по 8 января поступило с/х налога и страховых платежей 1 млн р. при падении хлебозаготовок. Появление товара также не увеличило подвоза хлеба. Товар быстро раскупался за счет наличных средств у крестьянства.
12. Кампания по размещению займа64 во время нашего объезда еще не
была начата. Нам приходилось инструктировать по этому вопросу Челябин­
ский и Курганский окрисполкомы, а также местные РИКи. Ко времени наше­
го приезда в Ишим закон уже был передан по радио и ими уже было получено
распоряжение об организации Комиссии по размещению займа. То же самое
было в Тюмени. Все местные органы принимают активные шаги по размеще­
нию займа, хотя они считают, что цифра, данная Москвой, после увеличения
на 50%, преувеличена. Закон о самообложении был получен после нашего воз­
вращения в Свердловск. Кампания по самообложению установлена уже с при­
ездом т. Молотова3*.
13. Началась борьба с самогоном, который широко развит во всем этом
районе. Одновременно отмечается, что привозимое казенное хлебное вино бы­
стро раскупается крестьянством и в нескольких районах является также дефи­
цитным товаром. Местные жители утверждают, что при нажиме на самогон
потребление хлебного вина значительно увеличится.
164
14. Низовые органы кооперации в общем неохотно занимаются хлебозаго­
товками, предпочитая вести обороты с другими с/х продуктами, более для
них выгодными, особенно в глубинных пунктах. Низовые кооперативные ор­
ганы не спешат со сдачей хлеба, пытаясь частично его использовать для внут­
ренней продажи хлеба и муки. В Шадринском районе мы установили случай
задержки кооперативной организацией 7 тыс. пудов хлеба в ожидании по­
вышения цены (дано распоряжение снять председателя правления и отдать
его под суд). Передавали нам и о другом таком случае несдачи 30 тыс. пудов
хлеба, но мы его проверить не успели.
15. Низовой аппарат Хлебопродукта следует считать удовлетворительным,
но он поставлен в чисто чиновничьи рамки. Он должен ожидать привоза
хлеба, не проявляя своей собственной инициативы в смысле связи с крестьян­
ством, переговоров о привозе хлеба и т.д. В одном пункте нам указывали, как
на преступление Хлебопродукта, выдачу им мешков крестьянам для привоза
хлеба; за это Хлебопродукт был оштрафован, несмотря на достаточное обеспе­
чение пункта мешковой тарой.
16. Во всех районах не ссылались на разговоры о возможных военных ос­
ложнениях. Но усиленно подчеркивали, что крестьянство ожидает недорода;
при этом крестьянство ссылается, в частности, на речь т. Рыкова. Среди крес­
тьянства распространено ожидание крупного неурожая в 1930/31 г.
17. Гарнцевый сбор65 (натуральная оплата помола) только начал прово­
диться при нашем приезде. Всюду исполкомы считали неприемлемым распо­
ряжение о прекращении сортового помола для крестьянства.
На основании объезда мы могли констатировать, что облисполком и обл-ком были недостаточно знакомы с положением дела в округах, рисуя себе его в более розовых красках. В таком же положении находились округа по отно­шению к районам. Выезжающие с нами на ссыпные пункты представители ок­ружных исполкомов и окружкомов убеждались, что обрисованное ими поло­жение на совместных с нами заседаниях не соответствует действительности. Оно оказывалось всюду значительно хуже. Все окружные и районные работ­ники приняли меры по усилению взимания платежей, но они недостаточно увязывали этот вопрос с хлебозаготовками и еще не осознали, что хлебозаго­товки должны являться центральным пунктом их работы. В некоторых местах нам еще приходилось встречаться с такими настроениями, что хлебозаготовки являются лишь одной из кампаний наряду с не менее важными для них кам­паниями по выборам и отчетам перед избирателями, а также по проработке решений съезда4*.
На основании объезда мест и ознакомления с положением дела в Свердловске нельзя было не прийти к выводу, что основными причинами, вызвавшими не­удовлетворительный ход хлебозаготовок, являются цены и промтовары.
1. Соотношение цен на хлебные и нехлебные продукты сельского хозяйст­
ва толкало крестьянство на сбыт всех других продуктов, кроме хлебных. От­
личное качество хлеба текущего года особенно стимулирует накопление крес­
тьянских запасов. Нами выше было отмечено, что заготовка пшеницы идет не
ниже, чем в прошлом году, но резко снизились заготовки овса и ржи. При не­
сомненно низком урожае овса цена на овес в 53 — 56 к. является неприемлемой
для крестьянства, и оно старается всеми мерами возможный излишек овса
скормить и получить более выгодные формы его реализации в извозе и про­
возе. Голод на овес, срывающий лесозаготовки на Урале, вызвал повышенные
цены на базарах: в Челябинске и Шадринске до 80 к., в Свердловске до
1 р. 50 к. Основным в вопросе цен является неправильное соотношение цен
между хлебными и нехлебными продуктами.
2. При образовании значительных денежных излишков у крестьянства за
счет реализации по повышенным ценам с/х нехлебных продуктов, при слабом
165
налоге, крестьянство получило полную возможность не только покрывать все свои платежи, но также осуществлять покупку промтоваров, имевшихся в весьма уменьшенных размерах, не прибегая к продаже хлеба. Более зажиточ­ные элементы деревни, держатели хлеба фактически лишены были возможности покупки дефицитных товаров в силу циркулярного распоряжения Наркомторга.
3. Накопление денежных средств у крестьянства дает ему возможность и при намеченном усиленном подвозе товаров на II квартал в значительной мере заку­пать промтовары в усиленном количестве, не прибегая к усиленному вывозу хлеба. Ряд местных работников предупреждали нас о такой возможности.
Констатируя указанное положение, мы должны были прийти к выводу, что заброска дефицитных промтоваров, не связанная непосредственно с под­возом хлеба, не даст желательных результатов, что усиление хлебозаготовок возможно только при совместных действиях двух факторов: административно­го нажима и поощрения промтоварами сдатчиков хлеба. Причем, для меня было ясно, что последнее, т.е. поощрение, будет иметь превалирующее значе­ние по следующим соображениям:
К 15 января зажиточные элементы деревни покроют почти полностью сельхозналог и подавляющее большинство платежей по страховым сборам. Остальные платежи (по семссуде, землеустройству и т.д.) являются незначи­тельными и в значительной мере спорными. Таким образом, до проведения кампании по размещению займа и по самообложению основные держатели хлеба во всяком случае легко справятся со своими платежами без всякого под­воза хлеба. Я исходил из того, что развертывание кампании по самообложе­нию и займам более или менее широко будет проведено только к 15 февраля. В наших интересах использовать в максимальном размере один из лучших ме­сяцев заготовок: 15 января — 15 февраля. Далее я считал, что усиленный нажим на самообложение и на заем может дать осечку. Этими двумя кампа­ниями мы затрагиваем не только кулаков, но и всю середняцкую массу. По Уралу дано по займу 12 млн р. и по самообложению 7,5, итого 19,5 млн р., т.е. сумма большая, чем годовой оклад сельхозналога. Проводя эти две кам­пании, мы можем встретиться с единым фронтом кулаков и середняков и уси­лением влияния первых.
Останавливаясь на мысли о необходимости введения поощрения сдатчиков промтоварами, мы, разумеется, должны были считаться с влиянием этой меры на положение червонца. Однако при объезде мы констатировали, что крес­тьянство всеми мерами старается не задерживать у себя денег, превращая их в предметы даже излишние в крестьянском хозяйстве. Так, например, отмечает­ся широкая скупка крестьянством железных кроватей, старых шкафов, всякой мебели, граммофонов, покупка галош без различия их размера и т.д. При таком отношении крестьянства к накоплению не в денежной форме я считал, что пре­мирование промтоварами не может значительно ухудшить положения червонца в деревне, я считал, что премирование промтоварами в качестве временной меры на ближайшие, примерно, два месяца является неизбежным и необходимым. С этой точкой зрения при нашем возвращении согласился и обком.
Мы рекомендовали ввести премирование сдатчиков хлеба дефицитными пром­товарами в виде предоставления права сдатчикам хлеба первоочередной или пре­имущественной покупки в размере 50% стоимости сданного хлеба, из коих 30 — 35% мануфактурой, причем вся эта операция должна обязательно проходить не в натуральной, а в денежной форме. Кооперативы обязаны выдавать сдатчикам хлеба в указанных размерах промтовары вне зависимости от того, кому был сдан хлеб: госорганизации, с/х кооперации или потребкооперации. Наше предложе­ние полностью совпадает с последней директивой ЦЮ*.
Подсчет товарных ресурсов показал осуществимость этого мероприятия. Согласно плана товароснабжения Урала в хлебопроизводящие районы будет
166
направлено дефицитных товаров (мануфактуры, чая, кожи, металла) на 12,5 млн р. Кроме того, при нашем объезде мы установили, что в основных хлебозаготовительных степных районах имеется огромная нужда в лесных ма­териалах, которые могут быть предоставлены самим Уралом, в размере 1 млн р., или весь фонд дефицитных товаров следует считать в 13,5 млн р. Вместе с об­комом мы установили, что следует выделить фонд в 20% всех дефицитных то­варов, который должен поступить в общую продажу преимущественно бедно­те, сдавшей ранее хлеб. Вычитывая эти 20%, получаем фонд для премирова­ния хлебозаготовок в размере 10 800 тыс. р. Фонд же для премирования, ис­ходя из 50%, требуется в следующих размерах: план заготовок на январь — март для Урала мы установили в 18 млн пуд., стоимостью кругло в 16 млн р., иначе говоря, премирование требует товарного покрытия в размере 8 млн р. Таким образом, в распоряжении облвнуторга остается товарный резерв в 2800 тыс. р., который страхует от возможных разрывов в поступлении това­ров во времени и дает возможность образовать в Свердловске некоторый то­варный фонд для маневрирования, для подброски в те районы, которые по тем или другим причинам не получат своевременно товаров.
В своих телеграммах я указывал, что Урал может заготовить 39 млн пуд., и об этом с самого начала договаривался с уральскими организациями. Я ис­ходил из следующих соображений: урожай этого года не выше прошлогодне­го. Мы упустили заготовки в I квартале и, второе, что не менее важно, в про­шлом году было заготовлено овса около 19 млн пуд., в этом же году в лучшем случае будет заготовлено 5 — 6 млн пуд., или на 12 — 13 млн пуд. меньше, чем в прошлом году. В 1926/27 г. заготовка всех уральских организаций состави­ла 44,5 млн пуд., скидывая эти 12 млн пуд., мы получим 32 млн пуд. Недобор 7 млн пуд. может быть покрыт увеличением поступления пшеницы. Я остано­вился на этой цифре также и по тактическим соображениям. Весь план снаб­жения Урала, согласованный [с] Наркомторгом, составляет 34,6 млн пуд. Этот план должен быть теперь снижен на следующие количества: а) переход на 80% помол дает экономию в 1 млн пуд., б) снятие со снабжения подавляю­щей части производящих районов — 1,5 млн пуд. и в) недовыполнение плана снабжения в течение I квартала — 1200 тыс. пуд., всего на 3700 тыс. р. Таким образом, мы получим план снабжения Урала кругло 35 млн пуд. (34,6 — 34,7). Я считал правильным зафиксировать эту цифру и установить твердо, что Урал должен дать для вывоза за пределы области 8 млн пуд., предоставляя ему право при увеличении заготовок увеличить свои запасы. Тов. Молотов со мной не согласился и настоял на цифре заготовок 44 млн пуд., которую и НКТорг считал ориентировочной, план же уральцев был с самого начала в 41 млн пуд. Возможность выполнения плана заготовок в 44 млн пуд. я считаю нереальной, ибо в течение первого полугодия заготовлено кругло 16 млн пуд., а на второе полугодие, таким образом, падает 28 млн пуд., или 64% годового плана. Нереальность этого плана дает возможность уральским организациям, ссылаясь на него, не выполнять наряды на вывоз. Мне представлялось более выгодным и с точки зрения нажима мое предложение^* — гарантировать вывоз 8 млн пуд. при минимальном плане заготовок в 39 млн пуд.
М, Фрумкин. ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 19. Д. 318. Л. 2-17. Подлинник.
** Гриф «Секретно» вписан от руки чернилами.
2* Так в тексте.
3* См. док. № 58.
4* Имеется в виду XV съезд ВКП(б).
5* См. док. № 39.
167
№ 54
Из докладной записки уполномоченного ОГПУ по Уралу Г.П.Матсона заместителю председателя ОГПУ Г.Г.Ягоде о результатах выполнения директив ОГПУ и Уралобкома ВКП(б) о репрессиях в отношении частных торговцев
21 января 1928 г.
Доношу результаты наших мероприятий по рынкам по директивам ОГПУ1' и Уралобкома ВКП(б):
/. Хлебный рынок
Арестовано по области частников-хлебников 68 человек.
По округам аресты распределились так: 1) Шадринский — 18 человек, 2) Тюменский — 5 человек, 3) Курганский — 16 человек, 4) Челябинский — 9 человек, 5) Троицкий — 7 человек, 6) Свердловский — 9 человек, 7) Сара-пульский — 5 человек.
У некоторых арестованных хлебников запасы хлебопродуктов определяют­ся до 10 000 пуд. Всего по области опечатано хлеба до 70 000 пуд. (цифры привожу ориентировочно). Зернопродукты передаем Хлебопродукту по син­дицированным ценам. Следствием устанавливается нарушение почти всеми частниками согласительных цен до 60%, что не давало никакой возможности вести заготовку государственным заготовителям. В связи с последними меро­приятиями обкома и нашими операциями на хлебном рынке заготовки дали некоторое повышение, которое в дальнейшем, по всем признакам, должно раз­виваться. Примерно по всей области за 10 первых дней января было заготов­лено 685 000 пуд., а с И по 15 января заготовки дали 403 400 пуд. В некото­рых округах заготовки усиливаются с каждым днем: Ишимский округ 10 ян­варя — 6500 пуд., 11 [января] — 16 345 пуд., 12 [января] — 22 738 пуд. и 13 [января] — 26 683 пуда. Ирбитский округ по плану за 10 дней января дол­жен был заготовить 69 942 пуд., заготовлено 79 118 пуд., т.е. 113%, один день 11 января дал 27 595 пуд. Курганский округ с 1 по 10 января заготовил (один Хлебопродукт) 6716 ц, а только за три дня 11 — 13 января — 14 377 ц. Тюмен­ский округ: по трем заготовительным пунктам Хлебопродукта с 1 по 10 янва­ря заготовлено 12 581 пуд, ас11по13 — 10 672 пуда. К этому прилагаю таб­лицу о ходе хлебозаготовок по данным облторга по состоянию на 15 января2*.
С 10 января по области идет операция по частникам-кулакам, спекулиру­ющим хлебом. В этом вопросе мы заняли такую линию, что берем кулаков, которые представляют собою деревенских торгашей, ведущих заготовку хлеба в большинстве без патента и повышенными ценами. Результаты операции по кулакам сообщу дополнительно3*.
Необходимо отметить, что нажим из области на округа по подталкиванию хода заготовок вызвал во многих из них нервность аппарата, и это передалось в районы (деревню). Такая нервность вылилась прежде всего в репрессивные меры против низового советского аппарата, в частности сельсоветов, председа­тели которых в массовом порядке отдаются под суд. В Пермском округе отда­но под суд до 96 человек работников низового аппарата. В Ишимском округе до 40 человек. Обком и облисполком теперь уже принимают меры по обузды­ванию окружного аппарата от таких мероприятий и ведут линию на сокраще­ние репрессий.
2. Кожевенный рынок
Арестовано по области 171 человек частных кожевников, занимающихся скупкой кожсырья для перепродажи и имеющих свои заводы. Аресты по ок­ругам распределились так: Свердловский — 14 чел., Сарапульский — 19 чел., Тюменский — 9 чел., Златоустовский — 15 чел., Шадринский —
168
16 чел., Пермский — 25 чел., Тагильский — 8 чел., Кунгурский — 38 чел., Курганский — 27 чел.
Опечатано кожсырья до 40 000 штук кож. При арестах мы совершенно не трогали мелких заводчиков, имеющих наемных рабочих 2 — 3 человека, и кус-тарей-квартирников, считая, что эту массу кожников правильной постановкой работы на местах со стороны государственных организаций можно заставить работать в нужном для государства направлении, в частности, таких кустарей можно объединить в кооперативные артели...
3- Мануфактурный рынок
Арестовано по области частных торговцев мануфактурой 137 человек. Аресты по округам распределились так: Свердловский — 60 чел., Перм­ский — 28 чел., Верхне-Камский — 4 чел., Курганский — 9 чел., Челябин­ский — 8 чел., Тюменский — 8 чел., Златоустский — 8 чел., Ирбитский — 9 чел., Шадринский — 3 чел.
Задержано мануфактуры на сумму около 100 000 р.
Установлено, что в течение 3 — 4 месяцев торговцы организовали скупку мануфактуры в государственных организациях: из безработных, «бывших людей», своих семей и исключительно такой мануфактурой, с некоторым по­полнением кустарной, торговали с надбавкой до 150%. Мануфактура скупа­лась и торговцами готового платья, которые пошивали из нее на магазины4*, накидка в этом случае доходила до 200 — 250%.
После снятия с рынка мануфактуристов очереди исчезли и торговля пошла нормально...
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 567. Л. 225-228. Подлинник.
1* См. док. № 31, 35.
2* Таблица в деле отсутствует.
3* Названное сообщение не обнаружено.
4* Так в тексте.
№ 55
Донесение ГПУ Татарии начальнику ЭКУ ОГПУ Г.Е.Прокофьеву о катастрофическом падении хлебозаготовок
24 января 1928 г. Секретно.
№ 808/с
Исполнение телеграмм т. Ягода1* доношу. Январю хлебозаготовки Тата­рии катастрофически падали — первая январская пятидневка вместе [с] не­плановыми заготовками дала 132 декатонн вместо 259 последней декабрьской пятидневки. Взимание крестьянства платежей и задолженности [на] первое января выражалось [к] общему годовому заданию следующем виде: сельхоз­налога собрано было 45%, страхплатежей 16%, семссуды и землеустройству 14%. Крестьянство, его зажиточные слои не только удерживали хлеб, но оття­гивали сдачу платежей. Местные низовые органы власти бездействовали, самогоноварением борьба отсутствовала. Восстановлением санного пути декаб­ре и первых числах января частник хлебном и кожевенном рынках усиленно проявлял свою деятельность, срывая конвенционные цены. Между хлебозаго­товительными организациями имелся ажиотаж нарушением хлебных цен. Ре­зультате мероприятий ударного порядка как [в] отношении мобилизации об­щественного мнения, так и административного воздействия добились резкого перелома, выражающегося в следующем: четвертая январская пятидневка хле-
169
бозаготовкам превысила первую четыре с половиной раза, сбор сельхозналога удвоился, страхплатежей собрано [в] четыре раза больше, семссуде и землеу­стройству процент сбора увеличился два с половиной раза. Темп поступления сбора платежей характеризуется следующими данными: за 20 дней января со­брано два миллиона рублей, за четыре же предыдущих месяца сентябрь —де­кабрь было собрано полтора миллиона рублей. Есть основания полагать, что сельхозналог и страховые платежи первому февралю будут собраны все сто процентов. Семссуде и землеустройству вопрос осложнится, так как затраги­вает маломощные хозяйства, [в] отношении которых меры репрессий не про­водятся. Борьба [с] самогоноварением идет усиленным темпом, давая положи­тельные результаты.
Мероприятия [по] нашей линии [на] протяжении всего времени всей Тата­рии выразились следующем: арестовано частников [по] кожсырью и лжекоо­ператоров 225, заарестовано свыше тридцати тысяч кож, арестовано хлебни­ков спекулянтов 150, злостных неплательщиков налога и агитировавших [за] несдачу хлеба и налога 270. [На] местах допускались первое время перегибы, [в] отношении изжития которых линии обкома и нашей своевременно были приняты меры и даны жесткие директивы. Отмечается особое оживление и увеличение хлебозаготовок низовой кооперативной сетью и большое снижение рассевых заготовок хлебопродукта; местнические действия [в] некоторых мес­тах кооперативной низовки не только тормозят подвоз крестьянством хлеба [на] базарные центры, но и вносят нервность среди сдатчиков его. Для пресе­чения подобного явления даны жесткие директивы и специально высылаются места ответработники [для] расследования и устранения фактов привлечения ответственности невиновных. Явлений первой части телеграммы т. Ягода 122 номером, 23 января, шифром, Татарии не наблюдается2*. Письменный до­клад высылается.
Начальник ТО ОГПУ Кандыбин.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 567. Л. 198-204. Телеграфный бланк.
!* См. док. № 28, 34. 2* См. док. № 52.
№ 56
Докладная записка заместителя начальника Особого отдела ОГПУ Я.К.Ольского «Об усилении крестьянских настроений в армии»1*
24 января 1928 г. Сов. секретно.
№ 033/сс
Начиная с осени 1927 г. в армии замечается некоторый рост крестьянских настроений, каковые, по данным ОО ОГПУ, за последнее время значительно усилились. Особенно сильный толчок этим настроениям дали последние меро­приятия, связанные с усилением хлебозаготовок.
В письмах из деревни в армию регистрируется большое количество жалоб на «притеснения» крестьян, на «восстановление продразверстки» и проч. В одном из писем (Северный Кавказ) крестьянин пишет сыну-красноармейцу об этом же и, как вывод, считает необходимым, чтобы крестьяне-красноармейцы, находящиеся в армии, помогли организовать орган защиты интересов крес­тьянства — крестьянский союз.
170
Отмечается, что политорганы и парторганизации недостаточно разъясняют красноармейцам вопрос положения хлебозаготовок, благодаря чему эти пре­увеличенные сведения, идущие из деревни, среди красноармейцев вместо того, чтобы встретить необходимый отпор и повлечь за собой активное воздействие красноармейской крестьянской молодежи на деревню, находят благоприятную почву для усиления крестьянских настроений в армии (ПУРом соответствую­щая директива ПУОКРам отдается).
До этого нашими органами отмечалось недовольство значительной части красноармейцев Манифестом (7 час. рабочий день), в некоторых же частях были выступления в частных разговорах о том, что правительство заботится только о рабочих — крестьян забывают. Рабочий и так хорошо живет, а поэ­тому крестьянам необходимо организовать свой союз для защиты своих крес­тьянских интересов.
Особо обостренные формы этих обсуждений имеют место в частях, где пролетарская часть красноармейцев ведет себя недостаточно выдержанно, на­пример, в Ленинграде имеют случаи, когда красноармейцы-рабочие, получая городские отпуска, возвращаются от родных в казарму в пьяном виде. Крас­ноармейцы-крестьяне, указывая на эти случаи, высказывают мнение, что про­летариат больше не может служить примером и руководителем крестьянства в дальнейшей борьбе за улучшение его положения, делая вывод о необходимос­ти борьбы за свою собственную организацию в лице крестьянских союзов.
На Украине наряду с ростом крестьянских настроений следует отметить ярко националистический уклон этих настроений, где выдвигается довольно резко вопрос о том, что тяжести, которые несет Украина, зависят от «гнета Москвы». Особо сильно эти настроения имеют место в среде некоторой части льготников и курсантов-украинцев.
Зам. начальника Особотдела ОГПУ Ольский.
РГВА. Ф. 9. Оп. 28. Д. 824. Л. 100—101. Заверенная копия.
** На первой странице документа имеется копия с резолюции: «Послать тов. тов. Ворошилову и Бубнову. Г.Ягода. 24/1—1928 г.».
№57
Справка о движении хлебозаготовок за время с 1 по 15 января 1928 г.
25 января 1928 г. Сов. секретно.
Название районов
1 — 5 января
5 — 10 января
10—15 января
заготовлено в тоннах
%к месячному плану
заготовлено в тоннах
% к месячному плану
заготовлено в тоннах
% к месячному плану
РСФСР
53 492
4,8
88 830
8
14 784
12,7
УССР
49 239
12
69 456
16,9
89 191
21,7
БССР
—
—
—
—
—
_
ЗСФСР
_
—
—
—
—
—
СССР
102 731
6,7
158 286
10,4
230 975
15,1
Примечание: На основании приведенной таблицы следует констатировать, что, начиная со второй пятидневки, заготовки обнаруживают рост как по РСФСР, так и по УССР. Однако общий процент заготовок за последнюю
171
(четвертую) пятидневку отстает от средней для каждой пятидневки нормы, так как за каждую пятидневку должно было бы заготавливаться в среднем 16,6% месячного плана, в то время как за последнюю пятидневку заготовлено, как показано в таблице, только 15,1%.
Начальник 4 отделения ЭКУ ОГПУ Рапопорт. Старший уполномоченный Пономарев.
ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 6. Д. 53. Л. 4. Подлинник.
№ 58
Доклад В.М.Молотова в ЦК ВКП(б) и СТО о поездке на Украину, Урал и в Башкирию по делам хлебозаготовок1*
25 января 1928 г. ЦК ВКП(б), СТО. Копия НКТоргу - тп. Микояну
Начну с предварительных замечаний.
Мои поездки по делам хлебозаготовок были весьма кратковременны. Ко­мандировка на Украину заняла 9 дней, с 28 декабря до 6 января; командиров­ка на Урал и в Башкирию — 8 дней, с И января до 19 января. Во второй ко­мандировке большую половину времени отняла дорога. За время поездки мне пришлось быть в следующих городах и селениях: Харьков, Мелитополь и в Мелитопольском округе: станице Пришиб, с. Цареводаровка, с. Прислав, с. Второ-Покровка и проездом беседовать в вагоне по 1 — 2 часа с руководите­лями партийно-советской работы и практическими руководителями хлебозагото­вительных организаций в гг. Запорожье, Кривой Рог, Кременчуг, Полтава; на Урале останавливался в Свердловске и Челябинске и в Башкирии — в Уфе.
Вся обстановка и, прежде всего, крайняя недостаточность времени, оказав­шегося для хлебозаготовительной кампании, требовали особой ударности ра­боты. Исходя из необходимости этой ударности, я и стремился добиться соот­ветствующего отношения к делу хлебозаготовок со стороны местных партийных организаций и самих хлебозаготовителей. Этой работе во многом помогли со­провождавшие меня товарищи: ответственные инструктора ЦК тт. Гриневич и Яковлев и присоединившийся к нам председатель Хлебопродукта т. Лобачев.
В связи со сказанным выше (кратковременность поездки, ударность рабо­ты) мне не приходится претендовать на полноту своих замечаний и выводов. Тем не менее, имевшаяся у меня возможность ознакомиться с многими факта­ми местной работы дает основание остановиться не только на важнейших во­просах для хлебозаготовительной кампании, но и на ряде отдельных сущест­венных вопросов из области практической работы партийных, советских и ко­оперативных органов в целом. Доклад разделяю на три части: а) замечания о поездке на Украину; б) замечания о поездке на Урал и в Башкирию и в) вы­воды (из наблюдений от обеих поездок).
/. Замечания о поездке на Украину
1. Ход хлебозаготовок. Украина в общем плане хлебозаготовок СССР в этом году занимает исключительно важное место, выполняя 37%2* общего плана. Это составляет 265 млн пуд. (и в том числе 15 млн пуд. масло-семян). Ход хлебозаготовок за полугодие июль—декабрь в сравнении с прошлым годом виден из следующей диаграммы3*.
Таким образом, начиная с октября, хлебозаготовки из месяца в месяц па­дали. Ход хлебозаготовок за декабрь показал яркое падение, причем пятая де­кабрьская пятидневка, которую мы получили, уже приехав в Харьков, была
172
наихудшей в декабре. На 1 декабря было выполнено всего 51% годового зада­ния против 64% в предыдущем году. По отдельным культурам — относитель­но лучше заготовки по пшенице, особенно плохо было с кукурузой.
Несмотря на катастрофическое падение хлебозаготовок в октябре—декаб­ре, большинство руководящих работников Украины не придавало этому факту должного значения. В успокоительном смысле влияли, между прочим, следующие обстоятельства: во-первых, то, что абсолютный размер хлебозаго­товок на первое декабря превышал соответствующую цифру прошлого года, а именно, достигал 136 млн пуд. против прошлогодних 125 млн пуд.; во-вто­рых, — и это особенно важно — украинские руководящие органы исходили из своего ноябрьского постановления об уменьшенном плане хлебозаготовок до 245 млн пуд. (с масло-семенами), а установленное в связи с этим самой Ук­раиной частное задание на 25 декабря было выполнено в размере 115%, т.е. с превышением на 15%. Между тем, за этими внешне неплохими цифрами скры­валось совершенно неудовлетворительное положение с хлебозаготовками. От­сюда вытекало, что одной из первых моих задач было добиться вместе с ру­ководящими работниками ЦК КП(б)У правильного и вполне ясного представ­ления о действительном положении с хлебозаготовками на Украине и, в связи с этим, разъяснения партийной организации Украины совершенно недопусти­мого положения, создавшегося в этом деле.
2. Годовой план хлебозаготовок. Вопрос о годовом плане (задании) хле­бозаготовок естественно является основным и первым вопросом всей кампа­нии. По приезде в Харьков я выяснил, что с этим вопросом на Украине дело обстоит явно неблагополучно. В то время, как Наркомторг СССР исходит из плана в 265 млн пуд., руководящие партийные и советские органы Украины установили еще в ноябре свой план в 245 млн пуд., при этом Наркомторг УССР т. Чернов в первом же разговоре со мной заявил, что от Наркомторга СССР он, в сущности, не имеет точного задания. В подтверждение этого т. Чернов представил мне письмо члена коллегии Наркомторга СССР т. Вей-цера от 30 ноября (см. приложение № I)4*. Должен признать, что это письмо т. Вейцера не представляет из себя достаточно твердой директивы о годовом плане хлебозаготовок на Украине. Других директив Наркомторг УССР по во­просу о годовом плане не получил, несмотря на то, что ЦК КП(6)У и УЭСО приняли другой упомянутый выше уменьшенный план и руководствовались в своей работе этим последним, а не планом Наркомторга СССР.
Входить в подробный экономический анализ обоснования той или другой цифры годового задания, ввиду указанных выше обстоятельств, конечно, не мог. Мне приходилось, прежде всего, исходить из установленного для Украи­ны Наркомторгом СССР плана, который на мой запрос из Харькова был под­твержден в размере 265 млн пуд. Однако, помимо формальной обязательности директив союзных органов, у меня имелся ряд соображений в пользу настаи­вания на годовом задании Наркомторга СССР. Эти соображения были выска­заны мною и заключались в следующем.
Во-первых. На совещании с хлебозаготовителями 30 декабря, при участии тт. Чернова, Чубаря и Кагановича, выяснилось, что из подлежащих дополни­тельному разверстанию между хлебозаготовителями 20 млн пуд. один Хлебо­продукт согласился взять на себя дополнительное задание в 5 млн пуд. Это значит, что один Хлебопродукт брал на себя выполнение 25% дополнительно­го задания в то время, как роль Хлебопродукта в общем плане хлебозаготовок на Украине была ограничена всего 12% общего плана. Соответствующие заяв­ления представителя украинской конторы Хлебопродукта т. Боровского и председателя Хлебопродукта, хорошо знающего Украину т. Лобачева, свиде­тельствовали о безусловной возможности повысить план хлебозаготовок, при­нятый на Украине.
173
Во-вторых. Само составление хлебофуражного баланса и определение хлебных излишков не могло не вызывать ряда существенных сомнений в пра­вильности и полноте соответствующих данных. Это сомнение было целиком подтверждено фактами, как только мы сделали первую попытку разобраться на месте в конкретных данных по одному округу — Мелитопольскому.
Забегая несколько вперед, остановлюсь на мелитопольском примере. По приезде в Мелитополь мы установили, что утвержденный в августе хлебофу­ражный баланс исходил из излишков в округе по ржи и пшенице в 15,5 млн пуд. и из недостатка по остальным хлебам около 4 млн пуд. Оказалось даль­ше, что принятый осенью мелитопольскими органами план хлебозаготовок в 14,1 млн пуд. был ко времени нашего приезда (1 января) уже полностью вы­полнен, причем выполнен фактически самотеком. Затем выяснилось, что, со своей стороны, украинские центральные органы возлагали, исходя из общего плана в 245 млн пуд., на Мелитопольский округ задание в 21 млн пуд. Это задание вызывало в Мелитополе решительные возражения, а соглашались на план в 17,5 млн пуд. А после этого мне, правда, не без значительного настоя­ния, удалось добиться согласия Мелитопольского окружкома на принятие плана в 23 млн пуд., что было установлено ЦК КП(б)У, исходя из последнего плана (265 [млн пуд.]). Из этого видно, насколько неправильными и притом грубо преуменьшенными были на Украине (и, очевидно, не только там) ис­числения хлебофуражного баланса и, в частности, исчисления хлебных из­лишков. В результате обсуждения с руководящими работниками ЦК КП(б)У годового плана хлебозаготовок на Украине Политбюро ЦК КП(б)У пришло 30 декабря к единогласному решению, приняв план в 265 млн пуд.
Ознакомление с вопросом о годовом плане хлебозаготовок на Украине подчеркнуло следующие моменты: а) крайнюю неудовлетворительность хлебо­фуражных балансов и, в частности, явное преуменьшение в них излишков; б) отсутствие элементарной четкости и дисциплины в работе советских орга­нов в области хлебозаготовок (отсутствие четкого задания со стороны Нарком-торга СССР; «свои» планы заготовок по Украине; а кроме того, «свои», не связанные не только с союзными заданиями, но и с решениями украинских центров, окружные планы заготовок).
3. План кампании и заготовители. Основную роль в хлебозаготовках этого года на Украине выполняет кооперация, на которую приходится 66% всех заготовок против 40% в прошлом году. Более детальное распределение плана (245 млн пуд.) между заготовителями таково: Сельский господарь66 — 36%, ВУКС - 30%, Укрхлеб - 21% и Хлебопродукт - 12%. Здесь важно от­метить, что кооперация производит заготовки, по ее подсчетам, примерно через 4 тыс. низовых кооперативов (1500 сельскохозяйственных и 2500 потребитель­ских), а фактически теперь гораздо больше; Укрхлеб производит заготовки, главным образом, через свои мельницы; Хлебопродукт при помощи принадлежа­щих ему элеваторов. Каждый из заготовителей (Хлебопродукт, Укрхлеб) значи­тельную часть заготовок ведет также на основе договоров с кооперацией.
Все это ставит заготовки в огромную зависимость от работы кооперации. Эта зависимость для данного момента (года) на Украине чрезмерно велика. Это видно хотя бы из следующего. Осенью кооперативные центры упорно дрались за максимальное расширение своего заготовительного плана. С другой стороны, когда теперь решался вопрос о дополнительных 20 млн [пудов] к принятому на Украине годовому плану, наибольшее сопротивление оказывала этому именно кооперация, как сельскохозяйственная, так и потребительская.
Нет нужды доказывать, что при всей необходимости и целесообразности постепенного усиления роли кооперации в хлебозаготовках работа кооперации в этой области имеет в настоящих условиях и свои огромные специфические трудности. К этим относятся: сравнительная молодость и большая слабость
174
многих местных кооперативных организаций; демократический (выборный) характер руководящих органов при отсутствии зачастую элементарной коопе­ративной дисциплины; и, наконец, сам классовый характер (преобладание се­редняков, а иногда и прямое влияние зажиточно-кулацких элементов) коопе­рации, дающий себя знать на каждом шагу в таком деле, как хлебозаготовки. Поэтому при несомненном улучшении работы кооперации в деревне, иногда уже ведущем к совершенно недопустимому самодовольству у кооперативных работников, — в этом году, да и на ближайшие еще несколько лет, огромное значение в деле хлебозаготовок будут и должны иметь государственные хле­бозаготовительные органы.
Между тем, положение государственных заготовителей на Украине далеко нельзя признать нормальным. Во-первых, на Украине существуют две госу­дарственных организации (Хлебопродукт и Укрхлеб), ведущие между собой бешеную конкурентную борьбу. Во-вторых, вся политика и практика руково­дящих украинских организаций такова, что для работы местной организации (Укрхлеб) систематически создаются все большие преимущества и, с другой стороны, для общесоюзной организации, Хлебопродукта, уже создалась со­вершенно ненормальная обстановка, не говоря уже о том, что роль Хлебопро­дукта на Украине в этом году крайне понижена (до 12% в общем плане про­тив... 5* в прошлом году), вокруг всей работы Хлебопродукта создалась не­доброжелательная атмосфера со стороны местных заготовителей, конкуриру­ющих между собой, но выступающих против Хлебопродукта более или менее объединенно и вместе с Наркомторгом. Должен еще отметить, что согласие Хлебопродукта на увеличение своего плана хлебозаготовок на 5 млн пудов из дополнительных 20 млн пудов во всяком случае не способствовало улучшению отношения местных заготовительных и регулирующих органов к нему. После этого со стороны отдельных руководящих работников в отношении Хлебопро­дукта нападки дошли до обвинений в авантюризме, дезорганизации хлебоза­готовок и т.п. (например, случай с т. Сафроненко, о чем дальше).
Несмотря на все это, мне пришлось ставить вопрос о коренн