close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

ВС 1981-10

код для вставкиСкачать
~BEТA 111 10 онтя&р" 1881 НА~ЧНО .• Х~АОНlЕСТВЕнныl ЕЖЕМЕсячныi НI'PHAn цк ВnКС. ПУТЕШЕСТВIIII, ПРIIКЛЮЧЕНIIII 11 ФАНТАСТIIКII Журнал основан в 1861 tоду В. ОРЛОВ -
Разведкз для атомохода. 2-я стр. обл. АЛЕ:КСАНДР :КАВЕР3НЕВ -
Мостами сшитый 6 ЮРИИ УСТИМЕНJtО -
Утреиняя дорога. 12 Русские в АбиссlЩИИ . 16 Л. МАРТЫНОВ -
.Рай.. в :Коббаррнаг~дутуие 17 ВЛАДИМИР ТОЛМАСОВ -
Рацея капитан-командора Головнина Листая старые с т раницы. Вокруг света ... ЛЕОНАРД ':КОСИЧЕВ -
Сейба':'" Древо жи.зни ЕВГРАФ :КОНЧИН -
Не предам Херсонеса!:' . ЖЮЛЬ Б-ЕРН -
:Курьерский пое.зд через океан. В. ЛЕБЕДЕВ -
Птицы летят к о.зеру •... ЮРИИ ЛОЩИЦ -
Максимовские гати. М. :КОНДРАТЬЕВА -
Где гуляет гиппопо? 20 25,38 26 32 36 40 44 48 РОДЖЕР ЛАНСЕЛИН ГРИН -
ПРИКJIючения короля Артура и рыцарей :Круглого Стола.. .' 52 59 62 64 В. БАБЕН:КО -
Тасанке Уитке, живущий в скале. . Пестрый мир . И. А. -
на Марсе . н а пер 8 О й с т р а н. и Ц е о 6 л о ж к и: МОС КВ А -
столица С СС Р. Фото В. О Р л о 8 а Гпа8НЫЙ редактор А. В. НИКОНОВ Чпены редакцнонной KonnerHH В. И. АККУРАТОВ, А. В. ГУСЕВ, Р. Ф. ИТС, м. м. КОНДРАТЬЕВА, В. Л. КУДРЯВЦЕВ, В. А. ЛЕ6ЕДЕВ (38меститеп~ ГП.8ИОГО реД8КТОР8', В. А. !1РИВАЛОВ (oT8eTcT8eHHwli ceKpeT8p~I, Е. м. РЫIiИНСКИIiI, Ю. А. СЕНКЕВИЧ, О. И. СОКОЛОВ, Е. В. ХРУНОВ, Л. А. ЧЕWКОВА ~ В. м. чичкоli . Оформпение А. ГУС"8 И Т. rOPOX08CKOli . РУКОПИСИ не 8038р8Щ81ОТСА Техническиli реД8КТОР А. liyrpo •• ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК влкём «МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ _ В. О РЛ о В, Haw спец. КОРР. Фото а8тора Ш Диксоне весна. Без шубы и шапки по улицам не похо-
• дишь: мороз не слаб, да и снега плотны, не начинали таять, но солнце уже не заходит. Светит день и ночь. И под крышами вывесились со­
сульки, прилетели первые птички, бе­
лые полярные воробьи -
пуночки. Обычное для весенних дней столпо­
творение пассажиров в аэропортов­
СКОй гостинице Диксона. Кого тут толь­
ко сейчас не встретишы Ракетчиков из обсерватории с острова Хейса, гляцио­
логов, отправляющихся на ледники Се­
верной Земли, геодезистов, что торо­
пятся в безлюдные тундры Таймыра. Но в планы полярных трудяг в любое мгнове · ние может вмешаться непого­
да -
туман или пурга, и все смешать. Такова уж весна в Диксоне ... Туман приполз на третий день мая. Его пригнал порыв иСТЫй южный ве т ер. Вначале он был так густ, что в нем по­
тонули дома, исчезло розовое здание аэропорта с диспетчерской вышкой, ко­
торая возвышается над островом как пожарная каланча. Но время туманов, когда они висят по неделе, для Диксона еще не насту­
пило. К полудню мгла стала рассеивать­
ся. Появилось солнце, стала видна аэродромная радиостанция. Все са­
молеты и вертолеты, собравшиеся R этот день на стоянках аэропорта, еще продолжали отдыхать, когда Вениамин Семенович Миняев, командир ледово­
го разведчика, решил, что ждать боль­
ше нечего. Видимость показал ась ему вполне достаточной, чтобы поднять в небо СВОй тяжелый, всегда заправлен­
ный под пробки, с дополнительными баками самолет. Возможно, в другой день, в другой раз он еще и повреме­
н · ил бы, но сегодня не мог. Результатов полета ледового разведчика ждал ато­
моход. В Арктике продолжал ось неви­
данное дело: круглогодичная навига­
ция, начатая три года назад. По графи­
ку, будто составы на железной дороге, шли сквозь льды Карского моря суда, везущие машины, оборудование, строительные материалы, овощи и про ­
дукты для полярников, осваивающих Таймыр. В обратном направлении, из Дудинки в Мурманск, суда увозили продукцию Норильского комбината: металл и руду для обогатительных фаб­
рик. Когда я подоспел на аэродром, эки­
паж уже занял свои места. У моторов, под плоскостями краснохвостого Ил - 14, сновал один лишь Саша Ишуков, борт­
механи к. Мне показалось, что и ~ л-едо-
«ОБЕСПЕЧИТЬ КРУГЛОГОДИЧНУЮ НАВИГАЦИЮ В ЗАПАДНОЙ ЧАСТИ СЕВЕРНОГО МОРСКОГО ПУТИ И СВОЕВРЕМЕННУЮ ДОСТАВКУ НЕОБХОДИМЫХ ГРУЗОВ В РАЙОНЫ КРАЙНЕГО СЕВЕРА И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА», Основные направления экономического и социального развития СССР на 1981-1985 годы и на период до 1990 года: .13ВIАI1 АЛ8 1!О.ОIОА& вый разведчик и бортмеханик дрожат от возбуждения, не чая, как бы побыст ­
рее взлететь и приняться Зd работу. -
По коням,- скомандовал Саша, взбираясь следом за мной в самолет, Он втащил за собой хлипкую металли­
ческую лестницу, что-то вроде шторм­
трапа на корабле, быстро захлопнул дверь и, на ходу расстегивая куртку, устремился в кабину, Ил-14, в общем - то, хорошо знако­
м ы й мне самолет. За годы р а бот ы в Арктике прих о д и лось на н ем и лет ать, и держа т ь с ним св язь. Этот ж е б о р т, 04178, пам я тен м н е особо. О н начал л е · ­
тать, когда караваны судов по Арк т ике водил еще « Ермаю) -
дедушка русско­
го ледокольного флота. В те времена я работал радистом на мысе Желания, и не раз, чтобы обеспечить этот само­
лет пеленгами и радиосвязью, мне при­
ходилось пробираться сквозь ураган­
ный ветер и пургу на пеленгатор, стояв­
ший в километре от полярной станции, Были такие мгновения, когда казалось, что не дойду, не отыщу его, н о не идти не мог: знал, самолет непременно под ­
нимется ... в небе обязательно будут ожидать моей помощи люди ... Иногда ледовые разведчики, проле­
тая над мысом, сбрасывал .. нам почту, и мне не забыть, как при сильной бол­
танке экипаж 04178 все-таки согласился пройти над нами, сбросил почту, а заод­
но и все папиросы, что у них были, так как в то время наши курильщики давно сидеn .. без курева. Потом мне не раз приходилось дер­
жать связь с этим самолетом и с мыса Челюскин, и с Диксона, и с острова Виктория. Тогда уже он работал в паре с ледоколом «Ленин» -
первый ато­
моход начинал водить .караваны судов во льдах, сменив навсегда ушедшего «Ермака». И вот теперь я лечу на борту этого ледового разведчика на помощь атомоходу второго поколения, самому мощному ледоколу в мире «Арктика», который первым из надводных судов проложил дорогу сквозь льды к Се­
верному полюсу. Салон самолета разделен плотными матерчатыми занавесками как · бы на три отсека. В хвостовом -
мороз, как на улице. В среднем -
температура повыше; здесь стоят дополнительные бак и с бензином. За второй занавес-
МАРШРУТАМИ ПЯТИЛЕТКИ кой -
рабочий салон. Он примыкает к кабине. Тут два кресла, стол второго гидролога, приборы штурмана. У про­
тивоположного борта -
фототеле­
графный аппарат, с помощью которого передают ледовые карты на борт ле­
доколов, небольшой кухонный стол, электроплита с эмалированным чайни­
КОм. На стене -
два ряда железных кружек. Ледовому разведчику прихо­
дится летать по дес.ять и более часов, потому и устраивается экипаж по-до­
машнему. Саша Ишуков уже сидит меж пило­
тов в кабине. Взвизгивают раскручи­
вающиеся винты, взревывают моторы, и Ил канн по стоянке мимо таких же краснохвостых Илов, реактивных Яков, Анов, которым, по всей вероятности, вряд ли сегодня удастся взлететь. -
Диксон, 04178 на исполнитель­
ном,- чуть прижимая ларинги к шее, докладывает Вениамин Семенович Ми­
няев, широкоскулый, с удизительно 2 спокойным, даже застенчивым лицом человек. -
Разрешите взлет. -
Взлет разрешаю,- гремит, как из бочки, оглушительный голос диспетче­
ра, и самолет, весь задрожав, начинает разбег. С Миняевым и со всем его экипажем мне приходилось летать уже дважды. Два дня назад мы облетели Карское море, осмотрев льды на маршруте Диксон -
мыс Желания -
архипелаг ЗФИ -
острова Ушакова, Визе, Сверд-
руп -
Диксон. Во втором полете изу­
чали состояние льдов у восточных бе­
регов Новой Земли. В Диксон мы воз­
вращались с заходом на остров Белый, неподалеку от которого «Арктика» ве­
ла судно «Пионер Белоруссии», про­
двигаясь вместе с ним к Енисейскому заливу. Дело у них шло хорошо, и не­
посредственная помощь ледового раз­
ведчика тогда не требовалась. За вре­
мяэтих полетов я убедился, что коман-
дир наш -
пилот опытный, НО лишь сейчас понял, что это летчик высшего класса. Туман окружил самолет сразу же, как только оторвались от полосы. За серой пеленой не стало видно ни земли, ни неба. Набрав триста метров, идеаль­
нейшую для ледового разведчика вы­
соту, Ил-14, развернувшись через кры­
ло, продолжал удаляться в море. Про­
ходили минуты, а туман не рассеивал­
ся, летели вслепую. Миняев решил под­
няться повыше. На четырехстах мет­
рах з · асветило солнце, но льды остава­
лись скрыты туманом. А разведчику как раз требовалось осмотреть ледо­
вый покров от Енисейского залива до острова Белый, где стоял сейчас атомо­
ход в ожидании рекомендаций для дальнейшего движения. С т релка указателя скорости застыла на цифре 250 -
двести пятьдесят ки­
лометров в час. И с этой скоростью мы продолжали нестись в тумане. По кур­
су тут нет высоких островов, как и боль­
ших айсбергов. Это было известно, и все же, чтобы решиться пойти на сни­
жение, надо иметь огромный опыт подобных полетов и крепкий характер. Стрелка высотомера ползет вверх: 200 метров, льда не видно... 150 ... 100 ... Когда наконец под крылом за­
мелькали ледяные поля, черные тре­
щины и смерзшиеся, покрытые серо­
ватым льдом разводья -
показалось, что до них можно рукой достать. Ощу­
щение такое, что мы летим вдвое быст­
рее. Туман не пропал, он по-прежнему окружает самолет. Однако едва стали различимы льды, как по самолету буд­
то пронесся вздох облегчения, все принялись за дело. На столе тщательно расправляет кар­
ту Карского моря Володя Фельдштейн, недавний выпускник Ленинградского гидрометеорологического института, ныне полярник, он работает гидроло­
ГОм в обсерватории Диксона. На карте нанесен маршру т двух предыдущих полетов. Он весь испещрен цветными полосами, квадра ти ками, обозначаю­
щими, где и какой лед мы в с тречали. Володя не только летае т на ледовом разведчике, но и частенько высажива ­
ется на лед Енисейского залива с «Ан­
нушек», живет там в палатках, ведя наблюдения за льдом и течениями. Хорошо представляет картину сегод­
няшней навигации в Арктике. Он рас­
сказывает мне, ч т о к Новой Земле от Мурманска суда ведет атомоход «Ле­
нин ». В Карском море ледовая обста­
новка всегда посложнее, и тут провод­
кой занимаются «Сибирь» либо «Арк­
тика ». Но « Сибирь » сейчас доканчива­
ет навигацию у Ямала. Там, на припай, разгружаются последние суда, доста­
вившие грузы геологам и буровикам. « Арктика» в одиночку проводит суда к Дудинке, морским воротам Норильска. Но к самой Дудинке ей не пройти, не позволит осадка, и поэтому в Енисей­
ском заливе атомоход сменяет спе­
циально построенный мощный дизель­
ный ледокол «Капитан Драницын». Он ведет суда к причалам, а к месту встре­
чи с атомоходом подводит судно, гру­
женное рудой. -
Вроде бы все продумано,- гово­
рит Володя,- изготовлены специаль­
ные суда, но лед нередко преподно­
сит неожиданности, заставляя вносить коррективы. Однако дело, как видите, идет ... Самолет по-прежнему продолжает нестись в нескольких десятках метров надо льдом. Николай Дмитриев, штур­
ман, прокладывает курс, просчитывая что-то на логарифмической линейке. Из кабины выходит улыбающийся Са­
ша Иwуков. «Медведя не видели?­
спрашивает меня.- Только что прошел по правому борту». Где уж теперь при такой скорости его искать! Саша ставит на плиту кастрюлю, достает продукты и начинает готовить обед. Я захожу в кабину. Миняев держит штурвал, пере­
говариваясь с Шабориным, вторым пилотом. Летчики сидят без науш­
ников, связь сейчас держат радисты. На самолете их сегодня двое. Борис Викторович Максимов, старший борт­
радист авиапредприятия, экипаж ко­
торого выполняет ледовую развед­
ку, вывозит, как говорят пилоты, Алек­
сея Рыбина. Борис Викторович -
ас, радистом на самолетах летает четверть века, участвовал в проводке «Аркти­
кю>, когда она шла к полюсу. Ледовым разведчикам тогда приходилось еже­
дневно по многу часов висеть надо льдами, и радисты не отрывались от ключей. Рыбин, тоже радист с немалым ста­
жем, но на ледовой разведке опера­
тивность нужна особая. Бортрадисту приходится работать и с судами, и с полярными станциями, и радиостанция­
ми материка; успевать следить за по­
годой многих портов, чтобы самолету на обратном пути не попасть впросак. В кожаной куртке, при галстуке и в очках, строгий, как учитель, Борис Вик­
торович достает «дрыгу» -
самодель­
ный ключ, на котором работают все радисты Заполярья,- и садится на место радиста, забыв, что он лишь по­
веряющий. Я его понимаю: предста­
витель полярных бортрадистов не же­
лает ударить в грязь лицом перед ра­
дистами морского флота. А мы про­
должаем все так же низко нестись на­
до льдами, но до этого ли радистам ... В отсеке штурмана, за спиной коман­
дира, расположился гидролог. Он поч­
ТИ высунулся в прозрачную полусфе­
ру -
блистер. Оттуда лучше всего раз­
глядывать . льды. Когда смотришь, ка­
жется, что вышел из самолета и ви­
дишь все, даже позади него. Гидроло­
гом у нас Василий Андреевич Харито­
нов. Опытнейший полярник, который начал летать в Арктике раньше, чем пришел бортрадист Максимов, раньше, чем здесь появился самолет с борто­
вым номером 04178. Он пришел в Арк­
тику в тот год, когда, как сам в шутку говорит, родился Саша Ишуков, борт­
механик этой машины. За те тридцать лет, что работает на Севере, Харитонов, в деле наблюдения за льдами тоже произошли колоссаль­
ные изменения. Как и всюду, здесь на помощь людям пришла техника. Кос­
мические СПУТf-fИки постоянно фотогра­
фируют арктические льды, помогая оценить, так сказать, глобальную обста­
новку. Володя Фельдштейн перед по­
летом показывал снимки. На них видно все Карское море. Оно плотно забито льдом, и лишь отдельные темные поло­
сы протянулись на север от Новой Зем­
ли. Это наиболее крупные разводья, Но капитанам судов необходимо, по­
мимо глобальной обстановки, знать и мельчайшие детали: возраст ледяных полей, их толщину, проходимость. Ес­
тественно, что при ближайшем рас­
смотрении Карское море не такое, как на космическом снимке. После первого же полета у меня создалось впечатле­
ние, что море -
это какое-то месиво изо льда. Старые ледяные поля пере­
межаются молодым ледком, следами недавней подвижки. Полыньи мы виде-
ли и у небольших островов, и у побе­
режья Новой Земли, архипелага ЗФИ, Диксона. Никто лучше специалиста-гидролога, поднаторевшего в наблюдениях с воз­
духа, не сможет передать картину со­
стояния моря. Поэтому-то ,визуальная разведка долго еще будет пользовать­
ся почетом среди капитанов. -
Успеваете? -
подсаживаюсь я к Харитонову, ибо льды в блистере так и мелькают. Василий Андреевич поворачивает за­
горелое до черноты лицо, усмехается: «Приходилось И пониже летать. Все от­
репетировано» . -
Что поделаешь,- продолжает он, одновременно оглядывая льды и зано­
ся в блокнот какие-то цифры, тре­
угольнички, кружочки,- Глаз не ло­
катор. Из-за облаков я смотреть не могу. Уж лучше ко льду поближе. Нель­
зя атомоходу стоять. Знаете, в какую копеечку обходится каждый час про­
стоя? -
вопрошает он и опять по плечи забирается в блистер. 3 И тут, сл.овно устав испытывать тер­
пение пнлотов, туман неожиданно рез­
ко пропадает. Ослепительно вспыхи­
вает солнце. Над искореженными льда­
ми сияет голубое небо. Под самолетом возникает огромная синяя тень, кото­
рая мчится следом. Она нзвнвается на торосах, исчезает ненадолго в голубиз­
не разводий, но не отстает. Зрелище захватывающее, но длится оно недол­
го. Льды начинают медленно отдалять­
ся, самолет занимает стандартную вы­
соту -
триста метров. Замедлил ось движение плывущих навстречу льдов, и Василий Андреевич опустился в кресло -
можно немножко и пере­
дохнуть. -
Два месяца до пенсии осталось,­
неожиданно говорит он,- Отлетаю, на­
верное, и уйду. Буду на даче картошку сажать. По тону и хитроватому выражению 4 его лица мне кажется, что сам он не верит в это. Тем не менее продолжает развивать мысль: -
Замена найдется,- словно при­
кидывает старейший гидролог.- В Диксоне неплохие специалисты растут. А тут недавно летали с нами инженеры, новый прибор испытывали. В «Правде» О нем писали. Может, слышали, будет измерять толщину льда. Вот уж, дол­
жно быть, поможет. Особенно в туман и полярную ночь. Ведь сейчас на м в полярную ночь приходится с вклю­
ченными фарами летать ... Кто бы мог подумать,- покачи­
вает он головой,- что придется ле­
тать с разведкой в полярную ночь. Что навигация будет продолжаться круглый год. Наверно, и десять лет назад, если бы мне сказали, этому не поверил. Счел фантазией, а видишь, как все обернулось. -
А может, не стоит уходить, Ва­
силий Андреевич~ -
говорю Я.- Ес­
ли уж до Диксона навигацию сдела­
ли круглогодичной, ТО скоро и даль­
ше ее поведут. Может, подождать, пока вдоль всей Сибири начнут ка­
раваны круглый год водить, а тогда уж можно и картошку на даче са­
жать. -
Идея,-
соглашается он.- На-
до подумать. Хотелось бы на э т о с воздуха поглядеть. ... Идет шестой час, как мы летаем надо льдами. Ломаная кривая, кото­
рую выводит цветными карандашами на карте Володя Фельдштейн, при­
ближается к острову Белый. Штур­
ман Николай Дмитриев давно скинул свой отутюженный китель, остался в рубашке. При таком частом галси­
ровании ему, как говорится, прихо­
дится попотеть. Он то за расчетами, то у секстанта, то у компаса, непре­
станно посматр"вает в локатор. За это время Саша Ишуков успел на­
корм"ть всех обедом, напо"ть креп­
чайш"м чаем. Имея тайную надежду во время эт .. х полетов понаблюдать за белым .. медведям .... л .. за нарвалам .. в полыньях, я успел выведать за крат­
к .. е м"нуты отдыха, что к .. тов летч"к" в .. дел .. Чi'ще всего у берегов ЗФИ, в прол"ве Бр"танск"й канал, а белые медвед .... м попадал"сь в разное вре­
мя .. у острова Правда, .. неподалеку от Т"кс", .. на западном побережье Новой Земл". Медведей в тех местах встре­
чал .. десяткам ... К пр"меру, у острова Правда насч .. тал.. тр .. дцать четыре штук ... Реш .. л .. на всяк"й случай даже предупредить об этом полярников, ра­
ботающ .. х на этом острове. По словам п"лотов, медведей в Аркт"ке стало больше. Должно быть, сказался запрет на охоту. Это отрадно, но участ"л"сь .. случа .. нападен"я на людей. Случается это чаще всего по в"не полярн"ков, ко т орые нередко пр"кармл"вают мед ­
вед .. ц с медвежатам .. , позволяют по­
долгу оставаться в поселках. «Мед­
ведь -
зверь,- говор"л мне как-то Савва М .. хаЙлов"ч Успенск"й, пр .. ло­
ж"вш"й немало с .. л для сохранен"я в Аркт"ке эт .. х "нтереснеЙш .. х ж"вот­
ных.- Он х"щн"к. Самый крупный на земле. И об этом не сто"т забы­
вать. Нельзя пр .. учать .. х к ж .. зн .. вбл .. -
з .. человеческого ж .. лья. Он должен, как .. прежде, бояться человека, стрем­
глав от него бежать. Место белого мед­
ведя -
во льдах». Я опять смотрю без­
отрывно в "ллюм"натор, но за мног .. е часы полета белых медведей так .. не ув .. дел. В"д"мо, .. не так уж .. х много, как показалось п .. лотам. -
«Аркт"ка»,- подзывает меня к экрану локатора Н"колай Дм"тр .. ев. Он улыбается, вывел точно. На светя­
щемся экране -
зеленая полосочка. Одна. А где же «П"онер Белорусс .... ,,? Штурман развоД"т рукам ... Подойдем побл .. же, там разберемся. С давн"х пор я мечтаю r'Олюбовать­
ся «Аркт .. коЙ". Еще с того времен .. , как атомоход отправ"лся на штурм по­
люса, осталось в памяти слышанное: дл"на -148 метров, ш"р"на -
зо, во­
До"змещен .. е -
2З 460 тонн. 150 кают, бассейн, к"нозал, спортзал, ф .. нская баня ... -
одн"м словом, эдак"й пла­
вающ .. Й колосс. Не желая что-л .. бо пропуст"ть, я проб .. раюсь в каб"ну. Оказалось, атомоход взял «П"онера Белорусс .... » на жестк"й букс"р: нос транспортного судна уп .. рается в кор­
му ледокола. Должно быть, для судна льды оказал"сь здесь тяжелым ... Издали, сред .. бескрайней белизны льдов, атомоход показался мне не та­
к"м уж .. больш .. м. Только потом, ког­
да мы раза два пронесл .. сь рядом с ледоколом на бреющем, я смог оце­
н"ть его размеры. С заснеженной па ­
лубой, заледенелым носом «Аркт"ка» казалась г .. гантск"м ж"вым существом, пр .. способленным для ж"зн" сред .. льдов. Каша ледяных обломков выст,,­
лала путь за ней .. вперед .. нее. Чувст­
вовалось, что атомоходу льды не пре­
пятств .. е, встал он л"шь, оберегая, как детеныша, ведомое им судно. Так .. было на самом деле. Пока мы круж"л", Вас .. л .. Й Андрее­
в .. ч обр"совал по рад .. о слож"вшуюся обстановку. Порекомендовал кап"тану "ДТ" южнее, куда сдв .. нулось в резуль­
тате ветров разводье. Там будет легче пролож"ть канал. На атомоходе ос­
тал"сь разъяснен"ям" г .. дролога до­
вольны. Мне показалось, что, когда мы стал .. отдаляться, атомоход сдв"нулся с места, льды возле его носа заворо­
шмл"сь. -
Теперь дойдут,- довольно ска­
зал Хар .. тонов.-
Из Д"ксо .. а .. м под­
робную карту пошлем. Будут в своей Дуд"нке к нужному сроку. А не заказать л.. нам баньку?­
обрат"лся он к Макс"мову, все еще с .. дящему за ключом.-
К девятнадца­
т,,-то вроде успеем. -
Как будет угодно,- улыбнулся в усы Бор .. с В .. кторов .. ч.- Я -
за. Хоть .. недолго сегодня летал .. -
всего семь с половмной часов, но, как после всякого удачно выполненного дела, хотелось снять с плеч усталость, освеж .. ться, ведь по календарю сего­
дня был выходной. Туман над Д .. ксоном рассеялся. Све­
т .. ло н"зко опуст"вшееся солнце. До­
м"к" поселка, выкрашенные в разные цвета, радугой перел"вал"сь сред .. снегов .. черных камней острова. На стоянке самолетов поубав"лось. Долж­
но быть, кое-кому уже удалось отпра­
в .. ться в глубь Аркт"к .. по сво"м делам. Ж .. знь здесь шла сво"м чередом ... Д .. к с о н, К а р с к О е м о р е 5 А Л Е К С А Н Д Р к А В Е Р 3 н Е В. лауреат Государственной премнн ссср МоС1i4Ми СшИтЬlй П
О утрам к окну на седьмом этаже лепился мокрый с н ег, а потом мо­
росил дождь; по стеклам плыла копоть, густо падавшая на город из тысяч ста­
рых печных труб. За окном ни домов, ни деревьев -
только зыбкие волны тумана, на которых качались зеленые и фиолетовые отражения неоновых вывесок. Да еще снизу, со дна мутно й пропасти, тревожно мигали красные стоп-сигналы: там, на круглой площа­
ди Барошш, п е ред Восточным вокзалом, под пеленой смога буксовали грузови­
ки и отчаянно лязгали трамваи. Их шум проника л из другого мира, а в самой гостинице было пусто и тихо, лишь отсчитывали минуты большие часы в коридоре. Моя первая зима в Будап е ште начиналась не очень уют­
но. В этом двухмиллионном городе я пока не знал ни души, некому было меня навестить, молчал телефон. Меж­
ду тем впереди были годы коррес пон­
дентской работы. Под шорох дождя мысль об этом сонно текла по печаль­
ному кругу, пока в неурочный час, уже со бравшись ко сну, я вдруг не надел длиннополое п альто, нахлобучил шля­
пу и спустился иа СЛ5fКОТНЫЙ тротуар в ТОJIПУ мокрых людей. Оказалось, что ночной ветер за окном означал всего ли шь плохую погод у. Тогда, в ш е сть десят седьмом, еще н е было эстакады, переброшенной че­
ре з площадь Барошш, и автомобили не бегали на уровне третьего этажа, и не было подземного яруса для пешеходов, где устроены теперь магазины и где можно посидеть в кафе, разглядывая небо ч ерез овал в мостовой. В ту пору площадь еще была покрыта скользкой брусчаткой, а на клумбу посередине сваJI ив ал и почерневший снег. Людской 1I0ТОК стекал в горловину проспекта Ра­
коци, первые этажи домов опирались на ко лон ны, и на тротуаре под свод ами было све тло н сухо. Толпа медленно переливалась от витрины к витрине, пред аваясь непр еменной ДJIЯ будапешт­
с кой пуБJI ики вечерней прогулке и со­
зе рц ан ию зеркальных витрин. Непри­
нужд енно и просто Будапешт начинал вовлекать меня в свою обыде нность, повседневность, которые с каждым д н ем становились все более привлека­
тельными. Может быть, и хорошо, что в ту з им у м ои хождения по городу ог­
раничивались этим проспектом и при­
легающими кварталами. Теперь-то я знаю, что Ракоци-ут во­
все не такой длинный, каким казался в те дни. Слншком медленно я ходнл, Дунай не разделяет, а связывает высокую Буду и nросторный П ешт. спотыкаясь о мелочи, на которые позже перестал обращать внимание. Рабочий Будапешт встает в пять ут­
ра и завтракает в кафетериях, запи­
вая булку молоком или жидким какао; даже в час «пик» В трамваях тихо, по­
тому что в самой невероятной давке люди объясняются вполголоса. Скоро я приучился не назначать деловых встреч в полдень, поскольку это свя­
щенный час обеда, и усвоил, что кофе венгры заказывают только двойной. Легко узнавались рабочие, строив­
шие метро, и крестьяне. невозмутимо · смотревшие на улицу из-за стекол при­
вокзального бистро. Они поджидали, пока супруги, до ног укутанные в чер­
ные шерстяные платки вместо пальто, наполняли покупками плетеные коро ­
бы, подвешенные за спиной. Я с увлечением наблюдал за посе­
тителями кабачков. Мне были чужды футбольные страсти и романтические истории кондукторов и путейцев, сдав­
ших смену шоферов, продавщиц из закрывшихся магазинов и дряхлых стариков, которых уважительно про­
пускали поближе к раскаленным пе­
чуркам. Но чувствоваJIOСЬ, что эти гру­
боватые, задиристые любители соленых шуток не прочь погулять, подвыпить И обильно поесть. Однако все они доб­
ровольно подчиняют себя каким-то правилам, подавляют бессмысленные споры, охлаждают темперамент логи­
кой, наконец, умеют уважать свое и чужое время. Раздвинув байковую портьеру, из­
нутри прикрывавшую входную дверь квартального магазинчика, я с удо­
вольствием вдыхал теплый воздух, насыщенный запахом пряностей и зе­
лени, щурился от яркого света и радо­
вался голосам приветливых продав­
щиц. Приятным оказалось общение с по­
стоянными посетителями будапешт­
ских купален, давно превратившихся в своего рода клубы. В старом «Лука­
че» открытый бассейн от стены до сте-
ны заполняет внутренний двор много­
этажного дома. В воду входишь пря­
мо из комнаты и тихо плывешь под кронами древних вязов. По неписано­
му обычаю, там господствуют литера­
торы и артисты. Мужчины из государственных уч ­
реждений предпочитают турецкую ба­
ню «Рудаш». Под византийским купо­
лом они ловят в воде переменчивый солнечный луч, каждый час проникаю­
щий только сквозь одно из цветных стеклышек, вставленных в мрачный свод. Отыскал ось множество мест, куда Будапешт допустил меня, ничего не навязывая, но и не пряча. В маленькой кондитерской улыбалась любезная старушка, которая пеКЛiJ пирожные еще при императоре Франце-Иосифе, и столь же приветлив был древний дя­
дюшка, по сей день не снимающий со стены табачной лавчонки поминальный список клиентов, погибших в первую мировую войну. Стало понятно, что в стремительном движении к новым Il енностям Буда­
пешт отнюдь не случайно обошел сто­
роной и не сломал по пути и крошеч­
ное кафе с двумя столиками, и мелоч­
ную лавку в подворотне. У города были на то не только хозяйственные сообра­
жения. Он стремился сохранить стиль жизни, в котором коренится неповтори­
мая расчетливая гуманность. Вспоминаю суждение, высказанное еще в 1896 году авторами энциклопе­
дии Брокгауза и Ефрона: «Во всей фи­
гуре и выражении лица мадьярского крестьянина прог лядывает чувство собственного достоинства и спокой­
ствие, не позволяя даже и подозревать, какую буйную энергию способен он проявить во время возбуждения». Это правда. Оговорку по части крестьянина можно отбросить: девя­
носто лет назад нация была преиму­
щественно крестьянской. А спокойст­
вие я видел; что же касается энергии, возбудимости и множества других свойств · характера этих людей, то уз­
навание их постепенно превращалось в самое интригующее меня занятие. Я благодарен Будапешту за то, что он ничего не утаивал. Восьмой по ве­
личине столичный город Европы, го­
товый спорить красотой с Парижем, он показывал необлицованные стены своих торцов и задворок. В один прекрасный день наконец появилось солнце, и, словно по его приказу, маленькие цыганки принесли на проспект корзины с подснежниками. Они устроились в ногах у потускневших за зиму бронзовых королей и напевно предлагали купить за три форинта кусочек весны. Весной пахло не так остро, как у меня дома, в Риге, когда в оттепель ветры из самых глубин моря несут сквозь прогалины в ледяных торосах живой запах водорослей и еще чего-то неповторимо свежего, от чего приходят в волнение и люди и птицы: В Буда-
7 пеште февральское солнце начинает весело жарить землю, воздух становит­
ся TO'VIHbIM и наполняет голубизной каждую щель в том скоплении сводов, башен и модернистской лепнины, ко­
торое составляет Белварош -
старый Внутренний город на пештской сторо­
не Дуная. Ты с удивлением видишь, что не так уж тесно зажата река между этим берегом и сугвесными скалами Будь; и бездонна синева неба за горои Геллерт, и парит над городом монумент Освобождения. Осознаем ли мы, что в такой момент нас больше всего радует появление теней? Неделями в липкой мгле мир был бесформенным и тягучим. А тут четкие контуры, упругие грани, и вот уже белое отделилось от черного, и все обрело объем: барокко церквушек, вчера еше затерянных в серой массе многоэтажных домов, К.пассические портики и колоннады, филигранный восточный орнамент романтических зданий. Каждый камень звал присмотреться к нему и обешаJl сообщить нечто важ­
ное о характере людей, построивших этот город. Как весело пестрое разно­
стилье, вроде бездумно нанизанное на стержни улиц, что бегут вдаль, чтобы оторваться от плоской равнины Пешта и взлететь на мосты, переброшенные через Дунай! Один из мостов -
Мар­
гит-хид -
прихотливо изогнулся про­
тив течения и плечом приник к ост­
рову Маргит; второй --
Ланцхид -
Цепной -
изящно повис на цепях меж­
ду триумфальными арками могучих устоев, а третий -
мост Эржебет, опираясь только на берега, с непости­
жимой легкостью простерся над рекой тонким листом бетона. За мостами улицы карабкаются в горы, путаются в белокаменном кружеве Рыбацкого бастиона, упираются в твердыню кре­
постных стен Буды, в Королевский за­
мок и Цитадель, ушедшую в подне­
бесье. На самых высоких холмах Буды постройки стоят почти на ПОJ\километ­
ра выше, чем в Пеште. Говорят, что Дунай -
источник гар­
монии Будапешта. Но река не подчи­
няет себе небо и камни. Ее изгиб лас­
ков, но ЭТО лишь частица души города. В приземленности Пешта и парении будайских холмов такой разрыв, такая дисгармония, что даже могучий Дунай не способен примирить их. Сочетание столь близких и столь разительно не­
похожих берегов -
это и есть Буда­
пешт. Небо над Будой отсвечивает глубо­
кой зеленью садов; над Пештом оно было цвета фабричного дым а. В Буде над Королевским замком поют птицы, и у подножия горы Янuш, за последней остановкой трамвая, дорожный знак предупреждает о косуле, что может выпрыгнуть из рощи. В Пеште ревут грузовики, и Анделфельдом -
в пере­
воде на русский «землей ангелов»­
не без иронии когда-то назвали район крупнейших фабрик и ПРОJIетарских трущоб. Они объединились-то в один 8 город всего немногим БОJIее ста лет назад, эти дунайские берега. Их дис­
гармония ошеломляет, но сколько в ней красоты! Загадка и сущность Будапешта еще и в том, что неповторимый облик его сложился из деталей вовсе не ориги­
нальных. Отдельные ансамбли и здания этого города при всей пышности и со­
вершенстве иных несут на себе печать откровенного подражательства или эклектики. Будапешт надо смотреть с высоты, и не только в буквальном пони­
мании. Все архитектурные стили, существо­
вавшие в Европе тысячу лет, оставили здесь след, однако такой незначитеJIЬ­
ный, робкий или провинциаJIЬНЫЙ, что не может быть сравнения с Флоренцией или Веной. Этому есть объяснение. N французов JIИ, аНГJIичан или немцев, веками создававших свои города, был один и тот же прочный стержень, QT ли­
ТЫЙ из этнического и духовного скл ада нации, восприятия природы, традиций, истории. Это как ствол дерева, всегда различимый сквозь буйную ,~иству ар­
хитектурных эпох. Вечны прозрачная откровенность Невской перспективы, доверительная человечность набереж­
ных Парижа и мягкая певучесть праж­
ской МаJIОЙ Страны. В Будапеште же не было такого стержня, красота рож­
деиа странным лесом каких-то об­
ломков. С той поры как на территории ны­
нешнего города БЫJI заложен первый камень первого посеJIения, здесь ВОС­
ва,~и РИМJIяне, готы, гепиды, лангобар­
ды, гунны, авары, монголы, турки, чуть ЛИ не все народы Европы. Семь веков назад богатую романскую ар­
хитектуру венгров дотла уничтожила Орда. Три столетия спустя то же самое с творениями венгерской готики и Ре­
нессанса сделаJIа Османская империя. Еще через 150 лет габсбургекая Вена, под гнет которой попаJIа Венгрия, сна­
рядила в поход на Г1ешт и Буду мас­
теров барокко. То было войско, обла­
давшее огромной ЭМОЦИОН3iIЫЮЙ сн, лой; наряду с переселенцами НЗ Гер­
мании и католическими монахами, вер· шившими контрреформ ацию, привер­
женцы барокко были призваны «сми­
рять венгерскую кровь немецкой». Будапешт гордится зодчим Михаем Поллаком, поставившим в сороковых годах прошлого века в Пеште здание Национального музея. Оно выдержано в стиле классицизма, строгое и даже величественное, но с одной удивитель­
ной особенностью: ПОЛJIак до предела упростил декоративные элементы клас­
сики. Странное пуританство, не прав­
да JIИ? Музей -
ровесник нашего Исаакиевскuго собора. Однако на бе­
регах Невы закат классицизма озна­
меноваJIСЯ строитеJIЬСТВОМ пышной громады, поражавшей воображение великой империи, еСJIИ не всей Европы. А здесь крупнейший зодчий с порази· тельной настойчивостью сделал своим кредо отрицающее начаJIО. Скудостью украшений, намеренным провинциализ-
мом он бросал вызов венскому барокко, германскому рококо. И если я правиль­
но понял, пештский СТИJIЬ вдохновлен не столько мастерством ПОJIлака, сколько его упрямством, духом проти­
востояния, смелым диссонансом с ок­
ружающим. Это отвечаJIО тогдашнему мироощущению города: То была эпоха реформ и бурного роста национаJIЬНОГО самосознания. ПросветитеJIЬСКИМ и и хозяйственными начинаниями Венгрия пытаJIась облегчить свою участь под власты() австрийских Габсбургов. В ПешТl' IIсредовые люди носили в пет­
лицах kpacho-беJIо-зеJIеные банты, сим­
волы национального флага. И веJIИКИЙ путник Шандор Кереши Чома отпра­
ВИJIСЯ в Азию, чтобы найти прародину венгров. Михай Поллак в своей вызы­
вающей манере оттеНИJI эти устрем­
JIения пробудившегася народа. Не без УДИВJIения рассматривал я музейные гравюры, запечатлевшие ду­
найские набережные той поры. У пес­
чаного берега впритык стояли дере­
вянные баржи, по сходням мужики в ДJIИННОПОJIЫХ рубахах та щили мешки с мукой. НадрываJIИСЬ извозчики, на· легая на огромные колеса застрявших в грязи телег. Бабы торговаJIИ хлебами, разложенными на зеМJIе, тут же про­
гуливались франты, и на лестницах бирж, торговых компаний и роскошных отелей в предвечерние часы собираJIИСЬ иностранные гости, чтобы окинуть взо­
ром великую реку. Ее берега -
и это БЫJlО для меня неожиданностью! --
об­
раМЛЯJIИ тогда равновысокие здания в духе строгого венгерского классицизма. Теперь их нет, исчез и тот стройный Пешт со своим лицом. Почему? Надвигалась реВОJIЮЦИЯ 1848 года. Чертежный карандаш, кисть и резец стаНОВИJIИСЬ ее орудиями наравне с пушками. Какой КJIассицизм правоме­
рен в эпоху революционных сдвигов? Критика требоваJIа от архитектуры на­
циональной специфики. «Мы ПРИШJIИ С Востока,- во.зГJIашала она,'- ищите корни в мавританском и византийском искусстве». В двух шагах от дунайско­
го берега инженер Фридьеш ФеСJl воздвиг знаменитый «Вигадо» -
дво­
рец увеселений, фасад которого ОJIице­
творяет причудливый «ориентализм», смешаННblЙ еще бог весть с чем. А в последнюю четверть прошлого века произошло и вовсе недопустимое с точки зрения здравого СМblсла. Бур­
жуа, добившиеся ПРИВИJIегий в рамках дуалистической австро-венгерской мо­
нархии, заменившие дунайские баржи пароходами, объединившие Пешт с Будой и окружившие город фабрика· ми, мановением руки сме.пи сложив­
шийся к тому времени ПЕ'штский центр. Венгерская буржуазия стремитель­
но расправила плечи. Лихорадка БЫJIа невиданной. В клубах пыли работали десятки тысяч людей. По живому телу прокладывали новые УЛИЦbl и бульва­
ры. За какие-то несколько лет застрои­
JIИ дворцами два с половиной кило­
метра проспекта Андраши, ныне име­
ни Народной Респуб.~ики. Возвели па-
мятник Тысячелетию Венгрии и тогда же, наняв словацких каменщиков, сло­
жили из серых глыб неоготическое здание Парламента. Пришлось соста­
вить толстые каталоги, чтобы кичливо перечислить его подъезды, внутренние дворы, залы, статуи, картины и кило­
граммы золота, потраченные на укра­
шения. На рубеже нашего столетия буда­
пештские архитекторы наперегонки тянулись ввысь, копировали гипсовые украшения дворцов Возрождения и загоняли в поднебесье резьбу, заим­
ствованную у приземистых крестьян­
ских домов. Это было буйное пир­
шество эклектики и модерна, прозван­
ного «сецессиеЙ». Поразительно, но над старым Пеш­
том глумились люди, сделавшие своим знаменем ярый национализм, носившие на груди все те же трехцветные банты, рядившиеся в венгерки, не жалевшие миллионов на патриотические демон­
страции. Буржуа молниеносно превра­
тили Будапешт в город мирового мас­
штаба и вместе с тем обрекли потом­
ков на печальный удел называть свою столицу городом утерянного прош­
лого. Во внешнем облике Будапешта поч­
ти не отразились события следующих четырех десятилетий, по ходу которых общественные движения разошлись в два основных русла. Одно, буржуазное, пролегло через бойню первой мировой войны к фашизму; второе, пролетар­
ское, через Венгерскую коммуну 1919 года и антифашистское Сопро­
тивление вывело на рубежи самого крутого поворота в истории страны, благодаря которому после 1945 года Венгрия оказалась в первых рядах строителей социализма. Что касается этой новой эпохи, то она не только лелеет старые кварталы Будапешта. К ним притрагиваются крайне осторожно, добавляют только те штрихи, которые делают город удоб­
нее, не видоизменяя его. Массовое жи­
лищное строительство ведется по пе­
риметру Будапешта; оно самобытно лишь в той мере, в какой это допустимо при нынешней индустриализации. Вот и получилось, что эмоциональ­
ный центр венгерской столицы со все­
ми былыми и сегодняшними страстями, нравственными взлетами и падениями утвердился в придунайских кварталах пештской стороны, в Белвароше, то есть как раз там, где эклектическая мешанина конца прошлого века и на­
чала этого самым дерзким образом ко­
кетничает пс.евдоготическими арками, овальными крышами, витыми колон­
нами, кудрявыми башнями и гипсовы­
ми гроздьями винограда. Опять пара­
докс? Но разве это не памятник народу, вечному . созидателю Будапешта, на­
роду-гончару, у которого столетиями отнимали свежую глину, оставляя од­
ни черепки? Он с нескончаемым упор­
ством, одержимый страстью самоут­
верждения, вновь складывал осколки, НА МЕРИДИАНАХ ДРУЖБЫ приспосабливал их один к одному, за­
делывал пустоты любым попавшимся материалом -
безразлично, своим или чужим. Хотя при близком рассмотре­
нии иные вкрапления кажутся стран­
ными, сосуд в конце концов оказался по-своему великолепным. Постепенно я начинал разделять любовь будапешт­
цев к Белварошу. Если идти по проспекту Ракоци к Дунаю, за громадами зданий не сразу увидишь приходскую церковь, прижав­
шуюся к высокой эстакаде у въезда на мост Эржебет. Только с набережной ее главный фасад привлекает робкой улыбкой провинциального барокко. За углом боковой фасад разрезан гру­
бейшим ломаным швом. Это барокко обрывается на высокой ноте и падает в пропасть средневековья: вторая по­
ловина фасада ощетинилась стрель­
чатыми окнами мрачноватой готики. За следующим поворотом столь же внезап­
но открывается глухая башня, восхо­
дящая к романской архитектуре две­
надцатого века. Внутри церкви под главным нефом и Лурдской часовней погребен остаток римской стены. Де­
вятнадцатая ниша под окнами хоров в шестнадцатом веке была михрабом -
священным для мусульман местом, от­
куда турки, поработив Венгрию; воз­
носили молитвы аллаху. В семидесятых годах прошлого века в этой церкви устраивал музыкальные утренники Ференц Лист. Он жил по со­
седству и очень любил орган старого храма. Лист был кумиром города. В белварошской церкви Листу улы­
бались аристократы, кланялись про­
фессора и почтенные фабрикаиты, зве­
иели шпорами гусарские офицеры, бро­
сали смущенные взгляды поклонницы. Лист жестом приветствовал дочь. К6-
зима опиралась на руку господина, в котором чувствовался плохо скрывае­
мый, даже немного пугающий темпе­
рамент. Ее мужем был Рихард Ваг­
нер. Лист скрывался на лестнице, веду­
щей к органу, и начиналось упоение счастьем, в котором не было места вражде и ненависти, забывались раз­
доры, объединялось несовместимое в обычной жизни, и на просветленных лицах появлялись слезы. В тот весенний день, когда я впервые увидел белварошскую церковь, неожи­
данно зазвонили ее колокола. Рядом тотчас отозвал ась колокольня франци­
сканцев. Ей стал вторить храм ордена сервитов. Трепетно зазвучал бронзо­
вый перелив Университетской церкви, и совсем уж издалека мерным набатом ответила базилика святого Иштвана. Я вспомнил, что это значит. Церкви никого не звали и не возвещали пол­
день, хотя было ровно двенадцать. Еще пять столетий назад им было предпи­
сано изо дня в день, до скончания мира напоминать о победе сорока тысяч христианских воинов Яноша Хун яди над двухсоттысячным войском султана Мехмеда Второго. Славят всех героев, живших и до и после 1455 года. Вызванивают рек­
вием и требуют не забывать. Колокола звонят пятьсот лет. Стесняясь признаться, что за буд­
ничной суетой прежде не с;лышал их, я спрашивал будапештцев: неужели это происходит изо дня в день? Ведь бывали страшные времена, город вы­
мирал от холеры и чумы, его опаляли войны, и он погружался в кровавые оргии; столько раз ему было не до вы­
соких помыслов. -
Верно,- говорили мне.- Как раз поэтому кто-нибудь непременно звонил. Нынче в феврале в тридцать седь­
мой раз отмечал ась годовщина ос­
вобождения Будапешта Советской Армией. -
«Сабадшаг»! -
«Свобода»! -
ликующе голосили маленькие оборван­
цы у входа в Национальный театр.­
«Свобода» сообщает о новых победах Красной Армии! Ребятишки -
образца 44-го года­
с посиневшими от холода ногами и . руками, в коротеньких потертых паль­
тишках. Девчонка сунула мне куцый шершавый газетный лист и вприпрыж­
ку помчал ась дальше, расталкивая толпу в фойе и зале театра: -
Свобода! Свобода! .. «Вчера войска маршала Малинов­
ского ... » -
торопливо читал кто-то у меня за спиной. На подмостках боро­
датый Золтан Варкони, напялив на прохудившийся свитер потасканную кожаную тужурку, укутал озябшую шею женским шарфом. Подал знак к тишине, склонил голову, словно при­
слушивался к артиллерийской канона­
де. После трехнедельного штурма здесь, в Пеште, война кончилась, но в Буде советские воины только начали осаду Крепостного холма и горы Геллерт. Шагнув на край сцены, Варкони из­
влек из кармана густо исписанные листки, показал залу. -
Это удивительное ПИСЬМО,- глу: ХО сказал ОН.- Его в январе сорок пя­
того будапештская женщина каким-то чудом переправила дочери в нацист­
скйй концлагерь. Она описала все, как было: что любимые артисты сбежались в Национальный театр, едва только бы­
ло освобождено здание. И тотчас ре­
шили вернуться на улицы, чтобы с раз­
валин громогласно читать победные сводки Красной Армии и стихи о сво­
боде; что спустя день или два Венгер­
ская коммунистическая партия призва­
ла нас устроить в театре «Утренник свободы». О нем объявили в газете. Это ошеломило: «Безумцы, в такое время концерт?» На улицах и под развали­
нами лежали тысячи человеческих тел и конских трупов. Люди называли нас ненормальными и... шли в театр. «Знаешь, каким был девиз утренни­
ка? -
спрашивала женщина несчаст­
ную ДОЧЬ.- «Мы замерзаем, мы голод­
ны, мы опустошены, но мы -
сво­
бодны!» Дочь выжила и вернулась с письмом 9 в Будапешт,- говорил Варкони.­
Теперь, через столько лет, мы по л учи­
ли его среди трехсот других пи се м с воспоминаниями о том утреннике. Он опять прислушался. В отдалении, казалось и нам, грохотали пушки. Сжималось сердце при взгляде в оркестр, но было бы малодушием от­
вести глаза. Первая скрипка, третья ... Пустовало место второй. Несколько се­
довласых голов, и опять провал, зияю­
щая чернота оркестровой ямы. Некому было вынуть из футляров ['обой и флей­
ту. За прошедшее время ушли из жиз­
ни многие музыканты, услышавшие в сорок пятом зов коммунистов. На пю­
питрах лежали теперь закрытые ноты, поверх -
капельками крови -
пунцо­
вые розы. Встали оркестранты, поднялась пуб­
лика. Смотрели друг другу в лицо со слезами, с пронзительным умилением. В первых рядах пожилые люди прижи­
мали к груди пожелтевшие афишки. В глубине зала молодая поросль зри­
телей. дети да и внуки тех, кто, голод­
ный. ежился тогда в театре от холода, прикрываясь лохмотьями. Оркестр за играл без дирижера. Пре­
красное л ицо Се ржио Файлоне прори­
совывалось на экране в гл у бин е с цены. В январе с ор о к пят о го в е ликий дири-
жер бьи уже смертельно болен, но сделал то, что считал высшим долгом артиста,- выступил в первом концер­
те в свободном Будапеште. На пустую сцену положили нелепую шубку из театрального гардероба, опустили на нее луч света, завели хрип­
лую граммофонную пластинку. В этом салопчике Михай Секеи, певец с ми­
ровым именем, добрел тогда от дома до театра. У него не было другой одеж­
ды, кроме арестантской робы, в кото­
рой он вернулся из нацистского заклю­
чения. И была дистрофия. -
Тамаш,- сказал Варкони, обра­
щаясь к Майору, прославленному те­
перь актеру и режиссеру,- тут несколь­
ко слов о тебе. Пишут: ты был тогда так тощ, так страшен, что какой-то маль­
чик, заплакав, умолял отца пригласить тебя пообедать. У них в тот день были сосиски. -
Знал ли мальчик, что те сосиски сделали из конины, подобранной на мостовой? -
горько спросил Майор. -
Да, знал,- отозвался из глуби­
ны зала женский голос. Стало до боли тихо. Прожектор не­
уверенно выискивал говорившую. Мать мальчика собрал ась с духом, продол ­
жила: Майор, мы всегда л юбили в в ас большого артиста. Но в то утро мы аплодировали вам -
коммунисту. -
Тогда, после долгих дней под­
вальной темноты,- сказал Майор,­
после убежищ, походивших на звери­
ные норы, мы наконец-то увидели друг друга при свете дня. Мы возвестили стране и миру, что иаконец-то свобод­
иы. В нас говорило сокровенное. Язы­
ком предков, великих поэтов и музы­
кантов мы были счастливы объявить, что венгры обрели долгожданную ро­
дину! Он стал читать стихотворение Атти­
лы йожефа «Социалисты», как и в тот раз ... Поднялся на сцену Дьюла Каллаи -
один из выдающихся ветеранов вен­
герского коммунистического движения. Долго всматривался в зал, улыб­
нулся: -
Не могу воспроизвести в точно­
сти сказанное в то утро. Но помню, что тогда, пробыв уже пятнадцать лет в партии, я впервые в жизни вслух, пуб­
лично, во весь голос произнес: "Това­
рищи, от имени венгерских комму­
нистов! .. » Была долгая пауза. Каллаи глотал слезы. Люди встали. На протяжении многих лет 15 марта, в годовщину революции 1848 года, я получал от будапештских комсомоль­
цев приглашение в ресторан "Пил вакс». Молодые люди приходили туда еще не остывшими от возбуждения: все утро с пьедесталов памятников, со сту­
пеней Национального музея они чита­
ли стихи Шандора Петёфи. Следом в "Пилвакс» вваливались цыгане со скрипками. Зажигались свечи, лилась музыка в стиле «вербункош» XIX сто­
летия. Мелькали шпаги с нанизанными кусками мяса, полз запах жженого рома и пряностеЙ. Официанты вир­
туо з но подбрасывали на сковородках кипящий в масле гарнир. Розовощекие мальчики в расшитых шнурами красных к у ртках разносили в мисках тар­
хоню -
древнейшее венгерское куша­
нье из очень KDVTOfO теста, замешен­
ного с яйцами и салом, скатанного в горошины или нарезанного тончай­
шей стружкой и высушенного на солн­
це. Во времена великого переселения народов кочевые венгры быстро и вкусно варили или жарили тархоню с луком и травами, а сто с лишним лет назад ею подкреплялся голодный Шан­
дор Петёфи, пешком скитавшийся по Венгрии ... Вечером 14 марта 1848 года в "Пил­
вакс » ворвался юноша, бегом преодо­
левший несколько сот метров от дунай­
с кой пристани в пештском Белвароше. -
Революция в Вене! -
закричал он. Под куполообразные своды кофей­
ни взметнулись ликующие возгласы. « Пилвакс » В ту пору был излюбленным местом сходок блестящих молодых лю-
Улочка Гюль-Баба на холме Роз. дей, одержимых идеей национальной свободы. Они сочиняли проекты ре­
форм, одинаково хорошо владели га­
зетным и поэтическим пером. Еще в 1847 году своим вождем они сделаJlИ Петёфи. Теперь он оказался первым среди знавших, что надо делать: «Ilро­
роческое вдохнов е ние дало мне воз­
можность понять, что Европа с каждым днем приближается к прекрасном у на­
сильственному потрясению. Об этом я не раз писаJl, еще больше говорил». Ранним утром 15 марта Петёфи за­
бежал в « ПИJlвакс», переговорил с друзьями, попросил их не расходиться, пока будут составл е ны «12 пунктов»'­
воззвание с требованием равенства, свободы печати, уничтожения крепост­
ного права, создания ответственного венгерского министерства. В полдень, обуреваемый восторгом и верой в судь ­
бу, он прочел в «ПИJlваксе» прослав­
ленную с того мгновения "Националь­
ную песню» _&" Встань, мадьяр, зовет Отчизна!». Счастливый рок виделся в том, что стихотворение сложилось еще за два дня до революции; оно ждаJlО и дождалось. Через сто с лишним лет в «Гlилваксе» уже не было исторического «стола пуб ­
л ичных мнений », за которым обычно председательствовал Петёфи: стол увезли в музей, да и кофейню п ере­
строили. Старинные гр ав юры, восп~ вавшие батаJlИИ и королевс ки е охоты, чубуки, кинжалы, сабли и кремневые пистолеты по стенам создавали на­
строение, обостряли 'I YBCТ Ba. Не з наю, как остальным, но мне не столько хоте­
лось тогда услышать чт о- нибудь новое о Петёфи, сколько почувствовать его, сидевшего где -то рядом, в мерцании свечей, озарявшем вокруг тонкие оду­
хотворенные молодые лица гвардей­
ских офиц е ров, поэтов, журналистов. Как походи;]и они на русских декаб­
ристов! . Актриса Марианн Ч ер нуш деклами­
ровала стихи Пет ёф и. У венгерских артистов своя ман ера читать. Гlриглу­
шенный голос льется мерно, ты не слы­
шишь рифм, а только ритмы, чуть рас­
качивающиеся и нагнетающие экспр~с­
сию -
еще и еще, почти на одной ноте, до изнеможения. Гlламя свечей траги­
чески плясало в глазах Марианн. И так же читал Ф е ренц Хорват; ему вторило фортепиано П етера Хепке. Прошлое выступало не как фон исто­
рических событий. Новая вера мужест­
венно вбирала в себя все наследие, и тягостное и прекрасно е, да бы перепла­
вить его, окрылить и дать место в бу­
дущем. Влюбл е нно сть в Петёфи оборачива ­
лась влюбленностью в наш век. Сто лет сжимались в один вечер. Цы­
гане со скрипками вслед за гостями высыпали на троту а р и долго еще игра­
ли что-то бравурное. Весеннее небо над Будапештом было усыпано звездами. Светится сетка улиц, nросnектов, мостов, отраженная могучим Дунаем. я хотел бы. еще побывать в Буда­
пеште в преддверии Нового года. До наступления сумерек купил бы у лоточниц на Кёруте -
кольце прос­
пектов, опоясывающих центр города,­
метровую трем биту, скрученную из бумаги, десяток роликов серпантина, две-три горсти ватных шариков, обли­
тых мнгкой глазурью. Перед полу­
ночью пошел бы с друзьями поужи­
нать. Лучше где-нибудь тут же, на Кё­
руте. За ужином подадут коктейль -
смесь абрикосовой палинки с итальян­
ским вермутом. За чашкой бульона последует кусочек рыбы под м айоне­
зом, наша последняя услада в уходя­
щем году, и еще сосиска, которую со­
вершенно необходимо съесть в эту таинственную ночь, чтобы не обидеть добрых духов. Когда в такт с часами барабанщик отобьет первый из двенадцати ударов, в зале погасят свет. Рванутся пробки из бутылок с шампанским, зазвенит стекло, взорвутся петарды, и прокатит­
ся зычное "у ра!». Свет вспыхнет уже в новом году. Не памятуя о возрасте, гости начнут обстреливать друг друга ватными ша­
РИКdМИ, опутывать серпантином. Ма­
ковый пирог «баегли», мороженое и кофе бу дут поданы 1 января. Следуя обычаю, нель зя отказать во внимании любой даме, от которой получишь ми­
нимум пять шариков или которая триж­
ды набросит на вас бумажную лен­
точку. Не позже, чем без четверти час, мы покинем ресторан,. чтобы н.е опоздать на праздник. Я не оговорился: до сих пор была лишь прелюдия новогоднего торжества. Оно на Кёруте: полтора километра проспектов отдадут во власть ликующим горожанам. Неза­
дачливого автомобилиста, решившего­
ся вторгнуться в скопище масок, шу­
товских колпаков и респектабельных шляп, затрут пешеходы, сотрясая воз­
дух пронзительным воем трембит. Сколько людей на Кёруте, столько трембит и дудок. Они звучат на тысячи голосов -
торжественно и насмешли· во, скрипуче и басовито. Их подзадо­
ривают трещотки, шутихи, петарды, и буйная какофония доносится до пер­
вой утренней звезды. Нет иной цели в ночном хождении по Кёруту, кроме как слиться с толпой таких же, как ты, быть в движении и оглушительно приветствовать новый день. Да разве этого мало? Я встречу там всех знакомых и, как умею, 'Сыграю им на бумажной трем­
бите нежное признание в любви к Бу­
дапешту. Будапешт - Москва ю р и Iit у С Т И М Е Н К О, корр. Т A€C -
спецнап.,но Anll «BOKpyr света» Ш ыйти из дому ПО холодку за-
• ставил меня маршрут, заготов­
ленный бюро по туризму « По историческим местам Эфиопии». Он пролегает чере з Гондар, Лалибелу и Аксум -
древние столицы старейшего в Африке независимого государства, бо ­
гатые памятниками ДJ е вней к уль т уры. Самолет ы местных линий чаще всего вылетают спозаранк у. На этом направл е нии курсируют ск рипучие ДС-3, нес у щие службу со времен второй мировой войны. Жесткие сиде нья идут вдоль бор то в, а б агаж бе з всякого почт е ния при вязан верев ­
кам и в хвосте маlШIНЫ и распихан п од ногами пас саж иров. УТРЕННЯ Я ДОРОГА Н о п одоб ны е трудности в соо бщении н еизмеримо малы в с р а внении с т еми, чт о по дс т е р е гали в свое время п уте­
ш естве нников по Эфиопии. В XV с то ­
лети и пр ед прии м чиво му итальянскому монаху, охо т ившемуся по белу с в ету за чужими д у шами, п онад,\Б И ЛОС Ь 213 д н е й, чтобы преодолеть п у ть от К аира до Акс у м а. В XVII! веке шот ­
ла ндский п у т е ше ственн и к Джеймс Брю с пров е л н ес коm,ко месяцев в гор­
ных районах Эфl1ОПИИ в п оис к ах исто ­
ков Нила. Он п е р еж и л CTO,~bKO д ико ­
винных прик л юч е н ий, ч то п о возвраще­
нии н а р од ин у и выходе его к ниги про­
слыл с р ед и земл як ов завзя тым л г у н ом. В 1903 году т р еБ О В<l J IOСЬ 12 дн е й, чтобы добраться от б ерега Кр ас ного моря до Аддис - Абебы. Мин у т ч ерез 'сорок полета в Гондаре, адми ни с тративном центр е провинции на се веро- з ападе страны, нас встречает гулкое зда ни е аэро порта. В ра з итель ­
ном контра с те с ним величестве н ны е дворцы в центре города, окружающие широкую площ адь, н а ней встречаются д ва п о тока людей -
одни спешат на рынок, д р у ги е у же нагружены пок у п ­
ками. С троительство дворцов началось в XVII век е при царе Фа с или дасе, из­
гнавш ем ино с тр а нц е в и З<lп р ети вшем им въ езд в страну · под с трахом смерти. Мон а рхи погибали от яда или кинжала, а в пром е жутках между п е реворотами возвод или новые з амки, у крашали по ­
кои зе ркалами и слоновой костью. В последовавшие сто л ет ия многое было ра з рушено иностранными пришельца­
ми, и о было м великолепии говорят л ишь прочные стены и ажурные башни. Да еще в одном внутр е ннем дворике Г о н да р ско го замка с охранились клет­
ки, г де раньш е со де ржали львов на по­
т ех у т у ристам. С е йчас приезжих н е много: л юбители п у теше с твий из Западной Европы скло нны верить небылицам, которые р ас п ускае т о революционном прави ­
тельстве Эфиопии за па дная печать. Но гор одс к ой совет Гондара не смущен вр е ­
м е нны м и трудностями, и местные вла­
ст и дел ают все для того, чтобы обеспе­
чить гостям комфорт, а памятникам с т а рины --
ре став рацию и сод е ржани е. Н ед алеко от г орода на солне чном при ­
горк е у пьmьной дороги аккуратными рядам и вы с тав ле ны ч е рные статуэтки II З обожже нн ой глины, по которым без труда можно просл ед ить всю тр ех ты ся ­
ч e.nе тнюю и с торию Эфиопии. Здесь и легендар ная царица Савская, и вполн е современ ны е грамотеи с книгами, и кре­
с тьянки со ступами. В те ни раскидисто­
го дер е ва при мостил с я ткач. Его древ ­
ний станок вполне мог бы стать гордо­
стью эт н ог рафич еского музея. В такой обстановке не только остро п е р е живаешь прошло е, но и начинаешь понимать, каки е колоссальные трудно­
ст и стоят п е р ед се го дн яшн е й Эфиопи е й, возрождающей истинно народное в ис­
к усс тве и культуре р аз ны х н арод ност е й, ее на сел яющих. Сотни племен и народностей насе­
ляют з олотую землю Эфиопи и. И в самых дальних ее уголках -
на п лос ко го рье Сым е н, в окрестностях Гондара и Лалuбелы -
работают студе нты и школьники на «земече». Зем е ча -
э то об цч е нu е г рамоте, ме­
дицинская nШltOщь, разъяснение декретов nравительства о земле, о новом ведении хозяйства. ПОJlУДЕ Н НЫЙ мити нг За :стенами дворцов Гондара, храня­
щих, память о прошлом, кипит жизнь. Положение малых народностей и пле­
мен в корне изменилось в последни е годы -
они получили право и возмож­
ность обрабатывать землю, стали nOJl-
НОl1равными гр.ажданами страны. Аг­
рарная реформа в марте 1975 года по­
кончила с помещичьим землевладе­
нием и феодальными пережитками, пе­
редала землю тем, кто ее обрабатывает. Это была настоящая революция в эфиопском селе, породившая новые от­
ношения, создавшая крестьянские ассо­
циации -
органы новой власти на ме­
стах . . В провинции Гондар насчитывается и х БОJlьше двух тысяч, а по всей стра­
не -
свыше 27 тысяч. Ассоциации объе­
диняют 7 миллионов человек. Они со­
став.nЯЮТ районные и областные орга­
низации, входящие во Всеэфиопскую ассоциацию крестьян, которая коорди­
нирует свою деятельность с Всеэфиоп­
ским профсоюзом промышленных ра­
бочих, государственных служащих и кустарей. В ряде мест ассоциации пе­
рерастают в производственные кооп е­
ративы, ЧJlены которых трудятся со­
вместно и распределяют урожай по тру­
ду. Временный военный административ­
ный совет (ВВАС) Эфиопии считает, что единстве нным путем к подъему сельского хозяйства, главной отрасли н ациональной эко ном ики, явля е тся е го ра зв итие на КОЛJlективной основе. По­
этому особое внимание уделяется гос­
хозам, созданным на базе национали­
зированных поместий и крупных ферм, и крестьянским ассоциациям. Прави­
тельство оказывает им помощь креди­
тами, поставляет семена и удобрения, направляет специалистов и сельскохо­
зяйственную технику. Большую помощь Эфиопии оказывают группы советских экспертов, работающие в разных райо­
нах страны. Мы обсуждали ход аграрной рефор­
мы, пока наш вездеход гудел-перева­
ливался по немыслимой дороге. Места· ми п опадалось некое подобие булыжни, ка, и тогда машина напоминала катер, угодивший в жестокий шторм. Но боль­
шей частью она ныряла в долины и ка-
рабкалась на горные склоны по г лубо­
ким рытвинам от потоков воды, сбе­
гавших в дождливый сезон. -
Помогать-то нам помогают,­
между тем говорил мой спутник, пред­
седатель местной крестьянской ассо­
циации Тамрат Фелеке,- но иногда хо­
роший совет стоит дороже трактора. Вот в соседнем кооперативе бьются над тем, по какой системе распределить уро­
жай. Как вознаградить трудолюбивых и наказать лентяев. У себя мы землю распределили, а в других районах стра­
ны преобладает традиционное общин­
ное землевладение. Там как? У нас в стране больше двадцати различных си­
стем землевладения и землепользова­
ния. Не под одну же гребенку всех причесывать! .. -
Тамрат Фелеке сделал многозначительную паузу. Потом доба­
вил: -
Я слышал, есть книги по опыту колхозного строительства в Советской стране. Наши крестьяне готовы и книги читать, и умных людей послушать ... Въехали в селение, состоящее из од­
ной улицы, вдоль которой выстроились глинобитные дома с навесами от шаль­
ного солнца. Взобрались на пригорок и очутились на небольшой площади перед зданием школы. В тени раскидистого фигового дерева расставлены стол и стулья, а вокруг на теплой земле рас­
положились участники митинга. Пер­
вым выступал представитель местных властей Кассахун Айелу -
он расска­
зывал о новой правительственной про­
кламации, которая определяла задачи и функции крестьянских ассоциаций. Здесь не помешает сделать неболь­
шое отступление. Дело в том, что про­
паганда и агитация, да и просто рас­
пространение информации -
задача в Эфиопии неимоверно сложная. Насе­
ление в значительной степени неграмот­
но, поэтому от газет, журналов и листо­
вок толку мало. Транзисторы могут по­
зволить себе немногие, до радиофика­
ции громадной страны дело пока не дошло. Даже в городах официальные объявления делает уличный глашатай. Он обходит кварталы с небольшим рож­
ком, время от времени останавливает­
ся, дует в рожок, а потом, набрав пол­
ную грудь воздуха, возвещает послед­
ние новости. В деревню информацию донести еще сложнее: помеха -
обширные прост­
ранства, бездорожье инедоступность некоторых горных районов, куда даже вертолет не доберется из-за сильных ветров. Надо учесть еще, что в Эфио­
пии множество народностей, не вла­
деющих амхарским языком. У боль~ шинства из них нет письменности. После каждой фразы Кассахун Айелу -
он говорил по-амхарски­
делал паузу, чтобы дать возможность переводчикам растолковать смысл ска­
занного на понятных крестьянам диа­
лектах. Никаких пышных речей и па­
радного славословия -
шел деловой разговор. Крестьяне перебивали Айелу вопросами об улучшении водоснабже­
ния и дорог, доставке семян и удобре-
.14 ний, О ценах на кофе, поругивали по­
средников-перекупщиков. -
Это вам не старые недобрые вре­
мена,- заметил сидевший рядом со мной директор местной школы.- Рань­
ше представители властей если и на­
езжали, то затем, чтобы отдать распо­
ряжения и накачаться домашним пи­
вом у полицейского чиновника. Нас они ни о чем не спрашивали, только при­
казывали. А сейчас, видите, мы все вме­
сте стараемся найти решение крестьян­
ских проблем. у школы носились С криками ребя­
тишки: по случаю митинга их отпустили с уроков. Группа юношей и девушек в полувоенной форме защитного цвета и кепи с длинными козырьками стояла под навесом. Это участники националь­
ной трудовой кампании «развитие че­
рез сотрудничество» -
«земечи». Пос­
ле митинга я поговорил с ними. В их задачи входит политическая и воспита­
тельная работа в деревнях, они помо­
гают претворить в жизнь правительст-. венн.ые декреты, в первую очередь дек­
рет об аграрной реформе. По призыву ВВАС около 60 тысяч студентов и преподавателей высших учебных заведений разъехались в ходе земечи по самым отдаленным угол­
кам страны. Это не только пропаган­
дисты и агитаторы. Они жили и труди­
лись вместе с крестьянами. Студенче­
ские отряды вели борьбу с неграмот­
ностью и болезнями, строили школы и больницы, возводили мосты и рыли ко­
лодцы -
всего не п~речислишь. Митинг продолжался, становился бурным. А невдалеке, у тукулей, текла повседневная жизнь. Тукули -
это хи­
жины, стены которых образуют дере­
вянные жерди, обмазанные глиной. Жерди конусом выстраивают вокруг вы­
сок{)го шеста, торчащего в центре жи­
лища, а крышу увенчивают пучком со­
ломы, горшком или кувшином. В хижинах и на утоптанных площад­
ках перед ними женщины просеивали просо -
тефф, толкли зерно в глубоких деревянных ступах. К вечеру, когда вер­
нутся с митинга мужчины, будут гото­
вы свежие лепешки. Мальчишки тем временем подтаскивали хворост для семейного очага. Девочки носили воду ИЗ ручья в больших глиняных кувши­
нах, горло которых заткнуто пучком травы; дно кувшина круглое, так что где попало его не поставишь. Поэтому водоносы нигде не задерживаются и спешат вернуться поскорее, чтобы ус­
тановить посудину на специально от­
веденное ей место в тукуле. ЗОЛОТАЯ ЗЕМЛЯ Большая часть населения страны жи­
вет вдали от немногих асфальтирован­
ных дорог. С раннего детства привы­
кают люди пешком одолевать огромные расстояния. Так что марафон для них -
как для нас улицу перейти. Эфиопия воспитала немало прекрасных бегунов на дальние дистанции, о чем свиде-
тельствует и Московская олимпиада. Вот вдоль кромки шоссе неспешно шествуют мужчины -
в гости, по де­
лам, на рынок -
за добрую сотню ки­
лометров от родного села. Шествуют, положив руки на короткую палку, за­
кинутую на плечи. Позади, выдержи­
вая почтительное расстояние, семенят женщины с поклажей, а впереди тру­
сят лопоухие ослики, доверху гружен­
ные дровами или . хворостом. То И дело на дороге возникает бесконечное стадо степенных коров или отары суетливых овец. Пастухи с длинными копьями ступают важно, делая вид, будто про­
исходящее их не касается. Поток пеше­
ходов избирает для перехода дороги как раз тот момент, когда к ним прибли­
жается на· большой скорости автомаши­
на. Водителям машин предоставляется полная возможность выпутываться из щекотливых дорожных ситуаций свои-ми силами. На тридцать с лишним миллионов жителей Эфиопии приходится почти столько же голов круп»ого рогатого скота, овец и коз, почти миллион вер­
блюдов и тьма домашней птицы. Более 90 процентов сельскохозяйственных операций осуществляется с помощью тягловой силы. Ранней весной упряжки быков волокут в полях плуги, вспары­
вая жирную землю. На пути от селения к Гондару видим, как неутомимый пахарь движется по полю к деревянному помосту. Когда созреет урожай, на этом возвышении дежурят женщины и дети, отгоняя птиц, разбойных бабуинов и прочих охотни­
ков до чужого добра. В тени деревьев три женщины сзадымлеНIIЫМИ на огне костра чайниками торгуют кофе. Наш шофер остановился, и я должен был признать, что никогда в жизни не пил такого вкусного наПЦтка. Его ва­
рили люди, сами выращивающие кофе и умеющие передать его аромат во всех оттенках. По ходу дела шофер расска­
зал, что эфиопы обязательно бросают щепотку соли в кипящий кофе, а ше­
луха плодов идет на приготовление питательного блюда, о котором за пре­
делами Эфиопии и не подозревают. Обочины дороги сторожат деревья, щедро усыпанные белыми, розовыми, фиолетовым'f и красными цветами., В поле, на лугах цветы попадаются редко, и все многообразие красок разбросано по кустам и деревьям. Сквозь ветви с живым интересом наблюдают за проис­
ходящим внизу обезьянки-гверецы (здесь их называют «гуреза» ), которые нечасто попадают в зоопарки. Эфиопы говорят, ЧТО эти животные страдают малярией и, когда случается приступ болезни, лечатся собственными силами, поедая листья, содержащие хинин, а в неволе быстро хиреют и гибнут. У гверец черная шелковистая шерсть, ся мордочку кокетливо обрамляет белая борода. Хвост тоже опушен белым, и длинные белые волосы свисают плащом по бокам. Броская внешность неодоли­
мо влекла к обезьянкам охотников до красивых шкурок. Не спасала r'верец и способность со­
вершать неимоверные прыжки с дере­
ва на дерево, напоминающие свобод­
ный полет, Сейчас обезьян этой породы осталось до обидного мало, и они на­
ходятся под охраной закона. По-види­
мому, гверецы об этом как-то догада­
лись и со всем не боятся людей, с види­
мым удовольствием позируя перед фо­
тоаппаратом. Даже бывалых путешественников Эфиопия поражает разнообразием и богатством ландшафтов и животного мира. Россыпь надменных гор, рассе­
ченных суровыми морщинами задумчи­
вых ущелий, сменяется безбрежной красноватой равниной, усыпанной тем­
ными точками зонтичных акаций. А вот раскинулась необъятная саванна, в пыльных вихрях которой тонут дома и скот. Вольные озера, не освоенные го­
стиницами и туристами, расцвеч е ны розовыми облаками нежных фламинго и снежно-белыми величавыми пеJll1ка ­
нами. А ,заросли тростника просто ки­
шат перелетными гусями и утками. На отмелях бурных рек нежатся на ласковом солнце притворно-сонные крокодилы, моментально сползающие в воду при п ервом неосторожном движе­
нии крадущегося к ним фотографа. В тихих омутах неразборчиво бормочут и, как дети, пускают пузыри громады бе­
гемотов, а местами поверхность воды, обильно сдобренной илом, буквально кипит от сер е бристой рыбы. Храмы Лалибелы включены в Спи­
сок всемирного наследия, в который входят величайшие об-ъекты куль­
турного и природного достояния. яв­
ляющиеся выдающейся ценностью. Рыболовы наживку на крючке забра­
сывают подальше от берега. Долго ждать клева не приходится: удилише начинает дрожать и гнуться под силь­
ными РЫВJ<ами. Забросил -
выташил, забросил -
выташил. Такая рыбалка !<ажется чудом из чудес. Но уже на второй зорьке как-то приедается -
не хватает переживаний, сопутствующих настоящей рыбалке, нет трепетного ожидания пугливо ныряющего поплав­
ка. Может быть, поэтому эфиопы рав­
нодушнык рыбе и ловят ее исключи­
тельно на продажу проезжим европей­
цам? Рассказывают, правда, и здесь об удачливых рыболовах, когда клюет нильский окунь весом в шесть и более пудов. Но ведь на такого зверя тре­
буется не снасть, а коллектив. ЛАЛИБЕЛА СтЬит остановить машину в самом что ни на есть безлюдном месте, откуда ни возьмись набегают мальчишки. Поо­
даль непременно возникает фигура па­
стуха. Он картинно замирает, опершись на копье. Его явна одолевает любо­
пытство, на без приглашения ан не подойдет. 'За исклJdЧением малых детей, не отягощенных грузом манер, жители Эфиопии гостю не докучают и встреча­
ют его достойно, без лишней суеты и очень радушно. Именно так принимали нас в Лали­
беле, знакомство с которой начал рас­
сказ гида: «Когда мать вынесла мла­
денца напоказ придворным, над ново­
рожденным повис пчелиный рой, уди­
вивший всех примерным пЬведением. Отсюда и пошло имя Лалибела, озна­
чающее в переводе с древнего языка гээз: «даже пчелы признаюt его власть». Он правил в ХН веке, дал на­
звание городу и положил начало строи­
тельству одиннадцати церквей, которые сейчас по праву считаются одним из «чудес света». Это не храмы, вознесенные над ок­
рестными холмами, и не сумрачные пе­
щеры, уводящие в недра. гор, а под­
земные сооружения, вырезанные из цельного камня и вписанные в горный ландшафт. Португальский монах Алвареш, пер­
вым из европейцев посетивший Ла­
либелу в ХУl столетии, долго приходил в себя по возвращении на родину. А когда привел в порядок разбросанные чувства и собрался с мыслями, добро­
совестно:-изл~ увиденное. Но в за­
ключение сделал грустную приписку: «Дальнейший рассказ не имеет боль­
шого смысла, потому что мне все равно никто не поверит». За прошедшие века тысячи и тысячи гостей побывали в небольшом городке Лалибела в провинции Болло. Алва­
решу теперь поверили бы: о замеча­
тельных церквах написаны монумен­
тальные труды, где научные выкладки тесно переплетаются с досужими вы­
мыслами и рассуждениями о сверхъес­
тественных силах. ОтдеЛЬflые авторы, вдохновленные научной иненаучной 16 фантастикой, додумались и до участия космических пришельцев в создании храмов. Действительно, трудновато представить, как мастера далекого прошлого с их примитивными орудия­
ми сумели превратить скалы в резные крыши, стены и колонны. Для строительства избирали боль­
шую площадку, вырубали вокруг бу­
дущего здания глубокие канавы и на­
чинали обрабатывать каменную гро­
маду от края к центру. Крыша, как пра­
вило, расположена на уровне земли ли­
бо сливается с горами, и тогда строение напоминает пещеру в горизонтальном склоне. Здания от делены от скал про­
валами траншей, образующих дворики, местами встречаются бассейны со «свя­
той» водой, покрытой пленкой зелени. Из скал вырастают колонны, стены из­
украшены геометрическими фигурами, фресками и сценами из библии, iштя от времени краска поблекла и выцве­
ла. Каждая церковь имеет свою приме­
ту. В одной демонстрируют луч света над алтарем, который, по словам гида, не меркнет днем и ночью, Гиду прихо­
дится верить, потому что НОЧЬЮ в цер­
ковь не пуска·ют. В другой -
«могила Адама», и все начинают живо интере­
соваться, где же похоронена Ева. Даль­
ше хранятся манускрипты начала ХУ века, скульптуры святых и великое множество древних крестов. Самая за­
метная достопримечательность -
ко­
лонна, уходящая на высоту двух зта­
жей и покрытая материей. Священники заверяют, что так надо, ибо на ней высечено прошлое и будущее мирозда­
ния, а людям знать того не положено. Если верить легенде, древние жители стремились обеспечить храмами всех святых, почитаемых в Эфиопии. Даже' святого Георгия резвый конь не пронес мимо лалибелыl. Самый красивый кре­
стообразный храм носит его имя. -
3наете,- сказал озабоченно Геб­
ре Мескаль-Уорку, председатель трех кебеле (ассоциаций городских жителей) Лалибелы,- мне шлют ИЗ центра ди­
рективы, чтобы я развивал инициативу масс, а мы здесь думаем, как бы по­
придержать 3ТУ инициативу. Ведь средств у нас не хватает. Нет пока подготовленных кадров и техники. Но 31'0 дело наживное. Главное, согласи­
тесь, в том, что в нашей стране уста­
новлена народная власть. А потом, приезжих у нас знаете сколько? Лали­
бела всему миру известное место, его занесли в список ЮНЕСКО. Охранять ее -
наша ведь забота. Да еще сту­
дентов разместить надо, прибыли на земечу. Слышали? ДJIЯ нас 31'0 са­
мые важные гости. Приезжайте к нам через два-три года. Уверяю вас, что тогда у нас будет что посмотреть, кро­
ме подземных церквей. Живые люди, творящие чудеса на земле, на мой взгляд, производят гораздо более силь­
ное впечатление, чем искусно выделан­
ные камни. Аддис-Абеба-Гондар­
Лалибела РУССКИЕ В АБИССИНИИ Дух предприимчивости казацкой вольницы, двинувший Ермака Тимо­
феевича к покорению Сибири, не ис­
чез еще до настоящего времени. В пограничной Персии, Турции и Кур­
дистане еще до сих пор сохранилась так называемая русская казацкая вольница, представляющая, быть мо­
жет, остатки запорожских и черно­
морских казаков, не желавших под­
чиниться гетманскому режиму. Каза­
ки этой вольницы не имеют постоян­
ного местожительства; до сих пор они сохранили православную религию и не признают верховной власти шаха и турецкого султана ... До слуха их дошло, что в Абисси­
нии исповедуется православная ре­
лигия; недолrо думая, выборный ата­
ман Ашинов собрал небольшую дру­
жину, и вся эта горсть храбрецов без знания пути и языков отправилась к абиссинскому негусу Иоанну с наме­
рением облюбовать себе местечко для поселения ... Собравши свою дружину, Ашинов отправился в Константинополь, за­
тем в Александрию и Каир. Из Каира депутация пробралась в Массову 1, порт на Красном море ... от Массовы до Абиссинии еще порядочное рас­
стояние, но казакам, привыкшим к среднеазиатским степям, это ничего не значило. Скоро они прибыли в Азмару 2 к виде-королю Разсовуле, одному из подвластных правителей негуса абиссинского ... Разсовула при­
нял казаков очень хорошо ... Затем Ашинов отправился к Гекли­
Миноту Гаджанскому, который при-
. нял его также очень радущно и пред­
лагал землю для поселений. Но каза­
ки решили, что переселяться в Афри­
ку им неудобно, потому что там очень жарко и «все без рубашек ходят», и потому этот план был оставлен ими ... Наконец Ашинов пустился в обрат­
ныЙ· путь, не встречая нигде препят­
ствиЙ. Он захватил с собой одну абис­
синку и абиссинского мальчика. Де­
вушку он предполатает, оqучив рус­
скому языку и рукоделия м, отослать на родину; чтобы она научила своих соотечественниц, а мальчика желает оставить при себе ... Наконец казаки достигли России, и путешествие их окончилось. Таким образом, горсть смельчаков без ВСЯ­
ких знаний совершила одну из самых удачных экскурсий в ГЛlбину Афри­
ки и посетила Гаджан , в котором еще не бывали до сих пор европей-
цы. «Вокруг света», 1886 год ] Современное написание -
Массава. (Прuмеч. ред.) 2 Современное написание -
Асмара. (Прuмеч. ред.) 3 Ныне -
Годжам, провинция Эфио­
пии. (Прuмеч. ред.) л. МАРТЫНОВ в ~ ай на зе м ле существует, и t географич е ~кое его положе­
ние точно изв е стно. Д оби ­
раться до него лучше всего на машине, ибо други е средства транспорта туда не ходят. Если еха ть весь день и з городка Алис-Спрингс точно на севе р, д о р ога выведет к проволочной изго­
роди. Чу ть дальше от дороги столбы повал ились, пр оволока разодрана, и путник может просто перешагнуть ограждение. Но кто будет бродить здесь пешком? Красные пески пусты­
ни тянутся во все стороны, и "'П устыня эта необъятна. Через несколIV<О кило­
метров забор прерывается в()ротами, КОББАРРНАГАДУТУНЕ над которыми укреплена металличе­
с кая таблица с предупреждением: « Т ер ритория Коббаррнагадутуна. Вход без разрешения ст рог о кар ается по закону». Это и есть вход в р ай. Дело в том, что Коббаррнагадуту­
на -
н е просто рай. Это рай -
або­
риг енс кий, точне е говоря -
р езе рва­
ция для коренн()го на селе ния пятого континента. Когда Коббаррнагадутуну п о дго­
тавливали для сселения в нее а бори­
генов разных племен, о п ла нах мн о го пис али в газетах. Представитель ад­
минис трации, р ассказыва я о домах, водопроводе, школе и многом пр очем. что ожидало людей, еще вчера бро­
дивших по пустыне, первым употре­
бил это выражение: « Они наверняка вообразят, что попали в рай ». Над о сказать, что нечто соответствующее представлению белых о рае -
во вся­
к ом случае, о месте, куда попадают люди после смерти,-
у аборигенов никогда не включ ало ни домов, ни водопровода. Там, однако, должно бы ­
ЛО быть много дичи, съед об ных пло­
дов и кореньев. Т ем не менее слово « рай » В прим е ­
нении к образцовой резервации во ­
шло в обиход и употребляется в печа­
ти по се й день, приобр е тя в конце CI.E IIРЕСТ)'IIЛЕНIIЙ IIМПЕри"\.гIII~IМЛ концов горько-иронический отте нок и противоположный смысл. Под резервацией когда-то подразу­
мевалась « территория, где представи ­
тели коренного населения могут вести свой традиционный образ жизни бе­
зо всякого постороннего вмешатель­
ства ». Белым, или, говоря казенным языком,-
лицам европейского про­
исхождения, там появляться запреще­
но. Разрешение может дать комитет туземного самоуправления реЗерва­
ции. А он будет рассматривать прось­
бу только, если ему предъявить р еко ­
м е ндацию какого-нибудь министерст­
ва. Ее сле дует подтвердить к тому же в столице штата. Действительно, в тех немногочисленных местах Австралии, где сохранились аборигены, живущие охотой и собирательс тв ом (в Куи н­
сленде, на Северной территории), белые без официального разрешения не появляются. Впрочем, если того требуют государственные интересы, министерство геологии в Канберре охотно даст нужную рекомендацию. И так появляются сначала геологи, по­
том рабочие роют шахты. Аборигенов 18 выселяют. Примеро в тому немало: в Ямбилууне, в Аурук у не 1. Компании, в чьи руки перешли аборигенские земли, обязались обес­
печить их жильем и помощью на но­
вом месте. Коббаррнагадутуна -
на­
звание района, где сосредоточены ре­
зервации Папунья, Иендуму и не­
сколько более мелких. В ыбра но было это место потому, что подземные во­
ды там расположены не так уж г лу­
боко, а это позволило пробурить не очень дорогие скважины и построить колонки. Наличие воды было обяза­
тельным пунктом СОl'лашения. Питер Баркэрд, социолог из Мель­
бурна, занимающийся вопросами приспособления аборигенского об­
щества к новым условиям, не без тру­
да получил в Канберре нужную реко­
мендацию. Труднее было в Алис­
Спрингсе, где администратор по делам коренного населения долго и нудно выяснял, зачем и почему Баркэрду I См .• Вокруг CBeTa~ NQ I И 7 за 1981т. .УрановыЙ бум в Ямбилууне. и .Изгнани е из Аурукуны •. Жилище в Иендуму. В такой комна­
те спят обычно человек тридцать. обязательно нужно в резервацию, ког­
да можно тут же в его конторе полу­
чить кучу прекрасного печатного ма­
териала на эту тему. В конц е концов администратор подписал необходи­
мую бумагу. Социолог направил письма в резер­
вации Иендуму и Папунья. Через не­
делю из Иендуму пришло разреше­
ние, а из Папуньи -
отказ безо вся­
ких объяснений. И это, естественно, только разожгло интерес исследо­
вателя. Не видать бы ученому Папуньи, если бы он не поделился печалями с неким Патриком О'Ши, в,ладельцем маленькой строительной фирмы. Ока­
залось, что фирма О'Ши взяла подряд на ремонт школы в Папунье. -
Тут ни бумага, ни телефон не помогут. Надо лично договариваться. Я-то их знаю,- объяснил он Баркэр­
ду.-
Завтра вместе поедем. Машина свернула с шоссе и затряс-
лась по песку. В пустыне торч ал един­
ств е нный уцелевший от ограды столб, а на н ем такое же грозное предупреж­
дени е, как и у глав н ых ворот. Оста­
вив социолог а у столба, О'Ши п ош е л договари ваться. Чер ез час о н в ернулся -
все в по­
рядке. Сн ачала оба шли по песку, по ­
том возник ла широкая улица. Обогну­
ли полицейски й пост, дав хороший крюк. Ра зрешение вроде бы дал один и з членов т узем ног о самоуправления, однако имени своего просил не назы­
вать. Фо то графиро вать -
запрещает­
ся. Если спросят: кт о такой, отве­
чать -
маляр. В ообще следует быть осторожным, ибо сегодня у абориге­
нов Папуньи день выплаты пособия. Виски им продают белые руд о копы, зачастую очень д алеко от резервации. Можно было п одумать, что П апу­
нью кто-то недавн о взял штурм ом: выбитые окна, дыр ы в стенах, со­
рванные с пет ель двери. Около до­
мов кучи мусора, ржавые консервные банки. По улиц ам бегали стаи собак. Школа изда ли выгляде ла опрятно: несколько пестры х домиков за ре­
шетчатой оградой. Стои ло лишь войти в ШКОЛЬНЫЙ двор, как О'Ши тут же запер калитку на замок и набросил цепочку. Пр авда, в зданиях никого не было: на время ремонта у учителей и учеников каникулы. Вблизи, однако, учебное заведение было не стол ь симпатично. Все, что только во зможно, было разбито, ис­
порчено, электропроводка вырвана с мясом. -
Два раза в год р емо нтируем,­
сказал О'Ши,- а мо гл и бы сразу на­
чинать, как кончаем. На том бы и фирма держ ал ас ь. Грохот прерв ал их разговор. Т олпа дет ей бомбардировала здание камня ­
ми, и рифленое железо стен гудело. Другие ребята па лками крушили все, что попада лось им под руку. У во р от собралась кучка нетрезвых мужчин. Кто-т о уже пустил слух, чт о б е­
лые пришли,- объяснил Патрик.­
Нам надо сматываться, а то еще по­
лицейский придет, доказывай потом, что ты не кенгуру. Они сразу разбе­
гутся, зато из-за у г ла камнем заса­
дят. За что они нас так ненавидят? Ч е г о им не хватает? Ч ерез заднюю дв е рь они покинули школ у и вскор е были у машины. Д о резервации И ендуму добрались до­
вольн о скоро. Сов е т Иендуму не зря позволил по­
сетить с в ою резервацию: выг ляд ела она куда лучше П апуньи, даже школа работа ла. Н о пу стые или заброшен ­
ные дома были и здесь в избытк е. Н аселена одна лишь пол овина жилищ. Зато в пустыне за поселком кочу ет множество семей. Иногда они прихо ­
дят в Иендуму и живут за оградой в хижинах из картона, жести и, бог еще ведает, чего. Тор говля водой у доро ги. За день кто-нибудь да и купит ... Н а верное, именно этих пол уго лых людей в немыIлимыыx обнос ках следо­
вало ОТJreСТИ --
по официальной кла с ­
сифик а ции -
к «коренному на с еле­
нию, в еду щему традиционный образ ЖИ ЗН И )}. Разница между Иендуму и П апу ­
ньей объяснялась довольно пр осто: в перв ой живут люди из двух родствен­
ных племен, а в другой -
остатки множества разных племен, еще в 1965 году бродивших по пустыне. У них нет ни общего языка, ни сходных традиций. Английскому языку им на­
учиться не у кого. Единственное, что осталось у них о т прежней ЖИЗНИ,- полудикие соба­
.ки. Днем в Центральной Австралии очень жарко, ночью весьма холод н о. Топлив а на многие мили вокруг не осталось. Аборигены кладут с собой под одеяло соба к, чтобы те согревали их своим теплом. « Чего ИМ не хватает?» -
п одобный вопрос мог задать -
и задает -
не только строитель О'Ши. Дали им до­
ма, дают еду, одежду. Чего еще н адо? Пр о сто не люди, а животные ка­
кие-то. Н о представим себе абсолютно фан­
тастическую картину. Аборигенам по­
надобились богатые охотничьи уго­
дья, а на их месте к а к раз стоит город Сидн ей. Сиднейцам объясняют, что их переселяют в другое место, а здесь дома сносят, асфальт снимают, чтобы ничто н е мешало хорошей охоте. Выселенных сиднейцев снабжают вс ем, что необходимо для жизни: прекрасными копьями, лучшими бу ­
мерангами, копалками для корней. Им дают палочки д ля добывания ог­
ня. И даже снабжают первое время едой. Но потом, очевидно, возникает вопро с: « Чего им еще на д о?» Ведь они получили без труда все, что люди добывают ценой больших усилий. Как объяснить, что житель большого го­
рода вряд ли выживет в пустын е, сколько бы копий у него ни было? Не при-вык он к этому и не умеет, и не его это вина. Он хорошо знае т, что нужно ему было для жизни в разви ­
том индустриальном обществе, но его лишили привычных условий, не по­
интересовавшись его мнением. Жители Папуньи очень многое зна ­
ли и умели -
то, ЧТО нужно было для жизни. Св оей жv 1НИ. ИМ не нужна была ни Коббаррн аг адутуна, ни ее рай. Так пришл и апатия и отчаяние, прерыва емые вспышками яро стного, но бессильного гне в а. Среди всех абори г енов, которые ютятся на окраинах больших и малых городов, по яв ились теперь люди, по­
нимающие, '1ТО как-то надо менять ус­
ловия с уще с твования. Как -
они еще не знают, н о зн ают, что сделать это нужно. Один ИЗ них -
черн око жий певец Джимми Блексмит. По е т он, разу­
меет с я, по-а нг лийски, ибо это ед ин­
ственный общий язык. Выступает он в ре зервациях, поет п еред белыми в барах. Его отмет и ли даже в сидней ­
ских газетах, где восхитились « вели­
ко лепным нренебрежени ем к грамма­
тике ». В школ е -то певец н е у'lИЛ СЯ ... Одна из песен называется «Крас ­
ны е пески Ямбилууны». « Вы вык апы ваете души,-
поет ОН,- вы х о ти те их увезти. Души на­
ших предк ов л е жа т п о д песками. Но когда я умру, моя душа вернется ту­
да, в красные пески Ямбилууны, в красные пески Ямбилууны ». Джимми И сам не скажет, к какому племени принадлежал и его предки, коч е вали ли о ни вообще в Ямбилуу­
не. Но песню его знают почти все аборигены Австралии. Из-под красных песков Ямбилууны ЭКСltав ато ры выкапывают урановую руд у. Аборигенов там давно нет. Для ни х ПРИГl >т овле ны райские усло ­
вия в обраацовых пос ел ках-резерва ­
ция х. Не их вина, что свой рай о ни пред ставляли иначе. А по пустым улицам Коббаррнага ­
дутун ы среди развалившихся домов брод ят пол у дикие собаки ... ВЛАДИМИР ТОЛМАСОВ капитан дапьнего плавания Фото В. МИШИНА m ни стояли, широко расставив ноги, и судо~ожно цепля!"ись за шершавыи от морскои со­
ли поручень. Корму то подкидывало вверх подкатившим валом, то она стремглав проваливалась в зеленова­
тую кипень волны, с гулом расплески­
вая ее, и вся парусная вахта -
два де­
сятка курсантов, все, как один, в эти мгновения как-то по-птичьи закрыва­
ли ('лаза. Было нетрудно догадаться, что у каждого · ИЗ них в это время вс е ОJ:Iускалось в'нутри · и' .предательские спазмы начинали выворачивать желу­
док. Корма вновь вздымалась, и тогда они открывали глаза, с любопытством взглядывали друг на друга, смущенно улыбаясь, хотя стыдиться было н е че­
го: так начинали многие, кто выходил в первое морско е плавани е, и нич его в том зазорного не было. За курсантами-первокурсниками, проходившими морскую практику на ч е тырехмачтовом барке «Крузен­
штерн», которым мне дов е лось тогда командовать, я наблюдал с ходового мостика. Качка была вызвана жесто­
чайшим штормом, который обрушил­
ся на нас внезапно при входе в южную часть пролива Каттегат. Почти ура­
ганный ветер, рвущийся в пролив от сев е ро-запада,. или от норд-в еста, к ак говорят моряки, не был пр е дусмотр ен никакими прогнозами, и даж е под­
робнейшие факсимильные метеокар ­
ты, принятые нашей судовой радио­
станцией, ни единым з начком н е на­
мекнули на близкое светопреставле­
ние. Мой старший помощник, сдаю­
щий вахту в восемь утра, доложил, что по курсу прелестная погода, и тем внес в душу успокоение. Погода и в самом деле была великолепной -
ясной и солнечной и, оставаясь такой, через два часа разразил ась чудовищ­
ным норд-вестом. Слабый ветерок, поддувающий в левую скулу барка, B~PYГ усилился на глазах, засвистал, заьыл, загрохотал. Из хаоса ЗВУКОЕ выделилась одна басовито-пронзи, тельная нота. Она пугала, насторажи· вала. И все это, повторяю, ПрОИСХО· дило при безоблачном голубовато­
белесом небе в холодном сиянии осеннего солнца. Крутые злые волны, какие бывают в шторм на мелководье, сплошь покрытые пеной и кое-где просвечивающие бледной зеленью, РАЦЕЯ КАПИТАН-КОМАНДОРА ГОЛОВНИНА как БУТЫАочное стеКАО, с остервене­
нием, тупым у прямств ом БИАИ В Сорт парусника, издавая гро хот пуш ечных залпов. Под их натиском барк вздра­
гивал от носа до кормы и кренил ся на правый борт. Волны обрушивалисъ на палубу, вода стекала с н ее потоками, дробилась ветром и проносилась гу­
стой солено й пылью. Устоять на палуб е, не держась за что-нибудь, было нево змож но. В по­
мещениях л е тела м е бель, со звоном сыпалась из шкафчиков посуда, др е ­
безжа, катились по камбузу бачки и кастрюли ... Глядя на выправленный рангоут,­
мачты и реи,-
я п о радовался про се­
бя, что еще вчера перед тем, как войти в узкость пролива Большой Бельт, приказаА убрать вс е паруса по-поход­
ному, то есть уложить и закрепить н а реях. Управление судном под паруса­
ми в узкостях ч резвыч айно сложно: это можно позволить себе лишь тог­
да, когда ты у верен в опытности команды, в конце практики: ку р сан­
ты, приобр ет шие н екото ру ю сноров ­
ку при работ е со снастями, не подве ­
дут. По опыту я знал, что шт орм, .пачав­
шийся внезапно и в таких условиях, обещает кончиться скоро и резко; но от него можно ожидать всяких бед, бывали случаи, когда судам, попа в ­
шим в такую пер ед рягу, при ходилось прерывать р ейс и возвращаться в порт на ремонт. Барк продолжал движение вперед, несмотря на то что cKo po crъ его не превышала двух узлов, (\ порой ОН попросту топтал ся на месте, изо в с ех сил удерживаясь проти в ветр(\. Подл е тала чайка и бесстрашно па­
рила над взбудораж е нным морем; она была совсем близко, и я видел ее круг ­
лый агатовый глаз. Чайка н а клон яла головку то вправо, то влево, высмат­
ривая добычу, вдруг стремглав пики­
ровала и ч е ре з мгновенье тяжело взл е тала с до бы чей -
и з птичь его клюва, трепеща, торчал рыбий хво<.:т. Ветер п о дхватыв ал чайку и относил далеко от судна, но, проглоти в рыбу, она возвращалась снова. Среди практикантов на корме я за ­
метил знакомую фигуру курсанта Сергея Терехова, сына моряка, с ко ­
торым мне когда-то прив ел ось вместе плавать по северным морям. Серега съежился, спрятал голову в плечи. Ветер срывает с головы фуражку, но не может ун ести, так как Се р е га до­
гадался опустить под подбор од ок штормовой ремешок. Я виж у, ках с фуражки у него стекает вода, и то ­
ненькая струйка устремляется прямо за шиворот, и Серега вздрмивает, гримасничая, говорит что -то своему приятелю-однокашнику _. фамилию того я не запомнил. Вообщ е, запом­
нить в начале пл а вания полтораста курсантов, пришедших на каких-то два месяца практики, невозможно. Когда я командовал парусной учеб­
ной шхуной, то знать полсотни кур­
сантов в лицо и по фамилии не состав­
ляло труда, и, наверное, это было еще и потому, что я тогда был моложе. Сейчас меня интересует ApYfQe, чем простое запоминание подчиненных,­
как они смотрят на свою будущую специальность, что ищут впереди, вот что занимает меня в первую очередь. Я смотрю на Терехова и вспоминаю, как впервые увидел его в морской форме и с трудом признал в нем того самого Сережку, который, бывало,. с важным видом, держась за отцов­
ский палец, приходил к нам на судно и с достоинством занимал кресло отца в кают-компании . ... Я сидел за письменным столом в своей каюте и писал какую-то бумагу, когда, постучавшись, вошел Сергей и доложил, что «прибыл по моему приказанию». Чуть-чуть с креном, как любил но­
сить его отец, сидела на светло-русой Серегиной голове фуражка с малень­
ким «нахимовским» козырьком, под которым светились славянские глаза. Морская форма на Сереге не морщи­
ла, не топорщила, не висела мешком: тельняшка, как и положено быть у бравого «марсофлота», выглядывала из-под суконной голландки не более чем на три синие полоски, брюки клеш немного не прикрывали носки начищенных хромовых ботинок, ог­
нем горела надраенная медная бляха у широкого флотского ремня. А един­
ственную галочку на левом рукаве, обозначающую, что курсант еще не закончил первого курса, Серега по­
торопился спороть, потому что она-то и ПОРТИЛ.а все на свете -
всякому бы­
ло видно, что перед ним зеленый пер­
вокурсник, салага, и, разумеется, это огорчало Серегу, но нашить сразу две галочки он остерегался, так как на следующий курс перейдет, когда ус­
пешно закончит свою первую плава­
тельную практику. -
Так, стало быть, ты и есть сын собственных родителей? -
спросил я и назвал имена и·отчества отца и ма­
тери Сереги. Угу,-
сказал он. -
Парусник нравится? -
Большой,- уклончиво ответил Серега. И как язык проглотил. В наше время мы были более откро­
венными. Мы называли вещи своими именами -
так нас учили отцы, ушед­
шие на фронт, и матери, тащившие на себе и нас и домашнее хозяйство,­
мы восхищались учебным парусни­
ком, который был перестроен из гру­
зовой шхуны, и не было для нас милее родного кубрика, переоборудованно­
го из мрачного грузового трюма. -
Ну-ну,- сказал я, и он, навер­
ное, уловил в моем тоне оттенок не­
довольства, потому что с опаской по­
косился на меня.-
Ты на уроках так же краток? -
В данном случае я не тороплюсь с выводами,- важно ответил он. 22 -
Добро,- сказал Я,- пока мне­
ние твое окончательно не сформиро­
валось, советую идти в кубрик и сесть за письмо к отцу. Напиши, .куда попал на практику, не напутай чего-нибудь, да поклон от меня передай. И поспе­
ши, а то можешь не успеть. Солнце освещало его профиль, но он мигом повернулся ко мне в фас, широко открыл глаза -
и куда толь­
ко его важность делась 1 -
А когда отход, дядя Володя? -
Во-первых, я тебе не дядя Воло-
дя, а товарищ капитан или можно еще -
Владимир Александрович. И ты мне, пока мы на судне, не Сережа, а курсант Терехов. Ясно? он явно оторопел и пробормотал: -
Ясно. -
Сегодня помощник по учебной работе соберет вас в столовой, там и потолкуем про отход. А теперь беги пиши письмо. Он, казалось, даже обрадовался, что я его не держу, лихо откозырял и выскочил за дверь ... Барк упрямо преодолевал встреч­
ную волну, буквально отвоевывая каждую милю у осатаневшего норд­
веста. Под его напором содрогались закрепленные судовые шлюпки, стре­
лял на одной из них сорванный угол чехла, и пока боцман карабкался в шлюпку, чтобы спасти чехол, пару­
сина была изодрана в мелкие полоски, которые подхватил и унес ветер. Я находился в штурманской рубке, когда позвонили из машинного отде­
ления, и взволнованный заикающийся голос вахтенного механика прокри­
чал: -
Т-товарищ капитан, у нас пожар! Горят в-выхлопные трубы! на мгновение я остолбенел, а затем спросил: Где стармех?! -
на объекте пожара. -
Доброl Ликвидируйте пожар силами машинной вахты! Я вставил трубку прямой связи «ма­
шина-рубка» в гнездо, и мысли ли­
хорадочно закружились в голове. Собственно, никакого «добра» не бы­
ло, а был пожар ... В это время вахтенный помощник с мостика доложил через переговор­
ную трубку, что машина сбавила ход до среднего. «Так, начинается,- подумал Я,­
теперь закуривай ... » Бедствия страшнее пожара, верно, не придумаешь для парусника; дере­
вянный палубный настил по всей дли­
не судна, километры смоленых тро­
сов, тысячи квадратных метров пару­
сины -
превосходная пища для огня, и поэтому страшное слово «пожар» В первый момент действовало гипно­
тически, сковывало волю и сеяло ра­
стерянность. И только в следующие минуты возникала мысль, как не дать пожару распространиться, локали­
зовать его. Вера в людей инструкциями не пре-
дусматривается, но сколько раз выру­
чала она из беды ... Зная, что тушени­
ем пожара в машине руководит стар­
мех, я отказался от первого побужде· ния объявить пожарную тревогу. Ка­
кую реакцию могла вызвать тревога среди людей, впервые попавших в штормовую передрягу, да еще с пожа­
ром, трудно сказать: сам пожар не требовал большого скопления народа в помещении выхлопных труб, где и без того повернуться негде ... «На суд­
не должно быть все спокойно»,­
решил я и отдернул руку, занесенную над кнопкой аврального звонка гром­
кого боя. «Нужно ложиться на обратный курс, уйти из пролива и отстояться за островом Анхольт, который мы ми­
новали рано утром»,-
решил я и вы­
шел на палубу к рулевым. Рулевые -
двое курсантов-перво­
курсников и матрос-инструктор­
сосредоточенно ворочали огромный штурвал, стараясь удержать судно на курсе. Штурвал был связан системой стальных тросов с пером руля за кор­
мой, в которое били неистовые волны Каттегата. По тому, как рулевые за­
кусывали нижнюю губу, налегая на штурвал, чувствовалось, как тяжело им приходится. Я узнал обоих кур­
сантов -
они были из группы Тере­
хова: один -
небольшого роста, с круглым детским лицом, которое пы­
лало на ветру; другой -
худощавый, в нахлобученной на глаза фуражке; я помнил, как он на собрании все по­
рывался острить. Теперь ему не до шуток: он был суров, как сто моряков кряду. Матрос-инструктор Чубрик, ладно сложенный крепкошеий моло­
дой человек, надежный и опытный, наглядно демонстрировал курсантам, как следует нести вахту на руле в шторм, всем своим видом показывая «делай, как я». Они были настолько увлечены ра­
ботой, пытаясь к тому же устоять на скользкой палубе, что даже не сразу расслышали мое приказание «по­
ложить руль на борт». Курсанты очень старались: они буквально висели на спицах штурва­
ла и не могли понять, почему судно, изменив курс градусов на двадцать, дальше не поворачивало. А мне стало не по себе: судно перестало слушать­
ся руля -
недоставало мощности двигателей. Оставалось только упо­
вать на то, чтобы ветер не зашел к северу, потому что тогда барк сам собой изменил бы курс относительно ветра и направился к скалистым бере­
гам Швеции ... Я ждал стармеха с докладом в штурманской рубке, облокотясь о край штурманского стола, тяжелого и широкого, как комод, с многими ящиками и от делениями, в которых хранятся карты, пособия и хрономет­
ры. Едва стармех появился в дверях, я по виду его понял, что с пожаром покончено. Стармех вытянул из заднего кар-
мана брюк портсигар и достал « Приму ». -
Порядок,- сказал он, выпустив струйку дыма, и с удовлетворением огляделся. Я знал, что Николай В а ­
сильевич питал прямо-таки профес­
сиональное почтение ко всяким при­
борам и с удовольствием вслушивал­
ся в их въедливо е зудение. Я смотрел на его закопченное лицо, перепачканную одежду и с досадой думал, что, в свою очередь, ничем не могу его порадовать, потому что с уменьшением числа оборотов двига­
телей судно перестало слушаться ру­
ля и его стало потихоньку сносить на банки Миддельгрунд, находящие ся справа по курсу. -
Никто не пострадал? -
Обошлось,- ответил стармех и обеспокоенно поглядел на меня.­
Я понимаю, с такой скоростью нам не выгрести. Кивнув, я взял измеритель и пома­
нил стармеха к карте. -
Видишь? -
я ткнул иглой изме­
рителя в нанесенные на карту банки с двухметровыми глубинами над ни ­
ми и заглянул стармеху в глаза.­
Ты понимаешь, Васильич,- сказал я медл.енно и сам заметил, как тяжело мне было сейчас отчетливо произн о­
сить слова,- нам нужна скорость, очень нужна ... -
Если мы прибавим оборотов, другая выхлопная труба вспыхнет обязательно -
она у нас сейчас на­
ветренная. Ремонт подв ет ренной тру­
бы меньше чем через час не сделать. Я тоже понимал стармеха -
он мог бы и не говорить о трубах,- это я его вынудил. Нужно иска т ь другой вы­
ход. Оставалась о дна надежда, приз­
рачная и неверная в условиях поч ти ураганной обстановки, но дос таточ ­
ная, чтобы таковой оставаться, и за­
ключалась она в использовании па­
русов. -
Скажу только тебе, Васильич,­
я говорил тихо, голос мой звучал сла­
бо и неубедительно,- ветер порыва­
ми ураганный, и судно не слушается руля. Барк выбрал себе курс и ид е т сам собой. Меньше ч ем через час мы окажемся на банках Миддельгрунд ... Норд-вест в Каттега те разош елся вовсю. Когда я поднялся на мостик, увидел: корпус судна, вздымаясь на гребнях волн, сотрясался от киля до клотиков И сильно запрокидывался на правый борт. Ветер гулял по мостику и/творил что хотел: заливал соленой водой вы­
носные приборы, поминутно забра ­
сывал полы плаща вахт е нного помощ­
ника ему на голову, рвал одежду с плеч, трепал над мостиком обрывки снастей и шнуров ... Добравшись до лоб ового фальш­
борта, который ограждал мостик спе­
реди, я вцепился в него и ощутил под ладонями мокрую шершавую по­
верхность -
морскую соль. Я перевел взгляд туда, гд е справа по курсу торчала темная башня мая-
ка, за которым тянулась далекая, си­
зая в дымке и рваная по верхнему краю гряда шведского берега, а перед маяком белой извивающейся, как змея, лентой пенилась полоса буру­
нов над каменистыми банками. -
Пеленг на маяк не меняется,­
доложил вахтенный помощник. «Пеленг не меняется,- подумал Я.- ВОТ так возникает опасность столкновения, когда два судна идут на сближение, и одному из них над­
лежит менять курс. А тут курс менять должен только я. Но как?» Память, как назло, молчала, не подсказывала никакого решения ... Особенности нашего барка были знакомы мне давно: я начинал пла­
вать на нем старшим помощником и знал на этом паруснике каждую щел­
ку; изучил и его строптивый харак­
тер -
судно, как человек, имеет свой характер, свои особенности поведе­
ния при плавании в шторм, во льду, на течении. Например, я знал, что на нашем барке исключалась встреча шторма грудью -
судно в этом слу­
чае теряло способность двигаться вперед, и нужно было поэтому всег­
да уходить от шторма. Но пролив не море, в нем --
строгий огражденный фарватер, и отклонение от него озна­
чает смертельную опасность,- вот и сейчас барк вынесло с фарватера и тащило прямо на банки, отвернуть от которых я еще не нашел возмож­
ности. А потом трижды глупо ло­
миться навстречу ветру и волне, ко­
торые не дают сделать ни шагу впе­
ред. Но надо признаться, что я проя­
вил непростительную беспечность, понадеялся, что шторм закончится очень быстро, не сделал поправки на возможную потерю скорости и после­
дующую в результате этого опасную ситуацию -
повернуть в проливе можно только назад, а назад судно теперь поворачивать не хотело ... Почему-то в голову лезли всякие способы, которые уменьшили бы ве­
роятность посадки на мель: вместо того чтобы думать о том, каким об­
разом заставить судно повернуть назад, я размышлял, что на всякий случай не мешало стравить в воду по две смычки якорной цепи -
по пять­
десят метров с каждого борта -
это могло бы задержать судно на боль­
ших глубинах при дрейфе к мели. Я даже позвонил в машинное отделе­
ние и сказал, чтобы там проверили работу всех водоотливных насосов. Но из-за шума ветра пришлось кри­
чать в трубку, и получилось, что я вроде бы запаниковал, и сердито, злясь на самого себя, с лязгом вста­
вил в металлическое гнездо массив­
ную телефонную трубку. У вахтенного помощника был странный, отсутствующий взгляд, и я понял, ЧТО он слышал мой приказ от­
носительно насосов и теперь изо всех сил пытается выдавить улыбку, а получается черт знает ЧТО,- нужно было на малое время отвлечь его. за-
24 нять каким-нибудь другим делом, не связанным с наблюдением. -
Прошу вас,- обратился я к не­
му,-- найдите вахтенного боцмана и передайте, чтобы он собрал парус­
ную вахту к бизань-мачте (послед­
няя, кормовая мачта, у барка -
с во­
оружением косых парусов), потом пусть поднимется на мостик. И еще -
пожалуйста, определите поточнее место судна. Память вдруг заработала с необы­
чайной торопливостью, словно пере­
листы вались страницы старинной пухлой книги, написанной капитан­
командором флота Российского 8а­
силием Михайловичем Головниным еще в прошлом столетии отчасти им самим, отчасти в переводе с других языков, но с неизменным личным комментарием, умным и основатель­
ным, с длительными наставлениями, рацеями, в коих излагались меры, ко­
торые надобно было принять, дабы избегнуть ужасной гибели парусных кораблей, разбору случаев которой и посвящалась сия книга. «Да, конечно же, надо переместить центр парусности судна! Но как? Ка­
ким образом? Перемещения можно достигнуть постановкой или подъе­
мом парусов. Попробовать выйти на ветер? -
думал Я.- ДЛЯ этого следу­
ет переместить центр парусности в корму. Как? Прямые паруса на вто­
рой грот-мачте не поставишь -
опа­
сно посылать в такой шторм людей на реи. Поставить бизань -
кормовой парус? Рискнем ... » Хватая.сь за что придется, матросы и курсанты под руководством боцма­
на развязывали на бизань-мачте тро­
сы крепления паруса. Серега был там же. Видно было, с каким трудом под­
давались его озябшим пальцам сырые концы, а ветер трепал бушлат, воло­
сы на голове -
фуражку, видимо, все-таки унесло за борт ... Наконец парус был расшнурован, моряки сползли с мачты на палубу, разобрали снасти и по команде боц­
мана стали тянуть их, ставить бизань­
парус. Ветер уже завладел парусом, и нужно было ВО что бы то ни стало опередить его, поставить парус рань­
ше, чем ветер начнет рвать его. И все-таки ветер оказался быстрее: сна­
чала лопнул один шов, потом другой, и вот уже трещали и хлопали, разры­
ваясь на куски, восемьдесят квадрат­
ных метров прочнейшей парусины. И вдруг с пушечным выстрелом парус разлетелся на узкие полоски, кото­
рые, как и обрывки шлюпочного чех­
ла, унес ветер. Убирать было нечего­
остались только снасти болтаться на ветру. Поворот оверштаг -
когда судно пересекает линию ветра но­
сом -
не удался. Запомнилось в эти минуты лицо Сереги. Широко раскрытыми глаза­
ми смотрел он на меня, будто хотел сказать -
что же ты, дядя Володя, товарищ капитан, обмишурился, ста­
ло быть ... «Нет, Серега,- мысленно говорил я ему.- Не удался оверштаг -
по­
пробуем повернуть через фордевинд, пересечем линию ветра кормой. А для ЭТОГО нужно центр парусности пе­
реместить в нос. Паруса тут не годят­
ся. Снова все разнесет к чертовой ба­
бушке. Капитан-командор в своих ра­
цеях поминал про реи, которыми тоже можно сманипулировать». -
Боцман, готовьте реи второй грот-мачты (третья мачта от носа) к перебрасопке. Будем делать поворот через фордевинд! -
прокричал я по палубной трансляции. Боцман, крепкий, плотно сбитый парень, сообразительный и ловкий .в движениях, с круглой улыбчивой фи­
зиономией и маленькими черными усиками под коротким носом, за ко­
торые курсанты прозвали его «Чар­
ли», чертом завертелся на палубе. Ему, видно, было неловко за свою не­
расторопность при постановке биза­
ни, и сейчас он старался вовсю. Белая кружевная пена бурунов на банках становилась все ближе, и я взглянул на часы. С момента отдачи приказания боцману прошло пять ми­
нут, всего пять минут, но внутренний голос мой теперь твердил, что судно успеет лечь на контркурс. Для того чтобы развернуться, нужно было по­
ложить руль «на борт» и, следя за тем, чтобы реи второй грот-мачты на­
ходились в плоскости ветра и не соз­
давали сопротивления, совершить поворот через фордевинд. Суть тако­
го поворота заключается в том, что перемещением центра парусности создается носовое плечо вращающего момента, которое помогает судну ува­
ливаться под ветер, а когда корма пересечет линию ветра, центр парус­
ности перемещают в корму, снова по­
могая судну довершить поворот. Так размышлял я. Лишь наполови­
ну понимал задуманный маневр вах­
тенный боцман, и совершенно пока не представляли -
зачем они будут раз­
ворачивать реи -
Серега Терехов с товарищами по вахте. Ветер сбивал их с ног, ботинки разъезжались на скользкой палубе, которая вывора­
чивалась, уходила, проваливалась, и нужно было, сохраняя равновесие, растравливать и подбирать мокрые, точно намыленные снасти, чтобы их не порвало во время поворота. Водя­
ная пыль впивалась в лицо,·В руки, которые успели огрубеть и обвет­
риться за несколько дней работы со снастями при плавании по осенней Балтике, но работа захватывала юно­
шей целиком, не оставляя времени для ее сиюминутной оценки; анализ проделанного, переживания будут потом, а в те секунды шла отчаянная, невероятная по своему упорству борьба со стихией. Наконец стопора брасовых лебе­
док I были отданы, и курсанты и мат-
1 Б Р а с о в bI е л е б е д к и -
лебедки для Вblбирания брасов -
снастей, развора­
чивающих реи в горизонтальной плоскости. росы заняли места у рукояток. Все было готово к повороту. Пальцы мои закоченели, я едва вы­
тащил из гнезда микрофон палубной трансляции. -
На грота-брасы на левую! И прежде чем перевести глаза на грота-реи, я на секунду задержал взгляд на главной палубе, где в ожи­
дании стояли свободные от вахт кур­
санты, руководители практики, не­
которые члены экипажа. Мне отчет­
ливо запомнились их напряженные лица, глаза, в которых застыла на­
дежда, и я до боли в скульных жел­
ваках стиснул челюсти, понимая, че­
го ждут от меня моряки барка. Вздрогнули одновременно все шесть грота-рей и поплыли в плавном повороте. Постепенно они приблизи­
лись к такому положению, когда всей длиной совпали с направлением вет· ра, и я дал команду рулевым: -
Руль право на борт! И началась тяжелая работа руле­
вых,- по тому, как багровели их ли­
ца, было видно, сколь нелегко доста­
вался им каждый оборот огромного, в полтора метра диаметром, штур­
вального колеса ... Но вот последовал доклад: --
Руль право на борту! --
Руль право на борту! -
повто-
рил я доклад в микрофон, чтобы слы­
шали рулевые, как правильно их по­
нял. На палубе никто не сдвинулся с места. Одни смотрели, задрав головы, на «колдунчик» -
конический флю­
гер над грот-мачтой, который вытя­
нулся, трепеща, по ветру, другие­
на близкий уже маяк и страшные бу­
руны. Мое внимание теперь было обращено на картушку компаса, по­
деленную на градусы, которая снача­
ла медленно, потом быстрее, рывка­
ми покатилась влево, что означало, что судно стало забирать прав ее, в этот раз повинуясь рулю. Как заво­
роженный глядел я на компас, напря­
гая каждый нерв, каждую клеточку ... Картушка отсчитала десять граду­
сов, пятнадцать, чуть замедлила обо­
рот и остановилась, словно раздумы­
вая, поворачивать ли дальше. Это были трудные мгновения, но дрогну­
ла картушка и вдруг быстро закру­
тилась, продолжая прерванный бег. Судно, теперь не останавливаясь, по­
катилось вправо. -
Бизань на левую! На фока-
и первого грота-брасы на левую! Вот он, долгожданный миг! Под­
кинутый грохочущим валом барк пе­
ресек линию ветра кормой, выходя на обратный курс. Следя за реями, я стал подавать команды, замечая при этом, как четко и даже с каким-то озорством выпол­
няли их моряки. Да, курсанты этой вахты заслужили право называться моряками. Встретившись глазами с Сережей, я не удержался и по-маль­
чишески подмигнул ему. Он улыб­
нулся в ответ. ЛИСТАЯ СТАРЫЕ СТРАНИЦЫ «ВОКРУГ СВЕТА» ОСТ-ИНДСКИЕ РЫБАКИ Можно представить себе, какое ог­
ромное количество рыбы истребляют в Индии, ибо, как по этому видно, она составляет единственную животную пищу, допускаемую верой. Разумеет­
ся, что для получения такого множе­
ства рыбы необходимо также много людей. Действительно, каста рыбаков очень многочисленна и делится на два отдела -
мугаджеров, или реч­
ных рыбаков, и муккаверов, или мор­
ских рыбаков ... Речные рыбаки поль­
зуются большим уважением, нежели морские. Первоначальное отечество последних -
Цейлон, откуда они пе­
реселились в Ост-Индию. Как бы то ни было, работа одних и других до­
вольно трудная и требует деятельно­
сти с утра до вечера, чтобы сколько­
нибудь заработать необходимое. В са­
мом деле, при значительном числе рыбаков рыба очень дешева. Вот по­
чему рыбаки во всякое время зани­
маются своим делом и не остаются дома ни в какую погоду, поэтому ко­
жа у них принимает очень темный цвет, что делает их похожими более на негров, нежели на азиатцев. Уже при восходе солнца рыбаки закиды­
вают сети в реки и на море, между тем как их жены и дочери собирают на берегах соленый песок, употребляе­
мый для соления рыбы, или же моют, сушат и солят то, что наловлено на­
кануне. Даже дети не остаются без дела. Как скоро они приобретают некоторую ловкость, их приучают чинить сети и разгонять птиц, любя­
щих уносить пойманную рыбу и вью­
щихся тысячами около жилищ рыба­
ков. Эти птицы очень прожорливы и не довольствуются выбрасываемыми остатками, но кидаются на самих рыб, если их не отгоняют. Часто детям не­
вмочь удержать множество хищни­
ков от грабежа, и тогда им помогают матери и старшие сестры. Они кричат на птиц и машут палками, но никогда не убивают их из опасения повредить тело, в котором, может быть, кроется душа человека ... Замечательно, что акулу, которую рыбаки других местностей жарких стран стараются избегать, по ее опас­
ности, муккаверы, напротив того, ищут и преследуют с большой настой­
чивостью и мужеством, пока не побе­
дят. Потому весьма понятно, что мор­
ские рыбаки Индии необыкновенно отважны, особенно на Малабарских берегах, где акул всегда больше ... Как в Индии, так и в Китае, плава­
тельные перья акулы считаются ла­
комством, и за них платят довольно дорого. Почему же не рискнуть жиз­
нью там, где есть надежда на боль­
шую прибыль! На Малабарских бере-
гах акул преследуют до того деятель­
но, что годовая выручка за одни пла­
вательные перья этой рыбы составля­
ет более полумиллиона рублей. К со­
жалению, большая часть денег оста­
ется в руках торговцев, а сами рыбаки получают мало, не более двойной поденной платы, потому что вся рыб­
ная торговля находится в руках англи-
чан. 1863 г. НОВЫЙ АЭРОПЛАН Некто г. Чернушенко изобрел но­
вый тип аэроплана, к постройке кото­
рого, по словам газет, он уже и при­
ступил. Новый воздушный корабль имеет в длину 26 метров, в высоту 4. Он состоит из отдельных ящиков, в которых уложены шелковые мешки с водородным газом. Поступательное движение придается аппарату винта­
ми в его носовой и кормовой част~, причем скорость движения, по сло­
вам изобретателя, должна f)blTb не менее 150 верст в час. 1892 г. АЛЮМИНИЙ La Nature сообщает, что усовершен­
ствованный способ производства алюминия значительно понизил стои­
МОСТЬ этого металла. Смотря по степе­
ни чистоты металла, алюминий про­
дается обыкновенно от 6-20 франков килограмм, и эта цена понизится еще, если увеличится спрос на этот металл, вместе с появлением более значи­
тельных заводов. Два немецких химика, ГГ. Любберт и Рошер, рассматривали возможность употребления алюминия для различ­
ных предметов и нашли, что алюми­
ний нельзя употреблять для сосудов, соприкасающихся с кипящей водой, ни для закупорки консервов, потому что он растворяется от соприкосно­
вения с поваренной солью и уксусом. Из алюминия нельзя делать также чайную посуду, потому что чай и ко­
фе содержат в себе танин, который растворяет металл. Наконец, алюми­
ний не пригоден ни для выделки пред­
метов, которые чистятся углекислой содой или мылом, ни для выделки ут­
вари, употребляемой в химии. После перечисления непригодности алюми­
ния надо прибавить, что от хорошей позолоты или хорошего посеребрения в большинстве случаев описанные неудобства исчезают; но в настоящее время нет еще хорошего способа по­
золоты и посеребрения алюминия. Молодые химики стараются найти этот способ. 1892 г 25 Л Е О Н А Р Д к о с 11 Ч Е В, корр. тепевидени я и ради о -
с пе циапьно дпя « Во к ру г света". СЕ8Б Л-,.РЕВО жваив Ш ерел и стые а я п о дшивки пе рв ы x но м е р ов ж урнала « В ок ру г свет а » з а прошлое столетие, я на ткнул с я на о ч е рк "Стран с твов а ния по Мек с ик е», в к о т о ром р у сск о му чи т а­
тел ю вп е р в ые о б ст оя тел ь но рас сказы ­
вало сь о б экзо т ично й и м ал о известной с т ране Но вог о С вета, где « бо ль ше в се ­
г о и н ди янц ев ». П о сча с тли в о й дл я м еня сл уч а йн ост и м ар шр у т ({с транствий » а в­
тор а пр ол е г а л че р ез г о род Гу анахуато. Зна ч ит, м о ж но ср авнить, каким пред­
ст ал он п еред в зоро м п уте ш е с т в ен ника в те д ал е ки е вр е мен а и ч т о д овелось там у вид е ть м не ПО Ч 1'И 120 лет с пустя. Дело в том, чт о Г уа н ах у ато н е просто 26 один И З многих населен н ы х п ун к то в дал е кой заокеан с кой ст раны. Дл я е е жителей это свя т ы н я, самы й ме к сик ан ­
с ки й город Мек си ки, к олыб ел ь нез а ­
в ис и мо с т и. КОЛОКОЛ С ВОБОДЫ Вос т орженная л юб о вь к Гуа н а ху а т о, я бы даже ска з а л- пр екл он ение,- пе­
рех одит у мекс и к анце в из поколен и я в по к олен и е. В ЭТО М м о жно воо чию убе ­
ДI1 Т Ь СЯ во время пра з дно в а Н I1 Я Дня про­
в о зг лашеНI1Я не з а ви си мос т и. Каждый г од в ночь на 16 сен т яб р я н а балко н Нац ион ально г о дв о р ц а в Мехико, о све-
щенный прожекторами, выходит пре­
з и дент страны. Через его плечо пере­
к ину та трехцветная лента, предназна­
ч е нная для торжественных минут. Пре­
з ид ент ударяет в небольшой старин­
ный колок о л под сводами балкона и, о б ра щаясь к жителям столицы, запол­
н ив шим просторную площадь СокilЛО, провозглашает: «Да здраЕствует неза­
в и симость! Да з дравствуе т Мексика!» И н и каких речей. Э тот «глав н ый К ОЛОКОЛ » страны, по­
даЮЩI1 Н гопос лиwь раз в год, когда - то Древо жи з ни и зоб р аж ают весь м а nричудл ив о. висел в старинной церкви местечка До­
лорес неподалеку от Гуанахуато. Коло­
кол как колокол, ничем не от личав­
шийся от других, которые отливали в конце ХУ 111 -
начале Х 1 Х века для приходских церквей. Но именно ему с у ждено было стать исторической ре­
ликвией. На рассвете 16 сентября 181 О года его звон возвестил о начале борьбы за свободу и независимость Мексики. «Неистовый падре» Мигель Идальго призвал тогда жителей Доло­
рес и окрестных деревень подняться с оружием в руках против «гачупинов» -
так презрительно называли привилеги­
рованную колониальную верхушку, со­
стоявшую из уроженцев Испании. Не­
большое войско «бунтовщиков», чей костяк составляли крестьяне-индейцы, бедняки метисы, рабочие рудников, вооруженные в основном мачете, пи­
ками, пращам,"" луками, дубинками, штурмом взяли Гуанахуато. «Священ­
ник-богоотступнию> сам руководил боем верхом на коне, с пистолетом в руках. Отряд из 600 человек, с которым Мигель Идальго начал «марш незави ­
с имости», затем вырос почти в 100 - ты­
сячную повстанческую армию, а скром­
н ый при ходской священник был про­
воз г лашен « генерал-капитаном Амери­
к и» и затем «генералиссимусом ». Кста­
т и, имя Мигеля Идальго не раз упоми­
нается в старых номерах «Вокруг све­
та », причем журнал с явной симпатией на зывает его «предводителем первой революцию>, человеком, «ко т орый по д ня л знамя независимости от испан ­
це в в Мексике». В к онце прошлого века «колокол вос­
ста ния», в который когда-то ударил Ми гель Идальго, перевезли из Доло­
рес в столицу и поместили на балкон Н а ционального дворца. Нынче мекси ­
канец не м ожет представить без этой реликв и и от деланный красным барха­
т и с т ым камнем фасад дворца точно так же, как его внутренние с т ены­
бе з, я р ких фресок в стиле древних рос­
пи
с ей майя и ацтеков. Кстати, эти фре­
ск и, своеобразная эпическая поэма в кр ас к ах о мексиканском народе, его б о р ь бе, устремлениях, также связаны На д го р одо м Гуанах уато в 181 О г оду уда р и л кол о ко л нез а в и с и м ости. П е р е у лок П о ц ел у ев х р а нит в своих ст ен а х pOMaltru ческ и е лег енды сред­
неве к овья. в масте р с к ой Диего Риверы недо­
пи с анны й и м же н с ки й портрет, ки­
с ти, к ра ск и, одеж да художника. с Гуанахуато, поскольку их автор­
«неистовый б ун тарь ХХ века», как на­
зывали друзья великого мексиканско­
го художника Д иего Риверу,- его уро­
женец . ... Итак, совершим небольшое путе­
шествие в эт о т « самый мексиканский город Мек с ик и». « Дорога О Т Гу адалахары в Гуанахуа ­
то очень живописна,- писал автор « Странствовани й» В «Вокруг света».­
Путешественн ик едет через Пуэб­
лос дель Ри нк он, деревню, лежащую посреди плод о носной долины, орошае­
мой кан ал ами ... Э т а долина окружена высокими го л ыми горами, и воздух в н.еЙ . обыкнов е н н о очень I1розрачен. Хижины и ндиянцев стоят посреди са­
дов, окру женн ы х оградою из кактуса. Эта местно с ть была бы раем, если бы жизнь и и му ще с тво не находились в опаснос т и сделаться добычею разбой-
t ников. По э то м у нигде нет отдельных дворов ил и жил ищ, и после жатвы этот рай совершен но пуст, потому что жи­
тели неохотно поки даю т се л ения и го­
рода. Мимо С илао до с т игаю т до Гуанахуа­
то, главного г о р ода окр у га того же имени, про ехав через изв и листое уще­
лье Каньяду де Марфиль. Дорога ши­
рока и сод е р жи тся в порядке. На высо­
те откры вае т ся в е личественный вид порфиро в ы х и б аза льтовых масс горно­
го узла, име ющ его довольно мрачный характ е р ... Сам Гуана х уато скрывается в ле г ком тума н е. Зато в углублениях и Б ез npOBoaHU.lCoe не т руд н о заплу­
та т ь ся в у з к их у л очках Гуана х уато. на горах далеко видны белые построй­
ки деревень, между тем как внизу за­
мечают асьенды бенефисио -
горно­
заводские здания. Направо над горо­
дом возвышается Серро Сан-Мигель, а налево горизонт ограничивает Серро де Санта-Роза: все эти горы голы. По ущелью Марфиля течет ручей, который в дождливое время сильно разливается и наносит много вреда. Вдоль этого ручья и проложена дорога к городу. В последнем узкие, извили­
стые и отчасти крутые улицы. Многие здания довольно красивы и прочны». В сравнении с этим давним описани­
ем передо мной предстала картина, од­
новременно похожая и весьма от ли­
чающаяся. Нагромождения гор оста­
лись прежним и, но среди них возведе­
на плотина. Она защитила от внезапных паводков Гуанахуато, переживший за свою историю не один десяток губи­
тельных стихийных бедствий. А вот ни­
каких деревень в окрестностях нет и в помине -
все они слились с разрос­
шимся городом, многоцветная ступен­
чатая панорама которого открылась сразу вся целиком. Пестрые крыши раз­
бегаются по горным склонам, а за ними на голые кручи бесстрашно карабкают­
ся рыжие стволы гигантских кактусов «канделабрас», похожие на огромные подсвечники, поставленные под от­
крытым небом. Внизу, на дне котлови­
ны, словно озеро, образованное запру­
женным горным потоком, неподвиж­
но застыла густая зелень садов и скве­
ров. Глаза слепит непривычно яркая голубизна неба, на фоне которой празднично-нарядным кажется амфи­
театр бурых скал. Недар'ОМ Диего Ри­
вера сказал однажды: где же еще влю­
биться в цвет и линию, как не в Гуана­
хуато с его контрастными красками. Въезд в город необычен. Улица Падре Идальго, которую жители ок­
рестили Подземкой, проходит по быв­
шему руслу реки. Ее дно вымостили крупной серой брусчаткой, а крутые высокие берега одели камнем наподо­
бие крепостных стен. Над Подземкой перекинуты арочные мосты. По самому ее краю тесно лепятся дома с ажурны­
ми балкончиками, нависшими наД.мча­
щимся внизу потоком машин. С непри­
вычки кажется, что эти эфемерные «ласточкины гнезда» того и гляди обо­
рвутся и на дороге возникнет гранди­
озная куча мала. Но вот улица превращается в длин­
ный туннель с боковыми выездами, и я облегченно перевожу дыхание. Сво­
рачиваю в один ИЗ них, который, судя по указателю, ведет к центру города, и вдруг вижу, как ватаги ребятишек бро­
саются с тротуара к сбавившим ско­
рость автомобилям. -
Сеньор, мы вам покажем город! Где вы желаете побывать?! -
с призыв­
НЫМ криком последовали за моей ма­
шиной два смуглых черноглазых сор­
ванца, когда я свернул в УЗКI<1Й пере­
улок. -
Без нас вы заплутаетесь 1<1 поте­
ряете зря кучу времени,- настаl<1вал 28 тот, что постарше. Второй застенчиво молчал. Малолетние «гиды» настолько заинтересовали меня, что я решил по­
знакомиться с ними. Это братья Асере­
ро -
одиннадцатилетний Фаус::т>;но и восьмилетний Дельфино. Фаустино уже опытный гид, а вот Дельфин о взял с собой первый раз. По словам брата, он тоже хорошо знает Гуанахуато, только еще слишком робеет. -
А вы учитесь? -
Конечно,- Фаустино, кажется, даже немного обижен, что приезжий мог усомниться в их образованности.­
Я в третьем классе, а брат -
в пер­
вом. -
Почему же вы тогда сегодня не в школе? Малыш Дельфино заволновался, час­
то заморгал, переводя взгляд то на ме­
ня, то на старшего брата, хотел что-то сказать, да так и не решился. Все объяс­
нил Фаустино: -
У мамы сейчас не хватает денег. Вот мы и вышли встречать туристов, чтобы чуть-чуть заработать. Это «сейчас» было вставлено явно для поддержания престижа «фирмы», И поэтому Я не стал уточнять, как долго длится безденежье в семье Асереро. -
А чем занимается ваш папа? -
Он работает в гостинице, но ему мало платят. -
Ну а вам что больше нравится: сопровождать туристов или учиться? -
Конечно, учиться,-' не задумы­
ваясь, отвечает Фаустино. А какие предметы больше люби-
те? Арифметику,- вдруг неожидан­
но выпалил все время молчавший Дель­
фино и снова, застеснявшись, умолк. Из дальнейшего разговора выясни­
лось, что почти все их товарищи тоже занимаются туристским промыслом. Кто день-два, а кто и всю неделю, но школу не бросают. -
Мы и уроки делаем, по вечерам, ребята говорят, что задали,- заверил Фаустино. Я по-доброму распростился с моими первыми знакомыми в Гуанахуато, дав им щедрый гонорар, и они, счастливые, остались ожидать новых туристов ... В Гуанахуато, как, пожалуй, нигде в Мексике, лицом к лицу встр.ечаешься с прошлым. Старинные здания здесь стремятся не сносить, а реставриро­
вать, новые же часто строят с элемен­
тами колониальной архитектуры. На­
пример, сразу бросается в глаза совре­
менный отель, которому придан вид средневекового замка с крепостными стенами, вросшими в склоны холма. Дух колониального барокко ощущает­
ся и в светлой громаде нового здания университета с величественным фаса­
дом. И такая архитектурная стилиза­
ция кажется естественной в городе, где сохранились строения XVII-XV 111 ве­
ков с башенками, высокими веранда­
MI<1, ажурными балконами, теНI<1СТЫМИ внутренними двориками, словно пере­
несшиеся сюда из средневековой Испа­
нии. Многие улицы до ТОГО круты и уз-
ки, что порой трудно разъехаться двум автомобилям. А в переулке Поцелуев дома на противоположных сторонах стоят так близко друг к другу, что местами свободно может пройти лишь влюбленная пара. В бывшем местечке Долорес по­
прежнему стоит старинная каменная церковь с высокими колокольнями и пышным куполом, в которой когда-то звучали проповеди «священника-бого­
отступника». Жестоко поплатился от­
важный пастырь за то, что взбунтовал мексиканцев. Попав в засаду с колон­
ной повстанцев, он был схвачен и каз­
нен на севере Мексики. Но зажженный «неистовым падре» факел борьбы за свободу уже нельзя было погасить. Вскоре Мексика обрела независимость. Для верующих мексиканцев Мигель Идальго стал святым, а для всех -
на­
ционаflьныM героем. Золотом высече­
ны его слова на белой стене парка Чапулыепек в Мехико: «Веру В буду­
щее народы найдут в величии своего прошлого». Идальго, Идальго ... Это слово в Гуа­
нахуато встречаешь повсюду. Даже местный ремесленный рынок назван его именем. Правда, внешне он больше похож на пеструю красочную выстав­
ку изделий народных умельцев, чем на коммерческий центр. Торговец со смуглой кожей и индейским разрезом глаз настойчиво предлагает коричне­
вые керамические кувшины в виде жен­
ской фигуры с кухонным котлом на го­
лове вместо крышки. «Не нравится?» -
удивляется он, и тут же из огромного r..neTeHoro сундука извлекаются круж­
ки, маски, какие-то затейливые финти­
флюшки. Дело кончается тем, что я покупаю декоративное керамическое блюдо с изображением «чарро» -
на­
ездника в темном широкополом сом­
бреро, на белом коне. Кстати, сомбре­
ро на любой вкус продаютС!~ здесь же рядом: бархатистые с серебристыми и золотистыми узорами; огромные, как раскрытый зонт, и поменьше; из ко­
жи, замши, пальмовых волокон. По со­
седству над головой торговца свисают широкие кожаные ремни с искусным тиснением, пончо и яркотканые накид­
ки «сарапе». Прямо на земле -
рос­
кошное седло из желтой кожи и при­
чудливо инкрустированная сбруя. Чуть в стороне на деревянных прилавках бесчисленные индейские фигурки: черные, отливающие на свету золо­
том,- из обсидиана; светлые, почти прозрачные,- из оникса. Много бре­
локов с изображением ацтекского ка­
лендаря и индейских пирамид. Во всех поделках чувствуются традиции народ­
ного искусства, уходящего корнями в глубь веков. Исстари существует у мексиканцев и своеобразный культ маиса. Здесь же неподалеку от рынка пекут на жаровне маисовые лепешки -
«ТОРТИЛЬИ»,­
парят в кипящем котле желтые куку­
рузные початки, которые по вашему желанию смажут или обжигающим рот перечным соусом, или майонезом, или же свежевыдавленным л"монным со­
ком. Я в"жу. С как"м аппет"том едят еще дымящ .. еся торт .. ль .. люд .. с "н­
дейск"м" чертам.. л .. ца в огромных. расш"тых вязью сомбреро .. от делан ­
ных кожей .. замшей костюмах. поста­
в"в рядом сво" музыкальные "нстру­
менты -
г"тару. трубу. скр"пку. Это «марьяч .. с» -
одновременно народ­
ные певцы .. ул"чные музыканты. Без .. х протяжного. перемежаемого чем­
то ПОХОж"м на рыдан"я пен"я в Мек­
с"ке не мыслятся н .. свадьба. н .. день рожден"я. н .. вообще любое радост­
ное событ .. е. Но поздно вечером. возвращаясь в замок-гост"н"цу. я услышал на ул .. це пен .. е. непохожее на "сполнен .. е марьяч .. с. Шумная толпа дв .. галась по ул .. цам. как во время карнавального шеств"я. Открываются окна. двер .. на балконах. Молодые девушк" .. пож .. -
лые люд.. с улыбкам.. пр"ветствуют веселый ночной хоровод. к которому пр .. соед"няются все новые участн"к". На узк"х ул .. цах .. площадях звучат вальсы. серенады. куплеты. Это тра­
д"ц .. онная «эстуд .. ант"на» -
ночное музыкальное шеств .. е студентов мест­
ного ун"верс"тета. несущ .. х вперед .. как флаг вымпел своего учебного заведен"я. «Комо Мех"ко но ай дос!» -
«Нет другой страны. как Мекс"ка!» -
за­
дорно кр"ч"т кто-то .. з студентов. И тут же другой звонк"й голос отвечает. перефраз .. руя эт" крылатые слова: "Перо эн Мех"ко ком О Гуанахуато но ай дос!» -
"Но в Мекс"ке нет другого города. как Гуанахуато!» Неугомонная эстуд .. ант"на между тем перемещалась с ул .. цы на ул .. цу под ночным небом Гуанахуато. на ко­
тором не было н.. ед"ного облачка. а серебр"стый Д"ск луны казался сде­
ланным "ндейск"м умельцем украше­
н .. ем. которое спец .. ально по такому случаю выдумщ .. к .. -студенты водруз,,­
л .. на горн ые верш"ны. СЕРЕБ Р ЯНАЯ КЛАДОВАЯ Д а. даже ночью выгл я дят пышно .. вел .. ч е ственно построенные в прошлых веках дворцы с монументальным .. ко­
лоннам .... храмы с высок"м" купола­
м ... Любуясь .. М ... Я невольно ловлю се­
бя на мысл ... что. ПОм"мО красоты. это еще .. памятн"к" «серебряной л .. хо­
радк,,». разраз"вшейся когда-то на месте стоявшей здесь "ндейской де­
рев уш к". Вот что п .. сал об э то м жур­
нал «BOf(pyr с вета » в прошлом в еке: "г ор од Гуанахуато О, н ован в 1554 го-
(,ИндиЯНЦbl(' добы в али и обрабаты ­
ва л и среброносную руду под надзо­
POJl! гачуnинов. Таким предстал Гуанахуато а в тору (,Ст ранст вов аний по Мекс ике». Лито г рафии и з журнала (,Вок ру г света» з а 1863 го д. ду. Тогда погонщ"к" мулов нашл .. се­
ребряную руду .. вскоре после этого пр"нял"сь разрабатывать рудн"к" с большой пр .. былью. Вета-мадре. глав­
ная серебряная ж .. ла.-
одна .. з бога­
теЙш .. х в м .. ре ... Владельцы асьенд бе­
неф .. с .. о покупают руду у обладате­
лей рудн"ков. большею частью англ,,­
чан. Рудокопы. бусокнес. работают в указанном .. м месте. получают от вла­
дельцев порох для взрыван"я .. отда ­
ют хозя"ну полов"ну "звлеченной ру­
ды. которую еженедельно продают д .. -
ректорам общества асьенд. Некоторые рудн"к" уже довольно глубок... до 1200 футов. Ходы. проведенные по всем направлен"ям. знач"тельно об­
легчают доставку руды на поверхность земли ... » Серебряные рудн"к" Гуанахуато зна-
л .. не только времена бурного расцве­
та. но .. упадка. И все-так ... несмотря на превратност" судьбы. он .. не оску­
дел .... не утрат"л" своего значен"я до с .. х пор. .. Лр .. ехать сюда .. не познаком .. ться со знамен"тым" серебряным .. рудн,,­
кам" в окрестных горах. со всех сторон подступающ .. х к городу.- об этом не могло быть .. реч ... Поэтому на второй день с утра отправляюсь на шахту "Лас Райас». которая вот уже 400 лет .. с­
правно от дает человеку сво" богатст­
ва. Увы. представ .. тель адм .. н .. страц ..... любезно пр"нявш"й меня. непрекло­
нен: спускаться в шахту не разрешает­
ся. Сначала я было подумал. что пр .. ч .. -
на кроется в как"х - то про"зводствен­
ных секретах. но все оказалось гораздо проще -
р"скованно. Напрасно я ссы-
лался на моего коллегу, мексиканско­
го журналиста Лорен с о Леона Дьеса, который накануне побывал в «преис­
подней"- - так называют подзе м ные вы­
работки шахтеры. «О н с в о й, а подвер ­
гать опасности ЖI1ЗНЬ гостя м ы не впра­
ве»,- усл ы шал я в ответ. Причем, ока­
зывается, даже Дьесу предварительно пришлось оставить в юриди ч еском де­
партаменте компании расПl<СКУ в том, ЧТО «он снимает с аДМl1нист р аци и вся­
кую ответстве н ность за любой несчаст­
ный случа й, который мож е т про изойти с ним под зе м ле й ». Так ч т о рассказать о "Лас Райас» могу лишь словам и моего коллеги: «Итак, В полном шахтерском облаче­
нии я стою перед входом в «преиспод­
нюю» -
огромный, 12-метрового диа­
метра колодец, Dлажный и мрачный, как пасть чудовища. Поскольку порох для горнорудных разработок в Гуана­
хуато стали применять лишь с середи­
ны прошлого века, этот шурф, к а к 11 во всех здешних старых шахтах, пр о бива ­
лl1 огнем и кайлом. Уходили на это целые десятилетия. Для "Лас Райаса», например, потребовалось 40 ле т. Сейчас, когда стальной подъемник с бешеном скоростью мчит меня ВНI1З, в это трудно поверить. На дне шахты не просто сыро, а ДЬЯВОЛЬСКI1 мокро. Сквозь скальные породы фонтанируют струи воды, и В штреке словно идет постоянный моросящий, дождь. Я на глубине 345 метров. Темноту лишь слегка прорезает свет лампы на моей каске. Слышу все усиливающийся ме­
таЛЛl1ческий грохот. Навстречу катит вагонетка, которую толкает обнажен­
ный до пояса шахтер. В ней примерно тонна концентрата, содержащего, кро­
ме серебра, золото, медь, цинк, сви­
нец, фтор. В одном из дальних забоев встречаю двух бурильщиков с пистоле­
taMI1-перфораторами. Здесь СТОI1Т уду. шающая жара. Чувствуется недостаток воздуха, который подается компрессо­
ром, установленным у шахтного ство­
ла. Адским шум Пl1столетов-перфора­
торов оглушает. 'А каково БУРI1ЛЬЩI1-
кам, которые целую смену ору.дуют ими! Их напряженные тела непрерывно вибрируют в такт перфораторам, вгры­
зающимся в скальную породу. Пере­
дохнуть удается лишь после того, как сделаны 24 глубоких отверстия, рас­
положенных по специальной схеме. После этого в них закладывается Д>1на­
мит и производится взрыв. В глубине РУДНl1ка вижу древнюю "дьявольскую лестницу», которой уже давно не пользуются. Когда-то индей­
цы поднимались по ней на поверхность с тяжелом ношем на плечах. Вот и на­
клонным туннель Сан-Каэтано, по ко­
торому спускаются 11 ПОДНl1маются ва­
гонетки. Туннель ДЛI1ННЫЙ, 11 в него вливаются МНОГОЧl1сленные боковые проходы, беспорядочно переплетаю­
щиеся С ДРУГI1МИ заброшеННЫМI1 под­
земными кор"дорам". Человек, незна­
комым с рудником, здесь безнадежно заблудится. Мне это не грозит, по­
скольку рядом опытный ПРОВОДНI1К. Только В РУДНl1ке я по достоинству оценил, как много здесь значит каска. Раз десять она меня заЩИТl1ла от тя­
желых ударов по голове. СпраШl1ваю о несчастных случаях шахтера, который наНОСI1Т на топографическую схему рудника все ПРОl1сшеДШl1е за день из­
менения в забоях. «Бывают, но не так много»,- отвечает он, поправляя свою каску, на которой я вижу наклеенное изображеНl1е "нашем ПОКРОВl1тельницы святом девы Гваделупской». Картина, нарисованная Дьесом, что и говорить, не слишком отрадная. Правда, на ряде рудников добыча и переработка руды ведутся с использо­
ванием современной техники, вплоть до электронного контроля. Но когда я заговорил об этом с шахтерами на "Лас Райас», они не выраЗИЛI1 особого, вос­
торга. -
Техника, конечно, хорошо, рабо­
ту облегчает, Но она и оставляет без в дни карнавала можно увидеть и такую маску -
калаверу. работы. А У нас здесь 11 так безработ­
ных хватает,- услышал я в ответ. -
А ВО сколько смен работаетеr -
На разных РУДНl1ках по-разному. Есть две смены. Но больше ТРI1. Только в любом случае света дневного ПОЧТI1 не ВI1ДI1ШЬ. Ночью работаешь -
зна­
ЧI1Т, днем СПI1ШЬ. Днем работаешь-на­
верху в основном ночью бываешь. А I1з-за того, что мало солнца, человек болеть наЧl1нает ... Увы, в этот момент требовательно загудел гудок, 11 МОI1 собесеДНI1КI1 не успеЛI1 поведать подробнее о своем Жl1тье-бытье. Впрочем, 11 без ЛI1ШНI1Х слов было ясно, ЧТО ЖI1ЗНЬ У шахтеров трудная. НЕИСТОВЫЯ БУНТАРЬ Улочка ПОСI1ТОС -
узкая 11 I1ЗВI1ЛI1-
стая. СтаРl1нные дома тесно ПРl1жаЛI1СЬ друг к другу, образуя по обеl1М сторо­
нам сплошную неровную стену. А вот 11 серое трехэтажное здаНl1е, внешне Нl1чем не ПРl1мечательное, но которое сделало улочку ПОСI1ТОС знамеНI1ТОЙ. На ПРl1крепленной у входа плите над­
ПI1СЬ: «Здесь 8 декабря 1886 года ро­
ДI1ЛСЯ Дl1его Рl1вера». Теперь тут раз­
мещается музей 11 Дом культуры, но­
СЯЩl1е I1МЯ веЛI1КОГО меКСl1канского ХУДОЖНl1ка. ВНУТРI1 музея воссоздана чаСТl1ца той атмосферы, в которой вдаЛI1 от Гуанахуато ПРОХОДI1ЛI1 зрелые годы ХУДОЖНl1ка. Любопытно Вl1деть любl1мые вещи Дl1его Рl1веры, своего рода таЛl1сманы, с которыми он не расставался. Для человека, незнакомого с МеКСI1КОЙ, ОНI1 могут по казаться СЛI1ШКОМ не­
оБЫЧНЫМI1. Например, внебольшом кресле важно восседает МИНl1атюрный скелет, сделанный то ЛI1 I1З светлого дерева, то ли I1з пластмассы. Но голо­
му черепу неОЖl1данно придает частич­
ку ЖИЗНI1 насмеШЛl1вая улыбка. Перед скелетом на зеленом столике малень­
кое деревце красноватого цвета­
СI1МВОЛl1ческое Древо ЖI1ЗНI1. Оба ЭТI1 предмета -
СI1МВОЛЫ меКСI1-
канского фольклора, уходящеr'О кор­
нями к дреВНI1М вероваНI1ЯМ I1ндей­
цев -
ацтеков 11 майя. У ацтеков че­
репа людей приносили в жертву язы­
чеСКI1М богам. Поэтому индейские ЮНОШI1 с радостью 11 гордостью ШЛI1 на алтарь жеРТВОПРl1ношеНI1Й и легко расставались с ЖI1ЗНЬЮ. Смерть в са­
мобытном мироощущеНl111 I1ндейцев не была чем-то траГl1чеСКI1М: ведь она неотрывна от зеМЛl1, СТОI1Т рядом с ПЛОДОРОДl1ем, а следовательно, и с веч­
ным продолжеНl1ем ЖI1ЗНI1. Отголос­
КI1 дреВНI1Х традиций ЖI1ВЫ и сегодня. Считается, что меКСl1канцы не боят­
ся смеРТI1 -
это национальная черта I1Х характера. Не случайно самый мек­
сикаНСКI1Й праЗДНI1К -
да, да, I1менно праздник -
День мертвых, в котором сохранилось столько ПРI1ЧУДЛI1ВОГО, по­
луязыческого, отнюдь не наполнен скорбью. ПоминовеНl1е УСОПШI1Х пре-
вращается в своеобразный карнавал . «калаверас» -
скелетов 11. черепов, сделанных I1з ГЛI1НЫ, дерева, картона, тыквы, теста, сахара, шоколада, коко­
совых орехов 11 еще бог знает чего. Бойкая торговля ими идет на всех уг­
лах. СреДI1 калаверас можно УВl1деть ПРИЧУДЛI1ВО разодетых «мертвецов» В сомбреро, в пончо, с гитарой в руках и Сl1гарой во рту. И не случайно теМI1 же калаверас часто обвешивают Древо жизни, у ко­
торого не менее дреВНl1е культовые КОРНI1. У майя дерево сейба СЧl1тается СI1МВОЛОМ праРОДl1теЛЬНI1ЦЫ челове­
чества. До сих пор в их деревнях во­
круг сейбы расположена своего рода центральная площадь, которая СЛУЖI1Т 11 рынком, и местом собраНI1Й. Покло­
нение Древу ЖИЗНI1 связано с культом ПРI1РОДЫ, с ее одушевлеНl1ем древни­
МI1 I1ндейцаМI1 майя. И пусть красуется дерево с одними ЛI1ШЬ черепаМl1, оно все равно остается Древом ЖИЗНI1, ко­
торое стало как бы эмблемой декора­
ТI1ВНОГО народного искусства. Вот почему среДI1 любl1МЫХ вещей Дl1его Рl1веры, мексиканца до мозга костей,- ЭТI1 нехитрые творения без­
вестных мастеров, ВОПЛОТИВШl1е ТИПI1Ч­
ные образы народного фольклора. В ОТЛИЧl1е от светлого калавера Древо ЖI1ЗНI1 в доме Дl1его Рl1веры краснова­
того цвета. У некоторых !'1ндеЙСКI1Х пле­
мен это был наиболее распространен­
ный цвет. Краску для него делаЛI1 I1з насекомых, ЖI1ВУЩИХ на кактусе но­
пал. Позже этот цвет стал типич­
ным для мексиканского искусства во­
обще 11 даже ПОЛУЧI1Л название «рохо мехикано» -
«красный меКСl1канскиЙ». Любl1Л его 11 Дl1его Ривера. Но самого художника называЛI1 «красным» за то, что он был коммунистом. Основные образы его настенных РОСПl1сей -
индейцы 11 меТI1СЫ как ТI1ПЫ наСТОЯЩI1Х меКСl1канцев, создаЮЩl1е собl1рательный образ народа. Поэтому его недаром называют самым мекси­
каНСКI1М монументалистом. Его Гl1гантские фрески украшают внутреННl1е и внешние стены крупней­
ших общественных здаНI1Й в Мехико. Языком красок они воссоздают веЛI1-
чественную эпопею народного ДВl1же­
НI1Я в стране. Настенную ЖI1ВОПИСЬ ХУДОЖНI1К СЧl1тал главным делом своей жизни, ВI1ДЯ в ней ЛУЧШI1Й способ обра­
щаться к народу. Дl1его Рl1вера гово­
рил, ЧТО он стремился с помощью это­
го доступного всем I1скусства дать «простые уроки социальной ПОЛI1ТI1КI1» массам, способствовать пробуждеНI1Ю I1Х политического сознаНI1Я. Слава о Диего Рl1вере как мастере фреСКI1 облетела МI1Р, 11 в 1933 году ему даже заказаЛI1 сделать роспись стены «рокфеллеровского центра» в Ныо-Йорке. Он согласился с одним ус­
ЛОВl1ем: не вмешиваться в его работу. А когда ХУДОЖНI1К завеРШI1Л ее, заказ­
чик" были ошеломлены. В многопла­
новой по композиции фреске он по­
местил портрет В. И. Ленина. Верный себе, Дl1его Ривера наотрез отказался переделать РОСПI1СЬ, и она была УНI1Ч­
тожена по ЛI1ЧНОМУ Прl1казу Нельсона Рокфеллера. Но стертая в США фреска затем с неБОЛЬШI1МИ I1справлеНИЯМI1 была восстановлена во дворце «Бельяс Артес» в МеХI1КО. Раньше я не задумывался над I1СТО­
рией росписей Диего Р"веры в МI1НI1-
стерстве народного просвещеНI1Я в меКСl1канской СТОЛl1це. А теперь они предстали для меня в новом свете. Когда после возвращеНI1Я I1З Европы молодой ХУДОЖНI1К взялся за СВОI1 зна­
меНl1тые РОСПI1СI1, рассказывающие о труде 11 борьбе народа, то преДПРI1НЯЛ продолжительное путешеСТВl1е по стра­
не, во время которого посеТI1Л Гуана­
хуато. Поднявшись в горы, Дl1его РI1-
вера с удивлением обнаружил дейст­
вовавш"й РУДНI1К «ПеРСI1I(». Днями на­
пролет ПРОСl1живал художник у входа в эту небольшую серебряную шахту. По утрам он Вl1дел, как раБОЧl1е с Кl1р­
каМI1 и крепеЖНЫМI1 балками спуска­
лись в ее мрачный колодец. А вечером каждый раз наблюдал одну 11 ту же карТI1НУ: ПОДНЯВШI1ЙСЯ из-под зеМЛI1 рудокоп раЗВОДI1Л руки в стороны пе­
ред надсмотрщиком, который обша­
рl1вал его одежду -
не спрятано ли в ней серебро. Вот тогда-то Дl1его Рl1ве­
ра 11 решил изобраЗI1ТЬ эту сцену на фреске: шахтера с раСКИНУТЫМI1 рука­
МI1 11 опущенной головой, который за­
стыл словно раСПЯТl1е, взывая о спра­
веДЛI1ВОСТI1. Рядом с этой росп"сью в МI1Нl1стерстве просвещения ПОЯВl1лась 11 другая, на которой запечатлен спуск раБОЧI1Х в шахту. Так рудокопы ~1З род­
ного Гуанахуато стаЛI1 для Диего Риве­
ры воплощением меКСl1канских горня­
ков. .. .по возвращеНИI1 в МеХI1КО я рас­
сказал о поездке моему давнему дру­
гу Рубену. Рубен как истый мексиканец очень обрадовался, что мне понраВI1ЛСЯ Гуа­
нахуато, 11 вспомнил: -
Я был ещеШКОЛЬНI1КОМ, когда отец впервые повез меня в этот город. Тогда он сказал: «Без люБВI1 К Гуана­
хуато нельзя по-настоящему любl1ТЬ МеКСI1КУ. Каждый мексиканец должен побывать в Гуанахуато. Даже если это произойдет ОДI1Н раз -
все равно не забудешь его всю ЖI1ЗНЫ). Я хорошо ПОНl1мал Рубена, находясь под впечатлеНl1ем моей встреЧI1 с Гуа­
нахуато. Мне подумалось: а ведь, по­
жалуй, НI1 в каком другом городе я не ОЩУТI1Л так меКСl1канскую старl1НУ 11 I1СТОРI1Ю этой страны, как в Гуанахуато. Всем СВОI1М оБЛI1КОМ он напоминает о том, что здесь рождалась незаВI1Сl1мая МеКСl1ка, сражаЛI1СЬ ее первые наЦl10-
нальные геРОl1, что отсюда, наконец, по белу свету разошлась слава о мек­
Сl1канском серебре. и I1менно Гуана­
хуато был родиной «неI1СТОВОГО бун­
таря» Дl1его Рl1веры, прослаВl1вшего на весь МI1Р СВОI1М I1СКУССТВОМ МеКСI1-
ку I1ндейцев 11 меТI1СОВ. Нет, не зря на­
зывают Гуанахуато «самым меКСl1кан­
СКI1М городом МеКСI1КI1». 31 НЕ nPEaAМ ИЕ'СОНЕСА ! .. ЕВГРАФ КОНЧИН Эта фотография сделана после войны во время раскопок. Н а пер е д н ем n л а н е: сп р а в а -
Иван Данило­
вич Максимов, рядом с ним СтаН'и­
слав Францевич СтржелецкиЙ. в таких ящиках фашистские окку­
панты готовились вывезти ценности 'Х i'рспнесскп,'п !>U/.li'Я .. /) .Л; I .Ж"!/Р//(J,II( (( J.j(}I"lj!J ~' c(3r'/"(/!) ,т 197!) г од был напечатан оч е рк /0. П ере­
еун,ько 1!8абытый г ул погибших горо ­
дов.,,!). Сс г одnя ,o\tbl возвращае,мея к Te,lte Хереоnееско г о ,'Iу зея и к и,мени С. Ф. Стржелецкого в евязи е т е.М, что nрочитаnы, узnаны н,овые nодробн,оети еnасен,ия херсоnесских сокровищ куль ­
туры во время В е ликой Отечествеnно u воЙnы. 32 К
ЛЯНУСЬ 3евсом, ['сей, Гслиосом, «, Дсвою, богами и БОI'ИНЯМИ ОJl IIМ ­
ПИЙ СК ИМИ
1 героями, В J laдеЮLЦИ.\1И городом, территори е й 11 укрепленными 11 унктами херсонесцев, Я буду ед иномыш ле н о с па се нии и с вободе государства и граждан 11 н е пр еда м Херсонеса, f\еР IШIН I ТИДЫ, Пр ек­
расной гавани и прочих укрепленных пунктов и И 3 осталыlOЙ территории, ко­
торою херсонесцы управляют или У"­
равляли, ничего, НИН:ОЫУ, ни ЭЛ J IИНУ, НИ варвару, но буду обере l'<)ТЬ ВСС это Д J IЯ херсонесского народа.",} Станислав Франц ев ич Ст рж еле цкий, ко н еч но, и раньше а на:1 эти слова и з 11 рисяги гражд а н древнего Херсонсса. Она была высечена в началс [1 [ века до нашей э ры на беломраморной ст е Jlе и считается веJJичайшим памятник ом ан­
тичности -
це н нейшим экспонатом Хе'рсонесского истори ко-археологи че­
CKOI'O музея-заповедника. Но тогда, в год сорок первый, в те сто ЧРlJ3вычайных дней в жизни своей и музея, он выучил ее наизусть, ЧитаJl как некую МОJlИТВУ, ни (;пu сла нную ИМ СllflO h' э тому случаю, [{а" заклинание. [ {а" напутствие fJ ~гo Н СJlегкам пути. Ч ИТ3 J I почти каждое утро и в('чер, Ста ни елав Францевич как-то нсааДО.II I'О ;(0 е м ер ти УПОМИН<iJl, что в те сто ДHe~ 1 :!то чт е н и с стало в роде обнзатеЛЫIОI-О рит уала." Но BIlOJIHC 110Н ЯJ l Я ВСКОЛhЗЬ брошен­
ную им фразу ТОЛhl\О т о гд а, КОГДfl оты ­
С I ШЛ U музейном архиве ч ерновы е 3а1 IИ -
1'11 Стржедецкоl'О, когда расшифровал "Х, иб о поч с рк у н его бhlJl, прямо CI\a-
,,1 ~e M, H ~ ах KfJKOI':" ВННТlн .. IЙ. Долго Л II('KaJI Э Т И зам е тки, о '\()Т()рых СJ lыша J I 11 ле геllДЫ, и ДОМ ЫСЛЫ, И Hoгaд~ · a1. И нот I/IIИ н е редо ~IIIОЙ. Ста ни слав Фр а IiJ~t::.'Н I1 Ч J-Ifl
I
J3.;[ н ес ти и х i'LI(e в l:Шl'он е, KoTopbli,i вс е да J I f>lu е и да J II~ ­
IIIC увозил эваку ированны е И3 о с ажд е н --
1101'0 Севастополя JI;CnOHaTbl ХеРСОllес ­
('кого музен. Ста рший научный с отруд­
IIИК СтржеJJецкий, отвеТСТВСIIНЫЙ за ('охранность и доставку в Свердловск ~"IИI(зЛЬНЫХ сокровищ, устраИR8 J I TOI'Aa 11 спо й вагонный быт, П е'IУРКУ п оста ­
ВИЛ, ОТI\'lетив, что {< } h'I1ТЬ стало ве<.;елеЙ ). (:ООРУДИ J J ЛОгl'\С, и "р вnригиналы l е:: в "рамор"ом с а Р'l()фа l'С [[ ·_ [В век о в 113-
1IJ('~i эр!..] ( о н J'Н ХI)ДИ'ТСЯ ныне 13 П(J('l'ППII -
110(1 :Н;С ПО 3 Itции). CT() ~ I COCTFlBHJJlf ЛlЦIfJН I И JJ(),;lU:H'iCII на я ни 11 ИХ Ти с аl\'IЭ.н ст е.па с. текстом IlРИСНГИ ЖИТС J l ей д ревиеl'О ХеРСОllеса. Что бы ни дела J I аа с т олuм -
а это было ед инств е нн ое место u вагоне, где МОл-\'НО было н ормаЛh НО CI1IleTh,-
слова KJlHTBbl стояли перед ГJlаза~нl, Даже когда писал. В п е рвы е же от ­
носит еЛ I,НО благuполучные д ни, уже за сотни километров от РОДIЮI'О СевастогlO­
JlЯ, от Hell рерывно['о СЮ 10 J I СТ НОГО воя И Фот о В. КОНС ТА НТИНОВА взр ывов бомб, СТРЖСJlецкий ПОlIытался восстаНОВИТI, хотн бы в неско ль ких сло­
вах lI е J ЩВfIИ(' соб ытия, А их, нежданно обrу шивших с н на него, с избытком хва­
ТИ J IO бы на всю оставшуюся жизнь"' Собств е нно, сопровождать музейные ценности с нача ла ПОРУЧИ J IИ н е С трже ­
Jlецкому. Он, как \1 остальные оставшие­
с я СОТРУД l<ИКИ, с п ешно сверт ыва л эке по-
3ИI( ИЮ, Ящиков н е хватало. И ЗВJlеКJJ И из подваJlОВ давно н е су щест в ую щего м() ­
настырн I шкие-то монашеские сундуки, OI{OBaHHbIe i!,ел е З0М. Прав да, некоторые насчитывали лет по сто, если н е больше, и раСllOЛ3<1ЮIСЬ по швам, Кое-как и х ПОДJlатали и упаковаJJИ в них хрупкие с осуды, амфоры, античные терракото­
вые статуэтки, женские украшения, мраморные р ел ь еф ы, н ебольш ие н ад­
гробные стелы, монеты 11 дру,'ие пр ед ме­
ты, н аО\ден ны е археОJlогами при ра С IЮП ­
ках в древней земле Херсо н еса, Работать было крайне опасно, Фа ­
шисты почему-то посчитали территорию МУ::Jея ва>кным военным объектом и не'­
щадно ее бомбИJlИ с первых же дней ВОЙН~I, Уже 25 июня во дво р музея упа ­
Jl а 5 00 -- КИJ/ограммован бомба, СИ J 1ЫlO по ­
вредин ~ l y;;eiiHble :ща нин, Затем бомбы и даже А I 3 ГНИ Т I - lы е МИ!!Ы с ып ались оБИJlЫiO, ОНИ причинили стра шны е ра о­
rУLIJенил. До сих п ор, как свиде т е ль тех ужасных дней, рядом с домами, отстро­
р нными IIOCJIC войны, з ия е т пустыми ОКО IНII>IМII I'лаз"иц ам и остов ста рого ВШlДИМI1РСКО I'О собо ра. К'Оl'да н алетаJl И caMOJleTbI, работники музен прят ал и сь в МОllастырских п одва.qах, в крепостных ра;JваДИН<iХ, в "ск ропо л о 11 древ н их мо-
I'илах,., OCHOBI - II;.lХ JI<C[101-I3TOR вм е сто указзн­
III,IX 110 рн з наРЯ Д l\е об эва"уации трех т о нн IIабр а лос~ Boc e ~II,. В 108 ящиках. И З НИ Х 51 с lI амятн ик амн истории, KYJlb-
туры И иt.:кусства; остаЛЫ - IЫ С ззннли архив и IШУ'lllы е материалы --
резуль­
таты археОJlо гич еских раскопок с 1888-1'0 110 1941 "ОД. Стрше J l е цкий отпраВИJl семь ю И 3 Се­
ваСТОПОJlЯ, са м за пи салс я в ополчен и е. Но н еОЖ>lД"1I 110 е го назначили сопро­
вожда ть ЭI{С IIОl-lаты; убежде ны были, ЧТО О Н с о своей оБЯЗ8теЛЫIOСТhЮ, дотошно­
с тыо И э н е rН'иеi,j выпол н ит пор у ч е ни е Л У ЧШР. чем n'rU - Jfибо. ПОl\а {':щиш! Н СимфеРОПОJlЬ Ilcpeo-
ФОРМЛЯТ I > "а (,го фаМИJlИIО прое;щные AOKYMPIITbI, нот е Р"JI>! IH'CI\OJlbI\O Д ll с i i. Л том вр е мен е м обста и овка ва фронте УХУДШИJl<lСЬ. ОстаВ1.IJlСН единственный "уть и з СеваСТОПОJlЯ --
морем, но о и на ­
хuдился п од Iн'преРblRI1ЫМИ уда рами н е ­
меЦlюi · j <iвиаЦИJ1 и П ОДВОД fl Ы Х ЛОДUIС Да И кораблей было н едостато чно, ч тобы ЭВ1i"у'''р овать из ,'орода 'ра н е ных, жен­
щин If детей, ~aBOД Ы и MHol'oe другое, Музею п РИШ J IOСЬ ждать своей очерс -
ДИ, а она все отодвигалась и отодвига­
лась: ночными рейсами вывозили людей и более важный, как считалось, груз. И, быть может, вообще не отправили бы музейные ящики... Помог дирек­
тор музея Иван Данилович Макси­
менко, старый член партии, комис­
сар бригады в гражданскую войну, бывший чекист, словом, человек в горо­
де авторитетный. Правда, в июле он был призван на политработу в штаб армии и формально не имел отношения к му­
зею. Но почти ежедневно наведывался в Херсонес и, по существу, продолжал им руководить. Он-то и добился, чтобы 18 сентября 1941 года музейное иму­
щество погрузили на теплоход « Волга». Грузили ночью, последними, в страшной спешке, с музейными ящиками не ц е ре­
монились. До Поти добирались три дня. Недале­
ко от Сухуми нарвались на вражескую подводную лодку. Она подкралась к ко­
раблю, набитому сверх всякой нормы людьми, в основном ранеными, женщи ­
нами и детьми, но сопровождающие «Волгу» сторожевые катера и тральщик вовремя ее заметили, отогнали. Пока шли до кавказских берегов, Станислав Францевич времени даром не терял. С помощью судового плотника подремонтировал разбитые при погруз­
ке монашеские сундуки, накрепко об­
мотал их проволокой. Потом В дальней­
ших своих передрягах, коих было без числа, с благодарностью вспоминал он плотника с «Волги». Как, впрочем, и многих других людей, встретившихся на его стодневном пути, без которых он, пожалуй, не смог бы сохранить в цело ­
r.ти муз е йные ценности. Поти встретил проливным дождем -
он л и л непрерывно пять дней. Ящики были брошены прямо на пристани. От­
чаянные попытки достать вагон кончи ­
лись неудачей: порт был забит эвакуи­
рованным имуществом, людьми, кото­
рых надо было вывозить на восток. Экс­
понатам грозила гибель. Спасение пришло неожиданно. К из­
мотанному вконец Стржелецкому подо­
шел человек, похоже, сопровождающий н а «Волге» какой-то груз. Отрекомен­
довался:"" -
Заместитель директора севасто­
польского завода. Эвакуирую в Тбилиси станки и оборудование. А вы, кажется, из нашего музея? Бывал в Херсонесе ... Очень хорошо, что музей вывезли. Чем могу помочь? Выслушал и отдал один далеко не лишний «заводской.) вагон. И помог погрузить В него музейные ящики. Из Тбилиси завод отправляли куда-то дальше. С ним уезжал и покровитель музея. На прощание посоветовал: -
Оставьте вагоя за собой. Только, конечно, договоритесь с железнодорож ­
ным начальством ... Но это начальство даже слушать не стало Стржелецкого. Потребовало не ­
медленно освободить «незаконно захва­
ченный вагон.}. Что делать? Кинулся Станислав Францевич в Академию н аук Грузии. Ее вице-президент академик 3 « Вокруг света» N'! 10 Симон Нико л аевич Джанашиа с полным пониманием отнесся к е г о забота,\I. По ­
звонил первому заместителю председа ­
теля С;ов н аркома р ес пуБЛИКII Г ео ргию Федоровичу Стуруа, попро сил приннть «уважаемого коллегу из Севаст()полЯ>}. И Стуруа незамедлит е льно дад ра з р е ше ­
ние Херсонесскому музею на владени е вагоном. Нужно было только оплатить проезд. А денег у Стрже де цкого н е было, в спешке не дали их в Севастополе. Джа ­
нашиа обратился в Народный коми сса­
риат финансов ... Словом, по сле сдожных и длите л ьных переговоров Академия наук Грузии одолжила Херсонесскому музею в лице ее «директора» Стржелец ­
кого пнть тысяч рублей. Не обошлось и без курь ез ов. По так се провоз музейных пр едметов бодьшой ценности стоил ... 30 ты с яч!! Станислав Францевич схватился за голову. Такой огромной суммы даже Акад е мия наук Грузии не могла бы раздобыть для н е го. Тогда решили проделать хитроумный п е рерас"ч е т: работники финаН СОВО I'О от ­
дела академии превр а ти л и античные амфоры и со суд ы, средневековые по ­
ливные блюда в ... простую посуду, древ­
ние мраморные изваяния и террш(оты -
в l(aMeHb, дневники ра ск опок чуть ли не л оберточную бумагу ... Еле-еле уложи­
J IИ СЬ в пять тысяч! Т е перь, если судить II() на КJIЗД IIЫМ, в ящиках Херсонесско ­
го му зея зна ЧИ J IИСЬ не экспонаты, коим цены н е было, а обычные бытовые вещи ... 10 октября вагон наконец - то прицепи ­
ли к э шелону, отправляющ е муся в Баку. Тогда-то Стржелецкий и устроил упомя­
нутый стол r.o стелой-столешницей, взялся писать дневник. Но дня ч е р ез три на какой - то глухой станции надолго зас тряли. Н е к кому было даже ходить чего -то тр ебо вать или просить. Ря дом в таком же н ео пределенном полож е нии находил с я состав с варень е м. Его на ­
чадьник, веселый и замечатеJIЬНЫЙ, по сло вам Станислава Францевича, гру ­
зин Иосиф Петрович до отвала кормил изголодавш е l'ОСЯ се вастопольц а вар е нь ­
е м. Запивали кипятком. Больше ника ­
кой ед ы не было. Б Баку nРИВЫ'lНы е хлопоты О выгруз ­
к е, о следова нии дальше. Привычны е просьбы, уговоры. Пришлось идти к уполномоченному ЦК ВКП (б) и Сов­
нарком а СССР по эвакуации Петру Ни ­
колаевичу Балу е ву, и он ус троил Стрже­
J l е цког о с <'1'0 «мо наш ес кими СУ Н ДУl\а-
33 мю> на пароход, следовавший в Крае ­
новодск. Отплыли 20 ноября. Шел дождь с о снегом. Дул сырой, пронизывающий в е­
тер, от которого на палубе негд е бы л о укрыться. Шестибалльный шторм швы ­
рял судно, битком набитое людьми и грузом. Стржел е цкий, не спавший н е­
сколько суток, влез в ще ль м е жду ящи ­
ками, натянул на себя влажный бр е­
зент и сразу же забылся в тяж е лом кош ­
маре. Но дремал неДО J IГО -
ОЧНУJIСЯ от нестерпимого ХОJIOда. В Красноводске некому и н е куда БЫJIО выгружать ящики. Они мокли под дож ­
дем и снегом на палуб е опуст е вш е го. парохода. И портовые работники, не выбирая выражений, требовали от уt · рю ­
мого, заросшего бородой « гражданина в очках» немедленно их убрать « хоть в море ... ». Перебранку услышаJI ~l e CT ­
ный СОТРУДНИI, НКВД, вм е шаJIСЯ. 011 Античные скульптуры, сосуды и тер ­
ракота, спасенные во время воины. Ныне они в экспозиции музея. 34 на кого-то «нажал», кого-то упросил ... -
и ЯЩИIШ С парохода сняли, на машине подбросили на станцию, буквально за­
толкали в вагон. Еле-еле забраJIСЯ туда и СтржеJIецкиЙ. И как был мокрый, грязный, сразу же уснул. Не слышал, как вагон прицепили к поезду, как за­
стучаJIИ кодеса ... ПРОСНУJIСЯ, а дверь открыть не мо­
жет -
заваJIИJIО ее ящиками. Записал: «Из вагона выйти не могу, так как дверь заклинило ящиками. А убрать их пока нет никаких сил. Очень мерзну. И Bf'Jep сильно поддувает. Есть нечего. Поста­
раюсь что-нибудь достать на ближайшей станции. Вот только ящики сдвину от двери» . Но поезд почти двое суток шел без остановок ... На станции ПОПРОСИJIИСЬ в вагон ста­
ричок и старушка, «едут, мол, к дочери в Оренбург ... ». ПУСТИJI их. Оказались преМИJIЫМИ JIЮДЬМИ. Быстро подружи­
J IИСЬ. «Квартиранты» очень жалели Стржелецкого: «какой ты худобый», не МОГJIИ поверить, что он один вот так и везет свои сундуки из самого Севастопо­
ля. Кормили его домашними припасами. Расстались 15 декабря. «Снова я один»,- записаJI Станислав Францевич. И добавил: «Морозы до -38! Единственное мое спасение как можно быстрее ехать ... » Теперь уже ехали действительно бы­
стро. И ?.6 декабря 1941 года, после ста дней пути, приБЫЛI1-В пункт назначе­
ния -
Свердловск. Здесь тоже не обошлось без труд­
ностей, сложностей, хлопот. Опять­
таки ПОМОГJIИ хорошие люди. Директор Свердловского краеведческого музея Антонина Петровна Курбатова на пер­
вых порах приютила херсонесские ящи ­
ки. Заведующий оБJIастным отделом на­
родного образования Николай Федоро-
вич Хлесткин до бился для музея от­
дельного пом е ще ния (бывшее фото ­
ателье), что в городе, принявш е м ма ссу эвакуированных предприятий и учреж ­
д е ний, было неслыханной ро с кошью. Те ­
перь был собственный почтовый адрес: «Свердловск, улица н:. Либкнехта, 49, Херсонес ск ий муз е й »), который с еле скрываемой гордостью указывал в пи сь­
ма х СтржелецкиЙ. Директор филиала Го суда р с твенного Эрмитажа профессор Владимир Францевич Левинсон-Лес­
синг принял наибол ее ценны е херсо ­
н есск и е в ещ и. А доцент Свердловского педагогич ес кого ин ст итута Евгений Г е­
оргиевич Суров в с вободное от работы вр ем я взя лс я и зу чить с остояние приве ­
зенных предметов и материалов. « Он,­
как отмечал СтржеJlецкий,- ПРИВJl ек к деJlУ со хранно ст и ц ен но с т е й и с воих студе нтов. Я его с ПО J IНЫМ правом могу с читать х е р со н есс ким сотрудником, так много он сдеJlаJ I для музея ... » Кстати, п е р ед войной Евгений Геор ­
ги е вич защитил кандидатскую диссер­
тацию на тему «Хозяйство античного Херсонеса», поэтому ОТJlИЧНО знал Х е рсон есск ий музей. 29 января 1942 года приказом народ ­
ного комиссара просвещения РСФСР В. П. Потемкина Станиславу Франц е­
вичу СтржеJlецкому оБЪЯВJlЯется Б Jlа­
годарно с ть «за и скл ючит ел ьно добро­
совестное выполнение служе бных обя ­
за нно сте й и проявл е нную им инициа­
тиву, эн е ргию и настойчиво с ть при э ва ­
куации муз е йных ценност ей». Его имя за носится в книгу Поч е та работников Наркомпроса . .
.. « Клянусь Зевсо м, Ге е й, Гелио со м, Девою, богами и богинями олимпийски ­
ми, г е роями, владеющими городом ... Я н е пре дам Х е р со н ес а ... ») Не мог пред ­
полагать Стржелецкий во вр е мя сво ­
их путевых мытарств, в трудные зимние ночи на Урале, когда повторял тек ст древнейшей челов е ч ес кой клятвы, что эти слова помог ли выжить, выстоять и другому сотруднику Херсон есского му­
зея -
главному его хранителю Але ­
к санд ру Кузьмичу Тахтаю. Он перепи­
сал присягу херсонесц е в на большой лист в а тмана, пов ес и л в своем кабин е т е. По ­
том, когда фаши с т ск ие бомбы разруши ­
л и му зе йные здания, п е р е н ес.в подваль ­
но е пом е щение, где собрал наибо лее ц е нны е оставшиеся экспонаты. Тахтай остался в оккупированном Се­
вастопо ле. -
В каждом аду должен быть свой цербер. И я остался таким церб е ром около этих священных камней, повторяя мою при с ягу: « ... но буду оберегать все это для херсон есско го народа ... »-
при з нава лс я он. Тахтай был закл юч е н фашистами в концлаг е рь. По отзывам людеи, з н а в ­
ших его, де ржался там достойно. Его выпусти л и, чтобы он работал в открытом немцами и для н ем цев Х е рсонес ско м музее. Все же он был «гер ром профессо­
ром» . Ал екс андр Кузьмич пр ежде вс е го отыскал лист ватмана со священной клятвой, вновь пом ес тил е го в своей комнатушк е. 3 ' «Не пр е дам Херсонеса! .. ») Гитлеровцы хотели вывезти в Герма -' нию ценнейшие экспонаты. Среди них плиту с грифоном II века до нашей эры, мраморный аканф (украшение в форм е стилизованных листьев и стеблей на ка­
пит ел ях колонн коринфского и других с ложн'ых ордеров) IV в е ка до нашей эры. Даже ящики приготовили с пыш­
ной готич ес кой надпи сь ю: «Покорителю Крыма фельдмарша лу барону фон Ман ­
штейну »). Но ящики не попали в родо ­
вое имение Манштейна, они остались в Х е рсонесе. Не СМОГ J IИ увезти их окку­
панты, Помеша л им старый, н е мощный, седенький «герр профессор»). «Не предам Х е рсон ес а! .. ») Тахтай укрыл в земле мозаичный пол греческой бани 11 века до наш ей э ры -
выдающийся памятник и с кус с тва ан­
тичного мира. Н е открыл этого м еста фашистам. А кругом гибли люди, его товарищи. Убили Николая Зиновьевича Ф ед орова, с тар е йшего сотрудника музея, прора­
ботавш е го зд ес ь сорок ле т. От ран умер И. И. Гудзь, от голода -
Анашева, .. Никаких вестей н е было. от Лисина. Лишь посл е войны узнал, что замести­
тель директора по научной ча с ти Васи ­
лий П е трович Лисин погиб под Севасто­
пол е м в партизанском отряде ... Раскопки древнего Херсонеса. Вда · .ли -
Владимирский собор. полураз­
рушенный в годы войны. Давно нет в живых и Тахтая. Его родственников или близких я не нашел. И дневника, к сожалению, он н е в е л. Иных документов тоже не со хранило с ь. Есть лишь свидетельство Ольги Бер ­
гольц, побывавшей в Севастополе ч е р ез ч е тыре месяца после его освобождения. «Под ежеминутной угрозой ар ес та, ла­
геря, смерти Тахтай берег и хранил музей,- писала она.- Почти чудом удалось Александру Кузьмичу спасти драгоценные мраморы ... ») ... Я приезжал И3 Севастополя в Херсо­
н ес почти каждый день. Подолгу броди л среди живописных его развалин, спускающихся к прозр а чным морским волнам, к отбеленной водой и солнцем га л ьк е с красными вкраплениями че­
репков древней керамики. А когда оста ­
навливался в музейном зале перед б е­
ломраморной стелой с т е кстом присяги жит е лей древнего города, перед г лазами моими вставали события военных дней и люди, ныне по больш е й частью без­
в ес тные, которые в годину тяж ел ую « не предали Херсонеса ») . 35 КVPЬЕРСКИЙ ПОЕЗД ~:Е'РJ!:З ОКЕАН IJЗ
ним ание! -
закричал мой -
• проводник.-
Тут ступень-
. ка! Я осторожно перешагнул ч е рез нее -
и очутился в большой зале, ос­
лепительно освещенной электричест­
вом, где только наши шаги нарушали мертвое молчание. Где я находился? Что прив ело меня сюда? KTq такой мой таинственный проводни/<'? Вопросы, на которые у меня нет ответов. Долгий путь среди ночи, железные ворота, бесконечные лестницы, казалось, стремивши еся проникнуть в недра зе.Мf\И,- вот все, что я МОГ п.рипомнить. Впрочем, не было времени разду­
мывать об этом. -
Вы, без сомнения, жела ете знать, кто я так ой? -
спросил мой провод­
ник.- Полковник Пирс, К вашим ус­
лугам. Гд е вы находитесь? В Бостоне, в Америке, на вокзале. На каком вокзале? -
На вокзале линии Бостон -
Ли-
Фантастический расска з ЖЮЛЬ ВЕРН верпуль Пневматической компании. Полковник указал мне на два длин ­
ных железных цилиндра метра полу­
тора в диаметре, лежащих на полу в нескольких шагах от нас. Я посмотрел на эти цилиндры ­
они заканчивались справа в массив­
ном здании, а слева к ним примыкали колоссальные металлические резер­
вуары, от которых подымались сотни труб. Теперь я все понял. Еще недавно я читал в одной ам е ­
риканской газете статью об этом не­
обыча"йном предприя"l'ИИ. Дело бы ­
ло в ,ОМ, чтоБыl связа>tь Европу с Ам е ­
рикой двумя исполинскими подвод­
ными трубами. Изобретатель брался выполнить свой проект. Этим г е­
ниальным человеком был полковник Пирс, который стоял теперь рядом со мною. Я мысленно~пробежал содержание статьи, в которой подробно излага­
лись все детали этого предприятия. Для его осуществления было необ­
ходимо 1 б 000 000 метров железных труб весом в 1 300000 тонн. Для пере­
воз1tи этого материала нужны 200 ко­
раблей водоизмещением в 2000 тонн, и каждый из них должен сделать 1 зз рейса в оба конца. Эта армада науки подвозила мате­
риал к двум главным судам, на палу­
'бе которых лежали концы труб. Трубы скреплялись под водой друг с другом; каждая из них имела в дли­
ну три метра и была покрыта трой­
ной железной сетью, которую одева­
ла еще смолистая оболочка. Движе­
ние в этих трубах, образовавших как бы две неизмеримо большие говор­
ные трубки, достигал ось благодаря колоссальному давлению воздуха. Вагоны двигались вместе с пассажи­
рами из одной части света в другую точно так же, как это устроено в боль-
. ших городах для пересылки писем. В заклю чение сравнивались ныне. существующие желе~ные дороги с новой. Восхищенный автор с вооду­
шевлением перечислял преимущества этой смелой системы. Путешественники не будут чувст­
вовать в этих вагонах раздражающей качки благодаря внутренней обли­
цовке полированной сталью. Темпе­
ратура постоянно оставалась без из­
менений; ее можно даже было регу­
лировать по желанию, сообразно вре-' мени года. Дал.ее -
дешевизна тако­
го пути, зависящая от незначитель­
ных расходов, требуемых для по­
стройки системы и приведения ее в действие. Автор утверждал, что поезда, вследствие быстроты своего движе­
ния, спокойно пройдут по всем изги­
бам коры земного шара, и при этом пассажиры ничего не заметят, кроме легкого трения вагонов о поверхность труб. Отсюда он заключил, что изна­
шивание системы устранено раз на­
всегда, что пневматический путь яв­
ляется вечным сооружением. Содер­
жание статьи стало ясно для меня. Теперь эта утопия превратилась в действительность. Два железных цилиндра, начало которых лежало у моих ног, пронизы­
вали Атлантический океан, чтобы выйти из вод его на берегах Англии. Очевидность не могла убедить меня. Что трубы проложены -
это каза­
лось возможным; но чтобы люди дей­
ствительно пользовались таким спо­
собом передвижения -
нет, я этому не верил. Невозможно получить давление воздуха, достаточно е для такого длинного расстояния,- заметил я. -
Между тем,- возразил полков­
ник Пирс,- это очень легко. Для это­
го нужно только большое число па­
ровых мехов, вроде тех, что у домен­
ных п е чей. Они накачивают воздух с безграничной силой; получается ужа ­
сающий ток воздуха, скорость тысяча восемьсот километров в час -
та са­
мая скорость, какой обладает пушеч­
ное ядро,-'и наши вагоны с пассажи­
рами за два часа сорок минут пробе­
гают ч еты ре тыIячии километров, от ­
деляющие Бостон от Ливерпуля. -
Тысяча восемьсот километров в час! -
вскричал я. -
Совершенно верно. По считайте теп е рь последствия такой скорости. В Ливерпуле часы показывают время на четыре часа ч е тырнадцать минут впереди сравнительно с нашими. Сле ­
довательно, путеш ественник, выехав­
ший из Бостона в девять часов утра, приезжает в Англию в три часа пять­
десят четыре минуты пополудни. Разве это не быстрое передвижение? Далее: наши вагоны опережают солн­
це более чем на д евятьсо т километ­
ров в час, и пут ешественник одержит великую поб е ду над нашим светилом, когда выедет из Ливерпуля, напри­
мер, в полд ень, а в девять часов три­
дцать четыре минуты того ж е утра очутится на вокзале в Бостоне,-
сле ­
довательно, на два с половиной часа раньше того момента, когда он пу­
стился в путь. Ведь это же чертовская идея! Никаким другим образом нель­
зя ехать быстрее того, чтобы достичь цели путешествия раньше момента отъезда. Я не знал, что и думать! П еред сумасшед шим, что ли, стоял я в ту минуту? Мог ли я поверить этим баснословным рассказам, когда в моем уме теснились возражения на них? -
ХОРОШО,- сказал я,- можно согласиться, что найдутся люди, го­
товые проделать э то безумное путе­
шествие, и что вы можете достигнуть такой невероятной быстроты п ере ­
движения; но как вы устроите при этом остановку вагона? Ведь в конце пути они разлетятся вдребезги. Полковник пожал пл е чами. -
Вовсе нет! Наши трубы, из ко­
торых одна служит для движения поездов в одном направлении, а дру­
гая в обратном, на берегу каждой части света соединены друг с другом. Как только поезд прибудет к концу своего назначения, об этом даст знать электрическая искра. Она летит в Англию и парализует движущую си­
лу. Пр едоставленный самому себе, одаренный такой скоростью, вагон продолжал бы свой путь; однако нам достаточно привести в движение кла­
пан, чтобы ввести в дело противопо­
ложную трубу, которая постепенно замедлит ход вагона и, наконец, 110-
средством давления, совсем остано­
вит его, исключив возможность вся­
кого столкновения. Впрочем, к чему все эти объяснени я? Опыт во сто крат лучше ... Не ожидая от меня ответа, полков­
ник Пир с быстро нажал пуговку, Рисунок Г. филипповекого медь которой блестела на одной из труб. Дверца скользнула по шинам, и чрез образовавшееся отверстие я увидел длинный ряд скамеек, на каж­
дой из которых свободно могли по­
меститься по два человека. Полков­
ник воскликнул: --
Вот вагон, скорее входите! Воля моя была парализована, и я позволил ввести себя в вагон; дверца захлопнулась за нами. На потолке висела лампочка Эди­
сона; при ее свете я с любопытством осматривал обстановку, в которой очутился. . Ничего проще не могло быть. Длин­
НЫЙ цилиндр из склепанных друг с другом труб, внутри которого стояли 50 кресел парами, в 25 рядов. На каж­
дом конце -
клапан, регулирующий давление воздуха; задний доставлял приток воздуха, необходимого для дыхания, передний служил для его выхода из вагона. -
Когда же мы наконец отправим-
ся? -
спросил я. Полковник расхохотался. -
Да ведь мы уже едем! -
Может ли быть? Без малейших колебаний? Я внимательно прислушался: хотел услышать хоть какой-нибудь шум, ко­
торый бы убедил меня. Если мы дей­
ствительно уже находимся в пути, если полковник не обманул меня, когда говорил о 1800 километрах в час, то мы должны были находиться уже далеко от материка, глубоко под водами океана. Над нашими головами, в таком слу­
чае, волны разбивались одна о дру­
гую, и, может быть, в этот самый мо­
мент киты принимали нашу желез­
ную темницу за исполинскую мор­
скую змею и старались убить ее уда­
рами своих могучих хвостов. Я прислушался, но ничего не слы­
шал, кроме глухого рокотанья, кото­
рое производили, без сомнения, уда­
ряющиеся о наши трубы валуны. Придя в безграничное изумление, не в силах поверить в действитель­
ность всего того, с чем я встретился, я молчал, а время шло. Прошел час, как вдруг ощущение влажности на лице вывело меня из оцепенения. Я схватился рукой за ли­
цо и отдернул ее, всю мокрую. Мокрую!.. Но каким образом? .. Трубы лопнули под давлением во­
ды, еще повышенным на одну атмо­
сферу благодаря 10 метрам глубины. Океан ворвался и ... Смертельный ужас охватил меня; в отчаянии я хотел позвать на по­
мощь, кричать ... и проснулся. Я сидел в своем садике, лил про­
ливной дождь, ,крупные капли пре­
рвали мой сон. Я просто-напросто уснул за чте­
нием статьи, которую какой-то аме­
риканский репортер посвятил фан­
тастическим планам полковника Пир­
са. ((Вокруг света», 1890 г.) 38 ЛИСТАЯ СТАРЫЕ СТРАНИЦЫ «ВОКРУГ СВЕТА» ИНТЕРЕСНОЕ ОТКРЫТИЕ По поводу не раз передаваемых га­
зетами слухов о новом изобретении, позволяющем лицу, говорящему в телефон, не только слышать, но и ви­
деть своего собеседника, газ. Teleg-
raph сообщает, что на происходившем на днях юбилейном празднике почто­
вого департамента был демонстри­
рован инструмент, изобретенный профессором Гюгом и м-ром Присом. Инструмент этот позволяет говоряще­
му в телефон видеть своего собесед­
}lика, лицо которого появляется перед его глазами, как оживленное и окра­
шенное естественным цветом фото­
графическое изображение. Расстоя­
ние во время этих опытов было, прав­
да, незначительное -
всего 30 фут. Теперь остается узнать: насколько оно может быть удлинено; но, по­
видимому, нет никаких причин пола­
гать, что эта способность электри­
чества передавать изображение пред­
мета не может идти так же далеко, как способность его передавать звуки. 1890 г. ЛЕТАЮЩИЙ ЧЕЛОВЕК По словам Independance Belge, на собрании Общества воздухоплавания один из его членов, Гр изе, химик, сообщил об изобретении им аппара­
та, при помощи которого человек мо­
жет собственной мышцевой силой подняться на воздух и держаться в нем несколько времени, Т.е. летать. Аппарат состоит главным образом из пары привязанных к ногам крыльев, точкой опоры коих будет кольцо, слу­
'жащее поясом тому лицу, которое пользуется аппаратом. По выслуша­
нии обстоятельного доклада изобре­
тателя многие инженеры тотчас же высказали мнение, что изобретение Гризе кажется им очень серьезным и что им делается значительный шаг к решению проблемы. 1890 г. БАРСУКИ ИСЧЕЗАЮТ Барсук --
животное, которое не может жить в близком соседстве с человеком, и вследствие того он был постепенно вытеснен из большей ча­
сти Англии. Лес за лесом падает под топором дровосека, миля за милей бесплодных болот осушаются, и поле превращается в плодородную, произ­
водящую почву; и таким образом, к великому удовольствию политико­
эконома и к чрезвычайному огорче­
нию натуралиста, все наши большие плотоядные, как мохнатые, так и пер-
натые, постепенно исчезают с почвы, на которой они некогда неограничен­
но господствовали. Барсук давно уже вытеснен из страны; выдра лишь из­
редка видна в реках, где встречалась прежде так часто; хорек и куница -удалились в самые глубокие места немногих лесов, которые еще есть у нас, но на которые демон кирпичей и извести уже бросает завистливые взгляды; только хорек американский и ласка еще держатся вследствие их малой величины и сравнительной лег­
кости, с которой они добывают себе пищу. Они принадлежат к животным, которых человек постепенно уничто­
жает, расширяя свои завоевания, и, может быть, через несколько лет аме­
риканский хорек и ласка будут так же редки в Англии, как редок барсук в настоящее время. 1866 г. ЖИЗНЬ В ТЕТТЕ И ПЕРВЫЕ ПОИСКИ ПО ШИРЕ (Из нового путешествия Ливингстона) Многие европейцы утверждают, что африканцы, да и сами они проис­
ходят от обезьян. Многие африканцы думают, что по смерти души перехо­
дят в тела обезьян. Большая часть писателей полагают, что черные­
варвары; почти все черные думают, что белые -
людоеды. Пугало де­
тей -
домовой у одних черный, у других белый. Не желая далеко захо­
дить с этими нелепыми сравнениями, мы должны посмеяться над тучами нелепостей, которые были написаны о духовных дарованиях негров. Когда мы, ради большего эффекта, упот­
ребляем ломаный английский язык и детские обороты речи, как будто бы это переводы речей, которые, де­
сять против одного, никогда не были сказаны, то бессознательно пишем карикатуры с самих себя, а не с нег­
ров; ибо -
странный факт, что евро­
пейцы почти постоянно начинают го­
ворить с туземцами, прибавляя к сво­
им словам буквы «е» и «о», вроде: «дайе мне хлебао, я даме тебе суха­
ряо», или «смотрио, смотрио, сколь­
кое я принесе пивао». Наши матросы с этого и начали, хотя они прежде ни­
когда не видали черных. По-видимо­
му, есть какая-то прирожденная идея, что они таким образом могут сделать свой язык понятным для народа, ко­
торый говорит вполне прекрасным языком и у которого вовсе нет мест­
ных наречий. Вследствие различия в выговоре только весьма немногие европейцы достигают ТОЧRОГО знания африканских языков, даже когда они начинают изучение их в молодом воз­
расте. Жалоба на бедность языка ча­
сто является только верным призна­
ком ничтожной сообразительности ,!< ЛИСТАЯ СТАРЫЕ СТРАНИЦЫ «вокруг СВЕТА» жалующегося, и даже самые опыт­
ные часто делают большие промахи. Мы однажды приняли звук вроде «Сирию> за имя страны, лежащей на другой стороне реки. Это было «пси­
диа» и значит просто «другая сторо­
на». Известный ученый в одном науч­
ном сочинении употребил «Кайя» как туземное название некоторой черепа­
хи. «Кайя» значит просто: «я не знаю». Таков был ответ, полученный им. Также неосновательно приписано было это название и одной горной це­
пи ... Кто знает их язык, тому африкан­
цы дают столь же разумные, если не более еще меткие ответы, какие де­
лают наши собственные необразован­
ные простаки ... 1866 г. КАЛОСОМА ПРО1ИВ НЕПРЯДНИКА ... Личинка красивого жука, называ­
емого в науке Calosoma sycophanta, красивого сине-зеленого цвета, есть существо до последней степени нев­
зрачное; тело ее жирно, приплющено и чешуйчато, а цвет ее черный. Это создание питается исключительно различными гусеницами и другими личинками, поедая даже личинки разрушительной пилы-мухи. Знакомый с нравами этой личинки, французский энтомолог г. Буажерар придумал очень остроумный способ пользоваться их обжорливостью. Есть известное насекомое ВоmЬух dispar, обыкновенно называемое ба­
бочкой-цыганкой, которое очень обыкновенно во Франции... Личинка этой бабочки очень вредна деревьям, ибо питается их листьями и потом удаляется в хорошо скрытое малень­
кое местечко в какой-либо щели дре­
весной коры. Заметив, что его деревья подверглись нападению этих гусе­
ниц, г. Буажерар добыл несколько самок Calosoma и поместил их на де­
ревья. Они положили яйца, и в надле­
жащее время из них вывелись личин­
ки. С течением времени разруши­
тельные личинки размножились до такой степени, что поели всех вред­
ных гусениц, и к концу третьего года деревья были совершенно очищены, а жуки Calosoma должны были от­
правляться за кормом в другое место. 1866 г. БИБЛИОГРАФИЧЕСКАЯ ЗАМЕТКА к. Циолковский. Аэростат металли­
ческий, управляемый. Москва. 1892 год, цена 50 коп. в то время как все новейшие опыты по устройству управляемого воздуш­
ного корабля основываются на прин­
ципе построения корабля, вес которо­
го был бы тяжелее веса вытесняемого им воздуха, г. Циолковский в наз­
ванной выше брошюре строго матема­
тически доказывает возможность построения металлического, с вол­
нистой, складочной поверхностью, аэростата. Аатунь и жесть при весьма незначительной толщине представ, ляют весьма значительное сопротив­
ление разрыву; волнистая поверх­
ность аэростата, расширяясь под дав­
лением газа, еще больше увеличивает способность противостоять разрыву. Нагревая и охлаждая заключенный в аэростате газ, возможно избежать необходимости, при понижени или повышении температуры наружного воздуха, выпускать газ или выбрасы­
вать балласт. Подъемная сила метал­
лического волнистого аэростата на­
столько значительна, что является возможным приспособить моторы, развивающие значительную посту­
пательную силу; при этом условии аэростат может двигаться против сильнейших воздушных течений. Как самая постановка вопроса, так и детальная их разработка настолько серьезны в труде г. Циолковского, что приводимая им идея постройки металлического управляемого аэро­
стата является теоретически неоспо­
римо возможной. Надо надеяться, что г. Циолковскому удастся применить на практике свои теоретические вы­
воды. 1892 г. ЗУБРЫ Как и все живущие в диком состоя­
нии, не только хищные, но и почти безвредные животные, должны были уступить занимаемое ими в природе место культуре человека, так было и с одной из самых крупных пород мле­
копитающих Европы, именно с зубра­
ми. Животные эти нашли себе убежи­
ще в Беловежской пуще, где и живут в пеI'вобытной дикости. Этот лес на­
ходится в Гродненской губернии, в Литв.е ... Посреди почти непроходимо­
го леса находится деревня Беловеж­
ская, кругом же леса приютились от­
дельные поселения охотников и лес­
ников, живущих там более для охра­
ны животных, обитающих в лесу, чем для ухода за самим лесом. Лес этот стараются по возможности сохра­
нить в его величественном, перво­
бытном состоянии; в нем спокойно живут величайшие из европейских животных; толЬ'Ко изредка убивают по нескольку зубров. В 1853 году на­
считывали их до 1543 голов. Несмотря на запрещение, послед­
ний зубр, водившийся в Пруссии, был убит в 1855 году браконьером, кото­
рый и был за то наказан десятилетним заключением в крепости. Еще в 1000 году зубры водились в Швейца­
рии, так как в летописях Сен-Галлен-
.('1,' ского монастыря рядом с разновид­
ностью зубра упоминаютея и настоя­
щие зубры. Когда это величественное животное, вышиной около семи фу­
тов и весом около 58 пудов, стало за­
метно исчезать, то с целью сохране­
ния этой породы отдельные прави­
тельства стали издавать законы, ко· торые, однако, оказались бессильны­
ми по причине постоянно увеличи­
вающегося населения, войн и проч. Животные эти постепенно исчеза­
ют, как исчез и каменный баран Аль­
пийских гор; та же участь ожидает в недалеком будущем и царя перна­
тых -
орла, если только закон не охранит его от окончательного ист­
ребления в наших горах. 1891 г. ПАРОВЫЕ ЛЫЖИ Штурманский офицер г. Сатунин, в Кронштадте, составил проект пара­
вых лыж, двигающихся по льду, в виде поезда железной дороги, без рельсов. Паровые лыжи имеют целью служить между Кронштадтом и Пе­
тербургом, вообще в таких местах, где движение зимой большое, 1: про­
ведение железной дороги невозмож­
но, и попытка проложить рельсы по льду терпела фиаско, ибо ледяная по­
верхность по своему образованию на­
ходится в прямой зависимости от во­
ды, а потому при повышении или по­
нижении ее уровня дает трещины к. наслоения. Взяв за факт, что ледяная поверхность подвижна и что охотник свободно скользит по лежалому сне­
гу, автор, вычислив давление тяжести на лежалый снег, строит поезд, кото­
рый отличается от обыкновенного лишь порядком сцепления вагонов (рулевые сани впереди, тендер и ло­
комотив в середине) и тем, что вагоны поставлены на четырехполозные са­
ни. Вагонов должно быть 8. Двигаться поезд, по словам петербургских га­
зет, может со скоростью .20 верст в час. 1892 г. БЕРЕГИТЕ ЛЕСАI Некоторые лесные деревья, как напр. береза и сосна, не могут су­
ществовать без значительного коли­
чества света, их ветви гибнут в тени, между тем как другие растения лю­
бят более или менее густую тень. от тени, бросаемой деревьями в лесу на землю, зависит степень теплоты и влажности почвы. Весьма справедли­
во считают леса сгустителями влаги, и потому уже многие ученые указы­
вали на вредные последствия неосто­
рожного истребления леса, особенно в гористых местностях. 1863 г. 39 В. Л Е Б Е ДЕ В, наш с п ец. корр; Фо т о В. КРЮЧКННА ~ то-то сразу заинте р есовало м е н я в узоре и цвете этого ковра -
на нем словно п о багровым волнам раскаленных Караку­
мов в строго очерченных берегах кай­
мы ... плыли корабли. А може т, это были цвет у щие оа з исы, нанизанные на кара­
ванн у ю троп у? Мой ста рый з- нак ом ый Аннак у рбан Байриев, гелиотехник и з Института сол­
н е чн ой энергии в Б ек ров е, беспомощно развел рук ами и по звал хозяйку дома. -
Аджап занимаетс я этнографией в нашей академии, сама ковры 'тка ла, понимает в э т ом". -
О, что значат мои слова, когда туркменские ковры досто йны сказок Шехеразады и ст и хов Махт умкул и,'­
шут л иво говорит Аджап, вынося из кух ни дымя щуюся желтую гору 'ПJlова на г л инян ом блюде.-
На ковра х из П арфии считали для себя ч есть ю возле­
жать знатн ы е римляне, и Марко Поло восхвалял их как «самые тонкие и красивые в све т е». А для туркмена нет дома без ковра ... Она поднимает свою большеглазую дочь Эне ш с маленького к о врика. -
П ервые шаги р ебе нок делал на таком вот детском коврике, а у ж е взрослая деву шка -
неве ста везла с собой на верблюде ц елое ковр о во е при да но е. Н а сп ин у верблюду накиды ­
вали попону с ки стями, надевали нако-
"TII&I1I JlETaT к DIIJn.I ... ХалЪLЧU -
ковровщuца АЮiдтач Ред­
жеnова. Фото Д. РЕДЖЕ П О В А лен ни ки, в е ш али н а гр уд ни к. дом же­
ни ха, то есть кибитка, встречал неве­
сту тоже коврами. П е р ед н ею отки ­
дывался ковер с богаты м ор на мен то м -
э н си, заго ражи вающий вход в кибитк у, и она, п е рест у пив г е рмеч -
коврик ОТ пы л и, оказывалась на большом з асти· лающем пол хал ы. В доль стен кибитки стояли ковровые су нд у ки, лежал и чехлы для р у жей 11 деревян н ого остова кибит -
На ашхабадской фабрике (на стр. 40). Молодые ковровщицы подбирают цветную пряжу, чтобы передать сложный и красочный у з ор будущ е ­
го ковра. Трудно сосчитать, сколько р аз за день мелькнет в рука х ковровщицы серповидный нож, обре з ая нити над тысячами узелков! ки И даже н абор ковровых мешо чк ов для пиал, ложек, сол и. Завесы на две ря х защ ищ ал и ж и л ищ е от горяч е го ветра -
афган u а, а торбы и ху рдж ин ы бы л и не за ме НJl NI Ы при ч астых п е ре ездах т у ркм е на-к о ч ев ни ка. К а ж д ый де нь о н пр ос и л алл аха о лу чш е й д ол е, протирая ко л енями коврик д ля МО JlИТ­
вы -
н а маЗ J IЫ К, а когда прихо д ила сме рть, могил у его тоже нак ры вали ковром -
аятл ы ком. Т ак и не расста­
вался с ковром т у рк м ен всю свою н е.~егкую жи з нь ... Адж а п поправ ляет на сте н е отмече н­
ный мною ковер. -
В се н аши ковры -
сало рски е, иом удск и е, эрсарински е -· ОТJlичаются друг от др у га ор н ам е н т о м, IIВ С ТОМ так же. как и этот --
текинский. Родина е г о - Мервский оа з и с, н ын е шняя Ма ­
рыйская область, где хр а нятся трад и ­
ци и и скусства п лем ени т е ке. Ес т ь е ш е Когда ковры выносят на улицу, на асфальте словно з агорается раду г а. Сказоч ная до ро га ковров ... ахалт е кинск и е ковры, и х И З ГОТОВ/I ЯЮТ В Ашхабад с кой области. П о узор у, сочетан ию красок текин­
ск и й при з н а н классическим туркмен­
ским к овром. Ви д ит е, как мя гк о пере­
ход ит темно - красный цв е т поля в более тонкие о тт е нки.. Мног оу гольны е фиг у­
ры, за П ОЛ!"lяю ши е все npocTpaHcTBo,-
это з намениты е медальоны текинского к овра. В них п омещены ш ес тиугольные зве:щы, в ц ен тр е которых вытянут ые ром бы, окружен ны е мелк и ми детал ями орнамент а. У каждой из ни х и здав н а свое название. С л ожные ФИГ У Рbl, прав ­
да? И н е всегда оБЪЯСН И Мblе ... H e.~e ГKO раскрыть д аже само н аз вание ковров о го \l ед аль о на. В Лlпер а тур е м е,lькало С/IO -
sиоrРАФИЛ РЕМЕМА во «гюль» -
«цветою>. Оказывается, хоть и красиво, но неправильно. Сейчас называют медальон «голь» или «гёль» -
вот для начала разберитесь сами, что это такое, наш текегёль, то есть гёль текинского ковра, раз он вас заинтересовал ... Почувствовав, что сейчас пойдут вопросы и пора выручать жену, Анна­
курбан моментально принял мудрое решение: -
Поедем-ка к теще, ведь этот ковер она ткала ... Может, объяснит? Аннакурбан ведет машину по осен­
ним спокойным улицам Ашхабада и горячо убеждает, что в Туркмению нуж­
но при езжать весной, ког да земля полыхает пламенем тюльпанов. -
Кстати, тогда своими глазами увидишь, с чего начинается ковер. Аджап не сказала, что на туркменский ковер годится только мягкая шерсть весенней стрижки, да и то не от всех пород овец. Перед стрижкой овец надо перегнать через мелкую речку: шерсть тогда будет чистая, нежная.' Для ковров всегда ценилась длинная, волни­
стая шерсть, которую старательно сор­
тировали, чесали гребнями и пряли. Что может -быть лучше в ковре, чем белый, черный, серый, коричневый­
натуральный ЦВl'Т овечьей шерсти ... Аннакурбан неожиданно круто заво­
рачивает машину в зеленый двор. Там около тандыра хлопочет Аннатач Реджепова, вынимая круглой рукави­
цей горячие лепешки. -
Праздник будет! -
весело гово­
рит Аннакурбан, когда нас приглашают в дом. Сидя за дастарханом, мы кл'адем на лепешки, еще сохраняющие жар печи, масло и кислый творог, утоляем жажду кок-чаем и слушаем рассказ Аннатач о ее жизни халычи -
ковровщицы. С малых лет она видела в своем до­
мике в Кизыл-Арвате, где тогда жила семья, согнутые с утра до вечера спины женщин над станками. -
На нынешних вертикальных стан­
ках, как у нас на ковровой фабрике, ткать гораздо легче. А в прежние времена мастерицам все время прихо­
дилось сгибаться над станками, хотя ковры выходили плотными, добротными. Вот посмотрите ... Аннатач легко поднимается с ковра и проводит нас в соседнюю комнату. Там на полу стоит деревянный гори­
зонтальный станок. Пока она его раз­
двигает, ее муж Джума Реджепович, художник той же фабрики, достает из угла разноцветную связку пряжи. -
Смотрите, какие яркие краски добывали прежде из наших растений. Марена давала все оттенки красного: от густо-багрового, даже коричневого, до вишневого, нежно-розового. Светло­
желтый цвет получали из живокости желтой. Изготовляли краски из корок граната, околоплодников грецкого оре­
ха. Привозили из Индии И Ирана индиго -
получали синий цвет, а армянская кошениль, добытая из насе­
комых, давала малиновые тона. 42 Краски были такие прочные, что выдерживали вековую проверку време­
ни. Бывало, поднимешь ковровый обры­
вок, совсем изношенный, протертый до нитей основы, а он переливается золо­
тисто-красными и бирюзовыми тонами, как бархат ... Слушая мужа, задумалась Аннатач, присев у своего старого верного станка. Может, вспоминается ковровщице, как укрепляли станок на земляном полу дома. Как доверяли ей, маленькой девочке, натягивать основу. Чтобы заманчивее было разматывать пряжу, пропускать ее в станке туда-сюда, внутрь клубка прятали урючину: когда смотаешь вес.!> клубок -
получай на­
граду. В семье не было заведено насильно приучать к какому-либо ремеслу. Каж­
дый из детей выбирал себе занятие по душе. Аннатач часто смотрела не от­
рываясь, как жена брата готовил ась ткать, как привязывала к основе цвет­
ные нитки, и старалась изо всех сил подражать ей. Как-то раз у Аннатач 060рвалась нитка основы, она кинул ась за по­
мощью, но никто не обратил внима­
ния -
не до нее было. Второпях порва­
ла еще две нитки, это уж была беда. Растерявшись, уткнулась головой в станок и долго безутешно плакала (обида до сих пор жива). Но делать нечего -
помаленьку исправила сама ошибку, и больше уже никого ни о чем не спрашивала: все подмечала сама, понемногу учил ась тяжелой науке ковроткачества. Как сейчас видит она: светает, и жен­
щины усаживаются за станки. Очень медленно растет ковер, медленно про­
ступает 'орнамент, и тихо течет беско­
нечная, как нить пряжи, беседа обо всем на свете, к которой жадно при­
слушиваются младшие. До сих пор Аннатач помнит услышанные в ту пору легенды . ... Одна искусная мастерица, а про­
исходило это в глубокую старину, сотка­
ла ковер невиданной красоты. Она хоте­
ла выкупить за него сына и его друзей, попавших в плен к жестокому султану. Ослепленный блеском ковра султан воскликнул: -
О женщина! Что изображено на твоем прекрасном ковре? -
На ковре видна вся жизнь народа с его бедами и радостями. Смотри, темно-красное поле ковра -
это кровь, ПРОЛlIтая сынами моей родины в борьбе с тобой, а золотые и белые цветы -
это редкие светлые минуты в их горькой жизни ... Разгневанный султан повелел слугам ослепить женщину и лишить ее правой руки, чтобы она не смогла больше со­
ткать ни одного ковра. Но свое искус­
ство халычи успела передать дочери. С тех пор на кроваво-красном фоне туркменского ковра цветут бело-золо­
тые узоры в темном обрамлеиии как знак скорби и надежды народа на лучшую жизнь. Да, недаром еще от прадедов пере­
даются слова, что ковер -
душа турк­
менского народа ... Аннатач бережно разглаживает на­
чатый на своем станке ковер. Такой же узор, как и на текинском ковре в доме дочери: на темно-вишневом фоне притягивают взгляд загадочные много­
ступенчатые гёли, строго тянущиеся один за другим. -
Мне нравилось, как наши масте­
рицы выводили орнамент медальона и по-своему объясняли его появление на ковре,- говорит Аннатач. .. .по Каракумам проходил караван. Верблюды оставляли в песке следы, ку­
да понемногу набиралась вода. Так возникло озеро, по-туркменски «коль». Может быть, отсюда пошло название медальона -
«гёль»? -
Вот среди красного синий цвет -
вода, дающая жизнь в пустыне. Поэто­
му рядом много белого -
это коробоч­
ки хлопка. Вокруг вытканы треуголь­
нички на ножках -
аяк гуш -
птичий след. Раз уж это озеро, то и птицы рядом,- улыбается Аннатач, разгляды­
вая медальон ковра.- Почему медаль­
он называли «гюль»? Не знаю. Вроде бы не встречала в нем изображения цветов. Вот в ахалтекинском ковре я еще пускала каймой урючный цветок­
эрик гюль, а в текегёле никогда. Ласково поглаживает Аннатач низ­
кий ворс ковра. Над тысячами узелков мелькнул, обрезая нить, серповидный ножичек, рукоятка которого отполиро­
вана до блеска. -
Сколько же было ковров в моей жизни! Даже рождение детей запоми­
нала по коврам -
когда какой ткала. Не знаю, скоро ли окончу этот ковер, уставать стали РУКИ.- Аннатач медлен­
но поворачивает ладони вверх, на правой -
мозоли ОТ рукоятки ножа, как у всякой халычи.- А ты, Аджап, хоро­
шо умела ткать, не ленись и теперь. Бе­
ри стаиок себе, у меня другой есть для очень большого ковра. Да, дети кто куда разбежались. Младшая дочь в консерваторию уехала в Москву, сын -
композитор ... Ну ничего, для хорошего ремесла всегда' руки найдутся. Прихо­
дите завтра на фабрику. Там целый цех моих детей ткет ковры ... Наутро я пришел в ковроткацкий цех ашхабадской фабрики. Все про­
странство цеха заполняли ряды высоких и широких станков. Переливы красок на длинных атласных платьях ковровщиц, пестрый шелк платков, блеск серебра и сердолика на брошах и браслетах, радуга цветной пряжи -
все это рит­
мично двигалось под глухой стук дара­
ков. Стороннему наблюдателю рождение ковра может показаться делом нехит­
рым. ... Вот уже натянута основа из не­
крашеной пряжи, привязаны к ней цвет­
ные нитки. Ковровщица быстро опуска­
ет красную нить к кайме, ловко завязы­
вает узелок и взмахом ножа-кесера обрезает над ним нить -
так вяжут первый ряд узлов. Но их надо закрепить, чтобы ковер не сыпался. Для этого рычагом раздвигают нити основы на два ряда и между ними протягивают темную некрашеную нитку, то есть про­
пускают уток. Снова ложится ряд узелков, а затем мочат веревочку­
баслык -
и-тоже пропускают ее между рядами основы. Через этот баслык ма­
стерица, чтобы уплотнить ряды, бьет дараком -
большой железной гребен­
кой на деревянной ручке. Теперь уже можно брать ковровые ножницы­
сынды И подравнивать ворс. Все так просто. Но ведь халычи выво­
дит на ковре узор зачастую по памяти, без рисунка. Она моментально находит любую нить -
желтую или голубую -
и точно привязывает в нужном месте. Ее легкие руки, словно порхая, завя­
зывают узелки, вот неуловимое движе­
ние -
блеск ножа -
и новая нить отсе­
чена от узелка. А ведь за рабочий день надо завязать несколько тысяч таких узелков (мне сказали, что на квадрат­
ном метре одного знаменитого текин­
ского ковра. храняшегося на фабрике, миллион 148 тысяч узелков!). Это не так легко: рвутся нити, а дарак тяжел, и бить им надо умело, иначе порвешь основу. Когда я спросил КОВРОВLЦицу ком со­
мольско-молодежного цеха Эджеш На­
зарову, лауреата премии Ленинского комсомола республики, что же главное в их искусной работе, она ответила кратко: «Наши руки И терпение». Проходя по цехам фабрики, я видел много молодых девушек .и сказал Анна­
тач Реджеповой, что, мол, ей нечего беспокоиться -
подрастает смена. Она только кивнула головой: -
Хорошие девушки, только не все со сменой так гладко, как хотелось бы. Послушай наших КОВРОВLЦиц, а после обязательно повидайся с очень умной женLЦИНОЙ Галиной Ильиничной из академии. Она все про ковер знает ... В небольшом фабричном музее ков­
ров Аннатачпознакомила меня с Огуль­
бl:lбек Абдурахмановой и Гульнар КО­
мековоЙ. Обе статные, с длинными косами, нарядные, и по работе у них все в порядке: уже несколько лет здесь, науку прошли у опытных халычи. Но все же в рассказе девушек о своей рабо­
те звучала нота разочарования, неудов­
летворенности, что ли. Обе они, как и многие другие, после десятилетки окон­
чили на фабрике за несколько месяцев курсы КОВРОВLЦиц. Что же дальше? В оБLЦем-то, каждый день ткать один и тот же орнамент. Можно, конечно, по­
ступить eLЦe на отделение ковроделия в художественное УЧИЛИLЦе. Сами де­
вушки мечтают заочно окончить инсти­
тут. К сожалению, не вся пришедшая молодежь остается на фабрике. Выдер­
живают те, кто с детства ткал и выши­
вал дома, кто трудолюбием не уступает прежним халычи и просто жизни не представляет без трудного искусства ковроткачества. Ну а .раскрытие таланта мастерицы, элемент личного творчества -
как быть с этим? Таким было начаJlО нашего разго­
вора с большим знатоком прошлого и наСТОЯLЦего туркменского ковра Гали­
ной Ильиничной СауровоЙ. -
Без огромного терпения и любви наСТОЯLЦей КОВРОВLЦицей не станешь,­
соглашается Галина Ильинична.- Что делать, если традиционный орнамент ковра основан на повторах, целый день надо зорко следить за узором, хо­
рОIlЮ знать его на память ... За годы Советской власти в туркмен­
ском ковроделии наметил ась новая линия: появились сюжетные темы, ков­
ры-портреты. В одном из залов Аш­
хабадского музея изобразительных искусств я видел такие работы -
на­
пример, ковер Биби Ахмедовой «Долой калым». Новые орнаментальные сюже­
ты развиваются и в произведениях молодежи. -
Для поддержания творческого начала проводятся выставки само­
деятельного искусства,- поясняет Сау­
рова.- Не случайно художники декора­
тивно-прикладного искусства предпо­
читают иметь дело с гобеленами. Но ковер не гобелен, у него свое лицо н тра­
диции. Так что молодым КОВРОВLЦицам нужно повышать мастерство при работе с традиционным орнаментом. Тем более что и от фабрики ждут в первую очередь народные туркменские ковры, признан­
ные всем миром. И тут у нас рождается единодушное мнение: привить любовь к древнему ремеслу может помочь Музей ковра. Да, есть выставка-музей на ашхабад­
ской фабрике, г де представлены ценные ковры в нескольких комнатах. Но туда не всякий попадет. Хорошо, что в Музее изобразительных искусств экспозицию ковров разместили в больших комнатах, но многие ковры люди просто не ви­
дят -
они спрятаны в запасниках. Размеры музея не позволяют их выстав­
лять. Лишь в солнечные весенние дни из сундуков музея достают для проветри­
вания старинные ковры. Хвостом ска­
зочной жар-птицы стелются они по асфальту: так долго сохраняются нату­
ральные краски, вся прежняя палитра цветов. Невольно вспоминаешь, что в давние времена ковры для того, чтобы они стали eLЦe красивее, бросали под ноги толпе. Только после долгого поль­
зования ковром сквозь раСLЦепленные концы ворсинок, бархатистую мерцаю­
LЦУЮ поверхность их проступает г луби­
на первоначальных цветов. Вот эту так называемую «золотистую побежал ость» и ценили старые мастера, считая ее гарантией подлинности ковра. На ста­
ринных коврах, разложенных под солнцем, я видел все те же плывущие по багровым волнам гёли ... -
Что же представляла ха,lЫЧИ, выводя медальоны: цветок ли -
гюль или озеро -
коль? О чем ей думалось в долгие часы над ковром, что хотелось передать своим узором? _. спросил я Галину Ильиничну. И она постаралась ответить на этот вопрос как можно доступнее: -
Лингвисты отвергают толкование коврового медальона, как «гюль» или «коль», отдавая предпочтение' «гёлю» как слову, обозначаЮLЦему «рисунок» в приложении к ковровому искусству. Тем более что животные, птицы, расте­
ния приобретают в орнаменте такую стилизацию, что становятся -больше по­
хожими на геометрические фигуры. Но окончательно загадка гмя не раскрыта и по сей день ... В музее я видел склеенную из кусоч­
ков керамическую вазу, ОТНОСЯLЦУЮСЯ ко II тысячелетию до нашей эры, на округ­
лой поверхности которой изображено растение -
елочка, а по бокам стили­
зованные горные козлы (мотив древа жизни). Абрис, очертания гёля, как считают ученые, появляются в роспи­
сях керамических изделий eLЦe в IV ты­
сячелетии до нашей эры. Там те же геометрические фигуры рогатых живот­
ных и птиц, даже сходен принцип рас­
краски по сочетанию светлых и темных пятен. Один из самых древнейших ковров, чудом сохранившийся под мерзлотой на Алтае, соткан неизвестным мастером в V веке до нашей эры. На красном ворсе этого ковра цветут узоры, похо­
жие на узоры современных ковров. Мо­
жет быть. секрет удивительной устой­
чивости традиций станет понятным, если узнать, что изображают эле­
менты орнамента, откуда пришли они на ковер и почему? Определеннее всех выказаласьь по этому поводу исследовательница В. Г. Мошкова eLЦe в 1946 году в статье о племенных гёлях. Нет абстрактного гёля, а есть конкретный текегмь­
узор племени теке на поле ковра, эмбле­
ма племени. Эту мысль подтверждает вся историческая практика туркмен­
ского ковроделия -
орнамент гёля од­
ного племени всегда отличен от рисунка гёля другого племени, текегёль не может быть похож на салоргёль. В статье есть любопытная ссылка на исто­
рика XIV века Рашид-ад-Дина, приво­
ДЯLЦего список огузских племен " с ука­
занием их тамги -
знака, которым ме­
ти.~ся скот, и названий тотемов -
птиц тоже каждого племени. Выходит, не случайно в орнаментах ковров оказа­
лись стилизованные фигуры животных, а в текегёле не случайно появились пти­
цы и элемент аяк гуш ... Все это факты. Но творец вдохнов­
ляется eLЦe и мечтой. ... Где-то в далеком прошлом склоня­
лась часами мастерица над станком, вводя в багрово-красный цвет пустыни синие и голубые краски, словно волны живительной воды. Вот уже на ковро­
вом поле обозначается фигура гмь­
бежит рябь рисунка по озеру, на бере­
гах которого бродят загадочные живот­
ные и оставляют странные следы птицы. Птицы всегда летят к озеру ... Ашхабад 1 О г У 3 Ы -
древние тюрки, предки туркмен. (Прuмеч. ред.) 43 с. В. МАКСИМОВ [З ак-то летом жили мы в за­
брошенном починке -
в не­
. скольких километрах от Пар­
фень е ва, старинного городка, стояще­
го по с реди костромских лесов. Почи-
нок этот -
сейчас от него уже не оста­
лось и следу -
располагался на вер­
шине увала, окаймленного понизу т е ч е нием речки Неи. Колодцев мест­
ные жители никогда не рыли -
слиш­
ком глубоко залегают здесь водонос­
ные жилы. Зато возле изб имелись н е большие рукодельные пруды, по о дному, а то и по два на каждое хо­
зяйство. Но з а питьевой водой я при­
норовилея х.одить на лесной ручей, впадающий в Нею. Пути до ручья и н аз ад набиралось минут на двадцать. Н о вот ручей -
и обо всем забу-
ЮРИй ЛОЩИЦ дешь, забудешься. Воду я набирал у песчаного омут ка, в тени старых че­
ремух. Каждое утро серебристая стая сеголетков прыскала из-под ведра на­
искось, против течения. И потом стоял еще, долго не брался за ведра, так жалко было уходить отсюда. Ручей широкий -
не перепрыгнуть. Он за­
медляется и утихает в омутках, вор­
кует на перекатах, а то и подпрыги­
вает, минуя завалы валунов. И лишь кое-где касается его поверхности сол­
нечный луч. Знаю: в своих верховьях ручей рас­
ходится на несколько русел, каждое в отдельном овраге. Я там ходил од­
нажды и чуть не заблудился в мрач­
ном лесу, с его вековыми замшелыми елями и соснами; даже несколько мо-
лоденьких пихт видел.....,,- такой дико­
винный лес. Говорят, и немудрено за­
блудиться: ручей водит. И зовется-то он необычно, загадочно -
Сомбас. Что за имя такое? Откуда в зтих краях? А в другой раз, в поисках грибов, я набрел на берегу Сомбаса на избуш­
ку-времянку с железной печкой, са­
модельными столом и лежанкой внут­
ри. Угловым,", опорами для нехитрого сруба мужили четыре растущих близко сосны. На одном стволе, самом толстом, топором была высечена рожа какого-то лесного чудища. Кто тут все-таки обитал, причем совсем не­
давно? Какой-нибудь лесной добыт­
чик из Парфеньева? Или городской заезжий робинзон, отшельник-опро­
щенец, решившийся на свой страх и риск возобновить культ лесных язы­
ческих божеств? Очень меня подмывало совершить небольшое путешествие вверх по Сом­
басу, отправиться туда на целый день, в болотных сапогах, с записной книж­
кой, с запасом еды. Ну и что же, если еще раз немного заблужусь, ручей поводит-поводит, но и назад выведет. Да времени свободного было тогда у нас в обрез. Подступала летняя гриб­
наЯ'пора, и \IIbI, возбужденные расска­
зами о невер'оятной урожайности пар­
феньевских грибниц, ежедневно на­
ладились разведывать и уже понемно­
гу таскали в корзинках домой всякого разИогрибья. Починковский наш со­
сед. Никола-Большой уверял, что в дореволюционные времена парфень­
евский да кологривский боровик сла­
вился на всю Россию, а здешние про­
мысловики целый Петербург укарм­
ливали своим сушеным и соленым гри­
бом. И при этом он ссылался на авто­
ритет писателя Максимова, уроженца Парфеньева, большого знатока рус­
скогобытового уклада. В один ИЗ приходов В Парфеньев я заглянул на местную почту --
она размещалась на втором этаже старого прочного сруба, видать, еще давниш­
ней постройки. И тут-то, разглядывая это добротное сооружение, подумал: а ведь, насколько помнится, отец пи­
сателя-этнографа был здешним почт­
меЙстером ... И так обошел я в тот день все максимовские достопримечатель­
ности Парфеньева. Оглядел одноэтаж­
ный деревянный дом с шестью окнами по фасаду, в котором он родился (по улице Ленина, 46), забрел и в библио­
теку, носящую имя Сергея Василье­
вича Максимова. К сожалению моему, ни одной книги Максимова в фондах не числилось . ... Зато осенью, вернувшись в Моск­
ву, при первом же своем выезде в Ис­
торическую библиотеку я заказал сразу несколько томиков из собрания сочинений Максимова. И был возна­
гражден сполна. Начал я со сборника «Лесная ГЛУШЬ», С благоуханного рассказа «Грибовник», будто напитанного аро­
матом боровиков, румянящихся в жарком. темном чреве печи. Передо мной стоял типичный парфеньевский промысловик, который в страдную грибную пору не ленится сходить с корзиной в лес два, а то и три раза на дню, и большой огонь в печи ежеднев­
но разводит в две смены. Так мне это было близко, так понятно, и даже лу­
кавая повадка леснщ'О бывальца­
не называть никому постороннему свои заповедные грибные жилы­
вызывала добродушную улыбку. Или этот его обычай приглашать друзей­
приятелей на первое за лето грибовое лакомство, с непременной приправой в виде охотничьих бахвалок под ла­
фитничек ... А как радовало у Макси­
мова каждое знакомое имя из нашей парфеньевской географии! Вот он и Нею помянул. А вот -
надо же~­
и Сомбас. И сюда забредал его неуто­
мимый грибовник, а значит, на веды­
вался сюда за ним следом и сам писа­
тель. Кстати, он тут же объясняет и необычность этих названий, смущав­
шую поначалу наш слух: « ... память о Мери I осталась только в названии реки, протекающей "АОД горою. Зо­
вется река Неей; принимает в себя невдалеке: Сомбас, Вохтому, Куж­
бол, Ружбал, Монзу и т. П. ». Рассказ. о грибов нике обрывается как бы на полуслове, будто шел до­
бытчик, шурша по траве лапотками, и вдруг растворился между дере­
вьями, по привычке легко ускользнул от преследующего любопытного взгляда ... А этнограф уже о другом человеке затеял разговор -
о местном пастухе, встреченном на опушке ле­
са. И примечаешь раз от разу: это обычная манера Максимова; он словно в кругу друзей пересказывает свои бываJ!ЬЩИНЫ, вывезенные из кост­
ромской глухомани. И, кажется, я ви­
жу внимающих ему слушателей; тут и молодой Александр Островский в пору ранней своей драматургической славы, и мрачновато-нелюдимый по наружности «царь смеха» -
актер Пров Садовский, и Аполлон Григорь­
ев, отложивший в сторону ТОЛЬКО что отзвучавшую гитару, и Иван Горбу­
нов -
мощный и неугомонный со­
ревнователь Максимова в искусстве простодушного рассказа из народного быта. Они все любили, подзадоривали друг в друге эту ненасытимую тягу к народности, ко всякому свежему наблюдению, взятому без подмесу из житейских первоистоков. Они все блаженствовали в своей родимой ре­
чевой стихии, благодаря судьбу, что возросли в самой гуще словотворче­
ской, и всегда имеют чем поделиться, только хватит ли времени у кого на свете для слушания их русской Ше­
херазады ... 1 М е р я -
финна-угорское племя. жившее в первом тысячелетии нопой эры в Волго·Окском междуречье. На рубеже I-~II тысячелетия СЛИ.ГlOСЬ СО славянами. И Максимов -
современники вспо­
минали -
постоянно так поступал: сначала проверял впечатления от своих бесконечных путешествий по России на слух, в малом кругу лите­
раторов-единомышленников, а затем уже отбирал для очерков то, на что собеседники душевно ОТRЛикну-
лись. . Его называли первым, лучшим оте­
чественным писателем-этнографом, его труды еще прижизненно были вы­
соко оценены присуждением ему по­
четного звания академика по отделе­
нию русского языка и словесности Российской академии наук. Никто из русских писателей, знаменитых и менее известных, не путешествовал в XIX веке так много и неустанно, как Максимов. Никт(), кажется, не поз на­
комился, не разговаривал с таким ве­
ликим множеством простых русских людей, как ОН,- разве лишь Лев Тол­
стой, но к нему ходили, а Максимов сам в поисках новых человеческих знакомств ходил и ездил -
из года в год, из десятилетия в десятилетие. Это не были кратковременные коман­
дировки, под стать теперешним. Это были отлучки порядочные, иная год занимала, иная и побольше. Не зря одну из лучших своих книг назвал он «Год на Севере». Трудно кому-либо тягаться с Мак­
симовым и в богатстве освоенной рус­
ской географии. Он будто решил по­
соревноваться со своим родителем и побывать. во всех местах, куда лишь парфеньевская почта конверты посы­
лала или откуда их получала. Впро­
чем, получал ли Парфеньев коррес­
понденции из далекого северного Пу­
стозерска? А Сергей Максимов там побывал. Переписывались ли его зем­
ляки с жителями Благовещенска? А он и тут, на Амуре-реке, странство­
вал. Хорошо изучил многие белорус­
ские городки и села, видели его жите­
ли кавказских аулов, беседовал он у ночного костра с волжскими бурлака­
ми, ездил с чукчами на собаках, ра­
зыскивал на реке Мсте могилу знаме­
нитоЙ· новгородской боярыни Марфы Борецкой, встречался в Забайкалье с «семейскими» старообрядцами (благо и сам в зрелые годы вполне мог бы по обличью сойти за старовера: окла­
дистая пышная борода, с большими залысинами лоб, прищуристый взгляд); знаком был с «сергачами» -
бродячими поводырями медведей, гостил в уральских казачьих стани­
цах, записывал старины от архан­
гельских старух; легко находил об­
щий язык с ремесленниками и меща­
нами, купцами и чиновниками, сол­
датами и ямщиками. Уж последних-то на долгих своих дорогах знавал он без счету! Но больше всего занимал его, притягивал к себе, подвигал на новые пути народ на Руси стержневой­
крестьянство. «В деревню я унес свою любозна­
тельность, изучая беСП9МОЩНУЮ ни­
щету, ласкавшую и любившую меня 45 с малых лет. Любовь помогла мне ра­
зобраться: отделить наружное от внутреннего. Деревня лыком подпоя­
сана, мочалами окутаны .ноги, молча­
ливая,безответная, сосредоточенная в себе, скрытная, подслеповато видит, как будто слабо мыслит, мало думает. Оказалось на деле и воочию, что под лохмотьями бьется горячее сердце и что разбросанный хлам есть не что иное, как вчерашние следы неустан­
ной борьбы на жизнь и смерть с су­
ровой природой, что эта борьба руко­
водится изобретательным практи­
ческим умом, направляется богатыр­
скими силами, могучим народным гением. В поисках за этими видимыми следами 11 в подборе доказательств я с наслаждением увлекся на все эти изжитые литературные годы ... " Что за призвание такое -
писа­
тель-этнограф? В каких отношениях находится он с этнографом-ученым или просто с писателем, производя­
щим вымышленные сюжеты и вы­
мышленных героев? Призванием Максимова было бу­
дить у широкого читателя сильную, как инстинкт, неутолимую любозна­
тельность ко всему тому невымыш­
ленному и несочиненному, что нахо­
дится внутри его великого дома­
России. Суздаль, Холуй, Палех -
эти име­
на, ныне всемирно известные, для молодого Максимова и для его коллег были российской глубинкой, дикова­
тым, хотя в некотором роде и приман­
чивым захолустьем. Он знал, что на суздальской земле немало водится кустарей-иконников, что во множест­
ве пишут иконы в Холуе, хотя и по­
проще пошибом, чем работы соседних палешан. Но даже не сами эти мастера и их работы привлекали его сюда. Ему хотелось сойтись как можно ближе с той сравнительно небольшой (а мо­
жет, и не такой уж малолюдной?) группой людей, о которых слыхал он в народе байки одну другой занятнее и представители которой ему иногда и самому на глаза попадались. Это были легендарные офени -
выходцы из владимирских крестьян, бродячие перекупщики и торговцы мелким то­
варом, в том числе холуйскими и па­
лехскими иконками. Мало ли на Руси людей пробавлялось малодоходной торговлишкой? Однако офени были на особом счету: про них упорно говори­
ли, что ведом им особый тайный язык, офенс~й, употребляемый только в своем кругу, для обделывания всяких махинаций, для передачи чрезвы­
чайных известий. Можно ли этот секретный язык опи­
сать, выявить его словарный запас, составить о нем достаточное грамма­
тическое понятие? Увлеченный за­
манчивой задачей, Сергей Максимов переодевается в платье семинариста и едет через Владимир в Вязники, что­
бы оттуда уже попасть в заветный Холуй. Дерзкого разведчика подчас подстерегала нешуточная опасность 46 со стороны подозрительных офеней, и все-таки в первые же дни непосред­
ственного знакомства с ними ему уда­
лось -
всякими правдами и неправ­
дам и -
выведа'Гь более тысячи слов тайного языка и определить их значе­
ние. Конечно, замысел офенского ра­
зыскания от начала до конца экзо­
тический. Это было первое и послед­
нее в жизни Максимова «путешествие С переодеванием». Не это в его натуре -
прикидывать­
ся не тем, кто он есть на самом деле. И с полным правом говорил он о себе позднее: «Никогда я К ним (то есть простолюдинам) не подлаживался, не подлизывался, не подпускал слаща­
вости -
терпеть' этого мужик не мо­
жет,-
а всегда ладил с ними, узна­
вал, что мне требовалось; случалось, брал шутками, прибаутками; прихо­
дилось и подолгу бражничать с ними. Народ видел, что я не хитер, что не зубоскалил с ним от нечего делать, да и приязнь МОЮ К нему, душевное рас­
положение чувствовал и понимал». Юношеская тяга к таинственному, исключительному, стоящему на голо­
ву выше жизненной обычности, усту­
пила во благовременье место другим идеям и иным воплощениям: главным героем Максимова становится обык­
новенный русский человек . .он будто любуется тем, что этот корневой че­
ловек везде, на громадных простран­
ствах России, в разных природных и климатических условиях, в хло­
потном соседстве с различными на­
родами и племенами, несмотря на частые обиды и утеснения со стороны властей, неизменно остается самим собой -
спокойноj1:, уверенной в нуж­
ности своего труда нравственной си­
лой, неспешно, но неуклонно осу­
ществляющей право на серьезное участие во всечеловеческой истории. Повествуя о таком человеке, Мак­
симову ничего не приходится приук­
рашивать. Сама жизнь подсказывает истории одна другой. выразительней. Вот лишь одна из них, которую, по­
жалуй, иному романисту вполне мож­
но было бы развернуть в целую «рус­
скую Робинзонаду». Промысловые заботы поморов заставляли их наве­
щать и отдаленные острова Барен­
цева моря. С небольшого судна, при­
тертого льдами к Шпицбергену, пе­
ребралось на сушу для предваритель­
ной разведки четверо бывалых добыт­
чиков. В нескольких часах ходьбы от берега нашли промысловую избушку, пригодную для размещения артели. Радостные возвращались они к месту высадки, но тут, к отчаянию своему, обнаружили, что судно их унесено (или раздавлено?) льдами. А у них с собой всего двадцать фунтов муки да ружья с самым малым запасом зарядов. И все-таки надо было вы­
жить! Они подготовили избушку к зимним стужам, научились выпари­
вать соль из морской воды, доставали из-подо льда ложечную траву, чтобы спасаться от цинги; к счастью, на ост­
рове водились олени, сюда в обилии прилетали птицы, и рыбу ловить было нетрудно; в поисках пищи и дров они научились бегать, как заправские ско­
роходы; когда истлела на них одежда, приноровились выделывать звериные кожи, шить из них рубахи, порты и шубы, тачать сапоги; 'на белых мед­
ведей ходили с самодельными рога­
тинами, порох берегли для оленей; они так привыкли к мясу, ЧТО потом, вернувшись домой, не могли больше есть хлеба ... Трудней всего было пере­
носить зимние стужи и метели. «Ког­
да стихали пурги, единственный вы­
ход из избушки -
в потолочное от­
верстие, через которое выходит дым. Дым в таком заточении -
неумоли­
мый враг, потому что не BceГJTa сво­
бодно выходит. Чем морознее стано­
вится . на дворе, тем непрог ляднее в избе: каменка при этом испускала пурпурово-красные пары, дыхание человека походил о на выстрелы из маленького пистолета. Припасы все леденели». Так они провели шесть лет и три месяца. Правда, один из них, отли­
чавшийся болезненной тучностью, не дожил до дня, когда его товарищи завидели на горизонте парус, развели на берегу костер и стали размахивать длинным шестом с привязанной К не­
му оленьей шкурой и кричать. Домой возвращались -
как поло­
жено истинным промысловикам -
не с пустыми руками: один был наряжен в мешковатую шубу из черно-бурых лисиц, что тысячи на три тянула по петербургским ценам, на другом была шуба из белых лисиц. Кроме того, везлИ десяток шкур белых медведей, двести оленьих кож, множество белых и синих лисиц, пятьдесят пудов олень­
его жиру. Случись такое в наши дни, о них наверняка бы писали в газетах и жур­
налах, наперебой брали бы у НИХ ин­
тервью, показывали их пр телевиде­
нию. Может быть, их потомки бороз­
дят и сегодня волны Белого и Барен­
цева морей? Вот фамилии четырех поморов: Алексей Хильков, Степан Шарапов, Федор Вершин, Иван Хиль­
ков. Максимов всегда особенно зорок к тем проявлениям народной жизни, когда обстоятельства испытывают человека на прочность. Угол его зре­
ния на предмет можно, пожалуй, оп­
ределить как своего рода «нравствен­
ную этнографию», и недаром один из современников так сказал об этом его призвании: «ученым-этнографом он не был, не измерял черепов, не опре­
делял обхватов груди и длины конеч­
ностей, НО ТО, ЧТО ОН мерил, и ТО, ЧТО нельзя смерить никаким другим при­
бором, кроме человеческой чуткости и таланта, была душа народная, на­
родная психология, народное миро­
созерцание». Он упорно нащупывал свое искомое там, где можно было го­
ворить о таких постоянных свойствах народного духа, как нравственная вы-­
носливость, терпеливость во имя высших нужд (но не пресловутая все­
терпимость!). Спускаясь на лод:"ах вниз по Амуру, посещая только что отстроенные и за­
селенные казачьи станицы, он радует­
ся умению русского человека укоре­
ниться на новой, трудной для него земле, на старых пепелищах, где два века назад селились люди Хабарова. Разговоры почти в любой станице сводятся к нескольким главным те­
мам: как земля рожает, теплы ли из­
бы, здоровы ли детишки, дружно ли соседствуют казаки с орочонами, ло­
вятся ли зверь и рыба, не падает ли скот, не беспокоят ли насекомые, кры­
сы, змеи, нет ли баловства с китайско­
го берега ... И раз от разу, несмотря на кажу­
щуюся монотонность вопросов и от­
ветов, прибывает чувство новизны, небывалости происходящего. Не зря же так стремился сюда путешествен­
ник! Ему удалось узреть, как Россия, вроде бы уже давно заматеревшая в своих берегах, движется, прирастает освоенными, окультуренными прост­
ранствами, отнимая их у дикой при­
роды. Может быть, вспомнилось ему, глядя на все это, что когда-то и его предки впервые заселялись среди костромских лесов, на той же самой Нее-реке, валили лес под пашню, кор­
чевали пни, разбивали огороды, оку­
нали в воду плетенные из ивняка вер­
ши ... Неутомима эта поступь в веках. Неколебима в народном сознании за­
поведь о том, что доброе зерно должно быть очищено от плевел и собрано в житницы. Но не только умение собирать и приумножать привлекало и ободряло его, куда бы ни приезжал. Не однаж­
ды на печальных сибирских этапах, оглашенных «Милосердной»-песней каторжников, видел он и то, как умеет русский "еловек отдавать иногда и самое ПОСJ!еднее свое: « ... несет к ним (каторжникам) посильное подаяние всякий. Несет и знакомая мне старуш­
ка Анисья. у которой единственный сын погиб ,ш Ам.уре, которая от мно­
гих лет и от многих несчастий ушла вся в сердце и живет уже одним толь­
ко сердобольем и говорит одними только вздохами. У нее нет (я это вер­
но знаю), никаких средств к жиз­
ни, нет и сил, но откуда взялись пос­
ледние, когда она заслышала на ули­
це эту «МИJ!осердную», откуда взя­
лись и деньги, когда бабушка моя очутилась на глазах проходящих. Дает бабушка деньги из скопленных ею на саван и ладан, дает она эти день­
ги, стыдится -
и прячется, чтоб не видали все ... Всем в ответ пропоют ужо арестан­
ты за деревнею такую коротенькую, но сердечную благодарность: Должен вечно бога молить, Ч то не забываете вы нас, Бедных, несчастных невольников!» Горе кабалит, сочувствие лечит, улыбка здоровит. Сам по натуре чело­
век безунывный, J!юбящий пошутить в дружеском кругу, Максимов и в ге­
роях своих ценит это испоконное уме­
ние объехать беду веселой прибаут­
кой, осмеять собственное невезение. Вот в сумерках набреJ! он на бурлац­
кий костер и заслушался россказнями apтeJ!bHoro балагура-вятича. Ему по­
ясняют, что это заГJ!авный бурлак, по-ихнему «шишка». Ну И ядрен же «шишка» ублажать словцом честную компанию! Смех то и дело вскипает над костром, под говорок БУРJ!ящей ухи. А непростое у «шишки» место -
в первую лямку впnягается, грудь надрывает пуще всех. ~aM он так об этом изъясняется: «-
Дело бурлачье, почтенной че­
ловек, такое выходит: что пять тебе алтын да из боку ребро -
вся тут и сказка. Идешь себе путиной да и ду­
маешь: шел -
перешел, кабы день прошел, а уж об этом не кладешь за­
боты, что тебе завтра есть дадут, а ино смекаешь, что большая-де сыть брюхо портит, да ведь и опять же мно­
го есть -
велика честь, не назовут бо­
гатырем, а объедалой. Дома, почтен­
ной человек, безотменно лучше, чем здеся!» Как всякий подлинный и не крат­
косрочный путешественник, Макси­
мов по горло был СЫТ дорожными тя­
гостными впечаТJ!ениями, личными неурядицами. Он и сам, как тот бур­
лак-лямочник, не раз поминал в мыс­
лях дальнее свое столичное приста­
нище. Просиживал на станциях томи­
тельные часы в ожидании экипажа, трясся по колдобинам на жестких возках, СУТУЛИJ!СЯ на сырой J!ОДОЧНОЙ скамье неделю-другую, знавал и ши­
рокие пыльные тракты, и проселки, и простецкие тропки, и полную без­
дорожь. Но, кажется, за всю скитаJ!ьческую жизнь не было у него такой тяжелой дороги, как та, одна из первых, зате­
рянная где-то в офенской вотчине. Он с новым своим приятеJ!ем-коробейни­
ком торопился на ярмарку, да жара стояла невыносимая, и дорога к тому же пролегала местами гиблыми, бо­
лотистыми. И не дорога вовсе, а волг­
лая гать ... Где два-три бревна лежат бок о бок, встык со следующими, а где и бревен не хватило, хворостом загачена топь. TeJ!ere тут не проехать, и вершник не всегда рискнет, а пеший пробежит, ловко переступая по сколь­
зким бревнам. Гать -
стариннейшая на Руси дорога через топкие, низмен­
ные места. Много сотен верст таких гатей посгнило за века, но снова их ПОДНОВJ!ЯЛИ, ладили по старым KOJ!e-
ям на великом пространстве от Нов­
города до Каменного пояса -YpaJ!a. Были гати широкие, могутные, под стать мостовым, были и простенькие, четырем лаптям. не разминуться ... И он шел тогда вдогон расторопному офене двадцать верст и больше, и ус­
тал уже вконец, запросился полежать. Но офеня воспретил: «-
Не ложись, все дело испор­
тишь: не дойдешь потом: это уж ра­
бота такая -
знаю я ее!» Так он во всю жизнь и не ЛОЖИJ!СЯ на полдороге, нес исправно свой тя­
желый -
от избытка собранного­
писательский короб. Зато и ПРОЖИJ! семьдесят годов, даже в новое столе­
тие заглянул, радовался негромкими писательскими радостями -HeMaJ!o успел из собранного напечатать при жизни своей. (Посмертное собрание сочинений С. В. Максимова ВЫШJ!О во «Всемирной библиотеке», соста­
вило двадцать томов.) Он никому не навязывался в учи­
теля, считая себя рядовым работни­
ком отечественной. этнографической ШКОJ!Ы. НО его «Бродячая Русь Христа ради», безусловно, повлияла на некра­
совскую поэму «Кому на Руси жить ХОРОШО», а «Сибирь и каторгу» вни­
мательно изучал Чехов, высоко це­
нивший талант Максимова. Любимой книгой русского юношества уже при жизни Сергея Васильевича CTaJ!a художественная энциклопедия рус­
ского хлебопашества, собранная им в ОДИНОЧКу,- «Куль хлеба и его похож­
дения»l. ... И припомнилось мне еще из наше­
го парфеньевского житья: не J!юБИJ!И мы ходить в город проселком, пред­
почитая ему более живописный путь. Спустишься к Сомбасу, перебежишь его по шатким лавам, вскараб­
каешься на горушку, а там, снова нырок в сыроватый лес, и в нем узкая гатная щелка; нога ступает на одно бревно, другая -
на соседнее, легко и весело шагается гатью. Я оттого еще предпочитал этот путь, что увидел тогда гать впервые в жизни, и стало мне наконец ясно, что же это такое -
«мосты мостить И гати гатить». Она кончаJ!ась на краю картофельного по­
J!Я, потом тропа прыгала в заросли цветущего кипрея, взбегала на взго­
рок, и оттуда уже БыJ! виден древний Парфеньев, стоящий на холмах и в укромных долах, уютно J!епящий свои дома и огородцы вокруг белой, с зеJ!е­
ными куполами, недавно отремонти­
рованной церкви ... А ведь мальчиком этой же самой тропой, этой же самой гатью наверняка ХОДИJ! в свои первые недальние путешествия и Сергей Мак­
симов. И ВОН В какие дальние даJ!И завлекла его пробужденная в детстве жажда познать свою Родину. И оттого особенно мила мне память о той укромной дорожке. Даже в жар­
кие полдни было на ней прохладно. ВJ!ажно темнели в траве длинные бревна, скрепленные металлическими скобами, слепни гудели как-то миро­
любивей, чем на солнцепеке, ноша не резала плечи, шаг был легок ... I В наши дни издавался сборник С. В. Максимова «Крылатые слова»; к 150-летию со дня рождения писателя (1831--1901) издательством «Советская Россия» подготовлен однотомник его избранных сочинений. 47 кая канава, оставленная брюхом. Те­
ло безволосо, только редкие щетинки покрывают морду, торчат из ушей, да метелка из волос украшает кончик хвоста. Словом, вот он, весь на виду: огромный, неуклюжий, шумный. Знают о нем люди давно и вроде бы все. Бегемота в сценах охоты изобража­
ли еще древние египтяне. Римляне запускали его на гладиаторские арены вместе со львом рыкающим и злым волком. Вот как писал журнал «Вокруг све­
'га » в 1891 году об этом животном: «В отдаленные времена гиппопотам водился во всех реках Азии и Африки. В настоящее время это животное встречается только во внутренних частях Африки, редко посещаемых европейцами. Оно бежит от шума пароходных колес в отдаленные пустыни, где бе­
дуин мчится на своем быстром коне, где привольные реки сохранили еще довольно тени и простора и где маи­
совые поля служат для него обиль­
ными пастбищами . .. . Людям гиппопотам не делает вреда. Он только портит плантации, в особенности рисовые поля, так как пита е тся исключительно раститель­
ною пищею. По своей натуре он крот­
кого и робкого характера, но зато ког­
да о н бывает раздражен, то стано­
вится у жасен. Мясо и жир гиппопотама очень вкусны. Из толстой кожи его негры делают щиты, непроницаемые для стрел и копий, а бивни его имеют до­
во л ьно большую ценность и идут для фабрикации иск у сственных зубов. Вс е эт о заставляет жителей о х отиться на гиппопотама ... » Хо тя зо о л оги приписывают его к о т да л енны м родичам свиньи, е г о и м е­
н у ют «Hippopotamus amphibius», что бу квальн о переводится как « речной к о нь ». Животно е проводит большую часть жизни в воде и являет собой у бе жд е нного вег е тарианца. Выходит о н пастись на сушу преим у щественно н о чью, может пробыть в полном по ­
гр у ж е нии ч е тыр е- пять м инут, а дни М. К О Н Д Р А Т Ь Е В А ГДЕ ГУЛЯЕТ ГИППОПО? ОТДАЛЕННЫЙ РОДСТВЕНIШК СВИНЬИ [8 толь заметно это животное, пред п очитающее к тому же жить огромными стадами, столь неохотно покидает облюбо­
ва нны е угод ь я, ч т о, казалось бы, в его жи т ье-бытье д авно не осталось секретов дл я н аблюдателей. Его труд­
н о н е п риметить: среди сухопутных г и гантов животного царства он спо­
рит за второе (п осле слонов) место 48 лишь с огромным индийс к им н осо ­
рогом. у бегемота, конечно, дл я э т ого в се основания: пять метров в д л ин у и полтора в высоту, и весит он д о тр е х тон н. Г игантское его те л о п о д де р ж и­
вают короткие колонно п одоб ны е н о ­
ги, каждая с чет ыр ьмя шир о к о р а сто­
пыренным и паль ц ами, а на них н о гти, похожие н а ко п ыта. О тп е ч а тки о т­
дельных копыт встречаютс я р е дк о. Тропа бегемотов в болотно й гр я зи -
это две глубокие колеи, пр оложе нны е ножищами, а между колеям и широ-
проводит, нежась в полусне на от­
м е ли или в воде, выставив наруж у лишь гл аз а, у шки и н оз дри да пл о ­
ск у ю п о в е р х н ос ть г о ловы и с пины. Е с ли с т а д о что-т о т р е в ож ит, он о у да­
л яе т с я в тр ос тник о вы е зар ос ли. Н о а гр е с с ивный хар а кт е р самц о в, р е в, р а з м еры, пов е д е ние их в о время битв плюс л е генды африканских на­
родов заставляли д у мать, что самый кр у пный из самцов и е сть пр е дводи ­
т е ль с тада. При тщат е льных иссл е ­
дов а ни я х выяснил о сь, что д е ло з десь п ос л ож н ее. СВОД ЗАКОНОВ «РЕЧНОГО КОНЯ» Каждое стадо насчитывает от двух до восьми десятков особей и занима­
ет определенный участок обитания. Центр его -
ясли, где размещаются самки с детенышами, а по периметру «микрорайона» площадки-убе­
жища, где блаженствуют в ленивом одиночестве ,взрослые самцы. Ясли располагаются обычно на песчаной косе или на возвышенном берегу ре­
ки, озера. Особые тропы ведут от убе­
жищ к пастбищам, и каждый самец лично метит свою тропу. У самок свои пути, соблюдаемые не так строго. Организационные дела в микро­
районе самки-бегемоты ведут не хуже опекунского совета. Самка по­
рой наносит самцу визит вежливости без матримониальных намерений. Он волен ответить на него на территории подруги. Бегемот должен входить в ясли, демонстрируя идеальную вос­
питанность. Если одна из присутст­
вующих дам вскочила на ножки, он обязан опуститься наземь. Только когда хозяйка снова уляжется, он мо­
жет'С достоинством встать. В случае нарушения правил вежливости дама сердца -
при весомой (в тоннах!) по­
мощи подружек -
безжалостно вы­
тесняет его из яслей. МЛАДЕIЩЫ УЧАТСЯ ХОДИТЬ Пресловутая грубость бегемота оказывается просто клеветой на него. В один прекрасный день самка выхо­
дит из яслей, чтобы найти друга на ближайший сезон. Младенец родится спустя 210-
255 дней. Его длина -90 сантиметров, высота -
около полуметра, а вес-
25-30 килограммов. Через пять ми­
нут после выхода на свет малыш уме­
ет ходить, бегать и плавать. И тем подтверждает,. что бегемоты от рож­
дения крепко стоят на ногах. За пределами яслей новорожден­
ного ждут суровые правила общежи­
тия в стаде, и самки сразу начинают воспитывать малыша в соответствую­
щем духе. Для начала его выводят на прогул­
ку, но не на общую тропу, а просто так, побродить. Правила поведения неписаные, но строгие. Малыш обя­
зан идти вровень с шеей матери, что­
бы она, не поворачивая головы -
бе­
гемот на это не способен,- не спуска­
ла с него глаз. Мать ускорила шаг, малыш делает то же. Она останови­
лась, должен остановиться и он. В воде малышу лучше держаться поближе к матери; она успевает под: ставить собственную тушу в случае, если ее отпрыск наткнется на раздра­
женного взрослого бегемота. Потом, когда мать поведет семью на пастби­
ще, он должен идти за ней по пятам. Если мамаша многодетна (а это слу­
чается, так как молодняк живет при 4 «Вокруг света» N2 ,1 О родительнице несколько лет), мла­
денец следует прямо за ней, осталь­
ные гуськом в порядке «старшинства наоборот». Младшие обязаны подчиняться ро­
дительнице беспрекословно, и. нака­
зание настигает нарушителя немед­
ленно: наблюдали, как мамаша толка­
ет провинившегося головой, сшибает с ног, беспощадно катает по земле и порой ранит зубами. Трепка длится, пока виновный не смирится полно­
стью, Наличествует в стаде еще одна де­
таль достаточно хорошо организо­
ванного «микрорайона». Когда мать покидает ясли по кормиться, она ос­
тавляет свой выводок на попечение другой самки, под присмотром . кото­
рой, возможно, уже есть детишки­
свои или родственниц, Молодь одного В9зраста играет друг с другом, самочки с младых ног­
тей обожают прятки и катанье по склону в воду на негнущихся ножках. Мальчики-гиппопо помимо общих игр устраивают тренировочные пота­
совки, готовясь к будущим нешуточ­
ным битвам. Когда молодой самец вырастает из ясельного возраста, ОН должен найти себе площадку в кольце других, уже занятых. Здесь, на выселках, ему предстоит в яростной борьбе завое­
вать место в семье. Если кто-то из взрослых очень уж груб с новоселом, он снова ищет убежища в яслях, где его опять, как в детстве, охранит объе" диненное общественное мнение ма­
маш. Уж не матриархат ли царит у гиппо­
потамов? ЖЕСТОКАЯ СКУКА Может быть, мнение о лености бе­
гемота зародилось не случайно. Как не назвать лентяем существо, которое лежит без дела целый день и -
оче­
видно, от жестокой скуки -
зевает? Стон:т ор.ному из купающихся самцов разинуть смахивающую на огромный сундук пасть, и тут же. его сородич реагирует с завидной быстротой. он или отвечает ему столь же протяж­
ным зевК(~м и идет на сближение, или с достоинством отступает на другой конец купальни. Но дело в том, что зевок этот предваряет весьма актив­
ный вид деятельности бегемота и оз­
начает готовность к бою. Разъяряя себя зевотой, сопровождаемой гро­
хотом упавшей крышки от сундука (хотя откуда ему взяться в африкан­
ском бо)),оте?) и свинячьим хрюкань­
ем, зачинщик поединка бороздит .bO-. доем, выставив над водой в виде на­
блюдательных приборов ушки, нозд­
ри и выпуклые глазки. Скорость пе­
редвижения многотонной амфибии в воде несравнима с наземной. И со­
перники-бегемоты, 'и люди в лодках это понимают 'и принимают' к сведе­
нию немедленно. Здесь стоит сказать о некоторых удивительных достоинствах шкуры бегемота. Мало того что она имеет толщину 5-1 сантиметров, под ней скрыт мощный слой жира -
подвиж­
ный, полужидкий. Он-то и придает животному в воде и болотной грязи скорость, маневренность, плавучесть. Неуклюжий на берегу, он куда как ловок в воде. Жир этот к тому же охраняет сам­
цов от тяжелых глубоких ран. Самки облачены в более легкие покровы, хо­
тя жира и у них хватает. Поджарость и изящество для бегемотов пагубны­
не хватает у тощего сил поддержать мускулами грубый костяк на суше. Жир, выделяющийся в виде розовых капель через глубокие поры, служит прекрасным увлажняющим лосьоном от иссушения в жару; «Кровавый пот», как его называют, прекрасно за­
меняет бегемоту другие вн:ды'покры­
тиЙ. Курс косметики толстокожего­
после грязевых ванн, купаний, жиро­
вой смазки -
завершают хрупкие элегантные белые цапли; Они то1\.­
кутся на спинах дремлющих гигантов вовсе не для украшения: попросту выклевывают из складок шкуры ла­
комых насекомых. И тем доводят ежедневный косметический сеанс до полного совершенства. Однако вернемся к ристалищу. Лю­
бопытных свидетелей «ближнего боя» двух самцов-бегемотов, прямо скажем, нашлось немного. Но' и С' почтительного расстояния в полки­
лометра прекрасно видно, как огром­
ные туши встают на дыбы над водой, как распахнутые пасти обнажают pa~ зящие клыки, как рушится в воду с пушечным грохотом раненый сопер­
ник. Рык боли и ярости далеко раз~ носится над водой. Но самцы вовсе не останавливаются, нанеся друг дру­
гу почетные шрамы. Один должен уйти. Если в бою ему сломали ногу, это смертельно: тяжеловес не сМОжет передвигаться посуху к пастбищу и умирает от голода. ПРИСКОРБНАЯ РОЛЬ БИФШТЕКСА Задолго до того, как возникло само . название «хиппопотамус», непово­
ротливый вегетарианец был не столь­
ко лакомым, но главное, весомым мясным блюдом для местного насе­
ления. Путешественники отмечали, что «речной коны) практически ли­
шен природных врагов волею самой Натуры, как именовался в прошлые века комплекс экологических поня­
тий. ЛИШЬ лев иной раз рискнет на­
пасть на суше на неуклюжего ране­
ного вегетарианца. Но маленький хитроумный человек, сложив свои потребности и навыки, издавна. и ус­
пешно добывал к столу многотонных' гигантов. .' .. . Впутевьцс записках Ливингстона­
они публиковались в «Вокруг света». в 1866 году -:-
так описывютсяя взаи~· 49 Трио бегемотов шествует по набе­
режной сквозь скопище корморанов, пеликанов и чаек. моотношения · бегемота и местных охотников в среднем течении реки Замбези: « ... начальник приказал разостлать для нас под навесом циновки и потом показал нам орудие, которым они бьют бегемота; это короткий желез­
ный гарпун, прикрепленный к концу длинного шеста; но так как он пред­
назначен для метания, то и привязан на крепкой бечевке из коры милола или гибискуса, которая плотно нави­
та по всей длине шеста и прикрепле­
на к противоположному концу его. Два человека тихо подкрадываются на быстром челноке к спящему жи­
вотному. Стрелец бросает гарпун в беззащитную жертву, между тем как проворный кормчий быстро отводит легкий челн своим широким веслом; сила удара отделяет гарпун от его об­
витой бечевкой рукоятки, к которой иногда прикреплен наполненный воз­
духом плавательный пузырь и кото­
рая, когда покажется на поверхности, указывает охотнику место, где, при­
жавшись, скрывается раненое живот­
ное, пока с ним не покончат». И далее: « ... многие племена питают к мясу бегемота столь же великое отвращение, как магометане к свино-
50 му мясу. К этому классу принадл е ­
жал наш кормчий Сциссорс; ОН ни ра­
зу не хотел варить СЕоей пищи в кот­
ле, в котором побывало мясо бегемо­
та, и охотно выносил голод, пока не находил другого, и, однако, он охот­
но торговал клыками этого живот­
ного ... .. . Эти охотники часто уходят на да­
лекие промыслы, забирая в челны своих жен и детей, кухонную утварь и постели. Если они напали на хоро­
шее для охоты место, то устраивают на берегу временные хижины и сушат здесь мясо дичи, которую успели убиты>. Как видно из ЭТИХ охотничьих рас­
сказов, нет ничего легче, чем прикон­
чить бегемота. Прошел век, перева­
лил за середину другой. В 70-е годы века ХХ наблюдатели с горечью от ­
мечают: «Когда -т о весьма многочис­
ленные обитатели могучих африкан­
ских рек, бегемоты теперь не встре­
чаются к северу от Хартума и к югу от Замбези, исключая немногие и быстро сокращающиеся зоны тропи­
ческих и субтропических заповедни­
ков» 1. 1 О проблема х выживания кр у пн е йши х м л екопитающи х см. также: « Вокр у г с вета », 1981, NQ 6. И э н Ll у г л а с -
r а м и л Ь ­
Т О Н « Как шагреневая кожа »; 1981, NQ 7. Д ж о н Г. Д э в и с « Толстокожие, но бе з­
защитные ». Н ес м о тря на было е прен е брежение к мясу «родича свиньи», на суеверное уваж е ние, на почт е ние к размерам, на то, что сорок огромных «зубок» (до 60 сантиметров длиной каждый!) не составляют теперь вожделенного то­
вара для местных дантистов, жители болотистых местностей тропической Африки и сейчас видят в бегемоте врага сельхозугодьям и ... пищу. Итак, время действия -1975 год, место -
среднее течение реки Нигер, окрестности Гао. Турист-фотограф с ообщает: « ... Я услышал о предстоящей охоте на бегемота. Время от времени власти дают лицензию на добычу животного. Официальная причина -
данный бе­
гемот повинен в потоплении лодок, везущих на местный рынок продав­
цов и покупателеЙ. В общем-то, охо­
тятся здесь давным-давно с ружьями, Но на этот раз люди племени сорко решили подтвердить признанное за ними -
с седьмого века! -
искусст­
во охоть! на бегемота с гарпунами, В селении Ансонго во з ле дюжины пирог нас поджидало полсотни охот· ников сорко. Блестели заточенные до бритвенной остроты наконечники в немногих заповедниках находЯ7 себе убежище стада «хиnnоnотамус амфибиус», животно г о убывающего вида. гарпунов и острог. Ядом решено не пользоваться -
мясо бегемота пойдет в пищу. На шеях охотников болтались зам ­
шевые ладанки с амулетами. Жерт­
венные цыплята оглашали реку не­
уместным квохтаньем, когда вся рать поплыла по течению. Как только за ­
метили первого гиппопотама, пироги пристали к берегу для очередной серии за клан ий и заклинаний. По знаку кормчего первого судна охот ­
ники пали на песок. Вожак швырял оземь камни, бормотал заклинания, принес в жертву цыпленка покрови­
тельнице местных вод «ду». Наконец вновь пустились к дрем­
лющему гиганту. Серия . гарпунов пролетела мимо. Один воткнулся в шкуру животного. Нырнув, гигант ушел под одну из лодок. Челн разле­
телся над водой в щепу. Еще мгнове­
ние, и наша лодка вздыбилась над водой, хрустнуло дно, вода хлынула внутрь. Команда с обоих бортов си­
ганула в воду и саженками замахала к берегу. Я замер, ожидая второй и; конечно, последней атаки. Но гигант предпочел располовинить третью пирогу ... Итоги первого дня охоты были неу­
тешительны. -
Наше оружие уничтожено,­
сетовали сорко, показывая сломанные гарпуны. -
Как и мое,- отвечал я, глядя на груду мокрой фотоаппаратуры и ис ­
порченной пленки. Это привело сорко в прекрасное настроение: они передразнивали ме­
ня, когда я торчал на продырявленной пироге, они называли мое поведение « гордым» И «независимым». Словом, решили считать неудачу ВРЕ:менноЙ. Охота растянулась на три дня. Я достал запасную аппаратуру, сорко изготовили новую порцию гарпунов. Заклинаний про извели еще больше, пустили в ход еще дюжину цыплят. Наверное, поэтому и пирог затонуло больш е. Наконец призвали охотника-стрел ­
ка с нормальным ружьем, и невезу ­
чий гиппопо -
то ли виновный в на ­
рушении дорожных правил, то ли другой -
был прикончею>. ОХ О ТА К ПЕРЕ МЕ Н Е МЕСП Рассказывают легенды о тюленях­
крабоедах, которые без видимых причин забредают по суше далеко от берега
. Иной раз и другие животные одержимы охотой к перемене мест, как знаменитый леопард, замерзший в снегах на вершине горы Килиманд ­
жаро, на высоте почти шесть кило­
метров. И все же совершенно неожи­
данной кажется склонность к пешему туризму у бегемотов. ... Хуберту прославила прогулка, растянувшаяся на тысячу миль, Она отправилась от мыса Сент-Люсия в Зулуленде в 1928 году и брела-броди­
ла до 1931 года, пока не достигла Кап­
ской провинции. Каждый день она останавливалась поваляться в речной или озерной грязи. На всем этом пути она не вступала в контакт ни с одним другим бегемотом. Зато е е ПR,одвиже­
ние отмечали местные газетки, при­
зывая беречь путешественницу. Увы, одержимый охотник застрелил ее в апреле 1931 года. И только при осмот ­
ре выяснилось, что Хуберта -
вооб­
ще-то Хуберт -
самец. Злополучная пуля помщпала миру узнать, сколько бы в конце концов прошел бродяга­
бегемот. Лет десять назад наблюдали отдель ­
ных бегемотов даже на окраинах го­
родов. А один водитель, натолкнув­
шийся на парочку толстокожих воз­
ле заповедника в окр е стностях Найро­
би, был потрясен, измерив по спидо­
метру скорость П5!редвиж е ния их по суше: 30 миль в час! Все шире простираются растущие людские поселения, дороги с грохо­
чущими и пыльными машинами, плантации. Все теснее становятся не­
многие' ареалы обитания «речного коня». Вроде бы в тесноте сегодняш­
него бытия окончательно снЯ1: по­
кров с тайн жизни огромного вегета­
рианца. И все же пристальные науч­
ные исследования приносят новые де ­
тали из жизни гиппопотамов. Лишь во второй половине прошлого века объявился у огромного бегемота брат меньшой «Hippopotamus pyq-
ту» -.гиппопотам карликовый. По­
началу его приняли за уродливого отпрыска бегемота нормального. Он живет только в дебрях западноафри­
канских стран Сьерра - Леоне и Либе­
рии. Там его и приметили, хотя беге ­
мот - карлик (странное название для животного весом до 300 килограммов) в отличие от большого не любит шум­
ных семейных сборищ, живет в оди­
ночку или парами. Обнаружить его было гораздо труднее, может быть, еще и из-за почти черного цвета, А так как бегемот - карлик не такая уж амфибия, земноводной среде он пред ­
почитает заросли подлеска, да и ареа ­
лы его обитания не совпадают с райо ­
нами жизни «хиппопотамуса амфи ­
биуса», то изучать его принялись бук ­
ваАЬНО в наши дни. В нескольких зоопарках мира те ­
перь живут семейные пары карлико­
вых бегемотов. Кое-где, как у нас в Калининградском зоопарке, появля ­
ется у них потомство -
четырех-пя ­
тикилограммовые малютки. Но если бегемотам-пигмеям зооло ­
ги помогают выжить и вдалеке от родных мест, то судьба огромного «речного коня» все больше тревожит умы людей. Его резкое убывание в последние десятилетия уже ни для кого не тайна. Слишком тесным и шумным становится мир вокруг oг~ ромных, вторых (или третьих) по ве­
личине, сухопутных млекопитающих, «речных коней», которые любят ти ­
хие, но обширные заводи, зеленые буйные пастбища, прогулки гуськом по берегу в обществе птиц, любят не­
житься в воде, выставив перископы глаз, ноздрей и ушек ... Где же будет 'Гулять гиппопо? РОДЖЕР ЛАнСЕЛИН ГРИН ЛАНСЕЛОТ И ГВИ НЕВЕРА rn вот совершен был подвиг Святого Грааля, и все рыцари, кто остался в живых, верну­
лись в Камелот. Возрадовался король Артур, увидев их снова за Круглым Окончание. Начало в N. 7-9. 52 Столом, но и опечалился, ибо знал, что близится час, когда королевству логров суждено вновь исчезнуть во мраке. Много сидений осталось незанятыми за Круглым Столом, и на них не появились написанные золотом имена, ибо не при­
ходили больше рыцари, чтобы занять место погибших. И силы зла, которые до этого таились в королевстве логров, вновь стали ожи­
вать, и недолго оставалось царить при дворе Артура духу товарищества и согласия. Теперь, когда сэра Галахэда не было в живых, Ланселот снова стал величай­
шим рыцарем логров, но он сам с горечью помнил, что не удалось ему достигнуть Святого Грааля из-за гре­
ховной любви своей к королеве Гвине­
вере. А Гвиневера заметила, что Лансе­
лот избегает ее и уезжает из Камелота, как только его по зо вет какое-то при ­
ключение. И однажды она послала за ним и сказала: -
Сэр Ланселот, я вижу и чувствую каждый день, что ваша любовь ко мне увядает, и вы всегда с охотой скачете, чтобы помочь любой даме. Быть может, среди них есть такая, кто дороже ваше­
му сердцу, чем я? -
О мадам,- печально сказал Лан­
селот,-
я люблю только вас и никакую другую женщину в мире. Но по многим причинам стремлюсь бежать вас. Когда желал я достигнуть Святого Грааля, мне было дано понять, сколь греховна моя любовь к вам -
супруге моего дорогого господина короля Артура. И если бы не эта любовь, мне явилось бы то, что явилось сэру Гавейну, и я вкусил бы от Святого Грааля вместе с моим сыном сэром Галахэдом, с сэром Пер ­
сивалем и сэром Бор сом. И думаю я так­
же о вашем добром имени, ибо есть за Слева -
статуя короля Артура в доспехах рыцаря nоздnего средnе­
вековья. Рядом -
барельеф, па котором изо­
бражеnы сэр Галахэд. сэр Борс и сэр Персuваль, отnравляющиеся па nоиски Святого Граал.я. Круглым Столом рыцари, которые толь­
ко ждут случая, чтобы принести печаль королю Артуру и позор и распри всему королевству логров. Но тут королева Гвиневера разгнева­
лась на сэра Ланселота и вскричала: -
Все это лживые речи, и теперь я хорошо вижу вашу неверность! Вы устали от меня и нашли себе другую! А потому уходите и никогда больше не появляйтесь подле меня! В вел'икой печали сэр Ланселот уехал из Камелота далеко в глубь лесов Средней Англии, и никто не знал, где он · скитался. А королева Гвиневера позва­
ла к себе десять рыцарей Круглого Стола и сказала им, что поедет с ними майским поездом 1 по лесам и полям близ Камелота, ибо настал месяц май, когда распустились деревья и цветы в лучах солнца, и сердца женщин и муж­
чин также ждут радости и веселья. -
Вы должны выехать верхом, одетые во все зеле ное,- сказала она,­
и я возьму с собой десять леди, чтобы они ехали рядом с каждым рыцарем. И у каждой леди будет дама, чтобы прислуживать ей, а у каждого рыцаря оруженосец. И вот поскакали они вглубь леса, и уздечки их коней сверкали на солнце и звенели, сливаясь с их веселым смехом и пением. Но в тот же самый день доставили ко двору короля Артура на носилках рыца­
ря по имени сэр Уррий с тремя жесто­
кими ранами, которые никто не мог исцелить. У ворот Камелота их встре­
тила леди Нимуе, и она явил ась к королю Артуру и сказала: -
Мой король, этот муж, сэр Уррий, может быть исцелен лишь прикоснове­
нием руки лучшего рыцаря в ми­
ре. Если кто-либо и может исцелить сэра Уррия,- ответил король Артур,­
ТО это, верно, должен быть рыцарь моего двора, ибо никого лучше в этой стране нет, не считая только сэра Персиваля, который стал теперь королем в Карбоне­
ке. И чтобы подвигнуть всех, я сам пер­
вый коснусь его ран, хотя знаю, что недостоин исцелить его, а затем пусть попытаются сделать это все подданные мне короли, герцоги, графы и рыцари. И вот все рыцари Круглого Стола по очереди коснулись сэра Уррия, но ни один не мог исцелить его. -
Где сэр Ланселот Озерный?­
спросил тогда король Артур.- Ибо если и он не сможет сделать этого, то нет, I М а й с к и й п о е з Д -
празднич -
ный выезд по случаю начала весны. верно, рыцаря, достойного такого свершения. И как раз в это время сэр Ланселот прискакал снова в Камелот. Артур рассказал ему о том, что случи л ось, и просил попытаться вылечить сэра Уррия. -
Нет! -
воскликнул сэр Лансе­
ЛОТ.- Было бы лишь дьявольской гор­
дыней с моей стороны подумать, что я могу преуспеть там, где потерпели неудачу столь многие благородные ры­
цари. -
Решать вам не приходится,- ска­
зал король Артур,- ибо я повелеваю вам сделать это. -
Раз так, благоро д нейший госпо­
ДИН,- ответил Ланселот,-
я н е ослу­
шаюсь вас. И Ланселот стал на колени подле сэра Уррия и, помолившись, возложил руки на три его ужасные раны. И сра з у же сэр Уррий встал, целый и невредимый, как если бы никогда вовсе не был ранен. Все рыцари громко закричали от радости и возблагодарили господа бога за его милосердие. Но король Артур опечалился, ибо вспомнил, как в день первого появле­
ния в Камелоте Ланселот таким же образом исцелил раненого рыцаря и как Нимуе, леди озера Авалон, предска­
зала, что Ланселот вновь свершит такое же деяние, и это будет его последнее деяние перед концом королевства лог­
ров. А пока все это происходило, Гвин е ­
вера со своими рыцарями и леди скака­
ла майским поездом в глубине леса. И был в т у пору рыцарь по имени Ме лиг ­
ранс, который давно люБИ.1 коро л ев у. И теперь, увидев ее в окружении столь малой свиты и ие зная, что Ланс е лот уже в Камелоте, решил, что пришел его час. И выступил он с двадцатью воору­
женными воинами и ста лучниками, и устроил засаду, и внезапно окружил королеву и тех, кто ее сопровождал. -
Предатель-рыцарь! -
вскричала Гвиневера, поняв, что произош л о.­
Вспомните, что вы рыцарь Кр у глого Стола: Вы позорите всех рыцарей, ва ­
шего господина короля Арт у ра, позо­
рите короля Багд е магуса, в а шего отца, меня, вашу королеву, и себя. -
Эти слова м е ня нимало н е вол­
нуют,- закричал сэр Мелигранс,­
ибо знайте, мадам, что я давно люблю вас, но никогда у меня не было такого случая, как этот! Тут десять рыцарей, ехавшие с коро­
левой Гвнневерой, устремились на ее защиту, но они были без доспехов, и скоро все распростерлись, раненые, на земле. -
Сэр Мелигранс, не у бивайте моих благородных рыцарей,- в з молилась королева Гвиневера.-
Я поеду с вами, если вы обещаете не причинять им боль­
ше вреда. Но если вы не обещаете, я лишу себя жизни. -
Мадам,- сказал сэр Ме JIИГ-
ранс,- ради вас я пощажу их, и их от­
ведут в мой замок, где за ними будет хороший уход. и Гвиневеру с е е рыцаря м и в з я л и в замок сэра Ме Jlигранса. Но по д орог е один оруженосец, отрок юный и с м е JlЫЙ, внезапно пришпорил коня и п о лным галопом поскакал в сторону Кам е л ота. И хотя лучники стрелялн в него, он благополучно скрылся и яви л ся в Ка ­
мелот вскоре после того, как JJ а н с е л от исцелил сэра Уррия. Услышав его рассказ, Ланс ел от, который все еще был в доспеха х, в с ко ­
чил в тот же миг на коня и, п у стив его галопом, с крыл с я в туч е ПЫJlИ. Н о недолго проскакал он, как ост а нови л его отряд ЛУЧНИКОfl. -
В а м зде с ь не пройти!- з анрича ­
ли они.~ А если и пройд е те, то то л ько пешим, ибо мы убьем коня под вами! -
Это мало что даст вам! -
ска за л Ланселот, бросаясь в бой. Тут лучники выпустили туч у с тр ел, и конь его паJI на землю с прон з е н ным сердцем, но ЛансеJlОТ вскочил, высвоб о ­
див ноги нз стремян, и бросился на JIУЧНИКОВ, которы е ПУСТИJlИСЬ в ра з ны е стороны т а к, что он никого н е смо г догнать. И он пошеJl по дороге п е шком. Н о его доспехи, копье и щит бы л и т а к тяж е .. JlbI, что он мог двигать с я Jlишь оч е н ь медленно, и все же ничего не ж е л а Jl бросать, опасаясь других Jlов у ш е к МеJlигранса. Вскоре встреТИJl он на дороге дв ух лесников с телегой. -
Любе з ные! -
вскричал Лансе -
JlOT.-
По з вольте мне с есть в ваш у т еле ­
гу! . -
Куда же вы направляетесь?­
СПРОСИJl один лесн ик. -
Поговорит е с сэром Мел игран сом у его замка,- З Jlов е ще отв е тил Л а н ­
с е л от. -
Он наш Х О З ЯИII,- сказал л ес ­
ник -
Мы не ПО З ВОJlИМ вам е х ать в н а ­
шей TeJlere! и с этим лесник взмахнул плетью и разразился бранью. Тут Ланселот уда­
рил кулаком и разбил ему челюсть, так что тот упал на землю замертво. -
Любезный господин,- сказал вто­
рой лесник,- пощадите мою жизнь, и я отвезу вас, куда вы пожелаете. -
Поворачивай тогда lB.:J1U телегу,­
сказал Ланселот,-
и вези меня к замку сэра Мелигранса быстрее, чем тебе когда-либо приходилось ездить. И они двинулись со всей поспешно­
стью. И вскоре дама королевы Гвине­
веры, смотревшая из окна замка Мелиг­
ранса, воскликнула: -
Смотрите, мадам, вот -едет телега, какою пользуются палачи, а в ней доб­
рый рыцарь! И, взглянув в окно, Гвиневера узнала сэра Ланселота по эмблеме на шите. «О, Я знала, что он придет!» -
сказа­
ла она про себя. Между тем Ланселот подъехал к во­
ротам. Он сошел на землю и закричал таким голосом, что его услышали во всех уголках замка: -
Где вы, низкий предатель сэр Мелигранс? Выходите и сразитесь, вы и все ваши трусливые сообщники, ибо здесь я, сэр Ланселот Озерный, готовый вступить_ в битву со всеми вами! Тут Мелигранса одолел испуг, и он пал ниц перед Гвиневерой, моля ее о прощении. И королева сказала, что попросит Ланселота пощадить его жизнь, ибо хочет мира, а не войны. Ворота открыли, и Ланселот ворвался, словно разъяренный лев, в зам(ж, но Гвиневера уговорила его помириться с сэром Мелигрансом, но только после то­
го, как они согласились сразиться в полных доспехах, рыцарь-против рьща­
ря, в Камелоте, в присутствии короля Артура. Тут Гвиневера взяла Ланселота за руку и отвела его в свою комнату, где сняла с него доспехи и омыла раны, нанесенные стрелами лучников. В ту ночь они не уехали из замка. А рано поутру прибыл король Артур со многими рыцарями. Но когда королева Гвиневера рассказала ему обо все,М, что произошло, он также отказался от мести Мелигрансу и согласился на поединок между ним и Ланселотом. -
Быть битве через неделю,- ска­
зал король Артур,- на лугу между Камелотом и рекой. И если кто-либо из рыцарей не явится, то падет на него величайший позор. Затем король Артур сопроводил королеву Гвиневеру обратно в Камелот, а раненых рыцарей доставили туда на носилках. -
Сэр,- сказал Ланселоту Мел'иг­
ранс,- через. неделю в этот день ваша честь и моя получат удовлетворение. И потому прошу остаться сегодня в моем замке, и я устрою для вас коро­
левский пир. -
На это я согласен,- сказал Лан­
селот. Когда настал вечер, Мелигранс при-
54 шел в комнату Ланселота и повел его в залу. Но повел он его там, где устроена была западня. Пол под ногой Лансе­
лота вдруг ушел вниз, и он упал в глубо­
кую темницу, устланную соломой. Там лежал он семь дней и семь ночей, и каждый вечер прекрасная дама при­
носила ему пишу и воду, и каждый вечер она говорила: -
Благородный сэр Ланселот, если вы только пообещаете стать моим госпо­
дином и любить меня, я освобожу вас из этой тюрьмы. Но если вы не дадите такого об.ещания, то будете оставаться здесь' до тех пор, пока не потеряете на­
всегда свою честь. -
Куда как бесчестнее было бы мне купить свободу такой ценой,­
сказал Ланселот.- Король Артур без труда догадается, что только веролом­
ство помешает мне явиться в Камелот. И утром того дня, когда он должен был сразиться с сэром Мелигрансом, дама с плачем пришла к сэру Лансе­
лоту и сказала: -
Увы, благородный Ланселот, на­
прасно я полюбила вас. Подарите мне лишь один поцелуй, и я освобожу вас. -
В таком поцелуе ничего постыд­
ного нет,- сказал Ланселот и, поцело­
вав даму один раз, поспешил из тюрьмы, остановившись только затем, чтобы надеть доспехи, которые она ему по­
дала. Затем он вскочил на коня, ожи­
давшего его во дворе, и галопом поска­
кал в Камелот. -
Увы,-
глядя ему вслед с тихим плачем, сказала дама,- этот поцелуй ничего не значил для сэра Ланселота. Он думает только о королеве Гвиневере! Между тем король и королева со мно­
гими рыцарями и леди собрались на большом лугу у Камелота, чтобы по­
смотреть битву. Пришел назначенный час, но сэра Ланселота не было видно, и сэр Мелигранс чванился и похвалял­
ся, что он лучший рыцарь во всем коро­
левстве логров, а Ланселот -
трус, бежавший от поединка. Он собирался уже возвращаться к себе домой, оставив всех рыцарей Круглого Стола навек опозоренными, как вдруг поднялся шум.и появился Ланселот, отчаянно пришпоривавший своего коня. Приблизившись к королю Артуру, он рассказал о том, как коварно Мелиг­
ранс обманул его, и все присутствующие начали громко позорить сэра Мелиг­
ранса, так что тот наконец схватился за копье и закричал Ланселоту: -
Берегитесь же! Тут два рыцаря разъехались в раз­
ные стороны и по данному знаку со­
шлись, словно две молнии. И сэр Лансе­
лот ударил сэра Мелигранса с такой силой, что тому пришел конец. Великая радость была в тот день в Камелоте, и король Артур перед всем двором благодарил Ланселота за спасе­
ние королевы. Гвиневера же лишь взглянула на Ланселота своими сияю­
щими глазами и шепотом сказала: -
Приходите в мой сад, когда сядет солнце, ибо я хочу поблагодарить вас наедине. Случилось, что Агравейн, брат сэра Гавейна, услышал ее слова. Был он одним из злонравных и вероломных рыцарей, ненавидел королеву и завидо­
вал славе Ланселота. Агравейн расска­
зал об этом сэру Мордреду, своему кузену, сыну королевы Феи Морганы, самому злодейскому рыцарю из всех, ненавидевшему, подобно своей матери, все праведное и всегда искавшему спо­
соб навлечь беду на короля Артура и сокрушить королевство логров. Теперь Мордред решил, что настал его час. В тот вечер, лишь только в лучах заходящего солнца яблони отбро­
сили длинные тени, он и Агравейн спрятались в саду королевы. И вскоре она появилась среди цветов -
прекрас­
нее самой прекрасной розы на свете. Некоторое время она гуляла в саду одна. А затем пришел сэр Лаиселот­
самый могучий и благородный рыцарь в мире. Он стал перед королевой на колени, и она поблагодарила его за спасение от сэра Мелигранса и попро­
сила прощения за свои обидные слова. -
О Ланселот, Ланселот,- тихо сказала она.- С того самого дня, как вы появились в Камелоте; когда я была лишь юной девушкой и невестой короля Артура, я полюбила вас! -
И я полюбил вас в тот же день,­
сказал Ланселот.- И все эти годы бо­
ролся с ЭТОЙ любовью, но тщетно! -
Ланселот,- сказала Гвиневера, и голос ее ДрОГНУЛ,- больше всего на свете я желаю быть любимой вами и принадлежать вам, хотя бы тайно. Я хочу, чтобы вы тайно пришли сегодня вечером в мою опочивальню. -
Леди моя и любовь МОЯ,- сказал Ланселот голосом, полным волнения,­
хотите ли вы этого всем сердцем? -
Да, поистине всем сердцем,- от­
ветила королева. -
Тогда ради вашей любви да будет так! -
вскричал Ланселот. Гвиневера приблизилась к нему и по­
целовала его в губы, а затем поверну­
лась и удалилась, словно скользя среди цветов, потерявших краски и ставших одинаково серыми в сумерках умираю­
щего дня. Ланселот же остался стоять недвижно. Последний луч солнца за­
держался на его лице, и сам он весь исполнился трепетом и радостно вздох­
нул, подумав о поцелуе Гвиневеры. Вскоре он тоже повернулся, вышел из сада и исчез в сгущающихся сумер­
ках. -
А теперь,- сказал сэр Морд­
ред,- пришло мое время! В мои руки эти двое от дают все королевство логров. И в глазах его был недобрый огонек, когда вместе с Агравейном он зашагал в темноту ночи. КОЗНИ СЭРА МОРДРЕДА В тот же вечер в одной из комнат на самом верху замка Камелот сэр Агра­
вейн разговаривал со своим братом сэ­
ром Гавейном, а Мордред стоял тут же в дверях. В комнате горела свеча, и на голых каменных стенах колыхались черные тени, а темные глаза Мордреда мерцали странным блеском. -
Брат Агравейн,- сказал Гавейн, сильно взволнованный,- прошу вас не говорить мне больше о таких делах, ибо не сомневайтесь, что в них я участво­
вать не буду. -
Дивлюсь я, что вы можете позво­
лить случиться такому позору! -
закри­
чал АгравеЙн.- Наш долг -
расска­
зать все королю. И сегодня же ночью Ланселот будет схвачен в палатах коро­
левы и предан смерти за измену! -
Вам внушил это сэр Mopдpeд,~ сказал Гавейн,- ибо он всегда готов зажечь пожар любой беды. Но вы, брат мой, прежде чем идти, подумайте, что может выйти из этого. -
Что бы ни случилось, я расскажу королю! -
закричал Агравейн. -
Увы,- печально сказал Гавейн,­
наше святое королевство логров близко к своей гибели, а благородное рыцар­
ство Круглого Стола -
к усобной войне. Но Агравейн и Мордред вышли и направились к королю. Выслушав все, что они рассказали, король Артур сказал: -
Возьмите двенадцать рыцарей и сделайте то, что должно быть сделано. Но горе вам, если явились ко мне с ложью и наветами! Ибо более горест­
ной ночи в этой стране не было. Тут два заговоршика отправились выбрать себе рыцарей в помощь. А коро­
ля Артура сэр Гавейн нашел несколько часов спустя в полном одиночестве на своем месте за Круглым Столом в пустой зале замка. Слезы лились у коро­
ля из глаз, но он не замечал, как они стекали сквозь седую бороду ему на руки. А сэр Ланселот долго сидел в своей комнате с сэром Борсом И наконец встал и сказал: -
Доброй ночи, любезный кузен. Пойду повидаюсь с королевой Гвине­
верой. -
Сэр,- сказал Борс,- мой вам со­
вет не ходить к ней этой ночью. Почему же? -
спросил Ланселот. -
Я опасаюсь сэра Мордреда, ибо он и сэр Агравейн всегда готовы опо­
зорить вас и принести беду нам всем. -
Я пройду тихо и сразу же вер­
НУСЬ,- сказал Ланселот. -
Да будет с вами бог,- сказал сэр Боре. Тут Ланселот взял под руку меч, закрылся своим длинным меховым плащом и отправился через темный замок к опочивальне королевы. Недолго пробыли они вместе, как сэр Мордред и сэр Агравейн были уже под дверью со своими двенадцатью рыца­
рями. -
Вы изменник, сэр Ланселот, те­
перь вам не уйти! -
закричали они так громко, что их слова можно было слы­
шать во всем замке. -
Увы,- с плачем сказала Гвиневе­
ра,- нас обоих предали! -
Мадам,- сказал Ланселот,-
есть ли здесь доспехи, чтобы я мог надеть их? -
Увы, нет,- сказала Гвиневера.­
И потому боюсь я, что наша долгая любовь приходит к печальному концу. Но Ланселот повернулся к двери и закричал: -
Любезные милорды, прекратите весь этот шум, и я сам открою двери! -
Выходите поскорее, вы, измен­
ник! -
закричали они в ответ. Тут Ланселот обмотал руку своим плащом, другой рукой отомкнул дверь и немного отворил ее. И сразу же ры­
царь -
его имя было сэр Кошреванс -
ринулся вперед, напав на Ланселота. Но Ланселот отразил ЭТQ1: удар рукой, об­
мотанной плащом, и сам нанес Колгре­
вансу такой удар по голове, что тот упал мертвым на пол. Ланселот проворно втащил его в комнату и снова запер / дверь. Затем он снял с убитого доспехи и с помощью королевы надел их на себя. -
Изменник-рыцарь! Выходите из комнаты королевы! -
закричал Агра­
вейн, колотя в дверь. -
Прекратите этот шум! Я иду!­
ответил Ланселот.- И мой вам совет, сэр Агравейн, бегите и прячьтесь! Тут Ланселот широко распахнул дверь и стал на мгновение у входа­
прекраснейший из рыцарей, которых когда-либо видел мир. В следующий момент он был уже в гуще врагов, и меч его сверкал, словно молнии в темных тучах. С первого удара он сразил сэра Агравейна, а затем обрушился на дру­
гих рыцарей так, что они вскоре пали мертвыми, кроме сэра Мордреда, кото­
рый убежал, раненый, с места боя. -
Теперь я ухожу,- сказал сэр Ланселот королеве гвиневере.- Но если какая-то опасность будет грозить вам, не сомневайтесь, что, покуда жив, я спасу вас! Тут Ланселот поспешно уехал из Камелота, и с ним сэр Борс, и сэр Лионель, и многие другие рыцари. Между тем сэр Мордред, весь изра­
ненный, пришел в большую залу, где Артур сидел с ГавеЙном. -
Как могло это случиться? -
спро­
сил КОРОЛЬ.- Разве вы не взяли его в палатах королевы? -
Он и в самом деле был там,­
тяжело дыша, сказал Мордред,-
и совсем без доспехов. Но он убил сначала сэра Кошреванса, надел на себя его доспехи и убил всех, кроме меня. -
О, он и вправду великий ры­
царь! -
печально сказал КОРОЛЬ.­
Увы, что сэр Ланселот против меня. Теперь я вижу, что благородное това­
рищество Круглого Стола разрушилось навеки, ибо многие рыцари будут на его стороне. -
А как же с королевой? -
спросил Мордред.- Она виновна в измене королю и по закону должна умереть на костре. Тут Артур закрыл лицо руками и заплакал. -
Не спешите так,- тихо сказал ГавеЙн.- Откуда нам знать, что Лан-
селот и королева виновны? Быть может, она послала за ним просто для того, что­
бы поблагодарить за спасение от сэра Мелигранса. -
Королева должна умереть, как велит закон,- сказал король Артур.­
И если Ланселот вернется сюда, то и его ждет позорная смерть! -
Тогда не дай бог мне дожить до того, чтобы увидеть это! -
воскликнул ГавеЙн. -
Но он убил вашего брата Агра­
вейна,- сказал король Артур. -
Не раз предупреждал я Агравей­
на,- ответил сэр Гавейн,- ибо знал, до чего могут довести его козни. И он ведь был одним из четырнадцати воору­
женных рыцарей, напавших на одного. И потому я прощаю сэру Ланселоту смерть брата. -
Будьте готовы поутру отвести королеву на костер,- сказал король Артур. -
Нет, благороднейший король!­
вскричал сэр ГавеЙн.- Никогда никто не сможет сказать, что я был среди тех, кто причастен к ее смерти. -
Раз так,- сказал король,- пусть ко мне явятся ваши братья, сэр Гахерис и сэр Гарет И когда они явились, король Артур отдал им свои распоряжения. -
СЭР,- ответили ОНИ,- то, что вы велите, будет исполнено. Но это вопреки нашей воле, и мы пойдем без доспехов и в траурных одеждах. -
Тогда готовьтесь! -
вскричал ко­
роль Артур.- Ибо час настал. И Гвиневеру в одной рубашке отвели к столбу, где все было приготовлено для костра, и многие люди шли за ней в тра­
урных одеждах. Но когда уже зажжен был факел, по­
явился вдруг сэр Ланселот с верными ему рыцарями, расчистил себе мечом путь к столбу и унес королеву Гвнневе­
ру. И, сам не зная того, Ланселот убил Гахериса и Гарета, стоявших у столба в траурных одеждах, без доспехов. После этого сэр Ланселот и все, кто был за него, ускакали в его земли в Северном Уэльсе и укрепились в Замке Веселой Стражи. Теперь королевство логров и вправду было расколото усобной войной, и там, где раньше царили любовь и вера, теперь была ненависть. Остыв от гнева, король Артур горько раскаялся в том, ЧТО столь поспешно осудил королеву Гвиневеру на сожже­
ние, и возрадовался, что Ланселот спас ее. Но закончил ась давняя дружба Ланселота и Гавейна, и на место ее пришла ненависть. --
Клянусь перед богом, что не успо­
коюсь, пока не встречусь лицом к лицу с Ланселотом и пока один из нас не будет убит! -
вскричал сэр ГавеЙн.­
Ибо никогда не прощу я ему убийство моих дорогих братьев -
сэра Гахериса и сэра Гарета, вероломное убийство их, безоружных и беззащитных. А вас, мой дядя, я заклинаю священными за­
конами рыцарства тотчас объявить вой-
55 ну сэру Ланселоту, чтобы отомстить за смерть моих братьев и спасти коро­
леву. Все остававшиеся ему верными рыца­
ри также просили короля Артура начать войну. И наконец он собрал все свои силы, и выступил на север, и шел, пока не достиг Замка Веселой Стражи, и оса­
дил его. Через пятнадцать недель безуспеш­
ной осады случилось, что сэр Ланселот разговаривал со стен башни с королем Артуром и сэром ГавеЙном. -
Милорды! -
сказал он.- Вам не взять этот замок. -
Выходите в таком случае и срази­
тесь со мной в поединке! -
крикнул король Артур. -
Бог не допустит, чтобы я сразился. с благороднейшим королем всех времен, с тем, кто сделал меня рыцарем. -
Ваши любезные речи я теперь ни во что не ставлю! -
закричал король Артур.- Знайте, что отныне я ваш смертельный враг. Ибо вы похитили У меня мою жену, убили моих рыцарей и разрушили наше прекрасное королев­
ство логров. Тут Ланселот просил короля Артура восстановить мир, предлагая отдать ему королеву Гвиневеру и защищать ее честь от всех, кто захочет обвинить ее в измене. И король, может быть, по­
слушал бы его, если бы не сэр Гавейн, который убеДИ.1 короля не заключать с Ланселотом перемирия. А на следующий день Ланселот вне­
запно вышел со своими воинами из замка, ибо его все же разгневали жесто­
кие насмешки сэра Гавейна; произошла ужасная битва. В этой битве сэр Гавейн, пробиваясь к Ланселоту, сбил сэра Лионеля и убил его. А сэр Борс сбросил на землю короля Артура и стал над ним с обнаженным мечом, крича Ланселоту: -
Сэр, закончить ли мне эту войну одним ударом? Но Ланселот ответил: -
Не наносите этого удара, или я сам убью вас! Ибо никогда не стану я сви­
детелем того, что кто бы то ни было убьет нашего благороднейшего госпо­
дина короля Артура. И, спрыгнув с коня, он помог королю Артуру подняться на ноги, а затем сесть в седло, говоря при этом: -
Дорогой мой господин король, во имя бога, остановите эту войну! Возьми­
те со всеми почестями королеву, и я обещаю покинуть землю Британии и не возвращаться сюда, пока вам не будет нужда во мне. Тут король Артур был глубоко тро­
нут, думая о великом благородстве сэра Ланселота и о всех деяниях, свер­
шенных им в прошлом. И, невзирая на все уговоры сэра Гавейна, он помирился с Ланселотом. И когда все это было решено, Лан­
селот явился безоружный перед коро­
лем, ведя за руку королеву Гвиневеру, и сказал: -
Благороднейший господин мой,. я привел вашу королеву. И если найдет­
ся рыцарь, который осмелится сказать, 56 что она не верна вам, то я сражусь с ним. Что бы ни сделал я или хотел сде­
лать, эта леди невиновна. Вы же слуша­
ли лжецов. И, говоря это, он повернулся и взгля­
нул на сэра Мордреда: -
Это их злые интриги разрушили доброе товарищество Круглого Стола. -
Король может поступать как ему угодно,- вмешался тут сэр ГавеЙн.­
Я же, покуда жив, никогда не пойду на мир с вами, ибо вы убили моих дорогих братьев -
сэра Гарета, сэра Гахериса и сэра Агравейна также. -
Вам хорошо известно, что никого я не любил больше, чем сэра Гарета,­
сказал Ланселот,-
и до конца дней моих буду ст'радать и печалиться, что, сам того не ведая, убил его ... Очевидно, настала пора мне проститься с этой дорогой землей и со святым королевст­
вом логров и отправиться за море, в Ар­
морику, что на земле Франции. -
Не сомневайтесь, что в скором времени я последую туда за вами!­
вскричал сэр ГавеЙн. После этого в Британии на время воцарился мир, но был он беспокойным и непрочным. Ибо сэр Га вейн не пере­
ставал 'печалиться о смерти своих братьев, а сэр Мордред не переставал возбуждать ненависть против сэра Ланселота. И вот столь много рыцарей стало на сторону сэра Гавейна, что Артур вынужден был объявить войну сэру Ланселоту. И собрал он большое войско, и выступил во Францню, оста­
вив Мордреда править Британией на время своего отсутствия. '. Они двинулись в Арморику К замку Бенвик, где поселился Ланселот, и долго стояли там. И три раза сражались Ланселот и Гавейн, и каждый раз Лан­
селот одолевал Гавейна и ранил его. Но Гавейн, казалось, был во власти безумия, ибо, даже тяжело раненный, он не перестав ал кричать: -
Изменник-рыцарь! Когда я по­
правлюсь, снова сражусь с вами. Ибо не успокоюсь, пока один из нас жив! А тем временем в Британии сэр Морд­
ред продолжал свои козни. И когда он привлек на свою сторону достаточно рыцарей, то объявил, что король Артур убит во Франции, и склонил рыцарей избрать себя королем. Затем он захватил королеву Гвиневе­
ру и пытался принудить ее стать его женой. Но ей удалось бежать от него и добраться до Лондона. Оттуда она направила гонцов, чтобы они отыскали короля Артура, сама же с верными ей людьми скрыл ась в замке Тауэр и укре­
пилась там. Вскоре явился сэр Мордред и попы­
тался взять замок, но он был слишком крепким. Пытался он уговорить короле­
ву Гвиневеру выйти из замка, но она храбро отвечала ему: -' Скорее я убью себя своею собст­
венной рукой, чем стану вашей женой! Тут явился архиепископ Кентерберий­
ский -
тот, кто много лет назад короно­
вал Артура. И он, теперь уже глубокий старец, сказал сэру Мордреду: -
Побойтесь возмездия божьего! Король Артур жив, а вы чините боль­
шой вред королеве и всему королевству логров. .-
Замолчите, вы, лживый монах,­
закричал Мордред,- ибо если вы еще будете гневить меня, то я отрублю вам голову! -
Сэр,- ответил архиепископ,-
если вы не отринете свой грех, я отлучу вас от церкви. -
Делайте что хотите! -,. закричал Мордред.- Мне нет дела до вас и ваше­
го отлучения! И архиепископ ушел и, собрав все духовенство, проклял сэра Мордреда, лишив его всех благословений. Тут Мордред решил убить архиепи­
скопа, но тот бежал в Гластонбери, что в Сомереете, и стал там отшельником в монастыре. А к тому времени гонец королевы Гвиневеры достиг короля Артура, и тот немедля двинулся со всем своим вой­
ском к морю и отплыл в Британию. Мордред поджидал его у Дувра, и при­
шлось самому королю и его рыцарям выдержать ужасную битву, чтобы выса­
диться на берег. Но вот все сошли с кораблей и потеснили мятежников, так что те обратились в бегство и бежали во главе с сэром Мордредом за холмы. Когда битва окончилась, король Артур нашел сэра Гавейна смертельно раненного, ибо в битве вновь раскры­
лись раны, нанесенные ему Ланселотом. -
Увы, возлюбленный мой племян­
НИК,- сказал король Артур, преклоняя перед ним колено,- вы л'ежите здесь, умирая. И не остается у меня больше радости в жизни. Ибо вас и Ланселота я ЛЮ.бил больше всех рыцарей, и теперь потерял вас обоих. -
О дорогой мой господин!­
сказал ГавеЙн.- Все это дело рук моих. Я стал безумным -
безумным от горды-
. ни и гнева. Если благородный сэр Ланселот был бы с вами, этой войны не произошло бы. Я прощаю его -
о если бы я простил его раньше! Сможет ли он когда-нибудь простить меня? Тут Гавейн попро.:ил перо и чернил и написал письмо сэру Ланселоту: «Вас, О Ланселот, цвет благородного рыцар­
ства, лучшего из всех, кого я видел и о ком слышал, я, Гавейн, умирающий от вашей руки, прошу о прощении. Возвра­
щайтесь, благородный Ланселот, как можете скорее, ибо королевство логров находится в смертельной опасности, и наш дорогой господин -
король Артур нуждается в вас. Я пишу это письмо в час моей смерти. Обо мне вам напом­
нит лишь моя могила. Привет вам и прощайте, благородный сэр Ланселот». Тут сэр Гавейн умер, и король Артур всю ночь плакал у его тела. ПОСЛЕДНЯЯ БИТВА Потерпев поражение в битlW у Дувра, Мордред бежал. Но очень скоро стали приходить вести, что движется он на запад, опустошая земли тех, кто отка­
зывался сражаться за него. Тогда Артур без промедлення выступил по направлению к Корнуэллу и однажды ночью появился в Камланне, почти в том месте, куда много лет назад добрый волшебник Мерлин привел его, чтобы он взял свой меч Экскалибур из рук Озер­
ной Леди. В ту ночь Артур долго не мог уснуть, ибо знал, что наутро быть великой битве, в которой еще многие из его рыцарей погибнут, и опасался он, что это будет последняя битва -
та, кото­
рую предсказал Мерлин и после которой королевство логров исчезнет во мраке. Ибо саксы, прослышав о раздорах и усобной войне, уже стали проникать в Британию с севера и с востока, и не было больше дружины Круглого Стола, чтобы по первому зову выступить за королем Артуром и изгнать варваров. Артур метался в своей постели в королевском шатре и затих только под утро. И тут, между сном и бодрство­
ванием, увидел он нечто странное. Ибо вдруг показалось ему, что сэр Гавейн, погребенный в Дуврском замке, явился к нему со свитой прекрасных леди. -
Привет вам, любезный племян­
ник,~ сказал Артур, а может быть, по­
казалось, что он сказал.- Благодарю бога за то, что вижу живым вас, кого я полагал мертвым. Но скажите мне, откуда вы явились и отчего сопровож­
дают вас эти леди? -
Любезный мой господин король,­
отвечал сэр Гавейн, или так показалось, что он отвечал,- это дамы, 3д чьи оби­
ды я сражался, когда был жив. Всегда я сражался только за праведное дело, и потому бог был милостив ко мне и послал их привести меня сюда, чтобы я мог предупредить вас о смертельной опасности. Если сегодня вы сразитесь с сэром Мордредом, то оба падете и почти все ваши рыцари также. Но я, милостью бога, явился сказать вам, что­
бы вы не сражались сегодня, а заклю­
чили бы перемирие с сэром Мордредом, каковы бы ни были его условия, пере­
мирие сроком на месяц. Ибо в течение месяца прибудет сюда Ланселот со все­
ми своими благородными рыцарями, и вместе вы убьете сэра Мордреда и одолеете всех, кто взял его сторону. Тут сэр Гавейн и леди пропали, а ко­
роль Артур вскоре поднялся с постели и призвал к себе сэра Лукана и сэра Бедивера. И, рассказав о том, как посетил его сэр Гавейн и каков был его совет, он велел им отправиться к Мордреду, чтобы заключить с ним пере­
мирие на месяц. -
Не жалейте ничего,- добавил король,- но предлагайте ему земли и всякое добро, сколько ни сочтете нуж­
ным. И с тем явились они туда, где стоял Мордред со своим громадным стотысяч­
ным войском, и долго вели переговоры. Наконец он согласился, что получит Корнуэлл И Кент сразу же, а остальную часть Британии после смерти короля Артура. Решено было, что Артур и Мордред встретятся между двумя войсками в сопровождении лишь четырнадцати человек каждый. И король Артур сказал своим воинам: -
Если вы увидите, что где-то блес­
нет обнаженный меч, нападайте со всей силой и убейте этого предателя сэра Мордреда, ибо я не доверяю ему. А сэр Мордред сказал то же самое своему войску: -
Если увидите, что где-то блеснет обнаженный меч, нападайте и убейте их всех! Я не верю в этот уговор и не сомневаюсь, что король Артур ищет только, как отомстить мне. И вот встретились они, как уговари­
вались, и записали все условия переми­
рия в договор, и оба скрепили его своими подписями. Принесли им вина, и они выпили его, но в это время вы­
ползла из-под вереска гадюка и ужали­
ла одного из рыцарей Мордреда в ногу. А рыцарь, недолго думая, выхватил свой меч и убил змею. Но когда оба войска увидели, как сверкнул обнаженный меч, грозный шум поднялся с обеих сторон, и через мгно­
вение войска уже двигались навстречу друг другу. -
Увы, этот несчастный день!­
вскричал король Артур, и вот уже он и Мордред вскочили каждый на своего коня и поскакали в гущу битвы. Никогда до того дня не было битвы печальней и ужасней. Воины бросались друг на друга, и наезжали конями, и наносили удары. И король Артур все время устремлялся туда, где жарче была битва, совершая могучие подвиги. На этот раз Мордред также сражался, как подобает рыцарю, не помышляя о бегстве. И каждый воин сражался на­
смерть, и эта битва длил ась весь день, пока все благородные рыцари не по­
легли на сырую землю. Настал вечер, мрачный и зловещий, и страшная тишина смеРТИ,повисла над полем битвы. И король Артур заплакал, увидев, что все его воины погибли. Ибо, оглядевшись, заметил он только двух своих 'рыцарей, оставшихся в живых,­
сэра Лукана и сэра Бедивера, и оба они были жестоко изранены. -
Боже милостивый! -
вскричал Артур.- Увы, что пришлось мне дожить до этого скорбного дня! Теперь я знаю, что настал конец ... И тут, оглядевшись, увидел король Артур сэра Мордреда, стоявшего, опи­
раясь на меч, среди гор мертвых воинов. -
Дайте мне мое копье,- сказал король Артур сэру Лукану,- ибо вон там я вижу предателя, который навлек на нас все это горе. -
Оставьте его, мой господин,­
ответил сэр Лукан,- ибо он проклят. И если вы переживете этот несчастный день, то будете отомщены вполне. Вспомните, благородный сэр, ваш ноч­
ной сон и что сказал вам дух сэра Гавейна, ибо бог в своем великом мило­
сердии сохранил вашу жизнь в этой битве. Его благословением вы вышли победителем, ибо нас трое живых, а сэр Мордред стоит один. Если вы оставите его, то переживете этот роковой день. -
Остаться ли мне в живых или умереть,- вскричал король Артур,­
этот человек, погубивший королевство логров, получит то, что он заслужил! -
Помоги вам бог,-.сказал сэр Бедивер. Тут король Артур взял в обе руки свое копье Рон и двинулся на сэра Мордреда, крича: -
Предатель, пришел твой смерт­
ный час! И, увидев коро.1Я Артура, Мордред двинулся на него с обнаженным мечом. Но король ударил сэра Мордреда под щитом и пронзил его острием своего копья. Почуяв смертельную рану. Мордред в своей ненависти и ярости рванулся вперед, вонзив в себя еще глубже копье Артура, и, сжав обеими руками свой меч, ударил короля с такой силой, что лезвие рассекло шлем и вошло глубоко в голову Тут сэр Мордред упал на землю и с воплем умер А король Артур упал молча, и сэр Лукан и сэр Бедивер подошли и из последних сил подняли его с двух сто­
рон. И так потихоньку, ибо были они жестоко изранены, отнесли они его в небольшую заброшенную часовню непо­
далеку от таинственного моря. над которым клубился туман, красный, как кровь, в последних лучах заходящего солнца. И тут сэр Лукан упал и умер, ибо ноша была слишком тяжела для него, смертельно раненного. -
Увы,- сказал король, очнув­
шись,- горестно мне видеть этого бла­
городного рыцаря, умершего ради меня, ведь он больше нуждался в помощи, чем я. И сэр Бедивер преклонил колено перед сэром Луканом и заплакал: ведь были они братья и нежно любили друг друга. Солнце зашло, и луна залила поле битвы своим холодным сиянием, и легли зловещие тени. И таинственные воды были покрыты длинными полосами се­
ребристого тумана. Тут король Артур сказал сэру Беди­
веру: Оставьте теперь плач и горест­
ные стенания, благородный рыцарь, ведь они уже не помогут, а мое время на исходе. И, покуда я жив, можете вы сослужить мне одну последнюю службу. Возьмите мой добрый меч Экскалибур и ступайте вон к той горе. Там в горном ущелье есть темное озеро. И когда придете вы к нему, то велю вам бросить в его воды мой меч, а затем вернуться и рассказать мне, что вы увидели. -
Мой ГОСПОДИН,- ответи,~ сэр Бе­
дивер,- ваше повеление будет исполне­
но, и я сразу же вернусь к вам с вестью о том, что увидел. И сэр Бедивер удалился, неся меч Экскалибур. И по дороге, взглянув на меч, восхитился он драгоценными кам­
нями на его рукояти и сказал себе: «Если я брошу этот драгоценный меч в воду, никакой пользы от этого не будет, только убытки и ущерб». И, при­
дя к темному озеру в горном ущелье, 57 он спрятал меч в камышах и поспешил назад к королю Артуру, сказав ему, что он бросил меч в воду. -
И что же вы увидели? -
спросил король Артур. -
Сэр,- ответил Бедивер,-
я ниче­
го не увидел, лишь ветер взволновал темные воды озера. -
Значит, вы говорите неправду,­
сказал король Артур.- А потому сту­
пайте, не мешкая, и бросьте меч подаль­
ше в озеро! И сэр Бедивер вернулся и взял меч в руки. Но снова подумал он, что грешно было бы бросить такой благородный меч. И он опять спрятал его и вернулся к королю. -
Что же ВЫ увидели? -
спросил король. -
Сэр,- ответил Бедивер,-
я ниче­
го не увидел, лишь ветер завыл и взвол­
новал темные воды. -
О предатель и лжец! -
вскричал король Артур.- Уже дважды вы преда­
ли меня! Кто бы подумал, что я так любил вас и что вы были столь благо­
родным рыцарем Круглого Стола, теперь, когда вы предали меня ради драгоценностей этого меча. Ступайте же снова поскорее и исполните мое по­
веление, ибо это промедление грозит мне гибелью, и тело мое уже холодеет в этом холодном ночном воздухе. Тут сэр Бедивер устыдился и поспе­
шил через кромку холма к темному озе­
ру в черном ущелье. Он подошел к берегу, взял в руки меч и бросил его как мог далеко в озеро. И только сверкнуло в лунном свете его лезвие, как появи­
лась из темных вод рука в сияющей белой парче, таинственная и чудесная, и схватила меч за рукоять. Трижды взмахнула она мечом и исчезла в глу­
бине, и мрак и тишина вновь воцари­
лись над озером. И вот сэр Бедивер вернулся к королю и рассказал ему о том, что увидел. -
А теперь помогите мне,- сказал король,- ибо весьма опасаюсь я, что задержался здесь слишком долго. Тут сэр Бедивер, поддерживая коро­
ля, помог ему спуститься по заросшему травой склону, где, словно волшебные алмазы, мерцали в лунном свете капли росы. И пришли ОНИ к берегу таинствен­
ного моря. И тут из белоrо тумана выплыла барка, словно встречая их, и было в ней много прекрасных леди, одетых в черное. И была среди них Нимуе, Леди Озерная, и Леди острова Ав алан тоже была там, и королева Фея Моргана, сестра Артура. И тихий го­
рестный плач поднялся среди них, когда они увидели короля. -
А теперь отнесите меня на эту барку,- сказал король Артур сэру Бедиверу. И так тот и сделал, как ему было велено, и три леди бережно приняли короля и уложили так, что голова его покоилась на коленях Леди острова Авалон. И тут королева Фея Моргана, став на колени, тихо заплакала и сказала: О милый брат мой, зачем вы мед-
58 лили так долго и не шли к нам? Увы, рана на вашей голове теперь слишком остудилась! Тут барка тихо двинулась от берега, и сэр Бедивер, оставшись один, громко крикнул: -
О дорогой мой господин король Артур, что же будет со мной теперь, когда вы уходите и оставляете меня одного? -
Утешьтесь! -
ответил король Ар­
тур.- И позаботьтесь о себе, как только сможете. Ибо вы остаетесь, чтобы до­
нести мое слово до тех, кто еще жив. Я же до.лжен поспешить в долину Ава­
лона, чтобы излечиться от моей жесто­
кой раны. Но не сомневайтесь, что я снова явлюсь, когда нужен буду Брита­
нии и когда королевство логров вновь восстанет из мрака. Тут барка уплыла и скрыл ась из виду в тумане. Но странный тихий плач скорби звучал над водой, пока не раста­
яла в нем горестная нота и сам он не превратился в тихий шепот вдали. эпилог Сэр Ланселот высадился в Дувре и спросил у горожан о том, что произо­
шло с королем Артуром. Они показали ему могилу сэра Гавейна, и он долго стоял перед ней в молитве, горюя о смерти этого благородного рыцаря, бывшего ему другом. О короле же Артуре горожане ничего не знали, кро­
ме того, что около месяца назад он выступил на запад. Тут Ланселот оставил свое войско под командованием своего кузена, сэра Барса де Ганниса, а сам поскакал на запад. И через восемь дней оказался он в Алмсбери и, поскольку настала уже ночь, попросил приюта в большом жен­
ском монастыре. Настоятельница лю­
безно приветила его и повела в палату для гостей. И, проходя аркадой, встре­
тили они монахиню, которая, увидев Ланселота, громко вскрикнула и упала в обморок. И, склонившись над ней, он увидел: это была королева Гвиневера! В тот вечер она рассказала сэру Ланселоту о послании, которое получи­
ла от сэра Бедивера и в котором гово­
рилось об ужасной битве в долине Камланна в роковой день, и о том, как видел он короля Артура, жестоко израненного и увозимого внеизвестную землю Авалона. А сэр Бедивер напра­
вился в аббатство в Гластонбери, наме­
реваясь до конца дней своих быть мо­
нахом. Гвиневера рассказа.~а Ланселоту о том, как она горевала и укоряла себя. -
Ведь это через нашу любовь погиб господин мой король Артур и с ним благороднейшие рыцари мира. И наша земля Британии беззащитна теперь перед язычниками саксами, и нет боль­
ше святого королевства логров. И пото­
му я пришла сюда и дала обет прожить здесь монахиней все оставшиеся дни, моля бога простить мой тяжкий грех. -
Любезная моя леди,- сказал Ланселот,- никогда не нарушу я своей l' верности вам. И теперь клянусь, что также дам обет, какой и вы дали, и прав еду оставшиеся дни в молитвах и постах. С этим они простились друг С другом, зная, что это их последняя встреча на земле. А наутро Ланселот покинул мо­
настырь и скакал, пока не оказался в Гластонбери. И там увидел он старца, архиепископа Кентерберийского, и сэра Бедивера, ставшего монахом. С радо­
стью приняли они его в свое братство, и вскоре он снял свой меч и доспехи и оделся в грубые одежды простого монаха. Там же через много месяцев присое­
динился к' нему и сэр Боре, когда отправил назад во Францию пришед­
шее с ним большое войско. Ибо коро­
лем теперь стал Константин, герцог Корнузлльский, но лишь немногие земли Британии мог он уберечь от саксов. Прошли годы, и вот однажды ночью приснилось Ланселоту, что Гвиневера лежит, умирая, и зовет его. Наутро он и семь его товарищей-монахов отправи­
лись в Алмсбери и там узнали, что она тихо умерла в ту~ночь. И Ланселот взял ее в Гластонбери и сам отслужил над ней заупокойную службу, уложив ее в глубокую могилу подле высокого алта­
ря. И через несколько недель он и сам заболел и ушел в иной мир тихо, как человек, у которого больше не осталось желания жить. И явился брат его, сэр Эктор де Ма­
рис, и стал у гроба. -
О Ланселот,- сказал ОН,- вы были лучшим рыцарем во всем хри­
стианском мире. Никто не мог и никогда не сможет соперничать с вами. Вы были самым достойным рыцарем из всех, когда-либо носивших щит, и самым на­
дежным другом из всех, кто когда­
либо садился на коня, и самым верным, любящим из всех, кто когда-либо любил женщину, и самым добрым из всех, кто когда-либо носил меч. Были вы прек­
раснейшим рыцарем в кругу рыцарей и учтивейшим и благороднейшим в кругу леди, но суровы к своим смер­
тельным врагам, поднимавшим на вас меч. И, похоронив Ланселота, сэр Эктор и сэр Борс, сэр Бламур и сэр Блеоберис -
единственные рыцари, оставшиеся в живых из всей дружины Круг лого Стола,- отправились паломниками в Святую Землю и там окончили свои дни. Так завершил ась история королев­
ства логров и всех тех, кто жил и сра­
жался во славу бога и во исполнение его воли на земле. Ибо очень скоро сак­
сы завоевали всю Британию, и на весь западный мир опустились Темные Века. Но никогда не забывали люди короля Артура, и всегда жила в Британии, и особенно в Уэльсе, вера в то, что он явится вновь, чтобы спасти свою страну в час смертельной опасности. Перевел с английского Л. ПАРШИН В. БАБЕНКО ТАСАНКЕ УИТКЕ, ЖИВУЩИЙ В СКАЛЕ ЧИТАТЕЛЬ СПРАШИВАЕТ Дорогая редакция' В кnиге Мато Нажиnа «Мой парод Сиу" естъ nроект nамятnика вождю Неистовая Лошадъ ... Нам хотелосъ б1>L узnатъ, nостроеn ли этот nамятnик, и nодробnее nрочитатъ о Неистовой Лошади. Расскажите об этом па стра­
nицах ваш его журnала. С. Комяков, Н. Ширманов, В. Сутуга, п о с. К о р я ж м а ~ ля начала стр6ки из книги ~ Мато Нажина, упомянутой в письме: « Памятник вождю Неистовая Лошадь (скульптор К. Зюл­
ковски) будет высечен в горах Юж­
ной Дакоты. К Зюлковски поставил целью своей жизни сооружение мону­
мента в честь американских индей­
цев. Вот некоторые данные запроек­
тированного памятника. Высота его почти 180 метров. Длина плеча и вы­
тянутой руки вождя индейцев около 80 метров. Работа будет закончена в 1978 году -
через тридцать лет после начала работы ». Кто же такой Неистовая Лошадь и чем заслужил он столь огромный памятник? Это был один из самых почитаемых вождей сиу -
так назы­
вается группа индейских племен, объединяющая дакотов, ассинибой­
нов, ансарока, оседжеЙ ... Неувядаемой славой покрыл себя Неистовая · Ло­
шадь в битве с американскими вой­
сками у Литл-Биг-Хорна в 1876 году. Части г.енерала Кастера, оснащенные самым современным в ту эпоху огне­
стрельным оружием, были наголову разбиты индейцами. Сам генерал бе­
жал и покончил жизнь самоубийст­
вом: пуще смерти боялся он попасть в плен к индейцам сиу, которых сго­
нял с земель и ун ичтожал без жа­
лости. Обратимся к книге Отважного Мед­
ведя -
так пере водится на русский язык имя вождя сиу Мато Нажина, знаменитого предводителя индейцев, возглавившего в 1926 году парад сиу, посвященный пятидесятилетию бит­
вы у Литл-Биг-Хорна. Мато Нажин был еще мальчиком, когда блеДIlОЛИ­
цые предательски убили Неистовую Лошадь, но по своим детским воспо­
минаниям и рассказам отца, тоже вождя, он оставил яркий образ зна­
менитого индейского военачальника. « Неистовая Лошадь был самым ве­
ликим вождем, который когда-либо был у племени сиу . Я утверждаю зто потому, ЧТО он был очень отваж­
НЫМ,.замечательным человеком. ни I Даже в ра ги удивлялись отваге Н еистовой Лошади. Американский офицер капитан Бэрк, встречавший Неи стовую Лошадь на п олях битвы, не скрыв ал своего восхищения его о тва гой и считал его «ОД НИМ из заме ч атель н е йши х ВОИНОВ своего времени, своего поколения». разу в .жизни он не был ранен, пока не повстречался со смертью, несмотря на то, что" Неистовая Лошадь был . всегда впереди, когда происходил а битва. Ни одна пуля, ни одна стрела не пронзили его тела. Даже лошадь, на которой он скакал, никогда ·.не была ранена -
ни одна из его лошадей. Так получил этот любимый индейским' народом вождь свое прозвище Тасан­
ке Уитке -
Неистовая Лошадь. Он был очень скромным человеком и никогда не носил парадной одежды. Когда он участвовал в битве, он не носил живописный головной убор из орлиных перьев, только чучело соко­
ла украшало его волосы с левой сто­
роны головы. На плечах у него разве­
вался красный плащ. В битве у Литл-Биг-Хорна он пер­
вый бросился навстречу врагу. Он проскакал мимо шеренги солдат с од­
ного конца до другого, они все прице­
лились в него и выстрелили, но ни одна пуля не ранила ни всадника, ни его лошадь. Так он проскакал несколь­
ко раз и, как всегда, остался невреди­
мым. Сейчас же после смерти генера­
ла Кастера, когда вашингтонское пра­
вительство подняло шум ПО этому де­
лу, Неистовая Лошадь вместе со свои­
ми людьми перешел границу Канады и скрылся в лесах. ЭСКиз памятника Неистовой Лошади. 59 Несколько наших во ждей, в том числе и мой оте ц, отправили с ь в К а ­
наду с трубкой мира. Бы ло у словлено, что ес ли Н еисто в ая Лошадь приме т трубку мира, т о правитель ство САСШ се йча с же назна ч ит е г о в е рховным вождем всей Д а коты и его повезут в В а шингтон, чтобы предст а вить п ре ­
з идент у ... Н е истовая Лошадь прин ял трубку мира и в е рнулся на родину ... Н о вме­
сто всех почестей его убили. В заговоре б леднолицы х приняли участие два пр е дат е ля из инд ейских вождей -
Красное Облако и Крапча­
тый Хвост ». Тасанке Уитке был убит чере з год пос ле битвы у Литл-Би г -Хорна в по­
мещении гауптвахты форта Роб ин­
зон, куда был приглашен для мирных п е р егов оров. Нет нужды мн о го говорить здесь о трагедии индейского народа Север­
ной Америки -
об это м написаны стать и, книги, сняты. кинофильмы. Д о статочн о нескольких цитат из жур­
нала « Вокруг света » прошлого века, и тогда голос честных русских ж у р­
налистов уже яростно обличал аме ­
р ика нскую цивилизац ию, несущую сме р т ь индейцам. Например, строки из подшивки журнала за 1886 год: « Англичане и в особенности янки не церемонились с краснокожими и истребляли их тысячам и, как диких 60 зверей. К европейцам присоедини­
л ис ь эпидеми чески е болезни и внут­
ре н н ие раздоры, которые мало-пома­
лу почти и ст ребили это некогда мно­
г очисленное и могучее пл е мя ... Н е6 0льшо е количество красноко­
жих и з племен Сиу, Кри, Черноно­
гих, ГУРОIi"Ирок езов и Желтых Но­
жей кочует те перь в Канаде, охотясь в л есах за пу шными з верями и зани­
м аясь рыбной ловлей около озер. Чис­
ло их не пр е выш ает 56 тысяч ». А пятью годами п озж е журнал пи­
сал: « Англосаксонская раса вообще от­
носится о чень жестоко к тем племе­
нам, территорию которых завоевы­
вает. В о всех английских колониях быстро истребляется и вымирает ту­
земный элемент. Североамериканские янки унаследовали от своих англо­
саксонских предков эту жестокую чер­
ту и бе з всякой жалости относятся к индейцам, коренным автохтонам Аме­
рики. Медно-красное пл ем я не без крова-
-
вой борьбы уступило белым свои зем­
ли, и отголоски этой борьбы дают се­
бя знать до сих пор. В Америке даже в последнее время нет-нет да случа­
ются среди индейцев вспышки нена­
висти к пришельцам. Американские дельцы и гешефтс­
махеры бессовестно эксплуатируют невежественных индейцев и выжи­
мают из ни х все соки ... » Битва у Литл-Биг-Хорна. собрания Исторического Н ь ю-йорк. Картина из общества, До 1876 года племена сиу еще ужи­
вались с бледнолицыми. Был даже подписан договор, гласивший: « До тех пор, пока текут реки, растет трава и зеленеют деревья, Черные горы во все времена и на веки вечные останут­
ся священными землями Индейцев ». Но Блэк-хилс -
Черные горы Юж­
ной Дакоты -
оказались золотосодер­
жащим районом. Тысячи алчных пришельцев ринулись туда столбить участки, мыть золото, богатеть. О до­
говоре поспешно забыли. Индейцев согнали с земли. И тогда пришло вре­
мя Литл-Биг-Хорна. Миновали годы. В Черных горах помимо золота нашли сподумен­
руду, содержащую литий. Район Бл з к-хилс обрел стратегическое зна­
чение. И о договоре, заключенном ког­
да-то с индейцами сиу, о славной по­
бедной битве Неистовой Лошади ма­
ло уже кто помнил до тех пор, пока в 1948 году племянник Тасанке Уитке, вождь Генри Стоящий Медведь не обратился к малоизвестному сорока­
летнему скульптору К. Зюлковски С просьбой изваять памятник Неис­
товой Лошади. « Мы хотим, чтобы бе­
лый человек знал,- заявил он,- что и У индейцев были свои герои ». -
Ко г да я впервые появился в Чер­
ных горах,- вспоминает Корчак Зюл­
ковски,- у меня в кармане было все­
го несколько долларов. Ни одна фир­
ма, ни одна какая-либо мощная орга­
ни з ация меня не поддерживали. На­
дежда была на помощь индейцев. И они обеспечили меня на первых по­
рах всем необходимым: деньгами, инструментами. Помогают и по сей день. Я сразу принял предложение Стоящего Медведя. Сиу заслужили свой памятник. С самого начала я решил, что по величине он не должен иметь себе равных, как среди всех индейских вождей не было равного по величию Неистовой Лошади. Памятник решено было высечь из цельной скалы в Черных горах, но­
сившей название ,Тандерхед -
Грозо­
вая Туча. В июле 1948 года Стоящий Медведь торжественно произвел там первый взрыв динамита. И с тех пор -
вот уже 33 года -
Корчак Зюл­
ковски работает над колоссальной скульптурой, посвятив ей всю свою жизнь. Фигура, ныне уже почти го­
товая, изображает Тасанке Уитке на боевом жеребце. Волосы вождя раз­
веваются по ветру, а вытянутая рука указывает в сторону земель, некогда принадлежавших племени. Народ сиу борется за эти земли по сей день. В прошлом году Верховный суд США признал наконец, что родные края индейцев отобрали у них действитель­
но обманом, и присудил им компенса­
цию в размере 70 миллионов долла­
ров. Это было самое большое денеж-
Индейцы сиу в nоходе. Раскрашенный рисунок, гравированный на меди, из журнала « Вокруг света» за 1866 год. ное вознаграждение из тех, что ин· дейцы когда-либо вырьt~али у пра· вительства США. Однако' сиу отказа· лись от денег. Им не нужны доллары. Им нужна земля предков. -
Когда работа только начина­
лась,-
рассказывает 3юлковски,­
это 'походило на перекапывание горы угля С помощью зубочистки. Как-то недели через две после первого взры­
ва я взобрался на скалу. Мы убрали уже около 10 тысяч тонн камня, а Гро­
зовая Туча по-прежнему выглядела так, будто ее никогда не касалась р у­
ка человека". Скульптор соорудил в скале дере­
вянную лестницу в 741 ступеньку. Весь инструмент и динамит, потреб­
ный для взрывов, он таскал на верши · ­
ну на собственной спине. И по сей день работает практически в одиноч'­
ку, хотя, разумеется, есть у нег о и помощники-добровольцы из индеЙ-. цев. Через несколько лет после на ­
чала к вершине была пробита дорога, и с тех пор в скалу стал", вгрызаться бульдозеры. Теперь уже самая грубая часть дела -
взрывные работы -
по­
зади. Скала лишилась шести с поло­
виной миллионов тонн (!) гранита, и очертания фигуры .НеистовоЙ Лоша­
ди видны за 10 километров. В основном закончена и инструмен­
тальная обработка монумента. Оста­
ется шлифовка -
на это уйдут годы. Точная высота памятника -
173 метра. Длина -197 метров. Для более наглядного представления о величине колосса уместно привести такие цифры. На вытянутой руке ка­
менного вождя может уместиться до четырех тысяч человек! А промежут­
ка между указательным пальцем Не­
истовой Лошади и гривой коня вполне хватило бы, чтобы там уместилось десятиэтажное здание. Как же мог один человек -
пусть даже небольшая группа -
высечь, вырезать, выбить в скале столь ги­
гантскую скульптуру? (Даже если вспомнить роденовское « отсекаю все лишнее », этого « лишнего » В Грозовой Туче было слишком много.) Каких финансовых затрат это потребовало? Вспомним: работы длились десяти­
летия. Создание памятника давно превратил ось в туристский аттрак­
цион. С каждой автомашины, останав­
ливающейся у строительной площад­
ки, взимают по пять долларов. Это единственный источник, откуда 3юл­
ковски черпает деньги на создание скульптуры. Естественно, с индейцев сиу, приезжающих посмотреть на ход работ, он денег не берет -
справед­
ливое и благородное исключение. О скульпторе говорят, что из получае­
мых им туристских денег на себя он не потратил ни единого цента -
« все деньги ушли в гору ». О том, какой вид примет памятник в законченном виде, зрители могут получить пред­
ставление по внушительной модели. Она весит 16 тонн и может передви­
гаться вдоль подножия монумента по специально проложенному рельсово­
му пути. Здесь же, у копыт жеребца Тасанке Уитке, скульптор основал индейский центр и музей. Тасанке Уитке -
Крэйзи Хорс­
Неистовая Лошадь ... Слово « крэйзи» переводится с английского языка и как « неистовый », И как « бешеный », « сумасшедший »... Корчака 3юлков ­
ски -
крупного энергичного старика с длинной развевающейся бородой­
тоже частенько называют « крэЙзи ». Действительно, не всем легко понять человека, который четвертое д е сяти­
летие своей жизни посвящает памят­
нику индейскому вождю, герою сто­
летней давности, н е связанному с ним родственными или племенными уза­
ми. Местные власти время от вре­
мени начинают кампании проте­
ста против строительства памятника, отчетливо сознавая, что сам вид его будоражит умы, напоминает амери­
канцам об извечной индейской проб­
леме. Монумент не был закончен, как предполагалось, в 1978 году, не за­
кончен он и сейчас. Пройдет еще пять, быть может, десять леlг, прежде чем зрители увидят памятник в завершен­
ном виде и во всем его величии. По окончании всех отделочных работ памятник Неистовой Лошади станет одним из самых грандиозных мону­
ментов на планете -
он на 26 метров выше пирамиды Хеопса. Скульптору уже 73 года, и он знает, что надо спешить. Корчак Зюлковски предвидит, что по завершении памятника отдохнуть ему не удаФ'СЯ. В тени монумента Тасанке Уитке -
Неистовой Лоша­
ди -
ему ВИДЯТСЯ СТРОЙЮ!Iе силуэты зданий Индейского университета­
учебного заведения, которое он обя­
зан открыть на закате своей жизни. « Куда родные отвезли тело сына и где похоронили? -
писал о посмерт­
ной судьбе Неистовой Лошади Мато Нажин.- Никто этого не знал. Это была тайна семьи Неистовой Лошади. До сих пор никто н е з на е т, гд е е го могил а ни у кого нет и ег о портрета, он никогда не снима л ся ». qTO I верно. Ф о тографий Тасанк е Уи'гке не о с талось, хот я фотографи · ­
ческое искусство в те годы бы л о уж е достаточно развито. С о хранились да · ­
герротипии прославленных индей­
ских вождей Джеронимо, Сидящег о Буйвола, Кванаха Паркера ... Но Неис­
товая Лошадь не любил фотографи­
роваться. Его « снял » для будущих поколений скульптор Корчак 3ЮJ!'ков­
ски. Памятник будет вечным симво­
лом борьбы индейского народа­
символом, получившим жизнь в скале. 61 ЛАНДЫ И ЛАНДЦЫ Кто несколько знаком с этнографией Европы, ТОТ знает, что не нужно ездить в отдаленные части света, чтобы наблюдать оригинальные народные нравы и видеть особые костюмы. Вот, например, на прило­
женном рисунке представлена причудливая пара, которая расхаживает иа предлинных ходулях. Это пастухи в гасконских ландах. Ландами называются обширные сухие не­
разработаиные равнины юго-западной Франции, ограниченные морским берегом, у подошвы Пиренеев, и занимающие 150 кв. географических миль ... Что касается до поразительного обычая пастухов расхаживать на ходулях, то он почти необходим, и к нему подало повод свойство почвы. Действительно, на рав­
нине находится множество луж глуби­
НОй в несколько футов, по которым невоз­
можно пройти без ходулей. Сверх того в кустариике пастуху легче обозревать свое стадо с высоких подставок. Cal'\ble ходули снабжены стремеобразной дощечкой, на которую опирается нога. Ходуля прикр~пле­
на к боковой части голени таким образом, что нисколько не стесняет движения коле· ней. Чтобы предотвратить слишком глубо­
кое погружение ходулей и быстрое их стирание о камни, на концы надеты круглые кости. С помощью такого удлинения ног, употребляемого жителями обоего пола, ландцы проходят по равнине с быстротой, изумляющей чужеземца. Без особого на­
пряжения они обгоняют лошадь, бегущую рысью или даже вскачь. 1865 г. СЕРВАЛ Сервал, или кустарная кошка, принад­
лежит к просто пятнистым или крапчатым кошкам с круглыми зрачками, как у более крупных видов вообще. Величиной он почти с лисицу. Длина его тела не превышает трех футов, длина его только до пят доходя­
щего хвоста один фут. Большие заострен­
ные уши и короткий хвост напоминают рысь. Мех сервала густой, длинный и не­
сколько растрепан ный ... Область распространения сервала до­
вольно обширна и простирается почти по всей южной Африке от Мозамбикского бе­
рега до Сиэрра Леоне. На мысе Доброй Надежды прежде он попадался очень часто, и ежегодно шло в Ев ропу множество шкурок в качестве «тигровой кошки •. Близ Капштадта сер вал давно уже истреблен. О ПУТЕШЕСТВУЮЩИХ ЕСТЕСТВОИСПЫТАТЕЛЯХ 1866 г. Удовольствие, доставляемое нам расте­
ниями в саду, комнате или оранжерее, часто несовершен но от трех обстоятел ьств: вследствие незнания семейства, к которому оно принадлежит, ОТ неведення отечества и условий, при которых оно растет, ", наконец, от незнан ия его истории. В самом деле, существует особенная история цветов, хотя доныне и малоизвестная. Есть целый класс людей, который действует без всякого шума, доставляя торговле и науке большую пользу. Мы говорим о путешествующих естествоиспытателях, которые с величай­
шим терпением исследуют отдельные стра­
ны, открывают ботанические сокровища и доставляют своими изысканиями пользу. Они обратили наши сады и теплицы в собран ие самого прекрасного на земле. Многие из них пожертвовали при своих путешествиях здоровьем и даже жизнью. (На раскрашенном рисунке, гравированном на меди,-
любитель природы в Бразилии.) 1867 г. морскОЯ ШЕЛК Одним из наиболее интересных предме­
тов, которые современная промышленность извлекает ИЗ моря для своих целей, есть пряжа, добываемая из раковины Пинно в Средиземном море. Эта раковина обладает свойством испускать прочную шелковую НИТЬ, однако не в ТОМ роде, как это делают всем известные шелковые черви. В то время, как эти последние делают пряжу только для своей защиты и лишь в известный период своего существования, Пинно пользуется ею постоянно и, кроме того, не прядет пря­
жу в собственном смысле, а вытягивает нить из особой тестообразной массы, нахо­
дящейся у -нее в язычной складке. Нить эта настолько тонка и "рочна, ЧТО может служить превосходной пряжей для все­
возможных тканей и доставляет жителям Сицилии богатый материал для обрабаты­
вающей их промышленности. Пучки шелко­
вистых нитей отделяются от раковины, про­
мываются в воде с мылом, просушиваются, расчесываются и прядутся на станке вместе с обыкновенным шелком. Затем пряжу промывают в воде, в которую впуще­
на лимонная кислота, и выглаживают го­
рячим утюгом. Она красивого желто­
коричиевого цвета С золотистым отливом и идет на выделку всевозможных предметов, вроде: шалей. чулок, перчаток. кошельков ... I R90 г. ЕДИ НОБОРСТВО У ГВИАНСКИХ И НДЕЯЦЕВ У гвианских индейцев устраиваются в их деревнях праздники, во время которых мужчины пробуют свою силу в очень ори­
гинальном едииоборстве. Борцы выходят и становятся в круг, имея в обеих руках щит, похожий на звено большого плетня. Действительно, эти щиты делаются из двух пальмовых жердей, параллельно скреплен­
ных крепкими поперечинами и затем опле­
тенных гибкими прутьями. Борьба происхо­
дит так: два противника выступают друг против друга со щитами и, встретившись, упираются щитом в щит. Мускулы борцов напрягаются; каждый старается свалить другого и накрыть своим щитом; когда наконец один не выдерживает и падает, противник набрасывает на него свой щит и ложится на щит сам, давя побежденного до тех пор, пока тот не лишится чувств. После этого победитель вытаскивает полу­
задохшегося побежденного за волосы из­
под щита и при громких одобрительных криках зрителей празднует свою победу, выпивая тыквеииую чашу какого-нибудь местного хмельного напитка. 1892 г. ЛИСТАЯ СТАРЫЕ СТРАНИЦЫ «вокруг СВЕТА» ОБИТАТЕЛИ ДУБА ... На дубе водятся многне насекомые и особенно многие орехотворки. Они особен­
но замечательны по особого рода наро­
стам, образование которых они обусловли­
вают на различных частях дуба. В совер­
шенно развитом состояни и орехотворки представляют мушек, которые кладут яйца в кору или зачаток листовой почки, про­
дырявив предварительно вещество расте­
ния острозубчатым орудием. Наросты, заключающие яйца орехотворок, известны под именем чернильных орешков, и их со­
бирают в значительном количестве в Малой Азии, Сирии и Персии, потому что тамош­
ние орешки гораздо лучше для приготовле­
ния чернил и черной краски, нежели полу­
чаемые с дубов более умеренных стран. Известно, что чернильные орешки состав­
ляют существенную основу всяких чернил и даже тех, которыми писали древние египтяне свои иероглифы на папирусе. Химический процесс, вследствие которого произведения орехотворок на дубе состав­
ляют чернила, очень прост. Чернильные орешки заключают в себе много дубильной кислоты, которая с солью железной закиси разлагается, образуя с железом очень мел­
ко разделеННУЮ'дубильнокислую соль тем­
ного цвета, темнеющую на воздухе от соеди­
нения с кислородом. Это простое соедине­
ние, однако, неизмеримо важно для челове­
чества. Что бы делали наши поэты, ученые, литераторы и все пишущие с громадным количеством бумаги, типографской краской и всей своей мудростью, если бы крошечные животные не подготовляли им необходимо­
го материала для чернил! 1863 г. ОМНИБУСЫ В РИО-ДЕ-ЖАНЕЙРО Рио-де-Жанейро выгодно отличается так­
же своими поездами омнибусов от многих столиц Европы. Три частью конкурирую­
щие, частью пополняющие друг друга предприятия поддерживают прав ильные сообщения между центром города и его отдаленными предместьями. Экипажи дела­
ются по старой североамериканской систе­
ме и везутся в галоп четырьмя мулами. Время отъезда не всегда соблюдается пунктуально, и кондукторы поджидают, когда наполнится карета, но быстрота езды вознаграждает за небольшую потерю вре­
мени. Невольники и особы без галстуков не допускаются в карету. 1866 г. НОВОМОДНЫЙ СПОРТ В Бельгии, преимущественно в окрест­
ностях Люттиха, все большие и большне размеры принимает нового рода спорт­
состязание петухов в пени и. Происходит это состязание обыкновенно так: в' каком­
нибудь саду ставится подряд м асса клеток, заключающих в себе по одному петуху, а пред ними, на расстоянии l' / 3 арш., поме­
щается маркер, записывающий число СКУ­
ка-ре-ку' каждого петуха, причем победа остается на стороне того из них, который в теченне одного часа, назначаемого обыкно­
венно для состязания, прокричал большее количество раз. 1892 г. ПОСЛЕДНИЙ ТАСМАНЕЦ В изумительно короткое время с лица земли исчезло целое племя тасманцев. Газета 'Mercury', издаваемая в Гобарттау­
не, сообщает некоторые сведения о послед­
нем тасманце. Между гостями, приглашен­
ными на празднество к губернатору Гобарт­
тауна, был также последний представитель своего темнокожего племени, с тремя одно­
племенницами-старухами. С того времени, как туземцы Тасмании пришли в СОПРИКJС­
новение с цивилизованными белыми, число их стало быстро уменьшаться, между тем как они сами ничего не выиграли от куль­
туры. Еще в начале нынешнего столетия считались 4.000 или 5.000 туземцев, и немного более чем в полвека они исчезли с земли. Они были люди добродушные, и им пришлось много терпеть от своевольства белых, тем более что Тасмания была коло­
нией для преступников. В 181 О году губер­
натор КОЛЛИНС вынужден был издать закон, запрещающий без крайней нужды стрелять по туземцам и убивать их, но наказание за такие преступлення было незначительно, потому что белому, отрезавшему цветному человеку нос, уши или палец, определялось в наказание лишь несколько ударов плетью. В 1815 году, при губернаторе Дерее. жестокости белых процветали: они крали детей туземцев, и положение тасманцев сделалось еще хуже ... С 1835 по 1845 год тасмаицев перевозили отдельными толпами на Фигиндеровы острова. Но черные при­
выкли к кочевой жизни и не могли удовлет' ворять своей наклонности на маленьком острове. Они все перемерли там и исчезли с земли. Европейская цивилизация по губи­
ла их. • 1865 г. ПРИЧЕСКИ.Ф11ДЖАН У фиджан весьма замечательна жест­
кость и густота волос как на голове, так и на бороде. Ни - одно племя южного океана не причесывается рачительнее фиджан. Начальник, смотря по своей знатности и богатству, держит при себе от 2 до 12 при ­
чесывальщиков, которые не смеют зани­
маться ничем, как только уборкой головы властелина, и даже не подносят себе ко рту пищи, чтобы не запачкать рук, которые должны исполнять столь важное дело. Прическа важного франта требует несколь­
ко часов времени ежедневно. Сначала втирают в голову масло, смешанное с чер­
ным углем ореха лауди. Затем искусник берет волосную иглу или длинный узкий прут из черепахи, над которым проводит почти каждый волосок, так что он сверты­
вается. Этим способом фиджанин получает прическу, которая имеет нередко два ар­
шина в окружности. После этого берут кусок самой тонкой тапы, Л.егкоЙ, как мус­
лнн, складывают складками, которые об­
вивают вокруг всклокоченных вол()с, чтобы охраиить их от влияния пыли и росы. Это головнqе украшение, похожее на чалму, называется салой и составляет украшение одних начальников. ЕСI1И бы простой смертный осмелился нарядить~я таким об­
разом, то он поплатился бы за такую дерзость жизнью. В сале обыкновенно воткнута длинная игла из черепахи · для царапания головы, потому что пальцем или гребнем невозможно проникнуть сквозь густой лес волос., в котором весело гуляет множество мелких животных. ПОДl)бная прическа имеет во всяком случае то пре­
имущество, что защищает голову ее вла­
дельца от ударов оружия, потому что даже действие палицы ослабляется этой удиви­
тельной фризурою. Головную иглу · иосят различно, смотря по сану. Только король втыкает ее впереди, ближайшие началь­
ники -
сбоку, а более простые -
за-ухом, как наши писцы -
перья ... 1863 г. Рисунки В. ЧИЖИКОВА ~~~~~@.~~~~~~~~~~~~~~~~. N () мере усовершенствования телеско­
па и Фотографии кгугозор наших наблюдений небесных сфер все более и более расширяется, и, пожалуй, в недале­
ком будущем действительно наступит вре­
мя, когда мы получим возможность всту­
пить в сношения с планетой Марс. Особен­
но богатых резу."ьтатов можно ожидать от наблюдений, которые будут про изведены через шесть лет, потому что тогда явятся особенно благоприятные условия. дело в том, что через два года Марс, находящийся в настоящее время на другом конце своей орбиты, начнет приближаться к нам, а через шесть лет очутится в самом ближайшем расстоянии. Наблюдения будут произво­
ди'Гься, по всей вероятности, в телескоп последней Парижской выставки. Помещен­
ный на вершине Монблана, в обсерватории Нансена, на высоте 6 тысяч метров, теле­
скоп выставки значительно приблизит к нам Марс. К тому времени, вероятно, будут усовершенствованы фотографические и другие приборы. В сущности, для того чтобы нам добыть относительно' Марса сведения, в которых не будет ничего фантастического, вовсе нет необходимости присутствовать на этой планете, так сказать,_ телом, совершенно достаточно направить туда нашу крылатую быстролетную и всепроникающую мысль -
этот божественный дар, который уже помог нам открыть столько чудес в безграничном пространстве вселенной. Еще Галилей предполагал, что все небес­
ные тела должны СОСТОЯТЬ из тех же частиц материи, из которых состоит наша земля. И действительно, все упавшие на землю аэролиты, подвергнутые химическому ис­
следованию, подтвердили догадку геииаль­
НО1'О итальянца. Спектральный анализ, позволяющий в ТОЧНОС"I:И определить свойства огненных атмосфер даже самых отдаленных от нас солнц, делается еще более точным показа­
телем относительно исследования состава атмосферы Марса. При помощи этого ана­
лиза мы узна.1И, ч,о на Марсе достаточно кислорода для свободного дыхания существ вроде земных и что там так же, как у нас, существуют водяные пары, хотя и в более ограниченном количестве. Последнее об сто-
НА МАРСЕ Астрономическая фантазия ятельство служит объяснением, почему ат­
мосфера, окружающая Марс, всегда так чи­
ста. Атмосфера эта очень редко бывает за­
туманена, и то не настолько, чтобы совер­
шенно скрыть от нас характерные особенно­
сти поверхности нашего интересного сосе­
да. Благодаря этому мы знаем его топо­
графию во всяком случае гораздо лучше, чем, например, топографию Средней Афри­
ки: хорошо было бы, если бы мы знали хотя наполовину так подробно свои собствен­
ные полюсы, как узнали полюсы Марса; тогда прекратилось бы наконец добро­
вольное мученичество людей науки, жерт­
вующих собой ради того, чтобы проникнуть в тайны оконечных пунктов нашей планеты. В силу особенных условий, тоже прекрасно нами изученных, Солнце совершенно ясно освещает оба полюса нашего небесного соседа. Громадность расстояния Марса от Солнца обусловливает, между прочим, то, что сила притяжения, а следовательно, и вес на этой планете втрое менее, чем на Земле, и что поэтому там не так сжимаются и сгущаются атмосферические волны. От­
сюда вытекает, что условия для ВОЗДУЦIного путешествия на Марсе должны быть одина­
ковы с нашими, потому что если там все тела гораздо легче, то и меньше сопротив­
ление воздуха. Но эти же условия должны производить большую разниl1.У в организа­
ции животных и предполагаемых разумных обитателей M\lpca в сравнении с жителями нашей планеты. Марсиане вовсе не циклопы, как предпо­
лагают некоторые ученые, и не имеют крыльев, зато у них тоньше и стройнее наших оконечности. Они гораздо меньше нас ростом, как самый шар, на котором они обитают, менее Земли, но это не мешает им быть изящнее и миловиднее нас. Они нуждаются в меньшем количестве возду­
ха, поэтому и ноздри у них не так широки и рты меньше, потому что они питаются более деликатным н веществами и в меньшем КОJIичестве, чем МЫ. ЭТО мы говорим о мужчинах; что же касается марсианок, то тип их более всего приближается к тому, который на Земле считается идеальным. данте не пришлось бы долго странствовать по Марсу для того, чтобы встретить Беатрису; Гомер нашел бы в номере использоваиы фотографии из «Нэшнл джиогрэфик» (США) Наш адрес: 125015, Москва, А-15, Новодмитровская ул., 5а. Телефоны для справок: 285-88-83; отделы: «Наша Родина» -285-89-83; иностранный -285-89-56; науки-
285-89-38; литературы -
285-80-58; писем -285-88-68; иллюстраций -285-89-36; прило­
жение «Искатель» -
285-80-10. © «Вокруг света», 1981 г. Сдаио в набор 04.08.81. Подп. к печ. 05.10.81. АО1436. Формат 84 Х 1081/16' Печать офсет­
ная. Условн. печ. л. 6,72. Учетно-нзд. л. 11,6. Тнраж 2850000 ЭКЗ. Заказ 1207. Цена 70 коп. lипография ордена Трудового Красного Знамени изд-ва ЦК ВЛКСМ «Молодая гвардия». Адрес издательства и типографии: 103030, Москва, К-З0, Сущевекая, 21. 64 там не одну Елену, в прнсутствии которой, по его же словам, старые троянцы забывали свои годы, недуги и несчаСТЬ!l своей роди' ны. . Ввиду того, что кровеносная и дыхатель­
ная системы у м арсиан не так снльно развиты, как у нас, в их организме остается более места для развития органа мышле­
ния -
головного мозга; вследствне этого головы у них сравнительно больше наших, но не настолько, чтобы быть уродливыми. У нас почти все тонкие организации погиба­
ют от чахотки, на Марсе же, наоборот, они только процветают и составляют его лучшее украшение. Из всего этого можно смело заключить, что марсиане должны обладать самым высоким умственным развитием, несравнен­
но большим, чем мы. У них постоянно про­
исходит работа над сооружением разлнч­
ных каналов ДЛЯ орошения, плотин, высо­
ких насыпей и т. п. При взгляде на эти гигантские сооруження невольно вспоми­
наешь древних египтян, не жалевших труда и сил для превращения своей страны в музей всевозможных чудес, перед которы­
ми мы/до СИХ пор останавливаемся в немом изумлении и восторге. Но у нас эта роскош­
ная цивилизация была заглушена на много веков, а марсиане за это время шли вперед, так что перегнали даже самих египтян. Мы много бы выиграли от сношений с марсианами, зато последние с ужасом и негодованием отвернулись бы от нас после первого же ближайшего знакомства: они сразу убедилнсь бы, что мы, в сущности, еще варвары, поедающие друг друга вместо того, чтобы сплотиться для проникновения в тайны природы и для выработки высшей культуры духа. Кроме более ВЫСОК'ого умственного раз­
вития, марсиане, вероятно, обладают и большей ДОЛГОВe"Iностью сравнительно с нами. Но как у нас, так и на Марсе не все, конечно, жнвут одинаковое число лет и обладают одинаковыми способностями: по всей вероятности, и там есть своего рода специалисты, достигающие в течение нескольких сот лет (ведь год на Марсе гораздо длнннее земного) идеального со­
вершенства в своей области. Представнм же себе этих столетних гнгантов мысли и знаний в области, напрнмер, астрономии, снабженных притом самым//.· усовершенст­
вованными орудиями. Все эти вы.сокообра­
зованные астрономы, сидя на своей обсер­
ватории вместе с юным'и любознательными марсианками, наблюдают нашу планету. Разумеется,,,ОЮ( видят на Земле несравнен­
но больше, чем видим мы I!а Марсе, разгля­
дывая его в свои детские сраЩiительно с'их орудиями телескопы. Давно уже убедив­
шись, что их соседка Земля тоже обитаема, марсиане устроили громадные сооруже­
ния, снабженные сильными световыми рефлекторами, с целью привлечь наше вни­
мание и доказать нам, что мы напрасно считаем себя единственными разумнымн существами в безграничном просторе вселенной. И. А. (<<В О К Р У г с в е т а», 190 1 г о д. Печа­
тается с сокращеннями) Цена 70 коп • . ННД-
..... с 70141 
Автор
val20101
Документ
Категория
Вокруг Света
Просмотров
538
Размер файла
104 050 Кб
Теги
1981
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа