close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

43.Правовая культура №1 2006

код для вставкиСкачать
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
ПРАВОВАЯ
КУЛЬТУРА
№1
Научный журнал
2006
Редколлегия:
Главный редактор
Мордовец Александр Сергеевич, доктор юридических наук, профессор,
заслуженный работник высшей школы РФ (г. Саратов)
Анисимов Павел Викторович, доктор юридических наук, профессор (г. Волгоград)
Афанасьев Владимир Сергеевич, доктор юридических наук, профессор (г. Москва)
Варыгин Александр Николаевич, доктор юридических наук, профессор (г. Саратов)
Демидов Александр Иванович, доктор философских наук, профессор
заслуженный работник высшей школы РФ (г. Саратов)
Комкова Галина Николаевна, доктор юридических наук, профессор (г. Саратов)
Кузнецов Андрей Геннадиевич, доктор социологических наук, профессор (г. Саратов)
Нижник Надежда Степановна, доктор юридических наук, профессор
(г. Санкт-Петербург)
Овчинников Алексей Игоревич, доктор юридических наук, доцент (г. Ростов-на-Дону)
Плешаков Александр Петрович, доктор социологических наук, профессор,
зам. главного редактора (г. Саратов)
Покатаев Леонид Иванович, кандидат философских наук, доцент,
член-корреспондент РАЕН, зам. главного редактора (г. Саратов)
Полунин Сергей Александрович, кандидат юридических наук, доцент (г. Саратов)
Синюков Владимир Николаевич доктор юридических наук, профессор,
заслуженный деятель науки РФ (г. Саратов)
Соколов Альфред Нилович, доктор юридических наук, профессор (г. Калининград)
Федорова Татьяна Дмитриевна, доктор философских наук, профессор (г. Саратов)
Цыбулевская Ольга Ивановна, доктор юридических наук, профессор (г. Саратов)
Черкасов Валерий Николаевич, доктор экономических наук, профессор,
заслуженный деятель науки РФ (г. Саратов)
Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору за соблюдением
законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия РФ
29 сентября 2006 года,
регистрационное свидетельство ПИ № ФС77-25836
© Саратовский юридический институт МВД России, 2006
© Редколлегия журнала «Правовая культура» (составитель), 2006
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Содержание
К читателю . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 4
Правовая культура: теоретические основы
Р.А. Ромашов, А.Г. Тищенко (г. Санкт-Петербург)
Правовая культура: ценностный аспект. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 7
Г.Н. Комкова (г. Саратов)
Равенство и справедливость в обыденном и научном
правосознании россиян. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 10
Правовая культура, власть, государственное строительство
О.И. Цыбулевская (г. Саратов)
Правовая культура субъектов власти: нравственный аспект . . . . . . 16
И.Н. Сенякин (г. Саратов)
Российский федерализм: проблемы и тенденции развития . . . . . . . 31
О.В. Лазарева (г. Саратов)
Особенности правовых процедур законодательного процесса
в субъектах Российской Федерации . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 43
Д.В. Рязанов (г. Саратов)
Идеи тираницида в политической и правовой культуре России
XIX ? начала XX вв. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 49
Правовая культура и этнические отношения
Р.А. Ромашов, Е.Г. Шукшина (г. Санкт-Петербург)
Правовая культура и правовой нигилизм в молодежной среде . . . . 59
И.Б. Ломакина (г. Санкт-Петербург)
Особенности правосознания сибирских этносов . . . . . . . . . . . . . . . . 71
С.М. Федюнина, А.Е. Федюнин (г. Саратов)
Мультикультурализм в государственной политике:
российский опыт . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 81
Правовая культура, правотворческая и правоприменительная практика
А.А. Зелепукин (г. Саратов)
Проблемы научного обеспечения создания и действия закона. . . . . 89
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина (г. Саратов)
Культура нормотворчества в области законодательного
регулирования уголовно-процессуальной деятельности . . . . . . . . . . 95
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Н. Варыгин, В.А. Маркелов (г. Саратов)
Уклонение от военной службы: взгляд на проблему. . . . . . . . . . . . 113
В.Г. Громов (г. Саратов)
О политике уголовных наказаний в России . . . . . . . . . . . . . . . . . . 120
Слово молодым ученым
О.В. Зеленов (г. Саратов)
Внесение изменений в Жилищный кодекс Российской Федерации
как условие совершенствования законодательства . . . . . . . . . . . . . 125
А.В. Кондаков (г. Саратов)
Функции социально-правового предупреждения нарушений
законности в деятельности милиции . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 133
Рецензии и обзоры
Е.В. Колесников, В.В. Мамонов (г. Саратов)
Хабриева Т.Я., Чиркин В.Е. Теория современной конституции.
? М.: Норма, 2005. ? 320 с. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 145
А.В. Лобанов, О.В. Кузнецов (г. Саратов)
Кузин В.Н., Кузнецов В.В.
История отечественного права: советский период:
Курс лекций. ? Саратов: Научная книга, 2004. ? 204 с. . . . . . . . . . 150
Памяти ученого
Анатолий Дмитриевич Черкасов . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 152
Требования по оформлению материалов, присылаемых
для опубликования в журнале «Правовая культура». . . . . . . . . . . . . 153
Информация . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 154
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
4
Уважаемый читатель!
Перед Вами первый номер журнала «Правовая культура». Актуальность его
проблематики обусловлена целым рядом факторов, связанных с формированием
гражданского общества и построением правового государства в России, развитием
в общественном сознании идей уважения к правам, свободам и законным интересам личности.
Правовая культура ? всеобъемлющее понятие юридической науки и практики. Оно имеет широкие содержательные рамки, включая все наиболее значимые явления и элементы правовой жизни общества. К сожалению, в нашей науке эта категория еще не получила должного познавательного статуса. Часто
правовую культуру сводят к оценочным критериям знания закона, правомерности поведения, наличию «совершенного» законодательства и т.д. Разумеется,
данные показатели в той или иной степени характеризуют правовую культуру.
Однако культура права ? сложное социальное явление, обладающее системными закономерностями: историческими, политическими, национальными, психологическими, корпоративными. Насколько глубоко мы знаем эти закономерности и умеем на них воздействовать? Как мы представляем логику и тенденции
развития правовой культуры, имеющей национальное и глобальное измерения?
В какой степени мы знаем морфологию национальной правовой культуры, ее
особенности, влияющие на результаты проводимых реформ? Как взаимодействуют потоки правовой культуры в стране со сложной конфессиональной и национальной организацией? Как соотносятся глобальные и региональные аспекты
правовой культуры, насколько специфичны в России национальные правовые
учреждения и институты?
Эти и многие иные вопросы пока не получили не только достаточных ответов,
но подчас даже должной постановки. Между тем именно от политики государства
в области правовой культуры зависит судьба большинства осуществляемых реформ, принятых законопроектов, эффективность вводимых управленческих структур, сбалансированность и социальная адекватность правового быта граждан.
Чтобы проводить разумную правовую политику в России, необходимо опираться
на знание отечественной правовой традиции ? от исторических памятников права
до особенностей правосознания, законодательных и правореализационных форм,
присущих российскому правовому укладу. Важнейший аспект такого познания ?
взаимосвязь с мировой правовой культурой, мера рецепции зарубежного юридического опыта.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
5
Именно целям такого познания служит предлагаемый читателю журнал
«Правовая культура». В современной юридической науке остро ощущается дефицит новых идей и особенно ? веры в действующее право. Несмотря на значительный рост числа юристов, почти массовость юридических знаний, в целом доступность юридической помощи, проблема правового нигилизма населения, властных
структур и даже самих правоведов приобретает глобальные размеры. Нам в
России недостает обретения правокультурной идентичности.
Причины научного кризиса в сфере современной юриспруденции кроются в
том числе и в недостатке новых методологических концепций, адекватных требованиям времени. По мнению немецких юристов К. Цвайгерта и Х. Кётца, правовая наука сейчас является «больной наукой». Источник этой болезни ? в традиционном нерефлектирующем и самоуверенном догматизме, в целом
позитивистской школе юриспруденции1. Взгляды на право как «естественное»
(божественное или человеческое) явление; как на позитивное изобретение законодателя либо как на отражение «народного духа» в современной методологии права
интегрируются в аспекте изучения права в контексте мировой и национальной
культур.
Сущность права не только коренится в «естественных», экономических, законодательных либо каких-то иных психологических, информационных и др. процессах, но и обретает целостность концепции, наиболее полные определения в качестве феномена культуры. Право «живет» в режиме изменений мировой и национальной культур: именно здесь заложены современные приоритеты его изучения.
Исторически сложившаяся отечественная правовая культура одновременно и
уникальна, и всечеловечна. Она оказывает существенное влияние на происходящие в России социально-политические процессы: правотворчество, реализацию
прав и свобод граждан, функционирование государства, методы деятельности органов власти, формирование правосознания, ослабляя или, наоборот, делая успешными те или иные действия законодателя.
Особое внимание на страницах журнала будет уделено культуре
правоприменительной, в том числе правоохранительной, деятельности.
Жизнь демократического общества подвержена как позитивным, так и негативным влияниям. Эпоха глобализации доказала это с абсолютной достоверностью. В современном мире наряду с утверждением гуманных правовых ценностей
и приоритетов существуют и отрицательные моменты: это теория «золотого миллиарда» и экстремальные религиозные формы, расовая нетерпимость и неконтролируемая миграция, терроризм и организованная преступность, производство и
распространение наркотиков, экологические и техногенные катастрофы. Противостоять всем этим негативным процессам призвано мировое сообщество со сложив1
См.: Цвайгерт К., Кётц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере
частного права: В 2 т. / Пер. с нем. М., 1998. Т. 1. С. 39, 49.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
6
шейся нравственной, политической и правовой культурой, культурой правовой
безопасности.
Правовая культура есть составная часть общей культуры. Она раскрывает
юридический «характер» населения на национальном и международном уровнях,
позволяет провести сравнительный анализ социальной и правовой жизни общества за определенный исторический отрезок времени. Правовая культура «высвечивает» юридические проблемы, которые беспокоят сегодня граждан, а также «болевые точки» развития политической и правовой системы в будущем. Её роль
многогранна в прогнозировании перспектив государственного и конституционного
строительства; эффективности деятельности правоохранительных органов и юридической квалификации их сотрудников; определении степени социальной и правовой защищенности личности; соответствии уровня юридического образования
потребностям практики, реалиям жизни, а также в поиске наиболее оптимальных
путей совершенствования подготовки кадров для государственной службы.
На постановку и обсуждение названных проблем и будет направлена деятельность журнала. Мы хотели бы, чтобы журнал стал междисциплинарным ?
«местом встречи» философов, юристов, социологов, специалистов культурологии,
представителей других общественных наук, которые на концептуальном уровне
изучают глубинные пласты правовой культуры. Отечественная теория весьма
остро нуждается как в создании доктринального фундамента, так и выявлении
внутренних закономерностей развития правовой культуры.
Разумеется, это не исключает возможности публикации материалов и по
иным вопросам развития правовой культуры. Учитывая сложность и многогранность этого явления, логично приветствовать новые, в том числе дискуссионные,
аспекты ее познания, что определит специфику рубрик журнала. Редакция приглашает читателей к активному диалогу и плодотворному сотрудничеству на этом
классическом и одновременно во многом непознанном направлении юридической
науки и практики.
Главный редактор,
д.ю.н., профессор,
заслуженный работник
высшей школы
Российской Федерации
А.С. Мордовец
Начальник Саратовского
юридического института
МВД России, д.ю.н., профессор,
заслуженный деятель науки
Российской Федерации
В.Н. Синюков
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
7
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА:
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ
Р.А. Ромашов*, А.Г. Тищенко**
????У??? НЫОёЪЫ??: ?ВММУТЪМ?И ?ТФВНЪ
К
ачественные изменения, происшедшие в процессе становления в
постсоветской России, основ правовой государственности и гражданского общества обусловили неизбежность коренного пересмотра взглядов, касающихся понимания феномена правовой культуры, определения
ее места и роли в механизме правового регулирования.
Значимость правовой культуры в процессе стабилизации социальнополитических отношений, сложившихся в современной России, определяется нравственно-правовыми пределами, ограничивающими и вместе с
тем гарантирующими свободу поведения субъектов общественных отношений. Такая оценка позволяет сделать вывод о том, что основной ценностной установкой правовой культуры является обеспечение баланса сил и
интересов членов сообщества, который стабилизирует общественные отношения и создает условия для их эволюции.
Достижение подобного рода баланса обусловлено системой правил поведения, регламентирующих отношение людей друг к другу и к окружающей естественной среде обитания. В таких правилах определяются масштабы возможного и должного (в т.ч. недопустимого) поведения. При этом
наиболее важные для общества правила объявляются общезначимыми, а
их реализация и охрана предполагают возможность принудительного
обеспечения. Установление таких правил, по сути, означает появление права. Соответственно правовая культура может быть охарактеризована как
сформировавшаяся в процессе социального развития информационнокоммуникативная, регулятивно-охранительная среда человеческой жизнедеятельности, в основу которой положено право и которая позволяет
обеспечить правомерное поведение абсолютного большинства членов сообщества.
В качестве структурных элементов правовой культуры согласно данному определению следует назвать правовые ценности, источники права,
правосознание, средства и методы правового регулирования, мотивацию и
формы правомерного поведения, юридические гарантии обеспечения приоритета права по отношению к другим социальным регуляторам.
*
**
Начальник кафедры теории права и государства Санкт-Петербургского университета МВД России, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки России.
Член Совета Федерации Федерального Собрания России, кандидат юридических наук, доцент.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
8
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Подчеркивая важность каждого из названных элементов, мы вместе с
тем позволим себе акцентировать внимание лишь на некоторых из них,
представляющих, на наш взгляд, наибольшую значимость для характеристики правовой культуры современной России. Речь идет о системе правовых ценностей, мотивационных аспектах правомерного поведения и, наконец, о системе юридических гарантий, обеспечивающих эффективное
правовое воздействие на поведение субъектов права.
Правовые ценности как наиболее значимые для государства, общества, личности руководящие установки характеризуют перспективные цели
правового воздействия. В ценностях воплощается сложившийся в современном обществе (на данном этапе исторического развития) идеал представлений о правильном, справедливом, гуманном общественном порядке,
на поддержание которого и направлено правовое воздействие. Если попытаться сформулировать ценностный ряд, в той или иной степени характерный для любой социальной организации, то он будет выглядеть следующим образом:
? ценности геополитического характера: территориальная целостность; равноправное партнерство в международных отношениях; реальная
возможность влияния на международную политику;
? ценности социального характера: поддержание численности населения на определенном уровне; гармонизация социально-классовых отношений;
? ценности в правоохранительной сфере: локализация криминальных
тенденций; установление приемлемого для социальной стабильности
баланса между правомерными, теневыми и криминальными механизмами
социального регулирования; достижение баланса между публичными интересами государства, корпоративными и частными интересами, сталкивающимися в процессе правоохранительной деятельности.
Реальное воплощение перечисленных ценностей связывается с правомерным поведением субъектов юридически значимых общественных отношений. Причем в основу такого поведения могут быть положены самые
разные мотивы: глубокая внутренняя убежденность в «правильности», социальной полезности и осознанной необходимости правомерного поведения
(социально активное поведение); неосознанное следование требованиям
правовых предписаний в силу выработанных в процессе воспитания, социального общения, профессиональной деятельности и т.п. нравственных
установок (традиционное поведение); нежелание выделяться среди окружающих (конформистское поведение); и, наконец, страх перед возможным
наказанием (маргинальное поведение). При этом правовая культура в силу своей комплексности предполагает как поощрение социально активных
субъектов, так и устрашение субъектов маргинального типа. Главным является конечный результат ? достижение позитивных целей, определяющих сущность правовой культуры.
По нашему мнению, обеспечение высокого уровня правовой культуры
возможно в том случае, если права и обязанности субъектов правоотношений (в роли которых выступают не только граждане и общественные организации, но и государственные органы, должностные лица ? представители государственной власти, само государство ? как специфический субъект
права) реализуются на основании двух базовых принципов: «разрешено
все, что не запрещено законом» ? в отношении граждан и «запрещено все,
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Р.А. Ромашов, А.Г. Тищенко
9
что прямо не разрешено законом» ? для государственных органов и должностных лиц ? представителей государственной власти.
Разумеется, властные полномочия по ограничению субъективных возможностей, а также по изъятию у людей определенной части их прав (осуществляемые в целях достижения мира и взаимного согласия в обществе)
должны принадлежать только органам, формируемым и действующим в
соответствии с волей всего народа. Следует помнить, что, передавая своим
представителям часть властных полномочий и смиряясь с неизбежностью
ограничения (а в некоторых случаях и изъятия) целого ряда прав и свобод, члены общества не утрачивают возможности определенного влияния
на деятельность государственной власти и после ее избрания.
В законодательстве закрепляется система гарантий законного и обоснованного действия государственных предписаний, так как «возможность
применения каких бы то ни было ограничений в области соблюдения прав
и свобод личности по соображениям обеспечения интересов общества в
целом? всегда таит в себе угрозу, если даже не злоупотреблений, то во
всяком случае возможности принятия несоразмерных охраняемому общественному интересу ограничительных мер»1. В данном случае можно согласиться с точкой зрения Л.И. Спиридонова, по словам которого «постоянное стремление государственной власти подчинить себе общество
вызывает обратную реакцию, выражающуюся в попытках поставить государство под контроль права»2. Поскольку политическая власть имеет
склонность к различным злоупотреблениям, для нее необходимы надежные правовые рамки, ограничивающие и сдерживающие подобные склонности, возводящие заслон незаконному превышению власти, ведущему к
попранию прав и свобод человека и гражданина и как следствие к усилению деструктивных процессов, негативным образом воздействующих на
социально-политическую ситуацию.
Установление подобных рамок, на наш взгляд, должно осуществляться
в двух направлениях. Во-первых, следует совершенствовать нормативную
базу, регламентирующую порядок возникновения, изменения, прекращения правоотношений (и в первую очередь так называемых властеотношений); а во-вторых, необходимо предпринимать все возможные меры для
воспитания у людей глубокой внутренней убежденности в том, что реальность права измеряется не только закреплением тех или иных, пусть даже
самых прогрессивных положений в законе, но и субъективной полезностью
правомерного поведения, в рамках которого гражданин получает возможность реализовать свои позитивные интересы.
При этом следует особо подчеркнуть, что процесс формирования уважительного отношения к праву должен протекать как среди подвластных,
так и среди властвующих. В основу правомерного поведения положены
два основных фактора: уважение к праву и осознание общесоциальной и
индивидуальной полезности правомерного поведения и страх (опасение)
понести ответственность за поведение, противоречащее правовым установкам (нормам права). Ведь страх включает в себя страх перед наказанием и опасение подвергнуться общественному порицанию («потерять
доброе имя»). Выгода складывается из непосредственной (эгоистической)
1
2
Мюллерсон Р.А. Права человека и гражданина: идеи, нормы, реальность. М.,
1991. С. 86.
Спиридонов Л.И. Теория государства и права. М., 1995. С. 112.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
10
корпоративной и публичной пользы. При этом выгода (получение пользы)
будет рассматриваться в качестве стимула правомерного поведения тогда, когда публичная (корпоративная) польза не будет вступать в антагонистические противоречия с эгоистическими ожиданиями.
Если для подвластных право может выступать и в качестве стимула
(жить по праву полезно для самого субъекта и для тех, кто его окружает),
и в качестве ограничителя (нарушать право нельзя, так как за правонарушение предусмотрено наказание), то для власти сама возможность подвергнуться наказанию за правонарушение, а следовательно, и страх перед наказанием минимизированы. Если же страх отсутствует, то
подчинение себя праву может носить только добровольный характер (состояние самоограничения правом). Получается, что до тех пор пока власть
не поймет жизненную важность правового самоограничения, правомерное
поведение, а следовательно, правопорядок и основанная на правопорядке
стабильность общественных отношений будут связываться у подвластных
преимущественно со страхом перед возможным наказанием за поведение,
квалифицируемое властью в качестве противоправного. В подобной ситуации правопорядок не может быть стабильным, поскольку тогда, когда
страх «теряет» свое значение в качестве сдерживающего фактора, а реального уважения к правовым регуляторам у представителей социума не
выработано, право утрачивает верховенство и замещается неправовыми
регуляторами.
Г.Н. Комкова*
???ВМТЪ?У Л ТФ???В?ОЛ?УТЪё ? У·??ВММУП
Л М?Ы?МУП Ф???УТУБМ?МЛЛ ?УТТЛ?М
П
равосознание ? это одна из форм общественного сознания, характеризующая правовую сторону жизни общества и государства.
Общепризнанным является деление правосознания на обыденное, формирующееся в результате повседневной юридической практики отдельных
людей, социальных групп, а также на научное, присущее специалистам в
области права и выражающееся в научных идеях, гипотезах, доктринах.
Одной из таких категорий всегда выступали категории «справедливость»
и «равенство», однако отношение обычного человека и ученого-правоведа
было неоднозначно.
Каждой ступени в историческом развитии общества присуще своё понимание равенства и справедливости между людьми. Оно находило отражение не только во взглядах учёных, но и в сознании людей. Утверждение
ценностей равенства и справедливости стало ключевым лозунгом буржуазных революций XIX?XX вв. Стимулировавшая появление социалистических революций теория прибавочной стоимости К. Маркса, по мнению некоторых ученых, «представляет собой не столько экономическую, сколько
этическую теорию. В основе своей это специфическая теория справедливости, точнее несправедливости существующего распределения стоимости
*
Декан юридического факультета Саратовского государственного университета
им. Н.Г. Чернышевского, доктор юридических наук, профессор.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Г.Н. Комкова
11
товара, создаваемого трудом наемных рабочих сверх стоимости рабочей
силы и безвозмездно (т.е. несправедливо) присваиваемой эксплуататорами-капиталистами»1.
Рассматриваемые категории имели и имеют в нашей стране особое
значение, поскольку россиянам всегда были присущи обостренное чувство
справедливости и неприязнь неравенства. Православие, которое было введено на Руси, именно потому так укрепилось, что учение Христа основывалось на признании справедливости в качестве основного постулата веры. Требование равенства выдвигали и большевики, программу которых
поддержала большая часть населения Российской империи. Возмущение
несправедливостью ? одно из самых сильных чувств ее подданных.
Победа Октябрьской революции осуществилась во многом благодаря
привлекательным и справедливым лозунгам: «Фабрики ? рабочим, землю ? крестьянам». При социализме ставилась задача перехода от «буржуазного формального равенства» к «социалистическому фактическому
равенству» всех людей. «В социалистическом понимании принцип равноправия означает абсолютную недопустимость всякой иерархии правовых
положений граждан, высших и низших юридических статусов, отсутствие
любых установленных законом привилегий у одной категории граждан,
правовых ограничений ? у других»2.
Главной задачей социальной политики Советского государства объявлялся процесс сближения всех классов и социальных групп советского общества, стирание межклассовых различий. На деле политика партийного
руководства страны не всегда была основана на принципах равенства и
социальной справедливости. Тем не менее советские люди надеялись, что
конечная цель коммунизма ? достижение полного равенства всех членов
общества. Людей ориентировали на то, что этот процесс длительный и
сложный. «Полное социальное равенство не возникает вдруг в законченном виде. Общество дорастает, дорабатывается до него довольно долго,
трудно, ценой огромных усилий»3. Впоследствии многочисленные факты
несправедливости способствовали постепенному расшатыванию устоев социализма. Однако сейчас можно констатировать, что распределение материальных благ и социальных льгот в тот период было более справедливым, существовавшая в то время «уравниловка» позволяла работающим
чувствовать себя на равных.
Сейчас, в период ухода от социалистических идеалов, объяснение причин неравенства, его эволюции, необходимости наличия определенных
форм его правового регулирования остается одним из важных направлений развития научного правосознания в России. Не случайно ученые в
правовом содержании социальной справедливости выделяют справедливость уравнивающую4, а в правовом равенстве ? равенство справедливое
1
2
3
4
Гофман А.Б. Мартовские тезисы о социологии равенства и неравенства // Социс.
2004. № 7. С. 25.
Мальцев Г.В. Проблемы юридического равенства в современной буржуазной идеологии // Проблемы государства и права в современной идеологической борьбе /
Под ред. Я. Радаева и В. Туманова. М., 1983. С. 177.
Андропов Ю.В. Учение Карла Маркса и некоторые вопросы социалистического
строительства в СССР. М., 1983. С. 16.
См.: Орач Е.М. Социальная справедливость советского права: Автореф. дис. ?
канд. юрид. наук. Харьков, 1972. С. 14.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
12
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
и равенство несправедливое5. Тем более, что социальное равенство ? это
равенство в социальных статусах конкретных людей, чего достичь весьма
сложно. Однако в отраслевых правах (избирательных, трудовых), в индивидуальных правовых статусах люди не могут быть равны, что не нарушает общую концепцию справедливости.
Равенство прав человека и справедливость ? неоднозначные и многосторонние явления, которые предполагают различные подходы и уровни
их исследования.
В обыденном сознании они рассматриваются с точки зрения морали,
традиционных представлений о должном. В науке устоявшиеся идеи облекаются в форму категорий, представляющих продукт умственной деятельности ученых. Значение категорий, по мнению Э. Дюркгейма, состоит в
том, что «они выражают собой наиболее общие из отношений, существующих между вещами»6. Наука призвана разрабатывать не только базовые
научные категории, методы мышления, но и навыки работы с ними.
Для научного осмысления категорий необходимо изучать историю,
наблюдать факты существующей действительности, внедрять полученные
знания в практику. Это процесс сложный и кропотливый, требующий
длительного времени и коллективных усилий. Как отмечает А.С. Автономов, «в категории раскрытие содержания объекта не является самоцелью, а подчинено решению задачи выявления и исследования законов
существования конкретной действительности или обширной области этой
действительности, в постоянном взаимодействии со средой, в которой эта
задача существует, и, значит, с необходимостью требует определения
места и роли данного объекта среди явлений и отношений конкретной
действительности»7.
Глобальными категориями человечества всегда были «равенство» и
«справедливость». Отметим, что справедливость ? понятие оценочное. То,
что справедливо для одних, часто кажется несправедливым по отношению
к другим. Оценка многих ситуаций, которые впоследствии станут источником конфликта между людьми, различна, если исходить из критерия
«справедливо ? несправедливо».
Вопрос о соотношении этих понятий и в обыденном, и в теоретическом
правопонимании во многом остается дискуссионным. Так, например,
З.А. Бербешкина полагает, что понятие «равенство» входит в категорию
«справедливость», что без осуществления равенства нет торжества и
справедливости8. С точки зрения П.А. Кропоткина, равенство ? это справедливость, это уважение к личности, признание ее полнейшей свободы, а
также духовное раскрепощение9. Таким образом, с одной стороны, правовое равенство является элементом социальной справедливости, а с другой ? оно есть форма существования справедливости.
5
6
7
8
9
См.: Бондарь Н.С. Социальная справедливость в институте равноправия советских
граждан // Право. Ускорение. Справедливость: Сб. статей. Саратов, 1989. С. 80.
Дюркгейм Э. Социология религии и теория познания // Религия и общество: Хрестоматия по социологии, религии: В 2 ч. М., 1994. Ч. 1. С. 79.
Автономов А.С. Методологические аспекты исследования системы категорий конституционного права // Теоретические проблемы российского конституционализма
/ Под общ. ред. Т.Я. Хабриевой. М., 2000. С. 7.
См.: Бербешкина З.А. Справедливость как социально-философская категория. М.,
1983. С. 83. См. также: Орач Е.М. Указ. соч. С. 14.
См.: Кропоткин П.А. Этика. М., 1991. С. 301, 307, 308.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Г.Н. Комкова
13
Как обыденное, так и научное правосознание едино в одном ? суть
«справедливости состоит в том, чтобы установить, найти, сконструировать
меру человеческих поступков»10.
Полагаем, что соотношение понятий «правовое равенство» и «социальная справедливость» заключается в том, что это частично совпадающие понятия, а не взаимопоглощающиеся.
Материальной основой их неразрывной взаимосвязи и частичного совпадения является потребность общественных отношений, с одной стороны,
обусловливающих необходимость единых, одинаковых для разных людей
стандартов правового поведения, а с другой ? требующих правового учета
особенностей личности каждого индивида, его общественно значимой деятельности и её результатов. Именно поэтому правовое равенство без справедливости и справедливость без правового равенства теряют смысл. Вместе с тем следует согласиться с М. Фритцхандом в том, что «справедливость составляет критерий равенства, это прежде всего она имеет
решающее значение для определения правильности принятия либо отрицания определенной формы равенства»11. Относительно соотношения данных категорий В.Е. Давидович отмечает: «Подлинное равенство, измеряемое по масштабу справедливости, не принимает увековечивания социальной дистанции между людьми и вместе с тем не может отмахнуться от
необходимости признания их заслуг»12.
Как представляется, справедливость ? категория морали, оценки происходящего с человеком и обществом, тогда как равенство ? реальность,
воплощенная в фактах и действительности. В. Чхиквадзе по этому поводу
пишет: «Социальная справедливость охватывает различные сферы человеческого бытия, разные стороны жизнедеятельности людей, но прежде всего выражается в социальном равенстве»13.
По устоявшемуся в науке мнению, равенство ? это одинаковое положение людей в обществе, одинаковое отношение к средствам производства и дефицитным ресурсам, одинаковые гражданские права и обязанности, одинаковый доступ к материальным и духовным ценностям, благам,
одинаковая ценность людей и групп для общества14. Отступление даже от
одного из этих условий расценивается как неравенство. Здесь можно говорить о совпадении критериев обыденного и научного правопонимания.
Необходимо согласиться с позицией А.Б. Гофмана, что «равенство может быть источником конфликта и несправедливым, а неравенство ? источником согласия и справедливым». При этом справедливость понимается как «определенным образом воспринимаемое определенное соотношение
определенных форм равенства и неравенства»15.
Однако достижение полного равенства во всех сферах жизни ? иллюзия, к достижению которой стремились и стремятся многие человеческие
10
11
12
13
14
15
Булгаков В.В. Концепция справедливости в праве: Автореф. дис. ? канд. юрид.
наук. Белгород, 2002. С. 12.
Фритцханд М. Марксизм, гуманизм, мораль. М., 1976. С. 145.
Давидович В.Е. Социальная справедливость: идеал и принцип деятельности. М.,
1989. С. 83.
Чхиквадзе В. Социальная справедливость ? принцип права // Социалистическая
законность. 1987. № 1. С. 25.
См.: Кравченко А.И. Основы социологии. М., 2000. С. 384.
Гофман А.Б. Указ. соч. С. 25?26.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
14
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
сообщества. История развития теории равенства убеждает нас в этом.
Как верно отмечает Т.Н. Самсонова, «уроки истории ? это не только созданные ценности, нравственные нормы и принципы, но и совершенные
ошибки, трагедии. Не зная истории, в том числе и истории мысли, человечество рискует совершить те же самые просчеты, повторить старые нелепости, наконец, принести новые жертвы»16.
Переосмысление категорий равенства и справедливости может столкнуться с большими трудностями, поскольку причины популярности лозунга «равенства всех независимо от каких-либо обстоятельств» связаны с
тем, что равенство сильнее, чем свобода, нравится простым гражданам.
Они считают, что быть равными лучше, чем быть свободными.
В соответствии с результатами социологического опроса у россиян в
настоящее время присутствует отнюдь не уравнительное понимание социальной справедливости. Большинство из них считают справедливым дифференциацию доходов в зависимости от уровня профессиональной квалификации, возможность людям со средствами жить что называется «на
широкую ногу». На то, что наиболее острые противоречия в российском
обществе существуют между олигархами и остальным обществом, указали всего 27% опрошенных, между бедными и богатыми ? 44%17.
Нельзя забывать о менталитете российского человека, остро чувствующего и переживающего несправедливость. Однако, если в государстве
будут созданы равные условия, при которых возможно честное продвижение вверх по социальной лестнице, человек должен признать, что кто-то
оказался более способен и удачлив.
В целом необходимо отметить, что и для обыденного, и для научного
правосознания «равенство и неравенство выступают как изолированные
друг от друга ??ниверсальные противоположности: первое ассоциируется
со справедливостью и согласием, второе ? с несправедливостью и конфликтом»18. В действительности это ? два взаимосвязанных явления, которые одно без другого существовать не могут. Эти категории представляют
ценность, без которой государство и общество не могут развиваться.
Отрадно отметить, что постепенно и научное, и обыденное правосознание по вопросу о равенстве и справедливости начинают совпадать. Однако российским ученым предстоит ещё многое сделать для того, чтобы
внедрить в обыденное правосознание современное научное представление
о равенстве и справедливости.
16
17
18
Самсонова Т.Н. Справедливость равенства и равенство справедливости. М., 1996.
С. 3.
См.: Петухов В.В. Новые поля социальной напряженности // Социс. 2004. № 3.
С. 33.
Гофман А.Б. Указ. соч. С. 24.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
15
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА, ВЛАСТЬ,
ГОСУДАРСТВЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО
О.И. Цыбулевская*
????У??? НЫОёЪЫ?? ТЫ·?ВНЪУ? ?О?ТЪЛ:
М???ТЪ?ВММ?И ?ТФВНЪ
П
равовая культура представляет собой уникальное по сложности
и богатству содержания комплексное явление, обладающее специфической внутренней структурой и системой взаимосвязи с другими социальными явлениями. Правовая культура как совокупность духовных
ценностей в сфере права тесно связана с нравственной культурой. Они
обе оказывают существенное влияние на происходящие в России социально-политические процессы: правотворчество, реализацию законов, функционирование механизма государства, принципы и методы деятельности
органов власти, формирование правосознания.
Отечественная юридическая культура находится на этапном пути поиска собственной целостности. Она пережила диаметральные по смыслу
периоды своей истории: войны, расколы, дифференциации и теперь, в
ХХI в., нуждается в системной идентификации с российской духовной
культурой1.
В современной России, по справедливому замечанию О.В. Мартышина, фон состояния политической и правовой культуры крайне неблагоприятен. В политико-правовой сфере страны конец ХХ ? начало ХХI вв.
отмечен мощной волной вестернизации, может быть, более сильной, чем в
петровские времена, благодаря современным средствам массовой информации и широкой торговле, охватившей не только верхи общества, но и
народные массы2. В результате произошло не только свободное приобщение образованных слоев общества к мировой культуре, но и основательный подрыв нравственных устоев народа, которому навязывают худшие
образцы западной поп-культуры. В сочетании с процессами становления
капитализма в варварских незаконных формах, культом эгоизма, потребительства и стяжательства это ведет к разрушению остатков патриархальной культуры и добропорядочности, которые пережили первое наступление
капитализма (с 60-х гг. ХIХ в. по 1917 г.) и советскую власть.
«Надо сказать, ? пишет О.В. Мартышин, ? что при всей коррумпированности советской власти и при всем ее лицемерии в последние десятиле*
1
2
Заведующая кафедрой теории права Поволжской академии государственной
службы им. П.А. Столыпина, доктор юридических наук, профессор.
См.: Синюков В.Н. Российская правовая система: введение в общую теорию. Саратов, 1994. С. 10.
См.: Мартышин О.В. О некоторых особенностях российской правовой и политической культуры // Государство и право. 2003. № 10. С. 28.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
16
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
тия она культивировала (хотя бы формально) на основе социалистической
идеологии моральные ценности (курсив мой. ? О.Ц.), многие из которых
носили вечный характер и входили в патриархальное народное сознание.
Теперь они растоптаны. А на капиталистической основе, характерной для
Запада, нравственные ценности сложиться еще не успели»3.
«Устройство разумного государственного строя, ? писал П.И. Флоренский, ? зависит, прежде всего, от ясного понимания основных положений, к
которым и должна приспосабливаться машина управления. Мудрость
государственного управления ? не в истреблении тех или иных данностей и
даже не в подавлении их, а в умелом направлении, чтобы своеобразия и
противоречия давали в целом государственной жизни нужный эффект»4.
Однако для того чтобы воспользоваться этим мудрым советом, необходимо знать и правильно понимать историю «реформируемого» государства, истоки и особенности его культуры, в первую очередь правовой,
специфику национального менталитета5. «В своей исконной, человеческой
сущности Россия всегда имела правовой смысл, стремление народа к
справедливости, порядку, устойчивому и стабильному развитию на основе свободы, самоуправления и социальной ответственности. Главное ?
дать России возможность понять и актуализировать свои правовые ценности»6.
Девяностые годы прошлого века были временем всеохватывающих изменений общества и власти. Государство предложило людям самостоятельно решать свои проблемы. Возникновение кризиса связано с тем, что
моральные ценности не выдержали тяжести социально-деструктивных
процессов ? разрушения производства, отсутствия производительных мотиваций, исчезновения среднего класса, люмпенизации населения.
Специфика правовой культуры состоит в том, что ее уровень и состояние в значительной степени зависят от функционирования самой государственной власти. Правовая культура ? это система и результат сложнейших социально-правовых отношений между государством и обществом7.
Качественное состояние правовой культуры зависит от обоих субъектов
(государства и общества), однако государству в формировании высокого
уровня правовой культуры принадлежит все же ведущая роль. Приоритет
государства в этой сфере предопределен всей российской историей, менталитетом народа. Очевидно, что государство, которое не пользуется авторитетом у народа, не вправе рассчитывать на высокий уровень правовой
культуры своего народа.
К сожалению, современная модель общества, которую пытаются создать в России в последние десять лет, оказалась неэффективной ни в эко3
4
5
6
7
Мартышин О.В. Указ. соч. С. 28.
Флоренский П.И. Предполагаемое государственное устройство в будущем //
Собр. соч.: В 4 т. М., 1995. Т. 2. С. 647?648.
См.: Величко А.М. Государственные идеалы России и Запада. Параллели правовых культур. СПб., 1999. С. 226.
Синюков В.Н., Синюкова Т.В. К вопросу о российской правовой доктрине в XXI
веке // Вопросы теории государства и права: новые идеи и подходы: Межвузовский сборник научных трудов / Под ред. М.И. Байтина. Саратов, 2000. Вып. 2
(11). С. 59.
См.: Рогова Т.А., Напреенко А.А. Правовая культура на пути к правовому государству // Государство и право: вопросы методологии, теории и практики
функционирования / Под ред. А.А. Напреенко. Самара, 2001. С. 56.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.И. Цыбулевская
17
номическом, ни в культурном отношениях. На наш взгляд, ни государство,
ни общество не обладают необходимым уровнем правовой культуры, который отвечал бы потребностям сегодняшнего времени. Таким образом, актуальнейшей задачей является повышение уровня правовой культуры
именно государственных структур, учреждений, организаций, государственных служащих.
Сегодня в связи с разрушением прежней системы ценностей, дезориентацией российского общества интерес к исследованию проблем правовой культуры возникает у представителей различных отраслей знаний: социологов, политологов, психологов, юристов. Некоторые наработки по
вопросам места и роли правовой культуры в жизни общества были сделаны еще в советское время8. В последние годы появились специальные исследования, касающиеся правовой культуры государственных служащих
и должностных лиц, хотя их явно недостаточно9.
Правовая культура властных субъектов является одним из важных
видов профессиональной правовой культуры. Она обладает определенными особенностями, обусловленными спецификой самой власти, повышенной социальной значимостью их публичной деятельности, различным
уровнем и профилем образования, другими факторами.
Правовая культура формируется в процессе осуществления субъектами властной деятельности своих должностных обязанностей и включает в
себя следующие элементы: 1) знание правовых норм, уровень правового
мышления, профессиональной подготовки; 2) широкий кругозор политического и экономического видения реальности, определяющий уровень общей правовой культуры; 3) профессионально-этические качества чиновника, профессиональную безупречность, служебную дисциплинированность,
добросовестность, честность10.
Значительная часть кадров государственного аппарата, оставшаяся в
наследство от прежней партийно-государственной и административно-командной системы, оказалась слабо подготовленной к работе в новой политической обстановке, в рамках новых демократических институтов. Однако за последние годы произошло значительное обновление состава кадров
в органах государственной власти субъектов Федерации. Примерно от 40
до 50% служащих имеют стаж работы в органах власти и управления до
5 лет и около 70% ? до 10 лет, т.е. большинство из них работают в этих
органах с начала проведения реформ11.
Низкая правовая культура определяет мотивацию, интересы, поведение властных субъектов. Нельзя не замечать и того факта, что в погоне за
разного рода привилегиями во власть приходят люди с криминальным
прошлым. По результатам социологических исследований, работа в аппа8
См., например: Сальников В.П. Социалистическая правовая культура. Саратов,
1989.
9 См.: Ершова Л.А. Правовая культура должностных лиц: Автореф. дис. ? канд.
юрид. наук. Саратов, 1999; Зотов А.П. Правовая культура органов власти в Российской Федерации / Под ред. И.Н. Сенякина. Саратов, 2002; Павлов О.В. Профессиональная правовая культура в сфере правоохранительной службы (на примере сотрудника милиции): Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2005.
10 См.: Баранов П.П., Окусов А.П. Аксиология юридической деятельности: Учебное
пособие. Ростов н/Д., 2003. С. 73.
11 См.: Наумов С.Ю., Масленникова Е.В., Марченко О.И. Социальный статус государственного служащего. Саратов, 2001. С. 142?143.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
18
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
рате органов государственной власти для значительной части чиновников
ценна главным образом получением привилегий для удовлетворения личных интересов. Власть способна изменять природу человека, наделенного
ею. И при длительном пользовании властью эти изменения могут носить
негативный характер.
Вступление в должность, как правило, связано с получением различных материальных и нематериальных благ. Это не может не влиять на
личные качества отдельных руководителей, у которых со временем гипертрофируется вкус к власти, и тогда высокая должность может способствовать обратному процессу: государственная воля трансформируется в личную, государственная власть присваивается должностным лицом,
используется в собственных интересах. В итоге руководящий работник
служит не обществу, а себе, его личная порочная воля, ставшая государственной, может задавать тон последней, направлять ее по неправомерному или даже преступному пути. Справедливо подмечено, что должность
может сравниться с ролью, а служащий ? с актером, играющим плохо или
хорошо написанную для него роль12.
Государственные служащие, должностные лица в силу своих служебных обязанностей должны отличаться безусловным позитивным отношением к правам, свободам человека и гражданина. Деятельность субъектов
данной категории свидетельствует о том, что права и свободы человека не
являются для них большой ценностью. Повсеместное нарушение прав и
свобод человека и гражданина приводит к отчужденности граждан от чиновников, когда гражданин всячески избегает обращаться в государственный или муниципальный орган.
К сожалению, основательных позитивных сдвигов за годы реформ не
произошло. Уровень доверия населения к органам власти и управления
имеет устойчивую тенденцию к падению. Исследования социологической
лаборатории МГУ, проведенные совместно с американскими специалистами, показали, что в сознании населения категории «власть», «государство», «правительство» чаще всего ассоциируются со словами «хамство»,
«диктаторство», «нахальство», «бездарность», «самодержавие», «захват»13.
Правовая жизнь показывает: российская действительность такова,
что права и свободы человека и гражданина не стали у нас пока высшей
ценностью, а государство, порой грубо нарушающее их, практически не
несет за это никакой ответственности. Гражданское же общество со своей
стороны никак не реагирует на подобные факты, тем самым «развязывая
руки» властным структурам и культивируя произвол власти в будущем.
Все это разрушает и без того слабую правовую культуру общества, подрывает веру в устойчивость правовых и демократических институтов государства, его мораль.
В обществе процветает правовой нигилизм ? явление, которое в последнее время привлекает к себе пристальное внимание ученых14. Опас12
13
14
См.: Черниловский З.М. Правовое государство: исторический опыт // Советское
государство и право. 1989. № 4. С. 55.
См.: Комаровский В.С., Тимофеева Л.Н. Конфликты граждан с чиновниками:
почему и зачем? // Государство и право. 1997. № 10. С. 5?15.
См.: Матузов Н.И. Правовой нигилизм в свете российского менталитета // Зарубежный опыт и отечественные традиции в российском праве: Материалы Всероссийского научно-методологического семинара / Под общ. ред. В.П. Сальникова и Р.А. Ромашова. СПб., 2004. С. 88?111.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.И. Цыбулевская
19
ность правового нигилизма заключается прежде всего в том, что он поражает духовные, нравственные, культурные устои общественного бытия.
Особую опасность представляет собой ведомственный правовой нигилизм.
Причины этого феномена кроются в расхождении интересов чиновников и
граждан, общегосударственных и региональных «местнических» потребностей. Способствует ведомственному нигилизму также безнаказанность, которая, становясь системой, развращает.
Правовым нигилизмом поражена деятельность всех ветвей государственной власти. В сфере функционирования законодательной власти правовой нигилизм проявляется также в низкой законодательной технике
правотворческого процесса, нестабильности законодательства, нечеткости,
размытости самого предмета законодательного регулирования. Все это
приводит к тому, что роль закона как важнейшего регулятора общественной жизни утрачивается. Российская Государственная Дума сегодня, по
меткому выражению Н.И. Матузова, представляет собой любопытный
сплав законотворчества, политики, лоббизма, коррупции, «подковерной»
борьбы, хитроумных фракционно-партийных комбинаций15.
Назначение судебной власти в любом государстве ? формировать чувство глубокого уважения к праву, демонстрировать примеры законопослушного поведения. Как ни печально, российская судебная система в целом оказалась неготовой и неспособной выполнить эту миссию. Реалии
сегодняшнего времени демонстрируют деградацию ценности суда в общественном сознании, всплеск нигилистического отношения к закону, поскольку в судах творится произвол, процветает коррупция, а граждане
разделяются на тех, «кто выше стоит» или «кто больше дает»16.
Среди органов, призванных противостоять коррупции, эксперты выделяют в качестве наиболее слабого места суды, особенно арбитражные.
Россия ? страна, в которой общественная легитимность судов никогда не
была высокой. И от того, насколько молодые российские судьи осознают
свою независимость, судейскую этику и готовность применять конституционные принципы и защищать права граждан, будет зависеть степень изменения в сторону повышения российской судейской культуры17.
Однако наиболее подвержена негативным тенденциям исполнительская среда. Исполнительная власть ? особая зона риска. В ней, как в кривом зеркале, отражается вся глубина правового кризиса в России. По словам З.М. Черниловского, «исполнительная власть по природе своей
стремится к независимости и бесконтрольности. Этому способствуют такие факторы, как возможность опереться на бюрократический аппарат?
распоряжение орудиями принуждения? владение информацией, связанное с безнаказанностью ее сокрытия или извращения, и т.п.»18.
Стремление исполнительной власти стать всеохватывающей, по справедливому замечанию Д.Н. Бахраха, обусловлено рядом факторов: во-первых, генезисом власти, развитие которой идет по пути разделения, укреп15
16
17
18
См.: Матузов Н.И. Актуальные проблемы теории права. Саратов, 2003. С. 243.
См.: Гулина О.Р. Исторические корни и особенности правового нигилизма в современной России: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Уфа, 2002. С. 27.
См.: Соломон П. (младший). Главный вопрос для российской судебной власти ?
как добиться доверия общества? // Российская юстиция. 2003. № 6.
Черниловский З.М. Указ. соч. С. 56.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
20
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ления законодательной и судебной и расширения их влияния на исполнительную власть. Она, напротив, стремится не уступать своих позиций, освободиться от контроля. Во-вторых, количество и продолжительность чрезвычайных обстоятельств (войны, стихийные бедствия и пр.) значительно
усиливают роль и полномочия исполнительной власти. В-третьих, зависимость от исполнительной других ветвей власти. Последние возникают
позднее и не сразу создают свою финансовую базу. В-четвертых, «демонизм» власти питается сущностными ее особенностями: универсальностью,
огромным аппаратом, экономической мощью, оперативной самостоятельностью исполнительно-распорядительных органов.
Таким образом, исполнительная власть ? это громадная созидательная,
а в ряде случаев и разрушительная сила, которая может изменять реальную действительность как в лучшую, так и в худшую сторону19. Нельзя
сбрасывать со счетов и то, что деятельность данной власти непосредственно
связана со свободой усмотрения ? «самостоятельным и весьма влиятельным элементом государственного руководства» 20.
«Конечно, коммерциализация политической жизни, ? справедливо
подчеркивает Г.В. Мальцев, ? явление в человеческой истории не новое?
деньги постоянно искушали власть, особенно власть государственную. И
все же до недавнего времени государствам в общем и целом удавалось
держать под контролем процессы коммерциализации политических отношений, действуя не только средствами морального осуждения, но и применяя насилие»21.
Коррупция получила широкое распространение среди всех ветвей власти. Она демонстрирует полное безразличие государственных должностных лиц к общественной пользе, закону, народу. Коррупция стала средством выживания для одних и непременным условием решения жизненных
первоочередных проблем для других. Как социальное явление коррупция в
настоящее время превратилась не просто в криминальную проблему, а
прямую угрозу национальной безопасности. Об этом свидетельствует
мировой опыт общественного развития, который, к сожалению, распространился на российское пространство, являясь тормозом социальных и иных
программ, служит одной из причин деформации правосознания личности.
Кроме всего прочего, коррупция представляет собой аморальное явление, развращающее все общество. Одной из важнейших жизненных целей любого человека является достижение согласованности своей личной
жизни с интересами общества. Несмотря на то, что, как утверждал
А. Шопенгауэр, «главная и основная пружина в человеке есть эгоизм»22,
19
20
21
22
См.: Бахрах Д.Н. Административная власть как вид государственной власти //
Государство и право. 1992. № 3. С. 13?17. См. также: Керимов А.Д. Исполнительная власть в системе разделения властей // Гражданин и право. 2001.
№ 9?10.
Манохин В.М. Правовое государство и проблема управления по усмотрению //
Советское государство и право. 1990. № 1. С. 23. См. также: Старилов Ю.Н.
Административное право ? на уровень правового государства. Воронеж, 2003.
С. 44?55; Административная юстиция: конец ХIХ ? начало ХХ века: Хрестоматия. Ч. 2. / Сост. и вступит. ст. Ю.Н. Старилова. Воронеж, 2004. С. 272?294.
Мальцев Г.В. Понимание права. Подходы и проблемы. М., 1999. С. 125.
Шопенгауэр А. Две основные проблемы этики: Афоризмы житейской мудрости
/ Пер. с англ. Минск, 1997. С. 260.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.И. Цыбулевская
21
человек, и в частности государственный служащий, может сделать правильный моральный выбор, основанный на стремлении к общему благу и
на ответственности перед обществом за последствия своей деятельности.
Государственный служащий должен попытаться сбалансировать свой
личный, эгоистический интерес с интересами общества. «Эти два интереса, ? считал В.С. Соловьев, ? противоположные для отвлеченной мысли,
но одинаково обязательные нравственно, в действительности сходятся между собой»23.
М. Левин и Г. Сатаров без колебаний заявляют о моральной коррумпированности общества. Общество, как и чиновники, имеет «двойной стандарт своих моральных ценностей» и «теряет свой моральный иммунитет».
Каждый находит веское оправдание своим действиям. Разница между Россией и Западом заключается не в том, что здесь взяточничество распространено, а там нет; суть дела заключается в различном отношении к закону и реагировании общества на коррупцию. По мнению исследователей,
коррупция в менталитете отступит лишь тогда, когда улучшится уровень
жизни населения и будет построено подлинно гражданское общество24.
В.М. Баранов подразделяет коррупцию на «светлую», «серую» и
«черную». К «светлой» коррупции он относит бюрократизм, фаворитизм,
кумовство и разного рода легальные схемы инвестирования капиталов в
негосударственные структуры за счет госбюджета. «Серая» коррупция
фигурирует в числе запретов уголовного закона и означает эпизодические
взятки. Что касается «черной» коррупции, то она имеет чрезвычайно опасный характер и фактически означает сращивание чиновника и явно криминальных структур, а порою приобретает международный размах25. Российская Федерация ? страна, где около 40% валового внутреннего
продукта относится к теневому сектору экономики.
В.П. Чичканов верно подметил, что «еще немного, и отличить легальный и нелегальный капитал будет просто невозможно. По сути, Россия
окутана сетью теневого бизнеса, основное предназначение которого ? вывоз в результате разнообразных внешнеэкономических операций за рубеж
финансовых и сырьевых ресурсов»26.
В первой половине 90-х гг. ХХ в., когда государственный аппарат подвергался частым структурным реорганизациям, многие чиновники, стремясь обеспечить себе безбедное будущее, уходили в «свободное плавание»
в частный сектор. Используя прежние связи, бывшие управленцы создавали государственные концерны, которые, подменяя государство, выполняли его функции. Грань между государственными и негосударственными
структурами постепенно размылась.
В конце 90-х гг. прошлого столетия неоднократно предпринимались
попытки отделить бюрократию от негосударственного сектора, но они не
были доведены до конца. Каждый сотрудник государственного аппарата,
помимо задач, которые перед ним ставит государство, имеет свои цели,
23
24
25
26
Соловьев В.С. Соч.: В 2 т. М., 1988. Т. 1. С. 452.
См.: Левин М., Сатаров Г. Явление коррупции в России // Независимая газета.
1997. 2 окт.
См.: Баранов В.М. Теневое право. Н. Новгород, 2002. С. 53, 98. См. также: Нурутдинов А.З. Коррупция как общеправовой феномен (к методологии анализа) /
Под ред. В.М. Баранова. Н. Новгород, 2003.
Чичканов В.П. Особенности социально-экономической трансформации современной России // Вестник ПАГС. 2001. № 1. С. 48.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
22
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
свою личную мотивацию, очень редко соотнесенную с официальной и весьма редко соответствующую закону. Поэтому целью реформы государственной службы должно стать смещение мотиваций труда чиновников из
«черных и серых секторов в более легальные сферы»27.
«В зыбких песках современной России, когда демократическим структурам лишь предстоит сформироваться, новая политическая элита верит
в то, что им, как и коммунистам, необходимо также держать в руках и
экономическую власть. То, что на Западе воспринималось бы как конфликт интересов, новой элите представляется как естественное и благоприятное положение дел»28. Выступая в качестве «консультантов» предприятий и банков, многочисленные функционеры получают немалые
дивиденды и гонорары. Тесная связь экономической и политико-административной элит приводит к их опасному сращиванию.
Учитывая то обстоятельство, что деятельность чиновника нередко связана с прохождением больших финансовых потоков, и исключая почву для
противоправной деятельности органов власти, Указ Президента РФ «О мерах по проведению административной реформы в 2003?2004 гг.»29 предусматривает, в частности, такое направление осуществления административной реформы, как уход государства из экономической сферы. Однако
совершенно верно высказывается замечание о том, что «уход» государства
из экономики вовсе не должен означать ослабление экономической функции государства, находящегося в кризисном состоянии30.
Весьма важен вопрос о пределах вмешательства государства в экономику, что непосредственно связано с определением экономической роли государства. В современных условиях участие государства излишне в
сферах собственности, предпринимательства, отчасти ? потребления и
некоторых других. «В то же время, ? подчеркивает М.И. Байтин, ? требуется высокая активность государства в создании единого экономического и правового пространства страны с равными условиями конкуренции для всех хозяйствующих субъектов, в поддержке частных инициатив
и всех форм собственности, в обеспечении обязательного исполнения законов, защиты предпринимателей от произвола чиновников и разгула
криминала»31.
По мнению В.П. Чичканова, «концепция ухода из экономики сыграла
пагубную роль, под ее прикрытием осуществлена приватизация государственной собственности в интересах олигархического и бюрократического
капитала, созданы условия для неслыханного и циничного обогащения
кучки дельцов и нуворишей при обнищании широких слоев населения. Необходимо повышение роли государства в установлении ?правил игры?
участников экономического процесса, в макрорегулировании экономиче27
28
29
30
31
Чиновник: от служения государству к обслуживанию общества // Общественные науки и современность. 2002. № 4. С. 13.
Куллудон В. Криминализация в российской политической элите // Конституционное право: восточноевропейское обозрение. 1998. № 1. С. 29.
Российская газета. 2003. 25 июля.
См: Матузов Н.И. Актуальные проблемы теории права. С. 401?407; Ведяхин В.М.
Принципы правового регулирования рыночных отношений // Правоведение.
1995. № 6.
Байтин М.И. Сущность права (Современное нормативное правопонимание на
грани двух веков). Саратов, 2001. С. 331.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.И. Цыбулевская
23
ских и социальных отношений, в удовлетворении общественных потребностей и одновременно ? его очищение от бюрократических извращений,
коррупции, сращивания с теневыми и криминальными структурами»32.
«Рынок автоматически, стихийно сложиться не может. Он может возникнуть и получить свое развитие только с помощью государства. Саморегулируемый рынок и саморегулируемая экономика ? это иллюзия. Могут
меняться лишь методы государственного воздействия на экономические
процессы, пределы вмешательства государства в экономику, но само воздействие будет всегда. Иного история не знает»33.
Доминирующий тип правовой культуры субъектов власти пока еще
определяется ценностями «административного государства». Это естественно, так именно он превалирует ныне в практике административного
управления. В повседневных служебных отношениях чиновников должны
осуждаться любые действия, которые могут привести к коррупции или
создать ее возможность.
Антикоррупционную стратегию следует строить на всеобъемлющей
административной реформе. Нынешняя административная система складывалась под воздействием стремительных изменений в экономике, политике за последние десять лет. Поэтому ее организация ? громоздкая
структура органов исполнительной власти, многие из которых дублируют
друг друга. В условиях стабилизации социальных процессов необходимо
создавать такую систему управления, которая отвечала бы интересам общества и государства.
Одним из приоритетных направлений административной реформы является создание целостной системы государственной службы. Идеологию
реформы государственной службы определила Концепция реформирования системы государственной службы Российской Федерации, утвержденная Президентом РФ еще в 2001 г. В рамках реализации Концепции в
2002 г. Указом Президента была утверждена Федеральная программа
«Реформирование государственной службы Российской Федерации», рассчитанная на 2003?2005 гг. Она закладывает основы для создания законодательной базы, совершенствования деятельности государственных
органов. Значительную роль играет и то, что программа стимулирует открытость государственной службы, внедрение новых информационных технологий на государственной службе, а также улучшение качества подготовки, отбора и продвижения кадров.
В 2002 г. был принят Указ Президента РФ «Об утверждении общих
принципов служебного поведения государственных служащих». Указ закрепил не только конкретные правовые нормы, связанные со служебной
деятельностью чиновников, но и обозначил нравственные границы, которые госслужащий не должен нарушать. В отличие от практики предыдущих лет документ не содержит перечень санкций за нарушения, не является «уголовным кодексом» для чиновников, а задает нравственные
ориентиры служебного поведения государственных служащих.
В рамках Федеральной программы «Реформирование государственной службы Российской Федерации» был разработан и в 2003 г. принят
32
33
Чичканов В.П. Указ соч. С. 48.
Бабаев В.К. Экономическая функция как важнейшее средство обеспечения экономической безопасности российского государства // Вестник Нижегородской
академии МВД России. Н. Новгород, 2001. № 1. С. 10.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
24
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Федеральный закон «О системе государственной службы Российской Федерации»34. Этот Закон определил правовые и организационные основы
системы государственной службы, заложил предпосылки для создания
единой системы государственной службы, включая гражданскую службу,
правоохранительную, военную, а также разделил уровни службы на федеральную и субъектов Российской Федерации. Вступление в силу данного Закона потребовало разработки проектов других федеральных законов:
«О правоохранительной службе», «О внесении изменений в Федеральный
закон ?О воинской обязанности и военной службе?, ?О муниципальной
службе?», законопроект о государственной гражданской службе.
В июле 2004 г. Федеральный закон «О государственной гражданской
службе Российской Федерации» был принят35.
Необходимость реформирования государственной службы обусловлена
не только проведением административной реформы и социально-экономических преобразований, не только потребностью государственного управления
в целом, но и неудовлетворительным состоянием государственной службы.
В плане административной реформы, пишет М. Дмитриев, можно
выделить три основные задачи: повышение прозрачности административных процедур, более четкое разделение политической и административной
сфер деятельности чиновников, принимающих решения в обеих областях,
а также проблему регулирования конфликта интересов36.
В Федеральном законе «О государственной гражданской службе Российской Федерации» урегулированию конфликта интересов уделяется особое внимание. Это не случайно. Конфликт интересов коррупционно опасен. Конфликт интересов есть всегда, когда личная заинтересованность
чиновника влияет или может повлиять на беспристрастное исполнение
служебных обязанностей. К конфликту интересов могут привести следующие обстоятельства: ненадлежащая выгода, интересы вне государственной службы, политическая деятельность, подарки, уязвимость чиновника,
злоупотребление и использование служебного положения, интересы по завершении службы, отношения с бывшими коллегами и т.д.
В Законе предприняты и такие антикоррупционные меры, как подача
сведений о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера в кадровую службу государственных органов; установление ограничения после увольнения с гражданской службы. Бывший чиновник в течение
двух лет не может замещать должности в организациях, если он имел отношение к функциям управления этих организаций в рамках госслужбы.
Реформирование общественно-политических процессов в России требует сильных позиций государства и его воздействие на общественные процессы нельзя недооценивать. Необходимо установить характер и пределы
государственного управления в экономической, социальной и других сферах. Для этого следует учитывать факторы, влияющие на объем управления. Особое внимание необходимо уделить специфике государственного
воздействия на публичный и частный секторы. Это позволит, по мнению
Я. Кузьминова, определить функции государства в разных сферах, установить «долю» государственных функций, выполняемых исполнительной вла34
35
36
СЗ РФ. 2003. № 22. Ст. 2063; № 46 (Ч. I). Ст. 4437.
СЗ РФ. 2004. № 31. Ст. 3215.
См.: Из центра стратегических разработок: Материал к семинару на тему «Реформа исполнительной власти» // Право и власть. 2001. № 1. С. 144.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.И. Цыбулевская
25
стью, и разработать «наборы» функций для ее органов. В ближайшее время невозможно изъятие государства из сферы местного самоуправления,
поскольку власть на местах пока еще не является автономной37.
Многие проблемы заключаются в процедурах государственного
управления. Когда через чиновника проходят большие финансовые потоки, даже морально устойчивому служащему порой трудно удержаться от
того, чтобы не воспользоваться сложившейся ситуацией. Чтобы не было
стимулов воровать и мздоимствовать, чиновники не должны определять:
быть или не быть трансфертам в регионах; экспортные квоты; тарифные
скидки (как на железнодорожном транспорте); возможность индивидуальной реструктуризации долгов; преференции в обслуживании бюджетных
счетов; льготность финансирования и т.д.38 Там, где федеральные органы
все-таки вынуждены принимать решения, они обязаны это делать на основе четких, прозрачных, утвержденных правил и правовых процедур.
Строго говоря, чиновники должны только оформлять решения, руководствуясь нормативно закрепленными правилами.
Учитывая колоссальную социальную дифференциацию, реально сложившуюся в нашем обществе, и то, что разрыв между наиболее богатыми
и наиболее бедными слоями населения достигает не десятков, а сотен порядков, властные субъекты для эффективной работы должны иметь определенную материальную базу. Вместе с тем увеличение зарплаты чиновникам, по меткому замечанию политологов, может быть очень болезненно
воспринято народом. И здесь многое зависит от поведения самих государственных служащих. Политолог С. Марков в связи с этим предложил возродить моральные принципы для бюрократии, которые должны сильно отличаться просто от чувства гордости, испытываемого чиновником, облеченного властью39.
Нравственная составляющая властной деятельности определяет уровень социальности и демократичности государства, его авторитет. Моральный фактор играет особую роль в формировании объективной общественной оценки проводимых в России реформ, поведения государственных
служащих и должностных лиц.
К сожалению, в настоящее время наблюдается устойчивая тенденция
снижения нравственных качеств субъектов власти. Социологические опросы показывают, что государственные служащие в большинстве своем неправильно понимают моральные нормы служебного поведения либо сознательно их нарушают40. Актуализирует проблему тот факт, что прежние
нормы административной морали, хотя и далекие от совершенства и порождавшие множество издержек, все же регулировали поведение госслужащих и ставили некоторые барьеры на пути бюрократических злоупотреблений и произвола. Сегодня на их месте возник моральный вакуум с
присущими ему цинизмом и коррупцией.
37
38
39
40
См.: Из цикла стратегических разработок. С. 145.
См.: Николаев И., Шульга И. Главное в административной реформе // Общество и экономика. 2003. № 1. С. 76.
См.: Дульман П. Повестка дня для президента: будущего народного избранника ожидает минимум девять реформ // Российская газета. 2004. 10 марта.
См.: Комлева В.В. Профессиональная этика государственных служащих в условиях реформирования государственной службы // Вестник социологического
центра РАГС. М., 2004. № 1. С 109?115.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
26
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
При разрушении ключевых моральных качеств чиновников в определенной мере теряет смысл их профессиональное обучение этике, праву. В
этом случае должностные нарушения совершаются не столько по незнанию, сколько в силу расхождения между провозглашаемыми и утвердившимися принципами. Обращает на себя внимание гипертрофированный
рост микрополитики в стране, что напрямую связано с нравственной деградацией общества и правящей элиты.
Одним из направлений повышения нравственности субъектов власти
является принятие этических кодексов. Этические кодексы (или кодексы
поведения) особенно важны для развития самоконтроля, а также для
управления «серыми зонами», профилактики должностных преступлений.
Все опасные действия на грани фола должны быть обнесены красными
флажками, обозначены, названы. Легче действовать правильно, если человек знает, какого поведения от него ждут. Между тем «зон безответственности» много, они плодят массовый чиновничий произвол. Необходимо
принять кардинальные меры для развития самоконтроля служащих, а
также для управления «серыми зонами» и сферами, не регламентированными законом и организационными требованиями. Этические кодексы могут сыграть важную роль в установлении нравственных параметров поведения чиновников, позволят исключить конфликт интересов, они должны
опираться не только на воспитательные меры и общественное мнение, но
и предусматривать конкретную ответственность.
В январе 2003 г. первым Всероссийским съездом адвокатов был принят Кодекс профессиональной этики адвоката. Судейское сообщество в
конце 2004 г. на VI съезде приняло Кодекс судейской этики. Правление
Федеральной нотариальной палаты утвердило Профессиональный кодекс
нотариусов РФ.
Давно назрела необходимость принятия Кодекса поведения государственных служащих Российской Федерации, проект которого уже рассматривался Государственной Думой. Принятие Кодекса депутатской этики (проект разрабатывается в Государственной Думе) также ждет своего часа.
В жизни всегда возникают вопросы, опережающие правовое регулирование, которые необходимо решать. В этом случае и может осуществляться «управление по усмотрению», когда управляющий самостоятельно
избирает наиболее целесообразный в данной ситуации вариант поведения
или решения. Именно там, где чиновник при решении вопросов, затрагивающих интересы людей, действует по личному усмотрению, пышным цветом расцветает злоупотребление служебным положением.
В литературе справедливо подчеркивается, что у чиновника по должности есть немалые права, они могут использоваться не только для «злоупотреблений», чего боятся сегодня многие, но и для осуществления тех
необходимых и полезных дел, ради которых существует государственный
аппарат, государственные органы, государственные служащие. «Чиновник, работающий только в силу возложенных на него обязанностей, создающий в рамках обязанности ?нечто позитивное? ? фигура довольно
унылая, и такой чиновник вряд ли нужен обществу»41. И здесь многое зависит от уровня нравственного сознания субъекта власти.
Необходимо отметить, что этический аспект проблемы наиболее рельефно проявляет себя в моментах соприкосновения личного усмотрения и зло41
Мальцев Г.В. О субъективных публичных правах // Интерес в публичном и частном праве. М., 2002. С. 15.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.И. Цыбулевская
27
употребления правом. На наш взгляд, важно определить те пределы и
границы, за которыми заканчивается свобода правоприменителя и начинается произвол, а также обозначить моральные мотивы, в соответствии с
которыми субъект, применяющий норму, действует по собственному усмотрению в случаях пробелов в праве.
В свете сказанного актуализируется проблема нравственных критериев ограничения прав и свобод личности. Ограничивая в необходимых случаях права и свободы, государство во все времена (а в кризисные тем более) должно заботиться о защите нравственности. В противном случае
ограничения могут оказаться несправедливыми и неоправданными.
К некоторым видам профессиональной деятельности в обществе
предъявляются повышенные моральные требования. Это связано в первую очередь с принятием ответственных решений и возникающими в этой
связи юридическими последствиями. В Федеральном законе «О государственной гражданской службе Российской Федерации» прямо сформулированы требования к поведению чиновников, в числе которых ? не совершать проступки, порочащие их честь и достоинство, проявлять уважение
к обычаям и традициям народов России, быть корректными и внимательными в обращении с гражданами.
Нравственные качества судьи (честность, добросовестность, чувство
совести, долга, справедливости), предъявляемые к кандидатам в судьи и
судьям, также опираются на нормы действующего законодательства.
Что касается следователей, прокуроров, то таких развернутых характеристик их моральных качеств в законе не содержится. Закон о прокуратуре Российской Федерации устанавливает, что прокурорами и следователями могут быть назначены граждане, «обладающие необходимыми
профессиональными и моральными качествами».
Нравственное содержание правоохранительной деятельности обусловлено не только этическими началами законодательства, но и моральными
требованиями, которые предъявляются к лицам, служащим в органах милиции, суда, прокуратуры, адвокатуры.
Правоохранительная деятельность обладает известной спецификой,
которая обусловлена необходимостью применения мер принуждения, специальных средств и даже вторжения в частную жизнь граждан. Работники ОВД, в частности, должны хорошо ориентироваться не только в юридических актах и решать элементарные правовые вопросы, но и иметь
представление о содержании таких основополагающих международных
документов, как Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию
правопорядка (1979), Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме (1988), Основные принципы применения силы и огнестрельного оружия должностными
лицами для поддержания порядка (1980), Основные принципы обращения
с заключенными (1990) и др., поскольку в их основу положено одно объединяющее начало ? уважение чести, достоинства, личной неприкосновенности человека42.
«В России право и мораль, политика и нравственность, ? отмечает
Президент В.В. Путин в Послании Федеральному Собранию 2005 г., ?
42
См.: Мехович А.М., Мордовец А.С., Силантьева А.В. Законность и уважение
прав человека в деятельности органов внутренних дел // Правоведение. 1999.
№ 3. С. 160.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
28
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
традиционно признавались понятиями близкими и соотносимыми. Во всяком случае, их взаимосвязь была декларируемым идеалом и целью»43.
Наиболее рельефно взаимопроникновение права и морали находит отражение в деятельности правоохранительных органов, которая может рассматриваться с точки зрения как этического анализа поведения правозащитника, так и уровня его правовой культуры.
Правовая культура, понимаемая как знание закона, отношение к
закону, и практическая деятельность по его реализации требуют личностного отношения к определенному правовому факту, вследствие чего
правовая культура приобретает значение высшей нравственной ценности44.
За период реформ немало сделано в области демократизации и гуманизации законодательства, регулирующего правоохранительную деятельность. В частности, снята всегда висевшая над ними ответственность за политическую интерпретацию закона в правоприменительной деятельности.
Правоохранительные органы (прокуратура, суд, милиция и т.д.), выполняя закон, призваны ориентироваться единственно на обеспечение
прав и свобод граждан независимо от их вероисповедания, национальной
принадлежности, политических взглядов45. Субъективные права и юридические обязанности являются не только правовыми, но и важнейшими
моральными категориями. Они выступают как определители меры возможного и должного поведения, нравственного и безнравственного, справедливого и несправедливого. По ним можно судить о направленности
жизненных позиций и целей человека, его моральной свободе. В литературе отмечается: «То, что в науке называется естественным правом, по своему содержанию выглядит как накопленная за многовековую историю человеческим разумом система нравственных ценностей, идей о свободе, общем благе и справедливости в общественной жизни»46.
В воспитательном процессе, как верно подмечено, не учитывается, что
нравственная и культурная воспитанность составляет существенную часть
профессиональной деятельности работника милиции, особенно в службах,
осуществляющих постоянные контакты с населением (участковые уполномоченные, патрульно-постовая служба, ГИБДД), где, по данным исследований, основная часть служебных обязанностей непосредственно включает вопросы культурного и нравственного характера и где сотрудник
милиции выступает как судья и арбитр в доправовой сфере, т.е. в области отношений, определяемой прежде всего нравственными нормами и требованиями культуры. В частности, низкая юридическая грамотность и
примитивная нравственность особенно пагубны при работе сотрудников в
условиях митинговой демократии и с представителями неформальных объединений, результатом чего являются устаревшие стереотипы действий
(пресечение и задержание, причем зачастую при этом берут верх амбиции и предвзятость, а не требования службы и социальная полезность)47.
43
44
45
46
47
Российская газета. 2005. 26 апр.
См.: Баранов П.П., Окусов А.П. Аксиология юридической деятельности. Ростов н/Д., 2003. С. 74, 80.
Там же. С. 51.
Вопленко Н.Н. Право в системе социальных норм. Волгоград, 2003. С. 67.
См.: Индык А.Г. Нравственно-правовое воспитание сотрудников органов внутренних дел как элемент структуры нравственно-правовой культуры // Актуаль-
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.И. Цыбулевская
29
В некоторых случаях этические нормы работников правоохранительных органов должны быть более строгими, чем обычные моральные нормы, так как их моральная нечистоплотность может серьезно дискредитировать любые благие намерения властей. Следовательно, необходимо, с
одной стороны, более полное правовое регулирование деятельности органов милиции, прокуратуры, суда. С другой стороны, только максимум
гражданской свободы может обеспечить максимум свободы нравственной.
Так, при всех рассуждениях по поводу судейской этики нельзя упускать из виду того, что излишние требования могут затронуть независимость судей. Ведь судейская этика, если она касается профессиональной
деятельности, предназначена не только для диалога судьи с самим собой.
Она может использоваться непосредственно политиками, СМИ или общественными объединениями. Идеологизированная или казуистическая судейская этика может стать предлогом мелочной опеки судей со стороны
их начальства, что несовместимо со статусом независимости судей. Правда, здесь следует иметь в виду, что при выполнении этой функции начальники всегда являются частью исполнительной власти, даже если это судьи по своему статусу. Решения, которые принимают начальники, не
являются решениями правосудного органа.
Правоохранительная деятельность аналогична деятельности управленца, так как она связана с реализацией властных полномочий и направлена на достижение строго определенных результатов. Работники правоохранительных органов, как и чиновники других направлений, целиком
должны отдаваться своему делу. Для правовой эффективности не имеет
значение, регулируется ли деятельность судей и государственных служащих одинаковым образом, т.е. в отдельности для каждой категории, или,
как это имеет место, например, в Германии, путем законодательных ссылок в Законе о статусе судей на нормы, регулирующие правовое положение государственных служащих48.
Сегодня главной задачей является поиск той грани, которая обеспечит наибольшую нравственную составляющую в функционировании как
отдельных работников правоохранительных органов, так и всего аппарата
в целом. Необходима такая логика реформ, при которой выиграли бы
представленные в государственном аппарате силы, более других заинтересованные в развитии страны, в формировании гражданского общества.
Это так называемое «новое» чиновничество. Оно гораздо больше связано с
мобильными общественными силами, бизнесом. Поэтому имеет шансы на
успех та реформа, в которой данный слой что-то выиграет для себя лично
и, что еще важнее, сможет эффективно реализовать свои функции. Такую
реформу, ориентированную на рационализацию и эффективность, называют технократической49.
Административная реформа должна нести в себе мощный нравственный заряд. К сожалению, пока еще не все предпринимаемые шаги
отвечают указанному требованию. Так, по справедливому замечанию
ные проблемы теории и истории государства и права: Материалы международной научно-теоретической конференции (Санкт-Петербург, 24 декабря 2003 г.).
Ч. 1 / Под общ. ред. В.П. Сальникова, Р.А. Ромашова. СПб., 2004. С. 202.
48
49
См.: Этика судей: Пособие для судьи / Под ред. Н.В. Радутной. М., 2002.
С. 135?137.
См.: Из центра стратегических разработок. С. 144.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
30
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Ю.Н. Старилова, в стране практически полностью отсутствует борьба с
идеологией «административного ресурса». «Напротив, очень часто, ? подчеркивает ученый, ? административный ресурс связывается с потребностями достижения ?благих? целей как в политике, так и в сфере публичного администрирования. Можно с уверенностью утверждать, что
использование так называемого административного ресурса ? противозаконное мероприятие в административной практике, и оно должно находить соответствующее правовое и моральное осуждение»50.
Сегодня на первый план должны выходить такие грани правовой
культуры служащих, как ответственность за свои действия, способность к
согласованию противоречивых интересов, отказ от идеологии и психологии
«исправителей человечества». Настало время рассматривать правовую
культуру политика не как одно из проявлений его общей культуры, а как
некий интегральный результат его деятельности51.
Показателем культуры властвующего лидера является эффективность
проводимой им политики, особенно в отношении прав и свобод личности.
Имеет смысл говорить о повышении уровня правовой культуры российского чиновника лишь тогда, когда он научится уважать права человека и
гражданина, будет относиться к ним как к высшей социальной ценности.
Уважение во всем его многообразии обладает значительным моральным
весом. Оно будет действенным, если станет неотъемлемой составной частью правосознания и правовой культуры общества; будет признано наукой, общественным мнением в качестве цели, задачи, принципа права, государства, его органов и должностных лиц52.
Растет необходимость разработки такой концепции развития деятельности государственных служащих, которая отражала бы не только современные, но и прогнозируемые социальные и государственные потребности,
включая и моральную сторону проблемы. Главное в том, чтобы в воспитательную работу были включены закономерности нравственного формирования личности государственного служащего.
50
51
52
Старилов Ю.Н. Административная реформа: итоги первого этапа в административно-правовом измерении // Российское правовое государство: итоги формирования и перспективы развития: Всероссийская научно-практическая конференция (Воронеж, 14?15 ноября 2003 г.). Воронеж, 2004. Вып. 2. С. 138.
См.: Личность. Политика. Мораль // Государство и право. 1992. № 5. С. 148.
См.: Мордовец А.С. Социально-юридический механизм обеспечения прав человека и гражданина. Саратов, 1996. См. также: Он же. Уважение как универсальный принцип прав человека и гражданина // Уважение как принцип деятельности правоохранительных органов: Межвуз. сб. науч. ст. / Под ред. А.С. Мордовца,
А.П. Плешакова. Саратов, 2004. С. 3?14.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
31
И.Н. Сенякин*
?УТТЛИТНЛИ ЩВ?В??ОЛБП:
Ф?У·ОВП? Л ЪВМ?ВМ?ЛЛ ??Б?ЛЪЛ?
В
ажнейшей задачей в сфере государственного строительства на современном этапе развития России является укрепление Федерации. Необходимым условием этого служит формирование высокой правовой и политической культуры россиян, без чего невозможны ни
правопорядок и стабильность в стране, ни устойчивое проведение взятого
политического курса.
Принцип федерализма занимает особое место в системе принципов
российского законодательства. Как государственно-правовое явление федерализм принято рассматривать в различных ракурсах ? режим, принцип, форма государственного устройства. «Как принцип он воплощает
способ урегулирования разногласий и объединений людей и их образований на государственном уровне, а как режим и форма ? определяет разделение государственной власти по вертикали между территориальными
образованиями различного уровня в едином государстве»1.
Федерализм ? действует разноплановое. Его истоки лежат в разнородности общества, в котором государство принимает форму федерации. Для
России это единственно возможная политико-территориальная организация. Важнее проблемы для нашей страны нет, ибо судьба федерализма ?
это сегодня судьба России2. Федерализм ? надежный и единственно верный
путь к сохранению целостности Российского государства, унификации его
законодательства, успешному урегулированию национальных отношений.
Существенной чертой федерализма является разделение властей. Федерализация государства должна выступать в качестве гарантии демократического устройства государственной власти, метода управления
страной. Замечено, что федеративные государства более демократичны по
своей природе. Именно федерализм обеспечивает успешное решение общегосударственных вопросов с учетом интересов регионов, гарантируя национальное единство.
Федерализм действует до тех пор, пока существует разделение властей3.
Конституция Российской Федерации закрепила этот принцип как по
горизонтали, т.е. на федеральном уровне (ст. 10), так и по вертикали между Российской Федерацией и ее субъектами (ч. 3 ст. 5).
Власть, построенная в соответствии с принципом разделения, является динамичной системой. Без достижения ее внутреннего равновесия этот
принцип не просто не будет благом, но и принесет вред, ибо за декоративным фасадом может скрываться диктат какой-либо ветви власти. Но и
«стерильная чистота» разделения властей до сих пор не воспринимается
ни одним государством. Между различными ветвями власти не может и
не должно быть непроходимой преграды. Они должны иметь возможность
*
1
2
3
Профессор кафедры теории государства и права Саратовской государственной
академии права, доктор юридических наук.
Умнова И.А. Конституционные основы современного российского федерализма.
М., 1998. С. 11.
См.: Проблемы и перспективы развития российского федерализма. М., 1998. С. 63.
См.: Дик Ховард А.Е. Федерализм // Верховенство права. М., 1992. С. 94.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
32
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
взаимодействовать и контролировать друг друга в целях эффективного
управления, а также с тем, чтобы не допустить опасной концентрации
полномочий в руках одной из ветвей власти4.
Каждая из них, конечно же, стремится сосредоточить большую часть
полномочий. Но если законодательный орган это осуществит, то он превратится в коллективного тирана. Если исполнительная власть излишне
расширит свои полномочия, то это приведет к единоличной диктатуре.
Организация судебной власти, исключающая ее ответственность, может
привести к диктату судей, что не менее опасно, так как именно судебной
власти принадлежит право принятия окончательных решений5.
Следует оговориться, что «федерация» и «федеративное устройство»
как явления государственно-правовой действительности тесно взаимосвязаны между собой, но не идентичны.
Федерация ? сложное союзное государство, состоящее из особого рода
политико-территориальных, государственных образований, обладающих
определенной самостоятельностью, в котором на основе консенсуса одновременно обеспечивается целостность государственной власти и ее вертикальное разделение между федеральным центром и субъектами федерации при верховенстве федеральной власти. Характерными чертами
федерации являются: территориальный элемент; властный элемент; организационный элемент; элемент согласия.
Федерализм же имеет более сложную природу, нежели федерация, он
представляет собой комплексное государственно-правовое явление, присущее федеративному государству и отражающее особый способ политикотерриториальной организации и связанные с этим процессы централизации
и децентрализации. Ему свойственны материальный, организационный, регулятивный признаки6.
Таким образом, если федеративное устройство ? это принцип государственно-территориального деления, то федерация ? юридическое оформление этого принципа, а федерализм представляет собой механизм взаимоотношений центра и субъектов федерации7.
Суть федерализма заключается в обеспечении согласия в процессе
осуществления государственной власти, а его компонентами являются «государственная целостность, единство системы государственной власти,
разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной
власти субъектов РФ, равноправие и самоопределение народов в Российской Федерации»8.
4
5
6
7
8
См.: Пряхина Т.М. Реализация принципа разделения властей в субъектах Российской Федерации // Становление государственности и местного самоуправления в регионах России. Саратов, 1997. С. 75.
См:. Пряхина Т.М. Указ. соч. С. 76.
См.: Волков П.В. Теоретико-правовые проблемы федерализма: федеративные властеотношения: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2004. С. 13?14, 16.
См.: Лукьяновская О.В. Конституционные принципы федеративного устройства
Российского государства: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Волгоград, 2005.
С. 11.
Кабышев В.Т. Российский федерализм: конституционные основы, тенденции развития // Конституционное развитие России: Межвуз. науч. сб. Саратов, 1996.
С. 8.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Н. Сенякин
33
Сложность проблематики современного федерализма предполагает выделение по крайней мере четырех уровней его изучения: геополитического,
идеологического, категориально-методологического и технико-юридического.
Последний аккумулирует проблемы федерализма, изучаемые отдельными юридическими отраслями, прежде всего конституционным правом9.
Что же касается федерализма как принципа российского законодательства, то его внутренними элементами выступают: конституционноправовая основа, государственный суверенитет, единство системы государственной власти и ее разграничение, равноправие субъектов РФ,
двухуровневая система российского законодательства, правовой статус
органов местного самоуправления.
Для раскрытия сути данного принципа как гарантии единства и территориальной целостности России необходимо обратиться к нормативноправовым актам различных отраслей права и исследовать содержащиеся
в них требования. В этой связи целесообразно выявить ключевые общественные отношения, без урегулирования которых невозможно нормальное
функционирование российской государственности. К таковым относятся:
демократия и гласность; права и свободы граждан; народовластие; функции государства; социально-экономические и национальные проблемы
развития российского общества и т.д.10.
Конституция России закрепила федерализм в качестве одного из основополагающих принципов государства. В главе 3 Основного Закона
рассматриваются важнейшие вопросы федерального устройства и управления: названы 89 субъектов Федерации, определен их правовой статус,
подчеркнуты приоритеты Российской Федерации перед ее субъектами в
вопросах территории, языка, денежного обращения, налоговой и законодательной систем. В основу построения Российской Федерации положены
национально-территориальный и региональный принципы. Исходя из этого, образовались соответственно три вида субъектов Федерации ? республики; края, области, автономные области, автономные округа; Москва и
Санкт-Петербург.
Такая модель государственного устройства, как показывает современная практика, далеко не безупречна. Субъектами Федерации, по нашему
убеждению, могут быть только государственные образования, входящие составной частью в суверенное общефедеративное государство как равноправные его члены. При таком решении вопроса снимаются всякие субординационные недоразумения в отношениях областей, краев, автономных областей,
автономных округов и республик, в состав которых они входят, укрепляется
вертикаль государственной власти. В противном случае мы продолжаем
сталкиваться с тем, что органы власти и управления краев и областей, добившись децентрализации федеральной власти, передачи значительной части полномочий в социально-экономической сфере из центра в регионы, получив право самостоятельно определять свою экономическую политику, стали
претендовать на получение равных возможностей с республиками в полити9
10
См.: Родионов А.Б. Проблемы теории федерализма // Вопросы теории государства и права: историко-правовые исследования: Сб. науч. работ. Тамбов, 2004.
С. 318?319.
См.: Левакин И.В. Современная единая российская федеративная государственность: проблемы и перспективы. Саратов, 2000. С. 106.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
34
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ко-правовой сфере. Такие требования представляются некорректными.
Нельзя забывать, что республики Российской Федерации ? это государства
и именно поэтому они обладают соответствующими правами.
В пользу данного утверждения говорит и сравнение реального положения республик и областей Российской Федерации. Республики как государственные образования имеют свои конституции, а области, края ?
только уставы.
В отличие от прочих субъектов Федерации республики вразрез с Конституцией РФ реализуют свой суверенитет в практике установления гражданства, в провозглашении государственного языка и т.д. К тому же с
формально-правовой точки зрения равноправные субъекты политических
отношений не могут находиться в положении соподчиненности11.
Республики управляются президентами, правовой статус которых несколько отличается от правового положения глав администраций краев и
областей. Реально в России возникла как бы двухуровневая федерация:
высший уровень ? республики ? со статусом, близким к классическому
федерализму, и низший уровень ? области, края и т.д., статус которых
мало что имеет общего с тем положением, которое отводится в современном мире для субъекта федеративного государства.
Как справедливо замечает профессор М.С. Саликов, при анализе
данной проблемы следует различать два понятия: равенство и равноправие. Первое часто ассоциируется с одинаковостью, идентичностью. Между
тем Конституция Российской Федерации исходит из понятия равноправия,
а не равенства субъектов. По сути она признает фактическое неравенство
членов существующей в настоящее время Федерации12.
Выступая против такого неравенства, многие области и края наравне
с республиками в недавнем прошлом стали активно заключать с центром
двусторонние договоры, предусматривающие для них некоторые льготы в
сфере налогов, кредитов и т.д.
Такие соглашения основывались на положении Конституции РФ, что
«разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной
власти субъектов Российской Федерации осуществляется настоящей Конституцией и иными договорами о разграничении предметов ведения и полномочий» (п. 3 ст. 11).
Первоначально предполагалось, что подобные договоры будут заключены только с теми республиками, которые отказались от подписания Федеративного договора в силу своей «особой» позиции, связанной со стремлением к утверждению своего суверенного статуса. Однако в дальнейшем
подобный договорный процесс принял массовый характер.
Заключенные договоры по своему содержанию были неодинаковы.
Одни из них составлялись под влиянием договора с Татарстаном, другие
же были направлены на изменение статуса субъектов и заключались в
соответствии с конституционными положениями о разграничении полномочий в Российской Федерации.
11
12
См.: Дзапшба Ф.З. Федерализм: современная теория и политическая практика.
Саратов, 1999. С. 216.
См.: Саликов М.С. О некоторых итогах Федерации России // Российское правовое государство: итоги формирования и перспективы развития. Вып. 2. Воронеж,
2004. С. 85.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Н. Сенякин
35
Договор с Татарстаном, если и не вышел за рамки Основного Закона,
то посягнул на принцип конституционного равенства и тем сильнее создал
прецедент нарушения компромисса России со всеми субъектами Федерации. При этом ряд положений договора ? об участии республики в международных отношениях, самостоятельности внешнеэкономической деятельности, создании своего национального банка, решении вопросов
республиканского гражданства, праве опротестования законов Российской Федерации в случае их противоречия договору с Татарстаном и другие ? прямо нарушают Конституцию России либо не соответствуют ее нормам13. Но несмотря на это, было подписано 46 подобных соглашений
между субъектами Федерации и центром. Однако, как показала жизнь,
подобная договорная практика не оправдала себя, ибо углубляла неравенство между субъектами Федерации, вела к разрушению единого экономического, политического и правового пространства. Наметилась тенденция
обесценивания федеральной конституции14. В силу этого договорные отношения центра и регионов не оправдали ожиданий, так как разрушали федеративные начала России, порождали недоверие субъектов друг к другу.
Именно поэтому в последнее время стали заключаться так называемые «обратные» договоры о расторжении ранее заключенных договоров,
из которых на сегодняшний день осталось только восемь.
Достижение реального равноправия всех субъектов Федерации ? процесс длительный и сложный, предполагающий их взаимное уважение, ответственность друг перед другом, готовность к различным компромиссам в
деле сохранения России как уникального государственного образования.
О равенстве субъектов Федерации прописано в ч. 4 ст. 5 Конституции
РФ, где говорится, что «во взаимоотношениях с федеральными органами
государственной власти все субъекты Российской Федерации между собой равноправны». Гарантия же обеспечения такого равноправия зависит
не только от самих субъектов Федерации, но и от организации власти в
федеративном государстве15.
Совершенно очевидно, что обозначенная проблема тесно связана с выбором оптимальной модели федерализма в России ? «симметричной» или
«асимметричной» федерацией. Симметричная модель предполагает одинаковый статус для всех субъектов федерации и равенство во взаимоотношениях с центром. Асимметрия заключается в объединении неоднородных
типов субъектов федерации с различными статусами и характером взаимоотношений с центром.
В Российском государстве федерация асимметрична, но не в конституционном статусе субъектов Федерации, а в объеме полномочий, которые
определены Конституцией РФ, заключенными на ее основе договорами и
федеральными законами.
Вместе с тем Конституция РФ неоднозначно закрепила модель действующего федерализма: с одной стороны, провозглашено равноправие всех
13
14
15
См.: Киселева А.В. Принципы федерализма в Российской Конституции: Дис. ?
канд. юрид. наук. Ростов на/Д., 1996. С. 162?163.
См.: Долгов В.М. Федерализм в современной России: тенденции и проблемы //
Федерализм: Сб. науч. ст. Саратов, 1997. С. 22?23.
См.: Эбзеев Б.С., Карапетян Л.М. Российский федерализм: равноправие и
асимметрия конституционного статуса субъектов // Государство и право. 1995.
№ 3. С. 5.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
36
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
субъектов, а с другой ? возможность делегирования полномочий Федерации и ее субъектов на договорной основе. Следовательно, формальная
симметрия реально означает асимметрию, но речь должна идти не о безусловном «асимметричном» федерализме, а об асимметрии управления в
федеративном государстве16.
Своеобразные просчеты обнаружила и процедура усовершенствования
правового статуса некоторых автономных образований. В частности, речь
идет об автономных округах. В целях защиты своих прав и интересов еще
в 1991 г. они образовали Ассоциацию. В связи с этим 5 февраля 1992 г.
был опубликован проект Указа Президента РФ № 118, в котором одобрялся такой шаг и предлагалось правительству Российской Федерации по согласованию с соответствующими комиссиями палат и комитетов подготовить нормативные документы, обеспечивающие функционирование Ассоциации.
На сегодня этот специальный политико-правовой статус девяти автономных округов так и не получил официального признания и подтверждения со стороны высших органов государственной власти Российской
Федерации.
В декабре 1996 г. Государственная Дума приняла Федеральный закон «Об основах отношений края или области с входящими в их состав
автономными округами», который, к сожалению, Президентом был отклонен. Данный Закон не столько устанавливал единые принципы отношений
указанных субъектов, сколько констатировал необходимость поиска решений путем заключения договоров и соглашений. В нем четко была зафиксирована лишь необходимость проведения выборов в законодательные и
исполнительные органы края или области, включая территории автономных округов. Вместе с тем Закон не регламентировал соотношение краевого (областного) и окружного законодательства, взаимоувязку бюджетов
и налогов, разграничение краевой (областной) окружной собственности и
т.д. Совершенно очевидно, что такой Закон не устраняет проблем правового статуса автономных округов17.
Обозначенные просчеты еще больше обнаружили проблемность экономического состояния и правового статуса автономных округов как субъектов Федерации, слабость этого звена в системе государственной власти.
Поиск путей решения данных вопросов на практике привел к тому, что в
декабре 2003 г. произошло первое изменение субъектного состава Российской Федерации путем объединения Пермской области и Коми-Пермяцкого автономного округа. Окончательная процедура их объединения займет
три года и завершится в декабре 2006 г., после чего будет избрано единое
Законодательное собрание Пермского края. Однако сам факт таких преобразований говорит о многом.
На референдуме 17 апреля 2005 г. произошло объединение, в результате которого Таймырский и Эвенкийский автономные округа вошли в состав Красноярского края.
К институциональным основам модели российского федерализма относится принцип государственного суверенитета. Как политико-право16
17
См.: Карапетян Л. К вопросу о «моделях» федерализма // Государство и право.
1996. № 12. С. 63.
См.: Иванов В.В. Российский федерализм и внутригосударственная договорная
политика. Красноярск, 1997. С. 30.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Н. Сенякин
37
вой феномен он может рассматриваться в трех аспектах: как идея, как
реально существующее явление, взятое в его историческом развитии; как
юридическая конструкция, правовая форма закрепления в конституционно-правовых нормах того или иного государства 18. В подходах к его
пониманию имеются различные точки зрения, вращающиеся вокруг проблемы несоответствия между фундаментальными положениями Конституции Российской Федерации и конституциями ряда республик по данному вопросу.
Предметом обсуждения служат следующие положения. Во-первых,
оценка современного состояния государственного суверенитета.
Во-вторых, различие мнений в понимании государственного суверенитета, поскольку он имеет разные измерения ? политическое, юридическое, этическое.
В-третьих, не достигнуто согласие относительно степени суверенности и ее пределов в условиях ограничения сферы государственного вмешательства в ж??знь гражданского общества.
В-четвертых, спорным среди зарубежных и отечественных политологов
и юристов остается вопрос о делимости государственного суверенитета в федеральной системе и принадлежности части его субъектам федерации19.
Дискуссия по данной проблеме носит перманентный характер и во
многом зависит от накала политической ситуации в стране, остроты решения национального вопроса и т.д. Однако, если подходить к ней исключительно с позиций государственно-правовых канонов, то следует прежде
всего отталкиваться от предписания п. 2 ст. 5 Конституции РФ, закрепляющего за республиками статус государств, тем самым признавая их суверенитет как атрибутивное свойство.
Признаками суверенного государства являются независимость и самостоятельность государственной власти, территориальная целостность,
собственная юрисдикция и правовая система20.
Однако эти характеристики нельзя возводить в абсолют, ибо «абсолютизация суверенитета и провозглашение безграничной независимости ?
лишь утопия. Нельзя отождествлять ?самостоятельность? государства с
его полной независимостью. Построенная на идее абсолютного суверенитета и независимости политика ряда государств не способствует естественноисторическому развитию их народов в системе международного сообщества»21.
Все страны мира обладают ограниченным суверенитетом, так как в
мировом сообществе все взаимосвязано и взаимообусловлено. Стопроцентный суверенитет невозможен22. Все дело в грамотном умении поделиться им.
18
19
20
21
22
См.: Грачев Н.И. Мифология и суверенитет: верховная власть сквозь призму
сакральных традиций // Право и жизнь. 2002. № 49. С. 13.
См.: Горбачев И.Г. Российский федерализм: принципы построения и конституционно-договорная база разграничения предметов ведения и полномочий. СПб.,
2000. С. 33?34.
См.: Тихомиров Ю.А. Проблемы суверенитета государств в условиях глобализации // Глобализация и развитие законодательства. Очерки / Отв. ред. Ю.А. Тихомиров, А.С. Пиголкин. М., 2004. С. 126.
Карапетян Л.М. Федеративное устройство Российского государства. М., 2001.
С. 235.
См.: Матузов Н.И. Актуальные проблемы теории права. Саратов, 2003. С. 466.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
38
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
В конечном счете суверенность государства, по справедливому замечанию Б.С. Эбзеева и Л.М. Карапетяна, определяется не столько наличием об этом записи в конституции, сколько объемом его полномочий и
прав23. Отрицать же наличие у республик суверенитета вообще ? значит
не признавать их государствами, ибо он (суверенитет) есть неотъемлемое
свойство последних. Умалчивать об их суверенности можно по различным
причинам, но главная из них ? это политический мотив: боязнь центра
признания права народов на самоопределение и создание собственной национальной государственности, права разных народов самостоятельно определять свою судьбу, а в конечном счете развала федерации.
Такая боязнь, с одной стороны, признак слабости, неустойчивости федерации, недоверия центра к входящим в нее субъектам, а с другой ? неуверенность федеральной власти в правильности, объективности и продуманности проводимой ею экономической, социальной, национальной,
правовой, культурной политики и т.д. Будет ли сильной и перспективной
федерация, построенная на такой основе? Думается, что нет. Доверие, согласие, взаимопонимание, неукоснительное исполнение договорных обязательств между субъектами федерации, а также между ними и центром ?
единственно верный путь построения цивилизованного федеративного государства.
Приоритетные начала построения федерации должны быть святы и
непоколебимы. Нельзя допустить излишне ревностного отношения к прерогативам самостоятельности субъектов Российской Федерации, равно
как и гипертрофии национального суверенитета, что является опасной
тенденцией для человека и его прав24.
И еще на один очень важный факт в связи с этой проблемой обратил
внимание И.Г. Горбачев. «21 субъект Российской Федерации, ? пишет
он, ? называются республиками, но общеизвестно, что республика ? это
форма государственного правления, или, иначе говоря, один из элементов
формы государства. Если за республиками в составе РФ отрицаются качества государства, то формой чего является республика и как может существовать форма без содержания? Если следовать логике Конституционного Суда Российской Федерации и согласиться с тем, что республики
вовсе не являются государствами, то следует сделать и другой шаг и сказать, что они вовсе не являются и республиками»25.
Пока шел спор ученых и политиков по этому вопросу многие республики для себя его уже решили, указав в своих конституциях, что они являются суверенными государствами. Так, в ст. 61 Конституции Татарстана записано, что эта республика ? «суверенное государство», «субъект
международного права», «устанавливает ассоциированные отношения с
Российской Федерацией». В Конституции Республики Коми утверждается, что «государственный суверенитет распространяется на всю территорию». Подобные формулировки содержатся и в конституциях Башкортостана, Дагестана, Саха, Тывы. Наметилась опасная тенденция к
размыванию суверенных прав федерации, ибо самопроизвольная суверенизация республик без согласования ее объемов с центром способна ока23
24
25
См.: Эбзеев Б.С., Карапетян Л.М. Указ. соч. С. 5.
См.: Эбзеев Б.С. Российский федерализм: историческое развитие и современность // Россия и ее субъекты: право и политика. 2000. № 1. С. 13.
Горбачев И.Г. Указ. соч. С. 40.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Н. Сенякин
39
зать свое негативное воздействие на целостность России. Это может проявляться по нескольким направлениям.
Во-первых, в установлении республикой за собой права приостановления действия законов и иных нормативно-правовых актов Российской
Федерации в случае, если они противоречат конституциям или законам
республик (Башкортостан, Якутия и др.).
Во-вторых, закрепление республикой за собой права объявления военного положения, принятие решений по вопросам войны и мира (Тыва).
В-третьих, объявление природных ресурсов собственностью республики26.
Вместе с тем даже подобные перекосы и ошибки в формулировках
норм конституций субъектов Федерации показали, что закрепление в них
идеи ограниченного суверенитета не привело к развалу федерации. Видимо, все дело не в формальной записи об этом, а в реальном содержании
отношений между регионами и центром, умно выстроенной межнациональной политике, политическом беспристрастии к субъектам федерации,
понимании их проблем, реальной помощи в вопросах социально-экономического развития и т.д.
В этой связи нужно учитывать и еще один важный момент: федеративное государство не предусматривает подчиненности между составляющими его субъектами. Каждый из них, входя в федерацию, сохраняет политико-правовое качество суверенной государственности, хотя она и
ограничивается в определенной мере рамками компетенций, переданных
федеральным органам. В то же время суверенитет федерации ограничен
компетенцией ее субъектов. Такая компетенционная взаимообусловленность не умаляет сути суверенитета Российской Федерации в целом как
единства, верховенства и независимости федеральной власти внутри страны и в международных отношениях. Суверенитет Федерации принадлежит
не только федеральному центру, а реализуется и субъектами Федерации в
рамках их полномочий. Этот факт должен быть юридически оформлен.
Причины отрицания суверенитета субъектов федерации главным образом связаны с возможностью их выхода из состава федерации и тем самым нарушением территориального единства союзного государства, игнорированием принципа нерушимости его границ. Именно поэтому ни
Конституция РФ, ни Федеративный договор не предусматривают такой
процедуры. Довод о том, что это право не характерно для федеративного
образования ? малоубедительный политический аргумент, который не несет в себе юридических обоснований. Федеративный договор как нормативный акт конституционного уровня должен содержать весь комплекс
важнейших юридических условий, предусматривающих как всесторонние
обязанности субъектов Федерации, так и их исчерпывающие права. Не
исключение ? и свобода волеизъявления республик о нахождении в составе Российской Федерации. Умалчивать о таком важном правомочии ? значит ущемлять их государственную независимость, насильно обрекать на
вечную приверженность выбранной однажды форме национально-государственного устройства.
Выработка универсальных, юридически обоснованных условий выхода
и механизма их практической реализации ? важнейшая гарантия сохра26
См.: Иванов В.В. Российский федерализм и внутригосударственная договорная
политика. Красноярск, 1997. С. 18?19.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
40
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
нения, гармоничного развития и укрепления Российской Федерации. Если
это право теряется, то субъект превращается в обычную административно-территориальную единицу с широким кругом полномочий в решении
собственных дел и формальной государственно-правовой атрибутикой.
О федерации, в которой нет права на выход для ее субъектов, можно говорить как о союзе государств, бывших таковыми до объединения.
К юридическим признакам федерации относятся: наличие у ее субъектов собственных конституций и законов, соответствующих федеральным;
высших законодательных, исполнительных и судебных органов; особого
представительства в федеральном парламенте; гражданства и т.д. Перечисленные признаки являются лишь формально-юридической характеристикой федерации. Основными организационными принципами ее построения являются: а) добровольность объединения; б) равноправие субъектов;
в) их право на выход из состава федерации.
В процедуре добровольности создания Российской Федерации есть
один нюанс. Все дело в том, что при подписании Федеративного договора
31 марта 1992 г. вопрос о вхождении в состав Федерации для республик
не стоял. Заранее предполагалось, что они уже в составе России. Часть 2
ст. 8 Договора «О разграничении предметов ведения и полномочий между
федеральными органами государственной власти и органами власти суверенных республик в составе Российской Федерации» предусматривает
право республик на подписание договора и регулирование отношений по
разграничению полномочий с федеральными органами государственной
власти в соответствии с Конституцией РФ и конституциями республик.
Возможность не войти в состав Федерации просто исключалась27.
Не оговаривался и механизм выхода из состава Федерации. А такая
процедура должна быть прописана, так как ее условия выступали бы, с
одной стороны, гарантиями выполнения своих обязательств и субъектами
Федерации, и центром, а с другой ? надежным средством защиты регионов от произвола федеральных властей. Кроме того, при таком подходе не
только субъекты Федерации, но и центральная власть несли бы обоюдную
ответственность за целостность федерации, ее жизнеспособность и перспективу. Иначе остановить возможную силовую конфронтацию федеральной власти относительно регионов, устранить стратегические просчеты и
ошибки в отношениях с ними будет практически невозможно. Безответственность центра в этом вопросе порождает вседозволенность, избирательность подходов к субъектам Федерации и как результат противостояние
некоторых из них и стремление выйти из федерации. Иными словами, не
игнорирование государственного статуса субъектов Федерации, а грамотно оформленная и умело проводимая политика федеральной власти по отношению к ним ? вот основа монолитности федерации. Разве тезис известного нам политического лидера «Берите суверенитета столько, сколько
хотите» не стал своеобразным толчком к развалу России? Этот необдуманный и опасный призыв к оголтелой суверенизации не имеет ничего общего с политически выверенным, юридически оформленным государственным суверенитетом субъектов Федерации.
27
См.: Мингес А.В. Проблемы государственного устройства России // Федеративное устройство: проблемы взаимодействия регионов и центра. Волгоград, 1998.
С. 20?21.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Н. Сенякин
41
Между тем брошенный экспромтом, без правовых обоснований лозунг
оказал свое негативное воздействие на отношения регионов и центра и послужил толчком к тому, что в области экономики, политики, законодательства резко усугубились и без того непростые отношения между ними, усилилось их противостояние. Правовая безграмотность в отношениях с
регионами привела к тому, что возникшие противоречия стали ослаблять
вертикаль государственной власти, расшатывать основу федерации, возрождать сепаратистские тенденции.
Стало совершенно очевидно, что нынешняя модель государственного
устройства России требует серьезной корректировки, ибо эффективно
управлять страной прежними методами становится весьма проблематично. Не случайно в последние годы все настойчивее на различных уровнях
звучат высказывания об укрупнении ее субъектного состава и образовании более компактной структурной системы Российской Федерации.
Вопрос об этом поднимался много раньше как учеными, так и
управленческой элитой, но практической реализации эти предложения
по различным причинам не получили. Возражения оппонентов сводились
и сводятся к тому, что такая структурная реорганизация существенно
изменит правовое положение субъектов РФ, их полномочия, а также отношения как друг с другом, так и с федеральными органами государственной власти. Кроме того, по их мнению, подобные преобразования неизбежно повлекут коренные изменения в системе регионального
управления, ослабление действенности права гражданина осуществлять
свою власть и т.д.28
Однако современное развитие федеративных отношений вновь и вновь
доказывает обратное: проблема не только не потеряла своей актуальности, напротив, она усугубилась и приобрела новое звучание. Потребовались кардинальные решения для предотвращения наметившегося развала
Федерации, укрепления системы государственной власти. Одним из них
явилось создание федеральных округов как нового звена в вертикали российской власти, юридически закрепленного Указом Президента РФ от
13 мая 2000 г. № 849 «О полномочном представителе Российской Федерации в федеральном округе»29. Согласно данному документу в России образовались семь федеральных округов:
? Центральный федеральный округ;
? Северо-западный федеральный округ;
? Южный федеральный округ;
? Приволжский федеральный округ;
? Уральский федеральный округ;
? Сибирский федеральный округ;
? Дальневосточный федеральный округ.
Следует отметить, что институт федерального округа ? не российская
новелла. Федеральные округа давно имеются в федеративных государствах (США, Бразилии, Аргентине и др.).
Однако в этих государствах федеральный округ, как правило, один,
он представляет собой столицу и прилегающие окрестности. Федеральный
28
29
См., например: Крылов Б.С. Российский федерализм и гарантия демократии и
прав человека // Журнал российского права. 2000. № 1. С. 10.
СЗ РФ. 2000. № 20. Ст. 2112.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
42
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
столичный округ, наряду с другими территориальными образованиями,
является составной частью государства.
Есть государства (причем не только федеративные), в которых создаются особые округа в зависимости от специфики объекта управления ?
военные, почтовые, судебные, экологические и т.д. Однако такие округа не
являются самостоятельными административно-территориальными единицами, субъектами внутригосударственных отношений30.
Образованные в России федеральные округа по своей сути не соответствуют ни первой, ни второй модели. Они не изменяют федеративное
территориальное устройство России (да это и невозможно осуществить
президентскими указами), а сплачивают государство, способствуют укреплению его территориального единства.
Проблема укрупнения субъектов Российской Федерации априори не
может быть простой и ее решение не следует превращать в очередную
кампанейщину. Прежде всего необходимо учитывать исторический опыт,
экономическую самодостаточность будущих субъектов, усложнение внутренней территориальной структуры новых образований. Преобразования
коснутся уточнения границ федеральных округов, их внутренней структуры и правового статуса окружных органов государственной власти31.
Федеральный округ должен стать реальной управленческой структурой для решения широкого комплекса социально-экономических, политических, национальных проблем конкретного региона и обладать соответствующими полномочиями для осуществления этих задач. На уровне
округов должна вестись разработка социальных программ по привлечению внешних инвестиций, техническому перевооружению производства,
созданию центров инноваций, развитию малого предпринимательства и
т.д. Кроме того, с их помощью должны быть созданы условия «жизнеобеспечения населения, проживающего на территории федерального округа»32.
Федеральное единство России будет эффективным и прочным лишь
на правовом фундаменте, который вытеснит конкуренцию центра и регионов в вопросах деления компетенции, обеспечит сотрудничество и взаимодействие властей на всех уровнях.
30
31
32
См.: Некрасов С.И. Федеральные округа ? новое звено в вертикали российской
власти // Журнал российского права. 2001. № 11. С. 18?19.
См.: Матюшкин Г.О. Институционализация федеральных округов в современной России (общеправовой анализ): Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. М., 2003.
С. 124.
Багба А.И. Разграничение полномочий и предметов ведения между Российской
Федерацией и ее субъектами в условиях становления федеральных округов: Дис.
? канд. юрид. наук. М., 2003. С. 124.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
43
О.В. Лазарева*
?ТУ·ВММУТЪЛ Ф???У??? Ф?У?В?Ы? Б?НУМУ??ЪВОёМУ?У
Ф?У?ВТТ? ? ТЫ·?ВНЪ?? ?УТТЛИТНУИ ?В?В???ЛЛ
П
равотворчество ? один из основных видов государственной деятельности, одна из важнейших правовых форм осуществления
функций государства. В узком смысле под правотворчеством подразумевается непосредственно сам процесс издания нормативных актов1. В широком значении данный процесс есть не только деятельность правотворческого органа по принятию нормативного акта, но и деятельность по
подготовке проекта нормативного акта, его предварительное обсуждение,
подготовительная работа, которая ведется в связи с проектом2.
Правотворчество ? разновидность юридической деятельности уполномоченных на то органов, которая связана с разработкой, изданием и совершенствованием, изменением или отменой нормативных актов. Основное значение ее заключается в преобразовании требований экономических
и иных общественных отношений на уровне нормативно обобщенных общеобязательных правовых предписаний.
Правотворческая деятельность занимает особое место в механизме
правового регулирования и правовой системе общества. С.С. Алексеев пишет, что «через правотворчество правовая система преимущественно и оснащается регулятивной энергией. Правотворчество ? главный канал воздействия государственной власти на социальную жизнь через механизм
правового регулирования и в связи с этим ? главный канал придания нормам юридической силы, значения правомерности поведения». От правотворчества, продолжает автор, «прямо зависят не только состояние и эффективность этой системы, но и особенности ее действия»3. В процессе
правотворческой деятельности путем создания, изменения, отмены юридических норм складываются и меняются пределы правового регулирования.
В процессе правотворчества выделяют две основные стадии:
1) предварительное формирование государственной воли при составлении проекта нормативного акта. На этой стадии все действия имеют
подготовительный характер и не порождают юридических последствий;
2) официальное закрепление государственной воли в правовых нормах. Вторая стадия превращает проект нормативного акта в правовой
акт, имеющий общеобязательный характер4.
*
1
2
3
4
Доцент кафедры теории государства и права Саратовской государственной
академии права, кандидат юридических наук.
См.: Ковачев Д.А. Механизм правотворчества социалистического государства.
М., 1977. С. 82?83; Антонова Л.И. О стадиях правотворческого процесса в
СССР // Правоведение. 1966. № 1. С. 4.
См.: Правотворчество в СССР / Под ред. А.В. Мицкевича. М., 1974. С. 70?75;
Горшенев В.М. Способы и организационные формы правового регулирования в
социалистическом обществе. М., 1972. С. 156; Колдаева Н.П. Законодательная
инициатива как правовой институт // Советское государство и право. 1970.
№ 9. С. 123.
Алексеев С.С. Общая теория права. М., 1981. Т. 1. С. 307, 309.
См.: Сенякин И.Н. Правотворчество и законодательство // Теория государства
и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малько. М., 1997. С. 368.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
44
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Важнейшей составной частью правотворчества выступает предусмотренный Конституцией РФ законодательный процесс, включающий основные и дополнительные процедуры, результатом которых является принятие закона. Процедуры составляют стадии законодательного процесса, т.е.
относительно законченные этапы, содержание каждого из которых регламентировано таким образом, что только исполнение всех его составляющих дает возможность перейти к следующему этапу5.
Законодательный процесс предполагает следующие основные процедуры: 1) законодательную инициативу; 2) рассмотрение Государственной
Думой внесенного законопроекта; 3) рассмотрение Советом Федерации закона, принятого (одобренного) Государственной Думой; 4) рассмотрение
Президентом РФ закона, одобренного Советом Федерации; 5) официальное опубликование закона и вступление его в силу. Данная процедура
приемлема к изданию обычного федерального закона, тогда как процедура издания федерального конституционного закона имеет специфические
особенности.
Законодательный процесс может включать в себя и дополнительные
процедуры: 1) повторное рассмотрение федерального закона, отклоненного Советом Федерации; 2) повторное рассмотрение федерального закона,
отклоненного Президентом РФ; 3) повторное рассмотрение федерального
закона Президентом РФ.
Законодательная система РФ является двухуровневой: федеральное
законодательство и законодательство субъектов РФ.
Основания правотворческой деятельности субъектов РФ закреплены в
Конституции РФ: «Вне пределов ведения Российской Федерации, совместного ведения Федерации и субъектов Российской Федерации республики,
края, области, города федерального значения, автономная область и автономные округа осуществляют собственное правовое регулирование» (ч. 4
ст. 76). Впервые установлено, что оно включает принятие законов и иных
нормативных правовых актов.
Что касается особенностей процедур законодательного процесса в
субъектах Российской Федерации, то они состоят в следующем.
Во-первых, широкий перечень субъектов права законодательной инициативы. Так, помимо субъектов, предусмотренных федеральным законодательством, Конституция Республики Саха (Якутия) наделяет правом
законодательной инициативы республиканские органы политических партий (ч. 1 ст. 59); Устав Ханты-Мансийского автономного округа ? граждан, проживающих на территории округа, обладающих избирательным
правом, при наличии не менее 20 тыс. подписей (ч. 1 ст. 66).
Во-вторых, возможность внесения ряда законопроектов только определенным в конституции (уставе) субъектом. В большинстве регионов
России правом представлять законодательному органу власти проект
закона о бюджете наделено только высшее должностное лицо субъекта
(руководитель высшего исполнительного органа государственной власти
субъекта РФ).
В-третьих, рассмотрение законодательным (представительным) органом государственной власти субъекта РФ по представлению высшего
5
См.: Гузнов А.Г., Кененов А.А., Рождественская Т.Э. Современный законодательный процесс: основные институты. Смоленск, 1995. С. 77.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.В. Лазарева
45
должностного лица субъекта либо при наличии его заключения законопроектов о введении или об отмене налогов, освобождении от их уплаты,
изменении финансовых обязательств субъектов Российской Федерации, а
также других законопроектов, предусматривающих расходы, покрываемые за счет средств бюджета субъекта России.
В-четвертых, рассмотрение законодательным органом государственной власти субъекта законопроекта субъекта РФ не менее чем в двух чтениях. Принятые большинством голосов от установленного числа депутатов
законы субъекта РФ направляются для подписания и обнародования высшему должностному лицу субъекта в срок, который устанавливается конституцией (уставом) и законом субъекта РФ.
Однако всякие попытки представительной власти добиться права на
подписание законопроектов своим председателем оказываются безуспешными6. Так, Конституционный Суд РФ не поддержал представительную
власть в своем решении «О проверке конституционности ряда положений
Устава (Основного Закона) Алтайского края» и постановил «признать не
соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статье 10 полномочие председателя Законодательного Собрания подписывать законы
края»7.
В этой же связи Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от
10 декабря 1997 г. «По делу о проверке конституционности ряда положений Устава (Основного Закона) Тамбовской области» указал, что «закон
обретает силу правового акта единой государственной власти лишь при
условии его промульгации (подписания и обнародования) главой Администрации области»8.
В-пятых, принятие конституции (устава) субъекта РФ либо большинством не менее двух третей голосов от установленного числа депутатов
(Устав (Основной Закон) Саратовской области от 5 апреля 1995 г.), либо в
порядке референдума (Конституция Республики Тыва от 6 мая 2001 г.).
Учитывая правовые процедуры законодательного процесса на уровне
Российской Федерации и исследовав их особенности на уровне субъектов,
выявить насущные проблемы, возникающие в ходе принятия закона, определить и обосновать конкретные предложения, рекомендации по их решению.
В качестве основных путей совершенствования законотворчества целесообразно выделить следующие.
1. Строжайшее реальное обеспечение верховенства закона в системе
нормативных правовых актов государственных органов на федеральном
уровне и на уровне субъектов Федерации, а также приоритета нормативного правового акта субъекта РФ перед федеральным законом в сфере
его исключительного ведения.
Верховенство законов проистекает из закрепления в конституциях и
уставах субъектов РФ круга отношений, регулируемых только законом:
основы конституционного строя, порядок выборов, проведения референдума, статус высших федеральных органов государственной власти, права и
свободы человека и гражданина, гарантии их реализации и т.п.
6
7
8
См.: Манохин В.М. Организация правотворческой деятельности в субъектах
Российской Федерации. Саратов, 2002. С. 119.
СЗ РФ. 1996. № 4. Ст. 409.
СЗ РФ. 1997. № 51. Ст. 5877.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
46
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Верховенство закона в системе издаваемых государством нормативноправовых актов должно быть действительным. Основной Закон РФ в
ст. 15 закрепил, что Конституция РФ имеет высшую юридическую силу,
прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в России, не должны
противоречить Конституции РФ. Сообразно этому подзаконные нормативные правовые акты во всех случаях должны издаваться в пределах их
компетенции и не противоречить Конституции РФ и законам9.
Реальное осуществление верховенства закона призвано «устранить
произвольную подмену законов федерального парламента указами Президента или законов субъектов Федерации актами органов исполнительной власти»10.
Для законотворчества субъектов Федерации важно обеспечивать самостоятельное правовое регулирование субъекта по предметам его исключительного ведения, определить объем законодательного регулирования
по предметам совместного ведения, не допуская его дублирования или
превышения, и стремиться более равномерно и полно охватить сферами
законодательного регулирования важнейшие стороны экономического, социального и экологического развития11.
2. Повышение результативности законотворческой деятельности Государственной Думы. Сегодня ситуация такова, что федеральные законы
либо действуют недостаточно эффективно, либо бездействуют. Дело в том,
что в ряде случаев Государственная Дума принимает декларативные, неопределенные, заведомо обреченные на бездействие нормы права, поскольку механизм, способный обеспечить их реальное действие, в законах
не прописан. Так, Президент РФ в письме от 11 февраля 1999 г. отклонил
Федеральный закон «О бирже и биржевой деятельности», который не решает основных проблем, связанных с этой деятельностью, состоит из описаний, более подходящих для элементарного учебника.
Важным в связи с этим представляется вывод о том, что «не будучи
излишне детальным и подробным, закон должен быть в достаточной степени конкретным, содержать нормы, выполнение которых обеспечивается
соответствующими правовыми средствами, установленными в нем самом»12. Юридическая аморфность, значительная описательность правовых
норм затрудняет применение закона, «подрывает его престиж и особую
регулятивную функцию в правовой системе»13.
9
10
11
12
13
См.: Байтин М.И. Законность и правопорядок в условиях формирования правового государства // Становление правового порядка в Российском государстве:
реальность и перспектива (социально-правовые проблемы) / Под ред. В.И. Новоселова. Саратов, 1995. С. 24.
Смирнова А.А. Обеспечение законности нормативно-правовых актов органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации // Правоведение. 2003.
№ 3. С. 66?74.
Подробнее об этом см.: Ромашов Р.А., Сергевнин С.Л. Региональное законодательство в современной России: проблемы теоретического моделирования и
практического воплощения // Правоведение. 2003. № 2. С. 57?71.
Халфина Р.О. Право и управление экономикой // Советское государство и право. 1986. № 2. С. 16.
Рахманина Т.Н. Организация и методика подготовки законопроектов // Законотворчество в Российской Федерации / Под ред. А.С. Пиголкина. М., 2000. С. 13.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.В. Лазарева
47
По мнению Е.В. Сырых, «закон надлежащего качества понимается
как закон, обладающий всей совокупностью свойств, присущих ему как
источнику права, а также имеющий оптимальную интенсивность проявления свойств (критериев) нормативности, полноты, конкретности, системности, юридической правильности ненормативных элементов закона, простоты, точности, ясности, краткости (экономичности), логической
правильности, социальной обусловленности и адекватности способа правового регулирования социальной действительности»14.
Здесь не менее важно, чтобы Дума в первую очередь принимала законы, потребность в которых особенно назрела в связи с решением первоочередных задач экономического, социального, политического и культурного развития России. Поэтому необходимо следующее.
Во-первых, перспективное и текущее планирование подготовки и принятия законов15 в целях создания единой и непротиворечивой системы законодательства Российской Федерации, обеспечения гласности в правотворческой деятельности, совершенствования процесса подготовки
нормативных правовых актов, координации деятельности правотворческих
органов, во избежание дублирования правового регулирования общественных отношений (ст. 29 законопроекта о нормативных правовых актах
Российской Федерации).
Во-вторых, привлечение к подготовке законопроектов как специалистов в соответствующих областях знаний, так и ученых-юристов высокого
класса, правильная организация работы законодательного органа, всех
его структурных подразделений и служб.
В-третьих, достаточно высокий уровень профессионализма, политической и парламентской культуры депутатского корпуса и его ответственности в области законотворчества. По мнению А.А. Алейника, «профессиональный депутат ? это депутат, который прошел специальное обучение
деятельности в парламенте, имеет опыт такой деятельности и в результате этого владеет и знанием сути, и практическими навыками парламентской деятельности (включая законотворчество)»16.
Обращает на себя внимание то обстоятельство, что должная правовая культура государственных служащих непосредственно влияет на формирование правосознания и правовой культуры граждан17, воспитание их
в духе уважения к праву, закону.
Юридическая ответственность за законотворчество ? актуальная проблема правовой науки. Практическая потребность в ней чрезвычайно ве14
15
16
17
Сырых Е.В. Общие критерии качества закона: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук.
М., 2001. С. 8.
Подробнее об этом см.: Котелевская И.В. Планирование законодательной деятельности // Законодательный процесс. Понятие. Институты. Стадии / Отв. ред.
Р.Ф. Васильев. М., 2000. С. 65?77.
Алейник А.А. Профессиональная подготовленность депутатов к законотворческой деятельности // Законодательный процесс / Отв. ред. Р.Ф. Васильев.
С. 255.
См.: Фарбер И.Е. Правосознание как форма общественного сознания. М., 1963;
Лукашева Е.А. Социалистическое правосознание и законность. М., 1973; Сальников В.П. Социалистическая правовая культура. Методологические проблемы
/ Под. ред. Н.И. Матузова. Саратов, 1989; Семитко А.П. Развитие правовой
культуры как правовой прогресс. Екатеринбург, 1996.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
48
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
лика, ибо имеют место случаи, когда закон издан с нарушением законодательной процедуры или же не принимается своевременно18. Как справедливо заметил американский ученый, правовая система ? это не упражнение по истории, а некий механизм для решения сегодняшних, а не
вчерашних проблем19.
В-четвертых, всестороннее изучение исторического и зарубежного
опыта развития правового регулирования общественных отношений в целях его применения в современных условиях, что не так просто. Практика,
сложившаяся в том или ином парламенте зарубежных стран, во многом
зависит от традиций и условий экономической и политической обстановки
в каждом конкретном государстве. Поэтому необходимость оценки зарубежного опыта с точки зрения приемлемости и полезности для российского
законодательного органа очевидна.
В-пятых, комплексное законодательство. Так, отсутствие до недавнего времени нового Гражданского процессуального кодекса РФ приводило
к тому, что отдельные нормы ГК РФ не могли быть применены на практике, т.к. не было процессуально-процедурных норм, которые определяли
бы правовую процедуру их действия.
В-шестых, устранение юридических коллизий и пробелов, содержащихся в законах Российской Федерации и ее субъектов, т.к. «явно недостаточно внимания уделяется обеспечению внутренней согласованности,
беспробельности и научной обоснованности принимаемых законов»20.
В-седьмых, принятие федерального закона о нормативных правовых
актах21 с включением в него следующего положения: в нормативном акте
должны присутствовать наряду с нормами материального права и процессуально-процедурные нормы, которые определяли бы правовую процедуру действия материальных норм, их практическое применение.
3. Законодательное закрепление основополагающих принципов и правил законотворческой техники, что «значительно улучшит структуру принимаемых правовых актов, внешние формы их выражения, усовершенствует язык и стиль нормативных предписаний, обеспечит единообразие
правотворческой деятельности Российского государства»22. В этой связи,
на наш взгляд, целесообразно создание независимой юридической экспертизы на федеральном и региональном уровнях.
4. Кодификация действующего законодательства на основе Конституции РФ, которая жизненно необходима в связи с наличием значительного
числа федеральных законов, нормативных указов Президента и постановлений Правительства РФ, а также действия ряда нормативных правовых
актов СССР, РСФСР. Одной из важнейших мер, призванных упорядочить
18
19
20
21
22
См.: Колдаева Н.П. Об ответственности в законотворчестве (социологический
аспект) // Концепция стабильности закона. М., 2000. С. 172.
См.: Фридмэн Л. Введение в американское право. М., 1993. С. 86.
Зелепукин А.А. Проблемы эффективности российского законодательства: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Саратов, 2000. С. 3.
В 1996 г. закон был принят Государственной Думой в первом чтении. Действует
классификатор правовых актов, утвержденный Указом Президента РФ от
15 марта 2000 г. (См.: СЗ РФ. 2000. № 12. Ст. 1260; 2002. № 40. Ст. 3905).
Концепция развития российского законодательства в целях обеспечения единого
правового пространства в России // Журнал российского права. 2002. № 6.
С. 31.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
49
законодательство РФ, является начатая на основе Указа Президента РФ
от 6 февраля 1995 г. подготовка к изданию Свода законов Российской Федерации, объединяющего все действующее законодательное регулирование Российской Федерации23.
23
См.: Поленина С.В., Колдаева Н.П. О Своде законов Российской Федерации. М.,
1997. С. 12?56.
Д.В. Рязанов*
»?ВЛ ЪЛ??МЛ?Л?? ? ФУОЛЪЛ?ВТНУИ Л Ф???У?УИ НЫОёЪЫ?В
?УТТЛЛ XIX с М???О? XX ??.
XIX
столетие, как никакое другое до этого, оказалось благодатным и изобретательным в способах тираницида. Практическим основанием тираноубийства стали политические традиции античности, примеры европейских революций и завершающаяся эпоха российских
дворцовых переворотов, последний из которых 11 марта 1801 г., забрав
жизнь Павла I, дал начало новым тенденциям в истории российского радикализма.
Сакральная природа императорской власти требовала от участников
заговора некоего обоснования совершаемого ими преступления. И такое
объяснение было найдено. По свидетельству графини С. Шуазель-Гуфье,
заговорщики оправдывали свои действия «благодарностью отечества, освободителями которого ? почитали себя»1. Объявив императора тираном,
узурпатором власти и нарушителем закона, участники заговора себя провозглашали героями, восстанавливающими в отечестве законность и порядок. Несмотря на то, что цареубийство прошло далеко не по тираноборческим канонам2, его вожаки ? граф Пален и братья Зубовы ? с первых
дней взяли под свой контроль стихийно распространявшиеся в обществе
рассказы и слухи о произошедшем событии. Стремясь представить участников в наивыгоднейшем свете, они всячески потворствовали любым домыслам, способным сформировать положительное к ним отношение. Результатом целенаправленных действий стала «подмена» реального
события некой коллективной версией происшествия, позволившей сформировать у современников иное, уже тираноборческое, толкование проис*
1
2
Доцент кафедры истории и философии Саратовского юридического института
МВД России, кандидат исторических наук.
Шуазель-Гуфье С. Исторические мемуары об императоре Александре I и его
дворе. М., 1999. С. 250.
Его исполнители не разделили участь своей жертвы (как того требовали канонические правила тираноборчества), наоборот, «в течение первых дней? открыто хвастались содеянным злодеянием, наперерыв выставляя свои заслуги в этом
кровавом деле, выдвигаясь друг перед другом на первый план». (См.: Чарторыйский А. Записки // Цареубийство 11 марта 1801 г. Записки участников и современников. СПб., 1907. С. 213).
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
50
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
шедшего, нашедшее свое дальнейшее развитие в литературе начала царствования Александра I3.
Социально-политические противоречия александровского царствования создали условия, способствовавшие новому возвращению идей тираницида из литературной сферы в сферу политическую. Их востребованность в среде носителей дворянской культуры конца XVIII ? начала
XIX вв. была подготовлена новой волной увлечения античностью, заполнившей национальную культуру накануне наполеоновских войн, взлетом
патриотических чувств, охвативших в тот момент российское общество.
Исследователи эпохи близки в оценках, утверждая, что Отечественная
война 1812 г. «дала целому поколению русской дворянской молодежи тот
жизненный опыт, который привел мечтательных патриотов начала XIX
века на Сенатскую площадь»4.
По справедливому замечанию петербургского историка В.В. Лапина,
«в условиях патриотического подъема, который царил в России с 1805 года и достиг наивысшей точки в 1812-м, в армию пришло много людей, в
другое время никогда бы не надевших военный мундир. <?> Этим людям
по условиям образования и воспитания были чужды казарменная замкнутость, сведение кругозора к границам плаца и стрельбища. <?> В войсках происходила своеобразная интеллектуальная агитация»5. Без этого
процесса нельзя представить ни восстание декабристов, ни произошедшую пятью годами ранее семеновскую историю.
Образование первых тайных обществ способствовало актуализации
вопроса о переустройстве государственной системы на новых принципах
социальной справедливости, уже известных Европе, но не выполнимых в
условиях неограниченного абсолютизма России.
Сознательный отказ от привлечения народа, продиктованный страхом
повторения «ужасов» Французской революции и отсутствием в политической традиции страны примеров позитивной народной активности, подводил будущих декабристов к идее захвата власти путем заговора. В такой
ситуации возникала необходимость решения судьбы монарха и членов августейшей фамилии.
Уже в 1817 г., во время Московского совещания, члены Союза благоденствия высказали идею о необходимости цареубийства для будущего демократического переустройства России6. С этого момента и вплоть до финального выступления декабристы не раз возвращались к своим планам7.
3
4
5
6
7
Подробнее об этом см.: Артамонов Д.С. Тираноборческие и террористические
идеи в русской политической культуре первой четверти XIX в.: Автореф. дис. ?
канд. ист. наук. Саратов, 2006. С. 14.
Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре: Быт и традиции русского дворянства (XVIII ? начало XIX века). СПб., 1996. С. 314.
Лапин В.В. Семеновская история. Л., 1991. С. 66?67.
См.: Мироненко С.В. «Московский заговор» 1817 г. и проблема формирования
декабристской идеологии // Революционеры и либералы в России. М., 1990.
С. 239?240.
В разное время убить императора вызывались: М.С. Лунин, Н.М. Муравьев,
И.Д. Якушкин, Ф.П. Шаховский, А.З. Муравьев, Ф.Ф. Вадковский, П.Г. Каховский, А.И. Якубович и др. Из них, по крайней мере, трое ? А.З. Муравьев,
П.Г. Каховский и А.М. Булатов ? предпринимали реальные попытки совершить
цареубийство.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Д.В. Рязанов
51
Доступность императора, нередко прогуливавшегося по столице практически без охраны, давала возможность для организации идеального покушения8. Способы предлагались разные: нападение на Царско-Сельской
дороге группой решительных людей в масках (М.С. Лунин)9, духовое ружье (П.И. Пестель)10, уничтожение всей августейшей фамилии специальным отрядом убийц «une cohorte perdue»11 (П.И. Пестель, Ф.Ф. Вадковский, М.П. Бестужев-Рюмин)12, наконец, более соответствующий
офицерам способ ? пистолеты (И.Д. Якушкин, П.Г. Каховский)13.
Знал ли император о планах заговорщиков? Знал, но проявил удивительную беспечность, так и не дав распоряжения об их арестах. Возможно, прав исследователь Д.С. Артамонов, считающий, что Александр I воспринимал декабристские организации частью всеевропейского революционного общества, мести со стороны которого он весьма опасался14.
По-видимому, он считал эти планы пустопорожними слухами, своеобразным ребячеством и, видя в участниках тайного общества своих единомышленников начала царствования, игнорировал тревожные известия. Во всяком случае брошенная им при разговоре с адъютантом двусмысленная
фраза «Не мне их судить» до сих пор вызывает научные споры.
Новый ренессанс идей тираноубийства происходит спустя 37 лет. Это
время потребовалось на воскрешение тираноборческого духа в разгромленном после провала выступления декабристов революционном движении. Неудавшийся «мятеж реформаторов», разрушив надежды на политическое переустройство общества, позволил сохранить в неизменности
правление, метко названное мадам де Сталь «en Russie le gouverment est
un despotisme mitige` la strangulation» («Правление в России есть самовластье, ограниченное удавкою»)15.
Причин для подобной политики у Николая I, консерватора до мозга
костей, было вполне достаточно. «Возникновение и довольно продолжительное существование тайного союза, ? писал А.Х. Бенкендорфу первый
управляющий III отделением М.Я. фон Фок, ? о котором правительство
долго имело лишь смутные подозрения, ясно показало, в каком отчуждении от общества стояли правительственные сферы. Подавив мятеж, правительство увидело перед собою важную задачу: устранить на будущее
время всякую возможность подобного явления и заручиться такими сред8
9
10
11
12
13
14
15
Офицер кавалергардского полка Ф.Ф. Вадковский писал, что «Государь император так безопасно изволит прогуливаться по Каменному острову, что жизнь
его ни минуты не обеспечена, и что можно посягнуть на оную, не подвергая себя
опасности быть открыту?» (Восстание декабристов. Документы и материалы:
В XX т. М.; Л., 1925?2001. Т. XI. С. 221).
См.: Восстание декабристов. Документы и материалы. Т. IV. С. 179.
См.: Там же. Т. XI. С. 360.
Лат. «Обреченных отряд» ? выражение П.И. Пестеля.
См.: Восстание декабристов. Документы и материалы. Т. XI. С. 221.
См.: Якушкин И.Д. Записки, статьи, письма декабриста. М., 1951. С. 18. Ср.:
Восстание декабристов. Документы и материалы. Т. I. С. 186, 306?307; Т. III.
С. 52.
См.: Артамонов Д.С. Указ. соч. С. 17.
Пушкин А.С. Заметки по русской истории XVIII в. // Полн. собр. соч.: В 19 т.
М., 1996. Т. XI. С. 17.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
52
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ствами, чтобы всегда быть в состоянии задушить в самом зародыше умысел врагов существующего порядка?»16
Новое царствование, особенно в период с 1848 по 1855 гг., стало временем, в сравнении с которым предшествующие десятилетия казались гуманными. «Положение наше, ? писал современник, известный историк
Т.Н. Грановский, ? становится нетерпимее день ото дня. Всякое движение
на Западе отзывается у нас стеснительною мерой. Доносы идут тысячами.
Обо мне в течение трех месяцев два раза наводили справки. Но что значит личная опасность в сравнении с общим страданием и гнетом»17.
В условиях отсутствия реальной оппозиции главным рассадником
вольномыслия были признаны университеты. В числе дисциплин, на которые попечители учебных округов по приказанию министра просвещения
графа С.С. Уварова должны были обращать особое внимание, оказались
философия, история, государственное право и ряд других гуманитарных
наук. В 1849 г. было приостановлено преподавание государственного права европейских стран; в 1851 г. был «положен конец обольстительным
мудроствованиям философии», от которой остались только логика и психология, да и то преподаваемые профессорами богословия18. «Николай на
этот раз решился бесповоротно покончить со всяким умственным движением в России, ? писал в те годы Герцен, ? и он вступил в открытую беспощадную борьбу с мыслью, словом, знанием»19.
Такое положение не могло не отразиться на общественных настроениях. Ответом насаждаемому правительством курсу стало нарастающее недовольство, глухой протест образованной молодежи, постепенно подходящей к осознанию необходимости открытой политической борьбы.
Восшествие на престол Александра II и начало подготовки реформ
1860-х гг. только отсрочило момент взрыва. Несмотря на впечатляющий
охват реформ преобразования не затронули основ государственной системы, оставив в неизменном виде существующие политические институты.
Тем самым была сведена на нет общественная значимость всего реформаторского процесса в России.
Сохранившееся правовое бесправие народа перед лицом неограниченной в проявлении деспотизма власти поставило перед либеральной частью интеллигенции задачу поиска адекватной модели сосуществования
государства и общества.
«Назначение интеллигенции, ? отмечал выдающийся русский историк
В.О. Ключевский, ? понимать окружающее, действительность, свое положение и положение своего народа»20. Рассматривая знание как универсальное благо, интеллигенция неизбежно была вынуждена затронуть вопрос просвещения, а через него ? и идею общественного блага. В ходе
поиска и формулирования ответов открывающаяся «проза жизни» поневоле ставила ее в вынужденную оппозицию к существующему политико-экономическому строю, направляя деятельность в сторону оппозиции, кружковой работы и мировоззренческого радикализма.
16
17
18
19
20
Петербургское общество при восшествии на престол императора Николая I //
Русская старина. 1881. Т. 32. С. 166?167.
Цит. по: Ветринский Ч. Т.Н. Грановский и его время. М., 1897. С. 265.
См.: Скрипилев Е.А. О юридическом образовании в дореволюционной России
(XVIII ? начало XX вв.) // Государство и право. 2000. № 9. С. 82.
Герцен А.И. Былое и думы // Полн. собр. соч.: В 30 т. М., 1956. Т. 8. С. 191.
Ключевский В.О. Неопубликованные произведения. М., 1983. С. 298.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Д.В. Рязанов
53
Весной 1862 г. студентом Московского университета Петром Зайчневским в камере полицейской части г. Твери была вновь реанимирована
идея цареубийства. «Скоро, скоро наступит день, ? писал он в одночасье
ставшей знаменитой прокламации «Молодая Россия», ? когда мы распустим великое знамя будущего, знамя красное и с громким криком ?Да
здравствует социальная и демократическая республика русская!? двинемся на Зимний дворец истреблять живущих там. Может случиться, что
все дело кончится одним истреблением императорской фамилии, т.е. какой-нибудь сотни, другой людей?»21
Появление прокламации, наделавшей много шума в прессе и обществе, знаменовало не только возрождение идей тираноубийства, но восприятие их новой частью русского образованного общества ? разночинской
интеллигенцией. Безусловно, наиболее образованная ее часть сохраняла
традиционную культурную функцию ? трансляцию культурного наследия,
однако иная ее часть использовала прежние связи не для созидания, а
для разрушения. Эта «новая» деятельность не требовала профессиональной эрудированности, высокоинтеллектуальной работы мысли. Она предполагала вдумчивый «разбор» реалий российской действительности, как
правило, дополняемый систематическим чтением «обязательной» для каждого просвещенного человека литературы22. В результате происходил отбор «истинных» знаний, подкрепляемых авторитетным мнением «властителей дум» молодежи, поскольку российская действительность со всей
очевидностью выдвигала литературу на передовые рубежи политики23,
формируя у семидесятников в XIX в. «стремление к общественной деятельности»24.
«Полагаю, ? вспоминал народник Н.А. Чарушин в письме к В.Н. Фигнер, ? что в числе многих других влияний на духовное и революционное
развитие, как лично мое, так и моих товарищей по работе и наше поколение вообще, несомненно, было, хотя и не прямое (выделено мной. ? Д.Р.),
и влияние декабристов, пленявших нас широтой по тому времени замысла, смелостью выступления, мужеством и стойкостью в несчастье. Непосредственным же и ближайшим толкачом в этом направлении для нас,
вне всякого сомнения, были текущая литература и непроглядная русская
действительность. В зависимости от этого и наши установки, и ближайшие задачи были совсем другие?»25
Сочетая в себе любовь к народу с чувством вины за свое высокое положение в обществе, интеллигенция обращается к террористической тактике как к способу вызова правительства на политический диалог. «Прежде, чем начать кровавую борьбу, ? утверждал в своих показаниях
21
22
23
24
25
Цит. по: Утопический социализм в России. М., 1985. С. 333?334.
См.: Колесникова Л.А. Мемуары революционеров 1870-х годов об идейно-психологическом воздействии на них литературы // Вопросы истории. 2005. № 5.
С. 98?100.
«Раз правительство запрещает известные книги, значит, их следует читать, догадывались мы. Так список запрещенных книг превратился у нас в свою противоположность ? в список рекомендуемых книг?» Шестернин С.П. Пережитое.
Из истории рабочего и революционного движения. 1880?1900. Иваново, 1940.
С. 17?18.
Колесникова Л.А. Указ. соч. С. 97.
РГАЛИ, ф. 1185, оп. 1, д. 817, л. 27.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
54
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
народоволец А.Д. Михайлов, ? социалисты испробовали все средства, какими пользуются на Западе политические партии. Но за проповедь их карали каторгой, за книги ? тюрьмой и ссылкой? забывая, что когда человеку зажимают рот, то этим самым развязывают руки»26.
Те же рассуждения мы находим в выступлении на процессе «17-ти»
другого члена Исполнительного комитета партии «Народная воля»
М.Ф. Грачевского, который объяснил обстоятельства, вынудившие его
встать на путь террора, так: «При настоящем отношении государственной
власти к народу и обществу? я не только считаю себя вправе защищаться с оружием в руках при нападении на меня правительственных агентов,
я считаю даже нравственно обязательным для себя защищать точно так
же и других от их произвола»27.
Неожиданно жесткие меры, обрушенные властями на рядовых просветителей и пропагандистов, вызвали в демократической среде вначале
недоумение, а затем и озлобление. В условиях, когда за простое хранение
нелегальной литературы выносился приговор, сопоставимый по тяжести с
предумышленным убийством28, понятие тираноборчества получает более
широкое толкование, подразумевая не только августейшую особу монарха, но и наиболее одиозных адептов его воли29.
На страницах нелегальных изданий, во время судебных процессов, на
которых судились народники, а затем и члены партии «Народной воли»
(1879?1883 гг.), постоянно подчеркивался факт вынужденности террористической борьбы, его временный, проходящий характер30.
«Всякое вооруженное действие против правительства и его агентов, ?
заявлял М.Ф. Грачевский, ? я считал бы для себя безусловно преступным
при существовании в России свободно избранного законного представительства, действительной, а не фиктивной гласности, независимости суда,
свободы слова, веротерпимости и личной неприкосновенности граждан?»31
Неизбежность перехода к террористическим действиям как новому
тактическому направлению в борьбе с тиранией объяснялась в пропагандистской литературе того времени неудачей «оседлой» пропаганды, невосполнимостью потерь и, главное, неадекватной жестокостью правительственных репрессий32. В условиях, когда «для борьбы с правительством и
26
27
28
29
30
31
32
Прибылева-Корба А.П., Фигнер В.Н. Народоволец А.Д. Михайлов. Л.; М., 1925.
С. 157.
Волк С.С. Программные документы «Народной воли» // Красный архив. 1924.
Т. 5. С. 156.
Предумышленное убийство без отягчающих вину обстоятельств каралось каторгой от 8 до 12 лет // Уложение о наказаниях уголовных и исправительных.
СПб., 1892. Ст. 1455.
Подобная трансформация суть изменения самой идеи тираноборчества, произошедшая в конце XVIII ? начале XIX вв. в Европе, а затем и в России. Подробнее об этом см.: Одесский М.П., Фельдман Д.М. Поэтика террора. М., 1997.
С. 102?109; Фельдман Д.М. Идея цареубийства у декабристов // Освободительное движение в России: Межвуз. сб. науч. тр. Вып. 19. Саратов, 2001.
С. 110?111.
Подробнее об этом см.: Троицкий Н.А. Народная воля перед царским судом. Саратов, 1983. С. 129?130.
Речи подсудимых на процессе «17-ти» // Былое. 1906. № 12. С. 240.
На это, как на одну из главных причин радикализации настроений молодежи,
указывали еще в 60-х гг. некоторые из представителей «старой» политической
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Д.В. Рязанов
55
организации протестов крестьянства было слишком мало людей и
средств»33, террористические акции против тирании существующего строя в
силу их внешней эффектности становились все более притягательными. По
словам В.Н. Фигнер, «громкие, блестящие схватки с правительством волновали воображение молодежи и отвлекали ее от малозаметной работы среди
крестьян?»34
Это суждение важно для понимания мировоззренческой метаморфозы
интеллигенции 1870-х гг. Как известно, максимализм ? спутник молодости, когда часто не хватает терпения ждать результатов, когда хочется
видеть зримые успехи уже сегодня, сейчас. Этого, как казалось многим,
можно было достигнуть, встав на путь вооруженной борьбы с самодержавием, сменив книгу на револьвер и бомбу. В этих условиях толерантность
становилась мировоззренческим атавизмом.
26 августа 1879 г. Александр II был приговорен членами Исполнительного комитета партии «Народная воля» к смертной казни. В появившейся в 1880 г. брошюре одного из самых последовательных сторонников
террористической тактики действия Н.А. Морозова «Террористическая
борьба» задачи, стоящие перед революционерами в этой области, формулировались так: «1. Они (революционеры. ? Д.Р.) должны разъяснить теоретически идею террористической борьбы?
2. Террористическая партия должна на практике доказать пригодность средств, которые она употребляет для своей цели. Системой последовательного террора, неумолимо карающего правительство за каждое
насилие над свободой, она должна добиться окончательной его дезорганизации, деморализации, ослабления»35.
О.В. Будницким было верно замечено, что персонификация ответственности за судьбу страны на фигуру царя ошибочно вызвала у радикально настроенной интеллигенции соблазн одним ударом разрушить могущество власти, достигнуть малой кровью заветной справедливой цели36.
Сосредоточив свои действия против наиболее одиозных правительственных фигур, революционеры тем самым сужали круг потенциальных жертв
с десятков тысяч до нескольких десятков ? главного тирана и нескольких
его приспешников. Это позволяло, отказавшись от малоперспективной агитационной работы, максимально приблизить срок развязки, подтолкнув
спящего мужика к великой социальной революции, а правительство ? к
уступкам. Выбор сановников, прославившихся своими реакционными действиями и, следовательно, не могущих внушить обществу чувство сострадания, создавал необходимое поле для маневра, возможность моральной
апелляции к общественному мнению. «Так как мы? имели сообщников не
только по губернским городам, но и по провинциальным закоулкам, ? пи-
33
34
35
36
эмиграции. См.: Рудницкая Е.Л. Русская революционная мысль: демократическая печать. 1864?1873. М., 1984. С. 46.
Попов М.Р. «Земля и воля» накануне Воронежского съезда // Былое. 1906. № 8.
С. 21?22.
Фигнер В.Н. Запечатленный труд: В 2 т. М., 1932. Т. 1. Ч. 1. С. 144.
Цит. по: История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях
// Авт.-сост. О.В. Будницкий. Ростов на/Д., 1996. С. 107.
Там же. С. 6.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
56
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
сала В.Н. Фигнер, ? (и все эти сообщники имели друзей и близких) и были окружены целым слоем так называемых сочувствующих, за которыми
обыкновенно следуют еще люди, любящие просто полиберальничать, то и
выходило, в конце концов, что мы встречали повсюду одобрение и нигде
не находили нравственного отпора и противодействия»37.
Этот прием использовала партия «Народная воля» во время своего
противоборства с царизмом, в дальнейшем его успешно применил духовный преемник народовольцев ? партия социалистов-революционеров.
Здесь необходимо отметить, что «подобная нравственная мотивация
может быть устойчивой лишь при явно выраженной отчужденности от
власти значительной части общества (а не только интеллигенции. ? Д.Р.),
которая не только считает действия террористов морально оправданными,
но и приветствует их, поддерживает материально»38.
Безусловно, царствование Александра II не стало реформаторской
идиллией, как не стало таковым ни одно правление в истории дома Романовых. Вынужденное решать массу накопленных предшественниками проблем
правительство шарахалось из стороны в сторону, придавая реформаторскому процессу модернизационную импульсивность и непоследовательность. Рост преступности (в 2,7 раза по сравнению с царствованием Николая I)39, государственного долга (в 3 раза), двойственность судебной
системы, позволявшей как оправдывать террористов (процесс В. Засулич
1878 г.), так и раскручивать механизм не обоснованных по своей жестокости репрессий (процессы «193-х», «50-ти» и др.)40. Все это говорит о
внутренней противоречивости проходивших изменений, в условиях которых всплеск революционного радикализма стал вполне объяснимой реакцией разочарования и протеста на совершенно конкретные правительственные промахи.
Действительно, следует признать, что позиция террориста легко уязвима, поскольку социально деструктивна, юридически неправомочна, психологически самоубийственна41. Это признавалось и современниками, не
ставившими при этом под сомнение чистоту помыслов нескольких поколений интеллигенции, представители которой жертвовали собой во имя
борьбы с тиранией. Возможно, если бы Александр III отказался от смертной казни в отношении убийц своего отца, он смог бы морально разоружить революционеров, повлияв на общественное мнение и в Европе, и в
37
38
39
40
41
Фигнер В.Н. Запечатленный труд. Т. 1. Ч. 2. С. 38.
Леонов М.И. Террор и русское общество (начало XX века) // Индивидуальный
политический террор в России. XIX ? начало XX в.: Материалы конференции.
М., 1996. С. 33.
См.: Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII ? начало XX в.): генезис личности, демократической семьи, гражданского общества
и правового государства: В 2 т. СПб., 2000. Т. 1. С. 84.
Корреспондент «Таймс», присутствовавший на процессе «193-х», выразил свое
недоумение так: «Я присутствую здесь вот уже два дня и слышу пока только,
что один прочитал Лассаля, другой вез с собой в вагоне ?Капитал? Маркса,
третий просто передал какую-то книгу своему товарищу» // Прокофьев В.А.
Желябов. М., 1965. С. 93.
См.: Терроризм: психологические корни и правовые оценки (круглый стол) // Государство и право. 1995. № 4. С. 21.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Д.В. Рязанов
57
России. Однако этого сделано не было, что позволило сохранить позитивное восприятие образа террористов в различных слоях российского общества вплоть до начала XX в., несмотря на появление в их рядах психически неуравновешенных авантюристов и откровенно уголовных элементов.
На это указывает положительный общественный резонанс на убийства
министра просвещения Н.П. Боголепова, министров внутренних дел
Д.С. Сипягина и В.К. Плеве, великого князя Сергея Александровича, превзошедшие самые «радужные» прогнозы эсеров.
Столь эффектным возрождением терроризм был обязан прежде всего
эсерам, из среды которых выдвинулся ряд талантливых организаторов
(Г.А. Гершуни, Е.Ф. Азеф, Б.В. Савинков) и самоотверженных исполнителей (Е.С. Сазонов, И.П. Каляев), сумевших возвести эту форму борьбы в
ранг суда героев-подвижников над «царствующим злом»42.
Только с началом революции 1905?1907 гг. отношение к терроризму в
обществе резко меняется. Это происходит вслед за его массовизацией,
проходившей на фоне нарастающих правительственных репрессий. Американская писательница А. Гейфман справедливо отметила, что в тот момент на газетных полосах вместо подробных отчетов об осуществленных
героями-интеллигентами террористических акциях против тиранов появляются специальные разделы, учитывающие статистику насилия государства и революционеров «белого» и «красного» террора43. Это был важный
признак разрастания насилия, означавший «исчезновение самого феномена нормы как такового»44.
Революционная интеллигенция утрачивала вместе с контролем над
террором и моральную санкцию общества. Насилие становилось массовым, создавая условия, при которых «? люди от убийства для идеи переходили к краже денег для облегчения идейного убийства? сама кража денег тоже сопровождалась убийством почтальонов, кондукторов,
артельщиков, кассиров и т.п. <?> постепенно кражи и убийства при них
и ради них из ?эксов? для идеи превратились в ?эксы? для себя. Во всем
этом процессе падения со ступеньки на ступеньку разум не мог поставить
никакой задерживающей силы?»45.
Если при этом вспомнить, что список добровольных пожертвователей
на революционный террор в то время охватывал богатейшие фамилии империи, а в числе пособников террористов были как высокопоставленные
чиновники, так и родственники жертв ? становится понятным, что отчуждением от нравственных и правовых основ страдала не просто кучка революционеров, но и значительная часть русского общества.
Многочисленные списки «рядовых» жертв среди государственных служащих лучше всего свидетельствовали о вырождении идеи тираницида в
уголовную вакханалию массового террора. От него страдало и ни в чем
42
43
44
45
См.: Городницкий Р.А. Боевая организация партии социалистов-революционеров
в 1901?1911 гг. М., 1998. С. 237?238.
См.: Гейфман А. Революционный террор в России 1894?1917 гг. М., 1997.
С. 33?34.
Могильнер М. Указ. соч. С. 75.
Изгоев А.С. На перевале. Преодоление террора // Русская мысль. 1913. Кн. 1.
С. 112?113.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
58
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
неповинное мирное население, от лица которого и во имя которого якобы
действовали народные мстители46. В этом заключалось «своеобразие» момента, подмеченное некоторыми современниками событий. «Оппозиция
против правительства, ? записал в своем дневнике В.О. Ключевский, ?
постепенно превратилась в заговор против общества. Этим дело русской
свободы было передано из рук либералов в руки хулиганов»47.
46
47
По подсчетам А. Гейфман только от террористических акций, осуществленных
партией эсеров в России, с 1901 по 1911 гг. пострадали 17 тыс. чел., из которых
только в 1905?1907 гг. террористами было убито и ранено 4500 государственных
служащих различного уровня. При этом мирных обывателей было убито 2180 и
ранено 2530 человек. Geifman Аnnа. Тhои Shаlt Кill // Revolutionагу Тeггоrism
in Russia, 1894?1917. Рrinсеtоn Univ. Ргеss, 1993. Р. 21.
Ключевский В.О. Собр. соч.: В 9 т. М., 1990. Т. 9. С. 355.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
59
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА
И ЭТНИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ
Р.А. Ромашов*, Е.Г. Шукшина**
????У??? НЫОёЪЫ?? Л Ф???У?УИ МЛ?ЛОЛБП
? ПУОУ?ВКМУИ Т?В?В
А
нализ понятия «правовая культура молодежи» представляется
целесообразным начать с обзора основных подходов к пониманию
феномена «правовая культура».
В отечественной юридической литературе рассмотрение правовой
культуры осуществляется в основном с позиции одной из трех концепций:
философской, антропологической, юридико-социологической.
Правовая культура при философском подходе «представляет собой
своего рода юридическое богатство, выраженное в достигнутом уровне
развития регулятивных качеств права, юридической техники, которые относятся к духовной культуре, к правовому прогрессу»1.
В рамках антропологического подхода правовая культура рассматривается как проявление самых разнообразных сфер правовой жизни. Данный подход ориентирован прежде всего на суммарную, механическую
фиксацию результатов правовой деятельности, которые характеризуются
как ценности.
В контексте юридико-социологического взгляда правовая культура
предстает в двух плоскостях: во-первых, как характеристика уровня развития правовых явлений на определенном этапе развития общества; вовторых, как качественная характеристика восприятия права и правового
поведения отдельной личности.
Правовая культура составляет внутреннюю, ментально-духовную сторону правовой системы общества и глубоко пронизывает правосознание,
правовые отношения, законность и правопорядок, правотворческую, правоприменительную и любую иную юридическую деятельность, регулирует поведение людей, сообразуясь с социокультурными, историческими особенностями, выступает инструментом достижения социальной стабильности.
Правовая культура, как и культура в целом, неразрывно связана с
историческими, этносоциальными, социокультурными особенностями того
или иного народа, общества, государства. Обращение к истории развития
*
**
1
Начальник кафедры теории права и государства Санкт-Петербургского университета МВД России, доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки России.
Доцент кафедры теории права и государства Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук.
Алексеев С.С. Право: азбука ? теория ? философия: Опыт комплексного исследования. М., 1999. С. 269.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
60
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
российского общества дает возможность выявить его особенности, наглядно отраженные в правовой культуре: это многовековые пласты патриархально-коммунитарного, общинного менталитета с его как отрицательными, так и положительными свойствами; конформизм и одновременно
нетерпимость; явно пренебрежительное отношение к закону при не менее
очевидном уважении к «порядку»; неприязнь к власти в целом и в то же
время надежда, вера в доброго, справедливого лидера, вождя при длительном отсутствии значимых демократических свобод; постоянное стремление к «воле», творческому развитию личности и многое другое.
Несомненно, правовая культура непосредственно связана с многообразными общественными процессами, зависит от происходящих в обществе изменений и является их совокупным выражением. В правовой культуре воплощаются способы и результаты человеческой деятельности. Любые
крупные перемены правовой деятельности предполагают одновременно и
изменения правовой культуры. Однако одни и те же процессы по-разному
воспринимаются различными категориями населения, неоднозначно влияют на жизнь отдельных социальных групп. В связи с чем социологический
анализ предполагает исследование прежде всего групповой правовой
культуры.
В жизнедеятельности людей взаимодействуют программы действий
двух типов: биологические и социальные. Если первые передаются через
наследственный генетический код, то вторые хранятся и передаются в обществе в качестве традиций. Последовательная бесконфликтная передача
традиций, в данном случае преемственность ценностно-мотивационных установок в сфере юридической деятельности и отношении к праву, от одного
поколения другому обеспечивает стабильность социальной организации.
В связи с этим можно выделить две основные модели развития правовой культуры:
1. Модель эволюционного развития. Данная модель предполагает
развитие правовой культуры как процесс восприятия опыта предшествующих этапов и поколений, бесконфликтной адаптации этого опыта к новым
условиям. В этом случае «культура детей» является производной от
«культуры отцов».
2. Модель прерывистого развития. Ей свойственен разрыв преемственности между поколениями, невосприимчивость по тем или иным объективным и субъективным причинам традиций и установок, сложившихся в
сфере правового общения на предшествующем этапе. В этом случае возникает противопоставление «культуры детей» и «культуры отцов».
Явлениями, образующими правовую культуру, выступают: а) правовое сознание; б) правовая наука; в) правовая деятельность; г) материальные предметы, обеспечивающие и сопровождающие правовую деятельность; д) юридические акты.
При характеристике правовой культуры молодежи наибольшее значение представляют правовое сознание, сложившееся в молодежной среде и
обусловленное соответствующим типом правосознания, юридически значимое поведение.
Правосознание представляет собой основу и органическую составную
часть правовой жизни организованного в государство общества. Правосознание ? явление идеальное, непосредственно не наблюдаемое, это сфера или область сознания, отражающая правовую действительность в фор-
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Р.А. Ромашов, Е.Г. Шукшина
61
ме юридических знаний и оценочных отношений к праву и практике его
реализации, социально-правовых установок и ценностных ориентиров, регулирующих поведение людей в юридически значимых ситуациях. Специфика правосознания состоит в том, что оно воспринимает, а затем и воспроизводит жизненные реалии через призму справедливого, праведного,
свободного.
Правосознание ? чисто субъективное явление. Оно состоит: из представлений людей о праве; из субъективного отношения к самому феномену права, его ценностям; из правовой психологии и даже из индивидуальной или массовой эмоциональной реакции на право, подчас интуитивной,
подсознательной.
Групповое правовое сознание ? это коллективные представления и
чувства о праве, поведении и деятельности в сфере правового регулирования, которые выражают отношение и оценку правовых явлений со стороны социальных групп (выделяемых, например, по возрастному критерию),
коллективов и иных социальных образований.
Правосознание такой социально-демографической группы, как молодежь, имеет специфические социальные и психологические черты, которые
обусловлены возрастными особенностями, социально-экономическим и общественно-политическим положением данной группы населения, а также
тем, что духовный мир молодых людей находится в состоянии становления
и формирования.
В структуре правового сознания молодежи можно выделить следующие составляющие его и взаимозависимые элементы: знание права; представление о праве; отношение к действующему праву; требования, предъявляемые к праву; отношение к исполнению правовых предписаний.
Знание права, т.е. представление о содержании правовых предписаний, формируется либо в результате непосредственного изучения соответствующих нормативных положений, либо в результате опосредованного
знакомства с ними. Правовые представления и отношение к праву, исполнению правовых предписаний формируются у молодых людей прежде всего под влиянием норм морали, политических и иных воззрений. И если
нравственное и политическое сознание человека сформировано правильно,
то есть основания считать, что и его правовые представления будут близки к содержанию действующих нормативных актов.
На процесс формирования правового сознания молодого человека решающее влияние оказывают следующие социальные факторы: а) непосредственные условия жизни и работы; б) организованная система обучения и воспитания; в) средства массовой информации; г) государственная
молодежная политика. При этом динамика доминирующих в правовом
сознании молодежи взглядов напрямую связана со складывающейся социально-экономической и политической ситуацией в обществе. Соответственно и радикальное воздействие на эту динамику в желательном для общества направлении возможно лишь в контексте конкретных позитивных
изменений в общественном развитии. В противном случае правовое сознание молодежи может легко подвергаться деформации2.
2
См.: Каландаришвили З.Н. Деформация правового сознания молодежи и юридические способы ее преодоления: теоретико-правовой аспект: Автореф. дис. ?
канд. юрид. наук. СПб., 2004. С. 11?12.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
62
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Таким образом, в правовом сознании как социальном явлении могут
проявляться два его состояния: положительное и деформированное, которые в основном отличаются характером отражения правовой действительности и отношением их носителей к действующему праву, правосудию и
законности. Положительное правосознание предполагает в целом позитивную оценку правовой действительности. Носитель положительного правосознания воспринимает право как реальный инструмент, при помощи которого можно и нужно регулировать отношения, субъектом которых он
выступает, разрешать возникающие конфликты и защищать свои права и
законные интересы.
В свою очередь, носитель деформированного правосознания воспринимает право как неэффективную либо более того вредную (как конкретно для себя, так и для корпорации, членом которой он является) социально-нормативную систему. При этом «вектор восприятия права»
качественным образом отличается от положительного правосознания. Если для носителя положительного правосознания право ? это прежде всего
регулятивно-охранительная система, обеспечивающая реализацию и защиту субъективных правомочий, то в деформированном правосознании
право предстает в качестве системы ограничительно-карательного характера, ущемляющей субъекта в его правомочиях.
Деформация правового сознания ? это социально-правовое явление,
характеризующее такое состояние правового сознания, когда у его носителей складываются определенные взгляды, знания, чувства, настроения,
переживания и эмоции, идеи и представления, которые искаженно отражают правовую действительность и выражают отрицательное отношение
к действующему праву, правосудию и законности, что приводит к формированию негативно ориентированного правового сознания.
Основными формами проявления деформированного правосознания
являются:
? чрезмерно высокая, оторванная от жизненных реалий оценка права
как «универсального средства» решения социальных проблем, абсолютизация социальной роли и места права в жизни общества, предъявление
завышенных требований к механизму правового регулирования, что кратко можно обозначить как юридический «идеализм»;
? категорическое отрицание права как социального блага, его способности оказывать эффективное воздействие на общественные отношения, упорядочивать жизнь общества.
Эти формы деформации по-разному проявляются в правосознании социальных групп, выделяемых по возрастному критерию.
Естественная дифференциация людей, обусловленная возрастом, в совокупности с характером социальной деятельности лежит в основе выделения поколений. В условиях устойчивой иерархии общественных ценностей принято выделять молодое поколение (поколение «детей») и
поколение «отцов». Историческое поколение охватывает отрезок времени,
равный интервалу между рождением родителей и рождением детей. Социально-психологический анализ отношений между поколениями предпринял Кингсли Дэвис. Он исходил из того, что разница между «отцами» и
«детьми» составляет 20?30 лет. Этот факт сам по себе еще ничего не означает, но становится значимым, если учесть следующее: темп изменений
в социальной жизни, который приводит к тому, что условия и образ жиз-
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Р.А. Ромашов, Е.Г. Шукшина
63
ни, верования и ценности тех, кто проходил социализацию 20?30 лет назад, весьма различны, и это уже само по себе несет потенциальные возможности конфликта; с возрастом снижаются способности к адаптации,
новое не принимается и не усваивается взрослыми так быстро, как молодежью. Для старших характерно постоянное отставание от ускоряющегося темпа жизни, что приводит к тому, что в зрелом и пожилом возрасте
человек возвращается к привычкам и убеждениям своей молодости. Возникает «историческое несоответствие» старшего поколения изменившимся
задачам нового времени.
Дифференциация между поколениями четко прослеживается при анализе системы ценностей. Для поколения «отцов» в качестве основных выступают следующие установки: «Смысл жизни в служении своему отечеству»; «Смысл жизни не в том, чтобы улучшить свою собственную жизнь,
а в том, чтобы обеспечить достойное продолжение своего рода»; «Нравственный, совестливый человек должен помогать бедным и слабым, даже
если ему приходится жертвовать собственным комфортом» и т.п. Для молодого поколения такими установками являются: «Свобода человека ? то,
без чего жизнь теряет смысл»; «Главное в жизни ? это забота о своем здоровье и благополучии»; «Главное в жизни ? инициатива, предприимчивость и поиск нового»3.
Сравнение вышеперечисленных целевых установок, положенных в основу правовой культуры поколений «отцов» и «детей», позволяет сделать
вывод о том, что для «отцов» значительно в большей степени, чем для
молодежной среды, характерны правовой инфантилизм и юридический
фетишизм.
Правовой инфантилизм заключается в недостаточной сформированности и пробельности правовых взглядов, знаний, установок, представлений.
Значительная часть представителей социальных групп пожилого и среднего возраста по различным причинам (прежде всего в силу однонаправленности политико-правовой идеологии в период строительства социализма) получили недостаточный уровень знаний о праве и правовой
действительности либо имеют о них искаженное представление. Это отрицательно сказывается на взглядах и установках, не дает людям возможности правильно осознавать и признавать правовую реальность и соответствующим образом строить свое поведение. Кроме того, немаловажное
значение имеет такой фактор, как объективная тенденция к идеализации
и романтизации жизненного периода «когда мы были молодыми».
Фетишизм (от лат. fetiche ? идол, талисман) означает наделение чегонибудь сверхъестественными свойствами, безусловное его признание и
слепое поклонение. Правовой фетишизм заключается в переоценке роли
права в жизни общества и в преувеличении его реальных регулятивных
возможностей.
На понятие «фетишизм» в научной литературе нет единства мнений.
Одни полагают, что юридический (то есть правовой) фетишизм представляет собой гипертрофированное (возведенное в абсолют) понимание роли
юридических средств в осуществлении социально-экономических, политических и иных задач без учета их реальных возможностей (В.И. Гойман).
3
См.: Гаврилюк В.В., Трикоз Н.А. Динамика ценностных ориентаций в период социальной трансформации (поколенный подход) // Социальные исследования.
2002. № 1. С. 103.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
64
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Другие характеризует юридический фетишизм как гипертрофированное
представление о роли правовых средств в решении социально-экономических, политических и иных задач (В.М. Баранов).
В конечном итоге культура «отцов» связана с явным приоритетом
публичных ценностей, таких как государственное единство, государственный патриотизм. Любое социально-правовое явление воспринимается и
оценивается с точки зрения полезности его не для себя лично, а с позиции
необходимости для достижения целей общественного развития, обеспечения государственных интересов. Таким образом, публичные интересы явно доминируют по отношению к частным. Кроме того, в данной среде присутствует вера в государство как средство решения социальных проблем,
в связи с чем граждане довольно пассивны в личных устремлениях к
улучшению собственной жизни.
Что же касается правовой культуры молодежи, то для нее в значительной степени характерно сознательное стремление к получению информации о средствах правового регулирования, требованиях закона и собственном правовом статусе с целью использования данной информации в
личных целях.
Деформированность правового сознания молодежи представляет собой результат ошибок, упущений и недостатков в правовом воспитании
подрастающего поколения: в семье и учебных заведениях, по месту жительства и работы; просчетов в деятельности соответствующих государственных учреждений, общественных институтов; недостаточной, а главное ?
малоэффективной координации их усилий при осуществлении деятельности по профилактике правонарушений.
К отрицательному фактору, влияющему на процесс формирования
правового сознания молодежи, можно отнести и кризис института семьи в
современной России. Ежегодно из-за разводов в среднем 470 тыс. детей
остаются без одного из родителей; увеличивается число детей, рожденных
вне брака (около 23% всех родившихся). По данным института социально-экономических проблем народонаселения РАН, сегодня в России около
3 млн. беспризорников и 657 тыс. детей-сирот. Это больше, чем их было
после Гражданской и Великой Отечественной войн.
Еще Л.И. Петражицкий справедливо отмечал, что «уровень правового сознания индивида зависит от того, как в его семье в пору его детства
был поставлен процесс правового воспитания. Родители и воспитатели
должны вообще обращать серьезнейшее внимание на развитие в детях
сильной и живой правовой психологии»4.
На основе проводимых социологических исследований можно выделить следующие факторы, обусловливающие девиацию правового сознания современной российской молодежи:
? правовое сознание молодых людей характеризуется сложностью и
неоднозначностью, где одновременно сочетаются стремление к законопослушному поведению и готовность нарушить закон ради личной выгоды;
? в формировании правового сознания молодежи существенную роль
играет личностный фактор. Выявлены личностные корреляции правовой
зрелости с чертами волевого профиля личности и приоритетными способа4
Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. СПб., 1909. Т. 1. С. 148.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Р.А. Ромашов, Е.Г. Шукшина
65
ми разрешения конфликтов. Целеустремленные, настойчивые и самостоятельные молодые люди демонстрируют более зрелое правовое сознание. У
той части молодежи, которая предпочитает соперничество в конфликтных
ситуациях, проявляются установки на противоправное поведение и даже
вызов закону. Та часть молодежи, которая ориентируется на сотрудничество, напротив, демонстрирует большее уважение к закону и осознает
опасность противоправного поведения и для личности, и для государства;
? независимо от категории молодежи представления у них о патриотизме, престиже государства, чувстве национальной гордости, гражданственности, ценности права в целом не различаются. Уровень представлений
и оценки данных явлений не является высоким5. Так, по данным Всероссийского центра изучения общественного мнения, 72% молодых людей в
возрасте 18?24 лет не считают необходимой службу в армии по призыву и
отрицательно относятся к данному государственному институту.
Именно для молодежной среды характерны различные проявления
правового нигилизма.
Нигилизм (от лат. nihil? ? ничто) в широком смысле означает отрицание общепринятых ценностей, идеалов, моральных норм, культуры и т.п.
Правовой нигилизм заключается в отрицании правовых ценностей, в неуважительном отношении к законам и нормативному порядку.
К правовому нигилизму следует относить только случаи осознанного
игнорирования требований закона, которые тем не менее не сопровождаются наличием преступного умысла (такая разновидность деформации
правосознания, которая характеризуется наличием умысла на совершение
правонарушения, называется перерождением правосознания). Проявляется нигилизм в самых различных формах: от равнодушного, безразличного
отношения к роли и значению права через скептическое отношение к его
потенциальным возможностям до полного неверия в право и явно негативного отношения к нему.
Отвергая право, субъект может искать альтернативный регулятор, а
может занять только позицию, предполагающую внутреннее отторжение
(невосприятие) права в качестве общезначимого регулятора. Подобный
выбор зависит от личности. Безальтернативное отторжение права может
происходить и потому, что выбор альтернативы ? это не только процесс
сравнения характеристик двух объектов: отрицаемого и его заменителя,
но и просто возможность выбора, которую порой запрещает правовая норма. В таком случае в сознании молодого человека может складываться
правило: «запрещаете, ну и пожалуйста, я все равно буду делать так, как
я хочу, т.е. назло вам».
Можно выделить следующие проявления правового нигилизма в молодежной среде современной России:
1. Несоблюдение и неисполнение требований законов и иных нормативных актов, когда граждане живут и действуют вопреки требованиям
правовых норм. Неисполняемость свидетельствует, в том числе о бессилии
властных структур, их пассивности и неумении действовать адекватно
сложившимся реалиям общественной жизни. Несоблюдение и неисполнение законов наносят не меньший вред общественным интересам, чем их
прямое нарушение.
5
См.: Каландаришвили З.Н. Указ. соч. С. 15.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
66
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Молодежной среде в значительно большей степени свойственна подмена правовых регуляторов иными регулятивными системами. Сталкиваясь с непреодолимой преградой, в том числе юридического свойства, индивид стремится найти эффективное средство, которое ему наиболее
доступно по времени и затратам использования, осязаемо по результатам.
Именно по этим позициям право проигрывает своим конкурентам. Правовой нигилизм «высвечивает» недоступность для субъектов необходимых
юридических средств либо сложность их использования. На этом фоне в
молодежной среде развивается и крепнет список негативных социальных
регуляторов, совокупно обозначаемых теневым правом.
Участие в тех или иных криминальных и полукриминальных группировках становится для молодежи социально престижным занятием. Поскольку молодежь (в возрасте 14?29 лет) в среднем совершает половину
всех уголовных преступлений в стране, то можно предположить, что именно она служит основным ресурсом для дальнейшего развития криминальной структуры общества.
2. Подмена законности прагматической целесообразностью. Молодежь оценивает отношение власти и общества к себе как безразличное
или откровенно потребительское. 77% опрошенных молодых людей полагают: «Когда нужно они вспоминают о нас». Может быть, поэтому государственно-правовые институты оцениваются молодыми людьми с точки
зрения их непосредственной личной полезности или опасности, они воспринимаются как инструменты достижения определенных целей, удовлетворения личных или корпоративных интересов. Законом руководствуются
лишь в тех случаях, когда это удобно и выгодно, в противном же случае
законом пренебрегают или выступают с его критикой. Такая критика может приобретать различные формы вплоть до демонстративного нарушения устанавливаемых требований. Например, запрет распития пива в общественных местах, местах массового скопления населения в настоящее
время сопровождается явно провокационными поступками молодых людей, распивающих данный напиток на станциях метрополитена и у входа
в метро.
Идеализация рынка, стремление к благосостоянию во что бы то ни
стало ? своеобразный социально-психологический феномен молодежного
сознания, в основе которого ? обогащение и жизненный успех, достигаемые любой ценой. Неудивительно, что 18,1% опрошенных считают вполне
для себя возможным участие в криминальных группировках, а 9,1% ? полагают, что сегодня это нормальный способ зарабатывания денег. При
этом жизненный успех богатых людей 47,9% объясняют способностью
приспосабливаться к жизни, а 32,7% ? умением воровать6.
3. Отождествление права с фактическим действием властных
структур. Молодые люди в силу повышенной эмоциональности любое
действие представителей правоохранительных органов, наносящее вред
личным интересам, тем более, если такое действие сопровождалось нарушением норм законодательства, воспринимают как угрозу личной безопасности. В силу этого и правоохранительные органы, и средства правового регулирования воспринимаются как явления, дестабилизирующие,
6
См.: Карпухин О.И. Молодежь России: особенности социализации и самоопределения // Социологические исследования. 2000. № 3. С. 125.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Р.А. Ромашов, Е.Г. Шукшина
67
способствующие углублению социальных конфликтов и наносящие вред
обществу. При этом большая часть молодежи черпает информацию о деятельности правоохранительных органов, в частности милиции, из телевизионных программ и других СМИ (48%), личного общения с сотрудниками милиции (26%), от знакомых и родственников (22%).
На вопрос «Приходилось ли Вам за последний год наблюдать действия сотрудников органов внутренних дел, при которых, на Ваш взгляд,
допускались нарушения прав человека и, если да, то в чем это выражалось?» ? 22% молодых людей отметили, что такое нарушение выражалось
в грубости и бестактности; 18% ? в вымогательстве, поборах, взяточничестве; 17% ? в использовании служебного положения в личных целях;
16% ? в проявлении жестокости; 10% ? в попытках исказить факты, фальсифицировать материалы; 8% ? в отказе принять заявление.
4. Неуважение к суду и правоохранительным органам. Граждане
предпочитают в случае возникновения юридического конфликта, совершения в отношении них незаконных действий не прибегать к помощи правоохранительных органов, не обращаться в суд, а решать проблему самостоятельно, при посредстве иных (зачастую криминальных) структур,
уважаемых в соответствующей молодежной среде лидеров. Это связано
как с негативным отношением к деятельности правоохранительных структур вообще, так и неуважением к принимаемым ими решениям.
В ходе проведения различных опросов молодых людей, например, установлено, что каждый пятый из них за последние 2?3 года был жертвой
преступления, однако даже в самые трудные моменты молодые люди не
склонны доверять правоохранительным органам: 36,7% молодых людей
при нарушении их прав обращались к друзьям; 30,3% защищали свои
права самостоятельно и только 15,8% респондентов обратились в суд, в
милицию или прокуратуру.
5. Аполитичность и отсутствие сопричастности к делам государства и общества. Из-за отсутствия у государства внятных и поддерживаемых большинством целей общественного развития, мобилизирующих
ценностей и идеалов молодежь теряет ощущение Родины. Она живет, «под
собою не чуя страны», потеряв, а может еще не найдя свою причастность
к ее прошлому и гражданскую ответственность за настоящее и будущее.
Значительная часть молодых людей не считают себя гражданами России,
готовыми к реализации своих прав и обязанностей. 70% молодых людей
полагают, что человек должен жить в той стране, где ему больше нравится. «Заграница» для молодежи более привлекательна, этим можно объяснить стремление получить образование за рубежом. Молодые люди часто
не только не отождествляют себя с Родиной, но и со своим поколением.
Личную жизнь соотносят с жизнью своего поколения только 31%, остальные считают, что «для человека важна оценка своей личной жизни по собственным индивидуальным критериям».
Инициаторы и руководители реформ последних лет оказались не способны привлечь молодежь к широкому участию в общественных преобразованиях. Так, например, лишь 18% молодых людей приняли участие в
выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в декабре 2003 г. Каждый четвертый полагает проявление социальной и политической активности бесполезным, 27% объясняют свою пассивность недоверием к политикам, а 40% ? «наличием более
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
68
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
важных проблем». Большая часть (около 77%) предпочла бы реализовывать свою активность в неполитических организациях. Основная форма
таких организаций ? так называемые тусовки, создающиеся на основании
общих интересов: спортивных, музыкальных и т.д. (причем спортивный
фанатизм среди «тусовочной» молодежи стал преобладать над музыкальным). При этом формируются установки не на творческую самореализацию, а на пассивное потребление (квазипотребление) образования, культуры и труда.
Молодым людям свойственно отрицательное отношение к личному
участию в обеспечении правопорядка ? нежелание оказывать содействие
правоохранительным органам: сообщать о фактах противоправного поведения, выступать в качестве понятых при производстве следственных действий, свидетелями в процессе расследования правонарушений. Поведение молодых людей нередко сопряжено с демонстративным противопоставлением личных интересов общественным. Молодые люди склонны
демонстративно совершать поступки, явно идущие вразрез со сложившимися традициями, игнорируя юридическую ответственность.
Правовой нигилизм в молодежной среде зачастую бывает связан с
некомпетентной критикой права, правовой мифологией и политическим
радикализмом.
В конечном итоге, отрицая правовую идеологию, разрушая правовые
взгляды, представления и установки, правовой нигилизм способствует
дестабилизации взаимоотношений в обществе, порождая конфликты и
противоречия. Это проявляется на всех уровнях правового сознания: научном, профессиональном и обыденном. В самом крайнем выражении правовой нигилизм, по верному замечанию С.Л. Франка, «невольно санкционирует преступность и дает им возможность рядиться в мантию идейности
и прогрессивности»7.
На формирование правового нигилизма в молодежной среде в значительной степени оказывают влияние факторы социальной среды, в частности: деидеологизация и коммерциализация общественных отношений, смена ценностных идеалов с ярко выраженной ориентацией на идеалы
западной демократии, в связи с чем для правовой культуры молодежи характерен приоритет частных интересов по отношению к публичным, прагматическое восприятие государственно-правовых институтов, отрицание
традиционных ценностей. В отличие от «отцов» современные молодые
люди в основной своей массе (60,9%) отрицают наличие у них идеала и
на вопрос «Кого вы считаете героем нашего времени?» 73,1% респондентов ответили: «нет такого»8.
Нынешнее государство ? это государство «отцов», в котором доминируют стереотипы, традиции, сформировавшиеся в предшествующий период общественного развития. Поколение же молодых людей сталкивается с тем, что эти ценности не «работают» в реальных условиях, однако
поколением «отцов» не предпринимается действенных мер по консенсуализации традиционных ценностей с современными условиями жизнедеятельности общества.
Возникающее противостояние ведет к формированию в молодежной
среде ряда собственных субкультур. Это прежде всего наркокультура и
7
8
Франк С.Л. Этика нигилизма // Новое время. 1990. № 3. С. 43.
См.: Карпухин О.И. Указ. соч. С. 126.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Р.А. Ромашов, Е.Г. Шукшина
69
виртуальная субкультура (компьютерная «наркомания»), связанные с соответствующим видом зависимости, которые имеют однотипную природу
(уход от действительности в иллюзорный мир), вызываются сходными причинами (социальной отчужденностью, сбоями в адаптационных механизмах личности).
Употребление наркотиков, зависимость от компьютера (которая связана с все большим распространением компьютерных технологий, использованием Интернета как средства общения и источника разнообразной информации) восполняют нехватку реального общения, внимания со стороны
близких, эмоционального тепла, разнообразных впечатлений, а также снимают стрессы, фобии различного вида. Молодым людям остро не хватает
ярких впечатлений; серость, обыденность бытия, лишенная положительных
эмоций и удовольствий, сомнения в возможности реализовать собственные
установки в условиях существующей реальности подталкивают некоторых
из них к употреблению наркотиков. Употребление наркотиков можно рассматривать как складывающуюся молодежную субкультуру, овеянную
ореолом таинственности, выполняющую функцию бегства от реальных проблем, трудностей, неустроенности в мир миражей и иллюзий.
Виртуализация отношений, как и наркомания, связана с попыткой уйти
от противоречивой реальности. Данные субкультуры имеют в своей основе
прежде всего протест против существующей системы ценностей, в том числе используемых средств правового регулирования, попытку сменить реальность на нечто, находящееся за ее гранью. Однако они не предполагают
выражение протеста, не претендуют на формирование новой системы ценностей, распространяющейся на все общество (значительную его часть).
Еще в начале ХХ в. русский философ И.А. Ильин писал, что любой
более или менее глубокий кризис правосознания в конце концов должен
привести к более углубленному обоснованию и пониманию права и в конечном счете к зарождению нового правосознания9. Тем самым он предполагал, что кризис правосознания, как и любое другое негативное социальное явление, содержит в себе конструктивные элементы, которые, однако,
могут проявиться только при определенных условиях и по истечении некоторого времени.
В известной степени признаками нового правосознания и формирования нового типа правовой культуры обладают так называемые яппи.
«Яппи» ? понятие американское, появилось в 80-х гг. ХХ в. Данный
термин является сокращением от young urban professional (живущий в городе молодой профессионал). Яппи представляют собой группу образованных, высококвалифицированных, высокооплачиваемых специалистов с
растущим уровнем жизни, уверенных в себе, живущих в мегаполисе. Это
? молодые люди с высшим образованием, хорошо зарабатывающие чаще
всего в области корпоративного бизнеса или старых «ученых» профессий
(доктор, адвокат) и непременно трудоголики с карьерными амбициями
(т.е. намеревающиеся в дальнейшем заработать намного больше на более
высокой должности). Их отличает также особый стиль жизни ? пристрастие к дорогим вещам и высоким технологиям, к дорогим ресторанам (пища изысканная, но предпочтительно здоровая и экзотическая) и здоровому образу жизни. Вообще, для яппи при выборе одежды, машины и т.д.
9
См.: Ильин И.А. О сущности правосознания // Собр. соч.: В 4 т. М., 1994. Т. 4.
С. 212.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
70
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ключевым понятием является не добротность, не элегантность, даже не
дороговизна, а престиж. За прозвищем «яппи», которое иногда имеет уничижительный оттенок, стоит целая субкультура ? строго рациональная,
максимально технотизированная и выверенная до деталей. На первом
месте ? бизнес и карьера, времени на личную жизнь и отдых не остается.
Спит яппи не больше пяти часов в сутки, работает по выходным и практически не видит жену и детей. Он занимается делами в автомобиле, самолете, на пляже, в ванной.
Сложившуюся в молодежной среде субкультуру можно расценивать и
как форму протеста. Осознавая невозможность полного восприятия традиционных для культуры «отцов» ценностей и стереотипов поведения в
правовой сфере, ее представители не уходят от реальности в отличие от
«виртуалов» и наркоманов. Они создают новую культуру путем адаптации сложившихся в западноевропейском обществе принципов правового
регулирования к современной российской реальности. При этом основной
ценностью в рамках данной субкультуры выступают все те же личные
эгоистические интересы.
Перечисленные субкультуры представляют собой модели так называемого «деформационного» либо «протестного» типа и, естественно, не
могут рассматриваться в качестве перспективных направлений государственной молодежной политики. Вместе с тем, отвергая данные модели, равно как и модель тотальной политизации молодежи, имевшей место в условиях существования социалистической политико-правовой системы,
современное Российское государство вплоть до настоящего времени не
предложило альтернативной модели, обеспечившей бы на практике формирование в молодежной среде положительного правосознания.
На наш взгляд, преодоление нигилистических тенденций в молодежной среде во многом связано с процессом социализации молодых людей.
Данный процесс должен состоять в накоплении навыков самостоятельного
оперирования правовыми понятиями и категориями; в определении социально-общественной позиции; в передаче достижений и ценностей правовой культуры от одного поколения другому; в развитии юридического
мировоззрения; в выработке способности адекватно определять основные
задачи и ценности права; в определении правомерного действия сторон в
конкретных условиях, проектировании и принятии возможных оптимальных вариантов развития событий в юридически значимых ситуациях.
Важнейшую роль в процессе правовой социализации личности играет
состояние и процессы микро-, макро- и мезосреды. Если микро- и макросреда задают формирование правового сознания и правовой культуры на
ментальном уровне, то ряд институтов мезоуровня ? семья, институты образования ? отвечают за воспитательный процесс формирования правовой культуры и правового сознания личности. Достижение положительных
результатов правовой социализации личности зависит от того, в каком
объеме в совокупности общественных отношений заложены объективные
возможности становления личности, от эффективности организованного
правового воздействия и обучения и от того, насколько вся совокупность
внешних социализирующих воздействий на личность содействует развитию ее самосознания10.
10
См.: Каландаришвили З.Н. Указ. соч. С. 16?17.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
71
С помощью правовых средств можно успешно преодолевать деформацию правового сознания молодежи. Подобная работа может осуществляться по следующим направлениям:
? следует адаптировать правовые предписания к складывающимся в
обществе ценностным ориентациям, что позволило бы создать при помощи правовых средств такую ситуацию, когда для человека соблюдение
закона становится значительно выгоднее, чем его нарушение;
? целесообразна особая государственная политика в отношении молодежи в связи с особой социально-экономической незащищенностью данной категории населения и особой ее значимостью для будущего страны;
? необходим целый комплекс мер по совершенствованию деятельности правоохранительных органов, реабилитации их в глазах населения,
привлечению молодежи к участию в обеспечении правопорядка;
? нацеленность государственных мер на формирование активной гражданской позиции молодежи может проявляться в широком использовании стимулирующих и поощрительных средств воздействия в различных
сферах общественных отношений;
? государство должно быть заинтересованно в создании режима наибольшего благоприятствования для проявления научной и творческой инициативы молодежи;
? особое внимание должно отводиться правовому воспитанию и обеспечению процесса правопреемственности в стране.
К сожалению, в России исторически утвердился радикальный тип политического и правового воздействия, ориентированный на проведение
экстренных и кардинальных мер, на революцию, а не на реформу. Отечественный тип правового радикализма ? это обращение к ценностям кардинального изменения и социального равенства в ущерб ценностям порядка и свободы. Но, как показывает мировая практика, стремление к
форсированию событий рано или поздно приводит к разрыву целей и
средств правового регулирования, конфликту основополагающих ценностей различных поколений, формированию различных деформаций правового сознания, дестабилизации общественной жизни.
И.Б. Ломакина*
?ТУ·ВММУТЪЛ Ф???УТУБМ?МЛ? ТЛ·Л?ТНЛ? ?ЪМУТУ?
В
качестве ключевой особенности правосознания сибирских этносов
отмечается реифицированность. Значительных успехов в изучении
данного феномена достигли Люсьен Леви-Брюль и Клод Леви-Строс1. Исследователи единодушно признают, что реификация базируется на отсутствии понимания диалектической связи между человеком-творцом и его
творениями. Это своеобразное видение реальности, которая предполагает
непрерывное проникновение священных сил в мир повседневного опыта.
*
1
Докторант кафедры теории и истории государства и права Санкт-Петербургского
государственного университета, кандидат исторических наук, доцент.
См.: Леви-Брюль Л. Первобытный менталитет. СПб., 2002; Леви-Строс К. Первобытное мышление. М., 1994.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
72
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Отсюда реальность выступает как полотно, сотканное из «мифологической пряжи».
В интерпретации П. Бергера и Т. Лукмана реификация ? это восприятие социальных, природных и иных феноменов в качестве вещей, т.е. в
нечеловеческих и, возможно, в сверхчеловеческих терминах. Другими словами, реификация ? это восприятие социальных, природных продуктов человеческой деятельности как чего-то совершенно от этого отличного, вроде
природных явлений, следствий космических законов или проявлений божественной воли. Реификация означает, что человек может забыть о своем авторстве в деле создания мира, а также и то, что у него нет понимания диалектической связи между человеком-творцом и его творениями.
Реифицированный мир ? это мир дегуманизированный. Он воспринимается человеком как чуждая фактичность, как opus alienum, который ему неподконтролен, а не как opus proprium его собственной производительной
деятельности2.
Отсюда феномен того, что продукты человеческой деятельности (институты), объективируясь в символической, знаковой системе, приобретали статус природных явлений, или «божественных законов». «Что бы ни
случилось ?здесь, внизу?, все это лишь бледное отражение происходящего
?там, наверху?»3. Главный рецепт реификации ? символическое наделение любых социальных явлений онтологическим статусом, независимым от
человеческой деятельности.
Аналогичным образом могут быть поняты и отдельные правовые институты. Достаточно вспомнить отношение к ним в традиционных обществах. Брак понимался и интерпретировался общественным сознанием как
имитация божественных актов плодородия, универсальное проявление законов природы, необходимое следствие биологических и психических сил.
Обычай же первой ночи трактовался «вхождением отца» в свою дочь. Талион был не чем иным, как символическим действием, восстанавливающим нарушенное природное равновесие. Талион мог объясняться и как
моральная обязанность, вызванная испугом перед блуждающим и мстительным духом жертвы и т.п.
Здесь символ и миф пребывают в нерасторжимой связи. Различного
рода инициации (например, вступление мужчин в мужской возраст) могут
быть интерпретированы в режиме реификации как обмен между живымивзрослыми и мертвецами-предками. Юношей в результате инициации как
бы дарят и возвращают, тем самым они получают символическое признание. То же самое относится и к женщинам. Они достигали настоящего социального статуса после того, как их отдавали и брали замуж.
Интересную трактовку этому феномену дает Жан Бодрийяр. Он полагает, что в архаическом обществе «кто ничего не давал, хотя бы свою дочь
или сестру, тот признавался мертвым. И наоборот, женщина, которую
нельзя отдать, тоже умирает или же она оказывается перед необходимостью продавать себя. В этом корни проституции как остатка в процессе
обмена/дара и как первой формы экономического обмена. Хотя первона2
3
См.: Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по
социологии знания. М., 1995. С. 146?147.
Букреев В.И., Римская И.Н. Этика права: от истоков этики к мирозданию. М.,
2000. С. 201.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Б. Ломакина
73
чально, в архаическом контексте, плата блуднице и является ?жертвенной
платой?, все же с неё открывается возможность иного типа обмена»4.
Примечательны взгляды Ж. Бодрийяра и на предмет того, что символический обмен в архаических обществах не прекращается вместе с жизнью. «Символический обмен не знает остановки, ни между живыми, ни с
мертвыми (а равно и с камнями или зверями). Это непреложный закон:
обязательность и взаимность обмена абсолютно непреодолимы? Только
абсурдная теория свободы может утверждать, будто мы с ними в расчете, ? в действительности наш долг остается всеобщим и неизбежным, мы
непрерывно продолжаем ?расплачиваться? за всю ту ?свободу?, которую
себе забрали»5. И далее он пишет, что символический обмен происходит в
жизни архаических племен постоянно в коллективных формах с живыми
людьми, предками, тенью. С последними символический обмен осуществлялся в процессе ритуала, мифа и праздника6.
Благодаря режиму реификации объективированный институциональный мир традиционного (демосоциального) общества в символической
форме сливался с миром природы (макрокосмом). Он становился необходимостью и судьбой и существовал в качестве такового счастливо или несчастливо, в зависимости от выполнения определенных социально значимых действий, освященных «священной традицией».
Значит, объективация седиментированного опыта происходила в режиме реификации, а символ скрывал некую глубинную сущность мира,
бесконечное в конечном или божественную мудрость. Божественную мудрость нельзя было рационально познать, описать в конкретных понятиях,
а можно было лишь чувствовать, переживать7.
Н.М. Коркунов полагал, что правовое сознание у людей было первоначально реифицированным (хотя автор и не использовал этого термина).
«Не умея естественным путем объяснить его происхождение, ? писал ученый, ? люди видят в праве божественное установление. Право получает,
таким образом, в глазах людей значение объективного порядка, не зависящего от человеческой воли, стоящего выше людского произвола. Признавая исстари установившиеся обычаи обязательными, человек не отличает в них первоначальную форму от содержания»8.
Реификация обусловливала правовой порядок как иррациональную
космологическую конструкцию, выраженную системой бинарных оппозиций, фундаментальных противопоставлений, архетипических кодов. Например, свой ? чужой, верх ? низ, жизнь ? смерть, космос ? хаос, добро ?
зло, справедливость ? несправедливость и т.д. Наиболее ярко эти антиномии проявились в ритуальной и обрядовой практике, в мифах и в системе
табуитета.
По одной из мифологических версий табу ? это глубокое почитание
жизни, почтительный страх, побуждающий людей либо бояться, либо
чтить. Этот почитающий страх относится не к жизни вообще, а к её частным проявлениям. Например, в жизни замкнутой родственной группы табу может распространяться на всю территорию: пастбища, леса, сакраль4
5
6
7
8
Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. М., 2000. С. 246.
Там же. С. 247.
Там же.
См.: Букреев В.И., Римская И.Н. Указ. соч. С. 203.
Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2003. С. 149?150.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
74
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ные и культовые места. В некоторых случаях табуируются и люди, а также их вещи. Это связано с действиями, порождающими ситуации нежелательного изменения личного статуса: это прикосновение к трупу, несение
мертвого тела, перешагивание через мертвеца, употребление пищи из
разбитого горшка, воровство чужих вещей и многое другое. Своё наивысшее выражение табу нашло в личности вождя или шамана, в его ритуальных вещах.
Табу под страхом кармических наказаний предписывало запрет на
совершение активных действий по отношению к табуированной территории, вещи или человеку. Неприкосновенность объекта определялась наличием в нем «маны», «оренды» или «маги».
«Мана», «оренда», «мага» согласно мифологическим представлениям
являли сверхъестественную силу, некую субстанцию, флюид, не поддающийся чувственному познанию. Его сила зависела от многих факторов.
Например, «мана» могла как увеличиваться вследствие правильного следования намеченного богами пути, так и уменьшаться; последнее происходило с теми, кто недостойно себя вел с точки зрения морали (нарушал
этикет при общении с соплеменниками, был труслив в бою, совершал плохие поступки)9.
Императивы табу необходимо беспрекословно выполнять как заповеди «всевездесущих предков». Любое нарушение заповеди ? это греховное
деяние, за которое непременно последует воздаяние со стороны того, чьи
установления нарушены. Поэтому все древнейшие институты, в том числе
и табу, находили мифологическое закрепление. Таким образом, согласно
реифицированному восприятию мира табу выражало волю духов предков,
так как только они способны были творить право. Человек же мог лишь
прибегнуть к уже созданному духами праву и просить их разрешить спор
и восстановить тем самым земную справедливость10.
К. Хюбнер уделял большое внимание мифологии. Он писал, что табу,
объективируясь в мифах, «позволяли людям жить не в хронологическом, а
в изначальном времени, когда описываемое событие случилось впервые?
Изведать снова это время, воспроизводить его как можно чаще, быть инструментом драмы божественного проведения, встречать сверхъестественное и изучать снова его творческое учение?»11
Объективированная система табуитета создавала как бы «идеальный
юридический порядок, основанный на непрерывности и сбалансированности, утверждая одновременно волю традиционного общества господствовать и над временем, и над людьми, и над вещами»12. Следование обычно-правовым долженствованиям (табу) означало уважение предков,
останки которых слились с почвой.
Рене Давид, описывая традиционные правовые системы, полагал,
что «нарушение мифологических императивов может повлечь самую невероятную негативную реакцию духов земли, ибо естественное и сверхъестественное ? поведение людей и поведение природы ? все связано в
этом мире»13.
9
10
11
12
13
См.: Стингл М. Таинственная Полинезия. М., 1991. С. 633.
См.: Рулан Н. Юридическая антропология. М., 2000. С. 57.
Хюбнер К. Истина мифа. М., 1996. С. 179.
Рулан Н. Указ. соч. С. 58.
Давид Р. Правовые системы современности. М., 2001. С. 378.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Б. Ломакина
75
Все этнические обычно-правовые долженствования были одной стороной обращены к предкам, другой ? к реальной жизни. Божественное и
человеческое (антропологическое) в обычном праве тесно переплетались.
Этническое обычное право взаимосвязано с мифологией, религией, с
образом жизни людей. С.С. Алексеев в этой связи замечал, что императивы обычного права носили универсальный характер и в неменьшей степени отражали духовное, идеологизированное представление, потому и выражались в виде заветов предков, мифов, велений духов и богов,
ритуалов, морали и иных непреложных требований, сложившихся исторически на протяжении многих поколений14.
Примечательны в этом отношении взгляды А. Хегерстрема, В. Лунстеда и К. Оливекроны. Так, изучая аборигенное право коренных народов,
они выявили даже связь права с магией и установили, что право является
символическим и мистическим как вследствие своего происхождения, так и
по своей сущности. Магический и мифологический образ мышления, отмечал К. Оливекрона, был общей чертой примитивного права: «цепь развития никогда не прерывалась. Мы не можем сказать, что здесь кончается
магия и начинается рациональное мышление. Современное мышление в
вопросах права далеко от того, чтобы быть полностью рациональным»15.
И.А. Исаев по многим позициям солидаризируется с вышеприведенными точками зрения. Чтобы убедиться в этом, достаточно привести
взгляд ученого по поводу того, что сфера правовой культуры особенно тесно смыкается с другими культурными сегментами: религией и поэзией,
также формирующими свой ритуально-символический язык. Этот язык
обеспечивал правовую коммуникацию, в процессе осуществления которой
легитимировались нормы, позволяющие, с одной стороны, требовать безусловного соблюдения установленных в обществе обычно-правовых норм
и права родовой власти карать нарушителей16.
С народным творчеством связывал обычное право и другой известный
российский теоретик права Г.В. Мальцев. Он считал, что «обычное право,
религия и художественное творчество проникали друг в друга. Например,
у древних греков уже в VIII?VII вв. до н. э. и даже позже обучение детей
праву в некоторых местностях происходило в виде запоминания стихов,
произносимых нараспев, причем каждому обычаю отвечали своя мелодия
и свой ритм. Мало кто отдает себе отчет в том, что древнеарийские гимны
?Ригведы?, гомеровский эпос, поэмы Гесиода и многие другие древние
эпические произведения (нартовские сказания кавказских народов, древнеисландские и древнеирландские саги и т.п.) можно изучать, помимо всего прочего, и как своеобразное учебное руководство по соответствующему
обычному праву. В них либо прямо представлен, либо зашифрован некий
свод обычно-правовых норм, которые можно увидеть лишь при внимательном, глубоком изучении под особым углом зрения. Наиболее изучены в
данной связи поэмы Гомера, что дало повод некоторым западным ученым
назвать архаическое право древних греков ?гомеровским правом?»17.
14
15
16
17
См.: Алексеев С.С. Восхождение к праву. Поиски и решения. М., 2001. С. 284.
Зарубежный опыт правового развития: Вопросы теории и практики. М., 1993.
С. 62?63.
См.: Исаев И.А. Символизм правовой формы (историческая перспектива) //
Правоведение. 2002. № 6. С. 7.
См.: Мальцев Г.В. Очерк теории обычая и обычного права // Обычное право в
России: проблемы теории, истории и практики. Ростов н/Д., 1999. С. 29.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
76
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
И далее Г.В. Мальцев объясняет, что самый серьёзный урок из исследований юридического фольклора состоит в том, что многие фундаментальные принципы, которые считаются порождением современной цивилизации права, на самом деле открыты юридической мыслью времен
обычного права. Изучая максимы фольклорного правосознания, мы как
бы докапываемся до самых глубоких исторических корней известных ныне
юридических институтов, в том числе и тех, которые сегодня объявляются
ценностями западной демократии, общепризнанными принципами международного права18. Вместе с тем принципы братства, взаимопомощи, содружества (внутри рода), равенства и т.д. в символической форме нашли
выражение ещё в обычном праве. Через них как бы «просвечивалась»
обычно-правовая норма и предопределялось отношение к ней со стороны
членов группы19.
Обычно-правовые представления раскрываются в мифах и ритуалах
через символические формы. Дж. Вико считал, что символизмом объясняется поэтизация древней юриспруденции, представлявшая «совершившееся не совершившимся и несовершившееся ? совершившимся, рожденного ? ещё не рожденным, живых ? мертвыми, а мертвых ? живущими в их
наследстве. Эта юриспруденция ввела ?множество пустых масок без субъектов?, созданных фантазией права и базировавшихся на мифах»20.
Обычно-правовое мышление, как говорилось выше, предполагало зависимость макрокосмоса и микрокосмоса, предельную космологизированность сущего, связь пространства и времени в единый континуум. Циклическое восприятие времени, ритуализация магических действий
поддерживали в традиционном (демосоциальном) обществе порядок (в
природе и социальной практике). В этой связи актуально звучит мысль
В.Г. Графского, что миф, как, впрочем, и ритуал, стал самой значительной интегрирующей идеологией в период начальной социальной истории
из автономных форм сознания, «изъясняющегося языком символов, ритуалов и сопутствующих запретов и дозволений»21.
Значит, мифологическая форма дает возможность проследить все основные этапы истории народа, черты хозяйственно-бытового уклада, его
художественно-эстетические и философские взгляды, правосознание. В
связи с этим мифологические символические формы и сюжеты демонстрируют всю цветовую палитру «картины мира» изучаемого этноса. Данное
подтверждение можно проследить на примере бурятских мифов.
Так, например, в бурятских мифах о сотворении Вселенной Великой
Богиней «Праматерью» всех богов Манзан Гурмэй тоодэй говорится, что
она «священную книгу тянула с почетной стороны, книгу Праматерь Манзан Гурмэй тоодэй тянула от груди своей, чтобы поведать людям о правилах жизни»22. Согласно представлениям бурят Великая Богиня «Праматерь» владела Торой.
18
19
20
21
22
См.: Мальцев Г.В. Очерк теории обычая и обычного права // Обычное право в
России: проблемы теории, истории и практики. Ростов н/Д., 1999. С. 34.
Там же. С. 30.
Вико Дж. Основания новой науки об общей природе наций. Л., 1940. С. 422.
Графский В.Г. Власть законов: история идей и современность // Политико-правовые ценности. М., 2000. С. 45.
Шадаева А.Т. Тора ? как древний общеевразийский закон // Некоторые проблемы этнокультурной истории бурят. Улан-Удэ, 1998. С. 129?130.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Б. Ломакина
77
Тора как Высший божественный закон являлся базовой категорией
этнического сознания бурят и монголов, он был «принципом универсальной равнозначности в микро- и макрокосмосе и обеспечивал гармонию в
Космосе, Природе и Обществе»23.
Отсюда не случайно и представление бурят и других монгольских
народов о праве как о некоей надчеловеческой божественной силе, создающей порядок и устраняющей беспорядок. Тору необходимо знать,
ощущать, воспринимать, иметь в себе, Тору необходимо проявлять для
других24. Тора ? это то, что дается человеку свыше, что он не в силах
переделать. Даже хан не творит закон Тору, а лишь следует ему, говорится в «Сокровенном Сказании» монголов ХIII в. Это долженствование
выражалось пословицей: «народ погибнет, государство погибнет, но Тора останется».
Следовательно, источниками всех устных и письменных установлений
были надчеловеческие императивы абсолюта. Отсюда и компилятивный
характер первых обычно-правовых скрижалей, легитимируемых божественными постулатами о том, что эти установления есть не что иное, как
воля богов, будь то Шамаша, Брахмы, «Вечного синего Неба» и проч.
Достаточно вспомнить в связи с этим древние памятники права: Судебник Хаммурапи (вавилонян), Законы Ману (индусов), Салическую правду
(франков), «Халха-Джиром», «Ясу Чингисхана» (монголов), «Те Туре На
Тетунаэ» (полинезийцев) и др.
Не случайно, что первыми правоведами были жрецы, шаманы, оракулы, понтифики, использовавшие специальный ритуал для толкования
божественных установлений. Именно связь с божествами придавала памяти социума устойчивые и яркие образы, символизирующие юридический порядок.
Наряду с мифологической символизацией особую роль в традиционных обществах выполняла ритуальная символизация, активно использующаяся при оформлении юридически значимых действий. Например, у
гренландских эскимосов образовался замечательный институт так называемых поединков певцов, когда спорящие стороны под аплодисменты
публики взаимно исполняли насмешливые песни, дополняя их боксом и
боданием головами. В этих случаях окружающие их люди осуществляли
контроль за ходом спора, не вмешиваясь в его процесс. Важно также отметить, что в большинстве случаев выбор кровной или бескровной мести
или поединка являлся правом стороны, считающей себя обиженной25.
У сибирских народов также широко практиковался символизм в
обычном праве. Так, например, на коллективной охоте бурят (облаве) лук
и стрелу использовали при разрешении спорных вопросов. «Забайкальские буряты правым среди спорщиков считали человека, попавшего из
лука в установленную на расстоянии 25 луков берцовую кость коня»26.
23
24
25
26
Freydank H., Reineke W., Schetelich M., Tilo Th. Der Alte Orient in Stichworten.
Leipzig, 1978. S. 110.
См.: Скрынникова Т.Д. Социально-политическая организация и правовые нормы
монголов в XII?XIV вв. // Монголоведные исследования. Вып. 1. Улан-Удэ,
1996. С. 46.
См.: Подгурецкий А. Очерк социологии права. М., 1974. С. 93?95.
Вамбоцыренов И. Аба-хайдак, облава у хоринских бурят // ИВСОРГО. Т. XXI.
Иркутск, 1890. № 2. С. 30?31.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
78
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
У прибайкальских бурят у подозреваемого в преступлении человека
брали шапку и помещали ее в середину стойбища. Тем временем главный
староста или судья, обращая глаза к небу, кричал, взывая к тенгери-бурхану, заклиная и обличая виновного. Далее, выстрелив из лука, он либо
попадал, либо не попадал в шапку. В том же случае, если стрела вонзалась в шапку, подозреваемый признавался виновным27.
У ряда сибирских племен символически закреплялся и раздел рода.
При разделе рода на подроды в случае его чрезмерного разрастания существовал специальный обряд «яхи халахо» (монг. яз.), сохранявшийся до
начала XX в. Так, достаточно размножившийся род через своих старейших родовичей решал вопрос о необходимости его разделения. В назначенный день все старейшие представители рода съезжались, молились
предкам и на границе родовых участков ломали надвое котел и лук, указывая при этом, что как две половины котла и две половины лука никогда не составят больше целого предмета, так и две ветви рода больше не
составят одного рода28.
У монголов и в XX в. сохранялся подобный обычай. Монгольский историк Б. Ринчен писал, что три раза в год на жертвоприношениях родовым духам записывались в родовую опись имена детей мужского пола,
родившихся за этот промежуток времени, и хранитель росписи, «мукуни
дансэ», объявлял в конце празднества, кто из членов рода отошел от
родства по прошествии девяти поколений, в пределах которых брак был
запрещен. Все те члены, которые «отходили от родства», вскладчину устраивали тут же, на месте общеродового празднества, пиршество, на котором «отходящие от родства» в последний раз вкушали пищу из общего котла и в конце этой церемонии опрокидывали котел в знак «отхода
от родства»29.
То же самое можно сказать и о заключении договоров. Обычное право коренных народов Сибири предусматривало два вида устных договоров: «рукобитный договор» и «договор, заключающийся через произнесение вопросов и ответов». Последний договор напоминал стипуляцию в
римском праве. «Рукобитный договор» заключался символически. Стороны должны были подать друг другу руки и изложить содержание договора в присутствии третьего лица, который затем символически скреплял
договор разнятием рук. Это действие у якутов символизировало нерушимый союз, который не мог быть нарушен сторонами договора без уважительной причины. Описанный договор имел юридическую силу и в случаях «призывания» в качестве свидетеля Бога, солнца, луны и прочих
«священных» объектов30.
Заключение второго вида договора также требовало символических
действий, выражающихся в особых наклонах головы, и ответа на вопросы
в определенной последовательности, предусмотренной обычаями. Напри27
28
29
30
См.: Туркин Н.В. Обычное охотничье право у наших инородцев в связи с поземельным владением // Природа и охота. М.; СПб., 1901. № 3. С. 5?6.
См.: Дамешек Л.М., Труфанов М.П., Щапова Л.В. История Усть-Ордынского
Бурятского автономного округа. М., 1995. С. 70.
Там же.
См.: Игнатьева М.Н. Обычное право якутов (XVII?XIX вв.): Автореф. дис. ?
канд. юрид. наук. М., 1989. С. 20.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
И.Б. Ломакина
79
мер, при заключении договора купли-продажи, как правило, задавались
вопросы: «слово даешь?», следовал ответ ? «даю»; «принимаешь?» ? «принимаю» и т.п.
У русских крестьян обычным правом также предусматривалась ритуальная символизация при заключении сделок. Например, договор о продаже лошадей в Могилевской и Смоленской губерниях считался заключенным только после того, как стороны обменивались «битьем рук,
обернутых в полу, и поводьями»31.
Среди старообрядческого населения Сибири широко практиковался
обычай усыновления, сопровождающийся символизацией имитации родов.
Через рубашку потенциальной матери пропускали усыновленного ребенка, который «выходил на свет как новорожденный».
Представляют исследовательский интерес и юридические ритуалы.
Э. Кассирер считал, что во всех ритуальных действиях существует момент,
когда происходит настоящая транссубстантивация ? превращение субъекта этого действия в бога или демона, которого он представляет. Ритуалы имеют изначально не «аллегорический», «подражающий» или
представляющий, но непременно реальный смысл: они так вплетены в
реальность действия, что образуют её незаменимую составную часть.
Это есть всеобщая вера в то, что на правильном исполнении ритуала
покоится дальнейшее продолжение человеческой жизни и даже существование мира32.
Рассмотрим юридические ритуалы народов Сибири. Например, у якутов был достаточно распространенным ритуал «кэйээрин»33. Он являл
особую магическую символическую церемонию, включающую фикцию
кармической казни шаманом лица, подозреваемого в краже. Шаман в
присутствии всех представителей рода на святом родовом месте протыкал
фигурку, символизирующую правонарушителя, что устрашающе действовало на психику присутствующих; после совершения обряда вор обрекался на несчастливую судьбу и должен был в ближайшем будущем умереть.
Ритуализированные символические действия также содержались в
клятвенных испытаниях и ордалиях. Так, на ритуальном празднике якутов заключались военные союзы между родами и племенами, а покоренные народы присягали на верность победителю. Военные договоры, как
правило, скреплялись клятвами. Нарушение клятвы считалось тяжелейшим преступлением и было наказуемо. Клятва, как правило, потенциально содержала символические наказания за невыполнение определенных
обязательств. Так, в одной клятве говорится: «Если подумаю я о тебе худое, скажу ложь, сделаю грех ? пусть все мои боги давят меня! Пусть моё
небо спустит на меня каменный дождь и побьёт меня! Пусть лопнет мой
живот! Пусть перервётся мой спинной мозг! Зрячие мои глаза пусть сделаются серо-черным камнем! Пусть стянет мой язык! Пусть стиснутся мои
31
32
33
Брандт А.Ф. Юридические обычаи крестьян Могилевской губернии // Сборник
народных юридических обычаев: Записки Императорского русского географического общества по Отделению этнографии. СПб., 1900. Т. II. С. 113.
См.: Кассирер Э. Философия символических форм // Культурология XX века.
М., 1995. С. 56?59.
См.: Романова Е.Н. Устное право народа Саха: обычай «произнесенного слова»
// Человек и право. Книга о летней школе по юридической антропологии. М.,
1999. С. 144.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
80
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
челюсти так, чтобы не попадала туда жидкость и не выходил от туда мой
голос! Пусть помешаюсь я, сделавшись совершенно глухим, не различая
ни запада, ни востока, потеряв разум и память»34.
Мифологические предания якутов также сохранили установки обязательности исполнения договора и кармические наказания за его неисполнение, когда человек, преступивший клятву, объявлялся вне общества.
Во многих традиционных обществах особое значение придавалось
проклятьям, выраженным ритуализированными формулами и жестами;
как и добро, зло должно обратиться на того, кто его породил, и духи помогут этому процессу или же сами начнут его, если они сочтут себя оскорбленными нарушением правил, которые должны соблюдать живые35.
Особым ритуализированием отличались и шертные грамоты инородцев (термин того времени), присягающих на верность российскому престолу. Так, в Собрании законов Российской империи содержатся шертные
записи практически всех покоренных народов. В одной из них говорится:
«?по своей буддистской вере даю шерт и поклоняюсь, и целую бога своего Бурхана и молитвенную книгу бичик, и четки, и ножик свой лижу и к
горлу прикладываю? Если у Великого государя в послушанье не будем и
шерт свой нарушим, то на нас, тайшах, и на наших детях, и на мурзах, и
на их детях, и на всех улусных людях буди божий гнев и огненный меч и
тем ножом, который я, Бунчук тайша, вынув из ножен, лизал и к горлу
прикладывал, от неприятеля своего буду я зарезан по горлу своему, и будем мы прокляты по своей калмыцкой вере в сем веце и в будущем»36.
Аналогичные по содержанию шертные записи были найдены у якутов, бурят, эвенков и других сибирских народов.
Ритуализированные действия пронизывали всю общественную жизнь,
и брачно-семейная сфера не являла в этом смысле исключения. Так, в
процессе проведения свадебного обряда каждый участник выполнял свою
социальную роль. Например, подруги невесты должны были силой удерживать невесту и отбивать её от посягательств со стороны жениха и его
друзей. Это действие символизировало у бурят в прошлом силовой захват
женщин. После захвата невесты ее подруги старались отомстить жениху
и символически отгоняли из его стада несколько баранов и лошадей37, что
говорило фактически об обменных отношениях.
Таким образом, свадьбы представляли как бы символические побоища и мировое соглашение, они указывали на прежний, воинственный характер бурят. Здесь содержалась ценная информация о быте народа, его
социальной организации, уровне развития правосознания и проч.
Свадьба вобрала в себя различные обряды и обычаи, отражающие
мировоззренческие представления, в том числе о жизни, жизненных ценностях, ее этапах и периодах, а также о нормах социальной жизни и основных социальных институтах. Фактически свадьба ? это лишь символ, за
которым скрывалась смена социальных ролей. У некоторых монгольских
народов женщина, вышедшая замуж, даже нарекалась новым именем38.
34
35
36
37
38
Худяков П. Указ. соч. С. 215.
См.: Рулан Н. Указ. соч. С. 59.
ПСЗ Российской империи. СПб., 1830. Т. I. С. 562.
См.: Потанина А. Рассказы о бурятах, их вере и обычаях. М., 1905. С. 23.
См.: Бакаева Э.П., Гучинова Э.Б. Традиционные представления калмыков о
жизненном цикле и их отражении в свадебном обряде // Обычаи и обряды монгольских народов. Элиста, 1989. С. 15.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
81
Человек ? творец социального порядка. Однако реальная взаимосвязь
между ним и созданным им порядком перевернуты в сознании в результате реификаций. Поэтому человек ? творец порядка ? воспринимался
массовым сознанием не как творец, а как продукт порядка, а его деятельность ? эпифеномен нечеловеческих процессов. Человеческие значения понимаются теперь не как создающие мир, а наоборот, как следствия «природы вещей». Таким образом, реификация ? это некая символическая
модальность сознания, точнее, символическая модальность объективации
социального порядка (в том числе и обычно-правового порядка)39. Развиваясь по восходящей, объективированные в режиме реификации обычноправовые формы выросли из мифологических и ритуальных символов «божественного периода» древности.
39
См.: Бергер П., Лукман Т. Указ. соч. С. 147.
С.М. Федюнина*, А.Е. Федюнин**
ГЫОёЪЛНЫОёЪЫ??ОЛБП ? ?УТЫ???ТЪ?ВММУИ ФУОЛЪЛНВ:
?УТТЛИТНЛИ УФ?Ъ
П
ереопределение идеологических приоритетов государственной
политики и расширение возможностей жизненного выбора людей
по-новому формулирует повестку дня в сфере культурной индустрии и духовной составляющей в повседневной жизни людей. В таких условиях
этнонациональная концепция политики может проявлять свои негативные
аспекты, способствуя росту конфликтов. Вместе с тем на фоне процессов
автономизации территорий и фрагментации национальных государств возрастает роль мультикультурализма как интегрирующей политики, способной препятствовать процессам разобщения и форсировать развитие в
странах с переходной экономикой.
В социологии выделяют два основных подхода к интеграции полиэтничного населения: ассимиляционную модель, или «плавильный котел»,
при которой бремя и тяготы процесса интеграции ложатся в основном на
самих мигрантов, и модель признания различий, или мультикультурную
модель, переносящую акцент на создание условий для интеграции, т.е. на
усилия принимающей стороны.
Отличие России от Канады, США и ряда европейских стран в том,
что этническое «небольшинство» ? это прежде всего «народы, живущие
преимущественно на своей территории (даже если речь идет о разных этнических группах, проживающих на одной и той же территории), ? так
сложилось наше государство как полиэтническое»1. Для такого полиэтни*
**
1
Зав. кафедрой русского языка, прикладной лингвистики и методики обучения
Саратовского государственного технического университета, кандидат филологических наук, доцент.
Доцент кафедры оперативно-розыскной деятельности и специальной техники
Саратовского юридического института МВД России, кандидат технических
наук.
Социальное неравенство этнических групп: представления и реальность / Авт.
проекта и отв. ред. Л.М. Дробижева. М., 2002. С. 8.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
82
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ческого государства, как Россия, проблема интеграции формулируется
значительно шире, чем вопрос включения в сообщество мигрантов. Принимающим обществам в рамках интеграционного процесса следует решать и такие вопросы, как: «Должна ли новая идентичность мигрантов
совпадать с общегосударственной идентичностью принимающего общества, каковы пределы допустимых совмещений и расхождений гражданской,
локальной, этнической идентичностей и каково должно быть отношение
общества к тем, кто сохраняет элементы своей старой идентичности?»2.
Этнокультурный облик нашей страны отличается большим разнообразием, которое обусловлено большой территорией, природно-климатическим разнообразием, особенностями истории государства и его политики
в отношении многокультурного населения. В СССР «национальный вопрос» был отличительным признаком советской политики. Так, в первой
Советской конституции 1924 г. специально говорилось о равенстве народов, населяющих Советский Союз. Идеология находила свое выражение в
культурных практиках, отражаясь и распространяясь через СМИ и массовые жанры искусства. В самом деле в СССР как нигде в мире осуществлялось интенсивное культурное производство. Это было связано с тем,
что существовавший строй, не способный обеспечить преимущества в хозяйственном обустройстве людей, тратил огромные материальные и пропагандистские усилия на развитие культуры и образования.
Термины «национальный вопрос», «национальная политика», «национальные отношения» и другие языковые производные утвердились в отечественной научной традиции и в общественно-политической практике в
советское время и были связаны прежде всего с «нациестроительством» и
с отказом от признания в качестве нации гражданского (государственного) сообщества3. Не гражданское общество, а этническое образование
выступают основой для государства-нации. Даже сама дискуссия об употреблении понятий «российский» и «русский» (применительно к культуре,
государственности, традициям) свидетельствует о различных позициях в
определении своей общности ? по критерию гражданства либо этничности, что, в свою очередь, отражает два реальных исторических процесса:
становление гражданской нации в России (начиная со второй половины
XIX в. и вплоть до 1917 г.) и конструирование этнонации на базе существующих или воображаемых этнических различий советской властью (чему
особенно способствовала практика создания федеральных субъектов по
этническому признаку, обязательная паспортная регистрация своей национальности «по крови»).
В таком контексте представляется вполне оправданным призыв некоторых этнологов, социологов, философов о сознательном переходе к новой
доктрине национальной солидарности, связанной с созданием российской
нации на основе двойной идентичности ? традиционно-культурной и гражданской. Понятие российской нации в этом случае не будет иметь этнического значения (как не имеют такого значения понятия «канадская нация» или «британская нация»).
2
3
Щедрина О. Возможна ли мультикультурная модель интеграции мигрантов в
России? // Социс. 2004. № 11. С. 67.
См.: Тишков В. Трудное прощание с этнонационализмом // http://www.eawarn.ru
/pub/AnnualReport/AnnualReportWebHome2003/2003Anrep03.htm.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
С.М. Федюнина, А.Е. Федюнин
83
В. Тишков связывает процессы нациестроительства и создания государств-наций с «огосударствлением политической карты мира в период
деколонизации», когда «обустройство новой глобальной единицы деления
мира ? ?национального государства? ? потребовало сконструировать миф
о национальной консолидации или национальном единстве как обязательной характеристике современного государства». Этот глобальный проект
в целом осуществлялся успешно, а проблемы «межобщинных трений и
этнорасовое недовольство воспринимались как трудности переходного периода на пути национальной интеграции. Культурно отличающиеся от доминирующей ?нормы? части населения, особенно иммигрантские группы,
рассматривались как ?переходные группы?, которые должны были влиться в существующее ?национальное ядро?»4.
Вопросы национальной политики были неотъемлемой частью коммунистической идеологии. Концепция национального вопроса в своей основе
не претерпела сильных изменений со времен 1920-х гг.5 Как указывает
В. Тишков, «в СССР ?многонациональность? и ?дружба народов? были
своего рода визитными карточками страны, а в реальной политике советского времени ?национальная форма социалистической культуры? была в
частичном смысле той же самой политикой мультикультурализма. При
всех издержках и даже преступлениях, имевших место в советской политике в отношении меньшинств, этническое разнообразие признавалось и
поощрялось, причем не только в сугубо культурных областях (искусство,
литература, наука, образование), но и в социально-экономической и политической сферах»6.
Клише «многонациональное по форме, социалистическое по содержанию» относилось не только к творчеству народов, но и к их самосознанию.
Статус этноса в межэтнических коммуникациях и тип его взаимоотношений с другими этносами в науке, политике и на практике определяется
целым рядом факторов, среди которых наиболее важными являются «численность этноса, его миграционная подвижность и наличие у него необходимых ресурсов для воспроизводства и развития своего языка и культуры. В зависимости от сочетания этих факторов в этнологии все этнические
общности принято делить на этнические меньшинства, коренные народы и
титульные народы»7.
Сегодня определения коренных и титульных народов характеризуются
как нанесшие вред межэтническим отношениям и стабильности социума в
целом. Однако и в советское время иерархии различных этнических групп
были вполне ощутимыми, в частности, проблема их доступа к власти стояла остро, хотя официальная пропаганда старалась ее замолчать. Вместе с
тем это являлось одной из причин неравноправия в обществе и возникновения межнациональных противоречий, что выражалось в недовольстве части
интеллигенции некоторых национальностей. Это касалось в первую очередь
4
5
6
7
См.: Тишков В. Поле многонациональности: культурная мозаика и этническая
политика в России // Знамя. 2003. № 3. С. 181.
См.: Копченова И. Проблемы изучения историографии национальной политики
в СССР в послевоенные годы (1946?1953 гг.) // http://www.nationalism.ru
/articles/buhovets.shtml.
Тишков В. Поле многонациональности. С. 183.
Садохин А., Грушевицкая Т. Этнология. М., 2000. С. 248.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
84
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
представителей депортированных народов: немцев, крымских татар, турокмесхетинцев. Так, в Узбекистане в первые десятилетия советской власти
упор делался на «коренизацию». В 1928 г. ЦИК и СНК Узбекской ССР
приняли постановление «О узбекизации государственного аппарата»8.
Попытка переформулировать основания нациестроительства в СССР
была предпринята в 1970?1980 гг. в форме концепции «советского народа
как новой исторической общности». Однако излишняя идеологизированность этой концепции не позволила ей утвердиться в полной мере, хотя
советский народ как гражданско-политическая и как социально-культурная общность, безусловно, существовал9.
Гражданство связано с целой системой статусных отношений, во многом определяя политический, правовой, социальный и экономический статус субъекта. Здесь возникают вопросы связи между мультикультурализмом, гражданством, национальностью и этничностью. Яркий пример этой
связи приводит З.В. Сикевич: «? в прибалтийских государствах социальная иерархия наряду с иными признаками обусловлена наличием или отсутствием гражданства этих стран: более высоким статусом обладают
граждане (а это, главным образом, представители титульного народа), а
более низким ? ?не граждане? (подавляющее число лиц, не принадлежащих к ?коренному? населению)»; «именно с этим, скорее всего, связана
неявная причина столь громких протестов со стороны представителей
ряда российских народов, в частности, Татарстана и Башкирии, относительно отсутствия графы ?национальность? (пресловутого ?пятого пункта?) в российских паспортах нового образца»10.
Мировая практика, международные отношения во второй половине
ХХ в. свидетельствовали о возрастании роли национальной государственности, которая становилась нормой, глобальным правилом. Процессы развития государств-наций не утихли и до сих пор, хотя в современных мировых тенденциях развития прочные позиции занял термин «транснационализм»11, поскольку деньги, труд, образы и стили жизни, информация и
идеи сегодня не знают границ. В конце ХХ в. экономические достижения,
ослабление глобального противостояния, либерализация многих политических режимов, усиление мировых миграционных потоков снизили «одержимость нациестроительством». Вместе с гомогенностью и ассимиляцией
сохранялись языковые и другие культурные различия, а некоторые, казалось бы, этнически однородные нации стали гораздо более сложными по
составу из-за приема в свои ряды новожителей ? мигрантов. По мере
улучшения социальных условий жизни культурные различия приобретали
все большее значение для отдельных людей и для малых сообществ. Однако процессы были разнонаправленными.
Рушились империи, союзные и псевдофедеративные государства, возникали новые государства-нации, народы которых реализовывали свои
права на самоопределение как мирным, так и военным способом. В этой
8
9
10
11
См.: Социальное неравенство этнических групп: представления и реальность.
С. 107.
См.: Тишков В. Трудное прощание с этнонационализмом.
Сикевич З.В. О соотношении этнического и социального // Журнал социологии
и социальной антропологии. Т. II. № 2. 1999. С. 79.
См.: Bader V. Citizenship and sovereignty: The cultural conditions of
transnational citizenship: On the interpenetration of political and ethniccultures
// Polit. theory. Beverly Hills; L., 1997. Vol. 25. № 6. P. 771?854.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
С.М. Федюнина, А.Е. Федюнин
85
связи благоприятные условия сложились для возрастания национальных
движений, национального самосознания, национализма и националистической идеологии. Политическая целесообразность строительства нации в
таких обстоятельствах оправдывала дискриминацию по этническому
принципу, ксенофобию и националистический радикальный экстремизм.
Национальные и этнические проблемы являются одними из наиболее
острых и болезненных в современном мире. Глобальная политическая и
социально-экономическая трансформация, начатая в России в 1980-е гг.,
привела к серьезным переменам не только в экономической, но и в социальной жизни ее населения. Стала качественно меняться и сама социальная структура российского общества, и социальный статус многих ее членов. Материалы статистики и массовых опросов показывают, что эти
процессы имеют заметную этнорегиональную специфику, которая связана
как с особенностями ситуации в различных регионах, так и с различиями
в социально-культурном развитии этнонациональных общностей в прошлые годы12. При этом некоторые аспекты национального государства
приводят к усилению националистических настроений, а другие теряют
свою силу в результате субнациональных (этнических) процессов, супранациональных процессов (поощрение и возникновение транснациональных
экономических и политических пространств) и системных процессов в социальном государстве13.
Так, распад СССР, затем суверенизация республик с начала 90-х гг.
коренным образом изменила в них этносоциальный состав руководства.
Заботясь о сохранении этнонации, родного языка, о поддержке и развитии национальной культуры, традиций, быта, этническая элита фактически узурпировала там власть14. Еще одним феноменом нового этнического
неравенства вследствие реструктуризации государства-нации стала
трансформация отраслевой структуры населения.
Национальная идентичность может выступать в роли общегражданского самосознания, однако, как указывает З.В. Сикевич, «ценность этнического происхождения в сознании многих народов России все еще заметно превышает значимость общегражданской идентичности»15.
Феномен диаспор представляет особое поле дебатов в связи с концепциями интеграции и мультикультурализма. Нередко исследователи фокусируются на социально-психологических измерениях человеческого опыта,
анализируя жизнь этнической группы в иноэтнической среде. В частности, А.Г. Вишневский в своей работе на примере шести диаспор (армянской, еврейской, немецкой, русской, татарской и украинской) рассматривает развитие и функционирование данной формы существования этноса
в постсоветский период. В отличие от «классической» диаспоры, сохраняющей этничность в «рассеянии», как показывает автор, основная функция современной диаспоры ? содействие адаптации и укоренению людей,
вынуждено или добровольно покинувших свою родину, к новой социально12
13
14
15
См.: Социальное неравенство этнических групп: представления и реальность.
С. 25.
См.: Faist T. Transnationalization in international migration: Imlications for the
study of citizenship and culture // Ethnic a. racial studies. L., 2000. Vol. 23. № 2.
P. 189?222.
См.: Социальное неравенство этнических групп: представления и реальность.
С. 109.
Сикевич З.В. Указ. соч. С. 79.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
86
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
культурной среде. При этом главным противоречием данной институциональной структуры выступает существование индивидуума в двух, часто
трудно совместимых культурных средах, чреватое кризисом этнокультурной идентичности. Возможно, предполагает Вишневский, что современная
диаспора ? временное явление, поскольку процессы информатизации и
глобализации неизбежно подводят человека к выбору между ценностями
принимающего общества и регионом исхода16.
Процессы социальной дифференциации протекают на постсоветском
пространстве особенно болезненно, учитывая идеологию равенства, доминирующую в обществе на протяжении многих поколений. Способы и формы социальной идентификации в таких условиях все в большей степени
включают в себя этнический компонент.
Как отмечает Ж. Зайончковская, к 1992 г. убыль населения России
составила 7 млн. человек, но мигранты смогли компенсировать только
3,5 млн. от этой убыли. Если сохранятся нынешние тенденции, к 2050 г.
население России сократится на одну треть. Чтобы компенсировать эти
потери, понадобятся 45 млн. мигрантов ? по 900 тыс. человек ежегодно,
тогда как теперешний уровень ? 186 тыс. в год17. Аналогичный вывод, но в
масштабе всего мира, делает А.Г. Вишневский: «XXI век действительно
станет веком великого переселения народов, и уйти от этого никуда
нельзя»18.
Между тем, по словам представителей общественных организаций переселенцев, государство объявило войну мигрантам19. Речь идет не только
об усложнении получения российского гражданства, но и о недостатках в
системе правового обеспечения миграции, о трудностях получения вида
на жительство. Принятие государством мультикультурной интеграционной модели требует не только открытости мигрантам и создания условий
для их интеграции, но и соблюдения прав граждан, уже являющихся членами полиэтнического общества России. Но было бы неверно не учитывать и существующих предпосылок для мультикультурной модели, к которым относят прежде всего само существование многонациональной
федерации, в которой некоторые субъекты в силу исторической традиции
выделены по этническому признаку, а к наиболее явным признакам мультикультурной политики относится национально-культурные автономии
(НКА), действующие в соответствии с Законом «О национально-культурной автономии», принятом в 1996 г. Базой такой политики является Конституция РФ, которая предусматривает право на сохранение родного языка, права малочисленных народов, закрепляет свободный выбор языка
общения, воспитания, обучения и творчества; запрещает пропаганду социального, расового, национального или языкового превосходства.
Особенность России состоит в том, что процессы становления общероссийской государственной идентичности и возрождения идентичности
русских идут параллельно. Одним из дополнительных показателей предрасположенности населения к той или другой модели интеграции могут
16
17
18
19
См.: Вишневский А.Г. Распад СССР: этнические миграции и проблема диаспор
// Общественные науки и современность. 2000. № 3. С. 115?130.
См.: Зайончковская Ж. Миграция: нежеланное спасение // Московские новости.
2002. 25 июня. С. 9.
Демография: Почему идет убыль населения? (Интервью с А.Г. Вишневским) //
Радио «Маяк» 2003/14/09 www.radiomayak.ru.
См.: Зайончковская Ж. Указ. соч. С. 9.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
С.М. Федюнина, А.Е. Федюнин
87
служить установки по отношению к этническим мигрантам. На основании
анализа результатов различных исследований можно было бы заключить,
что общественное мнение в России отдает приоритет ассимиляционной модели, закладывая таким образом своеобразную мину замедленного действия (по данным ВЦИОМ, в 2002 г. среди тех, кто выразил крайнее неприятие лозунга «Россия для русских», подавляющее большинство составили
представители других национальностей20).
Идеальной моделью политики постсоветских стран было бы принятие
теории многоэтничных гражданских наций, отказ от несостоятельной доктрины этнонационализма и от разделения своих подданных на «нации» и
«национальные меньшинства». Ученые полагают, что этноцентризм ослабляет национальную, т.е. государственную, идею в стране. По словам
З.В. Сикевич, «в условиях социально-психологической неустойчивости своего существования человек ?возвращается? в этничность как в свою ?большую семью?, которая на уровне как массового, так и индивидуально-личностного сознания остается единственной ценностно-нормативной
константой, способной предотвратить социальную аномию и фрустрацию»21.
В исследовании, проведенном в 1995 г. Фондом «Общественное мнение», русским (по паспортным данным) респондентам предложили определить «русскость»22. Признаки указывались самые различные: «имеет
русскую внешность» (23% опрошенных), «имеет обоих русских родителей»
(25%), «имеет одного русского родителя» (52%), «живет в России» (33%),
«придерживается православной веры» (46%), «имеет российское гражданство» (57%), «говорит на русском языке» (81%), «любит русскую культуру, обычаи, традиции» (87%) и т. д. Таким образом, большинство респондентов судило о принадлежности к русской нации не «по анализу
крови», а пользовалось гораздо более гибкими критериями, что говорит о
незначительной роли этнонационализма в сознании русских. Вместе с тем
около половины опрошенных готовы были признать этнический принцип
устройства государства: 23% русских респондентов «безусловно согласны» и 24% «скорее согласны», что «надо стремиться к созданию государства, в котором русские официально признаются главной нацией» (имелось в виду, что национальность определяется по паспортным данным).
Таким образом, в середине 1990-х гг. налицо была некоторая противоречивость во взглядах на свою нацию, ее характер и роль в обществе. Тем
не менее, как справедливо указывают некоторые авторы, понятия «национальные интересы», «национальная безопасность», «здоровье нации», «лидер нации» и другие производные от гражданско-политического смысла
слова «национальный» достаточно прочно утвердились в языке и общественно-политической практике последних лет23. Поэтому в русском языке и
российской культуре понятие «нация» еще долго будет носить двойной
смысл ? народ и народы, общность граждан и общность различных этнических групп.
Одним из возможных компромиссных вариантов может стать организация деятельности на мультикультурных принципах государственных
20
21
22
23
См.: Щедрина О. Возможна ли мультикультурная модель интеграции мигрантов в России? // Социс. 2004. № 11. С. 72.
Сикевич З.В. Указ. соч. С. 78?79.
См.: Волкогонова О.Д., Татаренко И.В. Этническая идентификация русских,
или искушение национализмом // Мир России. 2001. № 2.
См., например: Тишков В. Трудное прощание с этнонационализмом.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
88
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
структур, сотрудники которых непосредственно взаимодействуют с полиэтничным населением24. Однако исполнение формально закрепленных
нормативов невозможно без их осмысления и принятия самими сотрудниками этих структур, без формирования соответствующих установок и профессиональной культуры на основе идей социальной справедливости,
культурного и политического плюрализма, терпимости и гуманизма.
Таким образом, в политике и практике мультикультурализма раскрывается важность взаимосвязи политики и культуры. Мультикультурализм,
представляя зримый успех левых политиков, выступает ареной жестких
политических и академических баталий. Концепция мультикультурализма
рисует несколько идеализированную картину современного государства,
где люди различных культур и этничностей живут в равенстве и взаимопонимании. На практике мультикультурализм направлен либо на релятивизм, либо на конформность, которые либо проявляются в наивных лозунгах, либо заложены глубоко в скрытой повестке дня. Компромиссная
природа политики мультикультурализма связана со взаимными уступками со стороны большинства и меньшинств.
В условиях современного демократического государства наблюдается
кризис традиционных универсалистских представлений о правах человека:
попытки применения универсалистских норм в мультиэтнических сообществах приводят к неожиданным конфликтам. Озабоченность европейских
правительств и политических партий, выражающих локальные интересы
(как правило, правых сил) по вопросам единства нации, имеют, на наш
взгляд, определенное сходство с политикой Советского Союза в отношении
религиозных и этнических меньшинств. Декларации о праве наций на самоопределение и свободу слова, закрепленные в Конституции СССР, вступали в противоречие с практикой вытеснения этнического и религиозного
из культурного пространства. В повседневной жизни советского общества
имела место стигматизация деятельности национально-культурных и религиозных групп в терминах социальной опасности ? националистического
или религиозного экстремизма, буржуазного национализма. Репрессии
против меньшинств опирались на идеологическую доктрину единой общности ? советского народа. Отечественный опыт управления полиэтническим
государством, в частности, концепции нациестроительства и национальной
политики, характеризуются противоречивыми последствиями, с особой остротой проявившими себя в переходный период в конце ХХ в.
В современном мире, пронизанном процессами мобильности больших
групп населения и изменений социальной структуры, нередко настороженность в отношениях к представителям групп меньшинств или иммигрантам перерастает в нетерпимость, которая проявляется не только на бытовом уровне, но и в общественных институтах, в установках и практической
деятельности государственных структур, в СМИ. Одним из способов либерально-демократического противодействия этой опасной тенденции в последние годы стали идея и практика мультикультурализма. Культурное
многообразие ? это характеристика современного общества, и значимость
этой категории в ближайшем будущем будет только расти. Толерантность
и уважение к правам других людей являются частью современной политической атмосферы, и плюрализм в социальной и политической жизни
выступает необходимой частью либерального общества.
24
См.: Щедрина О. Указ. соч. С. 73.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
89
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА, ПРАВОТВОРЧЕСКАЯ
И ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА
А.А. Зелепукин*
??У·ОВП? М?Ы?МУ?У У·ВТФВ?ВМЛ?
ТУБ??МЛ? Л ?ВИТЪ?Л? Б?НУМ?
Э
лементом правовой культуры общества и государства является
наличие качественного, беспробельного, внутренне согласованного законодательства. Не менее важна и эффективная правореализационная деятельность, обеспечивающая претворение правовых предписаний в
жизнь.
Несмотря на резкое увеличение объемов законотворчества (за последние десять лет приняты и вступили в силу более 2000 федеральных законодательных актов), следует отметить, что количественный рост нормативной
базы не всегда сопровождается качественным. Российское законодательство остается противоречивым, декларативным и нестабильным, не всегда
верно отражает динамику развития общественных отношений. Думается,
что именно вследствие этих причин более двух третей ежегодно подписываемых Президентом Российской Федерации федеральных конституционных законов и федеральных законов составляют законы о внесении изменений. На сегодняшний день парламентская практика изобилует
множеством негативных примеров правотворчества, которые переросли в
тенденции1.
В связи с этим следует согласиться с мнением, что активизация роли
науки в законотворчестве и правоприменительном процессе ? необходимое условие повышения качества принимаемых законов и предпосылка
эффективности содержащихся в них норм2. Это подтверждает и общемировая тенденция. Наука в лице экспертов, консультантов, советников и
специалистов играет все более существенную роль в подготовке и реализации правовых решений.
Научное обеспечение должно пронизывать и сопровождать все стадии
создания и действия закона как на теоретическом (концептуальном) уровне, так и в плане применения отдельных средств повышения эффективности нормативных правовых актов.
Говоря о концептуальном уровне совершенствования законодательства, можно выделить наиболее существенные, на наш взгляд, направления.
*
1
2
Докторант кафедры теории и истории государства и права Саратовского
юридического института МВД России, кандидат юридических наук, доцент.
См.: О состоянии законодательства в Российской Федерации. Доклад в Совете
Федерации Федерального Собрания Российской Федерации. 25.02.2005.
См.: Поленина С.В. Законотворчество в Российской Федерации. М., 1996. С. 134.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
90
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
1. Развитие законодательства в соответствии с научно обоснованной концепцией. Как справедливо отмечает Ю.А. Тихомиров, в процессе
развития законодательства необходимо согласованно решать две главные
задачи: строже увязывать его с проводимыми реформами, достижением
целей экономического, политического и социального развития, с одной стороны, и обеспечивать целостность и четкую структуру законодательства,
мобильность и устойчивость его отраслей ? с другой. В противном случае
«привязка» законов только к текущим задачам приведет к нарастанию
правового хаоса3. Правовое сознание населения уже не успевает за стремительным и порой трудно объяснимым процессом изменения законодательства, напоминающим шараханье из одной стороны в другую.
К сожалению, государственная программа (концепция) развития законодательства на длительный и среднесрочный период отсутствует, что
существенно затрудняет поиск оптимального баланса стабильности и динамизма правовой системы.
2. Обеспечение системности законодательства, упорядочение внутренних правовых связей законодательства, равномерное развитие отраслей законодательства. Бурное развитие законодательства в последние пятнадцать лет сопровождалось резким («блочным») изменением,
быстрым введением новых принципов регулирования, разрывом внутренних связей между отдельными частями законодательства. В результате до
сих пор нарастает объем внутренних юридических коллизий между законами, между законами и подзаконными актами, которые резко ослабляют
целостность и эффективность законодательства. Следует согласиться, что
работа по укреплению системных основ законодательства должна проводиться по трем направлениям: во-первых, путем более полной реализации
конституционных принципов во всех отраслях законодательства; во-вторых, посредством обеспечения более четкого соотношения законов и иных
правовых актов между собой, имея в виду как их баланс внутри отраслей, так и между ними; в-третьих, путем оптимизации соотношения законодательства субъектов Российской Федерации с федеральным законодательством. Эти направления должны быть строго согласованы между
собой и отражать реальные социально-экономические изменения в стране
и потребность удовлетворения публичных интересов4.
3. Повышение качества законотворчества. На стадии создания закона важно учитывать такие условиями правотворчества, как: 1) правильный выбор круга общественных отношений, подлежащих правовому регулированию; 2) определение цели правового воздействия и социальной
ценности нормы; 3) своевременность разработки правовых норм; 4) установление адекватной формы нормативного акта; 5) оптимальность средств
и методов правового регулирования; 7) соблюдение правил законодательной техники и некоторые другие5.
Данные условия, касающиеся как содержательной, так формальной
стороны нормативного акта, можно обозначить как качество (качествен3
4
5
См.: Концепции развития российского законодательства / Под ред. Т.Я. Хабриевой, Ю.А. Тихомирова, Ю.П. Орловского. М., 2004. С. 10.
См.: О состоянии законодательства в Российской Федерации.
См., например: Красинский В.В. Качество российских законов // Право и политика. 2005. № 5. С. 101?104.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.А. Зелепукин
91
ность) законодательства6. Специфика этого объединяющего условия состоит в том, что оно выступает первым во времени и исходным во всей цепочке причин и условий, влияющих на эффективность. Отсюда недоброкачественность закона неминуемо влечет за собой его неэффективность.
4. Совершенствование механизма реализации закона. Было бы большим упрощением считать, что проблемы российского законодательства
кроются исключительно в издержках законотворчества. Порой самый качественный закон не находит своего адресата в связи с отсутствием материально-технических, организационных, правовых, информационных и
других средств обеспечения его действия. Слабая реализация закона, его
бездействие создают благодатную почву для деформации правового сознания и правовой жизни, обесценивают регулирующее воздействие права
на общественные отношения.
Основная причина вышеуказанных негативных явлений состоит, на
наш взгляд, в отсутствии согласованно действующего механизма реализации закона, который представляет собой систему условий, средств и мер,
обеспечивающих реальное действие закона в соответствии с целями правового регулирования.
Важное значение в содержании механизма реализации имеет система средств (мер) реализации, способных придать закону реально действующий характер. В этой связи представляется возможным выделить финансовые, организационные и идеологические средства обеспечения
действия закона.
1. Материально-технические, финансовые средства представляют
собой материальные предпосылки действия закона. Если закон не содержит отсылок на источник финансирования или государство не может покрыть расходы, связанные с его реализацией, то акт не воплотится в практические действия адресатов. Особенно это касается законодательных
актов социально-экономического характера. Следовательно, материальнотехническое, финансовое обеспечение ? мощный, а в ряде случаев определяющий источник действия закона.
2. Организационные средства ? это комплекс мер, выраженных в исполнительной, распорядительной, кадровой и др. деятельности по обеспечению реализации законодательства. В литературе отмечается, что эффективное организационное обеспечение действия закона в современных
условиях возможно лишь при коренном реформировании государственного аппарата, причем не на уровне «изменения штатного расписания», а в
сфере внутреннего сознания. Необходимо признать, что меры по укреплению вертикали исполнительной власти, осуществляемые Президентом РФ,
уже приносят определенные положительные результаты в области обеспечения реализации законодательства, создания единого правового пространства.
3. Идеологические (информационные) средства используются с той
целью, чтобы создать социально-психологические условия для действия
закона, сформировать у субъектов права ценностно-значимое к нему отношение7. Среди идеологических средств обеспечения реализации закона
6
7
См.: Поленина С.В. Качество закона и эффективность законодательства. М.,
1993. С. 6?7.
См.: Гойман В.И. Механизм обеспечения реализации закона в современных условиях // Советское государство и право. 1991. № 12. С. 15.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
92
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
существенное значение имеет правовое информирование населения, формирование определенного уровня правосознания и правовой культуры,
преодоление правового нигилизма и других деформаций правового сознания, развитие системы правового воспитания, в том числе укрепление
юридического образования и юридической науки.
Рассмотрим теперь некоторые конкретные средства научного обеспечения правотворческого и правореализационного процессов, применение
которых прямым образом отражается на эффективности правового регулирования. Это: экспертиза законопроектов, социально-правовой эксперимент, научное прогнозирование и законодательное планирование, осуществление правового мониторинга, исследование общественного мнения и
другие. Приведенные способы научного сопровождения направлены на
выявление законотворческих ошибок, дефектов действия закона и их своевременного устранения.
Одним из поисков оптимальных вариантов правовых решений является социально-правовой эксперимент. Известно, что эксперименты в области правового регулирования применялись еще в первые годы Советской
власти. Достаточно широко этот вид получения недостающей информации
стал использоваться с конца 50-х годов прошлого столетия, причем в основном в области управления народным хозяйством и в сфере трудовых
отношений.
Реальные явления современной российской действительности ? это нестабильность общественных отношений, разрозненность социальных
групп, эклектичность массового сознания и т.п. Находясь в таких условиях, законодатель встречает существенные затруднения в связи с тем, что
имеющаяся информация не позволяет сколько-нибудь точно спрогнозировать эффективность действия будущего нормативного акта. В таких случаях оправданно прибегать к изданию экспериментальных правовых
норм, действие которых апробируется на экспериментальных объектах с
тем, чтобы избрать оптимальный вариант поведения в сфере правового
регулирования.
Процесс апробации экспериментальной нормы определяется тем, что
в этот период данная норма представляет собой вполне реальный регулятор общественных отношений, гарантируется и обеспечивается государством. Именно в этом залог того, что данная норма, реализуясь, будет поставлять информацию о своей деятельности.
В литературе выделяются следующие признаки экспериментальной
нормы: ограниченность действия нормы в пространстве и во времени, а
также ее поисковый характер8.
Примером социально-правового эксперимента, имеющего целью проверку моделей будущих правовых решений и направленного на совершенствование законодательства, является введение в уголовный процесс суда
присяжных. С 1 ноября 1993 г. приступили к рассмотрению уголовных дел
по первой инстанции с участием коллегии присяжных заседателей Ставропольский краевой суд, Ивановский, Московский, Рязанский и Саратовский
областные суды, с 1 января 1994 г. ? Алтайский и Краснодарский краевые
суды, Ростовский и Ульяновский областные суды. Однако, не успев начаться и не дав никаких ощутимых результатов, данный эксперимент по
8
См.: Эффективность правовых норм. М., 1980. С. 256?258.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.А. Зелепукин
93
существу завершился всего через месяц, так как принятая 12 декабря
1993 г. Конституция РФ закрепила производство по уголовным делам с
участием присяжных заседателей как одну из форм судопроизводства.
К сожалению, сегодня вся российская действительность напоминает
затянувшийся эксперимент без пространственных и временных ограничений. Один из последних подобных примеров ? практика реализации Федерального закона № 122 о монетизации льгот, действие которого едва не
привело к катастрофе в социальной сфере.
Закон, принятый в установленном порядке и регулирующий определенный круг общественных отношений, должен адекватно учитывать их
состояние и динамику. Взаимосвязь общественного мнения и законодательной деятельности представляет собой одну из актуальных проблем
правотворческого процесса. Известно, что общественное мнение может
влиять на создание закона как непосредственно, путем воздействия на
принятие правового решения, так и через опосредованный учет результатов исследования общественного мнения в законотворческом процессе.
Что касается непосредственного воздействия общественного мнения,
то законодатель уже не раз оказывался в обстановке накала политических страстей, когда различные социальные группы стремились выражать
свое мнение путем забастовок, митингов, ультиматумов. Признавая ценность влияния общественности на процесс принятия государственных решений, следует отметить, что воздействие общественного мнения на законодательный процесс должно быть сбалансировано авторитетом
представительной власти и опосредовано деятельностью политических
партий как инструмента взаимодействия между обществом и государством. Видимо, этот механизм еще не заработал и этому есть свои причины.
Сегодня не секрет, что многие законы представляют собой результат
компромисса различных социальных сил, групп, партий, фракций в самом
парламенте. В таких случаях главной целью выступает не эффективность
будущего закона, не его полноценность, качество, а отражение в нем корпоративных интересов указанных «творцов» закона.
Таким образом, изучение общественного мнения и учет результатов
его исследования в законотворческом процессе является важным средством повышения научного обеспечения правотворчества. Однако, несмотря
на обилие проводимых опросов общественного мнения, в том числе и по
вопросам совершенствования законодательства, результаты данных исследований почти не учитываются в нормотворческой деятельности. Информация о проведенной работе поступает к законодателю порой по случайным каналам. Не налажен должный контроль за достоверностью
поступавших сведений. Во многих случаях тенденциозность и политизированность многих сообщений позволяет сделать вывод об осуществлении
своеобразного социального лоббирования. Именно поэтому, на наш
взгляд, законодатель не должен устраняться от тесного контакта с крупными государственными исследовательскими центрами.
Следует затронуть и вопрос о том, какое значение должна иметь для
законодателя информация о состоянии общественного мнения, какова ее
роль в механизме принятия решений. Точка зрения, что законодательствовать необходимо в соответствии с общественным мнением, представляется
несколько упрощенной.
Общественное мнение, особенно в области политики и права, имеет
сложную структуру и весьма противоречиво. Среди многих противоречий,
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
94
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
характеризующих современное Российское государство и общество, можно выделить сложное переплетение правового нигилизма и правового
идеализма, образующее безрадостную картину общего юридического безкультурья9.
Представляется, что общественное мнение в законотворчестве должно
выступать лишь в роли исходного материала для принятия государственных решений10. В любом случае закон не должен быть результатом какихто арифметических действий с информацией о структуре общественного
мнения.
Приведем достаточно известный пример. В 1991 г. были проведены
исследования, касающиеся отношения граждан к будущему государственно-территориальному устройству России. Тогда 46% опрошенных высказались за конституционное закрепление права национальных республик
на выход из состава России и 44% ? против. В то же время 72% респондентов полностью разделили представление о том, что Россия должна остаться единой и неделимой, и еще 15% были «скорее согласны» с этим11.
В итоге трудно объяснить тот факт, что из 46% граждан, признающих
право выхода республики из состава РФ, значительная часть поддерживает концепцию целостности России.
Следовательно, в процессе правотворчества необходимо учитывать не
только результаты исследований общественного мнения, но и их объяснение, обоснование меры их устойчивости, определение направлений и тенденций динамики общественного мнения. Это еще одно важное слагаемое
эффективности правовых предписаний.
Реальным шагом на пути повышения эффективности российского законодательства является введение системы контроля (мониторинга) состояния и эффективности применения законодательства. Это означает, что
информация, получаемая в его рамках органами законодательной, исполнительной и судебной власти, а также прокуратуры, должна систематизироваться и использоваться для вычленения конкретных потребностей в совершенствовании законодательства в целом и особенно в той его части,
которая регулирует собственно исполнение и применение законов.
В силу важности этих задач мониторинг следует рассматривать как
обязательную составляющую деятельности всех законодательных и правоприменительных органов власти в Российской Федерации в соответствии
с разграничением сфер их компетенции.
При осуществлении мониторинга важно определить методологическую
основу его осуществления, выработать необходимые критерии и индикаторы оценки, касающиеся не только качества нормативно-правовых актов,
их содержания и юридической техники, но, прежде всего, показателей реальных результатов регулирования общественных отношений, динамики
правовых ситуаций, включая отношение граждан к закону12.
9
10
11
12
См.: Матузов Н.И. Правовой нигилизм и правовой идеализм как две стороны
«одной медали» // Правоведение. 1994. № 2. С. 3.
См.: Российское законодательство: проблемы и перспективы. М., 1995. С. 48.
См.: Новая Конституция России: общественное мнение // Конституционный
вестник. 1991. № 8. С. 67.
Подробнее об этом см.: Тихомиров Ю.А. Вводить мониторинг права // Право и
экономика. 2004. № 3. С. 3?6; Жужгов И.В. Мониторинг правового пространства Российской Федерации: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Ставрополь, 2006.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
95
И все же следует отметить, что тезис о необходимости научного обеспечения правотворчества постепенно претворяется в жизнь. Так, обе палаты Федерального Собрания, президентские структуры, Министерство
юстиции РФ и другие федеральные органы государственной власти широко привлекают научных работников к подготовке законопроектов. Множатся научно-методологические и консультативные советы. Проводятся
общественные слушания законопроектов. Однако на качество принимаемых законов это влияет не всегда.
Таким образом, правовая наука в современный период должна оказывать все большее влияние на формирование единой концепции стабильного
и непротиворечивого законодательства. Причем научная поддержка необходима законодателю не только в определении целей и средств правового
регулирования, но и в установлении того, насколько достижение данной
цели будет способствовать общему прогрессу российского общества.
А.Е. Федюнин*, С.М. Федюнина**
ьЫОёЪЫ?? МУ?ПУЪ?У??ВТЪ?? ? У·О?ТЪЛ Б?НУМУ??ЪВОёМУ?У
?В?ЫОЛ?У??МЛ? Ы?УОУ?МУ-Ф?У?ВТТЫ?ОёМУИ ?В?ЪВОёМУТЪЛ
И
спользование понятной и корректной юридической терминологии в
нормативно-правовых актах, регулирующих различные сферы
деятельности прав??охранительных органов, на наш взгляд, является принципиально важным не только для однозначного понимания и толкования
правовых норм, но и применения их таким образом, чтобы искажение
смысла, изначально заложенного в них законодателями, было невозможно.
Одной из областей отечественного законодательства, в которой, по нашему мнению, имеются проблемы с корректностью терминологии и понятий, является регулирование вопросов, связанных с использованием технических средств в деятельности органов дознания и предварительного
следствия. Здесь необходимо в первую очередь выяснить, что понимается
под термином1 «технические средства» в тех случаях, когда он используется в нормативно-правовых актах, относящихся к деятельности правоохранительных органов по выявлению, раскрытию и расследованию преступлений, а также рассмотрению уголовных дел в суде. Данный вопрос не
является риторическим, поскольку уголовное судопроизводство, основанное
на строгом соблюдении процессуальной формы, не допускает использования понятий, содержание которых неясно или толкование ? неоднозначно.
*
**
1
Доцент кафедры оперативно-розыскной деятельности и специальной техники
Саратовского юридического института МВД России, кандидат технических
наук, доцент.
Зав. кафедрой русского языка, прикладной лингвистики и методики обучения
Саратовского государственного технического университета, кандидат филологических наук, доцент.
Термин ? слово или подчиненное словосочетание, имеющее специальное значение, выражающее и формирующее профессиональное понятие и применяемое в
процессе познания и освоения научных и профессионально-технических объектов
и отношений между ними (см.: Головин Б.Н., Кобрин Р.Ю. Лингвистические
основы учения о терминах. М., 1987. С. 123).
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
96
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Тем не менее в нормативно-правовых актах, регламентирующих порядок использования технических средств при выявлении, раскрытии и расследовании преступлений, можно встретить такие понятия, как «спецтехника», «специальная техника», «средства спецтехники по борьбе с
преступностью», «специальные средства», «спецсредства», «специальные
технические средства», «научно-технические средства», «технические средства», «криминалистическая техника», «оперативная техника» и др. Однако практически ни в одном из них не имеется четкого определения слова
«специальный» и указания на то, о каких именно «технических средствах»
идет речь. Встречаются также документы, в которых одновременно используются два или более из вышеперечисленных терминов, часто без соответствующих комментариев и разъяснений, что нарушает логико-смысловую структуру текста.
Проведенный нами анализ более чем 150 нормативно-правовых актов
Российской Федерации показал, что среди терминологических словосочетаний, в которых используются указанные лексические единицы применительно к сфере уголовного судопроизводства и деятельности правоохранительных органов, наибольшее распространение получили: «спецтехника»,
«специальная техника», «специальные технические средства» и «технические средства», «научно-технические средства» и производные от них. Однако это совсем не значит, что данные понятия относятся исключительно
к сфере выявления, раскрытия и расследования преступлений.
Названные термины получили настолько широкое распространение в
законодательных и нормативных актах, относящихся к деятельности десятков министерств и ведомств, выполняющих совершенно разные и не связанные между собой задачи, что применение их вне контекста и без специального комментария теряет всякий смысл. Например, под «спецтехникой»
может пониматься промышленное2, нефтепромысловое3 и геофизическое оборудование4, устройства, применяемые для ликвидации аварий в промышленности5, принадлежности для проведения спасательных работ6, запчасти,
комплектующие и детали для вооружения и авиационной7 техники и т.п.
2
3
4
5
6
7
См.: Договор между Российской Федерацией и Украиной об экономическом
сотрудничестве на 1998?2007 годы (Москва, 27 февраля 1998 г.) // Российская
газета. (Ведомственное приложение). 1998. 28 фев.
См.: Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Казахстан об основных принципах торгово-экономического
сотрудничества в 1995 г. (Москва, 29 июня 1995 г.) // Бюллетень международных договоров. 1995. № 11. С. 41.
См.: Приказ Минприроды РФ и Минтопэнерго РФ от 28 декабря 1999 г. № 323,
445 «Об утверждении Правил геофизических исследований и работ в нефтяных
и газовых скважинах» // http: // www.db.ftcenter.ru.
См.: Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о взаимодействии при эксплуатации магистральных нефтепродуктопроводов (Москва, 20 июля 1992 г.) // Бюллетень международных договоров. 1993. № 10. С. 73.
См.: Решение о Корпусе сил Содружества Независимых Государств для ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера (Москва, 9 декабря 1994 г.) // Информационный вестник Совета глав государств и Совета глав правительств СНГ «Содружество». 1994. № 4. С. 56.
См.: Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Польша об урегулировании взаимных задолженностей (Москва,
13 ноября 1996 г.) // Бюллетень международных договоров. 1997. № 4. С. 64.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
97
Указанный перечень терминов активно используется в документах,
относящихся к деятельности, например, Российского авиационно-космического агентства, Российского дорожного агентства8, ФСБ9, МВД10, таможенных органов11, Минюста12, пограничных войск13 и Федеральной пограничной службы14 и многих др.
В нормативных актах, относящихся к Министерству внутренних дел,
термин «специальная техника» и его производные получили самое широкое
распространение. Здесь можно встретить «специальную технику, предназначенную для правоохранительных органов»15, «?специальную технику,
предназначенную для противодействия незаконному обороту наркотических
средств и психотропных веществ»16, «специальную технику», в перечень которой включается оперативная17, криминалистическая18, организационная и
иная техника, а также средства связи и охранно-пожарной сигнализации.
В некоторых документах, относящихся к деятельности МВД, используются такие понятия, как «специальная техника для видеодокументиро8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
См.: Федеральный закон от 31 декабря 1999 г. № 227 «О федеральном бюджете на 2000 год» // СЗ РФ. 2000. № 1. Ст. 10.
См.: Постановление Правительства РФ от 17 мая 1996 г. № 600 «О Федеральной целевой программе по усилению борьбы с преступностью на 1996?1997 годы» (с изм. от 24 марта 1997 г.) // СЗ РФ. 1996. № 22. Ст. 2696.
См., напр.: Приказ МВД РФ от 20 марта 1996 г. № 145 «О Концепции развития органов внутренних дел и внутренних войск МВД России»; приказ МВД РФ
от 10 августа 1994 г. № 382 «Об утверждении Типового положения об управлении (отделе) вневедомственной охраны при МВД, ГУВД, УВД» (не опубликован).
См.: Федеральная целевая программа развития таможенной службы Российской Федерации на 1996?1997 годы и на период до 2000 года (утв. Постановлением Правительства РФ от 1 сентября 1996 г. № 1052) // СЗ РФ. 1996. № 40.
Ст. 4650.
См., напр.: Приказ Минюста РФ от 4 августа 1999 г. № 227 «Об организационно-штатных вопросах по учебным центрам (пунктам) уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» // Бюллетень Министерства юстиции РФ. 1999. № 9.
См.: Федеральный закон от 4 мая 2000 г. № 55 «О Пограничной службе Российской Федерации» // СЗ РФ. 2000. № 19. Ст. 2021.
См., напр.: Указ Президента РФ от 19 июля 1997 г. № 732 «Вопросы Федеральной пограничной службы Российской Федерации» (с изм. от 14 февраля 1998 г.)
// СЗ РФ. 1997. № 30. Ст. 3598; Положение о Федеральной пограничной службе
Российской Федерации, утв. Указом Президента РФ от 2 марта 1995 г. № 232
(с изм. от 4 августа, 20 декабря 1995 г., 19 июля 1997 г., 14 февраля 1998 г.,
25 сентября 1999 г.) // СЗ РФ. 1995. № 10. Ст. 863.
Указ Президента РФ от 18 сентября 1993 г. № 1390 «О дополнительных мерах
по укреплению правопорядка в Российской Федерации» // САПП РФ. 1993.
№ 38. Ст. 3517.
Распоряжение Президента РФ от 17 сентября 1998 г. № 343рп «О мерах по усилению противодействия незаконному обороту наркотических средств, психотропных веществ и злоупотреблению ими» // СЗ РФ. 1998. № 38. Ст. 4804.
См.: Приказ МВД РФ от 29 марта 1996 г. № 165 «Об утверждении Положений
о подразделениях Центрального аппарата МВД России» (с изм. от 31 декабря
1996 г., 11 июня 1997 г.) (не опубликован).
См.: Приказ МВД РФ от 3 января 1996 г. № 10 «Об утверждении Инструкции
по организации учебного процесса в высших учебных заведениях МВД России»
(не опубликован).
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
98
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
вания»19, «специальная техника для размножения оперативной информации», «специальная техника фиксации и передачи информации», «специальная криминалистическая техника», «спецоборудование», «специальное
оборудование»20, «средства спецтехники по борьбе с преступностью»21 и
многие др.
Их тщательный анализ показывает, что понятие технических средств,
используемых в уголовном судопроизводстве, с точки зрения нормативных
актов, регламентирующих деятельность МВД, является весьма неопределенным, поэтому к их числу могут быть отнесены практически любые технические средства.
Так, в одних документах криминалистическая или оперативная техника включена в состав специальной, в других ? это отдельная группа технических средств. В некоторых нормативных актах из специальной техники выделяют оперативную, криминалистическую и другую технику (при
одновременном перечислении их через запятую). Это терминологически
неверно, так как «специальная техника» понятие более широкое, чем «оперативная техника» или «криминалистическая техника», причем последние
ее виды уже по определению относятся к «специальной технике» (в широком смысле), а часть и целое не могут быть равнозначными. Остается также непонятным смысл употребления термина «специальная криминалистическая техника», в котором слово «специальная» просто лишнее.
Однако при всем разнообразии понятий, обозначающих технические
средства, используемые правоохранительными органами в борьбе с преступностью, применительно к сфере уголовного судопроизводства наибольшее распространение получил термин «специальные технические
средства» и производные от него. Как и термин «специальная техника»,
указанное понятие в основном употребляется в законодательных и нормативных актах, относящихся к ведомствам, осуществляющим правоохранительную деятельность и борьбу с преступностью. Одновременно просматривается уклон в сторону обозначения технических средств, используемых
в ходе оперативно-розыскной деятельности, раскрытия и расследования
преступлений.
В документах Министерства внутренних дел РФ данный термин
встречается в разных значениях и охватывает практически все технические средства, применяемые этим ведомством в правоохранительной деятельности.
Так, согласно Перечню вновь разработанных специальных технических средств, к ним отнесены: 1) оперативная техника; 2) криминалистическая техника; 3) технические средства охраны; 4) средства связи; 5) средства для проведения криминалистических исследований; 6) специальный
19
20
21
Приказ МВД РФ от 12 апреля 1994 г. № 118 «Об утверждении Инструкции о
порядке контрольного отстрела огнестрельного оружия с нарезным стволом» (не
опубликован).
Указание ГТК РФ от 21 января 1994 г. № 0112/46 «Об освобождении от уплаты импортной пошлины, НДС, акцизов и сборов за таможенное оформление товаров» (не опубликован).
Постановление Государственной Думы от 1 июля 1998 г. № 2710II ГД «Об утверждении Программы государственных внешних заимствований Российской
Федерации и предоставляемых Российской Федерацией государственных кредитов на 1998 год» // СЗ РФ. 1998. № 28. Ст. 3271.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
99
автотранспорт; 7) поисковая техника специального назначения; 8) техника
защиты информации; 9) специальное снаряжение22, т.е. все технические
средства, стоящие на вооружении Министерства внутренних дел РФ.
К специальным техническим средствам в уголовном судопроизводстве
авторы некоторых нормативных правовых актов в последнее время стали
относить и такие современные (нетрадиционные) технические средства,
как полиграфы, стресс-детекторы по голосу, тензометрические платформы
для оценки стрессового психофизического состояния человека23, которые
уже применяются в деятельности органов дознания, следствия24 и суда,
однако еще не получили официального признания в современном уголовном судопроизводстве.
При разработке нового Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации современные технические средства также не остались без внимания. Например, ч. 3 ст. 376 УПК РФ предусматривает принципиально
новую возможность участия осужденного в рассмотрении его кассационной жалобы: он вправе изложить свою позицию путем использования систем видеоконференцсвязи.
Достаточно часто термин «специальные технические средства» используется в законодательных и нормативных актах, относящихся к деятельности Федеральной службы безопасности. Здесь речь в основном идет о технических средствах, применяемых при осуществлении оперативно-розыскной деятельности и предназначенных для негласного получения
информации25, а также в связи с функциями органов Федеральной службы
безопасности Российской Федерации по лицензированию не уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности физических и
юридических лиц, которая связана с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввозом в Российскую Федерацию и
вывозом за ее пределы, сертификацией, регистрацией и учетом, разработкой, производством и использованием таких технических средств26.
22
23
24
25
26
См.: Приказ МВД РФ от 7 июня 1995 г. № 213 «О принятии на вооружение специальных технических средств» (не опубликован).
См.: Постановление Правительства РФ от 10 марта 1999 г. № 270 «О Федеральной целевой программе по усилению борьбы с преступностью на 1999?2000 годы» (с изм. от 21 декабря 1999 г., 9 февраля, 20 апреля 2000 г.) // СЗ РФ. 1999.
№ 12. Ст. 1484.
См.: Приказ МВД РФ от 12 сентября 1995 г. № 353 «Об обеспечении внедрения полиграфа в деятельность органов внутренних дел» (не опубликован).
См.: Указ Президента РФ от 6 июля 1998 г. № 806 «Об утверждении Положения о Федеральной службе безопасности Российской Федерации и ее структуры» (с изм. от 26 августа, 5 октября 1998 г., 4 января, 28 августа 1999 г.) //
СЗ РФ. 1998. № 28. Ст. 3320.
См.: Указ Президента РФ от 9 января 1996 г. № 21 «О мерах по упорядочению
разработки, производства, реализации, приобретения в целях продажи, ввоза в
Российскую Федерацию и вывоза за ее пределы, а также использования специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации» // СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 153; Постановление Правительства РФ от
11 апреля 2000 г. № 326 «О лицензировании отдельных видов деятельности» //
СЗ РФ. 2000. № 16. Ст. 1716; приказ ФСБ РФ от 13 ноября 1999 г. № 564 «Об
утверждении положений о системе сертификации средств защиты информации
по требованиям безопасности для сведений, составляющих государственную
тайну, и о ее знаках соответствия» // Российская газета. 2000. 23 мая.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
100
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
В целом данный термин наиболее часто встречается в документах,
регламентирующих деятельность органов, уполномоченных осуществлять
оперативно-розыскную деятельность: Министерства внутренних дел, Федеральной службы безопасности, Федеральных органов государственной
охраны27, Таможенных органов и других субъектов, перечисленных в ст. 13
Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности».
В то же время существует большое количество нормативных и законодательных актов, где «специальные технические средства» имеют другие значения. Так, например, в нормативных актах МВД РФ данный термин может использоваться как синоним «специальной техники»,
обозначать технические средства, предназначенные для ведения оперативно-розыскной деятельности (в широком смысле); технические средства, используемые в дорожно-патрульной службе, все технические средства, принятые на вооружение в МВД РФ; специальные технические средства,
предназначенные для негласного получения информации, и т.д.28.
В особую группу можно выделить законодательные и нормативные
акты, в которых используется терминологическое словосочетание «специальные технические средства, предназначенные для негласного получения
информации». Это понятие применяется в документах, регламентирующих
оперативно-розыскную деятельность. Из всех терминов, относящихся к
техническим средствам, он является единственным, который связан с конкретным перечнем видов технических средств, определенных в законодательных актах29. К их числу относятся специальные технические средства
для негласного: 1) получения и регистрации акустической информации;
2) визуального наблюдения и документирования; 3) прослушивания телефонных переговоров; 4) перехвата и регистрации информации с технических каналов связи; 5) контроля почтовых сообщений и отправлений; 6) исследования предметов и документов; 7) проникновения и обследования
помещений, транспортных средств и других объектов; 8) контроля за перемещением транспортных средств и других объектов; 9) получения (изменения, уничтожения) информации с технических средств ее хранения, обработки и передачи; 10) идентификации личности.
Необходимо отметить, что из всех терминов и понятий, используемых
в законодательных и нормативных актах, относящихся к сфере уголовного
судопроизводства, термин «специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации» является не только одним из наиболее распространенных, но и, в отличие от всех остальных,
связан с совершенно конкретной группой технических средств, их классификацией30, областью применения, санкциями за незаконное использова27
28
29
30
См.: Федеральный закон от 27 мая 1996 г. № 57 «О государственной охране»
(с изм. от 13 июня 1997 г.) // СЗ РФ. 1996. № 22. Ст. 2594; Указ Президента РФ
от 2 августа 1996 г. № 1136 «Об утверждении Положения о Федеральной
службе охраны Российской Федерации» (с изм. от 9 июля 1997 г., 2 декабря
1998 г.) // СЗ РФ. 1996. № 32. Ст. 3901.
См.: Кодекс РСФСР об административных правонарушениях (действующая редакция) // Ведомости СНД РСФСР и ВС РСФСР. 1984. № 27. Ст. 909.
См.: Перечень видов специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности
(утв. Постановлением Правительства РФ от 1 июля 1996 г. № 770) // СЗ РФ.
1996. № 28. Ст. 3382.
См.: Перечень видов специальных технических средств?
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
101
ние31, порядком их разработки, производства, реализации, ввоза на территорию Российской Федерации и вывоза за ее пределы32, а также порядком лицензирования деятельности, связанной с оборотом данных технических средств33.
Таким образом, анализ нормативной базы показывает, что в российском законодательстве и ведомственных нормативных актах, регулирующих сферу применения технических средств при производстве по уголовным делам, нет сложившихся понятий, определяющих виды и классификацию технических средств, используемых при выявлении, раскрытии и
расследовании преступлений. Набор терминов, в которых используются
слова «техника», «технический», «средства» достаточно широк, а смысл,
заложенный авторами нормативных документов, часто можно выявить
только из контекста, в котором данные термины употребляются.
Отсутствие единого понимания сущности технических средств, применяемых в сфере уголовного судопроизводства, неопределенность их правового статуса и порядка использования в уголовно-процессуальной деятельности влечет за собой не только неясность нормативно-правовых
формулировок, но и негативно сказывается на качестве дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства уголовных дел.
Не случайно поэтому в обзорах судебной практики Верховного Суда
РФ приводятся примеры, наглядно демонстрирующие недопустимость упрощенного отношения к техническим средствам и результатам, полученным с их использованием в ходе производства по уголовным делам. Так,
отменяя приговор и направляя дело на новое расследование, Верховный
Суд РФ отметил: «Суд, отказывая в проведении фоноскопической экспертизы аудиозаписи, указал, что при прослушивании звука записей на
аудиокассетах в судебном заседании судом никаких следов смонтирования не выявлено»34.
Таким образом, суд выступил в роли экспертного учреждения, каковым он не является, а разрешение данного вопроса требует использования специальных технических средств и знаний.
Конечно, нельзя утверждать, что в уголовно-процессуальном законодательстве не делалось попыток определить правовой статус и регламентировать порядок применения технических средств, используемых при раскры31
32
33
34
См.: Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144 «Об оперативно-розыскной деятельности» (с изм. и доп.) // СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349; Уголовный кодекс РФ; Положение о ввозе в Российскую Федерацию и вывозе из Российской
Федерации специальных технических средств, предназначенных для негласного
получения информации (утв. Постановлением Правительства РФ от 10 марта
2000 г. № 214) // СЗ РФ. 2000. № 12. Ст. 1292.
См.: Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144 «Об оперативно-розыскной деятельности» (с изм. и доп.) // СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349.
См.: Положение о лицензировании деятельности физических и юридических лиц,
не уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза за ее пределы специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных,
запрограммированных) для негласного получения информации (утв. Постановлением Правительства РФ от 1 июля 1996 г. № 770) // СЗ РФ. 1996. № 28.
Ст. 3382.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 1999 г. (по
уголовным делам) // БВС РФ. 2000. № 5. С. 12.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
102
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
тии и расследовании преступлений, а также расширить сферу их применения при осуществлении процессуальных действий. Так, в УПК РСФСР, ко
времени действия которого относится приведенный пример из обзора судебной практики Верховного Суда РФ, периодически вносились изменения,
призванные создать правовую базу для использования отдельных видов
технических средств в уголовном процессе. В первую очередь к таким техническим средствам были отнесены устройства звукозаписи, используемые
при производстве следственных действий (ст. 141, 141.1, ст. 163), ознакомлении участников процесса с материалами уголовного дела (ст. 200, 201) и
рассмотрении уголовных дел в суде (ст. 264, 281, 286). За год до прекращения действия УПК РСФСР был дополнен35 ст. 174.1, вводившей понятие
контроля и записи телефонных и иных переговоров, а также поправками в
ст.ст. 86 и 291, закрепившими понятие фонограмм, записи на которых теперь могли являться доказательствами по уголовному делу.
В ныне действующем УПК РФ понятийная база, касающаяся применения технических средств при производстве процессуальных действий,
по сравнению с УПК РСФСР значительно расширена. Так, если в УПК
РСФСР было 11 статей, в соответствии с которыми допускалось применение технических средств при осуществлении отдельных процессуальных
действий, то в УПК РФ их стало 24, причем некоторые из них носят принципиально новый характер и значительно расширяют нормативную базу
и область применения технических средств в сфере уголовного судопроизводства.
В УПК РФ твердо закрепились понятия фотографирования, киносъемки, аудио- и видеозаписи, применяемых при производстве процессуальных действий (ст.ст. 166, 179, 189, 190, 192, 217, 241, 259, 276, 281). Подтверждена и закреплена возможность использования технических средств
для снятия копий с материалов уголовных дел участниками процесса
(ст.ст. 42, 47, 53, 54, 217, 437). Закреплено понятие «иных документов», к
которым теперь отнесены материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации (ст. 84).
Новый УПК РФ допускает возможность замены реальных вещественных доказательств их образами, запечатленными на видео- и кинопленку
(ст. 82), производство в особых случаях следственных действий без участия понятых, но при фиксации его хода и результатов с помощью технических средств (ст. 170). В УПК РФ впервые включено понятие «видеоконференцсвязь» (ст. 376).
Все перечисленные новеллы УПК РФ, несомненно, относятся к числу
прогрессивных. В то же время при всем разнообразии понятий, определяющих технические средства, применяемые в ходе производства следственных действий, в новом УПК РФ не произошло революционных изменений в отношении их места в раскрытии и расследовании преступлений.
Увеличено количество их упоминаний, расширен перечень уже известных
технических средств, используемых в уголовном процессе, однако общая
концепция введения их в сферу уголовного судопроизводства в новом
УПК РФ осталась прежней.
35
См.: Федеральный закон РФ от 20 марта 2001 г. № 26 «О внесении изменений
и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» //
СЗ РФ. 2001. № 13. Ст. 1140.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
103
Применение практически всех технических средств в уголовном процессе носит вспомогательный характер и лишь дополняет письменные протоколы процессуальных действий. Вместе с тем остались недостаточно проработанными вопросы регламентации использования в уголовном процессе
некоторых из перечисленных технических средств. Например, включение в
ст. 84 УПК РФ понятий «фото-, киносъемки», «аудио- и видеозаписи» и
«иных носителей информации» не привело к закреплению обязательности
проведения в их отношении исследований специалистом или экспертом, без
которых, по нашему глубокому убеждению, невозможно говорить об использовании указанных документов в качестве доказательств.
Понятие «специальные технические средства, предназначенные для
негласного получения информации» в УПК РФ отсутствует, хотя они являются неотъемлемой частью оперативно-розыскной деятельности, в ходе
которой с их помощью могут быть получены сведения об обстоятельствах,
подлежащих доказыванию. Более того, осуществление следственного действия «контроль и запись переговоров» (ст. 186 УПК РФ) практически невозможно без применения специальных технических средств, используемых для негласного получения информации, однако, несмотря на это, в
ст. 186 УПК РФ о них ничего не сказано.
В действующем уголовно-процессуальном законодательстве нет единого принципа использования понятий, относящихся к техническим средствам, применяемым в уголовном судопроизводстве. Как нам представляется,
имеющийся в настоящее время подход, в соответствии с которым к уже перечисленным в законе техническим средствам периодически, по мере их появления, добавляются все новые и новые, может быть оценен с критической
точки зрения, так как в нем заложено принципиальное отставание уголовно-процессуального законодательства от уровня развития науки и техники.
Например, в ст. 166 УПК РФ указано, что к протоколу следственного
действия могут прилагаться «фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, носители
компьютерной информации». Очевидно, что данный перечень является
вполне конкретным и исчерпывающим и с точки зрения строгого следования букве закона не допускает приложения к протоколу следственного
действия других носителей информации.
Таким образом, может возникнуть вполне разумный вопрос: можно
ли, например, прилагать к протоколу следственного действия аудио- или
видеозапись, находящуюся на CD-R, CD-RW, DVD-R, DVD+RW диске
или в съемной карте памяти? А если через год?два появятся другие, более компактные и совершенные носители информации, о появлении которых в настоящее время мы не можем даже предположить? По логике в
УПК РФ придется внести поправку, добавив к длинному перечню морально устаревших технических средств новые, которые через несколько лет
также морально устареют, а то и вообще исчезнут из обращения.
На наш взгляд, такой путь регламентации применения технических
средств в уголовно-процессуальном законодательстве ограничивает применение наиболее совершенных технических достижений для целей уголовного судопроизводства.
Вместе с тем даже из названий технических средств, перечисленных в
УПК РФ, видно, что все они предназначены для одной цели ? фиксации и
сохранения сведений, имеющих значение для уголовного дела, т.е. инфор-
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
104
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
мации, которая может быть подразделена на аудиальную (звуковую), визуальную (зрительную) или аудиовизуальную. Что касается компьютерной информации, упоминания о которой все чаще встречаются в научной
литературе, то для уголовного судопроизводства она может представлять
интерес только в перечисленных видах, и говорить, по нашему мнению,
нужно не о компьютерной информации, само понятие которой достаточно
неопределенно, а об информации, содержащейся на носителях, применяемых в компьютерной технике.
Стоит отметить, что технический прогресс идет путем массового внедрения высоких технологий во все сферы жизнедеятельности, и те носители, которые сначала использовались только в компьютерной технике, сейчас активно применяются в бытовой аудио-, фото- и видеоаппаратуре.
Поэтому говорить о том, чем и на чем записана информация, сейчас не
имеет никакого смысла. Думается, вопрос может состоять только в том,
какая информация записана, можно ли ее воспроизвести, проверить, оценить и сохранить необходимое время с помощью технических средств,
имеющихся в распоряжении участников уголовного процесса.
Таким образом, нам представляется, что вместо перечисления различных видов и типов средств фиксации и хранения информации в
УПК РФ необходимо указывать лишь виды информации, которая может
быть получена в результате осуществления конкретных следственных действий, а также порядок ее получения.
Однако наиболее предпочтительным вариантом является использование в уголовном судопроизводстве обобщенного понятия, охватывающего
все известные технические средства, применяемые для фиксации результатов следственных и процессуальных действий, носители указанной информации, а также те технические средства, которые могут быть разработаны и применены в будущем. Такой подход, естественно, может быть
использован не только в рассмотренном случае, но и распространен на
все уголовно-процессуальное законодательство. Он будет способствовать
более четкому пониманию сущности применения технических средств при
раскрытии и расследовании преступлений и максимальному приближению уголовно-процессуального закона к современному уровню развития
науки и техники.
Касаясь данной проблемы, А.А. Леви и Н.А. Селиванов пришли к выводу о необходимости формулировки универсальной уголовно-процессуальной нормы, определяющей наиболее общие подходы к вопросу использования современных технических средств при расследовании
преступлений. Отмечая, что технические средства, базирующиеся на подлинно научной основе, сами по себе не могут быть законными или незаконными (в отличие от способов и методов их применения), А.А. Леви
предложил проект нормы УПК, унифицирующей статус применения всех
видов технических средств в уголовном процессе. «Следователь, вызванный им специалист или участвующий в следственном действии эксперт в
целях собирания, проверки и оценки доказательств, а также фиксации хода следственного действия могут использовать научно-технические средства, соответствующие современным достижениям науки и техники, не нарушающие установленные законом права граждан, безопасные для их
жизни и здоровья, не унижающие чести и достоинства, не вызывающие
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
105
изменения объектов, к которым они применяются, и способствующие получению достоверных результатов»36.
У такого подхода есть как сторонники, так и противники. Например,
М.А. Сильнов37 указывает на ряд проблем, которые могут возникнуть при
использовании в уголовном процессе средств аудиовизуальной фиксации
информации, основанных на цифровых методах обработки сигнала. По его
мнению, такие системы, являющиеся разновидностью компьютерной техники, позволяют значительно изменять характеристики и параметры фиксируемых объектов во время съемки и таким образом легко фальсифицировать материалы уголовного дела.
Но, как нам представляется, отказ от применения технического средства на основании того, что получаемые результаты могут быть фальсифицированы, не может быть признан обоснованным, поскольку с помощью современных компьютерных технологий можно фальсифицировать
любые материалы (одни проще, другие труднее ? было бы желание). На
наш взгляд, не следует опасаться внедрения новых технологий, а искать
такие пути их использования для получения и проверки сведений, имеющих значение для уголовного дела, которые сделали бы невозможным их
использование для фальсификации доказательств.
Считаем, что среди мер, позволяющих исключить отставание уголовно-процессуального законодательства от современного уровня развития
науки и техники, а также предотвратить фальсификацию доказательств с
применением технических средств, можно предложить ряд поправок в
действующий Уголовно-процессуальный кодекс РФ.
Во-первых, необходимо дополнить ст. 86 УПК РФ частью 4 следующего содержания: «4. При собирании доказательств участниками уголовного
процесса в соответствии с их правомочиями могут использоваться технические средства в порядке и способами, не противоречащими настоящему
Кодексу».
Во-вторых, дополнить ч. 2 ст. 75 УПК РФ пунктом 3 следующего содержания: «3) документы, полученные с использованием технических
средств, в отношении которых отсутствует заключение эксперта или специалиста». Пункт 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ считать п. 4.
В научной и учебно-методической литературе при изучении вопросов,
касающихся использования технических средств в сфере уголовного судопроизводства, наряду с уже рассмотренными, используется ряд понятий,
на которые необходимо обратить внимание. В данном случае, кроме уже
отмеченных, имеющих законодательное происхождение и закрепленных в
УПК РФ, встречаются понятия и термины, появившиеся в результате научных исследований в области уголовного процесса и криминалистики.
Наиболее распространенными и, надо отметить, спорными в настоящее
время являются «научно-технические средства», «технико-криминалистические средства» и «специальные технические средства».
36
37
Леви А.А. Объективизация доказывания на предварительном расследовании
как одно из средств обеспечения прав и законных интересов его участников //
Участники уголовного процесса и прокурорский надзор за обеспечением органами расследования их прав и законных интересов. М., 1995. С. 42.
См.: Сильнов М.А. Вопросы прокурорского надзора за использованием технических средств при производстве следственных действий. М., 2002. C. 46.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
106
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Интересно, что все три указанных термина могут обозначать одни и
те же технические средства, которые, кроме того, не являются ни научными, ни криминалистическими, ни специальными, а лишь используются в
различных областях уголовно-процессуальной деятельности.
Например, понятие «научно-техническое средство» в последнее время
получило распространение в научных работах по уголовному процессу;
«технико-криминалистические средства» используется в трудах и учебниках по криминалистике; а «специальные технические средства» чаще всего употребляется в изданиях по оперативно-розыскной деятельности, а
также в многочисленных документах Министерства внутренних дел РФ.
Контекстуальный анализ сущности и содержания рассмотренных терминов показывает, что в подавляющем большинстве случаев добавление к
понятию «техническое средство» слов «научное», «криминалистическое»,
«специальн??е» является ничем не обоснованной попыткой придания
наукообразности, «солидности» или секретности обычным действиям, совершаемым при расследовании преступлений с применением бытовых либо распространенных технических средств. Кроме того, приведенные терминологические словосочетания без соответствующего контекста сами
вообще не имеют смысла.
Так, если в термине «специальные технические средства» или часто
употребляемом в качестве его синонима «специальная техника» выделить
значение составляющего элемента «техника», то окажется, что в сознании
большинства людей «техника», как правило, ассоциируется с механизмами, приспособлениями, приборами и устройствами. Однако данное значение слова не является единственным и основным.
В списке значений слова «техника», приводимом в Толковом словаре
русского языка38, это узкое значение занимает последнюю позицию, т.е.
является метонимическим переносом, а в Словаре русского языка39 как
самостоятельное значение вообще отсутствует.
В Толковом словаре дается расширенное толкование слова «техника»:
«совокупность приемов и приспособлений, применяемых в каком-либо деле для получения наибольших результатов при наименьших затратах человеческого труда».
Аналогичное толкование приводится и авторами Словаря русского
языка, которые слово «техника» истолковывают как «совокупность
средств труда, знаний и деятельности»40. Приведенные определения вполне соответствуют значению исходного греческого слова «technike», что переводится как мастерство, умение, искусство41. Применительно к специальной технике речь идет об искусстве эффективного использования
технических средств для гарантированного достижения желаемого результата. Таким образом, специальная техника представляет собой совокупность технических средств, тактики и методики их правильного применения.
38
39
40
41
См.: Толковый словарь русского языка / Под ред. Д.Н. Ушакова. М., 1940.
С. 702.
См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка / Под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1990.
С. 795.
Там же. С. 795.
См.: Толковый словарь русского языка. С. 702.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
107
Следует отметить, что слово «специальная» в русском языке означает
«особая, предназначенная исключительно для чего-либо, связанная с отдельной, обособленной отраслью общественной жизни»42. Такое понимание смысла слова делает некорректным его использование вне контекста,
без определения сферы применения технических средств. При этом принадлежность к «специальным» может определяться как специальной конструкцией, техническими возможностями и назначением прибора, приспособления или устройства, так и особыми (специфическими) тактическими
приемами использования тех или иных технических средств. В ряде случаев и само техническое средство, и тактика его применения могут быть
специальными.
В научной литературе не раз предпринимались попытки дать определение понятию «специальная техника». Одно из самых первых определений применительно к сфере деятельности органов внутренних дел было
сформулировано Д.В. Гребельским, который считал, что специальная техника ? это «система средств, устройств и соответствующих тактико-технических приемов, используемых органами внутренних дел при условии
строгого соблюдения законности в целях обеспечения охраны общественного порядка и борьбы с преступностью, организации режима и охраны
осужденных»43.
С данным определением согласны многие авторы44. Вместе с тем
В.И. Горбатенко и Ю.Е. Смагин вполне обоснованно предложили ввести в
определение специальной техники, используемой органами внутренних
дел, понятие тактических приемов применения и соответствующих методов45, а В.В. Зайцев и С.Н. Кленов уточнили направленность использования технических средств, определив ее как «применение средств специальной техники в целях предупреждения и раскрытия преступлений,
розыска преступников, создания необходимых условий для содержания
осужденных»46.
На наш взгляд, произошедшие в обществе изменения, принятие ряда
законов и подзаконных нормативных актов обусловливают необходимость
внесения корректив в понятие специальной техники. Представляется, что
словосочетание «специальная техника органов внутренних дел» или каких-либо других «органов» на сегодняшний день не отвечает сложившейся
ситуации в правоохранительной сфере. Как уже отмечалось, термин «специальная техника», используемый в прямой связи с применением технических средств органами внутренних дел, появился более тридцати лет назад.
Известно, что в то время основными субъектами применения средств
специальной техники являлись подразделения КГБ и органы внутренних
42
43
44
45
46
Толковый словарь русского языка. С. 433.
Гребельский Д.В. О содержании, задачах и системе курса «Основы специальной техники» // Сборник учебных материалов по курсу «Основы специальной
техники». М., 1966. С. 10.
См., напр.: Лушин А.М. Специальная техника и ее применение. Введение в курс:
Лекция. Горький, 1980. С. 10; Широков Ю.М., Бородин В.И. Применение оперативной техники сотрудниками ОВД: Лекция. М., 1992. С. 3.
См.: Горбатенко В.И., Смагин Ю.Е. Тактика и методика применения оперативно-технических средств оперативными аппаратами органов внутренних дел:
Учебное пособие. М., 1994. С. 3.
Зайцев В.В., Кленов С.Н. Оперативная техника органов внутренних дел: Учебное пособие. М., 1998. С. 3.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
108
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
дел. Соответственно имело место четкое деление технических средств по
использованию при проведении оперативно-розыскных мероприятий подразделениями того или другого ведомства. В настоящее время число субъектов правоохранительной и оперативно-розыскной деятельности значительно выросло. Так, например, в соответствии со ст. 13 Федерального
закона от 12 августа 1995 г. «Об оперативно-розыскной деятельности»
правом проведения оперативно-розыскных мероприятий на территории
России обладают оперативные подразделения органов внутренних дел
Российской Федерации; органов федеральной службы безопасности; федеральных органов государственной охраны; таможенных органов Российской Федерации; службы внешней разведки Российской Федерации; федеральной службы исполнения наказаний; органов по контролю за оборотом
наркотических средств и психотропных веществ, а также в ряде случаев
оперативные подразделения органов внешней разведки Министерства
обороны Российской Федерации47. Сотрудники всех перечисленных ведомств при проведении отдельных оперативно-розыскных мероприятий
могут использовать аналогичные или одинаковые технические средства,
тактические приемы и методики.
В соответствии с Законом РФ «О частной детективной и охранной
деятельности в Российской Федерации» допускается использование
средств специальной техники: видео- и аудиозаписи, кино- и фотосъемки,
технических и иных средств, а также оперативной радио- и телефонной
связи субъектами частной детективной и охранной деятельности48. В ст. 17
данного Закона также указано, что на частную детективную и охранную
деятельность распространяются правила применения специальных
средств, установленные Правительством Российской Федерации для органов внутренних дел.
В стране постепенно сложился рынок средств специальной техники.
Наряду с известными (например, НИИСТ МВД РФ) в настоящее время
функционирует множество фирм, разрабатывающих или осуществляющих
продажу подобных технических средств на основании Постановления
Правительства Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 77049.
Таким образом, понятие специальной техники на сегодняшний день не
может быть целиком связано с каким-либо ведомством. Значительное число используемых при раскрытии и расследовании преступлений технических средств разработано и изготовлено вне ведомственных НИИ и предназначено для широкого круга субъектов применения. Многие технические
средства, производимые зарубежными и отечественными изготовителями,
свободно или с некоторыми ограничениями продаются и применяются в
деятельности различных субъектов (например, радиостанции, станции опе47
48
49
СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3349.
Ведомости СНД РСФСР и ВС РСФСР. 1992. № 17. Ст. 888.
Постановление Правительства РФ от 1 июля 1996 г. № 770 «Об утверждении
положения о лицензировании деятельности физических и юридических лиц, не
уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности, связанной с разработкой, производством, реализацией, приобретением в целях продажи, ввоза в Российскую Федерацию и вывоза за ее пределы специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации в процессе осуществления
оперативно-розыскной деятельности» // СЗ РФ. 1996. № 28. Ст. 3382.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
109
ративной связи на базе цифровых мини-АТС, компьютерные системы отображения информации, телекоммуникационные средства, аппаратура получения и фиксации аудиальной и визуальной информации и т.д.).
Техника, применяемая в оперативно-розыскной деятельности, также
не является специфичной. Технические средства, тактические приемы и
методы, изначально разработанные, например, для ОВД и состоявшие на
вооружении только у них, в настоящее время используются оперативными
подразделениями таможенных органов, органов по контролю за оборотом
наркотических средств и психотропных веществ и т.д.
На современном этапе следует говорить о сложившейся категории
«специальная техника обеспечения безопасности и негласного получения
информации»50. Под безопасностью в данном контексте понимается обеспечение охраны прав и законных интересов физических и юридических лиц,
а также безопасность общества и государства. При этом отдельные образцы специальной техники могут применяться самими носителями охраняемых прав и законных интересов, в то время как основная ее часть используется в деятельности правоохранительных органов и специальных служб.
Среди средств специальной техники обеспечения безопасности и негласного получения информации, применение которых разрешено широкому кругу субъектов, могут быть, например, названы системы и устройства обеспечения личной неприкосновенности, контроля и управления
доступом на объекты информационной безопасности и т.д. В деятельности
правоохранительных органов и специальных служб на основании законов
и подзаконных нормативных актов применяются специальные технические
средства получения и фиксации оперативной информации, управления силами и средствами, защиты личного состава, обеспечения специальных
операций и т.д., а также специальные тактические приемы и методики их
использования. Часть средств специальной техники обеспечения безопасности и негласного получения информации используется при раскрытии и
расследовании преступлений.
В состав специальной техники обеспечения безопасности и негласного
получения информации с учетом реалий настоящего времени необходимо
включать специальные программные продукты, которые являются самостоятельным элементом специальной техники, коренным образом отличающейся от технических средств, тактических приемов и методик.
Таким образом, под специальной техникой обеспечения безопасности
и негласного получения информации, используемой при раскрытии и
расследовании преступлений, следует понимать совокупность технических средств, программных продуктов, тактических приемов и соответствующих им методов, используемых сотрудниками органов дознания, дознавателями и следователями или по их поручению иными
лицами в борьбе с преступностью, получении и фиксации информации в
процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности или в ходе производства по уголовному делу, на основании и во исполнение законов и подзаконных нормативных актов.
Входящие в это понятие специальные технические средства представляют собой приборы, устройства, приспособления или материалы (веще50
См.: Бочкарев А.В., Ильиных В.Л., Пояркин А.С., Федюнин А.Е. Специальная
техника, применяемая в органах внутренних дел. Общая часть: Учебное пособие. Саратов, 2002.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
110
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ства), которые используются в качестве инструментального технического
обеспечения мероприятий, направленных на достижение указанных выше
целей применения специальной техники.
К особой группе специальной техники можно отнести технические
средства, определяемые видовым термином «специальные технические
средства, предназначенные (разработанные, приспособленные, запрограммированные) для негласного получения информации», охватывающие технические средства (приборы и устройства), перечисленные в Постановлении Правительства РФ от 1 июля 1996 г. № 770.
Таким образом, употребление терминов «специальное техническое
средство», «специальная техника» применительно к уголовному судопроизводству, оперативно-розыскной деятельности или криминалистике может быть обоснованным только в том случае, если техническое средство
создано исключительно для перечисленных целей и, как правило, не применяется в других сферах деятельности, а тактика и методика его применения имеют особенности, обусловленные спецификой названных направлений деятельности. Кроме того, должно быть указано назначение данного
технического средства. Использование понятия «специальные технические
средства», на наш взгляд, может быть обоснованным и в том случае, если
имеется их перечень, они определены в законе и в соответствующей ссылке на него.
Замечания по поводу термина «технико-криминалистические средства» в целом аналогичны замечаниям по поводу рассмотренных понятий
«специальные технические средства» и «специальная техника». Хотя данный термин обозначает более узкую группу технических средств ? криминалистических, при его использовании нередко встречаются неточности,
связанные с чрезмерно расширительным толкованием.
Исходя из высказанной предпосылки, что технические средства, в определении которых указана конкретная область их использования, должны быть, как минимум, специально созданы для использования в названной области, можно предположить, что все технико-криминалистические
средства созданы специально для использования при расследовании преступлений и при проведении криминалистических исследований. Однако
это не совсем так.
Достаточно часто к средствам криминалистической техники (или технико-криминалистическим средствам) относят приборы и устройства бытового, медицинского, военного и другого назначения, используемые в различных областях деятельности, такие как средства фотосъемки и
видеозаписи, ультрафиолетовые осветители, металлоискатели, микроскопы и даже персональные компьютеры (список можно продолжить). Все
указанные технические средства, конечно, применяются для криминалистических исследований, однако по своему происхождению они не имеют
никакого отношения к криминалистике.
Так, например, средства фотосъемки (фотоаппараты и видеозаписи),
видеокамеры являются общедоступными или бытовыми приборами, имеющимися в свободной продаже, ультрафиолетовый осветитель ОЛД41, который часто приводится в качестве примера криминалистического прибора в учебниках по криминалистике, ? медицинского происхождения,
металлоискатели, как правило, заимствуются из армии или органов внутренних дел, а персональные компьютеры вообще являются достоянием современной цивилизации.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Е. Федюнин, С.М. Федюнина
111
Несомненно, есть и приборы, которые абсолютно обоснованно можно
отнести к «криминалистическим», такие как криминалистическая лупа,
сравнительный микроскоп, специальные установки для отстрела огнестрельного оружия, но их сравнительно мало. Большинство же технических средств причисляют к технико-криминалистическим необоснованно,
лишь на основании того, что они применяются в криминалистике. Однако
считая, что признание тактики и методики применения какого-либо средства носит специальный характер, совсем не означает, что данное средство становится специальным. Оно остается тем, для чего было создано, меняется лишь область его применения.
Необходимо отметить, что употребление термина «технико-криминалистические средства» правомерно лишь в том случае, если речь идет о
средствах, действительно созданных или существенно модифицированных,
переделанных для использования при проведении криминалистических исследований. В остальном можно говорить лишь о технических средствах,
применяемых в криминалистике, что, надо отметить, нисколько не умаляет их значимости и полезности для нужд органов дознания и предварительного следствия.
Таким образом, под криминалистической техникой (технико-криминалистическими средства) следует понимать разновидность специальной
техники, созданной или существенно модифицированной для проведения
криминалистических исследований.
Термин «научно-технические средства», получивший в последнее время широкое распространение в криминалистической и уголовно-процессуальной литературе, также может представлять весьма интересный объект
для исследования, особенно, если учесть, что широкого объяснения такого
понятия не встречается ни в технических словарях, ни в работах по исследованию научно-технического творчества, ни в технической литературе, ни
в работах по истории развития науки и техники. В технических науках такого понятия нет вообще, здесь вполне обходятся терминами «технические
средства», «прибор» или «изделие» вне зависимости от новизны научных
достижений, которые были использованы при их разработке. Получается,
что технические средства после приобщения их к нуждам уголовного судопроизводства приобретают повышенную научную значимость или более
научными становятся порядок и методики их применения.
Если исходить из семантики термина «научный» (т.е. «основанный на
принципах науки»)51 в словосочетании «научно-технические средства», то
в уголовном процессе используются основанные на научных принципах
технические средства. Конечно, это является фактором положительным.
Но, с другой стороны, возникает вопрос: бывают ли технические средства,
разработанные без учета научных принципов? Очевидно, что нет. Все технические средства, приборы и устройства имеют принцип действия, основанный на известных науке законах, а также конструкцию, созданную на
научных и инженерных разработках.
Таким образом, в данном контексте признак «научности» по отношению к используемым в уголовном судопроизводстве приборам является
избыточным. Вместе с тем в криминалистике технические средства вполне
могут применяться в научных целях, опираясь на специально разработанные для этого методики. В этом случае можно говорить о научных иссле51
См.: Лопатин В.В., Лопатина Л.Е. Русский толковый словарь. М., 1997. С. 279.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
112
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
дованиях с использованием технических средств или технико-криминалистических средств (если данные средства созданы для криминалистических исследований).
В то же время подавляющее большинство случаев употребления термина «научно-технические средства» относится к работам, где описано
применение тех же технических средств (фотосъемки, видеозаписи и другие процедуры, получившие широкое распространение при раскрытии и
расследовании преступлений и ставшие вполне обыденными в работе оперативных сотрудников, следователей и экспертов). Можно встретить работы с очень «научными» названиями, например «Применение современных
научно-технических средств в расследовании преступлений», в которых
речь идет о преимуществах видеосъемки перед фотосъемкой при осмотре
места происшествия. Естественно, что преимущества здесь очевидны, и
можно говорить о научных методиках применения рассматриваемых технических средств, однако это никак не добавляет научности фотоаппарату
или видеокамере.
В некоторых случаях «научность» технических средств пытаются обосновать результатами научных разработок, в том числе в области криминалистики, и соответствующими современными достижениями в области
науки и техники. Однако, как уже было отмечено, все технические средства являются результатом научных разработок, их современность совсем
не означает, что в них заложены новые научные принципы. Скорее всего,
такие технические средства будут иметь более совершенную конструкцию,
повышенную надежность, лучшие технические характеристики, увеличенный набор функций, будут более удобными в использовании. Кроме того,
как нам представляется, намного более «научным» было фотографирование места происшествия лет 100 назад с использованием стеклянных фотографических пластин, химической вспышки и фотокамеры с ручной выдержкой, а не современное использование полностью автоматической
видеокамеры со встроенным микрокомпьютером для управления всеми
параметрами настройки.
Появляются попытки применения термина «научно-технические средства» для обозначения всех технических средств, используемых для раскрытия и расследования преступлений, придания ему чрезмерно расширительного толкования с оттенком фундаментальности и научности.
Однако большинство таких технических средств не являются специально
разработанными для нужд оперативно-розыскной деятельности, уголовного процесса и криминалистики, а методика их применения зачастую не
может быть признана «научной» с точки зрения их использования для
раскрытия и расследования преступлений. Поэтому употребление термина «научно-техническое средство» для обозначения всех или части технических средств, применяемых при расследовании уголовных дел, на наш
взгляд, не имеет под собой никаких оснований. В данном случае вполне
достаточным является общепринятое понятие «технические средства». Если же возникает необходимость подчеркнуть научную значимость использования какого-либо технического средства для раскрытия и расследования преступлений, имеет смысл, в первую очередь, обратить внимание на
научную обоснованность его применения, а также на методические принципы, выработанные уголовно-процессуальной или криминалистической
науками.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
113
Таким образом, нам представляется необходимым определить и закрепить понятие технических средств, применяемых в уголовном судопроизводстве. Очевидно, что в данном случае круг применяемых технических
средств не может быть ограничен фотосъемкой, видеозаписью, аудиозаписью или какими-либо другими отдельными способами фиксации информации или их перечнем. По нашему мнению, это должно быть универсальное
понятие, которое бы предусматривало использование любых возможных
технических средств при расследовании уголовных дел, порядок и способы
применения которых не противоречат действующему уголовно-процессуальному законодательству. Естественно, что результаты применения таких
технических средств должны удовлетворять требованиям к доказательствам, предъявляемым УПК РФ, а порядок и способы их хранения, воспроизведения и исследования не должны препятствовать осуществлению процедуры уголовного судопроизводства.
Считаем, что под техническими средствами в уголовном процессе
следует понимать совокупность технических средств (приборов, устройств, приспособлений, материалов, веществ), программных продуктов, тактических приемов и соответствующих им методов, используемых участниками уголовного судопроизводства в качестве
инструментального технического обеспечения процессуальных действий, фиксации информации и сбора доказательств в соответствии с их
правомочиями, определенными Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. По нашему мнению, предложенное определение технических средств следует внести в ст. 5 УПК РФ как базовое понятие,
определяющее весь дальнейший подход к обозначению технических
средств, применяемых в уголовном судопроизводстве.
Что же касается специального определения понятия результатов применения технических средств, то, на наш взгляд, таковое не требуется, поскольку в соответствии со ст. 84 УПК РФ все они могут быть отнесены к
иным документам, получение, истребование и представление которых осуществляется в порядке, установленном ст. 86 УПК РФ.
А.Н. Варыгин*, В.А. Маркелов**
?НОУМВМЛВ УЪ ?УВММУИ ТОЫК·?: ?Б?О?? М? Ф?У·ОВПЫ
В
опросы защиты Отечества в истории России всегда ставились на
первый план. Служба в Вооруженных Силах на протяжении длительного времени была почетной обязанностью для граждан страны. В
последние годы в связи с происходящими социально-политическими процессами в обществе значительно снизился авторитет Вооруженных Сил,
понижено сознание необходимости и важности для молодого человека
службы в армии, распространились антиармейские настроения в среде
молодежи. В этих условиях резко возросло количество уклонений от призыва на военную службу призывников, самовольное оставление части или
*
**
Профессор кафедры уголовного права и криминологии Саратовского
юридического института МВД России, доктор юридических наук.
Кандидат юридических наук, военнослужащий.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
114
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
места службы, дезертирство, уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни, членовредительства или иным способом. Согласно отдельным исследованиям в настоящее время 42% всех
преступлений военнослужащих ? это уклонения от военной службы1. Ежегодно из воинских частей сбегают около 5 тысяч солдат. За десять минувших лет в России было почти 50 тысяч дезертиров и каждый год около 30
тысяч уклонистов от призыва на военную службу2.
С целью определения разновидностей уклонений от военной службы,
их криминологических особенностей и специфических признаков, а также
выявления причин и условий данных противоправных деяний нами было
проведено криминологическое исследование, которое дает возможность
предложить необходимые направления, а также конкретные меры по их
предупреждению.
Проведенное исследование показало, что уклонение от военной службы ? это совокупность уголовно наказуемых деяний, заключающихся в
умышленных действиях, направленных на избежание пребывания в рядах
Вооруженных Сил или других воинских формирований, совершенных лицами, подлежащими призыву на военную службу или военнослужащими.
Уклонение от военной службы подразделяется на две группы преступлений ? уклонение от призыва на военную службу (ч. 1 ст. 328 УК РФ)
41,1% и уклонение от прохождения военной службы (ст. ст. 337, 338, 339
УК РФ) 58,9%. Последний вид уклонения, в свою очередь, структурно
включает самовольное оставление части ? около 80%, дезертирство ?
17%, симуляция болезни и членовредительство ? 3%.
Несмотря на то, что выделенные виды уклонений посягают на различные объекты уголовно-правовой охраны, они характеризуются общностью
криминологических признаков, подчиненных единой цели ? избежать прохождения военной службы и связанных с ней тягот и лишений; в причинении в итоге вреда обороноспособности страны, схожестью причин и условий и соответственно мер предупреждения, а также одинаковыми
личностными характеристиками лиц, их совершающих.
В последние годы количество всевозможных уклонений от военной
службы в стране растет. Нередко они связаны с другими общественно
опасными деяниями ? убийствами, причинением тяжкого вреда здоровью,
хищением огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и
взрывных устройств, насильственными действиями в отношении начальника, а также такими преступлениями, как дача взятки, что существенно
повышает их общественную опасность.
Характеристика преступников, совершивших уклонение от военной
службы: возраст (18?20 лет); средний образовательный уровень; проживание основной массы из них до призыва на военную службу в городах;
отсутствие занятий общественно полезной деятельностью; изначально негативное отношение к военной службе; совершение до призыва на службу
различных правонарушений, в том числе связанных с уклонением от призыва на военную службу.
К числу наиболее типичных причин и условий данного вида преступных деяний следует отнести: негативное отношение общества к Вооружен1
2
См.: Иншаков С.М. Криминология: Учебник. М., 2000. С. 284.
См.: Баранец М., Фалалеев С. Дивизия в бегах // Комсомольская правда. 2003.
25 фев.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Н. Варыгин, В.А. Маркелов
115
ным Силам страны; недостаточное финансирование и материально-техническое обеспечение Вооруженных Сил; отсутствие системы военно-патриотического воспитания граждан страны; недостатки в организации и проведении призыва на военную службу; наличие неуставных взаимоотношений в
воинских коллективах; слабо ведущаяся воспитательная и профилактическая работа в воинских подразделениях и некоторые другие.
Предупреждение уклонений от призыва на военную службу, на наш
взгляд, должно представлять собой деятельность государственных и общественных органов, направленную на выявление, ослабление или устранение причин и условий таких преступлений.
Как и предупреждение всей преступности, предупреждение названных преступлений должно осуществляться как на общесоциальном, так и
специально-криминологическом уровне. Анализ названных преступлений,
их причин и условий, особенностей лиц, их совершающих, позволяет предложить ряд мер, необходимых для их предупреждения.
Безусловно, предупредительную работу в борьбе с данным видом преступлений следует начинать с осуществления общесоциальных мероприятий, прежде всего экономического характера. В настоящее время необходимо существенно улучшить финансирование и соответственно материальнотехническое обеспечение Вооруженных Сил и тех министерств и ведомств, в
которых предусмотрена военная служба по призыву.
В этом направлении необходимо выделить средства на строительство
для них благоустроенного жилья ? квартир для офицеров и иных лиц, проходящих службу по контракту, оборудованных казарм для военнослужащих срочной службы, создать условия для нормального быта.
Немаловажный вопрос, от решения которого также будет зависеть количество уклонений от призыва, ? это обеспечение военнослужащих качественным и своевременным питанием (в настоящее время в армии нередки случаи, когда солдаты особенно в отдаленных гарнизонах и частях
голодают), осуществление охраны их здоровья (имеются случаи, когда военнослужащие не получают своевременно медицинской помощи, в силу
чего причиняется вред их здоровью и некоторые даже погибают3). Такие
обстоятельства, несомненно, становятся известны общественности и оказывают негативное влияние на призывников и их отношение к военной
службе.
Экономическую основу содержит вопрос о комплектовании Вооруженных Сил на контрактной основе. Федеральный закон «О воинской обязанности и военной службе»4 гласит, что контракт о прохождении военной
службы заключается гражданином с Министерством обороны Российской
Федерации или федеральным органом исполнительной власти, в котором
предусмотрена военная служба. В контракте о прохождении военной
службы закрепляются добровольность поступления гражданина на военную службу, срок, в течение которого он обязуется проходить военную
службу, и условия контракта.
Прохождение военной службы по контракту, то есть добровольно и на
возмездной основе, как отмечает большинство исследователей, сразу сможет решить множество проблем, связанных с уклонением от призыва на
3
4
См.: Гаврилов Ю. В армию поведет доктор // Российская газета. 2005. 1 апр.
СЗ РФ. 1998. № 13. Ст. 1475.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
116
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
срочную военную службу5. Когда гражданин осознанно, добровольно выбирает «работу» военнослужащего, то возможность его уклонения от военной службы снижается, если не исчезает совсем. Это связано с тем, что
действующий Закон предоставляет лицам, проходящим службу по контракту, довольно большой перечень оснований прекратить свою службу
(ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»). Например, военнослужащий, проходящий службу по контракту, в
отличие от проходящего службу по призыву, имеет право на досрочное
увольнение с военной службы в связи с существенным и (или) систематическим нарушением в отношении него условий контракта; по семейным
обстоятельствам; в связи с невозможностью проживания члена семьи военнослужащего по медицинским показаниям в местности, в которой военнослужащий проходит службу и другие (ч. 3 ст. 51).
При этом следует оговориться, что мы не поддерживаем идею полного перехода к контрактной основе комплектования армии. На наш взгляд,
по контракту должна осуществляться военная служба лишь в боевых частях Вооруженных Сил, их подразделениях, принимающих непосредственное участие в военных действиях. Мы полагаем, что меры экономического
характера, насколько бы они интенсивно ни осуществлялись, не в состоянии сократить количество уклонений от призыва на военную службу. Это
связано с тем, что основные причины таких преступлений не столько экономического, сколько идеологического и культурно-воспитательного характера. Достаточно вспомнить историю России, в которой в тяжелые в экономическом плане годы (например в 1930?1950 гг.) уровень патриотизма
граждан был достаточно высок, а количество уклонений от военной службы, напротив, низким. Общество же, которое на протяжении почти двадцати последних лет прежде всего силами средств массовой информации
создавало негативный облик своего государства и всех его институтов, в
том числе российской армии, не могло не получить в ответ снижение уровня военно-патриотического сознания молодежи, падение престижа военной службы, стремление любыми средствами избежать исполнения
главной обязанности ? защищать свое Отечество.
Важнейшим направлением предупреждения рассматриваемых преступлений является возрождение в стране патриотического воспитания
молодежи, включающего в себя систематическую и целенаправленную
деятельность органов государственной власти и организаций по формированию у граждан высокого патриотического сознания, чувства верности
своему Отечеству, готовности к выполнению гражданского долга и конституционных обязанностей по защите интересов Родины. Оно направлено
на формирование и развитие личности, обладающей качествами гражданина ? патриота Родины и способной успешно выполнять гражданские
обязанности и в мирное, и в военное время. Составной частью патриотического воспитания должно стать военно-патриотическое воспитание молодых граждан России.
Военно-патриотическое воспитание представляет собой систематическую, целенаправленную деятельность по формированию у молодежи высокого гражданского сознания, идейно-политических, морально-психологических и нравственных качеств, необходимых для вооруженной защиты
5
См.: Иншаков С.М. Указ. соч. С. 292; Певень Л.В. Контрактная служба в Вооруженных Силах Российской Федерации: проблемы и перспективы // Социс. 1996.
№ 2. С. 72.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Н. Варыгин, В.А. Маркелов
117
Отечества. Одновременно ? это и процесс овладения военно-техническими
знаниями, физического совершенствования личности.
В целях развития военно-патриотического воспитания следует в обязательном порядке вновь вводить в школах, профессиональных училищах
и колледжах такие дисциплины, как начальная военная подготовка, расширять деятельность музеев Боевой славы, организовывать и проводить
военно-спортивные игры, осуществлять военно-поисковую работу. Такое
воспитание должно продолжаться и в вузах, тем более опыт работы в
этом направлении за прошлые годы накоплен достаточный6.
Общество, государство должны, наконец, осознать и целенаправленно
осуществлять пропаганду необходимости и важности военной службы,
престижности воинского труда. В этих целях следует на телевидении расширять цикл военно-патриотических передач, таких как «Служу Отчизне», «Военная программа». Других, к сожалению, на центральном телевидении нет. Вызывает одобрение предложение Министерства обороны РФ
открыть на телевидении военно-патриотический канал «Звезда»7. Государству необходимо оказывать поддержку таким средствам массовой информации, формировать программы вещания на ??сю Россию в интересах
обеспечения объективности изложения исторических и текущих событий,
связанных с деятельностью Вооруженных Сил.
Полезным, на наш взгляд, будет создание информационной базы в сети Интернет по проблемам развития патриотического воспитания, производство кино- и видеофильмов, постановку спектаклей, направленных на
патриотическое воспитание граждан, оказание поддержки существующим
в стране ветеранским организациям. Заслуживают внимания предложения таких мер патриотического воспитания молодежи, как создание военно-патриотических курсов, проведение научно-практических конференций,
семинаров, круглых столов; по вопросам такого воспитания организация
всероссийского съезда общественно-патриотических объединений, всероссийских организационно-методических и учебно-методических сборов, совещаний руководителей патриотических объединений и клубов8.
Другими мерами, направленными на предупреждение рассматриваемых уклонений от призыва на военную службу, должны быть, на наш
взгляд, меры правового характера. Это связано с тем, что, как показало
исследование, существует немало недостатков правового характера, порождающих названные преступления. По нашему мнению, в настоящее время, в условиях массового уклонения от призыва, необходимо ужесточить
уголовную ответственность за подобные деяния. Мы поддерживаем предложения некоторых ученых, например М.В. Карпенко, который предлагает за совершение уклонения от призыва на военную службу предусмотреть такое наказание, как обязательные работы, которые виновный может
отбывать в военных комиссариатах9.
6
7
8
9
См., например: Змеев В.А., Тарасов А.А. Военно-патриотическое воспитание
студентов // Военно-патриотическое воспитание молодежи. Проблемы и опыт.
М., 1991. С. 134?149.
Российская газета. 2005. 29 янв.
Государственная программа «Патриотическое воспитание граждан Российской
Федерации на 2001?2005 годы» // Российская газета. 2001. 12 марта.
См.: Карпенко М.В. Уголовная ответственность за уклонение от призыва на военную службу: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Ростов н/Д., 2002. С. 23.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
118
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Нуждаются, на наш взгляд, в ужесточении и санкции статей 21.5 ?
21.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающих наказание за уклонение от мероприятий, связанных с проведением призыва на военную службу. Это связано с тем,
что наказание в виде штрафа не страшит призывников, уклоняющихся от
призыва, и в силу этого не останавливает их от совершения противоправных действий.
Кроме того, в целях предупреждения уклонений от призыва на военную службу следует внести определенные коррективы в нормы законодательства, регулирующие призыв на военную службу (имеется в виду Закон «О воинской обязанности и военной службе»). В частности, в условиях
массового уклонения призывников от военной службы, невозможности
обеспечить комплектование Вооруженных Сил военнослужащими срочной
службы видится необоснованным наличие в том же Законе такого большого количества оснований освобождения от военной службы и предоставления отсрочек от призыва на нее (ст.ст. 23?24 Закона).
В профилактических целях целесообразно внести изменения в п. б) ч. 2
ст. 23 Закона РФ от 28 марта 1998 г. «О воинской обязанности и военной
службе» и разрешить призыв на военную службу лиц, имеющих неснятую
или непогашенную судимость за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 328 УК РФ.
Множество проблем организационно-управленческого характера возникает в процессе организации и проведения призыва на военную службу. Организация призыва на военную службу в соответствии с законом
возлагается в первую очередь на военные комиссариаты. В связи с тем,
что на службу нередко попадают лица, имеющие физические и психические заболевания, необходимо совершенствовать систему медицинского
освидетельствования призывников с целью своевременного выявления у
них физических или психических заболеваний, определения наличия наркотической или алкогольной зависимости. Определенные наработки в этом
направлении имеются. Еще в 1998 г. на базе городского сборного пункта
в г. Москве был создан региональный учебно-методический центр психологической диагностики, где проведена апробация методик с применением
компьютерных психологических тестов по выявлению лиц со скрытой психической патологией, а также лиц, употребляющих психоактивные вещества. Использовались экспресс-тесты для определения содержания наркотических веществ в организме. За два года работы центра призыв
москвичей с психическими расстройствами снизился в три раза10. Представляется, что необходимо расширять количество таких центров и лабораторий и использовать их передовые диагностики в выявлении лиц, которые не должны призываться на военную службу. В этой связи также
необходимо разработать и внедрить государственную программу по борьбе с наркоманией, токсикоманией, алкоголизмом и профилактике психических расстройств среди молодежи; в законодательном порядке закрепить
положение об обязательном обследовании в психиатрических либо наркологических лечебницах граждан, подлежащих призыву на военную службу, при постановке их на воинский учет. Также необходимо повысить пер10
См.: Доклад Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в
2002 году // Российская газета. 2003. 16 июля.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.Н. Варыгин, В.А. Маркелов
119
сональную ответственность членов военно-врачебных комиссий в связи со
случаями призыва граждан, негодных к военной службе по состоянию
здоровья.
Много трудностей в работе военных комиссариатов возникает в связи
с тем, что довольно сложно своевременно учесть и поставить на воинский
учет призывников, обеспечить их явку на мероприятия, связанные с призывом. В результате отсутствия существовавшей ранее строгой системы
прописки граждан весьма затруднительно обеспечить такой учет и обеспечить явку призывников на сборные пункты для отправки на службу. В
соответствии с законом повестки призывникам о явке на такие мероприятия должны вручаться под роспись, что удается далеко не всегда. Задача
усложняется еще и тем моментом, что многие призывники не работают и
не учатся, специально меняют место своего жительства.
В этом плане важно должное взаимодействие военных комиссариатов
с территориальными органами внутренних дел, а также органами прокуратуры, на которые в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством возложена обязанность производства предварительного следствия по преступлениям, связанным с уклонением от призыва на военную
службу. В настоящее время по существующим правилам военные комиссариаты в случае невозможности вручения повесток гражданам, подлежащим постановке на учет или призыву на военную службу, направляют
в соответствующие территориальные органы внутренних дел персональные письменные обращения для принятия мер по обеспечению их прибытия. Руководители органов внутренних дел района, города и иного муниципального образования при получении таких обращений должны
незамедлительно принять меры к розыску граждан и обеспечению их явки на мероприятия, связанные с постановкой на учет и призывом на военную службу. Персонально по каждому гражданину органы внутренних
дел должны сообщить в военные комиссариаты о результатах проведенных розыскных мероприятий. Как показало исследование, участковые
уполномоченные милиции, а тем более сотрудники других служб и подразделений в случае их привлечения к розыскным мероприятиям весьма
неохотно их выполняют, расценивая как лишнюю нагрузку в работе. Тем
более, что розыск таких лиц не относится к основным результатам деятельности органов внутренних дел, в отличие, например, от количества
выявленных и раскрытых преступлений. Это еще связано и с тем, что в
случае задержания «уклониста» от призыва материалы для привлечения
его к уголовной ответственности передаются в прокуратуру и предварительное следствие в соответствии со ст. 151 УПК РФ проводится следователями прокуратуры.
Полагаем, что в целях активизации работы органов внутренних дел
по розыску таких призывников и по предупреждению уклонений от призыва на военную службу следует внести изменения в ст. 151 УПК РФ и
передать производство предварительного следствия по ст. 328 УК РФ в
ведение следователей органов внутренних дел. Такая мера позволила бы,
на наш взгляд, объединить все формы предупредительной работы по уклонениям от призыва на военную службу, а именно, профилактику, как
общую, так и индивидуальную, пресечение данных преступлений, их расследование в компетенции органов внутренних дел, что, несомненно, только бы способствовало повышению эффективности такой работы. Органы
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
120
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
внутренних дел, в отличие от военных комиссариатов и органов военной
прокуратуры, имеют достаточный опыт взаимодействия с трудовыми и
учебными коллективами, проведения индивидуальной профилактики, воздействия на профилактируемых лиц и их ближайшее окружение.
Таковы некоторые необходимые, на наш взгляд, меры предупреждения уклонений от призыва на военную службу, осуществление которых
позволит сократить их количество в стране.
В.Г. Громов*
? ФУОЛЪЛНВ Ы?УОУ?М?? М?Н?Б?МЛИ ? ?УТТЛЛ
У
головно-правовая культура современного российского общества характеризует качественное состояние всего комплекса уголовно-правовых явлений, включая отношение населения к институту наказания. Это
вполне объяснимо. В основе истоков такого подхода лежит правовая ментальность, культурная самобытность народа. Именно они определяют качественные параметры становления и развития правовых семей, правовых
систем современности, в том числе славянской правовой семьи, правовой
системы России.
Известным признаком наказания является положение о том, что с
юридической точки зрения оно обусловлено конфликтом между государственной волей, выраженной в норме, и индивидуальной волей лиц, нарушающих её1. Наказание является ведущей формой реализации уголовной
ответственности и представляет собой важный инструмент государства в
сфере охраны, правомерного лишения и ограничения прав и свобод личности.
Наказание в нравственно-юридическом смысле есть культурная ценность, если иметь в виду, что «ценность» ? это то, что значимо для человека2. Наказание ценно тем, что удерживает личность от совершения новых
правонарушений, обеспечивает охрану общества, государства от неправомерных деяний. Уголовное наказание сопряжено с возможностью лишения
преступника свободы. Однако осужденный, отбывающий наказание, остается гражданином государства и на него полностью распространяется основополагающий принцип Конституции России: «Человек есть высшая ценность» (ст. 2).
Исследование феномена наказания как нравственно-юридической
культурной ценности ещё не получило своего научного анализа в теории
права, прежде всего в контексте уголовно-правовой политики исполнения
уголовных наказаний в России.
После победы Октябрьской революции и свержения царского режима
в советских Основных началах уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г. было исключено упоминание о таком термине,
*
1
2
Докторант кафедры уголовного права и криминологии Саратовского юридического института МВД России, кандидат юридических наук, доцент.
См.: Максимов И.В. Административное принуждение в системе средств правовой политики // Правовая политика и правовая жизнь. 2005. № 1. С. 35?36.
Подробнее об этом см.: Поляков А.В. Общая теория права: феноменолого-коммуникативный подход: Курс лекций. СПб., 2003. С. 308?318.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
В.Г. Громов
121
как «наказание». Оно было заменено выражением «меры социальной защиты». Уход в уголовно-правовой терминологии от наказания-мести, наказания-кары, наказания-устрашения, наказания-возмездия указывал на
то, что государством была предпринята попытка взять курс на смягчение
уголовной репрессии.
8 июня 1934 г. в принятом ЦИК СССР постановлении «О дополнении
Положения о преступлениях государственных (контрреволюционных и особо для Союза ССР опасных преступлениях против порядка управления)
статьями об измене Родине»3 вновь появились термины «кара» и «наказание». Дальнейшее развитие теории об ужесточении классовой борьбы по
мере строительства социализма привело к тому, что в основах уголовного
законодательства страны произошел отказ от термина «меры социальной
защиты» и возврат к определениям «наказание» и «кара». Если понятие
«кара» просуществовало в уголовном законе только до 1996 г., то «наказание» используется до настоящего времени.
Можно говорить о том, что наказание является одним из итогов, результатов, форм выражения или проявлений уголовной ответственности4.
В советском уголовном праве «наказание» ассоциировалось с мерой государственного принуждения, назначаемой по приговору суда лицу, виновному в совершении преступления, заключающейся в предусмотренном Уголовным кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица.
М.Д. Шаргородский писал, что наказание по своему содержанию всегда заключает в себе лишение преступника какого-либо блага (жизни,
прав, имущества, свободы и т.п.) и, таким образом, наказание как всякое
лишение связано со страданием преступника5. Что касается содержания
уголовного наказания, то его классическими элементами, составными частями являются кара, принуждение, лишенное кары, и убеждение6.
Внешнее проявление содержания наказания особенно отчетливо
выражается в тех нравственных, психических страданиях и переживаниях, которые претерпевает осужденный в результате лишения его какихлибо прав, свобод или социальных благ. Не случайно Ч. Беккариа характеризовал наказания как «чувственные побуждения». Он писал:
«Потребовались чувственные побуждения, которые могли бы остановить
деспотические устремления людей к ниспровержению законов общества и
к возвращению первобытного хаоса. Этими чувственными побуждениями
и являются наказания, установленные против нарушителей законов? Ни
доводы разума, ни красноречие, ни даже величайшие истины не в силах
надолго удержать от взрыва страсти, возбужденного живыми впечатлениями окружающего мира»7.
Иными словами, трансформируясь в сознании преступника в чувства
и переживания, наказания способны надолго запомниться ему и вызвать
3
4
5
6
7
СЗ СССР. 1934. № 33. Ст. 255.
См.: Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть: Курс лекций. М., 1996. С. 246;
Разгильдиев Б.Т. Уголовно-правовые отношения и реализация ими задач уголовного права РФ. Саратов, 1995. С. 271?272; Щербаков В.В. Ответственность
в уголовном праве. Самара, 2000. С. 91.
См.: Шаргородский М.Д. Наказание по советскому уголовному праву. Часть
вторая. М., 1958. С. 18.
См.: Ной И.С. Теоретические вопросы лишения свободы. Саратов, 1965. С. 47.
Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. М., 1939. С. 198?199.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
122
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
у него стремление впредь больше не совершать преступлений из-за страха вновь претерпеть пережитые страдания. Казалось бы, разговор идет
об очевидных истинах. Так, человек, однажды сунув руку в огонь и обжегшись, испытав боль и страдание, в дальнейшем старается ни при каких
обстоятельствах не повторять подобных действий.
Однако в реальной жизни не всегда удается удержать преступника
от рецидива; напротив, большая часть рецидивных преступлений совершается в течение первого года после отбывания наказания, когда, казалось бы, в памяти еще не совсем стерлись негативные впечатления и пережитые страдания от наказания. Так, за 2004 г. рецидив преступлений в
стране составил чуть меньше 30%8.
В 20-х годах прошлого века ученые констатировали, что не все преступники поддаются исправлению посредством уголовного наказания. Поиск детерминант преступности привел их к выводам о том, что мотивация
преступного поведения во многом зависит от психической полноценности
индивидов, наличия или отсутствия у них психических патологий. Эти выводы впоследствии были подтверждены многими исследователями9.
При изучении причин рецидива автор пришел к следующим результатам: более 90% лиц, совершивших рецидивные преступления, страдают
диссоциальным расстройством личности, а у 58,63% из них имеются, кроме этого, еще различные психические патологии. Лица с диссоциальным
расстройством личности10 обычно характеризуются тем, что они не способны соблюдать принятые в обществе нормы поведения и вести себя в
соответствии с законом, а напротив, склонны повторно совершать противоправные действия.
Кроме того, социологический анализ показал, что подавляющее большинство преступников (87%) имеет специфическое восприятие времени,
вследствие чего они живут одним днем, не вспоминая прошлого и не думая о будущем. Выявленные особенности личности объясняют внутренние
причины совершения преступлений, которые в абсолютном большинстве
свойственны лицам, совершающим преступления при рецидиве.
Таким образом, было найдено конкретное звено в механизме индивидуального преступного поведения, которое во многом объясняет, почему
совершаются рецидивные преступления11.
Сегодня в стране проводится неустойчивая наказательная политика.
Россия, фактически не применяя смертную казнь с 1996 г., никак не может отказаться от этого вида наказания, придумывая различные объяснения такому отказу ? менталитет нации, рост преступности, неготовность
8
9
10
11
См.: Щит и меч. 2005. № 6.
См.: Бруханский Н.П. Судебная психиатрия. М., 1928; Душевнобольные правонарушители и принудительное лечение / Под ред. Ганнушкина СПб.; М., 1929;
Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967; Антонян Ю.М.,
Бородин С.В. Преступность и психические аномалии. М., 1987.
См.: Психические расстройства и расстройства поведения (F00 ? F99) (Класс V
МКБ-10, адаптированный для использования в Российской Федерации) / Под
общей ред. Б.А. Казаковцева, В.Б. Голланда. М., 1998.
Подробнее об этом см.: Ивкин И.М., Громов В.Г. О причинах преступности и вопросах предупреждения рецидива преступлений // Преступность в разных её
проявлениях и проблемы организованной преступности / Под ред. А.И. Долговой. М., 2004. С. 216.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
В.Г. Громов
123
населения воспринять отмену такого рода наказания и т.д. Решившись сократить применение смертной казни и оставив ее в санкциях только 5 составов преступлений, законодатель одновременно не только просто увеличил максимальные сроки лишения свободы, но и ввел новый вид
наказания ? пожизненное лишение свободы. Вводя альтернативные лишению свободы наказания (обязательные работы и ограничение свободы),
законодатель отменяет конфискацию имущества, но вводит такой вид наказания, как арест, который представляет собой краткосрочное «шоковое»
лишение свободы с режимом строже тюремного. Это доказывает, что страна, преодолевая одну за другой ступени научно-технического прогресса и
становясь все более цивилизованной, до сих пор не может победить в себе
вирус принципа талиона.
Нестабильность в российской наказательной политике подтверждает
тот факт, что в настоящее время основной функцией, назначением уголовного права является устрашение, а уголовно-исполнительного ? двойное
устрашение населения.
В свое время К. Маркс убедительно замечал, что «история и такая
наука, как статистика, с исчерпывающей очевидностью доказывают, что со
времени Каина мир никогда не удавалось ни исправить, ни устрашить наказанием»12. В своих убеждениях он был не одинок. Так, известный революционер Ф.Э. Дзержинский писал: «Ни одно наказание, исходящее извне,
никогда никого не может исправить, а только искалечит. Примером могут
служить тюрьмы для взрослых, которые не исправляют, а лишь мучают,
портят и отделяют людей от общества. Исправить может такое средство,
которое заставит виновного осознать, что он поступил плохо, что надо жить
и поступать иначе. Тогда он постарается больше не совершать зла»13.
Анализ практики позволяет сформулировать принципы, опираясь на
которые, возможно повышение эффективности воздействия на преступность путем исполнения уголовных наказаний. Как представляется, в число этих принципов необходимо включить и иные критерии: нравственность, системность, комплексность, обеспеченность, последовательность и
наступательность, учет исторического и мирового опыта, демократизм.
Нравственность ? это учение о добре, его возможностях по формированию духовных и социальных качеств человека и гражданина, позволяющих ему обеспечивать свои права, свободы, интересы, не противоречащие
закону. По своему содержанию нравственность едина, а ее суть ? добро.
Очевидно, что нравственными должны быть и любые наказания, в том
числе уголовные.
Системность и комплексность предполагают, что наказания должны
применяться дифференцированно; в зависимости от характера и степени
общественной опасности преступления, личности преступника, других различных обстоятельств; должна существовать система наказаний, предполагающая приоритетность различных его видов при назначении за совершение преступлений, посягающих на различные объекты. Кроме того,
необходима комплексность применения различных средств и методов (кары, принуждения без кары и убеждения) к осужденным во время исполнения наказания.
12
13
Маркс К. и Энгельс Ф. Сочинения. Т. 8. С. 530.
Письма Ф.Э. Дзержинского // Семья и школа. 1946. № 7?8. С. 4.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
124
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Обеспеченность заключается в том, что система исполнения наказаний не может быть самовоспроизводящейся или самоокупаемой; она
должна в достаточной мере поддерживаться материальными, финансовыми, кадровыми, информационными, научно-методическими и другими ресурсами.
Последовательность и наступательность означают, что в деятельности системы исполнения наказаний должен существовать прогресс, постоянное развитие и совершенствование ее в соответствии с изменяющимися общественными отношениями.
Учет мирового и исторического опыта в наказательной политике может удержать от совершения таких ошибок, которые уже были сделаны
на различных этапах исторического развития России или зарубежных
стран.
Наконец, демократизм предполагает участие граждан в реагировании на преступность путем исполнения уголовных наказаний; только при
условии возможного участия большинства населения в оценке личности
преступника, поиске вариантов воздействия на преступников, оценке эффективности применяемых наказаний удастся достигнуть положительных
результатов.
В современной России наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также для исправления осужденного и
предупреждения совершения новых преступлений. Предполагается, что
построение правового государства должно внести весьма существенные
коррективы в российскую наказательную политику как на законотворческом, так и на правоприменительном уровнях.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
125
СЛОВО МОЛОДЫМ УЧЕНЫМ
О.В. Зеленов*
¬МВТВМЛВ ЛБПВМВМЛИ ? ?ЛОЛ?М?И НУ?ВНТ
?УТТЛИТНУИ ?В?В???ЛЛ Н?Н ЫТОУ?ЛВ
ТУ?В?ЇВМТЪ?У??МЛ? Б?НУМУ??ЪВОёТЪ??
П
равовая культура является важнейшей категорией юридического
мышления, качественной, оценочной характеристикой действующего законодательства. Ядро правовой культуры составляют глубокое
уважение и знание закона. Это не исключает, по мнению исследователей,
таких ее важных сторон, как соблюдение и исполнение предписаний правовых норм, послушание закону, а также юридически-техническую безупречность законодательства, его совершенство1. К сожалению, как показывает современная практика российского правотворчества, и на
федеральном, и местном уровнях оно не всегда безупречно. Так, Н.В. Исаков, исследуя вопросы правовых актов как политико-правового феномена,
справедливо замечает, что подчас «степень нормативности» правовых актов не могут определить даже опытные юристы2. Аналогичного мнения о
качестве российских законов придерживаются и другие ученые3.
Разумеется, нельзя не видеть и позитивных тенденций, происходящих
в законотворческом процессе, а также в вопросах повышения уровня политической и правовой культуры законодателей. Так, О.Ю. Рыбаков пишет, что за последние десятилетия в России научились законодательствовать вполне прилично, почти по стандартам Европы. Главная же
проблема состоит не в ошибках правотворчества. Она обусловлена ошибками правоприменительной практики и заключается в том, что население
России не привыкло соблюдать закон4. Другие исследователи к этому
фактору добавляют и слабую осведомленность людей о действующем за*
1
2
3
4
Преподаватель кафедры гражданского права и процесса Саратовского
юридического института МВД России.
См.: Сальников В.П. Социалистическая правовая культура. Саратов, 1989.
С. 23.
См.: Исаков Н.В. Правовая политика России: теоретические аспекты. Саратов,
2003. С. 155.
См.: Поленина С.В. Правотворческая политика // Российская правовая политика: Курс лекции / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 2003. С. 195; Шириков А.С. О юридико-технических знаниях и концепции муниципального нормотворчества // Нормотворчество муниципальных образований России:
содержание, техника, эффективность. Н. Новгород, 2002. С. 92.
См.: Рыбаков О.Ю. Российская правовая политика в сфере защиты прав и свобод личности. СПб., 2004. С. 213.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
126
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
конодательстве. Так, Н.М. Тапчанян приводит следующие данные по законодательной осведомленности российских граждан: о федеральном законодательстве имеют представление 40,51% опрошенных, о региональном ? 21,95%; об элементарных правовых категориях имеют весьма
отдаленное представление только 38,34%. Ответили на эти вопросы «не
знаю», «не слышал» 40,92% респондентов5. В этой связи с немалой долей
вероятности можно предположить, что значительное количество наших соотечественников еще меньше «отслеживают» довольно частые изменения,
происходящие в национальном законодательстве. Речь в данном случае
идет об изменениях в Жилищном кодексе России.
До 1 марта 2005 г. жилищные отношения регулировались Жилищным
кодексом РСФСР, Законом Российской Федерации от 24 декабря 1992 г.
№ 4218-1 «Об основах федеральной жилищной политики»6, другими федеральными законами и нормативными правовыми актами, которые в соответствии со статьей 2 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189
«О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации»7 (далее ? Вводный закон) признаны утратившими силу.
Принятие Жилищного кодекса Российской Федерации (далее ? Кодекс), заменившего собой множество подзаконных правовых актов, регулировавших жилищные отношения, привело к упорядочиванию жилищного законодательства, а также обеспечило реализацию конституционного
права граждан Российской Федерации на жилище в новых социально-экономических условиях.
Знание положений нового Кодекса, понимание его требований, запретов и дозволений приобретают большое значение в современном российском обществе, определяя правовую культуру граждан?участников жилищных отношений, сотрудников органов государственной власти, органов
местного самоуправления, а также судей, адвокатов, прокуроров и других
практикующих юристов.
Высокий уровень правовой культуры общества предполагает позитивное отношение личности к нормам права, качество процессов правотворчества, технико-юридическое совершенство законодательства, а также
осознание социальной обоснованности права, признание уважительного
отношения к правам другого человека8.
В этой связи закономерен вопрос о том, насколько Кодекс и Вводный
закон могут свидетельствовать о высокой законодательной культуре общества, а значит, и о правовой культуре в целом.
Анализ содержания Кодекса позволяет говорить об отсутствии в нем
ряда норм права, в соответствии с которыми должны решаться вопросы,
требующие правового регулирования, что было отмечено многими авторами9. К числу недостатков также следует отнести нечеткость соотношения
5
6
7
8
9
См.: Тапчанян Н.М. Правосознание и правовая культура личности в условиях
обновления России: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. М., 1999. С. 18.
Ведомости съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. 1993. № 3.
Ст. 99.
СЗ РФ. 2005. № 1 (Ч. I). Ст. 15.
См.: Проблемы общей теории права и государства: Учебник для вузов / Под
общ. ред. В.С. Нерсесянца. М., 1999. С. 407?408.
См., например: Эрделевский А. Вхождение ЖК в жизнь // Домашний адвокат.
2005. № 6.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.В. Зеленов
127
норм Кодекса и норм гражданского законодательства10. Кроме того, в Кодексе имеются отдельные нормы, применение которых в действующей редакции проблематично в принципе, что вызовет серьезные трудности в
правоприменительной практике.
В силу того, что законодатель не смог охватить формулировками Кодекса всех жизненных ситуаций, требующих правового регулирования, а
также в целях устранения выявленных нарушений Конституции РФ отдельными нормами Кодекса и Вводного закона, представляется необходимым обоснование некоторых положений.
Статья 12 Вводного закона вносит изменения в ч. 1 ст. 4 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»11, суть которых в том, что граждане,
получившие жилые помещения по договорам социального найма после
1 марта 2005 г., не смогут их приватизировать, а следовательно, и произвести их последующее отчуждение. Это огромная несправедливость по отношению к тем льготникам, которые встали в очередь до марта 2005 г.
Многие из них годами значились в очереди, и они оказались дискриминированы по сравнению с теми, кто получил квартиру от государства до
1 марта 2005 г.
Запрет на приватизацию жилых помещений должен распространяться
только на тех граждан, которые после введения в действие Кодекса (после
01.03.2005 г.) будут признаны нуждающимися в жилых помещениях.
Граждане, занимающие жилые помещения по договору социального
найма и не принявшие решение об их приватизации, а также граждане,
ранее признанные нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, должны сохранить право на бесплатную передачу в собственность жилых помещений.
Необходимо учесть, что граждане, вставшие на учет до 1 марта 2005 г.
и проживающие в жилых помещения, находящихся в аварийном состоянии, в общежитиях, служебных жилых помещениях и т.д., не могут реализовать право на приватизацию занимаемых жилых помещений в силу ст. 4
Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».
Право таких граждан на приватизацию может быть реализовано
только после получения ими жилого помещения в порядке очереди.
С целью защиты малоимущих граждан целесообразно исключить установление срока на реализацию малоимущими гражданами своего права на деприватизацию жилых помещений.
Статьей 20 Вводного закона устанавливается, что малоимущие граждане, приватизировавшие жилые помещения, являющиеся для них единственным местом постоянного проживания, теряют право передать принадлежащие им на праве собственности и свободные от обязательств жилые
помещения в государственную или муниципальную собственность с 1 января 2007 г. Данная статья лишает малоимущих граждан и членов их семей, проживающих в этих жилых помещениях, права стать социальными
нанимателями жилого помещения в случае, если бремя содержания собственности станет им не под силу после указанной даты.
10
11
См.: Рузанова В.Д. Соотношение жилищного и гражданского законодательства
в регулировании возмездного пользования жилыми помещениями // Закон.
2005. № 3.
Ведомости съезда народных депутатов и Верховного Совета РСФСР. 1991.
№ 28. Ст. 959.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
128
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
С введением в действие Кодекса собственники жилых помещений
должны вносить плату за капитальный ремонт общего имущества дома,
предусматривается рост налоговых платежей и отмена льготных категорий, освобожденных от уплаты налога на имущество. Все это приведет к
увеличению числа граждан, которые захотят воспользоваться правом
стать социальными нанимателями.
Особого внимания заслуживает положение, согласно которому граждане, имевшие в соответствии с Жилищным кодексом РСФСР право на
внеочередное и первоочередное предоставление жилых помещений, должны не только сохранить свое право состоять на учете нуждающихся в жилых помещениях, но и сохранить право на внеочередное и первоочередное
предоставление жилого помещения по договору социального найма.
Кодексом упразднен институт первоочередного обеспечения граждан
жилыми помещениями по договору социального найма (ст. 36 Жилищного
кодекса). В отношении этих категорий граждан, имевших право на предоставление жилого помещения в первоочередном порядке, создается неопределенность относительно сроков предоставления им жилых помещений. Если граждане, имевшие ранее право на предоставление жилого
помещения в первую очередь, включаются в общую очередь, то происходит существенное ущемление их прав. Для престарелых и тяжелобольных
граждан реализация при жизни права на жилище при постановке в общую очередь вряд ли возможна. Это грубое нарушение обязательств государства перед своими гражданами.
Такая «отмена» вступает в противоречие с ч. 2 ст. 55 Конституции РФ,
согласно которой не должны издаваться в Российской Федерации законы,
отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина.
В целях недопущения выселения из служебных жилых помещений и
общежитий граждан, которые по Жилищному кодексу РСФСР не подлежали выселению без предоставления жилого помещения, но на данный
момент не состоят (не имеют права состоять) на учете нуждающихся в
жилых помещениях в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 51 Кодекса, следует внести изменения в ст. 13 Вводного закона: слова «состоят в соответствии с
пунктом 1 части 1 статьи 51 Жилищного кодекса Российской Федерации
на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, или имеют право состоять на данном учете» исключить. В действующей редакции эта норма противоречит
ч. 2 ст. 55 Конституции РФ.
Частью 5 статьи 31 ЖК РФ собственнику жилого помещения предоставлена возможность лишить права пользования принадлежащим ему
жилым помещением бывшего члена своей семьи путем отчуждения имеющегося у него в собственности жилого помещения независимо от решения
суда, которым может быть установлен определенный срок, в течение которого за бывшим членом семьи собственника сохраняется право пользования жилым помещением, а также обязанность собственника обеспечить
членов семьи иным жилым помещением.
Таким образом, норма, содержащаяся в ч. 5 ст. 31 ЖК РФ, дает возможность неисполнения судебного решения и нарушает права граждан, в
отношении которых принято решение суда. Требование об исключении такой возможности является очевидным. С целью защиты прав бывших чле-
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.В. Зеленов
129
нов семьи собственника, в отношении которых у собственника жилого помещения имеются обязательства по сохранению права пользования жилым помещением или обеспечению иным жилым помещением в соответствии с законом или на основании судебного решения, предлагаю внесение
изменений в ст. 292 ГК РФ: п. 4 ст. 292 дополнить абзацем следующего содержания: «Отчуждение жилого помещения, в котором проживают бывшие члены семьи собственника, в отношении которых у собственника жилого помещения имеются обязательства по сохранению права пользования
жилым помещением или обеспечению иным жилым помещением на праве
самостоятельного пользования в соответствии с законом или на основании
судебного решения, допускается после исполнения таких обязательств».
Пункт 3 части 3 статьи 19 ЖК РФ закрепляет понятие «индивидуальный жилищный фонд», которое нуждается в уточнении. Индивидуальный
жилищный фонд следовало бы назвать жилищным фондом некоммерческого использования. Ст. 5 раздела I и глава 6 Жилищного кодекса
РСФСР содержали понятие «индивидуальный жилищный фонд». В этот
фонд входили только жилые помещения, находящиеся в собственности
граждан, но не юридических лиц. Механический перенос в действующий
Кодекс старого названия фонда привел к несоответствию названия фонда
его определению.
По существу, речь идет о некоммерческом использовании жил??х помещений. В связи с этим неясно, почему такой вид фонда некоммерческого использования может быть только в частной собственности. Практическая потребность в жилищном фонде некоммерческого использования
есть. В связи с ограничением круга лиц, имеющих право на получение
жилого помещения по договору социального найма, правомерен вопрос:
какова судьба семей, нуждающихся в жилище, которые не подпадают под
категории граждан, обеспечиваемых жилыми помещениями по указанному договору, но и не имеющих финансовой возможности приобрести жилое помещение в собственность. Обременителен для них и договор «коммерческого» найма, где размер платы, по существу, не регламентируется
государством (п. 1 ст. 682 ГК РФ).
Жилищный фонд некоммерческого использования займет свою нишу
между жилищным фондом социального использования и жилищным фондом коммерческого использования, если будет представлять совокупность
жилых помещений, которые используются гражданами?собственниками
данных помещений для своего проживания, проживания членов своей семьи и (или) для проживания иных граждан на условиях безвозмездного
пользования, а также органами государственной власти и местного самоуправления, юридическими лицами?собственниками данных помещений для проживания граждан на условиях некоммерческого пользования
жилыми помещениями.
Часть 7 статьи 32 Кодекса при определении выкупной цены жилого
помещения, изымаемого путем выкупа у собственника в связи с изъятием
земельного участка для государственных или муниципальных нужд, не
предусматривает включения в выкупную цену жилого помещения стоимости непроизведенного капитального ремонта дома.
В связи с тем, что в большинстве случаев в домах, подлежащих сносу, нормативные сроки проведения капитального ремонта давно истекли,
рыночная стоимость жилых помещений в указанных домах существенно
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
130
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
ниже, чем стоимость аналогичных жилых помещений в отремонтированных домах.
Капитальный ремонт сданного внаем жилого помещения, предоставленного по договору социального найма, является обязанностью наймодателя государственного или муниципального жилищного фонда.
В соответствии со статьей 16 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» за бывшим наймодателем сохраняется
обязанность производить капитальный ремонт дома в соответствии с нормами содержания, эксплуатации и ремонта жилищного фонда.
Признание с 1 января 2007 г. утратившей силу статьи 16 Закона РФ
«О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» является
односторонним отказом органов государственной власти или органов местного самоуправления от исполнения своих обязательств.
Российская Федерация как правовое и социальное государство не может произвольно отказываться от выполнения взятых на себя публичноправовых обязательств иначе, как предусмотрев надлежащий механизм
соответствующего возмещения, формы и способы которого могут меняться, но объем не должен уменьшаться. Неисполнение органами государственной власти или органами местного самоуправления своих обязательств
по проведению в нормативные сроки капитального ремонта дома должно
компенсироваться собственнику приватизированного жилого помещения
путем включения в выкупную цену стоимости непроизведенного капитального ремонта дома.
В целях защиты прав жителей семейных общежитий, не оформленных
на момент введения в действие Кодекса в собственность органов местного
самоуправления, предлагаю статью 7 Вводного закона изложить в следующей редакции: «Жилые помещения в жилых домах, иных строениях,
принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям до
их приватизации и отнесенных органами государственного учета к общежитиям, подлежат в соответствии с законодательством Российской Федерации оформлению в муниципальную собственность. Граждане и члены
их семей, для которых фактически занимаемые изолированные жилые помещения являются местом жительства, имеют право заключить с органом
местного самоуправления либо управомоченным им лицом договор социального найма на фактически занимаемое изолированное жилое помещение в пределах нормы предоставления жилого помещения».
Действующим Кодексом не установлен критерий, в соответствии с которым субъекты РФ должны определять порядок признания граждан малоимущими и органы местного самоуправления должны признать граждан малоимущими.
Часть 2 статьи 49 Кодекса прописывает, что при признании гражданина малоимущим должны учитываться не только размер дохода, приходящегося на каждого члена семьи, но и стоимость имущества, принадлежащего на праве собственности членам его семьи и подлежащего
налогообложению. Введение такого критерия, как стоимость семейного
имущества, направлено на обеспечение более объективного подхода при
решении вопроса о признании лица малоимущим12.
12
Подробнее см.: Комментарий к Жилищному кодексу Российской Федерации /
Под ред. М.Ю. Тихомирова. М., 2005.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
О.В. Зеленов
131
Отсутствие такого критерия может привести в дотационных регионах
к нарушению требований ст. 19 Конституции РФ, в соответствии с которой государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от места жительства.
Данный критерий можно сформулировать как невозможность для
гражданина при имеющемся доходе и имуществе решить проблему приобретения жилого помещения при оказании государством максимальной
помощи (например, предоставление безвозмездной субсидии максимального размера).
Кодексом не определяется минимальный размер нормы предоставления площади жилого помещения на одного человека по договору социального найма (согласно ч. 2 ст. 50 Кодекса норма предоставления устанавливается органом местного самоуправления). Необходимость такого
определения вызвана тем, что отсутствие в Кодексе минимального размера нормы предоставления может привести в дотационных регионах к нарушению требований ст. 19 Конституции РФ, в соответствии с которой государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина
независимо от места жительства.
Статья 53 Кодекса устанавливает последствия намеренного ухудшения жилищных условий гражданами. Однако отсутствует перечень действий, которые не относятся к намеренному ухудшению жилищных условий.
Отсутствие такого перечня может привести к произвольному толкованию
нормы и необоснованным отказам в постановке на учет (например, при
рождении детей).
Представляется возможным установить перечень действий, которые
не должны рассматриваться как намеренное ухудшение гражданами жилищных условий.
Во-первых, вселение в жилое помещение в качестве членов семьи граждан, если до вселения эти граждане: не обладали по предыдущему месту жительства самостоятельным правом пользования жилым помещением; состояли по предыдущему месту жительства на учете нуждающихся в
жилом помещении в том же муниципальном образовании, а также безвозмездно передали жилое помещение по предыдущему месту жительства в
том же муниципальном образовании органам местного самоуправления;
во-вторых, расторжение договора пожизненной ренты и пожизненного содержания с иждивением по инициативе получателя ренты;
в-третьих, признания сделки с жилым помещением недействительной в судебном порядке.
Кодексом предусмотрен порядок выкупа освободившейся комнаты в
квартире коммунального заселения при отсутствии в квартире граждан,
признанных малоимущими и нуждающимися в жилых помещениях, и граждан, которые могут быть признаны малоимущими и которые обеспечены
общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее нормы
предоставления.
Норма, содержащаяся в ч. 3 ст. 59 Кодекса, допускает двойное толкование, так как из ее содержания неясно, каким гражданам предоставлено
право выкупа комнаты в квартире коммунального заселения: проживающим в этой квартире и обеспеченным общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее нормы предоставления либо любым гражданам, не проживающим в этой квартире, которые обеспечены общей
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
132
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
площадью жилого помещения на одного члена семьи менее нормы предоставления.
В части 3 статьи 59 Кодекса слова «которые обеспечены общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее нормы предоставления» следует заменить словами «проживающими в этой квартире».
Это позволит снять двойное толкование нормы, а также устранить неправомерно введенное ограничение прав граждан на приобретение в собственность по договору купли-продажи освободившегося жилого помещения в квартире коммунального заселения, где они проживают, но
обеспечены общей площадью жилого помещения на одного человека более
нормы предоставления.
В Жилищном кодексе РФ используется понятие «коммунальная квартира», которому не дано определение. Представляется, что поскольку в
данном случае мы имеем дело с очевидным «пробелом» в правовом регулировании, во избежание неоднозначного толкования указанного понятия
и ошибок в правоприменении необходимо ввести в Кодекс статью, в которой определялось бы понятие «квартира коммунального заселения» («коммунальная квартира»).
В части 3 статьи 16 ЖК РФ дается определение квартиры. Но оно
характеризует квартиру как объект недвижимости, а основным признаком, позволяющим отнести квартиру к коммунальной, является ее заселение. Квартира коммунального заселения (коммунальная квартира) ?
квартира, состоящая из нескольких жилых помещений (комнат), принадлежащих двум и более пользователям и/или собственникам, не являющимся членами одной семьи, на основании отдельных договоров, сделок,
иных действий, предусмотренных законодательством.
Нельзя не обратить внимание также на статью 14 Вводного закона,
которой предусмотрено, что жилищный или жилищно-строительный кооператив, в котором все его члены полностью внесли паевые взносы за предоставленные этим кооперативом жилые помещения, подлежит до 1 января 2007 г. преобразованию в товарищество собственников жилья либо
ликвидации. По истечении этого срока кооперативы подлежат ликвидации в судебном порядке по требованию органа, осуществляющего государственную регистрацию юридических лиц.
В то же время статьей 122 Кодекса предусмотрено, что жилищный
кооператив по решению общего собрания членов кооператива (конференции) может быть преобразован в товарищество собственников жилья, а
ликвидация жилищного кооператива осуществляется по основаниям и в
порядке, которые предусмотрены гражданским законодательством (ст. 123
Кодекса). Статья 14 Вводного закона противоречит статьям 30, 35, 55
Конституции РФ, ст. 2, 61, 116 ГК РФ и должна быть исключена.
Таким образом, подводя итог всему сказанному выше, следует указать, что анализ основных положений Кодекса, Вводного закона свидетельствует об отсутствии проработанных юридических механизмов их реализации, точности и ясности юридического языка, однозначности терминов
данных нормативных актов. Новое жилищное законодательство, отвечая
потребностям современного общества, будет эффективно обеспечивать жилищные права и отношения только в том случае, если повысит «моральную планку» своего юридического содержания.
«Только ?моральный? закон, не вступающий в противоречие с господствующими в данной общественной среде представлениями о добре, зле,
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
133
справедливости, истине, правде, способен найти отклик в массовом правосознании. Не случайно законодательство, расходящееся с принятыми в
обществе критериями должного, справедливого, делается тяжелым бременем для правопорядка, правоохранительных органов, вынужденных затрачивать чрезвычайные усилия для ?внедрения? такого законодательства в жизнь»13.
Недопустимо, когда юридически неграмотными оказываются лица,
осуществляющие законотворческую деятельность, занимающие ведущие
посты в органах государственной власти и управления.
Учитывая сложившуюся ситуацию, представляется, что внесение изменений и дополнений в Кодекс и Вводный закон следует ожидать в ближайшее время.
13
Синюкова Т.В. Правовая культура // Теория государства и права: Курс лекций
/ Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. Саратов, 1995. С. 486.
А.В. Кондаков*
?ЫМН?ЛЛ ТУ?Л?ОёМУ-Ф???У?У?У Ф?В?ЫФ?ВК?ВМЛ?
М??ЫЇВМЛИ Б?НУММУТЪЛ ? ?В?ЪВОёМУТЪЛ ПЛОЛ?ЛЛ
О
дним из приоритетных направлений современного Российского
государства является задача реального обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина1, предупреждение нарушений законности со стороны государственных органов, в том числе и органов милиции.
Постановка вопроса о функциях предупреждения нарушений законности относительно новая в юридической литературе. С помощью функций представляется возможным с достаточной точностью определить характер предупредительной деятельности, правильность выбора, развитие
приоритетных и эффективных направлений по ее осуществлению.
Понятие «функция», как и многие обществоведческие категории, не
является собственно юридическим. Оно заимствовано из иных наук. Так,
в математике, физике функция выражает зависимость, когда при изменении одной величины другая величина также изменяется определенным образом.
Как справедливо отмечал А.Б. Венгеров: «?таково уж свойство юридического языка ? он заимствует чужие понятия и наполняет их своим
смыслом, ? который подчас почти утрачивает связь с первоначальным.
Вот и с понятием ?функция?, когда оно включается в юридический понятийный аппарат, происходит этот процесс»2.
*
1
2
Преподаватель кафедры теории и истории государства и права Саратовского
юридического института МВД России, кандидат юридических наук.
См.: Путин В.В. Послание Федеральному Собранию Российской Федерации //
Российская газета. 2005. 26 апр.
Венгеров А.Б. Теория государства и права: Учебник для юридических вузов. М.,
2000. С. 141.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
134
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
В отечественной юридической науке категория «функция» широко используется применительно для характеристики многих юридических явлений: «функции государства»3, «функции права»4, «функции юридических
фактов»5, «функции правовых актов»6 и др.
В теории государства и права функция означает направление, предмет деятельности, ее обеспечение. Именно в этом аспекте говорится о
функции государства и его органов, а также общественных институтов7.
Функции государства устанавливаются в зависимости от основных задач, стоящих перед государством на том или ином этапе развития общества и государства, и представляют собой средство реализации этих задач.
Каждая функция государства имеет предметно-политическую характеристику, ибо ее содержание показывает, что же является предметом
его деятельности, какие средства им используются для достижения той
или иной цели.
«Вместе с тем, ? по мнению Л.А. Морозовой, ? в каждой функции
можно выделить ряд подфункций, в которых идут процессы количественных и качественных накоплений по реализации важных для общества задач и целей. В отличие от самостоятельных функций, выражающих
сущность и социальное назначение государства, подфункции воплощают
специфически особенное в рамках конкретного направления деятельности
и в воздействии на общественные отношения»8.
В специальной литературе отмечается, что предупреждение преступлений ? многоуровневая система государственных и общественных мер,
направленных на устранение, ослабление или нейтрализацию причин и
условий, способствующих их совершению9. Сообразно этому предупреждение правонарушений сотрудников милиции предполагает соответствующее воздействие на эти причины и условия. Оно состоит в том, чтобы, с
одной стороны, воспрепятствовать их возникновению, а с другой ? пресечь
или нейтрализовать (ослабить) криминогенное действие тех из них, которые существуют и пока не поддаются устранению.
Реализация цели предупреждения правонарушений сотрудников милиции осуществляется соответствующими субъектами. Исходя из принятого в криминологической литературе понимания субъектов предупреждения, представляется возможным в качестве субъектов предупредительной
деятельности нарушений законности рассматривать систему органов госу3
4
5
6
7
8
9
См.: Байтин М.И. Сущность и основные функции социалистического государства. Саратов, 1979; Черноголовкин Н.В. Теория функций социалистического государства. М., 1970.
См.: Радько Т.Н. Методологические вопросы познания функций права. Волгоград, 1974.
См.: Синюков В.Н. Функции юридических фактов // Вопросы теории государства и права: личность, право, правовая система: Межвуз. науч. сб. Вып. 8. Саратов, 1988.
См.: Шопина О.В. Система правовых актов в современной России: проблемы
теории: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Саратов, 2002.
См.: Жигуленков М.В. К вопросу о понятии «функция государства» // Право и
политика. 2001. № 5. С. 13.
Морозова Л.А. Функции государства // Теория государства и права / Под ред.
В.К. Бабаева. М., 1999. С. 73.
См.: Теоретические основы предупреждения преступности. М., 1977. С. 30.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Кондаков
135
дарства, общественных организаций и граждан, осуществляющих на различных уровнях планирование мероприятий по предупреждению антиобщественных явлений, «управление этими мероприятиями или их непосредственную реализацию»10.
Сущность предупреждения правонарушений сотрудников милиции,
на наш взгляд, проявляется в функциях этой деятельности и заключается
в реальном обеспечении требований законности в их служебной деятельности, ибо «когда законы плохо исполняет власть, народ становится бесправным даже при наличии самых справедливых законов»11.
Функции предупреждения нарушений законности в правоохранительной деятельности милиции призваны отражать основные черты предупредительной деятельности, определяемые их социальной и юридической
природой.
Из сказанного следует вывод, что функции предупреждения нарушений законности ? это основные направления деятельности органов государства, общественных организаций и граждан посредством воздействия на причины и условия нарушений законности с целью их устранения
и недопущения.
В зависимости от характера осуществления предупредительной деятельности можно предложить следующие функции предупреждения нарушений законности в правоохранительной деятельности милиции.
Функция финансового и материально-технического обеспечения проявляется в экономических мерах, направленных на нейтрализацию криминологических последствий функционирования экономической сферы, и
реализуется как на макроуровне, например, оздоровление экономики
страны, так и на микроуровне, например, достойная зарплата, льготы и
помощь конкретным лицам, которые будут стимулировать сотрудников
милиции к правомерной социально-правовой активности.
Так, повышение уровня материально-технического обеспечения милиции, удовлетворение потребностей в технике, средствах связи, наблюдения, обнаружения и фиксации следов преступлений, вооружении, совершенствовании условий службы ? все это, несомненно, будет способствовать повышению эффективности их деятельности.
Низкая заработная плата сотрудников ведет к текучести кадров, отсутствию конкурсов на замещение вакантных должностей, снижению авторитета милиции. Многие преступления совершаются именно с целью
улучшения своего материального положения. В связи с этим необходимо
существенное повышение денежного довольствия сотрудников милиции,
доведение его до того уровня, при котором бы сотрудники ценили свою
работу и дорожили ей, боясь ее потерять. В данном случае отпадет необходимость искать материальную поддержку «на стороне», нарушая закон.
Во многих зарубежных странах заработная плата полицейских на
40?50% превышает зарплату промышленных рабочих в данном регионе12.
10
11
12
Теоретические основы предупреждения преступности. С. 133.
Сауляк О.П., Экимов А.И. Экономическая безопасность государства и правовые
средства ее обеспечения // Вестник Нижегородской академии МВД России.
2002. № 2. С. 62.
См.: Колонтавская И.Ф. Профессиональное образование кадров полиции за рубежом (педагогический аспект). М., 2000. С. 31.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
136
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Несомненно, что существенное повышение заработной платы будет
являться мощным антикриминогенным фактором, но одного этого для эффективного воздействия на правонарушаемость сотрудников милиции, на
наш взгляд, недостаточно. Преступность сотрудников полиции, прежде
всего коррупционного характера, существовала ранее и существует сейчас в тех странах, где они относятся к сравнительно высокооплачиваемой
категории населения, например в США13.
Поэтому наряду с экономическими мерами, заключающимися в повышении зарплаты сотрудникам, ее дифференциации в зависимости от
сложности и напряженности работы, в реальном, а не декларированном
предоставлении им и членам их семей социальных льгот, должны осуществляться меры идеологического и культурно-воспитательного характера.
Культурно-воспитательная функция призвана поднять общий
культурный и профессиональный уровень сотрудников милиции, формировать у них нравственную и правовую культуру на базе общечеловеческих ценностей.
Для достижения этих целей необходимо повышать правовую культуру
сотрудников милиции, которая выражается, в свою очередь, через следующие составляющие: основанные на теоретико-правовой подготовке глубокие знания норм права, используемые в процессе правоприменения, а
также понимание его принципов; способность качественно реализовывать
(применять) право в процессе профессиональной деятельности на основе
умений, приемов и навыков (применительно к стратегии, тактике, методике и технике)14, профессиональный опыт правоприменения; убежденность
в справедливости законности; уважение личности, вовлеченной в правоприменительный процесс, ее законных прав, свобод, интересов, чести и
достоинства15.
В данном направлении особое значение отводится индивидуальной
воспитательной работе. Она направлена на творческую активность масс и
повышение роли человеческого фактора, воспитание людей в духе высокой нравственности, сознательного отношения к труду16.
Любые формы и методы индивидуальной воспитательной работы
могут дать эффект в том случае, если им сопутствуют доброжелательность к человеку, глубокая вера в его силы и способности. Индивидуальная работа дает возможность всесторонне изучить каждого сотрудника и
на этой основе активно формировать их сознание, чувства, волю, позволяет учитывать уровень их духовной зрелости, особенности характера, склонности и привычки, развивать в них положительные качества. Особое внимание следует уделить активной воспитательной работе со слушателями
13
14
15
16
См.: Профилактика коррупции в полиции США // Обзорная информация ГИЦ
МВД РФ. Зарубежный опыт. Вып. 3. 1999. С. 4.
См.: Гранат Н.Л. Профессиональное сознание и социалистическая законность
в деятельности органов внутренних дел. М., 1984. С. 21.
См.: Кожевников В.В. Профессиональный опыт правоприменения как структурный компонент правовой культуры сотрудников правоохранительных органов //
Проблемы действия права в новых исторических условиях: Сб. трудов Академии
МВД РФ. М., 1993. С. 80.
См.: Олейников В.С. Индивидуальная работа как форма воспитания // Методические проблемы воспитательной и кадровой работы в органах внутренних дел
и внутренних войсках: Сб. науч. тр. СПб., 1991. С. 109.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Кондаков
137
высших учебных заведений Министерства внутренних дел Российской Федерации.
Культурно-воспитательная функция неотделима от духовно-нравственного богатства нашего народа. В этой связи немаловажное значение
может оказать религия, поскольку именно она способна выполнять функции, обеспечивающие формирование и укрепление солидарности и стабильности индивидов. Она побуждает людей соблюдать установленные
нормы общественной жизни, существующие положения и законы, уважать
институты государственной власти, следовательно, религия изначально
имеет направленность на предупреждение преступной активности17.
В целях совершенствования профессиональной подготовки сотрудников милиции предлагается пересмотреть сдачу ежегодного квалификационного экзамена, включающего оценку знаний общеправового цикла, теоретические познания отраслевых дисциплин и практические навыки по
специальности18.
Говоря о профилактике правонарушений в милицейской практике,
нельзя не отметить и значимость мер, осуществляемых правоохранительными органами в лице Министерства внутренних дел. Среди них следует
выделить функцию кадрового обеспечения. В Обращении министра внутренних дел Российской Федерации к сотрудникам органов внутренних дел
и военнослужащим внутренних войск МВД России было отмечено, что
«далеко не всегда на службу приходят люди, достойные высокого звания
защитника правопорядка и Отечества, некоторые из них обладают невысокой личной культурой, имеют слабый образовательный уровень»19.
Современная кадровая политика органов внутренних дел должна
строиться на основе всестороннего изучения и использования достижений
науки, передового зарубежного и отечественного опыта. В этих целях необходимы широкомасштабные, комплексные исследования этой проблемы,
которые, в свою очередь, позволят выявить наиболее распространенные
причины правонарушений, личностные психологические особенности сотрудников, их совершающих, а также определить наиболее перспективные
направления предупредительной деятельности.
Совершенствование кадровой работы, по нашему мнению, должно начинаться с улучшения порядка отбора кандидатов на службу в милицию.
Действующая же в настоящее время ведомственная инструкция о порядке отбора граждан на службу (работу) в органы внутренних дел Российской Федерации (утверждена приказом МВД РФ № 298 от 19.04.98 г.) несовершенна. Так, нередкие случаи формального отношения к своим
обязанностям сотрудников, призванных осуществлять социально-правовой
контроль, и несовершенство данной инструкции позволяют проникать в
органы внутренних дел тем лицам, которые по их медицинским, физическим, нравственно-психологическим качествам не должны туда попадать.
Все это играет на руку и организованным преступным группировкам, ко17
18
19
См.: Воронцов С.А. Религия как фактор предупреждения девиантного поведения
личности // Правоведение: вопросы теории и практики: Сб. науч. ст. Вып. 4.
Ростов н/Д., 2002. С. 50.
См.: Анохин Ю.В. Обеспечение безопасности, прав и свобод личности в правоприменительной деятельности органов внутренних дел (на материалах предварительного расследования): Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. М., 1999. С. 21.
Нургалиев Р. Восстановить доверие россиян // Общество и право. 2005. 24 авг.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
138
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
торые, пользуясь сложившимся положением, специально с целью противодействия данным органам пытаются внедрить в их структуру своих людей20. Только в УВД Кемеровской области выявлены 22 сотрудника органов внутренних дел, имевших судимость до поступления на службу21.
В целях предотвращения подобных фактов необходимо, на наш
взгляд, в действующую инструкцию, регулирующую порядок отбора кандидатов на службу, внести изменения, согласно которым необходимо проводить тщательные проверки кандидата и его близких родственников не
только по месту рождения и последнего места жительства, но и всех предыдущих мест жительства, учебы, службы и работы для выявления его
нравственных и психологических качеств, жизненных ориентаций и устремлений, истинных причин поступления на службу в милицию. Также
необходимо установить для них твердые квалификационные требования
физического и нравственно-психологического характера и определенные
ограничения. О положительном моменте подобных квалификационных
требований свидетельствует и опыт зарубежных стран22.
Наряду с этим необходимо закрепить в вышеназванной инструкции
возможность отказа в приеме на службу лиц, ранее уволенных по отрицательным мотивам из государственных органов, прежде всего правоохранительных структур, недопустимость приема на руководящие должности
и должности, связанные с оперативно-розыскной деятельностью, лиц, ранее занимавшихся предпринимательской деятельностью.
Весьма интересным представляется предложение ученых использовать, как это делается во многих странах, при отборе кандидатов нетрадиционные методы, в частности полиграф. С его помощью могут устанавливаться отрицательные мотивы поступления на службу; уточняться
анкетные данные и особенности поведения; криминальное прошлое и связи с преступными элементами23.
Большое значение в целях улучшения работы с личным составом имеет совершенствование деятельности психологических служб. Работа психологов должна проводиться не только в процессе отбора кандидатов на
службу, как это делается в настоящее время, но и непосредственно в самих подразделениях милиции. Она должна заключаться не только в тестировании сотрудников милиции, но и в разборах конфликтов, возникающих в процессе службы между сотрудниками; должна активно принимать
участие в работе судов чести, оказании помощи сотрудникам, оказавшимся в экстремальных ситуациях, вынужденным применять оружие в случаях, когда это повлекло гибель людей, т.е. обеспечивать криминолого-психологическое сопровождение сотрудников милиции на всем протяжении их
20
21
22
23
См.: Куксин И.Н., Смирнов М.П. Проявление организованной преступности в
сфере налогообложения и меры борьбы с ней // Организованная преступность-3. М., 1996. С.166.
Данные Главного управления кадров МВД РФ за 2001 год.
См.: Губанов А.В. Полиция Запада: основы деятельности по охране правопорядка. М., 1993. С. 74.
См.: Зубрилов И.С., Скрыпников А.И. Использование полиграфа при решении
кадровых вопросов // Вестник МВД. 1999. № 5. С. 82?83; Алтухов С.А. Криминологическая характеристика и профилактика преступлений, совершаемых
сотрудниками милиции: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук. Ростов н/Д., 2000.
С. 23.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Кондаков
139
службы24. Наиболее эффективными формами работы психологов, являются исследовательские игры, психологические консультации, проведение
психотренировок и социально-психологических тренингов25.
В предупреждении нарушений законности сотрудников милиции, прежде всего «профессионального» характера, существенная роль принадлежит функции правового обеспечения.
Данная функция заключается в разработке и формировании как целостной правовой основы, так и отдельных правовых режимов, способных
эффективно обеспечивать предупредительное воздействие на процессы,
воспроизводящие преступность, и социальный контроль над криминальной ситуацией в обществе, в том числе нарушениями законности в правоохранительной деятельности милиции.
В связи с экономическими, социальными и другими кризисными явлениями в нашей стране ранее действовавшая система социальной профилактики была разрушена. Поэтому проблема правового обеспечения предупредительной деятельности признана одним из приоритетных
направлений противодействия криминалу26.
Это направление широко обсуждается и учеными, и практиками. В
специальной научной литературе по нему высказываются заслуживающие внимания предложения. В частности, предлагается разработка и
принятие федеральной целевой программы по борьбе с коррупцией в Российской Федерации, в том числе конкретно и в правоохранительных органах27. Одним из мероприятий такой программы должно быть принятие
давно разработанных проектов федеральных законов «О борьбе с коррупцией» и «О борьбе с организованной преступностью»28, принятия кодексов
предупреждения преступлений29.
Не вдаваясь в научную дискуссию по этой сложной и специальной
проблеме, отметим важное концептуальное положение, согласно которому
формируемая система предупреждения преступности должна в разумных
пределах использовать позитивный опыт прошлого, но являться качественно иной по основным своим характеристикам, в том числе идеологическим, политическим и социальным ориентирам, правовому фундаменту,
основам организации. Она должна строиться на базе существующих экономических реалий, новых рыночных отношений, кардинально изменившихся отношений собственности, организации власти, правовой системы,
приоритетов в жизни реформируемого общества. При этом несравненно в
24
25
26
27
28
29
См.: Фесунов В.А. Криминологическое изучение личности сотрудника правоохранительных органов, совершившего преступление: Автореф. дис. ? канд.
юрид. наук. М., 2003. С. 22.
См.: Борисова С.Е. Профессиональная деформация сотрудников милиции и ее
личные детерминанты: Автореф. дис. ? канд. психолог. наук. М., 2000. С. 22.
См.: Герасимов С. Предупредительное воздействие надо восстановить // Профессионал. 2002. № 4; Старостин С.А. Проблемы правового регулирования в
сфере предупреждения преступлений // Российский следователь. 2004. № 8;
Космынина П.В. Правовой режим предупреждения преступлений: содержание и
значение // Там же; Варыгин А.Н. Преступность в органах внутренних дел. Саратов, 2002.
См.: Варыгин А.Н. Преступность в органах внутренних дел. С. 219.
См.: Коррупция и борьба с ней. М., 2000. С. 275?314; Организованная преступность-3. С. 253?291.
См.: Старостин С.А. Указ. соч. С. 33.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
140
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
большей степени, чем прежде, необходимо учитывать экономическую, географическую, социально-культурную, конфессиональную и иную неоднородность страны, ее федеральное устройство30.
Как отмечалось ранее, значительная часть совершаемых сотрудниками милиции преступлений связана с их правовым статусом, что во многом
облегчает подобного рода противоправные деяния. Это обстоятельство
подрывает авторитет не только милиции, но и всей правоохранительной
системы и государственного аппарата в целом.
В связи с этим можно согласиться с точкой зрения ученых, которые
предлагают ужесточить уголовную ответственность лица за совершение
преступления с использованием правомочий сотрудника милиции. Для
этого целесообразно изложить пункт «н» ч. 1 ст. 63 УК РФ, предусматривающей обстоятельства, отягчающие наказание, в следующей редакции:
«совершение преступления с использованием правомочий сотрудника правоохранительного органа, а равно с использованием форменной одежды
или документов представителя власти». В этих же целях необходимо дополнить ч. 2 ст.ст. 285, 286 и ч. 3 ст. 290 УК РФ таким квалифицирующим
признаком, как совершение преступления сотрудником правоохранительного органа31. Включить в санкции ст.ст. 285, 286, 290 и 292 УК РФ такие
виды наказаний, как лишение права занимать определенные должности
или заниматься определенной деятельностью (только в качестве обязательного дополнительного наказания)32.
Другой мерой воздействия на правонарушения сотрудников милиции,
также носящей правовой характер, является принятие дисциплинарного
устава органов внутренних дел. В новом уставе необходимо закрепить
«понятие о служебной дисциплине и ее нарушения, определить конкретные виды нарушений дисциплины и ответственности за них, права и обязанности должностных лиц по наложению взысканий на сотрудников. Также в нем должны быть определены основания и порядок проведения
служебных проверок по фактам нарушения дисциплины сотрудниками.
Несомненно, это будет способствовать укреплению служебной дисциплины в органах внутренних дел, повышению эффективности воспитательной
работы с личным составом и предупреждению правонарушений, совершаемых ими»33.
Большую роль в предупреждении правонарушений сотрудников милиции играет функция социального контроля. Успешная работа любой
организации зависит от контроля за результатами ее деятельности. В процессе контроля в правоохранительной деятельности милиции определяется эффективность функционирования этого органа, обосновываются меры
по устранению недостатков, намечаются перспективы развития. Не случайно поэтому в теории и практике управления контроль ? это важнейшая и объективно необходимая функция. В полной мере это относится и к
30
31
32
33
См.: Герасимов С. Предупредительное воздействие надо восстановить // Профессионал. 2002. № 4. С. 19.
См.: Варыгин А.Н. Преступность в органа?? внутренних дел. С. 222.
См.: Алтухов С.А. Криминологическая характеристика и профилактика преступлений, совершаемых сотрудниками милиции: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук.
Ростов на/Д., 2000. С. 23.
Варыгин А.Н. Преступность сотрудников органов внутренних дел и воздействие
на нее / Под ред. Б.Т. Разгильдиева. Саратов, 2003. С. 207.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Кондаков
141
деятельности органов внутренних дел. Более того, в силу специфичности
решаемых ОВД задач, связанных с ограничением прав граждан, режима
секретности, методов работы, контроль за деятельностью ОВД не только
объективно необходим, но и проявляется в различных формах. В литературе по вопросам управления ОВД данной проблеме уделяется значительное внимание34.
Контроль за деятельностью милиции осуществляется различными
субъектами. При этом принципиальным является разделение контроля на
ведомственный и надведомственный. Если в первом случае контроль осуществляется структурами, которые находятся в самой системе МВД (оргинспекторские службы, отраслевые департаменты и др., управляющие
структуры), то во втором случае в качестве субъектов контроля выступают
иные государственные и, что особенно следует подчеркнуть, общественные
формирования, а в определенной мере ? и граждане. В силу различного
правового статуса данных субъектов контроля за деятельностью милиции
формы и методы этого контроля существенно отличаются. В первом случае
они ориентированы прежде всего на проверку результатов, технологии выполнения задач, возложенных на милицию. Для этого используются такие
формы контроля, как инспектирование, целевые и комплексные проверки,
заслушивание исполнителей, ревизии и др. ведомственные формы контроля. Во втором случае, когда речь идет о надведомственном контроле, акцент делается на то, в какой мере сотрудники милиция выполняют свое социальное назначение, обеспечивают стабильное функционирование общества, т.е. речь идет об оценке результатов работы не только с точки зрения
профессиональных, но и общесоциальных интересов.
Представляется необходимым обратить внимание на предупредительные возможности прокурорского надзора за соблюдением учетно-регистрационной дисциплины и законности в ходе осуществления дознания и
предварительного расследования. Это связано с широкими полномочиями
прокурора, используя которые он выявляет и устраняет различные нарушения закона, тем самым предупреждает и пресекает совершение сотрудниками милиции преступлений. На наш взгляд, необходимо проводить регулярные прокурорские проверки уголовных дел, неожиданные проверки
органов милиции преимущественно в вечернее время, уделяя особое внимание в ходе таких проверок вопросам соблюдения прав и свобод задержанных за административные правонарушения, обвиняемых, а также потерпевших. Практика показывает, что права и свободы потерпевших
нередко ущемляются в ходе предварительного расследования35.
Рассматривая зарубежный опыт некоторых стран в борьбе с коррупцией, представляется весьма интересным предложение об учреждении
должности независимого прокурора с особой процедурой назначения и
снятия с должности36. Обязанностью такого прокурора является расследо34
35
36
См.: Капорцев А.Г. Контроль в управленческой деятельности. М., 1981; Малков В.Д. Контроль управленческой деятельности органов внутренних дел. М.,
1976; Анисимков В.М. Социальный контроль за деятельностью органов внутренних дел: Лекция. М., 1999.
См.: Соловьев А.Б. и др. Прокурорский надзор за исполнением законов при расследовании преступлений. М., 2000. С. 92.
См.: Номоконов В.А. О стратегии борьбы с коррупцией // Коррупция и борьба
с ней. М., 2000. С. 131.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
142
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
вание фактов коррупции высших должностных лиц государства, в том числе и в правоохранительных органах. О необходимости введения должности
независимого прокурора говорит и тот факт, что, осуществляя надзор за
законностью, прокуратура одновременно поддерживает государственное
обвинение по уголовным делам в суде. Тем самым она становится не заинтересованной в установлении нарушений законности со стороны сотрудников милиции по рассматриваемым делам, например, фактов насилия в отношении подозреваемых и обвиняемых, поскольку в случае подтверждения
подобных фактов ставятся под сомнение доказательства, положенные в основу обвинения. Поэтому введение должностей независимого прокурора
позволит более эффективно осуществлять защиту прав и свобод граждан,
в том числе и на стадии предварительного следствия.
Наряду с этим эффективным средством обеспечения законности в милиции могла бы стать система по проверке действий должностных лиц в
поддержании правопорядка со стороны общественности37. Это принципиальное требование заложено и в Кодексе поведения должностных лиц по
поддержанию правопорядка от 17 декабря 1979 г., которое свидетельствует о том, что все учреждения системы уголовного правосудия, каждый орган должен представлять общественность и быть ей подотчетным38. Такая
практика уже складывается во многих зарубежных странах. Например, в
Канаде в 1984 г. изданы законы «О порядке рассмотрения жалоб на полицию Торонто», «О контроле за правоприменительной деятельностью провинции Монитоба». В США в полиции каждого штата существует Свод
предписаний и правил, где подробно описаны эти процедуры и порядок
контроля со стороны общественности. При совершении чиновником нарушения законности проверку проводит сама полиция с обязательным участием общественных комиссий, создаваемых населением по месту нахождения органа полиции39. В полномочия этих комиссий входит участие в
рассмотрении жалоб населения на действия отдельных сотрудников полиции либо органа в целом. «Такой порядок приветствуется и руководством
полиции, поскольку общественные советы и комиссии выступают своеобразным ?буфером? между полицейским департаментом и населением, позволяя определенным образом смягчить напряженность, в значительной
степени разгружать руководство, кадровые и инспекторские аппараты и,
главное, способствовать укреплению взаимоотношений с населением»40.
Использование подобного опыта позволило бы милиции стать подконтрольной общественности, содействовало бы искоренению случаев сокрытия должностных преступлений.
Также, на наш взгляд, необходимо совершенствовать деятельность
подразделений собственной безопасности и инспекций по личному соста37
38
39
40
См.: Фастов А.Г. Законность в правовом государстве и ее гарантии в деятельности милиции: общетеоретические вопросы: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук.
Волгоград, 2000. С. 22.
См.: Профессиональная этика сотрудников правоохранительных органов: Учебное пособие. М., 1998. С. 297?302.
См.: США. Свод правил и предписаний отдела полиции штата Айова-Сити. Таллин, 1989. С. 1?92.
Законодательство о полиции и милиции в зарубежных странах и пути совершенствования деятельности органов внутренних дел в СССР. М., 1989. С. 1?6.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Кондаков
143
ву. Требуется более четкое определение задач, функций, форм взаимодействия их с другими смежными структурами, определение средств и методов работы. Основой разграничения их компетенции должен быть предмет, на который направлена их деятельность, и характер используемых
средств и методов. При этом предметом деятельности подразделений собственной безопасности должно быть выявление и предупреждение преступлений сотрудников милиции, прежде всего с использованием своего служебного положения41. Предмет деятельности инспекций по личному
составу ? это предупреждение дисциплинарных проступков.
Функция информационного обеспечения. В специальной научной литературе общепризнано положение, согласно которому предупреждение
правонарушений рассматривается не просто как совокупность (комплекс)
различных мероприятий, а представляет собой особую область социального регулирования, управления социальными процессами, связанными с
реализацией задач искоренения преступности42.
Следовательно, одним из направлений эффективного управления предупреждением нарушений законности в деятельности милиции является
сбор необходимой информации о состоянии объектов предупредительного
воздействия (правонарушениях, факторах, их порождающих и им препятствующих, личности правонарушителей и т.д.) и подготовленности субъектов предупредительной деятельности (степени организованности и скоординированности их деятельности, наличии необходимых сил и средств,
разработке современных научных рекомендаций и овладении ими), результативности профилактических мероприятий и отношении к ним общества, социальных групп и отдельных лиц.
Обеспечивая функции управления и прогнозирования и являясь основой разработки стратегии предупредительной деятельности, информация
о предупреждении правонарушений оказывает также непосредственное
положительное воспитательное воздействие на сотрудников милиции и
граждан.
Используемая в предупреждении нарушений законности информация
включает: материалы статистики; нормативные документы и данные о
практике их применения; научные обобщения; результаты должностных
проверок и критические замечания общественности. Большое количество
разнообразных сведений циркулирует также внутри МВД и между другими ведомствами, между средствами массовой информации и гражданами,
между гражданами и т.д.
Надлежащее информационное обеспечение профилактической деятельности достигается путем получения разносторонних данных социально-экономического, демографического и иного характера, полным учетом
преступлений и иных правонарушений. Без такой информации невозможна и оценка эффективности профилактических мероприятий43.
41
42
43
См.: Нургалиев Р. Восстановить доверие россиян // Общество и право. 2005.
24 авг.
См.: Теоретические основы предупреждения преступности. С. 31.
См.: Голик С.И., Михайлов Б.П. Организация и тактика общей профилактики
преступлений органами внутренних дел: Учебное пособие / Под ред. Г.А. Аванесова. М., 1980. С. 47.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
144
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Приведенный анализ функций предупреждения нарушений законности не исчерпывает все аспекты этой важной и сложной проблемы, которая, по нашему мнению, может стать предметом самостоятельного научного исследования.
В заключение следует отметить, что результативность воздействия на
нарушения законности сотрудников милиции зависит от общесоциальных
мер экономического, идеологического и культурно-воспитательного характера. Следует согласиться с В.В. Луневым в том, что «реальное устранение наиболее значимых причин преступности на современном этапе не
под силу обществу в целом, поскольку они кроются в сферах общественных отношений и связаны с социальными противоречиями, которые пока
остаются неразрешенными»44. Сказанное вовсе не означает, что следует
смириться с существованием правонарушений среди сотрудников милиции. Реальными в современных условиях экономического и социально-политического развития общества и весьма эффективными мерами воздействия могли бы стать специально-криминологические меры, осуществляемые
самими органами внутренних дел. Это прежде всего меры организационно-управленческого характера, заключающиеся в совершенствовании кадровой и воспитательной работы с личным составом милиции.
44
Лунев В.В. Преступность ХХ века. Мировые, региональные и российские тенденции. М., 1999. С. 476.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
145
РЕЦЕНЗИИ И ОБЗОРЫ
Е.В. Колесников*, В.В. Мамонов**
??·?ЛВ?? ?.?., ?Л?НЛМ ¬.?.
?ВУ?Л? ТУ??ВПВММУИ НУМТЪЛЪЫ?ЛЛ. с Г.: ХУ?П?, 2005.
с 320 Т.
Р
ецензируемая монография ? результат многолетних и плодотворных исследований известных московских государствоведов. Авторы впервые в отечественной науке провели обобщенный, концептуальный
анализ современной конституции. О полноте и комплексности работы свидетельствует ее структура, состоящая из 10 глав, введения и заключения.
Рассмотрены все узловые теоретические вопросы ? от понятия конституции до основополагающих основ статуса государства, его органов, местного государственного управления и самоуправления.
Авторы рассматривают достоинства и недостатки действующих конституций многих государств, при этом вносят конкретные предложения по
совершенствованию российского конституционного и текущего законодательства.
В первых главах обстоятельно разобраны сложные и политически значимые вопросы понятия, сущности и значения конституции, объекта конституционного регулирования. Показано, что современная конституция ?
это основной закон демократического социально ориентированного государства, гарантирующего широкий реестр личных, социально-экономических и политических прав человека и гражданина. Приемлемым является
ее определение в качестве учредительного правового акта, основного закона государства, принимаемого и изменяемого в усложненном порядке, обладающего особым объектом регулирования, высшей юридической силой
и являющегося юридической базой для правотворчества, правоприменения и правосознания (С. 39).
В работе четко различается сущность конституционного документа
как выражение жизненных интересов различных социальных сил на основе консенсуса или компромисса, сделанное на высшем правовом уровне
(С. 48?49), и содержание, принципы, свойства конституции.
*
**
Профессор кафедры конституционного и международного права Саратовской
государственной академии права, доктор юридических наук.
Доцент кафедры конституционного и международного права Саратовской государственной академии права, доктор юридических наук.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
146
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
По-новому решен вопрос о функциях конституции (С. 60?62). Выделены и обоснованы такие функции, как:
1) верховная легализация основ существующего общественного и государственного строя, определенного порядка;
2) установление исходных начал для развития новых институтов на
основе закрепленных ею порядков;
3) стабилизационная;
4) идеологическая;
5) специальная (связана с характером содержания, конкретной природой конституции).
Правильно отмечено, что выход современной конституции за прежние
узкие рамки регулирования человек?власть и включение принципиальных
вопросов взаимосвязи личности ? коллектива ? общества ? государства
придают ей роль «законодательного каркаса» всей общественной жизни
(С. 64).
Оправдан широкий подход к объекту конституционного регулирования. Конституция может считаться современной, если она регулирует основы общественных отношений экономической, социальной, политической
систем общества, его духовной жизни, правового статуса человека и гражданина, основы прямых и обратных взаимосвязей индивида ? коллектива ? государства ? общества путем осуществления государственной власти, используемой для создания и распределения социальных ценностей
при сотрудничестве и состязательности различных социальных сил (С. 74).
В главе 5 рассмотрены вопросы закрепления в конституциях норм
международного права, провозглашающих права и свободы человека.
Особое внимание уделяется проблемам равноправия, личных, политических, экономических, социальных, культурных прав индивида и их гарантий, а также обязанностей. В главе 6 анализируется конституционное регулирование деятельности коллективов, прежде всего политических
партий. Авторами выделяются признанные стандарты правового статуса
личности (С. 132?135). На основе обобщения зарубежного законодательства определяются пять основных подходов к проблеме правового статуса
личности (С. 137?141).
Следует согласиться с целым рядом выдвинутых в работе идей и
предложений. Например, о целесообразности закрепления в конституционных нормах специальных положений о принципах взаимоотношений народа и государства с международным сообществом (С. 131), о необходимости уделять особое внимание формулировке срока действий статей
заключительных и переходных положений (С. 153), об определении исчерпывающего перечня целей ограничения политических прав (С. 162). Справедливо мнение о внесении конституционных положений об обязанности
государства поддерживать связи с зарубежными соотечественниками в
соответствии с законами страны пребывания диаспоры (С. 133). С учетом
отечественных реалий оправданным было бы включение в Конституцию
России норм, определяющих основы государственной политики в отношении соотечественников, проживающих за рубежом.
Нельзя не отметить обоснованность поднятой проблемы регулирования права на организованную парламентскую политическую оппозицию
(С. 157?158). В России пока не сложились соответствующие общепризнанные правила в этой области. Учет интересов меньшинства является необ-
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Е.В. Колесников, В.В. Мамонов
147
ходимым условием демократии. Достижение стабильности, недопущение
социальных катаклизмов, революций невозможно без конструктивного
диалога власти с оппозицией.
Одной из важных проблем юридической науки является выработка
новых подходов к концепций прав человек. Анализируя существующие
точки зрения исследователей, авторы, не отрицая значение концепции
естественных прав, подчеркивают, что личные права не имеют абсолютного характера (С. 141?146).
Хотя пропаганда неполноценности людей, предоставление им прав в
зависимости от расы, пола, социального происхождения, политических
убеждений, других оснований постепенно уходят в прошлое, дискриминация не исчезла полностью. Свидетельством тому выступает отношение к
русскоязычному населению в некоторых государствах ближнего зарубежья. Следует поддержать тезис о том, что конституции должны содержать
нормы, запрещающие любую дискриминацию прав человека и гражданина (С. 147). При этом важно уточняющее положение, снимающее необоснованные притязания, которое необходимо отразить в конституционном
документе: отношение ко всем людям должно быть равным при равных
обстоятельствах (С. 149).
С развитием научно-технического прогресса, ростом числа террористических актов перед мировым сообществом возникают новые вызовы,
необходимость ответа на которые заставляет пересмотреть сложившиеся
на протяжении десятилетий представления о приоритете интересов человека, коллективов, общества, воздействии на государства с диктаторскими политическими режимами. Прежде всего речь идет о соблюдении прав
человека и обеспечении безопасности окружающих. Это ? комплексная
проблема, требующая для своего решения усилий представителей разных
отраслей права.
Здесь конституционалистами не выработано единых подходов. В монографии рассматриваются отдельные аспекты данного вопроса, делаются аргументированные заключения (С. 135).
По мере дальнейшего усиления процессов глобализации, которая затрагивает все в большей степени не только экономику стран, но и культурное пространство, сферы гуманитарных отношений, социальных коммуникаций, будет возрастать роль международного права. Однако нельзя
абсолютизировать его значение в развитии гуманитарного права и укреплении мира. Неоднозначно можно отнестись к суждению авторов включить основополагающую норму о связи базовых прав и обязанностей индивида с общечеловеческими ценностями и общепризнанными правами и
обязанностями человека и гражданина (С. 136), которая требует более
развернутой аргументации. В то же время не вызывает сомнений значимость этих ценностей.
Глава 8 посвящена конституционному статусу государства. Определяя его природу, авторы называют его государством социального капитализма (С. 226). Его качественные черты заключаются в следующем: 1) это
реальное социальное государство; 2) является социально-политическим
арбитром в обществе, регулируя отношения труда и капитала, различных
социальных слоев; 3) так называемое «регуляционное государство», в тех
или иных масштабах регулирующее политические, социальные, экономические отношения; 4) технократическое и технологическое государство.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
148
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
К числу базовых принципов организации государственной власти относятся: единство государственной власти и разделение ее ветвей; сочетание централизации и демократии; наличие органов государственной власти и органов публичной власти местного самоуправления; единство
основных целей и методов деятельности государственной власти; законность как основа (принцип) государственного управления; разграничение
полномочий между государственными органами; установление ответственности органов государственной власти и их должностных лиц (С. 229?230).
Правильно подчеркнуто: организационное единство государственной
власти, которое не носит ни абсолютного, ни завершенного характера. Безусловно, главное в том, что органы государства, осуществляя власть, реализуют собственные полномочия, но при этом все государственные институты (органы) взаимосвязаны и составляют целостный механизм (С. 233).
Обоснованно выделены признаки ветвей государственной власти:
1) существование в каждой из них особых специализированных и однородных управленческих органов, занимающих свое место в государственном аппарате и выполняющих определенные функции;
2) самостоятельность государственных органов, образующих отдельную ветвь власти;
3) ее структуризация;
4) организационно-юридическая обособленность ветви власти для выполнения определенной функции государственного аппарата;
5) наличие специфических форм, методов и процедур деятельности
(С. 234?235).
Заслуживает поддержки обоснование самостоятельных ветвей государственной власти ? законодательной, президентской (в президентских и
смешанных республиках), исполнительной и контрольной (С. 240).
Уделено внимание форме правления. По веским суждениям авторов,
для авторитарного и тоталитарного по сути государства характерна монократическая (единовластная) государственная форма. Демократическому
государству соответствует поликратическая (многовластная) государственная структура и организация.
Надо согласиться с определением формы государства как единства
взаимосвязей структурной и территориальной организации государственной власти, методов ее осуществления и способов прямых и обратных связей ее с населением (С. 249).
В главе 9 рассмотрены вопросы конституционного регулирования
местного управления и самоуправления. «Вертикальный срез» управления неоднороден, во многих странах действует и государственное управление на местах и местное самоуправление. Как показывает отечественный и зарубежный опыт, оторванность местного самоуправления от
государственной власти (а тем более их искусственная изолированность)
приводит к негативным последствиям. На региональном уровне должны
быть органы, представляющие население (С. 294).
Отечественному законодателю целесообразно в том или ином виде
учитывать базовые начала, применяемые за рубежом. Отметим отдельные из них:
а) местное самоуправление ? часть единой публичной власти, осуществляющая самостоятельное и под свою ответственность решение вопросов
местного значения;
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Е.В. Колесников, В.В. Мамонов
149
б) органы муниципального образования не входят в систему органов
государственной власти, являясь институтом публичной власти территориального коллектива;
в) муниципальные органы с их согласия, а в случаях, установленных
законом, без согласия могут надеяться на установленный законом срок отдельными государственными полномочиями с передачей им необходимых
финансовых и других ресурсов;
г) муниципальное образование, представляемое его уполномоченными
органами, обладает правами юридического лица. Ему гарантируется право на судебную защиту, на компенсацию дополнительных расходов, возникающих в результате решений, принятых органами государственной
власти (С. 295?297).
В то же время надо отметить отдельные недостатки, спорные аспекты
в рецензируемой работе.
Вряд ли какое-либо практическое значение может иметь включение в
конституции положения о праве народа и отдельных граждан на сопротивление угнетению (С. 157). В недемократических государствах наличие
такой базовой нормы будет фикцией, декорацией существующего диктаторского режима. В условиях демократии смена власти должна происходить мирным путем, в основном через выборы.
Авторы обоснованно обращают внимание на статус конституции как
особого документа, недопустимость его перегруженности вопросами, которые могут регулироваться текущим законодательством (С. 151?152). В то
же время предлагают включать в ее текст положения о судебных и иных
способах защиты достоинства личности, об обжаловании в суде решений
исполнительных органов государственной власти (С. 153), о праве членов
коллективов участвовать в формировании заводских, рабочих советов
(С. 170). Спорным является предложение о том, что на конституционном
уровне надо решать проблему соотношения административно-территориальных единиц и муниципальных образований (С. 293). Несмотря на значимость указанных проблем, все они, на наш взгляд, составляют скорее
предмет не конституционного, а текущего законодательного регулирования. Также заметим, что более определенно следовало бы сказать о типологии законодательных актов, их соотношении с национальной конституцией, а не просто о неких «кодексах законов, иных законах» (С. 37).
Подытоживая сказанное, отметим, что монография Т.Я. Хабриевой и
В.Е. Чиркина вносит существенный вклад не только в разработку актуальных проблем конституционной теории, но и в развитие современной
российской правовой науки в целом. Рецензируемая книга, безусловно,
окажется полезной всем, кто интересуется теорией и историей государства
и права, конституционным правом, размышляет о судьбах государственности в России и зарубежных странах, о правах человека.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
150
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
А.В. Лобанов*, О.В. Кузнецов**
ьЫБЛМ ¬.Х., ьЫБМВ?У? ¬.¬.
»ТЪУ?Л? УЪВ?ВТЪ?ВММУ?У Ф????: ТУ?ВЪТНЛИ ФВ?ЛУ?:
ьЫ?Т ОВН?ЛИ. с ????ЪУ?: Х?Ы?М?? НМЛ??, 2004. с 204 Т.
П
овышение эффективности деятельности органов отечественного
государства выдвигает целый комплекс требований к подготовке
специалистов в высших учебных заведениях. Важным компонентом общеобразовательной и профессиональной, правовой подготовки будущих юристов является изучение процессов возникновения, развития, функционирования государства и правовых институтов в определенном времени и на
определенной территории, выявление всего многообразия факторов, воздействующих на эти процессы, причинно-следственных связей, т.е. всего
того, что составляет предмет науки и учебной дисциплины «История отечественного государства и права».
Очевидно, что такую дисциплину, как история отечественного государства и права, целесообразно изучать в русле формирующегося теоретического, правового и политического сознания обучающихся, становления
их общей и правовой культуры, приобретения профессионального и жизненного опыта. Именно поэтому требуются особые учебные программы,
лекционные курсы, учебники и пособия, рассчитанные на современных
студентов и максимально приближающие их к будущей профессиональной деятельности. Свой вклад в решение этой важной задачи призван внести предложенный В.Н. Кузиным и В.В. Кузнецовым курс лекций «История отечественного права: советский период».
Главную цель преподавания истории отечественного государства и
права авторы видят в том, чтобы сформировать у студентов прочные, систематизированные знания о процессах возникновения и развития отечественных государственно-правовых институтов. При этом ими учтены современное состояние отечественной историко-правовой науки, социальные и
правовые процессы, протекающие в России и за её пределами, тенденции
развития системы и основных институтов современного права, а также
специфика преподавания курса истории отечественного государства и
права на юридических факультетах высших учебных заведений.
По своей структуре и содержанию рецензируемый курс лекций построен таким образом, чтобы максимально соответствовать требованиям
Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования второго поколения.
Авторы исходят из традиционной периодизации учебного курса, характерной для современного состояния отечественной историко-правовой
науки и выделяют девять основных этапов (периодов) развития отечественного государства и права в советский период. Правда, ограниченный
объём курса лекций вынудил авторов сосредоточить внимание на самом
важном в плане его познания, а именно, остановиться на тех правовых
актах и кодификациях, а также тех периодах истории отечественного пра*
**
Доцент кафедры теории и истории государства и права Саратовского юридического института МВД России, кандидат юридических наук.
Доцент кафедры теории и истории государства и права Саратовского юридического института МВД России, кандидат исторических наук.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Лобанов, О.В. Кузнецов
151
ва, которые оказали наибольшее влияние на развитие российских государственно-правовых институтов.
Для более широкого и подробного ознакомления с проблематикой
курса рекомендуется использовать нормативно-правовые акты, относящиеся к каждому из периодов. Это, несомненно, будет способствовать
формированию у студентов юридического мышления, погружению их в
правовые реалии прошлого. Обращает на себя внимание то, что авторы
включили в курс лекций такую тему, как «Развитие права в период распада СССР и формирование современной государственности России», без
знания которой затруднительно получить достоверное представление о
процессах, протекающих в нынешнем Российском государстве.
Вместе с тем хотелось бы высказать авторам некоторые пожелания и
рекомендации. Во-первых, в первой теме при характеристике источников
права (с. 8?11) представляется необходимым отметить своего рода правовой партикуляризм, множественность этих источников. Он сводится не
только к тому, что правотворчеством занимались в равной степени три
центральных органа государства ? Всероссийский Съезд Советов, СНК и
ВЦИК, что применялись «законы свергнутых правительств», что правовые
нормы создавали профсоюзы и местные советы. Следовало бы отметить,
что существовали и другие источники права, например, правовой обычай,
а также шариат и адатское право на национальных окраинах. Новая
власть была вынуждена мириться с такой практикой до начала 20-х годов.
Во-вторых, при характеристике избирательной системы согласно Конституции 1918 г. необходимо подчеркнуть, что термин «трудящиеся» (с. 28)
скрывал значительное ущемление в правах крестьянства перед лицом крайне малочисленного рабочего класса, давая значительные преимущества последнему. Выборы не были ни прямыми, ни равными, применялось открытое голосование, а рабочие фактически имели два голоса. Аналогичные
ограничения впоследствии были воспроизведены Конституцией СССР 1924 г.
В-третьих, в разделе, посвященном национализации в первые годы
советской власти, авторы справедливо отметили, что этот процесс носил
поэтапный характер (с. 33). Однако методически верным было бы выделить эти три этапа и дать характеристику каждому из них.
В-четвертых, исходя из того, что в курсе истории государства и права встречается значительное количество специальных терминов, сокращений и редко используемых ныне терминов, представляется целесообразным снабдить издание словарем-глоссарием с изложением и
разъяснением данного материала.
Отмеченные замечания, пожелания и рекомендации нисколько не снижают в целом положительной оценки курса лекций. Он соответствует Государственным образовательным стандартам второго поколения, подготовлен на высоком уровне согласно современным достижениям историкоправовой науки с привлечением новейших исследований отечественных и
зарубежных авторов.
Вклад этого издания в историко-правовую науку состоит в том, что
авторами предпринята успешная попытка изложения в систематизированном виде основных этапов развития отечественного права в XX в. Ими
выявлены и проанализированы основные изменения в отраслях и институтах советского права, а также способствовавшие им факторы, сделаны
аргументированные прогнозы относительно дальнейшей эволюции отечественной правовой системы.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
152
ПАМЯТИ УЧЕНОГО
їМ?ЪУОЛИ ?ПЛЪ?ЛВ?Л? ?В?Н?ТУ?
23 января 2006 года, в преддверии своего
65-летия, скоропостижно скончался доцент кафедры теории и истории государства и права
Саратовского юридического института МВД
России, кандидат юридических наук, полковник
милиции в отставке почетный работник
высшего профессионального образования Анатолий Дмитриевич Черкасов.
Перестало биться сердце замечательного
человека, высокого профессионала, учёного,
педагога. Его трудолюбие, энергия, оптимизм и
бесконечная вера в доброе и хорошее в жизни постоянно поддерживали и окрыляли тех, кто был
рядом с Анатолием Дмитриевичем. Его отличали большая любовь к
курсантам, студентам и слушателям, нежная, отеческая забота о
молодых педагогах, умение в любой ситуации морально поддержать
своих коллег.
Вся трудовая жизнь Анатолия Дмитриевича, начавшаяся в
1966 году, связана с нашим институтом. За сорок лет работы он
подготовил многочисленные кадры квалифицированных специалистов
для органов внутренних дел, многие из которых занимают сегодня
руководящие должности в системе МВД России. Он был ветераном
труда, награжден медалями «За безупречную службу» всех степеней.
Анатолий Дмитриевич пользовался уважением и признанием
среди ученых вузов системы МВД России. Он являлся соавтором
фундаментальных трудов ? учебников и учебных пособий для вузов по
теории государства и права, подготовил и опубликовал более 100
научных статей, активно участвовал в рецензировании научных
трудов и подготовке научных кадров.
В 1997 году Анатолий Дмитриевич ушёл в отставку, но до конца
своей жизни продолжал неустанно работать, беспокоясь только об
одном, что вдруг не выдержит сердце и очень нелегко будет жить без
него жене и сыну.
Всем, кто соприкоснулся с этим удивительно мудрым, добрым и
щедрым душой человеком, очень посчастливилось в жизни.
Светлая, вечная память о нем сохранится в сердцах людей, которые знали Анатолия Дмитриевича.
Коллеги по работе
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
153
ИНФОРМАЦИЯ
Требования к оформлению материалов,
присылаемых для опубликования в журнале
«Правовая культура»
Статьи присылаются распечатанными на бумажных носителях и одновременно подготовленные в электронном виде на дискете или CDR. Текстовый редактор Word. Шрифт Times New Roman, 14 кегль, межстрочный
интервал ? полуторный. Электронная версия текста, таблиц и формул дается в формате RTF.
Объем одной статьи составляет от 12 до 22 страниц машинописного
текста в 2-х экземплярах, отпечатанного в редакторе Word.
Формат бумаги ? А4. Поля: левое ? 2 см, правое ? 2 см, верхнее ?
2,5 см., нижнее ? 2,5 см. Абзацный отступ ? 1,27 см. Текст без переносов.
Библиографические ссылки должны быть расположены в низу страницы, нумерация сквозная.
Количество рисунков и таблиц допускается не более пяти.
Рисунки и таблицы выполняются на отдельных листах. Для рисунков
использовать черный краситель, фотографии не глянцевать. Электронные
версии рисунков и фотографий подготавливаются в редакторах Photoshop
(*.tif, *.jpg, *.psd, разрешение 600 dpi) или Corel Draw (7 версия) ? отдельными файлами на одну иллюстрацию с приложением их распечаток
на принтере.
К материалам статей должны быть приложены сведения об авторах
(фамилия, имя, отчество, ученая степень и звание, почетное звание и членство в академиях, место работы, должность, контактный телефон, почтовый индекс и адрес) и сопроводительное письмо учебного заведения или
научной организации с рекомендацией к опубликованию рукописи в открытой печати, а также аннотация на русском и английском языках.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Саратовский юридический институт МВД России
в 4-м квартале 2006 года выпустил
следующие работы:
Быков В.М., Куницына А.В. Тактика выявления организаторов преступных групп: Учебное пособие.
Бочкова Л.И., Новак О.Э., Савинов С.В. Судебная бухгалтерия: Учебное
пособие.
Мильшин Ю.Н. Муниципальное право России: Учебное пособие.
Конституционное право: Курс лекций / Под ред. Г.Н. Комковой.
Гревнова И.А. Понятие и содержание уголовно-правового принципа вины:
Монография.
Варыгин А.Н. Преступность сотрудников ОВД и ее предупреждение:
Учебное пособие.
Бочкарев А.В. Средства поисковой техники: Учебное пособие.
Литературный редактор Н.И. Вострикова
Оформление обложки ? Д.В. Козлов
Корректор О.А. Белянина
Технический редактор Н.П. Шемякина
Подписано в печать 16.11.06. Формат 70х108 1/16.
Гарнитура «Литературная». Печать офсетная.
Усл. печ. л. 13,76. Уч.-изд. л. 13,92. Тираж 500. Заказ 000.
Организационно-научный и редакционно-издательский отдел
Саратовского юридического института МВД России
410034, г. Саратов, ул. Соколовая, 339
Отпечатано ООО «Автор», 410004, г. Саратов, ул. Астраханская, 43, тел. 70-95-92
?ом принципиальным является разделение контроля на
ведомственный и надведомственный. Если в первом случае контроль осуществляется структурами, которые находятся в самой системе МВД (оргинспекторские службы, отраслевые департаменты и др., управляющие
структуры), то во втором случае в качестве субъектов контроля выступают
иные государственные и, что особенно следует подчеркнуть, общественные
формирования, а в определенной мере ? и граждане. В силу различного
правового статуса данных субъектов контроля за деятельностью милиции
формы и методы этого контроля существенно отличаются. В первом случае
они ориентированы прежде всего на проверку результатов, технологии выполнения задач, возложенных на милицию. Для этого используются такие
формы контроля, как инспектирование, целевые и комплексные проверки,
заслушивание исполнителей, ревизии и др. ведомственные формы контроля. Во втором случае, когда речь идет о надведомственном контроле, акцент делается на то, в какой мере сотрудники милиция выполняют свое социальное назначение, обеспечивают стабильное функционирование общества, т.е. речь идет об оценке результатов работы не только с точки зрения
профессиональных, но и общесоциальных интересов.
Представляется необходимым обратить внимание на предупредительные возможности прокурорского надзора за соблюдением учетно-регистрационной дисциплины и законности в ходе осуществления дознания и
предварительного расследования. Это связано с широкими полномочиями
прокурора, используя которые он выявляет и устраняет различные нарушения закона, тем самым предупреждает и пресекает совершение сотрудниками милиции преступлений. На наш взгляд, необходимо проводить регулярные прокурорские проверки уголовных дел, неожиданные проверки
органов милиции преимущественно в вечернее время, уделяя особое внимание в ходе таких проверок вопросам соблюдения прав и свобод задержанных за административные правонарушения, обвиняемых, а также потерпевших. Практика показывает, что права и свободы потерпевших
нередко ущемляются в ходе предварительного расследования35.
Рассматривая зарубежный опыт некоторых стран в борьбе с коррупцией, представляется весьма интересным предложение об учреждении
должности независимого прокурора с особой процедурой назначения и
снятия с должности36. Обязанностью такого прокурора является расследо34
35
36
См.: Капорцев А.Г. Контроль в управленческой деятельности. М., 1981; Малков В.Д. Контроль управленческой деятельности органов внутренних дел. М.,
1976; Анисимков В.М. Социальный контроль за деятельностью органов внутренних дел: Лекция. М., 1999.
См.: Соловьев А.Б. и др. Прокурорский надзор за исполнением законов при расследовании преступлений. М., 2000. С. 92.
См.: Номоконов В.А. О стратегии борьбы с коррупцией // Коррупция и борьба
с ней. М., 2000. С. 131.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
142
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
вание фактов коррупции высших должностных лиц государства, в том числе и в правоохранительных органах. О необходимости введения должности
независимого прокурора говорит и тот факт, что, осуществляя надзор за
законностью, прокуратура одновременно поддерживает государственное
обвинение по уголовным делам в суде. Тем самым она становится не заинтересованной в установлении нарушений законности со стороны сотрудников милиции по рассматриваемым делам, например, фактов насилия в отношении подозреваемых и обвиняемых, поскольку в случае подтверждения
подобных фактов ставятся под сомнение доказательства, положенные в основу обвинения. Поэтому введение должностей независимого прокурора
позволит более эффективно осуществлять защиту прав и свобод граждан,
в том числе и на стадии предварительного следствия.
Наряду с этим эффективным средством обеспечения законности в милиции могла бы стать система по проверке действий должностных лиц в
поддержании правопорядка со стороны общественности37. Это принципиальное требование заложено и в Кодексе поведения должностных лиц по
поддержанию правопорядка от 17 декабря 1979 г., которое свидетельствует о том, что все учреждения системы уголовного правосудия, каждый орган должен представлять общественность и быть ей подотчетным38. Такая
практика уже складывается во многих зарубежных странах. Например, в
Канаде в 1984 г. изданы законы «О порядке рассмотрения жалоб на полицию Торонто», «О контроле за правоприменительной деятельностью провинции Монитоба». В США в полиции каждого штата существует Свод
предписаний и правил, где подробно описаны эти процедуры и порядок
контроля со стороны общественности. При совершении чиновником нарушения законности проверку проводит сама полиция с обязательным участием общественных комиссий, создаваемых населением по месту нахождения органа полиции39. В полномочия этих комиссий входит участие в
рассмотрении жалоб населения на действия отдельных сотрудников полиции либо органа в целом. «Такой порядок приветствуется и руководством
полиции, поскольку общественные советы и комиссии выступают своеобразным ?буфером? между полицейским департаментом и населением, позволяя определенным образом смягчить напряженность, в значительной
степени разгружать руководство, кадровые и инспекторские аппараты и,
главное, способствовать укреплению взаимоотношений с населением»40.
Использование подобного опыта позволило бы милиции стать подконтрольной общественности, содействовало бы искоренению случаев сокрытия должностных преступлений.
Также, на наш взгляд, необходимо совершенствовать деятельность
подразделений собственной безопасности и инспекций по личному соста37
38
39
40
См.: Фастов А.Г. Законность в правовом государстве и ее гарантии в деятельности милиции: общетеоретические вопросы: Автореф. дис. ? канд. юрид. наук.
Волгоград, 2000. С. 22.
См.: Профессиональная этика сотрудников правоохранительных органов: Учебное пособие. М., 1998. С. 297?302.
См.: США. Свод правил и предписаний отдела полиции штата Айова-Сити. Таллин, 1989. С. 1?92.
Законодательство о полиции и милиции в зарубежных странах и пути совершенствования деятельности органов внутренних дел в СССР. М., 1989. С. 1?6.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Кондаков
143
ву. Требуется более четкое определение задач, функций, форм взаимодействия их с другими смежными структурами, определение средств и методов работы. Основой разграничения их компетенции должен быть предмет, на который направлена их деятельность, и характер используемых
средств и методов. При этом предметом деятельности подразделений собственной безопасности должно быть выявление и предупреждение преступлений сотрудников милиции, прежде всего с использованием своего служебного положения41. Предмет деятельности инспекций по личному
составу ? это предупреждение дисциплинарных проступков.
Функция информационного обеспечения. В специальной научной литературе общепризнано положение, согласно которому предупреждение
правонарушений рассматривается не просто как совокупность (комплекс)
различных мероприятий, а представляет собой особую область социального регулирования, управления социальными процессами, связанными с
реализацией задач искоренения преступности42.
Следовательно, одним из направлений эффективного управления предупреждением нарушений законности в деятельности милиции является
сбор необходимой информации о состоянии объектов предупредительного
воздействия (правонарушениях, факторах, их порождающих и им препятствующих, личности правонарушителей и т.д.) и подготовленности субъектов предупредительной деятельности (степени организованности и скоординированности их деятельности, наличии необходимых сил и средств,
разработке современных научных рекомендаций и овладении ими), результативности профилактических мероприятий и отношении к ним общества, социальных групп и отдельных лиц.
Обеспечивая функции управления и прогнозирования и являясь основой разработки стратегии предупредительной деятельности, информация
о предупреждении правонарушений оказывает также непосредственное
положительное воспитательное воздействие на сотрудников милиции и
граждан.
Используемая в предупреждении нарушений законности информация
включает: материалы статистики; нормативные документы и данные о
практике их применения; научные обобщения; результаты должностных
проверок и критические замечания общественности. Большое количество
разнообразных сведений циркулирует также внутри МВД и между другими ведомствами, между средствами массовой информации и гражданами,
между гражданами и т.д.
Надлежащее информационное обеспечение профилактической деятельности достигается путем получения разносторонних данных социально-экономического, демографического и иного характера, полным учетом
преступлений и иных правонарушений. Без такой информации невозможна и оценка эффективности профилактических мероприятий43.
41
42
43
См.: Нургалиев Р. Восстановить доверие россиян // Общество и право. 2005.
24 авг.
См.: Теоретические основы предупреждения преступности. С. 31.
См.: Голик С.И., Михайлов Б.П. Организация и тактика общей профилактики
преступлений органами внутренних дел: Учебное пособие / Под ред. Г.А. Аванесова. М., 1980. С. 47.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
144
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
Приведенный анализ функций предупреждения нарушений законности не исчерпывает все аспекты этой важной и сложной проблемы, которая, по нашему мнению, может стать предметом самостоятельного научного исследования.
В заключение следует отметить, что результативность воздействия на
нарушения законности сотрудников милиции зависит от общесоциальных
мер экономического, идеологического и культурно-воспитательного характера. Следует согласиться с В.В. Луневым в том, что «реальное устранение наиболее значимых причин преступности на современном этапе не
под силу обществу в целом, поскольку они кроются в сферах общественных отношений и связаны с социальными противоречиями, которые пока
остаются неразрешенными»44. Сказанное вовсе не означает, что следует
смириться с существованием правонарушений среди сотрудников милиции. Реальными в современных условиях экономического и социально-политического развития общества и весьма эффективными мерами воздействия могли бы стать специально-криминологические меры, осуществляемые
самими органами внутренних дел. Это прежде всего меры организационно-управленческого характера, заключающиеся в совершенствовании кадровой и воспитательной работы с личным составом милиции.
44
Лунев В.В. Преступность ХХ века. Мировые, региональные и российские тенденции. М., 1999. С. 476.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
145
РЕЦЕНЗИИ И ОБЗОРЫ
Е.В. Колесников*, В.В. Мамонов**
??·?ЛВ?? ?.?., ?Л?НЛМ ¬.?.
?ВУ?Л? ТУ??ВПВММУИ НУМТЪЛЪЫ?ЛЛ. с Г.: ХУ?П?, 2005.
с 320 Т.
Р
ецензируемая монография ? результат многолетних и плодотворных исследований известных московских государствоведов. Авторы впервые в отечественной науке провели обобщенный, концептуальный
анализ современной конституции. О полноте и комплексности работы свидетельствует ее структура, состоящая из 10 глав, введения и заключения.
Рассмотрены все узловые теоретические вопросы ? от понятия конституции до основополагающих основ статуса государства, его органов, местного государственного управления и самоуправления.
Авторы рассматривают достоинства и недостатки действующих конституций многих государств, при этом вносят конкретные предложения по
совершенствованию российского конституционного и текущего законодательства.
В первых главах обстоятельно разобраны сложные и политически значимые вопросы понятия, сущности и значения конституции, объекта конституционного регулирования. Показано, что современная конституция ?
это основной закон демократического социально ориентированного государства, гарантирующего широкий реестр личных, социально-экономических и политических прав человека и гражданина. Приемлемым является
ее определение в качестве учредительного правового акта, основного закона государства, принимаемого и изменяемого в усложненном порядке, обладающего особым объектом регулирования, высшей юридической силой
и являющегося юридической базой для правотворчества, правоприменения и правосознания (С. 39).
В работе четко различается сущность конституционного документа
как выражение жизненных интересов различных социальных сил на основе консенсуса или компромисса, сделанное на высшем правовом уровне
(С. 48?49), и содержание, принципы, свойства конституции.
*
**
Профессор кафедры конституционного и международного права Саратовской
государственной академии права, доктор юридических наук.
Доцент кафедры конституционного и международного права Саратовской государственной академии права, доктор юридических наук.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
146
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
По-новому решен вопрос о функциях конституции (С. 60?62). Выделены и обоснованы такие функции, как:
1) верховная легализация основ существующего общественного и государственного строя, определенного порядка;
2) установление исходных начал для развития новых институтов на
основе закрепленных ею порядков;
3) стабилизационная;
4) идеологическая;
5) специальная (связана с характером содержания, конкретной природой конституции).
Правильно отмечено, что выход современной конституции за прежние
узкие рамки регулирования человек?власть и включение принципиальных
вопросов взаимосвязи личности ? коллектива ? общества ? государства
придают ей роль «законодательного каркаса» всей общественной жизни
(С. 64).
Оправдан широкий подход к объекту конституционного регулирования. Конституция может считаться современной, если она регулирует основы общественных отношений экономической, социальной, политической
систем общества, его духовной жизни, правового статуса человека и гражданина, основы прямых и обратных взаимосвязей индивида ? коллектива ? государства ? общества путем осуществления государственной власти, используемой для создания и распределения социальных ценностей
при сотрудничестве и состязательности различных социальных сил (С. 74).
В главе 5 рассмотрены вопросы закрепления в конституциях норм
международного права, провозглашающих права и свободы человека.
Особое внимание уделяется проблемам равноправия, личных, политических, экономических, социальных, культурных прав индивида и их гарантий, а также обязанностей. В главе 6 анализируется конституционное регулирование деятельности коллективов, прежде всего политических
партий. Авторами выделяются признанные стандарты правового статуса
личности (С. 132?135). На основе обобщения зарубежного законодательства определяются пять основных подходов к проблеме правового статуса
личности (С. 137?141).
Следует согласиться с целым рядом выдвинутых в работе идей и
предложений. Например, о целесообразности закрепления в конституционных нормах специальных положений о принципах взаимоотношений народа и государства с международным сообществом (С. 131), о необходимости уделять особое внимание формулировке срока действий статей
заключительных и переходных положений (С. 153), об определении исчерпывающего перечня целей ограничения политических прав (С. 162). Справедливо мнение о внесении конституционных положений об обязанности
государства поддерживать связи с зарубежными соотечественниками в
соответствии с законами страны пребывания диаспоры (С. 133). С учетом
отечественных реалий оправданным было бы включение в Конституцию
России норм, определяющих основы государственной политики в отношении соотечественников, проживающих за рубежом.
Нельзя не отметить обоснованность поднятой проблемы регулирования права на организованную парламентскую политическую оппозицию
(С. 157?158). В России пока не сложились соответствующие общепризнанные правила в этой области. Учет интересов меньшинства является необ-
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Е.В. Колесников, В.В. Мамонов
147
ходимым условием демократии. Достижение стабильности, недопущение
социальных катаклизмов, революций невозможно без конструктивного
диалога власти с оппозицией.
Одной из важных проблем юридической науки является выработка
новых подходов к концепций прав человек. Анализируя существующие
точки зрения исследователей, авторы, не отрицая значение концепции
естественных прав, подчеркивают, что личные права не имеют абсолютного характера (С. 141?146).
Хотя пропаганда неполноценности людей, предоставление им прав в
зависимости от расы, пола, социального происхождения, политических
убеждений, других оснований постепенно уходят в прошлое, дискриминация не исчезла полностью. Свидетельством тому выступает отношение к
русскоязычному населению в некоторых государствах ближнего зарубежья. Следует поддержать тезис о том, что конституции должны содержать
нормы, запрещающие любую дискриминацию прав человека и гражданина (С. 147). При этом важно уточняющее положение, снимающее необоснованные притязания, которое необходимо отразить в конституционном
документе: отношение ко всем людям должно быть равным при равных
обстоятельствах (С. 149).
С развитием научно-технического прогресса, ростом числа террористических актов перед мировым сообществом возникают новые вызовы,
необходимость ответа на которые заставляет пересмотреть сложившиеся
на протяжении десятилетий представления о приоритете интересов человека, коллективов, общества, воздействии на государства с диктаторскими политическими режимами. Прежде всего речь идет о соблюдении прав
человека и обеспечении безопасности окружающих. Это ? комплексная
проблема, требующая для своего решения усилий представителей разных
отраслей права.
Здесь конституционалистами не выработано единых подходов. В монографии рассматриваются отдельные аспекты данного вопроса, делаются аргументированные заключения (С. 135).
По мере дальнейшего усиления процессов глобализации, которая затрагивает все в большей степени не только экономику стран, но и культурное пространство, сферы гуманитарных отношений, социальных коммуникаций, будет возрастать роль международного права. Однако нельзя
абсолютизировать его значение в развитии гуманитарного права и укреплении мира. Неоднозначно можно отнестись к суждению авторов включить основополагающую норму о связи базовых прав и обязанностей индивида с общечеловеческими ценностями и общепризнанными правами и
обязанностями человека и гражданина (С. 136), которая требует более
развернутой аргументации. В то же время не вызывает сомнений значимость этих ценностей.
Глава 8 посвящена конституционному статусу государства. Определяя его природу, авторы называют его государством социального капитализма (С. 226). Его качественные черты заключаются в следующем: 1) это
реальное социальное государство; 2) является социально-политическим
арбитром в обществе, регулируя отношения труда и капитала, различных
социальных слоев; 3) так называемое «регуляционное государство», в тех
или иных масштабах регулирующее политические, социальные, экономические отношения; 4) технократическое и технологическое государство.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
148
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
К числу базовых принципов организации государственной власти относятся: единство государственной власти и разделение ее ветвей; сочетание централизации и демократии; наличие органов государственной власти и органов публичной власти местного самоуправления; единство
основных целей и методов деятельности государственной власти; законность как основа (принцип) государственного управления; разграничение
полномочий между государственными органами; установление ответственности органов государственной власти и их должностных лиц (С. 229?230).
Правильно подчеркнуто: организационное единство государственной
власти, которое не носит ни абсолютного, ни завершенного характера. Безусловно, главное в том, что органы государства, осуществляя власть, реализуют собственные полномочия, но при этом все государственные институты (органы) взаимосвязаны и составляют целостный механизм (С. 233).
Обоснованно выделены признаки ветвей государственной власти:
1) существование в каждой из них особых специализированных и однородных управленческих органов, занимающих свое место в государственном аппарате и выполняющих определенные функции;
2) самостоятельность государственных органов, образующих отдельную ветвь власти;
3) ее структуризация;
4) организационно-юридическая обособленность ветви власти для выполнения определенной функции государственного аппарата;
5) наличие специфических форм, методов и процедур деятельности
(С. 234?235).
Заслуживает поддержки обоснование самостоятельных ветвей государственной власти ? законодательной, президентской (в президентских и
смешанных республиках), исполнительной и контрольной (С. 240).
Уделено внимание форме правления. По веским суждениям авторов,
для авторитарного и тоталитарного по сути государства характерна монократическая (единовластная) государственная форма. Демократическому
государству соответствует поликратическая (многовластная) государственная структура и организация.
Надо согласиться с определением формы государства как единства
взаимосвязей структурной и территориальной организации государственной власти, методов ее осуществления и способов прямых и обратных связей ее с населением (С. 249).
В главе 9 рассмотрены вопросы конституционного регулирования
местного управления и самоуправления. «Вертикальный срез» управления неоднороден, во многих странах действует и государственное управление на местах и местное самоуправление. Как показывает отечественный и зарубежный опыт, оторванность местного самоуправления от
государственной власти (а тем более их искусственная изолированность)
приводит к негативным последствиям. На региональном уровне должны
быть органы, представляющие население (С. 294).
Отечественному законодателю целесообразно в том или ином виде
учитывать базовые начала, применяемые за рубежом. Отметим отдельные из них:
а) местное самоуправление ? часть единой публичной власти, осуществляющая самостоятельное и под свою ответственность решение вопросов
местного значения;
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Е.В. Колесников, В.В. Мамонов
149
б) органы муниципального образования не входят в систему органов
государственной власти, являясь институтом публичной власти территориального коллектива;
в) муниципальные органы с их согласия, а в случаях, установленных
законом, без согласия могут надеяться на установленный законом срок отдельными государственными полномочиями с передачей им необходимых
финансовых и других ресурсов;
г) муниципальное образование, представляемое его уполномоченными
органами, обладает правами юридического лица. Ему гарантируется право на судебную защиту, на компенсацию дополнительных расходов, возникающих в результате решений, принятых органами государственной
власти (С. 295?297).
В то же время надо отметить отдельные недостатки, спорные аспекты
в рецензируемой работе.
Вряд ли какое-либо практическое значение может иметь включение в
конституции положения о праве народа и отдельных граждан на сопротивление угнетению (С. 157). В недемократических государствах наличие
такой базовой нормы будет фикцией, декорацией существующего диктаторского режима. В условиях демократии смена власти должна происходить мирным путем, в основном через выборы.
Авторы обоснованно обращают внимание на статус конституции как
особого документа, недопустимость его перегруженности вопросами, которые могут регулироваться текущим законодательством (С. 151?152). В то
же время предлагают включать в ее текст положения о судебных и иных
способах защиты достоинства личности, об обжаловании в суде решений
исполнительных органов государственной власти (С. 153), о праве членов
коллективов участвовать в формировании заводских, рабочих советов
(С. 170). Спорным является предложение о том, что на конституционном
уровне надо решать проблему соотношения административно-территориальных единиц и муниципальных образований (С. 293). Несмотря на значимость указанных проблем, все они, на наш взгляд, составляют скорее
предмет не конституционного, а текущего законодательного регулирования. Также заметим, что более определенно следовало бы сказать о типологии законодательных актов, их соотношении с национальной конституцией, а не просто о неких «кодексах законов, иных законах» (С. 37).
Подытоживая сказанное, отметим, что монография Т.Я. Хабриевой и
В.Е. Чиркина вносит существенный вклад не только в разработку актуальных проблем конституционной теории, но и в развитие современной
российской правовой науки в целом. Рецензируемая книга, безусловно,
окажется полезной всем, кто интересуется теорией и историей государства
и права, конституционным правом, размышляет о судьбах государственности в России и зарубежных странах, о правах человека.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
150
ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА 2006 № 1
А.В. Лобанов*, О.В. Кузнецов**
ьЫБЛМ ¬.Х., ьЫБМВ?У? ¬.¬.
»ТЪУ?Л? УЪВ?ВТЪ?ВММУ?У Ф????: ТУ?ВЪТНЛИ ФВ?ЛУ?:
ьЫ?Т ОВН?ЛИ. с ????ЪУ?: Х?Ы?М?? НМЛ??, 2004. с 204 Т.
П
овышение эффективности деятельности органов отечественного
государства выдвигает целый комплекс требований к подготовке
специалистов в высших учебных заведениях. Важным компонентом общеобразовательной и профессиональной, правовой подготовки будущих юристов является изучение процессов возникновения, развития, функционирования государства и правовых институтов в определенном времени и на
определенной территории, выявление всего многообразия факторов, воздействующих на эти процессы, причинно-следственных связей, т.е. всего
того, что составляет предмет науки и учебной дисциплины «История отечественного государства и права».
Очевидно, что такую дисциплину, как история отечественного государства и права, целесообразно изучать в русле формирующегося теоретического, правового и политического сознания обучающихся, становления
их общей и правовой культуры, приобретения профессионального и жизненного опыта. Именно поэтому требуются особые учебные программы,
лекционные курсы, учебники и пособия, рассчитанные на современных
студентов и максимально приближающие их к будущей профессиональной деятельности. Свой вклад в решение этой важной задачи призван внести предложенный В.Н. Кузиным и В.В. Кузнецовым курс лекций «История отечественного права: советский период».
Главную цель преподавания истории отечественного государства и
права авторы видят в том, чтобы сформировать у студентов прочные, систематизированные знания о процессах возникновения и развития отечественных государственно-правовых институтов. При этом ими учтены современное состояние отечественной историко-правовой науки, социальные и
правовые процессы, протекающие в России и за её пределами, тенденции
развития системы и основных институтов современного права, а также
специфика преподавания курса истории отечественного государства и
права на юридических факультетах высших учебных заведений.
По своей структуре и содержанию рецензируемый курс лекций построен таким образом, чтобы максимально соответствовать требованиям
Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования второго поколения.
Авторы исходят из традиционной периодизации учебного курса, характерной для современного состояния отечественной историко-правовой
науки и выделяют девять основных этапов (периодов) развития отечественного государства и права в советский период. Правда, ограниченный
объём курса лекций вынудил авторов сосредоточить внимание на самом
важном в плане его познания, а именно, остановиться на тех правовых
актах и кодификациях, а также тех периодах истории отечественного пра*
**
Доцент кафедры теории и истории государства и права Саратовского юридического института МВД России, кандидат юридических наук.
Доцент кафедры теории и истории государства и права Саратовского юридического института МВД России, кандидат исторических наук.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
А.В. Лобанов, О.В. Кузнецов
151
ва, которые оказали наибольшее влияние на развитие российских государственно-правовых институтов.
Для более широкого и подробного ознакомления с проблематикой
курса рекомендуется использовать нормативно-правовые акты, относящиеся к каждому из периодов. Это, несомненно, будет способствовать
формированию у студентов юридического мышления, погружению их в
правовые реалии прошлого. Обращает на себя внимание то, что авторы
включили в курс лекций такую тему, как «Развитие права в период распада СССР и формирование современной государственности России», без
знания которой затруднительно получить достоверное представление о
процессах, протекающих в нынешнем Российском государстве.
Вместе с тем хотелось бы высказать авторам некоторые пожелания и
рекомендации. Во-первых, в первой теме при характеристике источников
права (с. 8?11) представляется необходимым отметить своего рода правовой партикуляризм, множественность этих источников. Он сводится не
только к тому, что правотворчеством занимались в равной степени три
центральных органа государства ? Всероссийский Съезд Советов, СНК и
ВЦИК, что применялись «законы свергнутых правительств», что правовые
нормы создавали профсоюзы и местные советы. Следовало бы отметить,
что существовали и другие источники права, например, правовой обычай,
а также шариат и адатское право на национальных окраинах. Новая
власть была вынуждена мириться с такой практикой до начала 20-х годов.
Во-вторых, при характеристике избирательной системы согласно Конституции 1918 г. необходимо подчеркнуть, что термин «трудящиеся» (с. 28)
скрывал значительное ущемление в правах крестьянства перед лицом крайне малочисленного рабочего класса, давая значительные преимущества последнему. Выборы не были ни прямыми, ни равными, применялось открытое голосование, а рабочие фактически имели два голоса. Аналогичные
ограничения впоследствии были воспроизведены Конституцией СССР 1924 г.
В-третьих, в разделе, посвященном национализации в первые годы
советской власти, авторы справедливо отметили, что этот процесс носил
поэтапный характер (с. 33). Однако методически верным было бы выделить эти три этапа и дать характеристику каждому из них.
В-четвертых, исходя из того, что в курсе истории государства и права встречается значительное количество специальных терминов, сокращений и редко используемых ныне терминов, представляется целесообразным снабдить издание словарем-глоссарием с изложением и
разъяснением данного материала.
Отмеченные замечания, пожелания и рекомендации нисколько не снижают в целом положительной оценки курса лекций. Он соответствует Государственным образовательным стандартам второго поколения, подготовлен на высоком уровне согласно современным достижениям историкоправовой науки с привлечением новейших исследований отечественных и
зарубежных авторов.
Вклад этого издания в историко-правовую науку состоит в том, что
авторами предпринята успешная попытка изложения в систематизированном виде основных этапов развития отечественного права в XX в. Ими
выявлены и проанализированы основные изменения в отраслях и институтах советского права, а также способствовавшие им факторы, сделаны
аргументированные прогнозы относительно дальнейшей эволюции отечественной правовой системы.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
152
ПАМЯТИ УЧЕНОГО
їМ?ЪУОЛИ ?ПЛЪ?ЛВ?Л? ?В?Н?ТУ?
23 января 2006 года, в преддверии своего
65-летия, скоропостижно скончался доцент кафедры теории и истории государства и права
Саратовского юридического института МВД
России, кандидат юридических наук, полковник
милиции в отставке почетный работник
высшего профессионального образования Анатолий Дмитриевич Черкасов.
Перестало биться сердце замечательного
человека, высокого профессионала, учёного,
педагога. Его трудолюбие, энергия, оптимизм и
бесконечная вера в доброе и хорошее в жизни постоянно поддерживали и окрыляли тех, кто был
рядом с Анатолием Дмитриевичем. Его отличали большая любовь к
курсантам, студентам и слушателям, нежная, отеческая забота о
молодых педагогах, умение в любой ситуации морально поддержать
своих коллег.
Вся трудовая жизнь Анатолия Дмитриевича, начавшаяся в
1966 году, связана с нашим институтом. За сорок лет работы он
подготовил многочисленные кадры квалифицированных специалистов
для органов внутренних дел, многие из которых занимают сегодня
руководящие должности в системе МВД России. Он был ветераном
труда, награжден медалями «За безупречную службу» всех степеней.
Анатолий Дмитриевич пользовался уважением и признанием
среди ученых вузов системы МВД России. Он являлся соавтором
фундаментальных трудов ? учебников и учебных пособий для вузов по
теории государства и права, подготовил и опубликовал более 100
научных статей, активно участвовал в рецензировании научных
трудов и подготовке научных кадров.
В 1997 году Анатолий Дмитриевич ушёл в отставку, но до конца
своей жизни продолжал неустанно работать, беспокоясь только об
одном, что вдруг не выдержит сердце и очень нелегко будет жить без
него жене и сыну.
Всем, кто соприкоснулся с этим удивительно мудрым, добрым и
щедрым душой человеком, очень посчастливилось в жизни.
Светлая, вечная память о нем сохранится в сердцах людей, которые знали Анатолия Дмитриевича.
Коллеги по работе
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
153
ИНФОРМАЦИЯ
Требования к оформлению материалов,
присылаемых для опубликования в журнале
«Правовая культура»
Статьи присылаются распечатанными на бумажных носителях и одновременно подготовленные в электронном виде на дискете или CDR. Текстовый редактор Word. Шрифт Times New Roman, 14 кегль, межстрочный
интервал ? полуторный. Электронная версия текста, таблиц и формул дается в формате RTF.
Объем одной статьи составляет от 12 до 22 страниц машинописного
текста в 2-х экземплярах, отпечатанного в редакторе Word.
Формат бумаги ? А4. Поля: левое ? 2 см, правое ? 2 см, верхнее ?
2,5 см., нижнее ? 2,5 см. Абзацный отступ ? 1,27 см. Текст без переносов.
Библиографические ссылки должны быть расположены в низу страницы, нумерация сквозная.
Количество рисунков и таблиц допускается не более пяти.
Рисунки и таблицы выполняются на отдельных листах. Для рисунков
использовать черный краситель, фотографии не глянцевать. Электронные
версии рисунков и фотографий подготавливаются в редакторах Photoshop
(*.tif, *.jpg, *.psd, разрешение 600 dpi) или Corel Draw (7 версия) ? отдельными файлами на одну иллюстрацию с приложением их распечаток
на принтере.
К материалам статей должны быть приложены сведения об авторах
(фамилия, имя, отчество, ученая степень и звание, почетное звание и членство в академиях, место работы, должность, контактный телефон, почтовый индекс и адрес) и сопроводительное письмо учебного заведения или
научной организации с рекомендацией к опубликованию рукописи в открытой печати, а также аннотация на русском и английском языках.
Copyright ??? «??? «??????» & ??? «A???????? K????-C?????»
Саратовский юридический институт МВД России
в 4-м квартале 2006 года выпустил
следующие работы:
Быков В.М., Куницына А.В. Тактика выявления организаторов преступных групп: Учебное пособие.
Бочкова Л.И., Новак О.Э., Савинов С.В. Судебная бухгалте
Документ
Категория
Журналы и газеты
Просмотров
862
Размер файла
895 Кб
Теги
культура, правовая, 2006
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа