close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

НА СТАПЕЛЯХ ПОД ОГНЕМ. Сост. С. А. Боголюбов. 1986

код для вставкиСкачать
тшшш под ОГНЕМ СБОРНИК ВОСПОМИНАНИЙ И ОЧЕРКОВ Лениздат-1936 63.3(2)722 Н12 Судостроителям, павшим при обороне Ленинграда, посвящается Составитель С. А. БОГОЛЮБОВ В подготовке сборника принимали участие Л. М. Видуцкий, В. Г. Клемпер, В. К. Красавкин, И. А. Лейтман, А. Д. Минченков, Г. И. Мишкевич, Ж. А. Николаева, С. Ф. Севастьянов, Б. А. Цацко, В. Е. Чернобривец Научный редактор Л. М. Видуцкий Рецензенты: кандидат исторических наук А. Р, Дзенискевич, С. А. Зонин, Ю. А. Стволинский, А. К. Усыскин На стапелях под огнем: Сборник воспоминаний Н12 и очерков/[Сост. С. А. Боголюбов]. — Л.: Лениз-
дат, 1986. — 384 с, ил. Сборник посвящен героическому труду ленинградских судострои­
телей в годы Великой Отечественной войны. В условиях блокады города, невзирая на бомбежки и артобстрелы, голод и холод, они ремонтировали боевые корабли Балтийского флота, готовили транс­
портные суда для Дороги жизни. Авторы сборника — ветераны войны и труда, бывшие рабочие и инженеры заводов, хозяйственные и и партийные руководители, моряки. Книга рассчитана на массового читателя. 0505030202—083 Н м < 7 1/п о > о* 93—86 М171( 03) -86 63.3(2)722 Лениздат, 1986 К ЧИТАТЕЛЯМ Книга «На стапелях под огнем» написана непосред­
ственными участниками грозных событий периода обо­
роны Ленинграда, и в этом заключается особая цен­
ность публикуемых в ней материалов. В книге охвачены почти все основные аспекты де­
ятельности судостроителей города в период блокады, однако исчерпать эту тему в одном сборнике, естествен­
но, невозможно. Советы ветеранов, заводские музеи трудовой и боевой славы продолжают работу по соби­
ранию и обобщению материалов с тем, чтобы в макси­
мальной степени запечатлеть все то, что сделано было ленинградскими судостроителями в годы войны. Литература, посвященная героической защите горо­
да Ленина, весьма обширна, поэтому каждая новая публикация на данную тему должна содержать неизве­
стные ранее факты и сведения. В настоящем сборнике впервые весьма обстоятельно освещается ратный и тру­
довой героизм рабочих ленинградских судостроитель­
ных предприятий, а также рассказывается о новых фак­
тах. Например, мало кому известно, что в создании тан­
ков, которые выпускал Кировский завод в Ленинграде, участвовали и судостроители: ижорцы поставляли бро­
ню, корпуса и башни танков, балтийцы, ждановцы и ад-
миралтейцы вели обработку брони. Так же обстояло де­
ло и с выпуском полковых 76-мм пушек: головным яв­
лялся Кировский завод, а многие детали для них изго­
тавливались в цехах судостроительных и других пред­
приятий. Широко известно о выпуске автоматов на Сестрорец-
ком инструментальном заводе им. Воскова, но о том, что автоматы делали и рабочие завода им. А. А. Кула­
кова, впервые рассказывается- в настоящей книге. Также впервые освещается и факт массового изготовле­
ния работниками Адмиралтейского и Балтийского заво­
дов батальонных минометов. Судостроители Ленинграда, используя имевшиеся запасы корабельной брони, построили более 1000 броне­
вых дотов, большую часть железнодорожных артилле­
рийских батарей, вооруженных морскими 130-мм даль­
нобойными орудиями. Во многих книгах рассказывается о славных боевых делах КБФ в годы блокады и войны, но почти обойдены молчанием многочисленные факты совместной героиче­
ской борьбы военных моряков и судостроителей за вос­
становление поврежденных в бою кораблей. В настоя­
щем сборнике этот существенный пробел устранен. До­
статочно сказать, что под огнем врага, в тяжких усло­
виях блокады, судостроители и военные моряки более 850 раз возвращали в строй линейные корабли, крейсе­
ры, эскадренные миноносцы, торпедные и бронекатера, тральщики и другие корабли. Многие рабочие при арт­
обстрелах и бомбежках погибли на стапелях и в цехах, как воины в бою... Создание сборника стало возможно благодаря под­
держке и помощи Ленинградской партийной организа­
ции, Министерства судостроительной промышленности СССР, ЦНИИ им. академика А. Н. Крылова, НТО им. академика А. Н. Крылова, руководства и общественно­
сти ленинградских судостроительных заводов. Большое содействие в уточнении дат, событий и фак­
тов по архивным материалам было оказано директором Института истории партии при Ленинградском обкоме КПСС 3. С. Миронченковой и старшим научным со­
трудником ЦВМА А. А. Лучко. Авторский коллектив и организаторы сборника вы­
ражают глубокую благодарность всем тем, кто содей­
ствовал созданию настоящей книги. СУДОСТРОИТЕЛИ НА ЗАЩИТЕ ЛЕНИНГРАДА К началу Великой Отечественной войны благодаря заботам и вниманию Коммунистической партии и Совет­
ского правительства наша страна располагала"мощ­
ным Военно-Морским Флотом. Создание такого флота стало возможно в результате индустриализации стра­
ны, коллективизации сельского хозяйства, успешного выполнения трудящимися СССР пятилетних планов. В тридцатые годы партией и правительством была приня­
та программа постройки морского и океанского флота, соответствующего государственным интересам Совет­
ского Союза. В конце 1940 г. в соответствии с этой про­
граммой в постройке находилось 219 кораблей. Часть из них вступила в строй в первой половине 1941 г., многие достраивались во время войны. Новые корабли по сво­
им тактико-техническим данным превосходили корабли капиталистических стран. Большой вклад в развитие и организацию фундаментальных научных исследований внесли выдающиеся ученые-судостроители А. Н. Кры­
лов, Ю. А. Шиманский, П. Ф. Папкович, В. Л. Поздю-
нин, В. И. Першин, В. Г. Власов, М. И. Яновский. В создание проектов первоклассных кораблей и по­
вышение боевых качеств кораблей, находившихся в строю на Балтике в период войны, существенный вклад внесли руководители проектирования и главные конст­
рукторы: В. В. Ашик, С. А. Базилевский, Ю. Ю. Бенуа, В. М. Бурлаков, Ю. Г. Деревянко, М. В. Егоров, Л. Л. Ерм_аш, Я- А. Копержинский, Н. Г. Лощинский, Б. М. Малинин, А. И. Маслов, В. И. Неганов, В. А. Ни­
китин, Л. М. Ногид, М. А. Рудницкий, А. Г. Соколов, Е. С. Толоцкий, С. Ф. Фармаковский, Н. М. Хомяков, Б. Г. Чиликин, Е. И. Юхнин, О. Ф. Якоб и многие дру­
гие. Обеспечили в годы войны оперативное выполнение заказов фронта руководители судостроительной про­
мышленности И. И. Носенко, Н. М. Разин, А. М. Редь-
кин, Г. Д. Каплун, Н. В. Исаченков и многие другие. Ленинград перед войной занимал ведущее" место в судостроении страны. С его стапелей сошла на воду значительная часть судов отечественного морского фло­
та. Но с началом войны центр тяжести трудовых усилий ленинградских судостроителей переместился на прове­
дение восстановительных ремонтов кораблей, получав­
ших боевые повреждения, на вооружение гражданских судов и обеспечение заданий фронта. Только за период с 22 июня 1941 г. по 1 января 1942 г. ленинградские судостроители передали ВМФ 280 кораб­
лей, катеров, судов и плавсредств, выполнили аварийно-
боевой ремонт на 138 кораблях и судах, установили различное вооружение на 119 кораблях. За тот же пе­
риод судостроители изготовили 4 бронепоезда, 13 бро­
немашин, более 1000 броневых дотов, выпустили 1155 лафетов к полковым пушкам, 65 тыс. авиабомб, 109 тыс. мин, свыше 278 тыс. деталей для танков и т. д. Кроме того, на судостроительных заводах была построена большая часть сыгравших важную роль в обороне горо­
да железнодорожных батарей, вооруженных 130-мм морскими орудиями и 37-мм зенитными пушками 1. Все судостроительные предприятия города подверга­
лись интенсивному вражескому артиллерийскому об­
стрелу и бомбардировкам с воздуха. Особенно трудные условия сложились на заводе им. А. А. Жданова, терри­
тория которого оказалась в непосредственной близости от переднего края. Несмотря на это, ждановцы не раз ремонтировали эсминцы, получавшие повреждения в боях, и обеспечили вступление в строй двух эсминцев, находившихся на артиллерийских позициях на Неве. Балтийский судостроительный завод летом и осе­
нью 1941 г. снова ввел в строй, после устранения серьез­
ных боевых повреждений, линкор, крейсер и 6 эсминцев. Зимой 1941/42 г. балтийцы вновь отремонтировали лин­
кор, 2 крейсера, 6 эсминцев и 5 подводных лодок. На заводах Адмиралтейском и «Судомех» отремонти­
ровано было 55 кораблей, свыше ста раз здесь устраня­
лись боевые повреждения подводных лодок, капитально ремонтировались другие корабли. Незабываемыми трудовыми подвигами судостроите­
лей и судоремонтников Ленинграда, Кронштадта, воен­
ных моряков КБФ являются восстановление тяжело по­
врежденных боевых кораблей: лидера «Минск», крейсе-
1 См.: Центральный военно-морской архив (далее ЦВМА), ф. 13, он. 71, д. 188, л. 63—73. ров «Максим Горький»,' «Киров», «Петропавловск», сто'рожевого корабля «Конструктор», канонерской лод­
ки «Красное знамя», введение в строй артиллерии глав­
ного калибра линкора «Марат». Неоценимый вклад внесли ленинградские судострои­
тели и в обеспечение деятельности легендарной Дороги жизни через Ладожское озеро. Весной 1942 г. на пу­
стынном берегу Ладоги, в бухте Гольсмана, за два с половиной месяца была сооружена временная верфь, на которой построили 14 стальных барж общей грузоподъ­
емностью 13 тыс. т. Первую баржу создали за 20 дней, а остальные сначала за 10, а затем и за 6 дней (при до­
военной норме 3—4 месяца). К осени 1942 г. на Ладоге вошли в строй 115 самоходных тендеров и плашкоутов, принимавших по 15—25 т груза, и один большой само­
ходный тендер на 100 т. На Сясьской верфи речники строили деревянные баржи грузоподъемностью 300 т. О масштабах летних перевозок через Ладогу свиде­
тельствуют такие данные: за время блокады по ледовой трассе было эвакуировано около 638 тыс. чел. и ввезено 575 тыс. т грузов, а водным путем — 738 тыс. чел. и 1040 тыс. т грузов 1, Во время войны на Балтике, особенно в Финском за­
ливе, противник широко использовал минное оружие, авиацию и боевые катера различного назначения. Для борьбы с ними потребовалось создать соответствующие средства противодействия и дооборудовать действую­
щие корабли, с целью усиления их зенитного вооруже­
ния и противоминной защиты. Возникла необходимость в новых типах кораблей малого тоннажа для боевых действий в шхерах, узкостях и вблизи берегов с целью поддержки флангов сухопутных войск и высадки десан­
тов, для борьбы с подводными лодками, а также траль­
щиков и средств траления. На действовавших кораблях было усилено зенитное вооружение, устанавливались размагничивающие уст­
ройства. Для защиты от бомб и снарядов на палубах укладывались броневые плиты. Вспомогательные меха­
низмы подводных лодок устанавливались на амортиза­
торах. В течение всей войны ленинградцы пополняли КБФ судами и кораблями. Всего за время войны ленинград­
ские судостроители передали флоту более 850 новых ко­
раблей и катеров и более 100 модернизированных и пе-
1 БСЭ. 3-е изд., т, 8, с. 1362—1363, реоборудованных кораблей, которые приняли активное участие в разгроме гитлеровцев на Балтике. Этот факт имеет не только военно-экономическое, но и большое политическое значение, поскольку гитлеров­
ская пропаганда неоднократно объявляла, что «Ленин­
град и его промышленность практически уничтожены». Заслуживает внимания не только сложность выпол­
ненных работ, но и необычайно короткие сроки их ис-* полнения, которые никогда до войны не были достигну­
ты ни на одном судостроительном заводе. Например, серьезные повреждения крейсера «Максим Горький» в результате взрыва мины потребовали от судостроителей сложнейших инженерных и производственных решений. Балтийский судостроительный завод в чрезвычайно короткий срок — за полтора месяца — восстановил крейсер. Ремонт крейсера «Киров» после вражеских бомбовых ударов был выполнен балтийцами за два ме­
сяца вместо полугода. Первый морской бронекатер (МБК) с двумя башнями был построен в три раза быст­
рее, чем предусматривалось по нормативам, и т. д. Тяжкие условия блокады, острая нехватка рабочих, инженеров, конструкторов потребовали привлечения' на заводы женщин и подростков. Необходимо отметить большую помощь военных моряков в ремонте кораблей. Роль личного состава кораблей в выполнении судостро­
ительными заводами планов и заданий, связанных с восстановлением и повышением боеготовности Красно­
знаменного Балтийского флота, была исключительно ве­
лика. Программу аварийно-боевого ремонта более 200 ко­
раблей, принятую Военным советом фронта в тяжелую зиму 1941/42 г., когда физические силы ленинград­
цев были предельно истощены, военные моряки — крас­
нофлотцы и командиры выполняли наравне с судостро­
ителями. Количество краснофлотцев порой превышало число рабочих, непосредственно занятых на ремонте ко­
раблей, в 3—4 раза; на кораблях в начале 1942 г. ра­
ботало всего около 500 рабочих и бригадиров. Большая часть рабочих изготавливала сложные корабельные детали и изделия в цехах, занималась восстановлением разрушенных помещений, станков, кранов. Но без судо­
строителей, работавших на кораблях, личный состав, естественно, не справился бы самостоятельно с построй­
кой и ремонтом. Мастера, бригадиры, высококвалифи­
цированные монтажники технически руководили всем делом, обучали краснофлотцев судостроительным спе­
циальностям. Своих наставников на кораблях моряки любили и берегли. Когда судостроительные заводы приступили к по­
стройке новых БМО, МБК, МТ, КТЩ, плашкоутов для Ладоги и др., корабли и соединения флота брали шеф­
ство над определенным заказом, и сотни краснофлотцев на стапелях, в цехах, на сборочных площадках под ру­
ководством мастеров и бригадиров помогали судостро­
ителям. Здесь, пожалуй, следует отметить особую роль, кото­
рую играли в годы войны представители ГУК НК ВМФ на заводах. Его контрольно-приемный аппарат, возглав­
лявшийся в военное время уполномоченными ГУК НК ВМФ в Ленинграде контр-адмиралом-инженером А. А. Якимовым и капитаном первого ранга-инженером А. К. Усыскиным, состоял из высококвалифицированных кораблестроителей, инженеров-механиков, электриков и вооруженцев. Этот коллектив своей неутомимой деятель­
ностью оказывал существенную помощь судостроите­
лям. Зная возможности и ресурсы флота, он организо­
вывал обеспечение и связь между флотом и промыш­
ленностью Ленинграда, активно содействовал восста­
новлению и повышению боеготовности кораблей Крас­
нознаменной Балтики. Уполномоченный ГУК НК ВМФ и его аппарат совместно с представителями судострои­
тельной промышленности обеспечивали через государ­
ственные органы и отраслевые наркоматы изготовление и поставку вооружения или механизмов, производство которых в Ленинграде было в то время невозможно. Уполномоченный ГУК НК ВМФ и его аппарат рас­
пределяли между заводами талоны на дополнительное питание, выделявшиеся Военным советом Ленфронта (250 пайков) для судостроителей, работавших на ре­
монте кораблей. Это помогло сохранить жизнь многим работникам предприятий. На промышленных предприятиях трудились около 100 ученых, инженеров ЛКИ и научных работников — судостроителей. В июле 1941 г. при горкоме партии была создана ко­
миссия по рассмотрению и реализации оборонных изоб­
ретений. В ее работе участвовали крупнейшие ученые Ленинграда, в том числе академик-кораблестроитель А. Н. Крылов. Многие исследования проводились непосредственно на действующих боевых кораблях. Рабочие, инженеры и ученые разрабатывали образцы новой боевой техники, на кораблях устанавливались средства противоминной защиты, разработанной проф. А. П. Александровым и учеными ЛФТИ. Ученые помогли техническому отделу КБФ в создании и оборудовании СБР. К началу войны КБФ уже располагал тралами для борьбы с неконтактными минами. Конструкторы и рабо­
чие завода «Судомех» при активном участии военных моряков к навигации 1942 г. создали катерные и змей­
ковые тралы и организовали их массовое производство. Всего за период блокады судостроители передали фло­
ту около 1200 комплектов контактных и неконтактных тралов 1. Специалисты ВМФ, изучая боевые повреждения, разрабатывали меры по повышению живучести кораб­
лей. Ученые-судостроители и военные специалисты уча­
ствовали в решении сложнейших вопросов, связанных с обеспечением прочности, остойчивости кораблей, помо­
гали флоту в освоении и ремонте двигателей. Конструкторы-приборостроители по заданию коман­
дования помогали восстанавливать поврежденные в бо­
ях корабельные системы и приборы, а группа ученых со­
здала радиолокационную станцию «Редут», с помощью которой уверенно обнаруживались объекты в радиусе почти 100—200 км. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 января 1942 г. за успешное выполнение оборонных за­
даний большая группа ленинградцев, в том числе уче­
ных, была награждена орденами и медалями2. На юбилейной сессии Академии наук СССР 26 июля 1945 г., посвященной 220-летию со дня ее основания, с приветствием от имени моряков-балтийцев выступил ви­
це-адмирал Л. А. Владимирский. Он горячо поблагода­
рил ленинградских ученых и инженеров, находивших в себе силы в тяжелое и голодное зимнее время 1941/42 г.^ для деятельного участия в строительстве новых" и оснащении действующих кораблей новейшей боевой техникой. Подвиг инженеров и ученых в дни блокады навсегда останется в летописи- героической обороны Ленинграда как одно из ярчайших проявлений патрио­
тизма советской интеллигенции. Ленинградцы не только защищали свой родной го-
1 См.: Краснознаменный Балтийский флот в битве за Ленин­
град. 1941 — 1944. М., 1973, с. 415. 2 Кольцов А. В. Ученые Ленинграда в годы блокады (1941 — 1943). М— Л., 1962; Соболев Г. Л. Ученые Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. М., 1966. 10 род, но и оказывали помощь другим фронтам. В разгар битвы за Москву они отправили москвичам на транс­
портных самолетах в разобранном виде более тысячи полковых пушек и минометов, в изготовлении которых участвовали и судостроители. • Судостроители активно помогали сухопутному фрон­
ту — строили переправочные средства, выпускали трубы для Ладожского нефтепровода, организовали специали­
зированное производство и участвовали в выпуске бо­
лее 3 тыс. минометов, свыше 200 тыс. автоматов для Ленинградского и других фронтов. В первую блокадную зиму судостроители переобору­
довали две городские электростанции на местные виды топлива (торф), смонтировали завод для изготовления пищевого белка из опилок, оборудовали гарнизонный госпиталь, работали на очистке и восстановлении горо­
да, заготовке топлива и т. д. Работники крупнейшего в городе 16-го строительно-
монтажного треста участвовали в сооружении Лужской укрепленной полосы, Московского сектора обороны го­
рода, бомбоубежищ, переоборудовании школ под гос­
питали, а весной 1942 г. соорудили временную верфь на берегу Ладоги. Вместе со многими ленинградцами тысячи добро­
вольцев-судостроителей вступили в ополчение. Семь ар-
тиллерийско-пулеметных батальонов (из 16) состояли в основном из судостроителей. На верфях, кроме того, бы­
ли сформированы два ополченческих полка и один партизанский, а также десятки истребительных и рабо­
чих батальонов, партизанских отрядов. Рабочие Ижор-
ского завода осенью 1941 г. встали на защиту Колпина и помогли регулярным частям Красной Армии остано­
вить врага. Ленинград находился в блокаде, но никогда не был оторван от страны. Руководство всей героической де­
ятельностью ленинградцев-трудящихся и военных моря­
ков в интересах победы над врагом постоянно осуществ­
ляли Центральный Комитет нашей партии и Советское правительство, Ленинградские областной и городской комитеты партии. Ленинградские судостроители и ученые, личный и инженерный состав Краснознаменного Балтийского флота при повседневном руководстве Ленинградской партийной организации, Военных советов фронта и КБФ с честью выполнили свой долг перед страной в го­
ды Великой Отечественной войны. 11 Когда отгремели ее последние залпы, наши ученые, инженеры и рабочие создали принципиально новую ба­
зу для строительства Военно-Морского Флота. Неизме­
римо возросли мощность и технологические возможно­
сти судостроительной промышленности СССР. Сегодня наш Военно-Морской Флот, созданный руками рабочих, конструкторов, инженеров и ученых судостроительной промышленности, представляет собой грозную силу, способную защищать интересы и безопасность нашей Родины. П. Г. КОТОВ, адмирал-инженер, Герой Социалистического Труда РАЗДЕЛ НА ВОЕННЫЕ РЕЛЬСЫ М. М. РОГОВ С КИИ (1909), в годы войны — заместитель начальника деревообрабатывающего цеха Петрозавода Впереди — коммунисты Эти строки — о тружениках Петрозавода — старей­
шего завода на берегах Невы, ровесника нашего горо­
да. В годы Великой Отечественной войны коллектив Петрозавода умножил трудовую и революционную сла­
ву предприятия, внес свой вклад в дело великой победы над фашизмом. Коммунисты предприятия, как всегда и всюду, шли в первых рядах. Воскресенье 22 июня 1941 г. оказалось для тружени­
ков Петрозавода рабочим днем — действовал скользя­
щий график выходных. В полдень радио передало сооб­
щение о разбойничьем нападении фашистской Германии на Советский Союз. Надо было видеть судостроителей в эти минуты. Ни следа растерянности, паники! Словно невидимая сила сжала в кулак гнев и волю людей. О боевом духе коллектива можно судить по тому, что все 247 коммунистов, состоявших на учете в партор­
ганизации, как один, подали заявление о зачислении в народное ополчение. Их примеру последовали и 1789 беспартийных, т. е. практически все, кто мог держать в руках оружие, рвались на фронт. Для рассмотрения заявлений и формирования воени­
зированных отрядов по предложению парторга ЦК ВКП(б) на заводе В. И. Романовского были созданы две комиссии. Около ста коммунистов ушли в Красную Армию, 16 — в партизанский отряд Красногвардейского района. Командиром отряда назначили старого больше­
вика, мастера ОТК Михаила Петровича Рощина, на­
гражденного орденом Красного Знамени за участие в 13 подавлении кронштадтского мятежа. Позднее, в апреле 1942 г., на заводе сформировали рабочий батальон, в состав которого вошли 66 коммунистов. Командиром батальона стал главный энергетик коммунист В. В. Ша-
ламон, политруками — начальник механического цеха Г. А. Баркан и начальник отдела кадров Д. И. Мель­
ников. В первые же недели войны около 470 высококвали­
фицированных специалистов были направлены на одно из тыловых предприятий, чтобы там строить корабли. Для тех, кто остался, работы хватало и на стапелях, и в цехах завода, и вне его стен. В начале июля коллектив Петрозавода получил от­
ветственное задание: в самые сжатые сроки организо­
вать производство корпусов противопехотных мин и авиационных бомб. Все тут было новым для судострои­
телей — и сама продукция, и технология, и оснастка. Но петрозаводцы в считанные дни разработали и изготови­
ли более 180 типов режущих и измерительных инстру­
ментов, приспособлений. Вся тяжесть этой работы легла на плечи инструментальщиков Е. Ф. Подреза, И. М. Кли­
менко и других. Фрезеровщик коммунист И. И. Пет­
ров несколько суток не выходил из цеха, пока полно­
стью не выполнил задание. Равняясь на таких, как он, в инструментальном цехе все трудились по 12 и более ча­
сов в сутки. Уже в августе предприятие дало корпусов мин и авиабомб больше, чем намечалось в задании. И это в условиях, когда ушедших на фронт кадровых спе­
циалистов заменили женщины и подростки! Другой неотложной задачей, поставленной перед коллективом, было сооружение огневых точек. Петроза-
вод являлся головным предприятием, ответственным за работу на участке одного из секторов внутренней оборо­
ны города, располагавшегося прямо за проходной, в районе Новочеркасского проспекта. В короткий срок вы­
рыли противотанковый ров длиной около 6 км, создали две линии укреплений, оснащенных 30 дзотами и 50 площадками для станковых пулеметов. Руководил рабо­
тами заместитель директора С. М. Аксенов, а прорабом был начальник строительного цеха коммунист Р. Г. Ман (ныне председатель совета ветеранов Петрозавода). Более 120 рабочих и инженерно-технических работ­
ников вошли в состав 2-го строительного эшелона (от­
ряда) Красногвардейского района. Этим эшелоном, на­
считывавшим около 2000 человек с различных предпри­
ятий района, руководили коммунисты завода: коман-
14 дир — автор этих строк, комиссар — мастер П. Ф. Ма­
каров. С 14 июля до 28 августа 1941 г. отряд сооружал в районе Колпино — Мга противотанковый ров, огневые точки. Когда работы приблизились к концу, для до­
стройки' рва оставили группу из 300 рабочих нашего и Металлического заводов, а остальных отвели в район Петрославянки, где 5 декабря они завершили оборони­
тельные работы у станции Обухово. К тому времени состав партийной организации заво­
да сильно сократился, намного уменьшился и коллек­
тив. На партийном собрании в октябре 1941 г. присут­
ствовал только 61 коммунист. Повестка дня звучала по-
фронтовому: непрерывно наращивать производство кор­
пусов для мин и бомб, ускорить достройку и боевое ос­
нащение кораблей. К концу ноября 1941 г. на заводе осталось менее 300 рабочих и служащих. Большой ущерб наносили враже­
ские бомбардировки. Так, в один из вечеров конца ок­
тября на территорию предприятия упало четыре фугас­
ных и 185 зажигательных бомб. Были разрушены или сгорели литейный, монтажный и транспортный цехи. Пострадал и уникальный исторический уголок завода рядом с транспортным цехом. Здесь на невысоком хол­
ме, за оградой из шести стволов старинных пушек, рос могучий дуб. По преданию-, его посадил Петр I в 1703 г.— в память о победе русских войск над гарнизо­
ном шведской крепости Ниеншанц. Ведь на месте этой крепости, там, где река Большая Охта впадает в Неву, и стоит больше двух с половиной веков Петрозавод. В тот вечер вместе с цехами сгорел и петровский дуб. В январе 1942 г. производственные мощности пред­
приятия резко снизились, но выпуск оборонной продук­
ции не прекращался ни на час. Ею т.еперь занимались и вспомогательные цехи. Начальник отдела главного ме­
ханика коммунист С. М. Крицук на собрании партийно-
хозяйственного актива доложил, что и его службы вы­
полняют заказы для фронта. Всего до полного прекра­
щения подачи электроэнергии завод выпустил около 90 тыс. корпусов мин и авиабомб, свыше 120 тыс. деталей для разных типов вооружения и боеприпасов. К 24-й годовщине Великого Октября коллектив Петрозавода занял второе место в соревновании пред­
приятий отрасли, а передовой — механический цех удо­
стоился переходящего Красного знамени наркомата и ЦК профсоюза. В 1942 г. этот же цех завоевал первое место и добился высокой награды снова. 15 Десятки коммунистов Петрозавода показывали в эти тяжелые дни образцы самоотверженного труда. Пар­
тийные организации механического и корпусного цехов выступили с инициативой выпустить сверх плана 500 корпусов фугасных бомб. Инициативу поддержали все рабочие этих цехов. Но где взять дополнительные по­
ковки? Коммунисты-кузнецы М. Б. Лернер, И. Е. Мат­
веев и А. Г. Г.ейсте заверили, что поковки будут, и свое обещание выполнили; сутками они не отходили от паро­
вых молотов, но поковки дали. В корпусном цехе сваривали корпуса фугасных авиа­
бомб коммунист В. А. Жуков и его товарищи В. Г. Ан­
тонов, И. Г. Мельников и И. Н. Ободовский. Здесь тоже не покидали рабочих мест по 18—19 часов подряд. Вла­
димир Жуков тяжело заболел, но пришел на завод, и снова засверкал искрами электрод в его руках. Владимир Антонов, зная, как дороги каждые лиш­
ние умелые руки, решил освоить несколько профессий. Вскоре он мог уже работать и механиком, и машини­
стом, и кочегаром, и газорезчиком, и чеканщиком. Девя­
терых своих товарищей Антонов обучил этим специаль­
ностям. Высокое мужество проявил секретарь партийного комитета завода Захар Дмитриевич Яснецов. Еще до войны его мучил туберкулез. Яснецову в начале блока­
ды не раз предлагали уехать на Большую землю, но он категорически отказывался. Лишения и голод сделали свое черное дело — у Захара Дмитриевича открылось кровохарканье. В феврале 1942 г. партбюро приняло специальное решение: товарищ Яснецов обязан эвакуи­
роваться из Ленинграда. Но только после того, как рай­
онный и городской комитеты партии подтвердили это решение, он покинул предприятие. К несчастью, он вско­
ре умер. К весне 1942 г. на заводе погибло от голода 192 че­
ловека. В январе партком, а затем общезаводское со­
брание коммунистов приняли постановление, связанное с выполнением указания секретаря ЦК ВКЩб) А. А, Жданова —всемерно сохранить кадры ленинград­
цев. Во всех цехах и отделах организовали проверку ис­
пользования скудного пайка, соблюдения людьми сани­
тарно-гигиенического режима. Лучше всего дела в этой области обстояли в корпусном цехе, и это было заслу­
гой его начальника коммуниста А. Ф. Мухина. На заводе открыли сапожную и швейную мастерские, душевую, прачечную, парикмахерскую, оборудовали общежитие 16 для подростков, выделили комнаты для рабочих, живу­
щих далеко от предприятия. В заводской столовой с осени 1942 г. выдавали по полкилограмма овощей, вы­
ращенных в подсобном хозяйстве, ботву отпускали без карточек. Бюро Красногвардейского райкома ВКЩб) специально отметило заслуги партийной организации Петрозавода, сумевшей наладить быт тружеников пред­
приятия. Ни на один день парторганизация предприятия не ослабляла идеологической, массово-политической рабо­
ты. В разные периоды менялись ее формы и методы — применительно к конкретной военно-политической об­
становке, в которой жил, трудился и боролся коллектив судостроителей. Неизменной и главной оставалась лишь цель этой работы, сформулированная в лозунге «Всё для разгрома врага, всё для победы!». Ни на миг не упускался из виду человек: каждому надо было помочь преодолеть тяготы войны, невиданные трудности блока­
ды, помочь найти свое место в боевом и трудовом строю. С первых же дней войны массово-политическая ра­
бота была нацелена на то, чтобы вселить глубокую веру в победу советского народа, укрепить трудовую дисцип­
лину, столь необходимые в осажденном городе. Исполь­
зовались разнообразные агитационные и пропагандист­
ские средства. В течение всего 1942 г.— самого трудного за время блокады — на предприятии постоянно работа­
ло 37 агитаторов и пропагандистов. Систематически вы­
ходила в эфир заводская радиогазета, регулярно выпу­
скались заводская многотиражная газета «Боевая вах­
та» и стенгазеты «Корпусник» (в корпусном цехе), «Ударник» (в механическом цехе), «К оружию!» (на во­
енно-учебном пункте), «Химик» (в команде МПВО). В начале 1943 г. партком по инициативе секретаря А. А. Котляренко организовал вечер вопросов и ответов. Ему предшествовал широкий опрос работников завода: какие проблемы в области военного, внутреннего и меж­
дународного положения страны и Ленинграда их ин­
тересуют? С мая вновь открыла двери заводская биб­
лиотека. В октябре прошла первая теоретическая кон­
ференция. Весьма активно проявили себя члены совета жен фронтовиков. Они обследовали на дому бытовое поло­
жение около 600 человек (в том числе 211, работавших на заводе), многим оказали материальную помощь, 187 членам семей фронтовиков помогли приобрести профес-
!7 сию, 189 — повысить квалификацию. С июля 1941 г. 50 девушек-работ-ниц шефствовали над госпиталями — ухаживали за тяжелоранеными, приносили бойцам и командирам подарки. Всю войну парторган-изация поддерживала живую связь коллектива с бойцами Красной Армии, с петроза-
водцами-фронтовиками. Сохранились многие из писем, приходивших в те годы в партком. Командир воинской части, в которую выезжала делегация рабочих завода, писал: «Дорогие товарищи! Рады вашим трудовым ус­
пехам. Для нас же выполнить задание на 100 процен­
тов — это полностью изгнать фашистские полчища». Ра­
ботница монтажного цеха Анна Ивановна Аникина, по­
лучив сообщение о гибели сына, ответила его фронто­
вым друзьям: «...мой сын погиб смертью храбрых, а на смену ему встало много, много сыновей нашей Родины. Нет моего сына, но есть другие сыновья, и все вы — мне родные». Из-под Ораниенбаума бывший контрольный мастер М. И. Гланцев писал: «Стоим насмерть, иду в десант». В бою он был тяжело ранен. В расчетном отделе бухгалтерии работала комсомол­
ка Ода. Она долго обивала пороги военкомата, но на фронт ее не брали: и возраст юный, и ростом не вышла. В один из дней Ода исчезла. Оказалось, военкомат все же внял ее просьбам и направил в запасный полк 23-й армии, защищавшей Ленинград. С фронта комсо­
мольцы получили от девушки весточку: «Дорогие де­
вушки, идите в Красную Армию. Ее никто и никогда не победит. Никогда не сломать врагу нашу счастливую жизнь!» ...В универмаге «Пассаж» работает ветеран труда О. М. Добина — женщина невысокого роста, с пятью боевыми наградами на груди. Это и есть Ода. Большим событием в жизни завода стало массовое награждение его тружеников медалью «За оборону Ленинграда». На торжественном собрании выступила М. Д. Михалева (сестра умершего секретаря парткома 3. Д. Яснецова). На фронте погиб ее муж, на заводе она трудилась вместе с сыном и дочерью. Всем троим одновременно вручили почетную награду. Получил ее и пильщик деревообрабатывающего цеха И. X. Каплуно-
вич. Он сказал: — Два моих сына, уходя на фронт, наказали мне, старику, не жалея сил, помогать Красной Армии. Сей­
час, получая медаль, вижу, что не подвел я сыновей. В конце января 1944 г. небо Ленинграда озарил са-
18 лют — блокада полностью, ликвидирована! Все испыта­
ли огромный душевный подъем, каждому словно приба­
вилось сил. На митинге в механическом цехе токарь А. К. Наумова заявила: — Буду ежедневно заканчивать сменное задание на два часа раньше, а в эти два часа выпускать допол­
нительную продукцию. Гибщик корпусного цеха В. Д. Тимофеев сказал: — Руки рвутся к работе. Наша бригада в честь ве­
ликой ленинградской победы даст к утру 200 процентов задания! Бригада выполнила задание на 260 процентов. Весной 1944 г. партийное собрание, обсудив итоги пленума Ленинградского горкома ВКП(б), приняло ре­
шение, в котором особое внимание уделило подготовке кадров, обучению тем специальностям, которые нужны заводу. А нужны были в первую очередь строители-ре­
монтники: каменщики, штукатуры, маляры, печники, ведь в Ленинграде все шире развертывалось восстанов­
ление промышленности и городского хозяйства. Собственно, петрозаводцы вместе с другими ленин­
градцами начали эту работу еще в трудную весну 1942 г., когда в закрепленных за предприятием домохозяй-
ствах они очистили многие квартиры от мусора и грязи, а дворы и улицы — ото льда и снега. По заданию парт­
бюро строительный цех, как это ни было сложно, выде­
лил квалифицированных производственников для обу­
чения женщин в домохозяйствах специальностям печни­
ка, трубочиста. Ремонтные работы продолжались весь 1943 г.. а в 1944-м труженики Петрозавода отдали вос­
становлению домов в прилегающем микрорайоне Охты 8600 человеко-часов. Исполком Ленсовета наградил многих судостроителей, в том числе коммунистов А. Ф. Гаврилова, 3. П. Синицына и других, участвовав­
ших в восстановлении жилого фонда, Почетными гра­
мотами. В канун 20-летия нашей Победы над фашизмом неподалеку от проходной Петрозавода установили па­
мятную стелу из красного гранита. Надписи на камне — как незаживающая рана: это имена тех, кто в годы Великой Отечественной войны отдал Родине самое до­
рогое— жизнь. Вблизи от стелы в небольшом скверике, внутри ограды из шести старинных пушечных стволов, был посажен дуб — могучий символ торжествующей жизни. 19 В. П. ДМИТРИЕВ (1908), с 1942 по 1943 г. — парторг ЦК ВКП(б) на Балтийском заводе Балтийский завод в дни войны В начале июля 1941 г. Балтийский завод полностью перешел на выполнение заказов для фронта. Многие квалифицированные специалисты ушли в ополчение, а без них фронтовые заказы трудно было выполнить в сжатые сроки. В связи с этим около двухсот добро­
вольцев возвратили на производство. Мне тоже при­
шлось сменить шинель на спецовку. Балтийцы участвовали в изготовлении деталей 76-мм пушек, минометов, корпусов, авиабомб, производили литье и обработку снарядов, бортовой брони для танков КВ и др. В сентябре 1941 г., когда гитлеровцы подошли к Колпину, к нам с Ижорского завода перевели участок сборки бронемашин с рабочими и .мастерами. До конца года ижорцы с нашей помощью изготовили 8 броневи­
ков, оборудованных полевыми радиостанциями. Заказы для фронта потребовали создания новых участков и поточных линий для массового выпуска во­
енной продукции. За один месяц установили 150 стан­
ков, полученных с эвакуируемых заводов, переставили 200 единиц собственного заводского оборудования. Ра­
ботали круглосуточно. Едва станок подключали к элек­
тросети, как он тут же начинал изготавливать продук­
цию для фронта. Балтийцы работали и по созданию вокруг Ленингра­
да броневого пояса. В 1941 г. они оборудовали 8 артил­
лерийских и около 90 малых и средних дотов, а также средства для их доставки и установки на местах, за пе­
риод блокады Ленинградскому фронту дали бронекол­
паки и другое оборудование для 428 дотов. Перестройка работы завода на военный лад осуще­
ствлялась под непосредственным руководством партий­
ной организации. Коммунисты и комсомольцы служили примером для всего коллектива — они трудились на са­
мых ответственных участках производства. Вскоре, однако, основной фронтовой задачей балтий­
цев стал ремонт и восстановление поврежденных в бою кораблей КБФ. Работали круглосуточно, причем не только на заводе, но и в Таллине, Кронштадте, что по­
требовало оперативно создавать ремонтные бригады. У эсминца «Стерегущий» 28 июня 1941 г. от близких 20 разрывов авиабомб вышли из строя котельные вентиля* торы. Через пять дней балтийцы вернули его в строй. Серьезные повреждения получили эсминцы «Сметли­
вый», «Грозящий», «Страшный», «Гордый» и ряд дру­
гих кораблей. Один из них ошвартовался у стенки заво­
да в неузнаваемом виде. От близкого разрыва фугаски корабль встряхнуло от киля до клотика с такой силой, что вышли из строя котельные вентиляторы и насосы. Энергичный командир электромеханической боевой ча­
сти корабля стремительно вошел в кабинет главного ин­
женера В. С. Боженко. — Требую приступить к ремонту вне всякой оче­
реди! Боженко, не спавший двое суток, молча поглядел на посетителя, потом раздернул штору и устало вымол­
вил: — Поглядите в окно. Вон сколько стоит кораблей. И все нужны вне очереди. — И тем не менее...— не сдавался моряк. Выручили слесари-монтажники 26-го цеха. Вместе с краснофлотцами корабля они отшабрили подшипники, выправили крылатки, подобрали болты. Через двое су­
ток эсминец отвалил от заводской стенки. Еще пример. Стоявший в Торговом порту линейный корабль «Октябрьская революция» вел огонь по немец­
ко-фашистским войскам, рвавшимся к Ленинграду. Гит­
леровцы бросили на корабль пикирующие бомбардиров­
щики. Когда корабль ошвартовался у стенки завода, да­
же видавшие виды балтийцы были ошеломлены пред­
ставшей перед ними картиной: разрушены настилы, по­
перечные переборки, часть палубы выворочена. Все повреждения были оперативно устранены. «Ок-
тябрина», как ласково называли линкор, снова заняла огневую позицию и стала громить гитлеровцев своими двенадцатидюймовыми снарядами. 18 сентября 1941 г. в док поставили для ремонта один из эсминцев. А на следующий день, во время нале­
та гитлеровских стервятников, осколками бомб корабль был дополнительно поврежден — разбито рулевое уп­
равление, в подводной части зияли пробоины, покороби­
ло обшивку. В стесненных условиях дока балтийцы за несколько суток ликвидировали все повреждения. Так, по-фронтовому, трудился коллектив балтийцев, героически восстанавливавший боевые корабли Крас­
нознаменного Балтийского флота. 21 За первые полгода войны балтийцы отремонтирова­
ли и вернули в строй 2 линкора, 2 крейсера, 12 эсмин­
цев, И подводных лодок и много других кораблей1. Балтийцы стремились ускорить достройку ледокола «Молотов», который готовился к ходовым испытаниям. С началом войны на нем решили установить артилле­
рийское вооружение. Из-за частых артиллерийских об­
стрелов пришлось отвести судно к набережной Невы, напротив 19-й линии Васильевского острова. Место но­
вой стоянки ледокола не было приспособлено для про­
изводства работ; потребовалось проложить специаль­
ный кабель, установить передвижной компрессор и под­
вести водяную магистраль. Несмотря на огромные труд­
ности, связанные с достройкой судна в отрыве от заво­
да, ледокол 5 декабря 1941 г. сдали флоту. Осенью 1941 г. резко осложнилась деятельность завода — начались систематические вражеские бомбеж­
ки и артиллерийские обстрелы заводской территории. Первая авиабомба упала на завод в сентябре около во­
рот на Кожевенной линии. Вражеские снаряды разру­
шили во многих цехах кровли, в стенах появились про­
боины, мостовые покрылись воронками. Во время артиллерийского обстрела завода в октяб­
ре на командный пункт МПВО поступило тревожное со­
общение: в сталелитейном цехе разорвался снаряд и разбил верхнюю часть железобетонной колонны, несу­
щей подкрановые пути. Произошло замыкание, прекра­
тилась подача электроэнергии. В это время в электропе­
чи плавился металл. Нужно было его немедленно слить, иначе металл застынет и печь придется ломать. Все ре­
шали считанные минуты! Ликвидировали аварию глав­
ный архитектор завода В. М. Павлов и двое рабочих из аварийной бригады. Под продолжавшимся обстрелом они быстро восстановили колонну, подкрановые пути и электропроводку — мостовой кран был готов к работе. Плавка металла продолжалась. Подобных случаев были десятки. Только с сентября по декабрь 1941 г. на территорию предприятия было сброшено 196 зажигательных и 12 фугасных авиабомб во время артобстрелов взорвалось 146 тяжелых снаря дов (всего за годы блокады на Балтийском заводе ра зорвалось 930 снарядов калибром от 100 до 275 мм) Только за первый год войны от артобстрелов пострада ли 127 и погибли 24 балтийца. 22 1 См.: ЦВМА, ф. 13, оп. 71, д. 2490, л. 2—22, 27—34, 43, 53—56. Выполнение заказов для фронта сопровождалось большими трудностями в связи с нехваткой квалифици­
рованных рабочих, ушедших на фронт. Вместо них к станкам встали домохозяйки, учащиеся старших клас­
сов средней школы. Их надо было быстро обучить непо­
средственно в цехах, на рабочем месте. Новое пополне­
ние успешно осваивало профессии, женщины старатель­
но выполняли мужскую работу, юноши и девушки ра­
ботали на станках по 12 часов. Количество женщин-ра­
ботниц составляло в конце 1943 г. почти 60% обще­
го числа рабочих (против 20% к началу 1941 г.). В конце 1941 г. пришла новая беда — электроэнер­
гия стала поступать на завод с большими перебоями. Возникла угроза сокращения выпуска фронтовой про­
дукции. Но балтийцы нашли дополнительный источник электроэнергии. По предложению главного энергетика Г. А. Тишурова приспособили и пустили в ход электро­
станцию недостроенного плавучего крана. Конечно, пол­
ностью решить проблему энергоснабжения это не мог­
ло. Начались поиски новых резервов. В монтажном це­
хе нашлись, три дизеля по 900 л. с, их срочно приспо­
собили для создания блок-станции. Отладку и регули­
ровку дизелей поручили бригаде монтажников во главе с А. А. Макаровым. Рабочие А. И. Поляков, М. Ф. Ива­
нов, С. Г. Бураков, И. Л. Минин, Б. Г. Колесов, Нена-
стев, Левин и А. А. Игонин трудились почти круглосу­
точно в течение двух недель. В ноябре 1941 г. блок-
станция заработала и завод получил около 2000 кВт электроэнергии. Кроме того, оборудовали еще одну ре­
зервную электростанцию под большим стапелем, надежно защищенную от бомбежек и артобстрелов. На этой станции установили двигатель с генератором, взя­
тым с разрушенной бомбой насосной станции, а второй агрегат сняли с вышедшей из строя подводной лодки; мощность резервной электростанции составила 800 кВт. Все это было сделано как нельзя кстати, ибо вскоре подача электроэнергии на завод полностью прекрати­
лась. Вскоре иссякли запасы твердого топлива, нависла угроза срыва отливки снарядов в чугунолитейном це­
хе. По предложению инженеров А. Д. Беренберга и В. Ф. Щеголева на заводе начали прессовать брикеты из отсевов кокса — их за многие годы скопились горы. Отсевы смешивали с жидким стеклом и прессовали—> получали заменитель кокса. Так удалось сэкономить более 100 т твердого топлива. 23 Здесь следует подчеркнуть, что за годы войны, и особенно за период блокады, чрезвычайно ярко прояви­
лась изобретательская и рационализаторская актив­
ность рабочих завода. Вот примеры. 5-му цеху поручено было срочно изго­
товить скобу корабельного вертлюга, но на оставшемся оборудовании сделать это оказалось невозможно. Ра­
ботник цеха Никитин предложил несколько изменить конструкцию скобы, изготовить ее на прессе в механиче­
ской лаборатории. В итоге вместо 100 скоб по плану цех выпустил 300. Когда потребовалось увеличить выпуск коушей (про­
ушин для тросового такелажа), оказалось, что не хва­
тает молотов. Кузнец Комаков со своим напарником Филипповым изготовили штамп сразу на два коуша. Ко­
вали так: стоя по обе стороны молота, одновременно за­
кладывали в штамп по две заготовки. Один удар моло­
т а— два коуша! Итог — 560 изделий за смену вместо прежних 250. Никто на заводе в ту пору не подсчитывал размеров полученной экономии от изобретательских и рационали­
заторских новшеств. Да разве измеришь в рублях их итог? Была иная мера — время! Фронт получал от бал­
тийцев досрочно отремонтированные корабли, минометы и снаряды... Голод и холод в осажденном Ленинграде изнуряли и выводили из строя тысячи людей... Балтийцы не были исключением. К весне 1942 г. на заводе подвели печаль­
ный итог: от голода коллектив потерял 1800 человек. Все, кто способен был еще трудиться, занимались только ремонтом кораблей. Борьба за жизнь людей, за сохранение материаль­
ных ценностей и кораблей, стоявших у причалов завода, стала в те тяжелые дни главной задачей коллектива, партийной организации, руководства. Во многих цехах и отделах устраивали буфеты, куда привозили на сан­
ках в термосах обеды из столовой. При механическом и литейном цехах создали стационары, передав им все имевшиеся запасы овса, конины и бараньего жира, ра­
нее применявшегося какнасалка при спуске судов. Во многих цехах устраивали бани, душевые, прачечные, от­
крыли парикмахерскую, мастерскую по ремонту обуви и одежды. Все это сохраняло силы и жизнь многим бал­
тийцам, способствовало усилению темпов работы по вы-
24 полнению фронтовых заказов, число которых росло с каждым днем. Так, по решению Военного совета фрон­
та от 9 января 1942 г. балтийцам предписывалось отре­
монтировать и подготовить к весенним боевым операци­
ям 14 крупных кораблей, усилить зенитное вооружение на многих надводных кораблях. Как выполнить эти фронтовые задания в условиях голодной суровой зимы, при нехватке рабочих рук? Коллектив завода, его коммунисты и в новой ситуа­
ции нашли выход из труднейшего положения. Всю ор­
ганизацию ремонтных работ построили по принципу шеф-монтажа — при широком участии в составе рабочих бригад личного состава ремонтируемых кораблей. К ма­
стеру или бригадиру прикрепляли группу краснофлот­
цев, которых по ходу ремонта обучали производствен­
ным процессам. Несмотря на острую нехватку мастеров и бригадиров, особенно по корпусным работам, постав­
ленная перед заводом задача была выполнена. Такая же организация работ была с успехом приме­
нена и при замене зенитного вооружения на четырех ка­
нонерских лодках на Ладожском озере. Работы велись прямо со льда, без грузоподъемных средств. Во всех случаях краснофлотцы и командиры из состава команд кораблей стремились поскорее ввести их в строй, ра­
ботали с большим воодушевлением. Еще в ноябре 1941 г. Военный совет фронта постано­
вил построить дорогу по льду через Ладожское озеро для связи блокированного города с Большой землей. По призыву горкома партии на Ладожское озеро была направлена с заводов и учреждений города большая группа рабочих, инженеров и служащих на погрузочно-
разгрузочные работы. С Балтийского завода в феврале 1942 г. ушли на Ладогу 200 человек. Ночью, на автома­
шинах, с тяжелым чувством проезжали мы по притих­
шему, израненному городу. Погода стояла тихая, ярко светила луна. В открытых машинах при 35-градусном морозе было очень холодно. Рано утром 10 февраля 1942 г. продрогшие балтийцы прибыли на Ладожское Озеро и выгрузились невдалеке от Осиновецкого маяка. Из рабочих разных предприя­
тий сформировали отдельную роту в 250 человек; ею командовал бывший танкист Иванов. Одним из взводов довелось командовать мне, в роте было 68 коммунистов. На первом же собрании выбрали партбюро.-
Работали на станции Ладожское Озеро, где стояли товарные вагоны, в которые требовалось погрузить 25 мешки с мукой, крупой и горохом. Работать было очень трудно —четверо истощенных голодом мужчин едва поднимали мешок. Но мысль о том, что продовольствие нужно для голодающих ленинградцев, придавала лю­
дям силы. После длительной голодовки улучшение питания для многих людей оказалось пагубным. В течение двух пер­
вых недель пребывания на Ладожском Озере умерло 7, а 60 человек пришлось отправить в госпиталь на стан­
цию Мельничный Ручей. И все же, наперекор болезням и холоду, каждый день, а иногда и ночью, в пургу и сильный мороз, под вражескими бомбежками, рота про­
должала грузить продовольствие и боеприпасы для осажденного Ленинграда, помогала эвакуировать ленин­
градцев. Было и немало авральных работ. Однажды по­
сле работы, едва улеглись спать, прибежал рассыльный командира Осиновецкого пирса. Он сообщил, что по ле­
довой дороге прибыло много автомашин с продоволь­
ствием, их надобно срочно разгрузить. Командир роты приказал мне с двумя взводами выйти на работу. Мела сильная пурга. В темноте едва добрались до пирса. И тут открылась незабываемая картина: трасса освеща­
лась автомобильными фарами машин, шедших одна за другой плотным потоком; это было убедительным сви­
детельством всенародной помощи ленинградцам. В эту ночь мы выгрузили сушеную рыбу, картофель и другие продукты. В темноте работать было очень трудно, выручали лишь фары автомашин. Все труди­
лись дружно, без отдыха; к рассвету закончили раз­
грузку последней машины. В конце февраля 1942 г. на озере свирепствовала пурга. Замело все дороги, множество машин, в том чис­
ле и с эвакуируемыми ленинградцами, застряло в су­
гробах. По боевой тревоге был поднят личный состав всех подразделений, обслуживавших ледовую дорогу. В течение двух суток день и ночь люди вели борьбу со снегом. С задания не вернулся в роту боец С. И. Кле-
щев, инженер механического цеха Балтийского завода. Поиски ничего не дали, видимо, погиб в полынье или замерз... В конце апреля 1942 г. закончились работы на ледо­
вой дороге, а когда мы вернулись на завод, здесь пол­
ным ходом шла сборка секций барж, предназначенных для Ладоги. Я был назначен начальником участка кор­
пусного цеха. Хорошо запомнил рабочих-корпусников, и особенно трех девушек из первой в довоенном судостро-
26 ении женской бригады разметчиц — Шуру Иванову, Аню Яковлеву и Аню Королеву. Обессиленные голодом, они подлечились в заводском стационаре, а когда ок­
репли, вернулись в цех и приняли участие в обработке металла для барж-«блокадок». Несмотря на истощение, разметчицы работали превосходно. Преодолевая трудности, балтийцы в апреле 1942 г. приступили к предварительной сборке и сварке секций барж. Вскоре секции прибыли на Ладогу, где произво­
дилась их окончательная сборка. Начиная со второго квартала 1942 г., после затишья на производстве, вызванного тяжелой блокадной зимой,, завод усиленными темпами возобновил выпуск лафетов и щитков для полковых пушек, авиабомб, снарядов, веду­
щих колес для танков. Летом 1942 г. было построено 25 самоходных плашкоутов для Ладоги, изготовлено много деталей трального оборудования, гребных винтов и др. Опыт первой блокадной зимы выявил необходимость надлежащей подготовки завода к новой военной зиме, к ней готовились продуманно и энергично. Балтийцы (в первую очередь — больные, жены бойцов Красной Ар­
мии), не имевшие дров, были обеспечены топливом. Заводу выделили участок деревянных домов на Охте для слома на дрова. Разборку домов производили бригады заготовителей, а кроме того, создали специаль­
ный участок лесозаготовок — сперва в районе Всево­
ложской, а затем возле станции Пери. На дровозаготовках работали исключительно жен­
щины. Им удалось обеспечить дровами столовые, рабо­
чие и жилые помещения завода. В цехах, в красных уголках рабочие в обеденный пе­
рерыв и после работы могли отдохнуть в тепле, выпить горячего чая, почитать газету, послушать лекцию. При красном уголке корпусного цеха была сооружена ста­
ционарная киноустановка, которая обслуживала бал­
тийцев, проживающих на заводе. В доме № 16 по Косой линии оборудовали комнаты для учеников рабочих — сирот. В подсобном хозяйстве заготовили и заквасили капусту. Все это существенно улучшило питание и быто­
вое обслуживание балтийцев. В 1944 г. коллектив завода выполнил срочный заказ для ВМФ, построив более двадцати стотонных траль­
щиков. И здесь пригодился уже хорошо проверенный ранее метод шефмонтажа с привлечением к работам личного состава кораблей. В цехах и на достройке «сто-
тонников» трудились свыше 600 краснофлотцев. 27 Если предельно кратко охарактеризовать деятель­
ность коллектива балтийцев в годы войны, то она выра­
зится двумя словами: массовый героизм. Сотни "балтийцев показывали в ту пору чудеса тру­
довой доблести. Вспомним некоторых. Электросварщик Леонид Хоменко одним из первых ушел в народное ополчение, но 5 июля 1941 г. сварщика вернули на завод — у стенки стояли корабли, требовав­
шие срочного ремонта. На заводе много и другой сва­
рочной работы. Хоменко надевает привычный шлем сварщика, сваривает листы обшивки кораблей, стабили­
заторы для бомб, бронеплатформы... Когда в конце ав­
густа 1942 г. на заводе создалось тяжелое положение с топливом, Хоменко организовал бригаду из комсомоль­
цев 12-го цеха для сбора по крохам на территории заво­
да топлива. Ребята только за один день собрали 8 т уг­
ля. Собрали они и 250 т металлолома, отправленного на Большую землю. Хоменко обучил 12 молодых рабочих своей профессии. В заводской газете «Балтиец» от 31 января 1944 г. можно прочитать такие строки: «Брига­
дир Леонид Хоменко. Его бригада дает по 236 процен­
тов выработки за смену». Рабочий 7-го цеха Олег Стремилов, отработав под­
ряд две трудные смены, уходил в госпиталь, где высту­
пал в ансамбле самодеятельных артистов, поднимая дух и настроение раненых бойцов и командиров, хотя сам еле держался на ногах от истощения и усталости. Еще одна героиня с Балтийского — Г. Аранович, из 13-го цеха. Нельзя без волнения читать ее воспомина­
ния о блокадной поре: «Однажды цех получил задание от одного из участков фронта — нарезать резьбу на длинных болтах для танков. Электроэнергии в цехе не было, токарные станки стояли. Но мы знали — задание для фронта должно быть выполнено во что бы то ни стало. В то время, не имея сил ходить из дома на рабо­
ту, мы жили прямо в цехе, в выстроенном доте. Там бы­
ла маленькая печурка-«буржуйка». Мы натаскали в,нее щепок, обломков досок для топки, и женщины-станоч­
ницы Е. Поставнина, К. Орирова и я по очереди крути­
ли трансмиссию, сменяя друг друга лишь затем, чтобы отогреть у печурки коченеющие руки. Задание для фронта мы выполнили..» Слесарь-монтажник Н. В. Бирюков из 26-го цеха в блокаду потерял отца, кораблестроителя-балтийца, умершего от голода у своего станка... Молодой рабочий 23 ответил фашистам самоотверженным трудом за смерть отца, за муки родного города. Сам слабый от истоще­
ния, больной, упорно работал на ремонте недостроенно­
го крейсера «Петропавловск». Вместе с военморами вы­
шел на пробные стрельбы, а потом, когда крейсер занял позицию в Угольной гавани Морского порта, настраи­
вал механизмы. И с каждым залпом приговаривал: — Это за Ленинград... Это за отца... Кавалер орденов Ленина, Красного Знамени, почет-
.ный балтиец — таков Николай Васильевич Бирюков. Когда потребовалось срочно отремонтировать по­
врежденный в бою эсминец «Сторожевой», многие слу­
жащие заводоуправления пошли в цехи подсобниками. Машинистка Лопухова отлично справлялась с тяжелыми обязанностями нагревальщика заклепок и молотобойца. На ремонте эсминца «Сторожевой» особенно отличились главный конструктор П. Н. Кочеров, мастера Я. К. Ру-
фин, Н. Д. Андреев, М. А. Корочкин, чеканщик М. Е. Ежов, инженер И. И. Нефедьев, бригадир М. Е. Семе­
нов, начальник участка А. Д. Якименко. Все они были награждены орденами и медалями Союза ССР. За трудовую доблесть и геройство, проявленные при постройке самоходных плашкоутов для Ладоги, были награждены орденами и медалями Союза ССР строи­
тель А. М. Косач, начальник сварочного бюро Н. М. Ни­
китиных, слесари Д. И. Ляшенко и Т. К. Самотейко, электросварщик П. М. Иванов, начальник блок-станции А. А. Марков, мастер И. А. Баюнов. С. А. БОГОЛЮБОВ (1907), в 1941 — 1942 гг. — главный инженер, директор завода им. А. А. Жданова Ждаковцы на переднем крае В начале июня 1941 г. появились явные признаки то­
го, что мы стоим на пороге войны. Встречаясь с военными моряками, информированны­
ми о положении на Балтийском морском театре, и с мо­
ряками торгового флота, приходившими из германских портов, мы узнавали все новые факты, свидетельство­
вавшие о том, что война вот-вот разразится. В немецких портах после разгрузки задерживали наши суда, а ос­
вобождавшиеся советские железнодорожные составы немцы заполняли гравием, чтобы затруднить немедлен-
29 ное использование вагонов и платформ после их возвра­
щения в СССР. Германские суда, прибывшие в Ленин­
градский порт, ушли обратно не разгрузившись. Группа немецких инженеров во главе с контр-адмиралом Фай-
ге, наблюдавших в Ленинграде за достройкой крейсе­
ра «Лютцов» (купленного в 1940 г. у немцев), внезапно уехала в Германию... 22 июня 1941 г., в воскресенье, на заводе был по гра­
фику Ленэнерго рабочий день. В 8.30 директора И. Г. Миляшкина вызвали в горком партии, и почти одновре­
менно последовала директива — рыть щели для укры­
тий. Стало ясно: началась война! Все производственные работы на заводе были оста-
• новлены, и тысячи людей вышли строить убежища. А в полдень грозное известие прозвучало по радио на всю страну. За один день территория завода покрылась ще­
лями, которые затем укреплялись деревянной обшив­
кой, перекрывались толстыми стальными листами. Во время обстрелов Ленинграда, когда немецко-фашист­
ские войска подошли вплотную к городу, эти укрытия сохранили жизнь многим работникам завода. На второй день войны на завод пришел пассажир­
ский теплоход «Андрей Жданов» — его требовалось срочно переоборудовать под госпитальное судно. Это была первая большая работа, выполнявшаяся по заказу фронта, поэтому дирекция и партком взяли ее под свой контроль. Пятьсот рабочих трудились на судне, и через три недели оно было готово для приемки раненых. Вы­
сокое чувство ответственности перед Родиной за пору­
ченное дело воодушевляло коллектив. Партийная орга­
низация возглавляла патриотическое движение на заво­
де. Фронт быстро приближался к Ленинграду. Поэтому, не ожидая указаний от наркомата, мы стали изыски­
вать возможности усиленной помощи фронту. Нужно отметить, что завод в 1941 г. должен был передать флоту наибольшее количество судов по сравнению с другими ленинградскими судостроительными предприя­
тиями. Часть судов вступила в строй в июне, другие на­
ходились на ходовых испытаниях, два были близки к проведению швартовных испытаний. На них завод и со­
средоточил свои усилия. Стремительно нараставшие грозные события застави­
ли партийную организацию коренным образом изменить методы своей работы, которая мало отличалась от дей­
ствий политотдела воинской части в боевых условиях. 30 Такая постановка дела отвечала принятому порядку во всей Ленинградской партийной организации. Тысячи работников завода уходили в Красную Ар­
мию. Нужно было воодушевить будущих бойцов на за­
щиту социалистической Родины. Требовалось сформиро­
вать добровольческий полк народного ополчения, нуж­
но было призвать на трудовые подвиги остававшихся на заводе рабочих и служащих. Партком направил членов партийного комитета, завкома, бюро комсомола, директора, его заместителей по цехам для проведения митингов, выступлений и бесед. До поздней ночи не прекращалась работа руко­
водителей завода и парткома. Значительно усложнилось партийное руководство на заводе. На фронт ушли тридцать секретарей цеховых парторганизаций. Комиссаром ждановского полка ЛАНО был назначен первый заместитель секретаря парт­
кома Александр Семенович Ермолаев, умевший подни­
мать патриотический дух бойцов и проявивший незау­
рядную отвагу в боях. Приходившие на завод раненые ополченцы рассказывали о том, как в критические мо­
менты вырастала над окопами богатырская фигура Ер­
молаева с винтовкой или пистолетом в руках, поднимав­
шего в контратаку бойцов с громовым призывом: «За Родину! Бей фашистских гадов!» Значительная партийно-комсомольская прослойка, многолетняя совместная работа на заводе обеспечивали высокую боеспособность полка, ставшего впоследствии кадровым, награжденного орденом Красного Знамени. По указанию из Смольного все судостроительные заводы Ленинграда приняли участие в изготовлении полковых 76-мм пушек. Помню посещение Кировского завода. В зале стояли столы, как прилавки, на которых лежали детали пушки. Директор завода И. М. Зальц­
ман прохаживался у столов, предлагая «товар» на выбор. Головным предприятием являлся Кировский завод. После распределения между заводами заказов на детали пушек технолог Кировского завода коротко рассказал об особенностях их обработки,— вот и вся «документация». Немедленно началась интенсивная подготовка к изготовлению деталей и узлов пушки. Этих пушек было изготовлено заводами Ленинграда, в том числе всеми судостроительными, с начала войны и .до конца 1941 г. более 2400. Изыскивая дополнительные возможности помощи фронту, дирекция предложила использовать морские 31 130-мм орудия, имевшиеся на складе, для создания же­
лезнодорожных батарей. КБ завода по-ударному спро­
ектировало установку. Проект был сделан для 15-тон­
ной железнодорожной платформы. Завод «Большевик» также создал такие батареи, но на 60-тонных платфор­
мах. Как-то поздно ночью вдвоем с И. Г.-Миляшкиным по заданию Смольного мы поехали на завод «Больше­
вик». В затемненном цехе стояла 60-тонная платформа с установленной на ней 130-мм пушкой. В шпалы упира­
лись по углам платформы четыре вертикальные опоры с башмаками. Обуховцы сказали, что «есть затруднения»: при бортовом залпе платформа, опрокидывается. Мы тут же предложили свою конструкцию упоров, которая себя оправдала. Уполномоченным Военного совета фронта по построй­
ке батарей был назначен директор завода И. Г. Миляш-
кин. Ждановцы построили 12 таких артиллерийских установок, оборудовали жилые вагоны для орудийных расчетов, снабдили батареи средствами связи, а также соорудили три платформы с 37-мм зенитными пушками. Подвижные и мощные батареи, построенные судострои­
тельными заводами, обороняли Ленинград вплоть до полного снятия блокады. Коллектив завода получил благодарность Военного совета фронта за досрочное и качественное выполнение этого заказа. «Как родная мать, позаботился завод о своих сыновьях-воинах» — так определил Военный совет отношение коллектива завода к фронтовому зада­
нию. Завод получил -указание эвакуировать свой уникаль­
ный турбинный-цех в тыл. Партийная организация цеха провела митинг и призвала коллектив не щадить сил для выполнения этой важнейшей задачи. Выступавшие на митинге старые кадровые рабочие — зуборезчики Проскуряков и Самохин, расточники Кома­
ров и Капитонов и другие — заверяли, что не пожалеют жизни (ведь вражеские снаряды рвались в цехе неод­
нократно!), чтобы в кратчайший срок выполнить зада­
ние. Руководители цеха (начальник В. Ф. Коврыжкин, его заместитель П. И. Семенов, секретарь партбюро Я. П. Татаринов) не смыкали сутками глаз, оперативно руководили демонтажем и погрузкой оборудования в эшелоны. Мастера и технологи обеспечили строгую по­
следовательность упаковки станков, укладывая в ящики принадлежавшие каждому, станку приспособления, ин­
струмент, техническую документацию и анкерные болты 32 для крепления к фундаментам, с тем чтобы все обору­
дование по прибытии на место могло быть немедленно смонтировано и пущено в ход. Эту трудоемкую опера­
цию ждановцы провели в течение недели; огромные станки ушли в тыл в последний час — через сутки же­
лезнодорожная связь Ленинграда со страной прерза-
лась. кольцо окружения замкнулось. С особенным волнением следили мы за тем, как сра­
жаются корабли Краснознаменного Балтийского флота, ведь судостроителей и военных моряков связывали узы тесной дружбы, их победы вдохновляли нас на новые трудовые подвиги. Горестной была весть о гибели 22 июня 1941 г. эсминца «Гневный», который подорвался на мине в 16 милях северо-восточнее маяка Тахкуна, у северной оконечности острова Даго в Рижском заливе. Мне этот корабль был особенно дорог. Не мертвым ме­
таллом, а живым и гордым существом остается в памя­
ти знакомый тебе корабль. Поэтому глубокую боль вы­
зывал вид израненных в боях кораблей, с которыми связан упорный труд рабочих, мастеров, инженеров... Подлинной трагедией для нас, судостроителей, как и для всех советских людей, была гибель кораблей при прорыве флота из Таллина в Кронштадт в конце авгу­
ста 1941 г. Тогда в неравном бою погиб эсминец «Воло­
дарский», построенный еще до революции. В начале 30-х годов мне в качестве лаборанта ОТК пришлось хо­
дить на нем во время испытаний и сдачи после капи­
тального ремонта. Погиб эсминец «Карл Маркс», на ко­
тором я когда-то руководил ремонтно-монтажными ра­
ботами и сдачей паросиловой установки на ходовых ис­
пытаниях. Погибли герои-моряки, классные специали­
сты машинных и котельных отделений, механики; командиры кораблей... Отдал свою жизнь за Родину А. Ф. Цобель, бывший командир одного из сторожевых кораблей. Однажды летом корабль «Смерч» входил в ворота Кронштадт­
ской гавани. На мостике — командир капитан-лейтенант А. Ф. Цобель и обеспечивающий командир капитан-лей­
тенант Н. А. Петрищев, впоследствии мой закадычный друг на Балтике и затем на Севере. Было решено не от­
стаиваться на рейде в ожидании буксира, а войти своим ходом в Кронштадтскую гавань. Молодым командирам кораблей не разрешалось самостоятельно заходить в акваторию гавани. Нам же всегда требовалась кронш- ' тадтская земля: что-то отремонтировать на Морском заводе, заказать необходимые материалы и пр. 2 Зэк. № 356 33 Невелик ходовой мостик на этом корабле. На нем еле поместились командир, обеспечивающий,' рулевой, сиг­
нальщик, старший строитель В. И. Петров — белый, как лунь, с бородкой-лопаткой, подвижный, как ртуть,— и я. На машинном телеграфе — Петрищев. Корабль идет но­
сом к стенке. Цобель начинает беспокоиться — слишком быстрый ход на этой дистанции — и, наконец не выдер­
жав, бросается к телеграфу. Но Петрищев спокойно от­
странил локтем своего друга, скомандовал подготовить швартовы и, когда до причала осталось два десятка ме­
тров, переложил рукоятки телеграфа на самый полный назад. Цобель оцепенел, ему уже мерещился сворочен­
ный "набок форштевень, но корабль резко замедлил ход и остановился, чуть коснувшись носом привального бру­
са набережной. Краснофлотец, такой же лихач, как и обеспечивающий командир, спрыгнул с кромки форш­
тевня на набережную и побежал закреплять швартов. Швартовка была великолепная, хотя и рискованная. В другой раз Петрищев швартовался кормой, описывая задним ходом кривую, и зашел в узкость между эсмин­
цем и подводной лодкой, стоявшими у стенки. Такой точный глазомер и уверенность совсем молодого офице­
ра были удивительны. По приходе флота в августе 1941 г. из Таллина в Кронштадт я с тревогой справлялся, жив и здоров ли Юрий Александрович Пантелеев, с которым меня свя­
зывала дружба, сложившаяся во время совместной ра­
боты. В 1941 г. Юрий Александрович был начальником штаба КБФ (позднее адмирал запаса, профессор, ма­
стер парусного спорта, один из заслуженных моряков нашего флота). Присущее ему чувство юмора не раз по­
могало в острых ситуациях. Однажды перед выходом эсминца «Громкий» потребовалась наладка турбодина-
мо. Когда все было готово, пригласили проверить каче­
ство работы старшего механика корабля. Однако он от­
казался идти без представителя наблюдения. Обрати­
лись к председателю приемной комиссии Ю. А. Панте­
лееву за содействием — срывался выход корабля. При­
глашенный в каюту старший механик снова отказался самостоятельно принять турбодинамо. Тогда Юрий Александрович приказал вызвать... корабельного кока. —• По вашему приказанию...— отрапортовал тот, при­
кладывая руку к белому колпаку. Ю. А. Пантелеев будничным тоном приказал ему ид­
ти в кормовое машинное отделение и возглавить прием­
ку турбодинамо на режиме полной нагрузки. Кок опе-
34 шил, пытаясь сообразить, чего от него хочет капитан первого ранга. Однако воинская дисциплина взяла верх. — Есть, принять турбодинамо! — И он выбежал из каюты. Красный, как рак, механик корабля стоял в каюте председателя приемной комиссии и не знал, что делать. Юрий Александрович перебирал на столе какие-то бу­
маги. — Разрешите идти...1— наконец выдавил из себя стармех. — Я вас не задерживаю. Так и не удалось коку принять турбодинамо. Это за него сделал старший механик корабля. От Ю. А. Пантелеева я узнал о судьбе Виктора Ива­
новича Миняева, нашего хорошего специалиста. О нем можно сказать — «в рубашке родился». Война застала его в море, на борту корабля. Как лицо гражданское, он мог бы вернуться на завод, но командир по­
просил его остаться, так как старший механик не имел достаточного опыта эксплуатации. Корабль участвовал в боях у Моонзундского архипе­
лага, отбил десятки атак вражеской авиации. 24 авгу­
ста во время обстрела берегов, занятых противником, вражеская авиация произвела очередной налет. Одна из бомб угодила в полубак. Падали за борт люди, взрывная волна сбросила в воду и Миняева: перед этим он сильно ударился головой о надстройку. Оторванная носовая часть корабля затонула, но корабль продолжал идти вперед, пока не уткнулся в грунт. Над водой осталась корма. Кругом плавали моряки. Погибло 48 человек. Подобрал Миняева и других находившийся по­
близости эсминец. Добирались до Таллина с большим трудом. За два дня до общей эвакуации флота начальник штаба Ю. А. Пантелеев отправил В. И. Миняева на пароходе «Дау­
гава» в Кронштадт. Опять налеты в Финском заливе, и снова взрывная волна сбросила Миняева в воду, но уже тяжело раненного осколками бомбы. Самолеты несколь­
ко раз делали заход, обстреЛивая пароход и плававших в воде. Миняев при каждом заходе нырял под воду. Полтора часа держался на воде, пока его не подняли на палубу «Даугавы». Неоднократно хотели эвакуировать Виктора Иванови­
ча из Ленинграда, но он решительно отказывался и ак­
тивно трудился в тяжелых условиях блокады. Ныне он 35 совете ветеранов завода на пенсии и работает в им. А. А. Жданова. Наша, судостроителей, связь с моряками была нераз­
рывна: их успехи — это и наши успехи, их потери — не­
изгладимые рубцы в нашей душе и памяти... Когда фашистские войска подходили к Ленинграду, мы получили приказ закамуфлировать заводские зда­
ния и сооружения. Опыта в этом деле у нас — никакого! При обсуждении вопроса кто-то предложил даже подо­
рвать эллинг (он служил хорошим ориентиром). Позво­
нили секретарю горкома ВКП(б) А. А. Кузнецову, но он запретил разрушать эллинг. И правильно! Уже в на­
чале сентября 1941 г. эллинг был использован как глав­
ный корректировочный пост морской артиллерии. Не­
мцы старались уничтожить его снарядами и бомбами, но эллинг стоит и используется по своему назначению и по сей день. Наивными оказались наши попытки закамуфлировать завод. Так, вдоль набережной насадили «деревья» из стальных труб с приваренными ветками и набросанной стальной стружкой, закрасили их зеленой краской. Вблизи похоже на деревья. Надстройки и другие конст­
рукции вокруг эллинга также подверглись «художе­
ственной» обработке: на них зеленой краской намалева­
ли деревья. Все это оказалось ненужным, так как даже с небольшой высоты, когда мы поднялись на эллинг, цвет деревьев терялся, а контуры судовых конструкций и светотени оставались. Построенный макет избы с красной кровлей на огромной зеленой крыше механиче­
ского цеха (якобы изба в поле) оказался хорошим ори­
ентиром для немецких артиллеристов. «Избу» пришлось снять. Вскоре завод оказался буквально на передовой линии фронта — до немецких позиций было рукой подать. Гре­
мело кругом, впереди, сзади, с боков. Артиллерийский грохот орудий всех калибров, начиная от трех- до две­
надцатидюймовых, не смолкал ни днем, ни ночью. Корабли, находившиеся на плаву, поддерживали ар­
тиллерийским огнем сухопутные войска. Эсминец «Опы­
тный» стоял на артиллерийской позиции в порту. Из окон завода мы хорошо видели огневые языки, непре­
рывно вырывавшиеся из пушек, бивших по фашистам, рвавшимся к Красному Селу и Петергофу. В один из дней рывком распахнулась дверь, и ко мне в кабинет, шатаясь, ввалился краснофлотец, черный, с опаленными волосами, выбившийся из последних сил. 36 Он бежал от пирса в торговом порту, где стоял крейсер «Петропавловск» и, чтобы сократить путь, под огнем врага перелезал через заборы порта, предприятий, бе­
жал напрямую к заводу. Моряк прохрипел, что послан с крейсера за помощью. Недостроенный, но с действую­
щей тяжелой артиллерией, корабль стоял в одной из гаваней порта и вел огонь по наступавшему врагу. В подбашенном отделении возник пожар от взрыва вра­
жеского снаряда, а тушить огонь нечем. Через пять ми­
нут заводской буксир с краснофлотцем на борту вы­
шел на помощь кораблю. Напротив завода стоял красавец крейсер «Максим Горький» и также вел огонь. Вражеские снаряды ложи­
лись все ближе и ближе к кораблю. «Только бы не на­
крытие»,— с тревогой думали мы, глядя на эту артилле­
рийскую дуэль из окон заводоуправления. Но вот по­
явился бурун у кормы — корабль, меняя позицию, плав­
но отошел от места разрывов. Над Ленинградом нависла грозовая туча вражеско­
го вторжения. Мы получили команду подготовить завод к уничтожению в случае прорыва фашистов в город. Мне- поручили разработать план уничтожения родного предприятия. Это была мучительная, но, к счастью, толь­
ко бумажная работа. Чем уничтожать? Пока мы пытались изобрести способы выполнения задания, саперы привезли на завод тол и бикфордов шнур. «На пальцах» показали нам, как делать и под­
рывать тротиловые шашки. В подвальном помещении строившегося инструментального цеха — стен еще не было —устроили лабораторию для начинки деревянных ящиков толом. Работали женщины из химической лабо­
ратории. Заходил я несколько раз в этот низкий под­
вал— желтый туман висел от толовой пыли. -У некото­
рых работниц началось кровохарканье. Чем-либо облег­
чить их самоотверженный труд было невозможно. При­
каз категоричен: сегодня завезли тол — завтра продук­
ция должна быть готова. Наш район гитлеровцы уже обстреливали восьмидюймовыми снарядами, которые рвались на территории завода. Один из них разорвался недалеко от входа в подвал, упал сраженный часовой, но женщины продолжали работать. Нервы были натянуты до предела. Ведь от одной только детонации вся начиночная мастерская могла взлететь на воздух не только вместе с работавшими в ней, но и с матерями и детьми из соседних сгоревших 37 домов, нашедшими приют во второй половине подваль­
ного помещения. Да, героический труд этих женщин и мужчин можно смело сравнить с действиями саперов на минном поле во время артиллерийского налета! План уничтожения завода предусматривал эвакуа­
цию заводского коллектива с выходом на проспект Ста­
чек, а затем к центру Ленинграда. А вот диверсионной группе после выполнения своей драматической миссии и отряду прикрытия вместе с руководителями завода пришлось бы уходить в последние минуты, и, вероятно, путь на проспект Стачек был бы уже отрезан. Поэтому заблаговременно подготовили стальную баржу, чтобы водным путем прорваться к центру Ленинграда. На па­
лубе баржи смонтировали двухорудийную 76-мм зенит­
ную установку. Буксир дежурил у баржи. Беспримерная стойкость защитников Ленинграда из­
бавила нас от необходимости реализовать страшный план уничтожения завода. Неоднократно партком рассматривал вопросы роста рядов парторганизации в цехах. В результате в партию шли кадровые рабочие, инженеры, комсомольцы. Многие из уходивших на фронт, зная, что сразу же будут уча­
ствовать в кровопролитных боях, подавали заявления о приеме в партию. Вот одно из них: «В грозные дни для нашей Родины хотим быть в Коммунистической партии. Если партия потребует нашу жизнь на защиту социа­
листического Отечества, без колебаний ее отдадим». Подписали его столяры П. И. Храмченко, С. Ф. Смир­
нов, Н. М. Федоров, Д. Л. Черкесов. Став коммунистом, С. Ф. Смирнов, «забронированный» на заводе, все же настоял на своем и ушел добровольцем на фронт. Мо­
лодой рабочий корпусного цеха комсомолец Николай Михайлович Обидин, столяр деревообделочного цеха Константин Васильевич Кулаков, комсомолец Василий Васильевич Миронов, уходившие добровольцами на фронт, также были приняты в ряды ВКП(б). Мастер корпусного цеха М. Г. Бурмистров, принятый в члены партии, тут же подал заявление о вступлении добро­
вольцем в армию народного ополчения. Несмотря на ежедневные ожесточенные обстрелы за­
водской территории и соседнего Кировского завода, все работающие приходили в цехи и давали фронту снаря­
ды, мины, железнодорожные батареи, ремонтировали 38 корабли. Рабочие завода изготовили 55 лафетов для 76-мм пушек, около 20 тыс деталей для лафетов, 630 щитов и около 10 тыс. деталей для них, 7,5 тыс. деталей для танков, 1085 головок фугасных бомб, много 120-мм мин и 122-мм снарядов, походную автомастерскую, от­
ремонтировали три поврежденных эсминца К В тот же период, в связи с реальной угрозой про­
рыва противника в Ленинград, рабочие завода постро­
или по указаниям военных специалистов ряд оборони­
тельных сооружений как на самом заводе, так и на прилегающей территории; эти огневые точки должен был занять для обороны наш рабочий батальон. У реки Емельяновки, протекавшей по территории завода, со­
орудили окопы и 65 пулеметных позиций, 8 орудийных дзотов, 250 стрелковых ячеек и 6 минометных по­
зиций (за корпусным цехом), бетонные основания под орудия, 8 орудийных зенитных вышек, зенитные пуле­
метные вышки на крыше заводоуправления и другие оборонительные сооружения. Разыскали среди оставшихся «забронированных» ра­
ботников завода лиц с военными специальностями и после обсуждения на парткоме назначили их на соот­
ветствующие должности в рабочий батальон. Мужественное поведение наших рабочих вызывало и восхищение, и раздумья. С грохотом разрывался снаряд в цехе, падал человек. Подбегали сандружинни-
цы. Чуть покосившись в сторону разрыва, соседи про­
должали работать у станков. Дирекция и партком за­
претили работать во время артиллерийских обстрелов, приказав прятаться в щели и блиндажи,— их было от­
рыто и оборудовано множество на территории завода и в цехах. На кораблях, правда, продолжали работать —• далеко бежать до укрытия, да и корабельная сталь за­
щищала от осколков. При первых же выстрелах наших .батарей все занимали свои рабочие места, так как зна­
ли, что вражеские пушки замолкнут, фашисты будут менять огневые позиции. Враг вел и прицельный огонь: по движущейся стреле портального крана, которая видна была немцам из-за корпусного цеха, по дыму заводского паровоза. Иной раз стрельба производилась явно при участии коррек­
тировщика, месторасположение которого некоторое время обнаружить не удавалось. Сторожевой корабль «Буря» стоял на ремонте у пир-
1 См.: ЦВМА, ф. 13, оп. 71, д. 2480, л. 74, 76. 39 са, закрытый от противника громадой корпусного цеха. В кают-компании проходило совещание командования корабля и заводских строителей. Первый снаряд разо­
рвался с перелетом у противоположного берега завод­
ского ковша. Но вот всплески снарядов начали прибли­
жаться к кораблю, один из них ударил в край набе­
режной, повредив осколками палубную скулу полубака корабля, а следующий прошил корабль насквозь: палу­
бу, кают-компанию, слегка контузив сидевших за сто­
лом, пробил правый борт выше ватерлинии и ушел в воду, не разорвавшись. Немало опасностей ежедневно подстерегало ленин­
градцев. Как-то главный инженер и секретарь парткома пред­
приятия, расположенного на Выборгской стороне, при­
ехали на наш «фронтовой» завод, который уже обстре­
ливался вражеской артиллерией, чтобы позаимствовать «опыт» подготовки завода -к уничтожению, если враг ворвется в Ленинград. По дороге, метрах в трехстах от нашей проходной, невдалеке от их машины разорвался восьмидюймовый снаряд. Проходивший мимо человек был убит. Машину пробило осколками, как потом со­
считали, в двенадцати местах. Но все остались невреди­
мы. Только бледные лица приехавших выдавали пережи­
тое. П. А. Камерский и Л. А. Назаров — начальники инструментального и меднолитейного цехов — одно вре­
мя жили вместе в бытовке литейного цеха. Начавшийся артиллерийский обстрел задержал их возвращение к себе «домой». Когда они добрались до своей комнаты, там все было .разнесено в клочья снарядом. Таких при­
меров множество. Несмотря на обстрелы и бомбежки, люди работали. В корпусном цехе, на участке мастера Туманова, за че­
тыре дня были обработаны детали, собраны и сварены бочки с мертвыми якорями, деревянные боны для за­
граждения фарватера Невы на случай, если гитлеров­
ские катера попытаются ворваться в ее устье. Общий вес конструкций превышал 500 т. За 17 дней изготовили оснастку и наладили поточное производство корпусов зажигательных авиабомб. Только в 1941 г. их сделали около 9000 шт. Были и самоделки — изобрели и изгото­
вили самострелы, наподобие средневековых баллист, для метания бутылок с зажигательной смесью в фаши­
стские танки. Сделали опытный образец, но внедрению мешала несовершенная в то время горючая смесь (тре-
40 бовалось перед выстрелом зажечь прикрепленную к бу­
тылке большую спичку). Частые обстрелы заводской территории заставили Военный совет фронта 17 сентября 1941 г. дать указа-
• ние о перебазировании завода в глубь Ленинграда. По заданию директора И. Г. Миляшкина, захватив с собой карабин и несколько гранат (возвращаясь на завод, не знаешь, с кем встретишься), я отправился искать тер­
риторию, освободившуюся в результате эвакуации из Ленинграда ряда заводов. Такое место удалось оты­
скать на Выборгской стороне. Переезд завода требовалось хорошо организовать, чтобы простои оборудования и рабочих были минималь­
ными. В первую очередь следовало перевести производ­
ство боеприпасов. А времени, как всегда, не хватало. Но­
чью разбудили начальника цеха Ф. И. Козодоя и при­
гласили в кабинет директора завода. Там уже сидели зам. наркома А.. В. Самарин, парторг П. И. Михайлов и представитель горкома партии. «Неужто уничтожать цех, завод?»— мелькнула у Козодоя страшная мысль (Федор. Иустинович состоял в диверсионном отряде и отвечал за уничтожение своего цеха). Нет, пронесло. Задание: немедленно перебазироваться на Выборгскую сторону. Козодой хороший организатор, он быстро собрал свой коллектив, так как большинство рабочих находи­
лись на заводе, домой почти не уходили. К утру 160 станков сняли с фундаментов и погрузили (часть — на железнодорожные платформы, часть — на баржу). Ут­
ром буксир потянул баржу на новое место. Козодой с помощниками был уже там. В четырехэтажном здании быстро распланировали поточное изготовление боепри­
пасов и установили оборудование по потоку. Недостаю­
щие 50 станков раздобыли у кировцев. Все машиностроительное оборудование завода (ме­
ханический, инструментальный, деревообделочный, мед­
нолитейный, сталелитейный, кузнечный, все вспомога­
тельные цехи и службы) перевезли на новую террито-
риюи пустили в эксплуатацию за две недели. На ста­
ром месте остались лишь корпусостроительные цехи. В сентябре И. Г. Миляшкина назначили директором Бал­
тийского судостроительного завода, а затем перевели в Москву, в наркомат. Руководство заводом им. А. А. Жданова было возложено на меня. Как мы ни старались, однако производство боепри­
пасов на первых порах шло негладко. При суточном за-
41 дании 500 мин за первые восемь дней выпуск составил лишь половину этого числа. Тревожное положение об­
суждалось на заседании парткома 23 октября 1941 г. Выявились недочеты на самом заводе (например, срыв сроков изготовления оснастки инструментальным и. ме­
ханическим цехами), но особенно задерживали постав­
щики отливок мин и снарядов. Приняли меры, вмеша­
лась и военная прокуратура—дело наладилось. Когда были устранены главные препятствия, потре­
бовалось в считанные дни освоить технологический про­
цесс изготовления мин и обеспечить заданную произво­
дительность. Это могли сделать с большим напряжени­
ем высококвалифицированные рабочие, а их-то осталось крайне мало. Целый месяц по вечерам, ночами, без сна, стояли за станками старший мастер И. И. Максимов, технолог К. Е. Латушинский, от тисков не отходили инженер Н. Г. Волков, старший мастер А. С. Крючков и многие другие командиры производства. Машиностроители знают, что на разработку и мате­
риальную подготовку подобного производства в нор­
мальных условиях нужно было бы не менее полугода. Однако рабочие, мастера и инженеры арматурного и инструментального цехов справились с заданием за три недели. По мере готовности оснастки начиналась обра­
ботка мин. И в инструментальном цехе мастера и инже­
неры становились к станкам, заменяя квалифицирован­
ных рабочих, ушедших на фронт. Вскоре начались перебои с подачей электроэнергии, это тормозило работу. И все же за пять месяцев 1941 г. было выпущено около 18 000 мин. Производство 122-мм снарядов также было организовано на потоке с расче­
том изготовления 500 шт. в сутки. Но из-за перебоев с электроэнергией за три месяца выпустили только около 6000 шт. В октябре во всех цехах прошли отчетно-перевыбор-' ные партийные собрания. Почти все избранные до вой­
ны секретари цеховых партбюро ушли на фронт, и пар­
тийные организации цехов временно возглавляли ком­
мунисты, назначенные партийным комитетом. Выборы прошли согласно Уставу партии и на высоком политиче­
ском уровне. Приближалась зима, а с нею все ощутимее надвига­
лись голод и холод, снижались нормы питания. Отапли­
вать служебные и производственные помещения было 42 нечем, водопровод и канализация замерзли, но люди продолжали трудиться. Пальцы прилипали к мерзлому металлу. В цехах поставили большие печи-«буржуйки», возле которых рабочие могли обогреться. На основной площадке по заданию Военного совета фронта начали спешно сооружать броневые доты, ис­
пользуя для этого имевшиеся запасы корабельной бро­
ни. Энергичный военный моряк П. Г. Котов, руководив­
ший изготовлением дотов, переходил от бригады к бригаде собиравших и сваривавших доты в промерзлом и темном из-за светомаскировки корпусном цехе и рас­
сказывал о боевом назначении этих сооружений, вооду­
шевляя рабочих своим оптимизмом и уверенностью. В 1941 г. было выпущено 15 артиллерийских и 135 пулемет­
ных дотов, отправленных на передний край. Не забы­
вали мы и про свои нужды: изготовили 8 дотов для оборонительного рубежа на заводе. Всего мы сделали зимой 1941/42 г. 173 броневых дота. Старая территория по-прежнему ожесточенно об­
стреливалась врагом. В цехах, кроме закрытых метал­
лом щелей, у рабочих мест поставили укрытия в виде металлических толстостенных сварных барабанов, ис­
пользовались даже котельные топки Мориссона — ци­
линдрические, гофрированные стальные барабаны. Мед­
ленно, но настойчиво рабочие ремонтировали СКР «Бу­
ря». Приходилось выполнять .и другие сложные заказы. Так, механический цех, обосновавшийся на новой терри­
тории, освоил изготовление защитных бронированных шарнирных устройств с вмонтированным пулеметом и оптическим прицелом. Они полностью защищали пуле­
метчиков, позволяя им из дотов вести прицельный огонь и наблюдать за полем боя через устройство, напоминав­
шее перископ. Главный инженер завода А. С. Волков побывал на переднем крае (в 150 м от вражеских тран­
шей), чтобы ознакомиться на месте с условиями стрель­
бы из этого устройства. Один из снайперов решил ока­
зать внимание необычному гостю из тыла и предложил ему подстрелить фашиста из снайперской винтовки, но, к сожалению, Волков промахнулся; его неудачу тут же компенсировал снайпер. Инженеры, мастера и высококвалифицированные ра­
бочие цеха усовершенствовали конструкцию устройства. Поначалу цех мог выпускать в месяц только пять таких установок. Затем выпуск достиг десяти, а, в дальнейшем тридцати штук в месяц. Всего мы изготовили 150 комп­
лектов. 43 Когда полностью прекратилась подача электроэнер­
гии и на новой территории, мы отыскали на складе су­
довой дизель-генератор мощностью 75 кВт и пустили его. Наступило самое трудное время блокады. Руковод­
ство завода, партийная и профсоюзная организации ре­
шили не просто обороняться от голода и подавленного состояния, от которых не было укрытий, а дать им бой. Прежде всего надо каждого обеспечить работой, не­
обходимой для обороны города. Мы ее постоянно иска­
ли и находили. Все, что предлагали нам делать для фронта Военный совет и горком партии, мы выполняли. Даже в самые мрачные дни блокады, когда большин­
ство судостроительных заводов простаивало, мы полу­
чали, хоть и скудно, топливо и электроэнергию. Получа­
ли и дополнительное питание для тех, кто работал на важных объектах. В начале марта 1942 г. завод участвовал в переобо­
рудовании двух электростанций города (1-й и 5-й ГЭС) для работы на местном топливе. Несколько позднее ждановцы смонтировали завод по выработке пищевого белка. И на этот раз нам предоставили электроэнергию, выделили и дополнительное питание для работавших, в том числе постоянное снабжение белком. Монтаж бел­
кового завода возглавлял Петр Царев, старший мастер механомонтажного цеха. Но в первую очередь мы отправляли людей на бое­
вые корабли, стоявшие, скованные льдом, на Неве. Су­
достроители знают, сколь остро нуждаются во внима­
нии зимующие корабли, даже если они стоят у стенки завода: нёт-нет, а что-нибудь да понадобится морякам — отремонтировать механизм, прибор. А в условиях блокады и стоянки на Неве это внимание судостроите­
лей требовалось и подавно. Наиболее квалифицирован­
ных рабочих, мастеров, инженеров распределили, по со­
гласованию с командирами, по кораблям, где они ре­
монтировали материальную» часть и обучали краснофло­
тцев, старшин (и получали флотское питание). А вот асов производства привозили мы сами на корабли и на судостроительные заводы. Заходишь к знакомому командиру или к директору вместе со специалистом, представляешь его — трудно отказать в приеме на ра­
боту. А за своего подопечного всегда можно поручить­
ся: оправдает себя с лихвой. Так, приехали мы однаж­
ды на Петрозавод с «профессором» своего дела — Фе­
дором Михайловичем Ивановым, старшим мастером 44 турбинных отделений. В недавнем прошлом мы вместе с Федей Ивановым монтировали механизмы и сдавали их на ходовых испытаниях. На Петрозаводе впервые в его практике велись работы на паротурбинном тральщике. Помощь Ф. М. Иванова была кстати. Не забыть мне многих работников нашего завода — таких же удивительных чудо-мастеров, как Ф. М. Ива­
нов. Вот некоторые из них. Бригадир сборки главных турбин, мастер высочайшей квалификации Николай Пе­
трович Виноградов — мой друг и наставник. Когда то желторотым инженером пришел я в цех и работал по­
мощником старшего мастера Дмитрия Марковича Ко-
стыгова. На .этом же участке был бригадиром Н. П. Виноградов. Так и прошли мы с ним почти всю жизнь вместе. Старый мой друг и учитель, Андрей Семенович Не-
вирко — балтийский моряк, участник Октябрьской рево­
люции и штурма Зимнего дворца,— старший мастер ко­
тельных отделений, много лет проработал на монтаже и сдаче судовой техники. Во время блокады он выполнял ответственные поручения по эвакуации населения с пе­
реднего края (пос. Дачное и др.), проверке наличия продовольствия в районе, контролю вылова рыбы на Ладоге бригадой завода им. А. 4. Жданова. Много было знающих людей, у которых я учился технике, отношению к делу и к людям, партийному по­
ведению. Это был второй институт, в котором моими учителями были такие замечательные специалисты, как Костыгов, Виноградов, Невирко, Иванов, Шнитко, Гриц-
кевич и многие другие мастера и рабочие турбинного, судомонтажного и трубомедницкого цехов. В коллекти­
ве завода я видел каждого в отдельности — с его харак­
тером, полным достоинства поведением питерского ра­
бочего. И когда настали горестные дни голодной и хо­
лодной блокады, мы вместе с парткомом и завкомом не­
устанно изыскивали возможные способы, чтобы поддер­
жать людей, спасти их от смерти, сохранить стране дра­
гоценных специалистов. Организовали медицинские ста­
ционары на 70 коек, а затем, по решению парткома, расширили их до ста коек. Стационары снабжались до­
полнительными продуктами. Нам, руководителям, до­
кладывали о каждом вновь поступавшем в стационар. Начальникам цехов было вменено в обязанность ежене­
дельно посещать своих больных, проявлять заботу о них, поднимать их моральное состояние. 43 Как-то поздно вечером главврач 3. Б. Кожина доложила, что в стационар принесли без признаков жизни О. Ф. Якоба — главного конструктора. Я немед­
ленно пошел в палату. В тот день изрядно намело сне­
га. Кто-то из наших работников шел поздно ночью на завод и споткнулся недалеко от проходной о сугроб. Это был Якоб, заметенный снегом. У Якоба семья была в Ленинграде, и он ей отдавал часть своего пайка. Две ошибки допустил Орест Федорович: не эвакуировал се­
мью и никому не сказал, что семья осталась в городе. Боролись за его жизнь упорно. Дистрофия — не шут­
ка! Первую неделю Якоб мог поднимать лишь веки. Же­
лание победить- смерть, заботы товарищей предотвра­
тили, казалось, неизбежный конец. Через два-три месяца Орест Федорович на учении в рабочем батальоне пол­
зал по-пластунски и бегал с винтовкой в руках. Боролись и за жизнь Проскурякова — «академика» по нарезке зубьев точных шестерен для корабельных редукторов. Боролись за жизнь персонально каждого специалиста, боролись за жизнь всех! В ноябре и декабре 1941 г. партийный комитет рас­
сматривал вопрос о работе заводской фабрики-кухни и о состоянии политико-массовой работы среди ее работ­
ников. Директора пришлось освободить от занимаемой должности и на его место назначить председателя завкома Николая Николаевича Уварова; работа пище­
вого цеха улучшилась. Руководители цехов и отделов обязаны были пода­
вать еженедельно за подписью «четырехугольника» спи­
ски работников, наиболее ослабленных голодом. Этим лицам в течение недели выдавалось дополнительное пи­
тание и по 20—30 граммов спирта, распределение кото­
рого жестко контролировалось. В ход пошло все, что могло быть пригодным для питания человека: натураль­
ная олифа, бараний жир для насалки при спуске су­
дов *, столярный клей, декстрин — клей для приклейки линкруста, синтетический пищевой белок... Все это вы­
давалось строго по талонам и спискам. Прежде чем пу­
скать в питание блюда из указанных «продуктов», про­
изводилась их проба. Все сгодилось, за исключением декстрина. Не пове­
рив способностям шеф-повара, я попросил В. И. Дубо-
виченко — главного технолога завода (впоследствии 1 Еще с дореволюционных времен говяжье и баранье сало счи­
тались лучшими жирами дла насалки спусковых устройств. 46 главного инженера разных заводов) «поколдовать» над декстрином. Принес он испеченные коржики, булочки, бублики. Румяные, поджаристые, сами в рот так и про: сятся. Не заметив озорного взгляда Владимира Ивано­
вича, откусил от румяной булочки. Разжать зубы уже не мог — склеились, да еще как! И смех, и горе. Но как использовать декстрин, ведь он сделан из пережженно­
го крахмала? Тут мы узнали, что кочегары уже неделю употребляют декстрин в пищу. Приглашенный в каби­
нет один из кочегаров-«первооткрывателей» расска­
зал, как это делается: ложку с сыпучим, как манная крупа, декстрином — в рот и запивают водой. Вредных последствий не было, поэтому решено было пустить де­
кстрин для питания по «методике» кочегаров. Организовали стационар и для руководящих работ­
ников, которые несли на себе наибольшую нагрузку — ведь большую часть суток они были на ногах. Руководя­
щих работников цехов, отделов, строителей направляли по особому графику в стационар на две недели. Катего­
рически запрещалось заниматься в это время служеб­
ными делами. Установили строжайшее правило: начальники цехов и отделов ежедневно проверяли (по внешнему виду) со­
стояние всех своих подчиненных, определяли кандида­
тов в стационар или на недельное усиленное питание. К тем, кто не выходил на работу, посылались нарочные (это было тяжелое задание — прошагать километры пешком, в холод). За состоянием здоровья начальников цехов, отделов, строителей судов наблюдали руководи­
тели завода. И вот что хочется отметить: ни один ив специалистов не попросил никакой помощи. Но после случая с О. Ф. Якобом стало ясно, что за ними нужно смотреть в оба; руководители коллективов были муже­
ственные люди, готовые на самопожертвование. Заме­
тишь заострившийся нос, бледную желтизну лица — не­
медленно в стационар, иначе через три-четыре дня чело­
век мог погибнуть. В апреле 1942 г. в Ленинград прилетел наш нарком. Прежде всего он проверил, как мы заботимся о работ­
никах. Позже, на совещании было сказано: после зимы 1941/42 г. потери в кадрах на нашем предприятии были значительно меньше («в два раза»,— как он сказал), чем на других судостроительных заводах. На Большой земле, видимо, не все представляли се­
бе трагизм положения ленинградцев, находившихся в блокаде. 47 В один из зимних дней 1941 г., возвращаясь из Смольного, я решил по пути проведать одного из своих старых друзей. Увы! Его уже не было в живых. Встре­
тил его родственника, летчика из Уфы. Вот что он рас­
сказал — Когда готовился к полету, товарищи по эскадри­
лье надавали различные поручения. Большинство про­
сили привезти из Ленинграда кондитерские изделия: конфеты, шоколад, даже торты и пирожные, которые считались лучшими в стране. — Да вы что, с луны свалились? — Действительно, свалился, как с луны. Ходили у нас, правда, разговоры, что в Ленинграде какие-то за­
труднения с продовольствием. «Затруднения»... Приехав с аэродрома в город, летчик пошел по Нев­
скому. Городской транспорт уже не работал, все ходи­
ли пешком —«оживленное» движение. На лица вначале он тоже не обратил внимания. Вдруг навстречу идет, сгорбившись, «старик», тащит детские санки. На них что-то покачивается длинное, завернутое в простыню, упругое. Это был умерший... Летчик кинулся к «старику»: «Вы с ума сошли, что вы делаете?!» Мужчина остановился, посмотрел на лет­
чика, как на сумасшедшего, и молча снова двинулся в путь. Летчик ничего не понимал и, провожая глазами странную для него, но обычную для ленинградцев по­
возку, недоумевал. Потом увидел вторые, затем третьи санки, всмотрелся в лица прохожих... — И только тогда я понял, какие «затруднения» в Ленинграде! — заключил он. * * * Своя фабрика-кухня на заводе позволяла целесооб­
разно маневрировать некоторыми продуктами и поддер­
живать силы работавших. Однако зимой 1941/42 г. Ленгорисполком постановил изъять все фабрики-кухни из ведения предприятий и подчинить их тресту столо­
вых. Завод им. А. А. Жданова пытался отстоять свою фабрику-кухню, но безуспешно. И вот тут-то сыграла решающую роль Анна Федоровна Смирнова, старый член партии. Решительная женщина по своей инициативе, не предупредив нас, поехала в Смольный к А. А. Жданову. Не знаю, что она говорила ему, но фабрику-кухню оста­
вили на заводе «навечно». 48 Давно и хорошо я знал А. Ф. Смирнову. Работали в одном цехе. Соотношение возрастов — матери и сына, и относилась она ко мне по-матерински. Работала Анна Федоровна в механическом цехе уборщицей, не стесня­
лась выступать на партийных и общих собраниях с рез­
кой критикой администрации цеха, и всегда толково и в цель. Ее большевистская прямота вызывала к ней глу­
бокое уважение. И все же администрация подобрала к ней, как говорят, ключи, подписала увольнение. Но обошлось, и Анна Федоровна очутилась на моем станоч­
ном участке учеником фрезеровщика, а затем и фрезе­
ровщиком. А. Ф. Смирнова осталась верна себе и про­
должала критиковать недостатки, добивалась их устра­
нения. Впоследствии Анна Федоровна была награждена ор­
деном Трудового Красного Знамени, одной из первых на заводе. Накануне войны ее избрали депутатом Вер­
ховного Совета СССР. Встреча с Анной Федоровной, когда меня перевели на завод им. А. А. Жданова в феврале 1941 г., была теплой. — Здравствуй, Сережа, теперь ты большой нача­
льник, но если будешь зарываться, я по старой дружбе повыщипываю у тебя перья. Ну, а теперь здравствуй по-
хорошему! Так и осталась в моей памяти Анна Федоровна вто­
рой матерью. 21 декабря 1941 г. заводу был нанесен значительный ущерб. Поздно вечером раздался телефонный звонок в моем кабинете на Выборгской стороне: «Горит заводо­
управление на старой территории...»— и все смолкло. — Алло, алло!..— молчание в ответ. Схватив ключи от машины, бросился вниз. Шофера искать было неког­
да. По заснеженным, пустынным улицам Ленинграда мчался через весь город: с Выборгской стороны к заво­
ду им. А. А. Жданова. У виадука возле Кировского завода был контрольно-пропускной пункт. Здесь начи­
налась линия фронта — проход и проезд по специаль­
ным пропускам. Такие пропуска имели работники Ки­
ровского и нашего заводов. Я предъявил пропуск и дви­
нулся дальше. Оставался еще километр до своей про­
ходной. В том месте, тогда еще незастроенном, где те­
перь находится Комсомольская площадь, от шоссе Ста-
49 чек ответвлялась дорога в сторону завода им. А. А. Жда­
нова и далее шла через тесный проезд между разве­
систым большим деревом и пустовавшим резервным дзотом. Тут начался артиллерийский обстрел. Гитлеров­
цы, видимо, хотели отсечь проезд пожарных к заводу. Возвращаться и делать километровый крюк в объезд? Решил проскочить. Круто развернувшись, машина уст­
ремилась в узкий проход. И вдруг воздушной волной от разорвавшегося снаряда забросило зад машины, «эм­
ка» врезалась в дерево, мотор заглох, из радиатора по­
текла вода. Выскочил из машины и оставшиеся полки­
лометра бежал. Тяжелая картина предстала перед глазами. Огонь быстро распространялся по этажам заводоуправления. Наша пожарная команда героически боролась с ним. Особенно бесстрашно действовал заместитель команди­
ра пожарных, увлекавший своих бойцов в самую гущу огня. На втором этаже он едва не погиб, когда пламя с дымом вдруг рванулось в его сторону. Товарищи вытя­
нули его из огня и на канате через оконный проем спу­
стили на землю. Здесь привели его в сознание, и он сно­
ва ринулся в пекло. Но сил явно не хватало. Стали прибывать городские пожарные машины, объезжая стороной, по переулкам, зону артобстрела. Собралось около пятисот бойцов-по­
жарников, но пламя уже охватило все этажи, запылала и крыша. Не действовал водопровод. Протянутые от прорубей шланги сразу же замерзали. Сотни пожарных стояли вокруг гигантского костра и ничего не могли сде­
лать... Узнав, что приехал начальник управления пожарной охраны Ленинградской области полковник Сериков, я отыскал его и потребовал более активных действий. — Что я могу сделать? — ответил он. — Смотри: че­
тыре человека не могут удержать ствол в руках, а поло­
жено двоим. Люди обессилены голодом. Видишь, как сваливаются бойцы уже с третьей ступеньки пожарной лестницы... Здание сгорело дотла. На старой территории завода было еще несколько случаев загораний, правда, некрупных. Вопрос о состоя­
нии противопожарной- безопасности стал предметом серьезного рассмотрения на заседании парткома. Заместитель директора по МПВО и начальник ос­
новной территории завода Абросимов не проявил нуж­
ной решительности и оперативности во время возникше-
50 го пожара заводоуправления. Обсуждение этого драма­
тического события на парткоме показало, что пожар можно было ликвидировать в самом начале. Однако на­
чальник заводской пожарной охраны почему-то не раз­
решил командиру СКР «Буря» и краснофлотцам уча­
ствовать в тушении пожара. Отсутствовали и огнетуши-
. тели, изъятые перед самым пожаром для зимней пере­
зарядки. Непосредственные виновники были отданы под суд и понесли суровое наказание... Горком партии и Военный совет фронта неоднократ­
но предупреждали руководителей ленинградских пред­
приятий о готовившемся гитлеровцами штурме Ленин-
. града и требовали поддерживать оборонительные пози­
ции в постоянной боевой готовности, а в случае необхо­
димости — уничтожить завод. Поэтому рабочий баталь­
он и диверсионная группа завода все время жили на старой территории, размещаясь в подвальном помеще­
нии сгоревшего главного здания. Там же находился командный пункт противовоздушной обороны и бес­
сменно жил его начальник П. И. Сеничев. Немало по­
трудился он еще до войны, чтобы подготовить завод к боевым условиям. Иные тогда считали эту подготовку досадной помехой в производственной работе: опять, мол, учения с отрядами МПВО, пожарными, медико-са­
нитарными, аварийно-восстановительными и другими отрядами. Но как все пригодилось во время войны! И нужно отдать должное И. Г. Миляшкину, за два года до войны назначенному директором завода, который всячески поддерживал эту подготовку. Каждое воскресенье я приезжал на старую террито­
рию и оставался там. Основная территория завода им. А. А. Жданова была весьма протяженной. Когда про­
водились учебные тревоги на уничтожение завода в очень ненастные ночи, диверсионный отряд всегда был на высоте: за 20 минут закладывались тротиловые шашки в оборудование и другие объекты, подлежавшие уничтожению. Диверсионный отряд состоял из надеж­
ных ждановцев — коммунистов. Известно, что все застекленные фонари на крышах цехов и окна в целях маскировки замазывались изнутри мелом с синькой. Однако под действием дождей и отпо­
тевания светомаскировка нарушалась. Поэтому выпол­
нение сварочных работ в ночное время требовало стро­
гой проверки светопроницаемости. Стоишь, бывало, в заводоуправлении и пристально смотришь на крышу це­
ха. Дается команда сварщику включить электросвароч-
ную дугу. Через крышу, как из гигантского решета, брызжут кинжальные струи зеленого света. «Сто-оп!»—• кричу в телефон. Все погружается во мрак. Даже этого мгновения бывало достаточно — враг засекал вспышку, а через считанные минуты на территории завода начи­
нали рваться тяжелые снаряды. Близость завода к против­
нику давала себя знать. Заводом-фронтом называли тогда наше предприятие. Вот некоторые данные. На Балтий­
ский завод фашисты сбросили за период блокады 27 фу­
гасных бомб и выпустили 930 снарядов. На территорию ждановцев упало соответственно: бомб — 59 и 17 875 «за­
жигалок», артиллерийских снарядов калибром 150 и 203 мм — более 5340. Ни один завод в Ленинграде, кроме Ки­
ровского, не подвергался столь интенсивному артиллерий­
скому обстрелу, как наш, но, несмотря на это, люди про­
должали ежедневно выполнять важные оборонные заказы. На новой территории мы получили «в наследство» от эвакуированного предприятия около сотни учащихся ре­
месленного училища. Все они были иногородние, поэто­
му круглосуточная забота о ребятах целиком лежала-
на нас. Жили они в общежитии и нигде не работали. Не сразу мы узнали об их существовании, так как никто их нам не .передавал. Моральное и физическое состояние ребят требовало принятия срочных мер. Несмотря на острый дефицит в квалифицированных рабочих и мастерах, пришлось, скрепя сердце, выделить несколько человек в качестве мастеров-воспитателей, обязав их находиться в общежитии. Однако основное условие, на котором воспитывается человек,— труд — отсутствовало. Работы не было. Тогда решили пересе­
лить молодых людей поближе к старой территории, где была электроэнергия и производилась кое-какая рабо­
та. Их поселили в пустовавшем доме, находившемся не­
вдалеке от переднего края. Ребята стали сознавать, что вот тут, совсем рядом, советские воины сдерживают на­
тиск врага. Через неделю учащихся перебежками пове­
ли под артиллерийским огнем на старую территорию. Показали боевые корабли, стоявшие на ремонте, рас­
сказали, в каком бою они получили повреждения, по­
знакомили с героями-краснофлотцами. Вскоре все ребя­
та работали с энтузиазмом. Немалую роль в их судьбе сыграли комсомольцы. Секретарь заводского комитета комсомола Н. И. Ов­
чинников, члены бюро комитета были прикреплены к группам ребят, посещали их в общежитии и на рабочих местах, беседовали, знакомили с работой других моло-
52 дых рабочих, которые с успехом трудились на заводе. Все это принесло свои результаты. В начале января 1942 г. Военный совет фронта пору­
чил заводу произвести ремонт пяти боевых кораблей и двух десантных судов. Срок — апрель. По мирному вре­
мени срок нереальный, по военному —» обычный. Пре­
жде чем начать ремонт, требовалось перевезти на ста­
рую территорию и смонтировать сорок станков, восста­
новить разгромленное взрывами силовое энергохозяй­
ство и искромсанную осколками снарядов и бомб элект­
росеть, восстановить бездействующие, пустые, с пролом­
ленными стенами и крышами инструментальный, меха­
нический, судомонтажный и трубомедницкий цехи, уло­
жить поврежденные взрывами железнодорожные пути. 30 января 1942 г. партком рассмотрел вопрос о подго­
товке к ремонту кораблей. Было решено расширить ста­
ционары, чтобы подкрепить людей, найти недостающие кадры. Под словом «кадры» подразумевались не имев­
шие никакой квалификации женщины и подростки. Тре­
бовалось одновременно свыше 500 рабочих. В январе сумели направить на эти работы только 49. Над восста­
новлением электрохозяйства работала лишь пятая часть требующихся рабочих. Главный механик Гурович по­
слал на старую территорию всего лишь трех человек на монтаж и пуск оборудования, но их уже четыре дня ищут: то ли угодили под обстрел, то ли по пути попали в больницу... Дирекция и партком приняли все меры для решения поставленных задач. Использовали опыт политической агитации, широко применявшийся летом 1941 г. при ра­
боте на судах, провели партийно-хозяйственные совеща­
ния на кораблях, в цехах и на участках, выделили из числа работавших на ремонте и на восстановлении це­
хов рабочих и ИТР коммунистов для партийно-полити­
ческой работы на производстве. Руководил этим член парткома Ухов. Партком назначил политорганизаторов на ремонтируемые корабли: коммунистов Н. В. Глебо-
ва и А. В. Пономарева — на СКР «Буря», на самоход­
ные баржи— С. М. Голикова. Ежедневно контролировалось выполнение суточных заданий. Прибывшие с кораблями краснофлотцы и по­
ступившие на завод женщины и подростки закрепля­
лись за квалифицированными рабочими для обучения. Получили мы и 30 пайков на дополнительное питание — слабое подкрепление, распределить его среди многих сотен людей было затруднительно, но все же — подмога 53 к тому дополнительному питанию, которое мы смогли организовать за счет фондов завода. Рабочие, мастера, инженеры под руководством пар­
тийной организации завода сделали, казалось, невоз­
можное: с открытием навигации ремонт кораблей и су­
дов был завершен. До весны 1942 г. мы не посещали никаких зрелищ­
ных мероприятий — до того ли было! 4 апреля кто-то предложил поехать на спектакль Театра оперетты, нача­
вшего свои гастроли в Театре им. Пушкина. Давали «Свадьбу в Малиновке». В театре сидели в пальто и шапках, все дружно аплодировали и стучали ногами, заодно согреваясь. В разгар спектакля в веселую мело­
дию ворвался вой сирены. Спектакль был остановлен, и администратор предложил публике уйти в убежище или покинуть театр. В. этот день вражеская авиация произвела один из сильнейших налетов на Ленинград, на флот. С небольшой группой зрителей мы вышли на улицу. Грохотали зенитки. В ясном небе бомбардиров­
щики заходили с разных сторон, пикируя на вмерзшие в лед корабли. Быстро сели в машину и поехали на завод, на Выборгскую сторону. На Садовой улице висе­
ли оборванные трамвайные провода, повалены были столбы и деревья. Сандружинники, какие-то военные подбирали раненых. У переломленного взрывом чугун­
ного столба сидел средних лет мужчина, лицо его было в крови. Он поднял руку навстречу нам, но машина про­
скочила мимо на большой скорости с горбатого мостика у Инженерного замка. Пока тормозили на гололеде, его успели подобрать. Покатили дальше. Несколько бомб упало на Марсово поле, где стояли зенитные батареи. Снег метровым слоем покрывал все поле. Глубокие ко­
леи почему-то были заполнены водой. Было непонятно, откуда при морозе столько воды. Взглянув через полуоткрытую дверь машины, я уви­
дел пламя в Летнем саду и беспорядочные взрывы — то рвались зенитные снаряды в ящиках у Лебяжьей канав­
ки. Шофер Вася Шеркунов вопросительно взглянул на меня. Раздумывать было некогда, беспокойно стучала мысль: что там, на заводе? Развернуться в глубоких ко­
леях невозможно, значит, если в объезд, то возвра­
щаться нужно задним ходом вдоль Марсова поля. — Давай вперед! Проскочим! Но не проскочили. Всплеск — и машина нырнула в глубокую воронку, заполненную водой. 54 Не очень приятно было выскакивать из машины на­
встречу взрывам и осколкам. Боеприпасы рвались мет­
рах в тридцати—сорока от нас. Обогнув машину, побе­
жали впятером на Марсово поле, покрытое рядами ще­
лей. Побежали — не то слово. Через два-три прыжка проваливались в снег, падали и ползли. Подхлестывали наш, условно говоря, бег свистевшие осколки. Преодолевая жгучее желание вскочить в бли­
жайшие щели, бежали дальше. Один из нас, Маев, не добежал, упал. Крови на нем не было. Сдало сердце от физического перенапряжения. Пришлось втащить его в щель. Через полчаса выглянули. Как будто налет за­
кончился, но взрывы продолжались. Выскочили и на­
правились к Кировскому мосту. Маева несли на руках. Наконец добрались до завода. Полы наших пальто бы­
ли пробиты осколками. На заводе все было в порядке, а машину удалось вытащить только на следующий день. Наш культпоход был первым и последним. Весной 1942 г. Ленинград готовился к отражению грозной опасности возникновения эпидемий. Водопро­
вод и канализация вышли из строя еще в начале зимы. Дворы были покрыты метровым слоем льда, слежавше­
гося снега и нечистотами. Постановление Ленгорисполкома об очистке города потребовало от нас больших усилий. Завод им. А. А. Жданова, как и другие предприятия, получил за­
дание на очистку жилых кварталов и захоронение умер­
ших, обнаруженных в промерзших квартирах, в Киров­
ском районе. Но у завода, кроме того, были еще и свои довольно обширные домохозяйства в различных райо­
нах города, где'жили семьсот человек. Без тепла и све­
та, с выбитыми стеклами, дома стояли иссеченные осколками, поврежденные бомбами и снарядами. Было ясно, что одними административными мерами невозможно справиться с возникшими задачами. Требо­
валась мобилизующая сила партийной организации, ак­
тивное участие заводского профсоюзного комитета и комсомола. Поэтому после обследования всех домохо-
зяйств вопрос о состоянии домов рассматривался на парткоме завода с участием широкого актива. Партком назначил политорганизатором по делам домохозяйств Горина — секретаря партийной организации военизиро­
ванной охраны завода, который обеспечил ремонт до­
мов. 55 Молодой, энергичный, бывший рабочий турбинного цеха Горин, можно сказать, дважды родился. Однаж­
ды, летом 1941 г., когда фашистские войска подошли к Ленинграду, неожиданно вынырнул из облаков фашист­
ский стервятник. Сбросив одну за другой три бомбы, он с воем ушел в облака. Прямое попадание в проходную. • Здание превратилось в груду бревен и досок. Стоявшие в очереди у ларька рабочие были сметены взрывом. Бросились разбирать бревна проходной. Начальник охраны знал, что в здании был Горин. Наверное, погиб. Но оказалось, что Горин совершенно невредим. Правда, он находился в состоянии шока. Его вели под руки. Но­
ги неестественно заплетались, глаза были дико скоше­
ны, он ничего не слышал. В нормальное состояние Го­
рин пришел лишь спустя несколько дней. По заданию горкома ВКП(б) завод выполнял рабо­
ты по ликвидации аварий на водопроводной станции, хлебозаводах, по разборке деревянных строений на топ­
ливо, переоборудованию одной из школ под госпиталь, выполнял грузовые операции па Дороге жизни. В гар­
низонном госпитале наши рабочие провели крупный ре­
монт, оборудовали терапевтическое отделение на 400 коек. Туда были посланы краснодеревцы высокой ква­
лификации и резчики по дереву. Получили мы, как и другие предприятия, земельные наделы в районе Токсо-
ва, где организовали совхоз, директором которого на­
значили председателя завкома Н. Н. Уварова. В конце марта 1942 г. на старой территории завода шла интенсивная подготовка металла, плаза, станков, рабочих мест: начиналась постройка барж для Дороги жизни. В апреле в Смольный пригласили нескольких дирек­
торов судостроительных заводов и замнаркома А. В. Самарина. Нас принял А. А. Жданов. Запомнилось утомленное лицо Андрея Александровича с мешками под глазами. Был тут и Алексей Александрович Кузне­
цов, секретарь Ленинградского горкома партии, блед­
ный от крайней усталости и бессонных ночей. Во время обсуждения он делал толковые замечания, остро ставил вопросы, хотя, казалось, что его опущенная голова объ-
56 ята глубоким сном. От судостроителей требовалось со­
здать небольшие тендеры и плашкоуты для переброски грузов с Большой земли по Ладожскому озеру з Ленинград. Основные требования А. А. Жданов изло­
жил кратко: — Эти суденышки должны быть небольшими, чтобы потопление одного не наносило большого урона, уверт­
ливыми— ведь за ними будут охотиться «мессершмит-
ты».— Мы внимательно слушали Андрея Александрови­
ча.— Хотелось бы,— продолжал тов. Жданов,— чтобы тендеры имели возможность выходить носом на берег, Ладожское озеро имеет отлогие берега, а в наших бло­
кадных условиях это позволит вести разгрузку в любом месте без пирсов. Срок, как и следовало ожидать, был фронтовой — месяц-пол тора. Получив чертежи, ждановцы ц-риступили к построй­
ке самоходных плашкоутов грузоподъемностью по 25 т. На старой заводской территории было изготовлено 18 плашкоутов. Их постройкой, отправкой на Ладогу и сдачей руководил начальник технического бюро судо-
монтажного и трубомедницкого цехов энергичный инже­
нер Г. И. Смирнов. Весной и летом 1942 г. на эсминцах «Строгий» и «Стройный», стоявших на Неве у лесопарка, в очень трудных условиях велись достроечные работы. Ими ру­
ководили старшие строители Д. А. Чалык (на «Стро­
гом») и В. К. Кабышев (на «Стройном»). Корабли об­
стреливали район, занятый врагом от Шлиссельбурга до Пулковских высот. Фашистские артиллеристы не оста­
вались в долгу: вокруг кораблей то и дело возникали всплески, а осколки выбивали дробь на обшивке и палу­
бах. И пробоины приходилось тут же заделывать. На старой территории завода, наряду с привычными обстрелами, не раз возникала настоящая боевая обста­
новка. Так, в один из дней ранней весной 1942 г. гитле­
ровцы открыли шквальный артиллерийский огонь. Мы выбежали на крышу временного здания заводоуправле­
ния, где находился наблюдательный пункт зенитчиков. Кругом, на всей территории завода, взлетали огненно^-
57 земляные смерчи. Противник стремился подавить нашу зенитную артиллерию. Доставалось и цехам. Над наши­
ми головами двигалась к Ленинграду армада фашист­
ских самолетов — штук семьдесят. Навстречу им летели наши истребители. Зенитный огонь внезапно прекратился. В наступив­
шей тишине слышался лишь рев моторов. Несмотря на явное превосходство, гитлеровцы, не приняв боя, начали отворачивать. Две наши машины ворвались в самую гу­
щу вражеских самолетов. Затаив дыхание, следили мы за каруселью смерти. Треск пулеметов и скорострель­
ных пушек смешивался с воем моторов. Прошло не­
сколько минут, и чей-то самолет, дымя, круто пошел вниз, в залив. Затем смолкла стрельба в воздухе, и из гущи самолетов вывалились разрезанные пулеметным огнем части самолета, упавшие на территорию завода. Сюда же на горящем? парашюте стремительно спускал­
ся летчик. Предполагая, что это фашист, мы быстро спустились с крыши и побежали к месту его падения. Летчик, пробив крышу цеха и ударившись головой о ферму, повис на ней. На полу валялся его пистолет. На­
шли удостоверение. С фотографии смотрели дерзкие глаза со смешинкой, мускулистая шея виднелась из-под свитера. Наш парень, лейтенант Васильев, 1922 года рождения. Поникнув, стояли мы, обнажив головы. В это время возле цеха продолжала гореть передняя часть самолета и рвались снаряды его малокалиберной пушки. Все это происходило рядом с небольшим блин­
дажом под бревенчатым накатом, в котором хранилось несколько сот самодельных толовых шашек. Блиндаж охраняла 20-летняя девушка — боец рабочего батальо­
на завода. Укрыться негде, уйти в цех не позволял долг часового. Героиня лишь прислонилась к двери склада, где таилась сила, способная от одной лишь детонации разнести все вокруг. Она это знала. И даже когда воз­
ле нее, буквально в пяти метрах, упал горящий самолет и начали взрываться снаряды его пушки, она не покину­
ла пост. В одно из воскресений марта 1942 г. бушевал холод­
ный ветер. На заводе, как всегда, было много людей — бойцы МПВО, группа подрывников, рабочий батальон, рабочие и мастера. В полдень заговорила немецкая артиллерия: по заводу ударили одновременно несколько 8-дюймовых орудий. Враг стрелял зажигательными снарядами. В разных местах вспыхнули пожары. Горел сталелитей-
58 ньш цех, а на открытом складе запылали ящики с тур­
бинами. Когда поднялись клубы дыма, обстрел прекра­
тился. Все мгновенно бросились тушить огонь, хотя ни­
какой команды не давалось — так повелось уже, что напоминать рабочим о выполнении их долга не было нужды. Появилась пожарная команда завода. Но ког­
да забегали люди, по дымам пожаров вновь ударила вражеская артиллерия. Подлый расчет был верен: как только сбегутся на тушение огня — возобновить об­
стрел. К тому времени мы уже многое повидали, многому научились, закалились, и тем не менее нельзя было не поражаться отваге и мужеству наших людей. Возле склада рабочие растаскивали горевшие ящики, чтобы спасти турбины, а снаряды, сперва ложившиеся впере­
ди, у трубомедницкого цеха, начали приближаться к месту пожара. Вот уже разрывы совсем рядом, но люди продолжают тушить пожар: только строгий приказ за­
ставил их на некоторое время лечь на землю. Сталелитейный цех превратился в кромешный ад: внутри пожар, крыша цеха горит, рвутся снаряды. А возле цеха мелькают силуэты людей, то пропадая в ды­
му, то вновь появляясь. И на крыше такие же то возни­
кающие, то исчезающие фигуры, и не знаешь, провали­
лись ли они вниз через проломы или их просто заслони­
ли клубы дыма. А на самом коньке крыши стоит моло­
дая женщина в костюме пожарного, подпоясанная ши­
роким ремнем, в шапке-ушанке и кирзовых сапогах, и хладнокровно командует, помогая бойцам и рабочим ориентироваться в дыму. Такова была обстановка на заводе, всего лишь в 3— 4 километрах от которого кипели ожесточенные бои за каждый метр ленинградской земли. Вначале я говорил, что на одной из четырех главных опор эллинга был оборудован по инициативе начальни­
ка артиллерии КБФ контр-адмирала И. И. Грена глав­
ный корректировочный пост морской артиллерии. Пер­
вым командиром поста был капитан 3-го ранга Николай Николаевич Ротинов. С высоты шатра эллинга были видны в стереотрубу результаты огня наших флотских артиллеристов — на дорогах и в поле валялись исковер­
канные танки, автомашины, орудия, трупы фашистов. В один из дней июля 1942 г. я находился на старой терри-
59 тории и, обратив внимание на яростный артиллерийский огонь, поднялся по трапу почти на 60-метровую высоту шатра эллинга. Командир поста артиллерийский капи­
тан (Н. Н. Ротинов был куда-то переведен) предложил посмотреть в стереотрубу. Перед глазами раскинулась панорама нараставшего боя за Старо-Паново, важный населенный пункт на развилке дорог. Несколько часов длился этот бой с применением танков, пикирующих са­
молетов, артиллерии. И когда пехота ринулась в атаку, даже видны были раскрытые рты, видимо, кричали «ура», и развевавшиеся полы шинелей бежавших. Среди атаковавших взрывались мины, падали наши солдаты. То и дело справа, у «Пишмаша», мелькали вспышки выстрелов минометов противника. — Куда ты стреляешь? — обратился я прерываю^ щимся голосом к капитану, не выдержав этой картины гибели наших бойцов. — Веду методический огонь, снаряд — в минуту. Тут, потеряв самообладание и забыв, что он мне не подчинен, я закричал: — Ты что, не видишь, откуда фашист стреляет? Лю­
ди наши гибнут! Бей по вспышкам минометов! — Не могу, товарищ директор, выполняю приказ! Выскочив из поста, бросил ему на ходу: — Сейчас спущусь вниз и позвоню адмиралу Панте­
лееву, он тебе прикажет бить по минометам. — Товарищ директор,— взмолился капитан,— я ведь не имею права даже пускать вас на пост. Попадет мне крепко. На этом закончилась «баталия» с командиром поста, а Старо-Паново было взято нашими воинами. Спустя тридцать пять лет произошла заочная встре­
ча с командиром этого корректировочного поста. В купе вагона он, уже полковник, разговорился с сотрудником предприятия, на котором я работал, и,, вспомнив минув­
шее время, просил передать привет В. Е. Славгород-
скому, начальнику корпусного цеха, оборудовавшему превосходный корректировочный пост, и «грозному» ди­
ректору завода — Боголюбову. Во время постройки ладожских тендеров на заводе возникла идея о создании крупных самоходных двух­
винтовых тендеров. Она была реализована нашими кон­
структорами во главе с О. Ф. Якобом. Он с жаром при-
60 нялся за дело — истосковалась его душа конструктора по настоящей корабельной работе. По созданному проекту был построен и сдан флоту один двухмоторный стотонный тендер. В сентябре 1942 г. передали флоту во временную эксплуатацию эсминцы «Строгий» и «Стройный». В че­
твертом квартале 1942 г. велись работы на СКР «Яст­
реб», изготавливали и приобретали комплектующее обо­
рудование для него — параван-лебедки, шлюпбалки, палубное оборудование и механизмы машинно-котель­
ных отделений. На стапелях и в цехах трудилось много молодежи, особенно быстро осваивавшей станочные работы. Но требовалось постепенно обучить их ответственным ра­
ботам — ведь нужно было изготавливать весьма слож­
ные и точные червячные и коленчатые валы, роторы. Поэтому предварительную обработку на станках дела­
ли молодые рабочие, а окончательную доводку прово­
дили в ночное время мастера, старшие мастера — их всего было только восемь — и начальник цеха П. И. Семенов, в недавнем прошлом высококвалифициро­
ванный токарь. Когда потребовались конические и ци­
линдрические шестерни для механизмов (это дело осо­
бо тонкое), а специалистов-зуборезчиков на заводе не осталось, к станку встал инженер В. К. Кондратьев, демобилизованный после третьего ранения из армии. Инженерное образование он получил в США, до войны работал начальником турбинного цеха, потом замести­
телем директора по кадрам. Жена его во время блока­
ды погибла. Оставшись один, В. К. Кондратьев все си­
лы отдавал работе. И вот теперь он засел в Публичной библиотеке им. Салтыкова-Щедрина, и, зная английский и немецкий языки, разыскал проспекты на зуборезные станки и другую литературу, и через неделю стал ра­
ботать на этих станках, выдавая высококачественную продукцию. К станкам и тискам, когда требовала обстановка, становились и другие мастера и инженеры. Так, Г. А. Оглоблин, начальник ОТК завода (впоследствии док­
тор технических наук, профессор, видный конструктор), пошел по велению -сердца в цех и встал к фрезерному станку, быстро освоил специальность фрезеровщика. Увидев неожиданно для себя этого высококвалифици­
рованного инженера за фрезерным станком, я ничего не сказал — запершило в горле. Так не раз бывало и на 61 фронте, когда офицер первым шел в атаку, чтобы при­
мером увлечь за собой подчиненных. Начальник инструментального цеха П. А. Камер­
ский, машиностроитель по образованию и опыту, также добровольно пошел работать судосборщиком на по­
стройку тендеров. За ним потянулись молодые рабочие-
инструментаЛыцики, добровольцы. Спустя некоторое время Камерский организовал ремонт поднятого со дна заводского буксира с громким, не отвечавшим его нека­
зистой внешности именем «Богатырь». Трудяга-буксир неустанно работал на старой территории, пока фашисты не утопили его снарядом. Разобрали главную машину, но на этом иссякли силы команды буксира: голод ско­
сил почти всех. Остался в живых один механик, да и тот мог только еле-еле ходить. И вот под руководством сидящего механика Петр Александрович Камерский со своими подручными успешно закончил ремонт букси­
ра. Ночью вышли на ходовые испытания. Машиной уп­
равлял Камерский, с удовольствием манипулируя ку­
лисой и клапанами паровой машины. Когда сдали буксир (сами себе), пароходному меха­
нику стало плохо. Спасти его не удалось. Последние си­
лы он отдал родному судну... * * * В период острой нехватки квалифицированных рабо­
чих, когда начинало развертываться судостроение в ус­
ловиях блокады, патриотическое движение за совмеще­
ние профессий явилось спасительным выходом из поло­
жения. Поэтому партком, все цеховые парторганизации уделяли ему большое внимание. Массовое совмещение профессий — сложное, трудно­
осуществимое дело, требовавшее высокой сознательно­
сти и больших усилий, чтобы в зрелом возрасте обу­
читься новой, незнакомой специальности и работать в полную силу.^ В июне 1942 г. партком отметил первые успехи в этой области: возникли передовые бригады в корпусном цехе, возглавлявшиеся женщинами коммуни­
стами Балашовой, Андреевой и другими. Им было при­
своено почетное звание «фронтовых». В механическом цехе трудовой подъем возглавили коммунисты Барке-
вич, Преснов, Оглоблин, Семенов, в арматурном цехе— Авдеев. Партийные собрания цехов и участков призвали всех коммунистов в кратчайший срок овладеть второй производственной специальностью. ы Движение за овладение второй профессией все шире распространялось на заводе. Теперь уже такие ответ­
ственные и точные работы, как монтаж валопроводов и главных машин, выполнялись в случаях, когда не хвата­
ло опытных монтажников, высококвалифицированными станочниками, овладевшими новой специальностью. ' Квалифицированный станочник, обрабатывавший валы, привыкший «ловить» при этом сотые доли миллиметра, теперь сам же монтировал их на кораблях, и професси­
ональная скупость движений токаря пригодилась при ювелирно-деликатном монтаже валопровода. Конечно, нелегко было перешагнуть психологический барьер — из цеха на корабль, от станка к ручному тяжелому труду, но фронт требовал, и токари быстро свыкались с новы­
ми для них технологическими операциями. Небывалое в практике мирного времени совмещение профессий осу­
ществили токари М. Морозов, И. Семенов, П. Малы­
шев и другие. Руководили этими работами заместитель начальника цеха В. И. Гусев, старшие мастера Ф. М. Иванов — монтажник по специальности, С. А. Гре­
чишников— сборщик машин, инженер (секретарь парт­
бюро цеха) Тамара Зеленко. Старший мастер Д. Гриба­
нов, трубопроводчик по профессии, артистически руко­
водил монтажом трубопроводов. Совмещение профессий, ударный труд позволили, несмотря на нехватку квалифицированных кадров, ка­
питально отремонтировать весной 1943 г. СКР «Тайфун.» и сдать его флоту в августе. А работы на заводе все прибавлялось. В 1943 г. на­
чался ремонт СКР «Вихрь». Его судьба примечательна. Этот сторожевик пришел на завод для капи­
тального ремонта. Все механизмы, котлы, прочее обору­
дование и вооружение были выгружены из корабля, изоляция корпуса снята. Главные турбины и вспомога­
тельные турбомеханизмы были направлены для ремонта в турбинный цех. Однако сразу к их ремонту не приступили — шли более срочные заказы. В августе 1941 г. решили отправить оборудование «Вихря» вместе со станками эвакуируемого турбинного цеха в глубь страны. Эшелон со станками успел проскочить на Боль­
шую землю, а вагоны с машинами «Вихря» задержа­
лись, началась блокада Ленинграда. Вагоны стояли на станции Ржевка. В результате взрыва боеприпасов на этой станции 29 марта 1942 г. были разнесены в клочья и машины «Вихря». Корабль остался без «начинки». 2 сентября 1942 г. на Ладожском озере вражеская авиа-
ы ция потопила однотипный с «Вихрем» сторожевик «Пурга». Поврежден был только корпус корабля, а ме­
ханизмы оказались целыми. С помощью водолазов и краснофлотцев сняли все механизмы, арматуру и уст­
ройства и поставили на «Вихрь». Работы на корабле по­
шли быстрыми темпами. При ремонте главных турбин, снятых с «Пурги» для' «Вихря», нужно было проверить «на бой» (на соос­
ность) роторы турбин низкого давления и колеса глав­
ных зубчатых передач в спаренном виде (т. е. соединен­
ных болтами) с валами главных упорных подшипников е тем, чтобы обеспечить их общую геометрическую ось. Подобные ответственные работы обычно производятся на уникальных токарных станках с высоким расположе­
нием центров. Но единственный станок был эвакуиро­
ван из Ленинграда. Восстановление корабля станови­
лось невозможным. Токари (они же монтажники) М. Морозов, И. Семенов и П. Мотовилов нашли остро­
умный выход из положения: предложили использовать для проверки соосности имевшийся большой расточный станок. Они' установили на станине люнет (специальную опору под ротор и зубчатое колесо) и, вращая спарен­
ные детали станком, проверили их «на бой». Успешное решение проблемы было тепло встречено собравшимися у станка. Директор завода и секретарь парткома сердечно поздравили рабочих-умельцев. Каждый ленинградец, активно переживший блока­
ду, достоин большого уважения и внимания. А перед такими, как Морозов, Семенов и Мотовилов, не грех и головной убор снять! * * * Осенью 1942 г. на Петрозаводе шла сдача головного паротурбинного тральщика «Владимир Полухин». Завод не имел опыта испытания быстроходных турбин. По просьбе директора Петрозавода направили туда за­
местителя начальника монтажного цеха нашего завода Ф. М. Иванова с бригадой специалистов по турбинным установкам. Они быстро восстановили турбозубчатый агрегат. Заодно перебрали и маневровое устройство (специальные-клапаны для запуска турбин). Это слож­
ное устройство требует исключительно тонкой регули­
ровки, что под силу только специалистам с большим опытом. Кроме того, на корабле обнаружились неполадки в автоматической системе питания котлов. Отладить ее на 64 Петрозаводе было некому. Ф. М. Иванов и его товари­
щи отрегулировали и эту систему, пустили ее в ход. После окончания всех наладочных работ Ф. М. Ива­
нов с бригадой сдали механизмы на швартовных испы­
таниях представителю заказчика, участвовали в ходо­
вых испытаниях корабля на Неве, которые проводила команда Петрозавода. Государственные испытания в Финском заливе с успехом выполнили петрозаводцы. Такую же работу по регулировке турбин и связан­
ных с ними систем выполнила бригада Ф. М. Иванова и на турбинном тральщике «Василий Громов» в 1943 г. В августе 1942 г. я был откомандирован на Север. Покидая Ленинград, заехал в Смольный проститься с Яковом Федоровичем Капустиным, секретарем горкома, который руководил всей промышленностью города в пе­
риод блокады. «Народный комиссар ленинградской промышленности»—так мы называли Я. Ф. Капустина. Пожелал ему здоровья и успехов, просил передать на­
илучшие пожелания А. А. Кузнецову. Уже в дверях ус­
лышал напутственные слова Я- Ф. Капустина: — Не осрами высокого звания ленинградца. Там, где будешь работать, тоже не пирогами кормят, да и климат холодноватый. Это была моя последняя встреча с человеком, герои­
ческий образ которого останется в моей памяти навсег­
да. Уехал с завода в Москву по вызову ЦК ВКП(б) в конце 1942 г. и секретарь парткома Павел Иванович Михайлов. Инженер высокой квалификации, умный, с большой выдержкой. Он был старше меня и умело охлаждал мой директорский пыл, когда его ие нужно было проявлять. Завод им. А. А. Жданова возглавил Д. В. Михалев. За его плечами к тому времени, несмотря на молодость, была хорошая производственная школа — он вырос от мастера до главного инженера и директора на одном из крупнейших в стране судостроительных заводов. Несмотря на отъезд из Ленинграда, дела родного завода продолжали, естественно, кровно интересовать. Накапливая материалы о предприятии, -с людьми кото-
#; Зак. № 356 65 рого сроднился в тяжкие времена блокады, мне удалось восстановить картину, разумеется далеко не полную, последующих событий на заводе им. А. А. Жданова. В 1943 г. началась серийная постройка малых траль-
щиков-стотонников по проекту 253-Л. Частые и при­
цельные обстрелы противником старой территории заво­
да заставили организовать постройку этих кораблей на новой (временной) территории, прямо на трамвайных путях, на набережной. Вдоль ограды выстроились раз­
весистые красавицы липы, мешавшие установке крана­
ми секций на стапельных местах, на которых должны были строиться корабли. Жалко, но администрация вы­
нуждена была отдать распоряжение спилить липы. В. Л. Лукьянов — главный строитель малых тральщи­
ков— вспоминает: «Когда я уже приготовился их пи­
лить, пришел Саша Щедров — мастер плотников — и не дал этого сделать. Он сказал, что сам будет грузить секции, а липы спасет. Липы растут и по сей день. Вся­
кий раз, проезжая мимо них, я вспоминаю Сашу Щед-
рова. Его нет среди нас, и липы напоминают о нем». Проект малых тральщиков, созданный на Большой земле, был переработан КБ Балтийского завода (глав­
ный конструктор С. А. Базилевский) с учетом ленин­
градских возможностей. На заводе им. А. А. Жданова построили в 1944 г. 9 сторонников. Механический цех завода изготовлял для этих тральщиков рулевые машины и устройства, эластичные соединительные муфты, арматуру, линии валопровода. Понадобились токарные станки с большим расстоянием между центрами. Соединили два токарных станка задними бабками, точно выверили геометрическую ось шпинделей и закрепили между собой и к фундаменту,— получился один длинный валовый токарный станок. Обрабатывали и гребные винты. Работа требовала определенного артистизма при разметке переменного шага лопастей, их обрубке и опиловке. Выполняли эти операции девушки — И. Фролова, В. Морозова, П. Волкова, обученные кадровыми специалистами (Гречишниковым и др.). Обычно такая работа поруча­
лась только мужчинам-рубщикам и слесарям высшей квалификации. Рабочая и инженерная смекалка помогала находить выход из любого трудного положения. На новой терри­
тории не было рельсовых путей к набережной, где ве­
лись работы. Для подачи тяжелых деталей, изделий из цеха на набережную были использованы, по предложе-
нию механика цеха Капранова, спаренные тележки электрокаров без аккумуляторов. Передвигались те­
лежки тросом, который через канифас-блок выбирали при движении на набережную плавучим краном, а при движении обратно в цех — мостовым. Через каждые шесть метров трос перестропливали, так как высота подъема кранового крюка была ограниченной. Этот ме­
тод впоследствии использовали и для транспортировки производственного оборудования на набережную к бар­
же, когда завод возвращался на старую территорию по­
сле снятия блокады. Фашисты, видимо узнав о развернувшейся построй­
ке малых тральщиков на набережной Выборгской стороны, начали усиленный обстрел новой территории. Четыре раза артиллерийскими снарядами сносило кры­
шу главного механического цеха, но работы по-прежне­
му велись полным ходом. Коммунисты, руководимые партийной организацией завода, с честью осуществляли авангардную роль на производстве. Так, коммунисты плавильщик сталелитей­
ного цеха Семенов и формовщик Лимаров выполняли нормы на 200%. Большого уважения заслуживала член партии Андреева, обрубщица того же цеха, выпол­
нявшая нормы на 150% на этой особо тяжелой ра­
боте. Многие приходили в цех, чтобы увидеть, как эта героическая женщина обрубала пневмомолотком отлив­
ки. Токарь Митенков добился высокой производитель­
ности труда — 225% нормы, строгальщик Виногра­
дов— 185%, слесарь Иванов выполнял задания на 234%, котельные машинисты на монтаже и ремонте кораблей Калабин, Литягин — на 250%. Все они бы­
ли коммунистами. В корпусном цехе были свои передовики, имена ко­
торых не сходили с Доски почета. Это коммунист сбор­
щик Григорьев, выполнявший на тяжелой работе нормы на 165%, коммунист маляр Чуркина — на 168%. Не посвященные в малярные корабельные работы могут скептически отнестись к достижениям Чуркиной: «Подумаешь, знай кистью помахивай — и вся работа!» Но окраска судов считается особо тяжелой и вредной профессией. За годы блокады выросла квалификация молодых и совсем юных рабочих. Уже в 16—17 лет юноши и девушки овладевали профессией настолько, что могли самостоятельно выполнять ответственные работы. Тако­
выми были Серышева, Светлова, Васильева, Ромашова, ы Петрова. Особо нужно отметить таких ребят, как 16-лет­
ний Николай Семенов и 14-летний Карпенко, которые за шесть месяцев так освоили квалификацию токарей-
карусельщиков, что им безбоязненно доверяли самую ответственную работу — брака у них не было. До войны такую квалификацию осиливали едва ли за пять-шесть лет взрослые рабочие. Видимо, природные способности людей быстрее раскрывались в обстановке того времени за счет необычайно развитого чувства ответственности, страстного желания активно участвовать в борьбе с фа­
шизмом. Спустя 32 года отыскался след Н. И. Семенова. В одной из заводских газет я увидел статью «Отец и сын» с. их фотографией. С волнением прочел, что отец — Ни­
колай Иванович — и есть тот юный герой, покоривший свой карусельный станок за считанные месяцы. Ветеран завода Николай Иванович не оставил, свою любимую профессию, стал наставником на карусельных станках. Его сын Виктор, как и отец, пришел 15-летним юношей на завод им. А. А. Жданова и работает слесарем. На заводе трудится и жена Николая Ивановича. * * * Начиная с 1943 г. завод наряду с фронтовыми за­
казами изготавливал запасные части для сельхозма­
шин. После снятия блокады, в 1944 г., завод начал пере­
базироваться на старую территорию, не прекращая вы­
пуска продукции. Рабочие механического цеха (нача­
льник П. И. Семенов) за один месяц сняли с фунда­
ментов "все оборудование, погрузили его на баржи и вновь смонтировали на старом месте (временно в арма­
турном цехе, который привели в порядок своими сила­
ми) и выполнили месячный план. Несмотря на переезд, завод повышал выпуск про­
дукции. Количество вновь построенных и отремонтиро­
ванных судов увеличилось более чем вдвое, повысилась и производительность труда. Слово «переезд» легко произнести, нетрудно и напи­
сать, но даже бывалые люди не могут представить себе, с каким невероятным трудом это было сопряжено. Вос­
становление крупного завода с разбитыми, разгромлен­
ными снарядами и бомбами цехами, сооружениями, складами, железнодорожными путями, энергосетями, дорогами, набережными, стапелями — вот что скрыва­
лось за словом «переезд»! И "этот труд выполняли все 68 те же рабочие, мастера, инженеры и служащие, подро­
стки и женщины, которые одновременно выпускали про­
дукцию. В 1944—1945 гг. продолжались постройка малых тральщиков и ремонт боевых кораблей (эсминца «Сте­
регущий» и др.). Завод выпускал для всех предприятий, строивших тральщики, палубные механизмы, изделия судового машиностроения. В 1944 г. наркомат вернул с Большой земли нашего лучшего зуборезчика Проскуря­
кова (того самого Проскурякова, которого мы выхажи­
вали в стационаре в зиму 1941/42 г. из третьей стадии дистрофии и после поправки для сохранения здоровья эвакуировали в тыл). Он и упоминавшийся ранее В. К. Кондратьев изготавливали сложные и точные ше­
стерни для механизмов и одновременно учили молодых рабочих. Как важно иметь хотя бы одного специалиста, чтобы начать какое-то новое производство! Не будь этих товарищей, сколько трудностей возникло бы перед производством... Справедливости ради нужно отметить высокую ре­
зультативность совместной работы судостроителей и краснофлотцев, старшин и офицеров при восстановле­
нии и постройке кораблей. Подлинность и чистота про­
изводственной и боевой дружбы судостроителей и воен­
ных моряков являлись продолжением братского "един­
ства советских людей в мирное время. Хочется отметить объективность представителей за­
казчика, которые вместе с судостроителями изыскивали' приемлемые решения, связанные со сложностью работы в условиях блокады. Руководил всей приемкой в Ленин­
граде уполномоченный ГУК НК ВМФ Александр Авде-
евич Якимов. Его заместителем в период блокады Ленинграда был Александр Кузьмич Усыскин. К Алек­
сандру Кузьмичу все приходили в «минуту жизни труд­
ную». Районным инженером на заводе были П. И. Коз­
лов, затем Н. Г. Панов. Мое поколение — в начале Отечественной войны мне было почти 34 года — не участвовало непосредственно в революции и. гражданской войне, но воспитывалось в обстановке, насыщенной до предела острой классовой борьбой. С 10-летнего возраста я познал тяжелый труд в крестьянских хозяйствах, учился большевистской правде. 69 Страстность борьбы за свое рабочее государство яв­
ственно обозначилась в годы довоенных пятилеток. Мы ежедневно допоздна работали на заводах; никто не за­
ставлял нас это делать. На сдаче кораблей судостроите­
ли сами устанавливали себе режим: бодрствование двое-
трое суток подряд, перерыв на короткий сон — и опять бессонные ночи для исправления неполадок и подготов­
ки корабля к выходам в море на испытания..г-
Коммунистическая партия учит советских людей пре­
одолевать любые трудности и добиваться поставленных целей. Мир удивляется выдающимся примерам трудово­
го героизма и самопожертвования наших людей. Но то, что мы увидели и испытали в годы Великой Отечествен­
ной войны,— выполнение нередко ценою жизни пору­
ченного задания (и ведь это не в бою, а на заводе), не­
виданно быстрое освоение неизвестного ранее дела оди­
ночками и коллективами, зрелыми людьми и подростка­
ми, какое-то холодное бесстрашие перед рвущимися снарядами, огнями пожарищ, обыденность поведения в такой грозной обстановке, массовый героизм — все это не имеет аналогов в истории человечества! Мы — очевидцы и участники блокадных событий, ру­
ководители заводов, хорошо знавшие положение на су­
достроительных предприятиях Ленинграда,— не повери­
ли бы, если бы не видели своими глазами то, что смог­
ли сделать истощенные от голода рабочие. В. С. БАРАНОВ (1906—1983), в годы войны — начальник отдела, затем главный технолог и заместитель главного инженера завода «Судомех» Выпускали вооружение и боеприпасы Заканчивалась лишь вторая неделя войны, но на на­
шем заводе все круто изменилось. Фронту нужны были оружие и боеприпасы, и промышленность Ленинграда — от заводов-гигантов до небольших промартелей — спешно переводилась на военные рельсы. В памятный для меня день начала июля 1941 г. я пе­
реступил порог кабинета директора завода Н. Я. Олей­
никова. — Есть задание горкома партии,— сказал он,— срочно организовать на нашем заводе выпуск мин ка-
70 либром 120 миллиметров. Вы хоть раз видели такую мину? — Не приходилось. — Я тоже не видел,— сказал Николай Яковлевич.— Собирайтесь, поедем в Смольный. В Смольном беседа с заведующим судостроитель­
ным отделом горкома партии А. П. Новиковым заняла немного времени. Нам важно было выяснить главный вопрос: где взять необходимую техническую документа­
цию? Ответ мы услышали от заведующего промышлен­
ным отделом горкома М. В. Басова: — Чертежи вам передадут. Но это — единственная помощь, на которую вы можете рассчитывать. Все остальное придется делать самим. А пока посмотрите, вот она, ваша мина. Вместе с Михаилом Васильевичем Басовым склони­
лись над чертежом. Мина имела стальной корпус, со­
ставленный из двух половин, заготовки для которых присылал другой завод. Корпус требовал полной обра­
ботки на металлорежущих станках. И вовсе не на тех, которыми располагали наши цехи, а на специальных, которых у нас не было. Требовались также уникальные приспособления, оснастка. Среди деталей мины одна оказалась особо сложной — стабилизатор. От качества его изготовления зависело очень многое, в частности, точность стрельбы, траектория полета. В этот момент в кабинет вошли директор предприя­
тия Киселев и главный технолог Богданов. Поздорова­
лись, познакомились. И сразу, как говорится, быка за рога: — Сколько времени вы у себя осваивали производ­
ство этих мин? — Несколько месяцев. Мы с Николаем Яковлевичем Олейниковым перегля­
нулись. Нам на это отводились дни. Да, считанные дни: на подготовку производства, выпуск первой партии мин, их проверку на полигоне давалось меньше трех недель. Решили, не откладывая дела в долгий ящик, поехать и посмотреть работу на месте. Дорога была неблизкой, и по пути о многом думалось, в частности о том, почему возможность подобной работы не предусмотрели на всякий случай еще в мирное время? Лишь впоследствии довелось прочитать воспоминания наркома вооружений и боеприпасов Б. Л. Ванникова 1 о том, что проектиро-
1 См.: Кузница победы. М, 1974. / 71 ваниго и производству минометного вооружения мы ста­
ли уделять внимание только после советско-финлянд­
ской кампании. Много сделать, к сожалению, не успели, н недостаток этого вида вооружения остро ощущался в первый период Великой Отечественной войны. На предприятии я встретил своего однокашника по Механическому институту Н. А. Пучкова, работника от­
дела главного технолога. Действуя согласованно, рука об руку, мы быстро отобрали нужные документы и уехали. На завод к себе вернулись уже поздней ночью. Од­
нако никто из тех, кто мог понадобиться, домой не ушел. Технологи, конструкторы ждали нашего возвра­
щения. Разобрав чертежи, тут же приступили к их про­
работке применительно к нашему оборудованию. Технологи Г. А. Киселев, В. А. Силаев, А. Г. Кон­
кин, вникая в конструкцию изделия, прикидывали спо­
собы обработки. Инструментальщики Г. В. Дорошев-
ский, А. Л. Березкян, Г. Бобрицкий, Б. А. Мальков на­
брасывали первые варианты чертежей оснастки. Прове­
ли совещание начальников цехов и их заместителей, об­
судили предложения об организации поточного произ­
водства боеприпасов, установили очередность выдачи чертежей технологической оснастки, приспособлений, инструментов. Занялось новое утро, а люди все сидели, склонив­
шись над чертежами, схемами... С того часа, когда завод получил ответственное задание, прошли только сутки. Их было потом много, таких суток — без сна и отдыха, заполненных напряженной работой. Утром я доложил директору завода о принятых на ночном совещании рекомендациях. Н. Я. Олейников утвердил наиболее короткий вариант подготовки нового производства: закреплять за каждым станком опреде­
ленные операции; оснащение групп станков приспособ­
лениями и инструментами вести параллельно; деталь запускать в обработку сразу же, как только для нее бу­
дут готовы чертежи, инструменты и оснастка. Технологов и конструкторов из цехов и отдела глав­
ного технолога, работавших над оснасткой, объединили в одном отделе, начальником которого стал автор этих строк. Чертежи сразу же отсылались в цех, чем обеспе­
чивался жесткий график подготовки производства. Мо­
дели литья делали не по чертежам, а по эскизам, вы­
полненным от руки,— этим экономили дорогое время, Однако разработка и изготовление оснастки-—лишь 72 начало дела. Главное — изготовление самих мин — осу« ществлялось в цехах. Трудностей оказалось вдоволь. Ведь, помимо обычной обработки деталей резанием, требовалось освоить много новых технологических про­
цессов: точечную сварку, термообработку и пр. И все же самоотверженность рабочих, мастеров, инженеров преодолевала любые препятствия. В литейном и корпус­
ном цехах за 1—2 дня подготовили печи для- термиче­
ской обработки поковок. У токарных станков стояли, в основном, женщины, сменившие мужей и братьев, ушедших на фронт. Запомнились три Марии — Арсенье-
ва, Шелкова и Жагрихина, а также сестра последней — Анна. Обучали их опытные токари Александр Курис и Александр Новожилов. Женщины чрезвычайно быстро освоились с делом, старательно относились к нему, и не­
легкие сменные задания все чаще и чаще оказывались намного перевыполненными. Начальнику ОТК Н. В. Ткачеву выпала сложная задача: так организо­
вать контроль, чтобы в боевой обстановке не отказала ни одна мина. Нельзя не отметить больших заслуг представителей заказчика — полковника Окунева и ка­
питана Любашева. Они были не только строги и при­
дирчивы, когда принимали готовую продукцию, но и серьезно помогали своими деловыми советами еще в процессе наладки производства. Усилия коллектива увенчались успехом. С календаря еще не слетели последние июльские листки, когда на полигон доставили первую партию боеприпасов, изго­
товленных на «Судомехе». Наши мины ложились точно в цель! Дальность полета, кучность боя, надежность стабилизатора — словом, все параметры соответствова­
ли жестким техническим условиям. Фронт приближался к Ленинграду. В августе стала ощущаться нехватка заготовок для мин, доставлявших­
ся с юга. Было решено наладить изготовление корпусов мин в Ленинграде, причем литых взамен штампован­
ных. В сентябре мы получили чертежи такой мины и на­
чали готовить производство к переходу на обработку новых корпусов, не прекращая в то же время массово­
го выпуска мин прежнего образца. Попробовали отливать заготовки своими силами, использовав для этого электродуговые печи, на которых в довоенное время получали цветные сплавы. Корпуса мин, отливавшиеся из сталистого чугуна, порой имели пороки. Их «лечили» заваркой. А те, что совсем не го­
дились, тоже не пропадали — их применяли как неболь-
73 шие авиабомбы, которые сбрасывались на позиции вра­
га с самолетов У-2. Однако добиться заметного роста производства бое­
припасов не удалось. Ноябрь оказался для завода са­
мым трудным месяцем: прекратилась подача электро­
энергии, станки, на которых обрабатывали мины, оста­
новились. Они оживут лишь в мае 1942 г., но до этого времени было еще далеко. Летом 1941 г. завод, наряду с выпуском мин, осваи­
вал производство сопел — важной части снарядов для прославленных гвардейских минометов — «катюш», ко­
торые наводили ужас на немцев. На заводе каждый, кто был причастен к новому заданию, необычайно гордился этим. Впрочем, в силу необходимости, лишь очень не­
многие знали точное предназначение сопел как деталей реактивно-осколочного фугасного снаряда для «катюши». Чтобы увеличить производство этой детали, исполь­
зовали станочное оборудование монтажного цеха. Появи­
лись свои трудные технологические проблемы — станоч­
ники в этом цехе раньше не обрабатывали столь от­
ветственных деталей. Причудливая форма, строгое рас­
положение сложных криволинейных поверхностей от­
носительно геометрической оси, высокая чистота отвер­
стия для истечения газов — все это требовало особого внимания при отладке приспособлений и станков. Очень нелегкой оказалась и термическая обработка со­
пел в печах. В подготовке производства и выпуске со­
пел отличились десятки работников: технолог цеха П. С. Фролов, мастер Ф. Ф. Шамонин, токарь А. А. Фе-
шот, мастер ОТК В. В. Карзеев и другие. Готовые дета­
ли бесперебойно пошли на сборку. Вскоре было признано целесообразным сосредото­
чить усилия коллектива нашего предприятия на изго­
товлении мин и зажигательных авиабомб. Зажигательные авиабомбы делали весом 2,5—5 кг. Оказалось, что до нас такие бомбы изготовляли на... «Красной Баварии», известном ленинградском пивова­
ренном заводе. Наши специалисты, побывавшие на «Красной Баварии», к своему удивлению, нашли там прекрасно организованное производство боеприпасов. Однако применение ручной электродуговой сварки сдерживало выпуск готовых изделий в заданных объе­
мах. С этими же трудностями столкнулись и мы, поэто­
му сразу же стали широко внедрять приспособления, механизирующие процесс сварки, изготовили простей­
шие кантователи, оснастив ими рабочие места. 74 Производство зажигательных авиабомб организова­
ли в помещении корпусной мастерской. Туда, на новый участок, перешла часть специалистов и рабочих из ме­
ханического цеха: мастер И. П. Иевлев, станочники Ту­
ликова, Белоусова, Галкина, мать и дочь Гололобовы и другие. На базе этого участка впоследствии организо­
вали второй цех по производству 120-миллиметровых мин. * * * В июле 1941 г. Ленинградский горком партии поста­
новил значительно увеличить выпуск 76-мм полковых пушек. К выполнению ответственного задания привлек­
ли несколько заводов, в том числе и судостроительных. При горкоме партии создали специальную комиссию, которая координировала действия предприятий. В со­
став комиссии вошли их директора, а председателем стал директор Кировского завода И. М. Зальцман, ко­
торому предоставили большие права, поскольку его завод отвечал за окончательную сборку пушек. Судостроителям поручили изготавливать орудийные лафеты и некоторые другие узлы. Нам предстояло в ко­
роткий срок освоить производство деталей лафета — шкворневой лапы, кронштейна и засова. От нас потре­
бовали, чтобы уже с 20 июля завод ежесуточно давал по 50 комплектов этих деталей. Заготовки поставляли другие предприятия, где изго­
товление велось традиционным способом — свободной ковкой с огромными припусками; заготовка к началу обработки в 10—15 раз превосходила по весу готовое изделие. Мысли, чем бы ни занимался, неизменно воз­
вращались к злосчастным поковкам: как уменьшить расточительные припуски? А что, если попробовать делать шкворневые лапы, кронштейны штампосварны-
ми? Это решение мне показалось единственно правиль­
ным в тех условиях. Проработал вариант штампосвар-
ной конструкции частей лафета из листовой судострои­
тельной стали с вварной головкой. На заводе, несмотря на известный риск, поддержали это предложение. Быст­
ро разработали чертежи, изготовили нужные штампы, спроектировали и подготовили большой набор вырубоч-
ных, гибочных, проколочных штампов, сборочных при­
способлений. Модели и шишельные ящики тоже сделали по своим эскизам. Штампы отлили, обработали, слесари инструментального цеха собрали, установили их на 200-
тонном гидравлическом прессе, отладили его. Отштам-
75 I пованные детали сварили в специальных приспособле­
ниях качественными электродами. Для термообработки частей лафета понадобилось построить нагревательную печь. Но на заводе к тому времени остался один-единственный печник — Романов, человек уже преклонных лет. Однако, когда ему сказа­
ли, для чего необходима печь, он, не говоря ни слова, пришел в цех, посмотрел место, где ставить печь, сделал разметку и подготовил площадку. В подручные к нему добровольно вызвались несколько служащих заводоуп­
равления — мужчин и женщин. Менее чем за двое су­
ток Романов сложил печь. Пока что работали со старыми заготовками, дело, к сожалению, подвигалось вперед медленнее, чем хоте­
лось бы. 16 июля состоялось собрание партхозактива. Перед этим на предприятии побывали представители межзаводской координационной комиссии. Увы, до­
стижения наши оказались в тот момент незначительны­
ми: до ежесуточного изготовления 50 комплектов при старых методах было еще далеко. Директор Н. Я. Олей­
ников, выступая на собрании, в сердцах сказал: — Пока Баранов экспериментирует, изобретает,—• завод все еще в прорыве. А ведь 20 июля не за горами! Пришлось мне встать и сказать в ответ: — Опытные образцы штампосзарной лапы и крон­
штейна завтра можно везти на Кировский завод для лабораторных испытаний. Уверен, испытания пройдут успешно, и тогда серийное производство можно будет начать в самые ближайшие дни. Н. Я. Олейников хотел сам убедиться в этом. После собрания пошли в цех, увидели детали лафета в изго­
товлении. Гибщики корпусного цеха как раз закончили первую партию полотнищ для шкворневых лап, кузнецы отковали головки, станочники обработали их, электро­
сварщики — сварили. Назавтра образцы штампосварных деталей повезли на Кировский завод. Не забыть мне сцены, разыграв­
шейся в кабинете у И. М. Зальцмана. Он сразу, как го­
ворится, с порога, отверг нашу конструкцию. — Пока я во главе комиссий,— категорически отре­
зал он,— сварке в лафете не бывать! Обижаться на эту гневную тираду не следовало: действительно, в производстве пушек сварка тогда ни­
кем еще проверена не была. Но я настоял, чтобы И. М, Зальцман пригласил главного инженера по ме­
таллургическому производству А. Г. Веденова. 76 Пришел Веденов, увидел штагапосварные детали и воскликнул: — Товарищ Зальцман, ведь это как раз то, до чего мы сами не смогли додуматься! Директор уже по-другому посмотрел на нас, потом сказал: — Хорошо, разберитесь вместе.— И минуту помол­
чав, твердо добавил: — Но учтите, сварных деталей в производстве пушек я все равно не допущу! С Веденовым мы быстро договорились о механиче­
ских испытаниях в лаборатории Кировского завода. Они были выполнены под руководством инженера С. К. Звягинцева и показали, что штампос&арные детали по прочности не только не уступают кованым, но даже превосходят их. Пока оформляли документы о результатах испыта­
ний, в лабораторию пришел заместитель директора за­
вода по производству И. С. Кизельштейн. Увидев дета­
ли, спросил, откуда они. Звягинцев ответил. — А что показали испытания? Начальник лаборатории молча протянул документы. Кизельштейн внимательно посмотрел их, потом обра­
тился ко мне: — По чьим чертежам изготовлены опытные образ­
цы? — По нашим, вот синьки. Кизельштейн на одной из них решительно написал: «Прошу изготовить партию в 100 штук. Оплату произ­
водит Кировский завод». Затем поставил дату и под­
пись. А потом спросил: — Когда можно ожидать получение этих деталей? Услышав ответ, тотчас снял трубку телефона и при­
казал начальнику производственного отдела В. В. Пет­
рову обеспечить доставку деталей в названный срок. Результатов лабораторных испытаний с нетерпением ждали не только на нашем предприятии, но и в Ленин­
градском горкоме партии. С Кировского завода я сразу же поехал в Смольный к заместителю заведующего от­
делом судостроения Н. В. Силину, рассказал об испы­
таниях, показал документы, но не умолчал, конечно, и об отрицательном отношении И. М. Зальцмана. Силин подумал немного, позвонил куда-то и попро­
сил меня пройти с ним. Так я оказался в приемной Анд­
рея Александровича Жданова. Принял нас его помощ­
ник А. Н. Кузнецов. Он внимательно выслушал все, что мы ему рассказали, взял акт лабораторных испытаний 77 опытных деталей, чертеж с надписью И. С. Кизель-
штейна и ушел, сказав: - — Подождите, я сейчас доложу. Минуты тянулись тягостно долго. Но вот наконец Кузнецов вышел из кабинета. — Действуйте! Андрей Александрович звонил Зальц­
ману. Тот не будет чинить вам никаких препятствий. От вас ждут отличных результатов. Путь для новой технологии был открыт. И коллектив предприятия не только обеспечил суточный выпуск всех 50 комплектов лафетных деталей, но создал солидный задел для сборки на много месяцев вперед. Экономиче­
ский эффект только за четыре месяца 1941 г. составил около миллиона рублей. Но, конечно, самое большое удовлетворение прино­
сило сознание, что опыт применения штампосварных конструкций, разработанный нами, взят на вооружение мастерами пушечного дела по всей стране и, значит, сыграл свою роль в достижении победы. * * * В один из февральских дней 1942 г. мне довелось снова оказаться в Смольном — пригласили на совеща­
ние. Еле добрел до горкома партии. В большой комнате сидели за столом человек сорок —- директора и главные инженеры предприятий. Совещание проводили А. А. Жданов и Я. Ф. Капустин. На столе лежала груда каких-то чертежей. Соседи вполголоса переговаривались, смущенно покашливали, рассматривая эти чертежи. Как оказалось, речь шла о переоборудовании новых истребителей. Зима выдалась очень снежной, требовалось заменить на самолетах ко­
леса лыжами. На столе лежали чертежи нужных уст­
ройств. Быстро прикинув наши возможности, я отобрал пять чертежей и, обращаясь к А. А. Жданову и Я. Ф. Капу­
стину, сказал, что завод берется сделать детали по этим чертежам. Андрей Александрович коротко кивнул и вдруг, не­
ожиданно для меня, обратился к собравшимся со сле­
дующими словами: — Хватит разговоров, берите пример с этого товари­
ща! Все задвигались, зашумели, стол быстро опустел. Стали расходиться. Когда я выходил из комнаты, Анд-
п рей Александрович остановил меня, попросил вернуть­
ся, присесть к столу. — Почему у вас такой вид?— спросил он. Действительно, вид мой не отличался привлекатель­
ностью: хмурый, заросший, истощенный мужчина в ват­
нике и в ватных брюках, заправленных в старые вален­
ки, с палкой, лицо отечное... — Что ж, вид, как и у всех ленинградцев, Андрей Александрович. — Разве у вас нет рабочей продовольственной кар­
точки? — спросил он. — Нет, только для служащего. — Как же так? Ведь вы, помнится, обеспечивали выпуск пушек? — Было и это. Жданов нахмурился, снял телефонную трубку, по­
звонил председателю Октябрьского райисполкома А. А. Бубнову. Что именно А. А. Жданов ему говорил, я воспринимал плохо — голова шумела от слабости. Когда добрался до завода, там меня уже разыскивали. Вскоре вручили рабочую карточку. Много лет прошло с той поры, но навсегда запомни­
лись дружеское участие и поддержка, которые помогли выстоять в трудное время. Есть в Ленинграде, на Петроградской стороне, музей с длинным названием — Военно-исторический музей ар­
тиллерии, инженерных войск и войск связи. Каждый раз, бывая там, не забываю подойти к «нашей» пушке К-76, одной из многих тысяч, изготовленных в блокад­
ном Ленинграде, со сварными деталями, сделанными руками судостроителей. Сделанными крепко, надежно: эта пушка прошла за годы войны большой путь — от берегов Невы до берегов Шпрее — и последний свой огонь вела по Берлину. Самым трудным для завода временем, как и для всего города, были ноябрь — декабрь 1941 г. В Музее истории Ленинграда среди других бесцен­
ных реликвий блокадной поры выставлен известный те­
перь всему миру дневник ленинградской девочки Тани Савичевой. Листочки в клетку, вырванные из записной 79 книжки, потрясают: «Женя умерла... Бабушка умерла... Лека умер 17 марта в 5 часов утра 1942 года... Дядя Вася умер... Мама умерла... Савичевы умерли, умерли все. Осталась одна Таня». Лека — это Леонид Савичев, он работал на нашем заводе строгальщиком в инструментальном цехе. Высо­
кий, в очках юноша трудился старательно, ни разу, не­
смотря на крайнюю слабость от голода, не пропустил своей смены. Работал до последнего дня, пока не смог уже прийти на завод. И сколько таких незаметных ге­
роев встали грудью на защиту своей Родины! * * * С началом навигации 1942 г., перед выходом боевых кораблей, предстояло выполнить огромный объем по тралению фарватеров. Гитлеровцы с самолетов густо разбросали мины и в заливе, и на Неве. Весной флоту понадобилось большое количество тралов для очистки акваторий от мин. Продумали вопрос об их массовом изготовлении, обсудили наметки с Г. В. Дорошевским, А. П. Березкиным и другими товарищами, сразу же приступили к разработке катерного и змейкового тра­
лов. Еще раз добрым словом помянул я своих учителей — профессоров института, в свое время прочитавших глубоко содержательные курсы, посвященные различ­
ным видам морского оружия и методам борьбы с ним. Чертежи тралов еще только создавались, когда в ян­
варе 1942 г., случайно зайдя в наш отдел, их увидел представитель Минно-торпедного управления КБФ ин­
женер-полковник К. А. Нифонтов. Заключения опытно­
го специалиста мы ждали с некоторой тревогой. Но вот он свернул чертежи и с удовлетворением сказал: — Довольно простая конструкция, но, кажется, бу­
дет весьма надежной. Кто поручил вам проектировать тралы? Мы переглянулись. — Никто... Разговор имел продолжение. Через некоторое время секретарь Октябрьского райкома партии С. А. Марты­
нов получил письмо из Минно-торпедного управления с просьбой организовать выпуск тралов на нашем заводе. На бюро райкома я доложил, что чертежи уже готовы и производство тралов на предприятии вполне осуще­
ствимо, нужно лишь, чтобы гвоздильный завод дал стальной трос, а Петрозавод — требуемое количество коушей. 80 Горком партии и Военный совет фронта в феврале приняли решение о массовом выпуске контактных тра­
лов. Мы приступили к подготовке производства. Конеч­
но, пришлось преодолеть немало трудностей, прежде чем дело пошло на лад. Например, сразу потребовалось значительное количество рымов, которые обычно делали из поковок. Мы применили сварные — приваривали уш­
ко к готовым болтам, имевшимся на складе. К апрелю 1942 г. новая продукция уже находилась на потоке. Тут была заслуга как заводских работников Ф. Ф. Шамонина, И. П. Забывалова, Г. М. Данцига и других, так и представителей Минно-торпедного управ­
ления инженер-полковников К. А. Нифонтова, Н. А. Полетаева, инженер-капитана В. А. Краснухина. Все­
го за время блокады мы изготовили более 750 комплек­
тов контактных тралов. Весьма приятно было узнать от заказчика, что выпуск этой продукции собственными си­
лами позволил отказаться от дорогостоящих англий­
ских поставок и сэкономить немало валюты. Параллельно завод освоил выпуск и другого трала— неконтактного типа, электромагнитного (ЭМТ)- Он предназначался для борьбы с вражескими электромаг­
нитными минами и по конструкции был гораздо слож­
нее прежних, требовал для изготовления более квали­
фицированной рабочей силы. Технологию поточного производства ЭМТов разработали инженер Г. А. Фи-
тенко, мастер И. И. Булычев и автор этих строк. Нам удалось внести значительные усовершенствования в конструкцию трала, прежде всего в одну из главных его частей — понтон-цилиндр. В результате снизилась тру­
доемкость, можно было обойтись меньшим числом лю­
дей. Разработали несколько новых приспособлений, уст­
ройств, в частности, наклонные транспортеры (дорож­
ки), исключившие ручную транспортировку деталей с операции на операцию. Мы не только сдали заказ до­
срочно; экономический эффект от усовершенствования трала и внедрения поточного производства составил бо­
лее 835 тыс. рублей. В 1943 г. пришел новый заказ, уже на мирную про­
дукцию. Нам поручалось изготовить большую партию скребковых транспортеров для шахт. Основной элемент транспортера — звенья рештаков. Не очень сложное из­
делие, с ним могли справиться и молодые рабочие. Бригадиром сборочной бригады на участке звеньев назначили Мишу Ерзина — подлинное дитя блокады. Родители его умерли, на заводе он нашел и дом, и се-
81 мью. А было ему в ту пору только 15 лет. Не старше бы­
ли и его товарищи по бригаде. Выполняя под руковод­
ством квалифицированных мастеров другие, более сложные задания, ребята уже приобрели некоторый опыт сборки конструкций. И замечательно справились с новым заданием. Старые и молодые рабочие, женщины, подростки, мастера, инженеры и в годы войны не подкачали! В ус­
ловиях жестокой блокады, под бомбами и снарядами, ослабленные голодом, холодом и неслыханными лише­
ниями, судостроители, как и все ленинградцы, справи­
лись с заданиями Ленинградской партийной организа­
ции, Военных советов фронта и Краснознаменного Бал­
тийского флота. Своим героическим, самоотверженным трудом они приблизили час великой Победы над злей­
шим врагом человечества — германским фашизмом! В. С. БОЖЕНКО (1902—1970), в 1941 г. — главный инженер Балтийского завода, • в 1942 г.—директор завода Это врезалось в память... Главной задачей коллектива Балтийского завода с первых дней Великой Отечественной войны стало под­
держание боеспособности действующего флота путем ремонта и восстановления поврежденных в сражениях кораблей. Буквально в первую же неделю войны у при­
чальных стенок начали швартоваться эсминцы, подвод­
ные лодки, требовавшие срочного ремонта. Ремонтные работы мы вели не только на самом заво­
де, но и в Кронштадте, Морском порту, на Неве — всю­
ду, где стояли на своих огневых рубежах корабли КБФ. Для этого были созданы маневренные ремонтные груп­
пы из корпусников, монтажников, электриков и других специалистов. Во главе этих групп были опытные инже­
неры. А в Кронштадте, ввиду обширности объема ре­
монтных работ, находилось около 300 человек. Силами этого коллектива в августе 1941 г. балтийцы восстанови­
ли крейсер «Максим Горький», которому оторвало носо­
вую оконечность. Публикация представляет собой часть записей, сделанных В. С. Боженко в различные периоды Великой Отечественной войны. Записи датированы автором начиная с июня 1941 г. по январь 1943 г. 82 ...Но вскоре обычная связь с Кронштадтом оборва­
лась — Морской канал и Северный фарватер оказались под прицельным артиллерийским огнем противника. Ленинград был блокирован, начались авиационные на­
леты и орудийные обстрелы города фашистами. Во вре­
мя воздушных тревог я иногда поднимался на крышу «главного магазина»—высокого здания, с которого от­
крывалась панорама города и устья Невы, и наблюдал с тяжелым чувством горечи, как враг обстреливал го­
род. Вот снаряды ударили в здание бывшего Синода у памятника Петру I. Красная кирпичная пыль закрыла горизонт, грохот от разрывов прокатился над Невой. И тут в памяти всплыло одно слово. Это слово — «Марат». 16 сентября линейный корабль «Марат» стоял на якоре в закрытой части Морского канала и вел сосре­
доточенный огонь из орудий главного и среднего калиб­
ров. На него налетели немецкие бомбардировщики. Вспыхнули облачка разрывов зенитных снарядов из орудий кормового мостика. Главный калибр продолжал бить полными боевыми зарядами по гитлеровцам. Ко­
рабль мужественно боролся с самолетами врага и в то же время стрелял по противнику всеми своими башня­
ми. Наконец, атака самолетов была отбита. Вскоре лин­
кор ушел в Кронштадт. И вот на завод приходит весть: линкор получил серьезные повреждения, нуждается в срочном ремонте. Для организации работ на следующий день вместе с группой балтийцев, несмотря на свежую погоду, я вы­
шел в Кронштадт на катере «Комета». Шли Морским каналом, который простреливался гитлеровцами вдоль и поперек. По пути увидели два наших эсминца, стояв­
ших в Лесной гавани. С нами был краснофлотец-сиг­
нальщик, который принял семафор: «Прошу взять с со­
бой до Кронштадта». Мы ответили: «Скорее подходите на своем катере, чтобы не задерживаться». Ответ гла­
сил: «Добро». Сбавили ход «Кометы». Но на эсминцах замешкались, и катер с командирами не подходил. Ид­
ти в Кронштадт или ждать? Вероятно, у моряков сроч­
ное дело, коль скоро в такой обстановке и в такую пого­
ду надо оставить корабли и идти в Кронштадт. «Коме­
та» застопорила ход. Из-за поворота появился катер с эсминца. В этот момент у нас за кормой разорвался не­
мецкий снаряд. Катер подошел к борту «Кометы», быст­
ро высадил двух командиров и отвалил. Они принесли с собой еще горячий осколок крупнокалиберного снаряда, 83 который упал к ним в катер на излете. Только перемен­
ные хода в ожидании катера спасли нас: немцы не мог­
ли хорошо пристреляться. Дали полный ход и пошли в Кронштадт под сильным встречным ветром и «аккомпа­
немент» разрывов вражеских снарядов. Весь залив был забит кораблями — миноносцы, бар­
жи с установленными на них морскими орудиями и воз­
душными «колбасами» заграждения, ' транспорты, тральщики, шаланды... Некоторые корабли вели огонь в направлении Дудергофских высот, Красного Села, Гат­
чины, Пулкова. До Кронштадта добрались благополучно и сразу же отправились на Большой Кронштадтский рейд, где сто­
ял «Марат». На Малом рейде дымил линкор «Октябрь­
ская революция», тоже недавно отремонтированный балтийцами; он через наши головы бил из орудий глав­
ного калибра по немцам в юго-западном направлении. На корабле нас радушно встретил старпом Иванов, исполнявший обязанности командира линкора. Он рас­
сказал, что был вынужден уйти с огневой позиции из Морского канала, так как гитлеровцы вывели из строя зенитную артиллерию корабля и в случае повторных налетов ему нечем было бы защищаться от самолетов. Объявили воздушную тревогу. Видно, немцам «Ма­
рат» дал жару, и они теперь охотились за ним. Вместе с командирами боевых частей линкора пошли осматри­
вать повреждения. Их оказалось немало: в кают-компании пробита верх­
няя броневая палуба, нижняя броневая палуба погну­
та и вдавлена миллиметров на 300, но не пробита. Все повреждения осмотрели, взяли на учет, тут же намети­
ли, из каких цехов и сколько прислать людей, какой ну­
жен материал, инструмент. «Марат» должен был встать к стенке у Усть-Рогатки. Строителем назначили инжене­
ра Г. А. Куиша. Отправились в обратный рейс, но уже не Морским каналом, а Северным фарватером. Надо было попасть на завод до вечера, иначе заведут боны у устья реки и тогда в нее не войдешь. Поздним вечером по слабому свету буев благополучно вернулись до заводки бонов. Печальные картины видели мы, возвращаясь обрат­
но. На берегу, у Стрельни, горели дома, дачи. Ветер стих, и столбы дыма поднимались отвесно вверх на фо­
не увядающей зелени. Деревья пылали, словно гигант­
ские свечи... В небе на траверзе Морского канала эскад­
рилья немецких бомбардировщиков клином заходила в 84 атаку, а затем сбрасывала бомбы на наши позиции. Клубы черного дыма, смешанного с землей, поднимет лись высоко вверх. Небо сплошь усеяно дымками от разрывов зенитных снарядов. Но вот появились наши истребители. Мигом строй «юнкерсов» рассыпался. Ата­
ка вражеских бомбардировщиков отбита. Выходим на пристань завода в момент новой воз­
душной тревоги; идем на КП, чтобы доложить директо­
ру завода о положении «Марата» и намеченных нами мерах по его ремонту. Наутро в Кронштадт уехали рабочие, мастера, ин­
женеры во главе со строителем Г. А. Куишем. По теле­
фону и запискам из Кронштадта, доставлявшимся заводским пароходом «Балтиец», мы знали, что ремонт­
ные работы развернулись полным ходом. Около полудня, выйдя из здания заводоуправления, я встретил директора завода. Он шел с секретарем гор­
кома партии Я. Ф. Капустиным. Хмуро поздоровав­
шись, директор сказал: — Придется тебе опять срочно выехать в Крон­
штадт. Там что-то случилось с «Маратом»... Видимо, Я. Ф. Капустин сообщил нечто важное, ка­
сающееся линкора. Немедленно отправился на катере «Комета» в Крон­
штадт с представителями моряков Глушенко и Бруса-
ниным и с начальником цеха М. Я. Тяпкиным. Шли Се­
верным фарватером под артиллерийским огнем, лави­
руя зигзагами, чтобы не попасть в «вилку». На душе было тяжело. Уже у самого Кронштадта увидели, как налетавшие на крепость немецкие самолеты бросали фугасные бом­
бы. От взрывов поднимались столбы воды с илом высо­
той с кронштадтский собор. Когда сошли у дока, нас встретил начальник «фили­
ала» 3. П. Шувалов с группой рабочих. Они сидели в щелях, прикрытых листами железа. От непрерывных бомбежек энергетика доков и Морского завода вышла из строя, работы прекратились. Еще входя в гавань, я с катера заметил, что «Ма­
рат» как-то странно накренился. Что лее произошло с линкором? Накануне, 23 сентября 1941 г., гитлеровцы произвели массированный налет на Кронштадт. В носовую око­
нечность линкора «Марат» попала крупнокалиберная фугасная авиабомба, от взрыва которой сдетонировал боезапас. Вся носовая часть корабля вместе с орудий-
85 ной башней, башнеподобной мачтой и боевой рубкой бы­
ла уничтожена. Линкор сел на грунт. Вот что рассказал об этих событиях старший мастер Балтийского завода А. М. Горчаников, выполнявший в то время на линкоре ремонтные работы: «До этого роко­
вого дня нам, небольшому коллективу слесарей-мон­
тажников, поручили отремонтировать главные конден­
саторы турбозубчатого агрегата, а также ввести в дей­
ствие все турбогенераторы и восстановить разрушенные во время прежних налетов на «Марат» переговорные трубы на мостике. Ремонт осложнялся тем, что линкор часто открывал огонь из главного калибра по фашист­
ским войскам, и мы не раз слышали по внутрикорабель-
ной радиотрансляции слова благодарности Военного совета Ленинградского фронта личному составу кораб­
ля за отличную стрельбу. Все работы велись нами так, чтобы линкор был готов к бою в любое время. 23 сен­
тября с утра корпусники направились в носовую часть корабля, где электрики ремонтировали поврежденный пучок кабеля. Мы, механики, работали в кормовой око­
нечности, в машинном отделении. Флагманский механик А. И. Абрамов поручил мне определить характер по­
вреждений и выполнить ремонт переговорных труб, вы­
ходивших из рубки, а нашему механику Барабашу — исправить водоотливной насос. Около 10 часов мы услышали боевую и одновремен­
но воздушную тревогу. По боевому расписанию броне­
вой люк над нами был тотчас же задраен. Мы отчетли­
во слышали вон пикировщика. Первая авиабомба упала невдалеке от линкора. Взрывной волной его накренило на правый борт. Затем раздался второй и настолько сильный взрыв, что нас, находившихся в судовой ма­
стерской, подбросило чуть ли не до подволока (потол­
ка). Многие получили ушибы; лопнули крепления шки­
вов у станков в судовой мастерской. В этот момент на­
чали быстро тускнеть, а затем и вовсе погасли электри­
ческие лампочки. Мы остались в темноте; помогли кар­
манные фонарики. Находившийся с нами молодой командир поста пытался звонить по телефону, но ему никто не отвечал. Тогда я предложил чуть приоткрыть входной люк и осмотреться. Когда задрайки броневой крышки были отданы и крышка приподнята, мы увиде­
ли солнечные лучи. Потрясенные, вышли на палубу. На­
лет на Кронштадт еще продолжался, в небе рвались зе­
нитные снаряды, вокруг дождем падали их осколки. Слышались взрывы авиабомб, на палубе лежали ране-
86 ные, им оказывали первую помощь. Я пересчитал нахо­
дившихся со мной товарищей по работе — не было Дми­
триева. Послал двоих товарищей разыскать его; через некоторое время Дмитриева вынесли из помещения кор­
мовых турбогенераторов, он был без сознания. В этот момент у трапа появился командующий КБФ адмирал В. Ф. Трибуц. Выслушав доклад вахтенного офицера, он дал указание всем покинуть линкор. И лишь отойдя от пирса, мы увидели ужасную картину: исчезла треть корабля, носовая часть оторвана до вто­
рой башни... Все наши товарищи ', работавшие в носо­
вой части линкора, погибли. Все, кто работал в корме, остались живы». На «Марате» в тот роковой день погибли старпом Иванов, многие линкоровцы. Сняв головные уборы, мы постояли минуту-другую молча, отдавая долг памяти наших погибших товари­
щей. С техническим отделом штаба КБФ быстро догово­
рились о ремонтных работах. На линкоре «Марат» при­
шлось ограничиться лишь автогенной обрезкой рваных листов обшивки и балок набора в районе разрушений. Человек 10—15 были направлены на ремонт линкора «Октябрьская революция». Руководить всеми работами обязали инженера Г. А. Куиша. Вскоре мы вернулись на завод. Больше в Кронштадт мне выезжать во время блокады не доводилось — не до того было, так как у стенки завода стояло много боевых кораблей, требовавших срочного ремонта. Но эти две поездки в Кронштадт мне запомнились на всю жизнь. . В. В. ЕВГРАФОВ (1902—1985), в начале блокады — начальник цеха Адмиралтейского завода, затем директор филиала этого предприятия Минометы адмиралтейцев До войны наш цех, выпускавший сложные и точные судовые вспомогательные- палубные механизмы и уст­
ройства, считался одним из наиболее оснащенных на 1 Е. И. Львов, В. А. Морозов, С. И. Никитин, Р. Б. Ницберг, М. И. Петров, И. В. Соколов, М. И. Шилов и еще 12 балтийцев, фамилии которых пока не установлены (по данным заводского совета ветеранов войны). 87 з-аводе: располагал новыми станками, имел высококва­
лифицированные кадры рабочих и инженеров. С первых дней войны коллектив цеха получил два фронтовых за­
дания, одно из которых было связано с производством танков. Нам поручили обработку бортовых броневых плит корпусов танков, выпускавшихся Кировским заво­
дом, а также нарезку внутренних зубьев в ободьях ко­
лес редуктора танковых трансмиссий. Совещание у директора завода, посвященное новому заказу, проходило бурно. Решили, как всегда, посове­
товаться с непосредственными исполнителями — техно­
логами, мастерами, рабочими. Оперативку проводили в тот же день в конторке старшего мастера М. Н. Андре­
ева. Рассмотрели наши возможности. Заместителю на­
чальника цеха по подготовке производства инженеру А. А. Бозову дали лишь несколько дней на разработку новой технологии. Назначили ответственных за изготов­
ление оснастки и приспособлений. Выделили соответ­
ствующее оборудование. На следующее утро в цех подали заготовки броне­
вых плит. Несмотря на ранний час, у станка собралось руководство цеха. Самый опытный из наших расточни­
ков— Петр Смирнов (его в цехе и стар и млад одина­
ково называли дядей Петей) включил станок. Не сразу, конечно, все получилось. Броня, как и сле­
довало ожидать, очень трудно поддавалась обработке. Перебрали несколько вариантов инструмента, меняли углы его заточки, способы закалки, пока, наконец, не нашли лучший вариант. Дело' двинулось вперед споро. Значительно более сложным оказалось второе зада­
ние— наладить производство батальонных 82-мм мино­
метов (БМ-82). Для этого требовались специальное обо­
рудование, особые приспособления и инструменты, кото­
рых на заводе не имелось. А времени, чтобы изготовить и отладить их, не хватало. С чего начать? Решили: со всего сразу! Обычный путь освоения новых изделий тут не годился,— долог. Стали готовить производство одновременно по всем на­
правлениям— чертежи, оснастку, инструменты, обору­
дование. Отправились на предприятие, уже выпускав­
шее минометы, руководители цеха, технологи, старшие мастера, начальники участков, рабочие. Знакомство оказалось во всех отношениях полезным, но, главное, мы убедились: организовать выпуск частей миномета на станочном оборудовании цеха можно, нужна лишь спе-
88 циальная оснастка, а для обработки канала ствола — специальный внутришлифовальный станок, которого у нас не было. На заводе-изготовителе минометов оставили механи­
ка и технолога с заданием — изучить работу агрегата, снять эскизы с его основных узлов и кинематическую схему. В отделе главного технолога получили ответы на все вопросы и чертежи особо сложной оснастки и инст­
рументов. Я участвовал в разговоре, а сам думал лишь об одном: как справиться со шлифовкой внутренней по­
верхности ствола? Автомашина возвращалась на завод, и мы на ходу провели «летучее совещание». Решили: надо попробо­
вать переделать под эту операцию обычный токарно-
винторезный станок ДИП-500. Получив все чертежи БМ-82, установили контакты с поставщиками заготовок и комплектующих узлов. От­
дел заводского конструкторского бюро по машинострое­
нию, который возглавлял инженер Павел Михайлович Алексеев, в короткий срок обеспечил цех необходимой технической документацией. Инженеры, мастера, рабочие круглые сутки, не заме­
чая у своих рабочих мест смены ночи и дня, готовили производство. Чертежи оснастки буквально выхватыва­
ли из рук конструкторов и технологов. Старшие мастера Михаил Николаевич Андреев и Николай Михайлович Петров без промедления пускали их в дело. Изготовле­
нием оснастки занимались самые квалифицированные слесари и станочники — Сергей Александрович Будаков и работники его участка инструментов и приспособле­
ний. Стремились выиграть каждый час. Но не могла ли эта спешная работа привести к снижению качества под­
готовки производства? Нет, даже наоборот, она заста­
вила основательнее продумать все детали, предусмот­
реть все, обеспечить на участках высокую организован­
ность труда. Немало сделали для этого заместители на­
чальника цеха инженеры Александр Александрович Бо-
зов и Василий Владимирович Меншуткин. Первый отве­
чал за технологическую подготовку производства, под руководством второго организовали поточные линии. Весь станочный парк распределили по группам, каждая из которых выполняла определенный комплекс опера­
ций. Особое внимание уделили суточному графику ра­
бот и, главное, их материально-техническому обеспече­
нию. Этому делу много-сил отдали работники производ-
89 ственно-распределительного бюро цеха (ПРБ) под ру­
ководством А. Г. Крахотина. В изготовлении минометов в большей или меньшей степени участвовали почти все подразделения завода. В корпусном цехе штамповали опорные плиты и ребра, сваривали их. Термический цех производил отжиг. Ра­
ботники этих цехов с первых дней тоже встретили нема­
ло трудностей. У инструментальщиков, например, не ла­
дилось со штампами для изготовления ребер. Штампы получались очень тяжелыми — не под силу блокадному слесарю-мужчине, тем более женщине или подростку, заменившим ушедших на фронт. К тому же каждый раз, когда штамп ставили на пресс, тратили много сил и времени для ликвидации перекоса между матрицей и пуансоном. Штампы портились, их часто приходилось снимать с пресса для восстановления шлифовкой. Из-за этого за день изготовляли только половину требующего­
ся количества ребер. Выход нашел заместитель нача­
льника корпусного цеха Владимир Лукич Лукьянов. Его рационализаторское предложение дало поразитель­
ный эффект: за одну ночь сделали почти 800 ребер — больше месячной потребности! Через день, имея запас деталей, сразу сварили 40 комплектов плит. Самое главное — обработка ствола, изготовление ка­
зенной части, наконец, сборка всего миномета — доста­
лось нашему цеху. Особенно сложным, как и ожидали, оказалось при­
способить токарный станок ДИП-500 для шлифовки внутренней поверхности ствола. От качества шлифовки зависит меткость стрельбы, поэтому требовалось обра­
ботать канал с высокой степенью точности и чистоты. Между тем размеры ствола для такой тонкой работы были велики: диаметр 82 мм, длина более метра. Требовалось модернизировать станок, и с этой зада­
чей успешно справились конструкторы и слесари, кото­
рыми руководил механик цеха А. В.- Похитонов. Какие добрые слова я ни напишу сейчас об этих людях, все равно не воздать им должного в полной мере. От их са­
моотверженного труда зависело, выполнят ли свои обя­
зательства в срок цех, завод. У ДИП-500 все больше скапливалось стволов, требовавших шлифовки. В конце концов добились того, что станок стал как полагается шлифовать глубокие отверстия. Ствол с отличной оценкой приняли контролеры заводского ОТК и представители Главного артиллерий­
ского управления (ГАУ). Вскоре бригада А, И. Ермо­
лаева с участка мастера Г. Н. Минченко приступила к окончательной сборке и регулировке миномета. Прошло еще несколько дней, и головную партию минометов от­
правили на полигон. В цех подали грузовую машину, к кабине шофера прикрепили красный флажок, предупреждавший, что автомашине нужна «зеленая улица». Но мы видели в этом флажке и нечто большее — символ одержанной победы! В машину кроме непосредственных участникоз испытаний — бригадира сборки, начальника сборочного участка, представителей ОТК и ГАУ — набился чуть ли не весь актив цеха. Мы гордо промчались под красным флажком по Невскому проспекту и другим улицам го­
рода. Вот и ворота полигона. Проверка документов, ча­
совые пропускают... На территории полигона — образцовый порядок. Во­
енные инженеры тщательно осматривают привезенное оружие. Расчет бойцов-минометчиков во главе с коман­
диром получает комплект боевых мин. Спускаемся в укрытие, чтобы наблюдать за испыта­
ниями. Из окопа вижу лишь конец ствола миномета. Звучит долгожданная команда: — Огонь! Раздается гулкий выстрел, слышен характерный свист летящей мины, и в отдалении на поляне возникает черное пятно разрыва, ветер уносит в сторону дым... Ура! Гладкоствольная артиллерия адмиралтейцев нача­
ла вести огонь! Стрельбы велись долго, по определенной программе. Результаты оказались отличными, что и зафиксировал выданный нам на руки акт. Но не меньшей наградой было услышать из уст командира минометчиков: — Спасибо, товарищи рабочие! Хорошее боевое ору­
жие сделали. Теперь давайте его побольше на фронт! Батальонные 82-миллиметровые минометы, сделан­
ные руками адмиралтейцев, потоком пошли на фронт — бить врага. Вскоре мы довели выпуск минометов до планового задания и даже превысили его. Все, что выпало во время блокады на долю ленин­
градцев, досталось и нам. Помогали ослабевшим, боль­
ным. И стремились, если кто-либо из них не мог встать к станку, сделать за него норму. Когда заболел токарь 91 Волков, его друг и сосед по станку В. С. Марков пе ушел со смены, пока не дал продукцию за двоих. Неза­
долго до этого Волков сам помог товарищу, не справля­
вшемуся с дневным заданием. В цех часто приходили директор завода В. Н. Лебе­
дев, главный инженер С. М. Турунов, секретарь парт­
кома П. М. Гурьев, его заместитель А. Н. Орлов, пред­
седатель завкома профсоюза В. А. Каменский, пред­
ставитель Ленинградского горкома партии В. В. Кожа-
ринов. Они помогали руководителям цеха решать мно­
гие вопросы производства, беседовали с рабочими, рас­
сказывали о событиях на фронте, поддерживали в лю­
дях бодрость духа. Эти беседы чаще всего происходили у жаровен с горящим коксом, установленных в проле­
тах. Зимой помещения не отапливались, люди работали в пальто, ватниках, очень мерзли руки. Не раз видел — переключит станочник подачу на «самоход», а сам, пользуясь минутой, отогревает посиневшие пальцы ды­
ханием. Или возьмет в варежках горсть горячих стру­
жек, либо приложит окоченевшие руки к снятой со станка готовой детали, пока она еще теплая... Когда случались перебои с электроэнергией, никто не покидал цеха, все терпеливо ждали, когда дадут ток, чтобы сра­
зу включить станки. Какой радостью для нас было прочитать 14 января 1942 г. в газете «Ленинградская правда» Указ Президиу­
ма Верховного Совета СССР о награждении орденами и медалями более 600 ленинградцев за успешное выпол­
нение заданий правительства по выпуску вооружения и боеприпасов! В списке были двое из нашего цеха; орде­
нами Красной Звезды наградили бригадира слесарей-
сборщиков Алексея Ивановича Ермолаева и меня. Решением правительства ленинградским судострои­
телям было поручено построить стальные баржи к нави­
гации 1942 г. Сборку барж поначалу думали произво­
дить на Большой земле, на пустующем Сясьском цел­
люлозно-бумажном комбинате. Баржи предполагалось делать цельносварными, что требовало много электро­
энергии. Западный берег Ладожского озера, со стороны Ленинграда, не был обеспечен электроэнергией, в то время как Сясьский комбинат имел свою электростан­
цию мощностью 1000 кВт. Да и место по ту сторону озе­
ра, полагали, будет более спокойным — без вражеских налетов и регулярных бомбежек. В первых числах марта специальная бригада в со­
ставе адмиралтейцев — Ф. Г. Грачева, А. И. Самойлен-
92 ко, М. М. Бергера и меня, балтийцев — С. А. Базилев-
ского и С И. Григорьева, по указанию заместителя наркома А. В. Самарина, должна была обследовать пустующий комбинат. Собрались на Финляндском вокзале, предстояло проехать по Дороге жизни. Военный комендант станции разместил нас в вагоне. Выехали вечером, к ночи были в Борисовой Гриве. Дальше, через Ладожское озеро, добирались на попутных автомашинах. Из Новой Ладо­
ги до комбината шли километров десять пешком. Тщательно осмотрев помещения и прилегающую ме­
стность, пришли к выводу, что верфи здесь не откроешь. Зато вполне возможно развернуть производство ба­
тальонных минометов: есть свободные ' производствен­
ные помещения, электроэнергия, рядом в поселке имеет­
ся более или менее благоустроенное жилье человек на 200—250, открыта столовая, больница, баня, работает почтово-телеграфная связь с Ленинградом и Москвой, ветка железной дороги соединяет поселок со станцией Волховстрой и, значит,— с Большой землей. После возвращения в Ленинград наше предложение было одобрено. Создание филиала поручили возглавить мне. Самым трудным оказалось раздобыть транспорт, чтобы перебросить за Ладогу людей, станки, оборудо­
вание; расчет показал, что понадобится по крайней ме­
ре 120 грузовых автомашин. Обратились за помощью к А. Н. Косыгину, который, являясь уполномоченным ГКО, часто бывал в Ленин­
граде. В Смольный поехали вместе с заместителем ди­
ректора завода С. У. Сикоевым. Алексей Николаевич Косыгин выслушал нас и распорядился ускорить предо­
ставление автомашин. Пока решался вопрос о транспорте, мы активно гото­
вились к переезду; подбирали готовые и незавершенные детали минометов, различного рода заготовки и комп­
лектующие изделия, составляли список людей, уезжаю­
щих на Сясьстрой. Многих, ослабленных голодом и бо­
лезнями, пришлось собирать по квартирам, да еще решать, выдержат ли они тяжелый путь через Ла­
догу. Наконец, первая колонна автомашин подошла к во­
ротам завода. Погрузку станков вели с помощью мосто­
вых кранов. Электроэнергию получали от ледокольного буксира «Волынец», стоявшего в большом ковше аква­
тории завода. Очень тяжелые станки, заблаговременно разобранные на части, грузили в разные машины. За 93 этим строго следили военные, знавшие состояние дорог и льда на Ладоге. В кузове каждого автомобиля вместе с оборудованием разместились и рабочие. Многие сразу взяли с собой семьи. Ушла первая колонна, начали готовить следующую, с нею еду и я. Вдруг срочный вызов к наркому И. И. Носенко, находившемуся тогда в Ленинграде. В кабинете присутствовали также заместители наркома А. В. Самарин и Н. М. Разин. Я доложил о ходе пере­
броски. Иван Исидорович интересовался подробностя­
ми, дал советы, доброе напутствие. Он сказал, что в Сясьстрое создается вполне самостоятельный филиал, директором которого назначен я. Мне надлежит под­
держивать связь с заводом и с наркоматом в Москве. Уезжал поздно вечером с последней полуторкой, чтобы проследить, все ли машины достигли цели. День этот я помню и сегодня — 9 апреля 1942 г. Автомашину вел молодой боец-украинец, дорогой до Ладоги он на­
певал свои родные песни и учил меня им. Ехали всю ночь. Когда прибыли на Ладожское озеро, увидели лед, покрытый слоем воды. Сквозь нее на поверхности льда виднелись черные трещины, они, змеясь, расходились во все стороны. Как ехать по такой дороге, да еще в тяже­
ло груженной машине? Между тем первые автомобили с оборудованием и людьми уже сползали на лед и, сохраняя установлен­
ную дистанцию, одна за другой скрывались за горизон­
том. Автомашины шли по ступицу колес в воде. Спуска­
емся с берега и мы. Водитель, человек опытный, не раз форсировавший Ладогу по весеннему льду, говорит: — Открой дверцу кабины, а сам смотри на пробку радиатора. Как клюнет она книзу, не жди команды, сразу прыгай из грузовика! Водитель уже не поет, посерьезнел, неотрывно смот­
рит на дорогу. Полуторка ползет, разгоняя волны. Вре­
мя как будто остановилось, дорога тянется мучительно долго. Наконец, увидели камыши, торчащие изо льда: пошли отмели, значит, берег уже близко. Когда уже казалось, что все трудности позади, мо­
тор машины вдруг чихнул раза два и заглох. Шофер нервно нажимает на стартер, но мотор продолжает чи­
хать и не заводится. Неужели полезет в студеную воду? Нет, он выбирает другой путь: взбирается на крышу ка­
бины, а оттуда переползает на капот. Открыл его, ми­
нут десять покопался в моторе, потом проделал тот же путь обратно. Лукаво смотрит на меня, подмигивает и 94 нажимает стартер. Ура! Мотор завелся, мы двигаемся дальше. К вечеру были на месте. А там уже полным ходом шли работы. Еще до отправки автоколонн директор Ад­
миралтейского завода Владимир Николаевич Лебедев уехал с группой работников на Сясь, чтобы подготовить­
ся к встрече людей и техники. Но многое ли можно бы­
ло сделать с малым числом рабочих, без механизмов? Даже снять станки с автомашин — проблема. Грузили-
то с помощью мостовых кранов, а для разгрузки где их взять? Не имея кранов и лебедок, действовали вручную, с помощью ломов, козел, катков, талей — нехитрых при­
способлений, известных еще нашим дедам и прадедам. Станок за станком ставили на места в той последова­
тельности, которая обеспечивала технологический поток. Затаскивались и другие грузы в помещение, все более становившееся похожим на настоящий цех. Двести ис­
тощенных рабочих, переживших блокаду, едва держав­
шихся на ногах, сумели вдохнуть жизнь в пустые хо­
лодные корпуса. Тот, кто был физически покрепче и сохранил силы, долбил бетонный пол, пробивая отверстия для фунда­
ментных болтов. Группа во главе с А. В. Похитоновым ставила на места станки, заливала фундаменты раство­
ром цемента. Женщинам поручили открывать ящики с инструментами, раскладывать их на стеллажах. Совсем слабые разбирали чертежи, техническую документацию. Все трудились с энтузиазмом, никого не приходилось понукать. Не забыли о больных — им дали отдохнуть, первым предоставили жилье, питание, медицинскую по­
мощь. Наступил день, когда электромонтеры под руковод­
ством Н. И. Бухбиндера подключили кабели от главно­
го щита к групповым. Цех получил энергию, заработали станки. К концу апреля смонтировали последние 70 станков, начался выпуск деталей для минометов, их сборка. Я съездил в Волхов, доложил секретарю горкома партии о проделанной работе. В Тихвине об этом же со­
общил секретарю Ленинградского обкома партии Г. X. Бумагину. Он побывал у нас как раз в тот день, когда представители ГАУ начали испытания первой партии минометов, изготовленных на Сясьстрое. Испы­
тания окончились успешно. Бумагин поздравил нас от имени Ленинградской партийной организации и Воен­
ного совета фронта, пожелал дальнейших успехов. 95 В начале июня, когда люди окрепли, стали лучше питаться, мы организовали круглосуточную работу це­
ха. Адмиралтейские минометы пошли на фронт и из Сясьстроя. Наша продукция не залеживалась, за ней с нарядами начальника тыла Ленинградского фронта приезжали прямо с передовой. Однажды эта передовая едва не подошла к стенам завода... Враг подготовил высадку десанта в районе ' Сясьстроя с тем, чтобы окончательно отрезать Ленин­
град. Наше командование потребовало срочно выдать минометы, даже не прошедшие испытания, и организо­
вать из рабочих боевой отряд для отражения вражеско­
го десанта. Предусматривалось и уничтожение завода, если фашисты прорвутся к нему. Приказ был выполнен: отряды сформированы, сооружены дзоты и огневые точ­
ки, в цехах расставлены бочки с бензином... К счастью, все обошлось — враг был разбит еще на дальних под­
ступах к заводу. Однако не все шло хорошо. Почти каждый месяц мне приходилось ездить в Ленинград, на завод, и все по одному вопросу — снабжения. Ведь заготовки ство­
лов, опорные плиты, многие другие комплектующие из­
делия мы получали оттуда. И получали, по вполне по­
нятным причинам, с перебоями — доставка через Ла­
дожское озеро была непростым делом. Наш сборочный участок стал испытывать все боль­
шие трудности. В ноябре 1942 г. приказом наркома филиал переба­
зировался в Пермскую область. Вскоре эшелон адми-
ралтейцев двинулся иа восток. Я. М. СИПИЛИН (1912—1986), в начале войны — заместитель секретаря партбюро, затем руководитель группы Оргсудопрома Все для фронта, все для победы Союзный трест организации и рационализации судо­
строительной промышленности (Оргсудопром) был со­
здан в 1939 г. Размещался он в нескольких комнатах здания на Средней Подьяческой улице. Однако на ме­
сте чаще всего можно было увидеть лишь нескольких сотрудников, так как большинство из них находились в комплексных бригадах, состоявших из квалифицирован­
ных специалистов-технологов, и трудились непосред-
96 ственно на предприятиях, где- оказывали техническую помощь судостроителям при решении вопросов органи­
зации производства, выполнении корпусных и свароч­
ных работ, холодной и горячей обработки металлов, разработки технологической оснастки. С первых же дней войны многие специалисты ушли на фронт, а оставшиеся стали членами команд МПВО, несли дежурство на объектах, боролись с зажигатель­
ными бомбами, оказывали первую помощь раненым.. Часть работников группами по 25—50 человек вместе с другими ленинградцами выезжали в Усть-Лугу, под Кингисепп, где рыли окопы и противотанковые рвы. Около двадцати человек вступили в ЛАНО, в том числе начальник отдела инженер Никандров, конст­
руктор по штампам Баранов, инженер-технолог Федо­
ров, шофер Елисеев. Большая часть добровольцев по­
гибла при обороне Ленинграда. Вскоре трест перевели в здание на набережной Красного Флота, в котором тогда размещалось ленин­
градское отделение наркомата во главе с заместителем наркома А. В. Самариным. Самой насущной задачей в те дни была организация на судостроительных заводах выпуска необходимой фронту военной продукции. Вот почему наш трест решили не эвакуировать. Сотрудники Оргсудопрома были закреплены за предприятиями. В один из жарких июльских дней А. В. Самарин по­
ставил перед нами необычную задачу, незамедлитель­
ного решения которой потребовал горком партии. На фронте ощущался острый недостаток автоматов. Нужно было в сжатые сроки организовать их массовый выпуск. Из рассказа замнаркома мы узнали, что головным предприятием по выпуску автоматов ныне является Се-
строрецкий инструментальный завод имени Воскова, пе­
ребазировавшийся в дальнейшем в Смольнинский рай­
он, В кооперацию по выпуску этого вида оружия вошли семь ленинградских предприятий. Выпуск бевой пружи­
ны для досылки затвора поручили заводу «Судомех». Наши специалисты организовали на заводе отдельный участок для навивки пружин и заделки их концов, раз­
работали оснастку, приспособили станки. Этим занима­
лись главный инженер Оргсудопрома И. М. Баронов, инженеры Н. И. Петропавловский, А. П. Головачев, за-
водчане Г. В. Дорожевский, А. Д. Обухова, В. И. Коз­
лов и другие. Боевая пружина хоть и проста по форме, но оказа­
лась весьма капризной при закалье. Долго бились над * Зак. № 356 9 7 тем, чтобы подобрать нужный тепловой режим, при ко­
тором пружины получались бы надлежащей твердости и упругости. Люди работали круглосуточно. Чертежи сразу по­
ступали в цех к слесарям и станочникам. На ходу вно­
сились изменения. В конце концов труд окупился стори­
цей: начался серийный выпуск пружин. Только за пер­
вые полгода войны на «Судомехе» изготовили более 17 тысяч пружин. Там же трудилась и другая группа технологов Орг-
судопрома во главе с А. И. Павликевичем, помогавшая заводским товарищам наладить выпуск мин. К тому времени Ленинград стал городом-фронтом. Гитлеровцы постоянно обстреливали его из артиллерийских орудий и бомбили. Осколком снаряда на рабочем месте в цехе Адмиралтейского завода был убит сотрудник Оргсудо-
прома Б. О. Соколовский, получил ранение И. И. Федо­
тов. В составе группы специалистов я участвовал в на­
ладке производства артиллерийских снарядов на Бал­
тийском заводе. Для этого вместе с технологами и рабо­
чими подготовили цехиг корпусообрабатывающий — для штамповки головок фугасных снарядов, котельный — для штамповки противотанковых, В ходе подготовки котельного цеха, ранее выпускав­
шего судовые котлы, пришлось заново конструировать оснастку, чтобы использовать для изготовления снаря­
дов пресс, сверлильные станки и другое имевшееся обо­
рудование. Много труда в это вложил начальник цеха. П. А. Манько. Немало дельных предложений внес ста-' рый рабочий, фамилия которого, к сожалению, стерлась в памяти. Все в цехе звали его уважительно «дядя Ва­
ся». Он обладал смекалкой и умением мастера — золо­
тые руки. Этот умудренный опытом балтиец помог нам добиться центровки штампа и надежной установки за­
готовок. Словом, заводские товарищи вместе с сотруд­
ником нашего треста В. П. Романовским успешно спра­
вились с заданием. С Балтийского завода на фронт ста­
ли поступать противотанковые снаряды. Непредвиденные трудности у балтийцев возникли при организации литья корпусов зенитных снарядов. В конце октября 1941 г. нехватка топлива парализовала производство. Нужная температура для плавления ме­
талла в вагранке прежде создавалась при сжигании кокса, а его запасы иссякли. Рабочие попробовали про­
вести плавку на антраците, но «заморозили» ее. Созда-
98 лось трудное положение. Однако специалист Оргсудо-
прома инженер-технолог В. А. Буталов добился разре­
шения провести плавку на антраците по-своему. Подо­
брав среди рабочих литейного цеха подручных, В. А. Буталов заступил в ночную смену к вагранке. Незначительная переделка топки позволила проводить плавку на имевшемся угле, и дело пошло. Обработка литых корпусов снарядов затруднений не встретила. Под руководством заместителя начальника механообрабатывающего цеха В. А. Кузнецова балтий­
цы-судостроители быстро освоили ее. В те дни автору этих строк поручили сдачу готовых снарядов военным представителям. Среди них был один молодой офицер, требовавший «ювелирного» качества продукции, не считаясь с тем, что на конвейере в холоде работали истощенные подростки. Его чрезмерная требо­
вательность привела к тому, что добрую половину гото­
вых снарядов пришлось бы забраковать. Мы тщательно проверили эти «негодные» снаряды и пришли к выводу, что они вполне пригодны для боя. Добились проведения опытных испытаний на полигоне, и результаты стрельб подтвердили наши выводы. Офи­
цер-приемщик больше не предъявлял к нам каких-либо претензий. Наступили самые тяжелые дни первой военной зи­
мы. Хлебный паек у сотрудников треста был, как и у всех служащих в Ленинграде,— 125 граммов хлеба в день. Прямо на глазах люди сдавали, многие умирали от голода на рабочих местах, по пути на работу. Я пере­
селился в подвал треста — там было относительно теп­
лее, а главное — до Балтийского завода недалеко. Да из подвала по тревоге никуда бегать не надо было. Каждую ночь посменно дежурили по четыре часа на крыше дома. Фашистские самолеты сбрасывали зажи­
гательные бомбы, вызывавшие пожары. Немало таких бомб — длинных алюминиевых цилиндров — погасили мы на крыше. В конце января 1942 г. я с бригадой уехал на Волгу, где строились боевые катера. Довелось побывать и в Челябинске, посетить Танкоград, как тогда называли Челябинский тракторный завод, где встретил много сво­
их земляков — ижорцев и кировцев, работавших на вы­
пуске танков. Сотрудники треста трудились во многих городах. На ' Волге они помогали выпускать танки и ремонтировать катера Волжской военной флотилии. Еерфь оставалась 99 единственным предприятием Сталинграда, не прекра­
щавшим работать в течение всего периода боевых дей­
ствий. На одном из заводов Украины трудилась брига­
да Г. С. Беляева, внесшая большой вклад в организа­
цию выпуска пулеметов, минометов, серийного произ­
водства фугасных бомб. Однако основные усилия специалистов Оргсудопро-
ма были направлены на организацию судостроения. В середине 1942 г. было решено создать на базе Со-
сновской судоверфи специализированное производство для постройки унифицированных боевых катеров. При непосредственном участии проектировщиков (Н. Н. Иса-
нина и Л. Л. Ермаша) и технологов (И. М. Бароно­
ва, А. А. Ватенмахера, Е. К. Шведова, Н. Н. Папсуе-
ва и др.) в короткий срок была разработана проектная документация на постройку боевых катеров с использо­
ванием в качестве главных двигателей моторов фирмы «Паккард». Их постройка предусматривалась поточно-позицион­
ным методом с принудительным ритмом на конвейере, что позволило бы до минимума упростить все операции и использовать труд неквалифицированных рабочих — учеников ремесленных училищ, женщин. Согласно ленд-лизу, мы получали из США двигате­
ли фирмы «Паккард». Американцы пожелали посмот­
реть, как ведется у нас установка этих двигателей на катерах. Советское руководство пошло навстречу союз­
никам и разрешило в январе 1945 г. главе морской сек­
ции военной миссии США по ленд-лизу посетить завод. Американской делегации показали конвейер. Высо­
кий уровень механизации сборочных работ произвел на гостей хорошее впечатление. Заметим, что еще ранее этот метод впервые в отечественном судостроении был внедрен на Навашинской судоверфи, которой было поручено производство понтонов для действующей ар­
мии. Здесь суть поточно-позиционного метода заключа­
лась в том, что весь цикл работ, от закладки объекта до его сдачи, был разделен на несколько позиций, за каж­
дой из которых закреплен строго определенный объем и постоянное количество рабочих. Все позиции были осна­
щены необходимой техникой и рабочим инструментом. Это позволяло строить сложный и громоздкий понтон всего за двадцать дней. Главное же — применение дан­
ного метода позволяло привлекать к сборке и постройке понтонов неквалифицированных рабочих. Опыт Навашинской судоверфи был использован 100 нашей бригадой (в которую входили автор этих строк, В. П. Сингирцев, Г. В. Анисимов), в 1943 г. приехав­
шей на Камскую верфь, где судостроители выпускали бронекатера для Волжской военной флотилии. Позна­
комившись с производством, пришли к выводу, что в данном случае целесообразно применить поточно-бригад­
ный, а не поточно-позиционный метод, так как он тре­
бовал перемещения объекта с позиции на позицию. Ка­
тер оставался на одном месте, а специализированные бригады, согласно разработанному графику, переходи­
ли от одного из них к другому, выполняя определенный объем работ. Наше предложение одобрили. Вскоре были выстрое­
ны три «тепляка», каждый на два построечных места. И работа закипела: бронекатер собирали за месяц и ме­
нее. Большую помощь нам оказал начальник корпусно­
го цеха Н. И. Смирнов, эвакуированный из Ленинграда и позднее назначенный директором верфи. В январе 1944 г. я возвратился в Ленинград. Перво­
очередной задачей нашей бригады явилась разработка технологии и организации серийного производства ди­
зельных тральщиков на ленинградских заводах. В рабо­
ту включились молодые специалисты Н. П. Лукьянов, А. П. Марков, В. М. Матвеев. Через некоторое время бригада пополнилась опытными сотрудниками Оргсудо-
прома А. А. Ватенмахером, Е. К. Шведовым, Н. Н. Пап-
суевым и другими товарищами. Не считаясь со временем, разрабатывали технологию и организацию постройки дизельных тральщиков с ми­
нимально возможным циклом. Многочисленные предло­
жения, сотни расчетов показали, что добиться этого можно лишь при условии сборки кораблей из крупных блоков. Каждый блок должен был представлять собой законченную часть тральщика и собираться на трех по­
зициях конвейера, на которых для этого будут предва­
рительно изготовлены узлы и секции корабля с установ­
ленными и смонтированными механизмами и оборудо­
ванием жилых и служебных помещений. Далее собранные секции на специальных тележках или транспортерах подвозились на главный конвейер, где на двух позициях производились стыковка блоков, окончательный монтаж оборудования и отделка внут­
ренних помещений. При таком методе корабль должен был спускаться на воду с готовностью в 95%. После небольших достроечных работ можно было приступать к ходовым испытаниям тральщика. 101 В мае нашу-работу одобрил наркомат. Вначале этот метод был внедрен на Усть-Ижорской верфи, а несколь­
ко позднее и на других предприятиях, За организацию работ по постройке тральщиков ав­
тор этих строк был удостоен в июне победного 1945 г. ордена Красной Звезды,' а сотрудники Оргсудопрома В. И. Смирнов и П. И. Рухлин — медалей «За боевые заслуги». Так в годы Великой Отечественной войны специали­
сты Союзного треста организации и рационализации су­
достроительной промышленности вносили свой вклад в дело помощи фронту, в Великую Победу над ненавист­
ным врагом. Б. А. Т КАЧЕН КО (1912-1979), в годы войны — старший инженер НТК НК ВМФ СССР, работал по размагничиванию кораблей Балтийского, Черноморского и Тихоокеанского флотов. Дуэль Едва началась война, как сразу же в ночь на 23 июня 1941 г. в устье Финского залива подорвался на вражеской мине эскадренный миноносец «Гневный». В ту же ночь неподалеку подорвался крейсер «Максим Горький», а утром, при переходе с рейда Вермейсаар в Таллин, погиб БТЩ-208. Были потери от вражеских мин и на других флотах. Гитлеровцы полагали, что наш флот вынужден будет скрываться в своих базах и дей­
ствия его окажутся парализованными в результате при­
менения нового минного оружия. А там, глядишь, и блицкриг закончится... Фашисты применили так называемую магнитную, или неконтактную, мину, для взрыва которой не требо­
валось ее непосредственного соприкосновения с корпу­
сом корабля; взрыватель такой мины срабатывает от воздействия магнитного поля корабля. И хотя магнит­
ные мины не являлись новинкой (впервые они были применены еще в первую мировую войну), в планах фа­
шистского командования это оружие занимало видное место. Еще накануне нападения на нашу страну гитле­
ровцы тайно поставили заграждения из магнитных мин сначала в островном районе, затем в Финском заливе, а в первые же дни войны «рассыпали» с самолетов значи­
тельное и<х число на подходах к Кронштадту. Миниро-
102 вание было рассчитано на то, чтобы заблокировать на­
ши корабли в базах, лишить их маневренности и бое­
способности. Подобные мины, к слову сказать, появи­
лись с началом войны и в бухтах Севастополя, на Днеп-
ровско-Бугском лимане у Очакова, у Одессы и Феодо­
сии, у Мурманска, Архангельска. Но еще утром 22 июня 1941 г. государственная ко­
миссия принимала размагничивающее устройство на линкоре «Марат». Тщательно разработанные принципы и методы размагничивания уже были испытаны на мно­
гих наших боевых кораблях, а группа кораблей имела противоминные защитные устройства. Имелись и подго­
товленные специалисты по противоминной защите. Ду­
эль с противником мы начали не с пустыми руками. На что рассчитывал враг? Прежде всего на то, что его магнитная мина значительно отличалась от старой, с помощью которой еще в 1919 г. английские интервен­
ты безуспешно пытались остановить продвижение на­
ших кораблей к Архангельску по Северной Двине. Не­
мецкая неконтактная мина образца 1941 г. была, дей­
ствительно, совершеннее, каверзнее. Значит, и бороться с ней было сложнее — ее и обнаружить трудно, и обыч­
ным тралом не подсечешь. Рассчитывали фашисты и на широкий масштаб минирования, и на казавшуюся им не­
возможность в условиях войны быстро отыскать спосо­
бы и средства борьбы с таким опасным оружием, чтобы организовать действенную противоминную защиту. Од­
нако и на сей раз расчеты гитлеровского командования содержали основательные просчеты. История это убеди­
тельно доказала. Успешной организации противоминной защиты в боевой обстановке во многом способствовала большая и плодотворная работа, осуществленная в довоенные го­
ды. Изрядно грешат против истории утверждения неко­
торых мемуаристов о том, будто наши ученые начали разработку методов размагничивания кораблей лишь после первых вражеских залпов. Факты говорят о дру­
гом. Кратко напомним их. 1936 г. Командование ВМФ СССР поставило перед специалистами задачу: разработать методы защиты ко­
раблей от неконтактного (магнитного) минного и тор­
педного оружия. Эта работа была поручена ЛФТИ, и за ее выполнение взялись А. П. Александров (ныне прези­
дент Академии наук СССР), Б. А. Гаев и их деятель­
ные помощники. В лаборатории А. П. Александрова со­
здали специальную группу, которая занялась постав-
юз ленной проблемой. Идея, положенная в основу работы, состояла в размагничивании корабля. Ученые предлага­
ли сделать это путем компенсации магнитного поля ко­
рабля с помощью закрепленных на нем специальных об­
моток, через которые пропускается постоянный ток. Та­
ким способом можно было добиться того, что корабль, проходя над миной, не вызывал срабатывания ее взры­
вателя, имевшего ограниченную чувствительность. Но эта, казалось бы, простая и понятная специали­
стам идея, предложенная А. П. Александровым, Б. А. Гаевым и инженером Балтийского завода А. А. Картиковским, вызвала поначалу немало спо­
ров. — Не получится,— сомневались одни.— Куда ра­
зумнее сосредоточить силы на создании и совершен­
ствовании методов траления. • — Не размагничивать надо корабль, а еще больше намагничивать,— утверждали другие.— Тогда его уве­
личенное магнитное поле будет вызывать взрыв магнит­
ной мины на большом расстоянии от корабля. (Заметим попутно, что именно по этому пути пошли англичане, и к началу войны их корабли оказались незащищенными от немецких магнитных мин и торпед. Лишь понеся ощутимые потери, англичане в ходе войны начали раз­
рабатывать размагничивающие устройства и оснащать ими свой флот.) Но физтеховцы стояли на своем. 1937 г. Сначала на магнитной модели корабля в ла­
боратории, затем в сухом доке Кронштадта на эсмин- ' цах «Яков Свердлов» и «Артем», на лидере «Ленин­
град» сотрудники института провели первые измерения магнитных полей кораблей и опыты по их компенсации. Результаты оказались благоприятными и позволили А. П. Александрову, Б. А. Гаеву и А. А. Картиковско-
му подать заявку на изобретение метода защиты кораб­
лей от магнитных мин |г. Как и полагается, в спорах ро­
дилась истина. 1938 г. Командование ВМФ предоставило в распоря­
жение группы А. П. Александрова корабль «Дозор­
ный». В Ораниенбаумском порту на «Дозорный» нало­
жили размагничивающую обмотку, включили оптималь­
ный ток. Корабль прошел над разоруженной магнитной миной, но она никак на это не реагировала. Теперь уже 1 Авт. свнд. с приоритетом от 7 марта 1938 г. См.: Ткачен-
ко Б. А. История размагничивания кораблей советского ВМФ. Л., Наука, 1981, с. 28. 104 для экспериментов выделили линейный корабль «Ма­
рат». И они прошли успешно! Деятельную помощь уче­
ным оказывала группа офицеров во главе с Б. Е. Год-
зевичем и сотрудники конструкторского бюро во главе с Г. Г. Бориным и Н. М. Хомяковым. 1939 г.— переход к разработке и испытаниям опыт­
ных размагничивающих устройств. К группе ЛФТИ подключаются другие исследовательские организации. На Онежском озере проводятся всесторонние испыта­
ния противоминного защитного устройства ЛФТИ на «Дозорном». Вывод государственной комиссии: размаг­
ничивающее устройство действует надежно, отвечает своему назначению! 1940 г. На кораблях монтируют опытные промыш­
ленные устройства. Разработан план оборудования про­
тивоминной защитной системой ЛФТИ всех надводных кораблей ВМФ. 1941 г. Намеченный план воплощается в жизнь. Раз­
работаны типовые проекты размагничивающих уст­
ройств для всех основных классов кораблей нашего флота. Главный Военный совет ВМФ распределил рабо­
ту по размагничиванию между соответствующими орга­
низациями, утвердил календарные планы монтажа си­
стем на всех кораблях ВМФ. Закончен монтаж размаг­
ничивающего устройства на линкоре «Марат». 22 июня государственная комиссия провела приемку этого уст­
ройства. Так еще в довоенные годы создавались предпосылки для организации^защиты наших кораблей от магнитных мин. В сочетании с мужеством и отвагой советских лю­
дей, их мастерством, изобретательностью, стойкостью эта подготовка позволила в годы войны сохранить деся­
тки тысяч человеческих жизней и сберечь нашей Родине многие сотни кораблей. Война, естественно, внесла свои поправки в органи­
зацию работы, потребовала иных темпов, породила нема­
ло трудностей и осложнений. Однако типовые проекты, разработанные в довоенные годы, позволили с первых же дней начать на кронштадтском Морском заводе обо­
рудование противоминным защитным устройством си­
стемы ЛФТИ эсминцев «Грозящий», «Суровый», «Слав­
ный» и других боевых кораблей. Не зря моряки говори­
ли: «Перед тем, как в бой идти, побывайте у Лефти». Накопленные данные о магнитных полях кораблей раз­
ных классов дали возможность без промедлений назна­
чать параметры временных размагничивающих обмоток. 105 Их прокладывали-и закрепляли на палубах вдоль бор­
тов кораблей КБФ до монтажа более основательных устройств. Военные моряки в самые сжатые сроки осво­
или изготовление таких «времянок», используя имев­
шийся разнокалиберный кабель. Теперь счет пошел даже не на дни, а на часы и ми­
нуты. Работа по-фронтовому совершала чудеса. 28 июня за одну белую ночь удалось надежно защитить крейсер «Киров», и он был благополучно выведен из Рижского залива через минное поле у острова Даго. А еще до это­
го, за первую пятидневку войны, была создана и начала энергично действовать Балтийская группа размагничи­
вания кораблей во главе с офицером НТК НК ВМФ М. В. Шадеевым. Несколько ТЩ оборудовали размаг­
ничивающими устройствами и направили на боевое тра­
ление. Были разработаны и изготовлены специальные тралы для борьбы с магнитными минами. Вскоре после этого было принято специальное ре­
шение об организации массового размагничивания ко­
раблей ВМФ. Были созданы группы размагничивания кораблей Черноморского, Северного и Тихоокеанского флотов; Балтийская группа выделила в помощь им спе-
циалистов-размагнитчиков. В те грозные июньские дни товарищи и друзья профессора А. П. Александрова тепло поздравили его с докторской диссертацией — только что блестяще про­
шла защита. Ученому было, однако, не до приветствий и поздравлений: он спешил в Таллин, где принял де­
ятельное участие в оборудовании системой ЛФТИ лиде­
ров «Ленинград» и «Минск», линкора «Октябрьская ре­
волюция», ряда эсминцев. Невероятно, но факт — эта работа, выполнявшаяся с помощью личного состава ко­
раблей, была закончена к концу июня, а 1 июля А. П. Александров с группой размагнитчиков возвра­
тился на линкоре в Кронштадт. В пути он тщательно следил за действиями защитного противомагнитного устройства, которое смонтировали по упрощенному ва­
рианту— кабели обмоток были подвешены прямо к ле-
ерным стойкам. Попутно проверялось знание личным составом правил обслуживания противоминного устрой­
ства. Мы специально задержались на этих событиях пер­
вых дней войны, чтобы показать, как энергично и эф­
фективно решались проблемы противоминной защиты кораблей. А ведь работать приходилось в боевой обста­
новке, нередко Под ожесточенным огнем противника. 106 Между тем стали быстро иссякать запасы кабеля. На подмогу пришла неистощимая флотская смекалка. Кто-то вспомнил о кабеле, доставленном в Ленинград до войны,— он предназначался для крейсера «Лютцов», купленного у Германии. Неожиданный резерв был ус­
пешно использован и помог балтийским морякам в борьбе с врагом: немецкий кабель неплохо защищал на­
ши корабли от немецких же магнитных мин... Но и этот кабель вскоре был израсходован. Балтий­
ская группа размагнитчиков направила своих «развед­
чиков» на ленинградские заводы «Севкабель», «Элект­
росилу», Металлический, на судостроительные и многие другие предприятия. Было обнаружено и доставлено к месту работ необходимое сырье. Инициатива, на­
ходчивость и впредь не раз приходили к нам на по­
мощь. В июле в эту работу включились и ленинградские су­
достроительные предприятия. На заводе им. А. А. Жда­
нова размагничивались тральщики и сторожевые ко­
рабли, на Балтийском — шаланды «Бурея», «Олекма» и «Нора», которые переоборудовались под канонерские лодки для Ладожской военной флотилии. В июле же в Ленинграде были смонтированы размагничивающие устройства на эсминцах «Статный» и «Скорый», а в ав­
густе— на эсминцах «Строгий» и «Стройный». Измере­
ния магнитных полей этих кораблей велись'на Неве. В сложных условиях первых месяцев войны и начинаю­
щейся блокады люди показывали неслыханную прежде работоспособность. В принятом решении фигурировала цифра — 42 корабля, которые следовало оборудовать защитными устройствами на Балтике. А в Ленинграде, Кронштадте и Таллине только в первые полтора месяца войны оборудовали 53 корабля. Энергично велась эта работа и на других театрах морских военных действий: уже в августе 1941 г. основное боевое ядро кораблей на всех действующих флотах и флотилиях было защищено от магнитных мин противника. Накапливавшийся опыт позволил Балтийской груп­
пе в том же августе подготовить брошюру в помощь размагнитчикам. НТК НК ВМФ издал ее и распростра­
нил на других флотах. Называлась она так: «Правила по оборудованию и эксплуатации систем ЛФТИ на над­
водных кораблях ВМФ». Но что таилось за этими «Правилами»? Размагничиваемый корабль надлежало выключить из повседневной боевой деятельности, вывести на глубо­
ка I кое место — обычно для крупных кораблей это был Красногорский рейд у Кронштадта, сильно обстрели­
вавшийся вражеской артиллерией. Измерения магнит­
ного поля проводились на нескольких курсах в течение суток, и по результатам этих измерений производили проектную проработку с учетом конкретных особенно­
стей данного корабля. Затем на кронштадтском Мор­
ском заводе или в мастерских судовых электромонтаж­
ников изготовляли необходимое оборудование — клемм-
ные коробки, щиты, реостаты. Предстояло еще подо­
брать нужную электроизмерительную аппаратуру и лишь после этого приступать к монтажу размагничива­
ющих устройств. А затем снова выход на Красногор­
ский рейд для проведения довольно сложных и ответ­
ственных испытаний устройства на разных режимах и глубинах. Не раз бывало, что испытания производились под артиллерийским огнем противника и во время нале­
тов его авиации; приходилось открывать ответный огонь. Но работа не прекращалась. Враг непрерывно совершенствовал свое минное ору­
жие: повышалась чувствительность магнитных замыка­
телей, вводились новшества, затруднявшие траление мин. Например, на Балтике и одновременно на Черном море были обнаружены, разоружены и изучены новые фашистские мины, специально подготовленные для борьбы с нашими размагниченными кораблями,— чув­
ствительность этих мин в десять раз превышала преж­
нюю. Значит, надо было и нам непрерывно совершен­
ствовать размагничивающие устройства. В связи с этим продолжалась энергичная научно-исследовательская работа в лабораториях ЛФТИ и непосредственно на флотах. Углубленнее изучались магнитные поля кораб­
лей", их курсовые изменения, обмотки стали более гибко секционировать, применили курсовые обмотки с ручным или автоматическим регулированием токов. Теоретиче­
ские расчеты академика И. Е. Тамма по экранирова­
нию корпусом корабля магнитного поля обмоток позво­
лили размещать обмотки внутри корабля, распределяя их по высоте борта. Организацией и планированием этой работы руково­
дил энергичный, инициативный начальник электротех­
нического отдела НТК НК ВМФ М. В. Шадеев. Де­
ятельное участие в ней принимали не только ученые ЛФТИ, но и вся Балтийская группа размагничивания кораблей. Непрерывно увеличивалась живучесть кабе­
ля, повышалась эффективность устройства. Ценные ис-
108 следования провел на лидере «Минск» офицер НТК НК ВМФ В. М. Питерский. Они позволили уже зимой 1941/42 г. перемонтировать на палубы кабель на крей­
сере «Максим Горький», лидере «Ленинград», эсминце «Славный», на ряде СКР и БТЩ. С немалыми трудно­
стями, но упорно и успешно вводились и другие новше­
ства. Совершенствованию вражеского оружия все более уверенно противопоставлялась надежная защита наших кораблей. Поначалу ПЛ вообще не имели защиты от магнит­
ных мин, так как обмоточный метод по ряду техниче­
ских причин был для подводных кораблей неприменим. Но на Балтике удалось создать безобмоточный метод защиты ПЛ. Позднее на него было выдано авторское свидетельство на изобретение М. В. Шадееву, В. М. Тучкевичу, А. В. Курленкову, М. Г. Фролову1. Для размагничивания кораблей сперва использовали лодочные батареи, позднее создали сеть СБР — их раз­
местили на шхунах, баржах, дебаркадерах, имевших свои аккумуляторные батареи. Метод безобмоточного размагничивания постепенно совершенствовался, его по­
зднее применили для защиты и надводных крупнотон­
нажных судов. Какими далекими казались экспериментальные ус­
ловия недавнего мирного времени! Теперь все было по-
иному, по-военному. Во время опытов по размагничива­
нию ПЛ «Щ-207», проводившихся группой И. Б. Гинз­
бурга и С. В. Евгеньева, в самый разгар работы, когда на корпус лодки только успели уложить кабель, налете­
ли вражеские бомбардировщики. Пришлось обрубить концы кабеля. Кончился налет — испытания продолжа­
лись. Под огнем врага проводились испытания и на других ПЛ. Особое значение для размагнитчиков имела магнито-
измерительная аппаратура. Еще до войны группа А. П, Александрова разработала в ЛФТИ переносный магнитометр («вертушка ЛЕФТИ»). Первые опытные комплекты действовали хорошо. Но военная об­
становка диктовала необходимость массового изготов­
ления приборов. Заводу «Электросила» было заказано 40 комплектов «вертушки», обеспечить их гальваномет­
рами должен был завод «Пирометр». Офицер С. В. Ев-
геньев, наблюдавший за выполнением этого важного 1 Авт. свид. с приоритетом от 15 августа 1941 г. См.: Ткачен-
ко Б. А. История размагничивания кораблей советского ВМФ, с. 73. 109 заказа, вспоминает: «Рабочие, инженерно-технические работники «Электросилы» трудились по нескольку смен подряд, понимая значение порученного им дела. Руко­
водил сдачей магнитометров заведующий электрома­
шинной лабораторией завода профессор Д. В. Ефре­
мов, будущий министр электротехнической промышлен­
ности СССР. Уже через неделю первый комплект был готов, за ним и остальные. Их сразу же направляли на все флоты». Силами размагнитчиков (или, как острили моряки,— их «молитвами») корабли получали возможность без­
опасно проходить над немецкими магнитными минами, не подвергаясь угрозе подрыва. И все же это была только часть большой проблемы защиты от фашистско­
го минного оружия. Требовалось еще и уничтожать маг­
нитные мины противника. Вот почему размагнитчики поддерживали тесные связи со специалистами-минера­
ми, которые снабжали их данными о разоруженных ми­
нах и привлекались к созданию неконтактных тралов. Еще весной 1942 г. А. П. Александров вместе с доче­
рью академика А. Ф. Иоффе — молодым ученым Ва­
лентиной Абрамовной Иоффе — разработал проект спе- • циальной трал-баржи. Ее мощное магнитное поле дол­
жно было позволить на безопасном расстоянии подры­
вать магнитные мины противника и тем самым расчи­
щать фарватер для безопасного прохода кораблей. Ес­
ли к этому добавить, что в 1942 г. только в восточной части Финского залива фашистской авиацией было сброшено свыше 400 магнитных мин, то можно себе представить, сколь необходимой и важной была эта не­
легкая и опасная работа. Испытание трал-барж требо­
вало не только глубоких знаний и таланта исследовате­
ля, но и громадного личного мужества, выдержки и бесстрашия. Вот лишь один пример из этой области. Испытания трал-баржи были намечены на следующий же день по­
сле того, как очередные магнитные мины были сброше­
ны фашистской авиацией в районе Кронштадта. Обста­
новка для проведения испытаний складывалась весьма опасная, но ведь только в таких условиях и можно было получить ответы на многие вопросы испытателей. И они вышли в море. Буксировать трал-баржу КП-25 должен был ТЩ «Поводец». Однако утром в день испытаний вдруг обнаружилось, что тральщик сам... основательно намагнитился от трал-баржи и потому оказался неза­
щищенным от магнитных мин врага. Участвовать в яс­
но пытаниях он не мог. Значит отменить их, отложить? Нет, нельзя было позволить себе даже малейшую от­
срочку! Члены комиссии — офицер НТК НК ВМФ А. М. Тее и инженер А. Ф. Пахомов — посоветовались с научным руководителем работ В. А. Иоффе и приняли новый план: пришвартовать «Поводец» для подачи электроэнергии в обмотки трал-баржи прямо к ее борту, а буксировку поручить размагниченному ТЩ «Пикша» и буксиру ГС-2. Конечно, идти на магнитные мины на неразмагнн-
ченном «Поводце» было весьма рискованно, но испыта­
тели заявили, что сами пойдут на нем. Надо ли объяс­
нять, как воодушевил их отважный поступок весь лич­
ный состав «Поводца»? Люди думали не об опасности, а о том, как быстрее и успешнее выполнить боевое зада­
ние. Испытания прошли отлично, показали высокую эф­
фективность нашего контроружия. Были оборудованы новые трал-баржи, и они дали возможность энергично очищать водные пространства от вражеских магнитных мин. Тогда гитлеровцы ответили применением неконтакт­
ных акустических мин, но и эта карта врага была бита: на трал-баржах стали устанавливать специальные пнев­
матические устройства, парализовавшие действие и но­
вых мин. И так было всякий раз, когда гитлеровское командование пыталось ошеломить советских военных моряков очередной «загадкой». Планы врага неизменно раскрывались, им противопоставлялись эффективные средства борьбы. Советский военный флот, «уничтожен­
ный» гитлеровцами чуть ли не в первых сводках их главного командования, продолжал жить, бороться, накапливать силы для грядущих решающих схваток. Возлагавшие большие надежды на магнитную мину гит­
леровцы в секретных донесениях отмечали неудачи на морском театре войны, но в официальной печати про­
должали делать «хорошую мину при плохой игре». Хотелось бы коротко сказать о специальных СБР, сыгравших значительную роль в решении поставленной задачи. Еще в апреле 1942 г. конструктор Г. И. Митин разработал проект такой станции. В деревянном корпу­
се парусно-моторной шхуны силами судоремонтных ма­
стерских Ленморпогранпорта была оборудована первая на Балтике СБР-11. Тогда же в Кронштадте оборудова­
ли рейдовыми бочками стенд безобмоточного размагни­
чивания. Дело двинулось. Затем в Ленинграде появи­
лась СБР-12 — с ее помощью размагнитили ПЛ С-4, 111 Щ-302 и др. На Ладоге действовала СБР-13. Одновре­
менно с проведением монтажных работ деятельно обу­
чали личный состав. В сутки на станции полностью размагничивался ко­
рабль, а иногда и два. При этом нечеловеческое напря­
жение должны были выдержать недоедавшие и недо­
сыпавшие люди, нередко работавшие под огнем против­
ника. Начинался обстрел или бомбежка, корабль сроч­
но освобождался от аппаратуры, подвешенной под ки­
лем, и покидал станцию размагничивания. Отбой — сно­
ва швартовка, установка на нужный курс, наложение временных обмоток... Течением часто смещались подвешенные под килем магнитометры. Но, несмотря на все осложнения, на каждой из СВР, кроме решения основной задачи, зани­
мались намагничиванием трал-барж, определяли эф­
фективность смонтированных на кораблях устройств, вели исследования новых способов безобмоточной обра­
ботки. Все эти и другие работы проводились по планам магнитной секции НТК НК ВМФ, которой руководил. В. М. Питерский. Число станций непрерывно росло, В апреле 1943 г. вступила в строй СБР-26 со стендом на Неве, возле Финляндского вокзала, а в ноябре того же года стала функционировать СБР-31 тоже со стендом на Неве (вы­
ше Б. Охтинского моста). К слову сказать, на этой стан­
ции служил краснофлотцем бывший научный сотрудник ЛФТИ Б. С. Джелепов. Мобилизованный на флот, он оказал неоценимую помощь в проводившейся на стан­
ции научно-исследовательской работе, проявил муже­
ство и отвагу. Ныне Борис Сергеевич — член-корреспон­
дент АН СССР. Десятки военных моряков героически работали на этих станциях, внеся немалый вклад в на­
ше общее дело. Боевая практика показала высокую эффективность разработанных методов. Совместная деятельность уче­
ных, специалистов в первый же месяц войны свела к минимуму потери от вражеских мин и полностью сорва­
ла попытки врага' закупорить наши корабли в базах, нарушить их боевую службу. Ни один корабль, снаб­
женный защитной системой ЛФТИ или обработанный безобмоточным методом, не подорвался на магнитных минах,— значит, защита оказалась надежной! Ее изоб­
ретатели— сотрудники ЛФТИ А. П. Александров, И. В. Курчатов, В. Р. Регаль, Б. А. Гаев, П. Г. Степа­
нов, В. М. Тучкевич, военные моряки Б. Е. Годзевич, 112 ' И. В. Климов — еще в апреле 1942 г. были удостоены Государственной премии I степени. Большое число уче­
ных, военных моряков, инженеров, конструкторов, мон­
тажников было награждено за эту работу орденами и медалями СССР. Ни яростный огонь фашистской артиллерии, ни гит­
леровские бомбы, ни тяжкие условия блокады не поме­
шали советским людям отлично выполнить свой боевой долг перед Родиной. И «минная дуэль» с вермахтом была выиграна нами! П. Г. КОТОВ (1919), в годы войны — специалист НТК НК ВМФ СССР, Сражалась и корабельная броня Минули десятилетия со дня начала Великой Отече­
ственной войны, а память все сильнее бередят картины далекого, но близкого сердцу тревожного прошлого... Фашистские полчища ценой огромных потерь стре­
мительно приближались к Ленинграду. Путь врагу пре­
градили героические защитники города Ленина, и на­
тиск фашистов разбился о стойкость и мужество совет­
ских людей. Разбился он и о стену мощных укреплений, созданных вокруг города, в том числе — о тысячи со­
оружений из корабельной брони, стальным поясом ох­
вативших подступы к Ленинграду. Но все это будет позднее, а в начале июля 1941 г. всем нам, специалистам НК ВМФ, работавшим в городе на Неве, предстояло решить главную задачу: как по­
мочь защитникам города Ленина остановить продвиже­
ние гитлеровцев и разбить их под стенами невской твер­
дыни. Именно этот вопрос стоял на повестке дня партийно­
го собрания нашей группы. Надо сказать, что одной из моих главных забот по роду службы являлось исполь­
зование корабельной брони. Известно было, что в Ленинграде ее накопилось немало и что она лежит мерт­
вым грузом, ненужная кораблестроителям в связи с обострением военной обстановки. Рассказав об этом на партийном собрании, я предложил использовать броню для изготовления стальных оборонительных сооруже­
ний. В течение каких-нибудь 20—30 минут моя в общем-
то еще сырая идея обрела довольно четкие формы. 113 Части дота из брони можно изготавливать в приспособ­
ленных для этого цеховых условиях и затем собирать непосредственно на рубеже обороны. Их можно делать легкими или более тяжелыми в зависимости от устанав­
ливаемого вооружения; но главное их качество — мо­
бильность, способность перемещаться с помощью тяга­
чей или танков с места на место с учетом боевой обста­
новки. Немаловажный фактор и выигрыш во времени: ведь установить такой броневой дот гораздо проще, чем соорудить аналогичную огневую точку из железобетона. По поручению коммунистов нашей партгруппы я со­
ставил докладную записку. В ней выдвигалось предло­
жение о том, чтобы силами специалистов ВМФ и ленин­
градских судостроительных заводов начать проектиро­
вание и строительство передвижных оборонительных со­
оружений из запасов корабельной брони. Через на­
чальника НТК НК ВМФ инженер-контр-адмирала А. А. Жукова, назначенного, кроме того, помощником командующего морской обороной Ленинграда, эта до­
кладная была передана по назначению. Прошло несколько дней. И вот ночью 31 июля де­
журный по части позвал меня к телефону. — Инженер-капитан-лейтенант Котов! — привычно отрапортовал я. — Сейчас с вами будет говорить секретарь городско­
го комитета ВКП(б) Алексей Александрович Кузнецов. — Есть! — автоматически ответил я в трубку. — Здравствуйте, товарищ Котов,— мягко, совсем не по-военному сказал Кузнецов.— Ваше предложение о строительстве броневых дотов одобрено, и вам поручает­
ся организовать эту работу. От быстроты решения, а главное, от того, что именно мне приказано возглавить дело, хотя в группе были л более опытные и старшие по званию специалисты, я растерялся. Видимо почувствовав мое замешательство, Алексей Александрович посоветовал: — Свяжитесь с директором Кировского завода то­
варищем Зальцманом. Он поможет вам. Желаю успеха. Я тотчас же отправился на Кировский завод. Одна­
ко попасть в кабинет директора оказалось не так-то просто. — Исаак Моисеевич уже несколько суток не спал, дайте человеку хоть немного отдохнуть,— в сердцах вы­
говаривал мне секретарь. Только узнав, что я выполняю приказание А. А. Кузнецова, он наконец смилостивился. Усталый, 114 с опухшими от бессонницы глазами И. М. Зальцман встретил меня весьма сухо, хотя мы не раз виделись на совещаниях в Смольном. В кабинете у стены стоял ши­
рокий удобный диван, но Исаак Моисеевич спал у само­
го стола на двух сдвинутых кожаных креслах,— по-ви­
димому, так можно было дотянуться до телефона. Зальцман сбросил с себя накрывавший его плащ и сел за стол: — Ну, что там у тебя, капитан? Выслушав меня, он сразу же позвонил главному конструктору Кировского завода по танкам Ж. Я- Ко­
тину: — Тут вот моряки с одним предложением по броне хотят выйти к начальству, посмотри, пожалуйста. Котин сидел за большим столом, заваленным черте­
жами, и работал. Когда я подробно рассказал ему обо всем, он скупо похвалил: — Что же, предложение дельное, оформляйте, как положено, мы поможем. Уже вечером 1 августа проект решения был подпи­
сан в Смольном и создан штаб оперативной группы при помощнике командующего морской обороной. Началь­
ником штаба назначили меня. В опергруппу вошло в общей сложности сорок человек: военно-морские специ­
алисты (среди них несколько сотрудников НТК НК ВМФ во главе с капитаном первого ранга Н. Н. Лесни-
ковым), инженеры-конструкторы с заводов «Больше­
вик», Ижорского, Балтийского, Кировского, им. А. А. Жданова и «Судомех» '. После короткого органи­
зационного совещания, на котором распределили основ­
ные обязанности, принялись за их выполнение. Почти все приходилось решать впервые. Дополнительные трудности возникали также из-за того, что все мы, хо­
рошо знавшие корабельную артиллерию, впервые стол­
кнулись с незнакомыми нам береговыми оборонитель­
ными сооружениями. Заместитель командующего вой­
сками Ленинградского военного округа генерал-майор П. А. Зайцев посоветовал обратиться в Управление строительства оборонительных рубежей, которое воз­
главлял полковой комиссар Г. Терентьев. Явились туда целой группой. Как-то сразу у нас сложились деловые взаимоотношения. Фортификаторы горячо одобрили на­
шу идею, помогли ее техническому воплощению. За трое суток мы сообща разработали 17 типов различных сбор-
1 См.: ЦВМА, ф. 1221, оп. 17568, д. 4, л. 57—60. 115 но-сварных броневых сооружений упрощенной конст­
рукции под артиллерийские и пулеметные установки. Рабочие чертежи из-за недостатка времени сделали максимально упрощенными, без особой деталировки; тех­
нологический процесс также был элементарно прост — резка и сварка составляли основные операции при изготовлении, что во фронтовых, а позднее и в блокад­
ных условиях имело немаловажное значение. Организационные, технические и технологические во­
просы решались непосредственно на рабочих местах — в конструкторских бюро и цехах заводов-изготовителей. И хотя людей на производстве оставалось все меньше и меньше, темп работ не снижался. Многие судостроители по две-три смены подряд не уходили с заводов. Силы людям придавало сознание того, что это нужно для за­
щиты родного города. На Ижорском заводе, например, неустанно трудились над выполнением важного фронто­
вого заказа директор А. А. Кузнецов, начальники це­
хов Д. И. Филимонов и П. Н. Кубышкин, мастер-мон­
тажник Челноков, сварщицы Авдеева и Попова, а на Балтийском — главный инженер В. С. Боженко, строи­
тели А. И. Риммер и А. М. Косач, мастера Д. С. Ни­
кифоров и В. С. Харитонов. Огромную помощь в офор­
млении и размножений чертежей оказал нам начальник Архитектурно-планировочного управления Ленгориспол-
кома М. В. Морозов. Его конструкторское бюро прак­
тически превратилось в наш филиал, а сам Михаил Викторович стал членом оперативной группы. Совмест­
ная работа сблизила нас и с другим замечательным че­
ловеком — начальником инженерных войск Ленинград­
ского фронта Б. В. Бычевским. Талантливый фортифи­
катор, выдающийся организатор инженерной обороны, он сочетал в себе одновременно такие качества, как требовательность и строгость, справедливость и душев­
ность. Работалось с Борисом Владимировичем легко и приятно. На первых порах не обошлось и без ошибок. Так, установка артиллерийских дотов на дальних рубежах обороны себя не оправдала, хотя снаряды и не пробива­
ли их 180—200-мм броню. Главный недостаток состоял в том, что доты не были рассчитаны на круговую оборо­
ну, а защищали бойцов только с трех сторон, поэтому осколки от разрывов снарядов, залетавшие с тыльной стороны броневого сооружения, приводили к потерям личного состава; кроме того, при прорыве вражеских танков в тыл доты оказывались незащищенными. Дру-
116 гая конструктивная недоработка проявилась в районе Павловска, где, при въезде в село Федоровское, понадо­
билось установить несколько тяжелых дотов. Броню по­
везли на специально подготовленных полозьях, и пона­
чалу все шло хорошо. Но потом на мягком грунте поло­
зья так увязли, что никакими тягачами не удавалось сдвинуть с места сани с многотонным грузом. Несколь­
ко дней под бомбежкой и артобстрелами продолжалась изнурительная и безуспешная работа. Пришлось мне выехать на место событий. — Намертво увязли, товарищ инженер-капитан-лей­
тенант!— доложил ответственный по перевозке.— Лю­
ди совсем выбились из сил. Техника и та сдает. На бойцов, густо облепленных грязью, было больно смотреть. «Смогу ли помочь чем-нибудь?»— размышлял я, изучая создавшееся положение. И вдруг пришло не­
ожиданное и простое решение: заменить полозья броне­
вым листом, передний край его загнуть, сделать вырезы для заводки тросов. Попробовали—и «сани» сразу же двинулись с места. Облегчилась не только транспорти­
ровка частей дотов, но и монтаж их на любом грунте, так как приваренный снизу броневой лист служил одно­
временно основанием (полом) будущей огневой точки, что позволяло устанавливать ее даже на болотистой ме­
стности— влага не попадала вовнутрь. В законченном виде это было весьма внушительное сооружение с тремя амбразурами. В тыльной стенке имелся лаз, закрывав­
шийся двустворчатой дверью с прорезью для наблюде­
ния и ведения огня из автомата. Двери и все задвижки крепились по-корабельному — изнутри. Первый боевой опыт, советы фортификаторов, мне­
ние строевых командиров позволили нам в дальнейшем наладить производство дотов различных конструкций. Установка дотов занимала минимальное время; некото­
рые из них (облегченные) доставлялись на позиции в совершенно готовом виде, порой даже с вооружением и боезапасом. Если требовалось, дот быстро перевозили на новое место. Для доставки многотонных деталей сборных и свар­
ных дотов пришлось мобилизовать у «Автотранса» 5- и 10-тонные автомашины и трейлеры. Но даже и они не избавляли людей от тяжкого труда, особенно в услови­
ях непогоды и распутицы. Дожди превратили дороги в сплошное месиво. С каким невероятным напряжением давались эти «раскисшие километры»! Вспоминается та­
кой эпизод. На пересечение Октябрьской и Окружной 117 железных дорог > доставили в разобранном виде дот. Однако тягачу не удалось преодолеть высокую насыпь. Пришлось срочно добывать небольшой подъемный кран, чтобы броню по частям переправить через насыпь, сильно обстреливавшуюся врагом. Застропили первую из деталей, но кран вдруг начал опрокидываться — не под силу оказалась ему двенадцатитонная тяжесть. Других подъемных средств под рукой не оказалось. Вы­
ход из трудного положения нашел бригадир такелаж­
ников Адмиралтейского завода М. А. Пантелеев. При­
кинув на бумажке несколько вариантов схем, Михаил Алексеевич выбрал наиболее подходящий. Своей ниж­
ней, нерабочей частью кран был намертво «пришит» к грунту с помощью одному лишь Пантелееву известной системы крепления. И за считанные часы всю броню удалось переправить через насыпь. Однажды мы получили приказ: срочно поставить де­
сятки дотов на пяти-шестикилометровом участке откры­
той местности в районе хутора Старая Пастуха, в на­
правлении города Пушкина. Тотчас же на позицию вы­
ехала группа специалистов и рабочих. Пока доставля­
лись детали тяжелых дотов, люди под обстрелом смон­
тировали в течение дня десять броневых пулеметных ог­
невых точек. Для укрепления правого фланга наших войск — от Финского залива до шоссе на Стрельну — потребова­
лось установить несколько сооружений из корабельной брони, а также уложить броневые плиты, служившие дополнительной защитой для бойцов. Заняться этим приказали членам нашей оперативной группы инженер-
капитану третьего ранга А. Л. Драбкину, инженер-лей­
тенанту А. Д. Иванову, воентехнику второго ранга А. М. Поверенову и команде красноармейцев. Беско­
нечные дожди превратили и без того болотистую мест­
ность в сплошное месиво. О том, чтобы протащить тут многотонные броневые детали, не могло быть и речи. И тогда по приказу А. Л. Драбкина группа стала делать насыпную дорогу. Под обстрелом и бомбежками люди», не имевшие даже элементарного опыта дорожно-строи-
тельных работ, тем не менее успешно справились с за­
данием. Броневые доты на случай прорыва противника уста­
навливались и по правому берегу Невы — в районе Нев­
ской Дубровки, деревни Малое Манушкино, у Черной речки, под Шлиссельбургом. Условия работы здесь бы­
ли ничуть не легче, чем на других участках: обстрелы, 118 бомбежки, бездорожье. Когда возникла надобность в передвижных сооружениях на Карельском перешейке, решили приблизить «бронепроизводство» к линии фрон­
та. По согласованию с командующим 23-й армией гене­
рал-лейтенантом А. И. Черепановым в тылу войск была организована мастерская по монтажу и сварке дотов, руководил ею инженер-майор Г. М. Малкин, в помощь которому дали несколько военных специалистов. Подо­
брали наиболее опытных рабочих и красноармейцев, знакомых с монтажно-сварочным делом. По их предло­
жению удалось приспособить под пулеметные гнезда 25 танковых башен. Занимались в мастерской и ремонтом танков. Когда же мастерская осталась без электроэнергии (при оче­
редном артиллерийском обстреле пострадала подстан­
ция), то и здесь нашли выход. Ночью солдаты подполз­
ли к вражеским позициям и присоединили кабель к проволочным заграждениям, находившимся под током высокого напряжения. Через трансформатор напряже­
ние снизили до нужной величины, и прерванные ра­
боты возобновились. Наиболее крупные — артиллерийские доты монтиро­
вались на болтах и порой использовались как команд­
ные пункты. Одну из таких точек начали устанавливать в октябре 1941 г. на передовой линии у Московской Славянки под руководством воентехника первого ранга В. А. Коршунова. Спустя шесть суток он доложил о завершении работ. Готовый дот удачно замаскировали. После одной из бомбежек только рядом с ним бойцы насчитали девять громадных воронок. Прямым попада­
нием бомбы сорвало маскировку, но корабельная броня устояла! Росту авторитета нашей оперативной «броневой» группы, несомненно, способствовало то обстоятельство, что к наземным сооружениям из брони бойцы и коман­
диры передовой линии относились с большим уважени­
ем и доверием: надежность дотов быстро снискала себе славу среди фронтовиков, защищавших город Ленина. Броневые сооружения существенно укрепили оборону Ленинграда. Они помогали сдерживать натиск врага в Колпине, Ям-Ижоре, в Дачном, Урицке, Сестрорецке и Лемболове, на берегу Ладожского озера — от деревни Кокорево до поселка им. Морозова и на многих других участках фронта. О масштабах работы по изготовлению броневых дотов самого различного назначения свиде­
тельствуют такие данные. Всего было передано фронту 119 363 артиллерийских дота (под орудия калибром от 45 до 152 мм), 1184 дота — для пулеметчиков, 588 — для рас­
четов противотанковых ружей, 2300 — для снайперов. Кроме того, было использовано 2300 лобовых броневых плит с амбразурами и заслонками для дзотов. Всего на броневые сооружения пошло 18 400 т брони. Броневой пояс вокруг города Ленина создавался трудом тысяч и тысяч рабочих, инженеров, воинов. На­
ша группа из сорока человек составляла лишь костяк, с помощью которого разворачивались огромные по мас­
штабу работы на заводах и в воинских частях. Эти рабо­
ты самоотверженно выполняли мужественные патриоты, беспредельно преданные Коммунистической партии и Советской Родине. Полуголодные, страдавшие от холо­
да и изнурения, не знавшие отдыха ни днем, ни ночью, презиравшие смертельную опасность, они честно выпол­
нили свой долг. В случае надобности они быстро скола­
чивали боевые бригады из прикомандированных бойцов и судостроителей, что позволяло оперативно выполнять самые трудные задания командования. Душой коллек­
тива и бессменным парторгом был В. В. Тонконог, ко­
торый всю партийную работу подчинил решению глав­
ной задачи — быстрому, качественному изготовлению броневых сооружений и своевременной их установке на участках обороны. Приятно сознавать, что в разгром фашистских войск под Ленинградом, в победу над гит­
леровской Германией внесли свою лепту и мы, военные моряки. А. П. АР КУШ А (1910), в годы войны — бригадир разметчиков Балтийского завода Женские руки Корпусный цех Балтийского завода всегда считался чисто мужским — работа в нем не из легких. Но гряну­
ла война, и он быстро стал женским. Ушедших на фронт отцов, мужей, сыновей, братьев заменили на ра­
бочих местах дочери, жены и сестры. Мог ли кто-нибудь представить себе, что огромные ножницы-гильотины, на которых режут тяжелые метал­
лические листы, покорятся рукам Анастасии и Доры Афанасьевых, Марии Гусевой, Марии Брусовой... У гор-
120 на на тяжелых горячегибочных операциях работала же­
на фронтовика Евдокия Петрова, электросварщицей стала Мария Калиновская. Со школьной скамьи пришла на завод дочь кадрового балтийца-судостроителя Зина­
ида Бодунова (Чистякова), заменила отца, стала элек­
тросварщицей. Вчерашняя школьница Мария Краснова (Дроздова) освоила специальность судового разметчи­
ка. Прасковья Купорова (Бойкова), Мария Бабанова (Сухина), Екатерина Шмелева, Антонина Иванова, Ан­
на Королева стали судосборщицами... Я работала на Балтийском заводе с 1938 г. Была во­
еннообязанной, числилась пилотом запаса и, когда на­
чалась война, попросилась на фронт. Сколько ни ходила в военкомат, слышала в ответ: — Летчиков пока хватает. Ваш фронт — в цехах Балтийского. Как я завидовала Нине Балакиревой из нашей бригады! Ее взяли в армию санитаркой, и мы получали от нее с фронта весточки: «Девчата, работайте лучше, вы помогаете нам». А работы все прибавлялось и прибавлялось. Специа­
листов не хватало. У причальной стенки в Кронштадте стоял крейсер «Максим Горький», пострадавший в пер­
вые дни войны. Ему срочно приделывали новый нос взамен оторванного при взрыве вражеской мины. Много дней подряд мы не выходили с завода, спали урывками, всего по нескольку часов в сутки, да и то по очереди, прикорнув, где придется. Руководил бригадой опытный кораблестроитель Михаил Яковлевич Макаров. Задание выполнили раньше срока. Следующим заказом цеху стали баржи для Ладож­
ской водной трассы. Шел март 1942 г. Фашистские сна­
ряды ц бомбы, голод и холод косили людей. На размет­
ке нас осталось всего несколько человек, да и те вроде ходячих теней — сильная степень истощения. А кроме нас, некому больше готовить металл для этих барж. На дворе такой же мороз, как и в цехе, но на гибке другой раз забывали и про голод, и про холод, и про враже­
ские снаряды с бомбами. Разметка стала очень дефицитной профессией на заводе. Мобилизовали новичков, привели-девушек из других цехов, включили к нам в бригаду, сказали: «Обучайте на ходу». Ко мне прикрепили группу в 32 человека. Срок обу­
чения дали самый короткий. Я быстро убедилась: учить других много трудней, чем самой работать. К тому же 121 все голодные, цех' не топлен, металл промерз,— до уче­
нья ли тут? А специальность сложнейшая. Не скрою, ис­
пытала большое удовлетворение, когда через некоторое время в парткоме сказали: «Молодец, справилась!» Сейчас этому трудно поверить: баржи полностью размечались руками новичков, молодых. Их обучала также Прасковья Купорова, моя ученица в довоенную пору, ставшая, как и я, бригадиром. Наши бригады со­
ревновались, и победительницами, должна признать, чаще выходили купоровские девчата. Затем нам поручили строить самоходные плашкоу­
ты. Бригада, помимо разметки, стала осваивать сборку носовых и кормовых оконечностей. Этому тоже учились на ходу. И не было дня, чтобы нормы выполнялись меньше чем на 150—180%. Часто мы давали по две нормы и больше, качество же всегда признавалось хо­
рошим и отличным. Многотиражная газета «Балтиец» в день 8 марта 1943 г. назвала нас в передовой статье бригадой двухсотниц. А мою подругу Анну Королеву послали временно на другое предприятие — передавать опыт балтийских судосборщиц. Однако туго было не только с разметкой и сборкой. Специалистов не хватало так много, что на некоторых операциях поток задерживался. И тогда мы, разметчи­
цы, стали сами править металл на бимсозагибочном станке, резать его под прессом, делать электроприхват­
ку и даже выполнять такелажные работы. На заводе с каждым месяцем появлялось все боль­
ше подростков — они приходили из ремесленных учи­
лищ или прямо из дому. Можно сказать, еще дети, но тянулись за старшими, старались не отставать. Трудно приходилось ребятам на тяжелых операциях. Да что поделаешь? И дежурили они вместе с нами во время вражеских налетов. Один слез с крыши плаза и, глотая от восторга слова, рассказывал, словно это была игра, как тушил зажигалку: — Я ее за хвост — ив песок! Слушаю его, а сердце разрывается — ведь совсем еще мальчик! Но в те годы быстро взрослели, мужали дети, становились настоящими рабочими-балтийцами. Обстрелы, голод, лишения, тяжкий труд, казалось, не оставляли ни сил, ни времени для чего-то другого кроме короткого сна. Но жизнь продолжалась. Не пре­
кращалась и политическая, общественная работа в кол­
лективе. Меня, например, избрали профгрупоргом, Ан­
тонину Иванову — рабочим контролером и страхделега-
122 том, а Екатерина Черенкова и Мария Краснова стали донорами. Комсомольская организация поручила мне два раза в неделю по ночам дежурить в подшефном госпитале. Около полугода—зиму 1941 и весну 1942 г.— ходила я в одну и ту же палату вместе с Павловой, сотрудницей заводского радиоузла. Не скажу, чтобы было это лег­
ко— после рабочего дня не спать ночь, дежурить, а ут­
ром снова идти на смену. Но уж очень нужны были мы этим израненным людям. Как благодарили они нас, де­
вушек-ленинградок! Да разве в благодарности дело: бойцы вышли из смертельного боя, они не жалели жиз­
ни, защищая Родину, Ленинград. А с нашей стороны всего-то «подвига» — ночь не поспать... Накануне 24-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции партийная организация завода оказала мне большое доверие — послала вместе с другими делегатами к бойцам на передовую линию. Были в той делегации Александра Кушнерева из коми­
тета ВЛКСМ, завалыцица литейного цеха Зинаида Го­
лованова (Бабина) и другие. Тогда, осенью 1941 г., пе­
редовая проходила совсем близко, в сущности в черте города — у больницы Фореля. Отправились мы на пере­
довую ночью. Была она ясной, вокруг блестел снег. Надели белые маскировочные халаты, в них и ползли к окопам, слыша над головой посвистывание пуль. Доползли. Вручили бойцам, подарки, письма. Фрон­
товики жадно расспрашивали о том, что нового в горо­
де. Мы говорили им правду, жестокую правду, но рас­
сказывали и о большом мужестве женщин, подростков Среди красноармейцев, командиров было много ленин­
градцев. Некоторые из них просили передать письма (лично в руки!), деньги, посылочки, узнать что-то о се­
мье — ведь письма, случалось, не доходили. Возвратились к себе на завод, ставший и нашим до­
мом. А потом отправились выполнять поручения бойцов. Трамваи не ходят, еле шагаешь пешком во все концы. Устанешь, но рада, если принесешь семье фронтовика добрую весть. А сколько раз сердце сжималось от боли: придешь по адресу, а там и дома-то нет, одни разва­
лины... Я еще три раза ездила на передовую с такими деле­
гациями— рассказывать воинам о стойкости ленинград­
цев, об их самоотверженном труде для фронта. Поды­
скивать примеры нужды не было — я брала их из жиз­
ни своего завода. Рассказывала, как не отходят от 123 станков по многу часов мальчишки и девчушки, вытачи­
вая корпуса мин. Как на берегу бухты Гольсмана, где кет жилья, где вообще ничего нет, только голые скалы да холодный ладожский ветер, женщины собирают бар­
жи для Дороги жизни. Как делят в городе ребячьи 125 граммов хлеба на три части, чтобы дитя не съело всю дневную пайку хлеба сразу. Как выстраиваются очере­
ди у проруби на Неве, чтобы достать воду, и как везли мы с соседкой на санках бидон с драгоценной этой во­
дой, а он возьми и опрокинься у самого дома... Я, ко­
нечно, не оратор, но видела: не пропускают бойцы ни слова. А в конце беседы выходили вперед бойцы и от имени всех клялись отомстить врагу за горе и слезы жен и матерей. Была у этих встреч и «обратная связь»: мы расска­
зывали о них нашим товарищам в цехе и тем оказывали всем большую моральную поддержку, воодушевляли на трудовые подвиги. Последняя поездка на передовую была перед Ок­
тябрьскими праздниками 1943 г.— на Волховский фронт. В делегацию вошло восемь человек. Меня и Ма­
рию Данилову (Базунову) с завода резинотехнических-
изделий направили в 845-й авиационный истребитель­
ный полк. Шестнадцать дней провели мы в этом полку, нас перебрасывали с аэродрома на аэродром в самолете У-2. Мы выступали перед летчиками и техниками, рас­
сказывали, в каких суровых, нечеловеческих условиях живет, трудится и борется Ленинград. И слышали в от­
вет одно: сделаем все, чтобы освободить город от бло­
кады. Л. М. ВИДУЦКИИ (1922), доброволец 264-го ОПАБа ЛАНО, студент Ленинградского кораблестроительного института Полки и батальоны с верфей От стапелей и станков, с палуб кораблей, стоявших у заводских стенок летом сорок первого года, уходили ленинградские судостроители на фронт. Свыше семнад­
цати тысяч судостроителей вступили в ряды армии и флота в первые же месяцы войны. На судостроительных заводах, в КБ и в научно-ис­
следовательских институтах прошли митинги. Выступая 124 на них, рабочие и инженерно-технические работники гневно клеймили немецко-фашистских захватчиков, за­
являли о своей готовности встать на защиту Родины. В партийные комитеты, в районные военные комиссариаты устремились тысячи и тысячи ленинградцев, требовав­
ших отправки на фронт. На заводе им. А. А. Жданова участник штурма Зимнего дворца, старый большевик А. С. Невирко на цеховом собрании сказал: «В дни ре­
волюции я был в первых рядах, шедших на штурм опло­
та контрреволюции — Зимнего дворца. Сегодня, когда нашу землю топчут фашисты, прошу найти боевое место и для меня. Я готов отдать за Родину все свои си­
лы...»1 С завода им. А. А. Жданова ушли в армию бо­
лее 4360 человек, в том числе почти 3000 — в ЛАНО 2. В резолюции, принятой на митинге ждановцев, говори­
лось: «Рабочие, инженерно-технические работники и служащие заверяют партию и правительство, что при­
ложат все силы и энергию, чтобы работать еще лучше, удвоить, утроить выпуск продукции. По первому зову мы сменим станки на винтовки, встанем в ряды Крас­
ной Армии» 3. В ЛКИ сотни добровольцев осаждали партком. Рва­
лись на фронт студенты — участники советско-финлянд­
ской войны В. Чураков, Ф. Субаев, С. Володин, Л. Трамбовский, А. Фигичев. В партком пришел акаде­
мик В. Л. Поздюнин с заявлением о желании вступить добровольцем в Красную Армию. Участники гражданской войны, старые коммунисты Балтийского судостроительного завода, ветераны труда Г. А. Тишуров, В. И. Данилюк, К- А. Поже-
ленков, П. Ф. Барановский требова-ли отправить их на фронт с первым же эшелоном. Старые производственни­
ки-балтийцы обратились с призывом к молодым рабо­
чим: «В грозные дни, когда фашистские орды осмели­
лись вторгнуться на нашу советскую землю, мы, бывшие партизаны и красногвардейцы, обращаемся с призывом к молодым балтийцам идти на защиту нашей Роди­
ны» 4. Старший мастер ОТК коммунист В. И. Архипов, вы­
ступивший на митинге рабочих «Судомеха» вслед за директором Н. Я- Оленниковым, сказал: «Я прощу на­
править меня на фронт добровольцем. Не ползать фа-
1 Ждановец, 1941, 24 июня. ^Корабелы в боях за город Ленина. Л., 1971, с. 21. 8 Ждановец, 1941, 24 июня. 4 Балтиец, 1941, 5 июля. 125 шистскои гадине -по советской земле, не видать врагу нашего любимого Ленинграда!» И, сойдя с трибуны, от­
крыл длинный список добровольцев. Вслед за ним запи­
сались коммунисты И. И. Антонов, И. С. Ломовцев, О. А. Забелин, А. П. Сапожников и многие другие. А всего в ЛАНО ушло с этого завода более двух тысяч человек. На Адмиралтейском заводе первыми записались в народное • ополчение коммунисты М. А. Крысов, Н. А. Чистяков, М. П. Черников, комсомольцы А. Альт­
ман, А. Иванов, В. Бобиков, В. Васильев, Е. Булюкин и Другие. Не менее активно проходила запись добровольцев и на других ленинградских судостроительных предприя­
тиях. Так, на заводе штурманских приборов в ополче­
ние записалось 1200 человек, на Петрозаводе— 1800 судостроителей, более 800 судовых электромонтажников (в том числе рабочий Н. А. Егоров, инженер К. Н. По­
пов, комсомолец С. С. Зарубин и другие) стали бойца­
ми ЛАНО, партизанского отряда и истребительных ба­
тальонов. С Усть-Ижорской верфи к 25 июня в ополче­
ние подано было более 600 заявлений. В тот же день партком сформировал истребительный отряд из 40 доб­
ровольцев, имевших хорошую общевойсковую подготов­
ку. Более 500 судостроителей Усть-Ижорской верфи ра­
ботали на сооружении оборонительных рубежей у стан­
ций Пери, Вырица, Саперная, Колпино. 27 июня 1941 г. горком партии принял решение о со­
здании ЛАНО. По указанию ГКО 30 июня началось формирование первых ополченческих подразделений. Комиссии по отбору добровольцев работали круглые сутки напролет — столь велик был наплыв желавших с оружием в руках защищать родной город. 3 июля 1941 г. начал действовать штаб Октябрьской дивизии ЛАНО, расположившийся в доме 166 по кана­
лу Грибоедова. Она объединила всех добровольцев рай­
она. Вскоре от дивизии отпочковались ОПАБы — 264-й и 265-й (им предстояло занять оборонительные позиции в укрепленных районах), а также два стрелковых баталь­
она, артдивизион, авторота, партизанские отряды. 2 сентября 1941 г. на базе Октябрьской дивизии ЛАНО была сформирована 6-я дивизия народного ополчения, вобравшая в себя добровольцев с Адмиралтейского завода, «Судомеха», ЛКИ, фабрики им. К. Самойловой и других предприятий и организаций. К 4 июля 1941 г. в народное ополчение подали заяв-
126 ления более 5000 адмиралтейцев и судомеховцев, свыше 6000 рабочих-балтийцев, больше 8000 ижорцев, 1200 студентов и преподавателей ЛКИ. Более половины кол­
лектива судостроителей-катерников вступило в Красную Армию. Большая часть ленинградских судостроителей стала ополченцами в полках и батальонах ЛАНО, сформиро­
ванных на предприятиях. Однако многие вступили в подразделения, созданные по месту жительства. Ополченцев обычно вооружали винтовками, незначи­
тельным количеством ручных и станковых пулеметов, предусматривались также полковые пушки и ручные противотанковые средства. Однако случалось, что даже винтовок на всех не хватало. Так, в 264-м ОПАБе на 1100 человек приходилось 500 винтовок. Несколько луч­
ше обстояло дело у ждановских ополченцев, где на 3000 человек было 2310 винтовок'. Удавалось восполнить нехватку винтовок, собирая их на поле боя. На бойца с автоматом или с СВТ смотрели как на счастливца. И все же, кому довелось воевать в ополчении, тот на всю жизнь сохранил теплые воспоминания о боевом товари­
ществе. С товарищем по оружию делились последним сухарем и горсткой патронов! В народном ополчении, разумеется, действовали те же боевые уставы, как и в кадровой Красной Армии, но в повседневной жизни ополченцев были вначале свои особенности. Денежное довольствие ополченцы, не имевшие воинского звания, получали по месту работы. Нередко взводным или отделенным командиром, стано­
вился вчерашний цеховой мастер или бригадир. На пер­
вых порах было трудно беспрекословно подчиняться приказу, не высказав своего мнения,— все еще действо­
вала инерция производственных отношений. Но вскоре под руководством коммунистов все встало на свои ме­
ста, утвердилась строгая воинская дисциплина. В народное ополчение вступила основная часть пар­
тийно-комсомольского актива предприятий. Так, на заводе им. А. А. Жданова на фронт ушло 70% ком­
мунистов и 60% комсомольцев. В 264-м ОПАБе (сформированном из адмиралтейцев, студентов ЛКИ и рабочих завода по обработке цветных металлов им. К. Е. Ворошилова) из 1100 человек было 118 ком­
мунистов и 226 комсомольцев. 1 Центральный архив Министерства обороны СССР, (далее ЦАМО СССР), ф. Красногвардейского УРа, оп. 723854, д. 1, кор. 18001, л. 127. 127 Дивизии, полки и батальоны ЛАНО вводились в бой, как только на фронте возникала опасная ситуация. Так, 10 июля 1941 г. на Лужский рубеж была переброшена 1-я дивизия ЛАНО, в составе которой был 2-й полк жда-
новцев, а 12 июля туда же направили и 274-й ОПАБ Балтийского завода. Несмотря на нехватку вооруже­
ния, недостаточную военную подготовку и трудности с пополнением, судостроители стойко отбивали атаки фа­
шистов на Лужском рубеже. На Лужском направлении наступала 4-я танковая группа врага. К 12 июля гитлеровцы вышли к реке Плюссе. Здесь они встретили ожесточенное сопротивле­
ние наших стрелковых дивизий. Тогда противник приме­
нил свою обычную тактику — обошел район сильного сопротивления и скрытно перебросил войска к Кинги­
сеппу. 14 июля фашисты захватили переправы в районе Поречья и Сабека, форсировали реку Лугу. Сюда сроч­
но была переброшена 2-я дивизия ЛАНО, которая вме­
сте с курсантами и бойцами 191-й стрелковой дивизии контратаковала противника. В боях на Лужском рубеже сотни ждановцев сража­
лись как герои. Большое мужество проявила пулемет­
ная рота под командованием младшего лейтенанта Е. И. Калачкова. 28 июля фашисты предприняли психи­
ческую атаку. Подпустив противника на близкое рас­
стояние, Калачков дал команду открыть огонь, и девять «максимов» ударили по гитлеровским цепям. Дважды раненный комбат-1 В. Н. Мараев не покинул поля боя и продолжал командовать батальоном. Он был награжден вторым орденом Красного Знамени (первый орден он получил в советско-финляндскую вой­
ну). О мужестве комбата В. Н. Мараева в те дни в га­
зете ополченцев «На защиту Ленинграда» рассказыва­
лось следующее: «Тов. Мараев вместе со своими бойца­
ми бросился вперед и стал преследовать фашистов. Вражеская пуля пробила плечо отважного командира, но он продолжал управлять боем... Воодушевленные примером своего командира, бойцы били фашистов яро­
стно и ожесточенно. Ни один раненый боец не покидал поле боя. План фашистов ударить во фланг одному из наших подразделений был сорван» '. Комбат-3 Алексей Ратников в рукопашной схват­
ке убил троих фашистов, а четвертого взял в плен. Не­
смотря на ранение, он остался в строю. На защиту Ленинграда, 1941, 16 авг. Лидер гипа «Ленинград». И. Г. Миляшкин — в начале вой­
ны директор завода им. А. А. Жданова, позднее — Балтийского (фото послевоенное). 128 5 Зак. № 356 М. М. Роговский (фото 1944 г.). В. С. Баранов (фото 1942 г.). Н. Я. Олейников — в начале войны директор завода «Су-
домех», позднее — Балтий­
ского (фото послевоенное). В. С. Боженко (фото 1942 г.). В. Ф. Попов — главный ин­
женер Балтийского завода (фото 1942 г.). В. П. Дмитриев (фото 1943 г.). П.М. Сипилин (фото 1944 г.). Б. А. Ткаченко (фото 1944 г.). А. П. Аркуша (фото 1945 г.). С. М. Турунов — главный ин­
женер Адмиралтейского заво­
да (фото 1942 г.). Участники Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны, ветераны завода им. А. А. Жданова, улева направо: И. А. Силов, А. С. Невирко, А. А. Вербицкий (фото послевоенное). Н. Н. Калиновский — дирек-
1942 Г)В°Да < < Су д о м е х > > (Фо™ В. В. Евграфов (фото .1943 г.). Красного знамени (1945 г.3 ) 3 ^ 6 В °ВЯЗИ ° в РУч е н и е м коллективу Г. Г. Борин — участник ра­
бот по размагничиванию ко­
раблей КБФ. А. С. Медведников — коман­
дир 274-го ОПАБа. Пал смертью храбрых в 1941 г. И. И. Лебединский — коман­
дир Ждановского полка 1-й дивизии ЛАНО. Ю. Г. Никитин — командир дзота 264-го ОПАБа. Герой­
ски погиб в 1941 г. Штаб. 274-го ОПАБа. Слева направо, первый ряд: М Д Заслав-
АКИЯ К С- В о л Г ° Р С К"Й; В Т ° Р° Й Р»* А Шапкин, Л. В. Тризно, А. Д. Кузнецов, С. А. Юрковский. *р*"яи, Крейсер «Максим Горький» на боевом курсе. К.«х &{.«> ЧЛжв^в. Лее ^ 8 в , ОС* в ЯКв Л, ^(д^СО 5^)»* /ну. Предсмертная записка М. Петрова — команди­
ра пулеметного расче­
та, комсомольца-жда-
новца, сражавшегося в деревне Малые Уго-
роды. Тяжело ранен­
ный, подпустив врагов, подорвал гранатой. Крейсер «Киров» на Таллинском рейде. А. А. Якимов — уполномоченный ГУК НК ВМФ по Ленинграду (фото 1342 г.). н ' А. С. Монахов (фото 1942 г.). И. И. Нефедьев (фото после­
военное). А. М. Горчаников — старший мастер монтажного цеха Бал­
тийского завода (фото 1941 г.). А. Н. Подлипаев — слесарь-
монтажник Балтийского заво­
да (фото 1942 г.). Н. А. Блохин (в центре) — судосборщик-балтиец (фото 1945 г.). А. Кучеренко — слесарь-мон­
тажник Балтийского завода (фото послевоенное). И. А. Быховский (фото 1945 г.). В. С. Харитонов — старший мастер корпусного цеха Бал­
тийского завода (фото 1942 г.). Б. П. Фаворов (фото после­
военное). А. М. Бреев (фото послево­
енное). Л. М. Маневич (фото 1942 г.). л Я. М. Цитрин (фото 1943 г.). А. Н. Федорова (фото 1944 г.). ^ П. И. Мартынов (фото по­
слевоенное) . Д. А. Чалык (фото 1943 г.), О. Ф. Якоб (фото 1942 г.). С. А. Базилевский (фото 1942 г.). Б. В. Плисов (фото после­
военное). А. Ф. Симин (фото 1940 г.). В. М. Мудров (фото 1942 г.). Д. М. Гик (фото послевоен­
ное) В. Е. Славгородский (фото 1942 г.). А. С. Ирклей (фото 1943 г.). В. Д. 1945 г.). Мацкевич (фото М. Д. Утюжников (фото 1941 г.). Получив приказ об отходе, командир полка жданов-г цев полковник И. И. Лебединский сделал это организо­
ванно и по возможности скрытно. Когда под вечер 28 августа ополченцы, совершив 70-километровый марш по бездорожью и болотам, пробились к своим, у станций Новолисино им навстречу вышел генерал В. П. Свири­
дов, командовавший Слуцко-Колпинским укрепленным районом. Он сказал: «Фашисты прорвались к Колпину. Дорога на Ленинград открыта. Приказываю удержать рубеж у разъезда Стекольный до подхода регулярных "частей» '. К этому времени военная обстановка здесь резко обо­
стрилась. 25 августа враг овладел Любанью. Направле­
ние на Тосно и Мгу оказалось без прикрытия 2. В об­
разовавшуюся брешь хлынули основные силы 39-го мо­
торизованного и 28-го армейского корпусов гитлеровцев. Через два дня они захватили Тосно, Саблино и устреми­
лись к Колпину, рассчитывая ворваться в Ленинград с юго-востока. В ночь на 29 августа фашисты подошли к Ям-Ижоре. Весть об этом всколыхнула ижорцев. По бо­
евой тревоге они заняли готовые к обороне рубежи. К этому времени группа Лебединского уже овладела разъездом Стекольный и отбивала атаки врага. Той же ночью в районе Слуцка была поднята по тре­
воге только что перебазированная с северного побере­
жья Ладоги 168-я стрелковая дивизия полковника А. Л. Бондарева. Маршал К- Е. Ворошилов лично по­
ставил перед бондаревцами боевую задачу: остановить наступление врага, рвущегося к Слуцку и Колпину3. ...Пока шло сосредоточение сил, ополченцы под командой Лебединского сражались за разъезд Сте­
кольный. Трое суток шел неравный ожесточенный бой с батальоном СС. 31 августа ждановцы, отбив очередную атаку, устремились на врага. Бросив орудия, минометы и боеприпасы, фашисты бежали с поля боя. Вскоре опол­
ченцев сменил 2-й батальон 402-го полка 168-й стрел­
ковой дивизии. Вся группа Лебединского удостоилась правительственных наград: орденом Красного Знамени было награждено 25 человек, орденом Красной Звез­
ды — 34 и медалями — 41 4. 1 История Кировского завода. 1917—1945. М., 1966, е. 620; Корабелы в боях за город Ленина. Л., 1971, с. 55. 2 См.: История ордена Ленина Ленинградского военного округа, М., 1974, с. 228. 3 См.: Борщев С. Н. От Невы до Эльбы. Л., 1970, с. 20—25. 4 См.: Ленинградский партийный архив (ЛПА), ф. И-43, оп. 3, ед. хр. 274, л. 8—34. Зак. № 356 129 КЗ сентября, после пополнения 2-го полка 1-й диви­
зии ЛАНО, его командиром был назначен майор М. И. Супагин, комиссаром — А. С. Ермолаев. Полк был направлен в район Красного Села и 9 сентября вступил в бой. Бой носил крайне ожесточенный характер. До 18 сентября полк прочно удерживал свой оборонительный рубеж в районе Пушкина и Пулковских высот. Отдель­
ные траншеи, доты и блиндажи по нескольку раз пере­
ходили из рук в руки. Около ста раненых вынесла с поля боя бесстрашная сандружинница Наташа Ануфри­
ева. За этот подвиг она была награждена орденом Крас­
ного Знамени. Многие ждановцы совершили подвиги в этих боях, и враг не сумел прорваться через позиции 2-го полка. Позднее ждановцы отличились и в боях за освобож­
дение города Тихвина К 9 декабря воины 4-й армии Вол­
ховского фронта штурмом овладели Тихвином. В пер­
вых рядах освободителей шли воины-судостроители 25-го стрелкового полка 44-й стрелковой дивизии (бывший 2-й полк 1-й дивизии ЛАНО). Разведчики этого полка первыми ворвались в город и вели бой в окружении до подхода наших главных сил. В дальнейшем полк участвовал в освобождении Чу­
дова, Дно, Острова, Порхова, Пскова, Риги. За осво­
бождение Острова полку было присвоено почетное на­
именование Островский, за бои под Ригой он был на­
гражден орденом Красного Знамени. На заключитель­
ном этапе войны ждановцы участвовали в ликвидации отборной гренадерской части гитлеровцев из Курлянд-
ской группировки. Боевой путь полка завершился на земле врага. 2-я гвардейская дивизия ЛАНО сражалась и в райо­
не Красногвардейска (Гатчины). Вместе с ополченцами 267-го ОПАБа и бойцами морской пехоты она около трех недель сдерживала здесь натиск фашистов. Третий полк этой дивизии состоял из добровольцев Балтийского завода и конструкторов-судостроителей2. Командиром полка назначили кадрового офицера — под­
полковника Васильева, комиссаром — инженера, заме­
стителя секретаря парткома завода В. М. Левыкина. В связи со складывавшейся на фронте трудной обста-
1 См.: Тихвин, год 1941-й. Л., 1974, с. 359—362. 2 См.: Колесник А. Д. Народное ополчение городов-героев. М., 1974, с. 39—40. Ш новкой полк вводился в бой по частям. Так, в первой половине августа 2-й батальон полка принял боевое крещение у станции Волосово. Затем еще два батальона балтийцев заняли рубеж под Тайцами. 18 августа 1-й батальон по приказу командира дивизии включили в сводный ударный отряд, усиленный ротой средних тан­
ков и артиллерийской батареей. В ночь на 22 августа отряд под руководством комбата старшего лейтенанта Грунева атаковал фашистов у совхоза «Войсковицы», выбил их из траншей, бутылками с горючей смесью под­
жег два танка. Враг бежал, оставив десятки трупов. Лишь днем немцы, перебросив силы с других участков, перешли здесь в наступление. Ожесточенный бой дохо­
дил до рукопашной схватки. Раненый комбат Грунев трижды поднимал ополченцев в контратаки. Многие су­
достроители-балтийцы погибли на этом рубеже смертью героев. Остатки полка занимали позиции у деревни Ма­
лая Пижма с 26 августа по 9 сентября, отражая натиск фашистов. В связи с выходом врага через Красное Село на ближние подступы к Ленинграду дивизия получила приказ отойти и с боями прорвалась к Павловску и Пушкину, где заняла жесткую оборону. Что касается 6-й дивизии ЛАНО, то она в срочном порядке на рассвете 16 сентября 1941 г. заняла позиции на участке от мясокомбината им. С. М. Кирова до ре­
ки Невы у села Рыбацкого. В дальнейшем она получила наименование 189-й стрелковой Кингисеппской Красно­
знаменной дивизии и активно участвовала в обороне Ленинграда. * * * Когда в августе 1941 г. грозная опасность нависла непосредственно над Ленинградом и ожесточенные бои шли на ближних подступах к городу, перекрестки улиц ощетинились амбразурами дотов и дзотов. На танкоопас­
ных направлениях были установлены надолбы. Весь го­
род разделили на секторы обороны. Были созданы под­
разделения внутренней обороны города (просуществова­
ли до 1944 г.), состоявшие из рабочих батальонов, сформированных на всех крупных предприятиях. На судостроительных заводах тоже появились такие под­
разделения. Военные занятия проводились после 10—12-
часового трудового дня. О военной учебе адмиралтейцев газета писала: «На­
чалось с того, что из всех цехов понесли в партком заяв-
131 ления с требованиями организовать военное обучение ра­
бочих. Нашлись десятки авторитетных Производственни­
ков— командиров запаса, имевших военный опыт. Тако­
выми оказались Черковский, Золотухин, Чикин, Чирков, Петров, Румянцев и другие. Тысячи рабочих завода упорно изучают военное дело. Много метких стрелков, мастеров Стыкового боя и гранатометчиков уже имеет­
ся. Каждый день после работы рабочие посвящают два часа военной учебе. 5 августа рабочие посвятили свой выходной день военным занятиям. На днях на заводе будет проведено смотровое учеяие, посвященное оконча­
нию программы обучения» \ В 1942—1943 гг. рабочие батальоны получили на вооружение не только винтовки и пулеметы, но миноме­
ты и пушки. Каждый из них имел свой участок обороны. Так, батальон Адмиралтейского завода занимал позиции по правому берегу Фонтанки — от ее устья до Измайлов­
ского проспекта. Огневые точки этого рубежа обороны оборудовались в подвалах и первых этажах домов. Ба­
тальон просуществовал до. апреля 1944 г. Яковлевы подожгли один танк, второй запылал от бу­
тылки с зажигательной смесью, брошенной ополченцем С. И. Калиновским. Однако силы были слишком нерав­
ны. Батальон с боями отходил. Смертью храбрых погиб­
ли комсомольцы слесари-монтажники В. Леонов, К. Ры­
баков, нормировщик В. Голубев, командир отделения С. Калиновский, бойцы Н. Бучин, братья Яковлевы. Тяжело ранены В. Кравченко, П. Фофанский, С. Хро-
маев и другие. В дальнейшем батальон принял участие в обороне Колпина. Стойко сражался и истребительный батальон завода «Судомех». В письме, адресованном в партком и коми­
тет комсомола, боец В. Бахрак писал с передовой: «Мы, коммунисты истребительного батальона, бьем крепко фашистскую гадину. Сейчас нависла непосредственная угроза любимому городу. Но не ступать фашистским бандитам по священной ленинградской земле. Мы даем клятву в этом. Вы же вашей стахановской работой кре­
пите мощь нашей армии». Одновременно с формированием ЛАНО создавались истребительные батальоны. На Адмиралтейском заводе такой батальон был создан в июле 1941 г. Едва полу­
чившись военному делу, он принял свой первый бой на Новгородском направлении, где враг выбросил парашют­
ный десант, вскоре уничтоженный бойцами батальона. Комиссар батальона, старый партиец Н. А. Иванов был ранен. Гитлеровцы пытались взять его в плен. Подпу­
стив их, комиссар метнул последнюю гранату, уничто­
жил многих врагов и погиб сам. Позже батальон отражал атаки фашистов, пытав­
шихся форсировать Неву у Кузьминского моста. В бою погибли В. Жуков, И. Барабанов, Б. Кустов и другие адмиралтейцы, но враг не прошел. Истребительный батальон Балтийского завода под командой П. И. Фофанского воевал под Нарвой и Кин­
гисеппом в составе 4-й дивизии ЛАНО. В августе 1941 г. балтийцы держали оборону под Кингисеппом. На рассве­
те 18 августа фашисты начали наступление. Балтийцы контратаковали врага, захватили первую линию тран­
шей у господствующей высоты. Братья Иван и Петр 1 На защиту Ленинграда, 1941, 8 авг. 132 Выше упоминалось, что в составе ЛАНО были и спе­
циальные подразделения — ОПАБы. Они держали обо­
рону в укрепленных районах вокруг города. На Балтийском судостроительном заводе в корот­
кий срок был сформирован 274-й ОПАБ. В середине июля 1941 г. он принял первый бой. Батальон имел са­
мостоятельную боевую задачу: прикрывать город Лугу «а одном из направлений. Оседлав перекресток грунто­
вых и железной дорог, балтийцы тщательно укрепили свои позиции. На вооружении батальона имелось стрел­
ковое оружие, 9 пулеметов «максим», противотанковые пушки, гранаты и бутылки с зажигательной смесью. Ря­
дом с балтийцами сражались бойцы 177-й стрелковой и 24-й танковой дивизий. Мощную артиллерийскую под­
держку нашим воинам оказывала артгруппа полковника Г. Ф. Одинцова. «15 августа мы должны были захватить высоту, контролировавшую шоссе Псков — Луга,— вспо­
минает балтиец Е. Л. Гавриленко.— Мы скрытно подо­
шли к высоте и ворвались в окопы. В рукопашной схват­
ке истребили десятки фашистов». На железнодорожном переезде Шуваловский разго­
релся жестокий бой с немецкими мотоциклистами. Не­
смотря на перевес в силах, фашисты были задержаны здесь на несколько суток. Не раз в критический момент 133 Н1 боя комиссар батальона Л. С. Волчегорский поднимал балтийцев в контратаку. Здесь были ранены В. А. Нео-
пиханов, В. К. Тимофеев, В. П. Хохлов и многие другие судостроители.-
Во время прорыва через вражеский заслон у станции Вырица батальон понес большие потери. Здесь погиб, выручая раненых товарищей, комбат А. С. Медведников. 15 сентября балтийцы с боями вышли через Волховстрой и Новую Ладогу к Ленинграду. Осенью 1941 г. 274-й ОПАБ был расформирован. Уже после войны балтийцы с гордостью прочитали в историческом формуляре 177-й стрелковой Любанской дивизии, в состав которой вхо­
дил их батальон, следующую запись: «За проявленный героизм и упорство в боях в течение сорока семи дней под городом Луга весь личный состав дивизии получил приветствие и благодарность в приказе главкома Севе­
ро-Западного направления Маршала Советского Союза т. Ворошилова» 1, Прославился своей стойкостью и 72-й ОПАБ, сформированный из рабочих Ижорского завода им. А. А. Жданова. В защите южных подступов к горо­
ду в Колпинском УРе участвовали три истребительных батальона ижорцев и батальон Г. В. Водопьянова, полу­
чивший в дальнейшем название Ижорского батальона. Рядом с ними воевал отряд под руководством председа­
теля исполкома Колпинского райсовета депутатов тру­
дящихся А. В. Анисимова, в который вошел весь колпин-
ский партийно-комсомольский актив. Здесь же была за­
водская команда МПВО, взвод пограничников 167-го по­
лка, рота дивизиона НКВД из охраны завода. В критический момент в окопы пришла в промасленных спецовках, сжимая в руках винтовки, и вся ночная сме­
на рабочих от мартенов и прокатных станов. Ижорцы не­
плохо подготовились к встрече врага. Они соорудили в окрестностях Колпина 214 дотов и дзотов, 200 блинда­
жей, 60 пулеметных гнезд, отрыли 120 км траншей. Вместе с ижорскими батальонами вступили в бой части Слуцко-Колпинского УРа (261, 289 и 283-й ОПАБы, состоявшие в значительной мере из ижорцев-доброволь-
цев). Ижорский батальон в феврале — марте 1943 г. актив­
но участвовал в боях у Красного Бора. Вместе с частя­
ми Ленинградского фронта ижорцы в январе 1944 г. по­
гнали фашистов из пределов Ленинградской области, 1 ЦАМО СССР, ф. 177 сд, оп. 7960. 134 Батальон в числе первых ворвался в Псков. Вскоре 72-й ОПАБ наградили орденом Красного Знамени. Боевой путь ижорцев закончился на берегу Рижского залива. Свыше восьмисот бойцов и командиров батальона были награждены орденами и медалями Советского Союза. Отмечая героизм рабочих батальонов, газета «Прав­
да» 28 августа 1942 г. писала: «Бесценный опыт оборо­
ны Севастополя, Колпина, Тулы, Москвы, Ленинграда и других городов должен быть использован широко, быст­
ро и продуктивно». Добровольческий 265-й ОПАБ, сформированный на заводе «Судомех», долгое время находился в резерве ко­
мандования. В напряженной военной учебе прошло лето. В начале сентября поднятые по тревоге бойцы были пе­
реброшены в УР возле Русско-Высоцкого.. Комбат К. И. Рождественский стал его комендантом. 8 сентяб­
ря 1941 г. фашисты предприняли отчаянную попытку прорваться к Ленинграду. 265-й ОПАБ оказался на на­
правлении главного удара гитлеровских войск. Десятки танков, мощные атаки авиации обрушились на батальон судостроителей. Но ополченцы не дрогнули! В трудней­
ших условиях, когда армейское прикрытие УРа было снято по приказу командования, свою боевую задачу судостроители-ополченцы выполнили до конца. Ценой жизни большинства бойцов из гарнизонов дотов и дзо­
тов они задержали на три дня продвижение германской 291-й пехотной дивизии. Прорвав оборону 265-го ОПАБа, фашисты вышли к рубежам 277-го ОПАБа, состоявшего из студентов и преподавателей Ленинградского университета и молодых рабочих табачной фабрики им. Урицкого. В районе де­
ревень Разбегай, Райкузи и Модекайзи в течение не­
скольких дней шел кровопролитный бой. На помощь пришли пулеметчики В. П. Ларионов, Е. Л. Магунов (директор Канонерского завода до 1982 г.), М. Г. Баса­
ев и другие бойцы из 264-го ОПАБа, расположенного севернее. Огнем «максимов» они оттеснили фашистов и сражались до тех' пор, пока минами не вывело из строя пулеметы. 264-й ОПАБ находился на правом фланге Красно­
сельского УРа. 18 июля 1941 г., после вручения боевого знамени, батальон выступил к месту назначения — в район Петергофа, где начал оборудовать позиции. В ОПАБе преобладали бойцы не старше 30 лет (80% сос­
тава). 135 Ополченцев в возрасте от 30 до 40 лет было 18,6% I. Половину батальона составляли студенты ЛКИ. Случилось - так, что враг прорвался к позициям 264-го ОПАБа с юга и востока, а пушки дотов и дзотов были ориентированы на запад. Пришлось нам повора­
чивать фронт обороны на юго-восток. 17 сентября 11-я стрелковая дивизия, прикрывавшая наш УР с юга, после двухчасового боя начала отход к Старому Петергофу2. Мимо нас по Ропшинскому шоссе потянулись повозки с ранеными, артиллерийские и пу­
леметные подразделения. 20 сентября фашисты после мощной огневой подго­
товки ввели в бой против 264-го ОПАБа два полка 291-й пехотной дивизии, усиленные танками. Первый удар был нанесен по позициям 3-й роты у деревни Марьино. Нес­
колько танков, ведя огонь на ходу, устремились к про­
тивотанковому рву. Наши артиллеристы огнем из 76-мм орудий подбили один танк. Немецкая пехота, понеся потери, отошла назад. Во второй половине дня гитле­
ровцы ввели в бой резервный полк и прорвались к пози­
циям 4-й роты в деревне Низино. Завязались тяжелые рукопашные схватки. Враг был остановлен у деревни Костино, которая дважды переходила из рук в руки. К нам на помощь пришел взвод танков КВ. Политрук 4-й роты К. А. Плахин повел головную машину, так как экипажи не знали местности. В панике побежали вра­
жеские автоматчики. Маневрируя, машины ворвались в деревню Владимирово. У первого дома головной танк развернулся и пошел прямо на немецкое орудие. Фа­
шисты успели дать один выстрел, но промахнулись и были раздавлены вместе с пушкой. Но враг выкатил другое орудие и ударил прямой наводкой. Наша маши­
на запылала. Два других наших танка промчались, под­
мяв расчет. В это время взорвался боекомплект в го­
ловном танке. Погибли политрук роты судостроителей Константин Александрович Плахин, бывший начальник эксплуатационного участка Шлиссельбургской пристани, и члены экипажа КВ, имена которых остались неизвест­
ными 3. Дзот под командованием Ю. Г. Никитина был распо­
ложен вблизи деревни Санино. Гарнизон дзота состоял из студентов ЛКИ. В течение почти двух суток он вел 1 См.: ЦАМО СССР, ф. ЛАНО, оп. 11192, кор. 19048, л. 1 2 2 См.: ЦАМО СССР, ф. 334, оп. 5554, д. 88, кор. 13080, л. 41. 8 См,: Корабелы в боях за город Ленина. Л., 1971, с. 184, 192. 136 огонь из 76-мм орудия и пулемета, держа под обстрелом дорогу, по которой фашисты подбрасывали подкрепления. Потеряв несколько бронетранспортеров, гитлеровцы ре­
шили разделаться с дзотом. Они подобрались к нему с флангов. Тогда ополченцы вышли из дзота и, укрыв­
шись в ходах, сообщения, дали отпор гитлеровцам. В ход пошли гранаты. Но один за другим падали бойцы, сраженные осколками мин и снарядов. К вечеру второ­
го дня Юрий Никитин доложил в штаб об обстановке и приготовился к последнему бою. В полночь 22 сен­
тября он успел сообщить: «Наш дзот окружен! Авто­
матчики засыпают нас гранатами через вентиляционные каналы. Бьемся до последней капли крови, но не сда­
емся!» Вскоре в небо взметнулся столб огня — гарни­
зон дота предпочел смерть плену. Под вечер 22 сентября бой шел уже в районе Бель­
ведера, расположенного на самом высоком месте Ба-
бигонских высот. После артиллерийской подготовки гит­
леровцы в сопровождении танков пошли в психическую атаку. Наши пулеметные расчеты вышли из строя от оскол­
ков мин и снарядов. Комбат М. С. Бондаренко прика­
зал передать на корабли, поддерживавшие нас огнем, необходимые координаты. Через несколько минут заго­
ворила корабельная артиллерия. С тяжелым грохотом обрушилась лавина снарядов на фашистские цепи. А на открытой площадке у Бельведера морские пехотинцы прямой наводкой из зенитного орудия ударили по тан­
кам. Так была отбита одна из атак того дня. 264-й ОПАБ сражался пять дней. На рубеже Ста­
рого Петергофа враг был остановлен. Но и батальон, в связи с гибелью значительной части комсостава и бой­
цов, был 25 сентября 1941 г. расформирован. Оставшие­
ся в строю полторы сотни бойцов и командиров были переданы в состав 10-й и 11-й стрелковых дивизий. Следует хотя бы коротко сказать и о партизанских подразделениях, сформированных из ленинградских су­
достроителей. Вот одно из них — 5-й полк под командой К. Н. Воловича, начавший активно действовать в июле 1941 г. в районе Пскова. Балтийцы громили немецкие гарнизоны, устраивали засады на шоссейных дорогах, пускали под откос воинские эшелоны противника. За время боев в тылу врага партизаны истребили свыше 1200 гитлеровцев, более 30 раз взрывали железнодорож­
ное полотно, уничтожили семьдесят с лишним вагонов с -вражеской военной техникой. 5-й партизанский полк 137 заслуженно считался одним из наиболее активных* в ар­
мии народных мстителей, 4 июля 1941 г. из рабочих Усть-Ижорской верфи был сформирован партизанский отряд численностью 43 человека под командой директора кирпичного завода Н. А. Толстенкова. Отряд успешно действовал в районе Кингисеппа, и группа партизан отряда была награждена орденами и медалями (в том числе В. А. Баскаков, И. А. Прокофьев, Г. М. Копылов, В. А. Федорков, В. В. Хрипов, П. И. Чистяков, Н. А. Юргенев). Второй партизанский отряд под командой секретаря парткома Ф. Ф. Тищенко насчитывал 125 устьижорцев. Отряд действовал в лесах под Вырицей. 7 сентября 1941 г., прикрывая отход товарищей огнем ручного пулемета, пал смертью храбрых судостроитель Борис Степанович Окинин, посмертно награжденный медалью «За отвагу». * * * В результате массового ухода специалистов в армию и народное ополчение возникла острая нехватка кадров на предприятиях, выполнявших срочные заказы фронта. Была осуществлена быстрая перестройка промышленно­
сти на военный лад, организована внутригородская ко­
операция по обеспечению выпуска вооружения и бое­
припасов. Перед партийными организациями судостроительных заводов была поставлена задача освоить выпуск воору­
жения и боеприпасов, поэтому не все желавшие всту­
пить в армию и народное ополчение получили эту воз­
можность. Более того, часть специалистов пришлось отозвать из ЛАНО на производство, так как ленинград­
ским судостроителям предстояло выпускать пушки, ми­
нометы, боеприпасы, ремонтировать боевые корабли. На смену ушедшим мужчинам к станкам встали женщины и подростки, но их надо было обучить, а задания фрон­
та требовали немедленного выпуска продукции. В ленинградской печати уже в первые дни войны появились многочисленные сообщения о трудовых успе­
хах производственников. Так, токари коммунисты-адми-
ралтейцы Павлов и Власов выполняли по три нормы в день. О тружениках этого завода рассказывалось в кор­
респонденции: «Самоотверженно работал коллектив од­
ного из заводских участков над срочным заказом. Люди не выходили с завода. Молодого сборщика Бориса Зе« 138 ленцова сменял старый рабочий Пашков, Жукова —» Шевченко, Анисимова — Шефер и другие. В обычное время на выполнение этого задания требовалось 10 дней, сейчас оно было выполнено за четыре дня...» *. Старейшие производственники Балтийского завода А. Н. Цуканов и бывший красногвардеец, участник гражданской войны М. Н. Белокуров писали своим фронтовым товарищам: «Корпусному цеху нужно было закончить один очень важный заказ в 10 дней. Это был очень сжатый срок. И все же заказ выполнен на 3 дня раньше. Сборщики Саландер, Лошманов, Семенов, Яку-
шенок работали не жалея сил. Токари Зажигалов, Са­
вицкий, Рекушин делают в день 15 деталей вместо 10. Сборщики-слесари Степанов и его товарищи собирают механизм за 11 часов вместо 26. Многие рабочие забы­
ли о своем доме, днюют и ночуют на заводе... Все рабо­
чие учатся военному делу. Мы уже дали в народное ополчение новый отряд, дадим и второй, и третий...»2. Судостроители шефствовали над своими ополченче-
скими подразделениями. Делегации с заводов приезжа­
ли на фронт с подарками, рассказывали о жизни завода, радовались боевым успехам своих товарищей. Заметка о мужестве комбата В. Н. Мараева, работавшего до вой­
ны в деревообделочном цехе завода им. А. А. Жданова, обсуждалась на заводском митинге. «Вот так же храб­
ро и мужественно должны сражаться с врагами Родины все советские воины»,— заявили деревообделочники3. В письме на фронт ждановцы сообщали: «...Работая на трудовом фронте, мы не забываем быть готовыми и в военном отношении. После работы все трудящиеся проходят военную подготовку, изучают пулемет, винтов­
ку, гранату» 4. Ополченец-ждановец А. Кожуба писал на завод с фронта: «Наше подразделение только в одном бою от­
правило на тот свет свыше 70 гитлеровцев. Все бойцы ни на шаг не отступили с занимаемых позиций» 5. Секретарь парткома завода им. А. А. Жданова П. Михайлов рассказывал: «Политрук т. Горбачев, быв­
ший работник одного из цехов, заменив командира, 'от­
важно сражался, воодушевляя своим примером бойцов, пока сам не был ранен... Боец-снайпер т. Савченко, 1 Ленинградская правда, 1941, 29 июля. 2 На защиту Ленинграда, 1941, 7 сент. 3 Ждановец, 1941, 2 авг. 4 Там же, 1941, 24 июля. 8 Там же, 1941, 30 июля, 139 хладнокровно действуя в бою, убил немецких снайпе­
ров, мешавших нашему продвижению» 1. Когда в августе 1941 г. враг прорвался на ближние подступы к Ленинграду, на защиту города были броше­
ны все резервы. В грозный час смертельной опасности газеты писали о массовых подвигах воинов-ленинград­
цев. Так, в заметке с переднего края говорилось о геро­
изме ополченцев: «Отвалено действовал в разведке Фа-
рид Субаев (доброволец из ЛКИ). Возглавив неболь­
шую группу бойцов, он пробрался к селению. Фашисты готовили отсюда наступление. Разведчики подожгли де­
ревню. Фашисты заметались среди горящих строений. Вскоре они были выбиты из деревни» 2. Ленинградские судостроители стойко сражались на всех участках фронта. Вместе с воинами, оборонявшими Город, они остановили врага, выстояли, а затем разгро­
мили и изгнали фашистов из пределов родной земли. Многие из них отдали свои жизни за Родину, — вечная им слава! 1 Ленинградская правда, 1941, 10 авг. 8 На защиту Ленинграда, 1941, 7 сент. РАЗДЕЛ КОРАБЛИ ОСТАЮТСЯ В СТРОЮ А. С. МОНАХОВ (1915—1981), в годы войны — старший строитель судов на Балтийском заводе Непотопляемые крейсера Теплым и ясным августовским утром 1974 г. на набе­
режной Невы собралась группа пожилых мужчин в штатской одежде и военно-морской форме. Они шумно приветствовали друг друга. Это были старые боевые друзья, военные моряки — ветераны Краснознаменного крейсера «Киров». Мне, знавшему этих людей молоды­
ми в грозные годы войны и блокады, было приятно увидеть их сейчас, жизнерадостных и задорных, про­
несших сквозь годы любовь к своему кораблю. Точно, в 10 часов появился председатель совета ве­
теранов дважды Краснознаменного Балтийского флота адмирал Владимир Филиппович Трибун. Во время со­
ветско-финляндской и Великой Отечественной войн он командовал КБФ. Высокого роста, в ладно подогнанной адмиральской форме, он быстро прошел на пристань, поздоровался и пригласил ветеранов крейсера на штаб­
ной катер. Спустя некоторое время катер доставил нас в Крон­
штадт. У причала стоял крейсер «Киров». На палубе был выстроен экипаж — он приветствовал ветеранов. Состоялись теплые встречи «стариков» с матросами, курсантами, офицерами. Утром следующего дня крейсер взял курс на Тал­
лин — начался поход по местам боевой славы. Среди ветеранов, участвовавших в походе, были за* служенные военные моряки, вместе с которыми мне до­
велось разделить трудные дни блокады Ленинграда. С интересом слушали мы воспоминания контр-адмирала в отставке С. Д. Солоухина, командовавшего крейсером •41 во время войны, бывших командиров батарей А. Ф. Алек­
сандровского и Н. Р. Любавина, политрука Н. С. Ко-
чуры, командира дивизиона живуч-ести И. Н. Терентьева, старшин и матросов-специалистов Ф. В. Алексеева, В. И. Татаринова, Б. Б. Шуляпина. Их рассказы пере­
носили в далекое военное время, когда воины Красной Армии, моряки КБФ, все ленинградцы встали грудью на защиту родного города. Посещаем места боев, музеи боевой славы в Талли­
не, Лиепае, Балтийске, Калининграде — священные ру­
бежи, связанные и с самоотверженной работой судостро­
ителей-балтийцев. * * * В предвоенные годы Балтийский судостроительный завод имел большую разработанную программу по­
стройки судов различного назначения, определенную третьим пятилетним планом. Война изменила все наши наметки. Она потребовала величайшего напряжения сил, мужества. О том, в каких условиях приходилось трудиться балтийцам, видно на примере судоремонт­
ных работ по трем крейсерам, в которых мне довелось участвовать. Имя великого русского писателя Максима Горького было присвоено современному легкому крейсеру, соору­
женному накануне войны по проекту видного корабле­
строителя Анатолия Иосафовича МаслоЕа. В первые дни Великой Отечественной войны крейсер «Максим Горький» получил серьезные повреждения: его носовая часть длиной в 30 м по днищу была оторвана взрывом мины и затонула, а на длине, превышающей 20 м, был сильно деформирован корпус. Но даже силь­
нейший взрыв не смог разрушить броневую поперечную переборку, она устояла и не пропустила воду внутрь крейсера; водонепроницаемость корабля была отлично обеспечена. Поврежденный корабль под командованием капитана 1-го ранга Анатолия Николаевича Петрова своим ходом пришел в Кронштадт и 29 июня 1941 г. был введен в сухой док. Крейсер был еще на подходе к Кронштадту, а нахо­
дившийся в Ленинграде заместитель наркома А. В. Са­
марин сообщил, что срочные восстановительные работы на крейсере поручаются Балтийскому заводу. Немедлен­
но в Кронштадт выехала группа специалистов во главе 142 с главным инженером завода Владимиром Семеновичем Боженко. — Вы назначаетесь ответственным руководителем по ремонту крейсера, — сказал мне главный инженер. — Действуйте. Будем помогать. — Помогать будем! — повторил заместитель секрета­
ря парткома завода, опытный судостроитель Михаил Яковлевич Тяпкин. Восстановление крейсера рассматривалось на заводе как фронтовое задание особой важности. По заключению технической комиссии флота, на вос­
становительные работы, если их проводить последова­
тельно в доке, требовалось не менее трех месяцев. Од­
нако военная обстановка диктовала иные сроки. Да и нельзя было так долго держать в доке корабль, который фактически являлся беззащитной мишенью для врага. Выполнить приказ надо быстро и хорошо — это по­
нимал каждый из нас. Но как? Думали, спорили, об­
суждали. И приняли необычное для мирного времени решение: взамен оторванного носа корабля, одновремен­
но с работами в кронштадтском доке, изготовить на Балтийском заводе новую носовую оконечность, спус­
тить ее на воду и отбуксировать в Кронштадт, затем ввести ее в док, вплотную к крейсеру, и, осушив док, собрать все в единое целое. Решение наше одобрили кон­
структоры крейсера и видный ученый-кораблестроитель член-корреспондент АН СССР Юлиан Александрович Шиманский. Теперь, когда «добро» было дано, можно было приступать к делу. За семь дней — с 29 июня по 5 июля 1941 г.,— во время первой стоянки крейсера в доке, была произведе­
на обрезка и зачистка рваных участков обшивки и на­
бора корпуса, определены места пристыковки новой но­
совой оконечности, частично устранены деформирован­
ные детали и произведен ремонт отдельных поврежден­
ных участков корпуса. 5 июля крейсер был выведен из дока в более безопасное место. Ремонтные работы в Кронштадте выполнялись рабочими Балтийского и крон­
штадтского Морского заводов при деятельном участии экипажа корабля. Оперативное руководство осуществ­
лял опытный строитель судов Иван Иванович Нефедьев. Сооружавшаяся на стапеле Балтийского завода но­
совая оконечность крейсера составляла значительную часть корабля: она включала ряд отсеков и помещений различного назначения. В них — ответственные судовые механизмы, устройства, системы и электрооборудование, 143 соединенные многочисленными трубопроводами и элект-
рокабелямй. Тут же кубрики, служебные помещения с соответствующим оборудованием, изоляцией и отделкой. Сколько дел предстояло! Чтобы сократить срок полного восстановления крейсера, решено было ряд монтажных работ провести непосредственно на стапеле одновремен­
но с формированием носовой оконечности. Трудились по-фронтовому — этим все сказано! Жест­
кий график выдерживался с точностью. Внимание всего заводского коллектива было приковано к выполнению, задания. Строители судов, конструкторы и технологи оперативно рассматривали поступающие от цехов пред­
ложения, на месте принимали технические решения, оформляя эскизы или технологические указания тут же, на блокнотных листках. Благодаря этому быстро от­
крылся фронт работ для монтажных цехов. Только на стапеле круглосуточно трудились около 400 рабочих и инженерно-технических работников. Еще не была завер­
шена сборка наружной обшивки и верхней палубы, а в отсеках уже полным ходом устанавливалось оборудова­
ние. Начальники цехов: корпусного — Серафим Иванович Григорьев и электромонтажного — Владимир Петрович Лавинский (в дальнейшем ветераны труда, персональ­
ные пенсионеры, лауреаты Государственной премии СССР) — работали как старшие мастера и непосредствен­
но руководили работой своих бригад. Отлично проявили себя на постройке носовой оконечности корабля масте­
ра завода. Кавалер ордена Ленина Григорий Григорье­
вич Рожнов, прошедший путь от рядового рабочего до старшего мастера, еще до поступления чертежей и эски­
зов находил необходимые решения для сокращения срока работ. Блеснули организаторским талантом опыт­
ные мастера Александр Алексеевич Митавский и Алек­
сандр Моисеевич Горчаников; под их руководством с максимальной четкостью и точностью действовали все бригады. А какое упорство и мужество в труде прояви­
ла молодежь (электросварщик Михаил Корочкин, по двенадцать часов не покидавший своего поста, судосбор­
щики Иван Михайлов и Николай Щеплецов, монтажник Николай Подлипаев.,. Позднее они и другие судострои­
тели-балтийцы продолжали восстановление крейсера «Максим Горький» уже в Кронштадте). День ото дня вырастала на стапеле громада носо­
вой оконечности крейсера, а вскоре началась и энергич­
ная подготовка к спуску ее на воду, 144 Спусковое устройство разработал ведущий конст­
руктор завода Павел Николаевич Кочеров. Он предло­
жил на тех же спусковых салазках, на которых носовая оконечность будет спущена на воду, установить ее в до­
ке, подтянув к корпусу крейсера для сопряжения. Расчет спуска, однако, показал, что носовая часть в воде может оказаться не остойчивой и перевернуться. Чтобы этого не случилось, для понижения центра тя­
жести внутрь, носовой части залили 120 т воды. Кроме того, при спуске ее поддерживали 200-тонным плавучим краном. И спуск прошел благополучно. Теперь — буксировка носовой части с завода в Крон­
штадт. Было это архитрудно: осадка носовой оконеч­
ности корабля с закрепленным на ней спусковым устрой­
ством в точности равнялась глубине фарватера. Как одолеть это препятствие? В ночь на 20 июля заводской буксир «Балтиец» отошел от стенки и медленно повел носовую оконечность крейсера. Стоя на ней, я подавал сигналы капитану буксира, когда днищем задевали за грунт. Буксир останавливался, затем снова давал ход. Трос натягивался словно струна, создавался рывок, и мы двигались дальше. Вот так и тащили многотонную махину, рискуя в любую минуту застрять на мели. К утру прибыли в Кронштадт. 21 июля началось вто­
рое докование крейсера- и соединение его с новой носо­
вой оконечностью. Обе части корабля выровняли при по­
мощи натянутых струн по центру дока и закрепили бо­
ковыми растяжками. После откачки воды из дока носовую часть совместили с корпусом крейсера с мини­
мальными зазорами. С помощью талей, домкратов и специальных клиньев ее вплотную подтянули к корпусу корабля и выровняли по всему контуру разъема. Все со­
шлось. Затем началась сложная работа по прочному со­
единению носа с корпусом корабля. Каждую минуту нам угрожали налеты фашистской авиации. Было строжайше приказано: тщательно замас­
кировать крейсер, обеспечить полную светомаскировку при проведении электросварочных и газорезательных работ. Пришлось построить из брезента, фанеры и дру­
гих материалов громадный светонепроницаемый шатер, полностью закрывший носовую часть крейсера. Замаскировать замаскировали, но условия труда при этом сильно ухудшились. Внутри громадного непрони­
цаемого маскировочного колпака стало невыносимо жар­
ко и душно, воздух насыщен газами. Но и тут нашли выход из положения: оборудовали вытяжную вентиля-
145 цию, подвели питьевую воду, охлаждали водой маски­
ровочное покрытие, увеличили перерывы в работе. И восстановление корабля продолжалось безостановочно, круглые сутки. Одновременно с подготовкой к соединению обеих ча­
стей крейсера в носовой части корабля производились монтажные работы. Рабочие завода вместе с командой корабля трудились, не жалея сил в времени. После десяти дней напряженного труда в доке уда­
лось соединить обе части корабля, а затем провести ис­
пытания на водонепроницаемость. 1 августа крейсер вышел из дока, а еще Десять дней спустя закончились его испытания в море. Таким образом, на восстановле­
ние корабля потребовалось лишь 45 дней вместо отпу­
щенных 90. Крейсер «Максим Горький» вступил в строй и во время боев на ближайших подступах к Ленинграду вел по врагу сокрушительный огонь. * * * Крейсер «Киров» занимает особое место в истории советского кораблестроения и Военно-Морского Флота. 28 сентября 1938 г. корабли, стоявшие на рейде Кронштадта, подняли на мачтах сигнал: «Приветствуем нового боевого товарища», — в этот день вступил в строй первый крейсер, спроектированный советскими конструкторами и построенный советскими рабочими и инженерами. В его создании принимали участие видней­
шие советские кораблестроители — академик Алексей Николаевич Крылов, члены-корреспонденты АН СССР Юлиан Александрович Шиманский и Петр Федорович Папкович, многие рабочие, инженеры, мастера. Задание правительства было выполнено, как мы ска­
зали бы сейчас, со Знаком качества. Это доказала про­
верка в боевых условиях. В первый же день Великой Отечественной войны орудия крейсера «Киров» открыли огонь по фашистским самолетам, налетевшим на Ригу. Потом его главный калибр расстреливал танковые ко­
лонны и пехотные части гитлеровцев, рвавшиеся к сто­
лице Советской Латвии. В течение месяца крейсер уча­
ствовал в ожесточенных боях за Таллин. А 29 августа 1941 г. «Киров» прибыл в Кронштадт во главе кораб­
лей, составлявших боевое ядро Балтийского флота, и уже на следующий день своими орудиями громил рвав­
шихся к Ленинграду гитлеровцев. 146 24 сентября 1941 г. крейсер вошел в Неву и ошварто­
вался у набережной в районе Горного института. В су­
ровую зиму 1941/42 г. он вел прицельный огонь из ору­
дий главного калибра по вражеским войскам, часто вступал в контрбатарейную дуэль с немецкой артилле-
рией^ отбивал атаки врага с воздуха. После тяжелых боев в Балтийском море и Финском заливе, после многочисленных обстрелов и бомбежек вражеской артиллерией и авиацией механизмы крейсе­
ра требовали ремонта. Стали выходить из строя глав­
ные котлы, нуждались в замене котельные трубки паро­
перегревателей. Обстановка осложнялась сильными мо­
розами, истощенностью людей. Командование крейсера обратилось за помощью к Балтийскому судостроитель­
ному заводу. Нашей группе балтийцев предстояло в сложнейших условиях осуществить в первую очередь ремонт главных котлов — от этого зависела боеспособность и живучесть корабля. У нас имелся опыт совместной работы с воен­
ными моряками при восстановлении крейсера «Максим Горький». Но силы людей, страдавших от холода и го­
лода, были на пределе. Казалось, сделать ничего нель­
зя, судостроители часто погибали на своих рабочих мес­
тах и на стапелях от истощения. И тут на помощь при­
шло испытанное боевое товарищество: моряки Красно­
знаменной Балтики не оставили в тяжкую минуту своих друзей — судостроителей. Моя семья жила на Большой Охте. Два старших брата были на фронте, дома остались жена, мать и отец. Голодали, мерзли. Я старался поддерживать их, как мог. Но однажды, придя домой, свалился с высокой тем­
пературой и потерял сознание: оказалось воспаление легких. Положение мое и родных стало критическим. И в такой день вдруг появились у нас гости с завода и с крейсера. Они принесли с собой самодельную коптилку, немного еды и лекарства. Назавтра приехал судовой врач И. Н. Полянский, сделал необходимые уколы, дал несколько таблеток. В общем, «откачали», начал понем­
ногу поправляться, бодрее стали и мои родные. И я вернулся на корабль для продолжения работы. Внимание моряков согревало многих из нас, завод­
ских специалистов. Одного из лучших слесарей-монтаж­
ников завода Николая Подлипаева разыскали дома в тяжелом состоянии. На саночках привезли его на ко­
рабль. Там он поправился и потом деятельно участво­
вал в судоремонте. ш Для ремонта главных котлов директор завода на­
значил ответственными руководителями начальника ко­
тельного цеха Петра Алексеевича Манько (впоследствии доктор технических наук, лауреат Государственной пре­
мии СССР) и меня. Из моряков крейсера и'специали-. стов завода мы создали производственные группы. Прежде всего требовалось разыскать котельные труб­
ки, что являлось нелегким делом, — цехи и вся террито­
рия завода были сплошь покрыты толстым слоем льда и снега. Когда же трубки нашли, их пришлось с огром­
ным трудом выкалывать изо льда. Затем возникла новая проблема: как согнуть труб­
ки? В цехе темно, мороз двадцать градусов, станки обле­
денели, электроэнергии нет. По предложению начальни­
ка цеха П. А. Манько и его заместителя П. А. Доро­
шенко в котельном цехе развели костры, отъединили электромотор от станка и, вращая станок вручную, при­
ступили к гибке трубок. А потом согнутые по шаблонам трубки-грузили на санки и везли по снежным сугробам на крейсер. В это время на корабле наши специалисты-котель­
щики Петр Ефимович Зуев и Валентин Николаевич Ми­
ронов обучали группу краснофлотцев обращению с пнев­
матическим инструментом, вырубке из котла старых трубок и замене их новыми. Весь коллектив краснофлот­
цев-ремонтников и рабочих-котельщиков завода трудил­
ся не жалея сил. Особенно отличились при этом красно­
флотцы электромеханической боевой части Воронков, Нежмаков, Ефимов, мичман Прилуцкий, старшина ко­
тельной группы Бурдинов. Когда заменили трубки, произвели гидравлические испытания и паровую пробу котлов, командир крейсера капитан первого ранга Максим Георгиевич Сухоруков горячо поблагодарил нас и сказал: «Вижу, что энерге­
тика корабля стала надежной. Крейсер уже готов к вы­
полнению боевых заданий». И это было для нас самой высокой наградой. На крейсер «Киров», как и на все корабли эскадры, была направлена постоянная группа специалистов заво­
да. Руководить ею поручили мне. Дел на корабле хва­
тало. Так, например, старший мастер деревообделочно­
го цеха Павел Ластовенко вместе с главным боцманом, его большим другом Дмитрием Очеретенко изготавлива­
ли детали аварийного запаса. Судосборщики Иван Ми­
хайлов и Николай Щеплецов, электросварщик Михаил Корочкин из ремонтной группы Ивана Терентьева вы-
148 •лолняли корпусные и сварочные работы. Слесарь-мон­
тажник Николай Подлипаев вместе с моряками машин­
ной группы ремонтировал судовые механизмы. Мастер котельного цеха П. Е. Зуев и группа краснофлотцев котельной группы восстанавливали вспомогательные котлы и дымоходы. От электромонтажного цеха В. П. Лавинский руководил работой заводских и корабельных электриков, которые вместе с командиром дивизиона Л. М. Аврутисом и его краснофлотцами проверяли и налаживали сложное электротехническое оборудование корабля. И вскоре «Киров» снова занял свою огневую позицию на Неве. Весной 1942 г. противник предпринял попытку унич­
тожить артиллерийскими обстрелами и бомбардировка­
ми корабли эскадры, недвижно стоявшие на Неве, ско­
ванной крепким льдом. 4 апреля 1942 г.— этот день за­
помнился всем ленинградцам особенно жестокими ар­
тиллерийскими обстрелами и бомбардировками с воз­
духа — возле крейсера «Киров» стали рваться тяжелые снаряды. Была объявлена боевая готовность. Появились вражеские бомбардировщики. Послышался нарастаю­
щий свист и оглушительные взрывы бомб, к ним приба­
вились удары немецких снарядов. Зенитки крейсера, других кораблей и батарей ПВО открыли яростный огонь по самолетам противника. Крейсер вздрагивал от близких разрывов бомб и снарядов. Разлетались пор­
ванные крепежные болты механизмов и трубопроводов. Однако в этот раз ни крейсер, ни другие корабли серь­
езных повреждений не получили. Беда пришла 24 апреля 1942 г. К вечеру начался ожесточенный артиллерийский обстрел. Крейсер стоял у правого берега Невы возле Горного института. Сна­
ряды разрывались совсем рядом. Из-за облаков появи­
лись самолеты противника. На крейсере открыли огонь из всех зенитных орудий и пулеметов. Раздались силь­
ные взрывы, крейсер вздрогнул от мощного удара. Че­
рез распахнутую дверь на верхнюю палубу вырвались сильное пламя и клубы дыма. Началась самоотвержен­
ная борьба с пожаром. В этот день на боевом посту погибло много военных моряков-кировцев, с которыми мы вместе работали и жили дружной семьей. Сраженный осколком снаряда, погиб и старший мастер завода Павел Ластовенко. Крейсер получил крупные повреждения: была раз­
рушена кормовая надстройка с ее многочисленными 149 -
помещениями, разбиты кормовая дымовая труба и грот-
мачта, зенитные орудия взрывом бомбы снесло за борт. Командующий эскадрой КБФ вице-адмирал В. П. Дрозд, находившийся на крейсере, в ту же ночь перевел ко­
рабль на новое место стоянки. Крейсер «Киров» встал у набережной Невы между памятником Петру I и мо­
стом Лейтенанта Шмидта. И вновь Балтийский завод совместно с экипажем крейсера получил боевое задание восстановить корабль, И в кратчайший срок! Для начала требовалось отыскать на заводе и на других предприятиях и складах КБФ материалы, судо­
вое оборудование, артиллерийское вооружение, прибо­
ры управления огнем. На заводе сколотили большой квалифицированный коллектив судостроителей, воору-
женцев, прибористов и других специалистов, которому вместе с командой корабля надлежало приступить к восстановительным работам. Однако люди были обес­
силены голодной и холодной зимой. Надо было подкре­
пить их. С немалым трудом Военный совет фронта изы­
скал возможность выделить некоторое количество до­
полнительных обедов для участников судоремонта. Мы обедали по талонам в столовой, расположенной на пло­
щади Труда. Обед был по тем временам богатый: тарел­
ка нежирного супа и порция каши; каким это явилось для нас подспорьем! Восстановительные работы развернулись широким фронтом. На корабле устанавливались вновь изготовлен­
ная надстройка, дымовая труба и мачта. Обрабатыва­
лись фундаменты под новые артиллерийские установки, монтировалось поступавшее судовое оборудование. И в то же время крейсер был готов в любой момент открыть огонь. Умело координировали общие усилия командующий эскадрой КБФ вице-адмирал В. П. Дрозд, новый коман­
дир крейсера капитан первого ранга С. Д. Солоухин. Краснофлотцы, старшины и офицеры подразделений ко­
рабля зачислялись в бригады судосборщиков, слесарей, электромонтажников, орудийных мастеров. Краснофлот­
цы ремонтной группы ремонтировали корпус, специа­
листы электротехнического дивизиона восстанавливали электрический кабель и приборы управления, красно­
флотцы и старшины котельной группы приводили в по­
рядок главные и вспомогательные котлы. Артиллеристы из подразделений офицеров А. М. Бренайзена, А. Ф. Александровского, Н. Р. Любавина вместе с за-
150 водскими специалистами занимались восстановлением зенитной артиллерии и систем управления огнем. Из инженерно-технических работников и рабочих за­
вода большой вклад в восстановительные работы внес­
ли строители Н. П. Пегов, М. Ш. Шифрин, начальники цехов и мастера М. М. Михайловский, Н. А. Лежнин, С. М. Егерев, С. 3. Макаров, Н. В. Суслов, И. И. Фе­
доров, И. И. Лаврентьев, И. В. Лебедев, И. В. Черны­
шев, рабочие Егор Исаев, Михаил Лазарев, Владимир Кравченко, Константин Галкин, Владимир Агафонов, Наталья Богданова, Константин Бахтиаров... Всех не перечислишь. Трудно поверить, но крейсер «Киров» за два месяца был полностью восстановлен. Задание Военного совета фронта и командования КБФ и на этот раз удалось выполнить досрочно! Еще одной крупной работой, в которой мне довелось участвовать, являлся бездоковый ремонт крейсера «Пет­
ропавловск» после подъема его в Угольной гавани Ле­
нинградского порта и буксировки к стенке Масляного буяна. ' В 1940 году в Германии был куплен недостроен­
ный тяжелый крейсер «Лютцов» из класса новых гер­
манских крейсеров типа «Хиппер» стандартным водоиз­
мещением 16 тыс. т. Мне пришлось в 1940 г. быть в Германии на приемке этого крейсера и участвовать в буксировке его в Ленинград. Корабль по прибытии был переименован в «Петропавловск». Артиллерийское вооружение крейсера состояло из четырех двухорудий-
ных башен главного калибра 203 мм, шести спаренных 105-мм универсальных установок и восьми 20-мм зенит­
ных пушек. Энергетическая установка суммарной мощ­
ностью около 135 000 л. с. обеспечивала крейсеру ско­
рость хода в 32,8 узла. Хотя крейсер и не был достроен, но участвовал в боях в качестве плавучей батареи, открыв огонь 7 сен­
тября 1941 г. Управляли стрельбой старший лейтенант В. А. Сычев и лейтенант В. С. Елагин. Только за де­
сять дней сентября орудия крейсера выпустили по про­
тивнику более 650 снарядов (немецких). Гитлеровцы, конечно, знали, какой корабль бьет, и решили разде­
латься с ним. 151 17 сентября ,1941 г. более пятидесяти тяжелых 210-мм снарядов обрушились на крейсер. Были сильно повреж­
дены корпус корабля и надстройки. Самое крупное раз­
рушение оказалось в районе 2-й электростанции, где площадь пробоины составляла около 30 кв. м. Затоп­
ленная электростанция вышла из строя. Вода через не-
заделанные отверстия в переборках распространилась по всему кораблю. Командир электротехнического ди­
визиона инженер-капитан третьего ранга П. И. Кудря-
ев приказал всем покинуть боевые посты. Он занял ме­
сто у трапа, обеспечивая спасение своих подчиненных, но сам погиб. Пали смертью храбрых старшина первой статьи А. Г. Балашов, краснофлотец П. Г. Кузьменко и другие. В момент прекращения подачи электроэнергии в первой башне находился снаряд. Моряки вруч­
ную доставили заряд из погреба, вручную же придали орудию нужный угол возвышения и по­
следний снаряд послали в цель. Лишившись средств борьбы за живучесть, накренившийся на левый борт корабль спустя б часов сел на грунт, погрузившись в в воду до броневой палубы. Это произошло неподалеку от переднего края против­
ника. Специальная группа гитлеровцев внимательно на­
блюдала за кораблем, готовая в любой момент поме­
шать спасательным операциям. Однако необходимость подъема крейсера и восстановления его огневой мощи была очевидной. Было решено поднять его, осушив от­
секи корабельными водоотливными средствами. Работа трудная и опасная. Ведь предстояло закрыть пробоины пластырями, обеспечить энергоснабжение, заделать от­
верстия в переборках. И все это на виду у врага, под его прицельным огнем. Летом 1942 г. моряки крейсера, флотские водолазы и заводские специалисты с большой осторожностью, пе­
редвигаясь лишь по борту, скрытому от противника, в основном в ночное время делали свое дело. Руководили работами командиры электромеханической боевой части Л. А. Симаков и дивизионов — А. Ф. Свиридов и Д. В. Литвинов. Сначала при помощи четырех перенос­
ных водоотливных насосов осушили кормовой отсек, что позволило запустить дизель-генератор мощностью 350 киловатт (на 1-й электростанции) и обеспечить током корабельные водоотливные средства. По мере откачки насосами воды и понижения ее уровняв отсеках отвер­
стия в переборках тут же герметично заделывали пла­
стырями, клиньями и паклей, трубы разъединяли и за-
152 бивали пробками. Однако, когда уровень воды в отсе­
ке понизился до 6,5 м, помпы перестали забирать воду, Чтобы запустить находившийся в воде корабельный водоотливной электронасос, надо было до него добрать­
ся. Однако водолазы не смогли работать в загромож­
денном обломками отсеке. Тогда трюмные машинисты, набрав полные легкие воздуха, самоотверженно ныряли в воду, добирались до клинкетов, пытаясь открыть их, и ныряли до тех пор, пока не добились своего. Так был введен в действие осушительный насос, который, не­
смотря на длительное пребывание под водой, работал исправно. Вскоре отсек осушили. Быстро перебрали ди­
зель-генератор на 350 кВт, высушили его и запустили. Теперь крейсер получил собственную электрическую энергию, позволившую развернуть осушение других отсеков. Для осушения МКО в дополнение к судовым водо­
отливным средствам на палубе установили переносную мотопомпу. Суммарная мощность откачивающих средств была значительно увеличена, что позволило за одну ночь осушить весь район МКО. В результате ко­
рабль слегка всплыл. Но, чтобы противник этого не за­
метил, мы к утру притопили крейсер. Следующей ночью снова осушили и ввели в строй еще один штатный (ко­
рабельный) водоотливной насос. Подготовка к пуску в действие каждого водоотливного насоса требовала его разборки и приведения в порядок, проверки армату­
ры, электродвигателя, кабеля. Наконец, подготовка к всплытию корабля была за­
кончена. В ночь на 17 сентября 1942 г. крейсер всплыл, буксиры «Айсберг» и К-1 увели его буквально из-под носа врага и доставили на завод. Как стало известно уже после войны, по личному приказу Гитлера коман­
дир специальной части, следивший с берега за «Петро­
павловском», был расстрелян за то, что «проворонил» крейсер. Наиболее сложной явилась заделка рваной бортовой пробоины размером около 30 кв. м. Исковерканные кус­
ки набора торчали во все стороны. Для заделки про­
боины крейсер следовало поставить в док, но возмож­
ности не было, и заделку пробоины решили осуществить на плаву при помощи специального кессона, хотя в прак­
тике завода такой работы никогда ранее не проводи­
лось. Впрочем, в годы войны многое приходилось де­
лать впервые, ^- ~ 153 I ! Расчет, рабочие чертежи и схему установки кессо­
на выполнил начальник отдела КБ П. Н. Кочеров, из­
готовление кессона поручалось начальнику корпусного цеха С. И. Григорьеву > и деревообделочного цеха — В. П. Костылеву, а транспортировку и установку — на­
чальнику такелажного цеха Р. П. Рубцову. Общее ру­
ководство работами и ответственность за их выполнение возложили на меня. Металлический кессон — уникальное сооружение размером 12X10 м, сварной конструкции, с бортовыми цистернами, регулирующими плавучесть,— был изго­
товлен на заводе под наблюдением опытного мастера-
корпусника Г. Г. Рожнова. Готовый кессон подняли пла­
вучим 200-тонным краном и отбуксировали к кораблю. Устанавливали его на место с помощью больших и ма­
лых гиней 200-тонного плавучего крана под руководст­
вом старшего кранмейстера завода Климова при уча­
стии боцманской команды крейсера и специалистов су­
доподъемной службы флота. Постановку, уплотнение по обводам корпуса и осушение кессона (водоотливными средствами спасательного судна «Нептун») произвели в течение двух дней. Дальнейшее поддержание кессона в сухом состоянии осуществлялось периодическим вклю­
чением водяных эжекторов. В кессон, установленный с борта, обращенного к Не­
ве, устремились десятки рабочих — судосборщиков, сварщиков, рубщиков, чеканщиков. Работать пришлось в холодном и сыром кессоне, но люди стойко переноси­
ли трудности. Судосборщики Иван Михайлов, Никандр Блохин, Николай Щеплецов, сварщик Михаил Короч-
кин, мастера Векшин, Митавский и другие работали круглые сутки, покидая кессон лишь на короткое время для отдыха. Нужно было торопиться, ведь приближа­
лись морозы, от которых могли пострадать цистерны и механизмы корабля. И все время над рабочими висел дамоклов меч опасности: вражеские снаряды или бом­
бы могли попасть в кессон, а ведь там одновременно находилось до сорока человек! Одновременно с заделкой пробоины и обеспечением непроницаемости корпуса корабля личный состав ко­
рабля с помощью специалистов завода строителей М. Ш. Шифрина, Б. И. Рабштейна, мастеров А. Ф. Ве-
щилова, И. В. Лебедева, бригадиров Н. В. Би­
рюкова, В. Агафонова, К. Галкина, других ра­
бочих и инженерно-технических работников ремон­
тировал механизмы, судовое оборудование и во-
154 оружение. Разыскали и пригласили на корабль специа­
листов с других предприятий Ленинграда для ремонта орудий и приборов. Были приведены в порядок две башни главного калибра и приборы к ним, введены в действие водоотливная, осушительная и пожарная си­
стемы. Вошли в строй все дизельные электростанции и вспомогательные котлы, появились собственная элект­
роэнергия и пар. Заработали отопление, камбуз, баня. Быстрое восстановление «Петропавловска» явилось результатом замечательной слаженности действий воен­
ных моряков, рабочих и инженерно-технических работ­
ников Балтийского завода и других предприятий горо­
да. Еще раз наглядно проявились несокрушимая воля советского человека, неразрывная связь фронта и тыла, хотя ленинградский тыл мало чем отличался рт фронта. В январе 1944 г., при выполнении операции по раз­
грому фашистов под Ленинградом, «Петропавлозск» в составе групп морской дальнобойной артиллерии унич­
тожал долговременные укрепления, коммуникации, бое­
вую технику и скопления пехоты противника. На го­
ловы врага крейсер обрушил более тысячи тяжелых снарядов, к слову сказать, немецкого производства. И снова я возвращаюсь к августовскому утру 1974 г., когда начался поход Краснознаменного крейсера «Киров» по местам боевой славы. Ветераны вспоминали, с ка­
ким бешеным упорством фашисты пытались уничтожить Балтийский флот. Но мужественно и самоотверженно выполнили свой долг военные моряки, ленинградские судостроители. И крейсеры оставались на боевом посту — стойкие, грозные, несокрушимые! И. И. НЕФЕДЬЕВ (1913—1974), в годы войны руководил ремонтом , эсминцев на Балтийском заводе Ремонт эсминцев обеспечен Было это в июле — августе сорок первого года. Враг рвался к нашему городу. Уже заметно опу­
стели заводские цехи и стапели,— многие товарищи по работе ушли в народное ополчение или были призваны в армию и на флот. На заводе оставалось все меньше 155 и меньше квалифицированных рабочих, мастеров, инже­
неров. Все, в том числе и я, стремились на передовую, но ведь и кому-то надо ремонтировать поврежденные бо­
евые корабли. Нестерпимо больно было смотреть на ко­
рабли, стоявшие у заводской стенки. Только скорей­
шим вводом их в строй можно было оказать существен­
ную помощь нашим войскам. Поэтому мы работали днем и ночью. Многие жили прямо на заводе. Поспят часа три-четыре и снова на рабочее место. Благодаря само­
отверженному труду судостроителей и военных моряков за 12 суток отремонтировали эскадренный миноносец «Сметливый», имевший серьезные боевые повреждения от взрывов авиабомб. 27 июля корабль вступил в строй. • 2 сентября завод сдал балтийским морякам эсминец «Грозящий», у которого от близкого взрыва мины в па­
раване левого борта оказалась поврежденной наружная обшивка и набор в районе 28—62 шпангоутов. Имелись и сильные вмятины в корпусе, в нескольких местах разо­
шлись швы, вылетели заклепки. На корабле вышли из строя многие приборы в электромеханической, штур­
манской и других боевых частях. Несмотря на громад­
ный объем ремонтных работ, эсминец подготовили к сда­
че флоту всего за 40 суток. А вслед за «Грозящим» к стенке завода пришварто­
вался поврежденный в боях эсминец «Стерегущий». Не успел и он покинуть завод, как на ремонт встал эсми­
нец «Суровый», получивший серьезные повреждения от взрывов мин. На нем пришлось устранять вмятины на­
ружной обшивки, почти наново монтировать котельные вентиляторы, шабрить подшипники носовой турбины. Одновременно проходил докование и эсминец «Слав­
ный». Он был неоднократно «ранен» в боях. Первое повреждение корабль получил на Таллинском рейде 26 августа. Через два дня во время прорыва основных сил КБФ из Таллина в Кронштадт у «Славного» взрыв мины в параване вывел из строя гирокомпасы. В даль­
нейшем эсминец получил сильное повреждение носовой оконечности во время эвакуации героического гарнизо­
на военно-морской базы Ханко в декабре 1941 г. 16 сентября перед обеденным перерывом ко мне по­
дошел мастер-чеканщик Н. К- Рудин, показал газету и спросил: — Читал? —- Не успел еще. — На, почитай. Я взял «Ленинградскую правду». В глаза бросился 156 заголовок передовой статьи — «Враг у ворот». В ней го­
ворилось, что сложившаяся под Ленинградом обстанов­
ка требует от населения города выдержки, хладнокро­
вия, мужества, организованности. Подчеркивалось, что стойкость советских людей познается в трудностях. За­
канчивалась она следующими словами: «Враг у ворот! Пусть каждый ленинградец ясно осознает, что от него самого, от его поведения, от его работы,- его готовности жертвовать собою, его мужества зависит теперь во мно­
гом судьба нашего города...» Рудин спросил: — Ну, что думаешь? — Выстоим! — ответил товарищу. Отдав газету, быстрыми шагами направился к глав­
ному инженеру завода В. С. Боженко. Я хорошо знал Владимира Семеновича. Он отлично разбирался в слож­
ных вопросах судостроения и судоремонта, умело и все­
гда очень тактично учил нас руководить производст­
вом. У нас на заводе не принято было проситься на ка­
кой-то объект. Обычно этот вопрос решала администра­
ция — кого куда назначить. Я же решил попросить, что­
бы мне дали самый- тяжелый участок работы. Главный инженер оказался на месте. Когда я вошел в его кабинет, Владимир Семенович отложил в сторону бумаги и вопросительно посмотрел на меня. — Владимир Семенович,— начал я прямо с поро­
га.— Сколько можно перепрыгивать с одного объекта на другой? Дайте мне эсминец. Чтобы уж все сделать.., — Садись. Эсминец, говоришь? — Да. — А что, «Сурового» тебе мало? — Так на нем все работы идут к завершению. — Вот закончишь ремонт «Сурового», тогда посмот­
рим, что тебе дать.— Главный инженер встал и медлен­
но прошелся из угла в угол. Остановился возле окна и тихо произнес: — Работы по горло, друг ты мой. Сам видишь, что делается. Не от хорошей жизни мы пере­
брасываем опытных специалистов с одного корабля на другой. Не только вас, квалифицированных инженеров, не хватает, но и рабочих рук. — Война же... — Да, война,— вздохнул Владимир Семенович и остановился у карты, висевшей на стене, где флажками змеилась линия фронта.— Тяжелейшая война.— И безо всякого перехода закончил: — А эсминец... Эсминец те-
157 бе дадим. Я переговорю с директором. Думаю, он со­
гласится. Через два дня после этого разговора в Кронштадт пришел на ремонт эсминец «Грозящий»: во время оче­
редного воздушного налета противника он получил по­
вреждения. Корабль поставили в док. Для ремонта с завода командировали группу рабочих. До 2$ сентября они работали над устранением боевых повреждений, когда в дополнение к ним корабль изрядно покорежило во время налета вражеской авиации на Кронштадт: разрушило верхнюю палубу, погнуло гребные винты, оторвало перо руля. Имелись пробоины и в подводной части корпуса. Вдобавок ко всему в доке возник по­
жар, и от огня покоробило наружную обшивку левого борта, во многих местах оказалась нарушенной электро­
проводка. Кроме того, были изрешечены кубрики и не­
которые боевые посты. Так что работы на «Грозящем» хватало с избытком. Я думал, что меня тоже командируют в Кронштадт на ремонт «Грозящего», но 23 сентября, в день выхода из завода эскадренного миноносца «Строгий», прибук­
сировали эсминец «Страшный». Корабль находился в тяжелейшем состоянии. Старшим строителем на него назначили меня. «Страшный» в августе наскочил на мину, носовая оконечность оказалась оторванной до 44-го шпангоута. Корабль остался на плаву и даже не "потерял способ­
ности идти малым ходом. Однако при движении вперед напор воды на поперечную переборку был так велик, что, несмотря на установку аварийных брусьев, пере­
борка прогнулась и через заклепки стала поступать во­
да в трюм. Водоотливной насос не успевал ее откачи­
вать. Пришлось двигаться кормой вперед. Так эсминец пришел в Таллин, а оттуда — в Кронштадт, где был по­
ставлен в док. Кронштадтские судоремонтники обреза­
ли рваные кромки, но больше, ничего сделать не смог­
ли, так как у них не хватало ни рабочих рук, ни произ­
водственных мощностей. Поэтому «Страшный» в пла­
вучем доке прибуксировали сначала на завод им. А. А. Жданова, а затем к нам, так как особенно сильные обстрелы не позволяли ждановцам отремонти­
ровать корабль. Вместе со строителями по механической части В. М. Новиковой и по электрической — С. М. Егоревьш мы осмотрели эсминец, определили объем ремонтных работ. На малом стапеле возле цеха приступили к 158 сборке носовой оконечности. Сложность состояла в том., что нос был от эсминца другого типа. С помощью не­
большого переходного участка удалось компенсировать разницу по ширине корпусов. Одновременно устанавли­
валось корпусное насыщение, подкрепления, повышаю­
щие жесткость всей конструкции. Работа велась под руководством старшего мастера В. С. Харитонова при участии мастеров М. С. Векшина и М. А. Корочкина. Сборкой конструкций занялись бригады И. М. Михай­
лова, Н. А. Блохина, И. С. Себина и Н. И. Спиридоно­
ва. За этот участок ремонта «Страшного» можно было не волноваться. Условия работы были трудными, опасными. Завод и корабли, стоявшие у его стенок, подвергались атакам авиации врага, обстреливались артиллерией и получа­
ли новые повреждения. 7 октября к стенке Балтийского завода встал эскадренный миноносец «Сильный», в кор­
пусе которого насчитали более трехсот пробоин. Через два дня после его прихода прибуксировали и эсминец «Стойкий». Он находился на позиции в Торговом порту, в Гутуевском ковше, и вел огонь по противнику. Разры­
вы вражеских снарядов приближались к эсминцу. Ко­
рабль стал менять позицию, чтобы выйти из опасной зоны. И в этот момент снаряд попал в гранитную стен­
ку, срикошетил, пробил левый борт, прошил второй куб­
рик, погреб зенитных снарядов, задел погреб главного калибра и, вылетев через правый борт ниже ватерли­
нии, разорвался на грунте. Сквозь пробоину в корабль хлынула вода. На помощь «Стойкому» подошел ледо­
кол «Волынец». Началась борьба за живучесть кораб­
ля. Самоотверженно действовавшие моряки спасли эс­
минец. Теяерь предстоял его ремонт. А на «Страшном» шли электромонтажные работы во всех жилых и служебных помещениях, выправлялись и устанавливались гребные винты, перебирались дейдвуд-
ные подшипники. Этим занимались старший мастер сле-
сарно-монтажного цеха А. М. Горчаников и бригады монтажников П. Ф. Брындина и Т. К. Самосейко. Здесь же трудились рабочие-достройщики из 13-го цеха И. М. Чернышев, И. М. Соловьев и другие, которыми руководил старший мастер Н. В. Михайлов. Они уста­
навливали листы зашивки изоляции, устраняли повреж­
дения в погребах боезапаса. Большую помощь нам оказали рабочие завода «Боль­
шевик», которые вели расточку оснований под артилле­
рийскую установку, монтировали элеватор подачи бое-
159 запаса. Вместе с балхийцами на «Страшном» работали и специалисты по внутрикорабельной связи с «Красной зари». Как обычно, личный состав эсминца численностью около 150 краснофлотцев был распределен по бригадам и вместе с рабочими выполнял работы по корпусу, ме­
ханической, электромеханической и достроечной частям. Но возникло непреодолимое препятствие: для «Страшного» потребовались новая носовая артиллерий­
ская установка и якорное устройство. По ряду причин на Балтийском заводе изготовить их оказалось невоз­
можно. Пришлось связаться с уполномоченным ГУК НК ВМФ в Ленинграде А. А. Якимовым. — Что вы конкретно предлагаете? — спросил он. — Что, если демонтировать артустановку и все, что возможно, с затопленного «Стерегущего»? Якимов подумал и ответил: — Дельно! Сегодня же согласую этот вопрос с ад­
миралом Трибуцем. Буквально через несколько часов после возвращения на завод мне передали, что разрешено снять артилле­
рийскую установку, шпилевое и якорное устройство со «Стерегущего». «Стерегущий» 21 сентября с Петергофского рейда вел огонь по гитлеровским войскам. В полдень корабль подвергся массированной бомбардировке «юнкерсов». Серия бомб накрыла эсминец. Он лег на грунт левым бортом. Демонтаж оборудования на эсминце в светлое время суток невозможен: затонувший корабль находился в пределах прямой видимости гитлеровских наблюдате­
лей, оборудовавших свой пост на колокольне Петергоф­
ского собора. Все работы можно было вести только ночью, да и то с соблюдением строгой маскировки. Водолазы вместе с рабочими снимали устройства и артиллерию с эсминца на ощупь. Болты поддавались не сразу, мешали покореженные конструкции. Но как ни трудно приходилось работать, справились с этим весьма опасным и сложным заданием. В первых числах ноября я зашел к конструкторам, чтобы согласовать ряд вопросов по ремонту «Страшно­
го». Неожиданно по дороге встретил Николая Петрови­
ча Пегова, который летом ушел с завода в народное ополчение. — Нефедьев! — обрадовался он, увидев меня.— Жи­
вой! 160 — А что нам делается? — ответил я, обняв старого друга. — Ой, не жми, медведь,— поморщился Пегов и на­
чал массировать забинтованную руку. — Ранение? — Под Ропшей в начале сентября зацепило. Меди­
ки подправили, но из армии демобилизовали. — У директора был? — Был. Просился на судоремонт, не пустил. Кон­
структором иду в КБ. — И там работы хватает,— успокоил я его и пока­
зал рукой на стенку, возле которой стояли корабли,— сам видишь. Ледокол «Молотов» во вспомогательный крейсер переделываем. — Ты на нем? — Нет. Я на «Страшном»,— и, рассказав о ремон­
те эсминца, пригласил на спуск со стапеля готовой но­
совой оконечности. 7 ноября — праздник, но все трудились на своих ра­
бочих местах. Фашисты в этот день вели особенно оже­
сточенный артиллерийский обстрел города. Достава­
лось крепко и заводу. И вдруг, перекрывая разрывы вра­
жеских снарядов, донеслись торжественные звуки доро­
гого всем советским людям «Интернационала». Не сго­
вариваясь, потянулись к радиорепродукторам. Нам бы­
ло понятно, что в условиях вражеской блокады не мог­
ло быть и речи о проведении в Ленинграде традицион­
ного парада и демонстрации трудящихся, но то, что мы услышали, заставило учащенно забиться наши сердца. Оказывается, городской комитет партии проводил ра­
диомитинг, его участниками стали все ленинградцы, во­
ины армии и флота, защищавшие город. Митинг от име­
ни городского комитета партии, исполкома Ленгорсове-
та открыл П. С. Попков. Он поздравил всех с праздни­
ком Великой Октябрьской социалистической револю­
ции, призвал еще активнее бороться с немецко-фашист­
скими оккупантами, проявлять постоянную революцион­
ную бдительность, соблюдать железную дисциплину, мо­
билизовать все возможности и резервы, чтобы прибли­
зить час расплаты с гитлерозским фашизмом, час про­
рыва блокады и окончательного разгрома врага. Следом за П. С. Попковым выступил командующий войсками Ленинградского фронта генерал-лейтенант М. С. Хозин, призвавший защитников колыбели рево­
люции беспощадно истреблять ненавистных захватчиков, храбро биться с фашистскими ордами. Затем говорили 7 Зак. № 356 1 6 * другие, и вот слово было предоставлено поэту Николаю Тихонову. Он сказал: «Враг думает запугать нас — бу­
дем бесстрашными! Враг думает осилить нас —будем непобедимыми! Враг думает ослабить нас своей злоб­
ностью— будем беспощадными! Побеждает тот, кто пре­
зирает смерть, кто сквозь огонь неудержимо идет впе­
ред!» - . Радиомитинг придал нам новые силы. С большим желанием трудиться во имя победы разошлись рабо­
чие, мастера, техники, инженеры и военные моряки по своим местам работ. 8 ноября закончили ремонт эскад­
ренного миноносца «Грозящий». Своеобразный праздник был и у нас, восстанавли­
вавших «Страшный»,— готовились спустить на воду его носовую оконечность. «Страшный» находился в плавучем доке. Носовую переборку корабля подкрепили, испытали на водонепро­
ницаемость. Все оказалось в порядке. Подготовили к работе электрошпили дока, после чего его чуть при-
топили. У носовой оконечности тоже подкрепили кор­
мовую переборку и приняли в нее балласт для остой­
чивости, чтобы не опрокинулась в момент спуска. Наконец, по команде начали осторожно ее спускать. Конструкция медленно сошла со стапеля в невскую во­
ду. Подошел заводской буксир, завели концы и отбук­
сировали носовую часть к доку. Затем с помощью тро­
сов, заведенных на электрошпили, начали постепенно втягивать оконечность в док. Поистине ювелирная под­
гонка носовой оконечности к корпусу корабля удалась великолепно! Спустили водолаза, он осмотрел днище, проверил, как будет садиться конструкция на кильбло­
ки и решетки. На состыковку носа и корпуса эсминца ушло не бо­
лее 5—6 часов. Для нас, физически ослабевших людей, это было очередной победой, ибо на такую операцию обычно уходит времени раза в два больше. В тот день судостроители вернули кораблю жизнь. Это заслуга строителя В. Л. Степанова, рабочих из бригад И. М. Михайлова, Н. А. Блохина, И. С. Себина, Н. И. Спиридонова и многих других. В четверг, 20 ноября 1941 г., рабочим Ленинграда снизили норму до 250 граммов хлеба в день. Военные моряки делились с нами своим скудным пайком, помо­
гали выполнять наиболее тяжелые и трудоемкие рабо­
ты, и надо сказать, что многие из нас, рабочих, обязаны морякам своей жизнью. 162 Владимир Семенович Харитонов вспоминал: «На всю жизнь благодарен я Юлиану Александровичу Польско­
му— капитану третьего ранга, командиру эсминца «Страшный». Когда я умирал от голода в январе сорок второго, встретил он меня в цехе, привел на корабль, стоявший у пирса, и за десять дней поставил на ноги». Всего два с половиной месяца потребовалось нам для завершения основного объема ремонтных работ на эскадренном миноносце. 5 декабря «Страшный» был выведен из дока. Да, временами невозможное делали судостроители-
блокадники! Порой в ходе" ремонта кораблей приходи­
лось принимать решения, не предусмотренные ника­
кой технологией мирного времени. Так, на эскадренном миноносце «Славный», стоявшем у стенки завода, обна­
ружилось искривление промежуточного вала. Для уст­
ранения этого дефекта следовало разобрать палубу и переборки ряда внутренних помещений, извлечь вал и выправить его в механическом цехе проточкой на стан­
ке. Или заменить новым валом. Но, к сожалению, ни той, ни другой возможности у нас не было. И тогда ин­
женер Алексей Степанович Зыбин предложил испра­
вить поврежденный вал методом холодного наклепа без демонтажа палуб, непосредственно на месте. Пришлось снять часть палубы и... бить кувалдами по искривлен­
ному валу. Сделали около полутора тысяч ударов. Ра­
бочие уже были не в силах даже поднять кувалду, по­
этому для выполнения тяжелой работы подобрали наи­
более сильных краснофлотцев. Зыбин руководил их дей­
ствиями. Прогиб вала был устранен до допустимых пределов. 8 предпоследний день 1941 г. на Балтийском заводе закончили ремонт эсминца «Сильный». В тот же день от взрыва авиабомбы был поврежден вспомогательный крейсер «Молотов», и судостроители сразу же начали устранять на нем повреждения. 9 января 1942 г. Военный совет фронта принял спе­
циальное постановление, в котором говорилось, что проведение зимнего судоремонта — одна из наших глав­
нейших задач. Рабочих-судостроителей освобождали от трудовой и воинской повинности. Вражеская авиация и артиллерия продолжали нано­
сить удары по заводам и кораблям, стоявшим у стенок и на Неве в ожидании ремонта. Из-за недостаточного ко­
личества зенитного вооружения корабли получали новые повреждения от вражеской авиации. Потребовалось 163 срочно устанавливать дополнительные зенитки. Эту ра­
боту поручили Балтийскому заводу, и проектированием размещения зенитных автоматов на кораблях занялся Н. П. Пегов. Как-то я встретился с ним, когда он спускался по трапу с линейного корабля «Октябрьская революция». — Что нового? — Ты оказался прав,— ответил Пегов.— Работы в КБ хватает. Только на «Октябрине» надо установить десять 37-мм автоматов. — Десять? — Да, десять, и столько же на «Кирове». На «Мак­
симе Горьком» — пять, на лидере «Ленинград» — во­
семь, на каждом из эсминцев — по шесть «эрликонов» и по четыре «кольта». И все это надо сделать к апрелю! Нелегкую задачу довелось решать Николаю Петро­
вичу в первом квартале 1942 г. На заводе не хватало рабочей силы, остро чувствовалось отсутствие электро­
энергии. В связи с тем, что на заводе не осталось ни клепальщиков, ни чеканщиков, пришлось клепку заме­
нить сваркой Пегов "сам сделал необходимые эскизы, так как уже не хватало чертежников и разработчиков чертежей. Под его руководством старший мастер кор­
пусного цеха Д. С. Никифоров обеспечил успешное вы­
полнение задания командования КБФ к установленно­
му сроку. Надо сказать, что сделано это было вовремя, ибо фа­
шисты не заставили себя долго ждать с «проверкой» ка­
чества работы балтийцев. Числа двадцатого марта в воздухе появились «юнкерсы». Дружно ударили по ним зенитные автоматы кораблей, и вражеские пилоты тут же ретировались восвояси. Через три дня гитлеровцы совершили могцный артиллерийский налет на террито­
рию завода. Подобного удара мы не испытывали за все предыдущие месяцы блокады. В тот день погибли мно­
гие наши товарищи. Всего за полгода от вражеских ар­
тиллерийских и воздушных налетов и в результате ди­
строфии на нашем заводе погибло тысяча восемьсот судостроителей... Апрель выдался тяжелейший. Четвертого числа в налете на город Ленина участвовали десятки враже­
ских бомбардировщиков. Гитлеровцы пытались уничто­
жить боевые корабли и основной удар наносили по ним. Вот где наглядно сказалась работа Н. П. Пегова и всех, кто занимался установкой зенитных автоматов на кораблях. Моряки плотной огневой завесой прикры-
164 ли линейный корабль «Октябрьская революция», крей­
серы, лидер «Ленинград» и эскадренные миноносцы. Небо пылало огнем. Огромные султаны воды с битым льдом взлетали над Невой. Грохот стоял неимоверный. Объятые пламенем, оставляя за собой шлейфы черного дыма, падали сбитые «юнкерсы». Враг получил по за­
слугам. В ночь на 5 апреля фашисты снова пытались про­
рваться к кораблям, и их вновь отогнали мощным за­
градительным огнем. Наступило лето. Работать стало несколько легче. Не одолевали больше морозы, стало лучше и с продоволь­
ствием. Подвели мы некоторые итоги своей жизни за минувший год войны. Рабочие Балтийского завода пе­
режили 360 воздушных тревог, 25 артиллерийских нале­
тов, многократные удары авиации противника. И, не­
смотря на все трудности и опасности, отремонтировали за год линейный корабль, два крейсера, пять эсминцев, три подводные лодки и один лидер. В июле 1942 г. меня назначили старшим строителем эскадренного миноносца «Сторожевой», ожидавшего ре­
монта. 28 июня 1941 г., во время минной постановки в Ирбенском проливе, взрывом немецкой торпеды «Сто­
рожевому» оторвало носовую оконечность Поврежден­
ный эсминец отбуксировали в Усть-Двинск, а затем в Кронштадт и в Ленинград. Мнений о порядке и методе восстановления корабля оказалось более чем достаточно. В конце концов реши­
ли построить новую носовую оконечность на малом ста­
пеле у цеха, а спустить ее на воду после постройки так же, как в свое время и оконечность для эсминца «Страшный». Примерно через неделю мы встретились с командую­
щим эскадрой КБФ вице-адмиралом В. П. Дроздом и уполномоченным ГУК НК ВМФ в Ленинграде А. К. Усы-
скикым. — Как и из чего будете строить носовую оконеч­
ность? — Как строить, решили. А вот из чего строить, не знаем, металла у нас в обрез... — А что, если использовать носовую оконечность миноносца другого типа? — предложил Усыскин.— Он, правда, несколько отличается по конструкции от кор­
пуса «Сторожевого». — Не беда, сладим! И закипела работа. 165 Проект восстановления «Сторожевого» был разра­
ботан в КБ нашего завода, которое возглавлял С. А. Ба* зилевский. Над ним много потрудились начальники от­
делов КБ П. Н. Кочеров и Н. А. Агафонов, инженеры М. П. Батуро, В. И. Гуляев, М. Ш. Шифрин, конструк­
тор В. К. Юрашко и другие. Старшим строителем и моим первым помощником стал В. И. Афанасьев, по электромеханической части—• старший мастер 21-го цеха С. М. Егорев, с которым мы дружно работали на ремонте «Страшного», строителем по механической части — К- В. Скляренко. Было над чем поломать голову — предстояло изго­
товить часть корпуса (с 0 до 72-го шпангоута), надстрой­
ки, фок-мачту, носовую трубу, многие вспомогательные устройства, а потом установить их. Корпусные конст­
рукции следовало доставить таким же способом, как это было сделано для эсминца «Страшный». Однако многое изменилось с тех пор. Хотя враг был останов­
лен и война приняла позиционный характер, рабочие были истощены, все резервы материалов исчерпаны, многие опытные судостроители погибли или были при­
званы в армию. Несмотря на это, задача была постав­
лена и в осажденном Ленинграде рассматривалась как боевой приказ. И опять деликатную работу по достав­
ке носа поручили В. Л. Степанову. Он мастерски пре­
одолел все трудности, и вскоре на малом стапеле бал­
тийцы приступили к сооружению носовой оконечности для «Сторожевого». Помимо этого следовало погрузить и установить ко­
тел в 1-м котельном отделении и отремонтировать ко­
тел во 2-м, смонтировать вооружение и радиоаппарату­
ру. На заводе к тому времени иссякли запасы металла, не было деталей для комплектации котла и целого ряда других - изделий и механизмов для корабельных уст­
ройств. Короче говоря, предстояло не ремонтировать эсми­
нец, а восстанавливать его. За дело взялись бригада сборщиков Н. А. Блохина, бригады монтажников П. Ф. Брындина и Т. К- Самосей-
ко, мастера И. 3. Мальта. Благодаря круглосуточной ра­
боте судостроителей и краснофлотцев, которых выдели­
ли нам в помощь, к началу октября 1942 г. носовая око­
нечность была готова. Ее спуск на воду назначили на 9 октября. В тот день мы опять встретились с вице-адмиралом В. П. Дроздом. Валентин Петрович специально приехал, 166 чтобы посмотреть, как пройдет спуск носовой части и ваводка ее в док. С ним был какой-то военный моряк. — Знакомьтесь,— сказал мне Дрозд.— Командир »сминца «Сторожевой» капитан второго ранга Новак. Спуск прошел благополучно. Капитан второго ранга В. Р. Новак живо интересовался ходом ремонта. Когда же узнал, что нет приборов управления стрельбой ору­
дий главного калибра, исчез на целый день. Появился лишь к вечеру и радостно сообщил: — Приборы будут завтра! г — Где достали? — В училище имени Фрунзе. Там, к нашему счастью, хранился целехонький учебный комплект. Комфлотом приказал выдать его нам. Приборы были быстро найдены, но гораздо сложнее обстояло с носовой артиллерийской установкой. «Сто­
рожевой» построили еще в годы второй пятилетки. На нем тогда были установлены две баковые пушки в диа­
метральной плоскости. Естественно, что в конце 30-х годов отечественная судостроительная промышленность давала флоту более совершенные корабли, на которых было и иное вооружение. Поэтому, после раздумий, мы решили ставить на баке «Сторожевого» спаренную двух-
орудийную установку, применявшуюся на современных кораблях. 20 октября носовую оконечность вывели из дока и поставили на достройку к заводской стенке. Затем кор­
пус эсминца состыковали с носовой частью в доке Ка­
нонерского завода. Корабль снова встал к стенке Бал­
тийского завода для окончательной достройки. В апреле 1943 г. на «Сторожевом» подняли пар, эс­
кадренный миноносец ожил. 1 мая он плавно отошел от стенки завода и вышел на ходовые испытания по Неве, а через некоторое время был передан КБФ. За ремонт «Сторожевого» командующий КБФ адми­
рал В. Ф. Трибуц в своем приказе объявил благодар­
ность Н. П. Пегову, А. А. Маркову, В. Н. Баркову и другим. Были представлены к правительственным на­
градам П. Н. Кочеров, Я. К. Рудин, Н. Д. Андреев, М. А. Корочкин, М. Е. Семенов, А. А. Якименко и автор этих строк. Мы сделали все, что нужно. И нам приятно было узнавать, что отремонтированные эскадренные минонос­
цы наносят по гитлеровцам мощные огневые удары. Так, эсминец «Страшный» в январе 1944 г., в период оконча­
тельного разгрома немецко фашистских полчищ под 167 Ленинградом, находился в составе первой артиллерий­
ской группы кораблей Кронштадтского оборонительно­
го района и своим огнем поддерживал наступление со­
единений 2-й ударной армии на ропшинском направле­
нии. Эсминцы «Грозящий», «Строгий» и другие наноси­
ли удары по оккупантам, помогая наступлению частей 42-й армии в районе Пулкова. И. А. БЫХОВСКИИ (1908), в годы войны командовал «» В рабочих бригадах — краснофлотцы Тесная традиционная дружба ленинградских судостро­
ителей и моряков Краснознаменной Балтики (в том чис­
ле подводников) особенно окрепла в годы блокады Ленинграда. Тогда они вместе, в холодную и голодную зиму, под вражескими артобстрелами и бомбардиров­
ками, проявили подлинный героизм при работе в тяже­
лейших условиях, на надводных и подводных кораблях. Из боевых походов подводные лодки (ПЛ) возвра­
щались в осажденный Ленинград с серьезными повреж­
дениями корпусов и механизмов — с погнутыми греб­
ными валами, изуродованными винтами и баллерами рулей. Лодки необходимо было ставить в док, но желе­
зобетонный плавучий док стоял тогда в Морском кана­
ле, нещадно обстреливавшемся врагом из Стрельны. Приведенный же из Таллина стальной плавучий док был к тому времени выведен из строя немецкими сна­
рядами. Из-за сложной ледовой обстановки поврежден­
ные ПЛ нельзя было перевести в Кронштадт, чтобы воспользоваться его сухими доками. Таким образом, проблема докования ПЛ стала исключительно трудной. Выход из положения нашел на­
чальник технического отдела КБФ Н. Н. Кудинов. Осе­
нью 1941 г. он, его заместитель Н. Е. Гончаров, дивизи­
онный инженер-механик И. Р. Рамазанов и автор этих строк проходили по Калашниковской набережной, у стенки которой стояли наши «эски» — подводные лод­
ки С и их плавбаза «Смольный»! Неожиданно Николай Николаевич Кудинов обратил наше внимание на две несколько необычные деревянные баржи, ошвартован­
ные у стенки вблизи ПЛ. В их кормовых частях были видны двустворчатые деревянные ворота. Выяснилось, что баржи эти — плавучие доки, построенные на Свир-
168 ской верфи по заказу Северо-Западного речного паро­
ходства для докования плоскодонных судов водоизме­
щением до 1000 тонн. — Вот вам и доки для подводных лодок! — обрадо-
ванно воскликнул Николай Николаевич. — Но ведь они метров на двадцать короче не толь­
ко наших «эсок», но даже и «щук»,— засомневался Рамазанов. - -
— Ну-и что ж, разве нельзя подвесить корму ло­
док на понтонах?— спросил Кудинов. -
Это было так просто и убедительно? Под руководст­
вом Н. Е. Гончарова подводники со «Смольного» без особого труда соорудили на днищах обеих барж киль­
блоки— опоры для подводных лодок, а технический от­
дел КБФ разработал технологию докования с примене­
нием понтонов. В этих примитивных деревянных пла­
вучих доках многократно проходили докование ПЛ средних размеров. По просьбе командования КБФ из­
вестный ленинградский ученый-кораблестроитель, до­
цент ЛКИ В. В. Семенов-Тян-Шанский произвел необ­
ходимые расчеты остойчивости средних ПЛ при их до-
ковании в деревянных доках-баржах. Деревянные плавучие доки были укомплектованы небольшой командой во главе с доковым мастером, ин­
женером Д. А. Кругловым. Этот подлинный энтузиаст и большой специалист своего дела вспоминал, как до­
водилось доковать в подобных примитивных сооруже­
ниях боевые ПЛ: «К борту плавдоков для их обслужи­
вания поставили транспорт «Нева». Перед притоплени-
ем плавдока вручную открывали его ворота — батопорт, а затем, используя кран транспорта, загружали док сотней тонн твердого балласта в виде бетонных блоков. Плавдок погружался в воду. После ввода «подвесной» лодки в док я облачался в водолазный скафандр и из-
под воды по телефону руководил постановкой лодки на кильблоки. Затем твердый балласт тем же краном вы­
гружали на стенку набережной, а воду откачивали за борт помпой с «Невы». По мере всплытия дока с под­
водной лодкой под выступавшую наружу корму послед­
ней подводили понтон». Объем доковых работ на ПЛ был весьма велик и в обычных условиях мог быть выполнен только в завод­
ских цехах. Однако работы на лодках велись вдали от судостроительных предприятий, и приходилось довольст­
воваться лишь станками небольшой аварийной мастер­
ской плавбазы «Смольный». Работала в доках бригада 169 корпусников с Балтийского завода и с «Судомеха». С ее помощью личный состав ПЛ и краснофлотцы ремонтной роты «Смольного» выполняли все многообразные доко­
вые работы. Среди краснофлотцев имелось немало ква­
лифицированных специалистов, например, сварщик Крутиков, кузнец Елкин, до мобилизации трудившиеся на ленинградских судостроительных предприятиях. Ко­
мандование флота выделило из своих скудных запасов дополнительное питание, которое поддерживало силы истощенных голодом рабочих. Руководил доковыми работами старший мастер Бал­
тийского завода инженер В. С. Харитонов. Основное внимание он уделял восстановлению прочности корпу­
сов ПЛ, обшивка которых была ослаблена многочис­
ленными вмятинами. Заменять деформированные листы обшивки новыми вне заводских условий было невоз­
можно, да и времени на это ушло бы много. Обрати­
лись за помощью к ленинградским ученым-кораблестро­
ителям Ю. А. Шиманскому и В. Ф. Сегалю, которые разработали упрощенный метод восстановления проч­
ности корпусов за счет приварки ребер жесткости к обшивке, ослабленной вмятинами, а поверх них — обте­
кателей из листовой стали. В тех случаях, когда требовалось выпрямлять по­
гнутые кованые штевни или заменять их вновь изго­
товленными, подлинным виртуозом показал себя красно­
флотец-кузнец со «Смольного» Елкин. В ноябре 1941 г. ПЛ С-7 вернулась с моря; взры­
вом немецкой глубинной бомбы на лодке искорежило гребные винты. Водолазы «Смольного» сняли винты и лебедкой подняли их на палубу базы. Винтов для за­
мены не было. Дивизионный инженер-механик И. Р. Ра­
мазанов принял небывалое в судостроительной практи­
ке решение: организовать на плавбазе «Смольный» восстановление лодочных гребных винтов. Начальником мастерской на «Смольном» только не­
давно назначили О. Г. Брянского — инженера-корабле­
строителя, работавшего в мирное время старшим кон­
структором на Адмиралтейском заводе. Осип Григорь­
евич с началом войны ушел добровольцем в народное ополчение, сражался под Ленинградом, был ранен и сильно контужен. В госпитале Брянского разыскал не­
утомимый Рамазанов и добился, чтобы инженера по излечении назначили на плавбазу «Смольный». Туда же Рамазанов успел пристроить краснофлотцами не­
скольких обессилевших от голода высококвалифициро-
170 ванных судостроителей, в том числе адмиралтейца сле­
саря-монтажника Виктора Федичкина и газосварщика с Балтийского завода Константина Крутикова. Забегая вперед, расскажем о дальнейшей судьбе ин­
женера О. Г. Брянского. Прослужив около года на «Смольном», он добился назначения командиром ма­
шинной группы на ПЛ С-7. В первом же боевом похо­
де С-7 Брянский показал себя способным командиром, хорошим подводником. Он проявил настоящую отвагу и сообразительность во время боевых атак ПЛ и был на­
гражден орденом Красного Знамени. К сожалению, Осип Григорьевич погиб вместе со своим кораблем в следующем боевом походе. «Это был ценный на под­
водной лодке офицер, умевший всегда создавать в эки­
паже благоприятный климат» — так отозвался о Брян­
ском его бывший командир, ныне Герой Советского Со­
юза, капитан первого ранга в отставке С. П. Лисин. По заданию Рамазанова Брянский сразу же при­
нялся осваивать газовую сварку цветных металлов и создавать сварочное производство при мастерской плав­
базы. Необходимую газосварочную аппаратуру подвод­
ники раздобыли на «Красном выборжце», карбид каль­
ция достали на Адмиралтейском, а кислород — на Бал­
тийском заводах. Газосварку гребных винтов, у которых были отбиты куски лопастей, осваивал Константин Крутиков. Но де­
ло у него долго не клеилось. Вот что писал об этом тогдашний инженер-механик С-7 Виктор Емельянович Корж: «Бронзовые швы получались пузырчатыми, не­
прочными. Чего мы только не делали! В качестве под­
ложки испытали кирпич, асбест, паронит, керамику; И все без толку!» ' — Без графита ничего не получится,— сказал Ра­
мазанов... Нашли графит в... Александро-Невской лавре. При­
везли на «Смольный». Сварка наладилась. Шов полу­
чался ровный и прочный. «Раньше мы,-вспоминал В. Е. Корж,—- старались выправить каждую искорежен­
ную лопасть винта, как бы она ни была помята. Те­
перь расхрабрились: просто отрезали деформированную часть и приваривали новую. Но хлопот с винтами, ко­
нечно, оставалось еще много. Винт нужно было довести до лекального профиля, отполировать каждую лопасть, а затем отбалансировать». 1 Корж В. Е. Запас прочности. М., 1966, с. 15. т , Работами по восстановлению гребных винтов руко­
водили мастер плавбазы «Смольный» главстаршина Но­
виков и старший краснофлотец Федичкин — судострои­
тели высокой квалификации, смекалистые и очень ини­
циативные люди. В бригаду Виктора Федичкина вхо­
дили краснофлотцы Кузнецов и Кашин, до призыва на флот работавшие слесарями-монтажниками. Первый из них до войны строил суда в Поволжье, второй — быв­
ший мастер с «Электросилы». Они вручную обрубали позрежденные лопасти гребных винтов, иногда почти до самой ступицы, и вручную же изготавливали новые лопасти, опиливая напильниками неподатливую бронзу до тех пор, пока лопасть не приобретала нужную криво­
линейную форму. Несколько позднее, когда удалось при­
менить для этой операции пневматический инструмент, работа значительно ускорилась, хотя сильно увеличился расход драгоценного в то время сжатого воздуха. Старший краснофлотец — газосварщик Крутиков и мастер-газорезчик Закаржевский приваривали новые лопасти или части их к ступице винта или к остаткам старых лопастей, а затем несколько других краснофлот­
цев долго и терпеливо опиливали и шлифовали до нуж­
ных размеров восстановленные винты. И задания вы­
полняли в установленные сроки. Особенно много труда потребовала балансировка восстановленных винтов. Эту тонкую операцию выпол­
нял Федичкин на специальном балансировочном устрой­
стве, изготовленном по чертежам, разработанным Фе-
дичкиным и Брянским, и смонтированном непосредст­
венно на палубе «Смольного». Виктор Илларионович Федичкин (после войны он окончил ЛКИ и стал инже­
нером-судостроителем) вспоминал: «Особенно трудоем­
ким оказался ремонт гребных винтов подводной лодки С-9, которая в 1942 г. возвратилась из боевого похода с настолько изуродованными обоими движителями, что их лопасти пришлось начисто обрубать вплоть до са­
мой ступицы». Восстановление гребных винтов. ПЛ потребовало от моряков-подводников и рабочих-судостроителей блокад­
ного Ленинграда огромных усилий — только за время блокады изготовили 33 лодочных винта. И ни одна ПЛ КБФ надолго не теряла своей боеспособности из-за от­
сутствия или неисправности гребных винтов. Был создан даже кое-какой запас отремонтированных движителей, благодаря чему порой оказывалось достаточным всего несколько дней, чтобы ввести в строй ту или иную ПЛ, 172 потерявшую боеспособность из-за повреждения винта. Так, всего четверо суток потребовалось, чтобы отремон­
тировать ПЛ Щ-325, оставшуюся без обоих винтов. Ленинградский судостроитель Л. М. Маневич, участ­
вовавший в ремонте ПЛ в годы блокады, особенно теп­
ло вспоминает о трудовых подвигах заслуженного ин­
женера Адмиралтейского завода К. Ф. Терлецкого: «Во время блокады никаких эскизов не выпускали, а кон­
структорские решения рисовали мелом на куске фанеры или прямо на лодочной переборке. Именно по таким «чертежам» К. Ф. Терлецкого, руководившего ремон­
том почти всех средних подводных лодок, мы выполня­
ли и предъявляли к сдаче все работы». Мне довелось близко познакомиться с К. Ф. Тер-
лецким еще в довоенные годы, когда Константин Филип­
пович, как старейший подводник, выступил с интерес­
нейшими воспоминаниями на корабельном празднике ПЛ «Пантера», которой в ту пору я командовал. Как-то ноябрьским утром 1941 г. Терлецкий, проез­
жая на велосипеде по набережной Большой Невки, окликнул меня: — Здорово, командир! Как поживает твоя славная «Пантера»? Разговорились. «У кого что болит, тот про то и го­
ворит»,— гласит поговорка. — «Пантера» стоит за мостом Свободы, вдали от плавбазы «Ока», из-за этого для отопления не может воспользоваться ее паром. Перемерзнут все трубопро­
воды. Что делать? Подскажите, Константин Филиппо­
вич. — А ты, командир, обзаведись собственным отопи-
телем. У опустевших заводских стенок судостроитель­
ных заводов теперь скопилось целое кладбище разби­
тых снарядами посудин. Наверняка найдется какой-ли­
бо буксиришко с еще целыми котлом и машинами — он и выручит тебя, командир. Пошли-ка своих орлов хоро­
шенько порыскать, они все найдут! Мысль была ценной. Старшина группы мотористов Александр Кононов и его командир отделения Николай Сустин отправились на поиски. Оба они до призыва ра­
ботали механиками на волжских судоремонтных заво­
дах и хорошо знали паровые машины. Вскоре панте-
ровцы вернулись и доложили, что в ковше адмиралтей-
цев стоит разбитый портовый буксир КП-20. Все его 173 надстройки, включая мостик и дымовую трубу, начи­
сто снесло вражескими снарядами. В палубе зияет ды­
ра. Не буксир, а куча изуродованного металлолома. Однако машина и котел целехоньки! За четыре дня бригада пантеровцев привела буксир в сносное состоя­
ние: вместо мостика соорудили деревянный помост, устанозили дымовую трубу, взятую с какого-то траль­
щика, к перу руля вместо румпеля прикрепили дере­
вянный брус. Уже наступили сумерки и закрутила ме­
тель, когда я повел буксир по Неве к «Пантере». Все команды в машину кричал через дыру "в помосте, а ко­
гда требовалось изменить курс — показывал рукой, ку­
да переложить руль, и тогда ребята грудью навалива­
лись на импровизированный румпель. Раздалось громкое «Ура!», когда мы ошвартовали буксир у борта своего корабля. Через полчаса наши трюмные наладили шланги, и долгожданный парок по­
шел в окоченевшую лодку. К сожалению, в бункерах буксира оставалось не более тонны угля. Тогда вспом­
нили, что осенью 1941 г. возле Гренадерского моста вражеской авиабомбой была потоплена угольная баржа, нос которой торчал из-под воды. Организовали «подвод­
ную шахту» — пробили во льду майну и ведрами из-
под воды добывали драгоценный уголек, а затем на салазках возили его на КП-20. Это была тяжелая, но весьма нужная работа,— обеспечили топливом на всю зиму 1941/42 г. не только «Пантеру», но и другие ПЛ, стоявшие вблизи нее. ...В послевоенное время мне довелось быть на спуске танкера «София», и там я снова встретился с Констан­
тином Филипповичем Терлецким. От всего сердца побла­
годарил маститого кораблестроителя за ценный совет, позволивший в блокадную годину сохранить боеспосдб- . ной нашу «Пантеру». * * * В октябре 1942 г. на ПЛ Щ-304 в самом начале бое­
вого похода вышел из строя цилиндр левого дизеля. Лодка была вынуждена возвратиться в Ленинград. Осмотр аварийного дизеля комиссией во главе с флагманским инженером-механиком бригады подводных лодок Е. А. Веселовским показал, что разбиты цилиндр и поршень, погнут шатун, поломан распределительный вал, а в корпусе блока трещина. Ни у кого не было сомнений, что лодочный дизель требуется заменить но-
174 вым. Но где его раздобыть в условиях блокады? Одна­
ко, даже раздобыв, как выгрузить поврежденный ди­
зель из отсека и погрузить в него новый? Для этого по­
надобилось бы разобрать обшивку клепаного корпуса лодки, а по окончании работ снова ее заклепать. Сде­
лать это было невозможно силами личного состава ко­
рабля, да вдобавок вне заводских условий. В то же время каждый понимал, что нельзя лишиться боевой подводной лодки в столь трудный период. — Будем восстанавливать левый дизель сами, в от­
секе, не выгружая его из лодки! — решил Веселовскин. — Сказки рассказываете, Евгений Александрович. Мыслимо ли? — прищурясь, осведомился командир Щ-304 капитан третьего ранга Афанасьев. — Мы рождены, чтоб сказку сделать былью...— про­
пел в ответ Веселовский и, уже серьезно, добавил:—» Мыслимо! Мы отыскали на одном из складов блок та­
кого же дизеля... Флагманский инженер-механик, опытный дизелист сразу же определил, что все будет зависеть от того, удастся ли заварить трещину в дизельном блоке. Весе­
ловский знал, что в мастерской плавбазы «Смольный» служит старший краснофлотец Крутиков, до войны ра­
ботавший газосварщиком на Балтийском заводе. Слава о Константине Николаевиче Крутикове как о специали­
сте высшей квалификации и настоящем виртуозе по ча­
сти сварки шла по кораблям. На помощь этого чело­
века и рассчитывал флагмех, принимая решение. Вызванный на лодку Крутиков, увидев аварийный дизель, невольно воскликнул: — Ну и распотрошило же тебя, бедолагу! Узнав о замысле Веселовского, он внимательно про­
щупал блок, а затем обратился к флагмеху: — Чтоб заварить, понадобятся медные электроды. Тут же разработали четкий график работ. Лодочные мотористы вместе с разысканным в Ленинграде опыт­
ным монтажником Василием Михайловичем Комоловым приступили к разборке аварийного дизеля. Используя дифференциальные тали, они сняли двигатель с фунда­
мента, подняли и подвесили его на цепях к подволоку дизельного отсека. Затем разобрали и удалили почти всю «начинку» дизеля. Василий Комолов с трудом вырубил зубилом по­
врежденные трещиной участки аварийного блока и по месту вырубки изготовил специальный шаблон. На бе­
регу лодочные мотористы по этому шаблону выпилили 175 из корпуса запасного дизельного блока вставку. Она весила несколько десятков килограммов, ее с трудом погрузили в лодку через кормовой входной люк. В ди­
зельном отсеке вставку подогнали по месту и устано­
вили в подготовленное отверстие в блоке. Блок и встав­
ку накрепко скрепили винтовыми стяжками, а затем Константин Крутиков приступил к сварке. Изогнув­
шись в очень тесном пространстве под дизелем, он ра­
ботал, обливаясь потом. Соединение в подобных усло­
виях блока со вставкой являлось ювелирной операци­
ей; ее приходилось из-за жары прерывать каждые три-
четыре минуты. Несколько дней потребовалось, чтобы завершить сварку. Выполнена она была аккуратно. Блок дизеля оказался восстановленным! Втулку цилиндра, поршень, шатун и распределитель­
ный вал для замены поврежденных подводники разы­
скали на складах береговой базы соединения. Двига­
тель смонтировали, запустили вхолостую, а затем он в течение сотни часов проработал, заряжая лодочную ак­
кумуляторную батарею. ПЛ была возвращена в строй и готова к выполнению боевых заданий. Не прошло и трех недель с начала ремонтных работ, как Щ-304 вновь вышла в море. Трудовой подвиг газосварщика Констан­
тина Крутикова был по достоинству оценен командую­
щим КБФ адмиралом В. Ф. Трибуцем, который вручил ему орден Красной Звезды. И Крутиков оправдал вы­
сокую награду. В 1944 г. он смело пошел на то, чтобы заварить при помощи электросварки большую трещину на внутренней топливной цистерне ПЛ С-13, заполнен­
ной соляром. В сентябрьскую ночь 1942 г. ПЛ К-56, следовавшая с ходовых испытаний на Кронштадтских рейдах, неожи­
данно села на мель при входе в Неву. Фарватер про­
стреливался врагом из Стрельны, и нужно было успеть уйти до наступления рассвета. Попытки сняться с мели, используя переменные хода под электромоторами, ока­
зались безуспешными. Тогда командир лодки капитан третьего ранга Гольдберг вызвал на мостик заводского дизелиста Иванова. — Николай Николаевич, чтобы сорвать лодку с ме­
ли, нужно выжать из дизелей больше, чем они могут дать! — обратился он к механику. — Понял, командир. Будет сделано! 176 ' Вместе с лодочным инженером-механиком Синиченко Иванов встал на пост управления двигателями. Вскоре с мостика поступила команда: — Самый полный назад! Николай Николаевич рискнул и вместо максималь­
ных по инструкции 380 оборотов дал 420. Лодка вздрогнула и рванулась назад, однако в тот же миг в картере одного из цилиндров левого дизеля раздался сильный стук. В соответствии с инструкцией следовало немедленно застопорить левый дизель и счи­
тать его вышедшим из строя. Но старый дизелист Н. Н. Иванов понимал обстановку и, не задумываясь, пошел на новый риск (ему некогда было даже посо­
ветоваться со стоявшим рядом Синиченко). Он не за­
стопорил аварийный двигатель, а быстро перекрыл под­
вод масла от системы охлаждения аварийного поршня, чтобы обеспечить подачу охлаждения к остальным ци­
линдрам. Новый сильный рывок сделал свое дело: К-56 сошла с мели и благополучно ошвартовалась у стенки Калашниковской набережной. Когда осмотрели аварийный дизель, оказалось, что догадка Иванова была правильной: действительно, в результате перегрузки вышла из строя система охлаж­
дения поршня одного из цилиндров. — А ведь без охлаждения мы могли бы заклинить поршень, Николай Николаевич!—заметил помощник Иванова, Константин Антонов, который тоже являлся специалистом высокой квалификации. — И то верно, Костя, могли бы! Но ведь нужно было выходить из-под обстрела! Когда в 1942 г. вышел из строя городской водопро­
вод и прекратилась подача воды даже хлебозаводам, городские власти обратились за помощью к подводни­
кам с К-56, стоявшей рядом с водопроводной станцией. Вместе с моряками в ликвидации аварии приняли уча­
стие дизелисты Иванов и Антонов. Работали круглосу­
точно и небывало быстро; полностью перебрав оба ста­
ционарных дизеля, ликвидировали последствия аварии; станция снова дала городу необходимую воду. Пожалуй, на Балтике в начале войны ни на одну ПЛ не было сброшено столько глубинных бомб, сколько до­
сталось их С-4. Она возвратилась в Ленинград в силь­
но поврежденном состоянии. Когда бригада старшего 177 мастера Балтийского завода А. М. Горчаникова при­
была на лодку для ремонта, ей показалось, что это уже не боевой корабль, а куча поврежденных, поломанных и изуродованных механизмов и устройств, к тому же со­
рванных со своих фундаментов. Вместе с личным составом лодки сразу же приступ пили к восстановлению ее боеспособности слесари-мон­
тажники Балтийского завода В. А. Кравченко, Н. В. Би­
рюков, Н. Д. Андреев, Н. А. Подлипаев, медник Руса­
нов и другие. Все они были сильно истощены и еле дер­
жались на ногах, но своих рабочих мест не покидали. По предложению командира ПЛ капитана третьего ранга Абросимова и инженера-механика Колушенко под­
водники приняли ремонтников на котловое довольствие. И это было воспринято должным образом. Подменяя друг друга только для того, чтобы тут же в отсеке ча­
сок-другой соснуть или проглотить миску жидкой по­
хлебки, рабочие-балтийцы продолжали восстанавливать корабль. Всего за месяц 'с небольшим были отремонти­
рованы рулевое устройство, арматура судовой вентиля­
ции, гидравлики и других систем, установлены на свои места и надежно закреплены на фундаментах все со­
рванные с них механизмы и приборы. В результате бомбежек на лодке была повреждена линия вала, нарушена ее центровка, вышли из строя соединительные муфты. В ремонте лодки участвовали монтажники И. В. Беляев и А. И. Кузнецов. Принимал работу представитель флота Н. И. Лебедев. Все шло хорошо. Вот-вот С-4 должна была снова возвратиться в строй, но случилось непредвиденное. Неожиданно на лодке во время зарядки аккумуляторной батареи про­
изошел взрыв, и — новая авария. Снова пришлось браться за работу. На этот раз больше других потрудились лодочные электрики, кото­
рые совместно с аккумуляторщиками Балтийского за­
вода Кровенко и Г. Муравьевым под руководством стар­
шего мастера А. М. Горчаникова выгрузили из лодки аварийную группу аккумуляторов, заново смонтировали батарею. Это было нелегко в условиях блокады, но су­
достроители и подводники справились с задачей. Осенью сорок первого года в Ленинграде оказалось несколько крейсерских подводных лодок типа К, ко­
торые подводники и судостроители любовно именозали 178 / «катюшами». Лодки требовали достройки. Перед ленин­
градскими судостроителями и балтийскими подводни­
ками была поставлена задача: в самые сжатые сроки ввести в строй ПЛ К-52 — она имела наибольший про­
цент готовности,— а затем и остальные. • Поскольку кадровых судостроителей осталось немно­
го, основная тяжесть работ легла на личный состав ко­
раблей. Рабочие являлись лишь инструкторами и на­
ставниками подводников, осваивавших судостроитель­
ные специальности. Краснофлотцы, старшины и офице­
ры (некоторые из них в прошлом были судостроителя­
ми) поневоле становились рабочими. Вводом в строй больших крейсерских ПЛ ведал их главный конструктор М. А. Рудницкий, а строителями являлись инженеры И. Л. Каменецкий, Н. В. Усков, Л. Н. Кабранов и С. С. Покровский. В работе прини­
мали активное участие также лодочные инженеры-меха­
ники А. Ф. Барсуков, А. И. Савенко, А. М. Козловский и В. И. Синиченко. Заводские строители, бригадиры и мастера, при поддержке партийной организации, с ог­
ромным трудом обеспечивали работы необходимыми материалами, оборудованием и инструментами. Капитан первого ранга в отставке А. Ф. Барсуков, активно участвовавший в работах на ПЛ К-51 и К-52 в блокадные годы, вспоминал, как зимой 1941 г. в одной из лодочных балластных цистерн после завершения ра­
бочего дня подводники обнаружили двух рабочих-мон­
тажников Адмиралтейского завода, скончавшихся от го­
лода... Барсуков вспоминал и о другой трагедии: «Как-
то на подводной лодке К-52 срочно потребовалось при­
варить одну деталь. Я послал своего моториста разы­
скивать опытного заводского сварщика Федорова. Вскоре краснофлотец возвратился и доложил мне, что Федоров умер на рабочем месте». В ту трудную пору строитель подводных лодок И. Л. Каменецкий пользовался особым уважением и любовью не только судостроителей, но и подводников. Этот скромный человек постоянно и в нужный момент оказывался на самом трудном участке и приходил на помощь своими дельными советами 41 предложениями. Он всегда находил какое-либо необычное, смелое реше­
ние для преодоления возникавших технических трудно­
стей. Как будто из-под земли раздобывал необходи­
мую деталь, инструмент, сварочное оборудование. Как-
то он разыскал сварочную аппаратуру для сварки внут­
ри корпуса лодки. Вместе с группой подводников Ка-
179 менецкий разобрал аппаратуру и по частям доставил ее на трамвае к заводской проходной, от которой уже на руках краснофлотцы перенесли тяжелый груз на лодку. Однажды во время артиллерийского обстрела Каме-
нецкий был тяжело ранен. В больнице его навещали не только товарищи-судостроители, но и подводники, при­
носившие все, что только могли, для поддержания сил своего товарища. На ПЛ типа К необходимо было установить и отла­
дить дизели мощностью 4200 л. с, каких до того на отечественных подводных кораблях еще не было. Эту сложную работу выполняли лодочные мотористы под руководством инженеров и шеф-монтажников с заво­
дов. Большую помощь в этом деле оказывали подвод­
никам инженеры И. И. Череватенко, Л. И. Лакша, Н. Д. Корнилов, мастера Феклистов, Ф. С. Гудинов и шеф-монтажники Ф. К. Курский, Филатов, И. Я. Беля­
ев, Н. Н. Иванов и А. Антонов. Многие из них были удостоены государственных наград. В монтаже электрооборудования на ПЛ типа К при­
нимала участие бригада высококвалифицированных специалистов с завода «Электросила» во главе с масте­
ром И. А, Алешиным (монтажники Макаров, Васильев, Кашин и Голубев). Всеми работами по установке и монтажу на лодках аккумуляторных батарей руководил мичман А. О. Московкин, в мирное время работавший мастером-аккумуляторщиком. Монтажом торпедных ап­
паратов и отладкой компрессоров на лодках занима­
лись братья Богдановы, имевшие в этом большой опыт. К лету 1942 г. судостроителям удалось отремонтиро­
вать и ввести в строй поврежденный вражескими сна­
рядами стальной плавучий док, который поставили воз­
ле Петропавловской крепости на Неве; в нем осуществ­
ляли докование крейсерских ПЛ. К началу кампании 1944 г. судостроители и подвод­
ники блестяще выполнили задание ГКО и ввели в строй четыре большие крейсерские ПЛ, достроенные в усло­
виях блокады города. Эти корабли явились мощным подкреплением для Краснознаменного Балтийского флота. * * * Три подводных минных заградителя типа Л к началу войны имели готовность около 60%. Два из них — Л-20 и Л-22 — предназначались для Северного 180 флота. Главный строитель этих кораблей Г. М. Трусов предпринял неимоверные усилия, чтобы спустить их на воду. Строителем третьего подводного заградителя — Л-21, который необходимо было достроить для КБФ, являлся инженер В. Н. Строганов, старшим мастером у него был В. И. Мармель. Это были опытные специали­
сты и крепкие духом люди, на которых Г. М. Трусов мог смело положиться. — Вы, Виктор Николаевич, чаще обращайтесь к под­
водникам. Они все сделают и никогда не подведут, если толково объясните и покажете, что и как надо делать,—• говорил Григорий Мартынович строителю Строганову. К концу сурового 1941 г. у Строганова оставалось всего несколько человек, которые еще кое-как держа­
лись на ногах. А работы на ПЛ невпроворот: необходи­
мо было ставить на фундаменты дизели и отлаживать их на месте. Эту операцию под руководством шеф-мон­
тажников В. М. Комолова и И. В. Беляева выполнили лодочные мотористы-подводники. Электрики лодки во главе с мичманом А. О. Московкиным подготовили акку­
муляторные ямы и смонтировали в них батарею. Особенно большим оказался объем работ по мон­
тажу электрооборудования на Л-21, включая гребные электродвигатели, а также вспомогательные механизмы и устройства. Всеми этими операциями руководили электросиловец Макаров и старший мастер Алешин, а также электрики Московкин, Кашин и Васильев. Работы на подводном заградителе велись под часты­
ми вражескими обстрелами, но не прерывались ни на час. Все трудились по 12—14 часов в сутки и тут же на кораблях, не раздеваясь, засыпали. В результате самоотверженного труда уже в августе 1943 г. почти весь монтаж был завершен и началась подготовка Л-21 к сдаче флоту. Неожиданно во время очередного арт­
обстрела вражеский снаряд попал в борт ПЛ, стоявшей у заводской стенки. Пробив обшивку легкого и прочно­
го корпусов, он разорвался в дизельном отсеке между бортом и правым дизелем. Был разбит дизельный блок, двигатель оказался смещенным с фундамента. Никто не допускал и мысли, чтобы из-за полученных повреждений задержать сдачу подводного заградителя флоту. Все перешли, на круглосуточный график работы, которую иначе как героической не назвать. Чтобы ускорить восстановленние поврежденного двигателя, слесарь-монтажник И. Я. Беляев умудрился на месте, в отсеке, отремонтировать поврежденный снарядом 181 блок. При помощи винтовых стяжек он закрепил солид­
ную «заплату» из листовой стали. Заплата оказалась настолько добротной, что с нею подводный заградитель успешно плавал и воевал до последнего дня войны. В декабре 1941 г., после того, как Г. М. Трусов ор­
ганизовал проведение работ на ПЛ Л-21, он получил но­
вое назначение. Во главе группы из сорока судостроите­
лей-балтийцев он отбыл на Север. Опытному специали­
сту предстояло восстановить силы своих подчиненных, чтобы затем на новом месте завершить работы на за­
градителях Л-20 и Л-22, которые они выполнили в 1942 г. Во время'Великой Отечественной войны рабочие и инженеры ленинградских судостроительных заводов принимали активное участие в ремонте и достройке ко­
раблей, в том числе подводных лодок для КБФ. Но не­
малая доля работы легла и на плечи моряков-подвод­
ников, которые успешно освоили в ту суровую пору многие сложные специальности судостроителей и упор­
но трудились плечом к плечу с рабочими. Всего за вре­
мя войны ленинградские судостроители и военные мо­
ряки-подводники общими усилиями выполнили ремонт и ликвидировали боевые повреждения на ПЛ различ­
ных типов свыше 120 раз, причем в 70 случаях прово­
дилось докование подводных кораблей. Почти на всех ПЛ за этот же период по 2—3 раза были капитально отремонтированы (или перебраны) дизели, электродви­
гатели. Десятки лодочных аккумуляторных батарей бы­
ли восстановлены, а 14 заменены. Кроме того, судостро­
ители и подводники совместно работали по вводу в строй ПЛ и дали флоту десять подводных ко­
раблей. Б. П. ФАВОРОВ (1905), в годы войны — заместитель начальника цеха на Балтийском заводе «Петропавловск» открывает огонь В 1940 году мы узнали, что Балтийскому судострои­
тельному заводу поручена необычная работа — до­
строить тяжелый крейсер «Люгцов», купленный у фа-
182 шистской Германии. Сразу же началась подготовка це­
хов и технологических служб для выполнения новой для нас работы. Была в этом деле, однако, некая весьма де­
ликатная сторона. Крейсер «Лютцов» (впоследствии пе­
реименованный в «Петропавловск») должен был до­
страиваться под техническим руководством немецких специалистов. -Мы не сомневались, что абвер постарается исполь­
зовать в своих коварных целях поездку на длительное время в Советский Союз большой группы немецких су­
достроителей. Поэтому перед нами стояла задача — по­
добрать наиболее квалифицированные, политически зрелые кадры для участия в достроечных работах. По­
мимо всего прочего требовалось показать, что советские рабочие по своему профессиональному уровню ничуть не уступают немецким, а во многих случаях и превосхо­
дят их. <~ На набережной Невы, у достроечной стенки, где должен был пришвартоваться «Лютцов», переделали складские помещения, надстроили второй этаж для от­
дела строителей, названного «Бюро Л». Здесь располо­
жились шеф-монтажники по корпусной и энергетической частям, вспомогательным механизмам, электрооборудо­
ванию и многие другие специалисты. Тут же находился архив, комнаты отдыха, столовая и кухня. Были приня­
ты меры для того, чтобы немецкий персонал, по вполне понятным соображениям, не имел возможности доступа на территорию завода, не относящуюся к работам по «Лютцову». Всех немецких специалистов в заводских автобусах привозили из гостиницы «Астория», где они проживали, до «Бюро Л», а по окончании рабочего дня таким же способом доставляли обратно. .К моменту прибытия крейсера (это произошло осе­
нью 1940 г.) все участники работы из числа наших за­
водских специалистов были уже расписаны по своим местам. Мы, балтийцы-судостроители, разумеется, от­
носились к гитлеровским специалистам настороженно. Однако в деловых взаимоотношениях с германскими спе­
циалистами соблюдали предельную корректность и вы­
держку. В ноябре 1940 г. я был назначен старшим контроль­
ным мастером на крейсер «Лютцов» для приемки за­
конченных работ. Меня предупредили о специфике моих новых обязанностей, которые заключались в следующем: я обязан был сперва принять законченную работу от 183 наших рабочих, затем предъявить ее немецкому мастеру, а уже после него — представителю нашего заказчика. Никаких отступлений от технологической и проектной документации не допускалось. Я быстро установил контакт с немецким персоналом и, благодаря знанию немецкого языка, имел возмож­
ность участвовать в решении возникавших технических задач. Вникнув в укрупненные и детальные чертежи и основательно изучив их, быстро убедился в том, что они во многих случаях не соответствовали друг другу. Так, например, оказывалось, что клапан главного паропрово­
да, подающего пар к турбинам, не подходил к трубе по диаметру. Многие чертежи одних систем не совмещались с чертежами других систем или устройств. Так, на ме­
сте вентиляционного канала вдруг почему-то оказыва­
лась кабельная /трасса. А столы и шкафы в кубриках, если судить по чертежам, пришлось бы ставить там, где надлежало быть подвесным койкам. По_ принятой системе организации работ все подоб­
ные «недоразумения» должны были устраняться преж­
де всего немецкими и советскими мастерами, а затем начальником нашего цеха и немецким инженером шеф-
монтажником. Прижатый к стене неопровержимыми фактами искажения чертежей, шеф-монтажник, распи­
сываясь в своем бессилии, разводил руками: «Об этом надо запросить фирму». Такое решение вопроса приоста­
навливало работы на неделю-другую. Если к этому до­
бавить некомплектную поставку из Германии различ­
ного корабельного оборудования, то станет ясно, что немцы всячески стремились вопреки контракту сорвать, затормозить достройку «Лютцова». Было много и других трудностей. Так, например, гер­
манские чертежи существенно отличались от наших сво­
ей чрезмерной схематичностью. Это неизбежно приво­
дило на практике к увеличению объема подгоночных ра­
бот на корабле. Иногда оказывалось, что через одно и* то же отверстие в переборке проходят два различных трубопровода. Все это требовало дополнительного со­
гласования и отнимало много времени. По немецкой технологии монтажа сначала собирали самые крупные по диаметру трубы наиболее важных трубопроводов. Такой подход имел свои технологические преимущества. Представлял интерес также способ сбор­
ки легких стальных переборок или дюралевых выгоро­
док, которые составлялись из штампованных, заранее заготовленных полотнищ. Был еще ряд других особен-
184 ностей выполнения монтажных работ по немецкой тех­
нологии, с которыми мы быстро освоились. Корпус крейсера был сварной. Электроды, необходи­
мые для сварки, привозились из Германии, и немцы не разрешали пользоваться нашими электродами. Однако германские поставки задерживались, в том числе и по электродам, и тогда тормозились все сварочные работы. Чтобы найти выход из этого положения, в заводской ла­
боратории исследовали состав обмазки электродов. Удалось подобрать подходящую по составу обмазку, и, когда не хватало импортных электродов, с успехом при­
меняли отечественные. Для решения спорных вопросов завели специальную книгу, в которой левая часть каждой страницы запол­
нялась претензиями советских мастеров, а на правой писал ответы немецкий шеф-монтажник. Одна треть всех ответов гласила: «По этому вопросу будет запро­
шена фирма...» Для погрузки орудийных башен одновременно с крейсером должен был прибыть из Германии плавучий 350-тонный кран фирмы «Демаг». Действительно, кор­
пус крана прибуксировали своевременно, но подъемная стрела «из-за сложности доставки» — объяснили немец­
кие представители — так. и не была доставлена вообще. Только после окончания войны балтийцы сами спроек­
тировали, изготовили и установили стрелу на кране. Вот так, постепенно, день за днем, выполнение ра­
бот на корабле задерживалось, плановые сроки срыва­
лись. Такая тактика представителей немецких фирм, естественно, наводила нас на мысль, что. все это дела­
ется с определенным умыслом, чтобы как можно боль­
ше задержать достройку и ввод крейсера в строй. Ра­
счет при этом был такой: без немцев мы сами, дескать, не справимся с достройкой «Лютцова». Настороженное отношение к немецким специалистам усилилось после того, как стало известно, что они каж­
дое воскресенье на автобусах и легковых автомашинах отправлялись на прогулки в пригороды Ленинграда, якобы для осмотра музеев п достопримечательностей. Но после поездок некоторые немцы делились своими впечатлениями с рабочими завода и при этом упоми­
нали такие детали, на которые обычный турист не обра­
тил бы внимания. Их рассуждения о лротяженности и качестве наших дорог наводили на мысль, что агенты врага тщательно изучают подступы к Ленинграду. Об этих «экскурсиях» мы не раз вспоминали в годы бло-
185 кады, когда гитлеровцы с завидной меткостью обстре­
ливали и бомбили наш родной город и завод. Для немецкого персонала при «Бюро Л» была органи­
зована столовая. Питание — строго в обеденный пере­
рыв. По договоренности пищу приготовляли русские квалифицированные повара, но меню составляли немцы. Нам было хорошо известно, что в гитлеровской Герма­
нии с продовольствием обстояло неважно — в ходу бы­
ли всякие эрзацы. А работавшие на Балтийском заводе немецкие специалисты оказались изысканными гурма­
нами и требовали таких продуктов, которых, бывало, и не достать. Пришлось деликатно умерить гастрономиче­
ский пыл гостей и указать им, что и в гостеприимстве есть свои границы приличия. К весне 1941 г. особенно участились случаи поездок шеф-монтажников (а потом — и целых групп немецких специалистов) в Германию. В таких случаях германские мастера оставались без инженерного руководства и от­
казывались решать даже самые пустяковые зопросы, возникавшие в ходе работ. А в начале июня на завод пришло сообщение, что уехавшие специалисты «задер­
живаются в Германии на неопределенное время»; туда же «просят без задержек откомандировать и всех остальных германских судостроителей». В последнюю неделю перед войной уехал в Германию и главный представитель фирмы. Когда началась война, работы по достройке крейсера «Лютцов» были приостановлены, а все поступившее для него оборудование собрали на спе­
циальном складе. Здесь ящики начали распаковывать. «Мы были предупреждены о возможности «сюрпри­
зов»,— вспоминает участник работ Б. И. Болденков, -ве­
теран 264-го ОПАБа,— и действовали с большой осто­
рожностью, так как знали, что фашисты — мастера на провокации. Но все обошлось без происшествий». Готовность корабля достигала примерно 70%. Уже смонтированы были почти все главные и вспомога­
тельные механизмы, главные котлы, турбо- и дизель-ге­
нераторные установки, водоотливные средства с трубо­
проводами и арматурой. Однако хода корабль пока не имел. Без помощи немецких специалистов ленинград­
ские судостроители ввели корабль в строй. Сперва под­
готовили первую и четвертую башни орудий главного калибра к ведению огня, потом пустили корабельную электростанцию, установили зенитное артиллерийское вооружение. В составе одной из групп кораблей эскадры КБФ 186 крейсер «Петропавловск» встал на огневую позицию в Угольной гавани Ленинградского, порта и 7 сентября 1941 г. нанес свои первые удары по врагу его же 120-ки­
лограммовыми снарядами. А. М. БРЕЕВ (1911—1979), В ГОДЫ ВОЙНЫ — военный представитель на Адмиралтейском заводе Ладожские канонерки 3 июля 1941 г. у стенки Адмиралтейского завода пришвартовалось несколько самоходных грунтоотвоз-
ных шаланд. Появление этих сугубо штатских по своему назначению и внешнему виду судов с вольнонаемной командой на борту вызвало немало толков. —- Что за шаланды появились на заводе? Вывозить металлолом или эвакуировать оборудование?— недо­
умевали одни. — Нет, это грунтовозы, предполагается, вероятно, углублять акваторию завода у достроечной набереж-
• ной. Ну, а шаланды будут отвозить грунт, поднятый землечерпалкой,— говорили другие. Однако об истинном назначении шаланд стало изве­
стно утром 4 июля, когда главный инженер завода С. М. Турунов созвал экстренное оперативное совеща­
ние. — Нам поручено,— сказал он,— срочно переобору­
довать и вооружить грунтоотвозные шаланды, превра­
тив их в канонерские лодки. Из двенадцати шаланд, по­
строенных по нашему заказу в Германии, нам надле­
жит переделать семь. Их водоизмещение — тысяча тонн, главный двигатель — паровая машина в пятьсот сил, скорость хода — до десяти узлов. Вчера вечером к нам пришли первые три шаланды — «Селемджа», «Мо­
сква» и «Амгунь». Основной объем работ касается кор­
пуса, поэтому главные исполнители — цехи корпусный, достроечный, трубомедницкий и малярный. Военный совет фронта дал нам пятнадцать суток на каждый объ­
ект. Да, пятнадцать дней и пятнадцать ночей,— подчер­
кнул главный инженер, взмахом руки как бы отметая возможные возражения.— Мы живем по законам воен­
ного времени, и заказ будет выполнен в срок! Большую часть корпуса шаланд занимали, как и полагалось, открытые трюмы для приема жидкого грун-
«7 та. Когда требовалось выбросить его за бортг открыва­
лись шлюзы с механическим приводом. Машинное отде­
ление, ходовая и радиорубка находились в корме, а жи­
лые и служебные помещения располагались по длине судна. Внешний вид грунтоотвозного судна, окрашенно­
го в темно-серый непривлекательный цвет, с приземи­
стым корпусом, двумя мачтами и кормовой надстройкой производил неблагоприятное впечатление, не имел ниче­
го общего со стройными корпусами боевых кораблей, стоявших на ремонте. — Чтобы выиграть время,— продолжал С. М. Туру-
нов,— надо параллельно с выпуском рабочих чертежей начать изготовление по ним деталей и узлов, собирать конструкции и устанавливать их на судах, монтировать вооружение и другое оборудование. Работа должна быть начата сегодня и вестись на всех трех судах одно­
временно. Общее техническое руководство вооружением и переоборудованием судов возлагаю на старшего стро­
ителя Мадеру. Прошу вас, Авнер Григорьевич, сегодня же составить график работ со сроком окончания на всех еудах 20 июля. Учитывая срочность и сложность дела, привлеките наиболее опытных строителей судов. Жела­
тельно, чтобы на каждом судне был свой строитель. — Савва Матвеевич, у меня и так не хватает рабо­
чих. Здесь же предстоит срочная и трудоемкая работа, для выполнения которой я не имею ни рабочих, ни чер­
тежей,— взмолился начальник корпусного цеха В. Л, Гуревич. — Как организовать, вам виднее, Владимир Льво­
вич, на то вы и есть начальник цеха,— отпарировал главный инженер.— Вам помогут краснофлотцы. А чер­
тежи начнут разрабатывать сегодня же. — Конструкторы не имеют общих чертежей,— заме­
тил начальник КБ Павел Михайлович Алексеев.— Кро­
ме того, пока нет технического задания на вооружение и переоборудование судов, мы не знаем, что будет де­
монтироваться, а что устанавливаться вновь. — Михаил Николаевич, когда можно рассчитывать на получение чертежей общего расположения судов и технического задания на их вооружение и переоборудо­
вание? — обратился Турунов к инженеру Чарнецкому, представителю заказчика. — Техническое задание завод получит завтра. Оно уже подготовлено, но уточняется состав артиллерийско­
го вооружения. На каждом судне, кроме зенитного во­
оружения, надо установить крупнокалиберные пушки. 188 Сейчас этот вопрос решается командованием морской обороны Ленинграда. Что касается чертежей общего расположения, то на судах их, к сожалению, не оказа­
лось. Пытаемся их найти. — Чтобы не терять дорогое время,— подвел итог С. М. Турунов,— я предлагаю сегодня же, не дожидаясь чертежей, приступить к осмотру судов и составлению необходимых эскизов и чертежей по месту. Поэтому, Павел Михайлович, выделяйте своих опытных конструк­
торов и немедленно приступайте к работе. Во второй половине дня бригада проектировщиков, в которую входил и автор этих строк, во главе с ведущим конструктором М. А. Ловягиным приступила к работе. • Михаил Александрович Ловягин после осмотра су­
дов поделился со мной своими впечатлениями: — Не знаю, какие из них получатся боевые корабли, но грунтовозы они отличные. Все сделано основательно и добротно. Поэтому подкрепления под артустановки главного калибра потребуются сравнительно небольшие. Основные работы предстоят по погребам боезапаса, ко­
торые нужно делать заново, и оборудованию кубриков для размещения команды. А. Г. Мадера — человек энергичный и уважаемый в заводском коллективе — сразу же горячо взялся за по­
рученное дело. Он привлекал к руководству работами на судах опытных строителей Н. И. Топтыгина, А. И. Самойленко, Т. В. Арефьева и других квалифици­
рованных специалистов. Все службы завода выполняли новые задания в первую очередь. Вскоре в цехи стали поступать наряды, технолого-Нормировочные карты и на­
чалось срочное изготовление деталей, узлов и конструк­
ций. На шаландах появились первые бригады корпусни­
ков, которые по указанию строителей и наскоро состав­
ленным рабочим чертежам и эскизам приступили к уда­
лению корпусных конструкций, подлежавших замене. Одновременно намечались места для установки нового оборудования, погребов боезапаса и помещений для команды: шло превращение грунтоотвозных шаланд в боевые корабли. Но для того чтобы превратить их в боевые корабли, требовалось не только переделать помещения. Надо бы­
ло еще установить мощное вооружение — на каждом корабле по два артиллерийских орудия калибром 100 или 130 мм, четыре 45-мм полуавтомата и один строен­
ный пулемет. Для них необходимы были прочные фун­
даменты, способные выдержать не только вес воору-
189 жения, но, главным образом, динамические нагрузки при стрельбе. Наконец, нужны были погреба боезапаса с устройствами для подачи его к орудиям, а также раз-
• личные боевые посты. Увеличение численности экипажа до ПО человек потребовало расширения жилых поме­
щений. Кроме того, было еще много других работ: обо­
рудование ходовой и радиорубок, обшивка их противо-
пульной броней; установка дальномера; монтаж перего­
ворных труб и т. д. Чтобы обезопасить корабль от маг­
нитных мин, требовалось смонтировать противоминную систему размагничивания. Экипаж кораблей формировался, в основном, из ма­
шинно-трюмных специалистов команды шаланд и воен­
ных моряков. Командирам и политработникам кораблей предстояло в короткий срок обучить и сплотить разно­
шерстные по составу коллективы. Из-за нехватки рабо­
чей силы личный состав привлекали для корпусодо-
строечных работ, которые выполнялись под руковод­
ством бригадиров или опытных рабочих. Возникли трудности с размещением личного состава будущих кораблей, так как работы на них велись одно­
временно и круглосуточно сразу по всем помещениям. Пришлось потесниться командам кораблей, стоявших на ремонте в акватории завода и вблизи от него. Крас­
нофлотцы и командиры канонерок не только жили на других кораблях, но и проходили там боевую учебу. Метод работы был следующий: газорезкой отделяли заменяемые куски корпуса, демонтировали лишнее обо­
рудование, а вместо них устанавливали изготовленные в цехах детали и узлы, которые подгонялись по месту и фиксировались электроприхватками, а затем скрепля­
лись намертво электросваркой. На смену сборщикам и сварщикам приходили другие специалисты, которые устанавливали тепловую изоляцию во вновь оборудо­
ванных жилых помещениях и зашивали ее листами дюр­
алюминия, монтировали рундуки, подвесные койки и другое оборудование. Одновременно работали электро­
монтажники. Трубопроводчики вели работы по монта­
жу переговорных труб и отопления в жилых помещени­
ях. Механики устанавливали парокомпрессор высокого давления, монтировали воздухопровод и баллоны для хранения сжатого воздуха. Маляры зачищали, шпакле­
вали и красили стены и подволоки новых помещений, погреба боезапаса, монтажники устанавливали корпус­
ные конструкции. Работа кипела, темп ее стремительно нарастал. 190 Уже в первые дни переоборудования судов на завод стали поступать вооружение, приборы управления арт­
огнем и другое оборудование. А вскоре появились ра-
бочие-вооруженцы. Началась установка и наладка ар­
тиллерийских систем. К этому времени основные кор­
пусные работы уже были завершены. Тяжелые тумбы орудий монтировались с помощью портального крана. Прибористы на мостике вели монтаж дальномера и приборов управления артиллерийским огнем. Все рабо­
ты по мере их завершения тут же принимались военны­
ми представителями — П. Д. Чередничкой, А. Ф. Ивано­
вым, А. О. Луккеном, М. И. Чертковым, А. М. Брее-
вым — все они также работали круглосуточно, помога­
ли судостроителям советами, принимали участие в ре­
шении технических задач, возникавших поминутно в хо­
де работ. Попутно личный состав будущих кораблей осваивал технику, вместе с рабочими занимался ее от­
ладкой. Наконец, наступило время приемки боезапаса, шки­
перского и другого имущества. Закончилось укомплек­
тование команд. И вот подъем Военно-морского флага СССР. Просветлели озабоченные лица судостроителей и командиров кораблей. Адмиралтейцы дали КБФ кораб­
ли, не уступавшие по своему вооружению эскадренному миноносцу! И лишь только с подъемом флага на кораб­
лях мы узнали, что они — для Ладожской флотилии. Работа По вооружению и переоборудованию судов была успешно завершена 15 июля. В ночь на 16-е «Се-
лемджа», «Москва» и «Амгунь» ушли с завода. Одновременно на Балтийском заводе шло переобо­
рудование грунтоотвозной шаланды «Олекма». Балтий­
цы также с честью справились со своей задачей, выпол­
нив все работы по вооружению кораблей еще быст-* рее — за десять дней! Вскоре у стенки Адмиралтейского завода ошварто­
вались шаланды «Волга», «Кама», «Зея» и «Ока». Их также надлежало превратить в канонерские лодки дла Ладожской военной флотилии. Характер и объем работ, которые предстояло выпол­
нить на этих судах, был таким же, однако положение Ленинграда с каждым днем осложнялось. Острее, чем прежде, чувствовалась нехватка квалифицированных рабочих. Участились налеты вражеской авиации. Нача­
лись перебои с подачей электроэнергии, ухудшилось снабжение города продовольствием. А ведь, кроме рабо­
ты по переделке шаланд, надо было еще и ремонтиро-
191 вать боевые корабли, приходившие на завод с серьез­
ными повреждениями. Появились и многие другие фронтовые заказы. Партийная организация Адмиралтейского завода проводила в цехах, на участках, на ремонтируемых ко­
раблях большую политическую работу, вдохновляя кол­
лектив на преодоление трудностей. Несмотря на фрон­
товые условия работы, нехватку продовольствия, разру­
шения, причиняемые фашистскими бомбардировщика­
ми, адмиралтейцы трудились, не жалея ни сил, ни вре­
мени. Большую помощь рабочим и инженерам оказывал личный состав будущих канонерок. К тому же имелся опыт, полученный во время переоборудования первых шаланд. Все это позволило выполнить задание в установленные сроки. Первыми закончились работы на канонерках «Волга» и «Кама» (с 13 по 28 июля), затем на «Зее» (с 22 августа по 3 сентября). Наиболее памятной для меня была работа по пере­
стройке «Оки». Ее командиром был назначен капитан второго ранга В. Н. Герасимов, которого я хорошо знал как высокообразованного и требовательного командира. Простой в обращении, общительный, он быстро сумел не только сплотить личный состав своего корабля, но и расположить к себе рабочих, мастеров, бригадиров, тру­
дившихся на борту. Герасимов ежедневно интересовал­
ся ходом выполняемых работ. Все его просьбы к масте­
ру или к рабочему об устранении тех или иных недо­
статков исполнялись быстро и охотно. Свои просьбы В. Н. Герасимов облекал в столь деликатную форму, что отказать ему было невозможно. Краснофлотцы «Оки» самоотверженно трудились в составе рабочих бригад. Поэтому работы на канонер­
ской лодке проходили успешно. И вскоре корабль поки­
нул завод. 8 сентября 1941 г. фашистские войска ценой огром­
ных потерь захватили Шлиссельбург, перерезав выход в' Ладожское озеро из Невы. Город оказался в блокаде. «Ока», не успев перейти в Ладожское озеро, воевала на другом участке фронта. Она-в составе других кораблей в первый период блокады Ленинграда находилась на огневой позиции на Неве и своим огнем уничтожала живую силу и технику врага. Капитан второго ранга В. Н. Герасимов впоследствии командовал отрядом шхерных мониторов и в начале июля 1944 г. погиб во время десантной операции при освобождении островов Выборгского залива. 192 22 июля 1941 г. Балтийский завод закончил переобо­
рудование еще двух шаланд —«Норы» и «Бурей», а не­
сколькими днями позже (25—26 июля 1941 г.) крон­
штадтский Морской завод завершил работы и на кано­
нерских лодках «Бира» и «Лахта». Таким образом, ле­
нинградские судостроители в рекордно короткий срок (даже по меркам военного времени!) превратили мир­
ные грунтоотвозные шаланды в боевые корабли, кото­
рые с честью бились с врагом на подступах к городу Ленина. Канонерские лодки «Селемджа», «Олекма»,*«Нора», «Бурея», «Бира», «Лахта» и «Шексна» (ранее ледоколь­
ное судно) вошли в состав Ладожской военной флоти­
лии. Что касается «Москвы». «Амгуни», «Волги», «Ка­
мы», «Зеи»*и «Оки», то они вместе е канонерскими лод­
ками «Красное знамя», «Селенга» и «Сестрорецк» со­
ставили шхерный отряд, оказывавший мощную артилле­
рийскую поддержку нашим наступавшим войскам, а также выполняли и другие боевые задания командова­
ния, например, участвовали в крупной десантной опера­
ции в феврале 1944 г., когда войска Ленинградского фронта готовились к прорыву мощного оборонительного вала гитлеровцев «Танненберг» на реке Нарове. Десант в Мерекюла должен был отвлечь часть сил гитлеровцев и облегчить наступление наших войск. Канонерки «Мо­
сква», «Амгунь» и «Волга» доставили десантников ба­
тальона майора Маслова из Кронштадта на остров Ла-
венсаари, а затем вошли в состав отряда кораблей ар­
тиллерийской поддержки десанта. Отряд канонерских лодок, являясь основным ядром Ладожской военной флотилии, сыграл исключительно важную роль в боевой деятельности флотилии. Эскорти­
рование транспортных судов и барж на Дороге жизни на участке Осиновец — Новая Ладога, перевозка войск и высадка десантов, борьба с вражескими катерами и ко­
раблями— вот далеко не полный перечень боевых за­
дач, выполнявшихся канонерскими лодками. Общеизвестна их роль и в отражении вражеского десанта (и его полного разгрома) на остров Сухо, в южной части ' Ладожского озера 22 октября 1942 г. Здесь враг потерял 17 судов и 12 самолетов, сотни гит­
леровцев нашли свою могилу в студеных водах Ладоги. Красноармейцы увереннее шли в бой, заслышав стрельбу канонерок, подавлявших вражеские огневые 8 Зак. № 356 Ш точки. В войсках их называли «ладожскими броненос-. цами». В этих словах — солдатская благодарность и уважение за эффективный «огонек». Но не знали пехо­
тинцы, что «броненосцы» не имели защиты даже от пуль и осколков. Только ходовая рубка, где находился главный командный пост корабля, имела в носовой части ограждение в виде листа противопульной брони. Мне довелось побывать на Ладоге и воочию убе­
диться в том, как воюют вчерашние шаланды. Когда единственной транспортной фронтовой магистралью, связывавшей Ленинград с Большой землей, стала вод­
ная дорога через Ладожское озеро, увеличились поте­
ри судов от налетов неприятельской авиации — гитле­
ровцы всячески стремились перерезать эту магистраль. Потребовалось срочно установить зенитные пушки на транспортных судах, чтобы и они своим огнем отгоняли фашистских стервятников. Я с группой судостроителей, возглавляемых старшим строителем Н. И. Топтыгиным,' прибыл с грузом материалов, оборудованием и инстру­
ментами 25 сентября 1942 г. в порт Осииовец. На транс­
портах Северо-Западного речного пароходства «Вилсан-
ди», «Стенсо», «Ханси», «Илга» и других, приспособлен­
ных для перевозки людей и грузов, нам предстояло установить по две 45-мм пушки и крупнокалиберные пу­
леметы. Это были суда, разные по размерам, устройству и состоянию корпуса. Команды речников на судах чис­
лились вольнонаемными, но, по существу, работали, как и военнослужащие, в условиях боевой обста­
новки. Сразу же по прибытии начали подкреплять палубы в местах установки пушек и приваривать фундаменты для них, а затем крепить на "болтах и пушки. Работа ве­
лась без вывода судов из эксплуатации, во время их по­
грузки и рейсов. Тут мы стали очевидцами боевых дей­
ствий наших «броненосцев». На переходах канонерские лодки эскортировали груженые транспорты и баржи, а во время налетов фашистской авиации вели огонь и ис­
кусно маневрировали, уклоняясь от сыпавшихся на них бомб. Мощный огонь канонерок не позволял самолетам противника атаковать транспортные суда с малой высо­
ты и вести прицельное бомбометание. Поэтому фашисты беспорядочно сбрасывали бомбы, не причиняя судам серьезных повреждений. Несколько самолетов на наших глазах были сбиты зенитчиками канонерских лодок. На переходе Осиновец — Новая Ладога, занимав-
194 шем 16—18 часов, атаки вражеских самолетов на кон­
вой иногда повторялись по нескольку раз. Нередко можно было наблюдать, как основательно нагруженные мешками с зерном «броненосцы», находясь в составе конвоя, охраняли транспорты и баржи от налетов вра­
жеской авиации, да к тому же на буксире тянули за со­
бой груженые баржи. Бывало и так, что, находясь в пор­
ту Осиновец, канонерки прерывали разгрузку, выбира­
ли якоря и выходили по срочному заданию командова­
ния в район боевых действий для поддержки артогнем флангов наших войск или для нанесения удара по на­
ступавшему противнику. Подвиг моряков Ладожской военной флотилии и их боевых соратников из Северо-Западного речного паро­
ходства, совершенный в трудный период блокады Ленинграда, был высоко оценен Коммунистической пар­
тией и Советским правительством. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 июля 1944 г. Ладожская военная флотилия за выдающиеся заслуги перед Роди­
ной и образцовое выполнение боевых заданий была на­
граждена орденом Красного Знамени. Это была награ­
да и тем, кто вооружал и переоборудовал гражданские суда в военные корабли, тем, кто в трудных условиях блокады готовил для Ладоги суда, баржи и другие транспортные средства, необходимые для перевозок по летней трассе Дороги жизни. Л. М. МАНЕВИЧ (1912), в годы войны — начальник цеха Адмиралтейского завода В труде, как в бою Война заставила резко изменить производственную программу нашего завода. Основными стали заказы фронта. В сжатые сроки мы переоборудовали несколько вспомогательных судов гражданского флота для во­
енных целей. Уже в июле сухогруз «Леваневский» был превращен адмиралтейцами в военный транспорт, пред­
назначенный для перевозки войск и боевой техники. На нем были переделаны грузовые трюмы и поставлено сравнительно мощное артиллерийское вооружение. Однако основные трудности нас ждали впереди. На­
ступила ранняя и крайне суровая зима, мы стали терять своих товарищей, погибавших от голода и вражеских 195 артобстрелов и бомбежек. Всякий раз, когда мы вече­
рами вместе с парторгом цеха Натальей Климентьевной Макаровой составляли очередную сводку событий дня и очередь доходила до имен погибших от обстрелов или умерших от голода людей, с кем бок о бок проработали не один год, глаза застилало слезами, а к горлу подка­
тывал тугой комок. И такая в душе разгоралась ярость и ненависть к врагу, что, казалось, сумей они вырваться наружу — испепелили бы живьем всю фашистскую сво­
ру. Наверное, эти чувства и, конечно, глубокая вера в грядущую победу помогали нам выстоять в ту лихую годину. В ноябре 1941 г. на завод для ремонта прибуксиро­
вали ледокол «Волынец». Даже видавшие виды корпус­
ники, пришедшие на пирс, ахнули, когда перед их взо­
рами предстала картина израненного судна, у которого была разворочена вся носовая оконечность. — Где же это вас так «причесали»? — спросил стар­
ший мастер Н. М. Клубов у боцмана ледокола. — На мину впотьмах наскочили. Вы уж, ребята, по­
старайтесь, подремонтируйте. — Ничего себе «под-ре-монтируйте»! — повторил Клубов.— Какая, думаешь, толщина у обшивки, кото­
рая лохмотьями болтается у вас под форштевнем? — Два дюйма верных есть. — То-то, что «верных», если не больше. Чтобы ее сменить, нужен сжатый воздух, кислород и ацетилен для газовой резки, технологическое оборудование, а у нас ничего этого нет. Понимаешь, боцман, нет! Может, до­
сками зашить вашу дыру? — невесело пошутил Клубов. Ситуация создалась, действительно, безвыходная: без газорезки нечего было и думать о замене листов об­
шивки. В конторку, где в глубокой задумчивости сидел Клубов, заглянул старший мастер Я. А. Кремер. — Я вот тут со своими ребятами кое-что придумал. Смотри!— Кремер вытащил из кармана блокнот и, вы­
рвав из него листок, протянул его Клубову.— Перфора­
ция... — Какая еще перфорация? — пока не понимая, спросил Клубов. — На блокноте перфорация сделана. Дырочки, ви­
дишь, пробиты. Потому и листок из него легко и ровно отрывается. — Постой-постой! Ты что же, предлагаешь раскро­
ить листы наружной обшивки рассверловкой? Но ведь это не бумага из блокнота, а сталь толщиной пятьдесят 196 миллиметров, не вдруг-то оторвешь. Хотя... Другого спо­
соба я тоже не нахожу. И вот комплексная бригада, состоявшая из судо­
сборщиков, гибщиков, клепальщиков, под руководством двух старших мастеров взялась за дело. Днем и ночью вручную они сверлили толстые стальные листы, затем с помощью кувалд и зубил опять же вручную вырубали перемычки между отверстиями, доводили листы до нужных размеров. И выполнили сложное задание! За несколько дней сделали то, что сделать казалось совер­
шенно невозможно. * * * В декабре 1941 г. адмиралтейцы завершили ремонт подводной лодки. Но, чтобы вывести ее из акватории предприятия, потребовались усилия едва ли не всего коллектива: не хватало сил обрубить лед вокруг лодки, чтобы дать ей возможность выйти на фарватер. К концу 1942 г. свыше 600 человек выполняли ежед­
невно более двух норм. И просто невозможно перечис­
лить всех товарищей, которые показывали образцы под­
линного героизма. Приведу лишь два примера. В первые дни войны один из лучших формовщиков предприятия И. Луцкий был назначен начальником ли­
тейного участка. Сутками не выходил он из цеха, помо­
гая выполнять фронтовые заказы. И когда из строя вышла вагранка, коммунист Луцкий полез в раскален­
ную печь и исправил повреждение. Точно так же поступил и бригадир малокорпусного цеха Петр Осипович Бурцев, когда в раскаленной печи прогорели колосники. В мирное время для их замены остановили бы на несколько дней печь. Но счет времени шел на минуты. Рискуя жизнью, Бурцев за два часа устранил повреждение. В 1942 г. коллектив предприятия отремонтировал 65 ТК и 25 ПЛ. Восстановлением подводных кораблей ру­
ководил талантливый инженер и отличный организатор К- Ф. Терлецкий. Константин Филиппович Терлецкий еще в годы первой мировой войны был механиком ка подводной лодке. После Великой Октябрьской социали­
стической революции все свои силы и богатый опыт он отдавал делу создания Советских Военно-Морских Сил. В годы блокады, несмотря на свой солидный возраст, он был для всех нас, молодых инженеров, образцом со­
бранности, самоотверженности, творческой активности. 197 I I Во избежание поражения от артобстрелов ПЛ были рассредоточены по всей Неве в черте города: в районе Петропавловской крепости, Летнего сада, Литейного моста, у завода им. В. И. Ленина и в других местах. Чтобы успевать на свои объекты, Константин Филиппо­
вич оседлал велосипед. Странно, конечно, было видеть на разрушенных улицах и набережных блокадного го­
рода, да еще в зимнее время, пожилого человека на ве­
лосипеде, с привязанной к багажнику «срочной и поза­
рез нужной» деталью. Коль скоро речь зашла о подводных лодках, то не­
льзя не сказать о тесном содружестве военных моряков и судостроителей в достройке ПЛ К-52. Лодки этого ти­
па называли подводными крейсерами, • их не имел ни один флот в мире. Они, как говорил командующий Се­
верным флотом адмирал А. Г. Головко, «неизменно вы­
зывали зависть у наших союзников», а для фашистов явились «сюрпризом» не меньшим, чем знаменитая ре­
активная установка «катюша». На ПЛ этой серии сра­
жался на Севере Герой Советского Союза Н. А. Лунин, который атаковал линейный корабль «Тирпиц», гор­
дость гитлеровского флота. Чем же примечательны были ПЛ серии К? По свое­
му водоизмещению они не уступали эскадренным мино­
носцам, имели мощное торпедное, минное и артиллерий­
ское вооружение, высокие скорости подводного и над­
водного хода; стометровая глубина погружения обеспе­
чивала им высокую скрытность подводного плавания. При их строительстве и оснащении были использованы передовые достижения отечественной науки и техники. В частности, лодка имела полностью сварной легкий наружный корпус, а к прочному приваривались пере­
борки, фундаменты и цистерны. К-52 к началу войны осталась недостроенной, но на ней имелся экипаж. Моряки совместно с судостроителя­
ми в рекордно короткий срок ввели корабль в строй действующего флота. Какие же усилия потребовались от людей, если они сумели завершить все работы значи­
тельно быстрее, чем предусматривалось техническими нормами! Вот что вспоминал об этой ударной фронто­
вой работе кавалер орденов Ленина, Трудового Красно­
го Знамени и Красной Звезды Иван Федотович Воробь­
ев: «В декабре 41-го крепко схватил меня за горло го­
лод, подняться не давал. И наверное, лежал бы я сей­
час вместе со многими тысячами ленинградцев на Пи-
скаревском кладбище, если бы не товарищи по работе и 198 моряки с К-52. В самом начале 1942 г. пришел ко мне домой мой мастер Михаил Терентьевич Гусев с флот­
ским старшиной. Посмотрел, вздохнул и сказал, обра­
щаясь к моряку: — Вот он — наш лучший специалист по монтажу машинного отделения, валяется в кроватке, к праотцам, видите ли, собрался, а то, что без него работа стоит, ему и дела нет.— Потом, посерьезнев, добавил: — Иван Федотович, попробуем поставить тебя на ноги. Привезли меня на санках на завод, поместили в ста­
ционар, где я пролежал две недели. Потихоньку стал двигаться, по мере сил пробовал работать. Доходило до казусов: в отсек корабля спустишься, а подняться не можешь, сил не хватает. А пока кто-нибудь придет, что­
бы помочь, смотришь, какую-нибудь работу еще сделать успеваешь. Вскоре дело пошло веселее, моряки, хоть я и был против этого, поставили меня вместе с группой та­
ких же доходяг к себе на дополнительное питание. Ра­
ботали круглосуточно, не жалея сил, до полного изне­
можения,— хотелось быстрее вручить Родине грозное оружие. Сейчас это называют подвигом, а тогда мы не видели в этом ничего выдающегося — просто работали, как велела совесть». После завершения всех работ состоялись ходовые испытания на Неве. Прошли они успешно. Командую­
щий КБФ адмирал В. Ф. Трибуц дал высокую оценку труду судостроителей, многие из них были представле­
ны к правительственным наградам. Вручили орден Красной Звезды и Ивану Федотовичу Воробьеву. К-52, как известно, героически действовала на Бал­
тике. Подводный крейсер был награжден орденом Красного Знамени, а его командир, прославленный под­
водник И. В. Травкин, был удостоен звания Героя Со­
ветского Союза. В августе 1942 г. в Октябрьском райкоме партии со­
стоялось собрание актива района (совместно с предста­
вителями КБФ), на котором судостроителям вручили пе­
реходящее Красное знамя моряков Балтики. Было ра­
достно и приятно слышать, какую высокую оценку да­
вали флотские друзья нашему труду: «Высокое каче­
ство произведенной вами продукции проверено в боях». На том же памятном для нас собрании актива эки­
пажу ПЛ Щ-406, которой командовал капитан третьего 199 ранга Е. Я. Осипов, было вручено Боевое знамя. Прини­
мая его, он сказал, что ленинградские рабочие, ремон­
тировавшие корабль, показали морякам пример муже­
ства, и заверил, что подводники будут беспощадно гро­
мить врага, мстить за блокадные муки героического го­
рода. Большой поддержкой для нас были сообщения Совинформбюро о боевых действиях кораблей, которые были возвращены к жизни руками замечательных ма­
стеров нашего завода. Только подводные лодки, отре­
монтированные нашими рабочими в дни блокады, пото­
пили 55 судов и кораблей противника. Цех, в котором я работал, в годы войны стал базой по ремонту торпедных и бронированных морских кате­
ров. В цехе сложился коллектив отличных специали­
стов: монтажников, мотористов, механиков, корпусни­
ков. И если с гордостью называли имена отважных ка­
терников А. Афанасьева, В. Гуманенко, В. Жильцова и многих других, то вся бригада торпедных катеров знала и с большим уважением отзывалась о работе наших специалистов. Катера, получившие повреждения в бою, они возвращали в строй в самые кратчайшие сроки. Коллектив нашего завода прошел через все испыта­
ния и огонь блокады. В трудные для города дни он был в первых рядах рабочего класса Ленинграда, продол­
жал неустанно ковать оружие для победы. В Гавани, на гранитном постаменте, стоит торпед­
ный катер. Он весь — движение вперед. Стремительный, гордый. Это символ геройства и мужества защитников Ленинграда, но это и память о замечательных людях — судостроителях непобежденного города! Я. М. ЦИТРИН (1910—1979), в годы войны — начальник ОТК Петрозавода Возрожденные тральщики 26 октября 1941 г. по решению Ставки Верховного Главнокомандования началась эвакуация военно-мор­
ской базы с полуострова Ханко. Корабли КБФ должны были доставить героический гарнизон в Ленинград че­
рез вражеские минные поля, под артиллерийским огнем противника и мощными бомбовыми ударами его авиа­
ции. Преодолеть минные поля помогали тральщики типа 200 БТЩ. Их у КБФ к тому времени осталось всего семь, да и те требовали серьезного ремонта. Экипажи тральщиков с честью выполнили свою за­
дачу: они пробились сквозь льды (эвакуация заверши­
лась в декабре) и провели за собой корабли и суда с людьми и боевой техникой на борту. Из этого трудней­
шего похода БТЩ вернулись израненные, с многочис­
ленными повреждениями. Так, например, носовая око­
нечность БТЩ-211 была почти полностью разрушена взрывом немецкой мины. На БТЩ-204 взрывы разворо­
тили левый борт полубака, вывели из строя главные двигатели. БТЩ-210 возвратился из похода с пробоина­
ми в районе машинного отделения, с разбитыми свето­
выми люками. Не лучше выглядел и БТЩ-218 — на нем, как и на других кораблях, в ремонте нуждались механизмы, линии вала, рулезое устройство. Провести ремонт тральщиков Военный совет фронта поручил Петрозаводу. И срок дал жесткий — всего 4 месяца. К открытию навигации 1942 г. корабли должны быть в строю действующих! Этот срок в мирное время мог показаться нереальным, но в условиях войны он был единственно возможным. Не хватало электроэнергии, а главное — почти неко­
му было выполнить огромный объем предстоявших ра­
бот по кораблям. Многие квалифицированные специали­
сты ушли в Красную Армию и в ЛАНО, а те, которые остались, страдали от недоедания и холода, погибали на своих рабочих -местах от вражеского огня. Вот не­
сколько трагических цифр: в начале 1942 г. лишь третья часть состава коллектива Петрозавода имела силы, что­
бы ходить на работу; в первые три месяца этого года каждый пятый судостроитель на заводе погиб от голо­
да и вражеских обстрелов и бомбежек... И все же задание фронта было выполнено. Трудно­
сти, невзгоды не сломили ленинградцев, тружеников Петрозавода, их воли и стремления к победе над злей­
шим врагом — фашизмом! Электроэнергию «раздобыли» сравнительно легко — подключились к электростанциям ремонтируемых тральщиков. Для этого понадобились специальные уст­
ройства, и электрик С. А. Векшин с помощью несколь­
ких краснофлотцев смонтировал на достроечной набег режной приемо-распределительный щит, к которому подсоединили бортовые дизель-генераторы четырех ко­
раблей. От берегового щита электроэнергию получали металлорежущие станки в механическом и сварочные 201 посты в корпусном цехах и на кораблях. Отсутствие сварочных реостатов компенсировали весьма оригиналь­
но. На БТЩ-205, например, роль реостата выполнял... корабельный дуговой прожектор, включенный" в цепь. Этот способ впоследствии широко применяли, когда нужно было вести сварку прямо на корабле, вне ремон­
тных баз. Сжатый воздух для пневматических инструментов получали от корабельных компрессоров высокого давле­
ния, понижая его до 6—4 атмосфер; от одного компрес­
сора могли действовать одновременно пневмоинстру-
менты двух рабочих. Так преодолевались технические сложности. Много сложнее было в условиях жестокого голода сохранить жизнь специалистов. Благодаря усилиям руководства завода, огромной помощи Ленинградской партийной ор­
ганизации, на Петрозаводе открыли стационар для ос­
лабевших производственников, оборудовали, благоуст­
роили и, главное, утеплили общежитие. Люди стали по­
лучать усиленное питание. Это дало очень хорошие ре­
зультаты. Если в январе 1942 г. на ремонте кораблей работало только 14 человек, то уже в феврале — 50, а к середине апреля — 235. Активно участвовал в ремонте кораблей и их личный состав — моряки трудились под руководством завод­
ских -специалистов. На такие работы, как клепка и че­
канка, мы просто не могли найти людей: работа нелег­
кая, требует больших затрат физической силы. Между тем корпуса БТЩ имели клепаную конструкцию, и зна­
чительный объем работ при восстановлении кораблей приходился именно на клепку и чеканку. Решили орга­
низовать подготовку клепальщиков и чеканщиков из числа наиболее физически крепких краснофлотцев, а их обучение поручили опытнейшему мастеру Николаю Оси­
повичу Осипову. Но он был настолько истощен и слаб, что прийти на завод не мог. Его привезли на саночках (другого транспорта предприятие не имело), поместили в стационар. Через две недели Николай Осипович начал обучение краснофлотцев. Все пневматические операции на ремонтируемых кораблях выполнялись моряками под его руководством. Восстановление тральщиков продвигалось вперед, хотя не было, наверно, дня, когда перед коллективом не вставали бы новые проблемы, порой казавшиеся нераз­
решимыми в условиях блокированного города-фронта. Например, как обеспечить ремонт и государственную 202 поверку электроизмерительных приборов и манометров, без чего корабль в плавание не отправишь? В мирное время этим занимались специализированные учрежде­
ния, в начале 1942 г. их в Ленинграде не было. Инсти­
тут метрологии не работал. Выход нашли — организовали ремонт в своих элект­
роремонтном и инструментальном цехах. Поверочное оборудование разыскали в цехах других заводов, эва­
куированных из Ленинграда. Нашли и сотрудника Ин­
ститута метрологии, который произвел поверку и оплом­
бирование приборов. Так, своими силами восстановили 200 манометров и около 100 электроизмерительных при­
боров. Чтобы устранить повреждения в подводных частях корпусов БТЩ, нужен был док, но Петрозавод его не имел; не было и мощного крана или слипа, с помощью которых обычно обследуется подводная часть корабля. Использовать доки других предприятий не представля­
лось возможным, так как Нева еще не освободилась ото льда. Однако ждать нельзя было, требовалось найти способ, исключавший заводку кораблей в док. Конст­
рукторы и технологи Н. А. Киселев, М. П. Цветков и Н. Т. Маклаков под руководством главного инженера завода Б. С. Стебакова спроектировали облегченный кессон, который позволил осматривать и ремонтировать подводную часть корпусов БТЩ на плаву. Правда, кессоны применялись для этой цели и ра­
нее, но только при работах в бортовых частях корпуса. На Петрозаводе же его впервые использовали для ре­
монта и носовой части, что намного сложнее. Заметим, что ремонт тральщика в кессоне вообще дело очень непростое. К обычным трудностям здесь прибавилась еще одна: рабочие и инженеры В. М. Иони-
чев, В. В. Кутаков, А. Ф. Мухин, А. И. Беляков, Я. И. Герчиков и другие, не уходившие с рабочих мест сутками, из-за крайней стесненности рабочего простран­
ства ежеминутно рисковали сорваться в ледяную воду. С началом навигации 1942 г. все отремонтированные тральщики (а также два переоборудованных сетевых заградителя) покинули Петрозавод—коллектив с честью сдержал слово. В середине декабря 1943 г. петрозаводцы получили срочное задание: организовать на Петровском острове, вблизи фабрики «Канат», выездную базу для аварийно­
го ремонта кораблей КБФ. Базу, как стало известно позднее, создавали, чтобы быстро ремонтировать те ко-
203 рабли, которым предстояло в сложных ледовых услови­
ях,-скрытно от врага, перебрасывать войска и военную технику на Ораниенбаумский плацдарм для подготовки разгрома фашистских оккупантов под Ленинградом. Первые рейсы на плацдарм с этой целью были сделаны еще в ноябре 1943 г. В декабре, когда зима полностью вступила в свои права, следовало обеспечить еще боль­
ший объем перевозок. В качестве транспортных средств использовались баржи, а вели их за собой на буксире БТЩ. Несмотря на относительно большую мощность главных двигате­
лей, БТЩ не были рассчитаны на буксировку в тяже­
лых льдах, не располагали специальными буксировоч­
ными устройствами и, что еще хуже, не имели ледовых подкреплений носовой части. Чтобы гарантировать пла­
вание БТЩ во льдах, в носовой части следовало поста­
вить накладные стальные листы, которые усилили бы наружную обшивку и предохранили бы ее от поврежде­
ний. Это и стало одной из главных задач нашей выезд­
ной ремонтной группы. На заводе подготовили необходимое количество спе­
циально изогнутых стальных накладных листов, выде­
лили передвижную сварочную установку, такелажное оснащение, приспособления, инструменты. Все это до­
ставили на базу. На месте соорудили легкие плоты с ле­
сами для наружных работ на корпусе судна. Ремонтники должны были успеть сделать все в те немногие часы короткого зимнего дня, когда БТЩ, возвратившись в Ленинград, отстаивались, готовясь к очередному ночному походу. Команды кораблей неверо­
ятно уставали в этих походах, однако считали своим долгом помогать заводским специалистам. Но дело не ограничилось одним лишь усилением корпуса. Почти каждый корабль «привозил» из опасно­
го ночного рейса многочисленные повреждения, причи­
ненные вражескими снарядами, бомбами или льдом. Чаще всего приходилось ремонтировать наружную об­
шивку, палубу, кнехты. Это увеличивало объем работ, но не было ни одного случая, чтобы БТЩ задержался из-за какой-либо неисправности, не устраненной вовре­
мя. Работали здесь бригады Петрозавода, которыми руководили И. Н. Ободовский, А. Н. Васильев, инжене­
ры Б. В. Плисов и А. Т. Ильичев. Их труд нашел достойную оценку. В один из дней января 1944 г., уже после успешного начала наступле­
ния наших войск, полностью снявшего блокаду Ленин­
ым града, ремонтную группу Петрозавода посетили члены ВС КБФ во главе с командующим эскадрой КБФ вице-
адмиралом Ю. Ф. Раллем. От имени ВС флота он пере­
дал благодарность всему коллективу Петрозавода. А. Н. ФЕДОРОВА (1921), в годы войны — секретарь комсомольской организации Канонерского судоремонтного завода У края огненной черты Канонерцы, вероятно, первыми из ленинградцев уви­
дели лик войны. Ранним утром 22 июня 1941 г. в Мор­
ском канале раздался взрыв. Это подорвался на фашист­
ской магнитной мине, сброшенной с самолета, товаро-
пассажирский пароход «Рухно», шедший из Ленингра­
да. Потопив его в узком Морском канале, враг рассчи­
тывал тем самым закрыть морские ворота порта. Чтобы не загромоздить фарватер, лоцман повернул судно к се­
верной стенке канала. На глазах у канонерцев пароход стремительно шел к берегу. Судно тонуло, но его эки­
паж боролся с огнем. Это была война... Со всех концов Ленинграда — с Васильевского ост­
рова, Петроградской стороны, Нарвской и Невской за­
став — спешили на Канонерский остров судоремонтни­
ки. Все средства переправы работали бесперебойно. И когда через несколько часов старший мастер, ветеран завода Александр Седов открыл митинг, весь коллектив был в сборе. Перед секретарем парткома Старчиковым на столе лежала гора заявлений — 300 письменных тре­
бований немедленно отправить на фронт. — Главный вопрос — это перестройка завода на во­
енный лад,— сказал директор Алексей Петрович Ефи­
мов.— Если потребуется, мы должны превратить любое гражданское судно в военный корабль. И работать по-
новому надо начать уже сейчас, немедленно. У нас нет специальной оснастки, нет инженерной документации, зато есть желание разбить вероломного врага! К стенкам завода начали швартоваться суда: бук­
сирный пароход «Ост», ледокол «Октябрь», пароходы «Иван Папанин», «Казахстан», «Кришьян Вольдемаре»... Под покровом ночи буксиры подводили к при­
чалам красивые и нарядные суда, еще несколько дней назад перевозившие экскурсантов, но вскоре поки-
205 давшие заводские причалы уже как суда-солдаты — се­
рого (шарового) цвета, с защитными надстройками и полной боевой выкладкой по бортам в виде стенок из мешков с песком, из-за которых грозно глядели жерла пушек и пулеметов, с защищенными броней радиоруб­
ками и капитанскими мостиками и номерами на бортах вместо названий... Шло и переоборудование шаланд, буксиров портово* го флота. Все сложнее и ответственнее становились день ото дня задачи коллектива канонерцев и все мень­
ше оставалось на заводе квалифицированных рабочих. 380 канонерцев ушли на фронт, более 200 стали воинами истребительных и партизанских отрядов, свыше 500 вли­
лось в ряды ЛАНО. Ушли добровольцами в партизан­
ские отряды старший конструктор А. Ф. Николаев, глав­
ный механик А. М. Шубин, прорабы И. Я. Парадиз, А. В. Сбитнев, М. М. Тимберг, плановик А. 3. Резников, столяр И. Я. Климин, старший мастер ОТК А. Д. Жук и многие, многие другие. Их провожали жены, матери, дети; завтра они встанут к станкам взамен ушедших в бой отцов, мужей, сыновей, братьев. Судоремонтник—профессия, требующая очень вы­
сокой квалификации, творческой мысли и умения ра­
ботать четко и слаженно. Это сугубо мужская профес­
сия. А к рабочим местам шли женщины, вчерашние до­
мохозяйки и подростки, шли на суда для очистки и ок­
раски трюмов, цистерн, на сборку судовых механизмов. Они осваивали профессии электромонтажников, слеса­
рей-сборщиков, крановщиц. На буксирах «Церель» и «Бригадир», продолжавших курсировать в Гутуевском ковше, матросы и кочегары — женщины. Коммунистка Анна Солнцева стала крановщицей и не только отлично работала, но и сама ремонтировала кран, очищала лодъездные пути. Б. А. Нестерова (Бутакова), ей было тогда всего пятнадцать лет, а на вид и того меньше, по 12 часов выстаивала у строгального станка, выполняя и перевыполняя жесткие военные нормы. Самоотвержен­
но трудились О. Д. Кириллова (Федорова), О. И. Анто-
хина, В. Т. Сбитнева; А. И. Михайлова (Васильева) ста­
ла одним из лучших токарей 2-го механического цеха. С первых же дней войны к стенке завода стали при­
чаливать и суда, покалеченные в боях с врагом. Здесь их должны были «вылечить», чтобы они вновь верну­
лись в строй, притом в самые сжатые сроки. А рабо­
чих рук не хватает, и тогда рождается замечательная инициатива — совмещение профессий. Литейщики ста-
266 новились малярами, судосборщики — электриками, столяры осваивали токарное дело. Опытный мастер Ми­
хаил Михайлович Сычев, выполняя по две нормы, нахо­
дил время готовить смену. Десятки токарей, расточни­
ков, фрезеровщиков подготовил он в те трудные дни. Сутками не уходил с завода слесарь-сборщик Нико­
лай Андреевич Ситник: две-три нормы ежедневно; в ча­
сы короткого отдыха готовил листовки, стенгазету. В октябре 1941 г. канонерцы досрочно переоборудо­
вали в войсковые транспорты теплоход «Вторая пятилет­
ка», пароходы «Иван Папанин», «Казахстан», «Кришь-
ян Вольдемаре». Обстановка на Канонерском острове с каждым днем становилась все напряженнее. Фашисты стремились пробиться поближе к морским воротам Ленинграда, и судоремонтники понимали это. Каждый камень острова стал боевым рубежом. В ночь с 10 на 11 сентября фа­
шистские бомбардировщики совершили массированный налет на территорию порта и острова, сбросили тысячи зажигательных и фугасных бомб. Остров пылал, но лю­
ди выстояли! На Канонерке по решению Военного совета фронта создали рубеж обороны — оборудовали стрелковые окопы, траншеи, пулеметные и артиллерийские позиции. Работы велись там, где 240 лет назад петровские кано­
ниры основали форпост. Под непрерывным прицельным обстрелом вражеских батарей со стороны Лигова судо­
ремонтники Канонерского укрепляли рубежи родного завода. Инструктор комитета Красного Креста Мария Гри­
горьевна Урбанюк (Винокурова) возглавила отряд сан-
дружинниц. Вместе с ней в отряд пришли О. И. Колосо­
ва (Антохина), А. М. Комиссарова, Е. Д. Дмитриева (Григорьева), А. С. Пугачева (Ляшенко), О. Д. Кирил­
лова (Федорова), А. Ф. Комолова — всего около 30 че­
ловек. На Канонерский остров враг обрушивал сотни сна­
рядов и бомб. Под сильным огнем сандружинницы вы­
носили раненых рабочих механического цеха, красно­
флотцев из состава команд кораблей. Четырех тяжело­
раненых необходимо было срочно эвакуировать с острова на материк. Никогда не забуду эту переправу: ране­
ные лежат на открытой палубе, прикрытые брезентом, вокруг рвутся снаряды. Кажется, никогда не добраться нам до Гутуевского ковша. Было нас четверо тогда — командир Иван Семенович Чижов, сандружинницы Оля 107 Колосова, Аня Комиссарова и я. Фронт проходил сов­
сем близко — в трех — пяти километрах, сразу же за при­
чалами Угольной гавани. А нам надо было не только работать, но и во что бы то ни стало сохранить завод, имевший мощный док. И канонерцы работали, гасили многочисленные пожары, устраняли последствия разру­
шительных артиллерийских обстрелов и бомбардировок, настойчиво продолжали возвращать в строй повреж­
денные суда. Осенью 1941 г. мы получили новое задание фронта—• освоить выпуск корпусов фугасных авиабомб. Комму­
нисты завода, работая под огнем, сумели подготовить необходимый инструмент, оснастку, создали бригады. Цехом, выпускавшим ФАБ (фугасная авиационная бом­
ба весом в 1 т), руководил коммунист Павел Антонович Кореневский. «У станков,— вспоминал он,— стояли под­
ростки не старше 14 лет. Сколько лет прошло, а я их, как сейчас, вижу: Аня Климова, Т. И. Виноградов, В. Г. Башкиров, В. А. Нестерова, М. И. Кушнаренко, Н. А.' Павлов и другие. Истощенные, слабые, в чем только ду­
ша держится, а ведь как работали! 3 декабря мы сдали досрочно несколько сот авиабомб. А когда начали осва­
ивать выпуск газогенераторных установок для авто­
транспорта города, пришлось изготовить деревянные банкетки, потому что подростки были значительно ниже основных деталей и эти подставочки помогали им завершать операцию по сборке узлов». Шла суровая блокадная зима. Кончилось топливо, прекратилась подача электроэнергии. Возникла угроза, что ночами по окрепшему льду к Канонерскому острову могут пробраться вражеские диверсанты. Создали пи­
кеты, они дежурили круглосуточно. А по ночам комсо­
мольцы совершали вылазки в Угольную гавань порта, где под огнем рубили мерзлые глыбы угольной крошки и на санках по льду драгоценный груз тащили на завод. Но для ремонта судов нужна была и электро­
энергия. Партийный комитет, который возглавлял В. Ф. Вилюгов, принял решение использовать электростанцию турбоэлектрохода «Балтика», стоявшего на ремонте. В короткий срок были введены в эксплуатацию судовые турбогенераторы и два котла паросиловой установки. Но вот исчерпаны запасы угля в Угольной гавани, кончилась солярка на «Балтике». Однако дизели про­
должают работать: рабочие собирают в отсеках ремон­
тируемых судов остатки.мазута, очищают его, и элект­
ростанция живет! 208 Лед в Морском канале намерз толстый, и это позво­
ляло противнику использовать для передвижения по не­
му не только пехоту, но и артиллерию и даже танки. Командование фронта усилило охрану канала, а в голо­
ве дамбы в землянках расположились две резервные роты лыжников. В течение зимы вражеские разведчики и патрули неоднократно пытались проникнуть по льду в наше расположение, но неизменно отбрасывались на­
зад. Отдельные бойцы и вооруженные отряды кано-
нерцев — мужчин и женщин — круглосуточно патрули­
ровали у берегов канала. Руководил отрядом директор завода Георгий Степанович Сорокин. Рабочие перешли на казарменное положение, жили в цехах. Тут же — пи­
рамиды с оружием. Е спецовках и рукавицах спали воз­
ле наскоро сделанных «буржуек», чтобы утром, несмот­
ря на мороз, снова пойти на суда, на лед. А в цехе до­
полнительно изготавливались еще и снаряды. Все больше погибало людей от голода и обстрелов, бомбежек. Был организован стационар для наиболее ослабленных рабочих. В бывших яслях создали обще­
житие. А переоборудованная в госпиталь «Балтика» стала на время стационаром для больных рабочих и мо­
ряков. Весной, -когда растаяла ледовая Дорога жизни, ка­
нонерцы по заданию Военного совета фронта строили средства переправы через Ладогу, ремонтировали бук­
сиры и подъемные краны. По 14 часов подряд труди­
лись судоремонтники В. Т. Андреев, А. П. Хюньев, В. К- Назарчук, А. К. Фролов, И. И. Федоров, А. М. Сы­
чев. Лучших производственников послали на Ладогу, в бухту Гольсмана, оборудовать причалы, ремонтиро­
вать средства переправы. За мужество и самоотвержен­
ный труд на Ладожской переправе Родина наградила коммуниста В. Т. Андреева орденом Красной Звезды. В условиях тяжелой блокадной зимы канонерцы полностью отремонтировали четыре ТЩ, пять портовых буксиров и два ледокола. Итоги судоремонта обсужда­
лись на партийно-хозяйственном активе Балтийского пароходства. Враг вел непрестанный обстрел острова, который просматривался как на ладони. Малейшее движение — и гитлеровцы тотчас же открывали огонь. Но партийная организация завода сумела так сплотить коллектив и организовать работу, что канонерцы не только перевы­
полняли планы, но разрабатывали новую технологию и 209 методы ремонта; вносили десятки ценных рационализа­
торских предложений. По инициативе главного инжене­
ра завода Г. Г. Башкирова была создана и внедрена технология максимального использования стапель-палу­
бы дока! Наличие боковых дорожек позволило судоре­
монтникам принять на докование дополнительно четыре судна. Впервые в практике судоремонта при доковании использовалась вся полезная площадь стапель-палубы. Замена пера руля — сложная и ответственная опера­
ция. Чтобы заменить эту деталь, необходима стальная отливка. Но при аварийном ремонте БТЩ-301 изгото­
вить ее не представлялось возможным, так как литей­
ный и кузнечный цехи не работали из-за отсутствия сы­
рья и топлива. Рационализаторы Канонерки в макси­
мально сжатые сроки изготовили перо руля из отдель­
ных деталей, сварив их между собой. Конструкция вновь изготовленного пера не уступала по прочности прежней. Вместе с группой сандружинниц я организовала бы­
товой отряд. После работы, усталые и голодные, мы из последних сил ходили по квартирам судоремонтников, доставляли больных в стационар, осиротевших детей — в Дома малюток, чинили одежду, стирали белье, носили воду. Сколько жизней спасли наши комсомолки, сколь­
ким людям вселили веру в победу! ^ Комитет комсомола собрал и сдал в Фонд обороны 2 миллиона рублей на вооружение Кировской танковой дивизии. . В июне 1942 г. заводу было поручено увеличить вдвое выпуск крупнокалиберных снарядов. Канонерцы с че­
стью выполнили и это задание. Сверх плана в течение лета изготовили тысячи сопел для «катюш», авиабомбы и снаряды. Отремонтировали 23 боевых корабля, 12 транспортных судов и четыре служебно-вспомогательных судна. Все ремонтные работы получили высокую оценку военно-морского командования. Завод завоевал перехо­
дящее Красное знамя и первую премию ВЦСПС и Нар­
комата Военно-Морского Флота. Возраставшая сложность судоремонтных работ, сжатые сроки их выполнения вызывали необходимость восстановления ряда цехов, в первую очередь литейно­
го, трубомедницкого, экспериментально-инструменталь­
ного, кочегарки и компрессорной. Все это было сделано собственными силами канонерцев, без прекращения ра­
бот на судах. Канонерцы широко развернули социалистическое со-
210 ревнование. Токарь 2-го механического цеха Лобанов работал на 33 операциях по выпуску боеприпасов, вы­
полняя по две нормы. Клепальщик Р. Романов совме­
щал профессии судосборщика, гибщика, шаблонщика. Токари А. М. Сычев и П. Н. Панасенко работали и как строгальщики, фрезеровщики, сверловщики. На кузнеч­
ном участке отлично работали женщины машинисты •молота Е. С. Мирошник, О. И. Маркевич, кузнец В. М. Тихомиров. А лучшим слесарем вновь был при­
знан фронтовик' Владимир Сергеевич Котоз, ставший впоследствии Героем Социалистического Труда '. Ему поручалось восстановление самых сложных судовых ме­
ханизмов. В исключительно трудных условиях он со своими товарищами восстановил поднятый со дна ка­
нала пароход «Эверанна» — отремонтировал котельную арматуру, электрогенератор, грузовые лебедки, бра­
шпиль, заварил израненный корпус. В 1942 г. канонерцы возвратили в строй также под­
нятый со дна канала пароход «Тынну», полностью отре­
монтировали его гребную установку и рулевое устрой­
ство, очистили котлы, заменили 12 поврежденных ли­
стов наружной обшивки. А всего в течение года отре­
монтировали 11 судов («Казахстан», «Отто Шмидт», «Бирута», турбоэлектроход «Балтика» и др.). Самоотверженно трудились судокорпусники И. М. Максимов, И. Н. Курский, Н. Т« Парамоненко, электросварщица М. М. Бакарева, нагревальщица А. М. Лисиненкова, контрольный мастер Д. В. Василь­
ева, кладовщица А. Н. Климова (она нередко выпол­
няла работу подручной клепальщика). В октябре 1943 г. комсомольская организация заво­
да за высокие показатели в социалистическом соревно­
вании в честь 25-летия ВЛКСМ была награждена По­
четной грамотой горкома комсомола. К весенней навигации 1944 г. завод полностью вос­
становил 15 судов. В октябре отправился в плавание па­
роход «Соммери». Полным ходом шел ремонт турбо­
электроход» № 509, пароходов «Сауне», «Мария», «Полярис»., углеперегружателя «Нева». 5 февраля 1946 г. за самоотверженный труд, муже­
ство и героизм, за четкое выполнение оборонных зака­
зов в период Великой Отечественной войны Канонер­
ский завод был награжден Красным знаменем ГКО. 1 Имя В. С. Котова было присвоено парому-ледоколу, а также океанскому теплоходу — «Стахановец Котов». 211 Принимая знамя, директор завода П. П. Белов сказал: «Мы сохранили родной завод для мирных дел, и мы не только восстановим его, но и превратим в передовое предприятие с замечательной техникой и большим от­
рядом опытных специалистов». Сбылись эти слова. Ныне завод — одна из крупней­
ших судоремонтных баз на Балтике. Он оснащен совре­
менной техникой, мощными доками; выросли простор­
ные цехи, вместо деревянных домов поднялись 9—• 14-этажные жилые корпуса, проложен подводный тун­
нель, связавший остров с материком. В центре Канонерского острова, на берегу Морского канала, в окружении деревьев, хранящих следы от осколков снарядов, среди цветов и кустарников возвы­
шается мраморный памятник канонерцам, погибшим в годы Великой Отечественной войны (открыт в 1975 г.). На его пьедестале живые цветы напоминают о тех, кто самоотверженно трудился, боролся и отдал свою жизнь, как солдат, на одном из форпостов Ленинграда, у самого края его огненной черты... П. И. МАРТЫНОВ (1905), в годы войны — Электроморгреста Да, так оно было... По роду работы нашим судовым электромонтажни­
кам приходилось обслуживать все судостроительные предприятия, трудиться на судах в различных пунктах города и области. В первые же дни войны я получил приказ директора завода отправить группу электромонтажников на пере­
оборудование вспомогательных судов в боевые корабли. Объекты работ — самые различные, в том числе и такие сугубо гражданские суда, как грунтоотвозные самоход­
ные шаланды. Однако после некоторой переделки и установки вооружения они становились канонерскими лодками. Нам приходилось прокладывать кабели от командного пункта к огневым постам кораблей, монти­
ровать приборы управления стрельбой, телефонную связь, электрическую сигнализацию и др. Работали по­
рою почти круглосуточно, а нередко и по нескольку су­
ток подряд, не покидая палуб кораблей. Спали тут же, на рабочем месте, подстелив ватники. Нам в помощь каждый день присылали военных моряков, но, к сожа-
212 лению, почти все они были неопытны в нашем деле, да и, кроме того, состав их постоянно менялся, так как у каждого имелись свои определенные боевые обязанно­
сти. Создавалось очень трудное положение: объем работ возрастал, а кадров становилось все меньше. Тогда мы начали привлекать к работе школьников. И вот они пришли—подростки, едва достигшие 14—15 лет. Тех, кто посильнее, ставили на протяжку (проклад­
ку) кабеля, хотя это нелегкая физическая работа и для мужчин. Остальные занимались разделкой жил кабеля (подготовкой его концов для соединения с электрообо­
рудованием) и монтажом мелких схем связи и различ­
ной аппаратуры, помогали монтерам-слаботочникам. Школьники быстро осваивали монтажные работы, ста­
рались заслужить похвалу старших. Проходило немно­
го времени — и они становились специалистами и брига­
дирами. Нередко случалось, что бригадиру было едва 15, а подручному военмору — более 30 лет... Дети-судостроители... Такое немыслимо себе сейчас представить. Труд на корабле давал рабочую продукто­
вую карточку, а в ноябре 1941 г. это было 250 г сурро­
гатного хлеба вместо 125 г, полагавшихся детям. Так и стоят передо мной серьезные, осунувшиеся маленькие лица с глазами взрослых. Да, это были дети, но дети, познавшие все ужасы войны, ее повседневную жесто­
кость, гибель родных и знакомых, видевшие трупы по­
гибших... Старший механик ПЛ «Малютки» как-то ска­
зал мне: — Мы очень довольны работой Виктора Петровича Шарука. Он руководит краснофлотцами при заливке го­
рячей массы в уплотнительные коробки, герметизирую­
щие места прохода кабелей сквозь переборки. Следует сказать, что это весьма трудная и опасная работа. Массу нагревали на лодке до жидкого состоя­
ния. Чуть перегрел — и она вспыхивала, что в стеснен­
ных лодочных отсеках грозило пожаром. — Так вот,— продолжал командир,— Виктор Пет­
рович работает споро и без аварий. Как-то в конце дня я предложил ему переночевать вместе с нами. Но он от­
ветил, что быстро доберется до дому на машине. «Какая еще машина?»— подумал я. Вижу, Виктор Петрович лихо катит... на детском самокате! Несмотря на свои 15 лет, Виктор Шарук пользовал­
ся авторитетом у краснофлотцев. Мастер нашего цеха Сергей Васильевич Герасимов много сил и времени отдавал юным электромонтажни-
213 кам. Он учил их ремеслу, наставлял, как отец, и только убедившись, что подросток понял задание и сумеет его выполнить, допускал на корабль. В числе других юношей был у нас серьезный, ху­
денький четырнадцатилетний Николай Швень. Смотрю как-то, заворачивает он в чистую тряпицу кусочек хле­
ба, который нам дополнительно выдавали на корабле. Возле трапа к нему подошла маленькая девочка. Он стал ее отчитывать. — Сестренка моя,—пояснил Коля, оборачиваясь ко мне.— Беда с этими девчонками. Говорил ей, жди до­
ма! А виновница, потупившись, осторожно доедала Ко-
лин хлеб. Я смотрел на них, и сердце сжималось от бо­
ли. Н. С. Швень стал отличным специалистом электро­
монтажного дела и в настоящее время работает масте­
ром от к. Все чаще стали прибывать корабли с боевыми по­
вреждениями— ПЛ, эсминцы, бронекатера. Их спешно ремонтировали. Однажды меня вызвал мой начальник Г. Г. Борин: — Павел Ильич, срочное дело. На «Кирове» непо­
ладки с нашим хозяйством. — А что именно? — Точно не скажу. Сам разберись на месте. На крейсере я увидел сновавших по трапу электро­
монтажников, уже приступивших к ремонту механиз­
мов. Вместе с командиром БЧ-5 (инженером-механи­
ком) пошел по кубрикам и постам. Картина была неве­
селая: после боя часть электроаппаратуры оказалась сорванной с креплений и висела на проводах. — Посмотрите,— сказал командир БЧ-5, показывая на место разрыва крепления,— сварка выдержала, а ос­
новной металл лопнул. Нужны амортизаторы! Верно. Но где их взять? Вспомнил, что у нас в цехе были импортные амортизаторы разной жесткости и раз­
меров. Привезли их. Обучили группу краснофлотцев, и они с нашей помощью установили в наиболее опасных местах амортизаторы, закрепили на них электрообору­
дование. К сожалению, амортизаторов не хватало, и в ряде мест пришлось применять прежние крепления. Наши электромонтажники работали на заводах и 214 кораблях в условиях города-фронта. Фашисты вели ар­
тиллерийский обстрел улиц и заводов, стремясь посеять панику и сорвать работу предприятий. На заводе им. А. А. Жданова, оказавшемся вблизи линии фронта, разрывалось особенно много вражеских снарядов. Тя­
жело ранило электромонтера Парфенова, устранявшего боевые повреждения на подводной лодке, рисковали жизнью ежеминутно и остальные электрики, работав­
шие на участке мастера В. Т. Винского, руководившего всеми электромонтажными работами у ждановцев. Не менее опасной была обстановка и на ремонтируе­
мых кораблях, рассредоточенных на Неве. Электромон­
тажник Виктор Горелов работал на верхней палубе од­
ного из эсминцев. Вдруг — резкий свист и взрыв снаря­
да. Виктор ощутил тупой удар в ногу и был отброшен к надстройке. Первую помощь ему и другим раненым оказали флотские медики. К началу войны мне казалось, что я хорошо знаю своих подчиненных, их характеры и возможности. Рабо­
тая с 1932 г. на предприятии, я за два года прошел путь от помощника мастера до начальника электромонтаж­
ного цеха. Совместный труд и общая цель сближают людей. Это были годы освоения постройки новых судов. Все сложнее становилась корабельная техника, все больше приборов и механизмов появлялось на судах. Восьми часов рабочего дня не хватало. 'Работали и по вечерам, каждый выкладывался, как говорится, на пол­
ную железку. И все-таки самое хорошее в людях рас­
крылось лишь в период серьезной опасности. Наступил 1942 г. Петр Иванович Абрамов, опытней­
ший электромонтажник, в январе в состоянии крайнего истощения попал в больницу. Наши девушки по иници­
ативе монтажницы Елены Николаевны Байковой — женщины энергичной и отзывчивой — решили помочь ему. От своего тощего пайка они отрывали крохи и не­
сли их в больницу. Помогли Петру Ивановичу попра­
виться. Весной он вышел на работу. Незадолго до этого командир одного корабля попросил меня прислать опы­
тного бригадира, чтобы он помог в монтаже новых электроприборов. Вот на этот корабль я и привел П. И. Абрамова. Он был еще очень слаб и присел у трапа. — Что с ним? —спросил командир. — Это наш лучший монтажник. Он ослабел от дис­
трофии. Моряки тепло приняли нашего товарища. И вскоре 215 Петр Иванович хорошо наладил обучение и работу краснофлотцев, стал на корабле своим человеком. В феврале 1942 г. на работу не вышли Т. Т. Шиляков и В. Т. Винский— опытнейшие мастера-монтажники. В то время было так: если человек внутренне смирялся со слабостью и залегал, спасти его было невозможно. Обо­
их удалось устроить на ремонт корабельных электро­
двигателей. К сожалению, Тараса Трофимовича Шиля-
кова это уже не спасло, а Виктор Тимофеевич Винский поправился и успешно выполнял сложную работу. В январе 1942 г. в цехе ночью во время дежурства • умер от истощения мой друг, старший мастер Констан­
тин Иванович Васильев. В тот же день вечером, забрав все личные вещи друга, я пошел пешком в 30-градусный мороз на квартиру, где жила его семья,— на 1-ю Крас­
ноармейскую улицу. Там я застал ослабевших от голо­
да жену и дочь покойного. Выполнив свою печальную миссию, вернулся на завод, так как было уже поздно, да и пешком идти домой на Охту было значительно дальше. Когда погибал наш товарищ, мы старались сделать все возможное, чтобы помочь его семье. Вскоре жена Васильева поступила к нам на работу и получила про­
довольственную рабочую карточку, а его дочь Антонина стала у нас конструктором. Она и по сей день трудится на предприятии. Вспоминается и другой случай. В январе 1942 г. на одном из кораблей нужно было вместе с личным соста­
вом отремонтировать крупный электродвигатель. Ремон­
том руководил бригадир Василий Петрович Литвинов, очень хороший электромонтажник, знающий и добросо­
вестный человек. Работу начали в полдень, к вечеру разборку двигателя закончили. Бригадир почувствовал себя плохо и остался ночевать в конторке цеха. А утром сказал: «Братцы! Не могу подняться, ослаб, кружится голова!» Напоили его кипятком. Через день слабость совсем одолела его. Врачебную помощь организовать не удалось. Вечером вместе с мастером В. Т. Винским, уку­
тав больного, повезли его на санках в больницу, нахо­
дившуюся на Фонтанке, недалеко от Адмиралтейского завода. Спасти его, увы, не удалось... И еще вспоминается. В декабре 1941 г. мастер ОТК Александр Соловьев получил задание оформить в Крон­
штадте документы на выполненную нами работу. В то время это было сложное и опасное путешествие. До Лисьего Носа добирались на попутной машине. Там на-
216 чиналась ледовая Малая Дорога жизни, соединявшая базу флота с Ленинградом. Вместе с группой попутчи­
ков Александр Соловьев весь путь проделал пешком на ледяном ветру. Несмотря на теплую одежду, он сильно простудился. Задание было выполнено, но домой он до­
брался в тяжелом состоянии. В то врем-я ослабленному голодом организму много не надо было, чтоб надор­
ваться. Саша Соловьев вскоре умер. На завод пришла его жена и попросила изготовить гроб. Ни столяров, ни досок не было. В столярном цехе холод и запустение. Все же удалось найти неструганые доски. С помощью товарищей распилил ножовкой доски, наскоро сколо­
тили домовину — это все, что мы смогли сделать. Ко­
нечно, помогли похоронить товарища. В декабре 1941 г. скончалась моя мать Мария Фи­
липповна. В январе 1942 г. умерли сестра Антонина с сыном (муж ее был на фронте). Уже после войны стало известно, что в бою под Выборгом пала смертью храб­
рых сестра Александра. В конце февраля 1942 г. умерла от голода младшая сестра Евгения Ильинична, работав­
шая на заводе токарем. После смерти брата Михаила в апреле 1942 г. от дистрофии (на рабочем месте в типо­
графии на Фонтанке, 57) от всей нашей некогда боль­
шой рабочей семьи остался я один... В марте 1942 г. я и сам уже с трудом передвигал но­
ги, а вскоре очутился в стационаре при гостинице «Ок­
тябрьская». Началось паломничество товарищей по ра­
боте. Даже В. Т. Винский, сам едва окрепший, навещал меня и приносил кулечки с сахарным песком (а в ку­
лечке-то всего пять граммов). Дружеская поддержка, ле­
чение и питание восстановили мои силы, помогли выжить. Поздно вечером 4 апреля 1942 г. во время массиро­
ванного налета фашистской авиации две крупные авиа­
бомбы попали в наш цех. От взрыва бетонные перекры­
тия и толстые кирпичные стены рухнули. Между яруса­
ми коек укрылись дежурившие у телефона работницы Зоя Федорова и Лидия Бойкова. Их удалось спасти из-
под обломков здания. Возникший пожар быстро рас­
пространился по всем помещениям. Горела смазка на законсервированных станках. Прибывшая пожарная команда не смогла быстро погасить огонь, так как вода в шлангах замерзала. Мы организовали подачу воды ведрами, но и это не помогло, весь второй этаж обгорел. На другой день с 217 большим трудом удалось вытащить часть более или ме­
нее сохранившегося оборудования: рычажные ножницы по металлу, слесарные тиски, ручные прессы и т. п., ко­
торое после небольшого ремонта мы установили в дру­
гом здании и пустили в ход. Несмотря на потерю боль­
шей части оборудования, мы ни на один день не прекра­
щали работу на всех ремонтировавшихся кораблях. В мае 1942 г. завод выполнял еще один заказ фрон­
та— оборудование прорывателей минных заграждений. Для этого предстояло обмотать корпус канонерской лодки «Амгунь» большим числом витков кабеля. При прохождении по нему тока возникало магнитное поле, вызывавшее взрыв немецких магнитных мин на значи­
тельном удалении от корабля. Кабель нашли на складе на Васильевском острове. Территория склада обстрели­
валась, ни щелей, ни каких-либо укрытий там не было, только ряды барабанов с кабелем да кирпичная сторожка для охраны. Едва стали работать, начали рваться снаряды. Объявляется тревога. Свистят оскол­
ки. Укрываемся среди барабанов и возле сторожки. Отобрали 40 барабанов с кабелем, каждый весом более тонны. Через несколько дней доставили их на пляж у Петропавловской крепости, близ которой стояла на якоре «Амгунь». Предстояло размотать кабель и за­
тянуть его на корабль. Между берегом и кораблем по­
ставили две деревянные баржи. Двести краснофлотцев стоят цепочкой на пляже и баржах и ждут команды. Я подаю сигнал, и офицер через мегафон передает: «Дви­
жение вперед!»— краснофлотцы на весу дружно тянут кабель. Команда: «Дробь!» — и цепочка замирает. Очень трудно, стоя на легких мостках, тянуть кабель (целых два километра!) на борт и обносить его вокруг корпуса корабля, укладывая в определенном порядке. Но еще труднее тем, кто находится на пляже. Ноги вяз­
нут, тяжелый барабан то и дело утопает в песке, да так, что даже с помощью стальных ломов, прогибающихся от нагрузки, едва страгиваешь его с места. То была тя­
желая, изнурительная работа. Но не прошло и несколь­
ких дней, как кабель уложили на место. Начался мон­
таж электрооборудования. В начале 1943 г. нам поручили ремонт подводной лодки Щ-310, сильно пострадавшей при выполнении боевого задания. Предстояло привести в порядок и ее 218 электрооборудование. Корабль находился в доке Кано­
нерского завода. Путь к нему проходил через Торговый порт и Морской канал, который фашисты нещадно об­
стреливали и бомбили. Чтобы уменьшить риск, мастер С. В. Герасимов и опытный рабочий А. К. Шилов, руко­
водившие бригадой, решили поселиться вместе со всеми работавшими вблизи дока. Удалось найти свободное помещение в кирпичном здании. Очистили его от хлама, устроили нары. Стальная бочка превратилась в печку. Топливом служили деревянные обломки, которые каж­
дый подбирал, возвращаясь с работы «домой». По оче­
реди после тяжелого трудового дня мы растапливали печку и готовили скромную трапезу. Несмотря на убогость жилья, приятно было -погреть­
ся у огонька, сняв задубевшую на морозе одежду. С на­
слаждением прихлебывая горячую воду, бригада об­
суждала план работы на следующий день. Иногда вспоминали довоенную жизнь, которая в нашем «обще­
житии» казалась недосягаемо прекрасной. Задание бы­
ло выполнено в срок, и лодка стала готовиться к бое­
вым операциям. В то же время на основной территории нашего цеха электромонтажники готовились к работам на брониро­
ванных малых охотниках (БМО). Они производились одновременно на двух смежных стапельных дорожках большого эллинга. Электромонтажники организовали две бригады: одну возглавил И. П. Абрамов, другую — А. Т. Филиппов. В каждой бригаде были молодые ребя­
та и девушки, а также группа военморов из состава ко­
манд БМО. Работа продвигалась споро. Для сокращения пред­
стоявшего весьма краткого периода швартовных испы­
таний мастеру В. Т. Винскому было поручено организо­
вать стенд для предварительного испытания в действии электрического комплекса .БМО (четыре генератора и четыре стартера на каждом корабле). Оборудование поступало из США по ленд-лизу. После окончания электромонтажа каждый моряк участвовал в проведе­
нии швартовных испытаний БМО, изучая материальную часть, приобретая навык, необходимый для эксплуата­
ции корабля. Нередко уже через несколько часов после испытаний БМО уходил на выполнение боевого зада­
ния. За героический труд во время блокады орденами были награждены Г. Г. Борин, В. С. Городков, 219 П. Н. Иванов, В. А. Кутузов, Н. А. Магутов, П. И. Мар­
тынов, М. В. Ритатова, С. А. Лебедев, В. А. Кононов. Коллектив судовых электромонтажников завода под руководством партийной организации прошел трудный, но славный путь в годы Великой Отечественной войны. Д. А. ЧАЛЫ К (1904), в годы войны — старший строитель и ответственный сдатчик судов на заводе им. А. А. Жданова Поднят со дна моря ...21 сентября 1941 г. Только что закончился очеред­
ной яростный налет вражеской авиации. «Юнкерсы», встреченные плотным зенитным огнем, убрались восвоя­
си. Но свое черное дело они успели сделать: лидер «Минск», стоявший на Большом Кронштадтском рейде, получил два прямых попадания в кормовую часть. Тре­
тья бомба разорвалась в воде вблизи от борта корабля. Лидер был отбуксирован в Кронштадтскую гавань и по­
ставлен у стенки. Сквозь многочисленные повреждения проникала вода. Водоотливные средства не смогли с ней справиться. Корабль затонул и левым бортом лег на грунт. Осмотр затонувшего корабля выявил большие раз­
рушения в кормовых надстройках и котельном кожухе. Повреждены третий, главный, паровой котел, в трубо­
проводах, в складчатых компенсаторах главного паро­
провода — пробоины. К счастью, машинные отделения корабля пострадали мало, главные турбины и вспомога­
тельные механизмы были целы. Вот почему решили поднять лидер, восстановить его и вернуть в строй дей­
ствующего флота. 19 августа 1942 г., работая под огнем противника, эпроновцы осуществили подъем лидера «Минск». Пред­
варительно водолазы сняли с корабля все вооружение. «Минск» ввели в предназначенный док кронштадтского Морского завода. Восстанавливать корабль поручили коллективу завода им. А. А. Жданова. Предстоял огромный объем работ. Надо было не только отремонтировать корпус, носовые надстройки и котельные кожухи, но заново изготовить кормовую над­
стройку и кожух третьего котельного отделения. Капи­
тального ремонта требовали жилые помещения. На ко-
120 рабле предстояло установить новое артиллерийское и торпедное вооружение, средства связи, штурманское оборудование, посты управления стрельбой, палубные устройства. Длинный список. Даже в мирные дни вы­
полнить все в отведенный нам короткий срок было бы очень трудно. Мы обосновались на территории кронштадтского Морского завода. Начальником нашей ремонтной базы назначили инженера Ивана Яковлевича Деревянко. Ад­
министрация завода смогла выделить для выполнения необходимых работ только 60 человек, правда, все они были специалистами высокой квалификации, особенно корпусники. Помогло и командование КБ'Ф. Ежедневно, пока корабль стоял в доке, на него направляли почти 200 краснофлотцев. Вначале их использовали только на очистке помещений от ила и грязи, а со временем мно­
гие из них под руководством опытных ждановцев овла­
дели сложными ремонтными операциями. В начале ок­
тября 1942 г. дирекция завода поручила возглавить ра­
боты по восстановлению лидера «Минск» автору этих строк. Все было непросто в тот год. Казалось, что сложно­
го в том, чтобы перебраться из Ленинграда в Крон­
штадт, к месту работы в доке? Но тогда подобная поезд­
ка отнимала у истощенных блокадой людей много фи­
зических сил. Пирс, от которого шли буксиры и катера через за­
лив, находился в трех-четырех километрах от станции Лисий Нос. К деревянному пирсу, вдававшемуся в мелко­
водный залив более чем на полкилометра, буксиры и катера из Кронштадта приходили ночью, вернее, под утро. А поезд на Лисий Нос отправлялся часов в семь вечера. До пирса от станции несколько километров шли пешком. Потом начинались часы ожидания. Хорошо, ес­
ли погода приличная. Но она ведь и летом в Ленингра­
де — нечастый гость, а тут стояла поздняя осень с ее нескончаемыми дождями, сыростью, холодом. Там, где начинался пирс, вырыли две небольшие землянки, в которых, дожидаясь по четыре-пять часов транспорта, люди прятались от дождя. Народу набива­
лось так много, что сесть уже было нельзя, люди стояли вплотную, тесно прижавшись друг к другу. Впрочем, никто не жаловался: так все же лучше, чем под от­
крытым небом, на ветру и дожде. Но вот пришел буксир. Помещений для пассажиров он не имеет, все располагаются на палубе. Наконец, 221 буксир отходит, берет курс на Кронштадт. Идем под аккомпанемент разрывов вражеских снарядов. Ремонт начали с корпуса. Небольшие заплаты стави­
ли на электросварке. Если несколько таких поврежде­
ний находились рядом, заменяли часть листа обшивки или же весь лист. Пробоины большего размера заделы­
вали стальными заглушками на заклепках. Пока ко­
рабль был в доке, заново проверили, затем отремонти­
ровали донную и забортную арматуру, обеспечили во­
донепроницаемость отсеков. В тот сентябрьский день, когда лидер, после налета вражеской авиации, пошел ко дну, получили поврежде­
ния и топливные цистерны. Вылившаяся нефть заполни­
ла помещения корабля. При подъеме судна нефть осела на механизмах, трубопроводах, оборудовании. Но нет худа без добра: это обеспечило своеобразную консерва­
цию механизмов, предотвратило их коррозию. Однако та же нефть пропитала изоляцию корпуса, кабелей и привела в ужасающее состояние все помещения — жи­
лые, служебные, хозяйственные, санитарные. Масса энергии и труда понадобилась, чтобы привести все в по­
рядок. Поскольку большой и сложный ремонт требовал участия почти всех цехов и служб предприятия, было решено как можно быстрее закончить работу в доке и перевести лидер в Ленинград, на Выборгскую сторону, где находился филиал завода им. А. А. Жданова. Идти на буксире по Морскому каналу на виду у противника невозможно. Значит, надо прежде всего обеспечить ко­
раблю свой ход. Осмотр турбин и оборудования МКО подтвердил, что механизмы почти не имеют повреждений. Что каса­
ется пробоин в трубопроводах, особенно в складчатых компенсаторах главного паропровода, то на них прива­
рили заплаты. Механизмы тщательно очистили от ила и грязи, от покрывавшей их нефти, а внутренность глав­
ных турбин многократно промыли горячей водой, проду­
ли до полной очистки насыщенным паром от введенных в действие котлов 1 и 2. Вспомогательные механизмы в МКО тоже привели в рабочее состояние. К концу октября 1942 г. МКО были полностью гото­
вы к действию. Однако лидер «Минск» ожидали новые испытания. После определения девиации магнитных компасов при маневрировании в Кронштадтской бухте корабль получил серьезные повреждения носовой части корпуса, для устранения которых снова понадобился 222 доковый ремонт. Пришлось отрезать деформированную часть и править форштевень вручную. Ждановцы взя­
лись за эту тяжелую, трудоемкую операцию. Успешно справиться с ней им помогла бригада краснофлотцев. После установки форштевня листы обшивки в этом рай­
оне соединили сваркой, а к форштевню приклепали. Прежде чем идти в Ленинград, предстояло проверить корабль на ходу, для чего, естественно, был необходим выход в море. Вечером 3 ноября, соблюдая строжай­
шую светомаскировку, лидер «Минск» миновал боновые заграждения Большого Кронштадтского рейда и дви­
нулся на запад по фарватеру до Красной Горки, потом лег на обратный курс. В заливе было тихо, темнота аб­
солютная— нигде ни огонька, никаких ориентиров. С севера близко нависал финский берег. Выход оказался удачным. Машинно-котельные уста­
новки работали нормально. Правда, в какой-то момент перегрелся один переборочный сальник, но машинисты, которыми руководил старший мастер Федор Михайло­
вич Иванов, быстро ликвидировали неисправность, не останавливая машин, Корабль был готов к переходу в Ленинград. Предпраздничный день 5 ноября 1942 г., наверное, не забыть никогда всем, кто участвовал в трудном воз­
вращении лидера «Минск» к жизни. На этот день на­
значили переход и, перед тем как покинуть Кронштадт, на корабле подняли Военно-морской флаг СССР. Лидер «Минск» возвратился в строй! День 5 ноября стал вто­
рым днем рождения корабля. Но выйти из Кронштадта не удалось. В небе над Ленинградом повисли фашистские бомбардировщики, беспрерывно била вражеская артиллерия — налет был тяжелым и долгим. Досталось и Кронштадту. 6 ноября перед обедом все мы явились на работу, открыли двери, вошли в свое производственное помещение и... не узна­
ли его. Пыль, гарь, хаос. Всего за несколько минут до нашего прихода сюда попал восьмидюймовый снаряд. Случись это немногим позже, и мы, возможно, недо­
считались бы многих. Новой датой перехода в Ленинград определили 9 но­
ября. Поздним вечером на Малом Кронштадтском рейде собрались участники перехода — три эсминца и лидер «Минск». В голове отряда шли два эсминца, затем ли­
дер, еще не имевший вооружения, а концевым — третий эсминец. 223 Здесь уместно напомнить об обстановке в Финском заливе^ в те дни. Немецко-фашистские войска занимали южный берег залива в районе Стрельны и Нового Пе­
тергофа. Лишь на Ораниенбаумском «^пятачке» распола­
гались наши войска. На всем протяжении Морской канал находился под артиллерийским огнем, фашисты могли обстреливать наши корабли прицельно, с близкого рас­
стояния. С наступлением темноты канал освещался из Петергофа и Стрельны мощными прожекторами. Когда и этого врагу казалось мало, гитлеровцы развешивали над каналом «люстры». Осветительные снаряды, спу­
скаясь на парашютах, на 5—7 минут заливали все во­
круг мертвящим зеленоватым светом, от которого, каза­
лось, никуда не укрыться. Все это превращало переход отряда кораблей по Морскому каналу в серьезную операцию. Еще бы, фа­
шисты, обнаружив эсминцы и лидер «Минск», могли бить по ним с близкого расстояния прямой наводкой. Вот почему операцию тщательно готовили, и на ее при­
крытие выделили значительные силы. Отряд шел Морским каналом два часа — скорость прохода судов здесь ограничена. И все это время 12-дюймовые орудия линкора «Марат» стреляли по не­
мецким батареям у Стрельны и Нового Петергофа. По южному берегу залива вели огонь и кронштадтские форты. В небо была поднята авиация, она бомбила по­
зиции фашистской артиллерии. Удачный маскирующий маневр, своеобразную игру света придумали прожектористы. Их мощные установ­
ки «били» из Кронштадта параллельно открытой части Морского канала. Между каналом, по которому двигал­
ся отряд, и берегом, занятым оккупантами, возник свое­
го рода световой коридор. Он сбивал с толку вражеских прожектористов, мешал им освещать канал, а артилле­
ристам противника — вести прицельную стрельбу. Тем самым в какой-то мере парализовались действия фаши­
стских батарей. Понятно, корабли соблюдали полную светомаскиров­
ку. Они покинули рейд в кромешной тьме. Все обошлось благополучно. Когда отряд достиг закрытой части кана­
ла, ожили орудия концевого эсминца — их голос влился в артиллерийский хор, глушивший вражеские батареи. Лидер «Минск» встал на якорь у Балтийского заво­
да. Утром мы двинулись дальше, к набережной Боль­
шой Невки, но, однако, попасть туда оказалось непросто. Надо было пройти мост Свободы. Его развели, носовая 224 часть корабля вошла в открывшийся пролет, и вдруг раздалась команда: , — Стоп машины! Крылья ходового мостика «Минска» не проходили, они оказались шире разводной части моста. Решение приняли быстро. Вызвали автогенщика с баллонами кислорода и ацетилена, отрезали на метр крылья с обо­
их бортов. Лидер миновал мост. Впоследствии, когда отремонтированный корабль покидал завод, эти конст­
рукции, изготовленные отдельно, установили на ходо­
вом мостике уже после того, как «Минск» прошел через разводной пролет. Лидер встал у набережной. Да, это была обыкновен­
ная городская набережная, абсолютно не рассчитанная на то, что к ней будут швартоваться военные суда. Между кораблем и набережной поставили баржу, что­
бы «Минск» стоял на нужной глубине. Площадки, у которых велся ремонт корабля, были совершенно открытые. Крыша и стены цехов на основ­
ной территории, конечно, не очень надежная защита от бомб и снарядов, но от их осколков все же уберегали. Здесь же и такое укрытие отсутствовало. Между тем бомбежки и артобстрелы велись посто­
янно. Сигнал воздушной тревоги обычно подавался за­
благовременно, об артиллерийском же налете не предупредишь заранее, сирена звучала уже после паде­
ния и разрыва первой серии снарядов. К тому же про­
тивник часто обманывал: выпустит десяток снарядов и замолчит. Только люди выберутся из щелей-укрытий — снова обстрел. На моих глазах однажды утром оскол­
ками снаряда поразило сразу троих. Моряк-вахтенный у трапа и ученик-ремесленник, сидевший на штабеле дров, были убиты, наша работница — нагревалыцица заклепок — ранена в ногу. Мы теряли людей, корабль получал новые пробоины в бортах и надстройках. И все же ремонт шел. Сняли с корпуса судна всю промокшую, испорчен­
ную изоляцию и поставили новую. Изготовили оборудо­
вание для всех корабельных помещений и быстро смон­
тировали его. Значительные работы были связаны с вос­
становлением электрооборудования, кабельной сети. Пришлось заменить все приборы — штурманские, гид­
роакустические, управления стрельбой, радиоаппара­
туру. Вскрыли все механизмы МКО, палубные и другие устройства, капитально их отремонтировали. Третий ко-
8 Зак. № 356 2 2 5 тел, вышедший из строя во время бомбежки 21 сентяб­
ря 1941 г., был восстановлен, здесь заменили подавляю­
щую часть водогрейных трубок, конструкции кожуха, изоляцию. Трубки заготавливались в цехах завода, все остальное делалось непосредственно на корабле. Все машинно-котельные установки проверили и сда­
ли команде «Минска» во время швартовных испытаний у стенки завода. Ходовых испытаний предприятие, есте­
ственно, не проводило: белые ночи не давали такой воз­
можности. Артиллерийское вооружение и тяжеловесы были погружены на корабль с помощью 50-тонного пла­
вучего крана, предоставленного флотом. Десять месяцев напряженного труда рабочих и ин­
женеров завода им. А. А. Жданова, краснофлотцев, старшин и офицеров корабля были позади. Безгранич­
ная самоотверженность этих людей преодолевала все трудности военного времени, тяготы блокады. 22 июня 1943 г., намного раньше намеченного срока, лидер «Минск» вновь стал полноценной боевой единицей эскадры Краснознаменного Балтийского флота. О. Ф. ЯКОБ (1894—1975), в годы войны — руководитель группы конструкторов на заводе им. А. А. Жданова Выжить, чтобы бороться! До войны я работал начальником одного из подраз­
делений КБ на заводе им. А. А. Жданова. С приближе­
нием линии фронта к Ленинграду основной состав бюро был эвакуирован в глубь страны, но завод продолжал работать по заказам фронта, и конструкторы были крайне нужны. Поэтому на заводе оставили группу кон­
структоров, подобранную с таким расчетом, чтобы она справилась с любой работой, в которой могла возник­
нуть необходимость. Руководство этой группой было по­
ручено мне. С началом войны Военный совет фронта и горком партии поручали заводу многие задания, нередко не­
свойственные его основному профилю, но крайне необ­
ходимые в тот момент. Работа велась, как тогда говори­
ли, «на выстрел», т. е. то, что было необходимо фронту, делалось немедленно. Конечно, такие работы не могли выполняться без участия конструкторов. Кроме того, нам, как и всем ленинградцам, приходилось немало 726 трудиться на сооружении оборонительных рубежей. Много времени отнимало и военное обучение, которое проходили все работники завода. А в каких труднейших условиях приходилось делать все это! Наступила лютая зима с ее холодом и голодом, но производство требовало полного напряжения всех сил. Рабочий день был установлен продолжительностью в 10 часов, выходных дней — два в месяц. А фактически мы (если того требовала обстановка) сутками не выходили с завода. Но бывали и невольные «выходные дни», из-
за перебоев с электроэнергией. Зимний день короток. Да и дневного света, по существу, не было. От бомбе­
жек и обстрелов во многих помещениях вылетели не только стекла, но и рамы. Зияющие проемы заделывали фанерой, лишь кое-где были сделаны небольшие застек­
ленные «глазки». Простои из-за отсутствия освещения стали постоянным явлением. Зато в дни, когда включа­
лось электричество, с нормами рабочего дня не счита­
лись и трудились без передышки, наверстывая потерян­
ное время. В помещениях царил холод, особенно чув­
ствительный для голодных людей. Скудного блокадного пайка, выдаваемого по карточкам, было недостаточно для поддержания сил. Особенно тяжело приходилось семейным. Тут создавалось весьма напряженное поло­
жение, связанное с необходимостью делить скудные пайки более или менее равномерно между всеми члена­
ми семьи, так как иждивенцы, дети и служащие полу­
чали продовольствия меньше всех. Кроме того, требова­
лось наладить отопление квартир: установить печурку-
«буржуйку», наломать мебели или заборов на дрова. Надо было придумать, как и чем осветить комнату: раз­
добыть огарки завалявшихся старых стеариновых све­
чей, или парафина, или каких-либо восковых изделий, вроде елочных свечек, и из всего этого соорудить «лам­
пу». Не было покоя и ночью, когда приходилось подни­
маться на крышу дома, чтобы тушить «зажигалки», щедро разбрасываемые фашистскими самолетами. А по­
сле тревожной ночи идти пешком на завод — городской транспорт не работал. Все частные телефоны были, от­
ключены, поэтому не было возможности сообщить сво­
им близким, если приходилось задерживаться на рабо­
те. А ведь частые обстрелы и бомбежки давали основа­
ния для волнений... Тяжело переносила первую блокадную зиму и моя семья. Эвакуировать жену и сына-подростка не уда­
лось. Тяжелобольные, а затем медленно поправлявшие-
227 ся, жена и сын не были в состоянии работать и числи­
лись «иждивенцами». Вот и пришлось нам жить втроем на одну «рабочую» и две «иждивенческие» карточки, получая в день 500 г суррогатного хлеба (ноябрь 1941 г.) на троих. Результаты недоедания не замедлили сказаться. Си­
лы мои быстро убывали. Роковым для меня стал день 10 января 1942 г. Был трескучий мороз. Я, опираясь на палку, медленно брел на работу. Мороз пронизывал до костей, и, чтобы согреться, хотелось идти быстрее, но сил не было, а при медленной ходьбе стужа казалась еще лютее. Вот я и старался найти «наивыгоднейшую скорость движения», чтобы не слишком замерзнуть и чтобы хватило сил добраться до завода. Больше всего я боялся упасть. Старался только во что бы то ни стало удержаться на ногах. Понимал: упаду — не встану. Рас­
считывать на помощь прохожих не приходилось — они брели такие же обессиленные, как и я. Одна мысль — добраться до завода — заставляла идти и идти. Там свои. Помогут. На беду расстегнулась куртка. Попро­
бовал застегнуть, но оказалось, это непросто. В варежке никак не получалось, а снимешь ее — руки коченеют так, что пальцами не шевельнуть. Запахнуться и при­
держивать куртку руками — на палку не опереться, а без палки идти не могу. Ветер в лицо. Леденеют нос и щеки. Лицо растереть надо. А руки поднимешь — опять куртка распахивается... Кое-как добрался до проходной завода. Вахтер говорит: «Разотрите лицо. Обмороже­
но». Но мне уже было не до этого. Рад, что, наконец, добрался. Поплелся в столовую... Дальше мои воспоми­
нания путаются. Помню, что стоял у какой-то стены, стараясь не упасть. Помню, как постепенно сползал на землю... Остальное вспоминается только отрывками, и даже с уверенностью не могу сказать, что было действи-
тельноствю, а что — больным бредом. Мне казалось, что меня куда-то вели, а я твердил: «Что вы меня ведете? Куда? Я сам могу идти!» Ярко запомнилось, что я где-
то лежал и меня кормили горячим супом. Что это был за суп, я не знаю, но мне он показался райским кушань­
ем. Потом в моей памяти наступил полный провал. Окончательно очнулся я уже лежа в постели в меди­
цинском стационаре, который был организован на заво­
де для особо истощенных. Он размещался в большой комнате с окнами, заделанными листами фанеры, в ко­
торой стояло около двадцати кроватей. Посередине комнаты—«буржуйка» с длинными- железными труба-
228 ми, выведенными в окно. От печки было много дыма и мало тепла. Лежащим в постелях давали грелки с горя­
чей водой. В комнате было так холодно, что когда под­
няли с пола грелку, упавшую у моего соседа, то вода в ней уже превратилась в лед. Но и такой стационар очень помогал. Главное — в нем хоть и весьма скудно, но регулярно кормили. Многое сделал для спасения моей жизни директор завода С. А. Боголюбов, с кото­
рым мы много лет проработали вместе. Уже из его рас­
сказов я узнал все подробности моего спасения. Оказы­
вается, меня случайно обнаружили лежащим на снегу в бессознательном состоянии. Перенесли в стационар. Ос­
мотревший меня врач доложил Боголюбову, что «в ста­
ционаре в безнадежном состоянии находится начальник конструкторского бюро Якоб». Сергей Александрович ответил на это: «Раз человек дышит, спасти нуж­
но!» В восстановлении моих сил помогла дружеская под­
держка командира одного из находившихся на заводе кораблей — А. Н. Гордеева, который, узнав о моем тя­
желом состоянии, взял меня из стационара на корабль, где я окончательно пришел в себя. С. А. Боголюбов, по­
ка я лежал в стационаре, помог эвакуироваться моей семье. В феврале 1942 г. жена с сыном уехали из Ленинграда по Дороге жизни через Ладожское озеро. Долгое время я ничего не знал о своих близких. Нако­
нец, пришло горестное известие — сын погиб в дороге, жена в тяжелом состоянии лежит в госпитале в Сверд­
ловске. Печальная весть потрясла меня до глубины ду­
ши. Я окончательно переселился на завод. Напряжен­
ный труд отвлекал от горестных мыслей и создавал ощущение причастности к общей борьбе с ненавистным врагом. Не один я переносил подобные невзгоды. Го­
лод, обстрелы и бомбежки уносили много жизней. Из 116 моих товарищей — конструкторов, оставшихся ра­
ботать в блокированном Ленинграде,—29 погибли от го­
лода в страшную зиму 1941/42 г., 14 не вернулись с оборонных работ. Конструктор М. Г. Малявкина, тяжело пережившая голодную зиму, потеряла мужа-летчика, погибшего в воздушном бою. Ее нервная система не выдержала по­
трясения. Молодой конструктор Петя Ковалев перестал ходить на работу. Проведать его было нелегко, слиш­
ком все были истощены, чтобы навестить отсутствовав­
шего. Когда до него, наконец, добрались, было уже по­
здно. Отец Пети потерял, а может, у него выкрали все 229 продовольственные карточки, и семья погибла от гола-
да... 27 моих сотрудников пришли за зиму в состояние крайнего истощения и весной 1942 г. были эвакуирова­
ны. Некоторых из них вносили в вагон на носилках. * * * В 1942 г. мне довелось выполнить одну весьма слож­
ную работу. На территории завода стояла на берегу от­
ремонтированная ПЛ «малютка» (М-90). Спустить ее на воду под носом у фашистов не представлялось воз­
можным, так как для этого требовались два мощных плавучих крана, которыми из-за близости завода к пе­
редовой линии фронта нельзя было воспользоваться. Поэтому решили законсервировать лодку, замаскиро­
вать ее и оставить на берегу до конца блокады. Однаж­
ды, проходя мимо этой лодки, мы с главным инженером завода В. И. Дубовиченко разговорились о ее печаль­
ной судьбе. — А подумайте-ка, нельзя ли ее все же как-нибудь спустить? — сказал Дубовиченко. Поданная им мысль запала мне в голову. Долго раз­
мышлял и наконец кое-что придумал. Прежде всего необходимо подтянуть лодку к кромке набережной. Это было не очень сложно. Затем сделать дорожки для ее передвижения, подвести под лодку деревянные полозья и по насаленным дорожкам с помощью домкратов пере­
двинуть к воде, после чего соорудить какой-либо, пусть самый примитивный, спусковой фундамент. Произво­
дить в тех условиях подводные работы не представля­
лось возможным. Однако можно подвести к набереж­
ной обыкновенную, достаточных размеров баржу, опе­
реть на нее спусковые дорожки и по ним спустить лодку боковым способом. То обстоятельство, что осадка б-ар-
жи, когда на нее начнет надвигаться спускаемая лодка, будет увеличиваться и сама баржа крениться, пойдет только на пользу, так как уклон спусковых дорожек при этом будет все время возрастать — получится боко­
вой спуск с растущим уклоном спусковых дорожек. Я составил подробный проект со всеми необходимы­
ми расчетами и представил его на утверждение. Проект утвердили, и мы вместе с личным составом М-90 энер­
гично принялись за работу. Рабочей силы на заводе не хватало. Многие работы выполняли краснофлотцы. Завод выделил только строи-
230 теля — инженера В. В. Абрашкевича и старшего масте­
ра А. С. Щедрова. Общее руководство работами лежа­
ло на мне. Подводники принялись за дело с большим энтузиазмом. Работали, не считаясь со временем. Наконец, все работы были закончены, и 23 октября 1942 г., в присутствии представителей командования КБФ, М-90 была спущена на воду. Спуск прошел благо­
получно, в полном соответствии с разработанным проек­
том. Как только были перерублены задержники, лодка сразу же пошла по спусковым дорожкам, опиравшимся на баржу. Баржа стала погружаться, увеличивая на­
клон дорожек. С каждой секундой скорость движения лодки увеличивалась. С высоты нескольких метров лод­
ка соскочила в воду, подняв громадную тучу брььг. На­
конец, в опадающих брызгах показалась покачизающа-
яся на волнах рубка лодки. С души словно камень сва­
лился. Мучительные ночные размышления и сомне­
ния— все позади. Я чувствовал себя на седьмом небе. Вскоре за эту работу я был награжден орденом Крас­
ной Звезды, который мне вручил начальник штаба КБФ контр-адмирал Ю. Ф. Ралль. * * * Завод им. А. А. Жданова, как и другие ленинград­
ские судостроительные предприятия, строил для Ла­
дожского озера самоходные тендеры грузоподъемно­
стью 10—12 т и плашкоуты на 25 т, снабженные одним автомобильным мотором. Количество строившихся тен­
деров в значительной степени зависело от наличия мо­
торов, которые могли быть выделены для этих судов. В то время у нас возникла мысль построить тендеры увеличенных размеров, ставя на каждый из них по два мотора. При этом грузоподъемность тендера доводи­
лась до 100 т. Рабочие чертежи были разработаны мною, строителем тендера стал инженер В. В. Волков, мастером корпусных работ — начальник ОТК инженер Г. А. Оглоблин. В качестве рабочих-сборщиков он при­
влек техников своего отдела. Строительство тендера ве­
лось, по сути дела, кустарно и, как сказали бы сейчас, «на общественных началах». Например, чтобы соору­
дить рулевую машину, подбирали на складах и в ма­
стерских подходящие детали и уже применительно к ним составляли рабочие чертежи машины. Тем же мето­
дом создавались и другие конструкции и устройства. Наконец, наш стотонный тендер был построен. Им заин-
231 тересовался командующий КБФ адмирал В. Ф. Трибун. Нам было предложено показать ему тендер на ходу по Неве. В назначенный час мы подошли на тендере к пристани на Васильевском острове, возле училища им. М. В. Фрунзе. Адмирал внимательно осмотрел тен­
дер, выразил свое удовлетворение работой. Особенно ему понравились обводы корпуса, хотя и состоявшего из плоских секций, но значительно более изящные, чем у ранее построенных. Владимир Филиппович предложил нам показать тендер на ходу. Мы прошли несколько раз по Неве мимо пристани. Тут у нас получился не­
большой конфуз. Надо сказать, что команду тендера составляли не моряки, а судостроители. По очереди мы все стояли на руле, исполняли обязанности матросов и мотористов. Сначала все шло хорошо. Сделали несколько пробегов вверх и вниз по Неве, но во время одного из переходов Волков, стоявший на руле, при повороте вдруг расте­
рялся и стал бестолково ворочать рулем. Я стоял у бор­
та в радостном возбуждении от удачных испытаний, подбодренный к тому же лестным отзывом Трибуца, и вдруг вижу, что тендер полным ходом мчится прямо на парапет набережной. Схватил поскорее кранец — и бе­
гом на нос. Только успел подбежать, как тендер, не сбавляя хода, ткнулся в гранит набережной. Нос даже спружинил, и тендер отскочил от парапета. Ну, думаю, наверняка пробоина. Но нет! Никаких повреждений корпус не получил. Пристали к берегу. Ждем, что Три­
бун даст нам взбучку, но он только посмеялся. «Ну,— говорит,— не только ходкость, но и прочность испыта­
ли!» Много и других работ выполняли конструкторы и рабочие завода имени А. А. Жданова в период блока­
ды. РАЗДЕЛ 3 ОТ ПИРСА — В БОЙ С. Л. БОГОЛЮБОВ В бухте Гольсмана О ледовой Дороге жизни, о мужестве ее создателей, воинов и эксплуатационников знает весь мир. Огромна, неоценима ее роль для обороны Ленинграда в дни бло­
кады! Но была и другая Дорога жизни через Ладогу—• водная, по которой перевезли значительно больше лю­
дей и грузов. Между тем о ней написано до обидного мало, особенно о тех, кто создавал транспортные сред­
ства. Еще в конце лета и осенью 1941 г. началась пере­
возка грузов к спешно сооружаемым причалам на за­
падном (ленинградском) берегу Ладоги, удерживаемом нашими войсками. Здесь пристаней до войны почти не имелось, а те, что были, использовались редко, боль­
шая часть их разрушилась, акватории занесло песком. В августе 1941 г. Ленинград, героически защищаясь от натиска гитлеровцев, терял одну за другой железно­
дорожные артерии, связывавшие его с Большой землей. 8 сентября, когда гитлеровцы захватили Шлиссель­
бург — последний ладожский порт со стороны Ленин­
града,— путь в Неву из озера окончательно прервался и город потерял последнюю водную магистраль, соеди­
нявшую его со страной. Зимой набирала силу ледовая Дорога жизни. Но по мере того, как зима шла к концу, возрастала угроза по­
тери этой единственной трассы. Да, приход весны, тепла на этот раз радовал мало — мы не были готовы к мас­
совым водным перевозкам через Ладогу. Транспортные средства, которыми она располагала в осеннюю навига­
цию 1941 г., разбило штормами, многое потопила вра­
жеская авиация. Техническое состояние буксиров и 233 барж, оставшихся на плаву, оказалось плачевным. Вот свидетельство начальника тыла Ленинградского фронта генерал-лейтенанта Ф. Н. Лагунова: «На Ладоге из 29 озерных барж только 7 были в хорошем состоянии. Реч­
ные баржи, а их имелось 60, были ветхие, со слабым креплением и непригодны для плавания по Ладожско­
му озеру... Ладожское озеро в осенний период очень бурное. С 11 сентября по 15 ноября 1941 г. от штормов погибло более 20 барж с людьми, продовольствием...» 1 Рабочие и плавсостав Северо-Западного речного па­
роходства, преодолев невероятные лишения, к весне 1942 г. отремонтировали 11 озерных, 58 речных барж и самоходных судов. Но это составляло лишь десятую часть тоннажа, которым до войны располагал флот па­
роходства. Задача состояла не только в том, чтобы к навигации 1942 г. отремонтировать имевшиеся плав­
средства. Требовалось значительно большее — построить новый, надежный, мощный транспортный флот. Враг не мог представить, что флот для снабжения Ленинграда будет создан в блокированном городе! И создан в сро­
ки, немыслимые в мирное время. Ленинградские судо­
строительные предприятия, действуя в тяжких тисках блокады, только за два с половиной месяца спустили на воду 130 сварных транспортных судов: баржи, самоход­
ные тендеры и плашкоуты общей грузоподъемностью 16 тыс. т. А судостроители Наркомречфлота с мая по но­
ябрь 1942 г. построили на верфи, созданной на базе Сясьского целлюлозно-бумажного комбината, 31 дере­
вянную баржу общей грузоподъемностью свыше 10 тыс. т. 11 марта 1942 г. ГКО принял постановление о по­
стройке ленинградскими судостроителями для Ладоги 10 барж максимальной грузоподъемностью по 900 т. Срок окончания работ—15 мая. Только тот, кто пере­
жил блокаду, может представить себе всю сложность решения поставленной задачи. Специалистов не хвата­
ло, люди обессилели от голода, страдали от непрерыв­
ных бомбежек и артобстрелов. А как доставить готовые 55-метровые баржи из Ленинграда к озеру? По Неве невозможно — огонь вражеской артиллерии с левого берега реки, захваченного врагом, запросто потопил бы баржи. Вопрос, где строить баржи, стал, таким образом, од­
ним из первостепенных. Обстановка диктовала: соби-
1 На боевой вахте. Л., 1972, с. 35. 234 рать баржи непосредственно у береговой черты Ладоги! Но места здесь пустынные, ни электроэнергии, ни жи­
лья, ни каких-либо иных строений. Было над чем заду­
маться. Между тем весеннее солнце пригревало все сильнее, словно торопя нас. 21 марта у заместителя наркома А. В. Самарина, по­
стоянно находившегося в Ленинграде, состоялось сове­
щание директоров основных судостроительных заводов. Выработали план действий — что, где и как строить, оп­
ределили задания заводам. Работу решили организо­
вать так: детали и секции изготавливать на предприяти­
ях в Ленинграде, затем доставлять их по железной до­
роге к озеру и уже там, на берегу, собирать, сваривать -баржи. Шесть барж сооружают балтийцы, четыре — адмиралтейцы. Завод им. А. А. Жданова, оказавшийся поблизости от линии фронта, эти суда не строит, так как его цехи находятся под прицельным огнем врага. — Ждановцы будут помогать остальным,— решил замнаркома. Но остаться в стороне от такого важного для оборо­
ны Ленинграда задания завод не мог и настоял, чтобы коллективу поручили сделать сверхплановую — один­
надцатую баржу. (Пройдет время, и ждановцы доло­
жат: сделана не одна, а три баржи.) Совещание закончилось поздно. Захватив чертежи баржи, я сразу отправился на завод. Машина шла пу­
стынными улицами. Вот и ворота предприятия. Тишину ночи нарушило отчетливое татаканье пулеметов на пе­
реднем крае. Темное небо все время озарялось вспышка­
ми осветительных ракет, одиночными взрывами. Я вошел в бытовку корпусного цеха. Железная пе­
чурка давно остыла, вокруг нее спали в ватниках и са­
погах обессилевшие за день начальник цеха В. Е. Слав-
"городский, начальники участков, рабочие. Будить их <5ыло жаль. Ликвидируя последствия бомбежки, все они изрядно намаялись: утром из низких облаков «юн­
кере» неожиданно сбросил на завод три бомбы и тут же нырнул обратно в облака. Бомбы разорвались на набережной, на слипе, в фермах эллинга. Фермы по­
страдали мало, но два корпуса судов, стоявших под эл­
лингом еще без палуб, развалились, как яичная скорлу­
па. Гитлеровцы постоянно охотились за корректировоч­
ным постом нашей морской артиллерии, расположив­
шимся на высоком эллинге. — Валерий,— тихо позвал я, тронув Славгородско-
го. Он сразу вскочил, будто и не спал. 235 Объяснил, в чем дело. Он разбудил остальных, они так же легко проснулись. Сидели всю ночь, обмозгова­
ли, "прикинули сроки, распределили материалы, силы. Утром работа закипела. Слова «работа закипела» не отражают тяжкого, подлинно героического труда корпусников, вдохнувших жизнь в свой цех, где, казалось, уже не оставалось жи­
вого места. Стены разбиты снарядами, в проломах гру­
ды льда и снега. Долгие зимние месяцы цех бездейство­
вал — не было электроэнергии. Огромное здание из-за своей пустынности казалось еще большим. Начальник цеха и парторг Антипов с грустью подсчитывали свои малые силы — оставщихся на ногах людей. Кто отко­
пает металл, погребенный под метровыми пластами сле­
жавшегося снега и льда? Кто отремонтирует железно­
дорожные пути от склада к цеху? Кто восстановит кра­
новое хозяйство, станцию кислорода и ацетилена?.. На­
до немедля идти по домам, найти и собрать своих ра­
бочих и мастеров, привести их в стационар, вернуть в строй. Все это тогда и называлось подготовкой произ­
водства. Когда теперь оглядываешься назад, поражаешься тому, что люди нашли в себе силы и волю, преодолели неимоверные трудности. Не могу не назвать хотя бы не­
которых из этих людей—'настоящих героев: Валерий Евграфович Славгородский — начальник цеха; Алек­
сандр Дмитриевич Антипов — его помощник и парторг цеха; Александр Иванович Голиков — старший мастер. плаза и разметки, прекрасный товарищ и замечатель­
ный специалист; Павел Яковлевич Иванов — мастер плаза; Сергей Петрович Преснов — мастер обработки; Евгений Карлович Персон, Михаил Александрович Ма­
лышев, Владимир Васильевич Иванов — мастера и бригадиры по электросварке; Александр Григорьевич Буланов (старый мой соратник по постройке и сдаче су­
дов) и Бертов — технологи; Алексей Иванович Ива­
нов — механик цеха... Тем временем решался вопрос о месте постройки барж. 28 марта в район станции Ладожское Озеро к Осиновецкому маяку выехала группа специалистов — инженеры Балтийского завода А. И. Риммер, П. Н. Ко­
деров, Д. О. Бойнович, В. М. Павлов и главный инже­
нер строительного треста № 16 А. Н. Герасимов. Двое суток на леденящем ветру они искали подходящее ме­
сто для сооружения временной верфи. Наиболее прием­
лемой оказалась бухта Гольсмана. Была она невелика-^ 236 всего 100—120 м в длину и 20—25 в ширину. И начи­
нать тут надо было, как говорится, с первого колышка. В бухту направили эшелон строителей под руковод­
ством А. Н. Герасимова, человека скромного, знающего свое дело, инициативного специалиста. Значительная часть коллектива треста еще в феврале была эвакуиро­
вана на Большую землю — ленинградцы стали ра­
ботать на волжских заводах. «Людей для постройки верфи собирали по всему Ленинграду, по одному»,—• вспоминал начальник отдела кадров Д. А. Новиков. Триста женщин и подростков вместе с горсткой мужчин вручную разбивали ломами мерзлую, твердую, как чу­
гун, землю, закладывали примитивные стапели. Жили в вагонах-«теплушках», далеко не оправдывавших свое название — в них было холодно, как на улице. В по­
следних числах апреля в бухту прибыли судостроители. Дела поначалу двигались плохо. 15 мая истекал на-, значенный срок окончания постройки десяти барж, но к 10 мая ни одна не была готова. Между тем уже мино­
вали две недели с того дня, когда по льду Ладоги с Большой земли в Ленинград прошла по радиатор в воде последняя автомашина. Положение создалось угро­
жающее. 10 мая в Смольный вызвали директоров ленинград­
ских судостроительных предприятий В. С. Боженко, Н. Я- Олейникова, меня, заместителя наркома А. В. Са­
марина и парторга ЦК ВКП(б) на Балтийском заводе Д. В. Диденко. Незадолго перед этим в бухте Гольсмана побывали секретари горкома партии А. А. Кузнецов и Я. Ф. Капустин. Они вернулись весьма обеспокоенные ходом работ. Яков Федорович Капустин с этого и начал: — Сегодня десятое мая. На берегу Ладоги лежат россыпью детали на две баржи. Вот и все, что сделано. Электроэнергии хватает только для двух сварщиков. Он был резок, не дал спуску никому из тех, кто отве­
чал за развертывание работ в бухте Гольсмана. — Давайте подумаем, как выполнить задание ГКО.— И, помолчав немного, дрогнувшим голосом до­
бавил: — Ленинград ждет нашего решения! На совещании в Смольном я чувствовал себя не­
сколько свободнее других: на Ладоге я не «командо­
вал», мы вообще могли не строить баржи — сами на­
просились. Но было ясно, что при организации верфи допустили ошибку, назначив руководителем главного механика завода, явно некомпетентного в судостроении. 227 Нарушив тягостную паузу, я обратился к Я. Ф. Ка­
пустину: — Яков Федорович! Думаю, надо послать на Ладо­
гу знающего руководителя. Предлагаю главного инже­
нера нашего завода Волкова. Я- Ф. Капустин заявил: — Вторые величины тут не годятся! Следует назна­
чить руководителем работ на временной верфи директо­
ра завода. Кандидатура есть — Боголюбов... Не прошло и десяти минут, как мне вручили мандат: «Удостоверение Директор завода им. А. А. Жданова Боголюбов Сергей Александрович назначается уполномоченным Военного совета Ленинградского фронта и начальником постройки металлических барж на Ладожском озере. Всем военным и гражданским властям оказывать содействие. Член Военного совета ЛФ дивизионный комиссар А. А. Кузнецов». Уже по дороге на Ладогу, куда я отправился прямо из Смольного, почувствовалась сила мандата. Вместе со мной ехал главный инженер Балтийского завода В. Ф. Попов. На пути к озеру — три контрольно-пропуск­
ных пункта: для проезда по Дороге жизни требовались особые пропуска. Ни у меня, ни у Попова их не было. Но перед мандатом мгновенно поднимались любые шлагбаумы. По дороге на Ладогу задумался над тем, что проис­
ходило на совещании в Смольном. Постепенно обна­
жался тактически правильный ход Я. Ф. Капустина, ко­
торый сумел схватить суть проблемы. Ответственным за всю работу в бухте Гольсмана теперь уже являлся не директор какого-либо завода, облеченный властью только в рамках своего предприятия, и даже не замнар-
кома, права которого тоже ограничены пределами одной отрасли, а человек, уполномоченный на это Военным советом фронта и горкомом партии — высшими органа­
ми власти Ленинграда в то время. Мандат обязывал любую организацию в Ленинграде выполнять безогово­
рочно все, что касалось постройки барж. Оставалось од­
но—использовать данные возможности, и выполнить директиву, оправдать высокое доверие партии. В бухте Гольсмана мы нашли не верфь, а разрознен­
ные участки трех заводов — Балтийского, Адмиралтей­
ского и им. А. А. Жданова, разделенные ведомственны­
ми барьерами. Единых обеспечивающих служб нет, каждый завод все делает для себя сам. На привезен­
ных с каких-то складов дизель-генераторах от мороза лопнули цилиндры. Попыхивает дымком лишь один ди­
зель, всего на два электросварочных поста. А баржи —* сварные, нужно минимум 50—60 постов. На ознакомление с делами ушло не больше часа — времени терять нельзя. Немедленно в Ленинград! Нуж­
но принять срочные меры, чтобы в первую очередь обес­
печить площадку электроэнергией. В тот же день у себя на заводе мы сняли с фунда­
мента и погрузили на автомашину дизель-динамо на десять электросварочных постов. Во вторую автомаши­
ну уселись будущие начальники служб в бухте Гольс­
мана — работники завода им. А. А. Жданова, проверен­
ные годами совместного труда, особенно в месяцы вой­
ны. На подбор, изучение людей с других заводов, заня­
тых на Ладоге, на их взаимную «притирку» времени не оставалось. Среди тех, кто ехал со мной, были все ра­
ботоспособные ждановские сварщики. К вечеру всесильный мандат привел нас без каких-
либо задержек в бухту Гольсмана. Дизель-динамо установили за одну ночь, к утру получили ток. Ночью же разработали приказ об объединении всех участков в единую верфь с нормальной заводской организацией. День начинался со сбора всех руководителей, включая бригадиров. Создавались службы главного энергетика, главного диспетчера, ремонтной, хозяйственной, медсан­
части, столовой. Назначались руководители служб, всех производственных участков, а также мастера и брига­
диры. Четко определялись обязанности каждого и его права. Вечером, в конце дня, проверке подлежали абсо­
лютно все работы и их соответствие жесткому графику. Конечно, издать приказ, даже всесторонне проду­
манный и очень решительный,— еще полдела. Важно неукоснительно осуществить все, что намечено. Для нас в те дни не было важнее задачи, чем ликвидировать обособленность участков, покончить с местничеством, укрепить дисциплину. Случай позволил сразу же пока­
зать, что на верфи будет поддерживаться железная дисциплина. Пока в Ленинграде, на Балтийском заводе, днем и ночью строили для нас энерговагон с мощным дизель-
генератором, на Ладоге мы распределяли электросва­
рочные точки, как хлеб по карточкам, строго концентри­
руя все усилия на какой-либо одной барже с наиболь-
239 шей готовностью. Ведь Дорога жизни нуждалась в бар­
жах не через несколько месяцев, а немедленно, сейчас. Не все согласились с таким решением, кое-кто хотел ра­
ботать по-старому, учитывая интересы лишь своего уча­
стка. Пришлось принять крутые меры для наведения порядка. К чести работавших на Ладоге, следует ска­
зать, что это был единственный случай. Главным был глубокий патриотизм рабочих, мастеров, инженеров, их высокое понимание своего долга перед Ленинградом, всей страной. Именно это быстро сплотило коллектив, подняло его на самоотверженный труд по 16—18 часов в сутки, несмотря на бомбежки и лишения. Принятые с самого начала организационные меры обеспечили своего рода психологический перелом, по­
ставили производство на надежные рельсы. Несмотря на трудности, дело быстрыми темпами пошло на лад. Первую баржу, привезенную россыпью, построили за 20 дней. Со временем металлическую баржу, вмещавшую 900 т груза (а некоторые шкиперы грузили и 1000 т), со всем ее оборудованием стали строить фантастически быстро — за 10, а затем и за б дней! В довоенные годы с хорошо оснащенных стапелей судостроительных заво­
дов такую баржу в лучшем случае спускали через три-
четыре месяца. Пока не был готов энерговагон, мы продолжали круглосуточно гонять дизель-динамо, взятое на заводе. Сварка ночью не прекращалась. Сверкающие электроду­
ги выхватывали из темноты силуэты людей, барж, кра­
нов. Это было красиво, но очень тревожило командиров ПВО района — сварочные работы демаскировали бухту. Что предпринять? Снова пришлось показать мандат Во­
енного совета и продолжать круглосуточную сварку. Тревожило, что динамо работает без передышки, с огромной перегрузкой. Не могу не отдать должное нашему энергетику Ге­
оргию Яковлевичу Левичеву. Носился он по площадке от барж к сварочным машинам и обратно — его изно­
шенное хозяйство поддерживать в рабочем состоянии было чрезвычайно трудно. Не помню уже по какому случаю, но однажды Леви-
чев все же потребовал на короткое время остановить дизель-динамо, вероятно, для профилактического ре­
монта. Строители стеной встали у агрегата, дающего ток сварщикам, не допуская к нему главного энергети­
ка. Придя на место, я прежде всего удивился тому, что вижу здесь Левичева. Несколько дней назад он серьез-
240 но поранил ногу, она опухла, врач предписал лежать в палатке. Однако через два часа после этого Левичеза обнаружили около баржи на самодельных костылях. И вот теперь Левичев стоит передо мной, гневный, выражая свой протест. Я запретил останавливать агре­
гат. Несколько секунд главный энергетик бешено свер­
лил меня взглядом, затем хватил кепкой о землю, круто повернулся и поскакал на костылях к стапелям... Сегод­
ня уже нет среди нас прекрасного человека, энтузиаста своего дела, моего друга и многолетнего соратника Ге­
оргия Яковлевича Левичева. В бухту Гольсмана стали все чаще наведываться вражеские самолеты-разведчики. Зенитные батареи встречали их огнем, но мы мало обращали внимания па стрельбу — и не к такой привыкли в Ленинграде! Од­
нажды вечером, когда в палатке, где размещалось заводоуправление, подводились итоги очередного дня, послышалась особенно ожесточенная пальба. Я послал сотрудника узнать, в чем дело. Он через минуту вернул­
ся и сообщил, что девять «юнкерсов» заходят на бом-. бежку. Быстро вышли из палатки. Со стороны Ладожского озера круто заходили девять самолетов. Дальше над Ладогой у горизонта видны были группы бомбарди­
ровщиков, сопровождаемые истребителями. Люди пре­
кратили работу и тревожно смотрели в небо, но с мест не сходили, поглядывали на нас, руководителей, ждали команды. Укрыться было негде. Еще раньше пытались мы от­
рыть щели, но ничего из этого не получилось: очень вы­
сок оказался уровень грунтовых вод, щели затапливало. Решили, если возникнет опасность, укрываться в бли­
жайшем лесу. Но теперь до него- уже не добежать. Лихорадочно ищу выход: «Что же делать? Надо увести людей подальше от объектов бомбежки!» — За мной! — крикнул я, повернулся и побежал в сторону небольшой, жиденькой рощицы и болота. Огля­
нулся— сзади бегут сотни людей. Подаю знаки рука­
ми — рассредоточиться! Пробежали мы не больше ста метров, как над нами завыли бомбы. — Ложись! Все бросились ничком, но укрыться негде — мест­
ность ровна, как гладильная доска. Ухнули мощные взрывы, ходуном заходила земля. Засвистели осколки. 241 Разлетелись куски валунов, тысячелетиями спокойно ле­
жавших на берегу Ладоги. Еще кругом стояли столбы пламени, падали камни, висела в воздухе туча пыли, как по моему сигналу все вскочили и снова побежали. Ведь отбомбились только первые «юнкерсы», а над озером заходили на цель еще десятки фашистских стервятников. Бросок вперед — и снова воют бомбы, трясется, вздрагивает земля. Вижу испуганные женские лица, выглядывающие из палатки. Стараясь перекричать грохот, приказываю, чтобы все бежали к лесу. Лица мгновенно исчезли, а из палатки выбежала женщина с ребенком на руках и бросилась... к баржам, прямо под бомбы. В страхе за ребенка она не отдавала себе отчета в том, что делает. — Куда?! Назад! — кричу я. Женщина останавливается и затем бежит за нами. Трижды бросались люди на землю, поднимались и снова бежали вперед, пока не достигли болота. Укры­
лись на нем. Бомбы падали и здесь, однако уходили глубоко в жижу, поднимая высокие столбы воды и гря­
зи. В тот день, 28 мая 1942 г., более ста фашистских са­
молетов бомбардировали Осиновецкий порт, железно­
дорожную станцию Ладожское Озеро и бухту Гольсма-
на. Половина из них сбросила свой смертоносный груз на нашу площадку. Один из наших товарищей был убит, двое ранены. Были пробиты осколками три баржи. В четвертой —бомба пробила кормовой отсек, но не ра­
зорвалась и ушла в грунт. Не успела наступить полная темнота, как снова вспыхнули молнии электросварки, засверкала ее огнями вся строительная площадка. Так рабочие отвечали вра­
гу! На другой день, после обеда, в разных местах верфи вдруг послышались мощные взрывы. В чем дело? В не­
бе ни одного самолета, нет и артобстрела — сюда огонь немецких орудий не достигает. Вскоре стало ясно: рвут­
ся бомбы замедленного действия, сброшенные во время вчерашнего налета. Пришлось на полчаса прекратить работы, оградить опасные места. Вечером 29 мая — снова ожесточенный налет. Нака­
нуне наши зенитчики понесли потери, и фашисты обнаг­
лели — «мессершмитты» шли на бреющем полете, поли­
вали из пулеметов людей, бежавших к болоту. Но через час-другой площадка вновь озарялась огнями электро­
сварки. 242 С первых же дней перед нами возникла нелегкая проблема: как лучше обеспечить питанием рабочих? Ко­
нечно, уже истощенные блокадным пайком судостроите­
ли не смогли бы долго выдержать взятые высокие тем­
пы труда, хотя питание в бухте Гольсмана было не­
сколько лучше, чем в Ленинграде,— об этом позаботи­
лись Военный совет фронта и горком партии. Постав­
ленные перед нами задачи требовали интенсивного тру­
да людей, напряжения всех их сил. Следовало учиты­
вать и плохое техническое оснащение верфи. Поэтому особенно важно было разжечь в коллективе дух сорев­
нования, не только морально, но и материально стиму­
лировать тех, кто перевыполнял задания. Мощным сти­
мулом могло стать дополнительное питание. Когда создавалась временная ладожская верфь, предполагалось, что на ней будут работать 1200 чело­
век. На это количество людей и отпустили фонды про­
довольствия. Однако после введения на верфи завод­
ской организации производства общее количество ра­
ботающих не превышало 700—800 человек И все же разрешение на дополнительное питание не дали. Ведь речь шла о продуктах, которые тогда были ценнее золо­
та. От них зависела жизнь людей. Пришлось взять на себя решение вопроса о введении дополнительного питания на верфи. Его стало получать большинство работавших. Производительность труда резко пошла вверх. Руководство Военного совета фронта признало наше решение правильным, так как ускоренная постройка барж обеспечивала интенсивную доставку в Ленинград важных грузов. А спустя некото­
рое время Военный совет фронта ввел стимулирующее питание и для людей, занятых на погрузочно-разгрузоч-
ных работах во всех портах Ладожского озера и на во­
дном транспорте. В напряженнейшей обстановке, в условиях круглосу­
точной деятельности верфи, большое значение имела ак-
тизная, целеустремленная партийно-политическая рабо­
та. Судостроителей систематически информировали о текущих событиях. Живо обсуждались наши производ­
ственные дела. Соревнование носило действенный, по­
истине боевой характер Во всем тон задавала партий­
ная организация во главе с парторгом верфи, назначен­
ном горкомом партии,— Л. М. Зубаровым, работником Балтийского завода. Отличительная особенность его ха­
рактера состояла в том, что он всегда был с коллекти­
вом, хорошо знал его нужды. 243 Несомненно, в достижении общего успеха немалым был и вклад конструкторов. Их работу по созданию ме­
таллической баржи трудно переоценить. Руководителем проекта являлся инженер А. К. Осмоловский. Его ори­
гинальная конструкция обеспечила судам высокую про­
чность и сопротивляемость силам, возникавшим на кру­
той ладожской волне и при ударах о лед. Ни одна из построенных барж не была пробита льдом или повреж­
дена штормовыми волнами. Даже спустя четверть века после постройки некоторые баржи продолжали плавать по Ладожскому озеру. Их прочная конструкция — ре­
зультат научных исследований А. К- Осмоловского еще в довоенное время. После доработки по замечаниям заводчан проект стал высокотехнологичным. Корпус судна не имел ни одной гнутой детали, так как механизмов, с помощью которых можно было изготовлять детали сложной кри­
визны, еще не существовало, все делалось вручную. А нагреть деталь докрасна в печи и обработать ее на пли­
те тяжелыми кувалдами во время блокады было просто невозможно — не хватило бы сил у истощенных рабо­
чих, да и топлива недоставало. Поэтому применялись упрощенные плоскостные, прямолинейные обводы кор­
пуса (этим как бы открылось новое направление — бло­
кадное судостроение; по такому же принципу строились тендеры и плашкоуты, малые тралыцики-стотонники). Вначале заводы поставляли нам только плоские сек­
ции барж. Их размеры ограничивались габаритами же­
лезнодорожных платформ. Но постепенно секции укруп­
нялись, стали вместо плоских объемными, подгонялись друг к другу на заводских стапелях и фиксировались электроприхватками. Затем корпус разбирали на сек­
ции и в таком виде транспортировали по Ириновской ветке на Ладогу. Успех судостроителей состоял еще и в том, что подобный технический прогресс достигнут ими не за многие месяцы, а в течение считанных недель. Верфь на Ладоге выпустила 14 барж: балтийцы — 7, адмиралтейцы — 4, ждановцы — 3. Постройка барж, необходимых для доставки хлеба, всколыхнула многих. Посильное участие в их создании приняли судостроите­
ли и других заводов. Бригада завода «Судомех», на­
пример, полностью собрала одну баржу и подготовила ее к отправке на Ладогу. Задание ГКО оказалось перевыполненным почти в полтора раза. 86% грузов, перевезенных по водной Дороге жизни, пришлось на несамоходный флот, в со* 244 вдании которого большая заслуга ленинградских судо­
строителей. Стальным баржам нашлось еще одно важное приме­
нение: по исключительно смелому проекту С. А. Бази-
левского, главного конструктора Балтийского завода, три из них были переоборудованы под паромы. По за­
данию ГКО требовалось перебросить из Ленинграда на Большую землю скопившийся ненужный подвижной железнодорожный состав. Паромы поднимали три па­
ровоза с тендерами или десять 15-тонных вагонов, ко­
торые вкатывались прямо с пирса на баржу. Что же обеспечило столь разительное сокращение сроков постройки барж — некоторые из них изготовля­
лись за шесть дней вместо трех месяцев? Скажу сразу: ничего принципиально нового на Ла­
доге не было придумано. Но, во-первых, широко исполь­
зовались уже известные ранее прогрессивные методы организации производства. Во-вторых, необходимые ор­
ганизационные меры применялись без промедления, на всех участках одновременно. Мы добивались их неукос­
нительного выполнения. Такой натиск, как таран, сокру­
шал любые препятствия. Высокая технологичность кон­
струкции барж, их секционная постройка, полный отказ от заклепок в пользу сварных соединений, проводивша­
яся на заводах предварительная сборка корпусов барж на электроприхватках с последующей разборкой на секции и транспортировкой на Ладогу — все это обеспе­
чивало наиболее благоприятные условия для ускорения темпов работы на верфи. Добавлю, что конкретность сменных заданий для каждого исполнителя, четкое распределение обязанно­
стей между руководителями, заранее известные матери­
альные стимулы (рабочие знали, сколько они заработа­
ли за смену, и величину дополнительного питания, кото­
рое получат не позже утра следующего дня) устраняли всякие недоразумения, недоговоренности между ра­
ботающими. Понимание важности задания для судьбы Ленинграда объединяло их усилия. Сплоченные дей­
ствия коллектива подкреплялись целеустремленной пар­
тийно-политической работой. Вот основные причины, по­
родившие «чудо» в бухте Гольсмана. Памятным для всех нас было посещение верфи А. Н. Косыгиным, в то время заместителем председателя Совнаркома СССР. Алексей Николаевич неоднократно прилетал в осажденный Ленинград. Побывал он и в бухте Гольсмана, где ознакомился с положением дел. 245 Осматривая на стапелях баржи, А. Н. Косыгин подивился их большим размерам. — Да это целый линкор, винт приделать — и лин­
кор! — пошутил Алексей Николаевич. И неожиданно спросил: — А где находится баржа, которую пробила бомба? Я показал ее издали, не предполагая, что придется идти к ней. Несколько дней на этой барже уже велись работы. Однако попытка извлечь неразорзавшуюся бомбу не удалась: она глубоко ушла в илистый грунт. Когда А. Н. Косыгин направился к барже, я нереши­
тельно последовал за ним. Хотя мы уже сняли ограж­
дения и вовсю работали на судне, опасность оставалась. Нельзя было подвергать нашего гостя риску. Сопро­
вождавшие нас специалисты верфи почувствовали мое волнение. Я задержал взгляд на одном из них, он по­
нял меня без слов — отойдя в сторону, напрямик пошел к барже. А мы двигались не спеша, останавливались и беседо­
вали с рабочими. Но подойти к пробитой бомбой корме так и не смогли: нам мешали какие-то платформы, хао­
тически сброшенные с них доски и секции. Выйти на па­
лубу также было невозможно, так как ремонтировали поврежденный трап. Оставалось издали смотреть на баржу. Когда я, забывшись, выругал строителя за беспоря­
док на стапеле, он изумленно посмотрел на меня, но ни­
чего не сказал. «Зарапортовался наш командир»,— до­
шла на другой день до меня реплика строителя. При­
шлось извиниться. Алексей Николаевич поблагодарил коллектив за труд на благо Родины, пожелал новых успехов и, про­
вожаемый добрыми напутствиями, уехал. Давно уже в бухте Гольсмана волны Ладоги засы­
пали песком валуны. Насыпь закрыла вход в бухту, превратив ее в небольшой замкнутый бассейн. Нет и остатков верфи... Но подвиг судостроителей в бухте Гольсмана, ее легендарная верфь никогда не забудутся. Водная Дорога жизни, для которой сооружались бар­
жи, стала одной из многих дорог, приведших нас к Ве­
ликой Победе! С. А БАЗИЛЕВСКИЯ (1900), с лета 1941 г.— главный конструктор и начальник КБ Балтийского завода Конструкторы-универсалы В середине июля 1941 г. меня назначили начальни­
ком вновь организованного КБ Балтийского завода. Разнообразие специальностей и квалификации лю­
дей придало бюро универсальный профиль. Были орга­
низованы корпусный отдел, начальником которого на­
значили инженера Я. А. Копержинского, механический во главе с кандидатом технических наук М. Ш. Ш.ифри-
ным и электротехнический, руководителем которого стал профессор А. Я. Барсуков. Помимо ведущих отде­
лов, по мере возможности мы сформировали необходи­
мые вспомогательные службы: светокопировальную ма­
стерскую, архив, делопроизводство и др. Время не ждало. С первых же дней создания КБ часть конструкторов приступила к разработке докумен­
тации для ремонта поврежденных в бою кораблей. Группа технологов занялась конструированием приспо­
соблений для производства на Балтийском заводе им. С. Орджоникидзе снарядов — артиллерийских и реак­
тивных, к знаменитым ныне «катюшам». По чертежам инженера В. В. Волянского балтийцы-судостроители на­
чали изготовлять оригинальные подвижные доты из ли­
стов корабельной брони —«ползунки». Волянскнй же предложил конструкцию сварных опорных плит для ми­
нометов (до этого их делали литыми, для чего требо­
вался большой расход остродефицитного топлива); по­
требность в этих плитах была велика. При консультации инженера П. Н. Кочерова рабочие железной дороги на Витебском вокзале обшили броне­
выми листами платформы с артиллерийскими установ­
ками и паровоз. В результате фронт получил еще один бронепоезд. Первым крупным заданием для нашего КБ явилась разработка проекта транспортного дока, необходимого для быстрейшей эвакуации из Ленинграда по внутрен­
ним водным путям недостроенных боевых кораблей, ко­
торые можно было ввести в строй в тылу. Главное тре­
бование, которое предъявлялось к проекту дока — сроч­
ность постройки,— обусловило разработку всемерно уп­
рощенных конструкций. Это задание было поручено ин-
247 женеру П. Н. Кочерову. Прошло всего несколько дней, и проект дока был готов, приступили к постройке. В те дни мне постоянно приходилось бывать на ре­
монтировавшихся кораблях и в заводских цехах. Я ви­
дел, как люди, не жалея сил, самоотверженно труди­
лись на рабочих местах. Все задания выполнялись на­
много быстрее, чем в мирные дни, и это никого не удив­
ляло: война наложила свой отпечаток на трудовой ритм судостроителей. Одной из наиболее актуальных в те дни явилась разработка проекта плавучих средств для переправы танков КВ через Неву. Срок на проектирование был сжат до минимума. Сложность для конструкторов в данном случае заключалась в том, что по заданию Во­
енного совета фронта переправочные средства следова­
ло сделать облегченными, чтобы саперы под покровом ночи могли их на своих плечах доставлять из укрытия к реке. Естественно, такой понтон не мог быть цельным. Он должен иметь разборную конструкцию. Помимо прочего, в задании оговаривалось, что при сборке пон­
тонов на берегу, в целях соблюдения маскировки, совершенно исключалось применение электросварки и клепки. Переправляемые танки должны были с ходу вступать в бой с противником. Следовательно, облег­
чить «КВ» за счет снятия с него боезапаса и прочего имущества было нельзя — все должно оставаться на своих местах. Наконец, танки должны были въехать на понтон сразу же с береговой отмели, так как в районе их погрузки не имелось ни причалов, ни заранее подго­
товленных спусков. Так что было над чем подумать и поработать инженерам К. И. Кононову, И. М. Матыгу-
лину и членам их рабочей группы. Задание было получено в конце рабочего дня. По­
мню, наши сотрудники сидели над расчетами и черте­
жами всю ночь. Мы решили использовать в качестве плавучих средств обычные понтоны, которые имелись у саперов. Расчеты конструкторов подтверждали, что гру­
зоподъемность двух понтонов, соединенных между со­
бой разработанными в КБ металлическими рамами, вполне обеспечивала переправу одного танка весом 70 т. Конструкция была похожа на люльку, и я сказал: — Хорошую люльку для танков вы сделали. >— Стараемся,— слегка улыбнулся уставший Коно­
нов.— Будем сейчас заканчивать чертежи. К утру отда­
дим их в цех. 241 Через сутки после получения задания готовые дета­
ли для переправочных средств ушли по назначению. К сожалению, проверить понтоны в деле не пришлось, хо­
тя все было уже подготовлено. Неожиданно ударили сильные Морозы, и Нева покрылась крепким льдом. Борясь с трудностями блокадной жизни, сотрудники нашего КБ добросовестно выполняли задания. Они ра­
ботали в полумраке холодных помещений, нередко до поздней ночи, а случалось, и до утра. Многие перестали ходить домой, чтобы не тратить силы на дальнюю изну­
рительную дорогу. Бывало, человеку не хватало физиче­
ских сил, чтобы пройти всего несколько сот метров от рабочего места до заводской поликлиники. На пути к ней он падал замертво. Неимоверно тяжело было ви­
деть это, но мы верили, что придет время — будет празд­
ник и на нашей улице, праздник Победы над фашиз­
мом! Утро каждого дня сотрудники КБ начинали с того, что выходили на улицу для сбора топлива. Еле передви­
гая ноги, они собирали на территории завода обрезки досок, поломанные ящики, а также разбирали строи­
тельные леса, части спусковых устройств и кильблоков. Несли всё, что могло гореть в «буржуйке». Приносили топливо в комнату, зажигали огонь в железной печурке, и от тепла прибавлялись силы. Обогревшись, конструк­
торы, технологи и другие специалисты расходились по своим местам, чтобы продолжать работу. Постепенно зимой 1941/42 г. мы перешли на вечерне-
ночной распорядок работы. И вот почему: в течение дня обычно выяснялась потребность в эскизах и черте­
жах на ремонт конструкций линейного корабля, крейсе­
ров, эсминцев, стоявших у заводской стенки или рассре­
доточенных на Неве. К вечеру все данные постепенно стекались в конструкторское бюро. Мы их рассматрива­
ли, затем распределяли задания по группам. После это­
го конструкторы принимались за дело. По заведенному правилу в полночь наши специалисты получали допол­
нительную тарелку дрожжевого супа без вырезки тало­
нов из продовольственных карточек. Такую заботу о нас проявляли партийная и профсоюзная организации Бал­
тийского завода. В начале марта 1942 г. в кабинете А. В. Самарина состоялось крупное по тем временам производственное совещание директоров и главных инженеров заводов. На повестке дня было несколько вопросов. Говорили о ходе ремонта боевых кораблей, о приближавшейся на-
249 вигации на Ладоге, о постройке транспортных барж для перевозки грузов через озеро. Александр Васильевич внимательно выслушал всех и подвел итог: — Я думаю, товарищи, что ленинградские судостро­
ители способны построить баржи большой грузоподъем­
ности. — А именно? — последовал чей-то вопрос. — На шестьсот тонн. И у меня,— Самарин припод­
нялся со стула, взял папку,— уже есть проект стальной баржи, разработанный в Морсудопроекте. Прошу озна­
комиться. Все с интересом приступили к рассмотрению черте­
жей. На некоторое время в помещении воцарилась ти­
шина, нарушаемая шелестом листов. Вдруг раздался голос главного инженера Балтийского завода В. Ф. По­
пова (он сменил на этом посту В. С. Боженко, назна­
ченного директором). — Проект хороший, но только не для обессилевших рабочих. В мирное время мы по нему построили бы та­
кие баржи, а сейчас не потянем. • — Это точно,— поддержали его сразу несколько че­
ловек. — Можно и точнее.— Попов встал.— В данном про­
екте предусмотрены обтекаемые обводы, для чего необ­
ходимо выполнять тяжелые ручные гибочные работы кувалдой. Люди на заводах истощены голодом, им не под силу гнуть листы. — Какие еще есть предложения? — спросил замнар-
кома, когда Попов сел. — Вернуть проект на переработку. Необходимы пло­
скостные обводы,— высказал свое мнение главный ин­
женер Адмиралтейского завода С. М. Турунов. — И вообще надо упростить все производственные процессы,— громко добавил кто-то. — Хорошо.— Замнаркома прошелся от окна к столу и обратно.— Вернем проект Осмоловскому в Морсудо-
проект. На этом совещание закончилось, мы разошлись по своим предприятиям. На Балтийском заводе было высказано предложе­
ние применить для этих барж такие же обводы, как и у транспортных доков, спроектированных в 1941 г. За эту идею сразу же ухватился конструктор В. И. Васильев. Поэтому когда мы получили чертежи переработанного проекта А. К- Осмоловского, то решили носовую и кор-
250 мовую оконечности делать не в виде многогранника, а в форме клина, но со срезанной скулой в корме. Тру­
доемкость работы судостроителей заметно уменьши­
лась. Учитывая наличие на заводе более прочной стали, мы решили применить ее вместо стали марки СтЗ, ука­
занной в проекте. Это несколько повысило грузоподъем­
ность баржи. Процесс сборки барж на берегу Ладоги первое вре­
мя сильно задерживался из-за недостатка электроэнер­
гии, так как ни линий электропередачи, ни местных ре­
сурсов там не было. Доставленные в бухту Гольсмана маломощные дизель-динамо не могли обеспечить широ­
кий фронт сварочных работ, а срок изготовления барж, намеченный ГКО, неумолимо приближался. Однажды в середине мая ночью в дверь квартира сильно постучали. Встав с кровати, подошел, спросил: кто там? И услышал голос Самарина: — Сергей Александрович, я вас жду в машине. Сна как не бывало. Собрался быстро — и на улицу. Замнаркома пригласил в машину, I мы поехали на завод. Невольно взглянул на часы. Было три часа ночи. По дороге Самарин объяснил, что был на Ладоге. По­
стройка барж задерживается. Не хватает электроэнер­
гии. • На заводе вместе с сотрудниками КБ обсудили ситу­
ацию. Был предложен проект электростанции, смонти­
рованной в обычном четырехосном железнодорожном вагоне. Балтийцы приступили к работе. Сутками напролет судостроители под руководством опытного строителя А. Г.-Соколова по эскизам и чертежам ведущих конст­
рукторов Н. А. Агафонова, М. Д. Кошелева и К. И. Ко­
нонова выполняли срочное задание замнаркома. В каче­
стве двигателя для электростанции был использован ди­
зель мощностью 800 л. с, недавно демонтированный с одного из кораблей ввиду выработки энергоресурса. По­
сле незначительного ремонта его можно было эксплуа­
тировать при пониженной мощности. С дизелем смон­
тировали генератор, имевшийся на заводском складе. Несмотря на уменьшенное число оборотов, качество сварки оказалось удовлетворительным. Прошло пять суток, и энерговагон был готов. Его сразу же отправили в бухту Гольсмана на Ладогу. Темп постройки барж резко возрос. Ждановцы строили три, адмиралтейцы — четыре баржи по проекту 251 А. К. Осмоловского. К нашему же проекту отнеслись не­
доверчиво, опасаясь, что клиновидные обводы вызовут ухудшение мореходных качеств барж. Однако опасения не подтвердились. Наши сотрудники В. И. Васильев, Н. П. Пегов, А. К- Шлюпкин, которые непосредственно занимались усовершенствованием проекта, успешно за­
вершили эту работу. Вскоре четырнадцать транспортных барж были сда­
ны в эксплуатацию речникам Северо-Западного паро­
ходства, семь из них были построены балтийцами. Вот размеры баржи: длина по грузовой ватерлинии — 50,6, ширина — 9,2, высота — 3,2, осадка — 2,1 м. Номиналь­
ная грузоподъемность барж — 600, максимальная — 900 т |. Прошло немного времени, и у А. В. Самарина состо­
ялось очередное совещание представителей заводов. Замнаркома сказал: — Баржи вы построили. И, надо отметить, хорошие баржи! Но опыт эксплуатации сразу показал, что каж­
дая из них простаивает под погрузкой от 25 до 30 ча­
сов, в то время как сам переход через Ладогу требует максимум пяти часов. Нужно немедленно разработать проект механизации погрузочных операций. Прошу вы­
сказать свои соображения. Предложений оказалось несколько. Кто предлагал применить плавучие краны и по частям доставлять их на станцию Ладожское Озеро и там на месте собирать, кто предлагал использовать лебедки. Самарин предложил подумать о механизации погру-
зочно-разгрузочных работ и сообщил о постановлении ГКО, которое обязывало Военный совет фронта вывезти из Ленинграда ненужные в блокированном городе па­
ровозы и вагоны. Мы знали, что это задание было поручено ленин­
градским железнодорожникам, представители которых приходили к нам в КБ для консультации. Они задумали уложить на верхней палубе транспортной баржи одну железнодорожную колею, чтобы погрузить максимум пять вагонов или два паровоза и один тендер. И тут у меня возникла идея: а что, если смонтиро­
вать не одну колею, а две? Это позволит вдвое увели­
чить количество вагонов и паровозов, доставляемых на восточный берег Ладоги. Но прежде чем заявить об этом на таком совещании, следовало все тщательно рас-
1 Некоторые из стальных барж поднимали до 1000 т. «2 считать. Я прикинул вес вагонов с грузом, необходимую грузоподъемность парома. Сидел, делал наброски в блокноте и не заметил, как закончилось совещание. Лю­
ди стали выходить из кабинета. — Сергей Александрович,— окликнул меня Сама­
рин.— Что вы там колдуете? — Есть одна идея, но надо проверить, подтвердить расчетами. — Ночи хватит? — Должно хватить. — Тогда жду завтра в шесть утра. Поедем на Ла­
догу. По дороге расскажете, а заодно и посмотрите все на месте. В шесть утра я был на набережной Красного Флота. Александр Васильевич вышел из дома минута в минуту. Подошла легковая машина. Всю ночь просидел над расчетами. Они, естественно, были приблизительными, потому что я не знал точного веса груза. Поэтому брал за основу наибольший. Конеч­
ный результат оказался обнадеживающим. Если под­
крепить палубу парома, то вполне реально было загру­
жать на него вагоны и паровозы на две колеи. Об этом и рассказал Самарину. Он горячо поддержал идею. На Ладоге мы с головой ушли в работу. Поговорили с железнодорожниками. Когда они услышали о нашей идее двухколейного парома, то не сразу в нее поверили. Ведь вес трех паровозов с тендерами (столько мы пред­
лагали грузить) оказывался вдвое больше веса самого парома со всеми дополнительными устройствами! В та­
ком случае центр тяжести всего палубного груза будет возвышаться на три с половиной метра над палубой. — Это все равно, что я со своими ста килограммами довоенного веса встал бы в байдарку в ЦПКиО,— съяз­
вил один железнодорожник. — А как будем грузить? — поинтересовался другой. — Прямо накатом с носа,— ответил конструктор А. Г. Минаев. — Так ваш паром сразу же кувырнется!— округли­
лись глаза у железнодорожника. — Чтобы этого не произошло, мы и думаем, как лучше сделать,— спокойно произнес я, хотя внутри все кипело. Первый сомневающийся в успехе дела стоял пе­
ред нами. А сколько их еще будет? — Ну и думайте,— согласился один из специали-" стов железной дороги.— Только скажите, как нам делать береговые сооружения? 253 I — Дня через два скажем,— заверил я. Произведенные расчеты показали, что при погрузке паровозов поочередно то на правый борт, то на левый паром обязательно станет крениться до 20 градусов, что в сочетании с большим дифферентом приведет к погру­
жению в воду носовой оконечности почти до среза па­
лубы. А корма, вполне понятно, при этом станет зади­
раться кверху. Через два дня мы вновь встретились с железнодо­
рожниками и совместно начали разрабатывать процесс переката паровозов с берега на паром. В конце концов нашли вполне приемлемый выход — спроектировали специальные эластичные мостики с шарнирными опора­
ми, которые позволяли перекатывать локомотивы с бе­
рега на паром. Решив все вопросы, мы приступили к разработке эскизов по переоборудованию транспортных мест и же­
лезнодорожных путей на баржах под паровозы и ваго­
ны. Решили уложить на палубу деревянные клетки, рас­
пределявшие давление колес на два ближайших рам­
ных шпангоута, подкрепленных деревянными стойками со стороны трюмов на каждом днищевом стрингере. Ввиду особой срочности заказа работы по переобо­
рудованию барж в паромы были организованы необыч­
но. Помимо судостроителей в них активно участвовали железнодорожники и военные строители. Все делалось практически без чертежей, по эскизам, набросанным на листке бумаги от руки, а чаще всего — по меловым на­
броскам на палубе или на борту. Чертежи лишь фикси­
ровали уже сделанное. За все это время была написана всего-навсего одна служебная записка — никаких про­
токолов, писем или актов. В это время А. В. Самарина отозвали в Москву. Его сменил замнаркома Н. М. Разин. Он детально ознако­
мился с проектом парома, поверил в него и помог дове­
сти начатое дело до конца. Спустя несколько дней в бухту Морье прибыла спе­
циальная комиссия, которая должна была подписать акт о допуске паромов к эксплуатации на Ладожском озере. Товарищи довольно скрупулезно проверили наши расчеты, внимательно и придирчиво осмотрели два уже к тому времени построенных парома и... отказались под­
писывать акт. Наши убеждения не подействовали. Пришлось первую погрузку на свой страх и риск производить без документального разрешения. Карти­
на, действительно, была не для слабонервных. Один вид 254 огромного паровоза, медленно сползающего по ажурно­
му мостику с дифферентом и креном до 12 градусов, не внушал уверенности в успехе. Паром, казалось, вот-вот готов был нырнуть носом в воду. Тем не менее погрузка прошла благополучно. Несмотря на успешную погрузку парома, местное начальство все же побоялось выпустить его в рейс, и груженый паром стоял у пристани. К нашему счастью, в те дни на Ладогу приехал командующий КБФ адми­
рал В. Ф. Трибуц. Он приказал отдать швартовы. Паром медленно отошел от берега. Первый рейс, в котором я принял участие, состоялся в ночь на 31 июля и, как все последующие (около 400), прешел нормально. Когда через месяц один из паромов был потоплен при бомбежке, его заменил другой, пере­
оборудованный из баржи в течение одной недели. На этих паромах из Ленинграда на Большую землю в навигацию 1942 г. были перевезены 271 паровоз и 1620 вагонов, платформ и цистерн. Но этого мы уже не видели. Нас ждали на Балтийском заводе новые за­
казы. ...Весной 1943 г. в наше конструкторское бюро посту­
пил проект 100-тонного тральщика, разработан­
ный Н. Г. Лощинским. Тральщики тогда были очень нужны для КБФ. Гитлеровцы поставили в Финском за­
ливе множество минных полей, которые необходимо бы­
ло уничтожить тралением. Мы внимательно ознакомились с чертежами и при­
шли к выводу, что для нас проект (№ 253) непригоден, так как он не учитывал специфических условий судо­
строительной промышленности блокированного Ленин­
града. Сам по себе проект был хороший. Однако обводы корабля были лекальными (плавными). Строить траль­
щики судостроители могли, лишь используя имеющиеся запасы металла разных марок, оставшиеся у нас от до­
военных времен, а не из тех, которые требовались по проекту. Следовательно, необходимо было так перера­
ботать все чертежи, чтобы избежать во время построй­
ки кораблей снижения их тактических качеств. Сотрудники КБ К- А. Гордеев, В. И. Гуляев, Ю. М. Зво-
нцев, К. И. Кононов и другие во главе с начальниками отделов П. Н. Кочеровым, М. Д. Кошелевым и Н. Д. Ага­
фоновым взялись за коренную переработку про­
екта. Прежде всего они спроектировали конструкцию корпуса, у которого обычные закругленные скулы заме-
255 нили прямоугольными из прокатных угольников, имев­
шихся на заводе. Шпангоуты должны были крепиться к ним сваркой впритык, без обычных скуловых флоров. Аналогично рассчитали и крепление ребер переборок, соединения шпангоутов с палубными бимсами. Словом, когда закончили работу и посмотрели чертежи, сравнив их с чертежами Н. Г. Лощинского, то у нас получился, по сути дела, совершенно новый проект. Первые эскизы были срочно выполнены и представ­
лены на рассмотрение командующему КБФ В. Ф. Три­
буну и в ГУК НК ВМФ в Ленинграде А. К. Усыскину. Они одобрили наш проект. Вскоре чертежи были готовы. По ним на Балтийском заводе заложили сразу несколько корпусов первой се­
рии, в которой предусматривалось строительство две­
надцати малых тральщиков. Их предстояло сдать флоту весной следующего года. На наших заводах не хватало металла. Мы знали, что А. К. Усыскин по этому вопросу обращался непо­
средственно к А. А. Жданову. При очередном посеще­
нии он рассказал нам о своем разговоре в Смольном и обрадовал тем, что скоро с Кировского завода должны завезти на Балтийский 200 т металла. Время неумолимо шло вперед. Хотя у нас и было разрешение А. К- Усыскина и В. Ф. Трибуца, -однако следовало эскизный проект утвердить в Москве. Доку­
менты были отправлены в столицу. А на МТ-1, которые уже находились на плаву, полным ходом шел монтаж оборудования и вооружения. В наркомате наш ленинградский проект (№ 253-Л) рассмотрели и поручили ленинградским ученым ознакомиться с ним на заводе. Товарищи пришли к нам, долго изучали техническую документацию и высказали сомнение по поводу прочности разработанных нами конструкций. Не знаю, как повернулось бы дело даль­
ше, но недаром в народе говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло. А получилось так. Во время на­
ших горячих дебатов в мой кабинет вбежал мастер уча­
стка: — Сергей Александрович, беда! — Что случилось? 1— Проводили гидравлические испытания корпуса,— выпалил мастер,— и случайно дали не то давление. !— Какое? Он назвал цифру. Она превышала расчетную в пять раз. 256 Н. П. Пегов — инженер-конструк­
тор Балтийского завода (фото 1942 г.). Руководители Петрозавода в го­
ды войны. Слева направо, в пер­
вом ряду: директор К. В. Шев­
ченко, главный инженер Б. С. Стебаков, парторг ЦК. ВКП(б) В. И. Романовский; во втором ряду -— секретарь партко­
ма А. А. Котляренко (фото 1942 г.). Ю Зак. № 356 Адмиралтейцы — участники ремонта кораблей в годы войны. Сле­
ва направо, в первом ряду: старший мастер Н. М. Клубов, ма­
стер Н. Ф. Николаев, гибщик П. Е. Пентюхов, мастер П. Ф. Фи­
липпов; во втором ряду: старший мастер Н. В. Мартынов, элек­
тросварщик А. И. Комаров (фото 1942 г.). Тральщик, ремонтировавшийся "в 1942 г. на Петр оз а воде. А. И. Риммер — главный ин­
женер Ладожской верфи (фо­
то 1942 г.). В. Л. Лукьянов — инженер-
адмиралтеец, участник пост­
ройки барж-«блокадок». К. И. Кононов — инженер-
конструктор Балтийского завода (фото 1942 г.). М. Д. Кошелев — инженер-
конструктор Балтийского за­
вода (фото 1945 г.). Достройка барж-«блокадок». А. Н. Герасимов (фото по­
слевоенное) . Самоходные тендеры с десантом. в о Т для Л а д о г Г" "Л а ШК 0 >™' построенных „а Балтийском за-
Ю. Г. Деревянко — главный инженер завода «Судомех» (фото 1942 г.). Н. Н. Исанин — руководи­
тель конструкторско-техноло-
гической группы, участник постройки боевых катеров во время войны. А. Н. Тюшкевич — конструк­
тор, участник постройки БМО (фото послевоенное). Е. П. Корсак — старший стро­
итель БМО (фото 1942 г.). Работники завода «Судомех». Справа налево: начальник цеха П. Г. Захаров, мастер В. И. Горшелев, слесарь-стахановец Н. А. Теркин на сборке румпеля (фото 1943 г.). Молодые рабочие-адмиралтейцы. Справа налево, сидят: Саша Смир­
нов, Паша Легчинков, Катя Самойлова, Митя Горбатенков, (фами­
лия не установлена); стоят: Зина Козина, Костя Иванов, Люда Пашкевич (фото 1941 г.). Дизельный МБК (шхерный монитор) «Комсомолец Армении», по­
строенный в конце войны на Адмиралтейском заводе. Спуск на воду первого стотонника на Петрозаводе. Один из первых БМО, построенных в 1943 г. на заводе «Судо-
мех». С. Ф. Абрамович — научный сотрудник, участник постройки и ремонта кораблей в Ленин­
граде в годы войны (фото 1940 г.). 1 * В. М. Крылов (фото 1945 г.). В. И. Ботов (фото 1941 г.). А.С.Ермолаев (фото 1941 г. Е. С. Лепихин (фото 1943 г.). А. Ф. Кузьмин (фото 1941 г.). Б. И. Парнов (фото 1942г.). И. С. Нестеров — комиссар 265-го ОПАБа судомехов-
цев. Л. А. Алейников — командир дота 265-го ОПАБа. Пал смертью храбрых в 1941 г. Павел Филимонов — юный доброволец 265-го ОПАБа. Пал смертью храбрых в 1941 г. М. С. Бондаренко — коман­
дир 264-го ОПАБа. Пал смертью храбрых в 1941 г. М. А. Крысов — комиссар 264-го ОПАБа. Пал смертью храбрых в 1941 г. А. А. Терещенко (фото 1943 г.). П. А. Дорошенко (фото 1941 г.). В. К. Кузьменко (фото 1942 г.). А. А. Рихтер (фото 1942 г.). В. И. Першин (фото после­
военное). 1942 О В о л о д и н (Ф°т о К. А. Прокофьев В. В. Алешин (фото после­
военное). Л. А. Коршунов (фото 1945 г.). А. К. Ос 1941 г.). моловский (фото Н. А. Киселев — начальник цеха на Петрозаводе (фото 1942 г.). Б. Г. Потапов, младший лейтенант, доброволец из Балтсудопроекта, командир взвода 264-го ОПАБа; пал смертью храбрых в бою под Петергофом в сентябре 1941 г. Н. И. Семьянов—участник боев под Петергофом (ныне председатель совета ветера­
нов 264-го ОПАБа). Трудящиеся Балтийского завода им. С. Орджоникидзе и города Луги чтят память ополченцев, погибших на Лужском рубеже в 1941 г. — Ну и как? — поинтересовались прочнисты. — Корпус выдержал, только есть вмятина,— смахи­
вая бусинки пота со лба, ответил мастер. У меня отлегло от сердца. Вместе с проверяющими прошли на место. Ознакомились с записями в докумен­
тах, осмотрели конструкцию, после чего прочнисты со­
гласились с нашими доводами. А испытания продолжались уже на Неве. Результа­
ты были хорошие. Для проверки маневренных качеств, мореходности, испытания трального оборудования ко­
рабли выходили в Финский залив. Надо отметить, что и скорость они развивали несколько большую, чем была у тральщиков проекта Лощинского. В июле корабль осмотрели В. Ф. Трибуц и офицеры штаба КБФ. Они придирчиво прошлись по корабельным помещениям, после чего высказали ряд пожеланий, ко­
торые следовало учесть при постройке остальных траль­
щиков серии: для повышения живучести третий двига­
тель разместить в тральном трюме; предусмотреть штурманскую рубку; установить гирокомпас и аварий­
ное (дублирующее) управление рулем на юте; провести с верхнего мостика переговорные трубы в ходовую руб­
ку, в радиорубку и к тральной лебедке. Затем было много работы по техническому, совершен­
ствованию проекта. В ней принимали активное участие Н. П. Пегов, Ю. М. Звонцев, В. И. Гуляев и многие дру­
гие. Все долгое военное время мы постоянно ощущали поддержку заводской партийной организации и парт­
бюро КБ, которое в период работы над паромами и тральщиками возглавляла парторг О. II. Шацилло. А. И. ГЕРАСИМОВ (1905—1982), в годы войны — главный инженер стройтреста № 16 Подвиг строителей Шестнадцатый трест в 40-х гг. являлся крупнейшей строительной организацией города, располагавшей ме-
талло- и деревообрабатывающими предприятиями, кир­
пичными заводами и карьерами по добыче нерудных материалов. Трест вел ра