close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

УС 1971-05

код для вставкиСкачать
АСТР. 6 ... СТр. 2 .." СТр. 16 АСТР. 56 ~ СТр. 20 РЕШЕНИЯ XXIV СЪЕЗДА КПСС­
В ЖИЗНЫ 1971 ~.~ . ВOКP.т~BEТA Не 5 Жvрно.l основан в /86/ гооу МАI ----------------~--------
НАУЧНО-ХУ ДОНlЕСТВЕННЫЙ ЕНlЕМЕСRЧНЫЙ НlYPHAJI uн BJlHCM ПУТЕWЕСТIИЙ. ПРИНJlIOЧЕНИЙ И ФАНТАСТИКИ На страницах номера: .Дорога к башнм. Наш корреспондент ведет рассказ о строительстве в горах Кавказа крупнейшего телескопа, с по­
мощью которого учеиые смогут наБJIЮ­
дать звезды 24-й величины . • В воскресенье 30 лет назад ... Один из героических эпизодов Великой Отече­
ственной войны на Черном море. Новые свидетельства, добытые благодаря по­
искам аквалангистов из молодежного клуба .Садко" . • Вертолеты над Гангом ... О работе со­
ветских летчиков, помогавших жертвам наводнения в Пакистане, ведет репор­
таж участник операции. 50 л е т КПЧ. .Золото... ДOKYMeнтaJlЬ­
ный очерк о том, как во время войны был спасен золотой запас Словакии . • Сахара: человек и пустыня ... Подбор­
ка материалов, рассказьmающих об ис­
тории, жизни и проблемах веJIИКОЙ пустыни. «Живые пергаменты Матенадарана.). у древних книг, собранных в ереван­
ском хранилище, сложная и интерес­
ная судьба. Об этом рассказьmает наш корреспондент . «Последний спектакль самураю). Лич· ные впечатления и документальные сведения, собранные советским журна­
листом о JIИдере японских «ультра.) Юкио Мнсиме. 1 ссПроrресс науки и техники -
это rnaBHbIl4 рычаr со­
здания материапьно-техннчеСКОI4 базы коммуннзма)), Ю. Л Е КС ИН. В. ОРЛОВ (фото). наwи спец. корр. И з О т ч етно го до кл а да Г е нера ль н ог о се к р ет аря ЦК КПСС то в а рищ а Л. И. Бреж н ева XXIV съезду К ПСС ~oporA R БАШНЕ "Во имя ПРОГРе(;са советской науки о космосе. изучающей тайны вселенной для блага всего чело­
вечества. Академия наук СССР заложила 18 марта 1966 года специальную астрофизическую обсерва ­
торию на г оре Семиродиики Зеленчугского района Карачаево-Черкесской автономной области Став-
ропольского края РСФСР. выбранной Главной астро­
номической обсерваторией АН СССР. Здесь будет установлен большой азимутальный телескоп с диаметром зеркала шесть метров, из­
готовленный Ленинградским оптико-механическим объед и нением », Пл,ита с этой надп и,сью заложен а в основание фундамента телескопа .. , 1:3
., канун Нового года все разъехались по домам. . Даже базарный день в станице прошел тихо и неприметно. В единственном ка­
фе посреди станицы стало без­
людно, новогодняя елка стояла меж столов, как запыленный фи­
кус. «Только наряженный", -
ре­
шил Гуров, · глядя на нее. Он вышел на улицу, заранее ожидая удовольствия, с каким пойдет по ночным теням кипари­
сов. Тени лежали долгими пира­
мидами, вытягивались по сухой холодной земле, робко дотраги­
ваясь вершинами до заборов на противоположной стороне улицы. Тени подрагивали, заливая сты­
лую землю темнотой, то вдруг уносились В сторону, освобождая на земле место для света; и от ЧЕЛОВЕК И ЕГО ДЕЛО близкого их движения казалось, что шуршали не кипарисы, а их тени. Свежо было и лунно. Небо над станицей -
совер­
шенно ясное, полное звезд -
словно доказывало лишний раз, что вот здесь и есть то един­
ственное на нашей земле место, которое многие люди искали для, телескопа в течение шести лет и наконец нашли здесь, на Север­
ном Кавказе. Никто не мог видеть сейчас ничего особенного, чем отличал­
ся бьi здешний небосвод от лю­
бого другого. Но тому, кто знал, как искали это небо, в конце концов начинало казаться, что он замечает какую-то особую яс­
ность купола. Гурову тоже так казалось. Воспоминание же о лю­
дях, искавших это небо, достав­
ляло ему то тревожное удоволь­
ствие, какое человеку способно­
му и не отягощенному завистью доставляет обычно блестяще' вы­
полненный чужой труд. Было шестнадцать экспедиций; люди в них, отказавшись от все­
го, чем сам Гуров все это вре­
мя пользовался, -
были ТО' эле~ ментарные удобства жизни в се­
мье, в городе, -'ушли от таких же удобств (Гурову казалось, что они сделали это с удовольстви­
ем и радостью, с какими он сей­
час присоединился бы к ним -
если б мог!). Те люди долго жи­
ли в горах, бродили по сопкам, в пустыне, и наконец их ра­
достью СТёlЛО то, что они нашли это ,небо; теперь эта радость будет при'надлежать 'им всю жизнь. Гуров же приехал под уже «открытое» небо, ходил под ним неделю и еще не знал, остаться ли ему здесь или вернуться в го­
род и уже не думать, что у ко­
го-то есть нечто такое, чего у не­
го нет, но могло бы быть. Надо только отказаться от приглаше­
ния работать здесь инженером. , Собственно, вопрос решился, осталась малость: в воскресенье, послезавтра, позвонит из дома жена -
узнать, что и как тут, да еще не удалось сразу достать билеты домой. А небо и впрямь было от­
личное! Говорили, что на том самом месте, где собрали башню телескопа, раньше всегда стояла кошара; «А пастух,и тоже не ду­
раки -
знали, где ставить ко­
шары», -
так говорили. «И все же удивительно, -
думал Гу­
ров, -
ЧТО во всей капризной природе Кавказа не сыщется ни­
каких случайностей, которые мог­
ли бы изменить это небо к худ-
4 шему -
как и всегда, оно оста­
нется небом ста звездных ночей в году». Давно не пугали никого обыч­
ные здесь дневные туманы. Да­
же сторож на башне с ПРОфес­
сиональностью синоптика мог об'Ья~нить любому, что случится с туманом к ночи -
он упадет в долину. «Вода его там притяги­
вает, -
сторож говорил, погля­
дывая в небо, будто сказанное пришло ему в голову только ,что. -
Сухое небо станет, чи­
стое... Звезды, как одну, будет видно». «Почему как OД+lyl». -
усмех­
нулся, вспомки,в его слова, Гу­
ров. Привыкнув запоминать все но­
вое, он и о телескопе знал мно­
гое. Но все, что он знал, -
Гу­
ров признавался себе -
тоже принадлежало людям вроде тех, что искали здешнее небо; а они не были ему даже известны. В эту неделю ему случалось пе­
ресказывать кое-что новичкам, поееля·вшимся в общеЖИ1\И'И ря­
дом с ним, но, и рассказывая, он по·нимал, что все это принадле­
жит ·не ему. он не мо,г сказать: I'Я видел, как дикие утки пикиру­
ют В туман на купол телескопа, думая, что это озеро». Он только знал, что иные из них разбива­
ются. Да, это будет уникальный те­
лескоп и зеркало самое большое в мире. Да, возможно, будут вид­
ны звезды двадцать четвертой величины, а существующий атлас звездного неба, каждым экземп­
ляром которого дорожат­
у нас всего их около пятидеся­
ти, -
дает звезды лишь AIIадцать третьей величины ... А можно было еще и поразить воображение _ рассказать о Gвече. Стань Земля РОItНОЙ, 'и го­
рящая во Владивостоке свеча бу­
дет видна здесь -
в Карачаево­
Черкес,ии... Или о том, как вез­
ли конструкции башни. Ночью в Ленинграде,снимали на улицах провода. Впереди медленно иду­
щих машин ровно, почти тор­
жественно двигался на мотоцик­
лах эскорт милиции, и разбужен­
ные ленинградцы, из любозна­
тельных" шли за процессией до самой пристани. Потом целый месяц конструкции плыли на барже до Ростова. И это было далеко не все. В течение нескольких лет строи­
тельства история телескопа на­
капливала себя, подробностей становилось больше с ,каждым днем; теперь уже не существо­
вало человека, который мог бы знать их все. Гуров же, переска­
зывая их, ·вообще вдруг спраши­
вал себя: «Ну, а мне-то чтоl» После этого он умолкал. И сейчас, подходя к 'дому, он почувствовал прилив того же не­
приятного молчания. Он огля­
нулся. Ночь сияла. Переливались се­
ребром тополя -
их ворошил ве­
тер. Сияло небо. Не только звез­
ды, а само небо сияло, высве­
ченное до темной голубизны. Даже на земле меркли и загора­
лись какие-то холодныe блест­
ки -
наверняка это был лед. «А у башни 'по-о снега», -
подумалось Гурову. в комнате не спали. Гуров не удивился, что говори­
ли о телескопе. Почти все раз­
говоры здесь так или иначе ка­
сались телескопа. Только вечера­
ми все словно забывали о своих профессиях; наступало время рас­
сказов, которыми можно уди­
в,",ть. Гуров не узнавал голосов, да и свет был погашен. По-видимо­
му, приехали новички или начали собираться те, кто хотел встре­
чать здесь Новый год: не уехав­
шие на праздник звали к себе гостей из родных мест -
встре­
чатьсоб.нраnись прямо у башни. -
Не спорь! В Ленинград~ зеркало делают! -
шумел KTO~ то в темноте. «Чудак!» -
удивился Гуров, но промолчал. -
Я не спорю, я знаю. Этот голос действительно не спорил, он увещевал, но так хо­
лодно, что Гуров загадал: «Сей­
час будет насмешка». -
В Ленинграде негде его де­
nать. С такой же вероятностью можно говорить, что его делают вМелитополе. Гуров уm.lбнулся. -
Это где-то под Москвой. -
А повезут как' -
сдался «чудак». -
Все так же до Росто­
ва -
по воде' -
Нет. Решили на колесах. Прямо из Москвы до башни. Голос умолк, потом сомнение послышалось в нем: -
Как повезут -
черт его знает. Сорок тонн в нем. Еще упаковка. Тонн восемьдесят потя­
,нет, если не больше. «К чему трепатьсяl» -
думал Гуров. Зеркало делали под Моск­
вой, весило оно сорок две тон­
ны, и, значит, в упаковке получа­
лось тонн девяносто. Никак не восемьдесят. Заспорили, сколько лет остыва­
ла отливка зеркала. И Гуров удив­
лялся: как можно не знать, что остывала она два года? От лунного света голубели окна. Гуров выбрал за стеклом звезду. Имени ее он не знал, но мог видеть ее, даже закрыв гла­
за. Так и представлял ее, споря с голосами, пока звезда ла меркнуть. Он уснул. не нача-
Ему снился сон. Дул щий ветер, валил снег, а к башне. В гостинице свистя­
он шел рядом с ней он вместе со всеми празд­
новал Новый год, но сейчас ему непременно надо было идти. Что-то непонятное, но обязатель­
ное ждало его в башне. Только он один мог сделать это. Все остальные тоже знали, что баш­
не грозит страшное, но были уди­
вительно беспечны, и Гуров по­
нимал, что ему никто не помо-
жет. Ветер валил его. Тот ветер, который и бывает у башни, -
до сорока в секунду. самый только метров Он про полз половину пути, все­
го метров двести, и вдруг по­
нял, что ему не найти дороги да­
же назад. Огней нигде не было. А ведь только что они горели у него за спиной! .. Снег обруши­
вался сугробами, упавший суг­
роб тут же сметало ветром, и мгновенно падал новый,. странно непохожий на первый. Все св,и­
стел о и металось. Линии удиви­
тельной чистоты склады вались, переплетались, чтобы тут же ис­
чезнуть и возникнуть вновь. Гу­
ров застыл. Он соображал, что же делать, как вдруг почувство­
вал под рукой что-то твердое и понял сразу, что это ·и есть тот самый указатель. Его поставили здесь ради шут­
ки, НО Гуров этой монументаль­
ной шутки не понимал. Указатель сработали по-настоящему: на большой бетонной. плите торчала приваренная к трубе стрела, ука­
зывая на север, и на ней крас­
ными буквами было написано, какой из бригад, строивших баш­
IofЮ, сколько километров от баш­
ни до дома, если шагать по пря­
МОй пешком. Даже во сне Гуров сознавал, что цифр этих он не помнит и помнить не может. Он только обрадовался, что ползет пра­
вильно, но тут же увидел цифры так ясно, словно мог читать их сквозь валивший стеной снег: Ленинград -2620 км Ростов-Дон -540 км Горький -2190 км -
Эльбрус видно! Смотри-
ка... -
сказал возникший прямо из снега «гений». Одет он был совсем не по-зимнему, в своей вечной домашней куртке с кожа­
ной спиной. -
Да ты что? -
чуть не вскри­
чал Гуров. -
Точно он. Двуглавый ... Гуров проснулся. У окна стоял инженер из соседней комнаты. Его не совсем в шутку называли за глаза «гением» (количество его изобретений не поддавалось подсчету). Новенькие, разумеет­
ся, бросились к окну. «Гений» их И звал. Но «гению» этого было мало. -
Взгляните, -
обернулся он к Гурову. -
Не видели еще? -
Нет, -
засмеялся Гуров, вспомнив, как только что чуть не кричал на него. -
Стоит взгляда. Все-таки са­
мая высокая вершина в Европе. Отсюда видна, кстати, только на восходе. Гуров видел, что «гению» уже неважно, встанет он смотреть или нет. Поэтому не встал. -
На значки не хотите взгля­
нуть? -
спросил «гений». -
За­
шел показать. Здесь, говорят, уже сто лет мечтают иметь ка­
кие-нибудь... Правда, надо ребя­
там сделать, а то уедут, и вспом­
нить нечего. Он подал значки Гурову. На обоих была белая башня те­
лескопа. -
Гнутся? Пустяки! Пробные. Только отштамповал. Жесть. Краски -
тоже акварель... По идее приятные? -
быстро спро­
сил «гений». Гуров согласился. Один дей­
ствительно ему нравился. -
Этот? -
опередил его «ге­
ний». -
Да. -
Формой? Нет? Странно! Зна-
чит, цвет ... Цвет будет другой. «Гений» навязывал свой темп жизни, как всегда не обращая внимания, с каким чувством его темп принимает собеседник. Ко­
гда собеседник не умел принять его совсем, «гений" уходил ему становилось скучно. Сейчас он ушел быстро. Утро стояло чудесное. Гуров шагал по дороге, наслаждаясь солнцем, теплом 'и одиноче­
ством. Станица осталась позади, впе­
реди голубели горы, и Гуров шел легко и быстро. Он знал, что, хотя сегодня и выходной, машин на дороге будет мало, но кто-нибудь все-таки поедет к башне, значит, подхватит и его. На худой конец, он просто прой­
дется, у башни все равно делать нечего. Сам не замечая того, Гуров уже не мог думать о телескопе как о чисто инженерном соору­
жении. Даже не'Достроенный, теле-
скоп притягивал к себе людей. Он стоял далеко от стаtiицы, у горы Пастухова, казался издали маленьким, даже незначитель­
ным, но его серебряно блестя­
щий купол обладал странной си­
лой притяжения -
понятной и В то же время непростоЙ. Такой силой притяжения обладали толь­
ко сооружения, подобные этому. В сущности, телескоп был уже построен, не было Л,ишь оптики. И до сих пор строительство его -
кстати, довольно быст­
рое -
держал ось на безогово­
рочном доверии сменявших друг друга групп людей. Доверие это подразумевалось всеми и никогда не подвергалось сомнению -
по крайней мере, видимому. Кто-то очень давно дал идею строитель­
ства; другой -
разумеется, это был целый круг людей -
дол­
жен был эту идею принять, и на­
верняка не без трудностей; потом были посланы уже совсем дру­
гие люди -
незнакомые ни с первыми, ни со вторыми, но тоже принявшие идею -
искать это небо... Проходили годы. Те люди искали небо, а кто-то со­
вершенно уверенный, что небо будет найдено (как могло быть иначе?), работал над проектами. Связь же между всеми этими людьми, а их накопилось уже громадное количество, осуще­
ствлялась именно доверием. Ни­
чем другим она и не могла осу­
ществляться. Когда же совершен­
но новые люди, не имевшие ни малейшего представления о лич, ных свойс;вах -
талантах или бесталанности самых первых, а имевшие дело только с проек­
там и и с отчетами нашедших не­
бо, приступили наконец к строи­
тельству, то доверие, копившееся вокруг будущего телескопа, было уже громадным и обязывающим. Ставшее буквально материали­
зованным в громадных затратах, а это, по-видимому, было не са­
мое главное, оно притягивало к себе людей -
причем не пер­
вых попавшихся (такие быстро отсеивались), а едва ли не луч­
ших в своих специальностях. на стр. 15 ~ 5 13 ноября прошлого года на Восточный П акистан обрушилось страшное бедствие -
ураган небывалой силы. В первые же дн и после катастрофы Советский С оюз откликнулся на призыв о ПО J иощи. Уже 16 но­
ября в па;шстанскиtt порт Читтагонг вошло судно ~Медногорсю>. доставившее жизненно необходимые для пострадавших предАtеты. Туда же отправилась группа врачей и вертолетный отряд. В работе верто­
лет'lUКОВ приниАtал участие и автор публикуемого ниже очерка. ЛЕОНИД ЧУйКО ВЕРТОЛЕТЫ НАД ГАНГОМ I=з аждое утро встаем в шес т ь. К раннему подъ­
ему русских в отеле уже привыкли; коридорные к этому часу подсовывают под дверь но­
мера влажную кипу газет: "Па­
кистан обе ер вер», "Морнинг ньюс», еще какие-то. Ищем но­
вости и прежде всего о "рили­
фе » -
помощи пострадавшим от наводнения. Переводчик Ромео Георгиевич Азатов читает с листа: "Японские хокке и сты собрали 800 доллар о з в помощь пакистан­
цам... Английские ш кольники хо­
дили по домам, собнрали старые вещи. Мис~ Питч при везла их по­
сылки сюда». Мы тоже не дремлем: за две недели перевезли пол-эшелона грузов. В деревнях, куда мы ле­
таем каждый день, о помощи из Советского Союза знают прекрас­
но и не понаслышке. Ждут не дождутся вертолетов с красными звездами на фюзеляже. Мы это тоже знаем. Вот и сегодня, под­
нявшись с постелей чуть свет, спешим к окну. Летная привыч­
ка: а какая погодаl Но здесь, в Восточном Пакистане, в сухой сезон она всегда ровная: безоб­
лачное голубое небо, встающее над городом солнце и туман над прудами. Из окна виден пар к, красивая мечеть, поле ип -
подрома, по которому ра1:хажи­
вают горбатые бенгальские коро­
вы. Мы уже знаем, что ту",ан этот рассеется, когда солнце встанет над городом. Но в это время мы уже будем в по­
лете. Командир отряда Василий Алек­
сеевич Орденов сказал, что я по­
лечу с экипажем Николая Овра­
менко на сорок второй машине. Николая я знаю хорошо. С виду валковатый парень, но отменный летчик. ДО МИ-В летал на всех поршневых вертолетах и теперь выделяется ювелирной техникой пилотирования. Я как-то спросил Николая о по-
летах здесь, в Пакистане. Ответ был такоа: --
Площадки крохотные. Сле­
ва пальма, справа тоже пальма, а под тобой палатки. Все это раскачивается, летит .из-под аер­
толета. Приходится подходить вы­
соко и резко спускаться. Чуть зазеваешься --
и «просыпешь·ся» К земле. Ничем не удержишь вертолет. Овраменко умеет держать ма­
шину. Пакистанские летчики ле­
тают с ним особенно охотно. «Этот русский чувствует себя в воздухе увереннее, чем иные на земле», --
говорят они о Ни­
колае. На стоянке Николай подошел ко мне. Техники готовили МИ к вылету, вместе с пакистански­
ми грузчиками размещали тюки в кабине. --
Опять полная машина. Тон­
ны три ... --
А сколько уже перевезено~ --
Вчера считали. Получилось шестьсот. Вспоминаем, как к нашему рит­
му долго не могли подладиться чиновники из «комнсси.и помо­
ЩИ». Здесь, в Дакке, ·и там, на «точках». Два-три рейса тремя вертолетами --
и грузов у них больше нет, машины стоят без дела. Теперь работа наладилась, простоев не бывает. Невольно переводим взгляд на тюки, мешки, картонные ящики. Каких наклеек здесь только нет! Разноязыкий мир откликнулся на несчастье пакистанцев. Направил им деньги, медикаменты, продо­
вольствие, специалистов. Из Со­
ветского Союза в Восточный Па­
киста н пришли два океанских ко­
рабля с помощью. Месяц в хо­
лерных районах работали наши врачи. Теперь работаем мы, вер­
толетчики. Популярность человека из Рос­
сии здесь росла очень быстро. Примечательная деталь: даккский аэропорт --
междунар':>ДНЫЙ, и пройти через пограничный пост можно только с особым про­
пуском. Для нас пропуском бы­
ла фраза: «Я русский лет­
чик». Кстати, с нами сейчас полетят на острова иностранные пасса­
жиры. Приехали два бородатых молодых шведа, седой датчанин с большой эмблемой Красного Креста на рубашке, англичанин из Оксфорда с корзиной кур, две американки из даккского холерного института И еще два улыбчивых америка'нца. Одного 8 зовут Филипп. Он анимательно смотрит а сторону гудящих аер­
толетов. --
А вы привезли большие ма­
шины, --
говорит мистер Фи­
липп. --
У нас тоже есть такие, но только в армии. --
Боевые~ --
Йес. Это мы знаем. Газеты сообщи­
ли, что 20 ноября, неделю спустя после катастрофы, случившейся в устье Ганга, десять тяжелых американских вертолетов подня­
лись с базы s Та'иланде и полете­
ли на задание... в сторону Вьет­
нама. В тот же день сенатор Эд­
вард Кеннеди заявил в сенате: «Как случилось, чт;) Соединенные Штаты, способные послать своих солдат за несколько часоа за многие тысячи километров, не смогли сразу оказать помощь жертвам катастрофы~» Приехал подполковник Аван, командир пакистанских летчиков. Он в форменном вязаном джем­
пере. Фисташкового цвета брю­
ки. Всегда наутюжен и с зеленым шелковым шарфом на шее. --
Гуд морнинг, мистер Ор­
денов! --
Гуд морнинг, м,истер Аван! --
Есть какие-нибудь про-
блемы~ --
Ноу проблем, мистер Аван, --
отвечает Василий Алек­
сеевич сакраментальной фразой, из-за которой пакистанцы зовут его между собой «мистером ноу проблем». Что таить, в Пакистане нам от­
крылось множество г,роблем. И главная из них: прuбпема голо­
да. Здесь круглый год тепло, сре.днеrодовая температура боль­
ше двадцати. В дельте Ганга бла­
годатная почва позволяет снимать неск;)лько урожаев в год. Но жи­
тели собирают а лучшем случае один. Виной тому --
вода. Она на полгода заливает поля, а оставшихся шести месяцев едва хватает на заботу об одном уро­
жае. Нужны дамбы, каналы, до­
роги, хорошая сеть водоотводов. Но на это требуются огромные средства. Остров Бхола, на который мы собираемся лететь, один ИЗ круп­
нейших рисовых массивов на юге Восточного Пакистана. Сейчас он почти начисто смыт пришлой во­
дой и сам нуждается в про­
довольствии. У нас нет карт. Те, что мы привезли с собой, не годятся. Великие реки --
Ганг и Брахма­
путра -
текут и по земле пак,и-
станцев. В год они сбрасывают а океан тысячу кубических к'ило­
метров воды. Угадать русло этих капризных речных аеликанов не берется ни один карт·ограф. --
Как будем ле,ать~ --
а пер­
вый же день спросили летчики подполкоан·ика Авана. --
Посмотрим район с воздуха и нанесем видимые объекты на карту, --
ответил он. «Видимые объекты» -
это то, что раньше заалось островами. Орденоа азлетел первым. Он шел головным. За ним поднялся вертолет Купянского, а сзади шел Николай Овраменко. --
Ганг! --
сказал заглянувший к нам в грузовую кабину штур­
ман Володя Овчинников. Мы прильнули К иллюминато­
рам. Внизу лазоревая вода. Кро­
хотный островок, готовый выныр­
нуть на ловерхность. На нем узенькая тропка человеческих следов И строчки кустиков зим­
него риса «боро». Видно, какой­
то крестьянин подкараулил асплы­
вающий «ничейный» остров И за­
нял его первым. А это что? По­
среди Ганга выглядывает из воды рогатая морда. Да зто же буй­
вол! Куда он плывет, в ту сто­
рону, что и MЫ~.. Даже не ве­
рится, что здесь была самая высокая плотность населения: 700 человек на квадратный кило­
метр. А сейчас? Захватывающая своей грандиоз­
ностью картина реки имеет тра­
гический «подтексТ». Катастрофа, устроенная природой, оберну­
лась еще и социальной драмой. Примерно за сутки до катастро­
фы метеостанции дали тревож­
ный сигнал о том, что к побе­
режью Пакистана движет·ся ц·и­
клон. Но что могла сделать стра­
Ha~ На бесчисленных островах в устье Ганга жило около мил­
ли;)на человек. Может, больше-­
точного учета никто не вел. Ци­
клоны в этих местах --
нередкие гости, а в сочетании с разливом рек они грозят страшными бед­
ствиями. Но люди едут и едут сюда. Многие жили раньше на севере страны, но снялись с на­
сиженных мест. Ведь там у них не было даже кр·:>хотн·:>го участ­
ка земли. В ночь на 13 ноября прошло­
го года морская волна высотой в несколько метров прокатилась по островам, кое-где накрыв их целиком ... В Даулатхане вертолеты сели на бывшее рисовое поле. Оно у самой реки и встречало бурю первым. Рис был накрыт пришед­
шей с океана соленой водой и сопрел на корню. Во,дяной вал смял прибрежные пальмы. Они стоят растрепанные, потерявш,ие гордый вид. Земля перемешана с рисовой соломой и утрамбова­
на так, что в ней не вязнут 1<0-
леса наших тяжелых вертолетов. И на ней серый пепел. Это соль, которую оставило море. Еще с воздуха видели, как к посадочной площадке стека­
лись ручьями люди: пр1-tлетела помощь. До сегодняшнего дня они перебивались на малосъе­
добной всячине. У многих нет даже хижины, унесла вода; они спят на пальмовых листьях. Поля размыты, а земля спрессована после наводнения так, что без буйволов им не вспахать сохой и клочка. Скот же погиб весь. Люди верят, что нормальная жизнь вернется на остров, но слишком великую трагедию им пришлось перенести, и печаль­
ная тень не сходит с лиц людей. Очень долго после циклона море выбрасывало трупы. Живые не успевали справляться с мерт­
выми. Пекло солнце. Тяжелый смрад стоял в густом от жары воздухе. На прилетевших издали люди смотрят с каким-то тупым безразличием. Старик с бел,ой, как вата, бородой. Девочка лет тринадцати с крохотным мальчи­
ком, клещиком сидящим у нее на бедре. У мальчишк,101 огромные фиолетовые глаза. Я не знаю бенгальского, они не говорят по­
русски. И Я почему-то г,ов,орю им, показывая на себя: -
Рашен! Русский. Конечно же, они ничего не слышали прежде о нас. Но крас­
ная звезда на зеленом борту машины в их памяти уже сопря­
жена с тем, что мы им принес­
ли, -
с жизнью. Не будь вертолетов, что бы ели эти люди? В чем бы они жили? Ведь юг Восточного Паки­
стана очень труден для снабже-
НИЯ, ОН ровов. рассечен на тысячи ост­
Самый лучший транс-
порт -
легкий самолет или вер­
толет. Но в Пакистане пока мало таких маш,ин. Еще восемь меся­
цев островитянам кормиться на казенный счет: пока не пойдет на убыль большая вода и не освободит поля для высадки ри­
са. В середине июня с муссона­
ми придут дожди. Вот и полу­
чается, что ждать до августа. Остаюсь на базе, пока верто­
леты будут курсировать с груза-
ми по деревням. Иду к лодоч­
никам. Вон старик с нимбом седых волос, похожий на святого. Ста­
р,ика зовут Джавет Ашраф. Он и его двое сыновей лодочники. Приплыли сюда за рисом на всю деревню. Надо сказать, что мест­
ные жители отме,нные речники и мореходы. Это у них от пра­
щуров -
те в былые времена хо­
дили вдоль берега Индии до са­
мого ЦеЙлона. Матросы в дере,в­
нях и ,сейчас слывут людьми с'ме­
лыми и знающими жизнь. Лодочники знают себе цеtlу. Когда заговариваешь с ними, они непременно замечают, что заме­
нить их здесь никто не может. В полноводье мириады лодок снуют по всей де'льте. Люди ездят друг к другу в гости и на базар, перевозят товары и ло­
ВЯ'r рыбу. Даже в сухой сезон, когда просыхают поля и начина­
ют убирать рис и джут, един­
ственное сообщение между де­
ревнями -
те же лодки. Здесь великое множество ру­
чьез и речек, до самой дальней воды не больше километра. Прав Джавет Ашраф: лодочника заменить здесь невозможно. Ста­
рик вспомнил вторую мировую войну. Англичане велели им, опасаясь прихода японце~ сжечь .все лодюи. Вскоре случился не­
урожай, и людям не на чем быпо развозить рис. Страшный голод покосил тогда немало людей. А что произошло сейчас, ко­
гда на них обрушился циклон? Ураган уничтожил и унес в оке­
ан тысячи лодок, лишив жителей средств передвижения. Из-за это­
го долго не могли наладить связь между деревнями, оказывать не­
медленную помощь. После при­
летели вертолеты. Старику Ашрафу повезло: лод­
ка застряла между пальмами и осталась цела. Теперь у него много работы. У нас было еще время, и мы с Ромео Георгиевичем отправи­
ли,сь в деревню, что в полутора милях от базы. Хотелось пого­
ворить с теми, кто пережlo1Л кошмар тринадцатой ночи в но­
ябре. Мы оказались в небольшой деревушке Бхабанипур. Крестья­
не делили худых, мосластых ко­
ров, которых недавно привезли с севера на баржах. Староста деревни Голам Акбар держал в руках длинный список и вы­
крикивал фамилии жителей: -
Абул Квасем! .. Из толпы вышел молодой кре-
стьянин С черной курчавой бо­
родкой и в длинном клетчатом лунги до пят. Староста стара­
тельно намазал палец Абула чер­
нилами и прижал его к листу ве­
домости. Чиновн,ик из ЖИ130ТНО­
водческой комиссии вывел из ста­
да упиравшуюся коровенку. Кто он, Абул Квасем? Где был во время цикло,на? Дома. У него тридцать пять акров земли, бы­
ло девять голов скота. Жил он неплохо, имел даже дом с же­
лезной крышей. Когда в окна ворвалась вода, он с женой и пятью детьми забрался на стол. Но вода прибывала. Они по,дста­
вили табуретки. И тут он понял, что просчитался: вода поднялась выше, и дети стали тонуть у них в руках. Этот ужас Абул никогда не забудет ... Такая участь постигла на Бхоле десятки тысяч людей. На базе Даулатхан я встретил чиновНика из «Рилиф комишн». Он зани­
мается подсчетами потерь. Толь­
ко по двум островам Бхола и Манпура материальный ущерб исчисляется миллионами рупий. А чем оценить rибель по мень­
шей мере ста двадцат,и тысяч челове,к? -
Южней Бхолы есть малень­
кие острова, -
говорит ОН.­
Кукри-Мукри И Чаркалми. ЖIo1ЛО там больше пятнадцати тысяч, а осталось около полутора. Остальных забрала вода. ... Мы возвращались в Дакку поздно вечером. Торговцы зажи­
гали у своих лавок костры,И дым от них застилал улицы. Город по­
гружался в ночь. -
Стоянка, я сорок второй, разрешите посадку. -
Посадку разрешаю, -
отве­
тила Земля. Вертолеты, не делая круга, то­
ропливо заходили на полосу. И так шестьде1:ЯТ дней подряд. Рано утро,м туда, на юг. И вече­
ром обратно. Почти сто тысяч километров. Более 850 рейсов по дерев­
ням провинции. Перевезено 850 тысяч килограммов груза и более двух тысяч людей. Много бед и легенд остав'ил после себя циклон. Мы слышали их в местах, где садились наши машины. Рассказы о катастрофе, легенды о смерти. Теперь к ним прибавятся и другие: о том, как на землю бенгальцев прилетели из далеких стран люди и как они старались помочь живым. Дакка-Москва 9 10 НАДИР САФИЕВ поиски ПЕРВОГО ДНЯ ~ всего несколько минут 'в этом городе, а уже встр еча ю знакомые мне лица. Наверное, в этом нет ничего случ а йного -
так во всех небольших городах: вс е люди знакомы, привычны, зна­
ют, кто чем занимается, у кого какие доходы. Если утром за­
шел с девушкой позавтракать, значит и накануне вы были вместе. Если ты с разными де­
вушками тебя следует опасаться; но если всюду появ­
ляешься один... Одним словом, в таких городах люди подмеча­
ют в се. Припоминаю одного то­
варища, любителя посидеть в кафе. Он периодически перекра­
шивал и перекраивал единст­
венный костюм и при ЭТОМ гово­
рил: • Как войду, скажут: у не­
го опять костюм новый •. В эти первые минуты в го­
роде, как и много лет н аз ад, я заш ел в кондитерскую на ули­
це Пикк. Взглянув на меня и ни о чем не спрашивая, женщи­
на за ст ойкой подала чашку и блюдце: -
Ваши кофе, ватрушка. И добавила: Вы стали ре-
же бывать у нас. Р е ж е. Я про сто не был здесь пятнадцать лет. Но я помню, как она, тогда еще молодая де­
вушка, складывала деньги в большой кожаный мужской бу­
мажник. Она и сейчз<: р аскры­
ла е го и положила д еньги в мяг­
кую кожу со стертым орнамен­
том. Удивительно, как со вре­
менем обостряются вп ечатления первых минут, п е рвых встреч, первого дня. Созна ешь это с го­
дами, к огда груз воспоминан ий становится частью тебя, и не­
избежны раздумья, когда ана­
лизируешь себя, событи я и по­
нимаешь скоротечность вре­
мени. В кондитерской я увидел, что к выходу идет Юри Ярвет. Еще не успев осознать, что скажу этому скромному человеку, о ко­
тором много слышал удивитель­
ного, я оказался у двери: -
Здравствуй те. Он смущен: -
Вы меня знаете? -
Да, когда-то я жил в Тал -
лине ... Пожалуй, только вТаллине знают, что Ярвет был комиче­
ским артистом. Я даже помню его вы с тупления на эстраде. Едва ли в те годы таллинцы предполагали, что перед ними будущий король Лир. -
Я еду на съемки в Ленин-
град, -
сказал Ярвет, прерывая невольно возникшую и нелов­
кую паузу и, видимо, догады­
ваясь, что я помню его прежнее амплуа, .король Лир.>, как бы уходя за кулисы, роняет: -
Я все еще комик ... Надо сказать, что, приехав в послевоенные годы вТаллин в мореходное училище, я не знал в городе никого и ничего. Главно е, не знал языка, а в те годы это был серьезный барьер, и преодолеть его было не про­
сто. Но в тот первый осенний день, когда из обычного здания вокзала я вышел в город на брусча тую площ адь под пролив­
ной дождь, проблем для меня никаких не существовало. Я шел, и мне казалось, что здесь никогда н е бывает сухой земли. Выпуклый, блестящий от дождя булыжник, квадратики редких окон и бойниц на фаса­
де замка, устремившегося в с е­
рое н е бо, крепостная стена, дву­
скатные черепичные крыши до­
мов. П е репл етаются и т ер яют нап равл ение узенькие улочки. Как будто я двигался не по г~ роду, а среди декораций, где разыгрываются трагедии Марии Стюарт и Гамлета. Автомобили казались громоздкими, случай­
НЬП1 И. П е тляешь по улочкам, завернешь за угол -
и вдруг открывается дверь в одном из лабиринтов, и тебя обдает па ­
ром и за пахом кофе. Загля­
н ешь -
за столиками люди в плащах, прочно и, видимо, дол ­
го сидящие. Еще дверь -
и этом городе и в первый же день был не одинок. Где он? Здесь или в плава­
нии? А может быть, Вяйно стал другим? I е ще кафе, поворот и снова 1 кафе. Эти ра зрозненные воспо мина­
ния теснились в воображении, и я по ймал себя на мысли, что уже теперь, на улице Пикк, я ищу тот первый день. Однако чего- то не хватало, и я мучи­
тельно прислушивался к себе, напрягал память и наконец по­
нял. Тот день был не рро сто се­
рым, про м озглым и дождли­
вым, но другим был даже воз­
дух, пахн ущий сырым каменным углем, а дым из труб об­
волакивал улицы запахом тор­
фяных брикетов, которыми тал­
линцы отапливали свои квар­
тиры, учреждения, кафе. Все эти годы, где бы ни был, я часто думал, что приеду в Таллин, пройду по его улочкам и отыщу ВяЙно. Вяйно был тем человеком, благодаря которому я, незамет­
но для 'себя, быстро освоился в Свернув с улицы Пикк, Я уви­
дел человека с собакой. Он под­
нимался по кривой, круто ухо­
дящей вверх улице. Человек в коричневой замшевой куртке удержива;:х большого дога на вытянутои p~Ke. Мне показа­
лось, что я знаю его... Неожи­
данно они исчезли за поворотом, откуда, огляну,вшись. им вслед, вышел рослый моряк. Еще из­
дали, пока он пересекал улицу, я заметил золотые капитанские нашивки на плечах и рукавах кителя и высокий накрахмален­
ный ворот рубашки. Когда рас­
стояние между нами сократи­
лось, он замедлил шаг и, про­
ходя мимо, 'несколько раз, как бы про себя, еле слышно произ­
нес мое имя. Л обернулся. Не­
сколько секунд мы молча смот­
рели друг на друга, и я узнал его. Уно был первым человеком, у кого я мог опросить о ВяЙно. -
Последний раз я встречал его в Антверпене... В городе должны лучше знать. А ты зай­
ди на сВегу •. Помнишь сВегу.? Л ведь только с моря. Когда мы заходили, она стояла на один­
надцатом причале. Л понимал, что у Уно это первые часы на берегу и, преж­
де чем встретиться с домом, он хочет по ходить по городу, так, без особой 'надобности, походить по этим улочкам, прийти в себя. -
Ну, что мы стоим, зайдем в .Каролину., -
предложил он. Когда-то был проход через крепостную стену в старый го­
род. И вот архитекторы исполь­
зовали один из проходов, И те­
перь это .Каролина.. Низкий овальный 'свод, 'В торце прохода буфетная стойка, на ней два аккуратных бочонка, а за ни­
ми девушка. Вдоль стены дере­
вянные пни вместо столов. Те­
перь здесь пьют из маленьких, как яичко, БОRалов теплое вино и к нему подают орехи. Бокал приятно согревает руки. Холод­
ные лучи осеннего солнца про­
никают через стеклянные квад­
ратики входной двери, ложатся полосами на каменный пол, обугленные временем стены. -
Откуда? -
опрашиваю я. -
Ходили в Африку, -
го-
ворит Уно так, словно он толь­
ко что вернулся с соседней ули­
цы, а Антверпен, где он встре­
тил Вяйно, -
соседний дом. Это прекрасно, что он стал капита­
ном, Вяйно -
старшим мехаIПI­
ком, и прекраоно, что мы стоим молча. 'Вроде бы столько лет не виделись, но слова ни к че­
му. Мы молча вспоминаем друг о друге, о времени, когда были вместе, '0 друзьях, и словесная шелуха в та~их случаях может неожиданно вырlliCТИ каменной 12 стеной между нами, и может оказаться, что мы не те, каки­
ми помним себя... И мы пьем теплое вино, и оба понимаем это, и наше дружеское, понят­
ное обоим молча1l!ие только сближает нас после пятнадцати лет. YIНO. Фа'милии его я не по­
мнил. Вопоминаю, как по суббо­
там, когда мы, курсанты, авра­
лили в училище, ребята говори­
ли: .Окна будет мыть Уно, у него практика профессиона­
ла.. Уно смущался и просил любую другую работу. Дело в том, что до мореходного учи­
лища он мыл витрины магази­
нов. Даже сейча,с, глядя на не­
го, я представляю стеклянную витрину, покрытую слоем мела, :ведро, ДЛИНlНую палку, лестницу и на ней паренька. И вот пере­
до мною капитан дальнего пла­
ванья, которому легче от.ветить на вопрос, где он не был, чем перечислять моря, океаны, стра­
ны и города, в которых он по­
бывал ... Годы, годы. сСкоро мы все сойдем на берег., -
поду­
мал я и сказал это вслух. Уно улыбнулся: -
Для берега у меня всегда в зanаlCе стара,я профессия. Правда, теперь будет трудно, -
и, как бы обведя рукой вокруг весь город, добавил: -
Строят­
то почти из одного стекла. Тогда, в первый день, Вяйно повел меня в Домскую церковь. Петляя по улочкам, он трога­
тельно рассказывал о каждой, а я понимал, что это Его город. Счастье, что он говорил по-рус­
ски. Мне нравился и нравится до сих пор его акцент, от кото­
рого привычные русские слова становились более выпуклыми, иногда неОЖИДallНО точными, а в на:Jваниях площадей, церк­
вей и улиц было что-то роман­
тическое, далекое, но неожидан­
но реальное. -
Сад Датского короля. Это улица .К,ороткая нога •. А в этом домике с ЗlIJВешанными ок­
нами есть свое штатное приви­
дение. В церкrви к нам подошел ста­
рый, неопрятно одетый человек с огрызком погасшей трубки 'во рту. Вяйно С гордостью шen­
нулъrне: .Это здешний сторож и мой друг.. Л, правда, не по­
нял, какая дружба связыtвает" их, но старик оценил эти слова и в моем присутствии начал го­
ворить с Вяйно ПО-РYlCски, тща­
тельно подбирая 'слова. Потом показал на плиту, на которой стоял я, и начал ра'ссказывать, что под этой плитой захоронен прах Дон-Жуана. В его взгляде появилась хитринка, и он про-
должил: ' -
Люди сочинили об этом легенды, но я расскажу вам то, чему я сам был свидетелем. В старые :времена приезжал ка­
кой-то австрийский певец. В опе­
ре он должен был петь моцар­
товского сДон-Жуана.... -
Не­
ожиданно старИIК замолчал, под­
биг'\з слово, и, не найдя, обра­
тился к Вяйно по-эстонски: Кууле! Куйдас он вэнэ кеелес хингистатуд?. Ну, как ... душа! Вяйно задумался. Но старик нашел это слово сам: -
Вдо-хно-mе-ни-е! -
выгово­
рил он И продолжал рассказ: -
Для вдохновения он пришел tв церковь и, стоя на этой пли­
те, спел арию Дон-Жуана. Но это ему не помогло. В тот же вечер на сцене он провалился ... А знаете, почему Дон-Жуана по­
хоронили под этой плитой? Од­
ни говорят, чтобы верующие топтали его прах. Но я думаю, по секрету, его захоронили именно здесь, чтобы он всегда мог видеть женские ножки ... Л снова стою на этой плите у входа, словно никогда и не был здесь. Сразу же за плитой два больших, похожих на поч­
товые, ящика. Рядом стоит вы­
сокий, плотный, судя по черно­
му из тонкого сукна сюртуку -
слуmитель цеР!QВИ. Входящих он просит опустить скто сколько может. на уборку. Раньше этих ящиков не было. Опускаю ме­
лочь, прохожу. Немноголюдно, ряды пустые. Каждый шаг от­
дается в темнеющем куполе ... Так и хочется выйти, найти ста­
рика и поговорить с ним ... Резные гербы графов и баро­
нов, гробницы из белого мрамо­
ра. В них захоронены русские мореплаватели Грейг, Крузен­
штерн -
выходцы из Эстон'ии. Каmд&я плита -
тоже гробни­
ца с эпитафией. Высоко в серой известковой стене воткнуты флагштоки со свисающими над гробницей Крузенштерна тлею­
щими знаменами. Их стало меньше. В стене чернеют отвер­
стия, в которых раньше были тоже флагштоки. Кажется, до­
тронься до знамени, и ветхая, обесцвеченная временем материя раоползется. Только пристально 'вглядевшись, различаешь, что крайний флаг был белым с си­
ним диагональным крестом. Ни­
как не могу привыкнуть к сум-
рачному освещению, к какой-то неуютности. Раньше все это ка­
залось нарядным, таинственно­
загадочным. Шагаю по плитам и пытаюсь .отыскать могилу Беллинсгаузена. Имена, даты и эпитафии на плитах почти стер­
ты 'ногами прихожан, и разгля­
деть их очень ТРУР;НО. Прошу служителя показать эту могилу, но он O'l1вечает, что ее здесь нет и что Беллинсгаузен похоронен у себя в имении на Сааремаа. -
Но Паустовский писал, что он захоронен 11 Домской церкви. -
KOHeQHo... Может быть .•• Но я точно знаю -
на Сааре­
маа. Н не верю ему. .:.... А вы не знаете, лет два­
дцать назад в церк'ви был сто­
рож или звонарь, где он? -
Па­
стор порылся в памяти. -
Он ходил с вечно погашенной труб-
кой. А-а-а, протянул па-
стор, был, он наЗlВал его имя. -
Был, но умер. Давно у,мер. И я снова не поверил ему. Не хотел верить ..• н ожидал увидеть сВегу. ста­
рушкой, но все еще большой и кра,сивоЙ. Однако у одиннадца­
того причала еще издали я раз­
глядел среди современных су­
хогрузов маленькое суденышко, ,похожее скорее на яхту с голы­
ми мачтами. Что-то вдруг за­
щемило внутри, и, как это бы­
,вает в детстве, возникло ЧУIВ­
C'l1ВO обиды нenоня~о на кого и за что •• Вега. действительно постарела, но руками курсан­
тов она была все так' же забот­
ливо выкрашена свежей белой масляной краской. На пару'снике все помещения под палубой, отчего палуба ка­
жется безжизненной, пустой. И только когда подняты все па­
руса -
судно преображается, поднимается над водой, и ро­
мантический вид его не срав­
ним ни с какими четкими и строгими лИ!ниями современных громадин. В парусном судне есть что-то от ветра, от песни. Н сохранил это судно в па­
мяти 180 всех деталях не только потому, ч'то курсантом плаlВал под его парусами и учился на нем, но и потому, Ч'ТО сВега. -
это вообще первое судно, на которое я не только ступил в первый же день своего при­
езда, но еще и ночевал вместе с Вяйно в носовом кубрике. Н надеялся, что меха'ник на этом учебном судне наверняка знает о Вяйно и пом'ожет разы­
скать его. Молодой штурман пригласил меня обедать в кают-компанию, сказав, Ч'ТО механик скоро бу­
дет. В кают-компании я чув­
ст,вовал себя легко и свобоД,но и С удовольствием зачерпнул половником нава,ристый борщ. -
Рейно, -
обратился капи­
тан к пригласившему меня штурману, -
после обеда собе­
рите первый курс, у меня с ни­
ми занятия. -
. Борис Михайлович, разре­
шите и мне присутствовать? Штурмана не поняли и пере­
глянулись, а капитан улыб­
нулся: -
Вы когда окончили учи­
лище? -
В пятьдесят четвертом. -
Да-а... протянул он, словно я напомнил ему об очень далеком, -
тогда эти молод­
цы, -
кивнул он на штурма­
нов, -
ходили в чулочках и с ранцами за спиной. -
.Правила предупреждения столкновения судов., четко диктует капитан, и ребята, скло­
нив головы, начинают быстро запИСЫ1lать. Вслушиваюсь внеторопливые слова капитана и, чтобы вер­
нуть ощущение, которое испы­
тывают сейчас KypC!I!НTЫ, тоже достаю блокнот и пристраива­
юсь в четкий ритм лекций. По­
нимаю, что не отвык, успеваю записывать, но в то же вреiМя Ч}'lВСТВУЮ себя чужим. Не нахо­
жу какого-то внутреннего, бес­
славесного контакта с ЭТИiМИ парнями, как не могу пока оты­
скать тот первый день, я вижу его, но он исчезает при попыт­
ке к нему приблизиться. Светлоголовые, в серых ро­
бах ребята иСЛисывают строку за строкой в таких же пронуме­
рованных журналах, какие бы­
ли когда-то у нас. И лекции те же, и те же вопросы капитана: -
Так через какие же про­
межутки дает сигнал судно, сто­
ящее на якоре в тумане? Н смотрю на ребят и думаю, что им совершенно безразлично, кто я, зачем здесь сижу, что записываю. Может быть, 'ЭТО от­
того, что я не моряк. Мы с Вяй­
но именно так же отреагирова­
ли бы на незнакомого человека на судне: равнодушно и прене­
брежительно, если бы он ока­
зался с берега. Н делаю по­
следнюю попытку сблизиться с этими ребятами и отвечаю на вопрос капитана: -
Через каждую минуту МОЛЧ!I!Ния шесть секунд ... -
Через каждую минуту молчания пять секунд, -
по­
правляет капитан, и я вижу, что он прощает мне эту ошибку и что он, пожалуй, не только понял, но и стал соучастником моих поискOIВ. А ребята, ка'за­
лось, и не за'метили моей по­
пытки. ОНlИ другие. У них своя точка отсчета времени. Они вос­
Iфинимают настоящее через се­
ГОд'Няшний день. Мы видим и воопринимаем это настоящее в сравнении пусть не с очень далеким, но все-таки прошлым. И оттого это настоящее острее и емче • Человек с догом ПОЯlвился еще раз. Огромный дог тянул его прямую высокую фигуру че­
рез площз;дь Ратуши. Казалось, оба торопятся по одному и то­
му же делу. Седая, крепко по­
саженная голова, горящие гла­
за, рука, сжимающая повод. Куда они? Н вгляделся и узнал этого человека. То есть узнал человека, которого часто ,видел, но не знал, кто он, чем занят, как его имя. Это было просто знакомое лицо... У каждого тал­
линца есть свое кафе-клуб, и все деловые !Встречи, свидания назначаются именно здесь. Да­
же домашние хозяйки, перед тем как идти на рынок или в мага'зин, обязательно заходят в :кафе, за <свой столик. Офици~ анты знают, что, если кто сел на свое место, это надолго. Место уступают лишь знако­
мым, от которых при этом ждут интересных новостей. Но если ,вошедший пришел ни с чем, ему У'СТ}'IПают кресло и, готовя тему 'на будущее,' говорят: -
Вы не слышали, Хельгу МЯl'И назначают директором но­
вой гостиницы .Кунгла •..• -
Что вы говорите! Как это получилось? -
Об этом мы поговорим по­
дробнее при более обстоятельной встрече ... Много лет назад в кафе .Таллин. завсегдатаем был ·вы­
сокиji: молодой человек с тар­
заньей прической, неряшлИ'вый и небрежно одетый. Со стороны он казался. уличным артистом. Его место было у окна, и он либо сидел один и подолгу 'смотрел в OКJHO, либо в окруже­
нии тетушек, которым расска­
зывал что-то удивительно не­
обыкновенное. Помню, как мы с Вяйно ели в этом кафе свои 13 макароны с тертым сыром и вдруг от окна раздался голос: -
Пожалуйста, принесите мне кофе по-неаполитански. Официантка принесла молодо­
му человеку у oroHa обычный стакан кофе и при этом, уходя, что-'то вполголоса сказала. Бяй­
но перевел, и я хорошо запо­
мнил ее слова: .Пусть твои гу­
си ста'нут лебедями •. Стали его гуси лебедями или нет? Спросить его об этом? Но мощный коричневый дог увлек его через площадь Рату­
ши, и седая голова над замше­
вой курткой скрылась за углом. Быеха'в на окраину города, автобус круто повернул к зали­
'ву. Открылась панорама боль­
шой гавани с белыми гигантами судов и высоченными порто'вы­
ми кранами. Надстройки, тру­
бы, антенны -
целый город на воде. Неожида'нно а,втобус юрк­
нул вниз, остановился, и папо­
раму га'вани заслонило огромное здание из бетона и стекла­
объединение .Океан.. Здесь мне сообщили, что Бяйно у се­
бя на судне, только что вернул­
ся с промысла, но сейчас суд­
но стоит на рейде. -
Кто вы ему? -
спросил радист, прежде чем связаться с Бяйно по рации. -
Мы друзья. Я давно не видел его. -
Ну, не беда, завтра они бу­
дут в городе, тогда и погово­
рите. -
Да, но я да,вно не ви­
дел его. Радист молча включил ра­
цию, щелкнул рычажками: -
Бяйно Кукк. Кукк. Меха­
ник, механик... -
Он с кем-то говорил по-эстонски, а зате'М спросил мое имя и передал по рации. Сейчас его позо,вут. Рация замерла. *Бспомнит ли, узнает? -
подумал я ... Раньше, если мы день-два не виделись, а Бяйно искал меня, то при встрече он кричал: .Где ты шляешься?) Неожидarнно в рации замигал кра,сный огонек, радист снова щелкнул рычажком, молча по­
слушал, затем взял листок бу­
маги, карандаш и что-то запи­
сал. -
Он вечером будет дома. Вот его телефон. *При чем з.десь телефон?­
снова подумал я. -
Почему не поговорил со мной? Так дли иначе, но до вечера еще было много времени, я взял листок с телефоном и вышел. 14 Брожу по бру,счатым улицам, читаю афиши, сворачиваю там, где встречает меня поворот. Неожида'нно внимание привлек­
ла витрина выстаlВОЧНОГО зала. Среди картин эстамп: большой белый лист, а в середине-
старый Таллин, окруженный мощной ГОРОД1СКОЙ стеной. Художник подчеркнул белым пространством обособленность города. Он сжал его и вытянул к небу черепичные крыши, шпили цеРКlвей, башни. От это­
го улицы угадываются еще более глубокими, 'сжатыми между домов. Бот вроде бы башня • Длинный Герман., правее и 'в глубине -
Домская церковь, а 'самый высокий шпиль на КaJртине, наверное, алевнете. Я ловлю себя на мысли, что 'сейчас хожу именно по этим улицам и площадям старого го­
рода, окруженного на картине стеной. Здесь мне все знакомо, и я понимаю, что, выйдя за пределы, окажусь приезжим и мне придется спрашивать, как пройти на такую-то улицу. Од­
нако выхода нет. Бяйно ЖИlвет в Му'стамяэ -
новом районе, но у меня еще есть время, и я не тороплюсь. Улицу анова пере,секает чело­
век с собакой. Он все так же спешит куда-то. Сколько же у него дел, если я встречаю его третий раз за день? И снова знакомое лицо сидит за витри­
ной кафе. В сюртуке с лампаса­
ми он сидит, положив руку на низкую стойку разде,валки, и другой забрасывает в рот оре­
хи... Когда-то мы его недолюб­
ливали, а может, это была про­
стая зависть: он всегда поя,влял­
ся в отличном сезонном костю­
ме в окружении шумных хоро­
шеньких девчонок. Они ходили из од1ного кафе в другое и, ка­
залось, в каждом ели и пили столько, чтобы хватило их на следующее... А сейчас? Может быть, в его жизни произошла перемена? Но нет, выражение лица все то же -
спокойное, уверенное. Иногда подходят оде­
ваться, и он вска,кивает, подает пальто и ловким, движением, почти карм,ана, опускает лочь. привычным не касаясь в него ме-
Можно было сразу же забыть о нем, судьбы людские склады­
'ваются по-разному, но знако­
мые лица, с которыми связаны годы юности, хотелось бы уви­
деть другими. Именно выраже-
ние лица этого человека, а не его костюм швейцара, отпугну­
ло меня. С прошлым, с друзь­
ями нас всегда связывает не экипировка, а человеческая суть. И пусть простит меня Бяйно, но, подходя К телефону­
а'втомату, я был чуточку взвол­
нован. Б аппарате что-то щелк­
нуло, затихло, я попросил подо­
звать к телефону Бяйно Кукка, и вдруг на меня обрушился взбунтовавшийся, знакомый голос: -
Ну где ты там шляешься? ... Троллейбус постепенно пу­
стеет. Рядом 'сидят парень и де­
вушка в синих фуражечках. Она листает журнал мод и ни­
как не может выбрать: ' макси или мини? На плечи девушки спадают светлые прямые воло­
сы. Он смотрит в окно. Троллейбус вдруг резко оста­
новился. Раздался знакомый удар длинных троллейбус,ных прутьев, треск дрожащих прово­
дов, открылась передняя д,верь, и выбежал водитель. Почему-то я вздрогнул от неожиданности. Парень и девушка продолжали занимаТI>СЯ каждый своим де­
лом, не обратив внимания на остановку. Почти сразу же я осознал: ведь раньше-то вТаллине троллейБУ'СОВ не бы­
ло, да и не было в них, на'вер­
ное, надобности. И еще -
сей­
час я нахожу,сь в той части го­
рода, которая на картине оста­
валась белой бумагой. -
Ну что же мне вы-
бра ть ? спросила девушка. -
Мини, -
не обернуiВШ'ИСЬ, ответил паренек. , -
А куда ты смотришь? -
девушка приподнялась и тоже посмотрела в окно. -
Из светящихся окон строю буквы ... -
А мне это не приходило в голову ... Странно, но я только сейча,с подумала, что я несколь­
ко ,месяцев живу в нашем доме, а ни разу выше первого этажа не подымаЛalСЬ. Они говорили на своем языке. Я немного подзабыл эстонский и, быть может, не уловил всех тонкостей разговора, но был уверен, что сейчас они подойдут к ее дому и непременно подни­
мутся на верхние этажи, просто так, без особой надобности, и еще долго будут составлять бук­
вы и слова из зажженных окон большого Таллина. ,Il;ороrл R ... со СТр. S Проходя мысленно весь этот круг, Гуров понимал, что имеет дело не просто с выбором: остаться ему тут или нет, он имел дело все с тем же довери­
ем. Даже «гений», лично ему не­
приятный, был «притянут» сюда все той же силой, которой ОН, Гуров, все еще сопротивлялся, размышляя, менять ли свою жизнь так резко и, видимо, бес­
поворотно или не менять ее уже никогда. «Газию> монтажников притор-
мозил впереди. -
К башне, что ли? -
крича­
ли из него. Гуров побежал. Ему уступили место впереди. Во всех машинах это место было привилегированным, Гурову не хотелось стеснять незнакомых людей, но вскоре он понял, что и не стесняет их. Уступивший пе­
релез в маленький кузов позади сидений, там сидел еще кто-то, и они очень оживленно говорили. Разговаривать там было удоб­
ней. Гуров прислушался. Говорил в основном ТОТ, которого он не­
много знал, -
начальник мон­
тажников. Другой только спра­
шивал. Сколько ж здесь поворо-
тов? -
спросил он. -
Девяносто восемь. Точно. Дочка считала, Маринка ... Мы так и не смогли -
терпения не хва­
тило. Раз сорок принимались. До пятидесяти дойдешь -
и бро­
саешь. Надоедает. «Как же его зовут? -
старался вспомнить Гуров. -
Кажется, Ни­
колай», Солнце било прямо в глаза. Гуров опустил козырек. -
Вот здесь «Скорая помощь» загремела, -
выкрикивал Нико­
лай. -
Точно! На этом поворо­
те... Метров двести летела. Вон туда. Сзади умолкли -
наверное, как и Гуров, представляли, как она летела. Потом Николай за­
говорил тише: -
у каждого почти поворота имя было -
сами дали. Сейчас уж я подзабыл ... Вот этот -
«Ко­
варство и любовь». Николай усмехнулся. -
Как же тогда телескоп вез­
ли? -
спросил другой голос. -
Его ПО этой дороге тащи­
ли. Дорога-то новая, специально БАШНЕ делали. Все точно рассчитывали, каждый поворот. Вот «Тещи Н язык», кстати... Телескоп везли по черной дороге -
летом. Как парад был. Все движение от са­
мой Невинки перекрыли, чтоб кто не помешал. Впереди ГАИ ехала. Жара -
сменщики все наверх повылезали, голые лежали, заго­
рали. А сбоку еще две пожарные машины ехали -
скаты им поли­
вали, чтоб не горели... Курорт! Жуть была, когда кран по кускам втаскивали. -
Разве не по этой дороге? -
Да ее ж не было -
этой ... Слышно было, как Николая раздражает непонятливость со­
седа. -
И зима -
прям сумасшед­
шая! Мы по Марухской его втас­
кивали. Это даже и не дорога -
так ... Машина шла быстро, поднима­
ясь все выше и выше, и Николай говорил теперь, почти не пре­
рываясь. Он не ждал вопросов, ему хотелось успеть сказать больше, пока не кончилась до­
рога. «Зачем? -
думал Гуров.­
Ведь тому все это «без раз­
ницы»!» -
Даже не представляю сей-
час: неужели это мы сделали? Просто не верится! Николай нагибался, разглядывая в стекло дорогу, и голос у него получался сдавленный: -
Шоферы боялись этой Ма­
рухской дороги как огня. Прямо убеl'дли. Поработает неделю и сбежит... Но были отчаянные! Раз карачаевец один ехал. Двое суток ведь поднимались эти де­
сять километров, с ночевками ехали. И снег валил. Все время ... Сумасшедшая зима! Карачаевец этот наверх затащился, прихо­
дит -
глаза вот такие. «Что за дорога такая, -
говорит, -
два дня ехал, ночь ехал -
ни одно­
го спуска!» -
«Поедешь еще?»­
спрашиваю. «Конечно, поеду». А Вася был, Бологов... Его МЫ с автобазы в Черкесске прямо выкрали. Выходили с утра и по всем автобазам шарили -
сма­
нивали. Этот с юмором был. Раз заехал наверх, в теплушку влез, а там ребята в «козла» резались. «Сейчас, говорит, -
думаю, тоже сыграю, только переоде­
нусь ... Штаны, -
рассказывает,­
начал расстегивать, утром просы-
паюсь -
две пуговицы так и не успел расстегнуть, заснул». А потом мы с ним зависли. Оба ската ухнули вниз... Я даже не вылезал -
привык уже. А он выпрыгнул. Стоит перед машиной и орет на меня: «Не могу боль­
ше! У меня справка есть! Я боль­
ной... Вот она, справка! Отправ­
ляй в Ростов! Ну его к ... » -
«За тягачом, -
говорю,- сначала схо­
ди». Посмотрел так на меня. «Ладно», -
говорит... До конца работал. Пока кран не собрали. А еще Толик упал. Кувыркался на КРАЗе вниз и даже не вы­
скочил. КРАЗ на колеса внизу встал. А он потом говорит: «А чего выскакивать? У КРАЗа кабина крепкая. И вообще, все это случайность и ерунда. Только из получки не выворачивай за вмятины». -
Выкиньте меня здесь ... попросил Гуров. -
А чего не до конца, боро­
да? -
наклонился НиколаЙ.­
Просто гуляешь? Останови ему. -
Вот здесь я тогда и вы­
шел, -
СКi!зал Гуров. Стра,нное совпадение получи­
лось: я приехал к телескопу то­
же в пятницу вечером -
два дня у башн,и никого не было, стоял там все тот же сторож, -
и я, познакомившись с Гуровым, спе­
циалистом 'по оптике, бродил с ним под башней. Он любю. бродить. Оказался он человеком общи­
тельным и мягким. Рассказывал о себе и других заДУМ4ИВО и с какой-то очень старательной точностью. Словно на моих гла­
зах рассматривал то, о чем гово­
рил, и все боялся что-то упустить. Даже его рыжая борода была какой-н) ясной, тоже очень ста­
рательно сделана была, и брил он ее, уединяясь в кухне, чтобы ни­
кто не видел. Я нарвал тогда рододендро­
нов, -
сказал Гуров. -
Вон у того ручья... Если их поставить в воду, они распускаются. Дней через восемь, -
не удержался он, чтобы не уточнить. -
Красивые. И растут только на высоте больше тысячи вось­
мисот. Как раз под башней. Я пытался представить, что он думал, когда раз,гребал снег, рвал цветы с жесткими листьями и уже наверняка знал, что не по­
везет их домой. Но спро,:ил о другом. Оптику уже ставят? -
спро-
сил. Ставим, -
улыбнулся он. 15 \)",е" ро в с К,.,,.; ЛИМА,., «Засnуживают одобрения такие инициативы нашей моnодежи, как проведение массовых похоДов по ме­
стам ревоnюционной, боевой и трудовой сnавы ... » Из Отчетного flоклада Генерального секретаря ЦК КПСС товарища Л. И. Брежнева XXIV съеЗflУ КПСС В ВОСКРЕСЕНЬЕ 30 ЛЕТ НАЗАД « Кораб л ь утонул, но мачты при ­
мерно на метр оставались над во· доЙ. Он сел на мель. Мы не­
меДленно организовали спас е ние людей, которые были на воде. ПОМНЮ, на свою лодку МЫ взяли трех моряков. Одии И З НИХ был тяжело ранен. Сквозные пулевые р а нения ног. Когда мы вы· са д и n ись на берег, к нам подошел пехотный капитан с большими усами, и ЭТОТ раненый моряк обнял его од­
ной рукой и сказал: « Ничего, батя, мы еще повоюем!» Эти строки -
ИЗ ПИСЬ­
ма смотрителя Тендровского маяка М. К. Зозули в черноморский клуб «Садко» I ведущий ПОИСК кораблей, за­
rонувших в годы Великой От е чествен­
ной войны. А Р с Е Н И й р я 6 И К И Н, Haw спец. корр. З
аписи мои неровные. Это кач­
ка. Но я в н · их разбираюсь. Помогает память. 18 августа 1969 года. Майор-по­
граничник на КПП пожелал нам «семь футов под килем». Спаси­
боl Правда, нам хватило бы и трех. «Дельфин-2» не· танкер. Когда я плавал на нем несколько лет назад, это была широкая мо­
реходная посудина, способная вместить несколько десятков че­
ловек. Но без удобств. Теперь бот превратили в катер. Мест уменьшилось, но удобств приба­
вилось, В форпике тесно, но удобно, и из-за жительства в нем каждый раз тихий бой. В каюте простор­
нее. Здесь могут разместиться человек восемь. За ходовой руб­
кой машинный люк. На юте кам­
буз. Таков наш временный дом. Мы разместились, подняли свой красный выцветший флажок на мачте и потопали к морю. Идем по лиману. На переходе дел вроде бы никаких. Наш боц­
ман Слава Головненко крепит по-походному все предметы, ка­
кие на палубе. Толя Устинов за рулевого. Проходим Очаков, И капитан дает курс: почти точно на зюйд. Начинается качка. За кормой где-то под Очаковом 'собираются тучи, погромыхивает гром. Тем­
неет. Незаметно скатывается день. Исчезают береговые огни, а впереди скоро должен заго­
реться белый огонь Тендровского основного маяка. Электрический фонарик время от времени осве­
щает компас в деревянном ящич­
ке. Обычно Толя Копыченко, наш капитан, ставит зажженный фона­
рик прямо на стекло компаса. Как стакан на тарелку. Но сейчас качка, и фонарик сползает. Через час впереди, чуть пра­
вее мачты, загорается белая звездочка маяка. Сначала она видна по но,су, потом постепенно съезжает к левому борту. Мы на траверзе. Уходим на несколько миль за маяк и бросаем якорь. Мы по­
чти у цели. «Дельфин» дергается на якоре и болтается, как арбузная корка. Кругом темнота, только горит за кормой белый огонь Тендровско­
го маяка. И не поймешь, какая качка. Ни бортовая, ни килевая, а какая-то всеобщая. Качаются звезды, и качается палуба, ка­
чается Тендровский ОСНQВНОЙ, и хлюпает вода у кормы, и ши'пят, как гуси, гребешки... И уже не видно звезд, кругом тучи. -
Шквал будет, -
говорит Корчагин, старший по водолаз­
ным спускам. -
Давай закроем рубку. Натягиваем крышу. Она из бре­
зента с плотно пригнанными по­
перечными деревянными план­
ками. Через несколько минут налетел ветер с дождем. Я не вахтеннь,1:;, решил пойти вниз, в каюту. Лег на пол по центру катера. Здесь меньше качает. Рядом спит Усти­
нов. Слышно, как льется и сте­
кает за борт вода, барабанит Фото А. КОРЧАГИНА дождь. Кажется, что и внизу, под пайолами, вода. А вдруг ... отошла доска? И привет. До бе­
рег.. несколько миль, а катер перегружен, и наши красные спасательные жилеты с белой красивой надписью «Учебные» лежат в рундуках, а в капитан­
ской рубке рядом с картой -
ракетный пистолет -
базука, и к нему ни одной ракеты. (Не до­
стали.) По полу от качки катается за­
бытый кем-то фонарик. Толя Устинов неожиданно про­
сыпается и говорит: «Вода!» Все вскакиваем. Капитан сту­
кается головой о свою гитару. Мы с Устиновым окружены во­
дой. Но она просочилась не сни­
зу, а сверху, из неплотно при­
крытых люков. Это ничего. «Кру­
ГОМ вода», -
говорит капитан и снова, потревожив гитару, засы­
пает. 19 августа. Утро. як, дать в клуб о прибытии. Текст здоровы, пришли пыченко». Идем на ма­
радиограмму простой: «Все на точку. Ко-
Маячник говорит, что ожидает­
ся норд-ост до 20 метров в се­
кунду. Ого! 72 километра в час. Это средней силы новороссий­
ская бора. Маячник советовал нам переждать непогоду где-ни­
будь с подветренной стороны ко­
сы, ближе к ее оконечности. На своем легком фанерном ту­
зике пытаемся отчалить. Промок­
ли насквозь. Наконец отклеились, отлепились от прибоя. И опять удивлялись, видя со стороны, как раскачивается наш деревян­
ный ящичек, наш «Дельфинчию>, выкрашенный военной шаровой краской. А в ящичке всего 12,5 тонны водоизмещения. Капитан достает ветромер-вер­
тушку. -
Четырнадцать метров, говорит он. -
Пойдем на «Фрун­
зе». По местам стоять, с якоря сниматьсяl Качается в волнах недалеко от зеленого буя длинная рыжая си­
гара-поплавок. Сигара пустая и ржавая. На ней баранкой метал­
лический ржавый полукруг. Это чтобы можно было зацепиться за нее. 20 августа. «Фрунзе» должен быть где-то здесь, у рыжей си­
гары. Ходим кругами и коротки­
ми галсами. Наум Функ, матрос, лежит на носу катера и держит­
ся за якорный трос. Якорь при­
спущен метров на шесть-восемь. Поиск самый примитивный, но зато верный. Ждем толчка и го­
лоса Наума. Ходим самым ма­
лым. Наконец якорный трос дер­
нулся. Это «Фрунзе». Другой ко­
рабль здесь лежать не может. Готовимся к спускам. Слава во­
зится с ходовым концом. По не­
му будем ходить на погибший эсминец. Коля Николенко нама­
тывает на пенопластовые буйки кордовую нить. Буйки обозначат на поверхности нос и корму ко­
рабля. Капитан первым пойдет под воду. Вода холодная. И вокруг катера -
медузы на разной глу­
бине. Первый признак того, что там, за бортом, не жарко. .. 'когда-то на старых парусных военных кораблях были песочные часы. Большие песочные часы, которые пересыпались ровно полчаса. Вахтенный переворачи­
вал их и бил в рынду. Начинали с полдня. Один. Через полча­
са -
два. Три, четыре ... до вось­
ми раз. И снова сначала. С од­
ной склянки. Так измерялось вре­
мя. Горкой белого песка. Какая же горка 'насыпал ась бы за в,се годы с 41-го ... Недавно я читал книжку, где описывается, как водолазы видят через семнадцать лет на погиб­
шем военном корабле мертвых моряков, «застывших на своих боевых постах». И даже «черные груши наушников» сохранились на головах погибших. Так и напи­
сано. Это неправда. И не только потому, что у моряков будто бы не хватило времени сдернуть на­
ушники или они не могли уже это сделать -
были убиты. Не­
правда потому, что в морской воде все, что было когда-то че­
ловеком, становится морской во­
дой, ясной и горькой. 21 августа. Качает. Работать под водой, когда на поверхности крупная зыбь, трудно. Может стук'нуть о днище при выходе или погружении. Но капитан все рав­
но решает идти на разведку. То­
ля отчаянный. Я бы не полез. За капитановыми пузырями сле­
дить трудно. Везде пузырьки. А где Толины? Ага, вон там, с легким облачком дыма. Но по­
чему дым? -
Вообще-то ПОНЯТЕО, -
гово­
рит Корчагин. -
Воздух вдыхаешь на глубине под давлением. Потом пузыри вылетают и взрываются на поверхности. Отсюда парок. -
А почему у других нет та­
кого выдоха? -
Значит, не так дышат. Смот­
ри, как он экономно дышит. -
Так экономно, что я поте­
рял пузыри, -говорит Слава. 17 Капитан отфыркивается у кор­
мового трапа и протягивает нам какой-то буроватый ком. Наган? В кобуре? Первая находка. -
Там, по-моему, сейф. Кобу­
ра лежала в верхнем отделении ящика. Крышка сорвана взрывом или открыта... Плохо видно ... В одной из носовых кают. Эсминец лежит на грунте с дифферентом на нос, на левой скуле, и нос корабля лучше всего сохранился, а середина вся раскрыта от той бомбежки. А те­
перь уже и от времени. Обсуждаем проекты подъема ящика. Для наглядности из бу­
маги выклеиваем корабельный нос эсминца. Видимость неваж­
ная, а надо .точно знать, в каком месте корабля ты находишься под водой. Ходили Корчагин и Копыченко. Говорят, что закрепили за сейф крест-накрест ходовой конец. Второй мы закинули за сигару. Теперь самое главное -
подтя­
нуться катером так, чтобы встать точно над ящиком (под панер, как говорят моряки). У кепа воздуха в аппарате все­
го на пять гарантированных ми­
нут, поэтому на всякий случай за­
сек время, как бы не увлекся. Толя работает под самым "Дель­
фином», И пузырьки воздуха не всегда видны. Т янули всем катером, осторож­
но, на ,"раз-два -
взяли». Из воды показался ящик. Дей­
ствительно, сейф. Длинный ме­
таллический. Весь черный от ми­
дий, донных ракушек и травы. Открыт. Дверца полусорвана. Приподняли над водой, но даль­
ше ни в какую. Капитан скинул акваланг и схватился за канат. Догадались, перехватывая канат, перетянуть ящик поближе к кор­
ме, где борт не такой крутой. Стало страшно: вдруг не вытя­
нем? И взяла злость. Вытащили! Сейф полон. Но чем? Что там? В верхнем отделении, по словам Копыченко, лежал наган в кобуре и ремень с патронником. В ниж­
нем, по-видимому, книги. Видны спрессованные листки. Зачем хранить в сейфе книги? Тогда бу­
маги. Но какие? Если бумаги, значит, прочтем. Обязательно. Бумага хорошо сохраняется в во­
де. Кто мог жить в каюте с ле­
вого борта, под рубкой? Когда я однажды шел на эсминце, я спал в каюте командира по правому борту. Слава QСТОРОЖНО льет из чай­
ника воду внутрь ящика -
вы-
18 мывает ил, выбирает мидий. Ка­
питан возится с наганом. Кобура закаменела, но цела. Наган, к сожалению, сохранился хуже. Всего лишь ручка, барабан и ку­
сок ствола. В барабане семь пат­
ронов. И еще семь в патроннике на ремне. Патроны З7-го и 40-го годов. 22 августа. Отправили радио­
грамму: "Нашли сейф и личное оружие офицера». Сейф решили не трогать до конца экспедиции. Надо посте­
пенно высушить этот бумажный кисель. Сейф поставили под тент на ют. Целый день он сох на воздухе, в тени, и теперь на ночь Слава накрыл его старой кожан­
кой и спеленал брезентом. 25 августа. Крепили все на па­
лубе, и в первую очередь сейф. Он еще не просох окончательно, но листы бумаги уже отделяются друг от друга. Видны отдельные буквы и слова. Тут, очевидно, и канцелярские папки, и пачки бу­
маг в газетах. Я почему-то уве­
рен, что сейф, который нашел Копыченко в левой носовой каю­
те, принадлежал комиссару эс­
минца Золкину Дмитрию Степа­
новичу. Откуда такая уверен­
ность, сам не знаю. "За» пока только то что, если в правой по борту каюте жил командир эс­
минца, в левой должен жить ко­
миссар. Нырнуло пустое ведро, забыв­
шись, я оставил его на палубе ... Если бы знать, когда кончится эта проклятая болтанка! Надо ис­
кать укрытия за маяком. Там ко­
са поворачивает на север, и, на­
верное, можно укрыться ОТ зюйд­
веста. -
Так и будем бегать вокруг косы! -
ворчит Копыченко. Капитан злой и хмурый. Все работы срывает погода. Пошли за маяк и увидели, что мы не одни !lрячемся от штор­
ма. На якорях стояли два боль­
ших сейнера и одна рыбацкая байда, совсем маленькая, мень­
ше нашего катера. Был чудесный закат, и тонули в небе красные миноносцы обла­
ков. На сейнерах зажгли якор­
ные огни. Зажгли и мы свой фо­
нарь. Только на маленькой ры­
бачьей байде ничего не зажгли. Вода горит фосфором. И све­
тится трап, и якорный канат, и видно, как светится стремительно плывущая рыба. Это кефаль. 27 августа. Решили, несмотря на качку, идти на «Фрунзе». Ве­
тер стих, и пошел небольшой дождь. По идее он должен <<Прибиты> волну. Через час волна действительно немного «прибил асы>, и Корчагин пошел в поиск. Удача! Толя вытащил целый резиновый мешок, набитый легко­
водолазными резиновыми костю­
мами. В мешке перчатки и рези­
новые сапоги, и все в удиви-
тельно хорошем состоянии. На сапогах клеймо фабрики «Красный богатыры>, 1940 год. Николенко и Копыченко на­
шли два кислородных прибора с регенеративными патронами. На «кислородниках» манометры. Манометры работают, несмотря на то, что под стеклом находи­
лась вода. Когда отвернули вен­
тиль баллона, стрелки «ожили» И показали 150 атмосфер. Мы смотрели на них как на снаряды. Баллоны полны сжатого кислорода и пролежали под во­
дой тридцать лет! Малейшая тре­
щинка или просто усталость ме­
талла -
и теперь, очутившись в другой среде, на воздухе, они могут рвануть как снаряды. Копыченко сказал, чтобы все ушли на нос, и быстро открутил вентили. Раздался хлопок вы­
стрела. Копыченко невозмутимо сидел на корме. Оказывается, лопнул всего лишь резиновый ме­
шок «кислородника». Копыченко «стравил» баллоны до нескольких атмосфер и перекрыл вентили. Я стал очищать баллоны от мидий и нашел дату изготовле­
ния: «1.XI.40 г.». Тогда же или чуть позднее баллоны аппаратов заправили газом. По некоторым признакам можно судить, что аппаратами и резиновыми гидро­
костюмами на эсминце не поль­
зовались. Мы «глотнули» кисло­
род из тысяча девятьсот сороко­
вого года, и Копыченко пожалел, что мы не перепустили его в свои пустые баллоны. Воздуха у нас мало. В этот день достали еще пе­
пельницу из кают-компании и усилитель от киноаппарата. Кор­
чагин говорит, что там есть и ки­
нопленка. 28 августа. Из воды поднимает­
ся наш кеп. Он отплевывает во­
ду, откидывает на лоб маску. На лбу и щеках красноватый по­
лукруг присоса от резины, на усах капельки воды. Капитан стоит на ступеньке трапа и просит курнуть. Но сига­
рет уже нет. КончиЛись. Есть па­
пиросы и махорка. Боцман про­
тягивает капитану козью ножку, а я кружку какао. Когда идет волна, слышно, как хрипит бакен-ревун, возле кото­
рого мы стоим. Кеп торопливо затягивается махоркой, потом принимается за какао. Он никак не может со­
греться. -
Как колокольчики, -
гово­
рит он, протягивая мне обыкно­
венную лампочку с желтым цоко-
лем. Что как колокольчики1 -
Лампочки. Понимаешь, там под потолком образовалась не­
большая воздушная подушка, и, когда мы шуровали, лампочки подвсплыли. Теперь звенят как колокольчики. Волосок цел. Надо жеl Там под водой перекрученные взры­
вами трубы и паропроводы, пере­
кореженные пушки и торпедные аппараты, раскрое'нные каюты и кубрики, разбитые приборы и свалившаяся на бок рулевая ко­
лонка на ходовом мостике. А лампочка цела! Совсем целая. Т6л~ко в стеклянном пальце, от которого отходят волоски,­
вода. Но когда она высохне,т, лампочка может загореться. -
И ни одной мидии, ни од­
ной ракушки к ней не присоса­
лось! -
Значит, будет гореть,-
говорит капитан. -
Если бы бы­
ла облеплена, тогда бы не заго­
релась. -
Почему? -
Возьми М'и,ну, снаряд, тор-
педу на дне моря. Если вся в мидиях, значит пустая, обез­
вреженная. А если чистенькая -
от такой подальше. Очень чув­
ствует эта двухстворчатая ракуш­
ка, где ей домик свой делать. Еще одна загадка моря. 19 8BrYCT8. Сегодня наконец решили притронуться к сейфу. Осторожно, с помощью кисто­
чек и воды отделяем листик от л'истика. Письма, конспекты, за'пи­
си пол,итбесед. Нашл,и несколько незапол,ненных анкет по приему в парт,ию и две росписи на угол­
ках бумаг комиссара эсминца Золкина. Прочитал на газетном обрывке: «Сегодня на Краснофлотском бульваре в 19 час. 00 минут ... танцы ... Будет показан кинофильм «Мы из Кронштадта»... 21 июня 1941 года». Они, наверное, успели состоять­
ся -
эти танцы в последний мир­
ный субботний вечер. Там, на знакомом бульваре, у памятника погибш,им кораблям", А че(:!.Е!З не­
сколько часов главная база флота приняла на себя первый неожиданный удар фашистов ... 2* 30 8BrycT8. Вода холодная, но под водой ребятам жарко. Нашли на разбитом ходовом мостике рулевую колонку и це­
лый день, сменяясь, «рубили» ее, чтобы поднять. Когда наконец подняли и очистили секторы ру­
левых поворотов, определили по стрелке последнее положение 'руля. Стрелка стояла точно на О. Значит, руль стоял прямо. Последнее положение руля. Последняя команда раненого командира Василия Николаевича Ерошенко на горящем ходовом мостике ... Как все там был01 11 сентября 1941 rOA8 эскад­
ренный миноносец «Фрунзе» вы­
шел из севастопольской бухты. Это был красивый немолодой ко­
рабль, оставивший за кормой двадцать пять лет жизни. Под флагом командующего эскадрой Черноморского флота контрадмирала Л. А. Владимир­
ского эсминец шел в Одессу: вез секретные документы и план вы­
садки первого в истории войны морского десанта черноморцев под Григорьевкой и ЧебанкоЙ. Стоял полный штиль. Давно скрылся за кормой Севастополь, и прошел справа по борту дале­
кой песчаной полоской низкий Тарханкут с башенкой-маяком -
последний лоскуток Крыма. И уже открылся вдали столби­
ком-спичкой основной Те,ндров­
ский маяк. 'Команда обедала на боевых по­
стах, когда сигнальщик крикнул: -
Справа пятнадцать... Силуэт корабля и дым! Сигнальщик торопился и про­
пустил в докладе слово «граду­
сов». Спра'ва пятнадцать -
это зна­
чит совсем немного, на пятна­
дцать градусов правее носа, чуть­
чуть в сторону от мысленно про­
ложенной линии курса. Как представить, что было по-
том? ' Полный ход на сближение с го­
ревшим судном. Г'ибель канонер­
ки «Кра,сная Армения». Спускае­
мые шлюпки ... Спасательные кру­
ги ... Люди за бортом в масляной lIоде ... И самолеты Ю-87. Новейшие одномоторные пикирующие бом­
бардировщики. (В этот воскрес­
ный день черноморцы впервые встретились с ними.) Еще неделю назад они бомбили английские крейсера в Средиземном море. Пол,ный ход. Форсаж главных машин, и бешеная стрельба из всех видов оружия вплоть до главного калибра. (Зенитных ско-
рострельных автоматов 'и новей-
ших по орудий Были пушки.) тому времени зенитных на «Фрунзе» не было. старые лендеровские Самолеты падали и падали в крутом п,ике. И успевали, бро­
сая бомбы, уходить из огня устаревших для их скоростей зе­
ниток и снова падали, ревя на форсаже моторами. Вот уже раз­
рыв близко ОТ кормы... Доклады о пробоине и повреждениях, и молчание зениток на юте. Только одинокий стук пулеметов длинный, до конца ленты. Потом смерть комиссара эс-
минца Золкина Дмитрия Степано­
вича. Он спокойно инесуетливо спускался с мостика, шел под огнем широким морским шагом, чтобы проследить за затоплением носовых артпогребов. И гибель капитана 1-го ранга С. Н. Ивано­
ва. (Он вез черный портфель с документами и планом высадки григорьевского десанта.) Потом взрыв бомбы рядом с мостиком... Вышедшие из строя системы управления и свя­
зи. Тяжело раненный командир корабля В. Н. Ерошенко, и легко -
адмирал Влади­
мирский. И цепочка матросов, которую ставит адмирал, чтобы передавать голосом команды в машинные люки. Он сам командовал с палубы. И толчок о грунт ... широкоскулый буксирный паро­
ход,ик ОП-8 с задымленным флажком вспомо'гательно,го фло­
та подошел к эсминцу и при­
швартовался за трубу корабля. Прямо за трубу. Огонь единст'венного пулемета буксира... убитый 'пулеметчик ... И бомба в корму ... Так заканчивался этот далекий воскресный день 21 сентября 1941 года на Черном море в районе Тендровской косы, где покачивается сейчас в волнах ба­
кен-ревун и сл>ит недалеко от погибшего корабля рыжая ста­
рая сигара. Моряки плыли к косе. Раненых подбирали шлюпки. Последними притопленный бук­
сир покинули адмирал и коман­
дир корабля. Адмирала забрал торпедный катер. Человек в мокром кителе с широкими шевронами флагмана на рука­
вах -
единственный, который точно, на память, знал план, вре­
мя и точку встречи отряда вы­
садочных средств с кораблями севастопольского десанта. Десант должен был состоятьсяl 19 В ероятно, это прозвучит па-
радоксально, но я смею утверждать, что ландшафты пустынь относятся к числу са­
мых многоликих, самых фанта ­
стических и даже красочных на земном шаре. Пустыни, ко­
торые многие из нас пред­
ставляют себе скучными и однообразными, по многолико­
сти могут поспорить даже с лесами. Лесам они, пожалуй, уступят. Но только лесам. H ~ тундра, ни степь, ни саванна сравнения с пустыней не вы­
д ержат. Мне довел ось побывать в Каракумах, Кызылкуме, на Устюрте. Но тот, кто хоть раз увлекся красотою и свое­
образием пустынь, не может не мечтать о Сахаре -
ве­
личайшей пустыне нашей пла­
неты. И я тоже мечтал уви­
деть Сахару. Но с Сахарой мне не везло. Несколько раз я пролетал над нею, направ л я­
ясь в Черную Африку, однако все перелеты, как нарочно, про­
исходили ночью, и лишь о д ­
наждыI я увидел западный, упирающийся в Атлантический океан край Сахары, размытый зеленоватым лунным светом. Планета наша не торопится раскрыть все свои тайны. Тай­
ну или загадку пустынь -
то­
же. Почти все пустыни земного шара хранят следы былой буй­
ной жизни -
некогда они бы­
ли зелеными и обильными влагой. Какие силы изменили приро д ные условия?. И как приспосабливались люди к но­
вой обстановке?. Удивите.~ьная эта пустыня,.. Центральная Сахара. Человек появился в ней еще в палео ­
лите, а сейчас она относится к числу наименее заселенных районов планеты. Пустыня, ко­
торая то наполнялась водою и зеленела, то высыхала и желте­
ла. Пустыня, в которой жизнь и смерть теснили и сменяли друг д руга. Несколько тысяче­
л етий назад талантливейшие художники украсили Сахару у д ивительными фресками. В на­
ши дни Сахара некоторое вре ­
мя служила атомным полиго ­
ном. В Сахаре возникали и гибли античные и средневеко­
вые города. В 20-х годах ХХ века человеческий гений 20 угадал в Сахаре нефть, а в 50-х годах в пустыне вспыхнули оранжевые факелы над газовы­
ми сква:jКинами, появились неф­
тяные вышки и новые поселки ... Любая из этих страниц дол­
гой истории Сахары чрезвычай­
но сложна для понимания. Ос­
мыслить их; одному человеку, не по силам, но не интерес!,)­
ваться ими, по-моему, невоз­
можно. Впервые мне улалось побы­
вать в Сахаре," когд'<i я попал в Египет. Там '[огда уже раз­
вернулось крупнейшее в исто­
рии пустынь строительство­
строительство Асуанского гид­
ротехнического узла. Правда, специалисты-пустыневеды дале­
ко не единодушно относят пу­
стыни Египта к Сахаре: «мак­
сималисты» проводят восточ­
ную границу Сахары по Крас-
ному морю, а «минимали-
сты» по долине Нила. Я склоняюсь к мнению первых и потому записал на свой «счет путешественника» еще три пу­
стыни: Аравийскую -
темно­
бурую, каменную, Ливийскую­
ярко-желтую, песчаную, пропо­
ротую грядами черных скал, Нубийскую -
из темно-камен­
ных холмов, похожих на пира­
миды, -
три восточные пусты­
ни великой Сахары. Через некоторое время, воз­
вращаясь из Восточной Афри­
ки, я очутился в Хартуме и вышел на узкий мысок, где сливаются Белый и Голубой Нил. Они были одинаково мут­
ными в ту пору летнего раз­
лива, но не это обстоятельство заиимало мое воображение: по месту слияния Белого и Голу­
бого Нила специалисты прово­
дят южную границу Сахары, и я смотрел на север, в сторону гигантской пустыни ... Счастье все же не совсем от­
вернул ось от меня, и Централь­
ную Сахару я все-таки увидел. ... Мы должны были улететь в Париж из Браззавиля, но «боинг-707» в Браззавиле не взлетел отказали моторы. В результате в воздух мы под­
нялись не утром, как полага­
лось по расписанию, i в пред­
вечерние часы. Над Сахарой мы очутились засветло, но уже в то время, когда солнечные лучи скользили по пустыне, и Сахара открыл ась нам красо­
тою необычайной. у южных своих пред~лов она была песчано-палевои, и лишь инородно чернели среди песков обнаженные скалистые 22 массивы; их инородность под­
черкивалась розовыми и кир­
пичного цвета шлейфами, бог весть из чего сотканными; бес­
порядочно извивающаяся при­
глушенно-пестрая песчаная рябь прижимала края шлейфов к земле, но совсем придавить и совсем засыпать не могла, слов­
но шлейфы время от времени наполнялись, подобно парусам, ветром и сбрасывали с себя песчаный прах. Шлейфы исчезли, когда вме­
сто скалистых массивов появи­
лись источенные ветром оди­
ночные скалы, похожие на по­
лураскрывшиеся бутоны чер­
ных тюльпанов... Рыжая рябь беспрестанно катил ась там на север, и не верилось, что есть сила, способная остановить ее наступление. Но волны песчаной ряби не­
ожиданно ра]бились о сомкну­
тый строй черных скал. Пусты­
ня взъерошилась, пустыня по­
крылась песчаными грядами и кратерами, вспорола себя рус­
Jlами давно пересохших рек, об­
нажила лежбнша давно исчез­
нувших озер -
замытые гли­
ной участки с бледными изви­
вами давних глубинных по­
'{оков ... Солнце опускалось в неви­
димый Атлантический океан, и на пустыню надвигалась ночь. Сахара сначала поголубела на востоке, а потом на черный, покрытый пустынным загаром камень JIСГJlИ угрожающе крас­
ные лучи уходящего тропиче­
ского солнца, и возникло ощу­
щение отбушевавшего пожа­
ра -
ошущение огня и уг­
ля -
и бесконечности этого пожара в пространстве и вре­
мени .. , С заходом солнца про­
странство и время сжались, и дымчато-синяя мгла наползла на пожарище, местами приглу­
шая огонь, а местами обнажая обгоревшие остовы скал, еще не успевших остыть. Они, эти остовы, БЫ"lИ остроребристыми, с извилистыми шупальцами, сплетенными в центре в тугой узел; шупальца прожигали си­
нюю мглу над собой и были похожи на разбросанные ру­
кн И на смертоносное ме­
тательное оружие средневеко­
вых африканцев, внешне напо­
минающее пропеллер ... Ночь побеждала, и, хотя наш воздушный лайнер не на­
бирал высоту, Сахара все глубже и глубже опускал ась под нами, скрывая и то нем НО­
гое, что приоткрыла нам ... летопись В 1847 году солдаты француз­
с!шх колониальных войск, ос­
тановившиеся на отдых в неболь­
шом оазисе Тиу, увидели на пес­
чаниковых скалах, окружающих оазис, какие-то рисунки. Несколь­
ко копий этих рисунков попали в Париж и немало озадачили ис­
следователей: на скалах были изображены животные, которые просто не могли жить в Саха­
ре, --
жирафы, слоны, бегемоты. Спустя несколько лет немецкий исследователь Генрих Барт, путе­
шествуя по Сахаре, увидел новые наскальные рисунки -
охотников в масках, животных, сцены охоты, но, к своему удивлению, не нашел среди изображений верблюда. Барт был достаточно квалифици­
рованным исследователем, чтобы отнести это только за счет слу­
чайности" Он заключил, что ри­
сунки эти были высечены тогда, когда верблюдов в Сахаре вооб­
ще не было. А так как анализ ан­
тичных рукописей, рассказываю­
щих о великой пустыне, позволял предположить, что верблюды по­
явились в Сахаре лишь во II-
III веках нашей эры, то -
следо­
вал вывод Барта -
открытые изо­
бражения были сделаны по край­
ней мере не позже этого времени. С тех пор сообщения о все но­
вых и новых древних рисунках в пустыне поступали едва ли не каждый год. В 1932 году фран­
цузский лейтенант Бренан, обсле­
дуя окрестности форта Джанет расположенного у отрогов горного массива Тассилин-Адджер, что в caMO~I центре Сахары, увидел наскальные изображения. За де­
вять лет службы у отрогов Тасси­
лин-Адджера Бренан открыл и СI{О­
пировал сотни первобытных ри­
сунков. Весь этот материал Бре­
нан переслал в Париж --
одному из крупнейших исследователей первобытного общества, БреЙлю. И в 1952 году Брейль ВЫПУСI{ает первое серьезное научное осJVIЫС' Почему она наскалах В. ИЛЬИН ление «феномена Сахары» -
так назвали этот непостижимый фей­
ерверк красок в самом центре пустыни -
книгу «Наскальные росписи Тассилин-Адджер». В 1956 году в горы Тассилин­
Адджер выехала экспедиция фран­
цузского исследователя Анри Ло­
та. Почти полтора года провел исследователь с небольшой груп­
пой художников и фотографов среди безжизненных скал. Обсле­
довал Анри Лот и другие места Сахары, где ранее были обнару­
жены фрески. В результате этой экспедиции мировая коллекция первобытной живописи пополни­
лась сотнями фресок, тысячами и тысячами изображений. Самая «пустынная пустыня» подарила миру самую большую, самую кра­
сочную галерею первобытной жи­
вописи. Нак же появились в Сахаре изображения животных, совершен­
но не приспособленных к жизни в пустыне, -
жирафов, бегемо­
тов, слонов, газелей? Может быть, эти рисунки оставили слу­
чайные пришельцы? Или, быть мо­
жет, исследователи открыли свя­
тилища жителей древних оазисов? Но наскальные рисунки и фрес­
ки были зафиксированы, по сути дела, во всех районах Сахары­
на севере и юге, на западе и во­
стоке и в центре пустыни. А это могло говорить только об одном -
существовала в истории Сахары эпоха, когда она не была пустыней, и человек жил в Саха­
ре повсеместно. Древнейшие рисунки Сахары­
их возраст около десяти тысяч лет -
изображают главным обра­
зом одиноких крупных животных. Затем появляются композиции; наиболее часто среди них встреча­
ются огромные стада животных, идущих гуськом. (Надо сказать, что смысл подобной композиции до сих пор не совсем ясен. Зага­
дочно и то, с каким постоянством стала Сахарой? ее воспроизводили на скалах художники не только цветущей Сахары, но и их современники, жившие на территории Франции, Испании, Италии; Скандинавии, Нарелии.) В это время человек Сахары был охотником и собира­
телем диких злаков. На каменных полотнах того времени живут, сражаются и погибают от . стрел и копий, защищают свое потомство от хищников слоны и леопарды, антилопы и страусы. Сахара, от­
раженная на фресках этого време­
ни, -
это цветущая, плодородная страна, покрытая высокой и соч­
ной травой, зелеными густыми ле­
сами, с полноводными озерами и реками, где при вольно было жить и всевозможному зверью, и рыбе, и птице. Этот период -
исследо­
ватели назвали его периодом Древнего Буйвола -
длился не­
сколько десятков веков: с VIlI по IV тысячелетие до нашей эры. Начиная примерно с XXXV ве­
ка до нашей эры сюжеты наскаль­
ных фресок несколько меняются. В это время, по-видимому, в Са­
харе появляются первые скотовод­
ческие племена. Художники-скотоводы оставили наибольшее количество рисунков. Они переняли и усовершенствова­
ли и технику, и традиции своих предшественников охотников. Но сюжеты композиций меняют­
ся -
на скалах появляются ста­
да уже домашних животных, со­
провождаемые пастухами. Часто встречаются изображения повсе­
дневной жизни человека: семья, расположившаяся в конусообраз­
ной хижине, женщины, растираю­
щие зерна в каменных зернотер­
ках. Художник-скотовод как бы подчеркивал свое богатство, свою власть над животными -
коровы и быки его тучны, а стада безро­
потно послушны его пастушьему посоху. Но вот где-то в середине второ­
го тысячелетия до нашей эры на скалах появляются очертания ко­
лесниц, запряженных лошадьми. Изображение лошади на скалах Сахары прослеживается вплоть до II века нашей эры. А потом глав­
ным действующим лицом в изо­
бражениях животного мира уже СТа!НОВИТСЯ верблюд. В это время палитра художника Сахары становится более строгой. Нраски «зеленого рая» Сахары тускнеют -
исчезают пастбища и леса, пересыхают озера и реки, все меньше и меньше становится зверей и птиц, все труднее и труд­
нее становится про кормить стада. И может быть, художники Сахары инстинктивно улавливали эти не-
НА ВОДНЫХ КАЧЕЛЯХ ЖИЗНИ Во время nOJleTOB над· HHJlOM, над его matobo-зеJlеной ДОJlИНОЙ, самое сильное впечатление про­
извело на меня то, что я ДЛЯ себя назвал «следы ХЛЫСТОВ~. Помните, восточные самодержцы древности не считаJlИ зазорным OTXJleCTaTb даже море, если оно им не угождаJlО?.. Во время nOJleTa над НИJlОМ у меня БЫJlО ощущение, что египетские фа­
раоны приказываJlИ пороть ниJlь­
скИе берега -
они действитеJlЬ­
НО кажутсц исхлестанными. НО зто, разумеется, не следы хлы­
стов -
это СJlеды рек и ручьев, некогда бежавших со всех сто­
рон к НИJlУ. НИJl -
могучая река. При КО­
вывая к себе внимание, она незаметно отвлекает от следов, OCTaBJleHHblX на окружающем Jlандшафте некогда бурными притоками. Да, второстепенные притоки исчезли, но осталась ГJlавная река ... Иное AeJlO -
в ЦентраJlЬНОЙ Сахаре. Там нет своего НИJlа, но там есть иеоспоримо вписан­
ные в пустынный пейзаж ·высох­
шие РУCJIа крупных. рек и озер­
НЫе КОТЛОВИНЫ. Среди многИх крупных откры­
ТИЙ, которыми СТОЛЬ славен ХХ век, есть и такое -' откры­
тие подземных «морей~ под пустынями, а говоря точнее -
огромных СКОПJlений пресной иJlи СОJlоноватой воды в пори­
стых породах.! Их верхняя гра­
ница в Каракумах -
что-то OKOJlO 30 метрон от дневной по­
верхности, в Сахаре -
OKOJlO 150-200 метров ... И стоит TOJlbKO допустить, что уровень этих «морей» периодически изменяет­
ся, как мы логически получим объяснение преобразованиям в Сахаре. Конечно же -
при­
рода ведь щедра на загадки, -
тут сразу возникает вопрос опричинах КОJlебаний уровня, об их периодичности... Объек­
ТИВНОСТИ ради надо сказать, ЧТО наБJlюдении над режнмом под­
земных «морей" пока настолько краткосрочны, что время ДJlЯ объяснения морских подземных ПРНJlИВОВ и ОТJlИВОВ еще не на­
СТУПИJlО... Одно Jlишь необходи­
мо отметнть. Все наCJIышаны о «ревущих» сороковых широ­
тах, но самые «беспокоА:ные~ параJlJleJIН на ПJlанете ЗеМJlЯ --
тридцать пятые. В специаJlЬНОЙ Jlитературе их называют «кри­
тическими~ парал.лелями. В се-
верном ПОJlушарни в этой зоне находятся высочайшие горные хребты, разломы земноЙ коры типа средиземноморского и... пустыни. Эта зона са­
мая мобильная на Земле, и объясняется ее моБИJlЬНОСТЬ осо­
бенностями вращения планеты; КОJlебание уровня подземных «морей», вероятно, тоже. 23 заметные на протяжении человече­
ской жизни изменения мира, уже самой формой рисунка как бы рас­
сказывали о надвигающейся ката­
строфе, перед которой человек был бессилен. Новые животные, появившиеся в Сахаре, -
сначала лошадь, а затем и верблюд­
стали для него словно бы симво­
лом этих изменений -
он изобра­
жает их схематично, жестко. Да и самого себя он начинает рисовать уже не властелином стад, но лишь обозначает свое присутствие в этом изменяющемся мире. Фигу­
ры верблюда и человека в послед­
ний период существования на­
скального искусства Сахары пре­
вращаются в некий иероглиф. Сахара стала пустыней. Тщательный анализ изменений в стиле рисунков и их содержания позволил представить мир, окру­
жавший древнего художника, а вместе с тем и очертить путь от­
ступления человека перед песками. Вначале, видимо, пустыней стали западные и восточные равнины, и оттуда пески начали продвижение к центральным горным массивам. На юге человек уходил от песков через горы Аир и Адрар Ифорас, на востоке -
через перевалы Дже­
бель Уэнат к нильской долине. Фрески, естественно, не могут дать точный ответ, почему Саха­
ра стала пустыней, но они подска­
зали одну весьма интересную ги­
потезу. Дело в том, считают некоторые исследователи, что именно обилие крупного рогатого домашнего ско­
та -
а, судя по фрескам, в это время по будущей пустыне броди­
ли действительно огромные ста­
да -
привело в конце неолита к уничтожению растительного по­
крова Сахары, что, в свою оче­
редь, ускорило наступление пес­
ков. 24 Никто не сомне вае т ся ныне в том, что дважды Сахара обводн ялась, пок рыв а лась зеленью и пре· вращал а сь в ц в е ту щий, полный жизни край ... Трудно опр едел ит ь, с"оль длительны были эти зеленые пери од ы D ж и з ни Сахары. Еще труднее объясннть, поч е м у он и наступали и почему Са­
хара в конце кон цов в новь становнлась Саха­
рой -
черн о - ж елт ой, п о чти безжизненной... Все было д о вольно пр ос т о, пока ученые объясняли феномен Са ха ры влия нием ледникового периода на ее климат; ледн ик и, д ескать, принесли влагу в Сахару. Эт о о тн юдь н е исключается, но сейчас мы говорим о по с л елед никовом периоде, когда климатические у с л овия о с тавались практически неизменными . . Есть гипот еза, ч т о зе л е ную Сахару превратили в пу с тыню травоядные животные -
и дикне, и одомашненн ые че л овеком; они будто бы -
а не­
умеренн ая п отрава деЙС Т В Н1'ельно ведет к смене и в кон еч н о м нто ге К ос к у д е нию растительно­
сти -
У НИЧ ТОЖ II Л И I3сю р а стительность, и Сахара стал а п ус тын ей. В разных районах С аха­
ры исследователям н еод но­
кратно встречали с ь и зоб ра­
жения колесниц. Анри Лот, т щательно исследов а в все эти изображения, пришел к выводу: колесницы на скалах как бы отмечают путь какого-то н а рода чере з Сахару к Нигер у. Ан р и Лот считает, что этими племе ­
нами были легенд а рные « народы Моря », среди ко­
торых, по-видимому, были этруски, напа дав шие в XII-XIII веках до н. э. на Египет, и древние ли в ий­
цы. Но Лот на этом выводе не останови лся. Он с ч ита ет, что этот древний путь не забывался в т еч е ние тыся­
челети я. Плини й писал, ЧТО рим ск и й п ол ко водец Кор ­
нели й Б ал ьба в 19 году до наш ей эр ы совершил три ­
ум фаль ный поход в Афри ­
ку, захватив Киренаику и ч ас ть территории со в ремен­
ного Алжира. Плиний упо­
минает также, что полко­
водцу пришлось преодо­
леть несколько рек, среди которых была одна с на­
зв анием Дазибари. Но и в наши дни некоторые пле­
мена, живущие по берегам Нигера, называют эту реку « Да Иза Барю >, что озна­
чает «Большая река людей Да ». Неужели римляне в 1 веке до нашей эры до­
стигли Нигера? Плиний довольно подроб­
но называет те места, где проходил Корнелий Бальба. И лингвистический анализ показал, что большинство этих названий можно счи-' тать идентичными совре­
менным географическим обо з начениям т ех мест, где... исследователями были зафиксированы изображе­
ния колесниц. Именно ливнйцы вели римлян, заключает свои исследования Лот, 26 помпеи в песках В. СНЕГОВСКНЙ Д
ва столетия этот город на зы ­
вали «м ира жем в истории Са · х а ры ». Его описывали древние летописцы, описывали столь кон­
кретно и четко, что, ка зало сь бы, можно без труда указать место, где стоял этот город, который называли Авдагост. Арабский географ из Кордовы, живший В ХI веке, Убайда Абдул ­
ла аль - Бакри писал в своем « Гео· графическом описании и зв ес т ного нам мира»: «Авдагост -
краси­
вейший город с большой мечетью и медресе в цен т ре. Люди живут там в роскоши и спокойствии. И з арабских стран караваны до­
ставляют туда финики и сушеный виноград, из др у гих далеких стран -
мед. Богатые горожане и князья едят хлеб из пшеницы, к о ­
торую выращивают их черные р а­
бы. Землю они обрабатывают м о­
тыгой и поливают водой и з кож а ­
ных ведер... За пок уп ки та м р а с­
пла чиваются золотым песком ... » В др у гом месте аль-Б а кри пишет, что Авдагост стоит в со рон.а днях пути от Т амалдата на юг. И звестн о, ч то древний Тамал­
дат с т о я л н а месте нынешнего не­
большо г о с е ле ния Тамулд-Вака, на юго -во ст о к е Марокко. А так к а к с к о рост и н а караванных вер­
бл южьих дорогах остались неиз­
менными с т е х в ремен, то легко высчитать,' где именно находился Авдагост -
в 1200 километрах к югу от Тамулд-13ака. Но есл и отложить это расстоя­
ние на карте, карандаш у ткнется в то место, что на з ывают « адом Аукеры», -
зловещую п у стыню в пустыне, котор у ю обходят сто ­
роной даже племена местных ко­
чевников. Авдагост, быть может, до сих пор оставался бы миражем исто­
рии, если бы ... не дикие голуби. Несколько лет назад археологи, занимающиеся исследованием древних поселений Сахары, обна ­
ружили записки кавалерийского офицера франц уз ской ко л ониаль ­
ной армии, в которых говорилось, что между скалистыми массивами Ркиз и Аффоле он видел древние ра з валины. Скалы Ркиз и Аффоле находятся как раз око ло кромки «ада Аукера », и археологи срочно снаряжают туда экспедицию. Экс­
педиция прибывает на место и действител ь но находит древние руины. Но руины XIV вена, тогда как Авдагост, судя по сообщениям хроник, был раЗРУшен в Х I веке. Все же интуиция подска з ала ис­
следователям, что Авдагост дол­
жен быть где-то здесь, рядом. На ­
чались разведочные работы. И вот один ИЗ отрядов экспедиции, про­
ходя древней караванной дорогой, наткнулся на огромные гне здо вья диких голубей. И т у т !\То-то и з членов отряда вспомнил слова аль­
Бакри о том, что в одном дне пу­
ти к северу от Авд аг оста видел он множество голубей. Исследователи отложили на карте 30 километров длину караванног о пе рехода -
на юг от гол уб иных гне здов ий. После не­
ско л ьки х месяцев у порных поисков под м ногометровыми песч ан ы м и барханами д ол ины, зажа той с двух сторон скалами Рки з и Аффоле. исследов ате ли ув и дел и руины сго­
ре в шего города ... Ше с той век нашей эры. Города еще нет. Но там, где он во з ник ­
н ет несколько веков спустя, уже пересекаются караванные тропы. Тысячи к о чевнико в приходят сю­
да после дальних странствий по Сахаре. Это берберы -са нхаджа. Они разбивают свои шатры, жи­
вут два-три месяца, затем снова уходят, но на их место прибыва ­
ют другие -
долина ниногда не пустует. Среди шатров видны и редкие хижины оседлых земле­
дельцев. Здесь вдоволь воды и пищи для человека, корма для скота. Санхаджа считают себя полновластными хо зяева ми этих мест: по неписаным за конам Саха­
ры племена кочев н иков -
хозяе­
ва всех тех з емель, где они рас­
кидывают свои ша т ры. И не толь ­
ко земель. Они расп о ряжаются и судьбой людей, населяющих оа зи ­
сы на их земле. Скотоводы-кочев­
ники и оседлые земледельцы -
два противоположных полюса чрезвычайно устойчивой структу­
ры странного сахарского обще­
ства, существовав шего не один десяток веков. Что заставляет ко­
че в ника совершать вечное движе­
ние по пустыне? Это потребность в воде, корме для скота и, нако­
нец, в соли. Солью он снабжает оазисы, взамен оа з ис дает кочев­
нину воду, финики, овощи, хлеб. Кроме того, кочевник защищает земледельца от на п адения граби­
телей, Вот п очему он, этот сеньор Манящие миражи истории пустыни, поль зуется пр авом вла­
стелина по отнош ен и ю ко всем, ито живет на его земле. ... Нонец вось мо го века. Н этому времени относятся п е р в ые CBe~e­
ния об Авдагост е, со,'.!ержа щи еся в трудах древнеараб ских у ченых. Городо м у пра влял верхов ный вождь кочевнико в-санхаджа Тин­
Ярутан. В шатрах и глиняных хи­
жинах жили скита льцы-ко ч ев ники и оседлые земледельцы. На мен ­
ные до м а прин адлежали арабс ким торговца м из северных городов Африки. Однажды, сообщ ают древне араб­
ские историки, Тин,Яр утан разгро­
мил большое вой ско при шельцев, у которых было не мало сторо нни­
ков в самом г ороде. Нто же был и эти союзниии нап адав ши х? Веро­
ятно, к у пцы. Меж ду ними и бер­
бера м и -са нха джа была та про­
пасть, иоторая ра зделяет бе~ность и богатство, горд еливую открове н ­
ность, широт у души жител я п у ­
стыни и мел к ую расчетливость и у пца. Н у пцы быстро бо гатели, обособляясь в каст у имущ их, ка ­
ст у, живш у ю в ро скоши и... пр е­
ЗIlраемую: хозяев ами города все еще оставались коч евник и. В ионце Х века Авдагост вырос в больш ой гор од; взмеТНУЛИСI, в небо м инар еты ме ч етей, н овые дома выстроились среди паЛbl\1. На тысячи ии лометров вокруг не было равного е му по ирасоте и величию. Из летописей и звес тно, что к э том у времени в купеческом сословии города п оявляе тс я нема­
ло берберов. Их на зывают зенета · ми. Они приходя т в Авдагост из городов северо-запа~н ой ч аст и Аф-
рики: Сигилмазы, Марракеша, Несрата, Загоры, Т амгрута, г~e господст вуе т ислам. Зенеты и ара­
бы Авдагоста исп овед уют е,'.!иную вер у, но они тем не менее враж­
дебны др у г друг у. В свою очередь, к о чевниии ·са нх аджа, которые по­
прежнем у поставляют сахарс к у ю соль в Авдагос т, ненаВIЦЯ Т и тех и др у гих. в х вене в Араб сном халифате огромной и чре ЗВЫЧaI"!НО пе строй по населению империи, п ростиравшейс я от Индии до берегов АтлаНТИЮ -i,­
выделяется династия Ф атим идов. Утвердившись в Кайр уане (городе на территории нынешн его Ту ниса), они всноре объединили п од своим господство м неснол ьно эмиратов Се· верной Африни. Фати миды н у жд а­
лись преж де всего в золо те, и слава Авдагоста н е могла н е при влечь их внимания. Сна рее всего и нупц ы Ав· да госта решили. что п о[{ровительс т во Фатимидов более н адежно, нежели берберов·санхаджа. Т ан золо т о Авда­
госта поте[{ло в на з н у властителей КаЙруана. Купцы, одна но, п росчитались в вы­
qope новых понрови телеЙ. Их с уд ьба, нан и судьба с амого ABj:\arocTa, была решена теми соБЫтия,!И, что разы· гра л ись н а севе ро·западе Африни. Т ам, г де теперь лежат земл и Марон­
но, IЗ уsре п ленных МОНEtСТblР ЯХ ВОИН­
ствующие монахн · беlJбеlJЫ соб ирали силы, готовясь эаХi3аТ ]fТЬ влас ть в халифате. По Н i;lзванию эт их мо н а ­
стыр ей -
аЛЬ - J\.'lура б н тун --
мо н ахов стали назы ва т ь аJJьыоравидам и. В ый ­
дя и з монастырей, он][ свергл и с пре· стол а араБСI(QГО ЭМl!ра и ос новали п ервую бербе р сную династию. Ср ед и тех, нога альмора виды сч И тал и сво и· ми врагаыи, зе н еты .'\вдагос т а были особенно ненавистны. ... В оенная ар~I ада альмо рав и дов катил ась сквозь пустыню, до г о няя торговые KapaBaIlbI и рас правля­
ясь с ни~lИ, чт обы никто не смо г п реду пр е,'.!ить ГО]) О,l о пр ибл ижаю­
щейся опасности. Завоева тел и не блуждали по С ахаре, а шли са ­
мым прямым и коро ткиы путем, и х кони не стра ~а:IIl от жажд ы -. от ИСТОЧНlша к ИСТО ЧНlШУ их вели кочеВНИЫI ·санха~jhа . И в о дин из дней 1054 г ода п ередовые отряды алы юрав идов ув и де ли вдали ~IИнареты Авдаго­
с та -
беспе ч ный город у топал в ажу рно м кружеве храмов и зе­
ле ни п альм. Вса~ники, не оста нав­
ливаясь, обгоняя друг дру га, ри­
н у лись на горо д. Его жител и, за­
хваченные врасплох, не смо гли ок а з ать никак ого орга низова нного сопрот и вле н ия. Н:ор оп ше схвапш возле домов. стоны У~ 1Ирающих, мольбы о пощ а;\е, вопл и же нщин и плач детей --
до ве чера бес п о­
мощное эхо метал ось сре;:щ окрест ­
ны х скал и стихало в безо тветной пустыне. Н аутро альморавиды у шли на юг. А вскоре лески Сахар ы, пески забвен ия, на тысяч у .1ет покрыли желтым caBaHO:l1 то, что ли шь вче ­
ра бы.'IО ПОJlНЫ ~1 ЖIIЗНИ. Город рас­
таял, как тает юираж пустыни, и вскоре исчез из текстов ис ториков и из памяти людей. Еще н есколыю ser;oB в долине меж д у Рки зом и А ффоле мая чи л и шат ры кочевни ков.. но п ришло время, когда и они ис чезли: с ве­
ками водоносный С.1 0Й опус ка лся все ниже и ниже. НеJюг~а обиль­
ная влагой долина стала сух ой, и ничто б оль ше не ~Iан ило т у да скитал ьц ев п устыни. Восс тановленная истор ия Авда­
г ос та п оказывает, что ны нешняя Ма в рит ания бы ла в пер иод ранне­
го средневековь я Оif\ивден ным пе­
рекрестком, гд е сопри касались судьбы на род ов Ч ерной Африки и севе рной ч асти континента. П о мавр и танс ко й земле прох о дила важна я т орговая артерия, питав­
шая золот ом ры нки Магриба и Ев­
ропы. История Авдагоста пролива­
е, также свет на один из главных и сто чник ов могушества Фатими­
дов, быв ших долгое врем я вла сте· л ина ми арабского ~ира. СОЛЯНЫЕ ГОРОДА в преде лах Республики Мали, на берегу Нигера, стоит город Мопти. В центре его огромная мечеть с ракетообразными за­
точенными минаретами, но зна­
менит город не архитектурой, а речным портом и базаром: в Мопти прибывают товары из пустыни, и в пустыню Мопти отправ л яет продукцию саванны. Лрогуливаясь однажды вечером ПО б е регу, я обратил внимание на двухпалубную ЛJfРОГУ,I возле которой суетились грузчики. Они взваливали себе на спины ТОН­
кие метровые п литы матово-се­
рога цвета и, поддерживая их руками снизу, уносили наверх. На берегу плиты укладывали в т е лежку · и увозили в амбар. Я не сразу сообразил, что это соль, з наменитая сахарская соль, матовая от примеси пу­
стынной лыли. -
Тауденни? -
спросил я у малийца, ведавшего учетом плит. -
Тауденни, -
кивнул он ... Наверное, мы никогда не уз­
наем, как назывались соляные копи, поставлявшие соль в среднев е ковый Авдагост. Но без т аких вот матово-серых плит никогда бы не достиг Авдагост своего могущества и своей сла­
вы. Соль приво з и.11И кочевники и з глубины пустыни, в Авдаrо­
сте формировались караваны, плиты вьючиnись на верблю­
дов, и караваны уходил и на юг, в суданские стра н ы. Там на соль выменивал ись рабы, там за соль платили зодотым песком и зерном. С гибелью Авдагоста прекра­
тили свое существование и питавшие е го соляные коли. Но появились новые -
копи Тауденни, в частнос.тн. Соль кормнла города пустынь, соль способствовал а появлению новых городов. Торговля со­
лью пережила не только мно­
гие, ныне исче знувшие города. но и средневековые империи Мали и Гану. Т е п ерь за соль не пл атят золотым п еском и тем более рабами. НО каждый год. весной и осенью, караваны верблюдов с сахарской солью все так же уходят на юг, к Ни ­
гео у. Сахарская соль по-прежнему высоко в ц ене у обитателей республик Мали и Г ан ы. а жи­
тели Сахары по-пр еж н ему нуж­
даются в зерне. 27 -'( пришли и И миражу в Сахаре привык а ­
ешь быстро. Единственно, не очень понимаешь, что же есть в самом деле, а что только при­
мерещилось. Вот о з еро и одино­
кая пальма на берегу -
как их прикажете пони мать ? Справляюсь по карте: здесь начинается долина Мзаб, и никакие озера на ней не обозначены. А откуда же вода там, впереди по дороге? Ведь дождей здесь не было года полто­
ра, и каждая капля, я знаю, у местных жителей на счету. Подъезжаем ближе с у хой, выжженный солнцем асфальт. А озеро как будто переместилось дальше. Это кажется символи­
кой -
погоня за водой, словно погоня за счастьем, при з рачна ... Поэтому и следующее явление, возникающее за окном, восприни ­
маешь с недоверием. Это город; он окружен глухой стеной с полу ­
круглыми башнями; над ними гро ­
моздятся вверх плоские прямо­
угольники домов; а на верхушке этой пирамиды торчит квадратный минарет. Город появляется, чтобы тут же исчезнуть. Правда, нена­
долго. Он только поменял место­
положение -
был справа, а те­
перь стал слева: точно такая же игрушечная пирамидка, увенчан­
ная квадратным минаретом. И пальмовая роща. Минутная пауза, и снова, на сей раз впереди, -
пальмовая ро­
ща и над нею та же игрушечная пирамидка, обнесенная крепостной стеной с полукруглыми башнями, и т. д. Т еперь я уже знаю навер­
няка -
это не мираж. Воображе­
ние ведь наделяет миражи все но­
выми подробностями, а эти горо­
да одинаковы. Им и полагается быть таковыми. По истории. Вот она, эта история. В УII I веке н. э. в среде му­
сульман возникло своеобра з ное течение хариджитов (в переводе -
«выходцев»), основавших секту ибадитов -
по имени своего гла­
вы Абдаллаха ибн-Ибада. Ибадиты возражали против ряда догм исла­
ма и провозгласил и свои законы -
демократические выборы халифа (а не передача ему престола по Девять веков , поселились ... т. n у т и н Ц Е В А, кандидат искусствоведения наследству), единобрачи е и стро­
г ость нравов. Нак всякие ерет ики, они были и згнаны. По сле долг их скитаний ибадиты осели здес ь, в самых сухих и бесп лодных ме­
стах северной кромки Сахары, где давно уже вся вода скр ыл ась под земле й. Название этих мест долина Мзаб. Старинное по верье г ласит: НО­
гда хариджиты в отча янии уже были готовы отступить п е ред же­
стокой бездушностью пустыни, из каменной пещеры поя вилась пре­
красная женщина Дая и указа ла им, где искать воду. Легенда, как ей и положено быть, очень краси­
ва. В действительн ости девять ве­
ков уже, не давая себе отдыха ни на день, вытаскив ают поселен­
цы воду кожаными б у рд юками из гл убо ких -
до семи десяти мет­
ров -
колодце в. Напомню: мозабиты (так стали звать местных обитателей) таска­
ют воду из свои х трех тысяч ко­
лодцев уже девять век ов. Вокруг колодцев мозабиты по­
строили Пентаполис, то есть Пя­
тигородье, состоящее из старей­
шего города Эль-Атефа, Мелики (что означает по-араб ски «ко роле­
ва.» ), старого города Бени - И з гена, крепости Бу-Нур а и центра Мза­
ба -
Гардаи, в названии кот о ро­
го звучит имя легендарн ой краса­
вицы Даи. Все эти гор ода похо­
жи друг на др у га как две к а пли воды. Хотя, наверное, мозабит во з разил бы: капли воды непо­
хожи ... Мы входим в Гар даю. До не­
давних пор ворота п яти городов не открывались для ч ужезем цев, жители строго оберегали свое о р­
тодоксальное п ур итанс тво, свои з аконы. Да и сейчас огромны е ворота в крепостных стенах непре­
менно запирают на ночь. В ер ­
ность традициям и обычаям пред­
нов свято соблюдается зде сь до сих пор. В отличие от други х сахарских жителей -
воинственных туаре­
гов, ша у йя или зуавов -
мозаби­
ты всегда были самыми мирными людьми пустыни. Усто ев Мзаба не борьбы за воду мо гли нарушить ни арабские кочевники, ни турки, ни французы. Напомню: девять веков назад был и выработаны законы, р е г ул и­
р у ющие каждый шаг мозабита, от рождения до смерти. Нак и в каждом оазисе Сахары, централь ное место в Гар дае зани­
мает базарная площадь, по-араб­
сн и -
«СУЮ>, большое ровное пр с ­
стра нство, окр уженное арнадой. Но если во всех оазисах базары шумны и крикливы, то в Мзабе он выглядит как-то т а ин ственно. Стар ики в длинных белых ганду ­
рах тихо шепчутся между собой. Никакой суеты. И движения этой пестрой массы людей кажутся стран но замедленными. Мозабиты до удивления похожи д руг на друга. Впрочем, удивлять ­
ся особенно нечему. Этот малень ­
ний сахарский народ, насчитываю­
щий примерно двадцать пять ты­
сяч че лове к, представляет собой своеоб разный этнический остров. Уже много веков назад мозабиты исчерпал и возможности земли: она родит ровно столько, сколько в ней воды. Вот почем у «ли шние рты», главным образом мальчи­
ков в возрасте двенадцати-трина­
дцати лет, отправляли жить на севе р, в Белую Африку, или на юг в Черную. Однако в 1345 году r лавой мозабитской об щины был издан эдикт, соглас­
но которому уехавший мозаб ит обяза н был непременно вернуться домой, чтобы взять себе жену (напомню: у хариджитов едино­
брач ие). Естественно, что за ми­
нувшие пол тысячелетия все мо­
з абиты успели породниться друг с другом, так что сходство лиц -
не только кажущееся. Правоверный хариджит перед смертью обязан был возвратиться домой. Или же, если смерть за ­
ставала его на чужбине, прах его пере возился в пески под стены Пятигородья. Торговля основное занятие мозабитов. И связь со всем остальным миром тоже одна торговая. Торгуют бунвально всем -
от берберских глиняных кувшинов до... тульских самова­
ров. Да, это очень странно, но по­
сред и площади стоит несколько самых настоящих самоваров. И еще несколько в мага з инчике напротив. Не сдержав любопыт­
ства, я иду к продавцу, говорю, что я из Советского Сою з а и что меня, естественно, очень интересу­
ет, откуда посреди Сахары взя­
лись тульские самовары. Продавец сдержанно улыбается: «Се йчас, мада м, все русское чрезвычайно ОАЗИСЫ Точно датировать время ПОЯВ~ пения человека в Сахаре пока, пожалуй, невозможно. ТРУДНО ответить и на такой вопрос: - «зеленую» или «желтую» Caxa~ ру заселил далекий предок со­
BpeMeHHblx североафриканцев? .. Важно, однако, другое: без раз­
витого скотоводства, без куль­
туры орошаемого земледелия человек -
и ЭТО безусловно -
не мог заселить пустыню. Если иметь в виду МИЛЛИОНD­
летнюю историю человека, ТО пустыни скорее всего следует отнести к регионам земного ша­
ра, освоенным человеком в по­
следнюю очередь. Но вот что любопытно: древнейшне цивилизации (еги­
петская, в частности) возникли в пустынных областях планеты; разрозненные племена впеРВblе объединились в народы в пу­
стынях (египтяне, шумеры, ас­
СИРИЙЦbl н Т.,п.); в пустынях человек впервые перестал только приспосабли­
ваться к природной обстановке, а начал приспосабливать к свонм нуждам природу, со­
здавать оазисы; в пустынях че­
ловек начал накапливать опыт по управлению природной сти­
хией. И не случайно · история совре­
менных оазисов уходит в глу­
бокую древность: только опыт,· переходящий от поколения к поколению, мог обеспечить отно­
сительно благополучное суще­
ствование жителей оазисов, в том числе и оазиса Мзаб, о ко­
тором рассказано в очерке Т. ПутинцевоЙ. Уже в наше время в Сахаре появился принципиально новыЙ тип оазисов -
нефтяные оазисы. Их нсторня порой драматнчна и всегда поучительна, а проб­
лемы, с которыми сталкивается человек, попадающий в такой оазис, сложны и многообразны, они не всегда связаны с приро­
дой. НефТЯНblе оазисы Caxapbl привлекnи внимание всего ми­
ра -
и доброжелательное вни­
мание, и не очень доброжела­
тельное. Судьба этих оазисов, создаННblХ вокруг буровых вы­
шек, зависит от молодых севе­
роафриканских государств. Но судьба и этих оазисов, вы­
росших на нефти, как и судьба всеА ЖИЗНИ в Сахаре, тоже за­
висит от .воды. Современная тех­
ника способна поднять воду с любой глубины. Весь вопрос в ином: станет ли эта вода для жителеА новых оазисов источ­
ником новой ЖИЗНИ в Сахаре. 29 Площадь Сахары -
7 млн. квадратных километров, из них лишь 350 квадратных километров занимают оазн­
сы. Каждый год Сахара от­
воевывает все новые про­
странства, неуклонно про­
двигаясь на юг. Сахара получила свое название. вероятно. от сло­
ва ,,5AHRA», что значит «красноватая». Такой цвет часто имеют самые страш­
ные для человека районы пустыни. усеянные облом­
ками горных пород «хамма­
ды» (по-арабски это слово значит «бесплодные»). Впервые о нефти. зале­
гающей в недрах Сахары. в 1936 году сообщил в Париж­
скую академию наук фран­
цуз Конрад Килиан. В мар­
те 1954 года был найден прироДный газ. а в январе 1966 года в оазисе Эджелех забил первый фонтан неф­
ти. В настоящее время в Са­
харе ежегодно добывается около 170 миллионов тонн нефти (для сравнения: при­
мерная добыча всего Афри­
канского континента состав­
ляет 193 миллиона тонн). 30 популярно. Я коммерсант, мадам, и подумал, что подобная вещь может приносить выгоду. Я уже продал несколько самоваров для одной чайной». -
«Для чего?» -
переспрашиваю я. «Для чайной, мадам. Ведь это тоже экзотика: <,Русская чайнаЯ» в песках Саха­
ры. Мне кажется, туристам это будет очень приятно. Не так ли?» -
«Да, конечно, но откуда все-таки самовары?» -
« О, это тайна' коммерции, мадам». Напрасно я стала расспраши­
вать так напрямик, надо было по­
пытаться найти подход. Остается догадываться. Не исключаю, что местными ремесленниками налаже­
но собственное производство само­
варов по тульскому образцу. О, они такие умелые, эти местные умельцы. Во всех музеях знают о мозабитах-чеканщиках, мастерах орнамента, медниках. А ковры Мзаба! Знатоки, объ­
ездившие всю страну, чаще всего покупают ковры именно здесь. А ювелирные изделия и з меди, латуни, серебра, золота! Их дела­
ют в Мзабе на все вкусы и фи­
нансовые возможности. Города мозабитов выглядят много зажиточнее других; или, быть может, это кажется из-за ве­
личественной размерности их жиз­
ни? Особая деликатность в отно­
шениях. Старики при встрече обя­
за тельно дважды <<Целуют сЯ», прикасаясь друг к другу щеками. Старик мозабит с ребенком на ру­
ках: морщинистые руки старика перебирают волосики ребенка с такой нежностью, слезящиеся и уже плохо видящие глаза сияют такой любовью. что понимаешь -
перед тобой выражение необыкно­
венного чадолюбия. Общинный строй накладывает, ра зумеется, печать на характер людей. Но с другой стороны -
без по­
мощи «мира», как говорили в старину, человек ни за что не смог бы выжить в скалистой пустыне. Напомню: девять веков они слаженно и ежедневно качают воду. Вот издалека послышалось ти­
хое завывание, потом громче, громче. Идущий навстречу моза­
бит охотно поясняет: «Начинается сирокко ... » Нельзя сказать, чтобы это слово действовало ободряюще. Иногда думают, что сирокко это ветер. Но ветер -
это дви­
жение воздуха, а во время сирок­
ко движется песок. При этом он свистит и грохочет, тучей закры­
вает небо, забивается в рот и у ши. Наким-то чудом песок проходит сквозь гл ухие стены. Странное состояние -
сидишь в помещении, и двери закрыты, и окна, если они вообще есть, наглухо закрыты плотными жалюзи, но чувствуешь, как голову, стол, ковер покрывает тончайший слой песка. Самое страшное -
что он на­
чинает заносить колодцы и осно­
вания пальм. Эти пальмы хитро спрятаны в низинах, куда нещед­
ро льют воду. Дождавшись на­
ступления ночи, когда сирокко стихнет, мозабиты с факелами и корзинами вереницей отправляют­
ся к своим пальмам, чтобы отки­
нуть песок. Правда. сирокко мо­
жет продолжаться и двое и трое суток. Тогда и у оснований пальм. и над укрытыми шкурой колодца­
ми появляются песчаные холмы. Все мозабиты, от мала до велика, выходят откапывать свои колодцы и вновь вытаскивать наверх воду. Такова уж их жизнь. Мне вспомнилась короткая араб­
ская басня, котор ую рассказал Нарл Маркс в письме из Алжи­
ра дочери Лауре: «Некий перевозчи.к держал на­
готове в бурной реке маленькиf!: челн. Желая перебратьея Щl ПРО-. тивоположный берег. в него са­
дится философ. Происходит сле-. дующий диалог: Философ: Перево з чик, ты зна­
ешь историю? Перевозчик: Нет! Философ: В таком случае ты потерял половину жизни! И вновь спрашивает философ: Изучал ли ты математику? Перевозчик: Нет! Философ: В таком случае ты потерял половину своей жизни! Едва философ успел произнести это, как ветер опрокинул челн, и оба, и философ и перевозчик, оказались в воде; и тут кричит перево з чик: Ты умеешь плавать? Философ: Нет! Пере возчик: Тогда твоя жизнь потеряна вся целиком. Эта басня вызовет у тебя не­
которые симпатии к арабам». Н мозабитам эта притча имеет прямое отношение. Будничные на­
выки, которыми вполне можно пренебречь в других местах, здесь -
вопрос выживания, во­
прос жизни. г ЛUНЯНblе стены во Дворце султана в Зиндере (Hu~ep). Сахара велика, и ие один народ населяет ее. ИХ много, и у каждого И3 НИХ СВОЙ облик, свои привычки и свой язык. С VII века по ХI проннкали в Са­
хару арабы-бедуины. Ве лика я пустыня ПОХОДИЛ а на песчаные р ав нины их пра­
родины Аравийского полуострова, и поэтому ОНИ смогли, не меняя своего образа ЖМ3НИ, укорениться в Сахаре. Часть И3 НИХ так никогда и не сме­
шал ась с местными жителями -
это племена, кочующие в Западной Ливии и Южном Алжире. Другие смешались с коренными сахарскими обита ­
телями -
берберами. Так появились мавры Западной Сахары -
люди смешанной расы и смешанной куль­
туры. В ropax Юго-Восточной Сахары и на равнинах западнее и южнее гор живут эфиопские народы: племена ту ­
бу, фа за, горан, бэле. Их основное за­
нятие -
СКОТОВОДСТВО, НО живут ОНИ осед л о. Потомки самых древних жителей Женщнна туарегского "nемеки ихаггар. Вербnюжье седnо. Пастух "nемени бороро. Приваn кочевников (Северный Чад). Шатер мавританских кочевников. Сахары -
негронды. В доисторические времена их предкн заселилн эту пу­
стыню, когда та, возможно, еще не была пустыней. Больше всего негроИ­
дов иа юге Сахары. Много их и в оазисах Феццана и Южного Алжира­
в Каваре и Борку. куда их предки попали рабами. ИХ называют «харат"­
нами» -
«детьми» I или С'неполноправ ­
НЫМИ». Харатины -
прилежные земледельцы. Без их упорного труда вряд ли су­
ществовали бы цветущие оазисы к югу от тропика Рака. Есть у них еще од­
на профессия -
кузн е цы. Самым загадочным народом п у стыни считаются туареги. Они де л ятся иа несколько племен: ихаггары, кель аиры, кель ацгеры, ифога з ы. Их две­
СТИ десять тысяч человек, но только тридцать тысяч ИЗ них, жив у щие на нагорье Ахаггар " п ла то Тасеи.л ин­
Аджер, -
«настоящие», сохранившие­
ся в чистом виде туареги -
прямые ПОТОМКИ тех, кто заво е вал и освои л великую пустыню ... Ю. fWIубой н а юге Маронно, у самого подножья Атласских гор, просторно раскинулся нрасно­
глиняный Марранеш. В прошлом столица могущественной династии Альморавидов, а ныне торговый центр, всесахарсная ярмарна, где пересенаются пролегшие через пустыню тропы ночевнинов. Ко­
чевники при гоняют в Марракеш на продажу верблюдов, а понупа­
ют тнани, сахар, соль, нрупу, фи­
ники, домашнюю утварь. Я работал норреспондентом в Маронно и часто бывал в Мар­
ракеше. Часами бродил я по горо­
ду, переходя с базара на базар. Ба з ары различаются не только тем, что на них продают, но и тем беспрерывным действом, без которого базар не базар, а просто магазин. На верблюжьем, скажем, вы не увидите змей -
верблюды их боятся, шарахаются в стороны и плюются; здесь можно зато п о­
смотреть на танцоров или фокус ­
нинов, заклинателей же ищите где-нибудь в рядах медников или гончаров... Нак-то раз, перех о дя с одного базара на другой, я очу ­
тился на центральной площади го­
рода -
Джамиа аль-Фна. На пло­
щади было людно, но в з гляд мой сра з у же остановился на живопис ­
ной группе бородатых мужчин, облаченных в темно-синие рубахи до пят, с иссиня-фиолетовыми чал­
мами на головах. Их лица и руки отливали той же синевой. Я при· гляделся внимательнее -
нет, обмана зрения быть не могло. На верн яна это те самые « го· лубые людИ» Сахары, о НОТО· рых мне столько приходилось слышать. «Голубые люди» казались мне одним из самых таинственных на­
родов великой пустыни. Живут они небольшими нланами по сорок' шестьдесят человен, беспрестанно ноч у я среди песнов и снал, заби­
раясь в самые труднодоступные уголни, куда не проехать даже на специально оборудованной авто­
машине, не приземлиться на само­
лете. Вечные странники носят, ни­
когда не снимая, темно-синюю одежду .и чалму, ноторой укуты­
вают не тольно голову, но И лицо. Ткань, окрашенная индиго, линяет, Сколько еще караван в л А Д И М И Р К А Т И Н IАПНI оставляя на коже голубоватый оттенок. Окраска кожи становит­
ся прочной потому, что «голубые людИ» не употребляют воду для умывания. В пустыне ее заменяет песок. Даже когда воды хватает, по традиции омовение совершают песком, а он, понятно, не смыва­
ет въевшуюся в поры синюю кра­
cKy' а, наоборот, втирает ее в ко­
жу. С годами тело становится голубоватым. а у стариков даже темно-синим с чернильным отли­
вом. Н:очевникlИ искренне верят, что синяя красна индиго предо­
храняет кожу от жестокого солн­
ца и защищает от инфекций. Я спросил «голубых людей», можно ли мне сфотографировать их. Н:очевники не возражали. Раз­
говорившись с ними, я заметил, что их арабсклй язык отличается от речи оседлых марокканцев, за­
то весьма блlИЗОК к классическому языку корана. Я сказал им об этом. Слова мои были приятны «голубым людям», и они друже­
любно отвечали на мои вопросы. Я спросил, где их стоянка. «Пой­
дем с нами», -
отвечал старший из них. Мы вышли к руслу пересохшей речки, обошли расставленные в ложбине речного русла палатки и остановились возле темно-корич­
невого шатра, выделявшегося сре­
ди прочих своими габаритами. Из проема, служащего и дверью и окном, вышел высокий · старик, лицо и руки которого были такого цвета, словно их только что оку­
нули в густую синьку. Я понял, что это предводитель племени, и почтительно поздоровался. До­
брых четверть часа мы расспра­
шивали друг друга о здоровье, ожидаемой погоде, о самочувствии неведомых мне детей, троюродных братьев, об их верблюдах, их бо­
гатстве. Таков здешний протокол. Согласно этому протоколу можно справиться о здоровье всех род­
ственников, нельзя лишь интере­
соваться женой кочевника -
та­
кой .интерес может быть истолко­
ван превратно ... Вождя звали Бен Моктар. Он распахнул пошире вход в шатер и хлопнул в ладоши. Две женщи­
ны, словно они дожидались услов-
шагать караванам? ного знака, тут же появились из темноты шатра, молча поставили на устланный коврами пол белый эмалированный таз с дымящимсн KYC~KYCOM: сваренной на пару ка­
шеи с мясом. Н:огда мы наелись инапились очень сладкого зеленого чаю с мя­
той, Бен Моктар раскурил труб­
ку. Из-за полога, разделявшего шатер надвое, слышались при­
глушенные женские голоса: жен­
щины доедали то, что осталось после мужчин. Я спросил Бен Моктара, куда он намерен вести караван из Марракеша. Оказалось, что уже завтра они отправляются в район Гулимина, а оттуда через Варза­
зат и Махмид в Мавританию. Нам было по пути -
у меня были свои дела в Варзазате. Бен Моктар согласился взять меня с собой. «Только одеться для путешест­
вия, -
сказал Бен Моктар, -
на­
до подобающе». И я облачился в синюю просторную рубаху до пят -
дурраа, и сам Бен Моктар обвязал мне голову лиловой чал­
мой -
шешеЙ. ВЕРБЛЮЖИй РЫНОК Наш караван отправился в путь на заре. Верблюды шли гуськом, размеренным энергичным шагом. Одногорбый афринанский вер · блюд-дромадер -
невероятно уп­
рямое животное, напризное и но­
ровистое. Он никогда не проявляет к человеку той привязанности, ка­
кая вырабатывается, скажем, у ло­
шадей. Лежащий верблюд подни­
мается в полном смысле из-под палки, упрямясь, огрызаясь. Осо­
бенно строптивы верблюдицы­
доят их, например, стреноженны­
ми трое мужчин. Но как бы ни проявлял свою неприязнь к человеку верблюд, кочевник не может обойтись без него. Ведь у него нет иного бо­
гатства, кроме верблюдов. Вер­
блюд -
источник жизни кочевых племен, причина их извечных ски­
таний. Весь смысл многомесяч­
ных переходов состоит в том что­
бы найти для верблюжьего стада новое пастбище и воду, чтобы выгодно продать взрослых вер­
БЛl~дОВ и купить молодняк, кото­
рыи снова надо пере гонять по са­
харским дюнам в поисках чахлых колючек и затерянной в песках воды ... Из верблюжьей шерсти делают плотную ткань для палаток Жир­
ное молоко верблюдиц идет на приготовление масла. Даже вер-
АРИСТОКРАТЫ И ВАССАЛЫ Туареги-кочевники называют се­
бя «ИМQхаг» I ЧТО знаt4ИТ «сво­
бодные». Привилегия «свобод­
НОГО» --
НОСИТЬ покрывала --
«литам» И синий плащ --
«ган­
дурах». Только он имел право разводить верблюдов и ездить на них. Своих вассалов --
осед­
лых жителей оазисов --
туаре­
ги называли «келль улли» --
«овечьи люди», даже если те и не разводили овец, а выращи­
вали проса, пшеницу или делали глиняную посуду. Вассалы пла­
тили СВОИМ хозяевам ежегод­
ную дань зерном и скотом, те же обязаны были защищать их от набегов других кочевников. Население оазисов тем не менее жило в вечном страхе: обычно «покровители» отбирали урожай, оставляя своим васса­
лам столько, сколько нужно, чтобы не умереть с голоду. Да и другие кочевники могли угнать людей в рабство. Молодые неззвисимые гocyдap~ ства взяли на себя охрану мир­
ных жителей. Понятно, что мо­
гущество кочевых аристократи­
ческих родов пошло на убыль. ~изнь поставила гордого кочев-
ника перед необходимостью искать себе в окружающем мире новое место. НО среди тех, кто уже сменил традиционные одежды на простое платье рабо­
чего нефтяных промыслов или шофера. преобладают оседлые люди. Единственная же профес­
еия, которую «аристократы пу­
стыни» признали достойноЙ се­
бя, -
это служба «мехариста » , верхового полицейского на вер­
блюде. Пустыня консервативна. Саха­
ра пока еще мало изменилась, и как следствие -
мало изме­
t,ился характер ее людей. Когда оборванный «аристократ» прихо­
дит в автомастерскую своего «вассала», тот немедленно пре­
кращает работу и стелет нз пол ковер ... 35 о пустынях часто гово­
рят -
«без жизненны », имея в виду прежде всего то, что там абсолютно нет воды. Но в «самой пустынной пустыне» насчитывается 26 озер общей площадью в 80 квадратных километ­
ров. Десять лет группа ученых прово д ила в Центральной Сахаре наблюдения за осад­
нrами. Среднегодовая норма оказалась равна 50 милли­
метрам. Три года не выпало ни капли дождя, пять лет осадки были на границе из­
мерения, практически вся масса дождя обрушилась двумя потоками, точно огра­
ниченными по времени и месту. В разное время в Сахаре в мощных потоках, образо­
ванных неожиданными дож­
дями, утонуло: в 1904 го­
ду -25 человек, в 1922 -
22 человека, в 1957-
14 человек. Поток 1958 го­
да разрушил 427 жилищ. В декабре 1967 года оазис Лагонат был завален 80-сантиметровым снежным покровом. 120 человек ли­
шились крова, погибло чет­
веро детей, В Сахаре произрастает около тысячи видов р ас те­
ний (четыреста пятьдесят видов в Центральной Са­
харе), причем в основном ИХ можно обнаружить в оазисах. Срок жнзни неко­
т орых растений в связи с тем, что влага долго не за­
деРЖивается, сжимается до' восьми дней, 65 видов млеко питающих, 74 вида птиц и 5З1 вид на ­
сеномых представляют са­
хаРСI<УЮ фауну. В 1910 и 1924 годах в на­
поло ви ну высохшем русле речки в районе Тассилнн­
Аджер были выслежены и убиты два нрокодила, кото­
рые, по заключению уче­
ны х, являются нильскими крокодилами. Таких же кро­
кодилов обнаруживали так­
же в гористой местности Эннеди. 36 блюжья моча находит множество применений в обиходе (кочевники считают ее у ниверсальным лекар­
ством), а высушенный помет сл у­
жит топливом. Городишко Г ул и ми н, куда дви­
гался наш караван, знаменит свои­
ми верблюжьими рынками. Сюда гонят стада верблюдов кочевые племена, не з нающие ни паспор ­
тов с въездными визами, ни гра­
ниц. Верблюдов покупают марок­
канские и мавританские воинские части: никакой ве здех од не заме­
нит в песках «корабля пустынИ». Пок упают крестьяне-пахари, чтобы запрячь верблюда в соху. А обо­
ротистые купцы покупают их, чтобы пере гнать в другую страну и там выгодно перепродать. Торговля верблюдами -
глав­
ное за нятие Гулимина, пыльного, наскво зь продуваемого песчаными бурями. Когда к концу второго дня мы добрались до города, торг на рыночной площади, шел вовсю. Верблюдов согнали, наверное, ты­
сяч пять, не меньше, но покупа­
тели каким-то образом ухитря­
лись быстро найти какое-то одно н ужное им животное. Облюбовав дромадера, пок у патель начинал долгую и у порн ую торговлю. Дис­
куссия о цене может длиться ч а­
сами, может быть отложена и на следующий день. Когда сделка совершена, новый хо зя ин ловко пропускает конец веревки через но з дрю верблюда и ведет его за собой. В тот день мы закупили около пятидесяти молодых тонконогих верблюдов, согнали их в стадо, и наш пополнившийся караван, не мешкая, снова взял курс на юг -
в самое сахарское пекло, откуда, как и з раскаленной печи, полы­
хало жаром. Б УДНИ Таб у ретка верблюжьего седла то откидывает неопытного седока н азад, то клонит вперед. К этому н ужно привыкнуть. Это нелегкое дело стать кочевником, ведь кочевники чувствуют себя на верблюде, пожалуй, уверенней, чем на земле. Землю и все, что связано с земледелием, они отвер­
гают и презирают. Даже глиняной плошки не встретишь в шатре ко­
чевника -
только металлическая и деревянная посуда. Со стороны кажется, что вер­
блюд идет плавным, размеренным шагом. Но когда сидишь в жестко укрепленном на самом горбу сед­
ле, то ч увс твуешь на себе малей-
ший пригорок. Со временем мне удалось выработать хоть какое-то устойчивое положение на постоян­
но колыхающемся гребне верб­
люжьей спины. Но первые дни! Чего они мне только стоили! У ме­
ня едва хватало сил сойти на тверд ую землю, а наутро снова карабк ае шься на горб, снова рас­
качиваешься под убийственным солнцем. Переход до Варзазата занял восемь дней. Для кочевников это не то что нормальный по протя­
женности путь, это просто жизнь, нормальная и, может, даже более уютная в сравнении с гамом и не­
р азбе рихой городского привала. Д ля меня эти восемь дней слились в одно целое из жары, песка и вы­
матывающей тряски. Лишь холод ночей перемежал похожие один на другой дни, и считать можно было только ночи. Мучила жажда. Воду, разбав­
ленную кислым молоком, выдава­
ли небольшими порциями во вре­
мя коротких дневных остановок. Вечером, перед заходом солнца, все пили неизменный сладкий чай. Н ужно привыкнуть к этой про ­
к лятой жаре, к монотонному кача­
нию в седле, нужно почувствовать р итм жизни этих людей, чтобы вдру г увиде ть, что их дни точно так же насыщены событиями, пе ­
чальными и радостными проис­
шест в иями, как и дни любых лю­
дей. Только события эти не замед­
ляют шага верблюдов. ... Неожиданный гортанный воз­
гл ас. Караван остановился, верблюдов зас тавили встать на колени, чтобы люди могли сойти на землю. Несколько старух бро­
сились к молодой женщине, ле­
жавшей возле верблюда, -
она рож ала. Мужчины отошли в сто­
р ону, сели в круг, закурили. Ро ­
довые схватки скоро кончились. Молод ая мать с новорожденным забрал ась на верблюда, и караван прод олж ил свой путь к горизонту. ... На нас надвигается смерч коричневой пыли, неведома как и где возникший. Он скручен в тол­
стенный жгут, который стальной вращающейся пружиной кру шит все, что встречается на пути. Ка ­
раван застыл. Смерч извивается з меей, то вращаясь на одном ме­
сте, то срываясь в диком порыве. Надо обмануть этот раскаленный сгусток ветра и песка, перехит­
рить, понять ритм танца смерти. Бен Моктар круто рванул своего верблюда вправо, и весь караван рин улся за ним. Описав дугу во­
кр у г песчаного столба смерти, мы оставили его за спиной. Смерч уплывал от нас все дальше -
ту­
да, где мы только что были. ... у одного из кочевников разбо­
лелись зубы. Полоскание верб­
люжьей мочой, приправленной тра­
вами, не помогло. Тогда один из собратьев, верно самый сведущий в знахарском деле, пальцами вы­
рвал у больного два зуба и оста­
новил кровь мазью из песка, за­
мешенного на какой-то жидкости. ... Из плотной, абсолютной ти­
шины пустыни постоянно выпол­
зают какие-то шорохи, непонятные звуки. «Это бродят пески, -
го­
ворит Бен Моктар. -
Пески, как и мы, вечно кочуют и никогда не уходят за пределы Сахары». ВСТРЕЧА Пути сошлись. Это, верно, один из тех случаев, когда говорят: бывает же так в жизни. На третьи сутки среди безбрежной пустыни нам повстречался другой караван «голубых людей». Кочевники спе­
шились, церемонно приветствуя друг друга. Поднялись к небу дымки костров. Встреченное нами племя шло на запад, в Ифни -
обширную сахарскую область Марокко, еще недавно принадлежавшую испан­
цам. Колонизаторы в свое время по­
требовали, чтобы кочевники вы­
ступили против воссоединения Иф­
ни с Марокко. «Голубые люди» отказались. Тогда их стали пре­
следовать. Пришлось уйти из род­
ных мест. Теперь, когда Ифни воссоединилась с Марокко, «голу­
бые людИ» возвращались домой. Бен Моктар одобрительно ки­
вал головой, отхлебывая чай, ко­
торого выпито было уже изрядно. Он поинтересовался, хороши ли пастбища Ифни. -
В период зимних дождей великолепные... Наши люди пото­
му и хотят там покрепче обосно­
ваться. Может быть, овец разво­
дить будем, а может быть, -
гость помолчал, не решаясь кон­
чить фразу, -
попробуем земле­
делие ... Мне казалось, что невозмути­
мость кочевников беспредельна, по крайней мере, как Сахара. Но после этой фразы люди из моего каравана повскакали с мест, по­
бросали на землю стаканы недопи­
того чая и принялись, возбужден­
но hеребивая друг друга, кричать. Поднялся страшный шум, сума­
тоха, даже верблюды пряли корот­
кими ушами и скалили рыжие зубы. Бен Моктар, успокоив сопле­
менников, произнес целую речь . -
Земля привязывает челове­
ка, -
качая головой, сказал Бен Моктар, -
он становится рабом ее. Он остается жить в тесном городе, в глиняных стенах, под потолком... Свобода там, где про­
стор куда ни глянь, где горизонт всегда далек, как бы ты к нему ни стремился. Аллах создал нас свободными и поселил отцов на­
ших отцов в пустыне. Кощунство поддаться соблазну жить на от­
меренном клочке земли и засло­
нить горизонт стеной. Это не наш удел, у нас своя судьба ... Так говорил «голубой» вождь, и многие согласно кивали ему головами. Но встречные оставались не­
преклонными: они твердо решили сменить скитания на оседлость. Их вождь спокойно и даже тор­
жественно допил свой чай и встал, давая понять, что разговор окон­
чен. За ним с желтой бесплодной земли поднялись остальные. Ста­
рику предводителю подвели буро­
го верблюда, и погонщик ударом палки по крупу заставил животное лечь -
иначе на него не взбе­
решься. Верблюд поджал перед­
ние ноги, затем сложил, как бы переламывая, задние. Прежде чем сесть в седло, вождь сказал: -
Жизнь можно прожить по­
разному. Отцы наших отцов коче­
вали по пустыне, грабили карава­
ны купцов, торговали рабами и каменной солью. Но разве теперь торгуют рабами? От невольничьих караванов не осталось и следа на сыпучих песках. А так ли уж нуж­
на теперь наша бурая соль? Нын­
че везде продают белую, мелкую, как мука ... Мы торгуем верблюда­
ми. Но что будут делать наши дети, если завтра верблюды ста­
нут никому не нужны, а они бу­
дут знать только верблюдов? Вы видели новые оазисы? Там растут не. пальмы, а нефтяные вышки. Я встречал там даже наших лю­
деЙ... «Земля привязывает челове­
ка», -
говорите вы. Это верно. Но разве мы не пленники пусты­
ни? Разве мы не при вязаны к ней, как феллах к своему лоскуту зем­
ли? Его кормит земля, нас -
верблюд... Подумайте об этом. Мир вам! Они ушли, эти суровые и муд­
рые «голубые люди». А мы стоя­
ли и смотрели уходящему карава­
ну вслед, и никто ни о чем не говорил. Женщинам в такие дела соваться не принято, а мужчины не осмеливались порицать старого вождя, тем более за глаза. Песку в Сахаре не так-то н много. Сахара -
это хама­
ды -
каменистые равнины и сериры -
равнины, по­
крытые щебнем и галькой. И лишь шестую часть ве­
линой пустыни занимают песчаные пространства -
эрги. Пески эти неподвиж­
ны, они намертво схваче­
ны цепкими корнями скуд­
ной, НО выносливой пу­
стынной растительности. Иное дело барханы. Они очень редни в Сахаре. Бар­
ханы -
матери~овые дюны пустынь, холмы сыпучего песка, HaBef!HHbIe ветром н не закрепленные расти­
тельностью. Однночные барханы на плотном грун­
те (когда песка немного), имеют полу лунные или сер­
повидные очертания и не очень высоки. Там, где песок сплошной, образуются сплошные бар­
ханы. Все зависит от ветра: там, где дуют устойчивые ветры, образуются продоль­
ные барханные гряды, или барханные цепи, попереч­
ные этим ветрам. Там, где сталкиваются и смешивают­
ся противоборствующие ветры, появляются бархан­
ные пирамиды самых раз­
ных очертаний, чаще всего похожие на звезды. Не закрепленные расти­
тельностью барханы вечно движутся со скоростью от десяти сантиметров до пя­
тисот метров в год. Медлен­
но, но упорно ползут они по Сахаре. Кочевники обычно разбивают при вал у подножия барханов, по­
тому что им издавна из­
вестно (те пер*, это знают И ученые), что бархан мо­
жет хранить в себе прес­
ную воду ... 37 Потом Бен Моктар взобрался на своего верблюда, и все последова­
ли его пример у ... КОНЕЦ ПУТИ Уже недалеко от Варза зата мы наткнулись на палатки советских .r еологов -
вместе с мароккан ­
скими коллегами они проводили здесь разведк у п олезных ископае­
мых. « Го лубые люди » со сдер­
жанным любопытством рассматри ­
вали инстр ументы и приборы, вы­
спрашивали, что же здесь будет, если найдут желе зо и ли нефть. Шахты и заводы, отвечали им, шоссе и железные дороги. У Варза зата «голубых людей» ждала еще одна встреча, а ме­
ня -
конец п утешествия. Здесь на реке Дра идет большое строи­
тельство, и тоже с участием совет­
ских специалистов. Т ут я смог взять реванш за свою не опыт ность в пустыне. Нрав реки Дра кочевники знали, прав­
да, лучше меня. Дело в том, что в период дождей река выходит и з берегов, смывает посевы, разру­
шает дома, уносит скот. В жаркое же летнее время, когда вода очень и очень нужна, ее в реке нет -
Дра сильно мел ее т, превращается в тоненький ручеек, который по­
рой и вовсе исч езает. Все это мои дру зья, повторяю, знали, но зато я знал, что здесь будет ... Марокканское правительство обратилось к Советскому Союзу с просьбой помочь исправить до­
садный парадокс природы. В удоб­
ном месте бетонной стеной пере­
крывается русло Дра. Создается вместительный резерв уа р, г де зи­
мой будет скапливаться лишняя вода. По системе ирригаци онных каналов вода потечет на поля. Здесь же во зводится гидростан­
ция, которая будет снабжать элект роэнергией деревни и про­
мышленные предприя тия. Сейчас п лот ина почти построена. « Голубые люди» задумчиво слушали моих соотечественников, поглядывали на котл ован буду­
щего резервуара, на дне которого работали бульдозеры и экскавато­
ры. Их голубые лица оставались непроницаемы. Они молчали, лишь Бен Моктар обронил такие слова: -
В коране сказано: «Глаз р адует вода, зелень растений и красивое лицо ... » Я вижу прият­
ные лица русских -
значит, бу­
д у т з десь и вода, и зеленые по­
ля. Мир вам! И караван вновь побрел своей дорогой в дальнюю даль Сахары ... 38 прошлое советует будущему в книге
v Экзюпери «Земля людеИ» есть рассказ о том, как группе вождей сахар­
ск их племен устроили поездку во Францию. Залитые электри­
чеством города, оглушающий бег техники, кипение толп -
могущество метрополии, по за­
мыслу, должно было потрясти «бедных сынов пустI:,IНИ ». Вы­
шло иначе. В остолбенение их приве~ самый обыкновенный аль пииский водопад! Они не могл и поверить, что аллах до­
п ус тил такое расточительство самой большой драгоценности на свете -
воды ... С давних времен сознание людей отказывал ось . мириться с фактом существования враж­
дебных человек у, ему непод­
власт ных, бесплодных про­
странств. Увы, никакое челове­
ческое усилие, вложенное в ирригационную сеть наподо­
бие древней, не способно ожи­
вить «королеву п устын ь » -
Сахару. Даже если бы на оро­
сительные каналы удалось раз­
дробит ь Нил и Нигер, то ре­
зу льтатом было ры оживление всего нескольких процентов террито рии. Да и подземные бассейны воды могут позво­
лить создать какое-то количе­
ство новых оазисов, обводнить милл ионы гектаров пастбищ, подать питьевую воду на ряд промыслов. Но И только. Ну, а современные, на у ровне ХХ века, решения есть ли они? Без условно. Нет' сегодня, пожалуй, ни од ного континента, ни одного бол ьшого региона Земли, для которого отважная мысль ин­
женера не составила бы проек­
та решительного переустрой­
ст ва. Искусственные моря в Сахаре ... Плотина через Берин­
гов пролив и отепление Аркти­
ки ... Осушение части Среди з ем­
ного моря ... Технически многие и з э тих проектов радикального пере-
, ~ ю. к А Р А Н Д Е Е В, географ распределения тепла и влаги отнюдь не фантастика. Анали­
зируя их, ученые разных спе­
циальностей стремятся прежде всего представить физико-гео­
графические последствия осу­
ществления этих проектов, ото ­
брать наил у чшие варианты возможных климатических и з­
менений. И чем у глубленней эти исследования, тем ясней, что нет и не может быть одно­
зна чного оптимистичного или пессимистичного -
подхо­
да к глобальным инженерным проектам. Все гора здо слож­
ней и диалектичнеЙ. Поясню эту мысль на приме­
ре анализа, так сказать, сред­
немасштабного проекта -
ва­
рианта дамбы в Татарском проливе на Дальнем Востоке. Начать именно с этого проекта меня побуждают следующие причины. Мелкомасштабные, реальные уже сегодня проек ­
ты -
типа поворота сибирских рек в Среднюю Азию -
еще не затрагивают. существенно климат больших пространств. Гигантские же -
отепление Арктики, например, пока плохо поддаются всесторонней оценке. В то же время « средний» проект, например проект дамбы через Татарский ПРОJ1ИВ (точ-
нее, через пролив Невель-
ского ), уже проанализирован рядом советских географов. Коротко о его сути. Пролив Не­
вельского между островом Саха­
лин и мысом Лазарева на мате­
рике имеет ширину всего семь ки­
лометров при глубине поряд~а двадцати пяти метров. Каждые шесть часов приливная волна, идущая с юга, сменяется здесь волной с севера. Речь идет о по­
стройке в узости пролива плоти­
ны-ловушки, способной про п ус­
кать воду только ИЗ Японского моря в Охотское. Ворота-клапаны, пере гоняя за сутки с юга на се­
вер три кубических километра воды, закроют доступ в Японское море холодному течению, усилят приток теплой вод ы в Охотское море, что, по замыслу, благопри­
ятно скажется на Кl.IIИмате побе­
режья. Что делать с великой пустыней? В инженерном отношени;r про­
ект очень изящен, а в географи­
ческом он на первый взгляд дает именно то, что обещает. Но толыю на первый взгляд. Во-первых, как стало теперь из­
вестно, неверны существовавшие представления о постоянном хо­
лодном течении (Лиманском 1'()ЧС­
нии), идущем из Охотского моря в Японское, которое дамба долж­
на была перерезать. Во-вторых, воды к югу. от пролива Невель­
ского холоднее, чем более север­
ные воды Амурского лимана. Но да>ке если бы дамба перекачи­
вала на север кипяток, то что та­
кое 3 кубических километра по сравнению с 1200 тысячами куби­
ческих километров объема Охот­
ского моря? Это все равно что чайная ложка, добавляемая в 800-литровую бочку. «3аполните такую бочку ледяной водой и до­
бавляйте раз в сутки ложку теп­
лой воды, -
пишет географ про­
фессор Б. А. Шлямин. -
Коммен­
тарии, как гОворится, излишнН». Позволю добщJИТЬ И некоторые свои соображения. Допустим, про­
ект усовершенствован. Предста­
вим себе, что на дамбе пролива Невельского установлены сверх­
мощные насосы, мало того­
сплошными плотинами закрыты проливы Лаперуза и СангарсН\иЙ. Поступающее с юга в Японское море теплое Цусимское течение благодаря зтому смогло «дотянуть­
ся» до .Охотского моря'. Казалось бы, что лучше? На 10-11 граду­
сов потеплеет климат побережья, далеко к северу поднимутся пше­
ница, фруктовые деревья, в Япон­
ском море и частично в Охотском исчезнет мешающий навигации зимний лед. Но природа -
комплекс исклю­
чительно сложных взаимозависи­
мостей. В холодную половину го­
да резко возрастет перепад тем­
пера!ур, а следовательно, и дав­
лении между потеплевшим Охот­
ским морем и северо-востоком Азиатского материка. . Усилит свою работу так называемая «теп­
ловая машина!> Второго рода: ма­
терик -
океан. Значит, усилится северо-~ападный зимний муссон, которыи закует Охотское море в более мощную, чем прежде, ледя­
ную броню. Получается пара­
докс -
«утепляя» климат, мы сПускаем с цепи холод. Вот на­
сколько сложными, противоречи­
выми могут быть последствия сдвига одного ведущего природно­
го фак!тора. Вот насколько затруд­
нена их оценка. Вернемся теперь К проенту переустройства Сахары. Он. кстати, относится к одним из самых глобальных, так ка:к со­
пряжен с изменением геогра­
фии всего Афри:канского мате­
ри:ка (проеит Зергеля). Пред полагается перенрыть ущелье Стэнли-Гил в низовьях реии Конго. Через год-два на месте джунглей бассейна Конго об разуется исполинсиое море. Еще через год-другой река Убанги под напором прибываю­
щей воды повернет вспять, сольется с Шари, и на месте озера Чад возниинет еще одно море. Оттуда вода частично самотеиом, а ное-где с помо­
щью насосных станций может быть двинута через Сахару. Образуется пар алле льна я Нилу ре:ка, которая впадет в Среди­
земное море в заливе Габес (Тунис). Значительная часть Сахары превратится в цвету­
щий оазис. Красивый инженерный про­
ект, хотя в жертву ему при­
шлось бы отдать десятую часть Африки, затопленную новыми морями. А каковы будут фи­
зшю-географичесиие послед­
ствия, помимо предусмотрен­
ных? К сожалению, рассмо­
треть их пока можно только в общих чертах. Превращение пространств Сахары в цвету­
щий оазис сопровождал ось бы рез:ким увеличением расхода тепла на испарение и резиим уменьшением нагрева атмосфе­
ры от подстилающей поверхно­
сти. Как результат, замечает в этой связи видный советский географ Б. Л. Дзердзеевсиий, «это обязательно отразится на переносе тепла и влаги и, сле­
довательно, на погоде и или­
мате в других местах». А конкретней7 Неизвестно. Пока неизвестно. Близится время, когда или­
матическая машина планеты будет изучена гораздо лучше и появится возможность слож­
ного моделирования процессов с помощью электронных ма­
шин. Удастся, таи сказать, мыс­
ленно обыгрывать различные варианты изменений. И отби­
рать наилучшие, до поры до времени ничего не трогая в природе. Но это не единствен­
ный путь. Как справедливо недавно за­
метил советсиий исследователь П. М. Борисов, если человеи надумает вмешаться в природ­
ные климатические процессы, то будущее, несомненно, будет принадлежать тем проектам, которые основаны на воссозда­
нии природного пути, по кото­
рому происходило изменение илимата в прошлом. Сейчас палеоклиматическими иссле­
дованиями охвачена почти вся поверх­
ность земного шара. Нанбольший инте­
рес ДЛЯ нас, понятно, представляют материалы о сравнительно. недавнем прошлом Земли. Так, например, уста­
новлено, что на территории современ­
ной Туранской низменности, Тарим­
скай и Джунгарской впадин 30-50 мнл­
ЛНОНОв лет назад суще~твовал обшир­
ный водный бассейн. Климат Восточной Сибири, Монгол ни и Дальнего Востока был благодаря этому :мягче. Лето во­
сточного поб",режья Евразии (Камчат­
ка, Сахалин, Приморье) было влаж­
ным, умеренно-жарким (22-24" С), зима сухой и прохладной (6-10" С). Обильные летние осадки способство­
вали развитию' широколиственных и даже (в ннЖнем ярусе) вечнозеленых растений. Я не предлагаю создать в Азии ис­
кусственный водоем. равный ПО пло­
щади трем-четырем Каспиям: в со­
временных условиях трудно восстано­
IЩТЬ климаты, которые существовали на .Земле десятки МИЛЛИОНО& лет на­
зад. Я лншь хочу продемонстрировать Те возможности, которые приоткры­
вает для нас метод палеоклиматиче­
ских реконструкций. И В этом смысле многое обе­
щает воссоздание климатиче­
ского прошлого Сахары. Ведь оно не отделено от нас мил­
лионами лет; еще на памяти людей Сахара была совсем не тем, что сейчас. Иначе говоря, климат влажной и цветущей Сахары мы можем считать почти что современным клима­
том. Это очень ценно. Во-первых, это ценно тем, что СJlеды недавних изменений мало стерты временем, и нам сравнительно легко выяснить обстановку, которая господ­
ствовала тогда на Земле и ко­
торая наделяла Сахару жиз­
нью. Во-вторых, нам легче вос­
создать эти условия, если ока­
жется, что в других районах суши они не были сопряжены с ухудшением илиматической обстановки. Так, судя по име­
ющимся данным, десятки ты­
сяч лет назад в Африке не было тех обширных морей, которые должны возникнуть по проекту Зергеля. Значит, тео­
ретичесии возможно превра­
тить Сахару в оазис, не посту­
паясь десятой частью Афри­
иансиого ионтинента. Исследования палеоклимата Сахары начались совсем не­
давно, и пока нет возможности давать какие-либо рекоменда­
ции. Тем более что картина прояснится лишь тогда, :когда детально будет реконструиро­
вана :климатическая обстановиа всех континентов за искомый период времени. А вдруг ув­
лажнение Сахары было вызва­
но развитием леднииового по­
крова в Европе? Вроде бы нет, похоже, что последний циил увлажнения Сахары не имел антипода в Биде ледникового плаща Скандинавии. Но дати­
ровка оледенений, к сожале­
нию, еще не всегда точна, а ошибки в таком вопросе нельзя допустить и малейшей. Таи или иначе прошлое Са­
хары, да и других региuонов Земли может дать хорошии со­
вет будущему. Совет -
что можно сделать; что нужно -
это уж нам решать. 39 Есть такое крылатое выраженне: «Ноги-
на земле, взор -
к звездам». Оно отчека­
нено латынью, но едва ли удастся точно оп­
ределить время его возникновения. Зато место возникновения мне кажется бесспор­
ным -
пустыня! .. Ноги нигде не должны от­
рываться от реальной почвы, но особенно в пустыне, для того чтобы выжить, взор по­
стоянно нужно обращать к звездам -
к вы­
сокому, к будущему, к вечному. Целеустремленное преобразование челове­
ком природы началось в пустынях, но сего­
дня пустыни менее всего преобразованы чело­
веком. Великим народам древности, чтобы от­
теснить пустыню, требовались и великие по­
мощники -
могучие реки, будь то Нил, или Тигр, или Амударья ... В глухие безводные районы пустыни про­
никали малые народы, малые племена. Они были первопроходцами, и только теперь мы начинаем понимать, какую огромную роль сыграли малые народы в истории освоения Земли ... Берберы, туареги -
вот, видимо, пер­
вопроходцы Сахары. Они расчертили Сахару караванными тропами, они нашли долины, ставшие оазисами... Далеко не все кочевники прельстились трудом земледельца, но оазисы были и остаются для них зелеными звездами пустыни -
к ним неминуемо сворачивают караванные тропы, и буквально и фигураль­
но: все чаще кочевники Сахары сворачивают с исконных караванных путей к центрам циви­
лизации, все чаще стремятся перейти к ино­
му, более современному образу жизни. Как ни прекрасны пустыни, но все кочевники, гля­
дя на звезды, мечтали об оазисах. Трудно сейчас сказать, какой из проектов преобразования Сахары будет на практике воплощен в жизнь человечеством. Но пустыня -
это место, куда должна вернуться Жизнь, если она там была, и прийти, если ее там не было, -
жизнь чело­
веческая прежде всего. Пустыня -
это место, где человек может и должен совершить подвиг, -
совершить для того, чтобы идти дальше, для того, чтобы после него пустыни не было. Это, если хоти­
те, закон жизни, закон развития биосферы. Пустыни временны на Земле и даже чужды ей. В истории планеты были периоды, когда пустыни, оттесняя жизнь, захватывали огром­
ные территории. Но жизнь неизменно побе­
ждала, мощь биосферы непрерывно возраста­
ла. Все это происходило, как принято гово­
рить, стихийно. Теперь человек сознательно берет в свои руки управление при родными процессами. Завершая великую функцию биосферы, он всю планету сделает зоной жиз­
ни -
могучей, полнокровной жизни. Все мы свидетели начала глубоких социальных изменений в жизни коренных оби­
тателей пустынь. И наступит время, когда человечество, освобожденное от антагонисти­
ческих противоречий, освоив пустыни плане­
ты, обратится к практическому освоению звездных и межзвездных пустынь ... В · заключение же давайте согласимся, что к грядущим своим свершениям человек гото­
вится на Земле. 40 Комментарий к материапам этой подборки кандидата географических наук И. М. ЗАБЕЛИНА м сстечко Кабао (Западная Т рunолuтанuя) •. Караван кочевников . 8 хаммаде -
самой мрачной и безжизненной части Сахары. ВЛАДИМИР ЦВЕТОВ ПОСЛЕ,ДНИЙ СПЕКТАКЛЬ САМУРАЯ -
Наше «Общество щита» взращено войскамu самообороны. Мы С'lUтаем, что они -
наш отец и наш старший брат". В нынешней гниющей Японии это единственное AleCTo, где освежает атмосфера су­
рового мужества, где каждый обретает твердость духа ... С лова эти выкрикивает иевысокий, крепко ско­
лоченный человек, облаченный в мундир офицера старой имнераторской армии: плотный стоячий воротник упирается в подбородок, два ряда бле­
стящих пуговиц сбегают по выпуклой груди, почти сходясь на поясе. Идя в бой, офицеры той, старой армии, бывало, повязывали голову узкой по­
лоской белоснежной ткаНII с начертанными на ней словами, в которых выражалась преданность импе ­
ратору и его предкам -
богам, « сотворившим вели­
кую и непобедимую Японию ». И у оратора повязка: на белой ленте краснеет восходящее солнце, от ко · 42 Сегодняшняя Я:пония, вышед­
шая на второе после США место в капиталистическом мире по размерам валового национально­
го продукта, -
это хитросплете­
ние явлений ультрасовременных и средневековых. Это и «когай» -
удушливый дым и ядовитые от­
ходы промышленных предприя­
тий, и древний «самурайский дух». С «самурайским духом» связано и слово, в последнее вре­
мя столь часто мелькающее на страницах японской печати, в раз­
говорах, в радио-
и телепереда­
чах, во всевозможных речах. Это слово «гумбацу» -
«военщина». «Сипы BOJfHbl И агрессии... в Японии -
это мипитаристы, которые вопреки конституции, запрещающеJf «на вечные времена» BOJfHY, стремятся вновь топкнуть эту страну на путь экспансии и агрессию>. Из Отчетного доклада Генерального сек­
ретаря ЦК КПСС товарища Л. И. Брежне­
ва XXIV съезду КПСС. Статья 9-я конституции Я:понии запрещает ей на вечные времена иметь свои сухопутные, военно­
морские и военно-воздушные си­
лы, а также участвовать в каких бы то ни было военных действи­
ях. Однако правящие круги стра­
ны давно нарушают собственную конституцию, создав с благосло­
вения Вашингтона внушительную армию. Если в первые годы сво­
его существования она носила не­
винное название «национальных полицейских сил» И насчитывала 75 тысяч человек, то теперь так называемые японские «войска самообороны» превратились в од­
ну из самых сильных армий в Азии. Их численность уже пе­
ревалила за четверть миллиона человек. Они имеют в своем со­
ставе 13 дивизий, 1530 самолетов, сотни танков и тысячи артилле­
рийских орудий, свыше 200 бое­
вых кораблей. Причем военные расходы Я:понии удваиваются каждые пять лет. Так, если те­
кущая программа на 1967-
1971 годы составляет 2340 милли­
ардов иен, то расходы по следу­
ющему, четвертому пятилетнему плану «усиления обороны» превы­
сят все, что было затрачено на ремилитаризацию Я:понии за 20 лет, на 1200 миллиардов иен! Однако армия -
это не только ракеты, танки, реактивные само­
леты. Для нее нужны еще и лю­
ди. А вот их-то, оказывается, за­
получить куда труднее, чем за­
ставить каждого японца, включая грудных детей, ежегодно отдавать по 5 тысяч иен на вооружение. Поэтому и повели сегодня мили­
таристские круги, начиная от командования войск самообороны и кончая десятками ультрапра­
вых обществ и групп, идеологи­
ческое наступление на японскую молодежь. Под лозунгом «воспи­
тания национального характера» у молодежи стремятся возродить все тот же {<самурайский дух»­
обожествление императора и го­
товность погибнуть за него. торого расползаются черные пауки иероглифов: «Веч­
но на службе отечеству». Человек стоит на балконе штаба восточного военного округа войск самообороны в Токио. Ноябрьское солнце освещает стены штаба из серых бетонных плит. Дождь и токийский смог оставили на них неровные грязные полосы, и от этого мас­
сивное здание приобрело мрачноватый вид. На пла­
цу перед штабом -с- толпа солдат. Их собрали вне­
запно, на многих темные рабочие робы и пилотки с мягкими козырьками -
одежда, в которой чистят оружие и приводят в порядок техиику. Чуть в сто­
роне сгрудились офицеры. Толпа неподвижна, и только репортеры снуют между солдатами: то про­
бираются вперед, чтобы поднять повыше микрофоиы на тонких гибких стержнях, то пятятся в поисках выигрышной точки для теле-
или киносъемки. Человека на балконе, Юкио Мисиму, здесь знают все: и солдаты, и офицеры, и репортеры. Одни чи­
тали его романы, за которые Мисиму прочили в лау­
реаты Нобелевской премии; другие видели его фильмы -
как правило, Мисима выступал в них в качестве и сценариста, и режиссера, и художника, и исполнителя главной роли; третьи смотрели его пьесы. Есть среди солдат и такие, кто знает челове­
ка, орущего с балкона, еще ближе. Время от време­
ни Юкио Мисима и его последователи из «Общества щита» с разрешения командования поселялись в ка­
зарме, вместе с солдатами ездили на учения, стрель­
бы, в общем строю маршировали на смотрах. Как журналисту, мне тоже довелось общаться с мисимой. Четыре года назад я брал у него интер­
вью. Он принял меня в зале для фехтования на ме­
чах. В войсках самообороны члены «Общества щита» овладевали современным оружием, здесь же, в зале для фехтования, постигали военное искусство саму­
раев. Мисима, надо признать, весьма преуспевал в этом искусстве: ему был присвоен высокий -
чет­
вертый -
«дан» по фехтованию. Сам он, правда, рассматривал фехтование на мечах вовсе не как спорт. Самурайский меч в сегодняшней Японии отнюдь не экзотическая архаика. В синтоистском храме в Никко перед толпой почитателей культа импера­
тора две красивые девушки с суровыми лицами в ослепительно белых одеждах исполняют воинствен­
ный ритуальный танец со священными мечами. Со­
бравшиеся взволнованно следят за каждым их же­
стом. Все они -
настоящие знатоки искусства вла­
дения самурайским мечом и в деталях поведают каждому непосвященному, что японские офицеры уби­
вали пленных, как правило, мечами, что самый кра­
сивый, хотя и трудный, удар -
«полет ласточки», когда человека разрубают горизонтально пополам. Что есть еще и «опускание журавля» -
удар мечом сверху наискось, от плеча к бедру; что можно ру­
бить и в стиле Мусаси Миямото -
от макушки до копчика на две равные половинки; что старинный самурайский обычай «кимотори» -
взять у живого врага печень и съесть ее -
делает воина храбрым. Напомнят в храме Никко, да и не только в нем, а и в таком же фехтовальном зале, как тот, где соби­
рается молодежь Мисимы, слова генерала Араки, приговоренного за военные преступления Междуна­
родным трибуналом к пожизненному заключению. Генерал по случаю начала японской агрессии в Ки-
тае сказал так: «Путь меча есть ... могучая сила дл5'r устранения всех препятствиЙ ... » Самурайский меч для некоторых японцев -
до сих пор философия жизни. Для других же меч остается излюбленным оружием, например, для японских гангстеров, хотя у них есть и карабины, н автоматы, и даже пулеме­
ты. Одним словом, в1!сьма и весьма многие в Японии смотрели и смотрят на меч не просто как на холод-
ДОСЬЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ИМПЕРИАЛИЗМА 43 ное оружие, а как на некий символ самурайского духа ... В тренировочном кимоно из плотной ткани, с ме­
чом за поясом Юкио Мисима сидел на циновке в центре зала, скрестив под собой ноги. Его напря­
женный взгляд, скользнув п(i) визитной карточке, устремился куда-то мимо меня, и я невольно обер­
нулся, чтобы узнать, на кого он смотрит. Но позади никого не было -
только стена и белое полотнище на ней с огромным иероглифом «тамасий» -
«дух». Это полотнище, как потом мие объяснили, вывеши­
вали .каждыЙ раз, когда Мисима и его друзья при­
ходили в зал. На мои вопросы Юкио Мисима не обратил внимания. Он говорил сам. Даже не гово­
рил -
он изрекал то, что, в'идимо, представлялось ему истиной. А глаза его не отрывались от иеро­
глифа за моей спиной. Временами мне казалось, что он погрузился в сомнамбулический транс. «Я не терплю слова «любовь», -
медленно произ­
носил Мисима. -
Особенно когда речь идет о люб­
ви к отечеству наших предков. Родина должна ас­
социироваться у японцев с иным словом -
твердым и сильным ... » Юкио Мисима вещал . долго. И постепенно я начал понимать, каким предкам поклоняется он: завоева­
телям Кореи и Маньчжурии, поработителям наро­
дов Юго-Восточной Азии. Мне стало ясно и слово, по которому он тоскует. «Война -
отец созидания и мать культуры», -
провозглашали почитаемые Ми­
симой предки. «Человеческая жизнь легче лебединого пуха, -
ПрОДО,лжал Мисима. -
Почетно умереть на поле боя, сражаясь во имя славы предков, за импера­
тора, за истинно японские традиции и честь нашей расы ... » Все, что говорил с такой значительностью Мисима, на самом деле было далеко не ново -
он излагал кодекс самурайской чести «Бусидо». Часто такого рода собеседники после подобных сентенций непременно рассказывают японскую хро­
нику XIV века «Тайхэйки» -
«Повесть о Великом мире». Один из героев этой хроники, самурай Еси­
мицу, потерпев поражение в битве против мятежных вассалов императора, покусившихся на честь и до· стоинство государя, забирается на крепостную баш­
ню, дабы оставшиеся в живых воины хорошо видели его, и обращается к ним с такими словами: «Я покажу вам, как умерщвляет себя настоящий воин! Да послужит это примером для вас, когда кончится ваше воинское счастье и вы станете гото­
виться вспарывать себе животы!» «Сказав так,- продолжает хроника, -
он снял доспехи и сбросил их с башни. Он спустил с плеч парчовую накидку, бывшую под латами, обнажил верхнюю часть туловища, вонзил меч в свое белое тело и сделал слева направо по животу прямой над­
рез, выхватl'Л оттуда внутренности и бросил их к подножью башни; потом взял острие клинка в зубы и упал лицом вниз». Но Мисима не стал рассказывать мне этой попу­
лярной истории. Все же он был писателем... Ров­
ным, бесстрастиым голосом он рассказывал о своих личных воззрениях, и дух Есимицу, похоже, витав­
ший где-то за моей спиной, на этот раз не вопло­
тился в знакомую историю .... -
Только в войсках самообороны остался истин­
но японский дух, истинный дух «Бусидо» ... -
про­
должает свою речь Мисима с балкона штаба во­
сточного военного округа. 44 Позади Мисимы -
окна . кабинета начальника штаба округа. Генерал Кэнри Масита крепко при­
вязан к креслу, к его горлу приставлен меч, и хо­
лодок отточенного клинка разбегается по телу дрожью. За каждым движением генерала. насторо­
женно следит юнец в фуражке, скопированной с эсэсовского головного убора. Фанатично горящие под лакированным козырьком глаза не сулят поща­
ды, и потому генерал старается не шевелиться. Толь­
ко что четверо таких же юнцов, одетых подо.бно солдатам старой императорской армии, в кровь ис­
кололи мечами шестерых офицеров- те пытались помочь генералу. Генерал Масита растерян. Он оскорблен. Он му­
чительно переживает свое унижение. Ведь ЮКИО Мисима его другl Да и физиономия этого юнца ему знакома. Наверное, видел в компании Мисимы. Генералу приходит на память банкет по случаю выхода в свет романа Мисиыы о людях с извра­
щенной психикой. Геиерал назвал тогда писателя «японским Мопассаном», и газеты подхватили его высказывание. Когда сеrодня утром Масите сообщили. из про­
ходной О том, что пришел Мисима, он немедленно распорядился пропустить друга. Не смутило гене­
рала и то, что Мисима явился в сопровождении четырех молодых людей, вооруженных мечами. Чле­
ны «Общества щита» обладали привилегией появ­
ляться в штабе при оружии. В свое время началь­
ник Управления войск самообороны Ясухиро Нака­
сонэ назвал «Общество» «частной армией, напоми­
нающей труппу женского варьете «Такар'адзука»; и эта издевка обидела генерала Маситу. Накасонэ, сам сделавший немало для возрождения японской армии, не должен был так говорить об «Обществе щита». Даже выступая перед иностранными журна­
листами. Конечно, молодые люди из этого «Обще­
ства» излишне экзальтир6ваны, но есть в них чер­
ты, которые очень нравятся Масите, да и не только ему: .вера в выс;окое предназначение Японии пр а­
вить миром и готовность умереть во имя этого. Генерал и сам в кругу друзей не раз высказывал мысль о необходимости воспитания такой веры у солдат войск самообороны. Генералу Масите не нужно объяснять, откуда взялись у Мисимы эти ребята из «Общества щита» ... Невысокая тростниковая ограда окружает завод­
ские постройки из гофрированного железа. На за­
водском дворе пустынно. Наглухо закрыты двери цехов. Ни облачка над крышами, ощетинивш'имися закопченными трубами. Ветер гонит обрывки газет, ветошь, кидает их о ребристый металл, тащит к подъездным путям и забывает там, между рельса­
ми. Завод стоит уже тысячу дней. Утро. У ворот сменяется пикет забастовщиков. Вновь прибывшие усаживаются под плакатом с надписью: «Рабочиеl Добьемся уничтожения системы рабского труда на «Ниппон рору»!» Около полудия тишину безлюдной узкой улочки перед заводом нарушает рев моторов. Сначала по­
является автобус. Он медленно пробирается мимо деревяиных домишек, стараясь не задеть стен свои­
ми желто-красными лакированными боками, и оста­
навливается напротив пикета. Вслед за автобусом в улочку вползает черный «ниссан» -
шикарная машина заводской администраЦlj:И. Чуть дальше мелькает между домами и прячется за одним из них автомобиль полиции. Антенна рации покачал ась над низкой крышей и замерла. Пикетчики встают. Берут друг друга под руки и загораживают вход на завод. Дверцы автобуса распахиваются одновременно. С гиканьем, с воем оттуда высыпают люди в ком­
бинезонах и касках и, размахивая палками, велоси­
педными цепями, железными прутьями, кидаются на пикетчиков. Забастовщики сдвигаются теснее, креп­
че сцепляют руки. Вот кровь окрасила лоб одного, фиолетовым пятном покрылась щека другого... Но с места забастовщики не сходят. Не отвечают они и на удары: стоит только хоть пальцем коснуться кого-нибудь из бандитов, как заработает рация в машине за домом и на завод примчится отряд по­
лиции, чтобы арестовать забастовочный комитет и са'мих пикетчиков за нарушение «общественного спокойствия». Типичная провокация не первая за тысячу дней забастовки. Как всегда, хозяева заво­
да заплатили нем алые деньги фашистскому обще­
ству «БамБУКОRЫЙ колодец», а может, в этот раз и какому-нибудь ,,:;ругому обществу, члены которого специализируются на срыве забастовок. Уже двести рабочих ранены ими на «Ниппон рору», но драки, которой ждет полиция, пока не произошло. Обычно молодчики из общества «Бамбуковый колодец» или те же экзальтированные юнцы Ми­
симы вербуются прежде всего из «футэн» -
«тро­
нутых», японской разновидности «хиппи». «Футэн», впрочем, в японском языке вовсе не означает «сума­
сшедший». Нет, «тронутые» -
В смысле «тронувшие­
ся с места», «ушедшие из дому». Немало их в се­
годняшней Японии, разуверившихся в людях и тех идеалах, что предлагает им окружающее общество. Они-то первыми и попадаются на приманку «пат­
риотической» милитаристской демагогии, славящей «подвигн во славу предков, традиций, императора». Избить забастовщиков, разогнать студенческую де­
монстрацию нли митинг -
это тоже подвиг, ибо и рабочие и студенты -
«красные», покушающиеся на традиции и пр.едающие дух предков. Ну, а куда они попадут -
в «Общество щита», или в один из его фашистских дубликатов, или даже в войска са­
мообороны, -
дело случая. Мне вспоминается одно скандальное происше­
ствие, о котором много писала японская печать. На токийском вокзале Уэно полиция задержала по­
дозрительного типа, который постоянно околачи­
вался среди бездомных бродяг, ночующих в залах ожидания. Этот небритый тип в старых мятых брю­
ках и грязном джемпере оказался фельдфебелем­
вербовщиком, который специально одевался «по­
проще» и ежедневно «по-дружески» уговаривал тех же «футэн» вступать в войска самообороны. Его «улов» за семь месяцев превысил 1000 человек. Корреспондент агентства Кёдо Цусин спросил фельдфебеля: «Могут ли стать бродяги хорошими солдатами?» Ответ был лаконичен: «Мы обучаем солдат в течение целого года, после чего все они ста­
новятся одинаковыми». ... В кабинет начальника штаба округа Мисима не вошел, а ворвался. В мгновение ока генерал Кэнри Масита оказался связанным. Шестеро офи­
церов, обливаясь кровью, бежали прочь. И гене­
рал приказал собрать солдат -
этого потребовал Мисима. Генерал слышит его срывающийся голос: -
Мы видим., что послевоенная Япония потеряла голову от эконом.ического расцвета. Она забыла о своем. величии. Она утратила национальный дух. Япония движется к пропасти. Мы скрежещем. зу­
бам.и, глядя, как политики лицем.ерят, как обм.аны­
вают нас и не желают см.ыть позор поражения ... Среди репортеров -
движение. Один из них то­
ропливо заносит в записную книжку для будущего репортажа: «Демагогия. Игра на национальных чув­
ствах. Методы нацизма». ... «МоЙ друг Гитлер» -
так называлась пьеса, ко­
торую написал Юкио Мисима. Чтобы поставить ее, он даже создал театр «Роман-гэкидзё». Премьера собрала немало зрителей. И по тому, как они рас­
кланивались в фойе, сомневаться не приходилось: пришли люди, давно '" хорошо знающие друг дру­
га. Так это и было. Члены «Общества бывших военнослужащих» отвешивали поклоны коллегам из «Общества бывших морских офицеров». А те, в свою очередь, приветствовали членов «Нациоиаль­
ной лиги защиты прав бывших солдат» и «Лиги друзей родины». На церемонных стариков почти­
тельно поглядывали те, кто по моложе, -
из «Все­
японского совета патриотических организаций» и других ультраправых объединений. Их в Японии хватает, в одном лишь Токио около трехсот. Мальчики в эсэсовских фуражках вносили в фойе цветы. Они устанавливали корзины у стены, на ко­
торой размашистой кистью был выведен все тот же иероглиф: «тамасий» -
«дух». Под иероглифом висел портрет Гитлера, а над ним свастика. На корзинах с цветами белели прямоугольники визитных карточек -
от концерна «Мицубиси», от «Мицуи», от «Сумитомо». Тех самых концернов, что тридцать лет назад вложили в руки нынешних чле­
нов милитаристских лиг и обществ оружие, дабы покорить Азию. «Мицубиси», «Мицуи», «Сумитомо» снова производят оружие, и концернам опять нуж­
ны солдаты, готовые это оружие применить. Потому концерны и не поскупились на знаки внимания: цве­
тами было заставлено не только фойе, но и сцена, и проходы между рядами кресел ... -
Конституция ставит войска сам.ообороны вне закона. И с этим. нельзя с},шриться... Конституция ваш враг, -
кричит Мисим.а собранным. на плацу солдатам., -
и нет более почетного долга, чем. из­
м.енить конституцию, чтобы она не м.ешала создать м.ощную арм.ию, достойную великой Яnонии/ .. Грузовик, к бортам которого прикреплены япон­
ский и американский. флаги и лозунги: «Долой мир­
ную статью конституции!», «Да здравствует Аме­
рика!», остановился в самом людном месте Токио­
у Центрального вокзала. Из динамиков, установлен­
ных на грузовике, сначала гремели марши времен второй мировой войны, а затем у микрофона по­
явился Акао Бин -
главарь «Патриотической пар­
тии великой Японии». На руках членов этой партии кровь лидера японских социалистов Инэдзиро Аса­
нумы. «Патриоты великой Японии» зарезали руко­
водителя профсоюза докеров в порту Нагоя. Они стреляли и в девушку-активистку, призывавшую го­
лосовать на выборах за коммунистов. «Мы должны пересмотреть конституцию, которая лишила нас силы и не позволяет нам вместе с Аме­
рикой уничтожить коммун'изм! -
динамики далеко разносили голос Акао Бина. -
Ликвидировав де­
вятую статью конституции, мы спасем Японию!» Когда Бин кончил говорить, Я подошел к нему и спросил, какой путь к миру, по его мнению, наи­
более прямой и легкий. Акао Бин, не задумываясь, ответил: «Всеобщее и полное вооружение. В этом вооруженном мире самыми сильными должны быть Америка и Япония. И тогда побольше Вьетнамов! Вьетнам -
в Азии, Вьетнам -
в Европе, Вьетнам­
в Африке, Вьетнам -
в Латинской Америке! Моя мечта увидеть в таком Вьетнаме японских солдат ... » К грузовику подошли двое полицейских. Изви­
нившись, что преРl'али наш разговор, они попроси-
45 ли передвинуть грузовик чуть дальше. Оказывается, флаги и плакаты заслоняли от проезжей части улицы светофор ... -
Мы негодуем, что Япония так долго спит пос­
ле войны! -
неистово кричит с балкона Юкио Ми­
сима. -
Мы надеемся, что, когда проснутся войска самообороны, проснется и Япония. Проснитесь! Если существующая nарламентская система не позволяет пересмотреть конституцию, то вот от лич­
ная возможность для вас вмешаться и силой до­
биться этого. Мы готовы стать вашим авангардом! .. Девять месяцев готовился к этому дню Юкио Мисима. И пока все шло по его плану. Вместе с сообщниками он проник в штаб восточного военно­
го округа. Захвачен заложником начальник штаба. Теперь нужно вывести на улицу солдат. Во главе с Мисимой они должны двинуться к парламенту и осадить его. Под дулами автоматов депутаты не посмеют отказаться проголосовать за пересмотр конституuии. Юкио Мисима неплохо знал историю. В 1936 году группа офиuеров, недовольных медленной, как они считали, милитаризацией Японии и нерешительно­
стыо японского правительства в отношении захва­
та Китая, поступила точно так же. Правда, они пошли дальше, чем теперь планировал Мисима: прикончили нескольких министров. Но в случае не­
обходимости Мисима готов и на крайние меры. Мисима делает паузу. Он выжидающе оглядывает солдат. На их лицах -
любопытство, удивление, даже иронические улыбки, но ни на одном нет того выражения, какое он привык видеть на ,~ицах чле­
нов «Общества щита», когда выступал перед ними. И вдруг выкрики: «Брось валять дурака!», «Слезай с балкона, идиот!» Мисима видит, как офицеры дви­
нулись было к кричавшим, но потом остановил~сь. Подняв правую руку вверх и упершись левои в бок, Юкио Мисима бросается в последнюю атаку: -
Я вижу, вас превратил и в защитников ко'!сти­
туции!.. Мы долго ждали, раздастся ли в вoиCKa~ самообороны голос протеста против унизительнои конституции, и, я вижу, не дождались. Куда девал­
ся ваш самурайский дух? В каком военном складе вы его похоронили? Мы ждем еще тридцать минут, последние тридцать минут! Неужели среди вас нет настоящих мужчин, кто пошел бы на смерть, чтоб уничтожить конституцию, которая лишила Японию того, что делало ее Японией? Если есть, то поды­
мите выше головы и умрите вместе с нами как подлинные самураи/ .. Еще в 1966 году Юкио Мисима поставил по соб­
ственному сценарию фильм «Скорбь о родине». В нем рассказывалось о событиях 1936 года. Путч не удалея. Офицеру Синдзи Такэяме, его играл Ми­
сима, поручается казнить участников путча. Но Такэяма сочувствует им и, чтобы не участвовать в казни, вспарывает себе живот. Харакири длится в фильме почти десять минут. Жена Такэямы, хлад­
нокровно отрубив голову мужа, тоже кончает с со­
бой. Трупы постепенно превращаются в мраморные изваяния. Символика прозрачна: героическая пара будет жить в веках. Мисима замолкает. Он ждет еще немного. Толпа под балконом переговаривается, топчется, но желающих выступить с оружием или умереть вме­
сте с Мисимой нет. Резко повернувшись, Мисима покидает балкон. Он возвращается в кабинет на­
чальника штаба. Медленно расстегивает мундир. Так же медленно принимает ритуальную позу. Под­
нимает короткий меч и с силой всаживает его себе 46 в живот. Морита, самый рьяный почитатель писате­
ля; отсекает Юкио Мисиме голову и делает хара­
кири себе. Его голова катится под ударом меча третьего участника неудавшегося путча ... «Поступок психически ненормального человека», «Спектакль, разыгранный сумасшедшим» -
так оце­
нили японские буржуазные газеты то, что произо­
шло в штабе восточного военного округа войск са­
мообороны. «Юкио Мисима совершил великий акт, который заставит прозреть японское общество!» -
через громкоговоритель кричал на улицах Токио вождь «Патриотической партии великой Японии» Акао Бин уже через час после случившегося. Юкио Мисима -
психически ненормальный чело­
век? Мисима -
сумасшедший? Вспарывая себе живот мечом, Мисима рассчиты­
вал, и, как показывает дальнейшее развитие собы­
тий, не без оснований, что средневековый фанатизм самурайства еще сослужит кое-кому службу, еще расцветет пышным цветом. Обращаясь к войскам самообороны с призывом силой оружия ликвидиро­
вать мирную конституцию, он не ошибся адресом. Минет всего неделя, и начальник академии войск самообороны публично скажет: «Только из-за ненор­
мальной обстановки в послевоенные дни японская конституция не смогла ясно определить, что Япония может обладать армией». Пройдет месяц и премьер­
министр Японии Сато публично выразит фанатику свои симпатии. Выступая в парламенте, он скажет: «Мы должны уважать мотивы, которыми покойный руководствовался». Начальник Управления войск са­
мообороны Накасонэ выскажется еще решительней: «Трагическая гибель Мисимы станет вехой в эволю­
ции духовной жизни Японии». Харакири, совершен­
ным почти на глазах у солдат, Юкио Мисима пре­
следовал определенную цель. В истории Японии уже бывали случаи, когда сигналом к попытке государ­
ственного переворота служило самоубийство кого­
либо из его инициаторов. Не ошибся Мисима и выбором места для совер­
шения самурайского ритуала: штабы войск само­
обороны давно уже стали гнездами милитаризма и реваншизма. Ведь именно в них, в штабах, разра­
батывалась обнародованная осенью прошлого года «Белая книга по вопросам обороны». Оправдывая небывалые в послевоенной Японии военные расхо­
ды на предстоящее пятилетие-1972-1976 годы, авторы «Белой книги» ссылаются на необходимость «защищать отечество и следовать духу предков». Да, Юкио Мисима хорошо знал, чем живет и ды­
шит верхушка возрождающейся японской армии ... В центре Токио, в десяти минутах ходьбы от им­
ператорского дворца, на перекрестке оживленных улиц, носяшем звучное название «Тора-но мою>­
«Ворота Тигра», есть магазин, в котором торгуют мечами. После 25 ноября 1970 года, когда Юкио Мисима сделал себе харакири в штабе восточного военного округа, в магазине заметно прибавилось покупателеЙ. Продан был даже уникальный по от­
делке меч, стоивший двадцать миллионов иен ... И все же мечи -
это не главное. Куда серьезнее то, что между Управлением национальной обороны и предстаБителями деловых кругов достигнута до­
говоренность о краткосрочном «военном обучении» молодых рабочих и служащих в рядах японской армии. Ежегодно десятки тысяч юношей, принятых на предприятия, прежде чем приступить к работе, больше месяца будут проводить в казармах. В тех самых, которые обожал Юкио Мисима. А. крушинекия, корреспондент «КомсомопьскоА правды» дпя «BoKpyr света» золото «5 октября 1944 года части чехословацкого корпуса вышли вместе с советскими войсками к Дукельскому перевалу, к самой чехословац­
кой. границе ... » (<<Ч ескословенска властиведа» , том 1/1) «5 октября 1944 года фащисты прорвали нашу оборону в районе Склене -
Долни Тур­
чек -
Кремница. Ситуация стала критической. Наши отходят в горы ... » (Из дневника йозефа Модровиха, участника Словацкого национального восстания) ~ ождливой И мглистой ночью 5 октября 1944 года из местечка К:ремница, затеряв­
'1 шегося в горах центральной Словакии, вы­
ехали два легковых автомобиля. Их путь лежал в Банска-Бистрицу, до которой по прямой километров двадцать. Но шоссе идет снаЧ,ала к югу, потом, подковой окаймляя лесистое К:ремниц­
кое нагорье, обратно к северу. Хотя путь получает­
ся втрое длиннее, долгим его все же не назовешь. Однако в ту осеннюю ночь эти несколько десятков километров были сопряжены с несравненно боль­
шим риском, нежели тысячемильное авторалли ны-
• нешних «адских водителей». Обе машины выехали из К:ремницы в 22 часа; в это время года в горах обычно безлюдно. Но на сей раз дорога была полна жизни. В абсолютной тьме по ней двигались машины, телеги, люди. Дви­
гались в разиых направлениях. Беженцысталкива­
лись с теми, кто спешил на подмогу к партизанам. Те, что останавливались передохнуть, наскоро об­
менивались новостями. На полпути машины оста­
новили отступавшие партизаны: враг, сообщили они, вступил в Гронску Дубраву -
местечко, располо­
женное в южной точке шоссе К:ремница -
Б'анска­
Бистрица. Итак, дорога перерезана, а назад пути нет: К:ремница должна была вот-вот пасть. Време­
ни совсем не оставалось, а надо было -
по обстоя­
тельствам, о которых речь пойдет ниже, -
как мож­
но быстрее попасть в Банска-Бистрицу. И Гейза Лацко, командир «автопробега», решился на отча­
янный шаг: машины свернули с шоссе в горы, на крутую и узкую грунтовую дорогу, размытую осен­
ними дождями. А что еще оставалось делать? Все остальные варианты были безнадежны на сто про­
центов, здесь же сохранялся хоть какой-то шанс. Шанс этот, впрочем, был поистине эфемерным, что подтвердилось на первых же километрах, когда обе машины завязли. Завязли безнадежно -
под ко­
лесами грязь, а груз слишком тяжел ... « ... На основании распоряжения господина рейхсnротектора Богемии и Моравии обер­
груnnенфюрера СС Рихарда Гейдриха отправ­
лены в адрес Рейхсбанка в Берлине 29,5 тон­
ны золота из депозитов банков бывшей Чехословацкой республики ... » (Из раnoрта штурмфюрера СС д-ра Бёма, уполномоченного по реквизиции ценностей) ... Перед началом войны золотой запас Германии уступал запасу почти всех стран Европы. По указа­
нию главарей «третьего рейха» нацисты вывозили золото из банков всех завоеванных стран. Был еще один источник -
концлагери: один только Освенцим давал в день килограммов двенадцать золота. Словацкое золото оставалось до поры до времени нетронутым:как-никак Словакия числилась в раз­
ряде «союзных г{)сударств». Однако было ясно: стоит ситуации измениться, и нацисты реквизируют золото. А ситуация должна была, обязана была измениться. И коммунисты, готовившие в Словакии восстание, задолго до него предприняли некоторые меры ... ...ВесноЙ 1944 года два грузовика остановились перед воротами К:ремницкой минцовни -
К:рем­
ницкого монетного двора. Из будки перед воро­
тами выскочил дежурный гардист -
словацкий фа-
шист. Рисунки 6. доля -
На страж! --
часовой, увидев в кабине перво­
го грузовика гардистского полковника, поднял руку в фашистском приветствии. -
Что везете, брат пол­
ковник? -
На страж! Свинец по распоряжению пана ми­
нистра финансов, -
полковник протянул документы. Документы были в порядке. А зачем нужен на монетном дворе свинец, часовой не поинтересовал­
ся. Раз уж так решили важные паны в Братисла­
ве, значит надо. Как раз в это время в Кремнице отливали золо­
тые слитки для отправки в банк. Золото удалось скрыть в подвалах монетного двора, а в формах для золотых слитков отлиты были бруски из свин­
ца. Свинцовые слитки позолотили. Тяжелые, мато­
во поблескивающие, они очень напоминали настоя­
щие золотые слитки, и ИХ подлинность удостоверял чеканный штамп: «Slovenska Statna Mincovna». Правда, никакой серьезной проверки это «золото» выдержать не могло. Но весь расчет на том и строился, что времени проверять не будет ... Свинцовые бруски перевезли в Братиславу, и они там заняли подобающее золоту место за брониро­
ванными дверями подвала -
святая святых Нацио­
нального банка . ... Когда в подвал банка ворвались эсэсовцы, у них действительно не было времени проверять подлин­
ность золота: немецкое командование срочно эва­
куировалось из столицы охваченной восстанием Словакии. С самого начала восстания Словацкий Националь­
ный Совет, руководивший Сопротивлением, распо­
рядился перевезти спрятанные в Кремниuе цен­
ности в Банска-Бистрицу. Здесь был единственный повстанческий аэродром, и в случае опасности цен­
ности можно было эвакуировать. В октябре 1944 года гитлеровцы перешли в на­
ступление. Над восстанием нависла угроза ... « ... В связи с опасностью захвата г. Кремни­
цы врагом поручить nредседателю городского Национального революционного комитета тов. Гейзе Лацко и заместителю nредседате­
ля тов. йозефу Вейссу немедленно доставить в Банска-Бистрицкuй банк остатки золота и других ценных металлов, находящихся еще на Кремницком монетном дворе». (Из постановления Национального революционного комитета г. Кремницы от 5 октября 1944 года) ... Итак, обе машины завязлИ. На первых же КИ­
лометрах размытой осенними дождями дороги. За-
48 вязли безнадежно -
под колесами грязь, а груз слишком тяже.~: 182 с половиной килограмма, не считая тары. После нескольких безуспешных попы­
ток сдвинуть машины с места Лацко оставил для охраны йозефа Вейсса, сам же пошел искать под­
могу ... Во тьме, буквальио на ощупь, Лацко добрался до опушки леса. Послышалось цоканье копыт, скрип колес, приглушенное понукание. Лацко мигнул фонариком. Жиденький лучик на мгновение осветил испуганное женское лицо, сбив­
шихся В кучу детишек, мужчину в измятой шляпе. Кто там? -
голос мужчины звучал хрипло. -
Свои, -
отозвался Лацко. -
Откуда вы? -
Из Турца. От иемцев уходим. Третий день а дороге. Куда идем -
сами не зиаем еще... А вы откуда? -
Тоже от фашистов ... ... Наверное, просьба Лацко звучала по меньшей мере страино. Тем ие менее человек, не сказав ни слова, выложил из телеги весь скарб и отправился за Лацко. Ящики с серебром и золотом переложили в по­
возку и тронулись дальше. Но дорога была слиш­
ком крута, поклажа -
слишком тяжела, а ло­
шадь -
слишком стара. Она пала, одолев каких-то два-три километра. Снова безвыходная ситуация, и снова выручили случайно встреченные люди. Те­
перь это были горняки с одной из ближиих шахт. На руках перенесли они через перевал и груз, и телегу, иа которой потом было не так уж труд­
но спустить драгоценную поклажу вниз своим хо­
дом, на ту сторону Кремницкого нагорья, где хо­
зяевами были повстанцы. « ... Ценности общим весом в 182 (прописью: сто восемьдесят два) кг из Кремницкого мо­
нетного двора получил. Директор Банска-Бистрицкого филиала Словацкого национального банка д-р Карол Маркович (собственной рукой)>>. «Президиум Словацкого Национального Со-
вета. Банска-Бистрица. Филиалу Словацкого национального банка в Банска-Бистрице: i1a основании решения Президиума СНС настоящим предписываем отправить самоле­
том в адрес Государственного банка в Моск­
ве для хранения на вашем счету 21 (nро­
nисью: двадцать один) ящик общим брутто­
весом 1062,255 кг, содержащих: 279,69659 кг золота, 569,91400 кг серебра, 113,82876 кг смешанных металлов. Указанные ценные металлы надлежит взять из ваших фондов, а также из фондов Госу­
дарственного монетного двора в Кремнице, находящихся на вашем депозите. Настоящим предписывается nану Л юдови­
ту Ковачику, ревизору банка, и nану йозефу Шевчику, ревизору банка, принять этот груз и доставить его к месту назначения. Карол Шмидке, Густав Гусак (собственной рукой)>>. ... Переброска к повстанцам 2-й воздушнодесант­
ной бригады из корпуса генерала Свободы позво­
лила на некоторое время стабилизировать оборону. l Кое-где гитлеровцам пришлось отступить. И все же остров повстанческой -
территории продолжал таять под натиском восьми дивизий генерала СС Гёфле. Банска-Бистрица смогла продержаться лишь на три недели дольше Кремницы, ПОСJIе чего свободная повстанческая территория перестала сушеСТ!lовать. Людям пришлось уйти в горы, где они укрывались несколько суровых зимних месяцев, вплоть до при­
хода Советской Армии ... 28 октября, едва эсэсовские части вор вались в повстанческую столицу, шефы службы безопасности в войсках Гёфле гауптштурмфюрер Кунц и обер­
штурмфюрер Рамрад уже были в банке, Они зна­
ли о привезенных сюда кремницких ценностях, а также о том, что в Банска-Бистрице хранилась значительная часть словацкого золотого фонда, и без промедления принялись вскрывать брониро­
ванные сейфы. Но, кроме нескольких десятков зо­
лотых монет да никому не нужных бумажных тис­
совских крон на сумму около трех миллиардов, они не обнаружили ничего. . «Ценяости в 21-м (прописью: двадцать один) ящике приняты и отправлены в указанный Вами пункт назначения Л. Ковачик, ревизор Й. Шевчик, ревизор». (Расписка в вЬtnолнении распоряжения Президиума Словацкого Национального Совета) За несколько дней до падения Банска-Бистрицы ящики с серебром и золотом были перевезены на аэродром «Три дуба». Аэродром этот, полоской вытянувшийся вдоль бе­
рега Грона, сыграл весьма важную роль в том, что патриоты смогли продержаться целых два ме­
сяца.Аэродром позволил советской авиации уста­
новить воздушный мост, по которому на помощь повстанцам была переправленавоздушнодесантная бригада и сотни тонн грузов. Отсюда же вывозили в советский тыл раненых. Самолеты летали только в ночное время, без сопровождения истребителей, через горы, в чрезвычайно сложных метеорологиче­
ских условиях. В иную ночь приземлялось до сотни машин . ... «Три дуба» работали с интенсивностью крупно­
го международного аэропорта, -
отмечает в своей книге «Свидетельство о Словацком национальном восстании» Густав Гусак. -
Каждый, кто в то вре­
мя жил на повстанческой территории, помнит, как гул моторов советских самолетов, несших нам по­
мощь, укреплял надежды; маловерам помогал пре­
одолевать депрессию и непосредственно символизи­
ровал, что мы не одиноки, что у нас есть сильный и верный друг ... » Но в те последние дни восстания, о которых идет речь, полеты советских самолетов стали редки, и причиной тому была не столько перемена воен­
ной ситуации, сколько непогода. Над золотом, привезенным на аэродром, вновь (уже в который раз!) нависла реальная угроза,что оно все-таки достанется нацистам. И опять его спас­
ли. Как оно было спасено на этот раз, мне расска­
зал сотрудник ~узея словацкого национального восстания Павол Босак. Он показал мне письмо, полученное им от Б. Ф. Чирскова, тогда замести­
теля -
командира 53-й авиадивизии дальнего дей­
ствия. В сентябре 1944 года Чирсков был перебро­
шен на «Три дуба» для координации деятельности воздушного моста. 3 «Вокруг света» .м 5 « ... Погода была. отвратительная, шел мокрый снег с дождем, с реки Грон тянул низкий мокрый туман. Все самолеты, вылетевшие на аэродром «Три дуба», вынуждены ·были возвратиться, не пробившись к нам. Обстановка вокруг аэродрома с каждым часом обострялась. Я потерял всякую надежду на свое­
временную отпраВJ!:У ценностей. И вот, сидя на ящике от патронов около светового «Т» аэродрома, проклиная дождь, туман и снег, слышу как будто звук моторов, работающих не в воздухе, а на земле ... » . Оказалось, что приземлился самолет летчика Ва­
сильева. У него были неполадки с радиоприемником, и потому он не услышал приказа «всем вернуться на базу». Каким-то седьмым чувством Васильев все-таки нашел в непроглядной мгле повстанческий аэродром. Ценности. были без промедленця погру­
жены в самолет. « .. .прощаясь, я объяснил ему, -
пишет Б. Ф. Чирс-
.. ков, -
что если случится несчастье и он будет сбит, то задача его -
разбиться по всем правилам авиа­
ционного искусства, загнать самолет в землю так, чтобы отыскать его могли только через сотни лет потомки, которые ломали бы головы, как на такой глубине оказалось золото и серебро неизвестного происхождения. Васильев ответил, что все понял и все будет выполнено ... Придя на свою радиостанцию, я просидел не сомкнув глаз до утра. И вдруг -
о радость!­
Большая земля сообщила, что самолет Васильева благополучно сел на аэродром во Львове!» Вскоре после окончания войны словацкие ценно­
сти, хранившиеся в ~OCKBe, были благополучно пе­
ревезены в Чехословакию. Украденное же фашистами чешское золото почти все было потеряно безвозвратно. Участники антигит­
леровской коалиции заключили договор, по кото­
рому золото, награбленное фашистами и обнару­
женное союзниками, будет пропорционально поделе· но между странами, из которых оно было вывезено. Выполнение этой операции было возложено на ко­
миссию из представителей Англии, Франции и США. Доля Чехословакии была определена в 24,5 тонны золота, из коих Чехословакия в начале 1948 года получила одну четвертую часть. В том же году в Чехословакии произошла февральская революция. После этого правительство США категорически от­
казалось вернуть чешское золото. Кто знает, не постигла бы эта печальная судьба и золотой запас Словакии, если б не вышли в ту туманную -ночь из Кремницы, петляя по горным до­
рогам, машины ... Братислава-Пр ага 49 Гонг и иолекол «доицза» -
непременные атрибуты буддий-, СКОГО богослужения в Непале. Желая доказать, что он стал совсем взрослым, мальчик из горного кхмерского племени пном должен многое уметь: срубить дерево. расчистить участок п од рис, запрячь буйвола и вспахать поле. Но и этого мало -
никто не признает его полноправным мужчиной, если он не сможет продемонстр и­
ровать искусство игры на флейте, Причем игры не только губами, но и носом. И не просто игры, но исполнения своей собственной, специально для этого сочиненной мелоди и, Задолго до испытания уходит мальчик куда-нибудь подаль ше от деревни ~'Iтобы никто не подслушал мелодию) и часами упражняется, выдувая из бамбуковой флейты грустный мо­
нот онный напев ... .. .перед тем как начнется п раздник, папуасы выгоняю т из деревни злых духов_ Музыканты в ыходят на середину пл о­
щади для танцев и начинают играть: сначала один -
4 за­
колдованной» флейтой он сзывает злых духов, а ко гд а те слетятся, вступает в т орой флейтист. При звуках его флей ты (тоже «заколдован ной ~, не иначе) духи опрометью бросаю тся в лес. Теперь надо только подальше загнать их в ча щу. и можно начинать праздник ... М. 3 н л ь Б Е Р К В Н Т ...Огромные свирел и «рондадоре с-
.... грандес» печал ь н о рыдают н а бо-
..... ливийском пл оскогорье Альтипла ­
но, когда уходят в горы п астух и со стадами.. У п астухов такие же «ро нд адорес», то лько мале нь кие, и н а этих с вирелях они ти хо п од ыгрыв аю т громкой музыке ор­
кестра: Ухо дя т индейцы за овцами по узким тропинкам, и каждый уно­
с ит с собой мелодию родного дома ... ПРЕЛЮДИЯ МУЗЫКАЛЬНОй ИСТОРИИ ~ то укажет тот миг, когда, окруженный ты­
сячами звуков Природы, первобытный че­
ловек прислушался, а затем впервые по­
пытался подражать ее голосам1 Кто и когда создал первый музыкальный ин -
струмент1 На этот неразреш и мый вопрос с понят­
ной уверенностью отвечает лишь библия: « ... отец всех играющих на гусля х и свирели -
Иувал ». Проверить, однако, был ли действительно библей­
ский герой изобретателем музыкальных инструмен­
тов, -
задача не из лег к и х. На фресках и скальны х рисунках видеть, какими копьями п о льзовались мы можем наши пред-
ки И какие ожерелья носили они на шее, но ни­
когда нам не доведется услышать звуки их музыки. Разве что послушать музыку людей, живущих еще и сейчас в каменном BeK~ ... Наверное, самой простой на земле музыкой услаmдают свой слух аборигены Центральной Авст­
ралии. у них нет никаких музыкальных инструмен­
тов. Ведь нельзя же считать · инструментом кожа­
ную юбочку, растянутую коленямиl На этом tBoe-
образном барабане отбивают ритм женщины пле­
мени аранда. Это еще не музыка. Это ритмичное похлопывание в такт движениям мужчин, испол­
няющих перед Оj{ОТОЙ ритуальный танец. Действительно, первый инструмент, по мнению историков, был не струнный и не духовой, а удар­
ны й. Он немногим отличался от простого орудия труда. Надо ведь было только усилить звук, кото­
рый издавало то или иное орудие в момент рабо­
ты. Так просто и естественно был сделан неболь­
шой, но огромной важности шаг. Сами инструменты выдают свое « рабочее» про­
исхождение. Присмотримся к ним: ступа (а иногда глиняный горшок или тыквенная бутыль) обтягива­
лась шкурой -
и инструмент (позднее музыкове­
д'11 назовут его ударным) готов. Играя на нем, ис. Дангар-яшил -
окованная бронзой музыкаль­
ная раковина из Монголии_ Прототип этого инструмента был изве стен еще в Древней Греции. И сегодня нежные звуки рубаба можно слы­
шать в странах Средней Азии на свадьбе. в опере, в концерте. « Старейшина » казахских струнно-смычковых инструментов -
кобыз. Н:овшеобразный долб­
леный ре зо натор, гриф и головка кобыза вы ­
резаны из одного куска дерева. Нижняя часть ре зо натора покрывается кожей (чаще всего верблюжьей). Струны сделаны из пучка кон­
ских волос. Ганлин, медная, украшенная орнаментом труба из Бурятии. -
прямой предшественник совре­
менной трубы. Раструб представляет собой голову дракона. полнитель производил те же ритмические движе­
ния, что и во время работы. Миклухо-Маклай упоминает о виденной сцене: четверо папуасов идут рубить дерево для лодки. Трое с топорами, четвертый с барабаном. И все время, пока будут рубить неподатливое дерево крошащимися каменными топорами, барабанщик будет отбивать ритм. Через некоторое время его сменят. Тех, что рубят дерево, менять не будут, А барабанщик выдохся настолько, что должен от­
лежаться в тени. Первобытные струнные -
не что иное, как по­
дражание звону тетивы лука, ... Окончен день у бушменов кунг. Задымили ко­
стры, и в ожидании ужина отдыхают охотники. По­
щипывая т е тиву лука, охотник напевает -
расска­
зывает о событиях минувшего дня: как он гнался за антилопой, как он догнал антилопу, как он на­
тянул тетиву лука и как он (тетива издает рыдаю­
щий з вук) убил ее. Рядом с ын. Он еще мал и не ходит на о х оту. И лук у него маленький. Тетива издает поэтому более высоки й звук. Это уже н е большо й а нса м бл ь струнных инстру­
м ентов. По з днее всех, утверждают историки музыки, по-
явились духовые: раковина, в которую трубили жители теплых морей, тростниковая дуд к а. Х удожес т ве н ное оформле н ие саза -
щи пково ­
го ин с т румен т а. рас п рост р анен н о г о н а всем Во стоке. о т 3акавнвзь я до И нд ии, -
являе т собой об р азец р уч н ой р абот ы народных м а­
с т е р ов. Тр ад и ц ионны й к у б ин сн и й ба р аба н « т умбадо ­
ра ». Ег о п редок был приве з е н на Кубу из А фр и н и и С т ех п ор п ре т ер п ел множе с тво и з менени й. Б убе н зве н н с кого шама н а -
его « средство об ­
ще ни я» с п отус т о р он н им миром. ( Ин ст р у м е н т ы и з фо н дов Г осуда р ствен н ого Ц е нтр аль н ого м узе я музыкальной культ у ры и м е ни М. И. Г л и нк и). ФОТО В. АРСЕНЬЕВА н Л. МИНЦА « ... А в ладью свою Те-Туи-Те-Тоа, и в ладью Те­
Туи-Те-Таа, раковину возьми морскую и, если рас­
кидаlQТ вас волны, затруби, и к тебе примчится та ладья, что за волнами скрылась». Так учит море­
плавателей полинезийский эпос "Хоту-Матуа». Мор­
ская раковина вошла в быт полинезийцев -
ви­
КИНГОВ южных морей наряду с ладьей и веслом, наиболее чтимыми вещами. Рассказать обо всех инструментах невозможно, получилась бы многотомная энциклопедия. Но, ка­
кими бы причудливыми или хитроумными эти ин­
струменты ни были, каждый из них наделялся че­
ловеком особой «сверхзадачей». ПОМОЩНИКИ В ТРУДАХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ Эту маленькую терракотовую скуль,птурную группу нашли в Беотии, на то,м месте, где нахо­
дились Фивы. Скульптура изображала домашнюю сценку: четыре женщины, стоя рядом, раскатывают тесто, а пятая -
немного поодаль -
играет на флейте. Какая связь может быть между процессом приготовления хлеба и музыкой? Или вот описание праздника в Александрии, уст­
роенного Птолемеем ФиладельфОм: « ... вслед за тем 300 человек влекли еще 4-колес­
ную повозку длиною в 20 и шириною в 16 локтей; на ней был врдружен давильный чан в 24 локтя и шириною в 15, полный верхом кистей винограда. 60 сатиров работали в нем ногами, дудя на флей­
тах песнь вину». Значит, выжимание винограда тоже сопровожда­
лось игрой на флейте? Да. Дело в том, что в древности музыка была полноправной частью тру­
дового процесса. Чаще всего работали под ритмич­
ные звуки флейты -
этого самого популярного в то время духового музыкального инструмента. В Древней Греции, по свидетельству античных авторов, под напевы флейты выполнялись практиче­
ски все работы: при толчении в ступе зерен звучал один мотив, при выжимании в чанах винограда -
другой. Еще дальше в использовании этого древнейшего инструмента пошли этруски. Они не только месили тесто под мелодичные звуки флейты, но также дрались под ее аККОll(lпанемент на кулаках. На одной из фресок гробницы в Долине Царей мы видим древнееrипетских крестьян, жнущих в такт под звуки флейты. Рты их раскрыты: они поют. Древние прекрасно знали, что ритм «заря­
жает» человеческий организм, а пение не дает сбить дыхание. Знали люди и то, как приучить лошадь соразме­
рять свои шаги с мелодией, исполняемой на флейте. А в одном ИЗ сборников провансальских народных песен напечатана старинная мелодия, под которую танцуют прирученные савойскими мальчиками сурки. Издавна 'известно и об у,сыпляющем действии му­
зыки на некоторых животных. Так, австралийские аборигены пели при ловле опоссума. Иногда пение заменялось игрой на своеобразной свирели. А теперь попробуем, хотя бы приблизительно, установить, как долго люди знакомы с флейтой. Исследуя фрески нубийских гробниц, английский археолог Генри Уилд обнаружил на одной из них­
в гробнице нубийского царя Джехутихотепа -
изо­
бражение пира, где танцовщице аккомпанируют негр, бьющий в барабан, и светлокожая, похожая на египтянку женщина, играющая на флейте. 54 ОриентировОчная дата возведения гробницы XV-XII века до н. э. Выходит, нашей флейте не менее трех с ПОЛОIiIИНОЙ тысяч лет. Бывали, однако, случаи, когда универсальная флейта не годилась в помощники. ТРУ6А ЗОВЕТ « ... И протрубил три раза храбрый Роланд в ог­
ромный, далеко разносящий звуки рог, чтоб при­
звать императора сего войсками для спасения себя и сподвижников своих ... » С тех пор в честь прославленного паладина Карла Великого рог на­
зывается «роландов». Так гласит средневековая ле­
генда. Да, этому древнейшему из духовых выпала уди­
вительная судьба наряду с трубой стать свидеТАпем тысяч сражений, битв и военных парадов. А какая настоящая охота возможна без рога? Что гово­
рить -
к аккомпанементу он не при годен, здесь первое место, безусловно, за флейтой и свирелью. Зато как боевой инструмент он незаменим. Кто еще был способен вселить в воина отвагу и реши­
мость! Была, правда, у рога и вполне мирная профессия. Издавна рог состоял на вооружении у пастухов. у каждого пастуха свой напев, и потому, когда животные смешивались, с помощью рога пастухи без труда собирали свое стадо. Итак, не найти, кажется, инструмента лучше, чем рог, для исполнения мотива «призыва», кроме ... Кроме трубы. Она быстро завоевала сердца как воинов, так и спортсменов. Соревнования в игре на трубе греки включали в программу Олимпий­
ских игр. До нас дошли имена победителей Олим­
пиады, проходившей около 396 года: это трубачи Тимэос и Крат. Своеобразным средством психологического воз­
действия на противни'Ка была' вое,н,наямузыка турец­
ких янычар. Свои трубы янычары называли «не­
фир». По форме они напоминали современную трубу. Оркестр, составленный из ударных и духо­
вых, шел обычно в авангарде войска. Представьте, десятки барабанов (среди которых и ОГРОМI1ЫЙ «ту­
рецкий» барабан), треугольники, металлические та­
релки -
все это издает оглушающий грохот, пере­
биваемый резко звучащими гобоями и, конечно, рогами и трубами. Как было не дрогнуть перед лавиной этих поистине адских звуковl А вот римская букцина, подававшая легионерам сигнал к битвам, была настолько велика, что цели­
ком охватывала тело музыканта, возвышаясь еще над головой. Букцинатора -
так назывался играlQ­
щий на букцине -
можно было легко узнать по тяжелым ботфортам, положенным ему «штатным раописанием». Не будь их, музыкант не смог бы твердо стоять на ногах . .в средние века труба вместе с рогом поступила на гражданс~ую службу. Появились целые гильдии «городских рожечников и трубачей ратуши». Ста­
рейшим таким цехом музыкантов-свирельщиков считают венское братств.о св. Николая, существую­
щее уже 500 лет. Существовали и особые церемониальные инстру­
менты. Любопытен в этом смысле церемониал, от­
носящийся к государственной жизни Японии. В да­
лекие времена японские посланники, попав на первую аудиенцию к иностранным правителям, об­
ращались к ним не с речью, а с... пением. Таким образом, в Японии выражение «дипломатические ноты» имело буквальный смысл: документы не чи­
тались, но пелись. Что это было за пение? К со­
жалению, единственное, что мы можем предполо­
жить, -
это то, что мотивы ультиматума звучали не так, как мотивы поздравления или напев об оказании помощи. звуки, -
писёlли они в донесении в Лондон, -
от­
нюдь не лишены приятности и с успехом слагают­
ся в оркестр». В странах Западной Африки -
Гвинее, Габоне, Нигерии -
и сейчас существует традиция, соглас­
но которой каждый член семьи /iепременно дол­
жен владеть каким-либо музыкальным инструмен­
том. И если семья принадлежит к древнему роду, то, как реликвию, хранят они фамильную мелодию, сочиненную одним из предков и, конечно же, не­
похожую на мелодии других ceMei1. Известно еще, что «выходная ария» пщ:ла сопровождалась игрой на «трескучем гобое» -
на­
циональном японском инструменте, состоящем из морской раковины и мундштука наподобие кури­
тельной трубки. Или' тченге, многотрубном органе, изготовленном из тыквы. Так что на эту и без того нелегкую работу в Древней Японии подбирали людей с учетом не только дипломатических, но и вокальных данных. ИМПРОВИЗАТОР, ИСПОЛНИТЕЛЬ И ИНСТРУМЕНТОВ СОЗДАТЕЛЬ Традиции этой не одна тысяча лет. У музыкан­
тов древности был закон, по которому каждый обязан был сочинить свой собственный напев. Ис­
полнять чужую мелодию, особенно мелодию умер­
шего, считалось большим грехом. Они и первые сочинители-импровизаторы, и исполнители (кто ж, как не они?), и, конечно, мастера музыкальных ин­
струментов. И раз каждый должен иметь свою мелодию, то, разумеется, и инструмент, хотя бы по форме, не должен быть похож ни на какой иной. Разговор о фигуре самодеятельного музыканта, несомненно, интересен сам по себе. Причем нам не обязательно обращаться в этом случае к старо­
давним временам . .. .это было в 1816 году, когда члены английского посольства совершали поездку по Гане. Когда они приблизились к месту торжественной встречи с королем, картина, /iеожиданно открывшаяся их взорам, оказалась поистине поразительной: сотни оркестров, состоящих из самых различных, боль­
шей частью /iеизвеСТ/iЫХ гостям И/iструментов, гря­
нули приветствие. Время стандартизации еще не наступило, отсю­
да -
полная свобода выдумки и фантазии умель­
ца. Так появляются тростниковые трубки австра­
лийцев и свирели жителей Карпат, огромные, длин­
ные, сделанные из коры трубы тибетцев и ориги­
нальнейший африканский инструмент, выдолблен­
ный из бивня слона. УдивлеННЫЕ! дипломаты из CTpa/ibI Пёрселла и Бёрда внимательно осматривали эти, как они вы­
разились, «орудия ПО извле'чению музыки». «Их Загадочны и неповторимы мелодии-им'провизации первых музыкантов! В них хотелось выраf1ИТЬ все: шум леса и плеск воды, голоса птиц и рев уми­
рающего от копья охотника зверя. Иными СЛОВёlМИ, свою жизнь, В которую музыка входила естествен­
но и просто; жизнь, которую нельзя уже было представить без музыки. Так же, как нельзя пред­
ставить без нее сегодняшний день. В ПОИСКАХ ИСЧЕЗНУВШИХ ЗВУКОВ А
лександр Чумак ПОЛОЖИЛ на СТОЛ кипу старинных княг. На лице его было то выражение, которое делает похожими друг иа друга всех истии­
ных коллекционеров, когда им удается найти ЧТО~ТО новое для своего собра­
НИЯ. -
Здесь, -
раскрыл Чумак одну из КИIjГ, -
УПОМИ\lается о музыкаль­
НОМ инструменте, о котором пока мы ничего не знаем. Еще недавно считалось, что на УК­
раине существовало BC~ГO 6-8 народ­
ных инструментов. Сотрудники Ук­
раинского хорового общесте<,l решили провернть эти цифры. Поиск, Иачался с исследования библиотек и архивов, И оказалось, ЧТО на Украине сущест­
вовало. по крайней мере. в десять раз больше ииструмеНтов. чем пред­
полагалось. А если они были, значит, ОНИ могли сохраниться и ДО наших диеЙ. Так начался этот уникальный по­
иск -
ПОИСК исчезнувших звуков, Сейчас в храиилищах Украииского хорового общества собраио более 80 иародиыx инструмеитов. о суще­
ствовании которых еще вчера наука не ~нала, Мало того, оказалось, что некоторые из этих неизвестных ра­
нее инструментов ИЗГQТОВЛЯЮТ и сей­
час. В Верховиие. в одиом ИЗ сел. иа стене хаты рядом с кларнетом и ба­
солью," изготовленными хозяином, ис­
следователи увидели ДУХОIjОЙ инстру­
мен.т. сработаииый из вывериутой на­
изнанку шкуры козы, наП9_минающий шотландскую волынку. Было ВИДНО, что он изготовлен совсем недавно, И ЛЬВОВСКIjЙ собиратель иижеиер-химик Богдаи Михайлович Жиплинский два года ездил по всей Украиие. пока не отыскал в Киевском Qайоне Ивано­
Фраиковской области несколько сед. где и по сей день делают этот ин­
струмент, который называют «козой», или, иначе, «дудой». К:стати. иаходка украинской «дуды» подтвердила еще раз то положение, что любой иародный музыкальиый ииструмеит в основе своей -
про из­
водиое трудовой деятельности челове­
ка. Ведь не С Украины же завезли волынки ~ Пенинские горы и покрытые вереском долины Твида? I(онечно, нет. Просто и там. в Шотландии. и тут. в украинских l(арпатаJ5,:. люди :iани­
малие!. скотоводством. Одинаковый труд, и породил схожие инструменты. В Софийском соборе К:иева была ра'счищена одиа древняя -
ХI века­
фреска. На фреске -
человек в синей с розовой каймой рубахе держит в левоi\ руке какой-то струниый инстру, мент. А в правой руке у иего смычок, Значит, скрипка или какой-то ее далекнй предок была известиа в К:и~ евской Руси, по крайней мере, в ХI цке! Мало того. сам факт появ­
ления ее на фреске в стольном хра .. ме говорит о том, ЧТО уже в то время она была распространена повсеместно, по~ьзовалась всеиародной популярио· стью. Это уже было нечто иовое в истории культуры К:невской Руси -
до сих пор считалось, что так назы­
]jаемый «гудок». струииый нистру­
меит -
предок совремеииой скрипкц, появился иа Украиие ие ращ.ше XV века, а может быть, и того позд­
нее. ПРИlIОМНИЛИСЬ и слова известного арабского путешествеииика Х века. который. описывая похороны русича. заметнл, что в могилу вместе с ору­
жнем и заупокойиой утварью поло­
жили какой-то СТРУННрIЙ инструмент. Вот от 9ТОГО-ТО инструмента. что изображеи иа Софий~кой фреске. и ве­
дет. по-видимому, свою родословную знаМенитая украинская «кобза», полу­
чн:вшая затем имя «бандура», (Откуда пришло это иазвание на Украину. сказать пока трудио. Из-
вестно, что схожее по звучанию сло­
во. обозначающее музыкаЛЬНЬjЙ иист­
румент, известно было и известно сей­
час миогим иародам мира. Древие­
римский историк 11 века иашей эры Юлий Полукс. описывая одии трех­
струнный инструмент, говорит, что a~­
СИРИЙЦ:QI' называют его «пандора», у грузин есть инструмент «пандури». у сербов -
«паидура~. у болгар -
«паI-Jдзура». В в санскрите слово «баН,~а» имеет, среди других, и зна­
чение «музыка».) пока еще нельзя точно сказать, как видоизменялся этот древнейший из известных струнных музыкальных ук­
раинских инструмеитов. ио уже сей­
час ясно, что столь распространенная, любимая повсеместно на' Украине струнная музыка имеет Многовековые традиции. ндущие. по-видимому, еще со времрн Киевской Рvси. ГАРРИ ТАБАЧНИК 55 ИСТОРИЯ ЭТОЙ ИСТОРИИ 28 февраля 1955 года стало из-
вестно, что восемь членов экипажа эскадренного миноносца «Кальдас» военно-морского фло­
та Колумбии во время шторма в Карибском море упали за борт и пропали без вести. Судно вы­
шло из Мобила (США) после ка­
питального ремонта и направля­
лось в колумбийский порт Кар­
тахена, куда оно и прибыло точ­
но по расписанию через несколь­
ко часов после этой трагедии. Немедленно приступили к по­
искам потерпевших. В них уча-
с творчеством колумбийского писа­
теля Г. Г. Маркеса советские читатели знакомы по рассказам, опубликованным в И, б за 19б9 год и И, 11 за 1970 год журнала «Вокруг света», по роману «Сто лет одиночества» (<<Иностранная литература», 1970, И, б-8). 56 ствовали и военно-морские силы США, дислоцированные на Па­
намеком канале, в чьи функции входят военный контроль и дру­
гая «благотворительность» в юж­
ной части Карибского бассейна. Через четыре дня поиски пре­
кратились, и пропавших моряков официально объявили погибшими. Но вскоре один из них был найден полуживым на пустынной отмели на северном побережье Колумбии. Как выяснилось, он провел десять суток без еды и питья на дрейфующем плоту. Его звали Луис Алехандро Белас­
ко. В моей беседе с ним и бы­
ла воссоздана во всех подробно­
стях история этого несчастья. Ни Алехандро Беласко, ни я не предполагали, что наша по­
пытка восстановить во всех де­
талях подробности происшедше­
го станет причиной новых зло-
ключений, в результате которых карьера Алехандро Беласко по­
терпела крах, а мне чуть не при­
шлось расстаться с жизнью. Ко­
лумбия находилась тогда под властью генерала Густава Рохаса Пинилья, достопамятная деятель­
ность которого включает в себя два таких подвига, как убийство студентов в центре столицы, ко­
гда войска пулями разогнали мирную демонстрацию, и убий­
ство тайной полицией так и не установленного числа поклонни­
ков корриды, освистывавших во время этого зрелища дочь дикта­
тора. Печать была под строгой цензурой, и перед каждой оппо­
зиционно настроенной газетой ежедневно вставала задача найти какую-нибудь политически безо­
бидную, но интересную для чита­
телей тему. В газете «Эль Эспек­
тадор» ответственными за эту почетную работу были Гильермо Кано -
директор, Хосе Сальгар­
главный редактор, и я -
штат­
ный репортер. Среди нас не было никого старше тридцати лет. Когда Луис Алехандро Белас­
ко вдруг пришел к нам в редак­
цию и спросил, сколько мы мо­
жем заплатить ему за его рас­
сказ, мы встретили его без энту­
зиазма: интерес к этой истории уже иссяк. Военные власти на несколько недель запрятали его [3 носнно-морской госпиталь, и Допускались к нему только ре­
портеры, лояльные режиму. Из нелояльных лишь OAHO:llY удалось пробраться к нему, переодевшись врачом. Вся история, хотя кус­
ками, но многократно публико­
навшаяся, была искажена и по­
давалась в определенном освеще· нии, и похоже, что читатели бы­
ли уже по горло сыты этим ге­
роем, который теперь продавал свое имя для рекламирования ча­
сов -
ибо его часы ходили ис­
правно [3 ненастье, -
и ботинок, которые он не смог разодрать, когда пытался съесть их, и тому ПО.'Iобного. Его наградили орде­
ном и показали по телевидению как пример подрастающему по· колению; он выступал с патрио­
тическими речами по радио, разъ­
езжал по стране, встречаемый ц[3етами и музыкой, всюду под­
писывая автографы, и его цело­
вали королевы красоты. Он на­
жил даже небольшое состояние. 1уlы тоже долго искали встречи с НЮ1, но Теперь, когда он при­
шел сам, без приглашения, мы решили, что ничего нового он уже не скажет -
если не выду­
мает чего-нибудь ради денег -
и что власти наверняка дали ему определенные указания относи­
тельно его возможных выступле­
ний. Мы отказали ему. Но вдруг, сло[3но повинуясь какому-то голо­
су, Гильермо Кано догнал его на лестнице, принял предложение и поручил заняться им мне. Ока­
залось, что мне дали в руки бомбу замедленного действия. Первое, что меня поразило в этом плотном двадцатилетнем парне, похожем скорее на труба­
ча, нежели на героя отечества, так это его необыкновенный дар рассказчика, удивительная па­
мять и умение обобщать. И он был в состоянии подшучивать над своим геройством. По шесть часов ежедневно в течение два­
дцати дней мы беседовали с ним. Я вел запись беседы и задавал Лужу Алехандро вопросы, по· строенные так, чтобы поймать его Н8 противоречиях, если они появятся в его рассказе, и нам удалось создать «густое» И прав­
дивое повествование о его деся­
тидневном дрейфе в открытом море. Рассказывал он так подроб­
но и захватывающе, что мне как писателю оставалось одно -
по­
желать, чтобы читатели повери­
ли его рассказу. Не только по­
этому, но также потому, что это было справедливо, мы решили написать рассказ от первого лица и подписать его именем. Лишь теперь, в этом новом издании, повесть связана с моим именем. Еще более приятный сюрприз ждал меня на четвертый день работы, когда я попросил Але­
хандро Беласко описать шторм, приведший к несчастью. Пре­
красно сознавая всю важность того, что собирался заявить, он ответил с улыбкой: «Да никако­
го шторма и не было». Действи­
тельно, метеорологическая служ­
ба подтвердила, что этот февра.1Ь на Карибском море был обыч­
ным -
тихим и безоблачным. Истина, нигде еще не опублико­
ванная, заключалась в том, что судно дало внезапный крен на подветренный борт, и плохо за­
крепленный на палубе груз со­
скользнул в море и увлек с со­
бой восемь моряков. Обнаружи­
вались три недопустимые вещи: во-первых, был нарушен запрет перевозить на военных судах ка­
кие-либо грузы; во-вторых, имен­
но из·за своей перегруженности судно не смогло маневрировать, чтобы спасти людей; в-третьих, груз был контрабандного харак­
тера: холодильники, телевизоры, стиральные машины. Стало ясно: рассказ, подобно эсминцу, отяго­
щен плохо закрепленным полити­
ческим и моральным грузом, о существовании которого мы не подозревали. Вся история, разделенная на эпизоды, была опубликована в четырнадцати номерах газеты. Само правительство благослови­
ло вначале литературный дебют своего героя. Позже, когда уже всплыла истина, было бы поли­
тически глупо запретить публи­
кацию последующих глав. Тираж газеты почти удвоился, и около здания редакции толпились лю­
ди, которые, чтобы иметь рас­
сказ моряка полностью, покупали прошлые номера. Военная дикта­
тура, следуя традиции всех ко­
лумбийских правительств, реши­
ла поправить правду риторикой: власти выступили с заявлением, в котором торжественно опровер­
гались данные о перевозке эс­
минцем контрабандных товаров. Изыскивая способ обосновать на­
ши обвинения, мы попросили у АлехандроБеласко список то­
варищей по команде, у которых были фотоаппараты. Хия мно­
гие из них были в отпуске и на­
ходились в самых различных уголках страны, нам удалось най­
ти всех и купить у них фотогра­
фии, сделанные ими во время по­
следнего плавания. Через неделю после опубликования повести ча­
стями она вышла в специальном приложении целиком, иллюстри­
рованная фотографиями, приобре­
тенными у моряков. На втором плане групповых' фотографий, сделанных в открытом море, бы­
ли хорошо видны -
вплоть до фабричных марок -
ящики с контрабандным товаром. Дикта­
тура ответила на этот удар целым рядом репрессивных мер, завершившихся несколько меся­
цев спустя закрытием газеты. Несмотря на давление, угрозы и самые соблазнительные посу­
лы, Луис Алехандро Беласко не отказался ни от одной строки своего рассказа. Он вынужден был оставить службу на флоте (все, что он умел делать) и вско­
ре был позабыт и затерялся в житейском море. Не прошло и двух лет, как диктатура пала и Колумбия оказалась . во власти иных режимов, выступавших под новой вывеской, но ненамного бо­
лее справедливых. Для меня же началась в Париже жизнь бродя­
ги-изгнанника, временами тоску­
ющего по родине, подобная жиз­
ни на плоту в открытом море. Долгое время никто не знал, что стало с злополучным героем, и только несколько месяцев тому назад один журналист случай­
но обнаружил его: Луис Алехан­
дро Беласко сидел за контор­
ским столом какой-то автобусной компании. Я видел его фотогра­
фии -
он отяжелел и постарел, и чувствуется, что жизнь заце­
пила его глубоко, но оставила ему спокойствие героя, имевшего мужество взорвать собственную статую. За прошедшие пятнадцать лет я не перечитал эту повесть ни разу. Я считаю ее вполне достой­
ной публикации, хотя не вполне понимаю, с какой целью надо это сделать. Меня угнетает мысль, что издателей интересуют не столько достоинства произве­
дения, сколько имя, каким оно подписано, а в данном случае, к моему большому сожалению, это имя модного сейчас писателя. К счастью, есть книги, которые принадлежат не тем, кто их напи· 57 с!!л, а тем, кто пережил написан­
ное. Эта книга относится к их числу, и, следовательно, автор­
ские права принадлежат тому,' кто их заслужил: моему безве­
стному соотечественнику, которо­
му пришлось прожить на плоту десять 'дней без еды и питья, что­
бы стало возможным появление этой книги. КАКИМИ БЫЛИ МОИ ТОВАРИЩИ, ПОГИБШИЕ В МОРЕ 22 февраля нам объявили, что скоро мы возвращаемся в Ко­
лумбию. Целых восемь месяцев пробыли мы в Мобиле, штат Ала­
бама, пока обновлялись вооруже­
ние и электронная аппаратура нашего эскадренного миноносца «Кальдас». Одновременно мы, члены команды, получали специ­
альный инструктаж, а свободное время проводили как все моряки на свете: ходили в кино со сво­
ими подружками, собирались в таверне «Джо Палука» и пили там виски, а иногда и сканда­
лили. Мою девушку звали Мэри Эд­
дрес. Хотя испанскjl.Й ей давался легко, она, кажется, так и не по­
няла, почему мои товарищи зва­
ли ее Мариа Диресьон 1. КаждЫЙ раз, как мне давали увольнитель­
ную, я ходил с ней в кино, но она больше любила мороженое. Только однажды 11 пошел в кино без Мэри -
в тот вечер, когда мы смотрели «Мятеж на «КаЙне». Кому-то из моих при­
ятелей ска~али, что .это интерес­
ный фильм из жизни военных мо­
ряков, поэтому мы и пошли. Но больше всего нас взволновал шторм, а не события на тральщи­
ке. Все мы согласились, что в та­
кую бурю есть один выход -:-
изменить курс, что и было сдела­
но мятежниками. Однако никто из нас в такой шторм еще не по­
падал, поэтому картина шторма больше всего взволновала нас в фильме. Когда мы возвраща­
лись на корабль, матрос Диего Веласкес, на которого фильм про­
извел очень сильное впечатление, сказал: «А что, если и с нами случится что-нибудь подобное?» Признаюсь, фильм и на меня произвел впечатление. За восемь месяцев я совсем отвык от моря. Не то чтобы я очень боялся: нас учили, что. нужно делать для спа­
сения своей жизни в случае бед­
cTBия на море. И все-таки в тот 1 По-испанс:ки -
«адрес» (direction). 58 вечер после фильма я испытывал какое-то. странное беспокойство. Не хочу утверждать, что уже предчувствовал катастрофу, но верно одно: никогда раньше пред­
стоящее плавание не нщ;оняло на меня такого страха. В Бого­
те, когда еще мальчиком я видел мо.ре в книжных иллюстрациях, мне и в голову не приходило, что кто-то может погибнуть на море. Наоборот, я питал к морю большое доверие. И за время, что я служил на флоте, я ни ра­
зу не испытывал беспокойства. И все же мне не стыдно при­
знаться, что я, когда посмотрел фильм «Мятеж на «Кайне», по­
чувствовал что-то очень похожее на страх. Лежа на своей койке­
самой верхней, я думал о род­
ном доме, о пред стоящем рейсе и не мог эаСIJУТЬ. Подложив ру­
ки под голову, я слушал слабый шум моря и спокойное дыхание сорока моряков. Подо мной бы­
ла КОЙlР Луиса Ренхифо, он хра­
пел, точно дул в тромбон. Не знаю, какие он видел сны, но уверен, что он не опал бы так безмятежно, если бы мог предви­
деть, что через восемь дней будет лежать мертвым на дне моря. Беспокойство не оставляло ме­
ня всю неделю. День отплытия быстро приближался, и я ИСj{ал уверенности в разговорах с при­
ятелями. Эсминец «КаЛЬД!lС» сто­
ял готовый к отплытию. Мы все чаще говорили о Колумбии, о родном доме, о наших планах. Мало-помалу j{орабль нагружался подарками для наших семей: в OCHOBHOl':l холодильниками, ра­
диоприемниками, стиральньiМи машинами и электроплитами. Я купил радиоприемник. Я никак не мог отделаться от тревоги и твердо решил: как только попаду в Картахену, сра­
зу попрошу отчислить меня из флота. Я не хотел больше под­
вергать свою жизнь опасности. В ночь перед отплытием я пошел проститься с Мэри, думая расска­
зать ей заодно о моих опасениях и о принятом решении, но ничего не сказал: я. ведь обещал ей вернуться в Мобил. Единствен­
ным, кому я рассказал о своем решении, был мОЙ друг старший матрос Рамон Эррера. ОН при­
знался мне, что тоже решил оста­
вить службу на флоте, как толь­
ко прибудет в Картахену. Мы с ним, да еще с Диего Веласке­
сом, отправились в таверну «Джо Палука» выпить на прощанье виски. Ду,мали пропустить по стаканчику, но выпили пять бу-
тылок. Наши подруги тоже ре­
шили напиться и поплакать в знак благодарности. Руководи­
тель оркестра, человек с серьез­
ным лицом, в очках, и .совсем не похожий на музыканта, исполнил в нашу честь несколько танго и мамбо, считая, что это колумбий­
ская музыка. В ту последнюю неделю нам выдали тройное жа­
лованье, и мы !Jешили гульнуть так, чтоб чертям тошно стало. Мне хотелось напиться, чтобы заглушить свое беспокойство, а Рамону Эррере -
просто по­
тому, что он был родом из Архо­
ны И весельчак, хорошо играл на барабане и ловко подражал всем модным певцам. Незадолго до нашего ухода из. таверны к нам подошел амери­
канский моряк и попросил у Ра­
мона Эрреры разрешения потан­
цевать с его подругой -
огром­
ной блондинкой, которая меньше всех пила и больше всех плака­
ла (и, надо сказать, совершенно искренне!). Американец попросил по-английски, и Рамон с силой оттолкнул его и сказал по-испан­
ски: «Ни черта не понимаю!» Это была одна из лучших драк в Мобиле, с поломанными стульямц, радиопатрулями, поли­
цейскими -
все как полагается. Рамон Эррера, которому удалось­
таки разделать американца как· следует, вернулся на корабль к часу ночи, громко распевая песни в стиле Даниэля Сантоса. Он заявил, что плывет на эсмин­
це в последний раз. Так оно и вышло ... 24 февраля в трц часа утра эскадренный миноносец «Каль­
дас» вышел из Мобила и взял курс на Картахену. Всех охва­
тила радость в предвидении ско­
рого возвращения. Старшина Ми­
гель Ортега был особенно весел. Едва ли можно было сыскать на свете моряка благоразумней, чем старшина Мигель Ортега. За все восемь месяцев пребывания в Мо­
бил е он не прокутилни единого доллара. Все деньги он потратил на подарки жене, ожидавшей его в Картахене. В то утро, когда мы готовились к отплытию, старши­
на Мигель Ортега стоял на мо­
стике и говорил, как обычно, о своей ж·ене и детях -
ни о чем другом он никогда не говорил. Он вез домой холодильник, сти­
ральную машину, радиоприемник и электроплиту. Двенадцать часов спустя Мигель Ортега лежал на своей койке, умирая от морской болезни, а еше через девяносто ча­
сов он лежал по-настоящему мертвый на дне моря. ПРИГЛАШЕННЫЕ СМЕРТЬЮ Когда судно отчаливает, раз­
дается команда: «Все по ме­
стам!» Каждый остается на своем посту, пока корабль не выйдет из залива в открытое море. Я молча стоял на своем месте у торпедных <lппа.ратов и смот­
рел на таявшие в тумане огни Мобила. Я не думал о Мэри. Я думал о морской пучине, о том, что на следующий день мы будем в Мексиканском зали­
jJe, а в такое время года это опааное место. До самого рас­
света я не видел капитан-лейте­
нанта Хайме, Мартинеса Диего -
единственного офицера, погибше-
го при несчастье. Это был высо­
кий, крепкий и молчаливый чело­
В('1{, с которым Я редко встречал­
С51 Знал тот."-'>. что он родом из Толимы И СЛЫJН отличным чело­
веком. Зато я видел второго боцмана, высокого и ПОДТЯlнутого Амадора КарабалЬQ. Он прошел мимо, взглянул на ИСЧf'зающие огни Мобила и снова вернулся на свое место. Никто из экипажа не радовал­
ся возвращению так шумно, как старший механик Элиас Сабо­
галь. Это был настоящий мор­
ской волк, небольшого роста, плотный, загорелый и большой любитель поговорить. Ему было лет сорок, и думаю, что б6льшую их часть он провел в разговорах. Теперь у Сабогаля была особая причина для ликования: в Кар-
тахене его ждали жена и шесте­
ро детей, но он знал тодько пя­
терых, потому что последний ро­
дился, кuгда мы были в Мобиле. . До самого рассвета все про­
текало совершенно спокойно. Понадобился час, чтобы я онова свыкся с плаванием на корабле. Огни Мобила .растаяли в мяг­
ком тумане ясного утра, и на во­
стоке показалось солнце. Беспо· койство мое прошло, теперь я чувствовал только усталость. Давали себя знать ночь, прове­
денная без сна, и выпитое jJИСКИ. В шесть утра мы вышли Т1' 01'-
'крытое море, и раздалась кочан­
да: «В('(''.1 отбой, вахтенны' по местам». Я сразу lJ(,шеJ1 Рисунки В. ВАК ИДИ НА в куб~ик. Луис Ренхифо сидел на коике и протирал глаза, ста­
раясь окончательно прогнать сон. -
Где мы плывем? -
спросил меня Луие Ренхифо. Я ответил, что мы только что вышли в от­
к'рытое море, а потом взобрался на свою койку и попытался за­
снуть. Луис Ренхифо был стопроцент­
ным моряком. Он родился в Чо­
ко, далеко от моря, но море бы­
ло его призванием. Когда «Каль­
дас» стал на ремонт в Мобиле, Луис Ренхифо еще не был чле­
ном нашей команды. Он жил в Вашингтоне и слушал курс лек­
ций по оружейному делу. Это был серьезный, трудолюбивый парень, и по-английски он гово­
рил не хуже, чем по-испански. Он женился в Вашингтоне на девушке из Санто-Доминг(), по лучил диплом инженера и, когда ремонт эсминца «Кальдас» был закончен, приехал в Мобил и был зачислен в команду. Незадолго до отплытия он говорил мне, что, как только прибудет в Кодумбию, первым делом займется переез­
дом жены из Вашингтона в Кар­
тахену. Так как Луис Ренхифо давно не плавал, я был уверен, что его укачает. В то первое утро нашего путешествия он спросид меня: -
Тебя еще не укачадо? Я отве11ИЛ, что еще нет. Тогда он сказал: -
Через два-три часа у тебя вывадится язык. -
Посмотрим, у кого раньше,­
скаЗi\Л я. И он ответил: -
Скорее море укачает себя, чем укачает меня. Я лежал на койке и старадся заснуть. И опять вспомнил о щторме, и снова ожили страхи прошедшей ночи. Я повернулся к Луису Рен~ифо, уже совсем одетому, и сказал: -
СМОl1РИ, как бы твой язык не наказал тебя. ПОСЛЕДНИЕ МИНУТЫ МОЕГО ПРЕБblВАНИЯ НА БОРТУ ЭСМИНЦА «Мы уже в МеJ<jсиканском за­
ливе», -
сказал мне один из моряков, когда 26 февраля я по­
шел завтракать. Накануне я с беспокойством думал о погоде в заливе. Но эсминец, хотя его и покачивало, мягко скользил по воде. Я с облегчением подумал, что мои страхи неосновательны, и вышел на палубу. Вокруг бы­
ЛИ только зеленое море да си­
нее небо. На полубаке сидел Ми­
гель Ортега, бдедIНЫЙ, совсем ослабший, и боролся с приступа­
ми морской бодезни. Она нача­
лась у него раньше, когда еще были видны огни Мобила. Теперь он даже не мог стоять на но­
гах, а ведь он не бьm нович­
ком на море. Мигель Ортега плавал в Корею на фрегате «Ад.мирад Падидья», много путе­
шепвовал и давно сроднился с морем. И вот, несмотря на спо­
койствие в заливе, он не мог без посторонней помощи нести вахту. Он был похож на умирающего, желудок его не принимал ника­
кой пищи, и товарищи по вахте сажа.~И его на корме или на по­
дубаке, а с концом вахты отво­
дили его в кубрик. 59 Кажется, это Рамон Эррера сказал мне поздно вечером 26-го, что на Карибском море нам при­
дется туго. По нашим расчетам, мы должны были миновать Мек­
сиканский залив после полуночи. Стоя на вахте у торпедных аппа­
ратов, я предвкушал минуту, когда мы окажемся в Картахене, и заранее радовался. Ночь была ясная, и высокое круглое небо было густо усеяно звездами. На флоте меня потянуло к изу­
чению карты неба,. и теперь я с у довольствием искал со­
звездия и вспоминал названия звезд. Думаю, что старый моряк, ис­
колесивший весь свет, может по одной только качке корабля определить, в каком море он плы­
вет. Мой собственный опыт под­
сказал мне, что мы уже в Ка­
рибском море -
именно здесь началась моя служба на флоте. Помню, я взглянул на часы: бы­
ла 31 минута первого 27 февра­
ля. Если бы и не качало так сильно, я все равно узнал бы Карибское море. Но качало сильно. Обычно я хорошо пере­
ношу качку, но тогда что-то за­
беспокоился. Меня охватило странное предчувствие, и, неизве­
стно почему, я представил себе Мигеля Ортегу там, на койке внизу, мучающимся от приступов тошноты. В шесть утра волны качали эс­
минец как скорлупу. Луис Ренхи­
фо не спал. -
Толстяк, -
спросил он ме-' ня, -
тебя еще не укачало? Я ответил, что нет, но поде­
лился, с ним своими опасениями. Ренхифо -
а он, как я уже ска­
зал, был инженером, серьезным, трудолюбивым человеком и хоро­
шим моряком -
подробно объ­
яснил, почему с эсминцем в Ка­
рибском море не может случить­
ся ничего серьезного. «Это быва­
лый корабль», -
сказал он и 'напомнил, что во время войны в этих самых водах «Кальдас» потопил немецкую подводную лодку. НАЧИНАЕТСЯ ПЛЯСКА Настоящая пляска началась в десять часов вечера. В течение всего дня «Кальдас» сильно Кl1-
чало, но не так, как в этот вечер 27 февраля. Я лежал без сна и с ужасом думал о тех, кто стоит на вахте. Я знал, что никто из моряков, лежащих на койках, не спит. Около полуночи я сказал Луису Ренхифо: 60 -
Тебя еще не укачало? Он не потерял чувства юмора и ответил: -
Я же сказал тебе, что море скорее укачает себя, чем укача­
ет 'меня. Он едва успел закончить фра­
зу,которую так любил повто­
рять. Я уже говорил, что был встре­
вожен, что чувствовал что-то по­
хожее на страх. Когда же в пол­
ночь из громкоговорителей раз­
далась команда: «Всем стать на правый борт», -
я впервые 33 два года плавания на эсминце испытал настоящий страх перед морем. Я знал, что означала эта команда: судно дает сильный крен на левый борт и надо по­
пытаться хоть слегка BЫPOBHfl'!ГЬ его нашим весом. Наверху, где промокшие до нитки люди на вахте дрожали от холода, сви­
стел ветер. Я быстро вскочил с постели. Луис Ренхифо не спе­
ша встал на ноги и пошел к сво­
бодной койке по левому борту. Я вспомнил о Мигеле Ортеге. Мигель Ортега не мог двигать­
ся. Услышав команду, попытался встать, но тут же свалился. Я помог ему перебраться на дру­
гую койку. Слабым голосом он сказал, что чувствует себя очень плохо. -
Ничего, мы попросим, чтобы тебя осво'бодили от вахты, -
сказал я. Легко рассуждать теперь, но, если бы Мигель Ортега остался лежать на койке, он не был бы сейчас мертв. Так и не поопав, я и еще пя­
теро вахтенных в четыре часа утра 28 февраля собрались на корме. В пять тридцать я взял с собой юнгу и пошел осматри­
вать днище корабля. В восемь я без всяких происшествий сдал свою последнюю вахту. А ветер все крепчал, волны вздымались все выше и разбивались о мос­
тик, заливая 'всю палубу. Со мной на корме находился Рамон Эррера. Был там и Луис Ренхифо -
в наушниках, как член спасательной команды. На полубаке, где меньше чув­
ствуется качка, сидел Мигель Ор­
тега, по-прежнему изнемогая от своей болезни. Я поговорил не­
много с кладовщиком Эдуардо Кастильо -
это был холостой и очень сдержанный парень родом из Боготы, не помню, о чем мы говорили с ним, но помню, что снова я увидел его несколько ча­
сов спустя, когда он уже тонул в море. Рамон Эррера собирал листы упаковочного картона, что­
бы накрыться ими и попытаться заснуть, -
в спальном салоне спать было неВОЗМОЖllО, и мы устроились среди ЯЩИiюв с холо­
дильниками, электроплитами и стиральными машинами, чтобы волна не смыла нас за борт. Я лежал на спине, смотрел на небо и чувствовал себя спокой­
нее и увереннее, счнтая, что че­
рез несколько часов мы будем в Картахене. Шторма как тако­
вого не было -только волнение. День был совершенно безоблач­
ный, воздух прозрачный, а небо ярко-синее. После дежурства и ногам ста,'10 легче: я снял жав­
шне ботинки н надел туфли на каучуке. МИНУТА БЕЗМОЛВИЯ Луис Ренхифо спросил меня, который час. Было половина де­
вятого. Вот уже час, как корабль глубоко зарывается в волну и опасно ложится на левый борт. Из громкоговорителей раздалась команда: «Всем стать на правый борт». Ни Рамон, ни я не двину­
лнсь с места: мы и так лежали на правом борту. В ту же мину­
ту корабль дал страшный крен и провалился в водяную яму. У меня перехватило дыхание. Огромная B~MHa с грохотом разби­
лась над нами и окатила с голо­
вы до ног. Медленно, тяжело раскачиваясь, эсминец выпрямил­
ся. Луис Ренхифо слегка поблед­
нел. Он сказал нервозно: -
Что за черт! Это судно лю­
бит нырять и не хочет выныри­
вать! Я впервые видел Луиса Рен­
хифо встревоженным. Рамон Эр­
рера лежал рядом со мной, ле­
жал задумавшись. Какvю-то ми­
нуту все молчали. Потом Рамон Эррера сказал: -
Как только прикажут ру­
бить канаты и сбрасывать груз в воду, я начну первым. Восемь часов сорок пять минут. Эсминец продолжал бороться с волнами, но его все сильнее втягивало в пучину. Рамон Эрре­
ра подтащил большой брезент, и мы накрылись. Новая волна, еще больше прежней,взметнулась над палубой, и я закрыл голову руками. Волна прошла. Загудели громкоговорители, и я подумал: '«Сейчас прикажут рубить кана­
ты». Но послышалась другая команда -
спокойный и уверен­
ный голос сказал: «Всем, кто на палубе, надеть спасательные пояса». Луис Ренхифо взял наушнИIШ в левую руку, а правой не спеша надел спасательный пояс. Как бы­
вало после удара каждой боль­
шой волны, я сначала ощутил как бы пустоту внутри себя, а затем глубокую тишину. Я уви­
дел, как Луис Ренхифо снова надел наушники. Тут я закрыл глаза и явственно услышал ти­
канье своих часов. Я слушал часы приблизительно с минуту. Рамон Эррера лежал неподвиж­
но. «Сейчас, наверно, без десяти девять, а еще через шесть часов мы будем в Картахене», -
по­
думал я. В следующую секунду корабль. словно повис в воздухе. Я высунул руку из-под брезента, чтобы взглянуть на часы, но не успел увидеть ни часов, ни руки. Я и волны не увидел, только по­
чувствовал, что палуба подо мной куда-то проваливается, а ящики с грузом двигаются. Я мгновен­
но вскочил на ноги и оказался по шею в воде. На короткий миг увидел перед собой позеленевшее л!що Луиса Ренхифо с вытара­
щенными глазами. Он держал на­
ушники в вытянутой руке и пы­
тался выбраться из воды. Тут вода накрыла меня с головой, и я начал грести руками кверху. Секунду, две, три я все выгребал кверху, стараясь всплыть. Я за­
дыхался. Искал руками ящики, но кругом была только вода. Когда я наконец вынырнул, я не увидел ничего, кроме моря. Но через секунду, метрах в ста от меня, среди волн возник наш корабль. С него, точно с подвод­
ной лодки, потоками стекала во­
да. Только тогда я окончательно понял, что меня смыло волной. ЧЕТВЕРО МОИХ ТОВАРИЩЕЙ ТОНУТ У МЕНЯ НА ГЛАЗАХ Вначале мне показалось, что я один среди моря. Держась на воде, я увидел издали, как еще одна волна захлестнула корабль, и он, ринувшись в глубокую про­
пасть, исчез. Я подумал тогда, что он пошел ко дну. И вскоре, как бы в подтверждение этому, вокруг появилось множество ящи­
ков с эсминца. Они качались на волнах в беспорядочном танце. Я не мог сообразить, что проис­
ходит. Ошеломленный, я ухва­
тился за один из ящиков и стал отупело разглядывать море. День был очень ясный. Кроме больших волн и разбросанных повсюду ящиков с товарами, ничто не го­
ворило о случившейся трагедии. Вдруг я услышал вблизи чьи-то крики. Сквозь пронзительный вой ветра я безошибочно узнал голос Хулио Амадора Карабальо, высо­
кого и статного механика: -
Держись тут, за пояс! .. Я будто проснулся от глубоко­
го сна, длившегося минуту. Я был не один на море: там, в нескольких метрах от меня, слы­
шались голоса моих товарищей. Моя голова лихорадочно зарабо­
тала. Куда-то плыть бессмыслен­
но: мы в двухстах милях от бе­
рега, и я совсем утратнл чувство ориентации. И все же я еще не испытывал особого страха. Я по­
думал, что вполне могу дождать­
ся помощи, держась за ящик. Меня успокаивало и то, что ря­
дом со мной в тех же условиях находятся и другие моряки. И тут я увидел плот -
точнее, два спасательных плота метрах в семи один от другого. Они по­
явились неожиданно на гребне волны с той стороны, откуда до­
носились крики моих товарищей. Меня удивило, что никто из них не взобрался на плот. В следую­
щую секунду один из плотов ис­
чез. Я был в нерешительности, не зная, что делать -
попытать­
ся ли догнать вплавь оставшийся плот или не рисковать и держать­
ся за ящик. Но, еще не успев принять сознательное решение, я уже плыл к плоту. Плыл я ми­
нуты три. На какое-то время я потерял плот из виду, но старал­
ся держаться взятого направле­
ния. Внезапно плот Подскочил на волне и очутился рядом со мной. Я вцепился в пеньковую сеть и после нескольких попыток, уже совсем обессилевший, забрался на него. С трудом удерживая под бешеными порывами ветра рав­
новесие, я выпрямился и увидел своих товарищей: они плыли к плоту. Я сразу узнал их. Заведующий складом Эдуардо Кастильо ухва­
тился за шею Хулио Амадора Карабальо, который на эсминце стоял на вахте и потому надел спасательный пояс. Он кричал те­
перь: «Держись крепче, Ка­
стильо!» Они были метрах в де­
сяти от меня, среди плывущих ящиков с товарами. По другую сторону плыл Луис Ренхифо. Он снял с себя рубаш­
ку, чтобы легче было плыть, но при этом потерял спасательный пояс. Даже не видя его, я все равно. узнал бы его по голосу. Он кричал мне: Толстяк, греби сюда! Я схватил весла и попытался подгрести к товарищам. Хулио Амадор и Эдуардо Кастильо при­
ближались к плоту. Далеко по­
зади них, маленький и отчаяв­
шийся, виднелся четвертыij: из мо­
их товарищей Рамон Эррера. Он держался за ящик и махал мне рукой. Если бы мне пришлось решать, кого спасать первым, я был бы в затруднении. Но, увидев Ра·· мона Эрреру -
того самого, что устроил скандал в Мобиле, весе­
лого парня из Архоны, который несколько минут назад лежал рядом со мной на корме, -
я, не раздумывая, судорожно начал грести к нему. Но плот был очень тяжелый, плохо двигался в раз­
бушевавшемся море, и грести, кроме того, надо было против ветра. Едва ли мне удалось про­
двинуться больше чем на метр. В отчаянии я снова огляделся вокруг. Рамона Эрреры на по­
верхности моря уже не было. Луис Ренхифо уверенно при­
ближался к плоту. Я не сомне­
вался, что он доплывет. Я не раз слышал его громкий, похожий на звук тромбона храп под моею койкой и считал, что спокойствие этого человека окажется сильнее моря. Хулио Амадор все возился с Эдуардо Кастильо, который, ка­
залось, вот-вот отпустит его шею. Они были уже в каких· нибудь трех метрах от плота. Я думал: пусть приблизятся еще немного, и я протяну им весло, но тут плот подбросило вверх на гигант­
ской волне, и я увидел с высоко­
го гребня мачту удаляющегося эсминца. Когда плот опустился, Хулио Амадор уже исчез вместе с Эдуардо Кастильо. Только Лу­
ис Ренхифо спокойно плыл к пло­
ту. Он был уже в двух метрах от меня. Не понимаю, как мог я сделать такую глупосты зная, что грести бесполезно, я сунул весло вертикально в воду, желая остановить плот, пригвоздить его к месту. Луис Ренхифо, уже за­
дыхаясь, остановился на секунду, поднял руку -
как на эсминце, когда держал наушники, -
и еще раз крикнул: -
Греби сюда, толстяк! Ветер дул от него мне в лицо. Я крикнул, что не могу грести против ветра, что ему надо сде­
лать последнее усилие, но думаю, что он меня не услышал. Ящиков уже не было видно, и волны бросали плот из стороны в сто­
рону. Был момент, когда плот отскочил от Ренхифо метров на семь, и я потерял его из виду. 61 Бскоре он появился в другом ме­
сте, все еще не потерявший на­
дежды. Он нырял, стараясь про­
бить волну и не дать ей унести его. Я стоял с веслом в руках, готовый протянуть его, когда Ренхифо приблизится. И тут Я заметил, что он обессилел и в от­
чаянии. Он крикнул снова, уже едва держась на поверхности: Толстяк!.. Толстяк! .. Я принялся грести, но усилия мои были напрасны; попытался дотянуться до него веслом, но его поднятая рука, та самая, ко­
торая всего за несколько минут до этого пыталась уберечь науш­
ники от воды, навсегда ушла под воду в двух метрах от протяну­
того весла. Трудно сказать, сколько време­
ни простоял я, балансируя на зыбком плоту. Я всматривался в морские волны,- ждал, что вот-вот кто-нибудь выплывет на поверх­
ность. Но море было пустынным, и только ветер с остервенением трепал мою рубашку, завывая как бездомный пес. Бдалеке за­
маячила мачта эсминца «К:аль­
дас». «Не утонул», -
подумал я, и на душе у меня 'стало спокой­
ней: я решил, что за мной скоро приплывут. Я думал также, что кто-нибудь из моих товарищей по несчаСТЬJQ мог добраться до второго плота. Б этом не было ничего неRероятного. Плоты ;JТИ, правда, не были оснащены, но их было шесть на эсминце, кро­
ме шлюпок и вельботов. К:ТО-ТО мог доплыть до других плотов, думал я, и эсминец, возможно, ищет нас. Бдруг я обратил внимание на солнце -
жаркое утреннее солн­
це с каким-то металлическим блеском. Бсе еще не вполне оправившись от потрясения, я взглянул на часы. Было девять часов ровно. Мне казалось, что -прошло уже много времени с той минуты, как случилось несчастье, но на самом деле, с тех пор как я смотрел на часы последний раз, еще на эс­
минце, и до того момента, когда я уже остался один на плоту -
стоял в оцепенении, слушая прон­
зительный вой ветра, -
прошло всего десять минут. Я подумал, что придется ждать два или три часа, прежде чем ко мие придет помощь. «Два или три часа», -
подумал я, и мне -показалось, что время это слишком велико, что­
бы можно было провести его од­
ному в пустыне моря. Есть и 62 пить было нечего, и я представил себе, что к полудню жажда сде­
лается невыносимой. Но я решил не отчаиваться. Солнце начина­
ло обжигать стяиутую морской солью сухую кожу. Фуражку я потерял при падении, и сейчас, смочив голову, я сел на широкий борт плота и стал ждать. Только тогда я почувствовал боль в правом колене. Жесткие форменные брюки намокли, и мне стоило нем алых усилий подвер­
нуть их повыше. К:огда колено обнажилось, меня передернуло: под коленной чашечкой ЗИЯЛ/l глубокая рана в форме полуме­
сяца. Не знаю, ударился ли я об обшивку корабля или о ящик, ко­
гда падал в воду. Помню только, что боль я почувствовал, когда уже сидел на плоту, и, хотя ра­
на слегка горела, она была со­
вершенно 'сухая -
наверно, от морской соли. Не зная, чем за­
няться, я прои~вел инвентариза­
цию наличных вещей. Я хотел знать, чем располагаю, оставшись в одиночестве посреди моря. Бо­
первых, у меня были часы. Они шли нормально, и я не мог удер­
жаться, чтобы не смотреть на них каЖ;J.ые две-три минуты. Еще было золотое кольцо, куп­
ленное в прошлом году в К:арта­
хене, и медальон на цепочке с девой Марией дель К:армен, купленный у другого моряка за 35 песо. Б карманах оказались только ключи от моего шкафчи­
ка на эсминце и три рекламных проспекта одного из мобилских магазинов. Их дали мне, когда мы с Мэри Эддрес что-то там по­
купали. Чтобы убить время, я стал читать эти проспекты. Не знаю почему, но я представил себе, что это зашифрованное письмо из тех, что запечатывают в бутылку и бросают в море, ко­
гда терпят кораблекрушение. И думаю, что, окажись в это вре­
мя у меня бутылка, я бы сунул в нее один из этих проспектов, чтобы поиграть в Робинзона и потом иметь возможность расска­
зать моим приятелям что-то за­
бавное. К: двум часам ;;,::" ветер стих. Так как вокруг простирались только водная гладь да чистое небо и ориентироваться было не на что, то прошло более двух часов, прежде' чем я почувство­
вал, что плот движется. Но плот, конечно, с самого начала двигал­
ся по прямой, подгоняемый вет­
ром, и с такой скоростью, что в .безветрии с помощью весел я бы двигался медленнее. Однако у ме­
ня не было никакого представле­
ния о том, куда я плыву -
к бе­
регу или от берега. Последнее казалось мне более вероятным, ибо я считал, что море никогда не выбросит на берег что-нибудь оказавшееся за 200 миль от зем­
ли и тем более человека на тяже­
лом плоту. Первые два часа я пытался рассчитать в уме воз­
можно точнее путь эсминца. Я решил, что если с эсминца те­
леграфировали в К:артахену, то дали точные 'координаты места катастрофы и оттуда уже посла­
ли самолеты и вертолеты, чтобы спасти потерпевших бедствие. Я прикинул, что через два часа они уже будут кружиться над моей головой. Ровно в 12 часов дня я сел на борт плота и стал внимательно всматриваться в го­
ризонт. Я снял весла и положил их на середину плота, чтобы бы­
стрее приспособить их как по­
требуется, когда появятся само­
леты. Потекли долгие и напря­
женные минуты. Солнце обжига­
ло лицо и плечи, губы горели от морской соли. Но ни голода, ни жажды я не чувствовал. Мне нужно было только одно -
по­
скорее увидеть самолеты. Я уже все обдумал: как только они по­
явятся, я налажу весла и начну грести по направлению к ним, а когда они будут надо мной -
встану на ноги и начну махать рубашкой. Чтобы быть совсем готовым,, чтобы не потерять ни одной минуты, я расстегнул ру­
башку и продолжал сидеть, пово­
рачивая голову, Ч']10бы наблюдать все стороны горизонта, так как я не знал, с КjlКОЙ 'стороны должны появиться самолеты. Б полдень ветер все еще завы­
вал, и в этом вое мне слышался голос Луиса Ренхифо: «Толстяк, греби сюда!» Я слышал его со­
всем отчетливо, будто он был ря­
дом, в трех метрах от плота, и пытался достать до весла рукой. Я знал, что, когда на море под­
нимается ветер и волны разбива­
ются о прибрежные скалы, бы­
вает, что человеку слышатся в этом шуме знакомые голоса. И мне слышалось навязчиво, до умопомешательства: «Тол'стяк, греби сюда!» Б три часа я начал нервни­
чать. Знал, что в этот час эсми­
нец уже стоит на причале в К:ар­
тахене и мои товарищи скоро разбредутся, счастливые, по все­
му городу. Потом мне предста­
вилось, что все они думают обо мне, и это вернуло мне бодрость духа. Я приготовился терпеливо ждать до четырех дня. Если до­
пустить, что не телеграфировали, если даже сразу не заметили, что люди Yiпали за борт, -
все равно должны были заметить это потом, во время швартовки, ко­
гда вся команда выстроится на палубе. Это могло быть самое позднее в три, и, конечно, сразу же сообщили .бы о случившемся. Как бы ни замешкались на аэро­
дроме, через полчаса самолеты будут уже в воздухе. Так что к четырем часам, самое позд­
нее -
к половине пятого они должны появиться надо мной. ~ продолжал наблюдать за го­
ризонтом, пока не утих ветер. Когда он утих, меня окутал глу­
хой шум моря, и тогда я пере­
стал слышать крики Луиса Рен­
хифо. Сначала мне казалось, что не­
возможно выдержать три часа одиночества среди моря. Но в пять дня, кагда уже протекли целых восемь часов, я почувство­
вал, что могу подождать еще один час. Солнце, склонявшееся к закату, сделалось большим и красиым. Теперь я мог ориентиро­
ваться и знал, с какой стороны я могу ждать появления самоле­
тов. Повернувшись так, чтобы солнце было от меня справа, я стал смотреть прямо перед собой, не отрывая взгляда от точки го­
ризонта, за которой, по моим рас­
четам, была Каотахена. В шесть часов у меня заDолели глаза, но я по-прежнему не отрываясь смотрел вперед. Даже когда ста­
ло смеркаться, я упрямо продоЛе жал смотреть. Я знал, что те­
перь самолетов видно не будет, но я увижу приближающиеся зе­
леные и красные огни, увижу их прежде, чем шум моторов дойдет до моего слуха. Мне хотелось увидеть эти огни, и я забыл о том, что заметить меня в су­
мерках с самолета не смогут. Как-то вдруг небо стало красным, а я все смотрел на гориз.онт; потом стало teMJl.o-фи.олетовым, а я все так же смотрел. П.о дру­
гую сторону плота, точно желтый бриллиант на небе цвета вина, засияла первая звезда, 'казавшая­
ся квадратной. Эт.о было как сигнал, и темная, плотная н.очь сразу накрыла море. Когда я .осознал наконец, что меня .окутала тьма, что я едва могу разглядеть собственную вы­
тянутую руку, мне показалось, что мне не справиться с .охва­
тившим меня отчаянием. Теперь, оказавшись во мраке ночи, я по­
нял, что не был столь одиноким в дневные часы. По-настоящему одиноким я п.очувствовал себя в темноте, на плоту, которого я не видел, а только чувствовал под собой, глухо скользящем в густой воде моря, населенной странны­
ми существами. Я посмотрел на светящийся циферблат моих ча­
сов. Было без десяти семь. Когда мне показалось, что прошло часа Iполтора или два, я снова посмот­
рел на часы: было без пяти семь... Наконец, минутная стрел­
ка добралась до цифры двена­
дцать -
наступило ровно семь часов 'вечера, и небо было густо усыпано звездами. Но мне каза­
лось, времени прошло столько, что уже пора было наступить рассвету. И я все еще думал о 'самолетах .... Продолжение следует Перевел с испанского ДИОНИСИО ГАРСИА U6bI
L nrprA'J{!ITbI ~===--
Ш ентральный проспект Ере­
вана упирается в неболь­
шое, но величественное "дание. Это Матенадаран, что по-
древнеармянски значит просто « библиотека ». Однако сейчас этим еловом, которое пишут с большой буквы, называют уникальное со­
брание бесценных рукописей, до­
шедших до нас из глубины веков. Здесь хранится свыше 1 О тысяч фолиантов. На полках застыли беспристрастные показания видцев давно отгремевших о че­
битв, поразительные тых мудрецов, догадки знамени­
потрясающие и з я-
ществом миниатюры, сверкающие лазурью и золотом, словно сде­
ланные вчера. Матенадарану свыше полутора тысяч лет. Некоторые и з собран­
ных здесь книг-старожилов помнят погибшую столицу Ани и пыш­
ный расцвет Киликии, мон а стыр-
Р. Щ Е Р Б А К О В. Haw с п ец. к орр. ские хранилища Эчмиад з ина и пе р ее з д в Москву в 1915 году. В 19"() М а тенадаран был перене ­
с ен 113 Эчми а дзина в столицу Ар­
меНIIИ Ереван, а позже было ре­
шен о с оз дать специальный Науч ­
но-исследовательский институт древних рукописей. Только после этого началось подлинно научное и з учение накопленного з а многие века материала. В институте не т о лько хранят рукописи, но и вос­
станавливают их почти из небы­
тия. Когда поднимаешься по лес т-
нице к хранилищу, обязательно fi р о ходишь мимо и з ваяния велича­
в о го старца, поучающего колено­
преклоненного юношу. Имя этого мудреца -
Месропа Маштоца -
и НОСИТ институт . .
.. Армянская история богата славными именами. Но одним из самых почитаемых национальных героев является этот мудрец -
небогатый монах, выходец из кре­
стьянской семьи, который в 405 году и з обрел армянский ал­
фавит. Народ назвал Месропа Маштоца Учителем. И наверное, нево з можно до конца понять при­
чины того пuчета, ЧТО неизменно, на протяжении пятнадцати веков, о кружал это имя, если хотя бы в общих чертах не вспомнить ис­
торию Армении от древнейших эпох до тех времен, когда Месроп !\/Iашт о ц начертал первые армян­
ские буквы. Древние эллины и римляне только начинали свою историче­
ск у ю миссию, а в о бласканных с о лнцем долинах Закавка з ья уже сл о жилось могучее государство Урарту. В первый ра з оно упоминается D ассирийских хрониках в 1320 го­
ду до нашей эры. Лиха беда начало. Дорога «в мощные горы » станет знакомым путем для курчавобородых вои­
IIОВ. Походы будут следовать за З а lЛQ В НЫЙ лист рукописи кон-
ца X/V -
начала XV века. походами. Годы уйдут на крово­
пролитны е войны. Потом исчезнут и Ассирия, и У рарту, а на их обломках во з двиг­
нется Мидийск ое царство. Прой­
дет сто лет, древние персы раз­
рушат Мидийскую державу, еще раз перекроят карту Востока, а Армения окажется под властью Ахеменидов. Г де только не сражались ар­
мянские отряды под их знаменам и! Вместе с Киром они разрушали Вавилон, вместе с Ксеркс ом шли под Фермопилы, вместе с Дари­
ем Кадоманом терпели поражение о т Александра Македонскоrо в з наменитой битве при Гавгаме­
лах. Затем Армения ненадолго ста­
нет греческой пр овинц иеЙ. Но рухнет империя Александра Вели­
кого, распадутся царства диадо­
хов, возникшие на ее месте, а ар­
мяне наконец освободятся. П отом последует многовековая борьба с Римом за независимость. Лучшие латинские полководцы: Сулла. Помпей, Красс, Марк Аврелий поведут легионы по каменистым тропам. Г аннибал прибудет сюда просить у царя Артаксия помощи против своих врагов. Тигран Ве­
ликий вместе с понтийским царем Митридат ом начнут совместную борьбу с Римом. Тиберий увенчает тиарой вос­
питанного в Риме Тиграна 111, а Вергилий, Гораций и Овидий воспоют эту церемонию как окон­
чательную победу Рима. Однако впереди еще простираются целые столетия войн. Все это не м огло не сказаться на древнеармянской культуре. Прочные нити культурных свя­
зей уходят в глубин у истории, В эпоху страны Наири, к государ­
ству Урарту, где высокого совер­
шенства достиг каменный орна­
мент: быть может, затейливая Фроtм е нт рукописи Х века. резьба на армянских могильных крестах хачкар ах -
имеет сво­
им истоком творчество безвестных мастеров именно этих эпох. Пер­
вый на территории нашей страны театр возник в Армении при царе Артавазде. Сам царь писал для него стихи и драмы на языке Го­
мера. СЛhваются воедино восточ­
ная красочность и эллинская яс­
ность, арабское изящество и рим­
ская строгость. '. В конце 1У -
начале V века персы и византийцы, уставшие от бесконечной борьбы за Арме­
нию, решили поделить ее между собой. Византийская часть была связана с метрополией и админи­
стративно, и общей христианской верой. В персидской же Армении упра вление хотя и шло через мест­
ных князей -
нахараров, однако персы проводили политику насиль­
ственной ассимиляции. И необходимо было какое-то наипрочнейшее звено, которое не дало бы распасться армянской культуре. Этим звеном и стали знаки, придуманные гениальным монахом. Месроп Маштоц соз­
дал систему школ, где мальчики учились грамоте. Школы эти ста­
ли рассадником национальной культуры. Поэтому-то с момента своего рождения книга стала в истории древней Армении рядом с чело­
веком, творившим эту историю. Хроники прошлого с горечью со­
общают, что враги захватили в плен столько-то людей и столько­
то рукописей: « ... каллиграф был зарублен иноземцами. И один я, мирянин, спас эту книгу»; « ... Я, Симон Вардапет, за тридцать се­
ребряных таньга освободил руко­
пись из рук захватчиков ... » Кни­
ги выкупали из плена, как выку­
пали людей, -
для этого отда­
вали последнее. При вражеских набегах в первую очередь спасали книги, бросая драгоценности, спа­
сали, как спасают матери своих детей. Это сходство подчеркивает такой старинный обычай: бездет­
ные люди заказывали рукопись и дари,l\И ее какой-либо обители -
считал ось, что эта книга стано­
вилась детищем дарителей, и все, кто ее читает, должны были с благодарностью вспоминать ее «родителей». А о жизни книги писали, как о жизни человека. Самая старая датированная ру­
копись Матенадарана знаме­
нитое Лазаревское евангелие, хра­
нившееся когда-то в Лазаревском институте в Москве. В 887 году закончил его переписку Саак Ванандеци. Заканчивая рукопись, переписчик «книги» -
переписчи­
ков называли гричами -
после ка­
нонического текста сообщил све­
дения о себе и о своем времени. В приписке к Лазаревскому евангелию упомииается АпlOТ 1-
основатель династии Багратидов. Время создания книги -
знаме­
нательная дата в истории Арме­
иии. Уже более двух веков страна находилась под властью арабских халифов. Иногда гиет был не слишком тяжелым, как, например, при знаменитом Гаруне-аль-Раши­
де, а иногда притеснения, поборы и унижения приводили к' восста­
ниям, подавллемым с неве роят ной жестокостью. Так, халиф Отман за отказ приказал ников. от уплаты казнить 1775 податей залож-
В это тяжелое время начинает выдвигаться в Армении княже­
ский дом Багратидов. По отноше­
нию к халифату они применили ту же политику, что и москов­
ские князья в период Золотой орды: отказ от вооруженной борьбы 11 внешнее признание вас­
сальной зависимости. Она принес­
ла свои плоды. Каждый раз, ко­
гда для успокоения народа во г лаве страны халифами ставился армянский князь, им нензменно оказывался кто-нибудь изJ;>агра­
тидов. Во время' царствовання Ашота 1 утихли смуты, отстраивались горо­
да. Поэтому, считают исследо­
ватели, И было заказано Лаза­
ревское евангелие. Писалось оно в мирное царствование, но этот мир был недолгим. И HeMa,~o при­
ключений пришлось пере жить кни­
ге потом, прежде чем успокоиться в прохладном зале Матенадарана. 229 листов пожелтевшего за сто­
летия пергамента хранят следы перенесенного. Эта книга прншла в наше время, как усталый мол­
чаливый путник, о дорогах кото­
рого мы можем только догады­
ваться: некоторые страницы раз­
мыты -
может быть, книга то­
нула; несколько листов опалено­
возможно, она горела. Узнаем ли мы когда-нибудь, какими путямн шло к нам это сокровище куль­
туры? ... Три года отдал "Чарынгиру,>­
<,Избранным речам» --
переписчик Вардан КафаеЦII. В тр'л,нционной приписке он сообп.,'аг) о радост­
ном событии года: победа над турками-сельджукамн. Союзные армяно-грузинсrп;е BoikKa захвати­
ли богатую добычу. В Г егарде правители Армении Захара и Иванэ Долгорукие начали строить церковный комп­
лекс, до сих пор потрясающий ,всех знатоков архитектуры. А в Баберте грич Кафаеци за­
КОНЧИЛ свою работу. Сам размер книги символизировал то богатыр­
ское время: ширина страницы -
полметра, на каждый лист уходи­
ла шкура теленка, всего в книге-
607 пергаментных листов. Но вскоре -
новое нашествие сельджуков. И творение Вардана Кафаеци попало в плен. Его вы-
купили -
и, говорят, буквально на вес золота. После этого семь­
сот лет книга хранилась в мона­
стырской библиотеке. В годы пер­
вой мировой войны, когда турец­
кие союзники императора Виль­
гельма начали проводить в Арме: нии политику" геноцида, книга снова исчезает, казалось, уже навсегда. ... Две женщины-армянки, спа-
саясь от погромов, шли на север. Одну из ночей они провели в по­
кинутом монастыре. Утром перед дорогой, войдя в храм, беглянки увидели огромный том И решили его спасти. Но книга оказалась слишком тяжелой. Без переплета она весила два пуда. Пришлось разделить ее на части. Одну из них, бережно завернутую в мате­
рию, положили у дороги, а дру­
гую понесли на плечах. И как "огда-то прабабки, бросая все не­
обходимое, уносили с собой в горы пергаментные листы, так И они донесли драгоценную книгу до русской границы. А через не­
сколько лет была иайдена старин­
ная рукопись. Она оказалась вто­
рой частью книги. Листы рукописи нашли друг друга, как находят друг друга люди после долгой разлуки. У же в V веке -
веке создания алфавита -
было переведено на армянский язык и составлено на армянском языке множество свет­
ских книг -
исторических, науч-
ных. Эти пионеры армянской пись­
менности эстафета до нас не дошли. Но мудрости и знаний пе-
редавалась ИЗ века в век, от отца к сыну. В числе сокровищ ~1aTeHaдapa~a хранится первая в нашей стране рукопись на бумаге. Датирована она 971 годом и рассказывает о некоторых работах Анания Ши­
ракаци. Этот человек жил в VII столетии. Математик и астро­
ном, географ и философ, Шира­
каци во все области, в которых он работал, внес неоценимый вклад. Еще до изобретения телескопа он утверждал, что Млечный Путь­
это скопление звезд. Ширакаци догадался, что Луна светит отра­
женным солнечным светом, и со­
ставил таблицу затмений за 19-летний цикл. От него ученики узнавали о шарообразности Зем­
ли. По его книгам многие поко­
ления армян учились считать. Ширакаци придумывал остроум­
ные задачи-притчи, переходившие из уст в уста. Пользуясь «Гео-
графией» Птолемея, «Христиан­
ской топографией» Константина Антиохийского и другими источ­
никами, Ананий Ширакаци соз­
дает свой «~ироуказатель». J{ля того времени это был великолеп­
ный труд, в котором содержались сведения о китайцах И славянах, индусах и африканских племенах. Великий энци~лопедист пытарт<'я разрешить таи ну земной опоры. Он решительно отверг слонов, ки-
. тов И гигантскую черепаху: силу тяжести Ширакаци уравновешивал ветром, дующим снизу. Это, по­
жалуй, одна из самых разумных из доньютоновских гипотез. На­
верное, в VII веке на планете не было места, где ученик мог по­
лучить так много знаний, как в школе Ширакаци. ... Рукопись с датой -
1173 год. Самый древний список памятника армянской культуры «Книги скорбных песнопений" Г ригора Нарекаци. О духовных песнопе­
ниях замечательного поэта, жив­
шего в конце Х века, Валерий Брюсов писал: «В этих стихах духовное одушевление соединяет­
ся с истинным поэтическим вдох­
новением, и многие аллегории Григория остаются прекрасными, независимо от их богословского толкования». Рукопись оформлена художником Григором ~личеци. Рядом с великолепными заставка­
ми, традиционными для армян­
ской книжной графики листами с архитектурными композиция­
ми -
хоранами и роскошными расписными буквицами-появляет­
ся и нечто новое: художник дает портреты автора. Трактовка ми­
ниатюр теряет прежнюю монумен­
тальность и становится более простой, лиричной. Рядом с ней -
другая рукопись, уже XIII век. Ее текст канони­
чен, «священное писание» украше­
но миниатюрами на библейские сюжеты. Но то же ощущение духовной раскрепощенности от ре­
лигиозных догм ощущается в ней. Автор миниатюр --
знаменитый мастер армянской книжной живо­
писи Торос Рослин. Его называ­
ют предтечей европейского Ренес­
санса. Этот великолепный ху дож­
НИК оживил страстью человече­
ские лица, раскрепостил статич­
ные фигуры святых, значительно продвинул технику рисунка. В его миниатюрах появляется перспек­
тива, передаются самые тонкие психологические движения души. Глядя на эти книги, понимаешь, что они мог ЛИ быть созданы лишь там, где разум властвует над суе­
верием,а деяния человека выше религиозных канонов. Родина этих книг -
Киликия, удивительный очаг армянской культуры. И ЭТИ книги под стать людям, зажегшим этот очаг, гордым, независимым, мудрым. Один из последних царей рода Багратидов был убит греками в 1079 году. Его родственник Ру­
бен, мстя за его смерть, захватил греческую крепость в горах Тав­
ра и выдержал осаду. Из этого крохотного клочка земли, словно дерево из семечка, выросло моло­
дое государство -
Киликия. Сын Рубена, Константин, еще больше расширил наследственные вла­
дения. В гаванях ~алой Армении, как иногда называют Киликию, тес­
нились корабли заморских купцов, ее города застраивались дворца­
ми, а в столице творило целое созвездие философов, художников, ученых. В особенном почете была поэзия. Нерсес Ламбронаци, бле­
стяще образованный мыслитель, замечательный оратор, вел бого­
словские споры с Римом и писал стихи. Нерсес, прозванный Благо­
датным, будущий католикос, сочи­
нял и стихи и сам клал их на музыку. Иногда он импровизиро­
вал и то и другое. ~ногие из его творений до сих пор живут в ар­
мянской поэзии. ФИЛОСОф Ваграм Рабуни, труд которого «Три тол­
кования категорий Аристотеля» хранится в ~aTeHaдapaHe, в сти­
хах изложил историю Армении. Киликии было суждено блиста­
тельное, но недолгое существова­
ние. Она пала под ударами ма­
мелюков. Но пышное древо армянской культуры не погибло. Значительная часть дошедших до нас памятников древнеармянской письменности, скопированных ки­
ликийскими мастерами, была заве­
щана другим центрам духовной жизни Армении. ~ногим исчисляется величие И красота человека. И среди этого многого -
мудрое уважение к ве­
личию и красоте созданного ины­
ми языками. Армянские книги сберегли для человечества не толь­
ко свою национальную культуру. Некоторые греческие, латинские, арабские сочинения, '{ак, напри­
мер, трактат Зенона «О приро­
де», законы Антиохийского коро­
левства крестоносцев, труды Фи­
лона Александрийского, не суще­
ствуют в оригиналах. J{ругие книги подверглись жестокой сред­
невековой цензуре и были бы непоправимо искажены, если бы не сохранилось копий на армян-
ском языке. Знаменитый труд Эвклида «Начала» был переведен с греческого философом, ма­
тематиком и поэтом Григорием ~агистросом в 1051 году, то есть на семьдесят лет раньше, чем по­
явился первый латинский перевод. В ~aTeHaдapaHe хранятся редкие, уникальные списки восточной поэ­
зии: Низами, Алишер Навои и Фирдоуси, Хафиз и Саади, уни­
кальные сочинения философов средневековья: Иоанна J{амаскина, Фомы Аквинского, Исидора Се­
вильского и других. Особое место сред" древних исторических трудов занимают в хранилище многочисленные спис­
ки с книги Корюна, посвящен­
ной жизнеописанию Учителя -
~аштоца. Прежде чем принять духовный сан, ~есроп ~аштоц был секретарем в царской канцелярии. Составляя письма, грамоты, указы на греческом, сирийском и персид­
ском языках, он впервые, навер­
ное, стал задумываться о том, как нужен народу свой собственный алфавит. Азбука была создана до­
вольно быстро. Сог ласно преда­
нию, ~аштоц увидел буквы во сне. И первые слова, написанные по-армянски, призывали «познать мудрость И наставление, понять изречения разума». Входя в ~aTeHaдapaH, не-
вольно вглядываешься в мозаику под арками вестибюля. Художник О. Хачатрян изобразил сцену из знаменитого сражения сперсами при Аварайре, о котором расска­
зывает в своем труде, хранящемся в этом здании, летописец Егише. В этой битве пал легендарный герой Армении Варден ~амико­
нян. И, естественно, думаешь о том, что навсегда остается в народе память о героях и веч­
но длится эстафета знания и культуры. «Он сжал гору прошлого в один камень -
и на камне выступила кровь. Он окунул в эту кровь перо и начертал БУJ<RЫ, которые были вечны, как эти камни. И по­
тому книга стала равна цене че­
ловеческой жизни -
она, как и человек, была жива кровью пред­
КОВ». Такой тост в честь ~есропа Маштоца я услышал на одном торжественном застолье. И я не беру на себя смелость причислить эти слова только к разряду кра­
сивых легенд или поэтических притч. 67 ОБЪЕМНЫЯ ПОРТРЕТ ЛУНЫ «Трое мужчии быстро жестикулиро­
вали, как будто спорили друг с дру­
гом. Я подошел к иим. -
Хэлло! Оии даже ие огляиулись и продол­
жали быстро говорить. 11 иичего ие поиимал. «Тогда сапай, 10гда са­
пай», -
пискливо повторял самый маленький, с брюшком. На голове у него была высокаи шапка. -
Послушайте, и ищу гостиницу. где здесь ... -
Оии не обращали на мени внимании, как будто мени не было. -
ЧТО вы строите из себя глухих? -
спросил Я, и внезапно с того места, где я СТОЯЛ, точно М:Э меня, из моей груди, вырвался писклявый крик: -
Вот я теби! Вот я тебя сейчасl Я отскочил, и когда появился об­
ладатель голоса, этот ТОЛ'СТЯК В шап­
ке, я хотел схватить его за плечи, НО пальцы прошли насквозь И сомкну­
л ИСЬ в воздухе ..• » Вот так где-то за пределами ХХI ве­
ка герой фантастического ромаиа Ста­
ниМаnа Лема столкнулся с изобра­
жеНИlIМИ людей, которые лишь иа ощупь отличались от настоящих. Сейчас, однако, можио предполо-
жить, что подобное станет действи­
тельностью гораздо раньше -
еще в пределах иашего века. Ибо в послед­
ние годы началось бурное развнтне совершенно новой областн наукн -
го­
лографии, «всестороиней запнси» в бук­
вальном переводе. Голографнческий снимок воспроиз-
воднт оригинал в объеме и цвете. Но это не все. Трудно поверить, что пеРеД глазами находится не сам предмет, а его го.лографическое изображеиие. Его можио рассматривать со всех сторон­
так, словно это скульптура. При из­
менении ракурса по поверхности «призрака» бегут теии, световые блики, совсем как по поверхиости материаль­
ного тела. «Призрак предмета» почти сtоль же реален, как сам предметl Голографический способ съемки прии­
ципиально отличается от фотографии. Отраженный поток световых воли, ко­
торый ловит Фотоаппарат, несет в себе трехмерный сиимок окружающего. Но на пластинке ои превращается в дву­
мерный, и мы вынуждены ДQВОЛЬСТВО­
ваться ПЛОСКОСТНЫМ, а не объемным изображением. Технические же сред­
ства голограф ни ПОЗВОЛЯЮ1 запечат­
леть на пластинке, а затем аосоромэ" вести настоищнй -
трехмерный -
об­
раз действительности. Этот образ мо­
жет быть «выловлен. ИЗ светового notOKa. Или радиоволнового. Или да­
же звукового. Поэтому голография -
качественно новый способ видении мира. Светови­
Дени", радиовидения, звуковидения ... Сейчас эхолот, например, дает лишь графический профиль океаннческого дна. Радиолокатор -
однотонное пло­
скостное изображение простраиства. НО звуколокация или радиолокация в сочетании с голографией позволят УВидеть скрытое словно из распахиу­
ТОГО окошка. Акустический сигнал, преобразоваиный средствами гологра· фии, откроет нам дно океана так, как если бы исчезла толща воды, -
в объе­
мен цвете. Точно так же, словно Землю с борта самолета, благодаря раДНОЛQкации и голографии можно будет увидеть поверхность Венеры. ЭТо,конечно, в будущем. Но уже сейчаСПQ отраженным волнам радио­
луча, посланного с Земли на Луну, удалось создать голографический «порт­
рет» лунной поверхности. Проверка показала, что I'олограф~ическое воспро .. изведение очень точно передает ИСТИИ" ныil облик лунного пейзажа. 68 ПОЛЬ ЗААЛЬ, доктор бнопоrнн Чтопираиье иепозубам ... ~ стою на берегу не­
'1 большой заводи. Сей­
час в Южном Параг­
вае разгар сухого се-
зона, и воды в реке немного. По зеркальной глади время от времени расходятся ленивые круги там, где скользнет стрекоза или плеснет мелкая рыбешка. Из своей рыбацкой сумки я достаю стальной поводок и привязываю его к концу крепкой лески, а в качестве на­
живки насаживаю на крючок кусочек жилистой говядины. Удилищем мне служит ветка, срезанная в ближайших заро­
слях. Невидимые, в этих. мрачных водах кишат пираньи -
в сто раз более прожорливые, чем любая рыба; их тянет ко вся­
кому мясу, как железные стружки к магниту. Я наслы­
шался немало разных ужасных историй про этих бестий: кан человек в каноэ вдруг оказался без пальцев, опустив руку за борт; как корова, переходив­
шая реку, была обглодана до костей; как пираньи выпотро­
шили неосторожного пловца, и т. д. Известный натуралист прошлого века Александр Гум­
больдт отзывался о пираньях как об одном из самых боль­
ших бедствий в Южной Аме­
рике. Вспомнились мне и слова видного ихтиолога Джорджа Майрса: « ... зубы у нее так остры, а челюсти так сильны, что она может отхватить кусок мяса у человека или даже у крокодила не менее ровно, чем бритвой, а палец вместе с костью -
так же мгновен­
но, как нож мясника». С другой стороны, во время неоднократных поездок во вну­
тренние районы Южной Аме­
рики я часто видел, как ин-
дейские ребятишки безмятежно плещутся в водах, где обитают пираньи, а матери их стирают белье, стоя по пояс в воде. Бразильский антрополог Га­
рольд Шульц, прожив больше 20 лет в тех местах, писал: «За все годы мне ни разу не пришлось пострадать от этих внушающих ужас пираниЙ». Подобные мысли крутились у меня в голове, пока я наце­
плял на крючок аппетитную на­
живку и закидывал удочку. Поклевка началась через не­
сколько секунд. Я сделал бы­
струю под сечку и рванул уди­
лище. Оно пошло до обидного легко. На берег вылетела сере­
бристая рыбешка чуть больше моей ладони -
ничуть н.е страшнее той форели, которую мальчишкой я ловил в Сьерра­
Неваде. Я, однако, тут же за­
был о сходстве, когда увидел челюсти моей рыбки, неистово щелкавшие в стремлении осво­
бодиться от крючка. Не будь поводок стальным, пиранья пе­
рекусила бы его в мгновение ока. «Не трогайте ее!» -
преду­
преждающе воскликнул мой спутник парагваец Хуан Ри­
вальди Бланко. Он ботинком прижа.ц пиранью к земле, осто­
рожно отцепил крючок, крепко взял рыбу за жабры и поднял ее. У моей добычи, именуемой по-латыни serrasalmas nattereri, были серебристые бока и жел­
тое брюшко, словом, на пер­
вый взгляд ничем не приме­
чательная рыбешка, если не считать пасти, полной дьяволь­
ски острых, как бритва, зубов­
треугольников. Десятка два разновидностей пираньи, различающихся мещ­
ду собой формой головы, окра­
СКОй, размером и темперамен­
том, водятся на территории тропической Латинской Аме­
рики. Их можно найти везде, где есть проточная или стоячая пресная вода. В Гвиане кое-где их называют «пираИ», в дру­
гих местах -
«карибы». Наи­
более распространенным стало их имя на языке индейцев ту­
пи, на котором «пира» озна­
чает « рыба », а « раньЯ»­
«зуб». Некоторые ра з новидности пи­
раний склонны собираться в стайки, другие -
индиви­
дуалисты, их сводит вместе только вкус и запах крови или сырого мяса. Одни предпочита­
ют глубокие омуты, другим больше по душе мелкие пере­
каты. Одни ищут спокойные заводи, другие быстрые стремнины. Одни очень свире ­
пы, другие лишь умеренно агрессивны. Одни, по-видимо­
му, всеядны, но боль шин ство предпо читает мясо и не чурает­
ся каннибализма. Чтобы понаблюдать за жиз ­
нью пираний в естественных ус ловиях, во время своих по ­
ездок я постарался охват ить весь географический район их распространения. Я начал с границы Аргентины и П а­
рагвая, потом двинулся в Бра ­
зилию, во внутренние области, затем в дельту Ама з онки и, на­
конец, на север в Сурина:v l. Пер вое зна комст во с малень­
кой безобидной ра зновидностью пираний, которая в и зо билии водится в Парагва е, несколько умень шило мой почтительный страх перед этой рыбой. Я ча­
сто доставал крошек из сети руками, и они ка зал ис ь не бо­
лее свирепыми, чем золотые рыбки. Но то, что я ув ид ел однажды, заставило меня изме­
нить свое отношение. Милях в ста к югу от сто­
лицы Парагв ая Асун сьона !\'1Ы с сеньором Ривальди оказа· лись свидетелями того, как шесть-семь рыбаков по пояс в воде заводили длинную сеть. Я подошел к одному из них, держащему конец сети. Одет он был, как и все остальные, в трусы и соломенную шляпу. -
Вы не боитесь пира: ний? -
спросил я, мобилизо­
вав все свое знание испанско­
го. Рыбак не промолвил ни слова, но то, как он пожал плечами, могло выражать что угодно, кроме страха. По сигналу заводящих мой нераз говорчивый собеседник на­
чал потихоньку вытягивать сеть. Запрыгали поплавки, при­
ближаясь к берегу. Улов ока­
з ался невелик -
несколько десятков обычных рыбешек и пираний, среди них наттере­
рии, считающиеся самыми кро­
вожадными. Рыбаки, однако, не выказали ни малей шег о бес­
покойства, ссыпая рыбу в кор­
зины. 69 Вдруг одна наттерерия вы­
прыгн ула из сети на берег. Ближайш ий к ней рыбак р е з­
ко х лопн у л беглянку ладонью. Д ви жение было инст и нктив ­
н ы м, сопри к осн овение длилось м г но ве н и е --
та к человек б ро ­
caRT р оч а г вы п авший у голек П ото м н а с реднем п.аль ц е ры­
;':lHa Я у ви дел кровь. За долю l~ e H Y HДЫ пир а нья, словно с наль­
,е л е м, отхватил а нусок пальца ,Ю'IТ И до К О СТИ. Рыб,ш о' в се это мало трону­
ло. Я Щ1С:цложил Ривальди пе­
ретян у т ь пострадавшему палец платн ом, пона я сбегаю к ма­
шине за аптечной. Но рыбаки у ж е принимал и собственные ме р],!: о д ин из них взял боль­
шу ю ще поть табака из видав­
ш его виды кожаного кисета, см о чил ее в воде и, слепив ле­
пешкой, затолкал в отнрытую рану. После этого палец и «пластырь » из табака туго об-
вязали куском грязной тряпки. Через пять минут пострадав· ший уже снова был за рабо­
той. Мне сназали, что рана за­
живет очень быс'Гро: «Табан дезинфицирует ее и остановит нровь!» Однажды индейцы мака при­
гласили меня на рыбную лов­
лю. Действие происходило на озере на западном берегу ре­
lШ ПарагваЙ. Мне сказали, что в тинистой воде полным-полно онуней, угрей, скатов и пира­
ниЙ. Индейцы, облаченные в ста­
рые штаны, трусы, а то и про­
СТО в набедренные повязки, без малейшей опаски, я бы сна­
зал, даже весело зашлепали по воде. Выстроившись редкой це­
почкой во всю шири ну озера, человек двадцать пять двин у ­
лись вперед, загоняя его оби­
тателей в дальний конец. у наждого индейца была своя снасть -
два шеста длиной футов по семь с привязанной н ним сетью. Я шел вдоль берега с таной же черепашьей скоростью, что и рыбаки-индейцы по воде. Н а­
конец по сигналу старшего ловцы гулко зашлепали снастя ­
ми по воде. Одно быстрое дви­
жение, и сеть, развернутая наподобие веера, погружена, шесты сомкнуты, выдерн у ты из воды, и вот уже под ними в сетчатых ловушнах бьется рыба. Улов в основном состоя л и з окуней и большеголовых гоп­
лий, но попадались и наттере ­
рии. Я наблюдал за бли ж ним ко мне рыбаком. Он остор о ж­
но схватил пиранью по з ади жабр, потом быстро поднес но рту и впился зубами в з аты ­
лок. Т очно так же расправ ля­
лись с пираньями и ост а льные рыбани. Не прошло и часа, н а к у каждого было по пятьдеся т­
сто рыбин. Никто в тот де н ь не пострадал от зубов пиран ьи. На берегу тем временем уж е собирали хворост, выре зали вертела, наклонно в т ыкая и х в землю вокруг ностров. С в е ­
жую рыбу жарили прямо с г о ­
ловой. До сих пор мне ещ е н е водилось пробовать ПИР aI" , «Ванай», -
сказал я стар ш .. у с татуированными щека м и, н о ­
торый хозяйничал у одн о г о н з костров. На язьше ма к а э т о означает «пиранья ». Ст а р ые, загрубев ши е руки не спеша с т а -
щили горячую рыбину с палки и передали мне. Подражая индейцам, я на­
чал со спины. По вкусу мясо пираньи напоминало жареного окуня. Позднее в этот день я заме­
тил в деревне увешанную бу­
сами старуху, аккуратно отде­
лявш у ю от скелета пираньи нижнюю челюсть. На следую­
щее утро она попалась мне на глаза за ткацким станком. На шее у нее висела та самая че ­
люсть пираньи. Бабуся пользо­
валась ею как ножницами, от­
резая концы ниток Познакомился я и с тем, как ловят рыбу в Центральной Бра ­
зилии, на берегах реки Ара­
гуая, индейцы племени каража. Ранним утром четыре рыба­
ка и с полдюжины мальчишек подвели у з кую долбленую пи­
рогу к берегу, где мы остано­
вились. Ничего похожего на рыболовные снасти в ней не бы л о. На дне лежала лишь ку­
ча нореньев и связка лиан. Через полчаса мы высади ­
лись на большом острове по­
среди реки. Индейцы уложили коренья и лианы в корзины и, у вя з ая в сыпучем белом пе ­
ске, двин у лись в глубь остро­
ва. Внезапно перед нами от ­
крылась впадина, точнее, мел­
кая лагуна. Густая, зеленая от водорослей вода напоминала с у п - пюре. Мальчишки устроились на берегу и принялись отбивать норенья, чтобы размочалить жесткую ножуру. Тем време­
нем двое мужчин вошли в озер­
цо и з агнали в дно по толстому нол у, верхние концы которых были ра з двоены. Наконец изрядно измочален­
ные коренья были сложены в нор з ины. Дальнейшая про­
цедура оказалась довольно про­
стой. Мальчишни бродили по лаг у не, погрузив корзины в во­
ду, и энергично болтали ими и з стороны в сторону. Мужчи­
ны же между тем лупили пал ­
ками по уложенным между ро­
г у лек лианам. Выделявшийся в результате этих двух опера­
ций сон быстро растекался по во д е, на ее поверхности появи­
лась обильная пена, похожая I на мыльную. Скоро тут и там ,лихорадочно забилась рыба, сначала мелкая, потом ПОКРУ!l ­
нее. Секрет необычной ловли объяснялся просто. Содержа ­
щиеся в соке нореньев и лиан химические вещества, такие, как ротенон, лишают жабры способности поглощать иисло­
род. Причем вещества эти со­
вершенно не влияют на съедоб­
ность пойманной рыбы. Среди всплывавших пираний больше всего оказалось натте­
рериЙ. у многих из них отсут­
ствовал хвост или же из ТУЛQ­
вища были вырваны большие куски. Это постарались их со­
братья, безжалостно набрасы­
вавшиеся на ослабевших, пока у самих еще сохранялись силы. Мне уже приходилось сталки­
ваться с этим и раньше. Быва­
ло, ловя пираний на удочку, я вытаскивал на крючке одну только голову -
тело успева­
ли отгрызть более удачливые сородичи. И все-таки я начал сомне­
ваться во всех тех страшных историях, которые ходят о пи­
раньях. Когда же я рассказывал сво­
ему приятелю -
охотнику и рыболову сеньору Роланду Убиражара классическую историю о том, как пастух за­
гоняет в воду больную корову на некотором расстоянии от того места, где должно перейти реку его стадо, в качестве при­
манки для пираний, ответом мне была лишь скептическая улыбка. -
Я отвезу вас на реку Смерти, -
сказал он мне од­
нажды. -
Уж там-то вы на­
верняка найдете самых свире­
пых,в мире пираниЙ ... Река Смерти, приток Ара­
гуаи, названа так, кажется, в память о каком-то побоище, о котором толком уже никто ни­
чего не знает. Говорят, что ко­
гда-то воинственные индейцы перебили здесь много бразиль­
ских миссионеров или солдат. Существует еще одна версия, которой мне больше хотелось верить, а именно, что река на­
звана так из-за особой свире­
пости тамошних пираниЙ. Солнце стояло высоко, ко­
гда мы свернули с широкой Арагуаи в приток, носящий столь мрачное имя. Однако ре­
ка Смерти вовсе не походила на мифическую реку Стикс. Передо мной медленно текла сверкавшая на солнце вода, в которой отражалась буйная растительность джунглей. Это было само воплощение мира и тишины, нарушавшейся лишь ревом нашего мотора. Посте­
пенно река расширилась; и вда­
ли показалась кучка крытых тростником хижин. Проводник Доминго радостно заулыбался и направил лодку к берегу. Первыми нас приветствовали собаки. Затем в дв~рях одной из хижин появилась женщина и, узнав Доминго, поздорова­
лась с ним. Все мужчины, ска­
зала она, ушли пасти скот. Пока продол~ался разговор, на противоположном берегу появился мужчина с двумя ло­
шадьми. Он сел в каноэ и при­
нялся выгребать на середину реки, лошади преспокойно плы­
ли рядом. Наша хозяйка про­
чла мои невысказанные мысли. -
Пираньи у нас безвред­
ные. Или вы думаете, что мы их приручили? -
засмеялась она. -
Каждое утро все наше стадо -
а это двести голов­
переплывает реку и к вечеру возвращается обратно ... Она посоветовала нам под-
72 няться вверх по течению, там в одной из стариц, по ее сло­
вам, водятся очень коварные пираньи. Женщина говорила уверенно, поэтому мы снова уселись в лодку. По пути в низких зарослях на берегу раз дались крики обе­
зьян. Доминro пристал к бере­
гу и исчез в сумраке джунглей со старым ружьем в руках. Через несколько минут послы­
шался выстрел. Непродолжи­
тельное ожидание, и мы возоб­
новили плавание с мертвой обезьяной на дне лодки. До­
мин го хотел использовать ее как наживку вместо того мя­
са, которое было у меня с со­
бой. Наконец наша лодка сверну­
ла с главного русла в мелкую протоку. Подвесной мотор здесь был бесполезен, при­
шлось взяться за весла. Потом оказались ненужными и весла: дальнейший путь к видневшей­
ся неподалеку старице пре­
граждало болото. Мы зашле­
пали по нему босыми ногами, таща за собой лодку. Сначала мы забросили удоч­
ки. Мгновенная поклевка, и вот уже на траве трепещут зуба­
стые краснопузые наттерерии. Впрочем, ничего нового в этом не было. Неожиданности нача­
лись, когда Доминго обвязал обезьяну веревкой и бросил в воду, затянув второй конец веревки тугой петлей на ветке. Мы отъ.ехали и стали ждать. Внезапно по поверхности про­
бежала рябь, и, хотя само по себе движение было довольно слабым, можно было предста­
вить, какая бурная деятель­
ность закипела внизу. Мы по­
наблюдали минут пять, а когда вода успокоилась, вернулись обратно. Доминго потянул за веревку и вытащил... скелет обезьяны. Здесь, в тихой старице у ре­
ки Смерти, я наконец получил неопровержимое доказательство того, на что способна стая го­
лодных пираниЙ. Можно ли считать данный случай типичным? Много раз я выплескивал в воду бычью кровь или бросал туда куски свежего мяса, однако пираньи не выказывали никакого ажио­
тажа. Впрочем, в разных ре­
ках пираньи вели себя по­
разному. Например, там, где дети без­
заботно плескались в воде. а женщины занимались стир­
кой всего в нескольких метрах от места, где я одну за другой ловил на удочку наттерерий, новый комплекс стимуляторов мог вызвать очень бурную ак­
тивность пираний или же вовсе не дать никакого эффекта. Неодинаково вели себя не толь­
ко пираньи разных видов, но и представители одного и того же вида. В конце концов, я пришел к выводу, что с пи­
раньями никогда нельзя напе­
ред быть в чем-то уверенным. Последняя моя встреча с пи­
раньями произошла на острове Маражо в дельте Амазонки. Я прожил несколько дней на ранчо неподалеку от берега океана. Рядом шумел извили­
стый поток, уровень воды в ко­
тором поднимался и падал вме­
сте с приливами и отливами. -
Пираний здесь видимо-не­
видимо, -
заявил мне Карлос Памплона, управляющий ран­
чо, заходя по пояс, чтобы иску­
паться. -
Но злобствуют они только после прилива ... На следующий день в каче­
стве наглядной демонстрации Карлос бросил в воду полбара­
на. Туша медленно ушла на дно, нетронутая. -
Видите, вода низкая, и пираньи спокойны. Когда вода стала поднимать­
ся, Карлос притащил тушу мо­
лодого каймана. Он привязал ее к шесту на берегу. Мы жда­
ли, пока вода постепенно по­
крыла приманку. Вдруг спокойная поверхность вокруг приманки закипела. Не­
которые п'Ираньи в горячке да­
же выпрыгивали из воды, с плеском шлепаясь обратно. Другие атаковали мягкое брю­
хо каймана, и было слышно, как они возятся внутри, рабо­
тая своими мощными челю­
стями. Не прошло и трех минут, как все успокоились. Карлос отвязал веревку и вытянул кай­
мана на берег. От него оста­
лись одни голые кости, на ко­
торых чудом уцелели куски грубой кожи. Позже, в тот день, когда уровень воды опять понизился, группа пастухов-вакейрос от­
правилась купаться. -
Пошли с нами, -
при­
гласил меня один из них. Я взглянул на скелет кайма­
на, лежавший на берегу, и за­
мотал головой. Перевела с английского А. РЕЗНИКОВА ИГОРЬ МОЖЕЯI.<О Краткое жизнеописание некоторых искателей философского камня, последователей Гермия Трижды Величайшего, знатоков Изумрудной таб­
лицы, делателей золота, которые о многом знали, но так и не достигли цели. ~ Н
ауки, размножившиеся в наши дни настолько, что вряд ли найдется человек, способный их перечислить, бь!ли еще недавно немного числен-
ны. И в течение столетий основ­
ными считались три: теология, астрология и алхимия. Первая искала связей с бо­
гом, вторая -
со звездами. Пер­
вая породила философию, сама же не умерла, но сильно измель­
чала и сохранилась лишь в виде полузасохшей веточки на фило­
софском древе. Вторая, исходив­
шая из ложных предпосылок о твердости неба и заинтересован­
ности звезд в жизни отдельных представителей человеческого ро­
да, родила астрономию и также существует по сей деиь, питаясь суеверием обывателей. 1Гретья древияя иаука сконча­
лась двести лет назад, разгром­
ленная наступлением химии и физики. И, как это ни парадок­
сально, именно основная мысль алхимии о возможности превраще­
ния одних металлов в другие оказалась правильной. Воображение подсказывает стандартный образ алхимика. Он обязательно должен обитать в готическом замке (окошко све­
тится ночами в мрачной башне); он окружен ретортами и тиглями, ходит в длинном халате, рядом мурлычет черный кот и, жела­
тельно, сова на шкафу. Пожалуй, об алхимиках евро­
пейского средневековья мы знаем больше всего. Но это не ЗнаЧИт, что средневековые европейские алхимики играли основную роль в исторни алхимии; Не они алхи­
мию придумали, не они написали алхимические книги и составили рецепты. Алхимики средневековья в основном лишь повторяли вновь и вновь то, что было сказано и написано за тысячи лет до них. Алхимия моложе и астрологин и теологии. Она могла родиться лишь тогда, когда человечество накопило уже довольно много знаний об окружающем мире, о металлах и прочих элементах, когда .металлы начали играть большую роль В жизни людей и золото приобрело могучую силу. Сначала были первые химические реакции, при которых вещестВа меняли свои свойства и внешний ВИД, бl>1ЛИ невзрачные на вид руды, ИЗ которых получались Рисунки К. СОWННСКОЯ 73 сверкающие металлы. И была уве­
ренность в том, что мертвая при­
рода жива, что камни и металлы, так же как люди, рождаются и умирают. Истоки алхимии следует искать в наиболее развитых странах древнего Востока. В 144 году до нашей ары в Китае был издан указ, запрещающий под страхом смертной казни делать золото. Указ был вызван тем, что в стра­
не развелось много алхимиков. И, как мотивировал свое реше­
ние император, золото алхимиков ненастоящее. Они лишь тратят деньги и время, а в результате получается только пустая по­
хвальба. И того хуже, разоряясь, алхимики уходят в разбойники, отчего государству одни беспокой­
ства. Уже заря алхимии породила не только сторонников, но и скеп­
тиков. Развитию алхимии в Древнем Китае во многом способствовали последователи даосской религии. Одной из целей. которую она себе ставила, было достижение бессмертия. Бессмертие, собствен­
но, можно было обрести лишь с помощью эликсира молодости. Эликсир молодости можно было получить из приготовленного ал­
химическим путем золота. И вот руководители даосских сект уеди­
нялись в пещерах и принимались колдовать над химическими реак­
тивами. Жития даосских святых пестрят сообщениями о том, что бессмер­
тия им добиться удавалось. Прав­
да, не для всех, а для избранных. Есть, например, легенда о том, как проповеднику Бо Яню уда­
лось создать эликсир, и для испытания он взял с собой в го­
ры собаку и трех учеников. Одно­
го послушного, двух скептиков. Дал Бо Янь попробовать эликсир собаке, и собака сдохла. Тогда сам принял и тоже умер. -
Нет, -сказал на это вер­
ный ученик. -
Не может быть, чтобы Бо Янь умер случайно. Не нначе как у него были к то­
му причины. И он тоже попробовал эликсир и тоже умер. Два скептика ре­
шили больше с такими опытами не связываться н ушли подобру­
поздорову. А Бо Янь ожил И оживил верного ученика, на за­
висть скептикам. ЗОЛОТО ДЖАБИРА О китайских алхимиках их средневековые· европейские колле­
ги и понятия не имели. Они по-
74 лагали, что алхимию выдумали древние греки, более того, к это­
му имели отношение греческие и египетские боги, в том числе Гер­
мес, вошедший в алхимию под именем Гермия Трижды Величай­
шего, автора туманной Изумруд­
ной таблицы, вроде бы дающей какие-то рецепты, но непонятно какие. иентром алхимиков была Алек­
сандрия. Алхимиков было множе­
ство, и именно из Александрии происходят некоторые основные европейские алхимические «перво­
источники». Именно там был изобретен туманный мистический стиль алхимических трудов, непо­
нятных для непосвященного, в ко­
торых ничего не называлось свои­
ми именами. Греческие алхимики проделали первые реакции и оста­
вили книги, в которых эти реак­
ции описаны. К числу наиболее известных алхимнков Александ­
рии относится, например, Зосима, написавший книги «Об нспарении волшебной воды, которая укреп­
ляет рТУТЬ» и «Иселедования О инструментах и печах». К середине первого тысячеле­
тия нашей ары алхимия В Егип­
те и Византии хиреет, и тут на сцене появляются настоящие отцы этой науки, сделавшие куда боль­
ше, чем все алхимики европейско­
го средневековья, вместе взятые, и даже давшие название этой науке. Этими людьми были араб­
ские ученые. У человеческой цивилизации есть одно важное свойство­
развитие ее непрерывно. И если один из центров культуры гиб­
нет,ТО эстафету подхватывают люди в другом конце Земли. И алхимия, как ни наивна она кажется нам сегодня, была в истории нашей планеты важной отраслью знания, и ее путь ха­
рактерен для всех отраслей куль­
туры и науки. С гибелью евро­
пейских центров знания алхи­
мия была открыта вновь и раз­
вита в арабском мире, к кото­
рому в конце первого тысячеле­
тия переходит эстафета, выпав­
шая из рук греческих и римских ученых. ... В 638 году халифа Омара посетила депутация арабов из одного городка на берегу Тигра. ХаЛИфа удивил больной, измож­
денный вид гостей, и он осведо­
мился, что тому причиной. Арабы ответили, что климат в городке вреден для здоровья, -
вокруг малярийные болота. И тогда ха­
лиф приказал найти другое ·место для города. Место было найдено на берегу реки Евфрат, а новый I'ОРОД назвали куфой. Город рас­
планировали на прямые кварталы, в каждом селились арабы одного племени, и в период расцвета в Куфе насчнтывалось· более двух­
сот тысяч жителей. В Х веке в Куфе сносили ста­
рый квартал. Город уже потерял свое значение, жителей в нем по­
убавнлось, и потому многие дома десятками лет стояли пустыми, разрушались, и жили там лишь скорпионы и ящерицы. В самом сердце этой груды глины была найдена закрытая комната, стены и потолок которой, скрытые от посторонних глаз, чудом вы­
стояли. Над запертой дверью была надпись, говорившая о том, что дом когда-то принадлежал Джа­
биру Аль-Суфи. Рабочие остановились в благо­
говейном ужасе перед дверью с этнм именем -
именем великого мага И чародея прошлого, став­
шим уже легендарным. Никто не смел дотронуться до нее, пока не прибежал взволнованный вестью наместник халифа. Комната была пуста. Лишь пыльная колба стояла на иссох­
шем столе да квадратный брусок, густо покрытый пылью, валялся под столом. Когда брусок подня­
ли, пыль осыпалась с него, и он загорелся ровным металлическим блеском. Брусок был золотым и весил более килограмма. Он был торжественно перевезен в Багдад. И ни у кого не возникло сомне­
ний, что золото это сделано Джа­
биром. Джабир рано остался сиротой и воспитывлсяя бедуинами. Затем получил образование в Египте и Багдаде, и первое упоминание о нем в документах встречается, когда он стал алхимиком при дворе Гарун-аль-Рашида. Халифу Джабир посвятил свою пер-
вую книгу: «Книгу Венеры», рассказывающую об искусстве алхимии. Как и другие крупные алхими­
ки, Джабир не чурался медици­
ны и считался лучшим врачом в Багдаде. По его просьбе халиф по­
сылал гонцов В другие страны разыскивать книги древних гре­
ков, и Джабир редактировал пе­
реводы. Джабир был универсаль­
ным гением. Среди его трудов была книга астрономических таб­
лиц, комментарии к Эвклидовой геометрии, диалоги с Птолемеем, труды о талисманах и военных машинах, по философИИ, логике и движущимся автоматам. Послед-
ние годы жизни Джабир провел в родной Куфе, редко выходя из дома, и лишь поток его новых книг свидетельствовал о том, что мудрец жив. Джабир был первым алхимиком (и химиком также), который ввел в науку понятие количества, дозы. Он полагал (это его изобретение на многие сотни лет определило все развитие алхимии), что все металлы образуются в земле в виде союза серы и ртути. Так как эти вещества не встречаются в совершенно чистом виде, то в зависимости от степени их чисто­
ты и происходит то свинец, то олово, ТО золото. В своей «Кни­
ге равновесия» он доказывает, что простое соединение веществ еще не приведет к нужным результа­
там: в материальном мире цар­
ствуют строгие законы, и все ка­
чественные различия зависят от количественных. у Джабира было множество последователей и ученИlШВ, неко­
торые из них оставили видный след в науке. Все они верили в возможность превращения метал­
лов. И лишь один из них, вели­
кий Авиценна, сумевший значи­
тельно обогнать свое время, отно­
сился к алхимии скептически. В одном ИЗ своих трудов он пи­
шет об алхимических процессах, но кончает абзац словами, что не намерен более заниматься алхимией, ибо это пустая трата времени. (Интересно, что в ран­
них европейских· переводах Ави­
ценны эта фраза была опущена переводчиком, которому, видно, было стыдно за столь прискорб­
ные заблуждения великого уче­
ного.) В это время Западная Европа об алхимии ничего не знала. ДО XII века единственным путем, по которому можно было обме­
няться с арабами информацией, были крестовые походы, участни­
ки которых алхимией не интере­
совались. Однако после того, как кресто­
носцы обосновались на святой земле и кое-что узнали о ее жи­
телях, оказалось, что арабы во многом далеко обогнали евро­
пейцев. Научные знания мусуль­
манского Востока проникали в Европу и из завоеванной ара­
бами Испании. Так что рано или поздно европейцы должны были познакомиться с алхи­
мией. Считается, что это случилось в середине XII века и пионерами в этом были два молодых чело­
века, англичанин и немец, бродя-
чие студенты, которые добрались до Испании и там зарабатываЛlI на жизнь переводами, ибо у них хватило терпения выучить араб­
ский язык. В 1141 году они по заказу одного епископа перевели на латынь коран, а в 1144 году один из студентоз, Роберт Че­
стерский, перезел на латинский язык «Книгу учений об алхимии». В конце перезода стоит дата окончания работы: 11 фезраля. Т ак что мы можем с точностью до одиого дня сказать, когда ал­
химия пришла з Европу и начала свое триумфальное шествие по ее государстзам. В течение следую­
щих ста лет были переведены зсе оснозные научные и философские труды арабоз. Только з XHI и XIV веках в Езропе поязляются собственные алхимики, которые на основе знаний, почерпнутых у арабоз, стараются развивать алхи­
мию дальше. Даже терминологию езропейские алхимики сохранили арабскую и, если писали собствен­
ные труды, выдавалн ·их за недав­
но найденные арабские рукописи. И сегодня мы произносим араб­
ские алхимические термины, не подозревая, что они имеют К ал­
химии хоть какое-нибудь отиоше­
ние. Например, алкоголь, азот, эликсир, нафталин. ПЛЕННИК ПАПЫ РИМСКОГО В средневековой Европе, задав­
ленной властью христианской церкви, алхимия стала одной из немногих отдушин для науки, да­
ла зозможность приложить к кон­
кретному делу свою склонность к научному исследованию. Не у дизительно, что вплоть до расцзета Возрождения все более или менее иззестные европейские мыслители так или иначе были связаны с алхимией. Но если ал­
химия становилась для них делом жизни, то вело это чаще всего не к гениальным озарениям, а к великим заблуждениям. Чтобы не быть ГОЛОСЛОВНЫМ, стоит позедать историю жизни крупнейшего мыслителя европей­
ского среднезековья Роджера Бе­
кона. Учился Роджер Бекон вакс­
форде, затем уехал в Пари ж, где получил звание магистра, и з 1250 году зернулся на родину. Как и многие другие ученые, Бе­
кон вступил з монашеский фран­
цисканский орден, так как это дазало защиту от суеверной тол­
пы и корыстолюБИ8ЫХ власти­
телей. Роджер Бекон далеко обогиал свой век. До сих пор удивляет сила его предзидения, его образо­
занность и ЯСНОСТЬ ума. Вот что пишет Бекон, к примеру, (, буду­
щем (учтите -
з середине XIII века!): «Корабли будут пе­
редвига ться без помощи . зесел, так что самым большим кораб­
лем сможет управлять один чело­
зек, и плыть он будет быстрее, чем его смогли бы двигать многие гребцы. Будут и машины, которые бу дут передвигаться без тянущих их животных и также ку да бы­
стрее ... будут придуманы и летаю­
щие машины, так что человек бу­
дет сидеть в этой· машине, пово­
рачизая некий механизм, упраз­
ляющий искусстзенными крылья­
ми ... будет изобретена и машина небольшого размера, могущая поднимать невиданные тяжести ... бу дут даже машины, в которых можно будет опускаться на дно рек и морей без опасности для жизни... и подобные вещи могут быть созданы во множестве, даже мосты через реки без опор и быков ... » Алхимия, которой Бекон посзя­
время, стре­
до сути зещей, трагедией. Как тил наибольшее мясь добраться стала для него для ученого, так и для чело­
века. Вряд ли алхимия была на пер­
вом месте в круге интересоз Бе­
кона. Он был известным против­
ником магии и с профессорской кафедры з Оксфорде неоднократ­
но заЯ8ЛЯЛ, что лишь опыт может быть критерием науки. Однако чем дальше, тем шире распростра­
нялись слухи, что Роджер Бекон умеет доБЫ8ать золото. Папа Климент IV, который покрози­
теЛЬСТ80вал ученому, полагал, ви­
димо, что слухи эти не лишены ОСНО8аниЙ. Бекон был окружен шпионами, которые должны были доноснть папе о его открытиях. НеСГОВОРЧИ8ЫЙ нра8 и незазиси­
мость Роджера Бекона создали ему множестзо 8лиятельных зра­
Г08, и ему пришлось оста8ИТЬ ка­
федру з Оксфорде. Папа предло­
жил ученому перебраться з Париж, обещая предоста8ИТЬ зсе УСЛ08ИЯ для· работы. К этому 8ремени цеРК08ные 8ласти пол­
ностью убедились в том, что Бе­
кон достиг желаемого, и им ни­
чего иного не остазалось, как заточить его в тюрьму -
80 из­
бежание «утечки информацию>. Официально было объязлено, что 75 Бекон обвиняется в магии и ереси. Бекон провел в тюрьме много лет. Он был начисто лишен воз­
можности общаться с другими учеными, ставить нужные ему опыты. Каждый шаг его контро-
лировался монахами, и каждое слово, написанное им, немедленно направлялось самому папе. Мо-
нахи книги. да -
мии. послушно приносили ему Но книги особого ро­
сочинения мудрецов алхи-
Бекон мог лишь размышлять, но не мог проверить своих мыс­
лей. Порой ему казалось, что он достиг основного секрета превра­
щения металлов, но прямо ска­
зать об этом он не хотел -
это значило бы подарить монахам свою тайну. Бекон зашИфровывает свои рецепты, ОН пишет «Зер­
кало алхимии», «Большой qnyc», «Малый опус», он сводит В стройную систему все теории алхимиков... И упирается в ту­
пик. Академик Морозов писал о Бе­
коне: «При других условиях из Бекона вышел бы Ньютон совре­
менной химии, а теперь в его лице мы видим Ньютона, из ко­
торого церковное самодержавие средних веков сделало больного мечтателя ... » у бедившись в том, что Бекон золота делать не умеет, монахи выпустили его из тюрьмы и отпу­
стили в Англию, где он умер в 1294 году. И последующим поко­
лениям алхимиков работы велико­
го затворника сильно усложнили жизнь. Там, где нужно было по­
ни мать его слова впереносном смысле, г де Бекон пользовался аллегориями, алхимики все вос­
принимали всерьез. Он писал, что ртуть и серу можно извлечь ото­
всюду, так же как и золото, же­
лая сказать, что любое вещество содержит в себе элементы друго­
го. Алхимики воспринимали это буквально. Образно сказал он, что даже в грязи есть философ­
ский камень. В отчаянии поздние алхимики копались в грязи, оты­
скивая золото, -
уж очень был велик авторитет затворника. Алхимик Ле Мартинье сообщал совершенно всерьез: «Я собрал жидкости, вытекающей из носа во время насморка и плевков, каж­
дой по фунту. Я смешал все вме­
сте и положил в реторту, чтобы lизвлечь из них квинтэссенцию. По ее полном извлечении я сделал из иее твердое вещест­
во, которое применил к пре­
вращению металлов. Но напра­
сно!» 76 БЕРЕЖЛИВАЯ ЖЕНА ВЕРНОГО СЛУГИ После Бекона и его великих со­
временников европейская алхимия в течение нескольких веков топта­
лась на месте. Т о, чего могла до­
стичь алхимия, было уже достиг­
нуто. Дальнейшие открытия тор­
мозились шорами, снимать кото­
рые алхимики никак не желали. Например, они были уверены, что металлов семь. И даже если кому­
нибудь из них пришлось бы встретиться с восьмым металлом, признаться в этом они не могли. Число «семь» было священным. "Восемь» и «девять» священны­
ми числами не были. Наступившее Возрождение приблизило конец алхимии, но именно перед смертью эта наука невиданно расцвела. Не было дво­
ра· в Европе, при котором не тру­
дились бы алхимики. Не было города, где они не вс,речались бы в аптеках и подвалах, ревниво наблюдая друг за другом. За зна­
менитыми алхимиками охотились монархи и епископы, их награж­
дали, сажали в тюрьмы, давали им звания графов и рубили им головы. Семнадцатый век агония ал-
химии. Смерть алхимии прин~с следующий век, восемнадцатыи. Джеймс Прайс, последний анг­
лийский алхимик, родился в Лон­
доне в 1752 году, когда о расцве­
те алхимии многие уже забыли. Был он членом Королевского об­
щества по химии (а не алхимии, ибо химия тогда уже отделилась от своей прароДительницы), но фанатично верил в могущество алхимии. И то, ЧТО в течение ве­
ков алхимия так и не породила философский камень, казалось ему всего-навсего случайностью. Но алхимия умирала, и Прайс решил возродить ее ... И ради это­
го пошел на подлог. В начале 80-х годов Прайс поселился в своем доме в графстве Суррей, где оборудовал химическую лабо­
раторию. Вскоре он объявил окру­
жающим, что умеет превращать ртуть в золото, и пригласил не­
скольких лордов, а также самого короля к себе в лабораторию, чтобы они мог ли собственными г лазами убедиться' в справедливо­
сти его слов. На г лазах у гостей Прайс до­
бавил в ртуть белого. порошка, и ртуть превратилась в серебро. За­
тем добавил красиого порошка и получил золото. Естественно, что эксперимент получил широкую огласку. В кон­
це ХУI 1 1 века выходило множе-
ство газет, и все они отликну­
лись на удивительное открытие. Кроме того, Прайс выпустил бро­
шюру с описанием своих опытов, где, однако, не сообщил состава порошка. В дело вмешались химики. Ко­
ролевское общество, членом кото­
рого Прайс состоял, попросило у него разрешения направить авто­
ритетную комиссию, но Прайс ее принять отказался, ссылаясь на то, что порошок У него весь вы­
шел, придется готовить новый, а удастся ли это -
неизвестно. Общество направило Прайсу уль­
тиматум -
или вы допускаете в лабораторию комиссию специали­
стов, или вас официально призна­
ют шарлатаном и из общества исключат. Прайс попросил шесть недель отсрочки и за это вре­
мя съездил в Германию, где, как говорят, тщетно разыскивал живых алхимиков, чтобы те ему помогли. Фанатик все же на­
деялся на чудо. Шесть недель истекли. В на­
чале августа 1783 года три из­
вестных химика прибыли в дом ПраЙса. Прайс встретил их у входа. Он казался спокойным. Затем он провел комиссию в ла­
бораторию, извинился, вышел на минуту и выпил заготовленный заранее бокал вина с синильной кислотой ... Когда Прайс был в Германии, он не спешил мог знать, с визитом. что чуть по­
Последний немецкий алхимик, причем алхи­
мик поневоле, еще не начал сво­
их опытов. Лишь в 1786 году некий барон Леопольд фон Хир­
шен заявил, что открыл «жиз­
ненную соль», обладающую спо­
собностью излечивать почти от всех болезней. С этой солью изобретатель направился к про­
фессору теологии Иоганну Зем­
леру, много читавшему об исто­
рии алхимиков и в глубине ду­
ши верившему, что философский камень все-таки может существо­
вать. Землер испытал соль и пришел к выводу, что она не только излечивает от болезней, но и превращает металлы в зо­
лото. Для этого надо лишь раст­
ворить ее в воде и продержать в нагретом состоянии несколько дней. И тогда на дне сосуда образуется немного золота. Профессор Землер пользовался репутацией солидного человека, и потому его коллеги по универ­
ситету не решились поднять его на смех. Однако ему было пред­
ложено дать соль на анализ хими­
кам. Химики исследовали состав и обнаружили, что соль состоит из смеси глауберовой соли и ком­
понентов человеческой мочи. О чем и было сообщено про фес­
сору Землеру. Но профессор про­
должал настаивать и требовать дальнейших анализов. «Мои опы­
ты дают великолепные результа­
ты, -
писал он химикам. -
У же две колбы дают золото. Через каждые шесть дией я извлекаю из соли по пятнадцать гранов золота». Профессор умолял еще раз про верить удивительное сна­
добье, и, если можно, перед ауди­
торией. Химики поняли, ЧТО им так просто от Землера не отде­
латься, и согласились. В зал, где должен был быть проведен ана­
лиз, набилось множество народу. Даже министры покинули свои кабинеты, чтобы присутствовать при знаменательном моменте. Крупнейший химик профессор Клапрот еще раз определил со­
став соли, затем извлек из колбы кусочки «золота» И первым же анализом определил, что 8ТО медь. Зал разразился хохотом. ... Потом обнаружилось, что ста­
рый слуга профессора, искренне желая помочь хозяину в опытах, незаметно крошил в колбы немно­
го золота. Но незадолго до по­
следнего испытания его призвали в армию, и он поручил класть зо­
лото в колбу своей жене. Та, бу­
дучи женщиной практичной, ре­
шила, что чудак профессор не различит, где золото, а где медь. Она С8кономила оставленное му­
жем золото и загубила карьеру последнего алхимика. А БЫЛО ЛИ ЗОЛОТО? Кончая рассказ об алхимии и алхимиках, стоит попытаться от­
ветить на такой вопрос: а все-та­
ки умели алхимики делать золото или нет? Ведь многие люди, ника-
кого отношения имевшие, видели к алхимии не собственными глазами, как золото зарождалось в тиглях. Эти опыты проводились в присутствии свидетелей и тща­
тельно запротоколированы. В начале ХУН века по прика­
занию датского короля Христиа­
на IV придворный алхимик Гар­
бах «изготовлял» золото из меди, и датские дука.ты 1644 года были отчеканены из 8ТОГО золота. Что­
бы посрамить неверующих, ко­
роль приказал в 1647 году вновь отчеканить из алхимического зо­
лота дукаты, на обороте которых было написано по-латыни: «У зри славные дела господа». В январе 1648 года император Германии Фердинанд III вместе со своим казиачеем наблюдали, как алхимик по имени Рихтхаузен с помощью крупинок философского камня превратил в золото два с половиной фунта ртути. ИЗ 8ТОГО золота была чеканена медаль со словами: «Удивительное превра­
щение, сделаниое в Праге 15 ян­
варя 1648 года в присутствии его величества императора Фердинан­
да III». Подобных монет и ммалей со­
храиилось довольио много. Одна из них связана с именем шведско­
го генерала, обвиненного в измене Карлу ХII и приговоренного к смерти. Для того чтобы спасти жизнь, шведскиЙ генерал обратил­
ся в 1705 году к королю с пред­
ложением изготовить золото. Кар­
лу, пог лощенному войиой с Пет­
ром Великим, золото нужно было позарез, и он согласился ОТСро­
чить казнь, если опыт получится. Испытание было проведено под наблюдением нейтрального свиде­
теля, английского артиллериста Гамильтона. Геиералу удалось до­
быть золота столько, что из него получилось 147 дукатов да еще медаль с латинской надписью: «Это золото добыто с помощью химического искусства в Сток­
гольме в 1706 году». Итак, существуют, казалось бы, объективные свидетели· успехов алхимиков -
медали и монеты с соответствующими надписями, существуют документы и воспоми­
нания добросовестных наблюда­
телей. И все-таки, как бы внимательио ни читать алхимические труды, какие бы опыты ни ПРОИЗВОДИ'l'ь по алхимическим рецептам, золота добыть не удастся. Потому что ртуть и тем более сера в золото, как известно сегодня, не превра­
щаются. В чем же дело? Алхимиков можно разделить иа две категории: жуликов и фанати­
ков. Одни отлично знали, что "о­
лото ИЗ ртути не получишь, но что золото в определенных хими­
ческих реакциях может соединять­
ся с другими веществами и те­
рять свой «золотой» вид. Можно было на глазах удивленных и аб­
солютно незнакомых с химией' свидетелей восстановить золото и предъявить для опознания. Из та­
кого самого настоящего золота и выбивались медали и монеты. Жу­
ликам 8ТО было выгодно -
они получали щедрые награды от за­
интересованных в успехе монар­
хов, и ценность наград значитель­
но превышала стоимость потра-
ченного на опыты золота. А даль­
ше можно было либо вовремя ис­
чезнуть с глаз покровителя, либо поддерживать в нем надежду, время от времени демонстрируя свое искусство в ограниченных масштабах.· К другой категории алхимиков можно отнести людей типа Прай­
са. Это были фана тики алхимЙИ. Они готовы были разориться, лишь бы торжествовала алхимия. И становились жертвой собствен­
ных заблуждений -
вспомните прОфессора Землера. Но были среди алхимиков и люди типа гениального арабского ученого Джабира. Вспомним бру­
сок золота из его дома. Анализы показывали, что приготовить та­
кой чистоты золото в то время, учитывая состояние металлургии, было невозможно. И многие счи­
тают, что разгадка тайны проис­
хождения 8'ГОГО бруска по своему значению для истории науки ед­
ва ли не равна открытию секрета арабского булата. Кто знает, может быть, гениаль­
иый Джабир в поисках несуще­
ствующего совершил одно из ве­
ликих открытий в металлургии раннего средневековья. ... За две ТЫСJlЧИ лет своего су­
ществования алхимики не получи­
ли ни грана золота, но вато осу­
ществили множество химических реакций, разработали химическую технологию, обнаружили ряд со­
единений и новых веществ и сде­
лали бы, конечно, во много раз больше, не своди они свою дея­
тельность к поискам мифического филосОфского камня. МЕЛОДИИ ИЗ БУНКЕРА в маленьком швейцарском городке Кран-сюр-Сьер появились афиши со странным объявлением: «Сегодня в бункере местной ГОсТИНИЦЫ состоится концерт камерной музыки». Однако У жите ле й городка уведомление не вы­
звало удивления. Они знали, что H e ~ СКОЛЬКО лет назад владелец местнои ГОСТИНИЦЫ, поддавшись атомному ПСИ,~ хозу, взял да и заказал американскои фирме противоатомное убежище под отелем. Отгрохать бункер отгрохаJlИ. А ВОТ что с НИМ де л ать, н с ясно. В КОН­
ц е КОНЦОВ владе.'1ЬЦУ удалось убедить местное филарм о ни ч еское общество СНЯТЬ убежище ДЛЯ провсдения КОН­
цертов. «Камерная музыка в моем бункере будет звуч а ть особенно ка­
мерно » t -
говорил ОН. .СКОРАЯ ПЧЕЛОВОДЧЕСКАЯ-
у мистера Преснела, жителя американ­
ского штата Южная Каролина, нет бороды. То, ЧТО вы видите на с"им­
ке, -
пчелиный рой. По чистой слу­
чаЙно сти. к нему на шею села пчели­
ная матка. Тотчас лицо и грудь Пр ес ­
нела облепил остальной рой. Что было делать? Собравшаяся толпа предлагала самые разнообразные решения -
начи­
ная от окуривания дымом обыкновен­
ной сигары, кончая прим е нени ем керо­
сина. Однако у мистера Пр еснела хва­
тило выдержки не внять советам, а требовать приезда «Скорой помощи». Когда примчалась машина с красным крестом, пострадавший написал (гово­
рить он опасался, чтобы не потрево­
жить рой): « Пое зжайте за пчелово­
дом». Разыскать означен ного специа· листа оказ~лось н е просто. Н о n конце концон он прибыл и освободил терпе ­
ливого Прrснr:НI от Оll3СIIОй f)ороды. ПОЖАР ДЛЯ МЕДАЛ ИСТОВ к ому не известно, как мешают работаю­
щим людям праздные зеваки. Скажем. пожар: дом горит, пожарные делают свое нелегкое дело, а тут из окружаю­
щей толпы несутся разные отвлекаю­
щие реплики, советы. Власти бразиль­
ского штата П ернамбуку издал и декрет, по которому «л иц ам, не им ею­
щим отношения к горящему объекту, запрещается подходить к последнему ближе чем на пятьдесят метров. И с­
ключения -
только для сеньоров, мо­
гущих предъявить медаль .За борьбу с огнем». Пр авда, особо рьяные люб и­
тел и пр оисшествий жалуются н а то. что теперь получить вожделенную ме­
даль стало делом ГIОЧТИ невозможным. ДЕЛО ВЕРНОЕ Что делать с автомобильными пробка­
ми? Эта мысль снедала не только от­
цов города Токио, но и владельца маленького ресторанчика на одной из оживленных улиц. То есть когда-то оживленной. Сейчас почти все время п еред его заведением простаивают в ожидании зеленого света автомобили. Понятно, что отцов города такие про б­
ки не радовали, чего не скажешь о рестораторе: пробки натолк.нули его н а мысл~ обернуть зло во благо. С не­
которых пор он стал обслуживать, та,. сказать, на вынос -
при нося обед },: кабину водителя. Вначале ему прихо ­
дилось таскать тарел ки бегом. НО П Р мере того как пробки становятся за · тяж нее, ресторатор успевает сервиро­
вать полный обед. «М ноги е клиенты Hf отказываются и от десерта», -
говорит ресторатор. НЕ В СВОИ ЭПОЛЕТЫ НЕ РЯДИСЫ К ак отличить генерала от остальных Cl\-н · рТНbIХ? Понятное дело, по мундиру. А теперь представьте, что будет, ссли I НI.ЖДblЙ, кому н е лень, начнет во время карнавала напяливать на себя гене­
ральские эполеты и щеголять в сереб­
ряных генеральских лампасах! Именно эта MbICJlb обеспокоила бразильские пласти, по торопив ши еся издать следую­
щее распоряжение: ~апретить в этом году на традиционном карнавале 8 Рио-де-Жанейро появляться наряжен­
ным в генеральские мундиры. Через три дня последовало до пол не ­
ние -
в полковнИчьих тоже. Еще через день -
разъяснение: никаких майор­
ских мундиров. И нтересно, сколько вре­
MeHt1 отпущено еще ряженым капи
м танам? .. НУ-КА, УКРАДИ! н екоему Антенсиону Левельосу не вез
м ло с велосипедами. Как только он п о­
купал машину, неизвестные злоумыш ­
ле нники нор ов или умыкнуть ее. Нако­
нец терпение Антенсиона лопнуло; он решил завести себе такой велосипед, чтобbl его нево зможно было украсть. Дл я Этого старый барселонец видел только один путь -
завести настолько нестандартную машину, что ее легкО будет найти по приметам. Так появи­
лась конструкция, которую вы видите на снимке. Она обладает, на взгляд Левельоса, целым рядом преимуществ. В частности, на велосипеде можно ехать лежа. ЭТ И ГОЛОВОЛОМНЫЕ ДОРОЖНЫЕ ЗНАКИ Jlвстрийка Дорис Шмидт вторично п ровал илась на экзамене, пытаясь по­
лучить права на вождение мотоцикла. Этот заурядный факт вряд ли привлек бы внимание, есл и бы не одно обстоя­
тельство: уже пятн адца т ь лет дорис выступает в цирке со своим знамени ­
тым номером «На мотоцикле по вер­
тикальной стене ». «Дорожные з н аки -
вот мое слабое место», -
с грустью призналась Дорие. ВОТ И ПРИСПОСОБИЛСЯ Х амелеон, как известно, обладает за ­
мечательной способностью приспосаб­
ливаться к окружающей среде. Правда, до сих пор было и звестно, что он ме­
няет свой цвет. А вот хамелеон Шел
м дон, живущий в калифорнийском зоо­
парке Канога-парк, не выходит на про­
гулку без подобранного где-то игрушечного зонтика. В самом деле -
гуляющая публика вся с зонтиками. Выходит, что надо и ему приспосо­
биться. ДВА ТОЛСТЯКА И РЫБА Д ень, когда вся деревня отправляется на рыбную ловлю, ~ большое собы­
тие Д~'1Я племени Фан, живущего на берегах реки Огуве в Габоне. Вся де­
ревня с утра .. движении: еще раз проверяют снасти, ЛОДКИ, го т овят при~ манки. И только два самых толстых человека, деревенские обжоры, сладко дремлют в тени. ИМ надо беречь сИЛЫ. Но вот лригоrО8ления закончены. На берег реки, где разложены горы пищи, вызывают обжор. С неимоверной быстротой ОНИ УНИ~lТожают ее. Время от времени обжоры все-та ки повора ­
чиваются в сторону ВОДЫ, облизывают­
СЯ и вообще всячески показывают ду­
хам реки, как ИМ вкусно. Духи реки ведают рыбой и частенько не пускают ее в рыбачьи сети. Но есть у духов слабое место: они очень любопытны. За кустами притаился колдун. Он внн­
мател ьно смотрит на воду и в какой­
то момент -
нанерное, когда увидит, как высовывается из воды дух, -
под­
нимает руку. По команде фаны ШВbI­
ряют В реку жареную курицу it бана­
новую кашу. Вино следует в реку за курицей и кашей. Льют его до тех ПОР. пока насытившиеся и упившиеся толстяки не начинают храпеть. Значит, духи тоже напились и за­
снули -
можно отправляться на ры­
балку. ЛИСТАЯ СТАРЫЕ СТРАНИЦЫ "Вонруг света", 1905 год ОСТРОВ ПАСХИ Английские газеты сообщают, что компания ливерпульских коммерсантов приобрела от чилийского правитель­
ст»з остров Пасхи с целью основания на нем в обширных размерз:х овце­
водства. Подобная попытка про изводит­
ся на острове не впервые. В 1878 году одна французская фирма из Таити про­
и зв одила в довольно обширных раз~ мерах опыты разведения на острове ов е ц и рогатого скота, но через не­
сколько лет была вынуждена оставить их из-за недостатка пресной воды. Остров, приобретенный ливерпульски­
ми коммерсантами, открыт PoггeBee~ Ном в самый день пасхи 1722 года и этому и обязан своим названием. Он занимает площадь в 47 английских квадратных миль. Остров Пасхи весь вул канического происхождения И, как говорят, очень плодороден. Он HaCe ~'I eH полине з ийцами, но, по-видимому, ОНИ постепенно вымирают, так как в 1865 гo~ ду всех жителей на острове насчиты­
валось около 3 тысяч душ, а в настоя~ щее время их осталось всего лишь 100 человек. Туземцы ничего не могут сообщить относительно живописных древностей, которыми славится остров Пасхи. Среди этих малоисследованных ~ревностей обращаю.. на себя особен­
ное вниманИе - грубые каменные статуи, высеченные из камня. Одна из них, с замечательно узкими губами, изобра­
жает отвратительное по виду челове­
ческое . существо. Кроме статуй, на острове было найдено около сотни ка­
менных домов, по~видимому очень древних, со стенами в пять футов толщиной. На стенах уцелели остатки живописи. Рисунки В. КАНЕВСКОГО ФИРМЕННЫЕ ИНТЕРЕСЫ Од"а крупная фирма в Детройте про­
вела конкурс на лучшее предложение по части экономии административных средств. Совет директоров учредил IIре­
мию в размере 100 долларов. Ее по­
лучил служащий, который прежде всего предложил уменьшить премию на де­
сять долларов. ХЛЕБ И ВЕЧНОСТЬ француз Арман Бюке любил на завт­
рак свежеиспеченный хлеб. Однако хо­
дить спозаранку в булочную он тер­
петь не мог. Поиски выхода из этогО тупика натолкнули Армана на сенсаци­
онное открытие -
как вечно сохранять хлеб свежим. Исходя из того, что наилучшей средой для хлеба должен быть газ, Бюке после длительных опы­
тов предложил вдувать в пластиковые мешочки окись этилена с добавлением углекислоты. Эта смесь, убивающая плесень и бактерии, не влияет на вкус хлеба и идеально предохраняет его от черствения. Друзья, которых он озна­
комил с таким способом, говорят все же, что старый способ -
вставать утром -
менее хлопотен. ЖЕНСКИЕ ПРОФЕССИИ 8 АНГЛИИ Недавно в АнглиИ обнародована любопытная статистика професеий, практикуемых женщинами Соединенно­
го королевства Великобритании и Ир­
ландии. Оказывается, что существует 212 женщин-докторов, 140 дантистов и 3 ветеринара, 1219 женщин занимаются журналистикой и литературой и 3669-
живописью, причем 219 из них­
вывесочные живописцы. Затем 382 жен­
щины служат в качестве странствую­
щих приказчиков, из которых 94 раз­
возят образцы вин, пива и ликеров; 58 женщин служат кучерами омиибу­
сов и 660-кучерами наемных экипажей; 54 женщины занимаются ремеслом трубочистов, 4 женщины служат коче­
гарами, 6 женщин -
оружеАники и 316 женщин кузнецы. Наконец, 387 женщин исполняют обязанности судебных приставов. МОТОКОВБОИ Ну вот, подумает с грустью читатель, глядя на фотографию, вот и перевелись лихие конники-ковбои. Теперь и бычков укрощают на мотоциклах. Однако, если сказать об этом мотоковбою Билли Лоу, он ответит, что его ремесло не стало легче. Попробуйте-ка бросить лассо, мчась на скорости пятьдесят ки­
лометров в час по пересеченной мест­
ности! О ВЕЖЛИВОСТИ ЯПОНЦЕВ Прирожденная вежливость японцев прежде всего выражается в самом языке их, который своими оборотами, так сказать, органически не допускает грубых выражений. По-я поиски нель­
зя обернуть фразу, чтобы оиа была резка. Самая форма глагола обуслав­
ливает известное изящество стиля. По~японски никак не скажете «пошел 80Н»: дЛЯ этого нет достаточно просто­
го оборота, и самые формы языка обя­
зывают сказать: «Будьте добры, сде­
лаАте милость, удалитесь, пожалуй .. ста!» Самый низкий разряд людей в Япо­
нии -
возчики, которые возят на се .. бе в колясочках желающи~, так назы­
ваемые рикши, когда затевают ссору между собой, переходят. всегда на русский или английский язык, потому что на своем языке ругаться как сле­
дует не могут. Так бывает, по крайней мере, в На· гасаки. 79 Н! 5 МАЙ 1971 СОДЕРЖАНИЕ Ю. ЛЕКСИН, В. ОРЛОВ -
Дорога к башне Л. ЧУЙКО -
Вертолеты над Гангом НАДИР САФИЕВ -
Поиски первого дНЯ 2 6 10 16 АРСЕНИЙ РЯБИКИН -
В воскресенье 30 лет назад САХАРА: ЧЕЛОВЕК И пустыя •• Комментарий к И. М. За6еЛННёI . . • В. ИЛЬИН -
Лето,пись на скалах подборке 20-41 22 В. СНЕrовский -
Помпеи в песках Т. ПУТИНЦЕВА -
Пришли и поселились ... . ВЛАДИМИР КАТИН -
Голубой караван Ю. КАРАНДЕЕВ -
Прошлое советует будущему ВЛАДИМИР ЦВЕТОВ -
Последний спектакль самурая А. КРУШИНСКИЙ -
Золото • М. ЗИЛЫiЕРКВИТ -
Стру,нные, духовые, ударные rАРРИ ТАБАЧНИК -
В поисках исчезнувших звуков rАБРИЭЛЬ rАРСИА МАРКЕС -
Десять Д,ней на плоту в Кариб-
ском море Р. ЩЕРБАКОВ -
Живые пергаменты Матена.дарана ПОЛЬ ЗААЛЬ -
Что пираньене по зубам ... иrорь МОЖЕЙКО -
Заблуждения чародеев Пестрый мир С. ФАН -
Карабау-кормилец 26 28 34 38 42 47 SO SS S6 64 68 73 78 80 На первой странице обложкu: ВЕСНА В ПОДМОС­
КОВЬЕ. ФОТО Б. РАСКИНА. Главный редактор А. В. НИКОНОВ Ч л е н ы р е Д а к Ц и О Н Н О Й к о л л е г и и: В. И. АККУРАТОВ, А. В. ГУСЕВ, И. М. ЗАБЕЛИН, М. М. КОНДРАТЬ­
ЕВА, В. Л. КУДРЯВЦЕВ, А. А. НОДИЯ (заместитель главного редак­
тора), Ю. Б. САВЕНКОВ, А. И. СОЛОВЬЕВ, Л. А. ЧЕWКОВА, В. М. ЧИЧКОВ, Г. И. ЯНАЕВ. Оформление А. Гусева и Т. Гороховской Рукописи не возвращаются Технический редактор А. Бугрова ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК ВЛКСМ «МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ» Наш адрес: Москва, А-30, Сущевская, 21. Телефон для справок 251-15-00, доб. 2-29; отделы: «Наша Родина» -3-93; иностранный -
2-85; литературы -3-58; науки -3-38; писем -2-65; иллюстра-
ции -3-16; приложение «Искатель» -
4-10. Сдано в набор 9/Ш 1971 г. Подп. к печ. 1З/IV 1971 г. А08078 Формат 84Х108'/'6. Печ. л. 5 (усл. 8,4). Уч.-изд. л. 12. Тираж 2 ззо 000 :зкз. Заказ 472. Цена 60 коп. Типография изд-ва ЦН ВЛIiСМ «Молодая гвардия». Москва, А-ЗО, Сущевская, 21. НАРАБАУ­
НОРМИЛЕЦ к то кормит Филиппины? Тот, кого зовут Хуан де ла Крус. Это, конечно, имя собственное, но для филиппинского крестьянина еще и нарицательное. Есть у Хуана де ла Круса и другое имя: тао, что по-тагальски значит «чело­
век». у Хуана всех богатств -
пара рук, клочок земли да буйвол-ка­
раб ау. Самое большое богатство­
карабау. Друг-карабау, кормилец. Без него ни участка не расчи­
стить, ни поля не вспахэ.ть. Хуан привел своего карабау с базара еще буйволенком. Потом сходил к колдуну и купил у него амулет -
антинг-антинг. У кого есть такой амулет, у того буйвола невозможно украсть. До поры до времени карабау не работал, силу нагуливал. Сын Хуана водил его купаться на ре­
ку, пас его за деревней. А кара­
бау привыкал к Хуану и его сыну, потому что хороший буй­
вол слушает только своего хозяи­
на. Но женщины -
ни жена Хуана, ни дочери -
и близко к карабау не подходили. Буйвол не женское дело. В филиппинской деревне обязанности строго раз­
делены: мужчина пашет поле, женщина сажает рис; женщина убирает урожай, мужчина моло­
тит. Буйвол занят только мужски­
ми делами. Пришло время карабау рабо­
тать. Первый раз он выходит в поле вместе с опытным, старым буйволом. Uелый день он будет ходить рядом, смотреть, учиться. И попробуй он быть невнима­
тельнымl У хозяина тяжелая рука, и наказание последует немедлен­
но. Ведь от первого дня зависит, как будет карабау работать всю жизнь. А на следующий день запрягут карабау в плуг, и медленно про­
ведет он первую свою борозду. За ней вторую, третью, тысяч­
ную... нескончаемую борозду ка­
рабау-кормильца ... С. ФАН бюро межgунароgноrо молоgежного мурузма Археолоrические находки доколумбовон элохи. ПЕРУ 
Автор
val20101
Документ
Категория
Вокруг Света
Просмотров
546
Размер файла
101 806 Кб
Теги
1971
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа