close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

Семенов В. Н. Саратов доисторический

код для вставки
Без претензий на научную состоятельность автор, в основном в беллетристической форме, рассказывает и показывает, что и как могло происходить на территории, ныне занятой городом Саратовом и его близкими окрестностями, во времена примерно четырехтысяч
pi * Саратов
доисторический
*• .
л
'
САРАТОВ ДОИСТОРИЧЕСКИЙ
Территория саратовщины
в поздний бронзовый век
Саратов 2014
Семёнов Виктор Николаевич
Саратов доисторический
Территория саратовщины в поздний бронзовый век
Аннотация
Без претензий на научную состоятельность автор, в основном в бел­
летристической форме, рассказывает и показывает, что и как мог­
ло происходить на территории, ныне занятой городом Саратовом
и его близкими окрестностями, во времена примерно четырехты­
сячной давности, в эпоху так называемой поздней бронзы - задол­
го до возникновения древней греческой цивилизации. Его видение
возможной здесь обстановки и событий может быть интересным
для широкого круга читателей - от профессионалов научного скла­
да до простых и любознательных любителей местной старины.
© Семёнов Виктор Николаевич, 2014
© Соколов Дмитрий Валерьевич,
художественное оформление, 2014
Комментарий специалиста
Книги краеведа Виктора Николаевича Семёнова охватывают широкий
спектр краеведческих тем - от описания Золотоордынского города Увека
до событий начала XX века и предреволюционных брожений. Опыт обра­
щения к древней эпохе, находящейся в ведении более специалистов-археологов, нежели краеведов, продемонстрирован в данной работе автором
впервые. Заметим, что основная ценность выполненной работы - доход­
чивое и популярное изложение возможно произошедших здесь событий
на примере жизни и деятельности выдуманного героя, вождя племени,
базировавшегося на территории, близкой к Саратову, впоследствии во­
шедшей в археологическую терминологию под названием Алексеевское
городище. Конечно, некоторые эпизоды, красочно описываемые автором,
уязвимы с точки зрения выдержанности строгой исторической правде,
но будем помнить, что настоящий труд - это не научное исследование,
а вольное изложение привидевшегося далекого исторического прошлого
Саратовского Поволжья. Автором подробно описан образ жизни людей
бронзового века, обитавших на нашей территории, их жилища, занятия,
коллективные промыслы (охота, рыбалка, растениеводство, бортничест­
во, животноводство), а также их личная и духовная жизнь, принятые об­
ряды и ритуалы, борьба с агрессивными соседними племенами. С точки
зрения достоверности их не всегда можно воспринять как действительно
имевшие место, но и придумать что-либо иное любому автору затрудни­
тельно, ибо подробности повседневной жизни древних наших пращуров
скрыты от нас толщей веков и даже тысячелетий.
В книге делается попытка проследить эволюцию духовной жизни лю ­
дей бронзового века, развития тогдашней морали и определения нравст­
венных ценностей - что уже в близком преддверии основания первых ан­
тичных цивилизаций было вполне возможной и реальной составляющей
развития человеческого интеллекта.
Книгу «Саратов доисторический» можно и нужно считать как вклад в
популяризацию археологических и краеведческих знаний о нашем крае,
а автора следует поблагодарить за его стойкое увлечение саратовской
давней и недавней историей, внятной и доходчивой манерой изложения
почерпнутых из научных источников сведений, благодаря чему указанная
книга может стать интересной самому широкому кругу саратовских (а мо­
жет, и не только) читателей.
,
Доцент кафедры региональной истории этнографии и археологии Саратовского
государственного университета, кандидат исторических наук
Н.М. Малое
САРАТОВ ДОИСТОРИЧЕСКИЙ
Территория саратовщины
в поздний бронзовый вен
Естественно, в давние времена, задолго до новой эры
(Рождества Христова), города Саратова (как и многих других,
а точнее всех современных) на карте планеты еще не суще­
ствовало. Но на месте, на котором наш город впоследствии
возник, с древних пор, с доисторических времен, уже обитали
разумные существа, известные как Homo Sapiens. Думается,
что сегодняшнему жителю Саратова будет интересно пред­
ставить, что и как происходило на приволжской территории
в период, предшествующий возникновению первых цивилиза­
ций на Земле.
О шпалах времени
Сначала хотелось бы разобраться в шкале времени приме­
нительно к геологической истории Земли и в соответствие
ее самого позднего периода принятым в археологии этапам,
характеризующимся появлением первых человекообразных
обезьян, затем человека и развитием его основных разно­
видностей. С тем чтобы четко установить связь временных
этапов развития человечества с таковыми же составляющи­
ми позднейшей геологической истории нашей планеты. Как
выяснилось, это очень сложный вопрос, активно дискути­
руемый на станицах периодической печати и в социальных
сетях.
Как дилетант в области археологии, но выпускник все-та­
ки геологического факультета Саратовского университета,
я могу лишь с определенной долей риска утверждать, что
появление первых человекообразных обезьян произошло в
третичной системе, в палеогеновый период, в эпоху олигоце­
на - 33,9 млн ле т назад. Появление же современного челове­
ка можно отнести к эпохе плейстоцена четвертичного перио­
да - около 2,6 млн лет назад.
Далее мы будем оперировать только понятиями времен­
ных интервалов, принятыми в археологии (они позициони­
руются в «размытых границах» и с «перехлестами» в зависи­
мости от региона исследования, что и вызывает трудность
сопоставления их с геохронологической шкалой). Это Палео­
лит (древнекаменный век - 3 млн ле т - 10 тысяч ле т до н.э.),
Мезолит (среднекаменный век - 10-9 тысяч лет - 7 тысяч
ле т до н.э.), Неолит (новокаменный век - 6-5 тысяч ле т 3 тысячи лет назад до н.э.), Энеолит (меднокаменный век 3,2 тысяч лет - 2,2 тысяч л е т до н. э.), Бронзовый век (3 тысячи
лет - 1 тысяча ле т до н. э.), Период поздней бронзы (2 тыся­
чи лет назад - 1 тысяча л е т до н. э.). «Указать четкие хроно­
логические рамки энеолита и бронзового века на террито­
рии России и бывшего СССР весьма затруднительно. На ог­
ромных территориях Евразии обнаруживаются заметные
колебания в датах наступления и развития эпохи раннего
металла» (Учебник для вузов «Археология», МГУ, 2006). Же­
лезный век (эпоха первобытной и раннеклассовой истории
человечества, около 900 л е т до н. э. - около 400 ле т н. э.). В же­
лезном же веке возникли греческая и римская античные ци­
вилизации.
Приведенные цифры в разных источниках варьируют в
значительных пределах применительно к разным регионам
нашей планеты. Встречаются указания и на то, что у отдель­
ных отсталых народов Африки, Юго-Западной Азии и Южной
Америки способы хозяйствования и в настоящее время со­
хранены с доисторических времен. Теперь кратко охаракте­
ризуем каждый из упомянутых археологических этапов.
Палеолит
Это первый исторический период каменного века с нача­
ла использования каменных орудий гоминидами (род Homo,
около 3 млн лет до н.э.) до появления человека современного
типа (10 тысяч лет назад до н.э.). Палеолит - это эпоха суще­
ствования ископаемого человека, а также ископаемых, ныне
вымерших, животных. Он занимает большую часть (около
99 % ) времени существования человечества.
В эпоху палеолита климат Земли, ее растительный и жи­
вотный мир значительно отличались от современных. Люди
эпохи палеолита жили немногочисленными первобытными
сообществами и пользовались лишь оббитыми каменными
орудиями, не умея еще шлифовать их и изготавливать гли­
няную посуду. Тем не менее, кроме каменных орудий они ис­
пользовали орудия из кости, кожи и дерева. Занимались охо­
той и собиранием растительной пищи.
Начало палеолита совпадает с появлением на Земле древ­
нейших обезьяноподобных людей, в конце палеолита эво­
лю ция гоминид завершается появлением современного ти­
па людей. В самом конце палеолита люди начали создавать
древнейшие произведения искусства, появились признаки
существования религиозных культов (ритуалы погребения).
Климат палеолита несколько раз менялся от ледниковых пе­
риодов до межледниковых, становясь то теплее, то холоднее.
В каменном веке люди охотились на диких животных
и собирали растительную пищу, топливо и материалы для
строительства или изготовления одежды и инструментов как и современные народности, находящиеся на той же сту­
пени развития. Плотность населения в ту пору была очень
низкой, не более одного человека на квадратный километр.
Это обуславливалось ограниченностью продуктов питания,
высокой детской смертностью, тяжелым детским трудом
и бродячим образом жизни. В то же время как у древних,
так и у современных охотников-собирателей бы ло значи­
тельн о больш е свободного времени, чем у зем ледельцев
более позднего периода. Лишь к концу каменного века, осо­
бенно в среднем и верхнем палеолите, у людей появилось
искусство- в виде наскальных рисунков и украшений, а
также религиозное поведение, в частности ритуалы погре­
бений.
Инструменты в эпоху палеолита изготавливались из кам­
ня, рога, кости, зубов, раковин и растительных волокон, дре­
весины, стеблей, смол, частей растений. Появились гальки
с заостренным краем, появилось ручное зубило, скребки и
каменное шило - проколка. Кроме каменных орудий приме­
нялись, несомненно, и деревянные - заостренная палка, жгу­
ты, дубины, копья.
Ранние гоминиды предположительно использовали заос­
тренные палки-пики еще 5 млн ле т назад, чтобы охотиться
на мелких животных, как это делают иногда обыкновенные
шимпанзе. Из веток и камней строили жилища, используя ес­
тественные укрытия.
Некоторые исследователи считают, что гоминиды нача­
ли готовить пищу на костре в холодных широтах для того,
чтобы размораживать ее. Тем не менее, считается, что специ­
фичное постоянное использование огня для приготовления
пищи началось только в среднем палеолите.
Социальная организация у первобытных людей остает­
ся во многом неизвестной, но предполагается, что она была
более сложной, чем у современных шимпанзе. По-видимо­
му, изобретение «основного лагеря» или общинного центра,
где накапливались запасы продуктов (растительная пища
и пойманная дичь), произошло еще в нижнем палеолите,
не позднее 1,7 млн лет до н.э., однако материальные остатки
таких центров в виде построек и очагов датируются не ранее
500 тысяч лет до н. э.
Точно также неизвестно, был ли человек нижнего палео­
лита моногамным или полигамным. Представляется все же,
что виды с выраженным половым диформизмом (то есть
с заметными различиями в половых признаках) склонны
более к полигамии. Не исключено, что людские сообщества
в палеолите были малочисленны, представляя собой одну
большую семью, в которой была развита иерархия.
Рацион охотников и собирателей включал продукты рас­
тительного и животного происхождения, грибы, лишайни­
ки. Наличием источников воды, соли, микроэлементов от­
личается каждая характерная стоянка в ареалах обитания
мигрирующих видов. Источники мяса, в том числе мяса птиц,
рептилий, амфибий, рыбы, моллюсков, насекомые, черви,
могли оказываться у побережья рек, озер, морей. Приро­
да растений определяла способность организмов гоминид
вырабатывать или нуждаться в отыскании определенных
веществ - витаминов. Но лишь значительно более позже в верхнем неолите - осуществлена такая культивация расте­
ний, которая определяет различие овощей, фруктов, маслич­
ных и иных культур, нужных для полноценного развития
организма.
Кроме того, во времена палеолита люди могли охотиться
на крупных животных (например, мамонтов), которые вы­
мерли в конце плейстоцена.
Также антропологи считают, что человек палеолита мог
быть каннибалом, что, возможно, бы ло следствием недос­
татка белковой пищи. Позже поедание человеческого мяса
стало частью религиозной традиции. С другой стороны,
можно предположить, что съеденные люди были жертвами
не себе подобных, а хищных животных и падальщиков, так
как в нижнем палеолите мертвых еще не хоронили в харак­
терных могилах и трупы людей были для них доступны.
Палеолитический человек оставался хозяином Земли око­
ло полутора миллионов лет. Наибольшее разнообразие его
обитало в Африке и в прилегающих к ней частях Азии и Ев­
ропы. Здесь около 200-300 тыс. лет до н.э. появились новые
виды людей, объем головного мозга которого не уступал
современному. Прежде всего это были неандертальцы, ко­
торых некоторые специалисты считают ранним подвидом
современного человека (Homo sapiens neanderthalensis), а дру­
гие - особым видом (Homo neanderthalensis). Некоторое время
они были если не единственным, то преобладающим видом
гоминид во всем старом свете, в средней Азии, на Ближнем
Востоке и в Северной Африке.
Появившиеся несколько позже (около 100 тыс. лет до н.э.)
в Северной Африке люди современного типа (Homo sapiens)
усовершенствовали орудия труда и охоты (первыми стали
применять гарпун с наконечником, а позже лук и стрелы ).
Это изменило социальную организацию человеческих сооб­
ществ, которые стали более многочисленными, так как мог­
ли прокормить больше людей на той же территории и для
охоты на крупных животных, где требовались усилия б о ль­
шего числа охотников - несколько десятков человек.
Большое количество данных показывает, что в среднем па­
леолите люди начали обмениваться между собой товарами
(охра, кремень для изготовления орудий и т.д.). В то же время
известно, что и неандертальцы, и Homo sapiens заботились
о престарелых членах общества. Считается, что в большин­
стве своем члены сообществ еще были относительно равны,
а решения принимались большинством голосов.
В среднем же палеолите появились погребения людей
(могилы неандертальцев обнаружены в Хорватии), возраст
которых около 130 тысяч лет. Вместе с ритуалами и погре­
бениями появились и искусства - в частности изображения
женщины, человека-зверя и украшения из перламутра из пе­
щер Южной Африки, возраст которых около 75 тысяч лет.
Ощутимый социальный и технический прогресс обусло­
вил эволюционные преимущества Homo sapiens, который
оказался к нему более восприимчив. Именно этот вид быстро
распространился в Старом и Новом свете. К началу верхнего
палеолита люди современного типа полностью вытеснили
или ассимилировали неандертальцев, эректусов и прочие
родственные виды, оставшись единственным видом рода
Ношо на всей планете.
Поздний палеолит (около 100 тысяч лет назад и позже) это эпоха господства человека современного типа - Homo
sapiens (кроманьонцы). В это время появились первые разли­
чия между представителями рас - европеоидной, монголоид­
ной и негроидной. Используется более 20 видов орудий тру­
да, в том числе костяные иглы с ушком, позволившие шить
одежду из шкур животных. Рыбу начали ловить сетями, дичь
добывалась метательными камнями, а потом, в более позд­
ние эпохи, появилось оружие для стрельбы на дальнее рас­
стояние - луки и стрелы (27-20 тысяч лет до н.э.). Одомаш­
нивание первого животного - собаки, произошло не позднее
12 тысяч лет до н.э. (хотя некоторые исследователи значи­
тельно расширяют временные границы этого свершения).
По некоторым археологическим данным известно, что с
первобытных времен кроманьонцы и неандертальцы на
территории нынешней Франции использовали лунный ка­
лендарь - для вычисления сезонных миграций животных.
Солнечный календарь появился позже - в неолите.
Наскальные рисунки, резьба по кости и доисторическая
скульптура, появившиеся еще в среднем палеолите, в верх­
нем стали еще более распространенными и разнообразными.
В верхнем же палеолите возникают развитые ритуалы и
культы - тотемизм, фетишизм, шаманизм. Считается, что
поклонение предкам также возникло в верхнем палеолите и
совпадает с феноменом появления вожака и иерархической
упорядоченности в каждом сообществе.
В верхнем палеолите на смену первобытному стаду при­
ходит родовая матриархальная община, родство ведется по
женской линии. Появляется примитивный аналог института
брака, упорядочивший половые отношения. Брак возникает
как взаимосвязь репродуктивной и иных форм деятельности
особей в племени.
Мезолит
Это средний каменный век, период между палеолитом и
неолитом. На Ближнем Востоке он датируется около 10 ты ­
сяч лет назад - 7 тысяч лет до н.э. На большей части Евро­
пы мезолит сменен неолитом. Ряд культур мезолитического
типа исчезли относительно недавно (аборигены Австралии,
группы индейцев Амазонки и др.).
В Европе начало мезолита связано с окончанием послед­
него здесь оледенения и исчезновением мегафауны, что выз­
вало пищевой кризис и затронуло большинство культур ев­
ропейского региона.
Важнейшим достижением мезолита стало внедрение в
практику охоты лука и стрел и приручение животных, что
нашло интенсивное применение и совершенствование и в
последующие эпохи. Собаки использовались для охоты и
охраны жилищ. Эта эпоха характеризуется частым приме­
нением так называемых микролито (небольш ие, 2-3 см в
длину, до 0,1 см в толщину, резцы, используемые для бритья,
для надрезов, для хирургических манипуляций).
Мезолит отмечен прогрессом в развитии общественных
факторов: формировании общих норм и правил поведения,
запретов и предписаний, которые закреплялись и станови­
ли сь частью традиции, религии и табу. Распространяются
формы насилия, связанные с нарушением общественных
норм (различные способы принуждения и расправы).
Накапливаются новые знания об окружающем мире, раз­
виваются и совершенствуются умения, помогающие выжить
(необходимо было, в частности, знать особенности кормовой
территории, повадки животных, свойства растений и при­
родных минералов). Появился первый опыт лечения травм,
полученных во время охоты, вывихов, нарывов, укусов змей
и т.д.
Образование так называемых «жилых холмов» (площадью
2—4 га, иногда больш е) относится именно к периоду мезо­
лита.
В мезолите уже существовала речь с развитой фонетикой
и грамматикой, однако плохо были развиты абстрактные
термины, термины для больших чисел и т. п.
Развивается искусство. Найдены многочисленные рисун­
ки людей, животных, растений. Появляются зачатки пикто­
графии - прототипа рисуночного письма. Возникает музыка
и танцы, использовавшиеся во время празднеств и ритуалов.
Углубляются языческие религиозные представления. Появ­
ляются коллекции мелкой разрисованной гальки - по-види­
мому, символы умерших предков (аналогичные предметы
используются в настоящее время аборигенами Австралии).
Если в палеолите древний художник видел и, соответ­
ственно, изображал объект охоты, то в мезолите внимание
художника перенеслось на соплеменников. Это выражено в
групповых сценах охоты, преследований и войн. Каждая че­
ловеческая фигурка изображена весьма условно, акцент де­
лается на действии, которое она совершает: стреляет из лука,
наносит удар копьем, мчится вслед за убегающей добычей.
Наскальные изображения мезолита многофигурны. Худож­
ник осознает себя частью общества, находящегося в постоян­
ном движении, в центре бурлящей жизни.
В мезолите в лесных районах мира появились первые
признаки обезлесения, которое становится массовым в пе­
риод неолита, когда потребовались большие пространства
для земледелия. Если образ жизни в палеолите был преиму­
щественно кочевым, то в мезолите он становится все более
и более оседлым, начинается интенсивное освоение терри­
тории вместо экстенсивного. Селения, как правило, сезонно­
го характера. Активно развиваются ремесла (изготовление
корзин, предметов одежды, кухонной утвари). Тем не менее,
охота, рыболовство и собирательство все еще играют доми­
нирующую роль.
Неолит
Это новокаменный век, последняя стадия каменного века.
Разные культуры вступили в этот период развития не одно­
временно. Неолит датируется во многих источниках по-раз­
ному, но наиболее часто его время относится к эпохе 6-5 ты­
сяч лет до н.э. - 3 тысячи лет до н.э.
Вступление в неолит приурочивается к переходу культу­
ры от присваивающего (охотники и собиратели) к произ­
водящему (скотоводство и зем ледели е) типу хозяйства, а
окончание неолита датируется временем появления метал­
лических орудий труда и оружия, то есть началом медного,
бронзового и железного века. Причем поскольку некоторые
культуры Америки и Океании до сих пор не вполне перешли
из каменного века в железный, неолит не является опреде­
ленным хронологическим периодом в истории человечества
в целом, а характеризует лишь культурные особенности тех
или иных народов.
Ко времени наступления неолита все виды людей, кроме
последнего (кроманьонцы), вымерли на всей территории
планеты.
В эту эпоху каменные орудия шлифовались, сверлились,
развивалось прядение и ткачество. Рыболовство становится
одной из ведущих форм хозяйствования. Активное рыболов­
ство способствовало созданию определенных пищевых запа­
сов, что в сочетании с охотой на зверя давало возможность
племени жить на одном месте круглый год.
Переход к оседлому образу жизни привел к появлению ке­
рамики. В это же время начинают строиться города (одним
из них считается Иерихон, город на территории Палестины).
Некоторые города были хорошо укреплены, что говорит о су­
ществовании в то время организованных войн. Стали появ­
ляться в армиях и профессиональные воины. Началось со­
циальное расслоение, разделение труда, появление техноло­
гий. Можно сказать, что в эпоху неолита началось формиро­
вание древних цивилизаций.
Неолитические поселения располагались, прежде всего,
поблизости от мест, обеспечивающих существование л ю ­
д е й ,- вблизи рек, где ловили рыбу и охотились на птицу,
вблизи полей, где выращивались злаки. Главной породой
камня был кремень. Наиболее простой способ его добычи сбор кремня на поверхности, чаще всего в речных долинах.
Но велась разработка кремня и в шахтах, то есть возникали в
т о время зачатки горного дела.
В неолите продолжают преобладать старые способы об­
работки камня - техника двусторонней обивки, скола, ре­
тушь. Вместе с тем появляется также шлифование, пиление,
заточка камня. Широко использовались костяные орудия
труда. В неолите появляются крупные наконечники копий,
костяные кинжалы, иногда снабженные кремневыми вкла­
дышами. Такое оружие было способно поразить крупного
зверя - лося или оленя. Но встречаются и малые кремневые
наконечники - для охоты на пушных зверей, чтобы не повре­
дить их шкуру.
В число важнейших орудий в неолите входит топор, ранее
неизвестный. Появляются также каменные долота, стаме­
ски, тесла. Топор помогал строить жилища, загороди, загоны,
с его помощью изготавливались плоты, лодки, сани, лыжи.
Одним из признаков неолита считается появление кера­
мики. Также важным свершением неолита является ткачест­
во. Предпосылкой последнего было плетение корзин и изо­
бретение рыболовных сетей.
Продолжает развиваться межплеменной обмен. В изобра­
зительном искусстве неолита видно пробуждение мысли
человека. Людей на планете становится больше. Племена
начинают заселять новые пространства и воевать с другими
племенами. Это противостояние является темой искусства
нового каменного века. Наскальная живопись становится
более условной. Письменности тогда еще не было, а пробу­
дившаяся мысль требовала закрепления. Поэтому в древних
пещерах той эпохи появляется более схематичное изображе­
ние людей и животных и условные рисунки орудий и оружия,
средств передвижения, геометрических фигур.
Энеолит
Эту эпоху на территории Европы называют медным ве­
ком, длилась она в среднем от 3,2 тысяч лет назад до 2,2 ты­
сяч лет до н.э.
В Атлантической Европе медный век характеризуется
появлением традиции сооружения мегалитов - массивных
каменных построек культового характера (например, Стоун
Хэнж на британском острове). Отчасти по этой причине в за­
падной европейской археологической традиции энеолит рас­
сматривается отдельно от неолита.
Также в медном веке Европу начинают активно заселять
носители пришедших с севера культур, принесших с собой
лошадь, колесо и курганные погребения. В рамках курганной
гипотезы эти культуры связывают с наиболее ранними в Ев­
ропе носителями индоевропейских языков.
Экономика медного века даже в тех регионах, где медь
не использовалась, больше не состояла из земледельческих
общин и племен. Происходит дивертификация производст­
ва: теперь ряд материалов производились в определенных
местах, откуда распространялись в дальние регионы. В ряде
мест развилось шахтное производство металлических руд и
камня, наряду с созданием из этих материалов ценных то­
варов.
Хотя начало металлургического производства является
очень важной приметой энеолита, все же гораздо более зна­
чимой инновацией этого времени можно и нужно считать
появление лошадей и колеса, а также связанное с этим повы­
шение мобильности культур.
Примерно 2500 лет до н.э. в Восточную Европу начинают
проникать представители культур, происходящих из Черно­
морско-Каспийских степей - таких, как ямная культура, ут­
вердившаяся окончательно в более позднем бронзовом веке.
Бронзовый вен
Это выделяемая на основе данных археологии эпоха че­
ловеческой истории, характеризующаяся ведущей ролью из­
делий из бронзы, что было связано с улучшением обработ­
ки таких металлов, как медь и олово, получаемых из рудных
месторождений, и получением из них бронзы. Датирует­
ся она периодом 3 тысячи лет до н .э.- 1 тысяча лет до н.э.
Бронзовый век является второй, поздней фазой эпохи ран­
него металла, сменившей медный век и предшествовавшей
железному веку.
Выделяют ранний, средний и поздний этапы бронзового
века. В начале бронзового века зона культур с металлом ох­
ватывала не более 8-10 млн км2, а к концу его их площадь
возросла до 40-43 млн км2. На протяжении бронзового века
происходило формирование, развитие и смена ряда метал­
лургических провинций.
Место и время открытия способов получения бронзы дос­
товерно неизвестно. Можно предположить, что бронза была
одновременно открыта в нескольких местах. Самые ранние
бронзовые изделия с примесями олова обнаружены в Ираке
и Иране и датируются концом 4 тысячелетия до н.э. Содер­
жащие примеси мышьяка изделия из бронзы производились
в Анатолии и по обе стороны Кавказа в раннем третьем тыся­
челетии до н.э. А некоторые бронзовые изделия майкопской
культуры датируются еще серединой четвертого тысячеле­
тия до н.э. Но вопрос этот считается спорным.
С началом бронзового века оформились и начали актив­
но взаимодействовать два блока человеческих сообществ
Евразии: южный (южнее центрального горного пояса от А л ­
тая до Альп) со сложной социальной структурой, хозяйством,
основанном на земледелии в комплексе с животноводством,
где появились города, письменность, государства, и север­
ный (в Евразийской степи), в коем сформировались воинст­
венные сообщества подвижных скотоводов.
В среднем бронзовом веке происходит расширение (в
основном на север) зоны, занятой металлоносными культу­
рами. В связи с этим расширением мы в дальнейшем будем
сосредоточены на культурах, характерных для будущих об­
ластей Поволжья, Прикаспия и Причерноморья, наиболее
географически близких к основному предмету нашего иссле­
дования - территории края, которую ныне представляет Са­
ратовское Поволжье.
Четыре тысячи лет назад начинается период поздней
бронзы (он длился примерно 1000 лет, с 2-х тысяч лет до н.э.
до 1 тысячи лет до н.э.). В эту эпоху на территории наше­
го края последовательно сменились три археологические
культуры: покровская, срубная к хвалынская - по данным
Н. М. Малова. Наиболее многочисленные памятники относят­
ся к срубной культуре, названной исследователями по обы­
чаю живших тогда племен выкладывать стенки могил брев­
нами.
Численность населения в этот период росла больш ими
темпами. Высокого уровня в это время достигла специали­
зация в производстве медных и бронзовых орудий труда,
оружия, украшений. Сформировавшаяся в Волго-Уральском
междуречье срубная историческая общность распространи­
л а свое влияние на громадные пространства степей и лесо­
степей Восточной Европы.
Покровская срубная культура распространена в степной
и лесостепной полосе от Северного Донца до Урала. Эпонимным памятником является Покровский могильник в
саратовском Поволжье, исследованный профессором СГУ
П. С. Рыковым в 20-е годы XX века у г. Покровска (ныне г. Эн­
гельс). Археологическая коллекция могильника хранится в
Саратовском областном музее краеведения с начала 1930-х
годов.
Памятники эпохи поздней бронзы представлены поселе­
ниями, могильниками, кладами, рудниками, мастерскими
и единичными случайными находками. Поселения распола­
гались в непосредственной близости от рек на береговых
террасах и небольших возвышениях в пойме. В больш ин­
стве случаев жилые и хозяйственные постройки на поселе­
нии образуют линию вдоль края террасы или возвышения.
Центральная часть поселения имела менее плотную за­
стройку. Количество жилищ на поселении могло достигать
от 10 до 20 единиц. Жилища представлены наземными по­
стройками, полуземлянками и землянками каркасно-стол­
бовой конструкции с двускатной или шатровидной крышей.
Стены сложены из дерна, бревен, редко - камня. Большин­
ство жилищ представлено однокамерными постройками,
порой с пристроенной хозяйственной частью. В больших по­
стройках жилая часть чаще всего обособлена от подсобно-хо­
зяйственной. Внутри жилищ находились один или несколько
очагов, которые располагались преимущественно в центре,
хозяйственные ямы, реже фиксируются жертвенники и ко­
лодцы.
Погребальные памятники представлены курганными и
грунтовыми могильниками. Усопших хоронили в скорчен­
ном положении, на левом боку, головой на север, преиму­
щественно в прямоугольных ямах, перекрытых деревом,
реже - в установленных на дне ямы срубах. В качестве погре­
бального инвентаря выступают сосуды баночной или остро­
реберной формы, реже фиксируются оружие и украшения.
В могилах также находятся кости животных - остатки мясной
пищи. Керамический комплекс Покровской культуры пред­
ставлен в основном острореберными горшками с внутрен­
ним ребром в привенчиковой части и толченой раковиной
в примеси, с геометрическим орнаментом в виде горизон­
тальных и наклонных линий, каннелюров, меандра, зигзагов,
елочек и прочих геометрических фигур, нанесенных зубча­
тым штампом. Иногда на сосудах срубной культуры, преиму­
щественно в верхней части, встречается шнуровой орнамент
и разнообразные знаки в виде крестов, солярных знаков,
прямоугольников, схематических антропоморфных и зоо­
морфных изображений. Ряд исследователей видит в них при­
митивное пиктографическое письмо. Содержание этих зна­
ков пока не расшифровано.
Орудия труда, оружие и прочие предметы Покровской
культуры из камня представлены разнообразными топора­
ми и булавами, наконечниками стрел, скребками, молотами,
наковальнями, рудотерками и абразивами. Известны и укра­
шения - фаянсовые бусины, желобчатые подвески и брасле­
ты. Широко распространены изделия из кости: щитковые
псалии (часть удила, конской сбруи), шилья, лощила (инстру­
мент для разглаживания кожи), проколки, иглы, спицы, на­
конечники стрел. Орудия из металла представлены литыми
копьями (часто с ушком), топорами, серпами, теслами (плот­
ницкий инструмент типа топора) и долотами, стрекалами
(острый колющий инструмент или предмет), проколками,
черенковыми ножами с широким ромбическим перекрес­
тием и кинжалами с прилитой рукоятью. Распространены и
украшения из бронзы, сурьмы и золота: височные серьги,
бляшки й браслеты.
Основу хозяйства носителей Покровской культуры состав­
ляло стойловое и отгонное животноводство.
Население срубной культурно-исторической общности в
этническом плане представляло индоиранскую этническую
группу и имело определенные признаки индоарийского эт­
носа на раннем этапе ее развития.
Тип хозяйства носителей покровской срубной общнос­
ти базировался, как уже указывалось, преимущественно
на стойловом и отгонном скотоводстве. В предкавказских и
прикаспийских степях и в полупустынях, возможно, прак­
тиковалось полукочевое скотоводство. Важную р оль в хо­
зяйстве населения срубной культурно-исторической общ­
ности занимало горно-металлургическое производство, ко­
торое базировалось на медистых песчаниках Приуралья
(Каргалинское месторождение) и Донецкого кряжа (Бахмут-
ское месторождение), использовались и рудопроявления
Среднего Поволжья. Базовое производство изделий из ме­
талла преимущественно располагалось в поселках металлургов-литейщиков. Орудия, необходимые для металлооб­
работки, представлены топорами, молотами, рудотерками,
плоскими и желобчатыми теслами и долотами, черенковы­
ми ножами «срубного» типа и кинжалами.
По археологическим данным на раннем этапе Покровской
культуры прослеживается экспансия ее племен в степном на­
правлении, что сопровождалось покорением немногочислен­
ного автохронного населения. В погребениях Хвалынской валиковой керамики уже встречаются изделия из железа.
Железный вен
По сравнению с каменным, а также с медным и бронзо­
вым веками суммарно, продолжительность железного века
небольшая. Первые археологические находки, относимые к
железному веку, датируются обычно 900-м и годами до н.э.именно в это время начинает развиваться самостоятельная
выплавка железа у первобытных племен Европы и Азии.
Окончание железного века ряд исследователей относят к
четвертому веку новой эры - к тому времени, когда у римских
историков появляются сообщения о проживавших в Европе
племенах («варварах»). В то же время железо до сегодняшне­
го дня является одним из важнейших материалов.
В чистом виде железа в природе мало, из-за чего его вы­
плавка представляет достаточно трудоемкое занятие, по­
скольку железо имеет более высокую температуру плавле­
ния, чем бронза, хуже и его литьевые качества. Кроме того,
железо уступает бронзе в твердости и коррозионной стой­
кости. Поэтому дли тельн ое время ж елезо использовалось
достаточно мало.
Бронзовые орудия труда более долговечны, чем ж елез­
ные, и д ля производства их не требуется такая высокая
температура, как для плавки железа. Поэтому большинство
специалистов считают, что переход от бронзы к железу был
связан не с преимуществами изготовленных из железа ору­
дий, а прежде всего с тем, что в конце эпохи бронзы началось
массовое изготовление бронзовых орудий, что очень быстро
привело к истощению запасов олова, необходимого для из­
готовления бронзы, которое встречается в природе гораздо
реже, чем медь.
Ж елезны е руды встречаются в природе гораздо чаще,
чем месторождения меди и олова. В большей степени это бурые железняки, хотя они и являются низкосортной ру­
дой. В результате добыча железной руды в древности была
достаточно выгодной. Железо оказалось более доступным и
дешевым, чем медь. Кроме того, долгий период развития
технологии литья бронзы создал предпосылки для возник­
новения технологии литья железа. А после того как откры­
ли способы обуглероживания железа (в результате чего оно
превращалось в сталь) и термической обработки, железные
изделия стали обладать лучшими механическими характе­
ристиками, чем бронзовые. В результате железные изделия
стали быстро вытеснять как бронзовые, так и каменные, ис­
пользование которых продолжалось в бронзовом веке.
Изготовление изделий из железа в гораздо больших мас­
штабах создало ряд новых возможностей для развития хо­
зяйства и способствовало увеличению производительности
труда. Значительно ускорилось и развитие различных ре­
месел, в первую очередь кузнечного, оружейного, создание
транспорта (кораблей, колесниц), рудничного дела, обра­
ботки камней и дерева. В результате начинает интенсивно
развиваться мореплавание, строительство зданий и созда­
ние дорог, а также улучшается военная техника. Развивалась
и торговля, а в середине I тысячелетия до н.э. появились ме­
таллические монеты.
Процесс распространения железной металлургии был не
очень быстрым. Скорость распространения зависела от
многих факторов, прежде всего от запасов сырья и харак­
тера культурных и торговых факторов. В первую очередь
железная металлургия распространилась в Передней Азии,
Индии и в Южной Европе, где железные орудия широко ис­
пользовались уже на рубеже II и I тысячелетий до н.э. В Се­
верной Европе технология обработки железа распространи­
лась только с VII века до н.э., в странах Дальнего Востока в VII—V веках до н.э.
В Восточной Европе технология обработки железа была
освоена в VIII веке до н.э., при этом среди находок попа­
даются сложные биметаллические предметы. В Сибири, бо­
гатой медными и оловянными рудами. Железный век насту­
пил позже, чем в Европе. В Западной Сибири использование
железных предметов началось в VIII—V веках до н.э., но толь­
ко в III веке до н.э. железо стало превалировать.
Среди многочисленных культур раннего железного века
нам особенно интересны выделенные российскими учены­
ми (М. Б. Щукин и другие) «культурные миры», тяготеющие
к нашему и смежным регионам:
- мир лесных культур Восточной Европы, представленный
культурами с сетчатой и текстильной керамикой - прежде
всего дьяковская и городецкая культуры (протофинны).
- мир лесных культур Прикамья и Приуралья, объеди­
няющий ананьинскую и пьяноборскую культуры (протопермяне).
Эти миры оставались более или менее стабильными до
эпохи Великого переселения народов.
Время и место
Понятно, что осветить всю длительн ую предысторию
территории, ныне занятой городом Саратовом и его ближ­
ней округой, в ограниченной по объему книге практически
невозможно - слишком большой материал необходимо для
этого изучить и осмыслить. Поэтому автором для реализа­
ции задуманной идеи - рассказать о древних временах на
ограниченной части земной поверхности, ныне называе­
мой Нижним (а может быть, Саратовским) Поволжьем, был
выбран сравнительно узкий (по меркам древней истории)
временной интервал, называемый эпохой поздней бронзы.
Так уж получилось, что знакомясь с огромным массивом
материала об эпохах, упомянутых во вступлении к данной
книге, мне показалось, что это наиболее интересный период
в ранней истории нашего края.
О пребывании древних людских сообществ на террито­
рии именно Саратова в археологической литературе удалось
найти только самые лаконичные и редкие упоминания. Так, в
статье И. И. Дремова «Древности Саратова как культурно­
исторический ресурс будущего» названы предполагаемые
места древних селищ (то есть поселений или стоянок далеких
наших предков). В статье указано: «Наиболее ярким приме­
ром такого памятника археологии является селище Вишне­
вое, расположенное близ Свято-Алексеевского женского мо­
настыря в районе Первой Дачной под Лысой горой у родника.
Здесь сохранились остатки поселения эпохи поздней бронзы
начала II тысячелетия до н.э. Культурный слой на этом па­
мятнике может содержать много интересного и неожидан­
ного. Раскопанный в 80-х годах прошлого века участок дал
исследователям много интересных материалов бронзового
века... Не менее известны в научном кругу курганы на Жа­
реном Бугре в Ленинском районе близ ТЭЦ-5». Но «наиболее
ярким примером памятника археологии, постепенно стано­
вящегося культурной достопримечательностью города, яв­
ляется, - как утверждает И. И. Дремов, - Алексеевское горо­
дище. Памятник находится на бывшей территории совхоза
Комбайн между пристанями Пчёлка и Утёс на правом берегу
Волги, на мысу, огороженном валом, между оврагами Алексеевский и Дудаковский». Это примерно 3 км выше старого
автомобильного моста Саратов-Энгельс, то есть практически
на окраине Саратова.
И. И. Дремов отмечает, что «материалы эпохи бронзы яв­
ляются важным свидетельством проживания на территории
современного Саратова ираноязычных племен - предков тех
самых Ариев, представление о которых стало носить скорее
идеологический смысл, чем этническое понятие. Сейчас счи­
тается, что прародиной Ариев являются степные просторы
между Днепром и Приаральем. Лиш ь в конце бронзового
века они переселились в Индию и Иран».
Алексеевское городище хранит в своих неглубоких недрах
следы и более ранних, и более поздних доисторических вре­
мен - от средней бронзы до эпохи Золотой Орды. То есть лю д­
ское поселение существовало здесь более пяти тысячелетий
(с перерывами, вызванными глобальными изменениями ми­
рового климата). Но мы остановимся на эпохе поздней брон­
зы - как представляющей особый специфический интерес.
Это было время, которое можно охарактеризовать как исто­
рический этап «уже достаточно развитого первобытного
общества», но «ещ е не вступившего в пору цивилизации» со всеми характерными чертами своей эпохи, о которых мы
расскажем в свободном, ненаучном повествовании. Оно будет
базироваться на собственных умозаключениях автора, а так­
же на фактах и сведениях, почерпнутых из многочисленных
научных работ - статей, монографий, исследований, оказав­
шихся в распоряжении автора.
НА БЕРЕГУ ВЕЛИКОЙ РЕКИ...
Раз уж мы заговорили о древнейших временах нашего
края, то, естественно, надо осветить хотя бы кратко историю
главной природной достопримечательности юго-восточной
окраины европейской России - реки Волги. Ведь именно
благодаря ей и появились на указанной территории круп­
ные поселения, ставшие со временем огромными мегаполи­
сами.
Еще в школьных учебниках мы узнали о том, что это круп­
нейшая река Европы, протянувшаяся от лесов и озер Валдай­
ской возвышенности до сухих степей и полупустынь Прикаспия. В отличие от других крупных рек мира, она впадает
во внутренний водоем, не имеющий связи с мировым океа­
ном, - в уникальное Каспийское море.
Проведенные компетентными специалистами многочис­
ленн ы е научные исследования говорят о том, что ПалеоВолга появилась на поверхности Земли в неогеновом пе­
риоде, на границе миоцена (он начался 23 м иллиона л е т
назад) и плиоцена (начался, сменив миоцен, где-то 5,2 м ил­
лиона лет назад). Неоген (длившийся от 23 до 1,8 миллионов
л е т назад) собственно и состоит из этих двух геохронологи­
ческих эпох - миоцена и плиоцена. Считается, что у той Па­
лео-Волги были предшественники, но это были, по всей ви­
димости, несколько небольших век.
В конце миоцена началось обусловленное тектоникой
поднятие восточной части современной Русской платформы
(от Татарии до Урала), сопровождавшееся врезанием в ко­
ренные породы тогдашних рек. Кроме того, от территории
современной Казани до Волгограда заложился вследствие
тектонических процессов желоб. В начале плиоцена основ­
ной водоприемный бассейн - Каспий - существенно сокра­
тился в своих размерах и, что самое главное, в уровне - как
и Средиземное море, испытавшее в то же время так называе­
мый мессинский кризис. В результате последнего прерва­
лась связь с океаном через Гибралтар, и Средиземное море
практически высохло. Это время на границе миоцена и плио­
цена - применительно к Каспийско-Черноморскому бассей­
ну - называется понтическим, или просто понтом. И в начале
позднего понта море ушло в пределы современного Средне­
го и Южного Каспия. Этими факторами были заложены пред­
посылки образования Палео-Волги как огромной реки.
Далее, в середине плиоцена, в балаханское время (ориен­
тировочно 4-3,5 миллиона лет назад) Каспий вообще оказы­
вается в ванне Южного Каспия - с уровнем водной поверх­
ности на 500 (пятьсот!) метров ниже современного. ПалеоВолга вследствие очень больш ого перепада высот между
начальным участком и водоемом, в который она впадает, ста­
новится единым мощным водным потоком.
Начиналась Палео-Волга на Урале - аналогом нынешней
Палео-Белой, продолжалась Палео-Камой и далее участком
Волги, направление которого близко к современному. В
районе г. Чистополя (на территории современного Татар­
стана) в ту Палео-Волгу впадал приток, начинавшийся гдето от Нижнего Новгорода, хотя, возможно, и несколько вы­
ше. Современное русло Волги отстоит от него на 10-15 км
к югу. А основное течение Палео-Волги лежит восточнее сов­
ременных Волги и Камы на 75-100 км, кроме района Жигу­
лей, где Палео-Волга проходила рядом с сегодняшней доли ­
ной. Заканчивалась Волга дельтой в районе современного
Апшеронского полуострова. Сейчас там расположены огром­
ные залежи нефти, связанные именно с этой мощной песча­
но-глинистой балаханской продуктивной толщей.
Длина Палео-Волги была тогда самой протяженной за
всю историю реки. Она в доисторические времена совсем
не походила на равнинную реку. Ибо протекала в каньоне
шириной 2-4 км с чрезвычайно крутыми стенками. Глуби­
на этого каньона достигала 400-500 метров, а в верховьях и
до 800 метров. Уклон дна превышал сегодняшний в 10 раз,
и по каньону бурлил практически горный поток. Иногда эту
реку называют «Кинель-рекой» - по месту нахождения соот­
ветствующих отложений, состоящих из коренных пород (ко­
торы е «пропиливала» река), морских верхнеплиоценовых
отложений акчагыльского яруса, песчаного аллювия с гра­
вийно-галечным горизонтом в основании и покровного суг­
линка на поверхности.
Настало-время, и район современного Каспия, чье пониже­
ние и породило реку, начал фактически поглощать ее. Акчагыльское время (названо так по наименованию горы Акчагы л в Туркмении, где хорошо представлены слои пород того
времени) началось 3,6-3,5 миллионов лет назад резким под­
нятием уровня моря.
Это явление привело к тому, что Волга как река, а ее доли­
на как элемент рельефа перестали существовать. На ее месте
образовался узкий залив акчагыльского моря, общая длина
которого составляла около 2000 км, а высота водной глади
над уровнем моря (сегодняшним) доходила до 180-190 мет­
ров. Залив простирался до реки Белой по Каме, до Ветлуги
по Волге. К окончанию акчагыла море несколько обмелело.
Начало четвертичного периода связано было с новым
подъемом Каспия - оно названо апшеронским временем (1,8-
0,8 миллионов лет назад). Море добралось по долине Волги
до нынешнего Камышина. После ухода этого моря долина
Волги пролегла западнее прежней - то есть практически
на сегодняшнем своем месте.
Выше города Камышина, куда уже не добралось апшеронское море, долина Волги постепенно смещалась на запад
по действием силы Кориолиса.
Сила Кориолиса, вызванная вращением Земли, проявляет­
ся и в частных бытовых случаях, и в глобальных масштабах.
В северном полушарии она направлена вправо от движения,
поэтому правые берега рек в Северном полушарии более кру­
тые - их подмывает вода под действием этой силы. В юж­
ном полушарии все происходит наоборот. Смещение русел рек
фактически обязано этой же силе.
В конце плиоцена и начале четвертичного периода об­
разовалась известная петля Волги - Самарская Лука. Она
сейчас охватывает Жигулёвские горы. Расположенные на
западном краю широтно-вытянутого Жигулёвского вала.
Жигулёвские горы выдвинулись вместе с валом вверх из
глубины недр намного раньше, на рубеже эоцена и оли го­
цена (временная граница между ними проходит на уровне
40 миллионов лет назад). В результате этого поднятия у
поверхности оказались твердые известняки и доломиты
более древних каменноугольного и пермского периодов.
А севернее и южнее Ж игулей - менее прочные породы:
глины и мергели. В итоге Волга не смогла размыть сами
Жигулёвские горы, но после отступления акчагыльского
моря успешно размыла породы южнее и севернее Ж игу­
лей, используя долины некрупных рек, стекавших по скло­
нам Ж игулей севернее и южнее. За полтора-два м иллио­
на лет, где-то к рубежу разделов четвертичного периода
эоплейстоцена и плейстоцена, 700 тысяч лет назад, Самар­
ская Лука приняла сегодняшний вид.
Последние 700 тысяч лет Каспий испытывает обширные
разнополярные колебания - трансгрессии и регрессии. В
соответствии с колебаниями береговой линии изменялось
и расположение дельты Волги. Постепенно Волга принимает
вид, близкий к современному, за исключением низовьев.
Кроме того, великие четвертичные оледенения изменяли
течения рек там, куда доходили ледяные покровы. В резуль­
тате их воздействия некоторые притоки Волги стали при­
надлежать другим ее притокам, но эти изменения - более
мелких порядков и характерны в основном только для вер­
ховьев реки.
Современный вид дельты Волги образовался примерно
следующим образом.
Сначала была в этом районе раннехвалынская трансгрес­
сия (до уровня плюс 48-50 метров, по другим данным - всего
10-15), произошедшая в палеолите (120-110-75-70 тысяч
л е т назад). Она сгладила черты рельефа, поверхность его
была заполнена осадками. После отступления моря здесь
образовалась плоская равнина. Далее море вновь наступи­
ло, уже в позднехвалынскую стадию - 7-5 (до 15-20) тысяч
ле т назад. Эта позднехвалынская трансгрессия была меньше
по площади и по уровню (который сохранился на нулевой от­
метке).
Когда позднехвалынское море стремительно отступало,
река оставила между Волгой и Ергенями (водораздел меж­
ду Волгой и Доном с отметками 160-220 м на территории, в
основном, современной Калмыкии, выровненное простран­
ство, испещренное глубокими балками) своеобразный лож ­
бинный рельеф. Плоские, едва заметные понижения протя­
гиваются на десятки километров и веерообразно ветвятся
в сторону Каспия. Эта система ложбин представляет собой
древнюю дельту Волги, приуроченную к береговой линии
максимальной трансгрессии позднехвалынского бассейна.
В отличие от обычных дельт, аккумулятивных, эта дельта врезанная. Аккумуляция, то есть накопление наносов, здесь
осуществлялась только в пределах самих ложбин. Воды реки,
растекаясь по слабо наклоненной поверхности, в стремле­
нии догнать ускользающую линию берега врезались в нижнехвалынскую равнину, не успевая оформиться в настоящую
дельту.
Во время новокаспийской трансгрессии (с максиму­
мом 4 тысячи лет назад) в результате вторжения новока­
спийских вод возник мелководный, но далеко вдающийся
в сушу эстуарий (сильно расширенное устье реки), то есть
узкий залив, располагающийся на месте впадения реки в
море. После заполнения эстуария наносами и образования
современной долины Волго-Ахтубы произошло выдвиже­
ние нынешнего края дельты за общий контур береговой
линии.
Что же представляла собой Волга в районе современно­
го Саратова в обозначенное нами время, отождествляемое
с эпохой «поздней бронзы» (условно обозначим его как три
тысячи лет назад). К этому времени последствия новейших
трансгрессивно-регрессивных колебаний нивелировались, и
Великая река уже приняла вид и расположение, подобно
современным. Возможно (и наверняка), была другая конфи­
гурация речных островов и береговой линии, быть может,
в отдельные периоды климатических аномалий в ее течении
образовывались мели, а может, имели место аномальные
«переполнения» реки, береговая кромка то поднималась, то
отступала. Но в целом, повторяем, Волга уже приняла вид,
похожий на нынешний. Уместно предположить наличие в ее
водах богатого растительного и животного (рыбного прежде
всего) мира, ибо ловля и потребление рыбы человеческими
особями в те времена были менее интенсивными, а мигра­
ция ее во время нерестов была естественной и свободной.
Что обусловливало и богатство наземной приречной фауны,
питающейся рыбой.
Нам осталось прокомментировать лиш ь существующие
версии названия нашей великой реки, подчеркнув, что та­
ковые возникли в более поздние времена, чем описываемое
нами. Только в античную эпоху (можно еще сказать, в эпоху
позднего железного века) упоминается в древнейших источ­
никах наименование большой реки, почти пересекающей
восточную часть Европы с севера на юг. У античных авторов
новой эры (Клавдий Птолемей и Аммиан Марцеллин) Волга
называлась «Р А » - название явно иранского происхождения.
В Средние века река в северной своей части уже звалась Вол­
гой, что произошло, скорее всего, от праславянского Vblga,
сравним— волглый - волога - влага. За славянскую версию
говорит наличие рек Влга в Чехии и Вильга в Польше. Есть
и альтернативные версии, обязанные этимологии прибал­
тийско-финских языков.
В среднем же и нижнем течении Волга шестьсот лет
назад и раньше имела название Итиль, имевшее явно та­
тарское происхождение. Похожее на Итиль наименование
сохранилось в современных языках Татарстана, Башкорто­
стана, Казахстана, Чувашии и Марийской Автономной об­
ласти (Идел, Изел, Едил, Атал, Иул).
Теперь необходимо вкратце рассказать о климате, о рас­
тительном и животном мире в поздний бронзовый век на
территории будущего Саратовского Поволжья. По данным
палео-климатологии, бронзовый век характеризуется д ли ­
тельн ой эпохой глобального потепления, приведшей 54 тысячи лет назад к существенной аридизации в восточ­
но-европейском регионе, то есть к усилению континенталь­
ное™ климата - к резкому сокращению количества осадков,
повышению среднегодовой температуры, иссушению почв
и ухудшению состояния флоры и фауны. Однако так назы­
ваемое ранне-атлантическое увлажнение эпохи поздней
бронзы в степях Восточной Европы, начавшееся четыре ты­
сячи лет назад, привело в итоге к положительным измене­
ниям в климатической обстановке - ее умеренной флюидизации, улучшению условий жизнедеятельности расти­
тельного и животного мира. То есть климатические условия
в поздний бронзовый век были близки к современным. Это
время бы ло благоприятным для хозяйственной д еятель­
ности населявших наш край племен, занимавшихся и вы­
ращиванием злаковых и огородных культур, и отгонным и
стойловым животноводством, и рыболовством, и охотой, и
бортничеством и т.д. В хозяйстве активно использовались
домашние животные - лошади, коровы, овцы, собаки, про­
мысловые птицы. Для передвижения и перемещения грузов
в ходу были колесные повозки или речные гребные и парус­
ные малые суда. В этот период обилие природных ресурсов
в регионе создало все необходимые условия для роста насе­
ления.
ПОСЕЛЕНИЕ НА БЕРЕГУ,
БЛИЗКИЕ ОКРЕСТНОСТИ
Разлив реки в тот год был особенно сильным. Низкий
противоположный берег почти полностью скрылся под
поблескивающим в лучах утреннего солнца водным зерка­
лом, а на месте скрывшихся под водою островов вырисовы­
вались темные контуры густых древесных крон, усеянных
мелкими ранними листочками, только-только появившими­
ся из набухших почек. Вдоль крутого правого берега на от­
крытых откосах четко обозначился уровень поднявшейся
воды, а несильные волны постоянно подмывали незащищен­
ную бурую твердь, от коей нет-нет да и отваливались круп­
ные глыбы и с шумом падали в неспокойную стремнину,
увлекая за собой и горы супеси вместе с малыми деревцами
и кустарниками. Течение тут же подхватывало замутненную
взвесь и вместе с торчащими из воды ветвями и корнями
стремительно уносило плоды разрушения вглубь и ближе
к стрежню.
Над водой, близко к поверхности, барражировали чайки,
иногда приводняясь, издавая резкие вскрики и периодически
атакуя длинным клювом зазевавшуюся рыбную мелочь, что
стайками бестолково крутилась у самой кромки, вылавливая
плывущие сверху микроскопические «съедобины» - личин­
ки, икринки, растительные рыбьи корма: семена, обрывки
трав и водорослей. Иногда птичий квалт резко усиливался,
все сообщество шумно взлетало, а полетные траектории об­
ретали хаотический рисунок. Это значит, что в поле зрения
чаек оказывались хищники - белые соколы, чьи гнездовья
обретались в недалекой береговой дубовой роще на высокой,
хорошо обозначенной горе в километре ниже по течению.
Очевидно, поднявшийся переполох ничуть не смущал перна­
того разбойника, который после умелых маневров ухитрялся
отбить от галдящей массы выбранную жертву, настигал ее и
уносил в собственные чертоги - на потребу уже разинувших
желтые клювики двух обжор-птенцов.
В округе цвела поздняя весна - зелень молодой листвы и
трав, источавших пряные запахи, абсолютно превалировала
в пейзаже, скрывая редкие «проплеш ины » на случавшихся
каменистых и песчаных сходах к воде. Иные прибрежные
участки заполонял густой камыш, еще прошлогодний, но уже
оживающий свежими побегами и новоустроенными гнезда­
ми кряковых пар.
Берег, в основном, являл собой неприступный вид - то кру­
тые обрывистые извивы, то тихие заводи в вязкой серо-зеле­
ной ряске, то неровная кромка, заваленная полусгнившими
стволами - черными и скользкими, а также нагромождением
веточной мелочи, сплошь скрывающей водную гладь метров
на десять от грязной и липкой приречной почвы, на которой
трепыхались миниатюрные головастики и крошечные лягу­
шата.
Осиновый лес подступал почти к самому берегу и этим
самым укреплял его, не давая предательским оползням рас­
пространяться в глубь суши, покрытой густым травостоем,
над которым порхали с жужжанием огромные шмели, перио­
дически садясь на раскрывшиеся ромашки, желтые, еще неопушенные одуванчики, только что оформившиеся чашечки
голубых колокольчиков и белые букетики полевой «кашки».
Лес и опушка его, выходящая на ровное приподнятое пла­
то, были наполнены звонкими трелями многочисленных
лесных и полевых птах, начавших обустройство своих гнезджилищ, готовясь обзаводиться потомством и трепетно ис­
полнять родительский долг. Звонко верещали скворцы,
совершавшие бесконечные стремительные рейды за травин­
ками и палочками для устройства гнезд. Со свистом рассе­
кали воздух быстрокрылые стрижи, издавая характерные
попискивания. Заливался завораживающей трелью скрытый
от глаз соловей, а откуда-то из глубины то ли леса, то ли при­
легающего кустарника доносились ритмичные вскрики ку­
кушки. Ну а где-то в солнечной вышине заливался радостной
песней неугомонный жаворонок.
Лес поднимался на пригорок, переходя постепенно в гус­
той и полутемный бор, где появлялись по мере удаления от
реки хвойные деревья-богатыри со стволами в полный об­
хват взрослым человеком. Здесь были и высоченные сосны
с янтарными прямыми стволами, и мохнатые ели, и тон­
кокорые красавцы-кедры, долгожители этих мест. Земля в
л е с у усеяна опавшими иглами и шишками, некоторые из
коих давали новые побеги, делая лес настоящей, трудно
проходимой чащей. Летом и осенью в ней в изобилии произ­
растали грибы, всевозможные съедобные ягоды, орехи, было
много муравейников и устроенных на высоких щербатинах
гнездовий диких пчел - лес был настоящим кормильцем и
д ля животных, и для человека.
Населяли и лес, и близлежащие открытые степные участ­
ки многочисленные копытные - лоси, олени, косули, а также
кабаны, зайцы, барсуки. Ближе к воде водились бобры и ено­
ты. Все эти травоядные служили кормовой базой для различ­
ного рода хищников - медведей, волков, лисиц, рысей и росо­
мах - самого лютого зверя в округе. Даже взрослый медведь
не всегда решался вступить в схватку с этим своим дальним
сородичем, проигрывая ему в свирепости, кровожадности,
ловкости и упорстве при преследовании жертвы. Ну и конеч­
но в лесу было много различных гадов - ядовитых змей и
пауков, а по весенней и летней поре досаждали всему живому
комары, мошки, слепни и временами саранча.
Не меньшим богатством могла похвастаться и Река - бо­
роздили ее чистые зеленоватые воды самые разные рыбные
твари - от огромных экземпляров - двухсаженных (в буду­
щем понимании) белуг, саженных осетров, севрюг, стерлядей,
сомов и щук, до обычной промысловой частиковой рыбы в
аршин и более длиной - сазанов, судаков, язей, окуней, л е ­
щей, голавлей и прочее, а также рыбной мелочи, вроде крас­
ноперок, густеры, сороги, сельди, карася, плотвы и т.д. - тех,
что шла на прокорм крупным хищникам. Водились в Реке
еще крупные раки, ужи, водяные крысы, жабы и лягушки.
Вечерние и утренние оглуш ительные «концерты» послед­
них были одной из примет интенсивно протекающей в реке
и около нее жизни.
Упомянутое приподнятое прибрежное плато в окружении
деревьев и кустарников, расположенное достаточно высоко
над водой - так что весенние паводки его не затрагивали,
бы ло местом человеческого обитания. Здесь разбросаны
были хаотично свыше десяти человеческих жилищ, в коих
обреталось более ста двадцати человек - взрослых и детей.
При каждом «доме-землянке» построены были также загоны
для скота. Жилище представляло из себя наземную построй­
ку, которую можно было назвать полуземлянкой или зем­
лянкой. Ее двускатная крыша довольно высоко поднималась
над земляной поверхностью, соприкасаясь с ней нижним
краем ската. Задняя же стена жилища была глухой, так что
свет в него проникал в теплое время только через настежь
открытую дверь, а зимой и поздней осенью обитатели жгли
внутри жилища лучину. Проживало в этой примитивной
обители до 10 человек. На тупом «к он ьк е» крыши бы ло
устроено отверстие для вытяжки дыма (в нужный момент дождь, сильный холод, буря - затыкаемое) от распложенно­
го в центре жилой «комнаты» очага - просто выложенные в
малый круг камни, внутри которого сжигались сухие ветки
и сучья (а то и специально заготовленные дрова, неровно вы­
рубленные бронзовым топором). Зажигаемый с помощью па­
лочки и сухого мха в отверстии старой обугленной деревяш­
ки огонь подогревал подвешенный на сыромятных ремнях
чан в виде шаровидной или плоскодонной емкости с варевом.
На углях частенько пеклась выпотрошенная и очищенная от
чешуи рыба. Вдоль низких земляных и бревенчатых стен бы­
ли устроены лежанки, устланные волчьими и медвежьими
шкурами и покрытые льняными покрывалами - на них мож­
но было и лежать, и укрываться в холодную погоду. Под го­
лову клался холщовый мешочек с набитым в него сеном, или
сворачивался для этой цели мягкий клубок из выделанной
шкурки давно добытых зайца или лисы. У задней стенки жи­
лища, в самом темном углу, располагались две широкие л е ­
жанки, на которых вповалку спали младшие члены семьи мальчики и девочки отдельно. Взрослые и пожилые особи
имели каждый собственное место отдыха.
Строительство дома или жилища начиналось с жертво­
приношения. В жертву приносили сосуды с молоком, быка
или барана. Мясо съедали, молоко выпивали, а горшки и кос­
ти закапывали на месте будущего жилища - возле очага,
под опорным столбом или под порогом. Известны случаи,
когда в жертву приносились даже младенцы, которых хо­
ронили под полом дома. При возведении крыши верхнюю
балку окропляли жертвенной кровью животного и устраи­
вали пир. Главный опорный столб символизировал связь
людей с небом. Его в праздничные дни украшали цветами, а
во время бракосочетаний у столба сидели жених и невеста.
В обычные будние дни на почетном месте восседал старей­
шина. Особым почтением пользовался домашний очаг, счи­
тавшийся семейной святыней. Разрушение очага считалось
святотатством. Очагу приносили жертвы, а золу из очага за­
прещалось выбрасывать на ветер, поэтому рядом с жилищем
устраивались специальные зольники. Все эти обряды с огнем
и золой совершались для того, чтобы заслужить у богов здо­
ровье, благополучие и богатство для семьи.
Пол в жилище земляной, крыша укрыта бревнами, жер­
дями, ветками и закрепленными на них шкурами крупных
животных - оленя, лося, волка, медведя. По углам к высту­
пающим веткам с внутренней стороны привязаны кусоч­
ки мяты и полыни - для дезинфекции жилищного воздуха.
Поддерживали крышу два столба, врытые посреди землян­
ки, упирающиеся в продольные деревянные балки. Налево
от входа - огороженный из свитых прутьев вместительный
закуток - это подсобное помещение, здесь хранятся хозяйст­
венные инструменты, оружие и орудия труда - нечто вроде
лопат, мотыг, топоров, ножей, кинжалов, копий, а также луки
в колчанах, запасы стрел, рыболовные снасти, силки и петли
для отлова мелких пушных зверей. Отдельно на устроенных
земляных уступах ютилась разнокалиберная посуда - горш­
ки, чаны, корчаги, сосуды узко- и широкогорлые, малые и
большие блюда, деревянные ложки-лопатки и двузубцевые
вилки.
В противоположном у глу - направо от входа - глубоко
отрытая и прикрытая деревянным щитком под толстой л о ­
синой шкурой яма, стены ее обложены камнями, по неболь­
шой лесенке можно спуститься в этот «погреб» (вытяжная
труба из выдолбленного дуба не позволяет здесь воздуху
застаиваться и обретать специфический «аромат») и взять к
утренней или вечерней трапезе меру сушеных грибов, ягод,
овощей, копченого мяса или таковой же рыбы, полезных
кореньев и трав, вчера испеченных лепешек и приготовлен­
ных отваров. Кладовка, одним словом, в коей температура
в летнюю пору держится намного ниже той, что вне жили­
ща, на воздухе. И все благодаря хитроумной догадке хозяина
дома - плечистого и высокого, находчивого и бдительного
Бараза (впоследствии это имя в переводе на латинский язык
означало «возвышенный»). Он по окончании холодного се­
зона вырубил в еще замерзшей реке глыбу льда и перебази­
ровал ее под жилой кров, закопав неглубоко в уголке своего
погреба. Это позволило заметно снизить температуру в под­
поле, тем самым создав условия для лучшей сохранности по­
мещаемых туда продуктов. К осени глыба почти полностью
таяла, но наступающие холода помогали решать проблему
сохранности продуктов.
Всех более обрадовалась находке хозяина жилища его
жена - Можган, отличавшаяся сильным телом с гладкой бе­
лой кожей, длинными ресницами и добрым нравом. Ибо в
основном ей приходилось, как и всем семейным женщинам
поселения, хлопотать вокруг очага, готовя пищу для оголо­
давших родственников - мужа, престарелого неходячего отца
и пятерых детей - трех мальчиков (Араш, Мехран и Реман) и
младших любимиц-девочек четырех и трех лет (Зарин - зо­
лотая, и Ферешта - богиня), обе они уже порывались помочь
Можган в ее неизбывных трудах по домашнему хозяйству.
Супругам текущей весной минуло 28 лет, а их детям - по стар­
шинству - 10, 8, 5, 4 и 3 года. Заметим, что трижды роды у
Можган были неудачными, и новорожденным не удалось
выжить. Отец же хозяйки - сморщенный старик 50-ти лет
по имени Джахан - в молодые годы на охоте был атакован
стаей волков, в результате чего потерял ногу и покалечил
руку (она у него утратила чувствительность и висела, как
плеть). Только подоспевшая помощь товарищей-охотников
спасла ему жизнь. С тех пор Джахан, уже потерявший супру­
гу (была укушена змеей), находился на попечении дочери и
очень страдал от ощущения собственного бессилия и вынуж­
денного иждивенчества.
У одной из стенок жилища стоял примитивный ткацкий
станок, на нем хозяйка Можган ткала материю для одежды из льна, конопли, крапивы, шерсти и пуха, привлекая во вре­
мя сего непростого занятия к трудовому месту малолетних
дочерей - чтоб смотрели, привыкали и учились этой нуж­
ной работе. Она же, орудуя кривой медной иглой и шильем,
а также жилами из внутренностей овец и коз, мастерила и
зимнюю одежду из выделанных шкур - зайца, лисы, бобра,
ондатры, оленя. Хозяин дома тоже целыми днями занимал­
ся хозяйственной работой: следил за сохранностью жилища,
ремонтировал рыболовные снасти и охотничьи причинда­
лы, заготавливал дрова для очага, в составе группы охотни­
ков участвовал в облавах на крупного зверя - лося, оленя,
медведя, волка, поочередно нес «ночной дозор» для охраны
поселка от непрошенных гостей - хищных зверей и неждан­
ных агрессивных пришельцев с лесной стороны и из-за реки.
Последние изредка норовили порешить и увести овец и коз
и обрушить с трудом вырытый и оборудованный колодец. По
мере возможности глава семьи привлекал к этой мужской ра­
боте и подрастающих сыновей - чтобы вырастали в умелых
хозяев и храбрых воинов.
При каждой из двенадцати «ж илы х» хижин построены за­
гоны с несколькими отсеками. В них размещается домашняя
скотина - лошади, коровы, овцы и домашняя птица. Заготов­
ка корма для их зимнего содержания была одной из основ­
ных забот всей семьи. А с ранней весны вплоть до глубокой
осени вся эта живность под наблюдением одного из членов
семьи выпасалась на ближайших лугах с богатым травостоем.
Иногда семьи образовывали совместное стадо - получалась
неплохая экономия времени и «рабочей силы». Но частенько
ссорились между собой хозяева скотины из-за какого-нибудь
происшествия на выпасе: то овца на время потерялась, то ко­
рова «спыряла» более слабую особь и повредила ей ребро,
то молочный бычок исчез по недогляду отрока-пастушка так его и не нашли, хотя искали всем миром двое суток. Ви­
дать, медведь задрал сосунка и унес в глухую дальнюю ча­
щобу. Эти случаи и разобщали на некоторое время жителей
поселения. И какой-то период каждая семья учиняла свой
надзор за собственной скотиной.
Трапезничала семья Бараза за низким столиком, обра­
зованным широкой вырубленной доской на небольших
подставках-чурках. Усаживались, скрестив ноги, на под­
стеленные шкуры вокруг той самой доски и кушали друж­
но то, что Можган «наколдовала» над очагом и близ него на гладком круглом «пеньке» аршин в диаметре. Чаще ку­
шали мясные или рыбные отвары с просовой крупой и
съедобными растительными добавками (в основном, ща­
вель и цветная капустка), а также мясо, рыбу, серые лепеш ­
ки, грибы, ягоды, коренья, запивая отварами из целебных
растений и ягод.
Особой заботой всего селения было устройство отхожего
места. Оно было коллективным и располагалось на прилич­
ном удалении от жилых построек. Представляло оно собой
широкую, не очень глубокую ложбинку в форме прямоуголь­
ника, по периметру которой был устроен ров поглубже, слу­
жащий местом отправления больш ой нужды. Ходили сюда
мужчины и женщины, подростки и ходячие старики, уеди­
нение в те времена принято не было, гигиенические проце­
дуры выполнялись широкими листами или лопухами, или
пучком травы или сена, или горстью снега. А малая нужда
отправлялась повсеместно, без особого выбора места и вре­
мени (только, естественно, не вблизи жилища и не в нем) этот естественный процесс в те времена не считался чем-то
зазорным или неприличным, тем более что последствия его
были не особо ощутимы для большинства селян.
Близ жилища Бараза стояла и повозка о четырех колесах
(последние были сплошными, сработанными из соразмер­
ных кусков досок). Такие же средства перемещения грузов
были еще у трех семей, остальные хотя и имели лошадей,
но на повозки у них средств и сил не хватало пока. А семья
наших героев считалась зажиточной - благодаря энергии и
авторитету хозяина, умелой и работящей хозяйке и подрас­
тающим помощникам-мальчикам.
Но в поселении бы л человек, сравнимый по достатку и
влиянию с Баразом - хотя и не обладал он таким жилищем,
и был практически одинок. Это был духовный вождь сопле­
менников - шаман, проживавший в крайней к реке неболь­
шой землянке, мудрец и чревовещатель, которого все населе­
ние побаивалось, равно как и уважало. Настоящего имени его
никто не знал, но с давних, позабытых пор имел он прозвище
Ворон - за свой низкий каркающий голос, сгорбленную фи­
гуру, страшное морщинистое лицо с длинным крючковатым
носом и выпуклые неморгающие глаза с остановившимся
пронзительным тяжелым взглядом. На груди он постоянно
носил массивный, позеленевший от времени амулет в виде
небольш ого треугольника с выбитым на его поверхности
контуром дубового листа. Одет был зимой и летом одинако­
во - в шкуру волка с таким же колпаком на голове. А кроме
того, неизвестно каким путем он раздобыл и содержал возле
себя именно такую птицу - огромного иссиня черного воро­
на, сгорбленного и мрачного, похожего на хозяина. Воронптица постоянно сидел на «коньке» крыши, спускаясь на зем­
лю лишь тогда, когда шаман выбрасывал ему для кормления
остатки собственной пищи. И периодически громко каркал
на всю деревню, вызывая у жителей суеверный страх - все
считали, что этот хриплый и отрывистый звук не к добру.
Никто не знал, сколько Воронам - человеку и птице - лет,
но, негласно, они оба считались самыми старыми среди зем­
ляков, даже старше отца Можган. Говорили, что в юные годы
шаман потерял всех своих близких (их убило молнией, пока
Ворон был на охоте), и с тех пор он жил отрешенным полу­
сумасшедшим бобылем, ни с кем из племени не общался, но
ум ел лечить занедуживших, общаться с духами и творить
непонятные, как добрые, так и недобрые, дела. Мог отвести
или, наоборот, обрушить на селище надвигавшуюся грозу с
полыхавшими молниями и оглушительными раскатами гро­
ма. Мог напустить на человека порчу или дурную хворь, но
и оживлял уже умиравших раненых воинов и исцелял от
бесплодия женщин, а занедуживших детей, находящихся в
смертельной горячке (то от простуды, от отравления, то от
укуса ядовитой твари), возвращал к жизни. Все это он делал
молча, требуя оставить его в одиночестве рядом с больным,
и не просил никакого вознаграждения. Но родственники
спасенных и выживших сами несли ему всевозможные бла­
га - и еду, и одежду, и топливо, и драгоценности, и добро­
вольно обустраивали жилище. Ворон никого не благода­
рил, опираясь на сучковатую клюку уходил надолго в лес,
возвращался с мешком собранных целебных трав, кореньев
и размещал все это в известном только ему порядке, под­
вязывая пучки на шнурке под потолком своего тесного жи­
лища. А еще стоял у Ворона в углу тяжелый сундук, куда он
складывал дары жителей поселения - здесь имелись и ору­
жие, и золотые и серебряные статуэтки животных, и богатая
посуда, медальоны, и бусы, и подвески. Никогда он ничего
никому из этого сундука не показывал и никак не применял
в своих деяниях, но периодически открывал свой драгоцен­
ный короб и подолгу смотрел на ненужные ему богатства.
Проследив однажды за Вороном на его пути в лесную
чащу, жители убедились, что ходил шаман туда к установ­
ленному на опушке, выходящей к речному обрыву, большому
серому камню в высоту под два человеческих роста, твердо
стоявшему на своей прочной короткой основе и испещренно­
му непонятными знаками - линиями, кругами и крестиками,
которые, как выяснилось, постоянно чертил своим кривым
бронзовым ножом Ворон, шепча непонятные слова и воз­
девая руки к небу. После недолгих раздумий соплеменники
решили, что неуслышанные слова, незнакомые движения и
загадочные знаки на камне обращены к высшим силам, кои
вершат миром, взывая и к доброму, и к злому началу среди
людей, зверей и всей природы. Все это сеяло окрест, суевер­
ную боязнь и затаенный страх перед неведомой и неотвра­
тимой силой.
Как указывалось выше, жило в селении 12 семей (Ворон
не в счет) - в общей сложности под сто двадцать - сто трид­
цать человек (взрослых и детей). Основными занятиями их
были земледелие и скотоводство - как отгонное, так и стой­
ловое. Каждая семья имела в ближнем лесу расчищенную
делянку, которая передавалась по наследству от поколения
к поколению. Периодически этот небольш ой клочок па­
хотной земли нужно было новым владельцам освобождать
от молодой поросли, от сорняков, а также засыпать вырытые
кротами, сусликами и сурками норы, при этом обнаруженных
особей умерщвляя - дабы пресечь дальнейшее размножение
грызунов, мешавших растить и убирать на этом участке уро­
жаи злаковых и огородных культур. Еще недавно делянка
по весне вспахивалась руками людей - с помощью каких-то
аналогов современных кирок, лопат, массивных крюков, сра­
ботанных из металла. Но несколько лет назад Бараз попро­
бовал прикрепить тот самый крюк к постромкам лошади и,
нажимая на верхнюю планку первозданного плуга, прочер­
тил по земле первую борозду - неглубокую, но образовав­
шую с рядом расположенными аналогами малое вспаханное
поле. Далее Можган с дочерьми прошлась вдоль обозначен­
ных черных полос, укладывая в слегка влажную землю через
каждые полшага зернышко рассады, а девочки по указке ма­
тери присыпали их сверху толикой грунта. Так были посаже­
ны здесь семена пшеницы, ячменя, овса, проса и гречи.
Весна того года (условно будем считать его 1514 до н.э.)
была прохладной, что хорошо для посевов. Вскоре прошли
мелкие затяжные дожди, существенно увлажнившие почву,
а через день надоевшая пасмурная погода сменилась буйной
теплой весной. Солнце ласково согревало земную поверх­
ность, дружные зелены е всходы покрыли недавно сплошь
черную, вспаханную делянку. Все это стало предвестником
богатого урожая по осени. Но дабы злые духи не испортили
хорошо начавшуюся летнюю страду, надо было всем миром
принести жертву, традиционно возлагаемую к подножию
того самого серого камня, возле коего периодически свя­
щеннодействовал шаман Ворон. И более того - с разрешения
последнего и при участии его, для чего Бараз и еще четверо
крепких хозяев заблаговременно пришли к мрачному жили­
щу с нахохлившейся птицей на соседнем высохшем древе,
положили собранные дары перед входом в колдовское жи­
лищ е (корчагу с медом, сушеные ягоды и грибы) и громко
(чтобы слышал глуховатый колдун у себя в берлоге) обо­
значили просьбу-намерение провести акцию умиротворе­
ния Богов на предмет сезонного осеннего изобилия. Никто
на их воззвание не откликнулся, но настороженно взиравшая
на непрошенных гостей черная птица над входом в логово
громко каркнула, что считалось знаком одобрения и согла­
сия ее хозяина умиротворить высшие силы с благой целью
сохранности и приумножения наметившегося доброго свер­
шения в лице будущего урожая.
Утром следующего дня все взрослое здоровое население
малой деревни, выстроившись попарно, направило свои сто­
пы к волшебному камню. В жилищах остались только сла­
бые и больные старики и старухи, призванные наблюдать за
детьми, коим участвовать в ритуальных мероприятиях Во­
рон категорически запрещал. Накануне в качестве жертвы
приношения была заколота молодая овца, тут же освеже­
вана, и теперь тушу ее и отдельно шкуру с неотделенной
выпотрошенной головой селяне на носилках из молодых
веток с только что выступившей листвой несли к месту свя­
щенного действия. Неспешно двигавшиеся люди пели - нет,
не песни, а просто слова, приходившие на ум и взывавшие
к небожителям бесконечно повторяемые просьбы о милос­
ти и поддержке. Каждый участник шествия вещал все это на
свой лад, а совместно получался этакий нестройный и не
очень громкий хор, различить отдельные слова в коем было
затруднительно. Издалека все это слышалось как моно­
тонное гудение или завывание, но обозначенная цель се­
го торжественного шествия была для участников святой, а
дефекты совместного «песнопения» не вызывали неудоволь­
ствия среди настроенных на сакральное действо людей. Они
думали только об одном - чтобы просьбы их были услыша­
ны. Для этого было достаточно (так наказывал Ворон) извле­
кать из себя пропеваемые фразы вполголоса.
Около ритуального камня задолго до прихода жертвова­
телей находился Ворон с черной птицей на плече - так было
заведено издревле. В честь, очевидно, жизнеутверждающего
жеста, приуроченного к проводимому мероприятию - почти
празднику, шаман водрузил на косматую голову венок из мо­
лодых листочков клена, перемежающихся с голубыми чашеч­
ками подснежников.
Прибывшие к камню члены поселенческой общины окру­
жили предмет поклонения и замолчали, приготовившись
созерцать и слушать ритуальное представление в исполне­
нии своего духовного вождя. Но понять смысл действий кол­
дуна и извлекаемых из его нутра звуков простому человеку
было непросто. Ворон воздел руки к небу и истошно бес­
связно заголосил, как бы вызывая духов из тьмы непознан­
ной и таинственной неосязаемой сущности, в которой они
пребывали - затаившиеся и невостребованные человеком.
Далее наступила напряженная тишина, навевающая на всех
присутствующих оцепенение и страх - секунды растянулись
на вечность. И вдруг откуда-то издалека - не понять с неба
ли, из лесной чащи или с открытого речного простора перед
крутым уступом, на коем и стоял злополучный камень, пос­
лышался высокий тонкий звук, звенящий и вибрирующий,
всепроникающий и долгий, длившийся не менее 10 преры­
вистых вздохов напуганных мирян. Считалось, что духи на
зов шамана откликнулись.
А когда возобновилась еще более напряженная тишина,
Ворон припал к подножию камня, уперся головой в его ка­
менную твердь и надолго замер. Потом встрепенулся, неожи­
данно легко поднялся на свои кривые волосатые ноги и начал
ритуальный танец. По его знаку из толпы наблюдателей пе­
редали шаману горящий факел, с которым он, приплясывая
и напевая одному ему понятную то ли молитву, то ли закли­
нание, начал круговое движение вокруг камня - подав коман­
ду, чтобы «зри тели » сопровождали сие колдовское действо
прихлопываниями и ритмичными синхронными вскрикива­
ниями: что-то вроде « М-да-а-а - ругоро-ух!!!». Таков был вы­
работанный веками ритуал у этого селения, переданный его
жителям предками - родителями и прародителями.
Венцом этой дружной и продолж ительной вакханалии
стало возложение на гребень камня туши убитого животно­
го, кою аккуратно прикрыли снятой шкурой, причем распо­
ложив голову в сторону открывавшегося с обрыва необозри­
мого речного простора. Завершилось мероприятие дружным
исходом участников «представления» к месту будничного
обитания. Ворон со своим пернатым другом надолго задер­
жался у жертвенного камня, усевшись у его подножия и впе­
рив бессмысленный взгляд в мирно колеблющуюся водную
гладь...
дом, хозяйство,
СЕМЕЙНЫЙ УКЛАД
Повседневные занятия жителей поселения преследова­
ли индивидуальные семейные и коллективные цели. Пер­
вые были связаны с постоянным подновлением и ремонтом
жилища - необходимо было летом и осенью (и весной тоже)
ликвидировать течи в крыши, обнаруживаемые при затяж­
ных дождях, а в холодное время года заниматься утеп ле­
нием жилища. В ход в обоих случаях пускались дополни­
тельно выделанные шкуры, неустойчивые углы подпира­
лись большими тяжелыми камнями, доставленными к месту
иногда издалека, щели в бревенчатых стенах затыкались
пухом и шерстью, обмазывались глиной, перемешанной с
навозом. В работе принимали участие все члены семьи от мала до велика. И малышки-девочки Зарин и Ферешта,
голыми пяточками разминавшие увлажненную глину, и дед
Джахан, одной здоровой рукой с помощью палочки размеши­
вавший оную глину, подливая в деревянную корчагу с ней
воду из поставленного рядом узкогорлого сосуда. Ну а са­
мую ответственную работу по ликвидации прорех выпол­
нял старший сын Араш под руководством хозяина убежища.
Мальчики помладше - Мехран и Реман - должны были обес­
печивать работу мастеров своевременной доставкой нужных
материалов: камней, глины, веток, высушенных шкур, скреп­
ляю щ их приспособлений - прутьев, травяных и льняны х
веревок, деревянных клиньев и затычек, а также хвороста и
поленьев для домашнего очага. Все это запасалось Баразом
загодя в течение длительного времени и хранилось в при­
легающем загоне, рядом со стойловым сарайчиком.
Хозяйка же Можган в это время (впрочем и в любое иное)
была озабочена приготовлением пищи для членов семьи.
Нужные продукты она извлекала из подпола, разделывала
на соразмерные части, удобные для приготовления и потреб­
ления, доставала из укромного места просо и крупу, разме­
щала на «с т о л е » ранее выпеченные лепешки, ставила рядом
плошки с зеленым луком, щавелем и сладкими кореньями.
Над малым костром в очаге посреди жилища находилась
тренога из толстых бронзовых прутьев, к которой подвеши­
вался вместительный котел. В нем постоянно булькала вода,
в которую по мере надобности закладывалось разделанное
мясо или рыба, а также крупы, овощи и специи. Ароматные
запахи наполняли жилище и сквозь настежь открытую дверь
вырывались наружу, привлекая внимание поселковых со­
бак, кои постоянно принюхивались к витавшим в воздухе
дуновениям и частенько собирались у очередной землянки,
помахивая хвостами - в надежде на получение лакомства от
доброй хозяйки.
Основательно питалась семья дважды в день - утром и
вечером. Подаваемое к столу основное блюдо бы ло одно полужидкая кашица с набором овощных и крупяных ингре­
диентов и нередко с добрыми кусками белковой пищи - мяса
и ли рыбы. Выдаваемые порции учитывали возраст, слож е­
ние и работоспособность каждого члена семьи. Но кушали
все - взрослые и дети - вволю, закусывая основное варево л е ­
пешками, а завершали трапезу молоком или теплым отваром
из целебных и питательных трав и ягод, приятным на вкус.
Признаком насыщения считалась громкая отрыжка, издавав-
мая поочередно каждым членом семьи, закончившим чре­
воугодие. В течение дня коллективной трапезы не было.
Проголодавшиеся семейные индивидуумы могли утолить го­
лод или жажду «подножным кормом» - найденными ягодами
или кореньями, или в порядке исключения попросить у хо­
зяйки лепешку или сушеную рыбу, или только что надоенно­
го молока от домашней коровы или козы, или приготовлен­
ного творога. Но все же хорошим правилом в семье считалось
терпеливое ожидание урочного часа коллективного кормле­
ния, а канючить и попрошайничать чего-нибудь съестного
позволительно было только самым младшим членам семьи.
Важной заботой главы семьи Бараза бы ло обеспечение
родственников принятыми тогда продуктами. Основу их сос­
тавляли мясо и рыба. Мясо в немалой мере «ш л о » к столу
от домашних животных (семья содержала корову, пяток овец
и баранов, четырех коз, лош адь и домашнюю птицу - кур
и уток). Все они приносили приплод, который и бы л основ­
ным источником мяса для семьи, кроме того, солидно под­
питывало кормовую семейную базу коровье и козье молоко,
а также яйца (да и мясо тоже) от домашней птицы. Рыба же
добывалась в реке, для чего у каждой семьи имелись много­
численные и хитроумные рыболовные приспособления (се­
ти, удочки, сачки, грузила, крючки, багры, дротики и т.д.).
Всю ответственность за содержание, кормление, попол­
нение «скотного двора» нес хозяин дома. Необходимо было
в теплое время организовать полноценный выпас животных,
оберегать их от нападения хищников, от болезней, запасать
корма на зиму, следить за сохранностью загонов и стойловых
помещений. Рогатый скот, как мы уже упоминали, выпасал­
ся преимущественно коллективно - при этом остававший­
ся на целый день при скотине пастух, вооруженный кнутом
и острой рогатиной, назначался поочередно из каждой семьи,
им должен быть взрослый мужчина или шустрый и крепкий
юноша, способный принять правильное решение при воз­
никающих угрозах со стороны злых людей или зверей. В по­
мощь пастуху придавались еще две-три лохматые крупные
собаки - они следили, чтобы стадо держалось компактно и
не разбредалось. А если таковое случалось, то умные живот­
ные оперативно восстанавливали порядок, пригоняя отбив­
шуюся корову или овцу к основному, плотно державшемуся
скоплению скотины.
Столь же нужным, даже первостепенным с некоторых
пор делом были земледельческие заботы и для семьи, и для
всей общины. Уже несколько поколений тутошних жителей
по весне осуществляли посев различных огородных и злако­
вых культур, заботливо ухаживали за ними в течение лета и
старательно убирали и сохраняли урожай. Овощные культу­
ры (просо, гречу, брюкву, лук, чеснок и т.д.) хранили в пру­
тяных коробах и глиняных чанах, семена злаков отдавали на
обработку и перемол местному умельцу Арману, который
соорудил нехитрое устройство на малом речном притоке и
м олол зерна, выдавая заказчику четыре пятых полученной
муки, а остальное брал в качестве платы за работу. Зерна
овса и ячменя только освобождались от шелухи, оставшие­
ся ядрышки высушенными шли на корм скоту, а вареными
употреблялись членами семейства. Из смолотой пшеничной
муки пеклись лепешки.
Особое внимание жителей селения привлекал чеснок:
привлекал своим специфическим вкусом и запахом - как при­
права к унылому однообразию каш и бульонов, как острая до­
бавка к мясному блюду, а кроме того, ему с давних пор припи­
сывались магические свойства. Во-первых, он входил в состав
приготовляемых лекарственных препаратов - они с успехом
применялись от укусов комаров, от глистов, при простудах и
запорах, а также для обретения сил после болезни и проти­
востояния всякой заразе. Во-вторых, чеснок якобы оберегал
людей от злых потусторонних сил в лице ведьм и вампиров,
отпугивая их своим острым духом. Во время падежа скота
связки лука и чеснока вешали на шеи лошадей, коров и мел­
кого рогатого скота. А в землянке, по ее углам, они постоянно
висели, периодически обновляемые - считалось, что таким
образом дезинфицировался воздух в жилище, отпугивая ко­
маров, мошек, клопов, блох и прочих зловредных насекомых.
На особом положении в хозяйстве каждого поселянина на­
ходились лошади. Первой и главной их обязанностью была
доставка нарубленного хозяином иногда в дальних пределах
от жилья хвороста и бревен. В те времена лошадь как верхо­
вая использовалась мало. Но вот как тягловая сила... На шею
и плечи лошадки надевался первый примитивный хомут,
сработанный из кожи, к нему прицеплялись длинные по­
стромки, на которые крепилось приготовленное к транспор­
тировке бревно или связка подсохшего хвороста. Хозяин брал
своего четвероногого друга за накинутое оголовье и вел его
к ме;сту обитания. Дрова или ветки тянулись по земле воло­
ком. Но даже такая примитивная операция существенно об­
легчала хозяйский труд.
По прошествии определенного немалого времени - кто,
сейчас непонятно и неведомо, совершил гениальное изоб­
ретение - появилось в употреблении человека КОЛЕСО, пе­
ревернувшее имевшиеся на тот период представления о
перемещении на значительные расстояния габаритных и
тяжелых (естественно, по тогдашним меркам) предметов.
Появилось именно в бронзовом веке первое транспортное
средство - ТЕЛЕГА (или повозка), небольшой ящик, смонти­
рованный сначала на сплошных колесах, позволявший с по­
мощью домашнего тяглового животного (а им могли быть в
те времена и лошадь, и бык, и верблюд, и осел) существен­
но снизить нагрузку на него, а значит перевозить нужные
товары и предметы на большее расстояние и с большей ско­
ростью (хотя по современным представлениям она могла
быть не более 5-6 км в час). И это был своеобразный техни­
ческий прорыв, открывший новую эру на пути человечества
к цивилизации. Не раз и не два близкие и дальние потомки
неизвестного изобретателя колеса выражали свое восхище­
ние, казалось бы, его простой догадкой, на долгие тысяче­
летия вперед обеспечившей разнообразное эффективное ее
применение в хозяйственной деятельности человека (даже
во времена сложнейших космических и электронных техно­
логий!). Но вернемся в поздний бронзовый век...
Повозки или телеги в те времена были дорогим удоволь­
ствием, и далеко не каждая семья имела возможность о б ­
завестись такой нужной в хозяйстве вещью. Изготовление
колеса было очень трудоемкой операцией, и производить
ее могли только специально обученные и умелые мастера.
Колеса в то время изготавливались из досок, причем сами
доски доставались желающим тяжелым физическим тру­
дом. Необходимо бы ло из цельного просушенного ствола
крупного дерева вырубить (!) или выточить плоские план­
ки, похожие на доски, из которых впоследствии тем же при­
митивным бронзовым топором изготовить подходящие, за­
ранее рассчитанной формы и размера дощечки, которые в
сложенном и закрепленном состоянии образовывали бы
колесо. Сейчас трудно представить все непростые нюансы
этой продолжительной и изнурительной операции. Но та­
ковая работа делалась, и первые непрезентабельные повоз­
ки и телеги, запряженные тягловыми животными, в брон­
зовом веке уже колесили по бездорожью тогдашней суши.
Телеги были и двух, и четырех, и шестиколесные, в которые
запрягались соответственно одна, две или четыре лошади.
Естественно, количество запрягаемых животных и количе­
ство колес отражали материальные возможности хозяев
этой роскоши.
В селении, о котором мы рассказываем, на ходу были три
экипажа. У двух хозяев - четырехколесные (у Бараза в том
числе), и у одного - двухколесный. Экипажи были откры­
тые - типа телеги, на них перемещали потребные грузы:
дрова и хворост, собранный урожай овощей и зерна, ездили
на дальнюю охоту или рыбалку, помогали более бедным со­
седям. А главное - изредка приходилось совершать дальние
поездки - к поселкам мастеров на Урале и на Кавказе, кото­
рые выплавляли металл, бронзу и медь, потребные в каждом
хозяйстве. Эти вояжи занимали иногда несколько недель и
были утомительными и опасными. Обычно формировался
обоз из 5-6 телег (четырехколесных), для чего по взаимной
договоренности жители нескольких дружественных селе­
ний объединялись для проведения этой ответственной ак­
ции. Запасались продуктами питания, всевозможной одеж­
дой, шкурами для укрытия от возможного дождя и ночного
холода, оружием для защиты в случае нападения хищников
или разбойников. Возглавлял обоз опытный воин и труже­
ник, хорошо знавший дорогу к цели похода и тамошних мас­
теров, ассортимент предлагаемых изделий и примерную це­
ну в обмен на их получение. Обязательно сопровождали обоз
несколько крупных домашних псов, которые по ночам нес­
ли сторожевую службу на привалах и упреждали внезапное
появление поблизости недружественных живых существ. А
иногда и вступали с ними в открытый бой, частенько обра­
щая противников в бегство - будь то лихие люди или злы е
некрупные звери. К схваткам с крупными (волки, медведи,
рыси, росомахи) приходилось подключаться всему налично­
му составу путешественников, которые луками, стрелами,
пиками, рогатинами, мечами и кинжалами могли постоять
за себя и за свое имущество.
По прибытии на место приезжие размещались в непре­
зентабельных гостевых землянках и несколько дней (обыч­
но 2-4) были озабочены подбором всего себе необходимого,
сработанного из металла. Это или слитки меди и бронзы (для
последующей переплавки у себя дома в нужное несложное и
мелкое изделие - чаще женское украшение в виде подвесок
или монист), или готовые к употреблению предметы, сра­
ботанные умельцами-металлургами, - наконечники пик и
стрел, щиты, мечи, ножи, домашняя утварь, скребки, молоты,
гвозди, серпы, косы, лопаты, мотыги, вилы, чаны, топоры, и
так далее и тому подобное.
В обмен за полученный бесценный товар жители Реки
предлагали все, чем они могли быть богаты. Мешки суше­
ной и копченой рыбы, рыбный клей, рыбная мука (таковая
с успехом шла на корм скоту), рыбий жир (сохраненный в
погребах), мед в больших корчагах, всевозможные острые
мелочи из костей - шилья, крючки, ножички, вилки, лож еч­
ки, а также предметы одежды и обуви - кафтаны, рубахи,
штаны, чувяки, малахаи, накидки, плащи и полушубки - из
льна, из конопли, из кожи и выделанной шкуры. П ользо­
вались спросом и фигурки зверей и людей, вырезанные из
липового ствола - липа наиболее хорошо поддавалась об­
работке. Такие вещи в среде металлургов ценились, ибо за­
ниматься откровенной «м елоч ев к ой » им самим бы ло не­
досуг или даже зазорно. Привыкли они работать по-крупно­
му, всерьез, поскольку постоянно получали подтверждение
важности своего тяжелого труда - со всех сторон, со всех се­
лени й в ближней и дальней округе спешили к ним работя­
щие люди с целью чего-то здесь приобрести, поучиться умуразуму, совершить выгодный обмен и возблагодарить силы
небесные за решенную проблему.
Обратный путь от «металлургических» поселков бы л не
м енее утомительны й и опасный. Потому что везли ме­
т а л л - тяжеленный и ценный материал, поживиться коим
бы ли непрочь все встреченные на долгом пути племена и
людские сообщества. Поэтому меры безопасности усилива­
лись, ночные привалы производились не на традиционных
участках отдыха - дабы обмануть приготовившихся к засаде
именно в этом месте разбойников и татей. Все это задержи­
вало продвижение к родным пенатам и требовало большего
расхода сил и нервов. И заканчивали свой поход за металлом
все участники далекого и трудного путешествия уже на ис­
ходе сил. А иногда случались неудачи, правда редко, когда
«вражьи силы» наносили существенный ущерб и добыче, и
живому сопровождению в лице людей и собак.
Встречали путешественников в родном селении как ге­
роев. Шаман Ворон «о т с л у ж и л » у святого серого камня
своеобразный благодарственный молебен - воздевая руки к
небу и изрыгая громкие звуки с оттенками чего-то доброго
и жалостливого, все это должны были услышать неведомые
духи, принять их «к сведению» и впредь также благотворно
влиять на исход подобных жизненно важных акций.
Привезенное имущество справедливо распределялось
между членами общины, но несколько больший и лучший
«н авар» получали участники похода. Бараз находился в их
числе и был особенно доволен привезенными издалека ры­
боловными принадлежностями. Ведь у его семьи имелась
собственная лодка, на которой он периодически отправлял­
ся в заповедные, известные только ему места, где уловы цен­
ной рыбы особенно богаты.
Рыболовство было одной из важнейших статей общего
и личного хозяйства, позволявшей и сытно питаться всем
членам общины, и создавать некий «запас» сушеной и соле­
ной рыбы, потребляемый в запретные для лова периоды периоды нереста и подрастания малька, а также в зимнее
время, когда возможности успешной рыбалки резко огра­
ничивались из-за морозов, непомерно увеличившейся т о л ­
щины льда и просто невозможности долгого пребывания
на открытом речном льду ввиду сильной стужи, буранов или,
наоборот, затяжных оттепелей, делавших лед хрупким и по­
тому опасным для нахождения на нем.
Тем це менее, Река была настоящей поилицей и кормили­
цей для всех проживавших близ ее берегов народов, включая
селение, расположенное в пределах современного Алексеевского городища. Лодки и любые плавсредства в те времена
были, как и телеги, «удовольствием » недешевым. Ибо от­
работанных технологий их создания или построения не су­
ществовало. Каждый желающий «соображал» в этом плане
на свой лад. Большинство обходилось примитивными плота­
ми, связанными из бревен в два настила, что позволяло дви­
гаться на них вдоль берега или недалеко от берега, отталки­
ваясь от дна шестом. Но пересечь реку на таком примитиве
непросто - нужно было завести его далеко вверх по течению,
чтобы оно снесло плот, двигавшийся теперь с помощью неза­
тейливых весел-лопаток, в нужное место, при этом потратив
немало энергии и используя опыт бывалого рыбака - чтобы
не перевернуться на этой неудобной плавающей «худобе»
наскочив на сильную волну, не пострадать из-за ее развала
посреди реки. Но наиболее крепкие и состоятельные хозяе­
ва решались все-таки на изготовление собственной совер­
шенной конструкции, названной лодкой, ибо она давала воз­
можность двигаться по воде и быстрее, и целенаправленней,
и безопасней, и к тому же грузоподъемность ее была суще­
ственно большей. К числу таких умелых и предприимчивых
людей принадлежал и наш герой - Бараз.
Как уже указывалось, дерево широко использовалось
людьми бронзового века при разнообразном строительст­
ве. Но поскольку изготовление досок в то время было весь­
ма трудоемким процессом, то и их применение было очень
ограниченным: отдельны е штучные изделия, в основном
примитивные поделки - аналоги современных скамьи, сто­
ла, двери. Сложно было изготовить телегу-повозку, а еще
сложнее судно (лодку), поскольку применение его в условиях
водной среды требовало особой технологии, подразумевав­
шей умение изготавливать так называемые выгнутые заго­
товки - для придания плавающему средству характерной
формы, делающей движение по воде минимально трудоем­
ким и максимально быстрым. На первых порах для этого ис­
пользовались не доски, а согнутые и зафиксированные ство­
лы гибких, сравнительно тонких деревьев, которые надежно
скреплялись деревянными же гвоздями и еще более тонки­
ми прутьями. Производилась так называемая шпаклевка об­
разованных отверстий и щелей в корпусе лодки древесной
смолой, затем корпус судна спускался на воду и основательно
размокал, отчего упомянутые древесные стволы разбухали
и ликвидировали тем самым возникшие течи. Далее устанав­
ливались в корпусе лодки поперечные сидения, крепилась
посредине мачта для паруса, фиксировалась с помощью сы­
ромятных постромок к носу, корме и бортам, к ним же при­
лаживались ременные петли для весел. Последние изготав­
ливались из дерева - соразмерные ширине и длине лодки и
с учетом статей главного гребца. Впрочем, при лодке, как
правило, было несколько пар весел - разного размера и раз­
ной «мощи», то есть ширины загребной «лопаты». Не забыта
была и установка рулевого приспособления на корме.
Лодка Бараза в теплое время года находилась близ реч­
ной кромки в густом ивняке - таким образом ее уберегали от
покушения со стороны посторонних людей. При этом она
надежно привязывалась к ближнему дереву или пню на бе­
регу тугой сплетенной бечевой или бронзовой цепочкой помимо возможных воров, опасность представляла сильная
буря на реке, которая могла «разметать» естественные за­
щитные укрепления, оторвать лодку от места причаливания
и завихрениями течения и волн унести ее далеко на откры­
тую воду. В этом случае лодка могла пропасть - быстрое те­
чение передвинуло бы ее на значительное расстояние за ко­
роткий промежуток времени. Ищи потом ветра в поле!
Самая добычная рыбалка была по большой воде - когда
рыба шла на нерест вверх по течению - целые косяки части­
ковой рыбы взмучивали водную поверхность, ловить ее легко
было и сетью, и сачком, и багром, и дротиком. Более хитро­
умные способы нужно было использовать для лова крупной
красной рыбы - осетра, севрюги, стерляди. Ну а белуга весом
в несколько пудов (или даже десятков пудов - в будущем
опять же измерении) поддавалась только коллективным
усилиям, и поймать ее, особенно вытащить из воды, одному
человеку было практически невозможно.
Осенью, по окончании рыболовного сезона и с наступле­
нием морозов, лодка Бараза вытаскивалась на берег, припод­
нималась на специально сработанные «к озлы » и укрывалась
сверху шкурами. Лодочная мачта и сидения вынимались из
пазов и уносились в загон близ землянки. Разукомплектован­
ная лодка маскировалась грудой веток и высохшей травой и в
таком положении бездействовала до весны. Зимой на ее мес­
те образовывался немалый сугроб, и заметить ее непосвя­
щенным людям было непросто. Аналогичная судьба была и у
других лодок, имевшихся в селении. Хозяева в течение зим­
него простоя периодически проверяли - на месте ли их до­
рогая собственность, не подходил ли кто к ней - по следам
на снегу это легко было определить. Как правило, ничего по­
дозрительного не обнаруживалось - разве только отпечатки
заячьих и лисьих лап, да крестики от сорочьих ножек.
Зимой вообще жизнь в селении замирала. Глубокие снега
окрест, белое безмолвие, то мороз сильный, то снегопад - на­
ружу жители землянок выходили редко. Разве нужда застав­
ляла. Протоптанные дорожки к тому самому выгребному рву,
наполовину засыпанному снегом, да желтые отметины мочи
в пяти-шести шагах от жилища - на большее расстояние от­
ходить от места проживания не было необходимости, все
равно все вымерзало да испарялось...
В землянке по зимнему времени было почти постоянно
темно. Окон в ней не имелось, а дверь открывать - это значит
выстуживать жилище, согретое человеческим присутствием
да тлеющим очагом, дым от которого в основном уходил в
вытяжное отверстие в крыше, но запах его, как и запах при­
готовляемой пищи, постоянно окутывал людей, нехитрую
мебель, постели, одежду - все это за зимнее время пропиты­
валось специфическим «ароматом», поэтому по весне тща­
тельно проветривалось, а кое-что даже стиралось.
Свет в землянке исходил от разгорающегося очага или
от специально зажигаемой лучины, что позволяло зряче
приготовить пищу для семьи и покушать всем вместе, раз­
личая, кому какой кусок или миску с варевом предложить
во время трапезы. На свет божий, то есть на морозный воз­
дух, по делам выходил только глава семьи и старшие сы­
новья, предварительно одевшись потеплее и захватив с со­
бой все необходимое: оружие (кинжал и рогатину) на случай
встречи с хищником, силки и капканы для установки на зве­
риных тропах, приспособление для добычи огня - на случай
возможной задержки в лесу и необходимости развести косте­
рок. Ну а по лепешке и по куриной ноге каждому добытчи­
ку полагалось обязательно - для подкрепления сил, быстро
расходуемых при движении по глубокому снегу и при иных
физических напрягах.
СОСЕДНИЕ ПОСЕЛЕНИЯ:
ДРУЗЬЯ И ВРАГИ
Территория, занимаемая описываемым селением (будем
для удобства так и называть его - Алексеевским), была до­
вольно значительной. Имеется ввиду не только прибрежный
участок, на котором сгрудились жилые и подсобные землян­
ки, полуземлянки, загоны й прочие строения, но и обширные
прилегающие площади, занятые лесом и степью с густым
травостоем, на которых паслись лошади, а также крупный и
мелкий рогатый скот. Суммарно Алексеевскому поселению
негласно принадлежало до 30 гектаров (используем меру
площади, понятную современным читателям, а как измеря­
лась таковая в доисторические времена - нам пока не извест­
но) разнообразных угодий. Восточной границей ее была Река.
Во всех остальных направлениях (особенно в северном
и южном) условными рубежными приметами, за которыми
начинались «чужие владения», бы ли какие-нибудь ла н д ­
шафтные или растительные объекты: овраг, ерик, меловая
гора, сломанный дуб, густой осинник и т.д. Иногда в качестве
разграничительного знака использовались лисьи норы, те­
теревиные тока или старый огромный муравейник, ведущий
свой отсчет с никому не известных пор. В глубине террито­
рии, на удалении от Реки, поселения практически не появ­
лялись (разве только на крупных притоках), ибо вода требо­
валась жителям бронзового века в не меньших количествах,
чем в иные любые эпохи.
Вниз и вверх по Реке на правобережной территории жили
племена, близкие по организации жизни, по языку и обы­
чаям к алексеевскому селению. Тамошние вожди и шаманы
старались внушить соплеменникам дружественное отноше­
ние к соседям, решать возникавшие территориальные и иные
конфликты мирно, а при экстренных ситуациях (пожар, на­
воднение, град или засуха) стараться помочь пострадавшим,
кто чем может - в первую очередь продуктами и одеждой.
Территория за Рекой считалась опасной. Там жили племе­
на, по образу жизни резко отличные от правобережников. Они
не занимались земледелием, а предпочитали содержать ог­
ромные стада крупного и мелкого рогатого скота и лошадей.
Постоянно мигрировали по необозримым степям и полупус­
тыням в поисках новых пастбищ. Периодически появлялись
со своими табунами, вставали лагерем напротив городища,
но через три-четыре месяца исчезали - иногда до следующей
весны. Жили в примитивных, быстро разбираемых и соби­
раемых жилищах - юртах, питались в основном мясом, зем­
леделием не занимались, а потому из растительной пищи
употребляли только съедобные травы, ягоды, лесные орехи
и грибы (произраставшие по оврагам и низменным приреч­
ным участкам). Лошадей уже начали использовать в качест­
ве верховых и быстро прогрессировали в умении управлять
ими, а также получать кобылье молоко, из коего вскоре нау­
чились творить кумыс и творог. Народ этот был агрессивный,
неопрятный, дурно пахнущий, зимой и летом облачавшийся
в засаленные шкуры. От них можно было ожидать внезапного
нападения на правобережные мирные селения. Целью таких
налетов были молодые девушки, лошади, оружие, продукты
и одежда. Не брезговали и посудой - хоть деревянной, хоть
глиняной. Действовали всегда стремительно, загодя скрыт­
но ночью переправляясь на правый берег на приличном от­
далении от селения - дабы не вызвать подозрений у жите­
лей. А потом совершали стремительный налет на лошадях,
издавая воинственные крики, деморализуя не готовых к от­
пору жителей. Мужчин старались убить или чувствительно
ранить. Так происходило довольно долго, пока жертвы этих
жестоких рейдов не выстроили достойную оборону - она
заключалась в периодической тайной переправе на левый
берег и наблюдении за намерениями степняков. Опасные
для правобережников приготовления сразу угадывались когда от кочевого селища уходил значительный отряд всад­
ников вниз или вверх по течению, то следовало ожидать в
ближайшие дни нападения. А потому необходимо было при­
нять срочные меры - «в ы ч и сли ть» место их высадки на
правый берег и атаковать усталых и мокрых врагов всеми
наличными силами. В большинстве случаев агрессоров унич­
тожали или брали в полон, вся их «рухлядь» (оружие, одеж­
да, лошади) становилась собственностью победителей. Это
бы л повод для очередного праздника в селении - праздника
победы, если хотите. Радость и удовлетворение от приобре­
тенных «б лаг», шумный дележ их среди семей победителей,
общее ликование и опять же коллективный «м олебен » под
руководством своего страшного, но уважаемого колдуна-чревовещателя. Однако, зная коварный нрав заречных кочев­
ников, никто из воинов селения не обольщался добытой по­
бедой, и буквально на следующий день Бараз с товарищами
возобновляли тщательное наблюдение за неприятельским
станом, ожидая от его обитателей новых провокаций и агрес­
сии. А это уберегало поселение от нежданной беды.
Победе «алексеевцев» радовались не только они сами.
Столь же приятным было известие о победе над заволжски­
ми агрессорами и для правобережных соседей, живших выше
и ниже по течению, людей с похожим языком и похожим об­
разом жизни. Более того, завязавшиеся торговые (скорее
обменные) связи между этими поселениями и довольно час­
тые визиты друг к другу приводили иногда к тесным кон­
тактам - случались межплеменные браки, устанавливались
родственные связи, кои периодически поддерживались при
благоприятных обстоятельствах (это - удобное время года,
погода, спокойная обстановка в обоих селениях). Впрочем,
иногда возникали и обиды, правда не приводящие к проти­
востоянию или затяжным конфликтам. Чаще всего причиной
тому были нарушения «границ» с той или другой стороны и
незаконная пожива кого-то из нарушителей. Но обычно эти
«преступления» были неумышленными, что выяснялось в
процессе последующих взаимных объяснений и покаяний.
На этом конфликт заканчивался.
Самой напряженной, громоздкой и опасной акцией для
«правобережников» считалось периодически совершаемое
длительное путешествие в заречное безлю дное простран­
ство, к так называемому золотому озеру, где можно и нужно
было поживиться ценнейшим продуктом того времени солью. Соль тогда использовалась не только для «приятного
вкуса» потребляемой пищи. С помощью соли производилась
консервация рыбы и мяса на продолжительный срок, то есть
создавалась возможность накопления запаса продуктов - и
не только животного происхождения, но и различных ово­
щей, кореньев, ягод и грибов.
Потребность в соли вынуждала объединяться несколько
селений - создавать крупный обоз, состоящий из транспорт­
ных средств (повозок, телег, большого количества тягловых
животных - лошади, быки, верблюды) и значительного люд­
ского контингента - возчиков, работных людей, воинов-Охранников. Проводилась эта акция раз в один-два года. По­
скольку для достижения запланированной цели необходимо
было переправляться на левый берег реки, то начало опасно­
го путешествия приходилось на конец лета - когда Река суще­
ственно мелела и старый брод у речной излучины становился
преодолимым для людей, животных и повозок, пересекаю­
щих реку «пешим ходом», без опасения быть затопленными
или утопленными. Брод этот находился ниже по течению
от «Алексеевского городища», у подножия большой Синей
горы - так она смотрелась издалека. Обоз добирался до него
за сутки. Здесь же Река делала крутой поворот на восток,
отчего русло существенно сужалось, что облегчало задачу
пересечения его с меньшими затратами времени. Место это
известно было всем обитателям приречного пространства
с незапамятных времен, и очень редко не оправдывало себя.
Только в случае чрезвычайно большого паводка и затяжных
дождей в течение лета Река оставалась полноводной вплоть
до ледостава, и брод практически «н е работал». Но таковая
ситуация случалась редко - может быть раз в десятилетие,
а то и реже.
Предварительно «вожди» всех дружественных поселений
(в нашем случае на этом ответственном выборном посту,
как вы уже догадались, находился Бараз - самый успешный
и авторитетный человек в селении, сильный, выносливый,
умелы й, способный навести порядок в случае разбродов
или даже драк; он же руководил коллективными действия­
ми на охоте, а также при отражении нападений на поселение
злы х неведомых разбойников) собирались на нейтральной
территории и договаривались о сроках, потребных силах и
средствах, о необходимой подготовке в смысле обеспечения
обоза всем необходимым - продукты, оружие, инструмент,
тара для соли, количество повозок и животных.
В назначенный день снаряженная группа из самого се­
верного поселения начинала рано утром движение на юг по давно протоптанной дороге, стелящейся вдоль реки,
то по сравнительно ровным участкам, то по откровенным
неудобьям - овраги, ручьи, песок, липкая грязь и прочие
«прелести» неухоженной местности. Но сопровождали обоз
опытные воины и мужчины, неоднократно проходившие
этой «дорогой» в обоих направлениях и знавшие, как надо
действовать, дабы максимально быстро преодолевать до­
рожные трудности. Обязательным мероприятием в ходе
движения была организация своеобразной разведки мест­
ности: впереди, по бокам и сзади обоза скрытно двигались
вооруженные бывалые люди, наблюдавшие за возможными
опасностями - в первую очередь появлением и приближе­
нием потенциально опасных незнакомцев, которые могли
причинить ущерб движущейся колонне. По мере прибли­
жения к заветному броду обоз возрастал количественно к нему присоединялись ожидающие группы из более южных
поселений. К месту переправы подходила уже внушительная
орда, громко гомонившая голосами людей и животных. Здесь
делался вынужденный привал - необходимо было обследо­
вать брод, выяснить, какое направление наиболее безопасно
и преодолимо с минимальными издержками. Для этого два
или три воина, снабженные длинными шестами для проме­
ра дна, садились верхом на лошадей и начинали осторожное
движение по дну в направлении противоположного берега.
Шли они широкой полосой, заведомо пригодной для про­
хождения большого обоза - внушительной массы людей и
животных.
Постоянно оглядываясь друг на друга, «разведчики», ору­
дуя шестами, осторожно двигались, погруженные в воду, до­
ходящую до лошадиного паха. По мере отдаления от берега
дно становилось глубже, лошади и люди медленно опуска­
лись в речную стихию, но с какого-то момента погружение
прекратилось, и даже наоборот - под ногами лошадок оказа­
лось небольшое возвышение, вскоре сменившееся таким же
незначительным погружением. Так, чередуя свое положение,
то вверх, то вниз, всадники приблизились к левому берегу,
где дно пошло на уверенный подъем. Выбравшись на пес­
чаную косу, все трое развернули коней и победно вскину­
ли руки с шестами вверх - проверенный путь был открыт
и безопасен.
Бараз, наблюдавший за передвижением «разведчиков» и
получивший ожидаемый сигнал о приемлемых условиях пе­
реправы, скомандовал начало этой громоздкой операции, в
которой участвовало до 200 повозок и более полутысячи лю ­
дей. Первые экипажи осторожно спустились к воде и начали
пересекать водную стихию. Ориентирами возчикам, управ­
лявшим тягловыми животными, были воткнутые в дно реки
шесты, определявшие «коридор» движения. Оно сопровожда­
лось громкими криками людей, участвовавших в переправе,
а также мычанием и всхрапыванием копытной живой силы,
напряженно и осторожно ступающей по не всегда ровному
речному дну. На обоих берегах бдительно следили за обста­
новкой на реке и вокруг особые наблюдатели, готовые в слу­
чае осложнений незамедлительно ринуться на помощь. Это
могли быть какие-то задержки движения (по причине по­
ломки снаряжения или травмы животных), ухудшение пого­
ды (особенно неприятно и чувствительно для погруженных
в воду лошадей и быков, тяжело преодолевавших стреми­
тельное течение, усиление ветра, сразу вызывавшее волне­
ние на речной глади) или появление каких-то «внеш них»
угроз - приближение к месту переправы незнакомых людей,
пеших и конных.
Но в этот раз все обошлось сравнительно благополучно.
Лишь одна повозка, запряженная молодыми волами, «застря­
л а » посреди реки, но была оперативно вытащена подоспев­
шими на верховых лошадях помощниками, которые зацепи­
л и телегу постромками за переднюю ось и помогли доставить
ее к спасительному берегу.
Переправа заняла почти весь световой день и сильно
утомила ее участников. Поэтому для отдыха и приведения в
рабочий порядок всего огромного обоза был сделан д ли ­
тельный привал возле ближнего островка рощицы, где мож­
но было осмотреть и подсчитать всю наличность (живую и
неживую), подкрепиться (здесь еще росла довольно свежая
травка - благодаря близости к воде) и подремонтироваться (неуклюжие колеса повозок то и дело приходилось «у к ­
реплять» дополнительными накладками и набойками). Ве­
чером, по обыкновению, путешественники разожгли кост­
ры, плотно поужинали захваченными припасами, распрягли
всех животных и выставили крепкий караул. Ночь была ти­
хая и спокойная, над безлюдным простором повисла п ол­
ная луна, делавшая обзор ближнего пространства вполне
удовлетворительным: примерно на полкилометра и даже
больш е можно бы ло четко разглядеть контуры лю дей и
животных. Тишина нарушалась только слабыми речными
всплесками, обязанными играющей рыбе, да щебетанием
неведомых птах в кустарнике, встревоженных появлением
вблизи какого-то малого хищника - очевидно, лисицы.
Утро предвещало хорошую погоду. Солнечный диск едва
выглянул из-за отдаленного и уже светлого горизонта, и сра­
зу весь полевой лагерь пришел в движение. Запрягались в
повозки лошади и быки, упаковывались в объемистые тю­
ки снаряжение, одежда и припасы. Наполнялись речной во­
дой кожаные бурдюки, ибо грядущий путь по безводной и
безлюдной местности предстоял долгий. Бараз с двумя по­
мощниками верхом на лошадях объехали выстроившийся в
длинную цепочку обоз, еще раз проверив всестороннюю го­
товность каждого экипажа и человека к испытанию продол­
жительным движением, жаркой погодой и безветрием, что
усугубляло страдания всех. Ибо взмученная копытами и ко­
лесами мелкая пыль (пухляк) надолго повисала в воздухе,
и движение шло в серой мгле, затрудняя видимость и дыха­
ние, вызывая приступы надсадного кашля у людей, которые
хотя и закрывали рот и нос матерчатыми повязками, но пол­
ностью уберечься от пыльного смрада не могли. Тем не ме­
нее караван уверенно двигался на юго-восток, навстречу
разгоравшемуся дню. Высоко в небе парили степные орлы,
а по обочинам набитого веками пути посвистывали лю б о­
пытные суслики, стоявшие на задних лапках, как часовые,
близ своих земляных убежищ, юркие попрыгунчики-тушканы беспрерывно прыгали, норовя обогнать обоз.
Люди, участвующие в походе, шли по большей части пеш­
ком - кроме возчиков на телегах и повозках, управлявших
животными. Верховые лошади преимущественно велись в
поводу, ибо в те времена еще не бы ло разработано большей
частью человечества удобное снаряжение на коня - не бы ло
седел, позволявших многие часы безболезненно проводить
на спине животного - в районе паха и ануса седока при д ли ­
тельном пребывании на коне образовывались болезненные
мозоли и воспаления. При этом все правобережные племена
удивлялись навыкам заречных кочевников, которые, по всей
видимости, подобных проблем не испытывали. Это остава­
л ось для Бараза и его соплеменников непостижимой загад­
кой, которую они могли объяснить только особым устройст­
вом суставов и мышц в нижней половине тела у этих лихих
и диких инородцев. А еще поговаривали, что последние подкладывают под себя во время движения на лошади сырое мя­
со, которое по прошествии определенного времени съедают отбитым и разогретым, с тем чтобы при первой возможности
заменить употребленное в пищу это необычное «приспособ­
л е н и е » свежей вырезкой...
До намеченной цели - самосадочного соляного озера
(впоследствии названным Эльтон) - было двенадцать днев­
ных переходов, путь неблизкий и утомительный. Конец лета
здесь еще не означал наступление прохладной погоды, и дви­
жение каравана шло под палящими лучами дневного свети­
ла по старинному тракту, проложенному давними предками
народов, населявших обширное приречное пространство.
Вокруг расстилалась безбрежная ровная степь-полупустыня
с жидким, выгоревшим растительным покровом - полынью,
лебедой и репейником. Периодически в пределах видимости
маячили контуры диких верблюдов, быстро удалявшихся
от каравана. А стада сайгаков, этих быстроногих копытных
животных с острыми искривленными рогами, двигались
обычно параллельно маршруту обоза и непременно пересе­
кали его, обгоняя «голо в у» колонны, переходя на спорый га­
лоп и издавая характерное трубное мычание. Облако пыли,
поднятое стадом, надолго повисало в неподвижном воздухе
и доставляло людям и обозным животным доп олн итель­
ные страдания. Но и некую поживу имели путешественники
от встреч с этими непривлекательными рогато-копытными
созданиями. Ибо часто оказывались галопирующие сайгаки
на «убойном » расстоянии от какого-нибудь меткого обозно­
го стрелка. И выпущенная стремительная стрела с острым
бронзовым наконечником настигала неудачника, нанося ему
чувствительную рану, от которой животное по мере потери
крови слабело и падало замертво. Добычу безошибочно на­
ходили и на очередном привале употребляли в пищу. Самая
ценная часть туши - печень - доставалась «стрелку», пора­
зившему сайгака и принесшему тем самым дополнительные
калории в кровь, мозг и мышцы напряженно шагавших лю ­
дей. Что было очень важно в этих экстремальных условиях,
когда требовались путешественникам физическая выносли­
вость и духовная стойкость.
На четвертый день пути пред караваном в душном маре­
ве колеблющегося воздуха предстало странное видение. Это
был, по-видимому, мираж, объяснимый непонятными метео­
рологическими и космическими явлениями, который был
воспринят путешественниками как некое знамение. В пол­
день свечение солнца резко усилилось и на глазах изумлен­
ных путников в небе засияли аж три светила, образовавших
сложной конфигурации тени от повозок, животных и людей.
Караван остановился и замер. Перед изумленными и испуган­
ными взорами путников бледная небесная голубизна вдруг
начала темнеть, и в ней отчетливо обозначились сияющие
контуры незнакомых фигур - кругов, квадратов, треугольни­
ков. В то же время недавно ослепительные светила неждан­
но поблекли, и все окрестное пространство погрузилось в
полумрак, в недрах которого там, высоко, в небе, отчетливо
просматривались ослепительные линии упомянутых фигур,
вспыхивающие и гаснущие и все вместе движущиеся, словно
под напором каких-то неведомых сил. Периодически воздух
оглашался, нет, не громом, который был привычен и не так
страшен людям, а каким-то шелестящим треском. Тягловые
животные, видимо, также ощутив что-то необычное и гроз­
ное, разразились храпами и вскриками, мычанием и отры­
вистым ржанием. Казалось, наступил конец света. В течение
бесконечно тянущегося времени вся эта вспыхивающая ар­
мада бликов и зеленоватых огней под неумолчный рев жи­
вотных медленно проплыла над местом своего появления и
удалилась на запад, постепенно исчезая из вида. Небо при­
няло свой обычный серо-голубоватый цвет, и над головами
путников привычно засияло одинокое солнце. Лошади, волы
и верблюды постепенно успокоились.
Бараз, как и все путники, сжатые тисками страха пред
неведомым явлением, молча наблюдал необычную картину,
и даже когда видение пропало, долго не мог придти в себя.
Лиш ь спустя некоторое время старейшины племен собра­
ли сь у головной повозки - обсудить пережитое и принять
решение. Многие сочли увиденное и услышанное дурным
предзнаменованием и настаивали на завершении похода мол, злые духи послали путникам пока предостережение, а
далее будут и страшные события, ведущие к гибели всех
наблюдателей рокового знака - людей и животных. Одна­
ко, окончательно успокоившись и крепко поразмыслив, они
согласились со сторонниками другого мнения - продолжать
движение, достичь намеченной цели, выполнить поставлен­
ную задачу.
И потянулись однообразные будни - под всхрапывания во­
лов и лошадей, под скрип тележных колес и понукания воз­
чиков, под палящим солнцем и при полном безветрии дви­
гался караван на восток, изнемогая от жажды и усталости.
Долгожданный ночной привал приносил прохладу и облег­
чение. Полужидкая каша из смеси злаковых зерен готовилась
на кострах из соображений экономии в расчете на всех участ­
ников движения - людей и животных. Трудность была одна лошадям, волам и верблюдам необходимо было ждать, пока
варево остынет. А это было непросто, ибо витающие над вре­
менным лагерем запахи пищи улавливались всей животной
армией, которая начинала мычать, храпеть и блеять, требуя
насытить опустевшее нутро. Но после коллективного ужина
наступало некое успокоение - люди и скотина дремали или
спали, устроившись поудобнее на еще не остывшей земле.
Ночью становилось не только прохладно, а даже холод­
но, но такие перепады температуры были привычны всем
разумным и неразумным обитателям этой степной и полу­
пустынной территории, в пределах которой сменилось не
одно поколение живых существ, а потому давно приспособ­
ленных к причудам местного климата.
Долгожданное соленое озеро появилось на горизонте,
как и ожидал Бараз и его помощники, на двенадцатый день
пути. Издалека его водная поверхность, окаймленная белой
и гладкой соляной массой, казалась красноватой с отливом
золотых бликов - таковой оттенок воде придавали обитаю­
щие в ней микроорганизмы. Предчувствуя окончание долгой
утомительной дороги, караван пошел чуть быстрее - в пред­
дверии и ожидании столь желанного и продолжительного
отдыха...
Нелегко было ломщикам соли орудовать топорами и л о ­
мами, стоя на кромке соляного массива и «отваливая» от него
крупные куски или даже блоки спрессованной соли - с тем
чтобы работяги из другой «команды», зацепив крючьями до­
бычу, поволокли ее к краю озера, дабы там погрузить на те­
леги и повозки. Нагруженная телега укрывалась шкурой
и туго перевязывалась кожаной бечевой - для предохране­
ния, в основном, от пыли, но и от возможного все-таки дождя
или снега (такое бывало здесь ранней осенью). Этой напря­
женной работой были заняты все работные люди, постоянно
страдавшие в ходе изнурительного труда от жажды, от жа­
ры, от специфических запахов концентрированной озерной
воды и особенно - от вынужденных порезов ног об острые
края соляных глыб. Полученные раны были болезненны, ибо
разъедались рассолом, в который вольно-невольно прихо­
дилось заходить необутым работягам, и заживали очень
медленно. Чтоб уменьшить болевые ощущения, люди густо
смазывали пораженные участки на ступнях и щиколотках ба­
раньим жиром и туго обвязывали их плотными полотняными,
специально и заблаговременно нарезанными обмотками.
Бараз и сам принимал участие в «черной» работе, загружая
«св ою » повозку разнокалиберными кусками соли, но и сле­
дил за ходом всей операции. Ведь нужно было организовать
охрану работающих людей и распряженных и пасущихся жи­
вотных, побеспокоиться о своевременном приготовлении
пищи, контролировать расход воды и оказывать помощь осо­
бо пострадавшим - некоторые соплеменники находились на
исходе сил, а два человека умерли, получив тепловой удар
и надышавшись вредных испарений. Бедняг похоронили на
приличном расстоянии от озера в небольшой ложбинке, не
соблюдая принятый в сообществе ритуал - устройство моги­
лы, оборудование ее деревянными срубами. Ибо необходи­
мого деревянного материала здесь негде было взять...
Такие потери случались ежегодно в ходе подобной гро­
моздкой и трудоемкой операции, так что ничего необычного
в этом печальном событии никто из участников не увидел.
Значит, решил каждый оставшийся в живых, духи были нерас­
положены к жертвам, чем-то они рассердили их, а потому и
ушли в мир иной. Согласно принятым в племени поверьям,
души умерших возносились к небесам и оставались там на­
вечно, наблюдая за своими оставленными собратьями...
В течение десяти дней трудились на озере охотники за
солью. Естественно, к концу срока остро ощущалась нехват­
ка воды и общая усталость людей. Зато рабочий скот, хотя
и на скудном полупустынном подножном корме, окреп и по­
свежел, ибо привычных нагрузок не испытывал, а отдыхал
практически круглосуточно. Это было важно, ибо обратный
путь предполагал транспортировку уже не пустых повозок
и телег, а тяжело нагруженных, на что требовались значи­
тельно большие силы.
К тому же по прошествии указанного срока появились
робкие признаки изменения погоды - днем было уже не столь
жарко, частенько небо закрывалось облаками, безветрие
сменилось легким дуновением с запада, что благоприятно
отразилось на общем самочувствии.
Тщательно подготовившись к длительному и трудному пе­
реходу, ранним утром караван, выстроившись в привычном
порядке и образовав длинную колонну, тронулся в обратный
путь. Он был более опасен, ибо существовала вероятность
того, что враждебные кочевые племена, столь же остро нуж­
дающиеся в соли, выследили (или «в ы ч и сли ли ») маршрут
движения каравана и могли предпринять нападение с
целью ограбления его. Зная о подобных прецедентах, Ба­
раз предпринял некоторые меры предосторожности - он
разбил караван на три группы по 60-70 повозок в каждой,
между которыми постоянно поддерживалась связь. Группы
шли на приличном расстоянии друг от друга, и в случае на­
падения на одну из них, две другие имели время подгото­
виться к отражению злодейской атаки и даже придти на по­
мощь к собратьям.
Опасения Бараза оправдались лишь частично. На второй
день обратного пути на приличном расстоянии от каравана,
с правой северной стороны по ходу движения, были замече­
ны многочисленные всадники, двигавшиеся параллельным
курсом, не приближаясь, но и не удаляясь от мирно катящих­
ся повозок, шагавших людей и тягловых животных. Их было
несколько десятков. Судя по накинутым на плечи шкурам
и меховым колпакам на голове, это были те самые недруже­
ственные кочевники, которых в правобережных племенах
называли «зхубинами» - по причине того, что все они были
вооружены заостренными длинными деревянными копья­
ми. На языке племени Бараза (и не только) слово «зхубин»
означало именно это холодное колющее оружие.
В течение всего светового дня замеченные всадники со­
провождали караван, не рискуя приближаться. Их, видимо,
смущала большая численность людей, сопровождавших гру­
женые повозки и телеги. Но тревогу и беспокойство среди
«охотников» за солью кочевники все же вызвали: охрана
всех трех групп каравана приготовилась к возможному на­
падению - оружие, в виде мечей, кинжалов, лука, стрел и ко­
пий (только более совершенных - с металлическими нако­
нечниками), было приведено в боеготовность и находилось
в руках самых рослых и сильных мужчин-солевозцев. Одна­
ко с наступлением сумерек «зхубины » замедлили движение
и скоро отстали и потерялись из виду. Бараз и его сподвиж­
ники заподозрили ночное нападение на караван, и поэтому,
даже будучи усталыми, в наступившей темени продолжали
плестись на запад, одновременно наблюдая за возможным
появлением опасности с флангов и особенно с «хвоста» кара­
вана. Но после трехчасового перехода под слабеньким светом
набирающей силу луны люди успокоились и решили дать от­
дых себе и животным. Все три группы соединились в боль­
шой лагерь, подкрепились поздним ужином и, соблюдая все
предосторожности, расположились на ночлег.
До речной переправы, откуда начался поход за ценным
продуктом, оставалось еще пять дней пути. Они прошли в
привычном утомительном и бдительном режиме, что дало
возможность благополучно завершить поход и обеспечить
племя на долгий срок столь нужным продуктом. Дележ
привезенной добычи был радостным событием для каждой
семьи поселения. С учетом всех обстоятельств (количество
детей, стариков, состояния жилища, наличного скота и ин­
вентаря, а также личного вклада в общее дело) соль была
распределена по землянкам и быстро стала предметом раз­
нообразного потребления.
ОБРАЗ ЖИЗНИ
(в порядне документальной справки)
В этой главе мы познакомим читателя с повседневны­
ми заботами жителей поселений позднего бронзового века
(в том числе и того, что впоследствии назовут Алексеевским),
с их бытом, принятыми ритуалами, используемой одеждой
и обувью, употребляемой пищей. На эту тему шел разговор
в одной из начальных глав данного повествования, но коечто из упущенного и недосказанного мы осветим в нижесле­
дующих строках. При этом воспользуемся сведениями, добы­
тыми автором в Интернете. Одна из ключевых статей на эту
тему написана неким Александром Рясновым под названием
«Бронзовый век». В ней говорится, что приведенные автором
факты базируются на обследовании многочисленных древ­
них стоянок человека в Поволжье, в Северном и Западном
Казахстане, среди которых упоминается широко известное
Алексеевское поселение, а также могильник «Тасты-Бутак».
Автором указывается, что в эпоху поздней бронзы жившие
в указанном регионе племена испытывали сильное влияние
срубной культуры Поволжья. В их поселениях преобладают
полуземлянки - прямоугольной, овальной и восьмеркообраз­
ной в плане формы. Среди них встречена полуземлянка пря­
моугольной формы площадью 50 м2 и примыкающие к ней
хозяйственные постройки. Стены дома обложены камышом
и обмазаны глиной. Распространены были также огромные
землянки площадью 300-400 м2, в которых зимой держали
скот. Котлованы для жилища копали каменными, роговыми
либо бронзовыми мотыгами, кирками, следы которых сохра­
нились на стенках раскапываемых археологами жилищ. Глу­
бина котлованов колебалась от 0,6 до 1,5 м. Вынутый грунт
укладывали вдоль края, обеспечивая таким образом защиту
жилья от влаги и сильных степных ветров, обычно «выдував­
ших» из дома тепло.
В хозяйстве в это время увеличивается роль скотоводства,
особенно коневодства.
Большинство поселений располагалось на берегах боль­
ших и малых рек или ручьев, стекающих с гор. Рядом с ними
в поймах рек находились поля и огороды. Преимуществен­
ными посевными культурами являлись просо и пшеница. Во
всех поселениях обычными находками были бронзовые сер­
пы, каменные мотыги, зернотерки, прямоугольные и круг­
лые песты для дробления и растирания зерна на муку.
Но основное значение в хозяйстве людей поздней бронзы
имело все же скотоводство. Животные давали пищу, шерсть,
кожу, кость для поделок, топливо в виде кизяка. Большой
процент в рационе людей того времени составляло молоко,
из которого изготавливали сыр и творог. Мясо было делика­
тесом, его ел и в праздничные дни, приносили в жертву Богам.
В пищу шли, это уже указывалось, молодые животные (ов­
цы, коровы, лошади) в возрасте двух-трех лет. Породистых
особей оставляли на племя. В морозное время молодняк по­
мещали в отапливаемое жилище, отгораживая специальный
отсек.
Исследованиями установлено, что в табунах, пасшихся в
ковыльных степях и на разнотравьях приречных лугов, были
разные породы: кони малорослые, высотой в холке 128136 см, с большой головой, мохнатой гривой, вислобрюхие.
Они были похожи на современных монгольских лошадей.
Но наиболее многочисленными в табунах были средние и
рослые лошади (до 152 см в холке и весом до 350 кг). И была,
наконец, элитная порода лошадей (152-160 см в холке),
поджарая, с тонкими ногами, маленькой головой и высокой
шеей. Они использовались для колесничной запряжки вместе с волами и быками. Это была наиболее мощная и мо­
бильная на то время тягловая и военная сила.
Установлено также, что некоторые племена той эпохи раз­
водили двугорбых верблюдов-бактерианов. Их кости найде­
ны на поселениях и в могильниках. Изображения верблюдов
наносились на стены каменных пещер и на скалы. Была даже
найдена одна глиняная статуэтка верблюда.
Глиняную посуду каждая семья изготавливала, преиму­
щественно, сама. Женщины добывали подходящую глину в
ближних пределах от селения, лепили из нее горшки и обжи­
гали на костре или в ямах, обложенных камнем. Орнамент
на сосудах, по всей видимости, был не только украшением он имел магический характер, оберегая содержимое сосудов
«о т сглаза», «порчи», символизировал также богатство, изо­
билие владельцев. Сосуды периода поздней бронзы отлича­
лись раздутым туловом с округлыми очертаниями. Они укра­
шались налепными валиками, выпуклинами - «жемчужина­
ми», налепными шишечками.
В семьях же делали все необходимое для жизни: пряли,
ткали, выделывали кожу, шили одежду и обувь, расшивая
узорами из цветных нитей, украшая аппликацией и бисе­
ром. Нитки пряли из шерсти животных и пуха. Использова­
лась также конопля, дикий лен, крапива. Уже известны были
ткацкий станок и веретено. Судя по находкам в погребениях,
тогдашние люди обувались в кожаную обувь без каблуков,
которая сшивалась сухожилиями животных. И мужчины и
женщины носили на голове шерстяные и кожаные шапочки
с наушниками. Одежду изготавливали из шерстяных тканей,
застегивая ее на костяные пуговицы.
Одежда женщины состояла из длинного, ниже колен,
шерстяного платья с длинными рукавами. Обшлага рукавов
украшались рядами бронзовых бусинок. Юбка спереди рас­
шивалась полосами белых пастовых бусинок. Разрез одеж­
ды вокруг шеи украшался стеклянным бисером, на грудь
нашивали круглые бляхи. Ткани окрашивались в ярко-крас­
ные и фиолетовые тона. В ушах женщины носили бронзовые
серьги и серьги в виде колец, обтянутых листовым золотом,
шею украшали бронзовые гривны, иногда с надетыми на них
круглыми золотыми колечками. На руках носили браслеты
и перстни. В качестве оберегов от злых сил женщины и муж­
чины носили клыки диких животных, раковины, привезен­
ные с берегов дальних морей.
Мужчины были вооружены луками и стрелами с бронзо­
выми наконечниками листовидной формы. В ближнем бою
использовались копья с такими же наконечниками, бронзо­
вые топоры, кинжалы, каменные булавы. Одеты мужчины
были в холщовые рубахи и штаны блеклы х тонов (серые,
бледно-коричневые), в холодное время года использовали
одежду из шкур - в виде накидок и плащей. В случае воен­
ных операций поддевали плотные многослойные шерстя­
ные и кожаные жилеты, смягчающие удар сабли или укол
стрелы. Естественно, использовались всякие амулеты и ме­
таллические пластины - для устрашения противника и при­
крытия особо уязвимых мест. На голову надевались шлемы
из толстой кожи или из металла. Периодически и мужчины
заботились о своей внешности (женщины это делали пер­
манентно) - брили бороды (смазывая подбородок и щеки
не мыльной пеной, а маслом), постригали волосы, это не го­
воря уже о регулярных гигиенических процедурах - мытье
рук, ног, тела, головы.
Описываемое время характеризовалось окончательным
установлением патриархата. Позади остались коллективист­
ские отношения в большой семье благодаря «усилению част­
нособственнических тенденций, превалированию историче­
ски новой семейной формы - малой (простой нуклеарной,
элементарной и т.п.) семьи и стремлению к установлению
моногамных браков». Ее глава являлся единоличным распо­
рядителем, практически собственником семейного имуще­
ства - то есть домовладыкой. В то время девушки выходили
замуж по достижении репродуктивного возраста - это слу­
чалось в 14-15 лет. Их женихи были, как правило, несколько
постарше. Брак заключался по взаимному желанию (слово
«лю бов ь» в те времена еще, видимо, не фигурировало в лек­
сиконе общества) и с соблюдением принятых установлений.
Сторона жениха была обязана совершить выкуп невесты, по­
лучить согласие родителей и иных ее родственников, а так­
же разрешение старшего лица (вождя, лидера) племенно­
го сообщества. Ж елательно было, чтобы свершаемый брак
одобрил и духовный лидер (шаман, жрец, чревовещатель),
если он обнаруживал желание быть причастным к этому ме­
роприятию. Насколько торжественными и многолюдными
были обряды, позже названные свадьбами, достоверных дан­
ных не сохранилось. Но уместно предположить, что стороны
жениха и невесты, а также близкие им по возрасту и по дет­
ским играм соплеменники как-то отмечали радостное знако­
вое событие в жизни их близких родственников или друзей.
Понятно, что с заключением брака и особенно с появлением
детей молодая семья покидала родительский кров и начи­
нала вести самостоятельную хозяйственную деятельность.
Но родственные узы с родителями сохраняла и поддержива­
ла, а с достижением ими преклонного возраста и потерей тру­
доспособности проявляла о них заботу и брала фактически
на свое обеспечение. Конечно, не все так однозначно и благо­
получно протекало в жизни обитателей древнего городища
в поздний бронзовый век. Были и разводы, и измены, и слу­
чаи полигамии (особенно у состоятельных персон), и сканда­
лы, и даже преступления на почве семейного разлада, ревнос­
ти, имущественных споров. Но в целом отношение к браку и
семье в то время было уже близким к цивилизованному.
А теперь поговорим о скорбных ритуалах. Покойников хо­
ронили в прямоугольных ямах, перекрытых деревом, реже в установленных на дне ямы срубах (отсюда термин - срубная культура). В качестве погребального инвентаря высту­
пали сосуды баночной или острореберной формы, реже фик­
сировалось оружие и украшения. В могилах также найде­
ны кости - остатки мясной пищи. Все погребенные в моги­
лах ориентированы головой на запад - считалось, что это
ориентация на бога, ведающего связью с потусторонним ми­
ром. Труп в могилу клали в скорченном виде. Бытовало тог­
да мнение, что земля покоит умершего, как мать сына, и что
в будущем он возродится к новой жизни. Поэтому скорчен­
ная поза - это поза младенца в утробе матери-земли. А чтобы
придать покойнику эту позу, его связывали. На наскальных
рисунках бога смерти называли «связывающим мертвецов»
и изображали держащим веревку.
Иногда археологи встречают при раскопках парные за­
хоронения мужчин и женщин, лежавших как бы в объятиях
друг друга. Считалось, что женщины были убиты и положе­
ны в могилу вместе с мужчинами. Но это не так, из древних
текстов известно, что женщина, жена, сама выбирала оста­
ваться ей жить или отправляться на тот свет вместе с умер­
шим мужем. Обычай насильственного умерщвления жены
не получил широкого распространения в бронзовом веке и
выполнялся символически - жена на миг ложилась рядом с
умершим в могилу, а затем покидала ее, или вместо себя бро­
сала в могилу отрезанную косу.
Из материалов поселений не видно сколько-нибудь замет­
ного социального и имущественного неравенства, однако
исследования захоронений позволили установить разницу
в степени богатства и положения человека в обществе. Уже
в эпоху ранней бронзы в общей массе захоронений выделя­
лись погребения с большей, чем у других, величиной и глуби­
ной могилы, сложными деревянными конструкциями, боль­
шим количеством поставленных в могилу горшков с пищей.
В этих же могилах найдены бронзовые ножи, бронзовые и ка­
менные наконечники стрел, каменные булавы.
Такая же картина прослеживается в эпоху средней и позд­
ней бронзы. В могильниках выделяются среди рядовых захо­
ронений несколько грандиозных курганов диаметром до 4 м
и высотой до 2,5 м или сооружений, обнесенных двойным
или даже тройным кольцом ограды из монументальных
плит. Под такими курганами находились могилы размером
3,5 х 2,5 м, глубиной до 2,3 м, стены их обкладывались сруба­
ми из бревен, сверху перекрывались накатом из бревен, иног­
да двойным. Большинство могил ограблено еще в древности,
но по сохранившимся остаткам ясно, что вместе с умершим
в могилу клали большое количество специально забитых жи­
вотных, золотые украшения, бронзовые ножи, булавы, кон­
ские снаряжения, наборы наконечников стрел. Судя по боль­
шой разнице в устройстве могил и курганов, вещам, туда
помещаемым, общество в позднем бронзовом веке не было
однородным. Люди знатные и богатые занимали привилеги­
рованное положение.
Люди бронзового века находились на мифологической
стадии мышления. Для них жизнь представляла смену повто­
ряющихся циклов природы - весеннее равноденствие, пахота,
осенний сбор урожая, окот скота, зима и затем вновь весенняя
пахота, весенний приход теплого солнца. Чтобы не нарушать
гармонию, каждое из таких событий следовало сопровождать
жертвоприношениями богам, молитвами и особыми обря­
дами. Последние совершались в специальных святилищах, у
священных родников и речек, у приметных больших и старых
деревьев и камней. Как правило, святилища использовались
в течение многих десятилетий, если не столетий.
Несомненно, что в поздний бронзовый век обитатели
территории, прилегающей к нынешней Нижней Волге, име­
ли членораздельную речь с довольно обширным багажом
используемых слов и понятий. Все окружавшие племенное
сообщество предметы, совершаемые действия, природные
явления, сезонные приметы имели свое словесное выраже­
ние. Выстроенные в компактные фразы и предложения, они
использовались по мере необходимости. Но все-таки словар­
ный запас был достаточно ограниченным - не было точно­
го обозначения абстрактных и общих понятий (культура,
человечество, мышление), как и больших чисел. Грамотный
по сегодняшним меркам счет велся в пределах, думается,
одной-двух сотен (то есть количества особей опекаемого
семьей мелкого рогатого скота, ибо крупного было заведо­
мо меньше). Но, безусловно, имелись в наборе понятий тог­
дашнего человека нынешние слова «м ного» и «м ало», а так­
же «больш е» или «меньше». Думается также, что в большом
ходу у древних обитателей наших мест были краткие звуко­
вые сигналы-вскрики, обозначающие страх, опасность, удачу
(например, после меткого попадания выпущенной стрелы
в цель), восторг, призыв помощи, горечь, отчаяние и т.д. Вла­
деть таким набором звукоизвержений, принятых в данном
племени с давних времен, было очень важно в условиях кол­
лективного бытия и хозяйствования (охота, рыбалка, стычка
с неприятелями, земледелие, скотоводство и т.д.), ибо они
служили своеобразным сигналом к определенной реакции
на это краткое сообщение со стороны соплеменников, нахо­
дящихся в пределах речевой досягаемости.
Письменности в поздний бронзовый век еще не сущест­
вовало, но наверняка уже появлялась потребность зафик­
сировать возникавшие мысли, намерения и сомнения на ка­
ком-то «носителе» и передать это уже не устное сообщение
по нужному адресу. Поэтому уместно предположить, что су­
ществовали какие-то примитивные условные изображения
(круг, треугольник, набор элементарных линий или знаков)
на камне или деревяшке, или, в конце концов, на увлажнен­
ной почве, которые можно было расценить как письменные
сообщения самого разного характера. Это были предшест­
венники появившихся позже криптограмм и иероглифов.
Большое внимание древних людей в бронзовом веке (впро­
чем, и раньше, и позже, и теперь) привлекало небо с его неох­
ватным изобилием небесных светил. Солнце и луна, естествен­
но, занимали воображение людей более всего, и циклические
движения их служили мерилом времени и первобытному, и
современному человеку. Но эти же светила порождали в раз­
вивающемся интеллекте самые разные смутные мысли о вре­
мени и пространстве, о природном кругообороте, о свете и
тьме как источниках добра и зла, и многом другом. Все это
являлось причиной формирования мифов, легенд, сказаний и
религиозных верований, основанных на признании сущест­
вования высших, неподвластных никому сил, управляющих
всем сущим на земле и в небесах. Эти размышления вели к по­
пытке осознания собственного места каждого индивидуума
в наблюдаемой бездне звездных светлячков, которая оканчи­
валась признанием человеческого ничтожества и бессилия пе­
ред проявлением воли неведомого и всесильного Создателя,
названного Богом, в виде бурь, ураганов, наводнений, пожа­
ров, засух, морозов и прочих природных аномалий. И задоб­
рить Создателя, совершить жертвоприношение, произнести
смиренные слова в его адрес - дело святое для упрочения все­
го желанного на Земле - здоровья, хорошей погоды, обильно­
го урожая, щедрого приплода, удачи на охоте и рыбалке.
В ПОХОД ЗА ДОБЫЧЕЙ
Так же как коллективные экспедиции к соляному озе­
ру, в племени практиковались периодические выходы (или
выезды) на охоту за крупным зверем - лосем, оленем, мед­
ведем, волком. Естественно, этой сложной и важной акции
предшествовала всесторонняя подготовка. Проводилась тща­
тельная ревизия всего наличного оружия: копий, стрел, лу ­
ков, кинжалов, рогатин, силков, петлей, сеток - всего, что ис­
пользовалось на охоте для повержения крупного и опасно­
го животного. Все эти охотничьи принадлежности приво­
дились в образцовый порядок - производилась заточка всех
режущих и колющих приспособлений, проверялась целост­
ность древков и рукояток, крепость сетей, бечевы, ременных
постромок - нужных для того, чтобы связать пойманного
зверя, обездвижить его и погрузить на телегу для доставки к
месту содержания или хранения в поселении. Столь же при­
страстно досматривалась экипировка охотников - прочные
кожаные куртки и штаны, меховая обувка с высокими голе­
нищами, кожаные рукавицы, обмотки шеи и головы плотны­
ми повязками - все это нужно было приготовить для предо­
хранения от холода, болезненных укусов, царапин и ударов
при падении, вынужденном контакте с раненым зверем или
при непредвиденном его нападении на людей.
Далее необходимо было решить, какие тягловые живот­
ные примут участие в охоте, осмотреть их, подлечить и под­
кормить, осмотреть и отремонтировать «волокуш и» и телеги,
нужные для транспортировки добычи к месту проживания.
Предварительно, дня за три до выезда на охоту, произво­
дилась разведка намеченной к «боевой операции» местнос­
ти - дальнего лесного урочища - «медвежьего угла», или
приозерного леса, или заовражной глухомани - в виде лугов
с обильным травостоем, где паслись стада копытных и где,
в связи с этим, промышляли стаи хищников. Полученные
«разведданные» коллективно обсуждались, принималось
решение о распределении ролей между охотниками. Кто-то
должен был «работать» с копьем и рогатиной, этим занима­
лись обычно самые сильные и рослые мужчины, кто-то лучше
управлялся с луком и стрелами, кто-то должен был трудиться
«на подхвате»: преследовать раненого зверя, а поверженно­
го - опутывать сетью и бечевой или добивать, если таковая
задача имела место. Обычно подобная цель ставилась в отно­
шении сильного хищника - медведя, волка, взрослой рыси
или грозного взрослого копытного самца (лося или оленя),
которых обездвижить иным способом было невозможно или
очень трудно. А вот молодняк хоть хищника, хоть травоядно­
го предпочтительнее было взять живым и даже не раненым,
ибо это сулило некие дополнительные выгоды кроме шкуры
или мяса. Во-первых, взятую «в плен» молодую особь оленя
или косули можно было сохранять в загоне сколь угодно дол­
го, подкармливая ее, во-вторых, можно было ее одомашнить
и в дальнейшем получать от нее приплод. В-третьих, совсем
маленькие оленята и лосята были отличным развлечением
для детей всего племени. Это касалось и детенышей хищни­
ков - наблюдать за малыми, беспомощными волчатами, мед­
вежатами, лисятами было для юного (да и взрослого) поко­
ления отменным удовольствием, вплоть до повзросления их
и обретения ими «промысловых» качеств - кондиционного
мехового покрова или нужного «ж ивого» веса, когда станови­
лось целесообразным произвести забой для получения мя­
са или шкуры. Все эти соображения нередко воплощались в
жизнь в результате удачной охоты.
Коллективная охота осуществлялась строго поздней осенью,
но до выпадения снега - по чернотропу. В это время собаки,
обязательно участвовавшие в этом важном мероприятии,
хорошо выслеживали дичь по запаху и частенько выводили
охотников на затаившегося зверя, облаивали его и останав­
ливали, поджидая хозяев, вооруженных копьями, кинжалами
и стрелами. А иногда и загрызали, если доводилось им всту­
пать в открытую схватку с обозленным хищником - волком
или лисой. Правда, случалось, что в жестокой схватке стра­
дали и сами помощники человека - были убитые и раненые,
но это не останавливало ни самих собак, ни их хозяев, те и
другие знали, на что идут.
После скорого наступления устойчивого зимнего похоло­
дания можно было заморозить добытую мясную тушу и «рас­
тянуть» ее потребление на продолжительный срок, что было
очень важно в условиях скудного зимнего рациона.
Выезжали и выходили на охоту ее участники ранним ут­
ром, затемно, шагали по протоптанной тропке вслед за шуст­
рыми собаками, почуявшими, на какое дело их взяли хозяева
с собой, а потому проявлявшими нетерпение и возбуждение.
В хвосте процессии люди вели в поводу лошадей, тянущих
за собой «волокуши» или телеги с необходимым грузом - за­
пасом еды, оружия, одежды, шкур, различных причиндалов
для организации питания и отдыха. Нередко приходилось
ночевать в лесу у разводимого большого костра - спать на
постеленных еловых ветках, поочередно подставляя костро­
вому теплу то замерзшие бока, то озябшую спину, то холод­
ные руки или ноги.
Вся ответственность за организацию и результаты охоты
негласно возлагалась на лидера племени - им был Бараз. Он
обязан был предусмотреть все до мелочей при подготовке
и в ходе проведения операции. Поэтому, кроме хлопот отно­
сительно укомплектования охотничьей команды всем необ­
ходимым, Бараз также накануне посетил шамана, принес в
качестве жертвы подстреленного из лука зайца, чем умилос­
тивил колдуна - дабы тот испросил у духов благоволения
и удачи. Выпуклые глаза Ворона долго смотрели на воина
сквозь космы спутанных волос, налезших на лоб, как бы
проверяя гостя на стойкость и бесстрашие. Потом молча
принял серую тушку и вышел вместе с ней из своего у б о ­
гого, запущенного жилища. Подумалось, что понесет Ворон
жертву к священному камню, однако нет - шаман ограни­
чился коротким ритуалом на вытоптанном «пятачке» близ
собственной хижины. Воздев вверх руки с жертвой в скрю­
ченных пальцах, Ворон устремил в небо острый сморщен­
ный профиль, закрыл глаза и зашептал непонятные слова.
Это продолжалось довольно долго - Бараз даже засомневал­
ся, не уснул ли на ходу вещун, не помутилось ли чего в его
неухоженной головушке? Наконец раздалось ритуальное
карканье Шамановой птицы, сидящей на «коньке» хижины,
которое как бы означало, что духи услышали мольбы колду­
на и разрешили начать поход за добычей. Шаман обернулся
к Баразу и указал пальцем в сторону, куда предполагалось
движение охотников. Бараз поклонился в знак благодарнос­
ти и медленно, двигаясь задом, покинул не совсем приятное
место. Шаман продолжал стоять в той же позе, вперив в пя­
тящегося охотника мутный взгляд и не опуская руки с ука­
зующим перстом - до тех пор, пока Бараз не исчез из вида
за кустом развесистого жасмина...
Ранним утром в охотничий поход с территории поселения
выступило двадцать мужчин и крепких юношей. Сопровож­
дали охотничью команду пять крупных, хорошо обученных
собак и три лошади с телегой и «волокушами». У домашнего
очага остались женщины, дети и немощные пожилые люди.
Кроме того, для охраны селения, оставшихся людей, домаш­
них животных, разнообразного имущества и сделанных за­
пасов зерна и овощей здесь пребывало десять полноценных
крепких воинов и назначенных к ним в подмогу столько же
юношей-подростков, уже способных к противостоянию с лю ­
бым ворогом, неопытных пока бойцов, но расторопных по­
мощников по части исполнения любых поручений, данных
взрослыми.
...Осеннее утро было весьма прохладным, от реки шел гус­
той пар, хотя мороз еще не тронул окружающее пространст­
во. Листья деревьев окрасились в желтые и багряные тона,
но кроны были по-прежнему густы, ибо время настоящего
листопада еще не наступило. Только отдельные высохшие
листочки устилали лесную дорогу или кружились в терпком
рассветном воздухе. Тропа была окутана запахами влажной
травы и грибным настоем. Ее периодически перебегали неук­
люжие ежики, приведшие свои иголочки в «боевое положе­
ние». Ранние утренние птахи робко начинали свои заворажи­
вающие трели, щелчки и попискивания. Путь шел на подъем,
и через некоторое время охотничий отряд оказался на по­
логом холме, с которого открывался хороший обзор приле­
гающей местности. Далеко на восток расстилалась могучая
широкая Река, а заречное пространство плохо просматрива­
лось по причине набирающего силу света, льющегося из-за
четкой кромки горизонта. Становилось все светлее, и нако­
нец первый луч восходящего светила окутал розовым цве­
том травяной ковер, белые стволы ближней березовой рощи
и замерших на вершине холма людей, непроизвольно оста­
новившихся и залюбовавшихся красотой утреннего пейзажа.
Небо поблескивало розовыми тонами освещенных перистых
облаков. Тишина и безветрие царствовали над осенней при­
родой...
Наконец, Бараз дал сигнал к продолжению движения.
Зашелестела трава под ногами путников, заскрипела т е л е ­
га, зашуршали волокуши, зафыркали лошадки, зазвуча­
ли негромко людские голоса, сдерживавшие своих верных
помощников собак, кои, узрев в стороне зайца или суслика,
подавали признаки возбуждения-нетерпения и норовили
начать их преследование.
Путь охотников лежал к дальнему урочищу, заполненно­
му хвойным и лиственным лесами, перемежающимися с
открытыми девственными полянами, покрытыми разно­
травьем и кустарником, которые всегда служили желанным
кормом для косуль, оленей и лосей. Туда Бараз планировал
добраться к послеполудню.
После д олгого по времени перехода шествие останови­
лось. Неизвестно, по каким причинам тропа, которой дви­
гались путники ежегодно, вдруг стала плохо узнаваемой,
привычные ориентиры движения не встречались, и вообще
у всех участников похода создалось впечатление, что они
отклонились от заданного маршрута и вышли в незнакомый
район, территория которого была покрыта дремучим лесом,
в его пределах дальнейшее движение было затруднено. Меж­
ду тем уже близился вечер, и Бараз принял решение сделать
привал и провести ночь на достигнутом рубеже, посколь­
ку дальнейшее движение в наступающей темени опасно можно было заблудиться окончательно. А пока еще суще­
ствовал выход - вернуться назад по проторенной дорожке,
но при этом не сию минуту, а утром, с наступлением светлого
времени.
На тесном пятачке, свободном от могучих и развесистых
елей и кедров, люди развели костер, распаковали кладь, дос­
тали захваченные в поход лепешки, сушеную рыбу, плас­
тинки вяленого мяса, брикеты сухого творога - поужинали,
запивая пищу водичкой из найденного неподалеку родника.
Распрягли лошадей, пустили их, стреноженных, на выпас благо окрестная пожухлая трава и листья кустарников были
вполне приемлемым кормом для животных. Собакам доста­
лись серые лепешки и обглоданные бараньи косточки. Устрои­
лись кто как мог вокруг костра для ночного сна. Одного из
бывалых и сильных мужиков по имени Делшад назначили
на ночное дежурство. Вооруженный копьем и увесистой дуби­
ной, он должен был «патрулировать» ближнее пространство
и прислушиваться - приглядываться ко всему, что он сочтет
подозрительным. При необходимости мог взять пылающую
головешку из костра, которая тоже была способна отпугнуть
непрошенного гостя. А опасность могли представлять здесь
волки, медведи и рыси, которые непременно почуют запах
человека и употребленной им пищи, а потому возымеют же­
лание полакомиться и остатками еды, и свежинкой в виде
присутствующих здесь же домашних животных. Да и чело­
вечьим мясом дикий и голодный хищник не побрезгует...
В преддверии наступления ночи погода начала меняться:
подул сильный порывистый ветер, закачались кроны великанов-деревьев, чаща наполнилась незнакомыми скрипами
и шорохами. А в довершение всего пошел мелкий дождь, шу­
мом своим усиливший тревожное ощущение затерянных в
лесной глуши людей. Да и животных тоже, чутко реагиро­
вавших на все происходящее беспокойными поворотами го­
ловы и настороженными ушами, обращающимися то в одну,
то в другую сторону.
О сне и отдыхе пришлось забыть - люди, накрывшись
шкурами, сгрудились потеснее вокруг недавно пылавшего
костра, который под действием небесной капели все более и
более угасал. Вскоре последние светящиеся угольки померк­
ли и воцарилась вокруг пугающая чернота. А через некото­
рое время до слуха людей донесся отдаленный протяжный
вой - очевидно, где-то в пределах досягаемости находилась
волчья стая. И тут же, как бы присоединяясь к свалившимся
на путников испытаниям, начал ухать где-то рядом филин.
Сразу же всхрапнули испуганные лошади, а собаки, поджав
хвосты, негромко заскулили. И то и другое было демаски­
рующим явлением, увеличивающим риск нападения серых
хищников. Люди были тоже напуганы - причем мнились им
в этих лесных скрипах и шорохах, шуме ветра и дождя, леде­
нящих кровь завываниях и отрывистом глухом хохоте какието нечистые силы.
Делшад, разыскав Бараза, испуганно зашептал, что надо
бы умилостивить Богов, прогневавшихся на путников, и
принести им какую-то жертву. В противном случае гнев
злы х духов усилится и всем нам не миновать беды. Принести
жертву... Но где и как? В темноте, в условиях непогоды, в ча­
щобе, где даже за кронами не видно луны и звезд, а это зна­
чит без всякой ориентировки на страны света, без ритуаль­
ного объекта в виде освященного долгими молитвами камня,
столба, дерева?
Бараз, как и все встревоженный признаками немилости
высших сил, не знал что делать, хотя понимал, что должен
принять какое-то решение - только так он будет выглядеть
в глазах соплеменников лидером и вожаком. Однако расте­
рянности и охвативших его сомнений не показал. Помолчав,
он объявил твердым голосом соплеменникам, что ничего
страшного не произошло, но придется всю ночь бодрство­
вать по причине дождя и возможного нападения хищников.
Поэтому устроимся тесным кругом вокруг лошадей, телеги
и волокуш, держа наготове оружие. На приближение любого
вида врагов обязательно отреагируют собаки, так что в лю ­
бом случае будем готовы к напастям. А сейчас надо просто
ждать рассвета - только тогда можно будет сориентировать­
ся и выйти на правильный маршрут. Спокойная и уверенная
речь вожака успокоила людей. Они перегруппировались и,
укрыв головы и плечи накидками и плащами, замерли в ожи­
дании, чутко прислушиваясь к монотонному шелесту дождя
и иным звукам в ночной лесной темени...
Так прошло несколько часов, и по ощущениям Бараза и его
окружения ночь близилась к концу - среди крон деревьев на­
чали выявляться робкие прогалы серого осеннего неба. Пос­
тепенно прекратился дождь и стих ветер. Люди облегченно
вздохнули - видно, лесные духи сменили гнев на милость,
подарив им робкую надежду на благополучный исход приня­
того испытания. По прошествии недолгого времени стихли
все звуки и установилась в сером полумраке чуткая рассвет­
ная тишина - аж слышалось дыхание просыхающих лошадок
и собак.
Но неожиданно в установившемся сыром безмолвии от­
четливо послышался неподалеку новый незнакомый звук.
Это были какие-то отрывистые щелчки и несвязное бормо­
тание, доносившиеся откуда-то сверху. Бараз и его товарищи
насторожились, ожидая проявления неведомой нечистой
силы, ибо таковые сигналы, исходившие от неизвестного
существа, ранее слышать им не доводилось. Щелчки и бор­
мотание прервались, но спустя некоторое время появились
вновь - более сильные и резкие. Так, то замирая, то возоб­
новляясь, странная песня леса разносилась окрест, но ничего
тревожного и опасного при этом не возникало. Люди посте­
пенно успокоились, а у Бараза мелькнула догадка, побудив­
шая его взять лук и стрелы и осторожно двинуться в направ­
лении источника звука. Что-то и когда-то поведал вожаку
отец, рассказавший однажды об огромной черной птице, ко­
торая периодически по утрам поет свою странную песнь, во­
все непохожую на обычные благозвучные трели иных пер­
натых особей. При этом какой-то давний проблеск памяти
подсказал воину, что сия черная и грозная на вид птица очень
боязлива и осторожна, обладает отменным чутьем и слухом,
но глохнет во время упоительного звукоизвержения, поче­
му приближаться к ней можно только в короткие мгновения
увлеченности птицы собственным «пением» (хотя на пение
в обычном понимании эти вокальные упражнения нисколь­
ко не походили). С учетом мелькнувшего воспоминания Ба­
раз все ближе и ближе продвигался к цели, успевая делать
несколько шагов за короткий промежуток сольной птичьей
партии.
Наконец, приблизившись к высокой вековой сосне, Бараз
разглядел на ее высохшем суку темный контур огромной
птицы, задравшей голову вверх, растопырившей крылья,
распушившей хвост и издававшей ту самую смесь бормо­
танья и щелчков. Это была потенциальная добыча, тяжелая
и мясная, которую нужно было поразить и можно бы ло ис­
пользовать и в пищу, и как жертвоприношение. Сдерживая
волнение, Бараз осторожно снял с плеча лук, приладил к ту­
гой тетиве острую стрелу и тщательно прицелился. Звеня­
щий посвист посланного в цель разящего остроконечника
завершился метким попаданием и тяжелым падением пора­
женной птицы на влажную твердь. Невольно у стрелка выр­
вался из груди победный крик, символизировавший долгож­
данную и желанную охотничью удачу...
Крик был услышан томящимися в неизвестности сопле­
менниками и правильно истолкован. А потому и раздались в
ответ на «сообщение» вождя об успехе возгласы радости и
вздохи облегчения. И несколько воинов помоложе бросились
по следу вожака, дабы первыми выразить ему восхищение и
помочь вернуться в «ла гер ь» с добычей.
Пораженный глухарь (так в позднейшие времена наре­
кут эту добычу Бараза) долго рассматривался и ощупывался
соплеменниками. Выражалось восхищение его размерами,
черным с белым оперением и красивыми алыми «украш е­
ниями» на голове.
После недолгого «совещания» с соплеменниками решено
было убитую птицу принести в жертву, дабы умилостивить
лесных духов, чтобы те и впредь не чинили людям препят­
ствия и неудачи, а главное - чтобы верный путь к заплани­
рованной цели (охотничьим угодьям) был найден и чтобы
охота была добычной.
Бараз знал, какое место надо облюбовать для принесения
жертвы. Высшие силы всегда благоволили к вечным или д ол­
говременным природным объектам - будь то каменные или
деревянные раритеты или чистые водные источники. И вче­
ра найденный неподалеку родник, как показалось людям,
вполне мог стать местом, угодным лесным духам. Потому-то
и возложили на крутой излучине ручья, у малого водопадика, убитую птицу, повернув ее голову на восток - в сторону
восходящего солнца. Так всегда поступал полоумный шаман
с птичьим прозвищем, а стало быть, необходимо было свер­
шить жертвоприношение с соблюдением неоднократно на­
блюдаемого обряда.
Недолго постояв возле места его свершения с воздетыми
к небу руками и пошептав каждый свое, люди вернулись к
месту ночного привала и начали спешно собираться в путь...
Как выяснилось, с правильной дороги вчера их сбил прои­
зошедший недавно оползень у края большого оврага, бла­
годаря чему набитая «разведчиками» тропинка пресеклась,
а шествие отклонилось в сторону. Но свершенная ошибка
была умело «расшифрована», курс движения скорректиро­
ван в нужном направлении. Кстати, до цели с того места было
уже недалеко. Через короткий промежуток шествие прибли­
зилось к упомянутой обширной кормовой поляне, в преде­
лах которой регулярно паслись копытные животные - олени,
косули, дикие козы, лосихи с потомством и кабаны, что и
было предметом охотничьего интереса. Но следовало пом­
нить здесь и об опасности - ведь на это же место с аналогии-
ными целями наведывались и окрестные хищники, встреча
с которыми могла произойти в лю бое время и в любом месте.
Бараз разбил охотничью команду на четы ре группы по
несколько человек в каждой, плюс одна собака. Одного вои­
на - тоже с собакой - он оставил охранять разбитый в углуб­
лении леса лагерь, при котором находились лошади, повоз­
ка, «волокуш и» и вся «рухлядь» (одежда, плащи, шкуры, на­
кидки, запас продуктов и т.д.).
По команде вожака вооруженные группы разошлись в раз­
ные углы поляны и заняли места в хвойной гуще, удобной
д ля наблюдения. И потянулось сразу замедлившееся время
неусыпного созерцания этого роскошного зеленого покрова
с островками слегка пожелтевших кустарников, на ветках
которых висели красные и темно-синие гроздья созревших
лесных ягод. Ближний лес оглашался пением и стрекотанием
пернатых обитателей, куковала кукушка, верещала стая дроз­
дов, осторожно посвистывали желтогрудые синички, издава­
л и свои радостные трели щеглы и репела. Все это означало
спокойствие и умиротворение окружающей природы, и ка­
залось, что никакого нарушения этой благостной идиллии и
бы ть не может. Однако, это было не так...
Неожиданно в середине северной стороны поляны изпод низкой кроны разросшейся ели на свет божий вышла,
озираясь по сторонам, медведица с двумя уже большенькими детенышами. Мать уверенно направила свои косолапые
стопы к кустарнику с ягодами, а медвежата, беспрерывно
играя друг с другом, отставали шагов на десять. Достигнув
цели, медведица начала деловито поглощ ать грозди, встав
на задние лапы и придерживая ветки на удобной для нее вы­
соте. Увлеченные борьбой медвежата сначала продолжали
возиться, нападая или убегая от ровесника-родственника,
но потом остановились как вкопанные, увидев наконец свою
родительницу, мирно пережевывающую заветное лакомство.
И с визгом нетерпения пулей устремились к мамаше, дабы
разделить с ней вкуснейшее угощение.
Охотникам было невыгодно этакое явление медведей, по­
тому что они отпугивали копытных животных, буде появит­
ся у них желание побаловаться на поляне свежей травкой.
Поэтому Бараз поручил двоим своим помощникам прогнать
зверей. Во исполнение сего «приказа» соплеменники Мехран
и Фередун, потрясая копьями и изрыгая грозные звуки, выш­
ли из укрытия в сопровождении истошно лающих псов и на­
правились к жующей медвежьей троице. Сначала медведица,
опустившись на все четыре лапы и обернув оскаленную мор­
ду к непрошенным визитерам, приняла было оборонитель­
ную позу, но, почувствовав за спиной улепетывающих в стра­
хе медвежат, медленно развернулась и не спеша устремилась
за ними, недовольно рыча. Вскоре все трое скрылись в под­
ступающей к поляне чаще.
Этот эпизод оттянул время появления косуль и оленей,
кои, затаившись в ближнем лесном массиве, терпеливо жда­
ли воцарения полного спокойствия на месте их всегдашней
кормежки.
Прошло довольно много времени, пока появились в углу
поляны стройные с пятнышками на желтоватой шкуре
косули, которые, внимательно оглядев открывшееся про­
странство, опустили головы и начали щипать травку. Косуль
было около десятка, и верховодил в этом небольшом стаде
доминантный самец - самая крупная и сильная особь с тем­
ной полосой на спине и с рогами, слегка ветвистыми, хотя и
не длинными. Он постоянно поднимал голову, наблюдая за
подопечными самками и за всей поляной на случай появле­
ния непредвиденной опасности. Это была хорошая добыча
для затаившихся охотников. По предварительной догово­
ренности охоту должна была начать группа, наиболее близко
оказавшаяся к животным. Им необходимо было выдвинуться
и спугнуть стадо, заставив двигаться его к лесу, в том направ­
лении, где косуль ожидала другая группа, приготовившая
луки, стрелы и копья к поражению животных.
И данный план был блестяще реализован. В результате
только одной косуле из девяти удалось уклониться от вы­
пущенной стрелы и скрыться в спасительной лесной чаще.
Посланные по следу охотники с собаками не обнаружили
на пути ее отхода капель крови, а это значило, что она даже
не была ранена, а потому могла уйти далеко и поиски ее бес­
полезны.
В ходе затеянной «бойни» один из охотников, Мехран, по­
лучил чувствительное ранение в спину - разъяренный самец
напал на него сзади и нанес удар в область поясницы, из раны
хлынула кровь, но серьезные органы острым рогом не были
задеты, поэтому после перевязки охотник почувствовал себя
хорошо и мог самостоятельно двигаться. А обидчик-самец
бы л в итоге заколот подоспевшим к месту инцидента Баразом - он с силой вонзил тяжелое копье в горло животного,
отчего тот моментально рухнул и затих, окрашивая ближ­
нюю траву вытекающей из раны черной кровью.
Но даже с учетом понесенных потерь добыча охотни­
ков оказалась весьма значительной - туши крупного сам­
ца и восьми самок были доставлены с помощью «волокуш »
к месту базирования, откуда надлежало теперь двигаться
домой - то есть к оставленному поселению на берегу реки.
Бараз не ожидал такого успеха и теперь был озадачен тем,
как преодолеть долгий путь с такой поклажей к родному
месту при всего трех лошадях и одной телеге.
Вся «боевая» операция, включая томительное, напряжен­
ное ожидание, а потом убой и добивание диких животных
(явившие собой довольно кровавую, неприглядную картину)
с последующей их транспортировкой к лагерному костру, за­
няла почти весь световой день. Все порядочно устали, а по­
тому пока был объявлен большой привал, имевший целью
отдых натрудившихся людей и домашних животных, а также
приготовления к длительному переходу.
В итоге на следующее утро отряд выступил в обратный
поход, разместив четыре туши на телеге, по одной на двух
«волокушах», а остальные три пришлось разделать, отдель­
ные их части несли на своих плечах люди. При этом путникам
необходимо было спешить, ибо погода хотя и была по-осен­
нему прохладной, но отнюдь не морозной, а значит воз­
можность порчи мяса добытых косуль оставалась реальной
угрозой при разного рода проволочках. Бараз это отлично
понимал, а потому в ходе движения постоянно «подстеги­
вал» и лошадей, и людей, намереваясь к полудню достичь
родного порога. Хотя постоянные «охи » и «ахи» нагруженных
тяжелой ношей воинов и охотников напоминали вожаку о
том, что люди шагают из последних сил.
К тому же на полпути выяснилось, что шествие людей с
добычей сопровождает малая стая волков из четырех взрос­
лых особей, почуявших запах свежего мяса и крови, а потому
инстинктивно возымевших желание поживиться вкуснень­
ким. Но лохматые сторожевые псы никак не давали волкам
возможности приблизиться к процессии, вовремя сигнали­
зируя людям, когда надо переходить к активным оборони­
тельным действиям, отпугивая волков грозными криками и
размахиванием оружия. И после того как один из серых
хищников не выдержал и приблизился на убойное расстоя­
ние, брошенное в него копье задело волчье бедро, вызвав
резкий «плачущий» вой у подранка, на который ответили
истеричным лаем и здоровые волки, и сдерживаемые людь­
ми собаки. Пока длилась эта вакханалия отряд остановился
и приготовился было отразить возможную атаку хищников.
Но она не состоялось. Волки, выпустив пар ярости и злости,
постепенно успокоились и, судя по всему, ретировались, при­
знав, что одолеть это скопище ненавистных противников в
лице людей и собак им не по силам...
На пределе сил изможденные путники преодолели пос­
ледние переходы и после полудня достигли родного селения.
Встречать их выскочило из своих углов все наличное насе­
ление - взрослые, дети, старики, собаки и даже козы, воль­
но пасущиеся на травке между землянками. Крики радос­
ти и облегчения, объятия родственников, затем вниматель­
ный и пристрастный осмотр трофеев - особо заинтересовано
оглядывали окровавленную массивную тушу самца косули,
цокая языком и издавая возгласы удивления. Не откладывая
д ело в долгий ящик, Бараз тут же дал распоряжение равно­
мерно распределить добычу между семьями, не забыв и ве­
щуна Ворона (он в общей эйфории никогда не участвовал,
но весомую часть добытых благ всегда получал). За дело
взялись умельцы, орудовавшие острыми металлическими
топорами и ножами, благодаря чему к вечеру все туши бы­
л и освежеваны и разделаны. Довольные селяне разнесли
свои порции по домам и тут же часть их начали употреблять
по назначению. Задымились очаги в землянках, забулькал
кипяток в огромных чанах. Шкуры убитых животных были
растянуты на специальных распорках на отдалении от жило­
го «квартала» (дабы их запах не мешал обывателям), после
просыхания ими займутся скорняки с целью изготовления
заготовок для пошива одежды, подстилок, половиков, наки­
док. Естественно, в этот день все поселковые собаки и кош­
ки с лихвой утолили свой аппетит всевозможными мясными
обрезками, отбросами и съедобными внутренностями ко­
сулей. Часть мясных продуктов были «ухетаны» в погребах
с остатками прошлогоднего льда - на предмет продолжи­
тельной сохранности и последующего употребления в пищу
через приемлемый промежуток времени. Теперь все жители
бы ли заинтересованы в скорейшем наступлении морозной
погоды - тогда замороженные остатки туш могут без ущерба
их пригодности в пищу сохраняться практически до весны.
Ну а вечером был устроен в селении праздник веселия и
сытости. Это была давняя традиция, выработанная предка­
ми селян и свято соблюдаемая потомками. Шамана Ворона
Бараз навестил лично и поднес ему увесистый кусок мяса
в виде самой лакомой части косули - ее задней ноги. Колдун
принял дар как должное и по обычаю не произнес никаких
слов благодарности или признания - так им было заведено.
Далее вожак известил чародея о празднике и пригласил его
принять участие в качестве наблюдателя. А если есть та­
ковое желание - то и в качестве участника обрядовых пля­
сок. Не получив никакого ответа, а только задержав взгляд
на выпученных Шамановых глазах, в которых неожиданно
высветилась искорка любопытства и даже какой-то благо­
желательности, Бараз покинул жилище колдуна и поспешил
к собственной землянке, где вся семья ждала его к празднич­
ному ужину-обеду. Свежее отваренное мясо, в меру посоленое и сдобренное всевозможными приправами, пришлось
по вкусу всем домочадцам - большим и малым. Жена и дети
смотрели на своего кормильца с благоговением и восторгом.
Аналогичные ощущения довольства и насыщения испытали
и обитатели других землянок селения.
И все вместе после трапезы приступили к проведению
праздничного обряда - веселых плясок и песнопений. Так уж
бы ло заведено, что в центр образованного людьми круга
помещался петух с ярким оперением. Чтобы он не сбежал
и оставался на выбранном месте, к его ноге была прикована
цепочка, другой конец которой прикреплялся к увесистому
гранитному камню. Петух символизировал в глазах сопле­
менников радость и довольство - этому способствовали ра­
дужное оперение хозяина курятника и его гордый, незави­
симый вид, хотя все вокруг, казалось бы, не способствовало
сохранению спокойствия и душевного равновесия. Ибо вы­
строившиеся вокруг оживленные, громко разговаривающие
люди кого хочешь могли разволновать и вывести из себя.
Но не таков был этот петух, приученный к людскому бесно­
ванию и твердо знавший, что от него требуется. Он захлопал
крыльями и взгромоздился на удерживающий его камень. И
люди сразу замолкли, ожидая желаемого продолжения спек­
такля. И петушок не подкачал - круто выгнув свою шею
в разноцветных блестящих перышках, издал громогласное
«ку-ка-ре-ку», что традиционно считалось началом празд­
ника. Тут же люди затопали ногами, медленно двигаясь по
окружности, положив руки на плечи друг друга, и запели кто
во что горазд. Слова и мелодия этой несвязной какафонии
до более поздних поколений не дошли. Но можно предполо­
жить, что это был своеобразный гимн в честь удачной охо­
ты, восхваление храбрых и умелых добытчиков, благодар­
ность духам, ниспославшим племени удачу и достаток.
На почетном возвышенном месте в ближнем пределе от
пляшущих земляков, на специально оборудованном кресле,
устланном вязаными ковриками и лисьей шкурой, торжест­
венно восседал шаман. Сучковатой палкой он опирался на
землю, а на плече его, как и бы ло заведено, примостился
вечный сожитель и советчик - ворон. Оба - человек и птица посматривали на людское веселье с любопытством.
Далее участники празднества переместили камень с пету­
хом к подножию Шаманова кресла и продолжили мероприя­
тие. По традиции в его программе была шуточная борьба
между желающими парами - на это охотно откликались бой­
кие подростки, мечтавшие заслужить похвалу взрослых. Борь­
ба проходила без всяких правил, дозволялись любые прие­
мы, лишь бы они не вели к увечью и боли. После того как
отборолись желающие - восемь пар, программой предус­
матривалась стрельба из лука по мишени. Ею служила де­
ревянная колода, раскрашенная с гладкой стороны разноц­
ветными кругами. Стреляли с расстояния 30 шагов теперь
уже взрослые мужчины - каждый из своего оружия. Под вос­
торженные крики зрителей, приветствовавших очередное
меткое попадание в центр мишени, обозначенный малым
красным овалом, десять лучших охотников натягивали те­
тиву, тщательно прицеливались, прищурив левый глаз, и вы­
пускали стрелу, сопровождая удачный «вы стрел» коротким
удовлетворенным возгласом. Каждому стрелку дозволялось
правилами выпустить только три стрелы. Оперенья их ок­
рашивались самим участником в определенный цвет, дабы
после состязания можно было подвести его итог и опреде­
лить победителя. Естественно, стрелы с одинаковым опере­
нием, ближе всех вонзившиеся к центру колоды, позволяли
назвать имя самого меткого охотника и воина. Им в этот раз
стал молодой поселенец по имени Фируз (что впоследствии
будет значить - успешный). Ему персонально был препод­
несен Баразом подарок - выпотрошенная голова самца ко­
сули с остатками крови в месте ее отсечения. Впоследствии
ее можно и нужно бы ло отдать местным умельцам, кои
сумеют превратить этот пока неприглядный и резко пах­
нущий трофей в шутливый головной убор, сохраняемый в
семье и надеваемый ее младшими членами во время подоб­
ных праздников.
Далее были состязания собак. Каждая из них обязана была
найти спрятанный кусочек мяса по запаху. Мясо заворачива­
лось в большой лист лопуха и глубоко пряталось в складках
одеяния одного из участников праздника - взрослого или
ребенка. Участники забавы выстраивались в круг, и собака
трусила вдоль него, принюхиваясь к «ароматам», исходящим
от людей. Бывало, и пробегала мимо, и только с третьего или
четвертого раза находила свой приз, который тут же с аппе­
титом съедала под приветственные крики наблюдателей.
Венцом праздника было, как ни странно, перетягива­
ние... нет, не каната (тогда их еще не было в человеческом
быту), а крепкой бечевы, свитой из шерстяных просмолен­
ных ниток, образующих довольно толстую и прочную верев­
ку, устойчивую на растяжку. Изюминкой этого номера было
то, что веревку перетягивали женщины, разбившись на две
«команды » по семь представительниц прекрасного пола в
каждой. Эта забава привлекала особое внимание всех при­
сутствующих. Шуточные вскрики и советы сыпались на упи­
рающихся дам, стремившихся сдвинуть с места противопо­
ложную женскую группу. Не менее веселые и мобилизующие
возгласы слышались из уст самих участниц, стремившихся
подбодрить себя и развеселить зрителей. Дело кончалось
смешным фиаско проигравшей стороны, которая, тоже по
заведенной традиции, получала как бы утешительный приз корчагу меда, употребляемую после небольш ого отдыха
совместно с победительницами. Обычно к данному пирше­
ству присоединялись и маленькие дети, падкие на сладкое
лакомство, которым, конечно же, охотно делились подустав­
шие разгоряченные мамы и взрослые сестры. В заключение
праздника в центре селения разжигался большой костер,
вокруг которого затевали веселый хоровод все жители се­
ления (кроме больных и немощных). Взявшись за руки, при­
топтывая и приплясывая, они двигались, дружно напевая ту
самую песню, слова и музыка коей до нас не дошли, но смысл
ее был очевиден - радость бытия и благодарность высшим
силам.
Финал всей продолжительной церемонии подводил ша­
ман. Он поднимал руку вверх, как бы призывая всех присут­
ствующих к тишине и вниманию. Затем ковылял в центр
круга, на остатки угасшего залитого костра, становился в
торжественную позу - руки распахнуты, подбородок задран
вверх, глаза как всегда навыкате, рот раскрыт - желтые не­
ровные зубы оскалены. Далее следовало неожиданное - кол­
дун с силой ударял посохом по земле, а затем шумно испускал
газы из кишечника (говоря более понятным языком, громко
пукал), а сидящая на плече птица издавала столь же звучное
единичное карканье, что считалось обычным знаком завер­
шения праздника и не вызывало у соплеменников ни удив­
ления, ни осуждения. Все это значило, что хватит веселить­
ся и пора приступать к текущим заботам и тягостям. Люди
молча расходились по своим хижинам, а шаман еще долго
стоял на пепелище, ожидая, пока последняя человечья фи­
гура исчезнет из виду. Только по воцарении тишины и тем­
ноты колдун направлял свои иссохшие стопы в плетеной
обувке к собственному жилищу.
В СТУДЕНУЮ ЗИМНЮЮ ПОРУ
Осенние дожди - нудные и продолжительные - мороси­
ли обычно несколько дней. Река полнилась, волны под дей­
ствием холодного усилившегося ветра шумно накатывали
на песчаную косу. Караваны пернатых шли над рекой почти
непрерывно - в небе постоянно слышались курлыканье, го­
готанье, кряканье и неразделенный на отдельные звуки шум
многотысячной стаи мелких птах - скворцов, чижей и еще
бог весть каких летающих невеличек. При этом погода была
постоянно пасмурной, низкие облака неторопливо плыли с
запада на восток, и никаких просветов в сумрачном небе не
бы ло ни днем ни ночью. Жители селения, вынужденные от­
сиживаться в такую погоду по своим землянкам-хижинам,
появлялись на свет Божий только по нужде, а остальное вре­
мя коротали, занимаясь домашними делами. Женщины тка­
ли и вязали материи, шили одежду, готовили пищу для чле­
нов семьи. Мужчины ухаживали за скотиной в пристройках
и крытых загонах, заботились о сохранности заготовленного
на зиму корма, приводили в порядок износившиеся за лето
инструменты, осматривали и ощупывали домашних живот­
ных на предмет выявления каких-либо болезней и травм,
больных лечили как могли, а здоровых, несмотря на дожди
и похолодание, отправляли на выпас под наблюдением оче­
редного выбранного пастуха. Последний, надежно укутан­
ный в меховые и кожаные накидки и обутый в высокие сапо­
ги из толстой бычьей кожи, в компании с тремя опытными
сторожевыми собаками отгонял стадо на недалекий мокрый
луг, где животным все еще было чем поживиться. Травы и
листья хоть и пожелтели (и опали частично), но для употреб­
ления скотиной были вполне пригодны. Так продолжалось
около недели. Световой день заметно сократился, темнело
нынче рано - почему и люди, и животные спешно заверша­
ли свои дневные заботы и охотно укрывались под крышами
строений.
А однажды ночью привычный шелест дождя прекратился,
небо засияло крупными звездами, а под утро ударил первый
мороз. Дня три стояла тихая, солнечная, хрустальная погода,
и привычная тишина леса нарушалась лишь шорохом друж­
ного листопада. Слабый ветерок подхватывал желтые и баг­
ряные, сморщенные, сухие и легкие листочки и долго кружил
в воздухе, вынося их часть на поверхность успокоившегося
речного зеркала.
А далее, также утром, жители селения проснулись и были
удивлены белому снежному покрывалу, мягкому и пушисто­
му, скрывшему всю неприглядность позднего осеннего неую­
та - грязи, распутицы и темени. Стало светло вокруг и чисто.
С неба падали крупные снежинки, аккуратные шестилучевые
звездочки, укрывая тропинки, дороги, крыши землянок и за­
держиваясь на неопавшей листве, образуя красивое, коло­
ритное зрелище из золотого и белого.
Снег шел весь день, образовав покров в ладонь толщиной.
Можно было считать, что зима наступила, что означало появ­
ление у жителей селения новых забот. Во-первых, выпавший
снег позволял охотникам выслеживать теперь мелких жи­
вотных, представлявших интерес для человека, - это зайцы,
лисицы, белки. Последние периодически спускались из своих
дупел на землю, оставляя следы на снегу, по которым мож­
но было определить, на каком дереве затаилась беличья
семья. Ну а следы лисиц и зайцев постоянно обнаруживались
в ближних пределах городища, умело «читая» которые, при
наличии соответствующего опыта, охотник выходил на но­
ры и лежки этих зверей, ставил силки и капканы на протоп­
танных тропочках, и в результате добывал столь необходи­
мые зимой шкуры и мясо. Пироги с зайчатиной были одним
из любимых деликатесов в семье Бараза, и не только в ней.
Очень жаловал это кушанье и шаман Ворон, постоянно
проявлявший несвойственную ему учтивость при приеме
очередного подобного приношения. В знак благодарности
он клал на голову визитера свою крючковатую руку с рас­
топыренными пальцами и шептал какие-то заклинания считалось, что они уберегут дарителя от гнева злых духов и
будут способствовать удачной охоте. И что самое удивитель­
ное, радужные ожидания облагодетельствованных шама­
ном соплеменников чаще всего оправдывались. Это внушало
уважение к вещуну и веру в силу его непонятных слов, жес­
тов и телодвижений.
Кроме того, зимой становилось возможным взять круп­
ного хищника - медведя или волка, ибо не представляло
особого труда выйти на берлогу с впавшим в спячку косола­
пым хищником. Ну а волки сами постоянно обнаруживали
себя, периодически подходя к селению в надежде поживить­
ся каким-нибудь домашним животным - козой, бараном или
хоть курицей.
Подготовка к зиме начиналась в середине лета. Прежде
всего надо бы ло обеспечить жилище теплом, для чего поч­
ти каждый день Бараз со старшим сыном у глубля ли сь в
лесную чащу и, выбрав подходящее высохшее дерево, ору­
довали поочередно бронзовым топором, перерубая дре­
весную твердь у основания. Труд этот был изматывающим,
поэтому одному человеку справиться с этой задачей было
тяжело. После длительного воздействия на ствол расщеп­
ленная его часть становилась все более и более тонкой, и
наконец можно было пробовать свалить дерево вместе с
его обширной кроной. Важно было рассчитать, чтобы де­
рево свалилось в нужную сторону, в сторону его естествен­
ного наклона - в этом случае можно было наверняка избе­
жать ранений и травм, полученных при «с ло м е » подрублен­
ного ствола и падении дерева со всей его массой высохших
веток и сучков в непредсказуемом направлении. Сваленное
дерево - это только полдела. Необходимо было обрубить
все ветви, расчленить ствол с его возможными разветвле­
ниями на отдельные части, удобные для транспортировки,
собрать все отходы - мелкие обрубки, щепки, отвалившую­
ся кору, и все это поэтапно доставить к собственной землян­
ке. Если дерево было полусырым - то просушить, затем раз­
делать на подходящие для очага поленья, все это аккуратно
сложить под каким-либо навесом (чтобы уберечь будущее
топливо от дождя и влаги) и скрепить тонкими гибкими
прутьями, чтобы дровяная масса не разъезжалась и не рас­
таскивалась плутами и завистниками. Очень помогало Баразу в этой операции наличие лошади и телеги, с их помощью
дело «проворачивалось» более успешно и более оператив­
но. Последствия этого полезного труда ощущались с лихвой
во время затяжных зимних морозов, метелей, буранов. Все­
го-то нужно было протоптать тропку к «дровяному скла­
ду», поддерживать ее в «незанесенном» состоянии и перио­
дически наведываться туда за очередной охапкой поленьев
и хвороста. И особое удовлетворение испытывала вся семья,
когда темной студеной ночью за окном шумела непогода,
а в теплой землянке негромко потрескивали в очаге разно­
калиберные деревяшки, а все освещенное языками пламе­
ни замкнутое пространство и люди в нем находились в теп­
ле и уюте...
Конечно, зимой не беспокоили селение никакие непро­
шенные гости. По снегу и бездорожью передвижение людей
даже верхом или в санных экипажах было затруднено. А за­
речные негостеприимные соседи вообще на протяжении
всей зимы ни разу не маячили на горизонте. По слухам, они
все уходили далеко на юг, где можно было еще найти корм
для лошадей.
Самой большой опасностью в сильные морозы были про­
студные заболевания людей, особенно детей, периодически
все же появлявшихся «на улице», то есть на свежем воздухе.
Иногда болезнь заканчивалась смертью - хотя все возможные
меры против нее предпринимались. В каждой хижине были
наборы целебных трав и естественных снадобий, которыми
пользовали заболевших. Обязательно по зову родственников
приходил в землянку страждущего шаман со своей птицей,
давал для излечения «свои» травы и порошки (какие-то из­
мельченные высушенные органические останки), совершал
обряд чародейства, обводил пылающую головешку вокруг
головы младенца, шептал слова заклинания и уходил молча
с поднятой рукой, символизирующей победу над злыми ду­
хами. Иногда эти полупонятные меры срабатывали - человек
(особенно взрослый) уверенно шел на поправку. Иногда же
даже повторная аналогичная процедура не помогала, и ребе­
нок не выходя из горячки погибал - к отчаянию матери-отца,
братьев-сестер и соседей...
Когда заканчивался первый зимний месяц с его снегопада­
ми и сумраком и устанавливалась устойчивая морозная пого­
да, окрестный пейзаж являл собой завораживающую карти­
ну: ветви деревьев покрывались сплошь серебряным инеем,
крупные снежные шапки украшали густые хвойные отро­
стки, день хоть и начинался позже, но погода стояла солнеч­
ная и безветренная, так что дымок из вытяжных отверстий
на крыше землянок поднимался вверх ровной тоненькой
струйкой. Заснеженная река под толстым слоем льда и сне­
га была необозримой и пустынной. Только ровные цепочки
звериных тропок нарушали девственную чистоту и белизну
бескрайнего речного простора.
Днем поселковые мужчины ходили по натоптанным лес­
ным тропам, проверяли силки и капканы и возвращались
нередко с добычей, которая тут же шла в дело. Каждый взро­
слый охотник и все его подрастающие сыновья умело обра­
щались с пойманным зайцем, лисицей, барсуком, знали, как
надо аккуратно снять шкуру, как удалить из тушки несъедоб­
ные внутренности, как разделать ее на куски, удобные для
приготовления мясного блюда. У зайца ценились мясо и шку­
ра, у лисицы - только шкура (хотя ободранная туша шла
на потребу собакам и свиньям), ну а у барсука практичным
и приглядным считался мех, но особо ценился жир, считав­
шийся целебным средством при лечении всех простудных за­
болеваний, а также как средство от обморожения. При силь­
ных морозах охотники обмазывали этим снадобьем щеки,
лоб и нос, что уберегало от поражения холодом эти открытые
кожные покровы головы.
Бараз ревностно исполнял все мужские обязанности по
дому, отличаясь продуманностью, оперативностью и чет­
костью ежедневных действий, что позволяло ему высвобо­
дить время для полноценного отдыха и охватывавших его
почему-то именно зимой мучительных, но интересных раз­
мышлений. Особенно склонен был Бараз поддаваться им во
время созерцания чистого ночного неба.
Если ему доводилось выходить на свежий воздух из на­
топленной землянки, одевшись потеплее, в глухую ночную
пору (в это время хороший хозяин обследовал пристройки и
навесы, где размещался домашний скот, а также запасы топ­
лива), то, убедившись, что с хозяйством все в порядке, Бараз
присаживался на продолговатый обрубок массивного брев­
на у входа в землянку (что всему семейству заменял лавоч­
ку) и устремлял внимательный взгляд в бездонную темную
синеву небесного купола. Главное ночное светило находи­
лось в фазе новолуния, и ничто человеку не мешало раз­
глядывать удивительные сочетания мерцающих звезд. Они
бы ли яркие или еле заметные, образовывали группы или
созвездия, похожие то на странные геометрические фигу­
ры, то на контуры зверей и силуэты птиц. Все это рождало
бездну вопросов, которые Бараз даже не мог четко сформу­
лировать, но испытывал оторопь и волнение перед великой,
никем не разгаданной тайной мироздания. Как далеко эти
светящиеся точки находятся? Как они образовались, откуда
они взялись? Почему небо является то источником угрозы
для всего живого на земле (это гром и молния), то стано­
вится мирным и красивым, дарующим спасительную влагу,
свет, тепло? Кто управляет этими процессами? По чьей воле
свершается знакомый Баразу и всем остальным природный
кругооборот? Кто, в конце концов, мы - люди, способные
мыслить и говорить? Почему такой дар не дан более никому?
Кто такой я - Бараз? А мог бы я родиться зверем, птицей или
рыбой?
Вопросы множились, бесполезные поиски ответа утомля­
ли и внушали мысль о беззащитности и никчемности любой
живой твари, остающейся на ходу, на лету, на плаву только
благодаря доброй воле неведомого всесильного духа, на­
зываемого Богом или Создателем. И никакой другой мысли
не рождалось в голове Homo sapiens, кроме убеждения, что
упомянутый Создатель - это высшая сила на Земле, прояв­
ляющая себя то в благих творениях, то несущая беду и смерть.
А посему надобно регулярно задабривать эту неведомую
сущность жертвоприношениями и просто подношениями
всевозможных благ - еды, питья, вырезанных из дерева фи­
гурок, рисунков на камнях или скале, а также исполнять в ее
честь хвалебные песнопения и коллективные жизнеутверж­
дающие пляски.
...Когда зима переваливала середину, то сразу станови­
лось заметным продление светового дня. На солнечных «пя­
тачках» - «в затишке» - после полудня снег подтаивал, хотя
прочие признаки долгожданной весны никак не проявля­
лись. По-прежнему было очень студено по ночам, нередко
дули сильные холодные ветры, раскачивая кроны деревьев
и стряхивая с них целые горы тяжелого, смерзшегося сне­
га. По ночам из ближних лесных массивов слышались тоск­
ливые завывания волчьих стай - от этих леденящих душу
звуков становилось не по себе людям, а животные в загонах
и стойлах испуганно жались друг к другу, блеяли и всхрапы­
вали. А собаки, поджав хвосты, ластились к людям, норовя
проникнуть в жилой отсек землянки, где было тепло и уютно,
а главное - рядом находились хозяева, большие и маленькие.
Их разговоры и безобидные игры успокаивали и согревали
несчастных перепуганных псов. С удовольствием разлегшись
на мягкой шкуре, служащей подстилкой всем обитателям
хижины, на земляном полу и положив головы на вытянутые
лапы, собаки мирно дремали. Откликаясь на периодическую
ласку детей или взрослых, стучали хвостами по близко рас­
положенным предметам - горшкам, заготовленным впрок
поленьям, по стенам жилища, по выстроенным вдоль них
лопатам, пикам, топорам, молотам, по глиняному чану с во­
дой и т.д.
Шло время, отчетливее проявлялись признаки наступле­
ния весны. Сугробы под действием все более теплых солнеч­
ных лучей стали рыхлыми и ноздреватыми, снег днем под­
таивал, но по ночам его поверхность покрывалась ледяной
коркой, что затрудняло передвижение по нему людей и зве­
рей. Заготовленные в зиму запасы у обитателей селения за­
канчивались, приходилось предпринимать усилия к добыче
иных источников пропитания. Одним из них была рыба, из­
влечь которую из темных и холодных речных глубин было
непросто. В первую очередь надо бы ло прорубить в толщ е
льда обширную лунку (а лучше прорубь - диаметром в два
«ло к тя » от кончика пальцев). Далее подобрать орудие лова
и вид приманки. В качестве последней приходилось исполь­
зовать мякиш лепешки, ибо традиционных, любимых рыбой
лакомств - червей и мух - добы ть в эту пору бы ло невоз­
можно. Ну а необходимые рыболовные снасти у каждого хо­
рошего хозяина имелись в наличии всегда. Это сплетенная
из шерсти или конопли прочная, смазанная жиром нить, раз­
нокалиберные крючки из костей или металла, деревянные
поплавки и каменные грузила с просверленным отверстием
посредине.
Обеспечив себя всем необходимым для подледного л о ­
ва, Бараз, одевшись потеплее и захватив с собой удобный
небольшой пенек, приспособленный для сидения, вышел на
промысел. При нем были также две удочки на коротком уди­
лище, приманка в берестяном коробе, а также тяжелая ду­
бовая палка с острым массивным бронзовым наконечником
на конце (позже это приспособление назовут пешней). Самой
трудной и ответственной операцией было долбление льда,
толщина которого порой доходила до внушительного разме­
ра (половина вытянутой человеческой руки). За час усилен­
ной работы (сняв верхнюю меховую одежду) Бараз достиг
нижней границы речного льда и расчистил образовавшееся
отверстие до удобных для себя размеров. Солнце уже высоко
поднялось, и мороза на его припеке почти не ощущалось. Это
значило, что продолбленная широкая лунка не замерзнет
продолж ительное время, достаточное для чисто р ы болов­
ных манипуляций.
Забегая вперед, скажем, что вытащенный на свет божий
улов, благодаря опыту и терпению рыбака, оказался доволь­
но внушительным. Сначала Бараз подсек несколько мелких
рыбешек (плотва, красноперка, сорога), а затем при ловле на
«живца» ему удалось заполучить несколько крупных хищни­
ков: трех судаков и четырех щук, что вполне хватало для при­
готовления семейного обеда. С этой добычей он и отправил­
ся Домой, где несказанно обрадовал дорогими гостинцами и
жену, и детей, и старика Джахана. А взрослый сынок Араш, ис­
пользовав отцовскую лунку, присовокупил к добытому про­
довольствию еще двух судаков и трех лещей, умело приме­
нив навыки, ранее приобретенные в процессе совместных с
отцом рыболовных занятий-утех.
...Весна все более и более вступала в свои права и прояв­
ляла себя интенсивным таянием снега, капелью с крыш зем­
лянок и крон деревьев. Солнце все выше поднималось над
горизонтом, световой день прибавлялся весьма ощутимо. И
настало то утро, когда вышедшие из своих жилищ соплемен­
ники услышали в солнечной небесной голубизне знакомое
курлыканье, а потом увидали четкий клин из двух десятков
журавлей - вестников окончания зимы.
Шаман Ворон отметил это событие ритуальной проце­
дурой возле того самого камня: он возложил к его подно­
жию пяток куриных яиц и веточку березы с набухшими
почками. Рассыпал щедро вокруг просо. А далее испол­
нил традиционное заклинание - воздевал руки к небу,
шептал неслышимые слова, а потом, приплясывая, совер­
шил трижды круговой обход святыни. Встал перед лицевой
стороной камня, достал нож, что-то черкнул на твердой
его поверхности, поклонился и замер, подняв вверх пра­
вую руку. Очевидно, это был знак его пернатому соратни­
ку и другу - птице с таким же, как у колдуна, прозвищем.
Ворон на коньке крыши приосанился, похлопал крылья­
ми и хрипло каркнул, как бы подводя черту под священно­
действом.
НОВЫЕ СВЕРШЕНИЯ НОВЫЕ ЗАБОТЫ
Весенний паводок прошел благополучно. Поднявшаяся
полая вода не затронула жилищ, не произвела разрушитель­
ных воздействий на береговую линию, но слегка подтопи­
ла посевные площади, что, в принципе, было благоприятно
для будущего урожая. Через 10-15 дней уровень реки пони­
зится, ручьи и лужи высохнут, но запасы влаги в почве оста­
нутся - можно будет начинать посадку злаковых и огород­
ных культур.
Со сходом снежного покрова появилась на прогревающих­
ся лугах первая травка, и, к взаимной радости домашнего
скота и их хозяев, коровы, козы, овцы и лошади перекоче­
вали из тесных стойловых закутков на свежий воздух, на
поляны с молодой зеленой порослью, так выгодно отличав­
шейся и вкусом, и запахом от надоевших, пересохших, а где
перепревших сена и соломы.
Радость поселенцев от наступления долгожданной поры
всеобщего цветения, сулящего достаток и изобилие всевоз­
можных благ, была слегка омрачена наблюдением за про­
тивоположным берегом, где появились недружественные
кочевники с их многотысячными стадами лошадей и овец.
Хотя до сих пор прямых и масштабных стычек с воинствен­
ными заречными племенами не происходило, но факты во­
ровства имущества, скота и даже молодых девушек изредка
имели место, что никак не способствовало установлению
нормальных торгово-обменных отношений между правым и
левым берегом. Хорошо, что после трех-четырех месяцев
постоя именно на этом месте, аккурат против селения Бара­
за и его соплеменников, кочевники снимались с него и ухо­
дили на новые пастбища.
Мучительной тайной для вожака, как и для иных посел­
ковых воинов и трудяг, было умелое использование лошадей
их потенциальными противниками. Ибо на правом берегу
лошади больше применялись как тягловая сила, тогда как в
Заречье большинство мужчин и подростков (а впрочем, и
молодых женщин тоже) передвигались, в основном, верхом
на лошадях, что позволяло с большей скоростью мигриро­
вать по обширным пространствам, успешно контролиро­
вать многотысячные лошадиные стада, а в случае каких-то
военных конфликтов - нападать на противника или уходить
от погони с меньшими потерями, нежели это могли сделать
пешие воины.
После долгих раздумий на эту тему Бараз собрал своих
ближайших соплеменников-мужчин и имел с ними продол­
жительную беседу. Нужно было, по его мнению, перенимать
опыт у заречной орды в части освоения верховой езды, из­
готовления необходимого снаряжения для этого, приобре­
тения нужных навыков обращения с конем, его содержания
и ухода за ним. Ибо имевшийся в селении подобный опыт
ограничивался изготовлением нехитрого хомута, к которо­
му цеплялись «волокуш и» или легкие повозки, используе­
мые, как указывалось выше, для транспортировки грузов,
преимущественно дров. Верхом на лошадях правобережники ездили мало и неохотно, так как не имели нужных при­
способлений (седел, необходимой сбруи, функционального
«о го л о в ь я ») для безболезненного продолжительного «восседания» на спине лошади, а также управления оной.
Тщ ательное обсуждение предложенной вожаком темы
имело результатом выработку плана действий, выполнение
которого сулило племени многие, ранее недоступные блага
и в части хозяйственной деятельности, И в случаях вынуж­
денной обороны от любого рода противников.
Необходимо было, по мысли Бараза и его товарищей, бли­
же к осени, во время подготовки кочевников к перебазиро­
ванию на новые пастбища, за день-два до свершения оной
громоздкой и хлопотной ежегодной акции исхитриться и
выкрасть у них двух-трех рабочих (обученных) лошадей и,
как минимум, одного опытного наездника, который мог бы
стать своеобразным «инструктором » для непосвященных
во все тонкости верхового лошадиного дела. В этом случае
«пропаж а» обнаружится не сразу, а впоследствии, может
быть, вообще забудется. Что даст возможность безнаказан­
но предаваться «урокам» выкраденного «инструктора» при
наличии необходимых «учебных пособий» в виде снаряжен­
ных, экипированных и обученных всем хитростям коней.
Лето прошло в мирном течении повседневных забот: уход
за посевами и огородами, заготовка дров, рыбалка, сбор гри­
бов, ягод и меда, обследование жилых и хозяйственных по­
строек на предмет их «поправления» или возведения новых
взамен развалившихся, ритуальные мероприятия в честь по­
чивших, родившихся или свадеб - с привлечением главного
участника сих сакральных священнодействий - шамана Во­
рона и его крылатого помощника.
Ранней осенью наблюдатели-правобережники доложили
Баразу, что кочевой лагерь на противоположном берегу ре­
ки начал сворачиваться. Но процесс этот длился не один
день - разбирались юрты, паковались тюки, снаряжались по­
возки и вьючные животные. Кое-кто из кочевников тронулся
в путь, не дожидаясь задержавшихся. Последние, начав сбо­
ры, жили, тем не менее, обычной жизнью. Принадлежавший
им скот (лошади и бараны) по-прежнему выгонялся на оску­
девшие пастбища под наблюдением одного-двух табунщи­
ков. Паслись они - лошади и бараны - в ближних пределах
от стойбища, но, естественно, не в пределах видимости.
Этим и надо было воспользоваться заговорщикам.
Неожиданно для всех, каким-то образом узнав о наме­
рениях Бараза, возжелал участвовать в «м ероприятии»
сам Ворон, позвавший к себе в хижину вожака и кое-как
растолковавший ему, что действие его злы х чар поможет
осуществить задуманное быстрее и безболезненнее. Бараз
насторожился, полагая, что участие полоумного колдуна
может только испортить четко разработанный план. Но тут
и выяснилось, что не такой уж шаман полоумный, а скорее
скрытный, хитрый и расчетливый. Сняв с себя личину «б л а ­
женного мудреца», сощурив (а не выпучив) большие мут­
ные глаза, Ворон, неожиданно нормальным человеческим
голосом, объяснил вожаку, что нужно использовать пугав­
шую всех, недобрую его славу - популярность (в том числе
на противоположном берегу) - для приведения в полную
покорность пастухов, которые, по заверению Ворона, сами
приведут сколь угодно животных на указанное шаманом
место в нужное время. Для этого Ворона надо бы ло пере­
править на левый берег ближе к наступлению ночи, в мес­
течко, близко расположенное к тому самому пастбищу и к
тем самым двум табунщикам.
Все подробности рискованной «операции» мы опускаем,
но скажем, что она удалась полностью. Шаман в наступившей
темени приблизился к задремавшим табунщикам, размахи­
вая двумя горящими факелами и напустив на себя тради­
ционно «грозный», даже устрашающий вид. Хриплый голос,
произносящий невнятные фразы, всклокоченные космы се­
дых спутанных волос, до предела выпученные глаза, черная
птица на левом плече, периодически каркающая и взмахи­
вающая крыльями, омерзительно пахнущая волчья шкура
и такой же колпак, приплясывающая походка - все это произ­
вело нужное впечатление на перепуганных пастухов, приняв­
ших странное видение за нечистую силу, а потому склонив­
ших головы в знак покорности до земли, сидя на подогнутых
коленках. Непонятно, на каком языке вещал Ворон, обра­
щаясь к онемевшим от страха пастухам, но результат произ­
несенной «речи» был налицо. Один из табунщиков тут же
поднялся, оседлал собственного коня и отогнал от пасущего­
ся табуна десять лошадей, вместе с которыми через неболь­
шой промежуток прибыл к обозначенному Баразом месту
возле брода, откуда вместе с шаманом, вожаком, двумя «п о ­
мощниками» и десятью уведенными лошадками совершил
переправу к спящему селению на правом берегу.
Как выяснилось позже, второй табунщик потерял дар ре­
чи от пережитого стресса и ничего не мог объяснить сопле­
менникам относительно исчезнувшего собрата и несколь­
ких лошадей. Он только мычал и воздевал руки вверх, обна­
руживая собственный страх и беспомощность перед чемто произошедшим - таинственным и вероломным сверше­
нием злых духов. По причине спешных сборов к отъезду
никто не стал разбираться в деталях неясного события, что
только усилило желание кочевников убраться «с нечисто­
го места» подобру-поздорову и как можно скорее. И вскоре
последний обоз левобережных соседей покинул стойбище теперь уже до будущей весны.
Появление в «городищ е», что позже назовут Алексеевским, косяка добытых лошадок и сопровождавшего их пас­
туха из кочевников всполошило все наличное население.
Загодя Бараз распорядился, чтобы на отшибе населенного
пункта была возведена небольшая землянка с вместитель­
ной пристройкой, где должны были разместиться новояв­
лен н ы е «гости». Теперь это место было окружено толпой
любопытствующих, желавших лицезреть пастуха-пленника
и молодых скакунов, томящихся в непривычном им застенке
и беспокойно всхрапывающих и перебирающих копытами.
Хотя в пристройке был разложен корм и установлены вмес­
тительные «корыта» со свежей водой, животные, по причине
понятного волнения и незнакомой обстановки вокруг них,
ни к еде, ни к питью не притронулись.
Шаман по прибытии «дом ой» спешно удалился в свое жи­
лище и желания принимать участие в дальнейших событиях
явно не обнаруживал. Дескать, я свое дело сделал, а с осталь­
ным сами разбирайтесь. Естественно, сразу по возвраще­
нии он стал прежним Вороном - грубым, непредсказуемым
и на вид страшноватым, а потому внушавшим страх, но и ува­
жение.
Бараз, как единственный здесь человек, слегка понимав­
ший язык кочевников (по причине непродолж ительного
общения с пленными после отражения нескольких «наско­
ков» на его селение заречных соседей), растворил дверь
замкнутой на остаток ночи землянки, где ютился будущий
«инструктор», и вошел в полутемное жилище.
В начавшейся беседе выяснилось, что пленника зовут Али,
что он с младенчества охранял пасущихся лошадей, а пото­
му хорошо знал этих животных, правила обращения с ними,
их экипировку и обучение необходимым навыкам общения
с хозяином, то есть с человеком. На вид Али было лет двад­
цать, и он мог считаться уже опытным коневодом, воином
и работником во всех сферах разнообразной кочевнической
жизни и деятельности.
Бараз как мог объяснил Али цель его пленения и захвата
нескольких непарнокопытных особей. Повторил, усиливая
голос, что никто не собирается причинить пленнику какойлибо вред, но все местные мужчины хотят научиться исполь­
зовать лошадь для передвижения на ней верхом, а потому
просят Али показать и объяснить все правила и тонкости
освоения этого дела.
Бедный юный кочевник! Он уже приготовился к смерти,
полагая, что именно такую участь обещал ему страшный кол­
дун с черной птицей на плече. А выясняется, что это не так,
и суждено ему отныне продолжать свое традиционное за­
нятие - ездить на коне, да жить в тепле под крышей, да еще
питаться из общего котла с новым хозяином.
Далее состоялась длительная беседа пленника с вожаком,
из которой последний узнал много нового из того, что каса­
лось «лошадиной темы».
Из домашних животных, что содержались в селении, по­
жалуй, только собак тогда можно было считать и именовать
«другом человека». Поскольку к тому времени выработались
правила общения с этими животными и четко определено
их назначение - как помощников на охоте, преданных чело­
веку, готовых постоянно охранять и защищать его интересы,
жизнь и здоровье.
Лошади же рассматривались только лишь как тягловые
животные, способные во вьюках с помощью «волокуш » или
телег перемещать на значительные расстояния тяжелые гру­
зы, непосильные для человека. В какой-то степени лошади
находились в «одном ряду» с такими известными «тяж ело­
возами», как быки, верблюды, мулы, ослы и, по дошедшим
издалека слухам, огромные великаны - слоны, обитавшие
в далеких жарких странах. Примитивная эта работа - пере­
таскивание тяжестей - не требовала особого «и н теллекта»
у животного, главной здесь была физическая сила. Причем
«выжималась» она из тягловых животных с помощью гру­
бого и болезненного воздействия - палкой, кнутом, вожжа­
ми. Все это не способствовало определенному «сближ ению »
человека и коня с приклеенным к нему ярлыком сильного,
но тупого, неумного и в чем-то опасного животного.
Поэтому Бараз очень удивился, когда пленник Али уже
в самом начале беседы отозвался о лошадках с видимым
уважением и даже нежностью, называя их: кормильцамипоильцами, послушными и умными, трудолюбивыми и доб­
рыми, способными преданно служить хозяину-человеку, ес­
ли тот относится к животному с уважением и лаской, прояв­
ляет о нем заботу, холит и лелеет его. И особенно близки­
ми и доверительными складываются отношения человека
и лошади при непосредственном контакте, то есть при ис­
пользовании лошади в качестве верховой. Они становятся
практически неразлучными, хорошо понимающими друг
друга, постоянно проявляющими взаимную привязанность
и даже любовь.
Все это стало неким откровением для вожака, услышав­
шего в словах пленника ранее неизвестные ему сведения,
о которых он только догадывался, но уверен в них не был.
В свете этого Баразу стало ясно, что надо делать для внедре­
ния верховой лошади в быт соплеменников.
Все десять «заречны х» лошадей оказались молодыми
особями (2-3 года), которых надо бы ло еще многому обу­
чить, чтобы они стали полноценными помощниками и
друзьями. Единственный конь, который прошел уже школу
обучения, был бывшей и, как выяснилось, сохраненной соб­
ственностью табунщика, на которой последний был захвачен
в плен, а теперь продемонстрировал удивленному правобе­
режному сообществу все приобретенные в процессе тренин­
га навыки. Оседлав своего любимца (его звали Ангел - «Ф ерештех» в звучании заречных кочевников), Али показал, как
нужно управлять конем с помощью уздечки, собственных
пяток, воздействующих на лошадиные бока, как менять
направление, способ движения (шаг, рысь, галоп), прыгать
через небольшие препятствия, как залезать и слезать с л о ­
шадиной спины.
Особое внимание соплеменников-мужчин привлекла кон­
ная экипировка, состоявшая из кожаного материала - уз­
дечки с оголовьем, легкого седла, подстилки под ним и
подбрюшных ремешков, прочно удерживавших нательную
сбрую на корпусе лошади. По уверению Али, с таким снаря­
жением на коне можно было двигаться как угодно долго,
не испытывая напряжения и болезненных ощущений. Ба­
раз подумал, что такой невеликой ценой дается управление
лошадью только тем, кто на ней ездит с младенчества и по­
стоянно. А значит, до полной победы еще далеко.
Как бы то ни было, но с тех пор в племени появилось но­
вое увлечение, привлекшее внимание и взрослых мужчин,
и подростков. Но приступить к планомерным занятиям но­
вичкам пришлось еще не скоро. Ибо к ним же надо подгото­
вить и небольшой добытый табунок из необученных особей,
не привыкших держать на своей спине посторонние тяжес­
ти. Так что Али предстояла долгая безостановочная работа
по укрощению дикого молодняка - его объездке и обучению
подаваемым командам.
Али был устроен в небольшой землянке на отшибе, обес­
печен всем необходимым для выживания, рядом разместил­
ся небольшой загон для обучаемых лошадей и для его Анге­
ла. Этих животных наблюдал специально назначенный мест­
ный житель, следивший за сохранностью и питанием неболь­
шого стада, а также за тем, чтобы пленник Али не ускакал
на своем коне вслед за родной ушедшей ордой. Он был нужен
здесь как «педагог-инструктор» по части обучения лошадей
и людей, готовых научиться ездить верхом.
Буквально через несколько дней пришлый кочевник взял­
ся за порученное ему дело. На отшибе селения была облю бо­
вана небольшая поляна, где Али начал заниматься со своими
подопечными. Одновременно он передал Баразу всю имею­
щуюся на его объезженном коне амуницию с целью изго­
товления десяти ее аналогов для готовящегося к верховой
езде молодняка. Работа эта была поручена местному умель­
цу Дариашу, который уже имел опыт изготовления нехит­
рой сбруи для тягловых лошадей. Али оставался при нем
постоянным консультантом, подробно объясняя на пальцах,
что и как нужно делать, какое назначение у той или иной де­
тали экипировки. Дариаш был толковый малый лет двадца­
ти пяти и за порученную работу взялся охотно. Ему это было
интересно, тем более, что одна из объезженных лошадок бы­
ла обещана ему. А уж для себя любимого надо постараться истина эта была действенна и в доисторические времена...
Ну а Али ревностно взялся за обучение лошадей. Снача­
ла он на веревке, зацепленной за шею лошади, заставлял ее
двигаться по кругу - то шагом, то рысью, то галопом, принуж­
дая животное смириться с некоторой несвободой движения
и подчинением командам человека. Далее, используя сбрую
с собственного объезженного коня, повторял то же самое с
водруженной на спину лошади полной экипировкой - сед­
ло, оголовье, подстилка, скрепляющие, туго обтягивающие
тулово ремешки. Это была кропотливая и объемная работа,
ведь к каждой из десяти подопечных нужно было найти свой
подход, установить с ней незримый духовный контакт, что­
бы лошадь привыкла к хозяину и ему поверила. Опытный
лошадник Али, используя политику «кнута и пряника», на­
шел ключик общения с каждой лошадкой и вскоре добился
заметных успехов в порученном ему деле. По мере того как
Дариаш представлял «и нструктору» свою работу (седло и
все остальное), Али экипировал первого подопечного жереб­
чика, далее оседлал своего «А нгела», и две лошадки споро
побежали рядом друг с другом. Али удерживал на поводке
новичка, который, чувствуя рядом с собой собрата, спокойно
двигался легкой рысью. Ну а затем без какой-либо остановки
«инструктор» на ходу внезапно пересел на спину обучаемо­
го коня, который, хотя и дернулся от неожиданности, но по­
слушно продолжал движение. Голосом и легким похлопыва­
нием по шее Али всячески одобрял поведение «новобранца»,
и по прошествии десяти - двенадцати кругов по тренировоч­
ной поляне он окончательно успокоился и послушно испол­
нял все подаваемые команды: направо, налево, стоп, вперед ориентируясь на поведение рядом находящегося скакуна.
Все! Лошадь готова к работе как верховая, послушная воле
человека...
Далее аналогичные манипуляции повторились с каждой
лошадкой. Все они были разные - и умом, и темпераментом,
и степенью строптивости, но, как известно, терпение и труд
все перетрут. Процесс обучения лошадей наблюдали все же­
лающие члены общины - те, кто не был занят срочной рабо­
той. Увиденное ими «представление» было ново и интересно
и сопровождалось тихими (только тихими - об этом преду­
предил А ли ) возгласами одобрения и удивления. Одновре­
менно людям открылась новая сторона лошадиной натуры ее ум, отдатливость, расположение к человеку (при добром
отношении его к животному) и одновременно - легкость,
красота, грация, несравнимые с тяжеловесными, индеферентными и упрямыми быками и верблюдами.
В течение осени и наступившей зимы весь лошадиный
косяк бы л распределен по хозяевам. Руководили этим не­
простым мероприятием Бараз и Али, выступавший в роли
консультанта у новоявленных владельцев. Не обошлось без
скандалов и недовольств, но были и вполне удовлетворен­
ные новым приобретением соплеменники, тут же начавшие
использовать собственность по назначению. Али остался со
своей «старой» лошадкой и был назначен главным конево­
дом - ответственным за все, что касалось коней - и «старых»,
имевшихся в племени, и «н ов ы х » - приобретенных. С ним
советовались члены общины по самым разным вопросам:
чем кормить, как содержать в стойле, какие нагрузки мож­
но «задавать» животному, как следить за здоровьем коня,
особенно за его ногами и копытами (известно, что подковы
на лошадиных ногах появились только в III веке новой эры!).
Для сохранности последних использовались в позднем брон­
зовом веке так называемые «чулки» или «башмаки» из кожи,
тростника, растительных волокон. Нижняя часть копыта
смазывалась маслом. Но это были ненадежные приспособ­
ления, служившие лошадям защитой очень короткий срок.
Тем не менее, лошадь - как верховая или тягловая - в описы­
ваемое время уверенно использовалась людьми.
Предлагали лошадку и шаману, но тот ответил отказом очевидно, за преклонным возрастом ему не по силам (а глав­
ное - не по занимаемой «долж ности») было содержание сей
непарнокопытной особи. Да и больно проста на вид - не вну­
шает ни страха, ни почтительности, обязательных для тва­
рей, окружавших колдуна (помимо постоянного спутника
ворона в его землянке, говорят, ютились лягушки и жабы,
крысы, летучие мыши и даже змеи, которых шаман под­
кармливал, чем и располагал к себе).
Баразу как лидеру предоставили право выбора лош ади­
ной особи первому - из уважения и признания его особых
заслуг перед племенем - особенно в плане данной лошадиной
истории. Все лошадки внешне были почти одинаковыми по росту (невысокому - 130-140 см в холке, по нынешним,
естественно, мерам длины, ширины и высоты), по масти (все
светло-коричневые), по характеру (все веселые, подвижные,
дружелюбные). В косяке было два жеребчика, остальные кобылки. Бараз, долго смотревший на гарцующих по загону
коней, приметил одного из жеребцов, он единственный в ста­
де был ярко-рыжим, по спине его стелилась темная полоса,
и был он более подвижный и бойкий, нежели его собратья.
И Бараз выбрал именно его. Присутствовавшие рядом дети
и Можган (супруга) одобрили выбор главы семьи. Тут же
коллективно придумали имя новому члену семьи - Азар (что
значило «огон ь»).
С тех пор семья вожака состояла из хозяина и хозяйки,
пяти детей, престарелого отца Мажган, двух лошадей (как
мы помним, ранее Бараз заимел тягловую лошадь, исполь­
зуемую в основном для заготовки дров) и одного лохматого
преданного пса - надежного помощника на охоте, хорошего
сторожа жилища и верного друга всех членов семьи. Вер­
ховую лошадку Бараз использовал для разъездов по при­
легавшим к селению территориям с целью охоты, осмот­
ра капканов и силков, для встреч с вождями дружествен­
ных «правобережных» племен - на предмет необходимости
каких-то совместных действий: охоты, дальних походов,
отражения возможных угроз со стороны кочевников и т.д.
Очень скоро обучились верховой езде сыновья Бараза Араш, Мехран и Реман. Хотя они могли только совершать
недалекие прогулки, но уже знали правила ухода за конем,
управления им и могли выполнять некоторые несложные
поручения отца - съездить к реке напоить лошадь, прове­
рить на месте ли сваленный в ближнем расположении не­
давно нарубленный подсыхающий хворост, отправиться с
корзиной за орехами и грибами, усевшись втроем на спине
лошади - благо были еще не столь тяжелы, оставаясь пока
подростками. Естественно, на первых порах и хозяин дома,
и его потомки двигались на Азаре неспешно - либо шагом,
либо легкой рысью. Но по мере накопления опыта и навы­
ков страхи постепенно улетучивались, и через год все муж­
чины поселения стали чувствовать себя в седле более уве­
ренно, а значит и скорость их перемещения верхом постоян­
но возрастала.
ОГОРЧЕНИЯ И РАДОСТИ
Наступившая зима оказалась снежной и морозной. При­
ходилось постоянно поддерживать огонь в очаге баразового
жилища, а по ночам съеживаться под теплыми вязанными
шерстяными накидками, поверх которых взрослые укрыва­
ли детей выделанными волчьими шкурами с густым мехом.
Сделанные летом запасы позволяли питаться вполне удов­
летворительно - установившиеся морозы помогали сохра­
нять добытое на охоте мясо косуль и оленей, не допуская его
порчи.
Но все равно жители селения постоянно ощущали всевоз­
можные неудобства, связанные с холодной погодой. Почти
ежедневно с неба валили густые хлопья снега, а потому Ба­
разу и его сыновьям приходилось регулярно «откапывать»
вход в жилище, расчищать дорожки, ведущие к загону и при­
стройкам, а также к отхожему месту. Несколько жителей (или
младенцев, или стариков) селения тяжело болели, переох­
ладившись во время пребывания на морозном воздухе. Л е­
чили их настоями целебных трав, горячим молоком, медом,
малиной, а иногда - в особо тяжелых случаях - привлекали
шамана для врачевания больного. Ворон охотно откликался,
приходил, осматривал метавшегося в горячке «пациента»,
что-то шептал над его изголовьем, а в заключение исполнял
ритуальный танец, помахивая возле постели занедужившего
веником из высохшей крапивы и полыни. Так он отпугивал
злых духов, прогневанных на человека и потому напустив­
ших на него порчу. Далее принимал от хозяев дар в виде коекаких готовых к употреблению продуктов и уходил, никому
ничего не сказав и не поблагодарив за угощение. Некоторые
больные испытывали после визитов колдуна умеренное об­
легчение, но только некоторые...
Не обошла беда и жилище Бараза. Хотя Джахан, неходячий
отец хозяйки дома, и не появлялся на свежем воздухе, а пос­
тоянно лежал на своей лежанке в самом темном углу жили­
ща, куда едва доставал свет очага, но, тем не менее, сильно
заболел - кашель душил его, болела спина и голова, он поч­
ти ничего не ел, ограничиваясь несколькими глотками сва­
ренного мясного бульона. Вызванный на дом шаман постоял
возле больного, пощупал его лоб и грудь и ушел молча, ни­
чего не сказав и только сделав выразительный жест, коий
бы л понят как полная безнадежность. Через день Джахан
тихо скончался.
Теперь Баразу предстояла сложная задача - сохранить труп
до весенних дней, ибо в условиях глубокого снега, крепкого
мороза и промерзшей на длину руки земли, а то и глубже,
нормально похоронить Джахана возможности не было. Нель­
зя было и оставлять его в жилище, нельзя было и хранить
его на открытом месте вне жилища - дикие хищники момен­
тально найдут замерзшее человеческое тело и обезобразят
(а может, и полностью уничтожат его). Поэтому Бараз сроч­
но построил вблизи загона небольшое деревянное укрытие,
куда и поместили исхудавшее и сморщенное старческое тело.
Весной, с наступлением тепла, его похоронят с соблюдением
принятого ритуала - в пределах особого кургана, в могиле,
обустроенной деревянными стенками - в срубе, в скорченной
позе на левом боку, как было принято у народов этой культу­
ры, называемой, как мы помним, «срубной». Указанную позу
покойнику придали фазу, стянув тело ремнями и веревками,
в таком состоянии он и застыл, ожидая весны и свершения
всех принятых правил захоронения. Вся семья и все селение
восприняли смерть родственника с огорчением, но были к
этому давно готовы, ибо видели, насколько немощен и слаб
их старейшина - ему недавно перевалило за пятьдесят. Так
долго жить удавалось в те времена немногим.
Раз уж мы заговорили о скорбных ритуалах, то опишем
и иные, связанные с радостью и весельем. Таковые чувства
одолевали всех жителей селения, если двое разнополых мо­
лодых людей соединялись в новообразованную семью - поз­
же это свершение назовут свадьбой.
Браки в те времена, по нынешним меркам, можно назы­
вать ранними. Девочка считалась готовой к замужеству, как
только достигала репродуктивного возраста - от 13 до 15 лет.
Мальчики могли быть и постарше, ибо неписанными прави­
лами тогдашнего бытия дозволялось обзаводиться семьей
только тем юношам, которые обладали трудовыми навы­
ками, были умелыми добытчиками, могли самостоятельно
построить и содержать собственное жилище. При этом не
возбранялось привлекать к решению этой сложной задачи
родственников и хороших знакомых. Но основная ответст­
венность за обустройство удобной землянки, в которой бу­
дущая семья могла проживать и в холодное время года, л е ­
жала на женихе и его близких.
Никаких зафиксированных правил и установлений отно­
сительно брака и смежных с ним проблем, естественно, не су­
ществовало. Но имело место так называемое «общественное
мнение», выработанное десятилетиями (а может, и столе­
тиями) и строго соблюдаемое членами общины. Считались
нежелательными добрачные половые связи, а тем более
рождение младенцев. Но, как и в наши времена, нередко ука­
занное мнение игнорировалось нетерпеливыми молодыми
людьми, и они попадали под пресс поселкового остракизма,
вынуждая их родителей спешно принимать меры к искуп­
лению греха - через быстро организованные «свадебные»
мероприятия. Причем, ввиду повсеместной тогдашней ме­
дицинской малограмотности, часто имели место тяжелые
случаи - и в ходе протекания беременности, и в ходе родов,
и в ходе послеродовой реабилитации. Хотя и находились в
каждом племени опытные пожилые женщины, помогавшие
роженицам вынашивать плод с соблюдением определенных
гигиенических и санитарных мер, облегчать их страдания
при родах и учить уходу за появившимся на свет младенцем.
Но все равно, как указывается во многих источниках, детская
смертность в «доисторическую эпоху» была очень высокой.
Выживала примерно половина новорожденных.
Что такое любовь, юные особи, решившие жить вместе,
конечно, не знали. Но определенное взаиморасположение,
волнительная и необъяснимая тяга друг к другу, сходство
взглядов на мир, окружавший девушку и юношу (природ­
ные явления, земля, небо, солнце, луна, деревья, цветы, ве­
тер, дождь, а главное люди) - все это было тогда достаточ­
ным основанием для образования новой семьи. Естественно,
какое-то время будущие жених и невеста проводили вмес­
т е в совместных прогулках, полезных занятиях (помогали
друг другу при выполнении поручаемой домашней работы),
вместе отдыхали где-нибудь на песчаном берегу, загорая
и купаясь, или на полюбившейся уютной лесной полянке,
собирая цветы и ягоды, или на высоком речном утесе, откуда
открывался замечательный вид на желто-зеленые острова
и заречное пространство. Особенно любимым увлечением
юношей и девушек бы ли длительны е ночные посиделки
на том же утесе и созерцание темной небесной синевы, ис­
пещренной мириадами светлячков-звездочек. Неразгадан­
ная тайна их сближала юные души в осознании собственной
беззащитности и уязвимости перед великой, высшей, неве­
домой никому силой.
Если отношения будущих молодоженов развивались нор­
мально и безгрешно, то наступал момент, когда они докла­
дывали родителям или близким о намерении жить вместе.
И тогда всем селением по прошествии определенного вре­
мени, нужного для разноплановой подготовки, устраивался
праздник (обычно теплой осенью - в пору «золотого» листо­
пада), позже поименованный свадьбой.
Мероприятие обязательно освящал шаман. Принаряжен­
ных во все новое и чистое жениха и невесту, с венками из
кленовых листьев и полевых цветов на голове, он обходил
по кругу несколько раз, бормоча несвязный речитатив и по­
махивая опять же пучками полыни и крапивы - как бы отпу­
гивая злых духов (что делалось, как мы помним, и при излече­
нии больных). Но в свадебном ритуале к указанному действу
присовокуплялся и некий «позитив» - шаман как бы зазывал
добрых духов опекать молодую семью, беречь ее от всех воз­
можных бед и растить здоровое потомство. Для этого кол­
дун становился на колени близ новобрачных, спиной к ним,
и, воздев руки к небу, издавал странные гортанные звуки на
высокой ноте, отдаленно похожие на трели неведомых птах.
Было даже удивительно их слышать, ибо все привыкли толь­
ко к резкому, хриплому и невнятному бормотанию, похожему
на карканье его птицы-помощника. После завершения этого
своеобразного и неожиданного «благозвучия» шаман подни­
мался, слегка ударял по правому плечу молодоженов своей
сучковатой палкой, а затем степенно удалялся. Было видно,
что преисполнен он сознанием выполненного долга.
Ну а потом была коллективная трапеза - на центральном
«пятачке» расстилались белые (а может, цветные) полотня­
ные материи (по-современному - скатерти), на которых рас­
ставлялась посуда и всевозможные яства-пития. Последние
были не столь разнообразными, но привычными как сос­
тавляющие ежедневных семейных будничных застолий:
мясо куриное, баранье и говяжье, жареные грибы, отвар­
ная рыба, серые лепешки - свежие, только что выпеченные,
плошки с гороховой и просяной кашей, пучки лука, чеснока
и щавеля, мед в деревянных мисках, яблоки и груши, це­
лебны е и легкие хмельные напитки на основе ягод и фрук­
тов в горшках и корчагах. Расходы на организацию столь
богатого стола в племени были общими - каждая семья
доставляла к праздничному столу все, что имелось в нали­
чии. Ибо лю бой предусмотрительный хозяин помнил и о
своих детях, коих рано или поздно надо будет женить или вы­
давать замуж, для чего потребуется помощь соплеменников.
Рождение младенцев в новообразованной семье также
становилось достоянием всей общины. Новорожденных при­
ходили смотреть все женщины и дети обязательно. Что ка­
сается мужчин, то это случалось не всегда, а в зависимости
от степени занятости главы семейства хозяйственными дела­
ми - ведь охота, рыбалка, хлопоты на огороде, на засеянном
поле или близ домашних животных отнимали много времени
и считались первостепенными, и отвлекаться от них было
крайне нежелательно. Но и среди суровых воинов и охотни­
ков находились такие, у которых любопытство пересиливало
чувство долга, а отсюда среди первых зрителей новоявленно­
го чада случались и взрослые особи мужского пола. Особенно
если роженицей была родственница или хорошая знакомая
семьи. Имя младенцу выбирали коллективно - выслушав со­
веты всех родственников и гостей. Последнее слово в этом
важном свершении оставалось за отцом дитяти. Шумана так­
же уведомляли о появлении младенца - с одновременным
поклоном ему в виде продуктового гостинца - запеченной
курицы или бараньей ноги или миски с творожной массой,
перемешанной с измельченными сладкими кореньями. Кол­
дун все это милостиво принимал, что считалось знаком его
благословления и доброго пожелания. Посмотреть на ново­
рожденного он обычно не удосуживался, что находило по­
нимание у молодых родителей. Больно страшен, неопрятен
и нечистоплотен был колдун, и лицезреть его малышу вовсе
ни к чему, вполне достаточно заочного одобрения случивше­
гося. Так считали все жители селения.
Если новорожденный оказывался здоровым и крепким че­
ловечком, то воспитание его можно было назвать сугубо тру­
довым. С трех лет родители уже привлекали его к посильной
помощи по домашней работе - давали в руки веник и показы­
вали, как нужно им орудовать, подметая пол в хижине. Подво­
дили к козе, объясняли, откуда берется молочко, ежедневно
потребляемое ребенком, давали потрогать набухшие соски
вымени, а потом подергать за них, выдавливая капельки бе­
лой, приятно пахнущей жидкости в подставленную кружку.
Далее осваивали совместно с дитем прилегающий отсек к хи­
жине, бывший дровяным складом. Давали малышу одно или
два небольших полена - дабы он отнес их к домашнему оча­
гу. Показывали, как надо сложить дровишки, как подложить
в их основу сухой мох, как раздуть тлеющий уголек, а затем
следить за веселым пламенем, своевременно подкладывая
в разгоревшийся костер сухие палочки и соразмерные рас­
щепленные деревяшки. По мере взросления ребенок (если
это был мальчик) осваивал понятия лопата, молоток, топор,
лук, стрелы, нож, меч, копье, удочка, рыболовный крючок
и т.д. Миниатюрные деревянные аналоги этих орудий и
инструментов были игрушками в коллективных шуточных
охотах, рыбалках, стройках и сражениях.
К шести-семи годам мальчики уже приглядывали за па­
сущейся скотиной и орудовали кнутом, подгоняя отставших
или разбредшихся овец, коз и коров. К уходу за лошадьми
привлекали попозже - когда будущий мужчина становился
подростком и ему надлежало учиться управлению тягловой
и верховой лошадью. И естественно, ухаживать за ними, за­
прягать и распрягать, чистить стойло, кормить, поить и ку­
пать животных (последнее - лишь в теплое время года). В
двенадцать-тринадцать лет подростков брали на коллек­
тивные охоты и в походы за солью и металлом. Так взрослел
и набирался жизненного опыта каждый поселковый маль­
чик, к пятнадцати-шестнадцати годам способный уже вести
самостоятельную жизнь. Как и положено настоящим муж­
чинам, подрастающие охотники и воины мало заботились о
своей внешности. Разве что надевали на шею «ож ерелье» с
зубами порешенного им хищного зверя. Обыденными ма­
нипуляциями были только стрижка волос на голове, бритье
бороды и усов (преимущественно сравнительно молодыми
людьми), ну и конечно, содержание тела в чистоте. Летом для
этого было достаточно регулярно умываться или купаться
в реке, а в холодное время устраивать легкие коллективные
помывки в хижине с подогретой водой.
Девочки больш е общались с матерью, перенимая у нее
навыки ведения домашнего хозяйства в вопросах приготов­
ления пищи, наведения чистоты и порядка в доме, искусства
шитья и ткачества. Даже в те далекие времена женская по­
ловина человечества уже проявляла неравнодушие к собст­
венной внешности. Имелись у каждой девушки или м оло­
дой женщины наборы специальных мазей и трав, которые
использовались при уходе за лицом, руками, кожей. Особое
внимание уделялось чистоте тела и волос. На скорую руку
мыли конечности и лицо золой, которую специально для
этих целей сохраняли в отдельной емкости. В качестве более
серьезного чистящего средства применялись сложно при­
готовляемые вязкие настои на основе органического жира,
терпких травяных отваров, известковистых порошков, к ко­
торым добавлялись цветочные смеси, источающие благово­
ния. Получался примитивный аналог современного мыла.
Использовались медные пластины, отполированные до блес­
ка и служившие зеркалом. Подкрашивались брови, налага­
лись румяна на щеки, в ходу были разноцветные (преимуще­
ственно красные и синие) помады для губ, изготавливаемые
из естественных красителей. Много выдумки проявлялось
при изготовлении и ношении всевозможных украшений: бус,
монист, ожерелий, колец, браслетов, сережек, лобовых и ви­
сочных накладок - они были сделаны либо из меди и брон­
зы, либо из костей животных, либо из дерева. Естественно,
в обыденной жизни, все эти тогдашние косметические и пар­
фюмерные выдумки чаще не использовались - они просто
мешали работать. Но в торжественных случаях, при прове­
дении общинных праздников каждая сравнительно молодая
особь женского пола старалась выглядеть приглядно или
даже эффектно, и все известные женские ухищрения были
на виду у жителей селения. Понятно, что столь же ревностно
относились молодые особы к одежде. Были у них и так на­
зываемые «рабочие» или повседневные платья, юбки и блуз­
ки, но непременно имелась и одежда для праздников и тор­
жеств - более нарядная, более яркая и не заношенная.
И еще - точных сведений об уходе за зубами и полостью
рта в различных источниках не приводится. Но с большой
долей уверенности можно утверждать, что:
- во-первых, зубы и вообще кости у древних людей были
более крепкими от рождения - за счет обильного потребле­
ния витаминов, содержащихся в растительной пище, также
благодаря лучшему экологическому состоянию окружающей
среды: воды, воздуха, почвы, продуктов питания.
- во-вторых, уход за зубами, судя по всему, в обозначен­
ное время жителями нашего региона все-таки имел место.
Наиболее вероятно, что зубной порошок заменяла опять же
зола, растираемая пальцем по поверхности зубов, а потом
удаляемая при помощи ополаскивания. Можно также пред­
положить, что остатки мясной пищи выковыривались и уда­
лялись обычной тонкой заостренной палочкой.
При всех, казалось бы, приемлемых условиях жизни лю ­
дей позднего бронзового века они все же находились в боль­
шой зависимости от погоды и иных природных явлений: за­
сухи, мороза, снегопадов и дождей, гроз и ураганов, навод­
нений, нашествия саранчи, эпидемий среди людей и живот­
ных и прочих бед, наносящих человечеству ощутимый урон.
Весной следующего года, после устойчивой оттепели,
когда практически сошел снег, и в тихих безветренных сол­
нечных «закоулках» пересеченной местности уже пробилась
первая зеленая травка, которую с большим аппетитом нача­
ли поглощать домашние животные, неожиданно, в течение
одного дня погода резко поменялась. В полдень на древнее
стойбище и прилегающую местность обрушился страшной
силы ураган. Небо покрылось темными тучами, из которых
ниспадала на незащищенную земную твердь ледяная крупа.
Стало окрест темно, холодно и страшно. Свистел ветер, кача­
лись кроны деревьев, слышен был треск где-то сломавшего­
ся под ударом стихии древесного ствола. Крупные, твердые,
ледяные катыши хлестали по едва появившейся нежной ли ­
стве, по туловам сразу замычавших и заблеявших животных.
Засверкала молния, послышались громовые раскаты при­
ближающейся грозы.
Бараз, утром ушедший на посевную делянку вместе со «ста­
ры м » конем, дабы прочертить на слегка согревшейся почве
первую борозду, спешно свернул работу и верхом на лошадке
помчался к недалекой лесной поляне, куда выгнал домаш­
них коз, овец и коров его сын Араш. До начала ненастья все
небольшое стадо мирно паслось под наблюдением опытного
пастушка, вооруженного лишь длинным кнутом. Теперь же
оно, пришедшее в панику, металось по поляне и между де­
ревьев, не зная, как спастись. В этих осложнившихся усло­
виях сын вожака растерялся, не представляя, что делать то ли пытаться собрать разбредшуюся скотину, то ли бежать
под студеным градом к себе в хижину - до того нестерпимо
больно лупил град по незащищенной голове, плечам и спине.
В замешательстве мальчик прижался к толстому стволу мо­
гучего дуба с подветренной стороны и замер в оцепенении,
устрашась, как он подумал, все сокрушающей силе злых духов.
Таким и нашел его Бараз, появившийся на мокром коне с
кровавыми ссадинами на лице и на открытых руках и пле­
чах - следствием безжалостных ударов валивших с неба л е ­
дяшек. Немало от этого же пострадал и старый конь.
Решение вожаком было быстро принято. Он усадил впе­
реди себя намокшего и плачущего сына и направил изне­
могшую лошадку к собственной землянке. Через короткий
промежуток времени они были на месте, где обеспокоенная
Можган сразу начала утешать и согревать взрослого сыноч­
ка. А Бараз, сменив коня и накинув на себя толстое одеяние
из волчьей шкуры и такой же колпак мехом наружу, устре­
мился к прозябающей в лесу скотине, не забыв перехватить
у сына столь нужный теперь кнут.
Буря продолжала свирепствовать, вздымая на реке огром­
ные волны, устилая белой рябью градин землю и траву и даже
ломая отдельные деревья, открытые напору сокрушающего
ветра. На исходной точке вожак был уже скоро, но ни одну
живую тварь из собственного стада в обозримом простран­
стве не увидел. Вся она разошлась и разбежалась, движимая
естественным страхом перед громом и молниями, перед шо­
рохами и стонами леса, перед безжалостным разгулом стихии.
Искать в этих условиях неизвестно куда переместившихся
овец, коз и коров было бессмысленно. Поэтому Бараз принял
решение ждать окончания урагана прямо здесь, на месте его
начала, ибо только отсюда можно будет правильно сориен­
тироваться и «вычислить», куда могла деться пропажа. Выб­
рав крону погуще, которая принимала на себя основной удар
града и дождя, вожак занял там наиболее удобное место,
успокоил коня, похлопав его по шее и ласково проведя рукой
по белой полоске на лошадиной голове, и стал терпеливо
ждать исхода жестокой погодной аномалии...
Как это часто случается, буря стихла также неожиданно,
как и началась. Через томительное ожидание, показавшееся
Баразу вечностью, он обратил внимание, что с неба перестал
валить град, уступая место продолжающемуся дождю. А вско­
ре и последний, как бы выдыхаясь из сил, замедлился, по­
мельчал, а потом и вовсе прекратился. Посветлело небо, обра­
зовались голубые прогалы в поднявшихся плотных облаках,
темные тени заскользили по земле, отображая движение туч
и короткие проникновения солнечного света. И стало нео­
жиданно тихо - только обильные капли с вымокшей листвы
шлепались на землю, создавая иной, более слабый и прият­
ный на слух шорох оживающего леса. Вскоре к нему присое­
динились трели, пощелкивания и попискивания смолкших
было перед лицом непогоды пернатых обитателей леса. Поя­
вилась уверенность, что можно начинать поиски пропажи.
Бараз подумал, что полезно было бы присоединить к этой
акции домашнего пса, всегдашнего спутника пастуха, вер­
ного помощника и сторожа, который быстро поймет, что
от него требуется. А посему, оседлав коня (как мы помним,
его кличка - Азар, что значит огонь), вожак сначала прибли­
зился на расстояние звука к своему жилищу и издал призыв­
ный свист, на который тут же откликнулся большой белый
пес, семейный любимец по кличке Раек (Снежок), друг взро^
слых и детей, умелый сторож и следопыт...
Повременив немного на прежнем, исходном месте, Бараз
прикинул, куда могли направиться испуганные животные,
уверенно тронул своего послушного Азара и подал знак вни­
мавшему ему Райку. Лошадь, собака и человек, цепляя по ходу
движения ветки и кусты, с коих на них обрушивались потоки
дождевой влаги, двинулись в выбранном направлении.
Два часа блуждали они по просыхающему лесу, обследова­
ли прибрежную полосу, и наконец, вымокшие насквозь, в од­
ном из неглубоких оврагов нашли сгрудившиеся остатки до­
машнего стада. Увы, среди них не было одной овцы и коровы,
главной производительницы столь необходимого семейству
молока.
В процессе дальнейших поисков обнаружилось, что кор­
милица погибла, придавленная упавшим дубом, а овечка за­
путалась в ветвях кроны этого же дерева и, устав блеять, л е ­
жала, мокрая и обессиленная, в лиственно-веточном густом
переплетении и жевала, как ни странно, обильную вокруг
нее листву. К этому времени погода окончательно разведри­
лась, и ласковое солнышко покрыло все вокруг ровным и яр­
ким весенним светом, как будто бы и не было совсем недавно
ужасающей картины разбушевавшейся стихии.
Напоминанием чему служила и погибшая пеструха, кото­
рой массивный ствол рухнувшего тяжелого дуба переломил
шею. Необходимо было срочно освободить уже охладевшую
беднягу от смертельной тяжести, с тем чтобы не дать про­
пасть увесистой массе говяжьего мяса. Одному с этим зада­
нием справиться было мудрено. Поэтому Бараз, собрав уце­
левших телят, коз и овец (в том числе вызволив «и з плена»
пострадавшую бедолагу), умело направил их к загону возле
собственного жилища - пощелкивая кнутом и подбодряя го­
лосом...
На исходное место он вернулся уже с лошадкой, запря­
женной в «волокуши», и с двумя помощниками - отошедшим
от передряги Арашем и средним сыночком Мехраном, кото­
рый также уже подбирался к претензиям на звание взросло­
го помощника. Ну и конечно, трое молодых особей мужского
пола быстро сделали все как надо. Освобожденное от упав­
шего ствола туловище пеструхи тут же, на соседней полян­
ке, освежевали, расчленили и оперативно доставили на «в о ­
локуш е» гору мяса и шкуру к хижине. Хозяйка дома и малые
дочери, только что узнавшие о произошедшей трагедии,
отчаянно заголосили, жалея лю бим ую скотинку, верно
снабжавшую молоком Бараза с супругой и всех их потом­
ков последние семь лет. Но делать было нечего - пришлось
смириться с потерей и подумать о приобретении новой
кормилицы. Таковая вскоре нашлась в соседнем семействе бурая со звездочкой во лбу и белыми «носочками» взрослая
телочка, только что принесшая первым своим хозяевам д о л­
гожданный приплод - крутолобого и озорного бычка...
От прошедшего урагана пострадало несколько хижин ветром были повреждены крыши землянок и деревянные
пристройки к ним. Погибли несколько овец и ягнят, погиб­
ла одна маленькая девочка, придавленная сорвавшейся
кровлей дровяного сарая. Повредило много вытяжных труб
на крышах землянок, а повешенное для просушки высти­
ранное белье сорвало с бечевы и унесло на середину реки,
где следы его быстро пропали из виду. От пережитого стрес­
са рухнули на лежанку две пожилые селянки - жаловались
на головную боль и на сильную одышку. Шаман с верной
птицей на плече прошел по хижинам, выявляя занедужив­
ших и предлагая им «св ои » рецепты оздоровления: пойти
к священному камню, принести малое жертвоприношение ощипанную тушку курицы или освежеванного зайца, сотво­
рить земной поклон, подержаться правой рукой за холод ­
ное и твердое навершие, а на ночь выпить отвар из ц елеб­
ных трав и цвета липы. Тогда лесны е духи, может быть, и
смилуются...
ПО ПРОШЕСТВИИ ВРЕМЕНИ
Солнце привычно вставало за рекой, огибая в течение лет­
него погожего дня ежедневный высокий полукруг в небес­
ной голубизне. Лето сменялось дождливой осенью, за кото­
рой следовали бесконечные зимние сумерки - с их морозами,
метелями и неизбежной скукой, объяснимой постоянным
пребыванием в замкнутом пространстве - хоть и уютным, и
теплым, и сытным. Хозяйка же дома все время убеждала род­
ственников, что если жизнь скучная, значит спокойная, что,
в свою очередь, означает, что живется нам безбедно и бла­
гополучно. Бараз и дети прислушивались к резонам хозяй­
ки дома, соглашались с нею, но все равно страдали от скуки
и втайне просили силы небесные, чтобы поскорее вступала в
свои права весна.
И она в итоге наступала и вносила в плавное течение
жизни всевозможное разнообразие. Не всегда оно было же­
ланным и радостным - приходилось озабочиваться новыми
тягостями и неизбывными трудами. Пахать, сеять, подправ­
лять осевшую землянку, заготавливать дрова, снаряжать
очередной поход за солью и металлом, ремонтировать рыбо­
ловные причиндалы и пополнять холодный погреб рыбны­
ми уловами. А кроме того, на противоположном берегу на­
чали маячить лошади, кибитки и люди, что было признаком
возвращения на старые пастбища невеликой орды кочевни­
ков: голов с тысячу лошадей, а значит не менее двухсот ки­
биток, в каждой по 4-5 человек. Из них две трети женщины
и дети. И хотя агрессивных намерений орда пока не прояв­
ляла, но правобережным селениям нужно было быть начеку.
Но несмотря на подчас тревожные ощущения, Бараз и его
семья, как и все их соплеменники, радовались наступлению
тепла, охотно занимались просушкой и проветриванием жи­
лища, зимней одежды, посадками на огороде, много времени
проводили возле реки - с удочкой в руках или просто отды­
хая - любуясь дневными солнечными бликами на играющей
несильной волне или наблюдая красивые малиновые зака­
ты, исчезающий за горизонтом ярко-оранжевый диск глав­
ного светила.
Бывший пленник Али из прошлогоднего стана кочевни­
ков прижился в селении, став своим человеком и полезным
работником. Он был теперь как бы главным специалистом
по части конного дела. Показывал новым коневладельцам,
как надо ухаживать за конем, какой рацион для него наиболее
полезен и благоприятен, как уберечь его от болезней и травм,
какую сбрую надо иметь для тягловой, а какую для верховой
лошадки. В экипажах он меньше соображал, но смышленые
селяне сами определились, как, из чего и в какое время надо
мастерить и готовить телеги, «волокуши» и сани для работы.
Жил Али в отдельной землянке, сам себя обслуживал в
плане питания и наведения в доме порядка - хотя привычки
его к удобству и комфорту, полученные в кочевом сообщест­
ве, были минимальны - никаких особых разносолов, нарядов
и привычных оседлым жителям правил гигиены. Невысо­
кого роста, быстрый и подвижный, он был одет всегда оди­
наково - серый зипун, меховая жилетка (шерстью наружу),
примятый колпак на голове, на ногах мягкие сапожки без
каблуков из бараньей кожи. На боку - невеликий кинжал, в
руках - плетка с длинным «языком». Узкоглазый, скуластый,
темноволосый, чем выделялся из окружения, представлен­
ного европеидными типами лиц и сложений.
За время своего пребывания «в п лен у» он достаточно
быстро научился говорить на языке поселенцев, держался
вежливо, работал охотно, без принуждения, чем завоевал
определенное доверие у окружавших его людей. Только ша­
ман относился к нему настороженно и придирчиво, почему
Али, чувствуя это, всячески старался не попадаться Ворону
на глаза, испытывая объяснимый страх перед этим непонят­
ным и страшным пучеглазым и длинноносым чудищем.
Между тем слухи о внедрении верховых лошадей достиг­
ли соседних дружественных селений, и к Баразу зачастили
оттуда своеобразные «делегации» во главе с вожаками. Все
они просили помочь им обзавестись нужными лошадками и
научить своих охотников и воинов обращению с ними.
Вопрос этот был довольно сложный. Когда Бараз посове­
товался на эту тему с Али, тот надолго замолчал, обдумывая
неожиданное предложение поспособствовать соседям в зна­
комом ему ремесле, затем сузил и без того узкие свои гла­
зенки и, картавя и путаясь в словах, все же сумел объяснить
вожаку, каковы здесь трудности и проблемы.
По его разумению, нужное количество лошадей можно
раздобыть только у его бывших соплеменников. Причем
увести их хитростью, обманом или с помощью силы сложно
и опасно - из прошлогодней истории с кражей десяти ска­
кунов и пропажей одного пастуха кочевники сделали свои
выводы, и второй раз «п ровернуть» аналогичную аферу на­
верняка не получится. «Поэтому, - Али придвинулся к Баразу
и зашептал ему как можно членораздельней и убедитель­
ней, - нужно и можно лошадей купить или обменять на чтонибудь ценное, по мнению заречных соседей. А ценным для
них могут быть металлические (золотые, серебряные, брон­
зовые, медные) украшения, соль, оружие, бытовые предме­
ты (посуда, инструмент, тканные материи). Изделия из кожи
им не нужны - они сами давно научились делать из нее и
одежду, и обувь. И добиться цели можно, только ведя с со­
седями доброжелательный и деловой разговор, но мне са­
мому (то есть А ли ) появляться там нельзя - сразу убьют,
сочтя мою особу перебежчиком и изменником. Но через
оставшихся у меня хороших знакомых на левом берегу мож­
но с моей помощью договориться о встрече с тамошним
вождем или ханом на предмет деловых переговоров. Фу...» выдохнул Али, явно устав от столь длинного косноязычия
и непривычного многословия.
Тем не менее, Бараз все с трудом изреченное понял и счел
доводы бывшего кочевника вполне резонными, почему во
время очередного визита старейшин соседнего селения вы­
сказал им единственно приемлемый план действий, заклю ­
чавшийся в установлении торгово-обменных связей с коче­
выми племенами. Причем намекал, что связаться с нужны­
ми в этом плане начальными людьми он поможет, ну а даль­
ше... Там уж нужно будет самим соображать и добиваться
желаемого. Гости согласились с приведенными доводами,
и реализация задуманного плана перешла в практическую
плоскость.
...В ближайшую ночь Али тайно переправился на левый
берег, нашел близ скопища отдыхающих кибиток и людей в
них пасущийся табун и выяснил, кто из соплеменников его
охраняет. Его он «вы чи сли л» по приметной трехцветной
лошади, регулярно объезжающей хрупающий травку кон­
ный табун и принадлежавшей ровеснику и другу детства
А л и - хромоногому юноше, но умелому пастуху и наездни­
ку по имени Сивуш. В нем можно было быть уверенным - не
подведет, не выдаст, не предаст.
Естественно, Сивуш сильно испугался, когда в кромешной
темноте Али сначала окликнул его тихим голосом, а потом
приблизился. Ибо считался неведомо куда пропавший кол­
лега пребывавшим на том свете. Но, поговорив с Али, Сивуш
поверил в произошедшую с другом историю и вник в дело­
вую суть ночного визита. Обещал доложить своим началь­
никам о возможности выгодного обмена, а в случае благо­
приятного решения дать условный сигнал - с тем чтобы
«покупатели» могли безбоязненно переправляться и вес­
ти нужные переговоры с «продавцами».
Через несколько дней такой сигнал правому берегу был
подан: ночью в условленном месте запылал хорошо види­
мый в темноте костер - это было приглашение явиться для
диалога на оговоренную тему.
Не вдаваясь в подробности, скажем, что сделка успешно
завершилась, к удовлетворению обеих сторон. За десяток
лош адей-трехлеток их хозяева получили увесистый кожа­
ный мешок с серебряными и бронзовыми украшениями (в
том числе изящными небольшими фигурками лошадей), не­
сколько штук шерстяных материй, разнообразную распис­
ную посуду, а также большое количество новеньких метал­
лических наконечников для стрел.
Так проявились в наших краях первые признаки мирно­
го сосуществования разноплеменных народов, основанные
на торговом и коммерческом интересе.
Немалую роль в становлении нового этапа развития чело­
вечества в этой части земного шара сыграла лошадь.
Встреча с соплеменником для Али оказалась судьбонос­
ной, даже роковой. Вспомнилась ему привольная жизнь в
бескрайней степи, тысячные стада разнообразной домашней
живности, которую он умело охранял, уютная юрта, устлан­
ная войлоком и шкурами, дорогие лица родителей и братьев,
свобода и воля, так явственно ощущаемая в открытом, про­
дуваемом всеми ветрами пространстве, в удобном седле и на
быстроногом коне, способном умчать тебя, куда заблагорас­
судится. И не выдержал молодой человек обретенной неволи
на правом берегу, хотя и снискал здесь определенное дове­
рие и уважение со стороны новых хозяев. Почему и пришло
к нему непростое решение - вернуться к истокам, к беспо­
койному образу жизни степняка и кочевника.
Поговорив на эту тему сначала с Сивушем и получив
одобрение своему намерению, Али решился бежать, благо
за пленником уже давно перестали следить и предоставили
ему полную свободу перемещения в пределах территории
селения и в прилегающих угодьях. Но существовала одна де­
ликатная проблема - нужно было явиться к родному очагу
не с пустыми руками, а с каким-то весомым подарком вождю
кочевого племени - дабы тот простил беглецу его годовое
отсутствие, хотя и вынужденное, сделанное под давлением
обстоятельств. Крепко подумав, какому бы подарку мог об­
радоваться заречный пожилой вождь, Али пришел к выводу,
что наверняка его прегрешения забудут, если он доставит
в распоряжение начальника-хана юную красивую девушку.
Эта добыча всегда ценилась у воинственных народов - наря­
ду с добротным конем или изящным функциональным ору­
жием - кинжалом, копьем либо тонко сработанным луком
с колчаном стрел. Ценились также меховые, тщательно вы­
деланные шубы, сюртуки и жилеты из шкуры ценного зверь­
ка - соболя, куницы, бобра, горностая. Но ни подходящего
оружия, ни дорогих мехов, ни достойных лошадей в правобережном селении не было. Поэтому Али решил остановить
свой выбор на местной красавице, способной обрадовать
его строгого и рассерженного вождя. С тех пор он стал вни­
м ательно присматриваться к тутошним молодым девуш ­
кам, чья красота лица и совершенство тела наверняка будут
по достоинству оценены. После пристрастного анализа и му­
чительных умозаключений бывшего пастуха в качестве воз­
можной «жертвы» была выбрана четырнадцатилетняя дочь
умелого охотника и храброго воина, статная и гибкая грация
по имени Парасту (ласточка), предмет воздыханий многих
здешних молодых людей.
Али проследил, в какое время и где девушка бывает, по­
могая матери по домашнему хозяйству, проводя короткий
досуг в обществе местных подруг, совершая «вы лазки» в лес
за ягодами или грибами или на берег реки, чтобы искупаться
и погреться голышом на чистом песочке. Правильно оценив
достоинства Парасту, Али, как выяснилось, не учел великой
опасности затеянной им рискованной игры...
Он планировал похитить девушку во время ее пребыва­
ния в лесу, связав и заткнув ей рот, далее взгромоздить ее
поперек лошадиного туловища, самому быстро прыгнуть в
седло и умчаться вниз по реке в облюбованный лесок, отку­
да начать переправу на противоположный берег. Этот при­
митивный план потерпел крах в самом начале операции. При
приближении экс-кочевника, казалось бы, к обреченной кра­
савице, та по необычному выражению лица Али разгадала
его недобрые намерения и отчаянно заголосила, что услы ­
шали находящиеся неподалеку соплеменники - мужчины и
женщины. Поспешив к месту события, трое взрослых мужи­
ков увидели трепыхающуюся в «объятиях» Али знакомую
девушку и быстро приняли решение. Али был убит наповал
ударом здоровенной дубины, что на всякий случай таскал
с собой повсюду один из спасителей Парасту.
Отец ее позже благодарил его и добрых духов, сделав
необходимое «жертвоприношение» - отнеся к священному
камню пойманного им накануне здоровенного осетра. Осо­
бенно был доволен Шаман, с самого начала недолюбливав­
ший пришлого кочевника и ожидавший от него какого-либо
подвоха. И как выяснилось, мудрый старик оказался прав,
что вызвало дополнительное уважение к нему со стороны
разволнованных этим чрезвычайным событием поселян. Те­
ло Али волоком оттащили от селения в глухой лес и остави­
ли его там на съедение хищным зверям. На левом берегу об
этой истории в итоге ничего и не узнали. Только Сивуш, хра­
ня тайну, так и не получил весточки от друга детства, ко­
торую продолжал ждать еще долго, и мучился вопросом, от­
вет на который был ему неведом... А Парасту со временем
отошла от пережитого стресса и вскорости вышла замуж за
своего давнего воздыхателя из родного селения.
Принесенная рыбная жертва из реки-кормилицы серому
камню не осталась незамеченной Баразом, который контро­
лировал каждое новое явление или свершение в городище.
Вожак впервые увидел такой крупный экземпляр рыбы, ко­
торую он и сам не раз вытаскивал из темной речной глуби­
ны, но гораздо меньших размеров. Заинтересовавшись этим
вопросом, Бараз отыскал знатока рыб и рыбной ловли - по­
жилого местного жителя Бехрама, коий с детских лет увле­
кался этим промыслом и знал все и вся об обитателях реч­
ной стихии - рыбах, больших и малых, раках, ужах и змеях,
ондатрах и бобрах, лягушках и жабах и других тварях, назва­
ния которым в те времена еще не придумали.
В один из погожих летних вечеров, когда все дневные дела
и заботы были завершены, на окрестное пространство спус­
тился долгий светлый вечер, а в установившемся безветрии
и в темнеющем небе отчетливо проявился серп набирающе­
го силу месяца, Бараз подошел к землянке рыболовного ку­
десника и попросил его выйти - посидеть с ним на обрубке
бревна, что заменяла лавочку близ входа в каждую землянку.
Бехрам охотно откликнулся и, удобно устроившись на при­
вычном месте рядом с вожаком, поведал последнему все, что
знал.
Так вот выяснилось, что рыба-осетр, как и его близкие
«родственники» по рыбной породе (севрюга, белорыбица и
стерлядь), в весенние дни валом идет в верховья реки на
нерест. Бывают осетровые рыбины очень крупными - в че­
ловеческий рост, и мясо у них чрезвычайно вкусное, и кос­
тей в нем практически нет, есть только хрящ-позвоночник.
Ловить его, осетра, надо ранним летом, когда он возвра­
щается в нижние воды после икрометания. Ежели очень
хочется отведать той самой икры, то охотиться за сей ры­
биной можно и в более ранние сроки. Но помнить надобно,
что из икры-то получаются эти же самые красавцы, почему
и беречь надо рыбьих самок с полным нутром икринок грех великий всю молодь уничтожать. Рыба эта придонная,
любит темную глубину, лучшей приманкой для нее служит
дождевой червь. Несколько их штук складывают вместе и
опутывают прочной ниткой - чтоб в воде не развалилась
приманка-то. Ибо ждать поклева приходится иногда ох как
долго. А снасть должна быть прочная, осетры-то - добыча
тяжелая и сильная, мудрено ей завладеть без крепких уси­
лий. И места надо знать, где сии рыбы водятся, и прикорм
постоянно производить - тогда и удача рано или поздно
случится.
Бехрам, коснувшись любимой темы, не мог остановить­
ся и выложил вожаку еще много интересных, ранее мало
кому ведомых сведений. Оказывается, есть у осетра «стар­
ший брат» (а может, «сестра»?) - по размерам просто речное
чудовище, до двух человеческих ростов в длину, голова ог­
ромная (Бехрам сделал из собственных рук круг), а весом неподъемный, нужна дюжина сильных мужиков, чтоб его
из воды на сушу вытянуть. Сила в нем необычная - коль за­
цепится за крючок снасти, может рыбака в воду утянуть или
лодку с добытчиками таскать по реке сутки или более. Зо­
вут сие чудище белуга. Водится она больше в соленых мо­
рях, куда река наша стекает. Но на нерест опять же идет в
пресную воду, в реки и глубокие ручьи, что впадают в тот са­
мый соленый водный бассейн.
Сей речной зверь - отменный хищник, и более всего он
лю бит селедку и воблу, что косяками идет вверх по весенней
воде. А живет эта рыба-великан долго - говорят, до ста лет.
Ловить его надо на приманку из крупной рыбины, и крю­
чок должен быть массивным и прочным, а крепить его надо
на просмоленной толстой бечеве, чтобы не разорвала, не по­
вредила снасть чудо-рыбина, когда почует, что попалась
на наживку ловцов. Ежели с лодки или плота ловить такую
страсть, то посудина должна быть большой - дабы умести­
лось в ней не менее десяти крепких мужиков. В противном
случае может утащить белуга горе-рыбака в воду, а там выр­
ваться и уйти на глубину - ищи ветра в поле!
Помнить при этом надо, что если рыбину удастся подта­
щить к борту лодки или к краю плота, то нужно постараться
оглушить ее ударом тяжелого молота или дубины по голове,
и при этом зацепить ее тулово баграми - штук пять-шесть.
Только так ее можно вытянуть из воды. Ну и нужно бы ть
готовым, что борьба с пойманной белугой может длиться
не один час. Она способна долго плыть с натянутой бечевой,
транспортируя за собой лодку с рыбаками. Только основа­
тельно уставшую ее можно добыть.
Ушел Бараз от рассказчика под большим впечатлением.
Естественно, захотелось ему попробовать выловить рыбувеликана. Привлекали и запасы рыбьего мяса в этом случае,
а главное - сознание, что вожак Бараз должен быть в глазах
семьи и всего поселения умелым добытчиком, мастером на
все руки, способным учинять успешную охоту не тольк о на
крупного зверя, но и на еще более крупную рыбу. На благо
всех живущих родственников и соседей.
Памятуя о своем намерении, вожак в ближайшие же
дни тщ ательно обследовал свою лодку. На ней он выходил
в прикормленные места за островом для добычи обычной
частиковой рыбы - судаков, лещ ей и сазанов. Помогал ему
лишь старший сын - Араш. Вместе они приносили в землян­
ку с рыбалки приличный улов - не менее десяти крупных
рыбин длиной в руку взрослого человека. Свежие уловы
поглощались семьей за день-два. Одну рыбину - чаще зу­
бастую щуку, Бараз преподносил шаману, для этого посы­
лал к его хижине младшего сына - восьмилетнего Ремана.
Тот гордо шел по селению, таща на вздетой под жабры пал­
ке хищную красавицу - размером чуть меньше довольного
пацана. Рыбу он клал на пороге Воронова жилища и свис­
тел, обозначая свой приход с гостинцем. В ответ на услов­
ный сигнал ворон-птица громко каркала на коньке крыши,
как бы подтверждая, что подношение принято. Колдун вы­
ходил и подбирал подарок немного времени спустя. Такому
важному и вальяжному человеку негоже бы ло проявлять
суету и торопиться...
Для успешной рыбалки на белугу необходимо было выяс­
нить у Бехрама, где находятся в ближнем расстоянии от се­
ления места обитания рыбы-великана. Бараз знал, что све­
дения эти являются тайной умелого добытчика, которого
нужно непременно «умаслить», чтобы получить от него нуж­
ную информацию. Поэтому в качестве подарка был выбран
добротный кинжал, который Бараз привез из последнего
путешествия к уральским металлургам. Кинжал был остро
отточенный и с наборной каменной ручкой в красивых кожа­
ных ножнах - в деле его охотник еще ни разу не использовал.
Бехрам, увидев такое сокровище, охотно согласился не толь­
ко указать прикормленные заводи за островом на речном
стрежне, но и обещал вожаку участвовать в деле как знаток
и советчик и как умелый добытчик именно этого речного ги­
ганта.
На следующий день оба рыбака еще раз обследовали лод­
ку Бараза. Бехрам нашел ее вполне пригодной для ловли бе­
луги, но посоветовал еще раз просмолить некоторые, подо­
зрительные на течь места и заменить одно из весел - слегка
расщепившееся и полусгнившее. Что и было сделано.
Ну и настал день той самой ответственной в жизни по­
селения рыбалки. По совету Бехрама в Баразову лодку усе­
лось шесть крепких мужчин (включая хозяина и «проводника-егеря»). Бехрам счел такое количество ловцов доста­
точным. При них была прочная снасть с толстым м еталли­
ческим крючком, емкость с дюжиной живых «наж ивок» селедок и воблы, а также 5 багров с острыми крючьями. Дли­
на бечевы была не большой и не маленькой, а такой, какой
указал опытный Бехрам: чтоб зацепленная рыбина могла ма­
неврировать, выдыхаясь, но не отходила от лодки слишком
далеко - дабы можно было видеть и чувствовать, где она на­
ходится. Ранним утром вся «рыболовецкая артель» отплыла
от поселкового берега в направлении, указанном Бехрамом.
Шли на веслах довольно долго, обогнули встречный остров
и вошли в тихую прибрежную заводь в обрамлении густо­
го тальника и молоденьких ив. Бехрам скомандовал полную
тишину, последние гребки были сделаны, и лодка остано­
вилась недалеко от песчаной отмели, круто спускающейся
в воду. Заводь была глубоким омутом и совершенно пустын­
ным местом. Испугавшись пришельцев, с шумом поднялась
из-за ближнего куста серая цапля и, мягко хлопая крыльями,
скрылась из виду. Прошмыгнули мимо лодки в прибрежную
траву водяные крысы и два желтоголовых ужа. Воцарилась
окрест мертвая тишина. Бехрам осторожно, придвинувшись
к носу, ухватил приготовленную снасть с прицепленной к его
концу наживкой и тяжелым грузилом в виде камня-голыша
с просверленным в нем отверстием и, раскачав ее посильнее,
выбросил подальше. Наживка и грузило, после несильного
всплеска, ушли на дно заводи.
Теперь оставалось запастись терпением и ждать. Грузило
и поплавок были закреплены на бечеве так, что находящая­
ся там же приманка - спрессованные особой сеточкой воб­
лы-рыбины, слегка лежалые, источавшие аппетитный для
хищника аромат, располагалась аккурат чуть выше речного
дна. Поплавок на поверхности воды в виде небольшой до­
щечки контролировал неприкосновенность (или наоборот)
наживки и своевременно давал соответствующий сигнал
рыбакам.
И наступило долгое напряженное ожидание. Все шестеро
рыбаков замерли на своих сидениях-поперечинах, вперив­
шись взглядом в замершую на водной поверхности дере­
вяшку. Тревожная тишина нарушалась редкими посвистами
крыльев пролетающих мимо уток да дальними кваканьями
лягушек. Несколько раз поплавок-дощечка слегка шевель­
нулась от какого-то глубинного прикосновения, но Бехрам
подал знак - нет, это не то, надо продолжать ждать более
явственного и интенсивного воздействия на приманку.
Неизвестно, сколько времени еще прошло в тягостном без­
действии, руки и спины рыбаков стали уставать от пребы­
вания в неподвижной позе. Минуло, очевидно, полдня - судя
по тому, что солнце поднялось уже высоко и начинало осно­
вательно пригревать. Здесь Бехрам неожиданно скомандо­
вал всем участникам охоты причаливать к берегу, дабы под­
крепиться и отдохнуть. При этом добавил, что днем рыбина
наживку не возьмет, она отдыхает где-нибудь в кромешной
тьме в глубокой придонной яме. Надо ждать вечера. Бехрам
передал одно из весел Баразу, а вторым начал подгребать к
берегу.
...День прошел, можно сказать, в праздном бездельи.
Обедали, сварив уху из свежеловленного судака, закусывая
прихваченными из дома лепешками и луком, дремали под
кустами ивняка, тихонько разговаривали обо всем: о пого­
де, о семьях, о скотине, о ближайших нуждах и планах, а глав­
ное - о чудо-рыбине, которую ох как хотелось поймать. Бех-
рам еще раз рассказал все, что знал о белуге, приврав немно­
го для острастки, что сей водный зверь умеет разговаривать
на своем рыбьем языке^ и он де сам слышал, как тот, зацеп­
ленный за крючок, звал на помощь своих товарищей, что-то
вереща и вздыхая - дабы помогли ему, так уверял рассказчик,
освободиться от удерживающей его бечевы. Рыбаки слушали
россказни бывалого человека, открыв рты.
Между тем день клонился к вечеру. И когда солнце повис­
л о невысоко над горизонтом, предвещая скорое наступле­
ние сумерек, Бехрам скомандовал возвращение на исходную
позицию. Вновь все участники рыбалки (а скорее охоты) за­
мерли на лодке, ожидая шевеление поплавка. А он все ос­
тавался неподвижным. Но с наступлением темноты, когда
Бараз запалил факел и подержал его над замершей темной
водной поверхностью, через короткий промежуток желан­
ное событие свершилось.
Деревяшка поплавка резко приняла вертикальное поло­
жение и начала стремительно уходить под воду. Бараз и дру­
гие рыбаки, удерживающие бечеву, почувствовали, как она
натягивается неведомой подводной силой, что вынудило их
крепче сжать ладони, обернуть ускользающий канат вокруг
туловища, а кто и вокруг сидений-поперечин. Бечева натяну­
лась до упора, и лодка медленно стронулась с занятой пози­
ции и устремилась вслед за невидимой в кромешной тьме
белугой. Это была она - так сразу же объявил взбодрившим­
ся товарищам знаток Бехрам. Он же предупредил, что начав­
шееся путешествие вслед за добычей будет долгим - если
добрые духи помогут, то к рассвету управимся.
Так оно и случилось. Благо, что рассвет летом в этих краях
бы л ранним. Проплутав по ночной воде в общей сложности
не менее четверти суток, рыбаки почувствовали, что силы
невидимой пока добычи начали иссякать. Белуга замедли­
ла ход, часто останавливалась, как бы переводя дух. Однов­
ременно с ней делали то же самое и рыболовы, изнемогшие
удерживать рыбного гиганта «на поводке». Окончательно
выдохлась белуга близ еще более дальнего острова, в по­
хожей заводи, недалеко от песчаной косы. Что делать даль­
ше, знал один Бехрам. Необходимо было теперь подтянуть
обессиленную добычу к лодке, дабы оглушить ее, а даль­
ше попытаться вытянуть либо в лодку, либо на берег. Как
ни старались здоровые мужики, из невеликого судна это
сделать у них не получилось. Пришлось всем уставшим тру­
женикам опуститься в воду, благо ноги их доставали дно, и,
не выпуская из рук бечевы, а только «разматывая» ее, самим
достичь берега. Здесь была более твердая опора для ног,
чтобы утроить применяемое усилие. Под дружные слова
команды, выстроившись в линию с бечевой на плече, рыба­
ки смогли наконец-то стронуть с подводного места упирав­
шуюся белугу. Сделав напряженных двадцать шагов, люди
увидели громадную и страшенную голову рыбины, бившую
хвостом и сопротивлявшуюся производимому насилию. Этого-то и ждал предусмотрительный Бехрам. Он быстро отпус­
тил бечеву, схватил приготовленную заранее кувалду и с
силой опустил ее на голову. И сделал это неоднократно. Реч­
ной «зверь» был таким образом парализован и окончатель­
но прекратил сопротивление. Осталось дело за малым - вы­
тянуть обездвиженное тулово на берег.
Два человека продолжали тянуть бечеву, а четверо осталь­
ных, вооружившись баграми, зацепили обездвиженную тушу
и все вместе волоком, оставляя на песке ручейки крови и глу­
бокую «р ы тв и н у» от непомерной тяжести чудо-рыбины,
рывками вытянули ее на земную твердь. Уселись, усталые,
около добычи, дабы перевести дух. А потом, движимые лю ­
бопытством, тщательно обследовали белугу. В итоге сочли ее
похожей на обычного осетра, но уж больно велика, два чело­
веческих роста - оторопь берет.
Ну а дальше была долгая и тщательная работа по раздел­
ке туши. Только отдельными кусками ее можно было пере­
нести в лодку (отчего та существенно «п росела»), а потом
отправиться в сторону селения. А голову отделили целиком планировалось ее отдать шаману - как еще один впечатляю­
щий экспонат в его устрашающей коллекции.
Все население поселка встречало победителей - рыбаков,
оглашая берег радостными криками. С удивлением и страхом
смотрели взрослые и дети на то, что осталось от речной гро­
мадины. Ну а потом по справедливости рыба была поделена
между семьями. В каждой из них она пошла в употребление
в разном виде - вареной, жареной, копченой, соленой, суше­
ной. Хватило всем белужьего мяса надолго. Шаман выразил
удовлетворение полученной страшной огромной головой ры­
бины, в подтверждение чего громко выкрикнул что-то нечле­
нораздельное, а его пернатый помощник столь же громко из­
дал что-то похожее.
...К исходу лета стало ясно, что урожай в этом году бу­
дет обильным. Травы, грибы, орехи и ягоды также удались
на славу. В лесу умельцы-добытчики нашли и опустошили
четыре колоды дикого меда. Ранней осенью в облавной охо­
те на оленей удалось «завалить» аж три взрослых особи. Все
ш ло к тому, что в ближайшие полгода данное небольшое
людское сообщество будет пребывать в достатке и доволь­
стве. Эту же версию подтвердил и шаман, углядев в располо­
жении звезд какие-то благоприятные символы.
Увы, произошедшие вскоре события напрочь перечеркну­
л и радужные ожидания.
ИСПЫТАНИЯ И ПРЕОДОЛЕНИЯ
Как можно уяснить из вышеизложенного, о перебежчике
(или пленнике) Али на левом берегу, в стане недружествен­
ного кочевого племени, знали только пастух и объездчик Сивуш. Когда Али исчез (напомним, он был убит при попытке
похищения девушки - соседки Бараза), кочевник, истомив­
шись ожиданием и мучимый вопросом: что же произошло? решился втайне от соплеменников учинить собственное рас­
следование. В один из сереньких пасмурных дней, во второй
половине лета, обговорив со старшим пастухом свою отлучку
на короткий срок, Сивуш, хорошо знавший местонахождение
бродов через реку, осторожно на собственном добром коне
переправился на правый берег и углубился в прибрежный
лес, надеясь подойти к селению незамеченным - дабы понаб­
людать за соседями, желая внести какую-то ясность в измо­
тавшую его неизвестность. Пробираясь зарослями густого
хвойно-лиственного леса, Сивуш нежданно под копытами
лошадки узрел растерзанное человеческое тело, над кото­
рым кружила и жужжала немалая стая зеленых мух. Снача­
ла кочевник хотел объехать гниющие останки, но вдруг об­
ратил внимание на кнут, что сжимала рука покойника. Он
сразу узнал этот предмет, который был собственностью его
друга Али. Кнут был приметным - с черешневой красноватой
рукоятью, плетеным из желтой кожи «язы ком» и такой же
узкой овальной лентой, оставшейся на запястье убиенного
кочевника. Эту непременную принадлежность каждого л о ­
шадника Сивуш неоднократно видел в руках покойного дру­
га и даже попросил однажды дать ее подержать и рассмот­
реть подробнее. Здесь ошибки быть не могло.
Труп был обезображен - постарались лесные хищники,
одежда была также разодрана, и никаких иных признаков
того, что это был именно Али, кроме кнута, в сохранившихся
останках не было. В результате, преодолевая запах гниения,
Сивуш соскользнул с коня и снял с поврежденной чьими-то
зубами кисти тот самый кнут. Постоял, подумал, вспомнил,
как с живым Али они состязались в скачках на лошадях. И
решил предать тело земле. В стороне от рокового места вы­
рыл кинжалом могилку и, зацепив арканом то, что осталось
от Али, передвинул останки к вырытой яме. Заровнял место
захоронения выброшенной землей, положил на небольшой
холмик тяжелый булыжник, а сверху - веточку кедра. Встал
на колени и, мысленно обращаясь к лесным духам, попросил
их об упокоении тела и вознесении души ушедшего в небы­
тие друга. И заплакал чувствительный Сивуш, и неожиданно
почувствовал в себе жажду отмщения за безвинно (в этом
можно было быть уверенным) погибшего друга.
Возвратившись в свою юрту на левом берегу, пастух спря­
тал в сундучке памятную реликвию и проследовал к месту
нахождения охраняемого им табуна. Там занялся привычной
работой - выпас косяка лошадей из четырех десятков осо­
бей, принадлежавших племени. Распоряжался ими и вообще
бы л своеобразным вожаком кочевого сообщества (позже его
будут называть ханом) умелый и храбрый воин по имени
Аббас (тридцати лет от роду), что значило жестокий. У него
бы ло в подчинении до пятисот мужчин-воинов и значитель­
но больше женщин, стариков и детей. Все они в большей или
меньшей степени были заняты на разных промыслах огром­
ного скотоводческого хозяйства - ведь Аббас владел и мно­
гими другими табунами, кочующими по ближним и дальним
пастбищам заречной степи.
Сивуш не знал, как отомстить оседлым соседям за смерть
друга, и поэтому решил пока не торопиться и тщ ательно
обдумать возможное развитие событий. Несколько дней он
был рассеянным и задумчивым - это заметили и его друзьяпастухи, и домашние (жена и мать) в юрте. Но ничего кон­
кретного на их вопросы Сивуш не ответил - сомневался и
побаивался. Побаивался того, что раскрытая тайна вызовет
волну возмущения в племени, и тогда не избежать нападения
на правобережное поселение, что чревато большой кровью
и потерями с обеих сторон. А может быть, придется умереть
за правду и самому.
Прошло несколько дней, и Сивуш, измученный горест­
ными размышлениями о судьбе друга, не выдержал. Явил­
ся в юрту Аббаса и после недолгого ожидания был допущен
слугами пред светлы очи хана-вождя. Хотя эти «о ч и » были
почти черными, брови насупленными, а взгляд злобный и
острый как кинжал.
Войдя в юрту, Сивуш упал на колени и склонил голову пред
местным владыкой. Далее ему приказали подняться и гово­
рить. Волнуясь и запинаясь, бедный пастух выложил все, что
довелось ему увидеть и узнать в последние дни. И предъявил
начальнику найденный близ трупа кнут. Аббас заиграл жел­
ваками, рассматривая неопровержимую улику, и неожиданно
с силой ударил тем самым кнутом по голове доносчика. Баг­
ровый рубец выступил на щеке и шее Сивуша. Почему рань­
ше молчал? Почему утаил прошлогоднее исчезновение соб­
рата? Прочь с глаз моих, позже распоряжусь о судьбе твоей,
несчастный!
И слуги с силой вытолкали из богатой юрты бедного пас­
туха, дав ему чувствительный удар по ягодице - что он бук­
вально вылетел наружу и упал, растянувшись на зеленом
газоне перед расшитым пологом, что прикрывал вход в жи­
лище Аббаса.
Не ожидавший такого поворота Сивуш медленно под­
нялся и, глотая слезы обиды, поплелся к верному своему
другу - соловому коню, оседлав коего двинулся на паст­
бище. Он теперь уже раскаивался, что заварил эту кашу,
итог которой не сулил ни ему, ни кому другому ничего хо­
рошего.
Но, как выяснилось, не сомневался ни в чем злобный и
решительный Аббас. И через три дня трое лазутчиков из
кочевого племени тайно переправились на правый берег и
произвели, говоря нынешним языком, разведку местности,
прилегающей к поселку оседлых земледельцев, охотников и
рыбаков. Аббас вознамерился произвести на него внезап­
ное нападение, поразить все мужское население, а женщин
и девушек взять в полон. При этом не грех поживиться бо­
гатой добычей из скота, имущества, оружия, домашней утва­
ри, одежды и украшений. Ну и конечно, заготовленные про­
дукты, фураж, дрова - это тоже могло стать ценной добычей.
Не забыть и имевшиеся в племени колесные и санные экипа­
жи и лодки. Все это пригодится и кочевникам - коли случит­
ся нужда.
Наказание Сивуша вылилось в отстранение его от пас­
тушьего дела и перевод в разряд воинов - тех, кто участвует
в набегах на инородческие поселения, встает на защиту соб­
ственных интересов племени, сражается с врагом, не щадя
ни его, ни себя. Для бывшего пастуха (имевшего, как мы пом­
ним, увечье) это было немалым испытанием, ибо он получил
приказание в ближайшее время освоить стрельбу из лука,
ум ело применять кинжал, копье, меч, использовать защит­
ные средства - щит, шлем, прочные накладки на грудь и спи­
н у из толстой кожи, кольчуги и листовой бронзы.
Все подготовительные мероприятия к вторжению в пра­
вобережное поселение кочевникам удалось сохранить в тай­
не от противника.
Ничего не подозревавшие Бараз и его земляки жили обыч­
ной жизнью, характерной для ранней осени. Собирался уро­
жай, наполнялись закрома и погреба поспевшими злаками,
овощами, соленьями, сушеными фруктами и ягодами. Шла
уже и заготовка фуража и дров на зиму - Бараз и его сы­
новья с помощью своих лошадок приволокли из леса не од­
ну вязанку ломкого хвороста и высохших стволов, а также
сделали изрядный запас сена. Хозяйка жилища также труди­
лась день и ночь - ткала материи для одежды, шила разнока­
либерные рубашки, штаны, платья, блузки и юбки для раз­
нополых и разновеликих детей, хлопотала вокруг очага, без
конца готовя пищу для шестерых ртов, ухаживала за скоти­
ной, наводила порядок в хижине и на огороде. Доля женская
в те времена была нелегкой, и Можган, будучи еще молодой
и сильной женщиной, с честью справлялась со своими беско­
нечными и непростыми обязанностями.
А на левом берегу зрела жажда отмщения. Хан Аббас сде­
лал достоянием всего племени сведения об убийстве Али,
показал всем интересующимся злополучный кнут, который
многими был опознан как собственность пастуха, и тем са­
мым вызвал бурю негодования кочевого племени, готово­
го теперь наказать злодеев-соседей за кровавое сверше­
ние. На «военном совете» при участии самых авторитет­
ных воинов и «п редводителя» Аббаса был выработан
план нападения, включавший предварительную разведку, а
затем внезапную атаку, в ходе которой было решено не ща­
дить особей мужского пола (независимо от возраста), а так­
же старух. Женщин, девушек и девочек брать в плен, дабы
делать их рабынями и наложницами. Ну и не забыть захва­
тить как можно больше разнообразной добычи. Колдуна, про
коего наслышаны были кочевники, решено было оставить
в живых - не хотелось связываться с носителем «нечистой
силы», от которого можно ожидать много непонятных и хит­
роумных козней. А жилища и постройки разрушить и пре­
дать огню. Таковы были правила военного противостояния
в те далекие времена.
Через несколько дней после произведенной разведки и
детальной выработки плана действий каждого из участни­
ков операции тридцать воинов-кочевников на собственных
скакунах отошли на значительное расстояние от занимаемо­
го места вверх по реке и совершили скрытую переправу. Это
бы ло ранним утром. Далее цепочка всадников, держа нагото­
ве луки, сабли, кинжалы и щиты, легкой рысью приблизилась
к обреченному селению и остановилась в ближнем переле­
ске, ожидая сигнала «командира» к атакующим действиям.
Среди ожидавших рокового разбойничьего свиста находился
и обиженный вождем Сивуш, теперь тайно сомневавшийся
в праведности затеянного им жестокого и кровавого дела.
Бог с ним, с Али, погиб он за какой-то свершенный грех (ведь
год он прожил в селении благополучно - так рассуждал то­
варищ убиенного), а теперь из-за него и из-за меня погибнут
десятки невинных душ. Святой дух, помоги им, по возмож­
ности спастись и уцелеть. Помоги и мне уберечься от жесто­
кого смертоубийства и не быть замеченным в милосердии
к жертвам нападения.
Между тем нежданное изменение погоды внесло кор­
рективы в разработанный план Аббаса и его сподвижни­
ков. Уже в ходе передвижения всадники почувствовали, как
резко потемнело все вокруг, а вдалеке послышались рас­
каты грома, коим предшествовали слепящие зеленоватые
вспышки молний, озарявшие помрачневший лес, реку и си­
нюю гору на горизонте. Огромная темно-синяя туча напол­
зала с юга на окрестное пространство, вселяя невольную
оторопь в души язычников-кочевников. Это был недобрый
знак.
А когда кавалькада всадников достигла исходной позиции,
с неба хлынул настоящий ливень. А гром и молния бушевали
прямо над головами напуганных кочевников. В таких усло­
виях начинать атаку было рискованно - все жители укры­
лись в хижинах, а приготовленные факелы намокли, и огонь
даже не займется под проливными струями с небес. И Аббас,
мучимый сомнениями, передал по цепочке всадников стро­
гий наказ - ждать! Воины укрылись захваченными накидка­
ми (а кто поднял над головой щит, имитируя малую крышу)
и замерли над мокрыми гривами своих лошадей.
В тягостном ожидании прошло несколько часов. Дождь
постепенно стихал. Углубленные в мрачные мысли воиныкочевники не заметили, как из заднего ряда сначала по­
пятился один из воинов, а затем, отдалившись от отряда и
скрывшись в лесном массиве, развернул коня и в обход со­
племенников тронулся в направлении селения. Это был Си­
вуш, решивший-таки предупредить вождя оседлого племени
(то есть Бараза) о готовящемся нападении на него и его со­
племенников. Он успел достичь землянки Бараза (поняв, что
именно в этой большой и ухоженной хижине живет семья
старшего воина) и, испугав его и всё семейство, громко по­
дал сигнал опасности на своем тарабарском языке. Схватив
кинжал, Бараз выскочил на свежий воздух в дождевой пелене
и увидел вооруженного всадника, что-то громко и быстро го­
ворившего и показывавшего кнутом в направлении затаив­
шегося отряда. Первым намерением вожака было стремление
убить непрошенного гостя, который, кстати, никак не прояв­
лял агрессивных намерений, а только беспрерывно верещал
и махал руками, призывая Бараза с семьей и всех остальных
побыстрее покинуть селение. И Бараз понял смысл призы­
вов незнакомца, и во всю мощь своего голоса дал знак со­
племенникам: приближается смертельная опасность, быстро
выводите семьи из землянок и бегом покидайте селение, ук­
рывайтесь в лесу и на берегу - кто где может.
Но это паническое звукоизвержение услышали и в от­
ряде Аббаса, который понял, что тайные его намерения
стали достоянием противника. А потому и раздался оглу­
шительный свист - сигнал к атаке. И топот лошадей, с
места сорвавшихся в галоп, а также устрашающие крики
воинственных кочевников (как бы подбадривающих самих
себя) заслонили остальные звуки. Все смешалось в насту­
пившем хаосе.
Отчаянные возгласы детей и женщин, бросившихся из хи­
жин кто куда, командные призывы Бараза, спешно пытавше­
гося принять какие-то меры к самообороне, блеяние и мыча­
ние скотины в загонах, почуявшей опасность, лай собак. Ад
да и только!
Первым на «пятачок» селения выскочил из леса сам Аб­
бас, который, увидев предателя Сивуша, быстро прибли­
зился к нему и ударом кривой сабли нанес смертельный
удар в шею. Кочевник медленно сполз с коня и распластался
на земле, раскинув в стороны длани. Факелы в руках напа­
давших так и не запылали, поэтому они сконцентрировали
свои усилия на «поражении» врагов мужского пола. Трое или
четверо замешкавшихся воинов из оседлых жителей также
бы ли выведены из строя - убиты или чувствительно ра­
нены. Но сам Бараз неожиданно обрел спасительное хлад­
нокровие и успел скомандовать сыновьям срочно перемес­
титься к берегу, сесть в лодку (она, к счастью, была на воде
и практически готова к отвалу) и отплыть на возможно более
далекое расстояние. К несчастью, это успели сделать только
старший Араш, его мать Можган и две младшие сестренки.
Средних сыновей Мехрана и Ремана в момент нападения в
хижине не было, еще утром они ушли по поручению отца
пасти лошадей на дальней делянке, и теперь судьба их бы­
ла неизвестна. Хотя оставалась и надежда, что от вражеского
насилия они уберегутся.
Тем временем Бараз, преодолев возникшую было панику,
спокойно, но оперативно обрядился в военную экипировку
и вооружился всем, что имел в наличии (шлем, кольчуга, меч,
кинжал, копье, лук, колчан со стрелами и бронзовый круг­
лы й щит). Далее, пользуясь возникшей неразберихой, он
влез на возвышавшийся над его землянкой развесистый дуб
и занял там удобную и скрытную наблюдательную позицию.
Первым делом надо было порешить из лука хана Аббаса, ко­
торый командовал направо и налево и рубил всех, кто попа­
дался ему под руку.
Вождь кочевников был обряжен в металлические латы и
такой же шлем, так что необходимо было произвести очень
меткий «вы стрел» из лука, дабы попасть противнику в неза­
щищенные места, шею или лицо. Бараз изготовился к озна­
ченному действию, ожидая, когда Аббас приблизится на бо­
лее близкое расстояние к стрелку. И здесь произошло самое
ужасное, что довелось испытать вождю оседлого племени со стороны леса въехали верхом на лошадках два средних
сына Бараза. Они, очевидно, услышали происходивший в се­
лении шум и решили выяснить, что там происходит. Это бы­
ла роковая ошибка. Тут же на подростков накинулась свора
вооруженных кочевников, и в считанные секунды окровав­
ленные тела мальчиков оказались на земле. Лошадей столь
же оперативно взяли под уздцы беспощадные убийцы и по­
вели в качестве добычи к вождю кочевников. И - о удача! все вместе, рассматривая и оглаживая добытых скакунов, воз­
бужденно переговариваясь, приблизились к хижине Бараза,
над которой сидел в засаде ошарашенный и удрученный отец
двух только что погибших детей. Но тем тверже была его
рука, тем более меток глаз, тем яростнее решимость. Натянув
тугую тетиву, вожак тщательно прицелился, подождал, пока
Аббас повернется к нему нужной стороной, и мягко спустил
стрелу. В следующее мгновение вождь кочевников качнулся
со стоном, успел ухватиться за торчащее из горла оперение
стрелы, затем как-то неестественно дернулся и рухнул вниз,
повиснув на стремени, не сумев освободить застрявшую в
нем ногу. Его лошадь от испуга спешно двинулась вперед, во­
лоча за собой обмякшее тело кочевого вождя-хана.
...И все его воины тут же запаниковали. Они даже не стали
искать обидчика своего начальника, а спешно под истошные
крики стали грабить хижины и убивать попадавшихся им
людей, без разбора - старых и малых, женщин, детей, старух
и стариков. И столь же поспешно скрывались с места пре­
ступления. Но далеко не всем удалось безнаказанно уйти.
К этому времени пришли в себя несколько (а точнее шес­
теро) мужчин-жителей пострадавшего селения, молодых и
сильных воинов и хозяев, способных постоять за себя и за
своих близких. Очевидно, они как-то исхитрились своевре­
менно отправить родственников в сравнительно безопасное
место, отдаленное от «театра военных действий». Сгруппи­
ровавшись в небольшой отряд, они заняли круговую обо­
рону, прикрываясь щитами и отражая пиками и мечами все
попытки приблизиться к ним. В этом им помогали злобным
лаем домашние псы, оскалившие зубы и вздыбившие загрив­
ки. Между тем поочередно каждый из оборонявшихся под
прикрытием товарищей успевал изготовиться к стрельбе из
лука и метким «вы стрелом» поражал одного из неприятель­
ских всадников. То же самое делал и Бараз, остававшийся
незамеченным в густой хвое разросшегося над его зем лян­
кой дуба. Окончательно враг бы л деморализован и обра­
тился в беспорядочное бегство, когда на «арену сражения»
явился шаман Ворон - страшный, грязный и мокрый, издаю­
щий сиплые звуки проклятий в адрес врагов. В одной руке он
держал живую метровую змею, издающую грозное шипение,
а во второй - сучковатую палку, которой замахивался на чу­
жаков или «ты к а л» в их сторону. Все это сопровождалось
хриплым карканьем кружащей над ним черной и столь же
страшной птицы. Это было ужасающее зрелище...
Из тридцати агрессоров, напавших на селение, живыми и
невредимыми ушли только половина. Остальные, раненые
или убитые, остались на «поле брани». Некоторые стонали
и корчились от полученных ран, а прочие безмолвно лежали
бездыханными и недвижными. Преследовать отступивших
всадников Бараз счел нецелесообразным - состязаться в кон­
ных скачках с прирожденными коневодами было бесполезно,
опасно и чревато дополнительными потерями.
А на месте теперь можно было осмотреться и подвести
итоги вероломного нападения заречных «хищников». Для
последних это было привычным делом, ибо захваченная в
таких столкновениях добыча была одним из способов выжи­
вания, приумножавшая скудные доходы от ведения ското­
водческого хозяйства.
Как по мановению руки дождь окончательно прекратился.
Людям предстояла большая и тяжелая работа по захороне­
нию погибших родственников, окончательному умерщвле­
нию еще живых, истекающих кровью врагов, восстановлению
пострадавших землянок, а также перемещению в далекие
пределы освоенной территории трупов кочевников. Причем
тело воина, упредившего нападение на поселок (это был Си­
вуш, и его Бараз запомнил), в отличие от других жертв, было
захоронено - так Бараз воздал дань уважения человеку, ко­
торый ценой собственной жизни уменьшил заведомо более
крупные потери в стане правобережников. Остальные трупы
врагов были брошены на растерзание хищников.
Первой реакцией Бараза и других воинов, потерявших
сыновей и дочерей, была глубокая скорбь и безмолвное от­
чаяние. Они как бы застыли над остывающими телами доро­
гих и близких людей, которые совсем недавно были живыми
и веселыми. Поверить в их гибель было мучительно трудно.
Но потери близких людей и любимых домашних живот­
ных в те времена были если не обычным, то часто свершае­
мым явлением. И несмотря на боль и страдания, необходи­
мо было выжившим в страшных испытаниях продолжать
«делать д ело» - бороться с неисчислимыми трудностями, от­
ражать всевозможные угрозы, преодолевать бесконечные
стрессы, заботиться о подрастающем поколении, создавать
себе и своим близким комфортные (а вообще-то, приемле­
мые) условия существования. Все это пришлось пережить и
перечувствовать Баразу и его жене Можган, потерявших
двух сыновей, а также всем их соседям, у коих погибли и
юные, и пожилые родственники.
Похоронили погибших в большом кургане с соблюдением
всех ритуалов, принятых в период позднего бронзового века,
называемый срубной культурой. Могилы их были обложены
деревянными настилами, боковинами и «крышами», в них
бы ли положены принадлежавшие покойникам вещи и-украшения, а также минимум посуды и утвари. Умершим перед
захоронением придали традиционную позу - они леж али
на левом боку, в скорченном состоянии, руки на уровне гру­
ди положены ладонями друг на друга.
Через два дня Бараз и его товарищи увидели, что кочевое
стойбище на левом берегу сворачивает юрты, пакует вещи
и одежду, грузит узлы и тюки на лошадей, запрягает тягло­
вых животных (это еще быки и верблюды) в громоздкие ко­
лесницы и отбывает к новым пастбищам - в юго-восточном
направлении. Очевидно, рассказы нападавших об изрыгае­
мых проклятиях в их адрес со стороны непонятного и страш­
ного существа со змеею в руке внушили им суеверный страх,
заставивший срочно все племя ретироваться...
ДЕНЬ ЗА ДНЕМ, ГОД ЗА ГОДОМ
Последствия нападения кочевников на селение Бараза
еще долго были ощутимы - горе людей, потерявших родных
и близких, постоянно чувствовалось в повседневном скорб­
ном безмолвии, неулыбчивости и неприветливости, казалось
бы, давних и добрых знакомых, общавшихся друг с другом
не один и не два года.
Постоянное угнетенное состояние облегчалось только от­
влечением на какую-то срочную и важную работу - только
так можно было переключить сознание на очередные кон­
кретные и неотложные дела. И всеобщая потребность по­
лезного коллективного труда вылилась в принятое решение
устройства прочной изгороди вокруг селения, что в извест­
ной мере могло бы предотвратить или задержать внезапное
нападение недругов на мирное селение. Ведь жители его
никогда не чинили своим близким и дальним соседям ника­
кого зла - не нападали, не крали, не уводили в полон девушек,
но вынуждены были терпеть нередко разнообразные обиды
от более воинственных и корыстных насельников обширной
приречной территории.
Бараз и его ближайшее окружение понимали, что это не
простое дело - нужно было срубить и очистить от веток
очень много деревьев, причем строго определенной толщи­
ны и самой крепкой породы - дуба. К тому же конкретного
количества необходимого материала никто назвать не мог ибо не было еще в ходу у людей той эпохи соответствующих
цифровых определений для большого числа, составляющих
счёта. Люди знали только то, что заготовленные для изгоро­
ди стволы должны быть высотой в два человеческих роста,
с одной стороны обуглены (с той, что погружается в землю),
а с другой заострены, и что таких заготовок необходимо «сра­
ботать» как можно больше - ибо огородить надобно обшир­
ную территорию, на коей расположены все жилые землянкихижины, все подсобные строения и, соответственно, некое
свободное пространство с полянками, дорожками, колодцем
и отхожими местами. Священный камень решено было не ог­
раждать - стоял он далековато от центра селения и распо­
лагался на самом краю обрывистого берега - существовала
опасность, что устойчивое положение этого обрыва может
нарушиться и тяжелая каменная реликвия низвергнется
вниз. А этого допустить никак нельзя, и первый, кто на этом
настаивал, был, естественно, шаман Ворон. Более того, сулил
он в случае исчезновения камня с привычного места разные
беды и несчастья всему селению - вплоть до проклятия злых
духов всей этой обжитой малой территории, которую в ито­
ге необходимо будет покинуть, дабы предотвратить пого­
ловное вымирание племени.
Столь веские и леденящие воображение резоны были при­
няты к сведению, и работы по исполнению намеченного пла­
на перешли в практическую плоскость. Надо было их начать
ранней весной, когда установится относительно теплая по­
года, благоприятная для тяжелой физической работы на воз­
духе. И полностью завершить задуманное к осени, до наступ­
ления дождей и похолодания.
Первым делом была произведена, говоря современным
языком, инвентаризация наличных, годных к употреблению
топоров. Далее ими занялся один из поселковых умельцев,
коий с помощью каменного точила существенно улучшил
рубяще-режущие качества данных инструментов. Затем каж­
дый из задействованных в операции работников мужского
пола «вооружился» сим драгоценным предметом и присту­
пил непосредственно к «лесоповалу». Работа изнуряющая,
но привычная здоровым, никогда ничем не болевшим трудя­
гам 25-30 лет. Естественно, помогали им подростки сыновья,
кому исполнилось лет 10-12.
И с наступлением весны в течение всего светового дня
оглашали прилегающий лес гулкие удары топоров, наноси­
мые поселенцами по стволам соразмерных молодых дубо­
вых деревьев - в обхвате круг из соединенных пальцев обеих
рук взрослого человека. Ствол валился на землю, далее с него
удалялись ветви, затем его превращали в бревно опреде­
ленной длины и заостряли концы. На очереди - следующий
дубок. А срубленные ветки и верхушка с листвой младшим
поколением транспортировались к хижине - для использова­
ния их в качестве топлива после просушки. Если место поруб­
ки отстояло далековато от дома, то использовались лошади
и «волокуш и», с которыми уже научились обращаться все
жители, достигшие сознательного возраста. Заготовленные
бревнышки, готовые к использованию, перебазировались са­
мими рубщиками также с помощью лошадей. На каждом «и з ­
делии» хозяин ставил собственную метку - так учитывался
вклад в общее дело каждого работника.
К середине лета накопилось уже достаточно заготовок,
чтобы начать основную работу - устройство городьбы.
Рылись узкие углубления на длину вытянутой руки - под
обугленный конец бревна, которое сначала укреплялось в
подготовленной нише разнокалиберными камнями - путем
утрамбовки последних, а затем все это засыпалось изъятой
из вырытой ямки землей, которая также тщательно трамбо­
валась. Добивались того, чтобы поставленный столб не ка­
чался даже при сильном боковом воздействии на него. Так,
столбик к столбику - получалась прочная и высокая ограда.
Бревна дополнительно скреплялись между собой металли­
ческими скобами и смоленой бечевой. А с внутренней сторо­
ны ограды устанавливались под углом к ней подпорки, дабы
повалить забор давлением снаружи было невозможно. Всю
эту работу выполняли только взрослые и здоровые мужи­
ки - ибо бревна были тяжеловаты, а усилия, затрачиваемые
на разные операции, требовали большой физической силы.
К исходу лета вся территория поселения была обнесена
прочной и высокой городьбой, ставшей какой-никакой до­
полнительной защитой от проникновения на внутреннюю
территорию непрошенных гостей. В ней бы ли устроены
двое ворот - одни были обращены к реке, другие - к лесу.
Это были самые ходовые направления, и ворота в их сторону
были сделаны столь же надежно и прочно, как и сама городь­
ба. Изнутри ворота закрывались на тяжелый засов из того же
дуба, в одной из створок была оставлена узкая и незаметная
на первый взгляд прорезь - дабы можно бы ло наблюдать
за возможными недругами и их действиями, оставаясь на за­
щищенном, огороженном пространстве.
Когда работа была окончательно закончена, на свет Бо­
жий появился из своей «бер логи » шаман с неизменным пер­
натым другом на плече. После памятной стычки с заречными
кочевниками его долго никто из обитателей селения не ви­
дел - говорят, что он «переусердствовал» в произведенных
заклинаниях в адрес врага со змеей в руке и после этого зане­
дужил, а может быть, просто отдыхал в одиночестве.
Шаман тщательно обследовал выстроенный забор, мед­
ленно прошагав по его периметру, щупая шершавые бревна,
к чему-то принюхиваясь и прислушиваясь. Пробовал «пока­
чать» врытое ограждение - ничего не получилось. Особое
внимание уделил колдун воротам - морщинистой своей ла­
донью оглаживал засовы, прикладывался к смотровой щели.
В этот момент было смешно наблюдать за ним, ибо большой
крючковатый нос явно мешал ему приблизить глаза непо­
средственно к деревянному створу ворот, и он исхитрялся
добиться желаемого, поворачивая голову то на один бок,
то на другой - дабы хоть одним глазом оценить возможность
скрытого обзора ближней местности за воротами.
Выполнив все эти обозначенные экзекуции, колдун, ви­
димо, остался удовлетворенным и ушел молча, поскрипы­
вая и покачиваясь, с опорой на свою сучковатую помощницу,
никак не обозначив своего отношения к возведенному нов­
шеству. Смолчала и ворона, никогда не покидавшая своего
хозяина. Старожилы сочли, что шаман остался доволен уви­
денным и ощупанным. В противном случае он бы сотворил
какую-нибудь бестактность, давая понять, что произведен­
ные общественные усилия были зряшными.
Естественно, за высокой и прочной изгородью все жите­
ли почувствовали себя более защищенными от внезапных
«визитов» чужаков - людей и зверей. Особенно были доволь­
ны женщины, которые теперь могли спокойно хлопотать
по дому, не отлучаясь для присмотра за играющими на све­
жем воздухе детьми. Да и все взрослые обитатели селения
испытывали определенный комфорт, не особенно озабочиваясь какими-то движениями-шевелениями за оградой,
а также непонятными звуками, исходящими от лю бопы т­
ствующих лесных тварей. Подходили к новенькому забору
лисы, волки, медведи, косули, лоси - приглядывались и при­
нюхивались к незнакомому строю бревен, иногда полаивали
или издавали иные звуки (обозначавшие любопытство или
удивление), почесывали бока, прислоняясь к неровностям
бревен, и уходили - скорее всего, разочарованные. Ибо ниче­
го интересного и съедобного для них здесь не обнаружива­
лось, а вот опасностью (человеческим жильем) попахивало.
У ворот теперь постоянно в течение всего дня находился
человек, обученный открывать и закрывать тяжелые створ­
ки, предварительно убеждаясь, что стучится в специально
прикрепленную к наружной стенке сухую звонкую дере­
вяшку свой человек. Если же это был незнакомец, то сторож
(обычно им становился подросток или юноша, на которого
можно было положиться как на надежного и ответственно­
го помощника) обязан был доложить о визите чужака Баразу или его ближайшему окружению, которые принимали ре­
шение на этот счет. Но особенно никто из людей не беспо­
коил новопоставленный форпост, ибо заречные скотоводы
надолго откочевали к дальним пастбищам, а иные селения
отстояли достаточно далеко - дня два-полтора пути вниз по
реке. Да и жили там, на правом берегу, дружественные пле­
мена, говорящие на языке Бараза и его земляков. Общение с
ними было редким, но все-таки регулярным - раз в год или в
два, в летнее время, снаряжалась в гости к ним, или ожида­
лась дома, своеобразная экспедиция - исключительно мир­
ная, преследующая цели выгодного обмена сотворенными и
добытыми поделками или продуктами, знакомства, заклю ­
чения браков, получения интересных и нужных сведений
о произошедших событиях в ближних и дальних пределах,
о которых та и другая сторона были как-то осведомлены.
Обычно визит заканчивался небольшим праздником - с уго­
щением, песнями и танцами. Это были приятные события, на­
рушавшие привычную, размеренную и поднадоевшую рутину.
Именно такая экспедиция была затеяна Баразом летом
следующего года. Планировалось достичь селения у Синей
горы, к которому можно было добраться за один световой
д ен ь - если начать путешествие ранним утром. Вожаком
обитавшего там племени был давний знакомый Бараза смуглый богатырь по имени Омид, смелый воин и умелый
охотник, стоявший во главе опекаемого людского сообщест­
ва из 120-130 человек (взрослых и детей, мужчин, женщин
и стариков). Селение располагалось на правом берегу, и доро­
га к нему была набитой, хотя и проходила иногда по неудоб­
ной местности (ямы, колдобины, крутые подъемы и спуски).
Также дважды приходилось пересекать довольно широкие,
но неглубокие притоки большой реки.
Поход был назначен на конец лета - с тем чтобы русло
реки несколько сузилось, и путь был свободен от заводей,
луж и грязи, что становится обычным явлением во время ве­
сеннего разлива. Кроме того, погода в это время года была
преимущественно сухой и устойчивой - это было также важ­
но для успеха миссии.
В качестве транспорта в этот раз решили использовать
экипажи - две телеги со сплошными деревянными колесами,
каждую из которых потащат два быка в деревянной колоде.
Сопровождать процессию будут четыре хорошо вооружен­
ных всадника. На телегах, кроме предлагаемых к обмену ве­
щей, разместятся по два возчика, обученные управлять эти­
ми медлительными, но сильными и надежными рогатыми
животными.
Бараз и еще трое «всадников» в преддверии путешествия
тщательно осмотрели своих лошадей на предмет оценки их
состояния. Особое внимание было уделено лошадиным но­
гам - нет ли на них ранок, царапин, ушибов, в целости ли
копыта. Общее мнение было таковым, что животные здоро­
вы и готовы к не столь уж далекому переходу. Так же при­
страстно была осмотрена сбруя - седла, подкладки под них,
уздечки, кожаные подвески-стремена, оголовье, стягиваю­
щие подбрюшные ремни. К этому времени верховая езда ста­
ла обычным явлением в племени. Главы семейств, молодые
мужчины, научились достаточно уверенно держаться в седле
и управлять конем, пуская его периодически спорым аллю ­
ром. Особенно полюбил и лошадей, и движение верхом на них
вожак племени, освоивший не только уверенную и ловкую
посадку, но и элементы того, что позже назовут джигитов­
кой: мог совершать прыжки чрез невысокие препятствия,
на ходу оседлать коня и выполнять всевозможные маневры,
производить стрельбу из лука и «р аботу» с мечом - все это
Бараз сумел подсмотреть у пленника Али, который почти год
жил бок о бок с поселянами и неоднократно демонстрировал
им свои кавалерийские достижения.
Через два дня все было готово к отъезду. В повозки были
загружены товары и поделки для обмена: домотканные ма­
терии, мотки шерстяных ниток, выделанные кожи и меха,
всевозможная посуда, луки и стрелы, игрушечные, вырезан­
ные из дерева фигурки языческих идолов и знакомых живот­
ных - собачек, лошадок, овечек, птичек и рыбок. Кроме того,
захвачены были и кое-какие продукты, предназначенные для
длительного хранения: зерно и мука, копченые мясо и рыба,
только что снятые с грядки брюква, морковь, репчатый лук
и чеснок, сушеная ягода и свежие фрукты - яблоки и дули. Все
эти тогдашние «б ла га » были тщательно упакованы, укрыты
и укреплены на повозках - на случай дождя и тряски.
С ранним прохладным рассветом очередного занявшего­
ся дня, обещавшего быть солнечным и тихим, малый обоз
из двух колесных экипажей и четырех всадников под про­
щальные возгласы родственников и взмахи рук покинул ого­
роженную территорию селения. Своим ближайшим сотова­
рищам по догляду за оставляемым «хозяйством» Бараз дал
подробные указания-советы на все случаи жизни и внутри
городьбы, и за ее пределами.
Протоптанная дорога вела на юг. Сначала путники двига­
лись вдоль берега, а потом углубились в прилегающий лист­
венный лес. Здесь росли белоствольные березы и осины, вяз,
ольха, клен и другие породы деревьев, названия которых тог­
дашние люди толком не знали. Утренняя тишина была напол­
нена благозвучным пением и посвистыванием лесных птиц,
среди которых угадывались дальние ритмичные вскрики ку­
кушки. Солнце просачивалось сквозь начинающую желтеть
листву, образуя на петляющей дороге контрастную рябь све­
та и тени, а на открытых полянах покрывая просыпающуюся
природу красноватым утренним светом восходящего свети­
ла. Периодически дорога приближалась к берегу, и путеше­
ственникам открывалась завораживающая картина необоз­
римой речной глади, по поверхности которой слепящая глаза
солнечная дорожка из ярко-желтых бликов и переливов убе­
гала к противоположному берегу, скрытому за легкой туман­
ной дымкой.
Так, в безостановочном движении прошло полдня. Доро­
га то вырывалась на открытую прибрежную степь, то снова
углублялась в нарядные лиственные рощи. Пришлось прео­
долевать малые ручьи, спуски и подъемы. На труднопроходи­
мых участках возчики слезали с повозки и шли рядом с бы­
ками, голосом поддерживая и понукая их. Бараз бдительно
следил за прилегающей к пути местностью. Один всадник
двигался впереди обоза, другой - сзади, на случай какой-либо
внезапной опасности - дабы не быть застигнутыми врасплох
неожиданной угрозой - лихими лю дьми либо опасными
хищниками. С этой же целью охранялись и боковые подхо­
ды к гужевому транспорту: справа и слева от тягловых жи­
вотных приглядывались и прислушивались к прилегающей
природе еще два всадника. Угроза на пути следования была
минимальной, но все-таки была. Она могла исходить от неиз­
вестных инородцев, проникших на данную необитаемую тер­
риторию, либо от встречающихся здесь хищников - медве­
дей, волков, рысей, росомах. Своевременное их обнаружение
резко снижало риск нападения и уменьшало негативные по­
следствия вынужденной схватки. Оружие у всадников (луки,
стрелы, копья, кинжалы) на всем пути следования постоянно
было наготове. За спиной были укреплены щиты, а головы
защищали металлические шлемы, создававшие определен­
ный дискомфорт в ходе движения под нагревшимся солныш­
ком, но надежно защищавшие череп от пропущенного удара
в случае внезапного боестолкновения. Последнее соображе­
ние вынуждало воинов стоически терпеть дорожные неудоб­
ства. В том числе почти безостановочное движение и под­
крепление захваченными харчами на ходу.
Из-за чувствительного потепления воздуха во второй
половине дня, а также преодоления преград в виде мелких
речушек, оврагов, болотистых участков и вязких песков
трудности движения возросли, но поход при этом не был
остановлен. И к исходу дня, когда спала дневная жара и вос­
точная половина неба окрасилась розовато-фиолетовым
вечерним закатом, впереди показались огоньки пылающих
очагов и костров обитаемого селения - того, к которому дви­
гались Бараз и его товарищи.
Дабы известить жителей приближающегося городка о
подходе дружественных соседей и тем успокоить их, вожак
распорядился зажечь факел и поднять его как можно выше
над головой, сигнализируя своему коллеге Омиду и его лю ­
дям, что скоро к ним прибудут гости с вполне мирными на­
мерениями.
Городище у Синей горы возникло в незапамятные вре­
мена, как и то, в коем обитали Бараз и его малая община.
Ж ители обоих поселений говорили на одном языке, имели
сходный образ жизни, одевались и питались примерно оди­
наково, веровали в таких же добрых и злых духов, испове­
довали похожие обряды у своего сакрального символа - им
в древние года, по зову души неизвестных далеких предков,
стал могучий развесистый дуб, росший на опушке рощи, что
приютилась на высоком просторном плато той самой горы.
С этой возвышенности открывалась величественная панора­
ма речного простора и прибрежной полосы, на коей жителя­
ми селения возделывались злаковые, овощные и бахчевые
культуры. Селение уютно располагалось на верхней террасе
широкого, скрытого от посторонних глаз оврага, чему спо­
собствовала буйная лесная растительность по его дну и по
склонам, на которых били из подземных недр чистые род­
никовые ключи. Когда-то предшественники нынешних оби­
тателей обоих селений установили добрые отношения меж­
ду собой, и с тех пор последующие поколения людей под­
держивали взаимополезное общение, производя обмен по­
делками и продуктами, домашними животными, хозяйствен­
ным инструментом и оружием. По совету мудрых старейшин
и вождей практиковались браки между юношами и девуш­
ками из разных селений - что, по общему мнению, способ­
ствовало нарождению более крепкого и сообразительного
потомства. И одно из намерений Бараза, приближавшегося
к Синей горе, было заблаговременно подыскать для своего
уцелевшего старшего сына достойную девушку (скорее де­
вочку) для образования новой молодой семьи.
Омид, вожак племени, увидев огонек на стелящейся к вер­
ховьям дороге, сразу понял, кто поспешает к нему в гости.
Визиты дружественного племени происходили почти каж­
дый год примерно в одно и то же время - поздним летом или
ранней осенью. К этой поре созревший урожай был убран,
а предлагаемый выбор гостинцев для той и другой стороны
был достаточно широким. Оба вожака находились в расцвете
сил, будучи ровесниками (им бы ло под тридцать лет, а точ­
ную дату рождения никто не знал - вообще никто, ибо жи­
вых свидетелей их появления на свет уже не было, да если бы
и были таковые, то вряд ли бы они помнили, что и как проис­
ходило много лет тому назад). Оба ценили завязавшуюся лет
пять назад дружбу, когда состоялась их первая встреча в се­
лении Бараза. Они тогда вступили в «права и обязанности»
первого человека в своем племени, после того как отошли
в мир иной, почти одновременно, их предшественники.
Между тем две повозки (каждая о двух колесных осях) и
четыре всадника, ведомые Баразом, бы ли уже у подножия
Синей горы. Встречать их вышел Омид с двумя-тремя помощ­
никами, в руках они держали веточки священного дуба, кото­
рые тут же вручили гостям - это был высший знак проявле­
ния дружелюбия и гостеприимства.
Ввиду позднего времени и усталости прибывших гостей
их, наскоро покормив наваристой похлебкой с изрядными
кусками мяса в ней, уложили спать в одной из хижин, чьи хо­
зяева переместились на время в другое место. Все деловые
разговоры, обмен подарками и новостями были отложены
на следующий день. Лошадей и быков распрягли и постави­
л и под навес, положив к изголовью каждого животного охап­
ку свежескошенного сена...
Поздним утром все жители селения (взрослые и дети)
собрались на просторном «пятачке» у землянки Омида. На­
слышанные о приезде соседей-поселенцев люди поскорее
желали увидеть их воочию, а главное - узнать, что они при­
везли с собой для подарков и обмена. Любопытство их было
полностью удовлетворено, когда выспавшиеся гости появи­
ли сь на виду всего племени в сопровождении Омида. С ним
бы ло уже предварительно согласовано, какие товары пойдут
на обмен, а какие будут розданы просто так - как свидетель­
ство расположения и доброго отношения. В первую катего­
рию попали меры зерна, овощей и фруктов, рабочий инстру­
мент и оружие, во вторую - посуда, украшения и игрушки для
детей - искусно вырезанные фигурки разнообразных живых
существ, обитавших на земле, в воде и в воздухе.
Опустим живописную картину разглядывания привезен­
ны х «богатств», радости и восторга местных поселенцев,
коим достались в подарок вещи (а достались они практи­
чески каждому), а также последующего серьезного обмена
небольших партий всегда востребованных продуктов и това­
ров, которые были обозначены ранее. После того как доволь­
ные жители разошлись по своим углам, Омид и Бараз решили
уединиться для обмена новостями, мыслями и соображения­
ми по поводу состояния текущих дел и совместного решения
назревавших проблем.
Для этого они покинули селение, прошествовали на самый
верхний пятачок Синей горы и уселись на пожухлой травке
перед открывшимся красивым видом реки и ее ж елто-зеле­
ных берегов. Стояла теплая, тихая погода, располагавшая к
неспешному, полезному и приятному разговору.
Бараз в первую очередь рассказал «к о ллеге» о внедрении
верховых лошадей в быт земляков и устройстве ограды во­
круг своего поселения. Лошади в селении у Синей горы то­
же использовались, но больше как тягловые - наряду с быка­
ми. Верхом ездить еще толком здесь никто не умел, поэтому
Омид подумал, что опыт соседей было бы полезно перенять,
а для начала продемонстрировать всему селению навыки
управления верховой лошадью, о чем сразу попросил Бара­
за. Тот охотно согласился. Что касается ограды вокруг по­
селения, то работа по ее возведению недавно начата - идет
заготовка бревен нужного размера по длине и толщине, но
к зиме их выстроить в надежное ограждение не получится,
а с началом весны селяне энергично возьмутся за решение
этой проблемы. Ведь ограда нужна - попытки приближения
к здешним землянкам и загонам уже были неоднократно
зафиксированы и со стороны лихих незнакомых людей, и со
стороны хищников. Правда, достойный отпор тем и другим
удалось своевременно организовать.
Далее вожаки поделились сведениями о семейной жизни.
Омин узнал о гибели двух младших сыновей Бараза, а также
о планах найти подходящую невесту у Синей горы для свое­
го старшенького. Ему уже пошел четырнадцатый год, и пора
задумываться о будущей семье. У Омина на попечении была
только двенадцатилетняя дочь, о ее замужестве тоже уже
можно было подумать. Мать ее умерла от жестокой просту­
ды, провалившись зимой под неокрепший лед, когда случай­
но пересекала ближнюю замерзшую заводь, засыпанную сне­
гом, не отличив ее от такой же белой земной тверди. Но Омин
вторично обзавелся молодой супругой, от которой был рож­
ден мальчик - будущий умелый хозяин и воин.
Потом друзья-коллеги поговорили о погоде, об урожаях
различных культур, о приплодах коров, свиней и овец, а так­
же об организации плановой случки лошадей - назрела необ­
ходимость увеличения конского поголовья. Так, в интерес­
ной и полезной беседе прошло два с лишним часа. Пора было
возвращаться в селение, где жители его, уже наслышанные
о пожалованных к ним верховых лошадях, жаждали увидеть
их «в работе» - под седлами, на которых восседали бы уме­
лы е наездники.
...Самый больш ой опыт управления верховой лошадью
из числа прибывших гостей имелся у Бараза - он раньше
других начал осваивать эту нехитрую науку и добился хо­
роших результатов. Во многом это объяснялось тем, что под
седлом у него была отличная лошадка - умная, послушная
и отдатливая - из той «первой» десятки необъезженных
скакунов, что привел в селение и опекал покойный пастухкочевник Али. (Она была светло-серой кобылой, поимено­
ванной хозяином «Нюша», что на принятом тогда языке
обозначало «сладкая» или «приятная». Первый жеребец,
как мы помним, по кличке «А зар», на котором начал было
постоянно разъезжать вождь племени, через месяц нео­
жиданно захромал, почему Бараз бы л вынужден пересесть
на упомянутую «Ню ш у».) Было решено, что самые сложные
и красивые упражнения на верховой лошади покажет Бараз.
А потом и его соплеменники покрасуются перед публикой
на коняшках, уже привыкших к своим новым хозяевам и их
командам. Решено - сделано...
Бараз тщательно проверил всю водруженную на спину
Нюши лошадиную амуницию - уздечки и оголовье, кожа­
ные стремена и подбрюшные ремешки, седло и подстилку
из красной плотной материи. Далее побеспокоился о соб­
ственной экипировке - надел захваченное в дорогу чистое
одеяние: светло-коричневую просторную полотняную блу­
зу, подпоясанную узорчатым ремнем (узоры производились
различными комбинациями проколотых в коже отверстий),
и такие же облегающие бедра штаны, протер запыленные в
походе сапоги из желтой кожи, а на голову водрузил нечто
вроде шерстяного берета такого же цвета. Получилась кра­
сивая, гармоничная картинка. Все, вроде бы, было в порядке.
Можно начинать...
И вот на широкую поляну, края которой заполнил лю бо­
пытствующий народ, из-под недалекого навеса при загоне
явился на белый свет нарядный всадник на сером ухоженном
коне с расчесанными белыми хвостом и гривой. Это было эф­
фектное зрелище, воспринятое людьми с одобрительными
возгласами и восхищенными криками.
И Бараз зрителей не разочаровал, блестяще выполнив все
упражнения, которые он освоил за год с небольшим и кото­
рые, как уже говорилось выше, в более поздние времена по­
лучили название джигитовка. В набор показанных приемов
вошли различные виды «Седов» и «впрыгиваний», резкие
маневры на ходу, внезапные остановки, смена аллюра, пере­
прыгивание через установленные невысокие плетни и даже
«п ок лон » зрителям с опусканием лошадки на переднее ко­
лено, что вызвало бурю благодарственных приветствий и
восторгов. Ну а затем, перед уже «разогретыми» зрителями
продефилировал конный строй из четырех лошадок, сделав­
ших несколько кругов по поляне четкой рысью, а потом «п е ­
решедших» на галоп. В заключение всадники остановились
в центре демонстрационной площадки, слезли со спин своих
подопечных, в знак благодарности похлопали их по шее и
погладили по голове, а потом сами дружно поклонились
всем собравшимся. В целом представление это выглядело
красиво и слаженно и по достоинству было оценено.
Особо восхищенные взгляды бросала на Бараза (а впро­
чем, и на его товарищей, но на Бараза более проникновенно
и продолжительно) красивая молодая женщина с печальны­
ми глазами, стоявшая недалеко от вожака поселения и его
приближенных. И лидер гостей это заметил.
...Весной того памятного года (когда состоялся описывае­
мый визит) отряд из шести воинов и охотников Синегорья
бы л снаряжен в экспедицию за солью к «Золотому озеру».
Дорога туда и обратно была долгой и опасной. Как уже было
рассказано в начальных главах этой книги, переход в одну
сторону занимал до 12 суток (с ежедневными остановками
на ночлег), а все прилегающее к маршруту следования про­
странство было преимущественно пустынным. Но возмож­
ность встречи с агрессивными кочевниками здесь реально
существовала.
Все необходимые в пути вещи (одежда, сложенный прими­
тивный шатер, оружие и инструменты) и припасы были раз­
мещены на двух повозках, каждую из которых тянула пара
быков. Кроме двух возчиков, управлявших этими тягловыми
животными, остальные участники похода шли рядом с повоз­
ками пешком. Старшим в отряде был молодой, но уже опыт­
ный воин и охотник Шахрам, третий человек в племени после вожака и шамана. Он к тому времени неоднократно
участвовал в походе за солью, хорошо знал маршрут следова­
ния и мог предугадывать и преодолевать любые трудности
на долгом пути.
Стояла уже теплая, но еще не жаркая погода, первая моло­
дая трава зеленела справа и слева от дороги, что было очень
удобно в части питания «рабочего скота», на стоянках с удо­
вольствием поглощавшего свежий подножный корм.
Движение к озеру и загрузка добытой соли дались нелег­
ко, но прошли благополучно. Никто не встретился путникам
на долгом пути, а ломка соли, переброска наколотых глыб
к разбитому лагерю, измельчение особо крупных кусков и
загрузка в фуры были делом хотя и нелегким, но привыч­
ным для молодых и сильных мужчин. Ночи близ озера были
также спокойными - в установившемся безветрии и тишине
всем казалось, что ясно различимые в темной синеве звезды
неспешно «переговариваются» между собой, то усиливая
призрачное мерцание, то ослабляя его. Под этот кажущийся
шепот натруженные люди быстро засыпали, и вплоть до рас­
света ничто и никто не беспокоил их. Однако один (сменяе­
мый в полночь) все-таки бодрствовал, наблюдая за притаив­
шейся сумеречной полупустыней.
После трех полных суток пребывания возле озера, опять же
ранним утром отряд снарядился и тронулся в обратный путь.
Поскрипывали сплошные деревянные колеса повозок, изда­
вали привычные возгласы возчики, подбадривающие быков,
с напрягом тащивших тяжело груженую повозку, посвисты­
вали любопытствующие суслики, вставшие на задние лапки
возле своих норок, парил в светло-голубой выси белохвос­
тый орел, зорким взглядом высматривающий зазевавшуюся
добычу.
На восьмой день движения к дому повстречались соледобытчикам неизвестно откуда взявшиеся люди верхом на л о ­
шадях. Зоркий глаз Шахрама сразу заметил на горизонте колышащиеся в полуденном мареве фигуры пяти всадников.
Это могли быть только кочевники, высматривавшие новые
пастбища для перегона скота. И они традиционно вели себя
враждебно в отношении всех встреченных в степи людей,
усматривая в них не только конкурентов, но и источник ка­
кой-либо наживы. А это значило, что следует ожидать Шахраму и его товарищам каких-то хитроумных козней от коварных
недругов, не брезговавших никакой, даже малой, добычей и
готовых пойти ради нее на злодейство и риск.
Принимать какие-то меры защиты нужно было безотла­
гательно. Шахрам внимательно осмотрелся кругом и узрел
на небольшом отдалении пересохшую балку, образующую за­
метное понижение в рельефе. Он тут же скомандовал отряду
двигаться к этому возможному «укрытию», дабы исчезнуть
из вида и избежать сближения с кочевниками, которые, воз­
можно, потеряют ориентировку в бескрайней унылой степи
и не найдут единственно верную дорогу к затаившимся пут­
никам.
Однако слишком хорошо знали степные «разбойники» это
освоенное ими с давних пор безлюдное и лишенное какихли бо ориентиров пространство. Они вышли на след обоза,
который и привел их в ту самую пересохшую балку. Двигало
ими больше предчувствие поживы, но и любопытство. В бес­
крайней степи встретить живую душу - большая редкость...
Шахрам не стал дожидаться, когда кочевники, издав бое­
вой клич, натянут луки и обнажат кинжалы. Дав сигнал
своим вооруженным товарищам, что необходимо изготовить­
ся к обороне, вожак взял в руки копье и прикрылся щитом,
намереваясь, если потребуется, сразу же вступить в схват­
ку с приближающимся противником. То же самое сделали
и остальные; все шестеро теперь стояли, выстроившись в
боевую шеренгу, за спиной у них находились повозки и быки.
Луки и стрелы были всегда наготове.
Кочевники тоже остановились в сорока шагах от нацелен­
ных на них пик и сомкнутых щитов. Такую подготовленную
оборону прорвать было непросто. Нападающие это понима­
ли и замерли в нерешительности - атаковать или не атако­
вать? Тем более, что щитов у них не было. Так, в бездействии
и молчании прошло какое-то недолгое время, показавшееся
обеим сторонам вечностью.
А затем Шахрам исхитрился быстро натянуть лук и пус­
тить стрелу в сторону противника, особо не целясь, а боль­
ше рассчитывая на демонстрацию решительности и бесстра­
шия перед этой кучкой «бандитов с большой дороги». Стрела
просвистела над головой одного из всадников, что, как ни
странно, возымело нужную реакцию. Нападавшие поняли,
что перед ними опытные, сильные и смелые воины, а посему
так и не решились на начало «боевых действий», не совсем
уверенные в благополучном их окончании. Поэтому еще нем­
ного помедлив, всадники развернули своих коней и неспеш­
ной рысью стали удаляться.
Смотревшие им вслед мирные «соледобы тчики» о б ле г­
ченно вздохнули и, по мере того как противник отодвигался
на все больш ее расстояние, сложили все доспехи и оружие
на повозку и приготовились продолжить путь к родному
берегу. Хотя Шахрам, хорошо знавший «нечестные приемы»
степных лихачей, окончательно так и не успокоился - вплоть
до полного исчезновения за кромкой занятой балки послед­
него всадника. И беспокойство его бы ло оправданным...
Нежданно-негаданно один из кочевников вернулся. На ог­
ромной скорости он приблизился на «убойное» расстояние,
резко остановился и, также не целясь, выпустил в направле­
нии тронувшегося отряда стрелу, после чего мигом «дернул»
в обратную сторону. Это надо было воспринимать как «о т ­
вет» на аналогичное действие Шахрама. Но если стрела по­
следнего была чистой воды «демонстрацией», то стрела ко­
чевника слегка ранила вожака обоза, задев его левое плечо.
Рана казалась пустяшной, ее сразу смазали целебной мазью
и наложили повязку. Вволю высказавшись в адрес коварных
степняков, не побрезговавших такой жалкой местью испод­
тишка, тем, с кем на открытое столкновение так и не реши­
лись, люди Шахрама продолжили движение.
Следующий день пути к дому у Синей горы прошел, каза­
лось бы, благополучно. Но к вечеру вожак отряда почувство­
вал недомогание, он ощутил боль в области раны и слабость
во всем теле, вынудившие его «устроиться» на повозке, ибо
идти он далее не мог. По всей видимости, стрела, нанесшая
небольшую рану Шахраму, была отравленной...
В этом окончательно все путники и сам Шахрам убеди­
лись, когда ночью у него начались сперва судороги, а потом
он впал в беспамятство от жара, запаленного в его нутре ядо­
витым «ук олом » вражьего бронзового наконечника.
Опустим картину страданий храброго воина и хлопот
вокруг него опечаленных земляков, стремившихся о б л е г­
чить ухудшающееся состояние своего старшего товарища
и понимавших, что реально помочь ему уже невозможно.
Незадолго до исхода, случившегося ранним утром, Шахрам
пришел в себя и знаком попросил наклониться сидевшего
у его изголовья воина. Далее еле слышным голосом попро­
сил передать слова любви и утешения его жене и попро­
сить у нее прощения за то, что не сумел уберечься от злого
умысла супостата, что оставил дорогую женщину, ждущую
ребенка, перед лицом бесконечных жизненных опасностей.
И что если у него вскоре родится сын, то назвать его сле­
дует... Вымолвить имя желанного наследника у умиравше­
го не хватило сил.
А затем сильный и смелый воин затих навсегда. Тело его
заплаканные товарищи завернули в широкую полотняную
ткань и спешно продолжили движение. Нужно было как мож­
но быстрее достигнуть родного селения, чтобы достойно по­
хоронить Шахрама, тело которого не было еще подвержено
порче, с соблюдением нужных обрядов...
Известие о смерти любимого мужа повергло супругу по­
койного (по имени Саназ) в глубокое отчаяние, спровоциро­
вавшее жестокий недуг, ставший причиной потери зревшего
в нутре женщины плода. Так одно несчастье стало причи­
ной еще нескольких. Саназ оправилась от болезни только
к осени - аккурат к приезду дорогих гостей из северного се­
ления.
После «конного представления» гости и старшие по чину
представители хозяев собрались на лужайке возле дома Омина за праздничной трапезой. На расстеленной скатерти было
выставлено всевозможное угощение, включая рыбные и мяс­
ные разносолы, различные соленые, печеные и жареные де­
ликатесы из теста, овощей, кореньев, сушеных ягод и фрук­
тов. К «с т о л у » были поданы также кувшины со сладкими
напитками - компотами и киселями.
Мужчины сидели рядом по краям скатерти, а женщины жены синегорских воинов, охотников и земледельцев - «о б ­
служивали» долгое застолье, поднося новые кушанья и уби­
рая использованную посуду и неизбежные «отходы»: кости,
крошки, объедки и т.д. Среди женщин «среднего возраста»
(по тогдашним меркам, это около тридцати лет), которых
уже тронула печать усталости и изнурительных забот по ве­
дению домашнего хозяйства (а это морщинки, ранняя седи­
на на голове, мешки под глазами, натруженные руки и умуд­
ренный, все понимающий взгляд человека, прошедшего
немалые - в том числе горькие - испытания в своей жизни),
выделялась юная темноволосая красавица, в больших уста­
лых глазах которой стыла неизбывная печаль. Это была Са­
наз, пригласить которую к участию в празднике распорядил­
ся лично Омин, друг погибшего воина Шахрама. Вожак счел,
что после пережитого горя молодая женщина (ей бы ло около
20 лет) сможет в присутствии близких друзей и дорогих го­
стей слегка отвлечься от тягостных дум или даже ощутить
толику веселья, господствовавшего в ходе проведения меро­
приятия.
После окончания трапезы все поселение и гости собра­
лись на главном пятачке у землянки вожака, чтобы посмот­
реть игры, песни, танцы и состязания, обязательные при
аналогичных торжествах. Сюда же на замышляемое пред­
ставление прибыл и шаман селения - высокий изможден­
ный мужчина с седеющей бородой и сощуренными, как бы
оценивающими все вокруг белыми глазами. По сравнению
с Вороном (шаманом из селения Бараза) он выглядел менее
картинно и грозно, но в его неторопливых движениях и пря­
мом пронизывающем насквозь взгляде чувствовалась боль­
шая внутренняя сила. Говорят, он умел лечить людей без
всяких снадобий, а только силой внушения, произносимо­
го низким и каким-то вязким, завораживающим голосом так, что все живые рядом (и люди, и звери) беспрекослов­
но подчинялись ему. В этом случае никаких взмахов руками
и устрашающих поз (которые охотно использовал шаман
Ворон) ему не требовалось.
Тем временем начались выступления местных талантов и
состязания юных обитателей селения - в меткости стрельбы
из лука, бросании копья и шуточной борьбе. Особое внима­
ние присутствующих привлекли эти спортивные упражне­
ния, выполняемые совсем юными участниками - буквально
малышами 5-6 лет, которые вызывали добрые улыбки взрос­
лых, наблюдавших, как стараются имитировать взрослые ка­
чества - смелость и ловкость - неуклюжие и пока неумелые
«спортсмены», выкрикивающие писклявыми голосами бое­
вые кличи и становящиеся в уморительную угрожающую
позу, сжимая малюсенькие кулачки и придавая своим милым
мордашкам «зверское выражение».
После окончания состязаний начались выступления мест­
ных талантов - певцов и танцоров. Трудно передать, что вы­
ражали демонстрируемые группой юношей и девушек те­
лодвижения, но, скорее всего, передвижение - то быстрое,
то медленное, то на цыпочках, то на «скосолапленных» ступ­
нях, подпрыгивания, движения головы, рук и ног в процессе
танца под аккомпанемент двух примитивных однострунных
инструментов и одного большого барабана рассказывали об
охоте на дикого зверя, роль которого играл один из участни­
ков труппы, облаченный в волчью шкуру.
Ну а далее зрители слушали песнопения двух подростков,
которые в исполняемой песне (скорее речитативе) затра­
гивали ту же тему - охоту, бывшую неотъемлемой частью
жизни доисторического человека. Мальчики пели высокими
голосами, сопровождая выговариваемые слова выразитель­
ной мимикой и интонацией, убедительно подкрепляя смысл
незатейливого сюжета взмахами рук - то вверх, то в стороны,
то вниз, то вращая ими, то как бы «перебирая» - имитируя
движение лап бегущего зверя, то сжимая пальцы в кулак, то
до предела растопыривая их. Сама песня рассказывала о пос­
тоянно свершаемых драматических событиях в мире живот­
ных и людей.
В земле живет червяк,он никого не трогает,
Он вылезает из норки на свет
Только после дождя,
А кушает травинки и мелкие семена.
Но берегись, червяк!
Если ты зазеваешься,
То тебя сразу заметит
И быстро возьмет в клюв
Малая птичка воробей!
Но и ты, воробей,
Будь осторожен!
Ведь за тобой следит
Быстрокрылый кречет,
Который растерзает тебя,
Если увидит и догонит.
На опушке живет заяц,
Он веселый и мирный.
Он питается ягодой
И корой деревьев.
Но смотри, заяц, не зевай!
К тебе может подкрасться лиса,
Которая поймает тебя
И унесет в нору на съедение лисятам.
Лиса, ты хотя и хитрый зверь,
Но помни, что волк сильнее тебя,
И если ты ему перейдешь дорогу,
То он тебя обязательно убьет.
Волки живут стаей
И никого не боятся.
Но они знают, что если
Кто-то из них останется одиноким,
То ему лучше не попадаться
На глаза голодному медведю,
Который разорвет волка на части.
Медведь -это самый сильный зверь
В наших сосновых и дубовых лесах.
Но и ему надо опасаться
Человека с копьем или мечом.
Потому что человек
Сильнее любого зверя,
Потому что Бог ему дал
Разум и сильные руки!
Но и человек должен помнить,
Что он может наступить на змею,
Похожую на большого червяка.
Она ужалит его в ногу,
И человек умрет!
Дуэт мальчиков был выслушан внимательно и сопровож­
дался эмоциональной реакцией на смысл пропеваемого. Лю ­
ди охали и ахали и одновременно восхищались - настолько
точно и образно была отображена картина мира, окружаю­
щего селение у Синей горы и другие близлежащие пункты
человеческого обитания. Нехитрая философия бытия при­
родной среды начинала проникать в умы развивающегося
человечества и удивлять его открытиями тайн мироздания.
Бараз сидел в кругу своих земляков и увлеченно воспри­
нимал состязания и «представление», переживая вместе со
всеми ход его меняющегося действа и мысленно восхищаясь
«талантами» юных «артистов» и «спортсменов». Но что-то
постоянно беспокоило его, он чувствовал на себе чей-то
посторонний взгляд, но не решался оглядеться вокруг неспешно и внимательно, чтобы понять, кому (или чему) он
этим обязан. Не хотелось, чтобы кто-то посторонний заметил
его душевный дискомфорт.
Но беспокойство нарастало, и Бараз, улучив подходящую
минуту (когда увлеченность «зрителей и слушателей» дос­
тигла апогея), стремительно повернул голову в левую сторо­
ну, откуда он смутно чувствовал какие-то исходящие «энер­
гетические лучи», направленные на него. И сразу «столкнул­
ся» с пристальным взглядом молодой прекрасной женщины.
Той самой, которую звали Саназ. Это были мгновения какойто непознанной истины. Встретившиеся взгляды как бы от­
резали их обладателей от окружающего мира. Они оба уже
ничего не видели и не слышали - все заслонилось единствен­
ным ощущением чего-то странного, ранее не встречаемого.
Казалось, можно было бесконечно долго пить этот сладост­
ный нектар внезапно возникшей духовной близости, этого
волнительного, до конца неосознанного влечения к практи­
чески незнакомому человеку.
Ничего никому не говоря и не делая никаких приглашаю­
щих жестов, Бараз поднялся и покинул развеселившуюся
«концертную площ адку», точно зная, что это правильное
решение. Охватившее его волнение требовало какого-то
движения, физической нагрузки, ибо внезапно почувствовал
Бараз необыкновенный прилив сил - хотелось даже прыгать
от охватившей его радости и кричать о ней всему свету. Все
это было незнакомо и непонятно и требовало беспристра­
стного осмысления, почему и стремился молодой человек
уединиться на лоне природы и разобраться что к чему. Даже
не заметив, куда он и как долго двигался, Бараз неожидан­
но обнаружил себя на высоком «пятачке» Синей горы, где
он совсем недавно увлеченно беседовал с вожаком Омином.
Внизу расстилалось необозримое зеркало речной глади, вда­
л и угадывался противоположный берег, к которому через
вечернюю дымку лениво просачивались блекнущие лучи за­
ходящего солнца.
Мысли разбегались, сосредоточиться на чем-то конкрет­
ном Бараз, как ни силился, не мог. Усевшись поудобнее на
вершине зеленого откоса, он просто предался созерцанию
открывшегося перед ним прекрасного пейзажа увядающего
лета, непроизвольно отмечая, что вот еще один год минул,
и хотя до холодов и снежных заносов еще далеко, но течение
времени неумолимо, и когда-нибудь будет в его жизни год
последний...
А пока... Бараз, вспомнив свое странное состояние, навеян­
н о е всего лиш ь встречным печальным взглядом молодой
красавицы, попытался осмыслить, чем вызвано его необыч­
н ое волнение и радостное ожидание чего-то хорошего, что
ещ е уготовано ему испытать. В то доисторическое время еще
н е бы ло на вооружении людей столько точных слов и фраз,
адекватно отображающих эмоции и чувства их обладателей.
В эту эпоху человек уже достаточно многое понял во взаи­
моотношениях себя и окружающего мира - солнца, земли,
неба, природы, смены времен года, дождя, снега, ветра, рек,
лесов, степей и гор. Теперь наступала эпоха осознания чело­
веком самого себя, его места в земном и внеземном простран­
стве, его предназначения как существа мыслящего и духовно
сильного, но и беззащитного в осознании своей непременной
смертности.
И интуитивно, на уровне подсознания, Бараз вдруг ощу­
тил, как это важно - наслаждаться жизнью и размышлять
о ее сущности, пока ты живой. Как это сладко - предаваться
земным радостям и удовольствиям, реализуя в самом себе
все то, что заложено в твоем нутре Создателем. Но... как же
быть со всем плохим, что происходит вокруг тоже от разум­
ного человека? А чем объяснить его корысть, и злобу, и же­
стокость? Все это тоже от высших сил?
Вопросы множились, ответа не находилось. Обессилев от
мучительных раздумий, Бараз в итоге точно знал лишь од­
но - эта женщина по имени Саназ несет ему только радость
и забвение от изнуряющих поисков истины. Даже думать
о ней было удивительно приятно, а если представить себе,
что она рядом, что с нею можно говорить и держать ее за ру­
ку, то...
Еле слышный шорох за спиной заставил Бараза оглянуть­
ся и увидеть ЕЕ. (Она заметила неожиданный уход, Бараза
с веселого праздника и, после длительных колебаний и сом­
нений, решилась все-таки последовать за ним. Такова была
сила притяжения внезапно возникшей тайны.)
Теперь она стояла в двух шагах от него, и пристальный
взгляд ее больших серых глаз выражал очень многое: и боль
недавней, еще не пережитой потери, и робкую надежду на
обретение понимания, и тревогу за возможное осуждение ее
неординарного, смелого поступка, но и нескрываемое рас­
положение и доверие к этому красивому и сильному муж­
чине, поразившему ее своей мужественной внешностью, а
главное - загадкой явственно ощущаемого духовного кон­
такта с ним.
Бараз почему-то не проявил никаких признаков удивле­
ния, уверенный, что судьбою предусмотрено только такое
развитие событий. Но он подошел близко к Саназ и осто­
рожно-бережно взял ее за обе руки, продолжая испытывать
непонятное и невыразимое наслаждение просто от созерца­
ния лица, ставшего в одночасье таким дорогим и близким.
Так они и простояли неизвестно сколько времени, ощущая
тепло ладоней и глядя в глаза друг другу. Ничего другого в
этом противостоянии не случилось. Ни одного слова при
этом не было сказано.
Но молчание, как известно, иногда гораздо убедительнее
красноречивых заверений и клятв. Оба спохватились, когда
почувствовали, что на землю опустились сумерки и скоро
станет совсем темно. Осторожно ступая по едва различимой
петляющей тропке, мужчина и женщина спустились в уже за­
сыпающее селение. Только близ ее землянки Бараз отпустил
сжимавшую его руку ладонь и тихо вымолвил слова проща­
ния и надежды на скорую встречу. С тем они и расстались,
не испытав ни поцелуев, ни объятий, что было необычно
для них обоих и вообще для устоявшегося тогдашнего пони­
мания взаимоотношений мужчины и женщины. Еще никто
не знал, что вспыхнувшее светлое и созидательное чувство
их потомки назовут великим словом - любовь.
ПЕЧАЛИ, СОМНЕНИЯ И ТРЕВОГИ
На обратном пути, во время неспешного (из-за медлитель­
ности быков, тащивших отнюдь не полегчавшую повозку)
движения к родным пенатам, Бараз продолжал осмысливать
произошедшее с ним - нет, не приключение, но событие, от­
крывшее ему глаза на порядок человеческого жизнеустройст­
ва. До сих пор он (и не только) понимал, что создание семьи
и приятные любовные утехи имели чисто практическое зна­
чение - совместное ведение хозяйства и деторождение. Муж­
чине и женщине отводилась строго утилитарная роль с до­
вольно определенным перечнем их прав и обязанностей.
Ритмично покачиваясь в седле, Бараз пытался осмыслить
все произошедшее у Синей горы, сформулировать для себя
некий итог его визита в дружественное селение. Во-первых,
был произведен полезный обмен продуктами. На близлежа­
щих к селению угодьях, на широкой приречной полосе, защи­
щенной от ветра, хорошо произрастали бахчевые культуры арбузы и дыни, а также виноград. И теперь повозки Бараза
и его товарищей были наполнены аккуратно уложенными
крупными ядреными кругляшами арбузов и дынь, а в спе­
циально оборудованном ящике размещены гроздья вино­
града. Там же надежно была закреплена большая корчага
с непроницаемой крышкой, полная молодого виноградного
вина, которое гости попробовали впервые в своей жизни.
Нельзя сказать, что это им очень понравилось - что-то
терпкое и кислое, но последующее воздействие этого на­
питка показалось всем приятным, ибо несло расслабление
и порождало желание веселиться.
Еще Бараз чувствовал удовлетворение от того, что по до­
говоренности со своим коллегой-вожаком была назначена
в невесты дочь последнего, девочка двенадцати лет по имени
Парасту (сахар, это было распространенное в то время имя,
и оно уже встречалось нам ранее) - стройное миловидное
создание, почти ребенок, но обещавшее вырасти в красивую
и сильную женщину, способную стать хорошей (упругой дос­
тойному избраннику, каковым можно было считать старшего
сына Бараза. Вожаки договорились, что во время следующе­
го визита обязательно познакомят молодых людей, ну а года
через два, если все у них сладится, можно будет образовать
новую семью. Оговорена была и сумма выкупа невесты (что
являлось обязательной составляющей свадебного обряда,
практикуемой уже несколькими поколениями живущих на
приречной территории охотников и земледельцев). Она из­
мерялась обычно домашними животными - общепринятой
мерой была пара молодых телочек (или бычков) и пяток
ягнят (или поросят). Отдельно невесте подносились празд­
ничные одеяния, украшения (бусы, серьги, накладные мед­
ные пластины с выгравированными узорами) и благовония настои трав и цветов, также как и нужные каждой молодой
женщине помады, мази и присыпки (для ухода за кожей).
Приятно было также осознавать Баразу, что удалось ему
с успехом продемонстрировать свое умение управлять л о ­
шадью и выполнить на полном скаку всевозможные упраж­
нения, столь понравившиеся зрителям. Невольно припом­
нилось, как нелегко ему далась эта наука, сколько бы ло
падений, огорчений, непослушаний и даже травм - прежде
чем появилась эта кажущаяся легкость и ловкость, п ол­
ное взаимопонимание с животным, перешедшее в стойкую
привязанность и даже нежность с обеих сторон. Раздумы­
вая об этом во время медленного движения лошадки, Ба­
раз наклонился над ее гривой и рукой похлопал и погладил
свою четвероногую подругу (как мы помним, это была ко­
была по кличке Нюша) по шее, выражая ей свою искреннюю
благодарность - за то, что не подвела и справилась. Нюша в
ответ попрядала ушами и легонько всхрапнула - это надо
было понимать, что лошадка с признательностью приняла
оказанную ласку и поблагодарила хозяина.
Обдумав все «практически значимые» итоги визита в се­
ление у Синей горы, Бараз с удовольствием окунулся в свои
эмоциональные ощущения, порожденные необыкновенной
встречей с удивительной женщиной, вошедшей в его созна­
ние и память (Бараз это точно знал) надолго, и скорее все­
го, навечно. Ибо ничего подобного он в своей жизни не ис­
пытывал, хотя был зрелым главой семьи уже продолжитель­
ное время. Со своей супругой Можган Бараз жил в мире и
согласии, но никогда в отношениях с ней не ощущал такого
восторга и потрясения, какое довелось ему перечувствовать
в ту короткую встречу на вершине Синей горы. Главным со­
держанием супружеской жизни до сих пор были у Бараза хо­
зяйственные заботы, рождение и воспитание детей, охрана
своих близких от возможных нежелательных сущностей болезни, травмы на тяжелой физической работе, злые ди­
кие звери и агрессивные инородцы, опасные природные яв­
ления (пожары, наводнения, грозы, оползни) и т.д. Да, плот­
ские поползновения, объяснимые природными инстинкта­
ми, имели место в жизни взрослого мужчины, но они не со­
провождались какой-то притягательной тайной, каким-то
необъяснимым стремлением разгадать ее, познать сущность
души рядом находившейся женщины, проникнуть в мир ее
грез и сокровенных желаний. Ибо общепринятое в те вре­
мена назначение женщины подразумевало лишь ее способ­
ность рожать и вести домашнее хозяйство. И никаких тайн
и восторгов!
В этом плане совершенствующееся и крепнущее само­
сознание Бараза претерпело своеобразный скачок в своем
эволюционном поступательном развитии, выводя человека
на новый этап общественного прогресса. Но это был если
не единственный, то очень редкий в те времена прецедент,
ибо сложившиеся в ходе тысячелетий представления о семье
и браке поколебать было непросто - главным в них еще очень
долго считались вопросы выживания в суровой окружающей
действительности ...
Между тем повозки, путники и лошади приближались
к родному селению. Петляющая лесная дорога, усыпанная
первыми опадающими листочками, то уводила процессию
в глубь лиственной рощи, то приближалась к реке, открывая
спокойную, сверкающую гладь под безмятежным голубым
куполом, замершую в теплой хрустальной тишине ранней
осени.
Подумывая о скорой встрече со своей семьей, Бараз с удив­
лением ощутил в себе признаки каких-то угрызений совести,
чего раньше с ним не случалось, поскольку не было для этого
причин. Мимолетные связи с другими женщинами у семей­
ных мужчин случались и в те времена неоднократно, но при
этом не возникало никаких сомнений и сравнений, а тем бо­
лее намерений связать свою судьбу с объектом греховного
соблазна.
Но материальная сторона жизни человеческого общества
совершенствовалась и развивалась, и в соответствии с ней
подвергалась эволюционным изменениям и общественная
мораль. Она стала откликаться не только на основополагаю­
щие, чисто практические (экономически значимые) кате­
гории, но и на понятия добра и зла, совести и чести, заботы
о беспомощных и пожилых родственниках (и не только),
семейных ценностей. Несколько сотен (а может быть, и де­
сятков) лет назад оставшиеся без главы семейства нетрудо­
способные родственники (без «кормильца и поильца») прак­
тически были обречены на смерть, ибо заботу о них никто
из членов племени или общины не брал. Элементы полига­
мии и моногамии тогда же мирно соседствовали в ячейках
общества и не порождали вражды и напряженных отноше­
ний. Теперь же, на исходе бронзового века под влиянием
происходивших перемен, выражавшихся в прогрессировав­
шем развитии ума и интеллекта человека, появились в об­
щественных отношениях духовные составляющие, образую­
щие зачатки своеобразного «морального кодекса» того вре­
мени. Незримое его воздействие на себя почувствовал ге­
рой нашего повествования, неожиданно ощутивший некий
психологический дискомфорт от сознания несовместимости
теперешних (неразглашаемых) его желаний и обязанностей
как главы семьи. Но смутно он понимал, что соблюдение тай­
ны его интимных переживаний будет единственным спосо­
бом сохранить хотя бы видимость порядка и благополучия
в его семье, что было очень важно, так же важно, как и обес­
печить ее (семью) необходимыми материальными благами
(продукты, жилье, одежда, тепло и т.д). А потому интуитив­
но Бараз перед непосредственной встречей с детьми и же­
ной обрел свой привычный образ заботливого мужа и отца,
и никто из его близких никаких изменений в нем не увидел
и не почувствовал. Хотя был теперь Бараз другим челове­
ком - со своими тайными переживаниями и страданиями,
объяснимыми влечением к другой женщине и невозмож­
ностью быть рядом с ней.
Между тем наступившая осень требовала энергичных уси­
лий каждого главы семейства по умножению продуктовых
запасов на зиму. Одним из самых лакомых и труднодоступ­
ных видов продовольствия считался тогда мед диких пчел.
Бараз ежегодно добывал определенное его количество, изме­
ряемое заполненными емкостями - сосудами из обожженной
глины с ровными стенками (что-то похожее на современную
стеклянную литровую банку). Таковых емкостей в зависи­
мости от «урожайности» года удавалось заполнить липкой,
пахучей, сладостной и вязкой субстанцией до десятка и бо­
лее. Это было вожделенной для всех добавкой к основному
семейному рациону, состоявшему из мяса, рыбы, разнообраз­
ных супов и каш, овощей, кореньев, мучных изделий, грибов,
ягод и орехов.
Добыча меда с незапамятных времен называлась бортни­
чеством. Практиковалась она только в местах нахождения
лесных массивов, в пределах которых или рядом находились
обширные поляны с обильным произрастанием цветов источником собираемого пчелами нектара. Но самым цен­
ным считался тогда мед, взятый с липового цвета. Помимо
приятного вкуса он обладал прекрасными целебными свой­
ствами и служил первым средством оздоровления при про­
студных (и не только) заболеваниях, какими, естественно,
страдали люди и в позднебронзовый век.
Слово «бортничество» произошло от наименования дупла
с гнездом диких пчел, называемого «бортью ». Борть может
быть и естественного происхождения (самообразовавшееся
дупло, ставшее местом обитания диких пчел), и искусствен­
ного (устроенное человеком в стволе дерева углубление, ко­
торое дикие пчелы сочтут подходящим местом для гнезда).
Наверняка в позднебронзовом веке добыча меда диких пчел
велась только из природой устроенных бортей.
Чаще всего бортничество было наследственным промыс­
ло м - найти и использовать дуп ло с бортью бы ло делом
непростым и требовало специфических навыков: нужно хо­
рошо знать лес, в пределах которого могли находиться мес­
та обитания диких пчел. По их специфическому жужжанию
определялись сначала зоны их обитания, которые могли
быть достаточно обширными, а потом необходимо было най­
ти вожделенное дупло среди сотен и тысяч деревьев. Это мог
сделать только подготовленный, опытный человек, знавший
все повадки пчел, имевший острый глаз, слух и обоняние,
а кроме того, преодолевший страх общения с этими невели­
кими, но агрессивными тварями и обретший устойчивость
к болезненным укусам этих полезных насекомых, энергично
всегда защищавших свое жилище и произведенные запасы
бесценного продукта, любимого самыми грозными обитате­
лями леса - человеком и медведем. А также куницей, дятлом
и даже кабаном. Неосведомленный о повадках пчел человек
или зверь мог быть искусанным защитниками борти до смер­
ти. Такие случаи в те времена бывали неоднократно.
Кроме того, необходимо было обладать весьма непростым
уменьем по изъятию меда из борти - в экстремальных усло­
виях постоянных атак ее обитателей и защитников.
Бараз еще мальчиком был приобщен отцом к добыче меда.
А посему совершал с родителем частые экскурсии в приле­
гающие к селению чащобы, в пределах которых научился
определять места, благоприятные для «местож ительства»
пчел. Это были, в первую очередь, росшие кучно липы, цвет
которых, как указывалось, привлекал пчел своим приятным
медовым запахом и был источником богатых медовых «ур о­
жаев». В то время человек «вы гребал» из дупла не только
мед, но и так называемую пчелиную детву - всевозможные
личинки и куколки.
Очень важным компонентом «науки» по добыче меда было
знание эффективных способов защиты от чувствительных
укусов «хозяев гнезд». Если зверей (медведя и куницу) убе­
регал от их справедливого возмущения густой мех (уязвимы­
ми оставались лишь неприкрытые шерстью носы и внутрен­
ности ушей), то человека спасал только дым, который стал
со времен управляемого обращения с огнем непременным
«инструментом», с помощью коего можно было умерить ак­
тивность диких пчел и проникнуть в заветную «кладовую »
с восхитительным деликатесом. Голова при этом накрыва­
лась специально изготовленной плотной вязанной сеткой,
позволявшей, однако, хорошо видеть перед собой, но и пре­
дохранявшей лицо от проникновения разъяренных насе­
комых.
Источником дыма был в те времена высушенный мох, ко­
торый укладывался в особый короб с дырками на стенках
и при начале «операции» по изъятию медовых сот из борти
зажигался с помощью тут же добытого огня (все необходи­
мые «приспособления» для этого обязательно имелись в на­
личии у добытчика).
Бараз, следуя заветам отцов и дедов, начал приобщать к
бортничеству своих сыновей с малых лет. К несчастью, как
мы помним, двое его младшеньких погибли, а потому сопро­
вождал отца в его сегодняшнем походе за медом только стар­
ший Араш.
После возвращения главы семьи из путешествия к Си­
ней горе в один из погожих осенних дней, что позже назовут
«бабьим летом», отец и сын снарядились в дальнюю про­
мысловую экспедицию к местам, где находились их тайные
семейные «хранилища» меда. Они были «переданы» по нас­
ледству Баразу его отцом, удачливым бортником, хорошо
знавшим «добы чны е» места, выявленные еще бо лее стар­
шим поколением его родственников.
Места эти находились достаточно далеко от селения, и
двигаться к ним надо было по тайным лесным тропкам,
ориентируясь на только Баразу известные приметы. Све­
жим солнечным утром, одевшись потеплее (не из-за боязни
замерзнуть, а от необходимости надежно прикрыть все ого­
ленные, кроме лица, части тела - дабы уберечь их от пчели­
ных жал), отец и сын двинулись в поход. Все необходимые
«инструменты» были при них, также как и небольшой запас
продуктов (серые лепешки, сушеная рыба и свежесобран­
ная ягода - черника). Воду с собой брать не было необходи­
мости - в лесу имелось много родников с чистой ключевой
водой.
Любая прогулка по лесной чаще требовала наличия у че­
ловека и оружия - встреча с опасным, хищным зверем была
в то время очень даже вероятной. Поэтому захвачены были
с собой легкое копье и кинжалы - на поясе у отца и сына.
Бараз уверенно шагал впереди, периодически указывая
сыну на приметы, подтверждавшие правильность маршрута:
вот три сросшиеся у корня березы, вот заросший можжевель­
ником овраг, вот обугленный ствол высоченной сосны, по­
страдавший от удара молнии, вот густой кустарник колючей
акации - и так далее, через сто - сто пятьдесят шагов появ­
лялся по ходу движения новый ориентир.
Лес был наполнен звуками птичьего пения: посвистыва­
ли юркие желтогрудые синички, издавали завораживающие
трели щеглы и репелы, где-то вдалеке куковала кукушка,
слышались по'стукивания дятла по стволам деревьев. С шу­
мом взлетали куропатки на открывшейся внезапно полян­
ке. А в углу ее играли на солнечном пятачке веселые лисята,
сразу насторожившиеся при виде людей и уставившие на них
незамутненный, любопытствующий взгляд.
Рябь солнечного света, свежий, напоенный ароматами
воздух (пахло хвоей, грибами, прелыми дубовыми ли стья­
ми под ногами), благозвучие лесных шорохов и звуков все это привлекательное окружение настраивало Бараза на
теплую мечтательную волну. Вспомнилось ему его недав­
нее путешествие к Синей горе, встреча с красавицей Саназ, необыкновенное и непонятное волнение, охватившее их
обоих при встрече всего лишь взглядами, а потом сладкие
минуты короткого свидания, когда достаточно было легкого
прикосновения рук и выразительного «разговора» глаз для
того, чтобы состоялось ранее никогда не испытываемое ду­
ховное взаимопроникновение. Невольно сравнил Бараз ко­
роткое общение с этой женщиной с глотком жгуче-сладкого
меда - ничего слаще он не испытывал в своей уже состояв­
шейся жизни. А потому неожиданно мелькнула мысль - он,
Бараз, обязательно доставит к Синей горе корчагу этого ред­
кого и высоко ценимого продукта. С тем чтобы подарить ее
объекту своих грез, своего необъяснимого влечения и остро­
го желания уберечь, согреть, защитить эту прекрасную жен­
щину с печальными глазами.
Между тем отец и сын к полудню достигли цели своего
пешего путешествия. Среди окружающих древесных ство­
лов все чаще попадались им липовые деревья - именно
поэтому пчелы обосновались когда-то вблизи этого участка
леса, богатого медоносными деревьями и полянами, сплошь
заросшими разнообразными цветами. Путники останови­
лись, чтобы Бараз мог сориентироваться и найти заветный
клад - две борти, спрятанные в дуплах старых сосен, к кото­
рым ходили за медом предки нынешних бортников много
л е т назад. По каким-то неуловимым приметам Бараз выбрал
направление дальнейшего движения, и вскоре до слуха отца
и сына донеслось знакомое жужжание, а потом они увидали
барражирующих в воздухе пчел. Здесь нужно было накинуть
на голову защитные сетки и воспламенить в коробе мох. Че­
рез короткий промежуток обоих путников окутал терпкий
дым, и они уверенно двинулись дальше. Бараз вскоре дос­
тиг первой борти в стволе старой сосны. Подобраться к ней
бы ло непросто, так как устроена она на приличной высоте,
а на подступах к ней кружился рой обеспокоенных насеко­
мых, издававших назойливые угрожающие звуки. Но Бараз
был опытным «специалистом» медового сбора, а потому
с помощью захваченных нужных приспособлений быстро
поднялся к зияющему отверстию на стволе и, окуриваемый
спасительным дымом, вытащил из дупла наполненные соты.
Ожесточение защитников борти в это время достигло апо­
гея, но все это было знакомо охотнику за медом, а потому и
хладнокровно преодолено. Араш же стоял недалеко от ме­
доносной сосны и запоминал порядок действий отца - ведь
именно ему будут переданы и эти борти, и эта долгая, никому
не известная дорога к ним, и накопленный опыт «общения»
с дикими пчелами, и порядок действий по изъятию драго­
ценного продукта из охраняемого вместилища. Не уберегся,
однако, Араш от укусов разъяренных насекомых. Две пчелы
проникли под накидку, которую мальчик неплотно «заткнул»
за ворот холщового одеяния, и впились своими острыми жа­
лами - одна в шею, другая проникла даже на спину. Это было
чрезвычайно больно, но мальчик все вытерпел достойно не закричал, не зарыдал, а проявил мужество и терпение.
Позже отец облегчил страдания сына, вытащив жала из
места укуса и смазав пораженные, сразу опухшие участки
тела целебной мазью.
То же самое было проделано и со второй бортью. Теперь
уже обошлось «без жертв», то есть без укусов, а взятые соты
пополнили объем добытого меда. Домой Бараз и Араш воз­
вращались с тяжелой поклажей. Сознание, что они сделали
полезное дело и пополнили собственные закрома, несло
обоим определенное удовлетворение, а у сына так вообще
на лице светилась откровенная радость и гордость - за себя
и за родителя...
Позже, когда в семье были подведены итоги похода за ме­
дом и произведено разъединение восковых сот и густого
сладкого их содержимого, оказалось, что в наличии у них те­
перь имелись четыре вместительные емкости, заполненные
полезным, целебным и дефицитным в те времена продуктом.
Небольшая чашка меда была презентована шаману Ворону это традиция, свято соблюдаемая удачливыми охотниками
и добытчиками. Все знали, что колдун падок до сладкого ведь ничего хорошего, кроме таких подарков, в его жизни
не случается, а потому - жаль старика, хоть он и не послед­
ний человек в племени - и колдун, и целитель, и прорица­
тель... И друг у него только один - каркающая черная птица,
сидящая на плече или на коньке жилища...
Синяя гора отстояла от селения Бараза в дневном пере­
ходе, если двигаться на быках, самом медлительном назем­
ном колесном транспорте, бывшем «на вооружении» людей
позднего бронзового века. Быстрее можно было добраться
«о т точки до точки», если повозка была запряжена верблю­
дами, и еще быстрее - если лошадьми. А верхом на резвом
и выносливом скакуне время в пути сокращалось значитель­
но и в современном измерении составило бы два-три часа в зависимости от погоды и индивидуальных качеств и всад­
ника, и коня. (Все эти рассуждения ведутся применительно
к теплому времени года, когда дорога еще не покрыта сне­
гом, замедляющим движение, и крепких морозов еще нет.)
Через несколько дней после свершенного «медового по­
хода» Бараз, томимый тайным желанием встречи с запавшей
в его сердце и душу женщиной, собрался в путь - на этот раз
один и верхом на своей верной лошадке Нюше. Ей исполни­
ло сь в этом году пять лет, и она была в отличной форме, мог­
ла скакать протяженные участки без остановки и сохранять
при этом высокую скорость. Свой отъезд в дружественное
селение Бараз объяснил необходимостью встречи с другом
Омином (как мы помним, вожаком тех самых поселенцев
у Синей горы) для якобы обмена сведениями о заречных ко­
чевниках и их передвижениях, что поможет избежать уже
однажды случившегося и возможного в будущем нападения
на то и другое поселение. Это была ложная мотивация, и Ба­
раз испытывал определенный душевный дискомфорт от вы­
нужденной необходимости столь примитивного вранья, но
поступить иначе он не мог и держался уверенно. Так, что
никто (в том числе и его семья) ни в чем плохом его не запо­
дозрил. Вернуться обещал через три дня. Якобы в качестве
подарка своему коллеге захватил Бараз с собой малую корча­
гу меда - ясно, кому на самом деле она была предназначена.
Раздав инструкции своим помощникам на время отъезда
и простившись с женой и детьми, Бараз опять же ранним
утром оседлал свою любимицу и, еще раз проверив свою и
лошадиную экипировку, а также проанализировав, не забыл
ли чего, тронулся в путь.
Осень вошла уже в свои права, было достаточно прохлад­
но, но унылые затяжные дожди еще не прошли и не превра­
тили убитую дорогу в грязное месиво. Окрестная природа
была тиха и красива - желтые и багряные краски украшали
придорожные рощи и кустарники, а осеннее увядание толь­
ко-только начиналось: редкие листочки кружились в возду­
хе под слабым дуновением еще не студеного ветерка, опадая
на впереди открывающуюся дорогу и на близлежащее зерка­
ло реки.
Лошадка шла ходкой рысью, иногда в азарте переходила
на галоп, но, израсходовав определенный запас сил, сама пе­
реходила на умеренный шаг, особенно на участках подъема.
Бараз полностью доверился Нюше, никак не понукая ее, но и
не сдерживая. Умное животное, понимая, что оно обязано
преодолеть назначенное расстояние как можно быстрее, са­
мо регулировало темп движения, инстинктивно сообразуясь
с природной потребностью в быстрой скачке, но и необходи­
мостью периодического отдыха - такое суждение справедли­
во для сильных и здоровых лошадей, находящихся в «рабо­
чем возрасте» (4-10 лет), каковой и являлась Нюша.
Дорога была пустынной, ни одного человека не встре­
тил и даже издали не увидал Бараз. Но неоднократно наби­
тую тропу с едва различимыми следами копыт и тележных
колес перебегали малые зверушки: зайцы, суслики, сурки, а
однажды высунула хитрую морду из придорожных кустов
ярко-рыжая лисица, но испугавшись приближения всадника,
развернулась, взмахнув своим огненным хвостом, и скры­
лась за густым перекрестием веток в таком же рыжем осен­
нем уборе.
Судя по движению солнца, Бараз находился в пути уже
достаточно долго, и за спиной осталось, по его ощущениям,
не менее трех четвертей пути. Все затрудняющие движение
препятствия - овраги, малые притоки больш ой реки, вяз­
кие песчаные участки, крутые подъемы и спуски - лошадка
и всадник преодолевали, как говорится, с ходу, замедляя дви­
жение, но не останавливаясь. Перед взором Бараза то про­
плывали печальные лиственные рощи, то открывался прос­
тор безлюдной степи в колышащемся поблекшем травостое,
т о закрывала горизонт крутая возвышенность, с вершины
которой хорошо была видна сверкающая и спокойная речная
гладь.
Наконец, ближе к полудню, показались вдали знакомые
очертания Синей горы. У Бараза екнуло сердце в предчув­
ствии долгожданной встречи, вместе с которым теребило
сознание острое сомнение - а будет ли рада ему та женщина,
о которой грезил последние долгие дни? А как он объяснит
свой приезд коллеге-вожаку Омину? И как отнесутся к фак­
т у его неожиданного появления посторонние люди, жители
селения? Ведь скрыть греховные намерения Баразу не удаст­
ся, нет...
Как мы помним, после гибели Шахрама от отравленной
стрелы его молодая жена испытала понятный душевный
стресс, следствием чего стали «выкидыш » и продолжитель­
ная болезнь молодой женщины, впавшей в отчаяние не толь­
ко от перенесенных потерь, но и страха перед будущим - в
условиях беззащитности и мучительной неизвестности о
своей дальнейшей судьбе. Ведь потеря «кормильца» в те вре­
мена могла означать катастрофу для оставшихся в живых его
родственников.
Но некие благоприятные обстоятельства уберегли Саназ
от самых тяжелых испытаний. Во-первых, у нее была надеж­
ная крыша над головой. Построенная покойным мужем зем­
лянка была хорошо обустроенной, теплой и удобной. В погре­
бе с ледником хранились еще немалые запасы продовольст­
вия - зерно и мука, сушеная и копченая рыба, овощи с собст­
венного огорода - причем добрые люди-соседи пополнили
закрома уже созревшим и снятым урожаем теперешнего го­
да. Столь же немалыми были запасы топлива - в виде скла­
дируемых в загоне «ки зяков» и сухого хвороста. Правда,
принадлежавшая семье скотина (корова, овечки и два поро­
сенка) была разобрана, с согласия вдовы, знакомыми жите­
лями, так как ухаживать за ними она не могла ввиду болезни.
Последний факт, естественно, усилил сочувствие окружаю­
щих к Саназ, ибо какую-либо «компенсацию» за потерянную
собственность она категорически отвергла.
Во-вторых, молодая вдова была на особом счету у вож­
дя племени Омина. Ведь погибший супруг Саназ был его
близким другом, и забота о его несчастной жене сразу ста­
ла не только желанием, но и потребностью вождя племени,
призвавшего к тому же всех соплеменников не оставлять
вдову уважаемого воина, охотника и труженика, без участия.
Этот призыв поддержал и местный шаман, что окончательно
сплотило людей в их благородном и бескорыстном устрем­
лении.
Естественно, спонтанное «свидание» Саназ с приехавшим
блистательным вождем соседнего племени стало достоянием
всей общины. Но, как ни странно, ввиду поголовного сочув­
ствия к красивой и скромной женщине этот факт не вызвал
какого-то осуждения и недоброжелательных пересудов. Все
только порадовались за убитую горем вдову - в надежде,
что она обретет какой-то интерес к жизни, как и обретет
надежного поклонника, который, даже если он семейный
человек, сможет ощутимо помочь Саназ вернуться к хотя
бы нормальной (а может, и счастливой) жизни. Если и име­
лись в этой ситуации элементы смутно ощущаемого греха,
то были они вполне извинительны ввиду свершившейся
трагедии в семье бедной женщины, в одночасье потерявшей
эту самую (здоровую и «правильную ») семью.
Таких настроений и соображений не знал Бараз, въезжав­
ший на территорию селения на своей серой грациозной л о ­
шадке. Он очень волновался, хотя не показывал вида. Сей­
час главным для него было застать на месте своего к оллегу
и друга Омина, с которым можно поговорить по душам и от­
крыть ему истинные цели своего нежданного визита. Ожи­
дал он и осуждающие взгляды, а может, и жесты со стороны
жителей селения, которые, конечно же, не одобрят намере­
ния «чужака» покорить местную, еще пребывающую в трау­
ре красавицу и, возможно, увезти ее в собственные пенаты.
К своему величайшему удивлению и радости, никакого
неприятия и враждебности прибывший высокий гость не по­
чувствовал, ибо их просто не было. И люди улыбались ему,
узнавая, пока он вел в поводу своего коня к хижине Омина,
а некоторые даже приближались и спрашивали, а не пока­
жет ли он еще раз свое запомнившееся всем «конное» пред­
ставление - так им понравилось продемонстрированное уме­
ние обращения с верховой лошадкой.
Вышедший навстречу Баразу вожак племени был искрен­
не рад приезду коллеги, которого после устного выражения
гостеприимства крепко обнял и похлопал по спине - искрен­
ний приветственный жест, бывший в ходу у мужчин и в те да­
лекие времена.
А дальнейший ход событий вызвал у Бараза еще большее
удивление. Он только было раскрыл рот, чтобы как-то обо­
значить другу причину своего нежданного визита, как Омин
поспешил прервать его, сказав, что не надо ничего объяс­
нять и что он (и не только) рад его приезду, велел распола­
гаться в летней пристройке, отдыхать, а вечером состоиться
небольшой пир в честь Бараза - все селение тебя знает и лю ­
бит, так что чувствуй себя как дома. Очевидно, что о тайной
подоплеке вояжа Омин догадывался и понимал состояние
друга, а главное - одобрял его поведение, ибо всей душой со­
чувствовал Саназ, которая после первого памятного приез­
да гостей стала как-то «отходить» от пережитого несчастья:
взгляд ее потеплел, и даже робкая улыбка появлялась теперь
на ее прекрасном лице. Ясно было, что эти благоприятные
изменения в ее моральном (да и физическом) состоянии обя­
заны Баразу, который сумел пробудить в ней еще не угасший
окончательно интерес к жизни. Теперь ей было во что верить
и на что надеяться.
День прошел в общении с Омином, который показывал и
рассказывал своему коллеге о жизни его общины: собрали
неплохой урожай злаковых и бахчевых культур, сделали за­
готовки для установки изгороди вокруг селения, почистили
отхожие места - вывезли в дальний овраг - за пределы жи­
лой зоны - накопленные экскрименты и надежно засыпали
их. Кроме того, засолили и закоптили много рыбы и мяса
на период зимовки и т.д. и т.п. Бараз слушал все это вполуха,
ибо думал совсем про другое, его волновало близкое присут­
ствие запавшей в его сознание женщины, которую он теперь
хотел бы увидеть, но не знал, как это сделать - попросить
об этом Омина или самому пройти к ее хижине и окликнуть
ее. Неизвестно, как долго бы мучился наш герой сомнениями
и ожиданием, если бы его коллега не заметил и правильно
не «расшифровал» душевное состояние гостя. Неожиданно
Омин предложил Баразу пройти на тот самый верхний «пята­
чок» Синей горы - якобы полюбоваться всегда прекрасным
пейзажем.
Понятно, почему в предыдущем предложении фигури­
рует слово «як обы ». При «восхож дении» к означенному пя­
тачку Омин нежданно попросил Бараза шествовать далее
одному, а он, Омин, будет рядом спустя несколько минут.
Бараз повиновался, но был слегка озадачен - что бы это
значило, его неожиданное уединение? Но внезапная д о­
гадка осенила Бараза, и теперь он, усевшись на том самом
месте, м олил Создателя, чтобы она подтвердилась. И это
случилось - через небольшой промежуток, показавшийся
Баразу вечностью, он увидел поднимавшуюся к нему у лы ­
бающуюся Саназ...
И минута истины наступила. Она была одинаково желан­
ной и сладостной для обоих. И опять какие-то неизвестные
и непонятные движения души мужчины и женщины мягко
«подтолкнули» их к более чем красноречивому и продолжи­
тельному молчанию, хотя взволнованное дыхание и затума­
ненный, чувственный взгляд говорили о подлинном смяте­
нии души обоих. Нужных слов не находилось, их просто еще
не было в тогдашнем лексиконе, не способном выразить все
многообразие и богатство испытываемых эмоций. А пото­
му «история» повторилась. Бараз и Саназ, взявшись за руки,
близко стояли друг к другу, заворожено всматриваясь в глу­
бину глаз, а вернее в глубину души, в биение сердца стояще­
го напротив человека. Это продолжалось довольно долго.
А когда первое волнение слегка улеглось, они, опять же мол­
ча, присели на краю откоса и устремили взгляды на слегка
грустную картинку осеннего увядания, прекрасного и задум­
чивого, очень гармонирующего с их душевным состоянием.
Бараз непроизвольно и осторожно обнял женщину за хруп­
кое плечо, а она доверчиво склонила свою аккуратную го­
ловку на широкую мускулистую грудь находящегося рядом
человека. Это очень важно для любой женщины во все вре­
мена - чувствовать крепкое плечо сильного мужчины и обре­
тать тем самым уверенность и надежду.
И опять в почти полном безмолвии прошло неизвест­
но сколько времени. Сказать, что им обоим было хорошо,
было бы неправильно - оба испытывали какое-то устойчи­
вое и спокойное блаженство, так захватило их взаимное при­
тяжение, неодолимое влечение друг к другу. Они позволяли
себе лишь редкие и короткие фразы, как-то иллюстрирую­
щие их состояние, но отображающие действительную карти­
ну лишь очень поверхностно. И никто в этом не виноват, ибо,
повторимся, на вооружении человечества еще не было необ­
ходимых речевых конструкций, которые бы реально мог­
ли сформулировать сложные, спонтанно ощущаемые мысли
и чувства человека.
Наконец, как бы очнувшись от охватившего обоих наваж­
дения, Саназ тихо промолвила, что в селении начинается
праздник в честь приезда дорогого гостя и надо спускать­
ся вниз - к приготовленным угощению и «представлению».
Мужчина и женщина быстро поднялись, и, по-прежнему дер­
жась за руки, направились к тропке, которая, попетляв по
солнечному лесу, вывела их к селению.
Выставленное угощение и просмотренное представление
были почти точной копией недавно употребленной трапезы
и виденного Баразом «концерта», но последнее, исполнен­
ное с большим старанием, вновь не оставило равнодушными
зрителей - и местных жителей, и гостя. По просьбе «п осел­
ковой общественности» Бараз вынужден был участвовать в
завершении представления. Выведя на середину круга свою
красавицу Нюшу, он не стал повторяться исполнением все­
возможных «трюков», а решил покатать на лошадке присут­
ствующих на празднике детей. Кого-то из «старш еньких»
малышей он сажал впереди себя на седловую подстилку и
рысью делал два-три круга, чем приводил в полный вос­
торг и катаемого отрока, и всех наблюдавших за этим дей­
ством соседей и родственников. А кого-то (особенно девочек
и совсем малых карапузов) усаживал в седло и, поддерживая
юного всадника со стороны, проводил неспешно лошадку в
поводу, предохраняя «седока» от испуга или, не дай Бог, от
падения. Этой восхитительной экзекуции подверглись все
присутствовавшие на празднике дети. Иногда на спине л о ­
шади оказывались одновременно трое-четверо малышей
(братьев и сестер). Их реакция на необычное приключение
(случалось, безудержное веселье, а временами - насторожен­
ность и даже слезы испуга), уморительно-непосредствен­
но отображавшаяся на милой мордашке ребенка, вызывала
бурю восхищения и еще большей симпатии к хозяину лошад­
ки. Бараз заметил, что вместе со всеми улыбалась и иногда
даже смеялась сидевшая рядом с семьей Омина Саназ. Чего
не случалось с ней очень давно...
Во время длительного и обильного чревоугодия с общим
разговором на разные темы незаметно опустился на Синюю
гору и окрестности тихий прохладный вечер. Заверещали
вокруг неутомимые сверчки, прочерчивали в остановив­
шемся воздухе ломаные линии летучие мыши. От реки до­
носились до слуха сонные вздохи накатывавшейся на пес­
чаный берег несильной волны. Люди расходились по своим
землянкам, некоторые подходили к Баразу и выражали ему
искреннюю благодарность за доставленное удовольствие
себе и детям. Последних тоже приводили с собой, и те, зас­
тенчиво улыбаясь, пытались обнять склонившегося к ним
«дядю », видя в нем доброго волшебника и такого же добро­
го человека.
Последними поблагодарили Бараза (который высказал
ответную признательность) вожак Омин и члены его семьи.
Затем они тактично пожелали ему и стоявшей рядом Саназ
спокойной ночи, никак не обозначив каких-то двусмыслен­
ных намеков, не проронив ничего лишнего, бестактного и
не сопроводив это «понимающими» улыбками. Заметим, что
это говорит о более высоком нравственном состоянии пе­
редового людского сообщества эпохи поздней бронзы по
сравнению со средневековыми (и даже современными) вре­
менами.
Бараз и Саназ остались одни посреди сумеречного, засы­
пающего поселения. Он неуверенно хотел было попрощаться
с любимой женщиной до следующего утра, но Саназ твердо
задержала его руку в своей и, не слова не говоря, властно и
требовательно выразила свое намерение не расставаться с
покорившим ее человеком, затем, не отпуская теплой ладони,
решительно направилась к своей пустовавшей землянке. Но
Бараз все-таки освободил свою руку и спешно на короткое
время вернулся в «пристройку», где он положил приготов­
ленный для Саназ подарок - малую корчагу недавно добыто­
го меда. Вернувшись к женщине, он вручил ей ценную по тем
временам «добы чу», чем заслужил ее теплый признатель­
ный взгляд и легкое пожатие ладони, которую она теперь не
выпустила вплоть до того, как они оба переступили порог ее
хижины.
Ну а далее... Все самое лучшее, что случается в жизни че­
ловека в пору его молодости и ранней зрелости, произошло
в этот дивный поздний вечер и бессонную ночь с нашими ге­
роями.
Зажженный фитилек, опущенный в малый сосуд с рас­
тительным маслом, освещал лишь небольшое пространст­
во, прилегающее к обеденному столику в центре хижины.
На большем расстоянии смутно угадывались лишь контуры,
делая наблюдаемую картинку призрачно-сказочным виде­
нием. Молодая женщина, ступив через порог жилища, резко
обернулась и надолго прильнула к груди Бараза, облегченно
выдохнув в сознании от того, что теперь ничей посторонний
взгляд не может помешать их наслаждению друг другом.
Ни слова не говоря, Саназ как-то торопливо раздела во­
шедшего с нею мужчину (опешившего от такой вольности,
но и осчастливленного этим) и показала ему на широкое
ложе в глубине землянки, устланное светлым тканным по­
лотном. Здесь Бараз прилег, ничего не осознавая, но пови­
нуясь каким-то внутренним движениям души. Женщина же
отошла ко входу в жилище и, еле различимая в полусумраке
помещения, сняла с себя платье, после чего предприняла не­
больш ое омовение из находившейся рядом большой корча­
ги. Бараз заворожено наблюдал за ней, любуясь с трудом раз­
личимыми очертаниями ее совершенного обнаженного тела,
рассыпавшимися по спине густыми и длинными волосами и
грациозными движениями - как она поднимает над собой
кувшин с водой, как она проводит ладонью по лицу, живо­
ту, груди и бедрам. Все эти завораживающие составляющие
прекрасного молодого женского тела Бараз видел со сторо­
ны практически впервые, ибо все его предыдущие общения
с особами женского пола проходили только в тесном кон­
такте с партнершей, существенно быстрее и практичнее. Что
исключало возможность кого-то неспешного созерцания и
осмысления происходившего. Теперь же Бараз наслаждался
н е физиологическим процессом, а явственно ощутимым сла­
достным предвкушением чего-то загадочного, таинственно­
го, сулящего еще большее неземное наслаждение. Хотя сфор­
мулировать всю гамму охвативших его чувств и эмоций он,
естественно, не мог, но был по-настоящему счастлив.
И блаженное его состояние достигло апогея, когда женщи­
на, чистая и непорочная в своей сущности, источающая цве­
точный аромат каких-то особых благовоний, приблизилась
к нему и легла рядом. И взяла его руку, и положила ее к себе
на укромное место, а потом придвинулась к мужчине вплот­
ную. И Бараз ощутил своим телом всю ее - и сильные глад­
кие ноги, и бедра, божественно расширяющиеся ниже талии,
и небольшой упругий животик, и тугую, выпуклую, налитую
нерастраченными жизненными соками грудь, и ласковые ру­
ки, обвившиеся вокруг его шеи, и спутанные густые волосы,
и горячие губы, прильнувшие к его рту, и даже кончик языка,
которым она озорно шевелила, издавая негромкий сладо­
страстный стон...
Ночь, глубокая осенняя ночь разверзла свой необъят­
ный купол с мириадами светящихся точек над сонной рекой
и неразличимой в ночной темени Синей горой. На дальние
расстояния вокруг стояла над миром завораживающая ти­
шина, прерываемая лишь изредка еле слышным «уханьем»
филина - где-то там, в глубине заросшего ольховником со­
седнего буерака. Время как бы остановилось для двух влю­
бленных, ощущавших теперь какое-то ранее им неведомое
потрясение и впитывавших по капле снизошедшую на них
великую радость настоящего светлого чувства, о существо­
вании которого они оба не подозревали - так уж сложилось.
Далеко не каждому и в далекие прежние времена, и в тепе­
решнее просвещенное время уготовано испытать подобные
короткие мгновения подлинного счастья, которые запоми­
наются на всю оставшуюся жизнь ярким сполохом, но кото­
рые, увы, невозвратимы - ибо только редчайшее стечение
многочисленных благоприятных обстоятельств делают воз­
можным это уникальное свершение. И лю бы е попытки
«повернуть время вспять», искусственно создать эти самые
благоприятные обстоятельства обречены на неуспех и разо­
чарование. Ибо это будет уже «повторение» случившегося,
и хмелящая новизна ощущений не проникнет в души и сер­
дца влюбленных людей. Но еще долго взаимное притяжение
будет сопровождать их на жизненном пути, будет и радость,
и печаль в их совместной жизни, но та первая ночь любви
не повторится никогда.
Только когда забрезжил над заречной стороной робкий
осенний рассвет, мужчина и женщина, утомленные и опусто­
шенные неземной страстью, заснули, обнявшись, крепким
счастливым сном. И оба, перед тем как окончательно «про­
валится» в сладкую истому небытия, успели прошептать сло­
ва благодарности Создателю и добрым духам за дарованное
ощущение чего-то возвышенного и великого...
Поздним утром, когда селение окончательно проснулось,
Бараз поднялся первым и тут же преисполнился всевозмож­
ными хозяйственными заботами о жилище Саназ и о ней са­
мой, чувствуя ответственность за оказание разноплановой
помощи одинокой женщине, у которой, несмотря на всеоб­
щее сочувствие к ней соплеменников, имелась нужда в раз­
решении возникавших проблем с ремонтом крыши и стен, за­
готовкой дров и продуктов, содержанием вновь заведенных
домашних животных (двух коз и трех овечек). Хотя сама Са­
наз окончательно окрепла после перенесенных потрясений
и легко переносила немалые нагрузки по ведению домашне­
го хозяйства, тем не менее она, конечно же, нуждалась в под­
держке и помощи со стороны сильного пола. Их охотно оказы­
вали ей все соседи - взрослые и юные особи мужского пола,
но обо всем необходимом, посторонних людей не попросишь.
Д ля этого нужен близкий, всевидящий и понимающий чело­
век. Вот таким в ее жизни, хоть и на короткое время, оказался
Бараз. Человек далеко не старый, но опытный, мастер на все
руки, охотник, воин, вождь. О таком только мечтать можно!
И Бараз с лихвой оправдал робкие надежды женщины. В
течение двух последующих дней он привел землянку Саназ в
«образцовое» по тем временам состояние. Заменил угловые
столбы, обновил навесы, укрепил стены строения внутри
жилища и снаружи и даже соорудил подобие входной двери
из намертво скрепленных жердей, что было определенной
«новинкой» в тогдашнем «ж илоустройстве»: обычно в те
времена в качестве прикрытия входа чаще использовалась
плотная шкура взрослого самца лося или оленя, соответст­
вующим образом «приспособленная» по размерам и конфи­
гурации к входному проему. Далее с помощью своей верной
лошадки он доставил в пристройку жилища огромное коли­
чество сухого хвороста (необходимого для поддержания пос­
тоянно тлеющего очага) и несколько огромных вязанок сена
(для домашней скотины), накошенного на «делянке», ранее
принадлежавшей погибшему воину Шахраму, а теперь пере­
шедшей в собственность его вдове.
Затем с помощью местных охотников, указавших Баразу
тутошние «добычные» места, он исхитрился поразить мет­
кими выстрелами одну косулю и оленя, чьи туши впосле­
дствии умело и оперативно разделал и загрузил лучшие со­
размерные куски мяса в ледник при жилище Саназ, а многие
оставшиеся части туш и снятые шкуры преподнес некото­
рым многодетным семьям селения, чем вызвал их безудерж­
ную благодарность. Самые же лакомые куски - печень уби­
тых животных - Бараз преподнес местному шаману. Тот не
высказал никакого удивления и не сказал никаких благо­
дарственных слов, но эдак о-очень внимательно и явно
одобрительно посмотрел на Бараза, как бы сделав ему не­
гласный «зачет» и выказав тем самым безусловное уваже­
ние. «Официально» же выразил признательность Баразу за
содеянную благотворительность в адрес жителей селения
вожак Омин. И не только высказал, но и обнял дорогого и
столь полезного гостя за плечи.
Кроме того, Бараз обследовал и остался удовлетворен­
ным имевшимся у вдовы запасом муки и овощей, а также уже
перед самым отъездом сумел выловить в реке с помощью
заимствованной снасти четырех крупных судаков, которые
до будущих времен, тут же выпотрошенные, были помеще­
ны в холодный погреб.
В шутку перечисляя свои «заслуги» в плане обеспечения
благами Саназ, мужчина-благодетель спросил у нее, что же
более всего из содеянного ей понравилось. Та ничего не от­
ветила, но достала из укромного уголка ту самую корчагу
меда и, взяв малую ложку, отведала толику сладкого некта­
ра, озорно улыбнувшись. А потом приподнесла ту же ложеч­
ку к губам Бараза. И вымолвила, что это самый дорогой для
нее подарок. Ибо кто-то думал о ней там, вдалеке от нашего
селения, кто-то добывал этот редкий деликатес, кто-то вез
его сюда и вручил той, о встрече с которой мечтал все время
разлуки. Это ли не счастье для одинокой женщины!
Они так и не обмолвились ни единым словом о будущем,
ибо ничего определенного в завтрашнем дне просто не про­
сматривалось. Саназ прекрасно понимала, что у Бараза семья,
которую он не сможет оставить, будучи заботливым отцом и
супругом. Это ей, Саназ, одной можно выжить с поддержкой
племени, а пожилая супруга с тремя детьми на ее попечении
без кормильца не протянет и года. И потом, вдова прекрасно
понимала, каково это - остаться без близкого человека, с ко­
торым связана ее жизнь уже более десяти лет, сколько горя
и отчаяния принесет ей разрыв с любимым мужем, как она
будет искать ответ - почему он сделал это, ведь она всегда
была ласковой женой, заботливой матерью и умелой хозяй­
кой! И что ее теперь ждет?
Нет, Саназ решительно не могла взять ответственность
на себя за разрушение дружной и правильной семьи. И пусть
она будет страдать в одиночестве, пусть будет испытывать
жизненные неудобства, но на что-то кардинальное и роковое
в отношении семьи любимого человека она не пойдет. Так уж
все сложилось, надо смириться с обстоятельствами, ниспо­
сланными нам высшими силами...
В свою очередь, Бараз также задумывался о возможном
развитии событий, и ни к чему утешительному горькие ду­
мы не привели. Он не мог оставить семью, но и не мог на­
вечно расстаться с Саназ. И в мучительном осмыслении то­
го тупика, в который привели его сложившиеся преврат­
ности судьбы, неожиданно для себя он нашел приемлемый
вывод. Будь что будет! Придется ему жить на два дома - он
сможет, он выдюжит, у него хватит сил и терпения забо­
титься и о семье, и о любимой женщине. Хотя тогдашние
бытовые устои еще не были так строги, и случаи содержа­
ния двух, а то и трех жен (причем в одном общем жилище)
хоть редко, но встречались в селениях, разбросанных по
территории нынешнего Урало-Поволжья. И в принципе, Ба­
раз мог привести в свой обжитый дом и вторую жену, что
не вызвало бы какого-то резкого осуждения или категори­
ческого неприятия со стороны родственников и членов об­
щины, но совершенствующиеся моральные принципы разви­
вающегося общества уже как-то обозначали будущее тор­
жество моногамии или, по крайней мере, необходимость
проявления определенной тактичности в этом щ епетиль­
ном вопросе. А потому если уж решился достойный муж
обзавестись второй женой, то делать это надо аккуратно,
соблюдая обязательства в отношении своей первой семьи
и создавая условия для раздельного проживания двух жен­
щин, ставших волею главы семьи конкурентными сторона­
ми. Что, естественно, порождает ревность, беспокойство,
всевозможные нездоровые сравнения, особенно болезнен­
ные, если все это происходит в тесном, замкнутом простран­
стве - на виду друг у друга. Иное дело, если разноплановое
общение с одной подругой происходит не на глазах другой,
а в ином жилище, на альтернативной территории, ж елатель­
но умеренно удаленной. В этом случае создаются вполне
приемлемые условия для комфортного бытия п ар аллель­
ных семей - при условии достойного их материального
обеспечения главным хозяином и кормильцем.
Придя к такому умозаключению, Бараз обрел определен­
ное спокойствие и уверенность в осуществлении осмыслен­
ного компромиссного варианта бытия. Как мог, он объяснил
в общих словах эту непростую «парадигму» (концепцию)
Саназ, которая не знала, как реагировать на выслушанную
речь, но уяснив, что Бараз будет периодически приезжать
и заботиться о ней, молодая женщина слегка успокоилась
и пришла к аналогичному - ранее упомянутому - выводу:
будь что будет!
Вечером на третий день пребывания у Синей горы Бараз,
нежно простившийся с огорченной любимой женщиной,
выехал на своей верной лошадке в обратный путь. Все жи­
тели селения вышли проводить его и долго махали руками
вслед удаляющемуся всаднику. Дорога была хорошо знако­
ма путнику и его послушному коню, так что последний вез
своего хозяина без всяких направляющих команд и пону­
каний, зная, где можно и нужно убыстрить или замедлить
движение. Все это дало возможность Баразу полностью от­
ключиться от управления животным, в котором он был аб­
солютно уверен, и предаться невеселым размышлениям - о
жизни и ее быстротечности, о своем уже не юном возрасте, о
появившихся новых «раскладах» в его жизни, сулящих иные
заботы и трудности.
Ш З Н Ь ПРОДОЛЖАЕТСЯ
В ближайшие несколько суток погода окончательно по­
менялась, и настоящая осень - с мелкими нудными дождями
и холодным порывистым ветром - властно вступила в свои
права. Над рекой потянулись к югу одна за другой стаи пере­
летных птиц, «ш ли » они над серой неспокойной речной по­
верхностью и ровными клиньями, и беспорядочной массой,
издавая шелестящий шорох работающих крыльев и нестрой­
ный гомон подаваемых сигналов, что всегда сопровождают
сезонные миграции пернатых. Пора листопада уже прошла,
и лес стоял безмолвный и тихий, в коем оголенные темные
стволы изредка перемежались с вечнозеленым одеянием
хвойных деревьев. Все хозяйственные хлопоты людей из се­
ления Бараза были, в основном, завершены в преддверии
наступления зимы. Собраны и уложены в закрома злаковые
и огородные запасы, заготовлены сушеные ягоды и грибы,
пристройки заполнены сеном, дровами и брикетами «кизя­
ков», копченые мясо и рыба ожидают своего часа в погребе.
В сосудах и корчагах покоятся отвары целебных трав - на
случай любых недомоганий: простуда, болезни живота, трав­
мы, переломы, вывихи, боли в суставах и в голове.
Травяной покров еще сохранился на влажной земле, а по­
тому каждое утро какой-нибудь подросток собирает у ворот
городьбы малое стадо из коров, овец и коз и, открыв дере­
вянные створы, выгоняет домашних животных на выпас к
ближнему прибрежному лугу. Далеко от селения отходить
пастуху и скотине нежелательно, ибо с наступлением холод­
ной погоды и впаданием в спячку многих мелких грызунов
охота для хищников становится все менее и менее добычной,
а потому устремляют они свои голодные взоры на жирую­
щий домашний скот. А это значит, что пастушок обязан быть
все время начеку и при первых признаках опасности укры­
ваться со своими подопечными за городьбой, одновремен­
но подавая голосом сигнал о помощи. В этом случае устрем­
ляется к нему каждый поселенец, услышавший экстренный
призыв и вооружившись кто копьем, кто кинжалом, кто уве­
систой дубиной. Но чаще всего «рабочий день» (все более и
более укорачивающийся по причине раннего наступления
темени) проходит без происшествий.
В хижинах в это время хозяйки, помимо исполнения
текущ их обязанностей по кормлению-поению больш их и
малых членов семьи, занимаются ткачеством - из заготов­
ленн ы х шерстяных и растительных нитей ткут на своих
примитивных ткацких устройствах материи - для пошива
рубашек, штанов, полотенец, покрывал, платков и других
«н оси льн ы х» предметов мужского, женского и детского
назначения.
Мужчины же озабочены приумножением кормовых запа­
сов и для семьи, и для домашней скотины, а также заготов­
лением шкур - для последующего пошива теплой меховой
одежды. Пока еще не выпал снег и не настали устойчивые
морозы, охотники, кто в группе, кто поодиночке, уходят в лес,
ставят силки на зайцев, на лисиц, на белок. А также тропят
стада оленей и косуль - в ближних пределах они уже не во­
дятся, животные эти осторожны и пугливы, так что отходят
они от жилища человека все более далеко - на один-два дне­
вных перехода.
Осенняя прохладная погода не мешает успешному рыбно­
му промыслу. На гребных и парусных небольших судах ухо­
дят местные рыбаки в тихие островные заводи, в прикорм­
ленные места, откуда возвращаются с хорошим уловом - при­
чем помимо «красной» рыбы (осетров, севрюг, стерлядей) в
дело идет и частиковая - особо ценным и вкусным считается
мясо сомов и судаков. Хорошо оно и тем, что костей в таких
сортах мало - не то что лещь, щука или сазан. Привлекатель­
ны человеку и раки, считаются они своеобразным деликате­
сом, а потому есть в селении «узкие специалисты» по раково­
му промыслу, знающие все повадки и места скопления этих
страшноватых на вид, но ценных речных моллюсков.
По приезде «дом ой» от Синей горы Бараз вроде бы так же,
как всегда, предался ежедневным хлопотам, держался со
своими домашними ровно и приветливо. Но что-то измени­
лось в нем, он сам это чувствовал, заметила это и супруга
Можган. Которая, будучи от природы робкой и где-то застен­
чивой, так и не решилась спросить что-то важное для себя
у мужа, а пожалуй, просто не могла сформулировать того, что
ее беспокоило. Но по прошествии времени, видя, как Бараз
старается для семьи, как много усилий он тратит на всевоз­
можные заготовки, на подготовку жилища к зиме, какой он
внимательный к ее просьбам и пожеланиям, она успокои­
лась, ибо уверовала в то, что муж никогда не оставит семью
без заботы и разнопланового «окормления». Однако стал он
теперь не такой, как раньше, в интимной жизни - теперь бли­
зость супругов случалась и реже, и как-то проще, что можно
было бы назвать, говоря современным языком, - «отбыва­
нием повинности». А кроме того, осунулся и похудел Бараз,
стал менее разговорчивым, и нередко тень какой-то тайной
печали отображалась на его мужественном лице. Можган все
это отнесла на счет множественности осенних забот, повы­
шенного расхода сил и... пожилого, по тем меркам, возраста.
Ведь чаще всего люди бронзового века, мы об этом уже упоми­
нали выше, доживали лет до 35. А Бараз уже переступил трид­
цатилетний рубеж, так что его «старость» была не за горами.
Что касается самого героя нашего повествования, то он,
естественно, томился по любимой женщине, которую оста­
вил у Синей горы, и мучительные его раздумья - как соеди­
нить несоединимое - вводили его в душевный стресс, ибо
он чувствовал тревожное состояние жены, но никак не мог
решиться на откровенный разговор с ней. Совсем это не
просто - сказать в лицо человеку, матери его детей, с кем
связаны долгие годы совместной жизни, огорчительные сло­
ва, которые она никак не заслужила, будучи всегда образцо­
вой матерью и женой.
Между тем наступала зима, и вместе с ней отпадала воз­
можность новой поездки к Синей горе (она, кстати, станови­
лось в зимнюю пору не синей, а белой, поскольку укрывалась
снегом), что, в свою очередь, усугубляло душевный стресс
у Бараза, который почти каждую ночь долго не мог заснуть,
перебирая подробности той памятной встречи, а утром, злой
и невыспавшийся, норовил побыстрее принять пищу и по­
кинуть землянку, озаботившись новыми хозяйственными
проблемами. Иной раз потерявший покой мужчина решал­
ся на неразумный шаг - добраться до Синей горы по зим­
ней дороге, но после тщательного анализа уже четырежды
пройденного пути, отлично запечатлевшегося в его памяти,
он понимал, что зимой по глубокому снегу да еще без гаран­
тий хорошей погоды, в условиях, например, сильного мороза,
снегопада, метели, путь этот чреват большим риском. Можно
и замерзнуть, и сбиться с дороги.
Прошло несколько зимних месяцев - ничего не случилось,
ничего не произошло за этот срок, пришедшийся на холодное
время года. Так чаще всего проходила жизнь обитателей се­
ления в зимнюю пору. И волей-неволей Бараз начинал обре­
тать состояние, которое позже проиллюстрируется расхожей
фразой: «с глаз долой - из сердца вон!». Сам того не замечая,
Бараз все чаще отвлекался на текущие дела, и по прошествии
сравнительно долгого срока, опомнившись, удивлялся - как
это он такой протяженный отрезок времени не думал о Са­
наз, не представлял ее - молодую, прекрасную, наполнен­
ную огнем любви и страсти. В таких случаях сердце Бараза
вновь трепетало и острое желание увидеть и услышать лю ­
бимую женщину вновь захватывало его целиком. Но без спа­
сительной поддержки этого полыхавшего пламени все равно
чувство мужчины становилось все менее ярким и жгучим.
И по прошествии еще двух-трех месяцев Бараз окончатель­
но успокоился - благо текущие заботы постоянно заслоняли
в его сознании все предыдущие радости, тревоги и печали.
Неожиданно он почувствовал даже облегчение и искренне
возрадовался этому. Ибо все вокруг входило в привычную ко­
лею, не требовавшую мучительных раздумий и поисков от­
вета на постоянно множащиеся вопросы. Все эти душевные
трансформации в сознании мужа отчетливо уловила и Мож­
ган, облегченно вздохнувшая и тут же отблагодарившая доб­
рых духов подношением зарезанной курицы к священному
камню. Сделала она это тайно, согласовав сей обряд только
с шаманом, который милостиво разрешил свершение жер­
твоприношения, сделав знак своей спутнице - черной птице,
отчего она громко каркнула, предварительно похлопав кры­
льями на крыше конька.
Весна в том году была поздней. Обильный снег, выпавший
окрест в зимние месяцы, завалил все ближнее и дальнее про­
странство глубокими сугробами. Особенно много его скопи­
лось в оврагах, справа и слева простиравшихся от возвышен­
ного плато, на котором находилось селение. Все это обещало
повышенный уровень талых вод и было чревато разного ро­
да неприятностями. Могли быть надолго затоплены огород­
ные и злаковые делянки, на которых сорвется своевремен­
ный срок посева, что может привести к непредсказуемым
последствиям в период сбора урожая.
Все прогнозы относительно интенсивного паводка с на­
ступлением теплых дней полностью подтвердились. Вода в
реке поднялась до небывалых отметок, затопив все окрест­
ное прибрежное пространство и сделав упомянутое плато,
на котором ютилось селение, небольшим островом, окружен­
ным с одной стороны бурной полноводной рекой, а с другой затопленным лесом. Темные стволы, с только-только про­
бивавшейся листвой на ветках, стояли посреди спокойного
водного безмолвия, что усугубляло чувство тревоги у людей,
широко раскрытыми глазами смотрящих на это небывалое
зрелище. Но особых бед и неприятностей людям весеннее
половодье не принесло - разве затопило некоторые глубо­
кие погреба, в которых, кстати, сложенные припасы были
уже близки к исчерпанию. Выручила, как всегда, река - ибо
собранные в безопасном месте лодки и малые суденышки
можно было использовать для рыболовецких надобностей.
И жители дружно взялись за эту спасительную акцию - л о ­
вили вполне кондиционную по размерам и сортам речную
живность и закидными сетками в островных безбрежных
заводях, и удочкой с берега, и баграми и копьями с плотов.
Так что никаких признаков голода и продовольственных
недостач люди селения, и больш ие и малые, не ощ утили.
Возможно, потому, что вездесущий шаман, остро чувство­
вавший поселковую конъюнктуру, свершил очередное жерт­
воприношение у священного камня, лично порешив двух
ютящихся у него близ хижины витютней (лесных голубей),
окровавленные тушки которых возложил на гребень того
самого священного камня.
Бараз и его семья вместе с соседями приняли энергичное
участие в пополнении собственных рыбных запасов, а потом
им всем пришлось сравнительно долгий срок ждать спада
воды - с тем чтобы приступить к огородным и земледельче­
ским заботам. Кроме того, кончались запасы корма для до­
машней скотины, и появления свежей травы на подсыхаю­
щих лугах и полянах все ждали с особым нетерпением.
Окончательно создались благоприятные условия для ве­
сенних полевых работ только в начале лета. Подсохла почва,
буйный травостой дружно лез навстречу теплым солнечным
лучам и на открытых местах, и в оврагах, и на лесных полянах
и просеках. Поселковое стадо с раннего утра до позднего ве­
чера находилось на выпасе, и надои от каждой коровы и козы
были хорошими, что стало следствием полноценного пита­
ния рогатых домашних животных.
Установившаяся погода порождала у Бараза грешные мыс­
ли. Особенно, к его удивлению, воздействовали на него в
этом смысле завораживающие утренние и ночные трели се­
рой невидной птахи, позже названной соловьем. На начало
лета приходился брачный сезон у этих (и у большинства дру­
гих) пернатых, а потому постоянно оглашался лес и ближние
приделы искусными коленцами и благозвучным посвисты­
ванием, извещавших всю окрестную природу о любовном
романе скрытых в листве самочки и самца, образовавших
неразлучную семейную пару. Однако хоть и томился Бараз
желанием навестить поселение у Синей горы, острота его
(желания) несколько померкла за долгую зиму. Поэтому если
и не оставлял он мысли о вояже к соседям, то планировал
сделать это, скорее всего, ближе к осени - когда можно произ­
вести с соседями товарный обмен - в основном продуктами.
Но неожиданные события нарушили плавное и мирное
течение жизни поселения, позже названного Алексеевским.
Беда пришла не к Баразу и его землякам - селение у Синей
горы неожиданно подверглось нападению неизвестных, за­
росших шерстью пришельцев, которые периодически в окру­
ге появлялись и звались повсеместно «бородатыми людьми».
По всем признакам это были далекие потомки неандерталь­
цев, стоявших на более низкой ступени развития.
А теперь вернемся в прошлую раннюю осень, в дни памят­
ной встречи Бараза и Саназ, ставшей для них началом нового
отсчета времени. После отъезда Бараза осчастливленная им
женщина жила как в прекрасном сне. Никакого осуждения
или зависти со стороны соседей она не чувствовала, наобо­
рот, все ей выражали всяческое одобрение и искренне радо­
вались, что после тяжелых душевных испытаний, связанных
с потерей мужа и будущего ребенка, она обрела какую-то
видимость благополучия и надежды. Вождь Омин продол­
жал опекать ее в плане снабжения различными продуктами,
топливом и содержания землянки. Все шло просто отлично,
но примерно через месяц после расставания с Баразом Саназ
почувствовала, что ждет ребенка. Сначала она запаникова­
ла, ибо неопределенное положение, отсутствие рядом отца
будущего малыша, который, конечно же, должен быть глав­
ным кормильцем и дитя и молодой матери, все это сулило
целый ряд труднопреодолимых проблем. Своими сомнения­
ми и тревогой она поделилась с вождем племени, и Омин ее
успокоил. Ничего страшного не случилось, и Бараз, как толь­
ко узнает о случившемся, поможет ей и делом, и словом. Воз­
можно, придется переехать к нему, но даже если все пойдет
по другому сценарию, не столь благоприятному, то будешь
жить у нас - и моя семья, и все члены нашей общины обяза­
тельн о поддержат и помогут и тебе, и твоему малышу.
В какой-то мере это сняло душевное напряжение Саназ,
хотя всевозможные сомнения и предчувствия нет-нет да и
овладевали ею и мешали терпеливо и спокойно дожидаться
развития событий. Она надеялась, что Бараз все же доберется
д о Синей горы в зимний период, но, наблюдая - как глубоки
снега кругом, какие сильные ветры заметают дороги и какие
жгучие морозы сковывают все живое вокруг, она понимала,
что в лучшем случае новая желанная встреча может состоять­
ся только с наступлением весны. Все же надежда не покидала
Саназ - она верила, что Бараз не забудет ее, и рано или поздно
они окажутся рядом. То, что она перенесла во время встре­
чи с Баразом, такое случается раз в жизни и не забудется
никогда. Возможно, что надежды ее вполне бы оправдались,
если бы не неожиданно свершившиеся обстоятельства.
Человеческие общности, селившиеся по берегу Большой
реки в поздний бронзовый век, были представлены преиму­
щественно «людьми разумными» - «Homo sapiens», высшими
в своем развитии, которые населяют нашу планету и в тепе­
решнее время. В отдаленные периоды наиболее конкурент­
ной группой для них были неандертальцы - тоже разумные
существа, но менее совершенные в плане общения друг с дру­
гом. Устройство гортани не позволяло им владеть члено­
раздельной речью, и они в повседневной жизни вынуждены
были ограничиваться короткими отрывистыми фразами,
обозначающими главные человеческие эмоции - радость,
гнев, страх, удивление, скорбь и т. д. и т.п. Это позволяло им
достаточно хорошо понимать друг друга в бытовом обще­
нии, но организация каких-то сложных совместных акций
(коллективное ведение хозяйства с распределением ролей
каждого участника, заблаговременные меры к организации
коллективной обороны или коллективной охоты, выработка
каких-то моральных ценностей) была им недоступна ввиду
непонимания (или неполного понимания) планов и намере­
ний друг друга. Вели они более примитивную жизнь, одева­
лись преимущественно в шкуры, имели неопрятный внеш­
ний вид, жили в основном в пещерах или в естественных
укрытиях, вели беспорядочную половую жизнь, считая ро­
дившихся детей общим достоянием. На «вооружении» их на­
ходились оружие, инструменты и утварь, сделанные из кам­
ня, костей и дерева. Но были они более сильны и выносливы,
лучше приспособлены к капризам погоды и сезонным изме­
нениям. Тем не менее в борьбе за свое существование потом­
ки неандертальцев постоянно проигрывали более разумным
человеческим особям и в итоге были оттеснены в глухие
места обитания, в лесные и горные массивы, где если и име­
лись, то небольшие реки и водоемы, позволявшие утолять
жажду и использовать воду в хозяйственных целях, но никак
не способствовать развитию такого доходного и важного для
древних людей промысла, как рыболовство.
Неудовлетворенность собственным примитивным обра­
зом жизни, скудость питания и врожденная агрессивность,
объяснимая постоянной готовностью к преодолению какихто «внешних» испытаний (мороз или жара, моровое повет­
рие, наводнение, ураган, гроза, землетрясение и оползни,
отражение атак недружественных соседей или хищных
зверей и т. п.), вынуждали самых сильных и умелых воинов
и охотников совершать далекие рейды с целью какой-ника­
кой поживы. Ею мог быть и домашний скот, и запасы про­
дуктов и фуража, и более совершенные виды оружия (в т.ч.
металлическое), и посуда, и молодые девушки и женщины.
Естественно, не всегда эти вылазки оканчивались ощутимым
успехом, но, тем не менее, врожденный инстинкт кровожад­
ного добытчика срабатывал в определенной ситуации (чаще
осложненной каким-нибудь негативным природным факто­
ром ) и звал этих свирепых, звероподобных, но несколько от­
сталых в умственном развитии самцов в неблизкое и опасное
путешествие, которое могло обернуться и удачей, и полным
фиаско.
Вот такие «гости » (бывшие третьим или четвертым поко­
лением настоящих неандертальцев, во многом утратившие
внешние признаки и навыки своих предков, но сохранившие
их агрессивность и захватнические устремления) пожалова­
ли в пределы Синей горы поздней весной того самого года
(это был, по приблизительным подсчетам, год 1512-й до
Рождества Христова). Как мы помним, под влиянием анало­
гичной акции северных соседей Омин и его соплеменники
к этому времени приготовили необходимые заготовки для
устройства городьбы вокруг поселка - равновеликие стволы
деревьев, освобожденные от веток и сучьев. Их только-только
начали устанавливать, как обрушилась на мирных поселен­
цев настоящая беда. Утром солнечного и тихого дня, когда,
казалось, ничего не могло нарушить спокойствия, гармонии
и согласия природного и людского бытия, грозные крики
(скорее вопли) огласили ближние приделы селения, и на его
незащищенную территорию проникли грязные, страшные,
волосатые люди, размахивавшие над головами увесистыми
дубинами и каменными топорами или держа наготове дере­
вянные копья, концы которых были, однако, остро заточены
и способны поражать плоть и зверя, и человека.
Вожак Омин, как только понял суть происходящего,
громко подал сигнал опасности всем боеспособным ч ле ­
нам общины. Увы, услышали и откликнулись на него нем­
ногие, ибо кто-то находился вне селения, кто-то просто
не успел среагировать и был чувствительно ранен прими­
тивным ударом топора или проникновением деревянного
оружия. Несколько воинов все же вступили в схватку с про­
тивником, сумев вооружиться мечом или кинжалом, чем
дали возможность многим поселковым женщинам и детям
спешно покинуть жилища и уйти в ближний лес (позже они
проникли к дальней делянке, близ которой была оборудо­
вана небольшая хижина для сторожей-охранников урожая,
и там затаились). Среди перепуганных молодых и старых
женщин, девушек и льнущих к ним подростков и малышей
находилась и Саназ, готовая разрешиться бременем в бли ­
жайшие дни.
Между тем схватка в селении продолжалась недолго. На­
павших дикарей было вдвое больше защитников селения,
а главное - в числе первых жертв оказался вождь племени
Омин, вступивший в неравный бой с тремя громилами. И хотя
двоих из них Омин сумел вывести из строя, поразив одного
кинжалом, а другого оглушив ударом тяжелого бронзового
щита, третий супостат сзади пронзил левое плечо Омина,
чем вынудил того прекратить сопротивление. Ну а затем по­
следовал роковой удар по голове, после чего вождь потерял
сознание.
...Результат вероломного нападения был крайне печален.
Все находившиеся в селении мужчины были убиты, кроме
шамана. Его дикари не осмелились тронуть, ибо он повел
себя нестандартно - взобравшись на возвышение посре­
ди селения и взирая на продолжавшееся противостояние
земляков с инородцами, он громко издавал непонятные
заклинания, призывая как бы укрепить дух своих земляков
и обрушить страшные проклятия на головы агрессоров. Эта
акция носила больше отвлекающий характер, и на какое-то
время вынудила нападавших молча, раскрыв рты, созерцать
согбенную фигуру пожилого колдуна, одетого во все белое,
с поднятой рукой вещавшего кукую-то нескончаемую речь.
В руке же «оратора» находилась всего лишь дубовая ветвь.
Такое неординарное видение вызвало некую оторопь у по­
томков неандертальцев и откровенный страх, вынудивший
их не трогать этого странного типа, бывшего, наверняка,
посланцем каких-то тайных высших сил. С ними же (силами)
невежественным пришельцам связываться было неохота,
ибо грозило это неизвестными негативными последствия­
ми. А потому с невольным учетом увиденного и услышанного
«представления» поспешили гости закруглиться с вроде бы
успешно проведенной операцией. И, быстренько собрав все,
что сочли для себя полезным из обнаруженного в селении
(и преимущественно - съестные припасы), спешно ретиро­
вались, испуганно оглядываясь на продолжавшего стоять
в той же позе изможденного шамана, страшного в своем ве­
личии и пренебрежении к врагам, сощурившего в порыве
ненависти белые глаза и извергающего из скособоченного
рта грозные то лающие, то свистящие звуки. Хотя и спешили
эти нелюди скрыться с места преступления, но ухитрились
запалить большинство хижин, предварительно ограбленных
и опустошенных.
Наступила тягостная тишина, прерываемая потрескива­
нием горящих хижин и пристроек. Замолк и шаман, бессиль­
но опустившийся на землю и застывший-забывшийся в ка­
кой-то неестественной позе - присев на корточки и ухватив
голову обеими руками. А затем послышался слабый стон во­
инов, оставшихся в живых, но получивших ранения. Спрятав­
шиеся было по тайным норам и дворовым закоулкам собаки
выбрались из укрытий и, почуяв общую беду, жалобно заску­
лили, повергая окрестный мир в обильно «разливающуюся»
скорбь.
Пришло время подводить невеселые итоги «вторжения»
чужаков. Они были горестными - четверо взрослых мужчин
и один подросток убиты. Двое воинов легко ранены, Омин
оказался жив, но получил, очевидно, сотрясение мозга и на­
долго вышел из строя. Как ни странно, почти не пострадали
женщины, девушки и дети - благодаря отвлекающему «вы ­
ступлению» шамана, заворожившего и испугавшего напа­
давших, которые поспешили в связи с этим побыстрее рети­
роваться, не дожидаясь каких-то неведомых им страшных
последствий. Сожжены, разрушены и разграблены большин­
ство землянок. Опять же две из них, стоявшие на отшибе, уце­
лели, в том числе жилище Саназ, причем в большинстве хи­
жин остались невскрытыми «погреба» счастью продуктовых
запасов. Что давало жителям какую-то надежду на спасение.
Среди них были шестеро мужчин-воинов и работников, пяте­
ро подростков и около двадцати женщин, стариков и детей.
В их числе - перепуганная и находящаяся на грани нервного
срыва, готовая вот-вот разродиться Саназ.
В условиях всеобщей тревоги и растерянности, при от­
сутствии вождя «командование племенем» принял на себя
шаман, неожиданно преобразившийся из загадочного и
таинственного служителя культа в простого и понятного
администратора, который давал толковы е команды, что,
как и когда надо делать. И первоочередным его указанием
бы ло распоряжение относительно Саназ - немедленно дос­
тавить ее в чудом сохранившуюся землянку, приставить к
ней двух опытных пожилых женщин, чтобы те помогли ей
перенести предродовое состояние и сами роды. Такое же
распоряжение бы ло «спущ ено» в части ухода за пока бес­
сознательным Омином, причем здесь ключевая роль оста­
валась за самим колдуном, имевшим, как и все его коллеги,
какие-то медицинские познания. Далее был отправлен к се­
верным дружественным соседям (в селение Бараза) конный
гонец с наказом известить тамошнего вождя о свершившей­
ся трагедии и с просьбой о посильной помощи продукта­
ми, инструментом и оружием (разграбленного варварами).
Остальным членам общины была дана команда приводить
поврежденные хижины в порядок, благо заготовки для бу­
дущ ей изгороди, сохранившиеся в целости, вполне могли
бы ть используемы для этой цели. Особой заботой шамана
бы ла организация коллективного питания - из сохранив­
шихся запасов. Ну а текущие дела - похороны убитых зем­
ляков, уборка территории, лечение раненых, уход за сохра­
нившейся скотиной (во время нападения она была почти в
полном составе на выпасе у дальней делянки), начавшееся
восстановление жилищ и т.д. - все это оперативно начали
мастерить, исполнять, действовать, преисполнившись неиз­
вестно откуда взявшегося энтузиазма, уцелевшие обитате­
ли селения у Синей горы.
Шаман почти неотлучно находился у ложа больного вождя
и колдовал с настоями трав, кореньев и цветов, кормя с л о ­
жечки Омина, который постепенно стал приходить в себя,
но не был еще способен подняться и двигаться. У Саназ после
тревожной ночи, в течение которой она мучилась начавши­
мися схватками, родилась двойня - два горластых и крупных
мальчика, никто такого, в том числе молодая мать, не ожи­
дал. Это бы ло воспринято всем окружением как добрый
знак - с удовлетворением и надеждой, ибо укрепило во всех
сознание, что род их будет Продолжаться, несмотря на труд­
ности и потери.
Ну а на четвертый день после трагических событий прои­
зошло в селении радостное событие - к Синей горе прибыл
небольшой отряд из шести человек, мастеровитых и сильных
мужчин во главе с их вожаком Баразом на верховых лош а­
дях. Кроме всего нужного для восстановления порушенных
и сожженных жилищ, во вьючной клади на особых лошадках
были привезены и необходимые продукты - лепешки, мука,
горох, корчаги с медом, брикеты творога, сушеные ягоды и
грибы. Этого должно было хватить поредевшему континген­
ту пострадавшего селения на первое время. Зайдя в уцелев­
шую землянку, где содержался Омин, Бараз на несколько ми­
нут присел около его ложа, поразившись его болезненному
виду и завязанной голове. Какое-то нехорошее предчувствие
кольнуло его - слишком уж слабым и обреченным выглядел
его друг. Отдав ему толику внимания и произнеся дежурные
успокаивающие слова, Бараз, уже наслышанный о рождении
у него двух сыновей, с нетерпением устремился в хижину
Саназ.
Молодая женщина лежала на широком ложе, устланном
добротным, светлым, вязанным покрывалом. Изможден­
ное недавними родами и моральными страданиями, связан­
ными с последними страшными событиями у Синей горы,
лицо ее было все равно прекрасно - оно светилось счастьем
обретения двух малышей от любимого человека и долгож ­
данной встречи с ним. Две женщины постарше, находившие­
ся при Саназ для ухода за нею и ее первенцами, взяли на руки
мальчиков и вышли из хижины, давая возможность молодым
родителям поговорить наедине. Бараз подсел на ложе, взял
теплую руку облегченно улыбающейся женщины и слегка
сжал ее, почувствовав и ответное пожатие. А потом они долго
глядели друг на друга, ничего не говоря. Так уж получилось,
что оба отлично понимали не облеченные в слова мысли друг
друга - это отчетливо проявилось еще при первом их свида­
нии на пятачке Синей горы прошлой осенью.
И теперь у Бараза не оставалось никакого сомнения, что
он не оставит, не разлучится с этой дорогой для него женщи­
ной, которая, по воле Божьей, родила ему двух сыновей - вза­
мен потерянных в той жестокой памятной схватке с зареч­
ными кочевниками. Это было какое-то провидение высших
сил, какая-то добрая воля всемилостивого Создателя и Доб­
рых духов! И Бараз теперь точно знал, как он наречет своих
народившихся малышей - Мехран и Реман, так звали двух
его погибших сыновей. Кстати, этому будет рада и Можган,
их мать, которая, конечно же, проникнется сочувствием к
молодой женщине, прошедшей столь тяжелые испытания,
преодолевшей сомнения и тревоги, физическое страдание
и боль. Насколько это все непросто - Можган знала лучше
других, ибо и в ее жизни случались не менее мучительные
состояния.
Сколько времени просидел Бараз возле молодой матери,
он не знал, не в силах оторвать взгляда от любимых глаз,
источающих всю гамму благодарных и нежных чувств и вос­
принимающих ответную аналогичную реакцию. Но вскоре
в хижину вошли «няньки» с двумя свертками на руках - на­
стал час, нужно было кормить младенцев.
Бараз покинул землянку и сразу включился в общие тру­
ды по приведению растерзанного селения в порядок. Дал
указания своим помощникам в части восстановления или
сооружения новых землянок. Озаботился пополнением про­
довольственных запасов, для чего снарядил из своих и мест­
ных умельцев охотничью и рыболовную «команды», тут же
отправленные на промысел. Урожай зерновых и бахчевых
культур почти не пострадал - «лесны е люди» съели и испор­
тили только то, что им попалось на глаза, а закрома и погреба
остались нетронутыми и заполненными достаточным коли­
чеством продуктовых благ. Серьезные потери понесли «синегорцы» в части сохранения нужных инструментов и ору­
жия - металлические предметы были особо лакомой добычей
для «лесовиков», которые использовали в хозяйственных и
военных целях преимущественно изделия из дерева и кос­
тей. Проверил Бараз и состояние почти полностью уцелев­
шей домашней скотины - слава Всевышнему, во время напа­
дения она находилась на выпасе у дальней делянки. Правда,
некоторая домашняя птица - куры, утки и гуси, кои не успели
с кудахтаньем и гоготанием разбежаться и разлететься, ста­
ли жертвой ненасытных дикарей, прямо живьем поглощав­
ших пойманных пернатых. И еще чувствительно поредело
сообщество верных друзей и помощников человека - домаш­
них собак. Многие из них бесстрашно бросились с оскален­
ными зубами на непрошенных гостей и были беспощадно
убиты или покалечены ударами дубин и копий. Но несколько
разнополых собачьих особей остались живы, успев вовремя
скрыться с места побоища - это была гарантия, что по про­
шествии времени появятся здесь малые забавные щенки,
кои, повзрослев, станут таким же надежными помощниками
человека, как бдительные сторожа и бесстрашные бойцы.
Приняв меры к решению возникших первоочередных
проблем, Бараз отыскал шамана, ютившегося в своей ма­
лой нетронутой хижине, и подробно расспросил его о сос­
тоянии вождя племени Омина. Колдун-врачеватель сидел
около очага и варил в малой корчаге на огне какое-то сна­
добье для раненого и контуженого вождя. Лицо его было
сурово и непроницаемо - что являлось плохим признаком,
свидетельствующим о серьезности недуга, поразившего во­
жака. Услышав вопрос Бараза, шаман отвел свои белые глаза
от огня и вперился ими в собеседника. И неожиданно внят­
но и четко вымолвил, что у больного наружные поврежде­
ния небольшие и легко излечимые. Но вот от удара тяжелой
дубиной по голове он получил сильное увечье, что привело
к потере речи и памяти. И каковы будут последствия этой
травмы - сейчас сказать трудно. Не исключено, что все это
уже обернулось внутренним кровотечением в черепной ко­
робке, что может привести и к смерти, и к инвалидности, и
к нетрудоспособности. А может, все обойдется - организм
молодой и крепкий, сейчас трудно что-то точно предсказы­
вать, необходимо выждать несколько дней. Но, судя по всему,
ничего хорошего ожидать не приходится...
Далее Бараз навестил молодую супругу Омина, которая
вместе с другими жителями селения обреталась пока в одной
из уцелевших хижин вместе с полуторагодовалым сыночком
и дочкой Омина от первого брака (ее звали Парасту, и она, как
мы помним, была наречена в невесты старшему сыну Бараза
Арашу). Утешить ее было особенно нечем, и Бараз прерываю­
щимся голосом изрек только дежурное сожаление о случив­
шемся и выразил надежду, что все со временем образуется,
Омин встанет на ноги и поправится окончательно. Заплакан­
ная Афсана (так звали супругу Омина) поблагодарила Бараза
за слова утешения, но, видимо, сама не верила в благополуч­
ный исход. А потому тихим голосом попросила не бросать ее
и в случае рокового исхода и взять опеку над ней и над ее
сыночком и названной дочкой. Бараз опечалился такому на­
строю несчастной женщины, но, естественно, обещал при лю ­
бом развитии событий всестороннюю помощь и поддержку...
Прошло несколько дней, и селение, благодаря дружным
усилиям всех жителей (старых и малых, мужчин и женщин),
начало принимать свой прежний, ухоженный вид. Четырех
убиенных воинов похоронили с соблюдением всех приня­
тых ритуалов, о чем позаботился сам шаман. Он в отсутствие
Омина стал как бы лидером осиротевшего племени и при­
нимал решения, касающиеся больше хозяйственной жизни,
хотя не забывал и о «прямы х» своих обязанностях врачевате­
ля души и тела. Души особенно...
Однако им приготовленные лекарства - настои целебных
трав и измельченные в порошок высушенные остовы какихто насекомых и ящериц, не оказывали желанного действия
на состояние вождя племени, который, как это ни печально,
по-прежнему был недвижим и безмолвен. Его подкармлива­
ли искусственно вводимыми молочными смесями и ягодны­
ми киселями, но улучшения они не приносили. Хотя дыхание
его было ровным и беззвучным.
Тем временем Баразу надо бы ло принимать решение что делать дальше. Прошло уже несколько суток, и вопрос
возвращения в родное селение становился все более ак­
туальным. Ибо без постоянного присутствия вождя племе­
ни возможны какие-то нежелательные явления и сверше­
ния и внутри поставленной городьбы, и за ее пределами.
Нужное решение мешала принять неопределенность со здо­
ровьем Омина, поэтому Бараз медлил.
Чтобы обрести какую-то уверенность в возможном раз­
витии событий, он решил обстоятельно поговорить с ша­
маном - дабы понять, на что можно рассчитывать. Колдун
выслушал Бараза и, сощурив на него свои белые глаза, пос­
ле длительной паузы сказал, что осталась у него последняя
надежда - вылечить недужного вождя твердым словом внушением. Болезнь Омина - не болезнь внутренних орга­
нов (живота, или сердца, или легких), это недуг его разума и
сознания, это как бы насильственно навязанный сон, кото­
рый не поддается действию обычных снадобий, порошков и
трав. И только энергия веского и мудрого слова может спас­
ти этого человека, если он слышит нас. А он слышит! В этом
шаман был убежден! И завтра он поставит Омина на ноги!
Произнесено это было с такой силой, с такой убежденностью,
что Бараз невольно затрепетал перед духовной энергией это­
го непонятного человека, его сокрушительной силой взгля­
да и речи. И невольно попятился к выходу из хижины Бараз,
и невольно проникся верой в благополучный исход.
И случилось чудо! Неизвестно, что делал и говорил колдун
у постели больного, но только после двухчасового «сеанса»
гипнотического внушения Омин открыл глаза и неожиданно
сел на своем ложе, удивленно озираясь - явно не понимая, где
он находится и что с ним произошло. Глядя на свершившееся
исцеление, стоившее ему адского нервного перенапряжения,
шаман, издав громкий вздох, рухнул на пол и моментально
заснул, обессиленный, но удовлетворенный одержанной по­
бедой!
А Омин уже к вечеру этого дня, благодаря обрадованным
ближайшим помощникам, вошел в курс дела и, как говорится,
принял утраченное на время «командование» над племенем.
Колдуна перенесли в его хижину, где он проспал следующие
сутки, а потом явился пред взорами соплеменников хмурый
и неразговорчивый.
В РОДНОМ СЕЛЕНИИ
Бараз возликовал, когда узнал, что его друг, вождь пле­
мени, исцелился и теперь можно думать о возвращении до­
мой. Никаких сомнений у него не было в том, что касалось
переезда Саназ с ее двумя малышами на новое место житель­
ства. К этому обязывало сознание, что родившаяся двойня
потребует постоянной заботы и внимания, высокой мораль­
ной ответственности за новые жизни со стороны родителей,
которые хотя бы ради этой единственной цели не могли
быть разлучены. Дополнительным аргументом в пользу вос­
соединения двух семей, как считал отец, был тот факт, что
двойняшки обрели имена погибших сыновей Бараза и Мож­
ган. И наконец, опека и воспитание новорожденных требова­
ли немалых материальных затрат. Это и устройство нового
жилища, и обеспечение едой-водой, топливом, одеждой, по­
судой, утварью и даже игрушками - все это лежало теперь
на плечах Бараза, который ныне обретал двойную нагрузку,
ибо о первой своей семье он будет столь же ревностно забо­
титься - сей факт оставался для него непреложным.
Путешествие к родным пенатам заняло весь следующий
день. Омин для перевозки всего необходимого скарба, при­
надлежавшего Саназ, а также для удобной транспортировки
новорожденных выделил единственную в селении четырех­
колесную повозку, в которую запрягли двух прибывших с
Баразом вьючных лошадей (чьи вьюки были опустошены,
ибо содержали они продуктовую помощь жителям Синегорья). Рядом с малышами на повозке устроили ложе и для
молодой мамы, которая еще не совсем оправилась от родов,
а главное - от пережитого ею страшного нервного стресса
в связи с вероломным нападением на родное селение «л е с ­
ных людей» - с их оскаленными бородатыми ликами, истош­
ными, леденящими возгласами, посеявших смерть и разру­
шение. Вспоминая это как страшный сон, Саназ постоянно
благодарила Всесильного Создателя за то, что не случилась
с ней уже однажды свершившаяся беда - потеря плода. И те­
перь все испытания позади, и судьба ее и дорогих детишек,
хочется верить, будет если не счастливой, то хотя бы благо­
получной.
К вечеру долгого уже почти летнего дня путники, двигав­
шиеся кто верхом на лошадях, кто в повозке, достигли преде­
лов знакомой местности, у приподнятого плато, на котором
обреталось селение, позже названное, как мы помним, Алексеевским. Весь путь с его удобными и неудобными участками
пройден был шагом, ибо при убыстрении движения находив­
шиеся в повозке малыши и их мать Саназ начинали испыты­
вать дискомфорт от тряски, неизбежной при пересечении ка­
ких-то неровностей, ямок, ухабов, камней, оврагов и ручьев,
которыми изобиловала дорога. Дважды процессия останав­
ливалась для кормления грудных младенцев - на ходу это
делать было неудобно. В остальном же никаких препятствий
и неприятностей на всем протяжении маршрута встречено
не было. Наоборот, погода была отличной, солнечные лучи
бы ли теплыми и ласковыми, но никак не палящими. Слабый
ветерок навевал приятную прохладу, над широким и пустын­
ным зеркалом реки парили, распластав крылья, белохвостые
орлы. Если дорога пересекала лесной массив, то воздух ог­
лаш али разнотоновые щебетания птиц, а на степных участ­
ках по обочинам дороги выстраивались, как часовые, возле
своих норок любопытные суслики, издававшие периодиче­
ски предостерегающие свисты.
Наконец долгое и утомительное путешествие было завер­
шено. Остановившись перед закрытыми створами недавно
установленных ворот, один из воинов громко постучал руко­
яткой кнута в специальную «звонкую» дощечку, после чего
загремел снимаемый дубовый засов, и взору усталых путни­
ков представилась толпа улыбающихся земляков - старых
и малых, женщин и детей, воинов и подростков, с нетерпени­
ем ожидавших возвращения обожаемого и уважаемого вождя
и его помощников. Все селение поголовно вышло встречать
своих родных и близких. Включая затерявшегося сзади всех
шамана со своей непременной птицей на левом плече...
Щепетильная проблема прибытия в селение двух младен­
цев и молодой женщины, бывшими, как оказалось, членами
второй семьи вождя племени, разрешилась, к удивлению
последнего, как-то сама собой. Можган вообще ничего не
спросила и не выразила своего неприятия и неудовольствия,
когда ее муж, шепнув, что потом все объяснит, распорядился
устроить вновь прибывших в теплой пристройке к его зем­
лянке, для чего там спешно были оборудованы спальные
места и поставлены столик и табуреты. Ну а потом...
Знавшие все обстоятельства трагедии, разыгравшейся в
селении у Синей горы, воины подробно рассказали в своих
семьях, как и когда это произошло, и почему у Бараза не бы­
ло иного выхода из создавшегося тяжелого положения, кро­
ме того, на который он решился.
В целом отношение всех жителей селения к Саназ и ее
мальчикам бы ло сочувственным - люди понимали пере­
живания молодой матери, сначала потерявшей мужа и ре­
бенка, а потом пережившей страшную трагедию, находясь
«в осаде» беременной, буквально за два дня до родов. Поэ­
тому во временное летнее убежище Саназ скоро потекли
дары от сочувствующих «граж дан» селения - в основном
от женщин и детей. Первые несли одежду для малышей,
домотканые пеленки и простыни, вязаные и меховые одея­
ла, посуду и утварь, продукты питания - особенно м олоч­
ные и кисельные смеси, крупу, муку и прочее. Ребятишки
же, явно преждевременно, но движимые симпатией к но­
ворожденным, отдавали им свои куклы и игрушки, фигур­
ки зверей, рыбок и птиц, искусно вырезанные из дерева
местным умельцем.
Бараз в ближайшие несколько дней с помощью воинов
подремонтировал пристройку, утеплил ее и устроил новый,
более удобный очаг, так что жилище, находящееся впри­
тык к основному месту обитания вождя и его первой семьи,
стало практически пригодным для проживания и в зимнее
время. Чему способствовал и заготовленный солидный за­
пас дров и хвороста - с помощью добровольцев-мужчин,
принявших близко к сердцу проблемы, обрушившиеся на
их вождя.
По собственной инициативе посетил новую хижину и ша­
ман Ворон - с разрешения Бараза, который предварительно
уведомил Саназ о таковом его скором «явлении» - с тем что­
бы она не испугалась страшноватого и необычного субъек­
та, бывшего, тем не менее, в курсе всех текущих дел племе­
ни. Шаман ограничился недолгим рассмотрением молодой
мамы и новорожденных, коротким бессвязным речетативом,
произнесенным шепотом, и помахиванием веток полыни и
лебеды. Черная птица на его левом плече на этот раз не кар­
кала, а только похлопала крыльями. Считалось, что после
этих странных процедур новое жилище будет освобождено
от нечистой силы и злых духов, и в нем можно безбедно су­
ществовать теперь долгое время, ничего и никого не боясь...
Саназ все это «представление» перенесла безболезненно,
предупрежденная о творимых колдуном необычных мани­
пуляциях. Ну а малыши, естественно, мирно спали во вре­
мя проводимого «мероприятия» и ничего не видели, не слы­
шали.
Навестила молодую маму и Можган. Будучи умной и все
понимающей женщиной, считавшейся по тогдашним мер­
кам уже пожилой и опытной, она пришла познакомиться
со своей новой «родственницей» (если так можно выразить­
ся), посмотреть на «сладкую парочку» мирно причмокива­
ющих во сне малышей и пожелать ей и себе благополучия в
теперь уже неизбежно совместной жизни. Узнав, что ребя­
тишки названы именами ее погибших сыновей, Можган
прониклась к ним чуть ли не материнской нежностью. Обе­
щала помогать в уходе за младенцами, и мало того, распоря­
дилась привлечь в качестве молодых нянек своих дочерей,
которые, она была в этом уверена, примут это поручение
с восторгом. Затем жены Бараза понимающе улыбнулись
друг другу и даже на прощание обнялись. Но придя в соб­
ственную хижину, Можган расплакалась - почему, она не
могла сформулировать из-за бедности тогдашнего лексико­
на, бывшего на слуху и на языке людей «алексеевского го­
родища». Впрочем, расплакалась и Саназ, оставшись в оди­
ночестве, но это были другие слезы, объяснить которые
молодая женщина также не могла.
А теперь мы обязаны информировать читателя, что ком­
ментировать частную жизнь Бараза и его фактических двух
жен мы не будем, ибо это чрезвычайно интимная тема, и
вторгаться в нее чужому человеку (каковым является автор
и любой из читателей данного «произведения») не жела­
тельно и слегка неприлично. Констатируем лишь одно - все
члены большой новообразованной семьи сосуществовали
рядом в последующие годы мирно и дружелюбно, забо­
тясь друг о друге, помогая добрым делом и утешая теплым
словом.
Через неделю Бараз отправил к Синей горе одолженную
у Омина повозку, в которую погрузил кое-какие «гостинцы»
для вождя и его близких. Вместе с двумя опытными воинами
повозку сопровождал и старший сын Араш, который, поми­
мо всего прочего, мечтал увидеться со своей невестой Парасту. Поездка прошла благополучно во всех отношениях,
кроме одного. Вождь Синегорцев, храбрый воин и верный
друг Омин, вновь почувствовал себя плохо в связи с получен­
ной травмой головы. И тамошний колдун и лекарь врачует
вождя как может, уверяя, что добьется его полного исцеле­
ния. Особо положительным же итогом путешествия можно
было считать то, что дети Бараза и Омина познакомились
воочию и понравились друг другу. Что было очень важно
для родителей, которым давно хотелось породниться та­
ким образом, но без доброй воли и даже горячего взаимного
желания их отпрысков это было бы невозможно. А теперь
радужная перспектива становилась реальной, и это очень
радовало родителей. Особенно целебной эта радость была
для Омина, ощущавшего последствия того рокового удара
по голове со стороны «постнеандертальского выродка».
Прошло несколько лет. Омин так и не выздоровел окон­
чательно и через год после тех роковых для него событий
скончался, потеряв за несколько дней до смерти сознание.
Горе его родственников, как и всего племени, было безутеш­
ным. На общем сходе жители решили оставить это обжитое
место у Синей горы и перебраться к северным соседям, в се­
ление Бараза, образовав более крупную агломерацию. Возра­
жал против этого решения только шаман. Видимо, он втайне
претендовал на место вождя племени, но идея эта, никем и
не высказанная, так и осталась нереализованной. К этому
времени Араш и Парасту были уже мужем и женой, прожи­
вали в своей хижине у Синей горы и ожидали в ближайшие
полгода появления первенца. Миссию согласования приня­
того решения поручили исполнить Арашу как сыну Бараза,
которому легче будет договориться со своим прямым пред­
ком обо всех деталях и условиях объединения двух селений.
Намерение это, доложенное Баразу, нашло у него понима­
ние - к тому времени численность «синегорцев» существен­
но уменьшилась за счет погибших в той памятной схватке
и за счет смерти нескольких пожилых жителей. Племени все
труднее и труднее становилось выживать и сопротивляться
постоянно их беспокоящим «врагам», качующим по обширно­
му «дикому полю» в поисках любой мало-мальски полезной
добычи. Поэтому Бараз, внимательно выслушав сына и задав
ему несколько вопросов относительно мнения об этой акции
остальных членов племени, дал согласие на объединение
двух дружественных племен, обговорив, что вождем этой но­
вой общности останется он, Бараз. Одновременно подумалось
ему, что по прошествии еще нескольких лет его старший сын
Араш может сменить отца на этом ответственном посту.
Теперь оставалось согласовать принятое вождем реше­
ние с остальными поселенцами. Как выяснилось, они были
не просто согласны, они были рады, ибо многие семьи из
обоих селений являлись хорошими знакомыми и даже род­
ственниками. Правда, вставал теперь вопрос о новых друже­
ственных селениях, с которыми надо контактировать, дру­
жить и организовывать смешанные браки - для того чтобы
последующие поколения обоих поселений росли крепкими и
здоровыми людьми. Но этот вопрос пока был неактуальным.
Кстати, согласие свое на принятое жителями решение выра­
зил и шаман Ворон - свидетельством чему стала принесен­
ная им жертва - зарезанный ягненок был возложен на свя­
щенный камень, а птица-ворон громко каркнула, как бы ут­
вердив целесообразность и значимость затеваемой акции.
Сейчас же первоочередным делом было перемещение все­
го людского состава, имущества, разобранных строений, за­
пасов пищи и корма, домашних животных, утвари, одежды и
оружия от Синей горы на новое место. Возник вопрос о рас­
ширении огороженной территории «алексеевского городи­
ща» - с тем чтобы новые жители могли разместиться под за­
щитой укрепленного прочной городьбой поселения.
Когда эта идея стала достоянием объединяющихся се­
лений, то вызвала небывалый энтузиазм у всех жителей.
Несколько рейсов совершили увеличившиеся числом повоз­
ки, запряженные тягловыми животными (это были и быки,
и лошади, и верблюды). Далее по воде были транспортиро­
ваны все лодки и малые суденышки, имевшиеся в распоря­
жении «синегорцев», которые под наблюдением опытных
рыбаков-лоцманов в течение трех суток тянулись вверх
по течению опять же с помощью тягловых животных, мед­
ленно бредущих по неудобьям береговой полосы. Естествен­
но, были эти плавсредства также нагружены имуществом,
одеждой, сухими «долговечными» продуктами и фуражом.
Начавшаяся ранним летом громоздкая эта операция про­
должалась до глубокой осени, ибо требовала не только «п е ­
реброски» людей и имущества на новое место, но и обустрой­
ства всех вновь прибывших. А это - постройка землянок, при­
строек, оборудование очагов, рытье погребов, расширение
выгребных ям и отхожих мест, заготовка дров и «кизяков».
Необходимо было следить особо выделенному небольшому
отряду из опытных воинов за прилегающей территорией дабы уберечься от внезапного нападения «непрош енных
гостей»: хоть коварных кочевников, хоть тех же безж ало­
стных «лесных людей», хоть какого-либо иного неопознан­
ного сброда. К счастью, весь обозначенный срок прошел
д л я ново- и старопоселенцев спокойно. Лишь однажды ка­
раульный дозор увидел на противоположном берегу реки
нескольких всадников на миниатюрных рыжих лошадях.
Но постояв возле береговой кромки и напоив своих четве­
роногих помощников, малый отряд из шести единиц раз­
вернулся и споро удалился в глубь степи, быстро исчезнув в
слепящей солнечной дымке.
Описанную картину завершения операции по объедине­
нию племен мы дополним сообщением, что шаман племени
«синегорцев», очень переживавший свою «трагедию» (коей
он счел неудавшееся врачевание вождя Омина), так и остался
в своей малой землянке у священного дуба, не пожелав, как
он выразился, менять место жительства на склоне лет. Сколь­
ко времени он прожил одиноким и забытым всеми - осталось
неизвестным.
В результате безостановочных праведных трудов к осени
новый, существенно расширенный, полностью огороженный
поселок зажил своей будничной жизнью. Бараз одинаково за­
ботливо опекал и «старую», и «новую » семью, что способст­
вовало их сближению. Можган помогала Саназ в работе по хо­
зяйству, ткала на своем ткацком приспособлении одежду для
двойняшек, шила соразмерные пеленки, простынки и одеялки, чем очень располагала к себе и Бараза, и саму Саназ, глаза
которой светились постоянной благодарностью к той, чей
привычный душевный покой и уют она нарушила непроиз­
вольно. И тем не менее, никакой внешней вражды и ревности
между обеими женщинами не возникло - в силу понимания
сложившейся ситуации.
Что касается детей, то здесь сложилось все просто ве­
ликолепно. Дочери Можган Зарин и Ферешта души не чая­
ли в младенцах-близнецах, приходившихся им названными
братьями. И постоянно занимались с ними, помогая Саназ
готовить молочную смесь или кашку малышам, играть с
ними и гулять. Причем каждая из «взрослы х» девочек брала
на руки своего подопечного братика и ходила с ним по по­
селку, изображая из себя взрослую маму - напевая младен­
цу песенку, разговаривая с ним или, наоборот, - убаюкивая,
а потом бережно возвращая на спальное место в обустроен­
ном жилище Саназ.
Жизнь в селении текла своим чередом: мужчины регу­
лярно устраивали коллективные охоты и рыбалки - для по­
полнения запасов пищи, приходилось им также отлучаться
из селения, отправляясь за реку к соляному озеру, а также в
далекие пределы к умельцам-металлургам. Ибо нужда в ме­
талле постепенно возрастала, поскольку требовались более
крепкие и надежные изделия из бронзы для изготовления
оружия, инструмента, поделок для конской упряжи, посуды
и утвари. Это не говоря уже о женских украшениях, греб­
нях, бусах, монистах, нащечных и налобных пластинах, оже­
рельях, кольцах и т.д. Кроме того, уже в большом ходу бы­
ли миниатюрные металлические изображения зверей, птиц,
рыб, служащие игрушками для детей или амулетами для
взрослых.
Востребованными были и средства защиты воинов, изго­
товленные из металла: шлемы, накладные пластины на спи­
ну, грудь и живот и даже искусно сработанные панцири, за­
щитные металлические «рукава», предохраняющие локти и
плечи от сабельного удара, а также кольчуги - плод д ли ­
тельной и ювелирной работы мастеров-оружейников. Впро­
чем, не брезговали в те времена и более древними видами
оружия - луками, стрелами, копьями, используемыми и при
стычках с неприятелем, и особенно продуктивно при охоте
на крупного зверя - оленя, лося, косули, медведя, волка, рыси.
Все более востребованными в хозяйстве и в военном де­
л е становились лошади, обеспечивавшие транспортировку
необходимого тяжелого оружия и снаряжения (как и запасов
продуктов при длительных по времени походах) и быстроту
передвижения и маневра при наступательных или оборони­
тельных операциях. Усиленно развивалось и животноводст­
во - как отгонное, так и стойловое. При этом никак не ущем­
лялась земледельческая хозяйственная деятельность - все
больш ие площади засевались злаковыми и огородными
культурами, появились первые плантации с фруктовыми,
ягодными и бахчевыми культурами.
Поздний бронзовый век отмечен небывалым по тем вре­
менам прогрессом в развитии основных тогдашних про­
мыслов, причем прогресс этот существенно убыстрялся,
по сравнению с древними эпохами существования челове­
ка. Если ранее ощутимые изменения в способах хозяйство­
вания и развитии мышления отнимали у человечества сот­
ни тысяч (если не м иллионы ) лет, то в рассматриваемую
эпоху на это уходило «всего» несколько столетий или даже
десятилетий. И до эпохи античной (греческой, а потом рим­
ской) цивилизации, возникшей и «развернувшейся» в сле­
дующим за бронзовым - железном веке, оставалось не более
половины тысячелетия - пустяки по сравнению с предыду­
щей историей человечества, измеряемой миллионами лет.
эпилог
Как же сложилась судьба наших героев в последующие
после объединения племен годы? Бараз оставался вождем
новообразованной племенной общности вплоть до трид­
цати пяти лет. За это время обозначились первые призна­
ки расслоения общества - появились привилегированные,
узкие по составу группы населения, приближенные к вож­
дю племени и его ближайшему окружению из родствен­
ников и первых помощников. Но пока это было выражено
очень умеренно - чуть побольше и «пообустроеннее» зем­
лянка, чуть больше скота, чуть лучше одежда, орудия труда
и оружие. Через два года после «отстранения» от «высшей
должности» Бараз скоропостижно скончался - от неизвест­
ной болезни, но, скорее всего, от внутреннего кровотече­
ния - так определился с диагнозом престарелый шаман,
который тоже вскоре умер - очевидно, от старости, ему,
по всеобщему мнению, должно было быть не менее пяти­
десяти лет (шаманы, врачеватели и колдуны, обладали все
же некоторыми медицинскими познаниями и жили, как
правило, дольше обычных людей). Первая жена вождя Мож­
ган умерла еще раньше - всего через полтора года после
объединения племен и семей Бараза. Причина ее ранне­
го ухода казалась очевидной - она постоянно находилась в
стоессовом состоянии, не в силах ппимиииться с изменив­
шимся ее семейным статусом - ролью второй, менее лю би­
мой жены. Хотя Можган никогда никому ничего не говорила
о своих огорчениях и переживаниях, носила все это в себе,
была ровной в общении и с соперницей, и с ее детьми, не го­
воря уже о собственных. А вторая жена Саназ, через год ро­
дившая еще и дочь, прожила долго по тогдашним меркам до сорока лет, намного пережив мужа. Все дети Бараза бла­
гополучно взрослели, обзаводились семьями, рожали и вос­
питывали детей. Старший Араш по достижении двадца­
типятилетия был избран вождем племени и оставался им,
как и его отец, в течение десяти лет.
Судьбы дальних потомков наших героев мы рассматри­
вать не будем. На участь же племени, долгие десятилетия,
а может, и столетия обретавшегося на месте, позже назван­
ным Алексеевским городищем, повлияло в итоге измене­
ние климата. В пору очередного похолодания оно организо­
ванно мигрировало на юг, в итоге обосновавшись на терри­
тории нынешнего Ирана. Позже их потомки оказались еще
южнее - в области еще более теплого, тропического клима­
та, впоследствии ареал обитания жителей государства Ин­
дия.
После возвращения тепла на описываемую территорию
это место для проживания облюбовали новые племена,
ставшие в итоге прародителями сарматов и скифов. А еще
позже Алексеевское городище окажется местом обитания
многочисленных кочевников, образовавших знаменитое в
средние века государство - Золотую Орду. Следы меняю­
щихся поколений, проживавших практически на северной
окраине Саратова, в виде многочисленных артифактов об­
наруживались саратовскими и нижневолжскими археоло­
гами на протяжении всего XX века. А ныне это место ре­
гулярного проведения массовых культурно-исторических
общественных мероприятий.
ОБ АВТОРЕ
Семёнов Виктор Николаевич - выпускник геологическо­
го факультета СГУ, один из ведущих сотрудников НижнеВолжского НИИ геологии и геофизики, кандидат геолого­
минералогических наук, известный саратовский краевед,
автор более 20 книг по истории саратовского края, член
Союза писателей России, Лауреат литературной премии
имени М. Алексеева за 2012 год.
СОДЕРЖАНИЕ
Комментарий специалиста................................................. 3
Территория саратовщины в поздний бронзовый в е к
4
О шкалах времени.................................................................
4
Палеолит........................................................................
6
Мезолит.......................................................................... 11
Неолит............................................................................ 13
Энеолит........................................................................... 15
Бронзовый век.................................................................. 16
Железный век...............................
21
Время и место................................................................. 24
На берегу великой реки......................................................... 26
Поселение на берегу, близкие окрестности......................... 34
Дом, хозяйство, семейный уклад......................................... 49
Соседние поселения: друзья и враги..................................... 62
Образ жизни (в порядке документальной справки) ............ 78
В поход за добычей................................................................ 87
В студеную зимнюю пору...................................................... 108
Новые свершения, новые забот ы..........................................118
Огорчения и радости.............................................................131
По прошествии времени....................................................... 145
Испытания и преодоления.....................
161
День за днем, год за годом .....................................................173
Печали, сомнения и тревоги................................................. 201
Жизнь продолжается........................................................... 229
В родном селении.................................................................. 249
Эпилог................................................................................... 260
Об авторе..............................................................................262
Краеведческое
литературно-художественное издание
Семёнов Виктор Николаевич
Саратов доисторичесний
Территория саратовщины в поздний бронзовый
Автор текста - В. Н. Семёнов
Художественное оформление - Д. В. Соколов
Компьютерный набор - В.Н. Семёнов
Технический редактор - Л. Н. Серебрякова
Корректор - О. Ю. Костина
Подписано в печать 08.12.2014.
Формат 60x84. 1/16. Уел. п. л. 15,35.
Бумага офсетная. Печать офсетная.
Тираж 100 экз. Заказ № 670.
Отпечатано в типографии ООО «Новый ветер»
г. Саратов, ул. Астраханская, 79.
Документ
Категория
Без категории
Просмотров
280
Размер файла
20 912 Кб
Теги
Беллетристика, Эпоха поздней бронзы, История Саратова
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа