close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Церковно-государственные отношения в годы Великой Отечественной войны

код для вставкиСкачать
статья
Коршунов К. В.
ЦЕРКОВНО-ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОТНОШЕНИЯ
В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Состояние церковно-государственных отношений накануне войны
В
конце
1938
г.
руководство
Советского
Союза
после
продолжительного периода открытого, активного наступления на Церковь,
развернутого в целях искоренения всяких религиозных верований, начало
проявлять сдержанность в своем отношении к Русской Православной
Церкви. После пересмотра некоторых следственных дел из заключения были
освобождены сотни священнослужителей, в том числе и некоторые архиереи.
«Отчасти это было связано с постепенным общим изменением курса
советского
правительства
с
интернационально-коммунистического
на
национально-патриотический» [1, 130]. Партийное руководство не стало
активно способствовать провозглашению третьей «безбожной пятилетки»,
благодаря чему не состоялся и планируемый III съезд Союза Воинствующих
Безбожников (СВБ). Постепенно сокращалось количество организаций СВБ,
падал объем и тираж иллюстрированного журнала «Безбожник». В 1939 г.
Центральный
совет
СВБ
большинства
ячеек
Союза,
отмечал
пассивность
которые
«не
и
ведут
бездеятельность
систематической
антирелигиозной борьбы» [см. 1, 131]. По сути, к этому времени Русская
Православная Церковь в результате жестоких гонений и открытого террора
была практически разгромлена. По своему фактическому положению она
стала приближаться к нелегальной организации. Общение с «церковниками»
считалось
признаком
неблагонадежности
со
всеми
вытекающими
последствиями. Возможно, советское правительство опасалось ухода Церкви
в подполье. Катакомбные (тайные) приходы представляли большую
опасность в сравнении с официально и строго контролируемой Церковью. В
советской печати прямо признавалось, что закрытие храмов ведет к
увеличению нелегальных религиозных организаций. К тому же, надвигалась
1
Вторая мировая война. Страна нуждалась в укреплении единства нации, а не
в разделяющих нападках атеизма.
В сентябре 1939 г. советские войска вступили на территорию Польши.
Совершилось присоединение Западной Украины и Западной Белоруссии к
СССР. Тем самым в государственную жизнь включились области, которые не
были затронуты религиозными гонениями. В итоге, общее количество
действующих храмов в СССР увеличилось за счет этих территориальных
приобретений на 3350. От обычной антирелигиозной политики на этих
территориях пришлось отказаться. Советская власть опасалась массового
недовольства населения, а у границ СССР уже стояла германская армия.
Правительство даже пошло на некоторые уступки в отношении традиций
западных украинцев и белорусов: в 1940 г. в стране была отменена
пятидневная рабочая неделя и восстановлен воскресный отдых. Таким
образом, в конце 1939-1940 гг. в стране создавалась видимость религиозной
терпимости за счет уменьшения масштабов антицерковных акций.
Однако, несмотря на эту политическую «осторожность» по отношению
к Церкви, в 1939-1941 гг. по-прежнему «приоритетной задачей считалось
строительство безрелигиозного общества» [1, 138]. В 1940 г. государственная
религиозная
политика
вновь
постепенно
ужесточается.
Оживляется
деятельность СВБ, численность членов которого увеличилось до 3,5 млн.
Тираж антирелигиозных изданий в 1940 г. достиг 140 млн. экземпляров. В
течение первого полугодия 1941 г. издавалось 10 атеистических газет и 23
журнала. Однако этот рост носил в основном формальный, показной
характер [1, 139]. В 1940 - первой половине 1941 гг. продолжался процесс
ликвидации храмов. В большинстве главных городов оставалось по одному
действующему храму. В маленьких городах практически не существовало ни
одного [1, 143]1. В 25 областях РСФСР не было ни одного действующего
1
Существуют разные точки зрения на количество действовавших перед началом войны на территории СССР
храмов. Наиболее близкой к истине Шкаровский М. В. считает цифру в 3732, которая приводится в докладе
Г. Карпова в ЦК КПСС от 14.02.1947 г. Если учесть, что 3350 приходов приходилось на западные области, в
2
прихода, в 20 - от одного до пяти. На Украине в шести областях были
закрыты все храмы. По одному действовало в Ворошиловградской,
Полтавской, Харьковской [1, 144] областях. В июне 1941 г. за несколько дней
до начала войны журнал «Безбожник» бездоказательно утверждал: «Религия
является
злейшим
врагом
советского
патриотизма...
История
не
подтверждает заслуг церкви в деле развития подлинного патриотизма» [цит.
по 1, 130]. Конечно, такая пропаганда мало способствовала укреплению
сплоченности населения перед лицом предстоящей войны. Очередной
подъем репрессий на Церковь был прерван лишь нападением Германии на
СССР.
Патриотическая деятельность Русской Православной Церкви
в годы войны
Начавшаяся война не обострила противоречия между государством и
Церковью. Национальные и патриотические традиции Русского Православия
оказались сильнее обид. В условиях гонений верующие приняли самое
активное участие в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами. Сразу же
после объявления войны, в момент растерянности многих государственных
деятелей, Патриарший Местоблюститель митр. Сергий (Старогородский)
написал «Послание пастырям и пасомым Христовой Православной Церкви»2.
О значимости и результатах этих посланий можно судить по актам
отношения оккупационных властей к распространению этих пастырских
обращений. В сентябре 1941 г. за чтение послания митр. Сергия в храмах г.
Киева
и
г.
Симферополя
немцами
были
расстреляны
несколько
священнослужителей [4, 9]. С июня 1941 г. во всех храмах Московского
Патриархата стали совершать по специально составленным текстам
«Молебен в нашествии супостатов». «Тяжелые испытания и лишения войны
стали одной из причин значительного роста религиозности в стране» [1, 146].
остальной части СССР оставалось ок. 350-400 действовавших православных храмов. Что касается числа
священнослужителей, оно вряд ли превышало 6000 чел. (вместе с западными областями).
2
Всего за годы войны митр. Сергий 24 раза обращался к верующим с патриотическими посланиями.
3
Совершалась работа с верующими на оккупированной территории. В
январе 1942 г. в специальном обращении к ним митр. Сергий напомнил,
чтобы они, «находясь в плену у врага, не забывали, что они - русские, и
сознательно или по недомыслию не оказались предателями своей Родины»
[1, 146]. Архиерейский Собор 8 сентября 1943 г. принял постановление,
осуждающее изменников вере и отечеству. В нем говорилось, что «всякий
виновный в измене общецерковному делу и перешедший на сторону
фашизма, как противник Креста Господня, да числится отлученным, а
епископ или клирик - лишенным сана» (Журнал Московской Патриархии.
1943. № 1. С. 16). В посланиях церковных иерархов и в проповедях
священников верующие утешались в скорби, Церковь их поощряла к
самоотверженному труду в тылу, мужественному участию в боевых
операциях, поддерживала веру в окончательную победу, способствуя
формированию высоких патриотических чувств и убеждений среди тысяч
соотечественников [1, 146]. Были случаи, когда с фронтов посылались в
Москву телеграммы с просьбами направить в действующую армию
материалы с проповедями духовенства Церкви [1, 148]. Есть свидетельства о
выступлениях в армии священников и архиереев. Например, о совершении в
ноябре 1942 г. под Сталинградом, на другом берегу Волги, митрополитом
Николаем (Ярушевичем) молебна перед Казанским образом Божией Матери
[1, 149].
Особым гражданским подвигом стало поведение духовенства и мирян
блокадного Ленинграда. Храмы отказывались от всех расходов, кроме самых
необходимых. Среди прихожан осуществлялся сбор теплых вещей и
продовольствия. Собирались пожертвования на оборону города, многие
приходы устраивали госпитали, на свои средства содержали лазареты для
раненых и больных воинов. Порой власти даже пытались ограничить
слишком активную, по их мнению, помощь духовенства госпиталям [1, 156].
Вообще, «материальная помощь государству и советской армии в целом
4
стала одним из самых важных направлений патриотического служения
духовенства и верующих в период войны» [1, 153]. Обращение к Церкви в
блокадном Ленинграде носило массовый характер. В итоге религиозный
фактор сыграл очень существенную роль в обороне города и в изменении
поначалу неблагоприятного для СССР хода боевых действий. Личным
примером духовенство призывало народ к мобилизации всех сил в помощь
обороне и укреплению тыла. Можно привести один из ярких примеров
самоотверженного служения на благо Церкви и Отечеству деятельность еп.
Луки (Войно-Ясенецкого), известного ученого-медика, который прошел
лагеря и ссылки. В годы войны он трудился в Красноярске в должности
главного хирурга эвакогоспиталя. Благодаря его операциям большому числу
раненых воинов были сохранены жизнь и здоровье. В 1945 г. за капитальный
труд «Очерки гнойной хирургии» уже возведенному в сан архиепископа
Луке была присуждена Сталинская премия I степени, большую часть которой
он отдал на помощь сиротам [1, 156].
Религиозная политика СССР в годы войны
С началом Великой Отечественной войны И. Сталину и руководству
ВКП(б) под влиянием обстоятельств пришлось начать пересмотр своей
религиозной политики. Был совершен переход к диалогу с Русской Церковью
во имя единства верующих и атеистов в борьбе с общим врагом СССР. К
октябрю 1941 г. практически все антирелигиозные периодические издания
были закрыты. Религиозным центрам СССР снова разрешили устанавливать
связи с заграничными церковными организациями. В феврале 1942 г. в
пропагандистских целях была возобновлена издательская деятельность
Русской Православной Церкви. Также были сняты некоторые ограничения,
связанные с внебогослужебной деятельностью Церкви и проведением
массовых религиозных церемоний: в ряде главных городов верующие снова
могли совершать Пасхальные крестные ходы [1, 209]. Однако было еще
далеко до подлинного диалога между Церковью и государством. В первый
5
год
войны
нередки
были
рецидивы
прежней
политики,
грубых
административных, насильственных акций по отношению к приходам. К лету
1942 г., вместе с возникновением системы сбора информации о деятельности
религиозных организаций на оккупированной территории и в пределах
СССР, стала очевидной политическая значимость церковного вопроса.
Сохранилось огромное количество докладных записок зам. наркома
внутренних дел В. Н. Меркулова и Б. З. Кобулова секретарю ЦК ВКП(б) А.
С. Щербакову, который в 1942-1943 гг. курировал религиозные вопросы по
партийной линии. В этих записках запрашивалось разрешение на издание и
распространение
патриотических
воззваний
священнослужителей,
проведение соответствующих радиопередач и т. д. Получив разрешение на
открытие банковского счета по сбору пожертвований на нужды войны,
Патриархия приобрела несколько урезанный статус юридического лица.
Окончательное решение о переходе к нормализации государственноцерковных отношений И. Сталиным и его окружением было принято в
начале 1943 г. Причиной этого была активная патриотическая деятельность
духовенства и мирян Русской Церкви. За полтора года войны Русская
Православная Церковь смогла показать свою силу в борьбе с нацизмом,
расширила и упрочила влияние в стране [1, 210].
Советское правительство в ходе войны обратилось к русским
национальным патриотическим традициям. Были введены ордена и медали в
честь великих русских полководцев (напр., орден Александра Невского).
Поворот этот осуществлялся целенаправленно во всех областях – от
культурно-исторической до религиозной. Церкви отводилась при этом роль
катализатора
и
государственности
цементирующего
и
компонента.
патриотизма.
Кинохроника
Она
стала
стала
опорой
показывать
немыслимые еще недавно кадры: в освобожденных городах жители с
иконами встречают советских солдат, некоторые бойцы совершают крестное
знамение и прикладываются к иконам и т. д. В некоторых регионах стали
6
открываться
храмы,
порой
неофициально
и
даже
при
содействии
руководящих деятелей государства. Весной-летом 1943 г. при Совнаркоме
был
образован
специальный
орган,
который
осуществлял
связь
правительства с Русской Православной Церковью. Таким образом, выведение
ее из-под контроля спецслужб стало полезно для внешнеполитического
имиджа СССР. Одновременно родилась идея встречи И. Сталина с
иерархами Церкви. По сути это изменение государственно-церковных
отношений можно рассматривать как негласное признание И. Сталиным
своей политической ошибки, которое далось ему не без труда. Но «вождь
народов» руководствовался прежде всего прагматическими расчетами. В
свете этого все идеологические и т. п. аргументы отходили на задний план [1,
211].
4 сентября 1943 г. стало важнейшей вехой новой религиозной
политики. На совещании с партийными руководителями практически были
решены вопросы об открытии приходов, духовных учебных заведений,
выпуске церковных изданий, выборов Патриарха и др. Ночью в Кремле
состоялся официальный прием И. Сталиным и В. Молотовым митрополитов
Сергия, Алексия (Симанского) и Николая (Ярушевича). Были подведены
итоги дневного совещания. Сразу же после этой встречи в жизни Московской
Патриархии начались глубокие изменения. 8 сентября в Москве состоялся
Собор епископов, на котором единогласно Патриархом Московским и всея
Руси был избран митр. Сергий. «Собор также обратился к христианам всего
мира с призывом объединиться для окончательной победы над фашизмом»
[1, 215]. Однако впоследствии целый ряд данных И. Сталиным Церкви
обещаний выполнен не был. Видимо для «вождя народов» важнее было
создать видимость благополучия в религиозном вопросе. Церковь за ширмой
этого благополучия ставилась под жесткий контроль, ее пытались встроить в
систему режима власти Сталина.
7
В ВКП(б) существовала оппозиция новому курсу государственной
политики в отношении к Церкви. Партийные агитаторы, согласно
информационным запискам в ЦК 1944-1945 гг., ждали возрождения борьбы с
религиозными предрассудками и суевериями. Однако постановление ЦК
ВКП(б) «Об организации научно-просветительской пропаганды» открыто о
задачах антирелигиозной работы не говорило. Красноречивыми выглядят
следующие факты: в 1944 г. под киностудию «Союзмультфильм» было
отдано здание Центрального музея истории и атеизма, ликвидирована
антирелигиозная секция при Институте философии Академии наук, не
подавал никаких признаков жизни и Центральный совет СВБ.
В конце 1943-1944 гг. Совнарком принял более 10 постановлений,
касающихся
условий
и
порядка
функционирования
религиозных
организаций, льгот духовенства, прав и обязанностей государственных
органов, ведавших церковной политикой. В последний год войны после
кончины
патр.
Сергия,
2
февраля
Поместным
Собором
Русской
Православной Церкви новым Патриархом был избран митрополит Алексий
(Симанский). Среди деяний Собора – принятие «Положения об управлении
Русской Православной Церковью». Государство пошло на серьезную
уступку, санкционировав принятие этого важного для жизни Церкви
документа.
Кроме
того,
государство
способствовало
ликвидации
обновленческого раскола внутри Русской Церкви (последние его общины
прекратили существование в 1946 г.), униатских общин в СССР и странах
Восточной Европы, а также участии РПЦ в экуменических процессах и
международном движении за мир [3, 6].
К
концу
войны
можно
говорить
о
частичном
возрождении
Московского Патриархата. Было восстановлено большинство архиерейских
кафедр. К январю 1945 г. число архиереев достигло 41, а к началу 1946 г. –
61. В СССР вместе с духовенством (9434) выросло и общее количество
8
храмов (на 1 июля 1946 г. эта цифра составляла 13 215 церквей и
молитвенных домов) [4, 31].
Заключение
Изменения в государственно-религиозной политике за годы Великой
Отечественной войны в целом соответствовали курсу, наметившемуся в 1939
г. в связи с отказом от массированного наступления на Церковь 1929-1938 гг.
и были равносильны «открытию второго фронта» [4, 210]. Эти изменения
выразились
в
вынужденном
допущении
значительной
активизации
церковной деятельность без серьезных видимых уступок, закрепленных
законодательно. Некоторые исследователи аргументировано доказывают
«объективную неизбежность изменения государственного курса в годы
войны, но в то же время создание лишь видимости взаимопонимания между
правительством и Патриархией, преимущественно показной характер многих
акций» [2, 48].
С сентября 1943 г. начался качественно новый этап. Советское
руководство разрешило выборы Патриарха, была возобновлена церковная
издательская
деятельность,
возрождалось
духовное
образование,
открывались сотни храмов. Все это было вызвано активной патриотической
деятельностью Русской Православной Церкви в годы войны, обращением
руководства страны к русским национальным патриотическим традициям,
массовым религиозным возрождением на оккупированной территории,
стремлением
нейтрализовать
воздействие
фашистской
пропаганды.
Существенным образом влияли и отношения с союзниками – США и
Великобританией [1, 222]. К осени 1943 г. стали вырисовываться
перспективы послевоенного миропорядка. Помощь Церкви в утверждении
советского влияния в Восточной Европе и других частях света была очень
кстати для правительства СССР [3, 65]. Время с сентября 1943 г. до начала
хрущевских гонений называлось «религиозным НЭПом» [2, 50].
9
Для И. Сталина была важна внешняя декорация благополучия в
религиозном
вопросе.
«Путем
фактической
легализации
Московской
Патриархии, избрания патриарха и создания Совета по делам РПЦ он хотел
не только сохранить, но и еще более упрочить жесткий контроль государства
над Церковью» [4, 25]. «Все важнейшие события религиозной жизни СССР
последних двух лет Второй мировой войны Кремль инициировал, главным
образом, в связи со своей внешнеполитической повесткой» [4, 69].
Окончательное «примирение» с властью далось Русской Православной
Церкви ценой компромиссов, часто болезненных для церковного сознания
(компания прославления И. Сталина, а также содействие осуществлению
планов сталинской имперской внешней политики). Но иначе и быть не
могло- «руководство РПЦ в начале 1940-х гг. вынужденно пошло на
частичное исполнение отведенной ему государством роли, преследуя цели –
возродить Русскую Церковь из руин, сохранить ее целостность» [2, 12].
Литература
1. Шкаровский М. В. Русская Православная Церковь в ХХ веке. М. Вече.
Лепта. 2010.
2. Шкаровский М. В. Русская Православная Церковь при Сталине и Хрущеве
(Государственно-церковные отношения в СССР в 193901964 годах). М. 1999.
3. Болотов С. В. Русская Православная Церковь и международная политика
СССР в 1930-е - 1950-е годы. М. 2011.
5. Русская Православная Церковь в годы Великой отечественной войны 19411945 гг. Сборник документов. / Составители: Васильева О. Д., Кудрявцев И.
И., Лыкова Л. А. М. 2009.
10
Автор
akademist
Документ
Категория
История
Просмотров
248
Размер файла
32 Кб
Теги
отношений, период
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа