close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Я Казахстан представляю как самозванец

код для вставкиСкачать
Краевед ЮРИЙ ПОПОВ: "Я Турист спрашивает у мест­
ного жителя: — Я интересуюсь старыми легендами. Не связана ли ка­
кая-нибудь история с той высо­
кой горой? —Да, есть такая история, —от­
вечает житель. — Однажды двое влюбленных взобрались на са­
мую вершину, и больше их никто не видел. — А что сними случилось? — Наверное, спустились с другой стороны. Б
ольшинство людей воспри­
мут этот анекдот просто как анекдот. Но, возможно, найдется чудак, который станет "долбать" местного жителя во­
просами, типа, как звали того парня и девушку, что они сделали такого, что их запомнили в этом краю, и кто о них что может рас­
сказать. .. Я, наверняка, знаю такого уни­
кального человека. Краевед Юрий Григорьевич Попов — почетный житель города Каркарлинска — имеет нюх на неординарных людей. Он знает если не все, то почти все о карагандинцах, проявивших себя хоть в чем-то. Ведомый любопыт­
ством, он истоптал не одну тысячу километров и провел, если подыто­
жить, не один год в архивах и биб­
лиотеках, прослеживая повороты судеб. Ныне наш краевед живет в Рос­
сии, за свои "раскопки" князей и де­
кабристов награжден российской медалью. Но при этом остается ка-
рагандинцем: сердце здесь и мысли здесь. Там, в Санкт-Петербурге, пу­
ще дворцов его манят архивы и чи­
тальные залы, где хранятся крупицы истории родной Сары-Арки. Юрия Григорьевича я знаю столько же, сколько знаю Караганду, — больше двадцати лет. Особенно поначалу поражала его трудоспо­
собность: едва ли ни каждую неделю этот энергичный человек с пышной шевелюрой появлялся в редакции (я работала на областном радио) с но­
вым исследованием. Листочки, ис­
писанные мелким прямым почер­
ком, содержали уникальные сведения о людях, попавших в поле его интереса. Он писал о репресси­
рованных поэтах и художниках, о за­
бытых героях Прибалхашья и Кара­
ганды, о степных батырах... В смутное время, в конце 80-х годов, Юрий Григорьевич предло­
жил мне сделать цикл радиопере­
дач о его любимом Каркаралинске. Тогда по этому городу прокатилась волна пожаров, уничтожающих исторические деревянные здания. Краевед переживал, ему хотелось запечатлеть для потомков саму ис­
торию. Там, в Каркаралинске, я имела возможность наблюдать энтузиаста за работой. Он вел меня из дома в дом, и его повсюду ждали. Старуш­
ки в диковинных кружевных ворот­
ничках, выдающих благородное происхождение, и бабушки просто­
го сельского вида отчитывались кра­
еведу за "домашнее задание", словно школьницы. — Один эпизод, о котором вы просили вспомнить, я очень по­
дробно описала, — объяснялась такая "школьница". — А вот вто­
рой... Забыла многие имена. На­
писала письмо сестре, чтобы она вспомнила... Похвала Юрий Григорьевича ра­
довала бабушек, как конфета ребен­
ка. Он давал им новые "задания", за­
ставляя напрягать память. Глаза людей светились, когда они вспоми­
нали прошлое. Еще бы — они начи­
нали осознавать себя не песчинками в мутном потоке времени, а личнос­
тями, носителями исторической ин­
формации... Это была лишь видимая часть работы. Потом сведения проверя­
лись и перепроверялись в архивах, причем, не только местных. Мне трудно представить, сколько инфор­
мации переплавлял этот человек, не имеющий ни команды помощни­
ков, ни компьютера, ни доступа в Интернет. Причем, делал это на го­
лом энтузиазме, поскольку на хлеб насущный зарабатывал в качестве сотрудника КНИУИ — был в Кара­
ганде такой научно-исследователь­
ский угольный институт. Он сумел отличиться и там, защитив канди­
датскую диссертацию. В 1993 году над судьбой КНИ­
УИ нависли тучи, и Юрий Попов с семьей засобирался в Россию. Он страдал. Не только потому, что рвал корни, душу. Оказалось, никому не нужна его уникальная библиотека, насчитывающая тысячу книг, в том числе очень редких... О судьбе библиотеки я и спросила в первую оче-
редь Юрия Григорьевича, когда он, приехав в очередной раз в родной город "на подзаряд­
ку", зашел поздороваться. — Библиотека представляла ты­
сячу редких изданий о Карагандин­
ской области, — говорит краевед. — Там были изумительные экземпля­
ры. "Азиатская Россия", три тома, золотое тиснение. "Киргизский край", 1903 года выпуска... Я умолял солидные организации, призванные собирать подобные вещи, купить эти сокровища по самой низкой це­
не. Даже библиотекам это не надо было, вот что обидно! Так и отвеча­
ли: "Нам не надо". Наконец, дально­
видный предприниматель купил у меня всю библиотеку по цене один том — один доллар. Я выручил тыся­
чу долларов, что позволило уехать. Сейчас каждый том этой библиоте­
ки стоит тысячу долларов. — С чего началаеь ваша тяга к ис-
тории Сары-Арки? — Наверное, "виноват" отец. Его репрессировали в Караганду в 1931 году. Семья, в которой было шестеро детей, осталась в Оренбургской об­
ласти, а отца сослали сюда. По­
скольку он один из немногих умел водить машину, назначили тракто­
ристом. К трактору цеплялась те­
лежка, на которой отец перевозил с вокзала в Старый город семьи реп­
рессированных. Через месяц он пе­
ревез с вокзала в степь и свою семью. Без церемоний выгрузил жену и де­
тей прямо на землю и уехал обратно — он был под надзо­
ром, ему было запре­
щено выказывать за­
боту о близких... Потом родители вы­
рыли нору в земле, поставили там печь, стали зимовать. От, угарного газа умер­
ли все дети, почти разом. Я родился, когда отец с мате­
рию пересели­
лись в барак. Отец часто ездил по селам, брал меня с собой. Он был любозна­
тельным, обязатель­
но поговорит с жи­
телями, спросит, не надо ли передать ко­
му в город посылку. Эта черта — любозна­
тельность — досталась мне по наследству Тем более люди окружа-
Казахстан представляю как самозванец..." ли нас просто удивительные — учи­
теля, соседи. И еще мне очень нра­
вилось заглядывать за горизонт. Смотришь на холмы — вдали си­
реневая дымка. Кажется, там ска­
зочный край, где живут какие-то особенные люди. Это чувство у меня не проходит и в семьдесят лет. Российский лес не по мне. Слева деревья, справа деревья, за поворотом опять лес, душа не от­
дыхает. Мне нужны просторы, да­
ли. Это создает ощущение огром­
ного круга, моего круга... — И все же, с чего начались ваши первые краеведческие исследования ? — У меня был друг, первый кара­
гандинский чемпион по альпиниз­
му Юра Гульнев. Однажды он позна­
комил меня с Николаем Пагануцци, человеком интереснейшей судьбы. Пагануцци работал на Кировском заводе в Ленинграде. После убий­
ства Кирова ему дали два года и от­
правили сюда, определив на рудоре­
монтный завод. Но на этом заводе случилась авария, виновным посчи­
тали Пагануцци, сослали в Но­
рильск. Пока туда ехал, его оправда­
ли, но в Норильске началась зима, дороги не было, он надолго застрял. Наконец вернулся и стал работать в горном техникуме. В Ленинграде Пагануцци был знаком с выдающи­
мися альпинистами, часто ездил с ними на Кавказ. Здесь он построил свой Кавказ! Во дворе техникума соорудил вы­
шку, на нее карабкались все кому не лень, и он выбирал будущих аль­
пинистов — тех, кто не боится вы­
соты, не дрожит от страха. А мест­
ные горы Бугулы, недалеко от станции Дария, сделал центром альпинизма. Это было нечто! Тыся­
чи человек забивались в товарняк и ехали до станции Дария. Бывало, приезжали, а там буран, съедали продукты и возвращались. В1963 Николай Пагануцци орга­
низовал очень серьезную экспеди­
цию на Тянь-Шань и в Среднюю Азию. Об этом можно писать отдель­
ный роман. Мы не могли не делиться переполнявшими нас впечатления­
ми. С Володей Новиковым, извест­
ным ныне краеведом, пошли в обла­
стную газету "Социалистическая Караганда" и потребовали — да, по­
требовали, чтобы журналисты писа­
ли про то, что действительно инте­
ресно людям: про альпинистов, туристов. Нам сказали — ну и пиши­
те сами. Мы стали пробовать. Атак как мы были уже молодыми науч­
ными работниками, то и подходили к процессу писания по-научному. Начнешь писать про Каркаралинск, туг же возникает вопрос: а что это за место? Узнали, что там был Приш­
вин — а кто такой Пришвин? И по­
шло, пошло, пошло... — Вокруг было много людей, оби­
женных властью. Вы их истории то­
же описывали? — В Балхаше проходил слет "До­
рогами славы, дорогой отцов". Мы с Володей Новиковым поехали туда и увлеклись патриотической темой. С удивлением обнаружили, что всерь­
ез никто не занимался историей ус­
тановления советской власти в При­
балхашье. Музей завален текущими делами — выставками, лекциями. А исследований, анализа не было. Копнув, увидели, что тут нужно ра­
ботать целому коллективу, а не нам, любителям. Но кое-что сделали, и тут случилось нечто — к нам стали "приплывать" имена людей, о кото­
рых все забыли. Каркаралинские, спасские, балхашские жители стали вдруг выходить из небытия. Некото­
рые герои жили рядом, но их никто не замечал. Это нас потрясло. Один из героев революции Тка-
ченко ходил по карагандинскому ба­
зару с табличкой на груди "Продаю нафталин". Он был член Каркара-
линского совдепа в 1918 году! А по­
том писал заметки в газету, сообщая, что в школе нет дров, дети мерзнут, рубят караганник на растопку, пото­
му что хотят учиться... Ему не про­
стили "злопыхательства", исключи­
ли из партии. Так борец за светлое будущее ушел из жизни как прода­
вец нафталина. И таких примеров очень много. Со временем ко мне стали при­
ходить письма из Ленинграда, Москвы, других городов. От род­
ственников, сослуживцев героев публикаций. Эти письма сейчас в областном архиве. — Не думаю, что вам удавалось легко восстанавливать цепочку собы­
тий, если речь шла о судьбе "врага на­
рода". Ведь страха в обществе было много даже в 80-е годы... —Да, это так. Лишь сейчас мно­
гие люди, в особенности, казахской национальности, по-настоящему ув­
лечены созданием своей родовой книги. Меня просят узнать про деда, прадеда, прапрадеда. Это радует. Пусть хоть таким путем просыпается интерес к истории родины. Я очень хорошо помню такой случай. В "застойные" годы сидели мы в юрте посреди степи, пили ку­
мыс, и хозяин юрты, аксакал, осто­
рожно стал меня спрашивать про мои заметки о Сакене Сейфуллине и других национальных героях. "Кого реабилитировали, кого еще нет... А ты не боишься писать про них?" Я думал, он начнет укорять, что я обе­
ляю "врагов народа". То, что сказал старик дальше, меня просто потряс­
ло: "Они представители нашего на­
рода, и мы их никогда не забудем. Придет время, поставим на место, достойное их". Это был и скрытый упрек нам, русским, за то, что не умеем хранить уважения к своим ге­
роям. Смешали с грязью Троцкого, забыли дедов и прадедов... Сейчас действительно пришло время, о котором говорил старик, — героям прошлого воздается по за­
слугам. Но этот процесс очень труд­
ный, его надо решать на государ­
ственном уровне. — В чем трудность-то ? — Сейчас поймете... В 70-е годы я решил найти живых участников геолого-разведочной экспедиции на Балхаш 1928 года. Стал писать в Ташкент, Москву, другие города. Мне отвечали. Причем, как отвеча­
ли! Например, директор Ташкент­
ского музея пишет: "Запрашиваемо­
го вами человека знает профессор Исмаилов. Я поручил ему ответить вам". В конце концов, нашли чело­
века в Москве, сообщили адрес, эта история была восстановлена, и в 1994 году я прошел по этому марш­
руту. Видеокассета оказалась очень востребована и местными чиновни­
ками, и родственниками членов той первой экспедиции. Все это благо­
даря почтовой связи, неравноду­
шию людей. А
сейчас я из России пишу в библиотеки Казахстана — в Караганду, Алматы—и мне не отвечают! Это обидно, горько. Поезд идет трое суток, а письмо —тридцать дней! Многие письма теряются — до 60 процентов! Я стал исследовать эту проблему В питерских отделениях связи мне объяснили, что при корреспонденции многие пись­
ма "выбраковываются" — не тот вес, не тот конверт. Оказывается, есть международное соглашение, что международные письма должны соответствовать опреде­
ленному образцу. Какому имен­
но образцу, никто не знает, но все выбрасывают. И нтернет я не уважаю. Там очень много недостоверной информации и зачастую непонятен источник. Я люблю общаться непосредственно, и для меня такая плохая работы поч­
ты — просто трагедия. Но это еще не все... Иду в биб­
лиотеку Питера почитать казахстан­
ские книжные новинки. Обнаружи­
ваю, что последние поступления книг из Казахстана были в 1995 году Ни одной книги, лишь несколько журналов о родной стране доступны казахской диаспоре Петербурга, ко­
торая насчитывает пять тысяч чело­
век! По привычке иду к начальству библиотеки: "Почему?" И слышу опять про международное соглаше­
ние. Оказывается, в нем забыли упо­
мянуть об обмене библиотечными новинками. И это еще не все! Пишут мне в Питер казахстанцы, жаждущие узнать о своих дедах и прадедех: "В 30-х годах выходили газеты, где наверняка со­
общалось о родственнике. Пожа­
луйста, найдите..." Иду в архивный отдел библиотеки — нет казахстан­
ских газет, как, впрочем, и грузин­
ских, киргизских, и.тд. После разва­
ла Союза их собрали, положили в отдельную комнату и ждут, когда ка­
захстанцы заберут свою историю. А нашим либо некогда, либо денег нет. Никто не едет за ними. В Питере часто проходят между­
народные краеведческие конферен­
ции. Я на них представляю Казах­
стан самозванцем, ведь никто меня не направлял. И мне организаторы рады, потому что других участников из Казахстана нет. Почему нельзя за­
планировать командировки, я этого просто не понимаю. Вообще, интерес к своей исто­
рии в Казахстане пока очень своеоб­
разный. Спросите у молодежи, кто такой Саттар Ерубаев, почему его именем названа улица? Никто не знает. Я недавно нашел о нем неве­
роятно интересные подробности, написал книгу, но на издание нет де­
нег Никому это, выходит, не инте­
ресно! То же о Мухтаре Ауэзове. Я опубликовал это в трудах универси­
тета, раз здесь не востребованно... — Почему вы все-таки уехали, при такой большой любви к краю ? — Мне здесь стало тесно. Я здесь все архивы знал лучше, чем их сотрудники! А в Петербурге по на­
шей Сары-Арке нашел материалов больше, чем здесь... Пожалуйста, берите, пользуйтесь! Но на меня порой смотрят с недоверием: ты кто, мол, и что тебе надо?.. Краевед, если вдуматься, очень интересное слово. Ве-
дает край, ведет по краю... Слово"край", кстати, тоже не такое простое понятие. Можно сказать - "край род-
ной", можно - "видно край, границу" Во втором понятии для кра-
еведа Попова нет "края".В свои семьдесят лет он продолжает яснее, чем раньше, видеть даль.Попробуйте увидеть тоже... Светлана КОХАНОВА, Фото В. БАРАБАНОВА Наша ярмарка.-Караганда,2007.-13 июля.-С.8,9 
Документ
Категория
Статьи
Просмотров
143
Размер файла
205 Кб
Теги
самозванец, представляю, казахстан, попов
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа