close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

68.Язык и культура №1 2011

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Язык и культура. 2011. № 1 (13).
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
5–10
Богословская З. М. , Нагорная Т. А. Вариативность лексических средств в библейских текстах в
переводе Мартина Лютера // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 5–10.
11–28
Данюшина Ю. В. «Нефтяные боссы» на корпоративном сайте: лингвокультурологический дискурсанализ // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 11–28.
29–41
Жукова Н. С. , Бабакина Т. Н. О модальной функции претерито-презентных глаголов в
древневерхненемецком языке // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 29–41.
42–50
Капелюшник Е. В. Отражение динамической модели приготовления и поглощения пищи в
семантике образных средств русского языка // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 42–50.
51–61
Масляков В. С. «Спанглиш» как явление языковой межкультурной коммуникации // Язык и
культура. 2011. № 1 (13). C. 51–61.
62–69
Мустафина Д. Н. Историческая ретроспектива регулирования языковых вопросов в Республике
Татарстан // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 62–69.
70–85
Нагель О. В. Языковая реализация межличностного познания посредством производных
наименований синкретичной природы // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 70–85.
86–95
Нагорная Т. А. Вариативность жанра проповеди в библейских текстах в переводе М. Лютера //
Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 86–95.
96–101
Русанова И. Ю. Семантический анализ французской лексемы «blame» и русской лексемы
«порицание // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 96–101.
102–107
Ужова О. А. Иллюстративные примеры и цитаты в словарях культуры // Язык и культура. 2011. №
1 (13). C. 102–107.
109–115
Цыренова А. Б. О некоторых особенностях аллюзивной языковой игры (на материале английского
языка) // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 109–115.
116–118
Ян Ф. Слово «кухня» в русском и китайском языках в лингвокультурологическом аспекте // Язык и
культура. 2011. № 1 (13). C. 116–118.
ТЕОРИЯ И МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
119–125
Евстигнеев М. Н. Структура ИКТ компетентности учителя иностранного языка // Язык и культура.
2011. № 1 (13). C. 119–125.
126–133
Рахимов Т. Р. Модель организации процесса обучения по специальности иностранных студентов в
вузе // Язык и культура. 2011. № 1 (13). C. 126–133.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность лексических средств в библейских текстах
5
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
УДК 811.112.2
ВАРИАТИВНОСТЬ ЛЕКСИЧЕСКИХ СРЕДСТВ
В БИБЛЕЙСКИХ ТЕКСТАХ В ПЕРЕВОДЕ МАРТИНА ЛЮТЕРА
З.М. Богословская, Т.А. Нагорная
Аннотация. Предмет анализа – параллельные лексические единицы, обнаруженные в библейских текстах в переводе Мартина Лютера. На основе сопоставления текстов 1522 и 1545 гг. в диахроническом аспекте описываются особенности вариативности лексических единиц, обусловленные влиянием латинского, древнееврейского и древнегреческого языков. Предпринимается попытка охарактеризовать конкретные факты становления письменной формы немецкого языка.
Ключевые слова: вариативность; лексические средства; немецкий язык;
тексты Библии.
О важности освоения проблемы вариативности в синхроническом и
диахроническом планах пишут отечественные и зарубежные лингвисты.
М.Я. Блох включает в понятие вариативности такие составляющие, как
«частичная изменчивость», «способность к видоизменению», «процесс
видоизменения», «совокупность процессов видоизменения» [1. C. 6].
Л.Г. Зубкова [2. C. 14] относит вариативность к обязательным свойствам
языка. Г. Гилти считает, что в языковой системе обязательно сохраняются условия для появления альтернативы, а языковую систему он, в
свою очередь, обозначает местом свершения языкового варьирования
(цит по: [3. C. 12]).
Учёные отмечают, что вариативность возникает при наличии инварианта, сохраняющего неизменную сущность. В отношении вариативности слова инвариантом мы будем считать тождественную семантику лексических единиц.
В данной статье рассматриваются лексические варианты (параллельные образования) в библейских текстах в переводе М. Лютера, выявленные
авторами работы.
Объектом исследования является немецкий текст перевода, предметом – вариативные лексические единицы, обусловленные влиянием латинского, древнееврейского и древнегреческого языков.
Работа М. Лютера, как и любое переводческое произведение, появилась на стыке разных культур и языков. Вследствие этого она имеет
признаки, свидетельствующие о влиянии древних языков, на которых написаны более ранние версии Библии, на немецкий язык.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
6
З.М. Богословская, Т.А. Нагорная
Для того чтобы отметить определённые вехи в развитии словарного
состава немецкого языка XVI в., сопоставим первоначальный текст перевода Нового Завета, созданный Лютером в сентябре 1522 г. и называемый
Сентябрьским Заветом (Septembertestament), с последней авторской редакцией 1545 г.
Таким образом, мы прибегнем к диахроническому анализу, преследующему цель интерпретировать выбор автором-переводчиком иноязычной или исконной лексической единицы, отметить факты нововведения и
закрепления лексических единиц, оправданных практикой развития немецкого языка и сфер его применения.
Известно, что немецкий язык XVI в. находился в условиях конкуренции с латинским языком. Латынь на протяжении долгих лет удерживала за собой позицию языка высшей степени образованности, языка науки и делопроизводства.
Так, в некоторых произведениях народно-демократической литературы противопоставление латыни простоте и ограниченности немецкой
речи выражается в иронических репликах героев низших слоёв населения
по отношению к латинизированной манере речи: lapertein (Lafertein,
Lapdein) = Latein. По мнению Гренлунд, здесь прослеживаются связи с
немецкими глаголами labern, lafern, которые означают «болтать», «трещать» (цит. по: [4. C. 92]).
Будучи знатоком латыни, в переводе Библии, выполненном в
1522 г. (в нём отсутствует деление глав на стихи), Лютер неоднократно
следует авторитету этого языка. Так, например, во многих библейских
контекстах он употребляет заимствованный из латинского языка немецкий глагол benedeien (лат.: benedicere):
«gebenedyt sey / der do kompt ym namen des herren…» (Mt. 21);
«…kompt her yhr gebenedete meynis vatters…» (Mt. 25);
«… vnd er benedeyet / vnnd hies das sie die auch fur trugen…» (Mk. 8) [5].
В тексте перевода Библии 1545 г. в параллельных местах мы обнаруживаем факты победы немецкого языка над латынью. Ср.:
«Gelobet sey der da kompt in dem namen des HERRN…» (Mt. 21, 9);
«…Kompt her jr gesegneten meines Vaters…» (Mt. 25, 34);
«…vnd er danckt / vnd hies die selbigen auch furtragen…» (Mk. 8, 7) [6].
Примеры показывают, что Лютер находит в немецком языке более
узкие в семантическом плане единицы, соответствующие значению, первоначально придаваемому автором глаголу benedeien. С точки зрения современного немецкого языка выбранные Лютером слова loben, segnen и
danken едва ли могут считаться синонимами, поскольку их семантика существенно различается (loben – sagen, dass jemand etwas sehr gut gemacht
hat oder dass etwas sehr gut ist [7. S. 619]; segnen – für eine Person oder eine
Sache um den Schutz Gottes bitten [7. S. 871]; danken – j-m seine
Anerkennung zum Ausdruck bringen [7. S. 204]).
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность лексических средств в библейских текстах
7
В переводе на русский язык loben означает «хвалить», segnen –
«благословлять», danken – «благодарить» [8]. Что касается глагола
benedeien, то в современном немецком языке он употребляется в возвышенном стиле и уже может рассматриваться в качестве синонима глагола
segnen.
В связи с рассмотренной особенностью обособление текста перевода Библии 1545 г. от латинского влияния можно считать прогрессивным
шагом в развитии немецкого языка, во многом определяющим становление его письменной формы.
Аналогичный феномен наблюдается при употреблении глагола
maledeien. Латинский глагол maledicere, антонимичный по своей семантике
глаголу benedicere, служит для образования немецкого глагола maledeien, в
пользу которого решается Лютер при переводе Библии в 1522 г.:
«…benedeyt die euch maledye…» (Mt. 5) [5].
В современном немецком языке глагол maledeien обладает возвышенной стилистической окраской и употребляется в соответствующих
контекстах. В издании 1545 г. Лютер находит замену заимствованному из
латинского языка глаголу. Параллельный отрывок в тексте перевода Библии 1545 г. выглядит следующим образом: «Segnet die euch fluchen…»
(Mt. 5, 44) [6].
Антонимия латинских глаголов benedicere и maledicere связана со
способом их образования. В основе данных слов лежат антонимичные
наречия bene (хорошо), male (плохо, дурно) и глагол decire (сказать). Антонимию немецких глаголов segnen и fluchen нельзя объяснить подобным
образом. Это самостоятельные, неродственные друг другу лексические
единицы.
Таким образом, сравнивая версии текстов Нового Завета 1522 г. и
1545 г., можно предположить, что немецкий язык XVI в. постепенно выходит на новую ступень своего развития, так как ему уже не требуется
калькирование при образовании слов.
Проанализируем другие лексические варианты немецкого языка в
двух текстах перевода Библии. Отказ от ориентации на грамматику латинского языка наблюдается в использовании Лютером форм притяжательных местоимений. Например:
1545 г. «…Vnd seine Juenger hoereten das…» (Mt. 11, 14) [6];
1522 г. «…vnd die iunger horeten das…» (Mt. 11) [5];
1545 г. «…so sol sein Bruder sein weib freien…» (Mt. 22, 24) [6];
1522 г. «…so sol der Bruder seyn weyb freyen…» (Mt. 22) [5].
По сравнению с немецким языком в латинском языке притяжательные местоимения употреблялись лишь в тех контекстах, в которых необходимо было выделить принадлежность предмета [9. C. 28]. Известно, что
до сих пор в современном немецком языке частотность использования
притяжательных местоимений гораздо выше, чем в романских языках.
В немецком языке они употребляются там, где в романских языках доста-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
8
З.М. Богословская, Т.А. Нагорная
точно употребление определённого артикля. Видимо, первоначальное
решение Лютера в пользу определённого артикля было вызвано ориентацией на грамматику латинского языка. Однако постепенно авторпереводчик находит в немецком языке свои лингвистические средства,
которые точнее отражают смысл библейского текста. Как показывают
примеры, в текстах Лютера прослеживается тенденция усиления значимости притяжательных местоимений, оказавших в дальнейшем огромное
влияние на развитие немецкого языка.
Наряду с заменой определённого артикля притяжательным местоимением в переводе Библии обнаруживаются и примеры обратной замены, создающие вариативность рассматриваемого феномена. Например:
1545 г. «…wie die Heuchler thun / in den Schulen vnd auff den
gassen…» (Mt. 6, 2) [6];
1522 г. «…wie die heuchler thun yn yhren Schulen vnd auff den
gassen…» (Mt. 6) [5].
Как мы видим, здесь Лютер производит замену притяжательного
местоимения на определённый артикль. Очевидно, что такое решение вызвано отсутствием тесной связи между именем существительным и его
принадлежностью субъекту предложения. Определенный артикль показывает, что речь идёт о любых школах, в которых бы ни находился субъект предложения. Притяжательное местоимение, в свою очередь, обозначает именно те школы, в которых находится субъект предложения.
Таким образом, вариативность, возникающая на основе различия
грамматик латинского и немецкого языков, влечёт за собой лексикосемантическую вариативность.
В противовес ситуации с латинским языком, в тексте перевода Нового Завета 1545 г. Лютер порой отдаёт предпочтение еврейскому языку.
Рассмотрим это на примерах:
«…Bin ichs Rabbi? Er sprach zu jm…» (Mt. 26, 24);
«…vnd sprach zu jm / Rabbi / Rabbi / vnd kuesset jn.» (Mk. 14, 45) [6].
Лютер опирается на еврейское слово ‫( ַרב‬rav) для обозначения учителя, придав ему немецкое орфографическое изображение. В тексте
1522 г. автор, однако, пытается найти немецкий аналог данному термину.
Ср.:
«…Bynn ichs meister? Er sprach zu yhm…» (Mt. 26);
«…vn sprach zu yhm / lieber meister / lieber meister / vnd kusset yhn.»
(Mk. 14) [5].
В первом примере обращением к еврейскому учителю выступает
meister. Второй пример показывает, что, очевидно, Лютер не полностью
доволен выбранной единицей. Будучи знатоком древнееврейского и
древнегреческого языков, Лютер чувствует, что немецкое meister не является полностью адекватным переводом еврейского ‫( ַרב‬rav), и добавляет к
обращению прилагательное lieber. Однако и в этом случае автор не остался довольным переводом. В издании 1545 г. Лютер возвращается к еврей-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность лексических средств в библейских текстах
9
скому слову, которое до сих пор используется для обращения к еврейскому учителю.
Древнегреческий язык, на котором написан оригинал Нового Завета, тоже порой заявляет о себе в тексте лютеровского перевода Библии.
Сопоставим следующие примеры:
1522 г. «Vnser vetter haben hymel brod gessen ynn der wusten…»
(Jh. 6) [5];
1545 г. «Vnser Vater haben Manna gessen in der Wuesten…» (Jh. 6,
31) [6].
В тексте 1522 г. Лютер использует немецкое словосочетание hymel
brod, т.е. в качестве немецкого аналога древнегреческого слова manna выступает синлекс hymel brod. Название манна этот хлеб получил потому,
что когда евреи увидели его в первый раз, то спрашивали друг друга: мангу («что это?»). Моисей ответил: «Это хлеб, который Господь дал вам в
пищу». Евреи и прозвали этот хлеб манною [10].
Пример показывает, что первоначально Лютер находит в немецком
языке переводческий эквивалент древнегреческому слову, однако впоследствии автор вновь возвращается к языку оригинала и заменяет выбранный им ранее немецкий вариант на заимствованное слово.
Итак, во-первых, использованные М. Лютером вариативные лексические единицы в библейских текстах 1522 г. и 1545 г. свидетельствуют о
поиске автора языковых средств, способных наиболее адекватно передать
содержание текстов с языка оригинального Писания. Наличие вариантных
единиц, обусловленных влиянием латинского, древнееврейского и древнегреческого языков, говорит прежде всего о стремлении переводчика
сохранить глубокие сакральные смыслы Библии.
Во-вторых, на основе анализа вариативных образований в диахроническом аспекте очевидно постепенное совершенствование немецкого
языка, в частности, в переводе М. Лютера прослеживается тенденция
обособления немецкого языка от калькирования при образовании ряда
слов.
Таким образом, вариативность как обязательное свойство языка
явилась толчком в развитии немецкого языка как автономной системы, с
одной стороны, опиравшейся на собственные ресурсы, с другой – пользовавшейся достижениями других культур.
Литература
1. Блох М.Я. Языковая вариантность и её функциональный аспект // Вариативность в
германских языках: функциональные аспекты: Сб. ст. / Рос. АН, Ин-т языкознания. М.,
1996. С. 6–15.
2. Зубкова Л.Г. Сущностные свойства языковой системы и вариативность её элементов
// Явление вариативности в языке: Материалы Всероссийской конференции (13–15 декабря 1994). Кемерово: Кузбассвузиздат, 1997. С. 3–15.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
10
З.М. Богословская, Т.А. Нагорная
3. Vom Umgang mit sprachlicher Variation: Soziolinguistik, Dialektologie, Methoden und
Wissenschaftsgeschichte: Festschrift für Heinrich Löffler zum 60. Geburtstag / Hrsg. A. Häcki
Buhofer. Tübingen, Basel: Francke, 2000. 390 s.
4. Гухман М.М., Семенюк Н.Н., Бабенко Н.С. История немецкого литературного языка XVI–XVIII вв. M.: Наука, 1984. 248 с.
5. Das Newe Testament Deutzsch Wuittemberg: Neudruck der Originalausgabe 1522.
Leipzig: Edition Leipzig in der Seemann Henschel GmbH & Go. KG, 2005.
6. Das Neue Testament in der deutschen Übersetzung von Martin Luther. Studienausgabe.
Stuttgart: Philipp Reclam jun. GmbH, 1989. Bd. 1. 736 s.
7. Langenscheidts Großwörterbuch: das neue einsprachige Wörterbuch für Deutschlernende / Hrsg. Langenscheidt-Redaktion. Berlin u.a., 2008. 1312 s.
8. Большой немецко-русский словарь / Сост. К. Лейн, Д.Г. Мальцева и др. 8-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 2001. 1040 с.
9. Fink G., Maier F. System–Grammatik–Latein. Bamberg: C.C. Buchners Verl., München:
J. Lindauer Verl., R. Oldenbourg Verl. GmbH, 1997. 296 s.
10. Ольман А. Манна небесная. 2010. URL: http://ejwiki.org/wiki/%D0%9C%D0%
B0%D0%BD%D0%BD%D0%B0 (дата обращения: 24.01.2011).
VARIATION OF LEXICAL MEANS IN THE BIBLICAL TEXTS TRANSLATED BY
MARTIN LUTHER
Bogoslovskaya Z.M., Nagornaya T.A.
Summary. The subject of the analysis is the parallel lexical units which have been found in the
biblical texts translated by Martin Luther. The peculiarities of the variation of the lexical units
caused by the influence of the Latin, Hebrew and Ancient Greek languages are described on the
basis of diachronic comparison of the texts created in 1522 and 1545. An attempt to characterize
the concrete facts of the formation of the written form of the German language has been made.
Key words: variation; lexical means; the German language; texts of the Bible.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
11
УДК [8.11.111;005] (078)
«НЕФТЯНЫЕ БОССЫ» НА КОРПОРАТИВНОМ САЙТЕ:
ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ ДИСКУРС-АНАЛИЗ
Ю.В. Данюшина
Аннотация. Исследуются особенности представления руководителей нефтяных компаний на корпоративных сайтах, специфика дискурсов «нефтяных боссов» в США, Великобритании, Франции и Китае, а также в Венесуэле и Иране. Предлагается авторская методика исследования, представляющая собой комбинацию методов критического дискурс-анализа и лингвокультурологического анализа.
Ключевые слова: бизнес; дискурс; имидж; корпоративный сайт; нефтяные
компании.
В условиях последнего глобального финансово-экономического кризиса бизнес стремится максимально повысить свою эффективность, в том
числе и в контексте его внутренних и внешних коммуникаций. В век информационно-коммуникационных технологий коммуникационная компетенция
становится неотъемлемой составляющей профессионального багажа современного руководителя. В то же время глобализация заставляет компании и
их руководителей уделять больше внимания своему публичному корпоративному дискурсу. При этом имидж и речь руководителя отражают этнокультурную специфику, характерную для их национальной культуры.
Как указывал Г. Хофштеде [1. С. 91], культура воздействует на наши представления о лидерстве. Разные культуры имеют различный образ
лидера, что неизбежно должно учитываться в дискурсе и позиционировании руководителя, в том числе бизнес-лидера, топ-менеджера. Так, например, К. Дерр, С. Рузилон, Ф. Бурнуа [2] приводят следующие «лидерские метафоры», показывающие, каким видится лидер в разных культурах
(и это не может не отражаться в стиле и дискурсе руководителя): лидер в
США – свободный агент, суперзвезда; в Латинской Америке – генерал,
сильный руководитель; во Франции – гений, интеллектуальная элита; в
Великобритании – дипломат; в Германии – мастер-хозяин, эксперт; в
Японии – высший государственный чиновник; лидер в Китае – геройполководец с местными связями.
Лидер (его имидж, в том числе вербальный) значительно отличается
на Западе и на Востоке. По мнению Дж. Кузеса и Б. Поснера [3], идеальный западный (особенно, американский) лидер моделирует реальность
(заслуживает уважения, создавая ощущение своей видимости и доступности), вдохновляет единое видение своим энтузиазмом, бросает вызов,
подвигает других к действию, «воодушевляет сердце» (помогает остальным чувствовать себя сильными и способными, выражает должную оценку людям), является компетентным и вдохновляющим, смотрящим в будущее. В то же время типичный восточный (например, китайский) лидер,
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
12
Ю.В. Данюшина
по мнению ряда исследователей, например Д. Грэхэма и Н. Лэма [4], а
также Ч. Селвараджа и Д. Мейера [5], должен обладать следующим набором качеств: личные связи и индивидуальный социальный капитал; социальный статус и почтение к вышестоящим; честь («лицо») в сочетании со
стремлением к межличностной гармонии; бережливость и выносливость.
Рассмотрим, как вышеперечисленные характеристики отражаются в
образах и дискурсах глав компаний одной отрасли – нефтегазовой, но в
разных национальных бизнес-культурах. В качестве материала мы исследовали тексты сайтов четырех крупных компаний, вошедших в первую
десятку рейтинга крупнейших мировых корпораций, регулярно публикуемого журналом Fortune [6]. Мы проанализировали те части корпоративных сайтов (т.е. те элементы корпоративных дискурсов), где представляются руководители: дается их биографическая справка, приводятся речи, выступления и интервью бизнес-лидеров (главных исполнительных
директоров, президентов или председателей советов директоров этих
компаний). Это руководители американской корпорации Exxon Mobil –
Rex W. Tillerson, французской компании Total – Christophe de Margerie,
британского концерна ВР (British Petrolium) – Tony Hayward и китайской
компании Sinopec – Su Shulin.
Единая сфера бизнеса обеспечивает сопоставимость их деятельности, а значит, и корпоративной риторики. Для лингвистической соотносимости мы взяли англоязычные версии их сайтов (www.exxon-mobil.com
www.total.com, www.bp.com и www.sinopec.com соответственно). Разумеется, определенная часть языковой индивидуальности при переводе теряется, однако английский уже стал международным языком бизнеса и корпоративным языком во многих компаниях, поэтому компании мирового
уровня (а именно о таких здесь пойдет речь) должны и могут выражать
свои ключевые идеи по-английски. Мы также проанализировали корпоративные сайты нефтяных компаний, принадлежащих еще двум этнокультурам – латиноамериканской (Национальная нефтяная компания Венесуэлы)
и мусульманской (Национальная нефтяная компания Ирана). Две последние из перечисленных имеют свою специфику с точки зрения корпоративного правления: они являются государственными, их официальные руководители – министры нефти соответствующих стран. Тем не менее представляется интересным проследить и их вербальные и имиджевые особенности
для более полной презентации широкой этнокультурной палитры.
Таким образом, можно говорить о сопоставительном анализе корпоративных дискурсов западных и восточных компаний по представлению своих руководителей, причем эти компании являются отражением
разнообразных деловые этнокультур: американской, европейской (англосаксонской и романской разновидностей), латиноамериканской и восточной (мусульманской и китайской).
Процитируем и проанализируем эти чрезвычайно показательные
элементы дискурсов:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
13
1. Руководитель американской компании Rex W. Tillerson – Chairman, Chief Executive Officer – представлен развернуто, с перечислением
его должностей, обязанностей и индивидуальных достижений; биография
заканчивается длинным списком его членства в общественных и научных
советах, благотворительных фондах; применен функциональный подход к
описанию личности: A native of Wichita Falls, Texas, Mr. Tillerson earned a
Bachelor of Science in Civil Engineering at the University of Texas at Austin
before joining Exxon Company, U.S.A. in 1975… In 1989, he became General
Manager of EUSA's Central Production Division, responsible for oil and gas
production operations… Mr. Tillerson is a member of the Executive Board of
the Boy Scouts of America, a director of the United Negro College Fund, and
Vice-Chairman of the Ford's Theatre Society. He is also a member of the Engineering Advisory Board for the University of Texas at Austin and the Society of
Petroleum Engineers.
2. Французские бизнес-руководители (Председатель совета директоров и главный исполнительный директор) представлены очень коротко,
но в обоих случаях не забыты оконченные ими престижные вузы, что
подчеркивает их принадлежность к интеллектуальной элите; в биографии
председателя особо отмечается его работа в качестве министра промышленности и экономики, т.е. государственно значимый уровень личности:
Thierry Desmarest, Chairman of the Board of Directors. 63 years old.
A graduate of the École Polytechnique and a Mining Engineer, Mr Desmarest
served as Director of Mines… then as technical advisor on the staffs of the
Minister of Industry and the Minister of Economy... He served as Chairman
and Chief Executive Officer of Total from May 1995 until February 2007, and
continues to serve as Chairman of the Board of Total.
Christophe de Margerie. 57 years old. Mr. de Margerie joined the
Group after graduating from the Ecole Supérieure de Commerce in Paris in
1974. He served in several positions… He was appointed a member of the
Board of Directors by the shareholders’ meeting held on May 12, 2006 and
became Chief Executive Officer of Total.
3. Пожалуй, самым знаменитым среди всех руководителей нефтяной
отрасли в мире на момент проведения нашего анализа является глава ВР
Tony Hayward, Group Chief Executive, точнее, печально знаменитым – после
крупнейшей аварии на нефтяной скважине этой компании у берегов США,
вызвавшей экологическую катастрофу и вынудившей директора British
Petroleum постоянно выступать в прессе с извинениями за причиненный
ущерб. На корпоративном сайте компании информация о нем представлена
в стиле резюме, которое заканчивается, как и у американского коллеги, перечислением членства в различных советах и фондах (в том числе в «Королевском обществе», ведь из всех представленных здесь стран только Великобритания является монархией; подчеркивается принадлежность к элите):
Education: University of Edinburgh PH.D Geology 1982. He holds Honorary
Doctorates from the University of Edinburgh, Aston University and the Univer-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
14
Ю.В. Данюшина
sity of Birmingham. Career: Tony joined BP in 1982 and began his career as a
rig geologist in the North Sea... In May 2007, Tony was appointed Group Chief
Executive of BP p.l.c. External roles: He is a Member of the Business Council of
Britain… He is a Companion of the Chartered Management Institute and a Fellow of the Royal Society of Edinburgh. Как и у американца, у британца не указан возраст. Эти параллели подтверждают предположения о единстве «англосаксонского» стиля в бизнесе, менеджменте и лидерстве, к которому относятся деловые культуры США и Британии.
4. Несмотря на то что англоязычные версии сайтов нацелены на западных читателей (существующих и потенциальных акционеров и инвесторов, вряд ли склонных к коммунистической идеологии), в представлении китайского бизнес-руководителя (Mr. Su Shulin, 48, Chairman of
Sinopec Corp) постоянно и не без гордости подчеркивается его параллельная работа на руководящих должностях в коммунистической партии. Тем
самым делается акцент на его общественно значимой деятельности и государственном уровне личности: Mr. Su is a professor-level senior engineer
with a master degree. From January 1999, Mr. Su served as Director General
and Deputy Secretary of the CPC Party Committee of CNPC Daqing Petroleum Administration Bureau… From June 2007, Mr. Su served as President
and Secretary to the CPC Party Committee of Sinopec Group. From August
2007, Mr. Su served as the Chairman of Sinopec Corp. Mr. Su is an alternative
member of the 16th & 17th Session of the CPC Central Committee. Любопытно, что китайский топ-менеджер (в отличие от американского, британского и французского бизнес-лидеров) ни разу не назван местоимением («он»),
а только «мистер и фамилия», что отражает, очевидно, некое особое почтение. Показателен и еще один факт именования: англоязычная презентация
китайского босса предназначена для западного читателя, и логично было
бы предположить, что здесь китайцы представят своего шефа в соответствии с западным образцом: сначала имя, затем фамилия. Однако этого не
случилось: в соответствии с китайской традицией сначала идет фамилия, а
затем имя, хотя это может вызвать путаницу при обращении, в корреспонденции. Эта «лингвистическая мелочь» наводит на размышления о том,
собираются ли наследники Поднебесной подстраиваться под западные требования или сохранят свои традиции и менталитет. Например, вышеупомянутый факт многократного акцентирования в презентации китайского бизнес-лидера его работы в руководящих органах компартии (в кратком тексте, состоящем из 11 предложений, партийная работа упоминается 8 раз),
казалось бы, может отпугнуть западных инвесторов. Однако нет никакой
попытки убрать или переместить акценты в угоду потенциальным партнерам. Вероятно, создатели сайта знают, что те и так не упустят возможности
наладить бизнес с быстро развивающейся страной.
В целом в результате сопоставительного исследования текстов, представляющих руководителей (биографий и иных кратких сведений), на вышеназванных корпоративных сайтах выявилось следующее:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
15
– во французской и еще более в китайской культуре имеет место
почтение к возрасту, и представления руководителей компаний этих
стран начинаются с указания возраста, в то время как в Америке и Британии возраст не имеет большого значения и даже не указывается; знаменитая французская бюрократия воплотилась в следующей языковой особенности: в биографии французского бизнес-руководителя указаны не только
годы, но и точные даты проведения собраний акционеров, когда он был
избран или назначен на очередную должность;
– во Франции важно учебное заведение, которое закончил человек
(не важно, в какое время): престижностью «альма матер» во многом определяется общественный статус выпускника, и у всех руководителей указано, какой вуз они окончили. Сравнительно невысокая академическая степень американца – бакалавр – типична для многих руководителей этой
страны, в то время как британец обладает ученой степенью кандидата наук,
а китайский руководитель назван званием «аналогичным профессорскому»;
– в США (огромной по территории стране, с сильной региональной
спецификой) важно, откуда человек родом, и это указано в биографии
бизнес-руководителя: он из нефтяного штата Техас, у француза и китайца
(в чьих странах сильны традиции государственной централизации) эти
сведения отсутствуют; у британца лишь косвенно можно догадаться о его
некой связи с Эдинбургом (столицей Шотландии);
– с точки зрения заслуг и общественных приоритетов ситуация также разнообразна, но у всех перечисленных руководителей представлены
факты, свидетельствующие об их общественной роли, будь то членство в
советах и фондах для американца и британца, министерская служба для
француза или работа в органах коммунистической партии и членство в ее
ЦК для китайского бизнес-лидера;
– китайский коллективизм и подчиненность (служение) индивидуума интересам общества выражаются в постоянном повторении глагола
«служит» (serve). В отношении американского же управленца использованы совсем иные глаголы: «заработал», «стал», «был назначен/избран»
(earned, became, was named, was elected); американский индивидуализм
подчеркивается в вербализации личных заслуг и ответственности руководителя (he was responsible for…); о французском директоре только один
раз говорится, что он «служил», а затем – «стал» и «назначен»; на вербальном уровне это подтверждает предположение о том, что по «степени
индивидуальной активности личности» Франция ближе к индивидуалистичной Америке, чем к коллективистской Азии.
Теперь сравним обнаруженные тенденции с характерными особенностями представления на корпоративных сайтах руководителей двух национальных (государственных) нефтяных компаний – венесуэльской
Petróleos de Venezuela (PDVSA) и иранской National Iranian Oil Co.
(NIOC). Как уже отмечено выше, их официальными руководителями являются министры нефти (или иные высшие чины министерств) соответст-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
16
Ю.В. Данюшина
вующих стран. С корпоративными руководителями иранской компании
сложно разобраться, так как они часто меняются в последнее время, на
сайте www.nioc.ir в этой роли упомянуты несколько личностей:
– Gholam-Hossein Nozari, министр нефти (по другим данным – заместитель министра), о котором сказано совсем мало: его возраст (55 лет)
и должность (причем он назван на одной из страниц CEO, т.е. главным
исполнительным директором, а на другой – Managing Director and Director), а также образование, точнее только степень бакалавра и магистра, но
не сказано, какое заведение он окончил (Education: B.S., Petroleum and
Earth Science Engineering and M.A., Managеment), и «предыдущий опыт»:
BACKGROUND Gholamhossein Nozari serves as Managing Director of National Iranian Oil Company. Mr. Nozari is the Minister of Petroleum and Vice
Chairman of the General Assembly. Mr. Nozari served as Chairman and Director of National Petrochemical Company. He serves as Director of National
Iranian Oil Company (здесь вновь, как и у китайского нефтяного босса,
видим повторяющиеся глаголы «служит» serves, что подчеркивает коллективизм иранской культуры);
– Ahmad Ghalebani (или Ghal-e-Bani), о котором сказано, что министр
нефти Мирказеми назначил его управляющим директором компании
(25 Apr 2010 Iran oil minister Masoud Mirkazemi appointed Ahmad Ghalebani
managing director of National Iranian Оil Co…), хотя на другой странице его
должность именуется уже как Председатель совета директоров (NIOC
Chairman of the Board), и дан лишь номер служебного телефона;
– Mahdi Mir Moezzei (он также назван главным исполнительным
директором): Chief Executive Officer, National Iranian Oil Company, и о нем
также приведены очень скупые данные в виде резюме: Age 55. Mahdi Mir
Moezzei serves as the Chief Executive Officer of National Iranian Oil Company. Mr. Moezzei served as a Director of National Iranian Oil Company. Mr.
Moezzei holds M.S. in Indistrial Management from Amir Kabir University,Tehran and B.S. in Industrial Engineering from Sharif University of Technology,Tehran. BS Sharif University of Technology, MS Amir Kabir university
(здесь те же глаголы «служения»). Подобная путаница и краткость информации могут означать, что иранцы не очень заинтересованы в том,
чтобы «чужие» хорошо ориентировались в руководстве важнейшей отрасли Ирана, особенно в условиях ужесточающихся международных
санкций против этой страны.
На сайте венесуэльской национальной нефтяной компании
www.pdvsa.com мы обнаружили разные написания фамилии руководителя
(он же является и министром нефти). Это, скорее, объясняется сложностью транслитерации испанского произношения на английском языке:
Rafael Ramhrez Carreсo и Rafael Ramírez Carreño, однако для столь крупной компании (занимающей 27-е место в рейтинге глобальных по версии
того же Fortune) такое разночтение вряд ли может быть оправданным и
вызывает удивление.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
17
Данные об этом руководителе приведены согласно западному стилю: образование (степень магистра), опыт работы: Rafael Ramírez is a
Mechanical Engineer graduated from the Los Andes University in 1989. He
also holds an M. Sc. in Energy Studies from the Central University of Venezuela. He began his career in the oil industry with Intevep, Petróleos de
Venezuela’s research and development subsidiary, where he was initially assigned to work on the handling of Orinoco Belt extra-heavy crudes… In February 2002 he was appointed external director of Petróleos de Venezuela,
and in July that year was sworn in as Minister of Energy and Mines by the
Bolivarian Republic of Venezuela’s President Hugo Chávez. On 20th November 2004, under Presidential Decree 3264, he was gazetted President of
Petróleos de Venezuela, a position which he holds concurrently with that of
Minister of Energy and Petroleum.
Особое внимание привлекают в этой биографической презентации
следующие лингвокультурологические факты:
– упоминание, что министр приведен к присяге президентом Чавесом (харизматичным политиком, вызывающим неоднозначное отношение
в мире и известным своими левыми взглядами) – здесь заложены две импликации: личностная (опора на авторитет и харизму Чавеса) и идеологическая (очевидная приверженность левым взглядам, внедряемым им же,
например, при национализации нефтяной отрасли в стране);
– двойное использование корня «прикреплять, приписывать», особенно с пассивным залогом: he was initially assigned to work и Further assignments and postings to other subsidiaries provided him with a wide experience in the development, т.е. будущий глава компании «был приписан, прикреплен», что аналогично «служению» и подразумевает коллективизм
венесуэльского общества, а также придает некий военный оттенок;
– этот же военизированный смысл заложен и в упоминании президентского декрета, и в глаголе «назначен» was gazette, который даже имеет помету «военное». Это неудивительно, ведь еще в начале работы отмечено, что лидер в Латинской Америке – это генерал, в данном случае это
«бизнес-генерал».
Вторая ступень нашего анализа заключается в исследовании собственного дискурса вышеназванных бизнес-лидеров. Разумеется, нередко
руководителям пишут речи и доклады их спичрайтеры или целые
PR-отделы и пресс-службы. Однако подразумевается, что официально
подписывая текст, руководитель принимает на себя личную ответственность за то, что и как сказано или написано, поэтому, с известной мерой
допущения, материалы, идущие от имени и за подписью главы компании,
можно и нужно рассматривать как проявление его лингвокультуры и индивидуальности. Мы проанализировали наиболее доступные на сайте
тексты (именно их находит читатель в первую очередь), поэтому есть основания полагать, что именно они несут в себе основные идеи, которые
корпорации и их лидеры хотели бы донести до широкой общественности.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
18
Ю.В. Данюшина
Для исследования мы использовали авторскую методику, комбинирующую методы критического анализа, разработанные западно-европейскими дискурсологами Т. ван Дейком, Р. Водак и другими учеными
[7–9] на материале социополитического дискурса и экстраполированные
нами на бизнес-дискурс и его составной элемент – публичный дискурс
корпоративного руководителя.
Наше исследование показало, что критический дискурс-анализ результативен и при применении его к другим видам институциональных
дискурсов. При этом мы основываем технику дискурс-анализа на собственно лингвистической базе. Кроме того, в анализе речи бизнесруководителей необходимо учитывать и антропологические теории
Э. Холла [10–12] и Г. Хофштеде [13, 14].
Согласно Э. Холлу, культуры могут быть высоко- и низкоконтекстуальными, т.е. с высокой или низкой степенью имплицитности речи.
К низкоконтекстуальным относятся западные, особенно англо-саксонские
культуры, к высококонтекстуальным – преимущественно восточные.
Г. Хофштеде выделял несколько «культурных измерений», среди
которых для анализа дискурса корпоративных руководителей наиболее
важными представляются индикаторы коллективизма/индивидуализма и
дистанции власти (это степень, в которой общество приемлет неравномерное распределение власти между его членами, какое значение придается властным отношениям между людьми: в иерархических обществах с
высокой дистанцией власти, например на Востоке, демонстрируется уважение и послушание по отношению к начальникам; в культурах с низкой
дистанцией власти – на Западе – большее значение придается равенству и
индивидуальной свободе, здесь коммуникация менее формальна, стиль
общения носит более равноправный характер).
Опираясь на вышеперечисленные теории и концепции, мы получили и применили нашу синтезированную комплексную методологию лингвокритического дискурс-анализа в межкультурном контексте. В результате исследования текстов речей руководителей, их заявлений, выступлений, обращений (к акционерам и т.п.), интервью, помещенных на корпоративных сайтах компаний, мы обнаружили определенные особенности
их дискурсов, которые описаны ниже.
Публикация главы американской корпорации Рекса Тиллерсона,
охарактеризованная на сайте как «заметки» (Remarks by Rex W. Tillerson),
озаглавлена оптимистично-агентивно, с ориентацией в будущее (The Future of Energy and the Role of Corporate Citizenship, April 19, 2010), что неудивительно, ибо американская культура характеризуется направленностью в будущее, в отличие от древних восточных культур, по мнению
Э. Холла, Г. Хофштеде и других антропокультурологов. Активный, динамичный характер американской бизнес-культуры и лингвокультуры, отмечаемый многими исследователями, в сочетании с подчеркнутым демократизмом также проявляется здесь: в названии подразумевается активная
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
19
роль компании как в своей отрасли, так и в обществе в целом, в «корпоративном гражданстве», по выражению автора.
Глава Exxon Mobil Corporation, говоря о коллективе, подчеркивает
гордость своей «демократической нацией», которая «вносит перемены во
все сферы»: …wonderful examples of a cherished American ideal – that citizens
of a free and democratic nation can make a difference whether they serve in government, business, or in philanthropy. В материалах венесуэльского министра
нефти мы увидим, как американская корпорация пытается «экспортировать
демократические ценности» и использует их в конкурентной борьбе. Семантической доминантой всего начала текста речи американца является
понятие успеха: в первых же предложениях слово «успех» повторяется несколько раз (здесь и далее выделения полужирным шрифтом и перевод
мой. – Ю.Д.): Success is measured by the service you render… I’d like to talk
about success… While running a successful business enterprise is our primary
obligation, to our shareholders and to society, we know our business success is
derived not just from our financial results – but by how those results are
achieved. Далее понятие успеха разворачивается в его составляющих: это
«рост, развитие, прогресс», которые трансформируются, в процессе их воплощения, в продукт компании, в поставляемые ею энергоносители, которые, разумеется, «улучшают жизнь людей во всем мире»: …the ongoing investments we make from our earnings are critical to economic growth, economic
development, and social progress. …delivering energy in a safe, secure, and
responsible manner improves the lives of billions of people the world over.
Очень многие нефтегазовые корпорации именно так увязывают
свой бизнес (приносящий огромные прибыли) с «социальным служением»: «наши углеводороды улучшают жизнь людей во все мире». Однако
далеко не все согласятся с таким доводом, особенно после печально знаменитой утечки нефти из скважины британской компании Вritish
Рetroleum у побережья США и других экологических катастроф (анализируемый нами материал был опубликован до того, как разразился мировой
скандал из-за этой аварии).
Следующей семантической доминантой текста становится величие
страны и ее знаменитых «демократических ценностей», воплощающихся
в бизнесе в виде принципов «корпоративного гражданства», т.е. социальной ответственности бизнеса, которая вновь скоррелирована с успехом:
We are proud of our character as a corporate citizen operating in diverse
countries and cultures around the world… As a company and as individuals,
the men and women of ExxonMobil are dedicated to being good corporate citizens wherever we operate… We believe this ideal is so integral to our longterm success that we have built it into our business model and our corporate
governance. We know maintaining our commitment to citizenship is fundamental to our year-to-year success as a company.
Неудивительно, что в условиях глобального финансово-экономического кризиса руководители крупного бизнеса, особенно в США, уде-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
20
Ю.В. Данюшина
ляют все большую роль в своем публичном дискурсе вопросам соотношения свободы рынка и социальной ответственности бизнеса: For decades
there has been a debate in the United States about the role of business in driving social and economic progress… The answer for some is more private enterprise and less government – while the answer for others is more government and less private enterprise. Даже президент США Б. Обама неоднократно выступал с идеями большего государственного контроля за деятельностью крупных национальных и глобальных корпораций и общественного сдерживания сверхдоходов «жирных котов с Уолл-стрит». Но выбор главы «Эксон Мобил» сделан в пользу традиционного свободного
рынка, при котором, как предполагается, частная инициатива ускорит
общественный прогресс, а риск и конкуренция приведут к успеху, на чем
всегда и основывалась англо-американская модель капитализма (по сравнению, например, со скандинавской или средиземноморской): But a close
look at U.S. history reminds us that when government promotes the climate for
business success and innovation, individual citizens and industry itself are better able to reach out in the kind of citizenship efforts that can transform communities for the better. By promoting free markets, free trade, and the rule of
law, the United States fostered an atmosphere in which citizens and businesses
could take risks, innovate, build, and achieve unprecedented success. The result was a dynamic, world-leading economy that delivered prosperity and progress for generations. «Свободный рынок», «конкуренция», «риск», «частная инициатива», – вот те понятия, которые изобилуют в публикации главы американской нефтяной корпорации и которые выражают взгляды
крупного американского капитала: …we must unleash the extraordinary
power of private citizens to seize new opportunities in free markets. Industry
can achieve this by taking risks… expanding operations and making our economy more competitive. But we can only achieve this when government creates
a level playing field for competition and upholds a stable policy framework
conducive to long-term investments.
Эти столпы противостоят общественному контролю и государственному регулированию, последнее в дискурсе главы «Экссон Мобил» превращается в «сверхрегулирование»: …in tough economic times government can
help by keeping a steady hand on the rudder. If the private sector knows that government will stay the course and resist the temptation to over regulate, it can invest
with confidence. Однако кризис вынуждает слегка модифицировать корпоративную стилистику: Good corporate citizenship – focusing on how we conduct
our business and how we interact with the communities where we operate – is
critical to building trust in the private sector – the kind of trust that is necessary to
strengthening our relationship with citizens and government. Simply put, we
all have an interest in the shared effort to balance economic growth, social development, and environmental protection. And just as important, we all can
contribute. At ExxonMobil, we are proud of our contributions in all three of
these areas, contributions made possible with the cooperation of the govern-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
21
ments in the countries in which we operate. Здесь тройное повторение «вклада» компании призвано, очевидно, придать этому вкладу больший вес,
как и дальнейшее акцентирование данного слова, скомбинированного с
«помощью», «обеспечением», «надежностью» и «поддержкой». Все это
дано с использованием перфекта в глагольной форме, подчеркивающего
результативность и долгий срок делового успеха: Contributing to Economic Growth. ExxonMobil’s most important contribution has always been to
provide reliable, affordable energy in a manner that fuels economic growth
and development. Indeed, for more than 150 years, the oil and natural gas industry has helped drive the U.S. economy by providing reliable energy, wellpaying jobs, tax revenues… the oil and natural gas industry contributes more
than $1 trillion a year to the U.S. economy – in the form of jobs, labor income,
and the value added within our industry, as well as in other industries, that
provide goods and services to support our activities. Our industry …supports
more than nine million jobs…
Глагольные формы требуют анализа и с точки зрения их временной
отнесенности. Несмотря на то что текст озаглавлен «Будущее энергетики…», форм будущего времени в нем встречается всего несколько, они
перемежаются с формами настоящего времени и даже с перфектом, что
символизирует, во-первых, уверенность, что все будет именно так, как
видят руководители компании (тем самым они демонстрируют vision –
«видение», качество, необходимое для стратегического топ-менеджера), а
во-вторых, использованием перфекта подчеркивается надежность компании, гарантия того, что она сможет обеспечить мир энергоносителями,
это видится уже как свершившийся факт, хотя относится к будущему: And
our investments will underpin the global growth and prosperity that energy
brings. We know the world will need more energy in the years ahead. Over the
next 25 years… global energy demand is set to grow… While continued advancements in renewables and alternative sources of energy will be important,
the reality is that… oil and natural gas, will continue to be the dominant
source of economic energy for decades to come… This is something we have
done for the last 125 years, and will continue to do.
Перфект гораздо реже встречается в американском варианте английского языка, нежели в британском, однако в этой публикации он несет
важнейшую смысловую нагрузку, передавая идею результативности работы, заслуг компании – и в борьбе с малярией в Африке (In Africa, longterm prosperity is hampered by malaria. ExxonMobil has been engaged in the
fight to eradicate this disease, which devastates the lives of millions and accounts for about one million deaths each year, mostly children and infants…),
и в разработке экологичных, энергосберегающих технологий (We are also
developing technologies to help consumers save energy. We have worked with
major tire manufacturers to develop a new tire-lining technology that uses up
to 80 percent less material in the manufacturing process – making tires lighter
and keeping them properly inflated…).
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
22
Ю.В. Данюшина
Разумеется, при анализе англоязычных версий публикаций бизнеслидеров, для которых родными являются другие языки, необходимо делать поправки на перевод их текстов, однако при этом сайт не перестает
быть корпоративным рупором или публичным голосом компании, поэтому даже в переводных материалах должны быть сохранены основы языковой личности автора.
Интервью с Кристофом де Маржери, директором французской корпорации «Тотал», никак не озаглавлено (просто Interview with Christophe
de Margerie, Chief Executive Officer), что, с одной стороны, дает более широкий простор для дискуссий, не ограничиваясь одной темой, и позволяет
избежать упрощенности и «лозунговости», с другой – затрудняет структурирование и понимание текста. Однако в нем также, как и у американского бизнес-руководителя, сразу чувствуется видение французским бизнесменом будущего развития мировой экономической ситуации, и оно
также оптимистично, хотя более осторожно и несет больше негативной
лексики («падение цен» «разъедает доходы»), с подразумеванием «альтернативности» или вариативности прогнозов (возрождение придет «рано
или поздно»): Our industry has not been spared by the crisis. The businesses
and households that are our customers are consuming less, traveling less and
spending less. The drop in the price of oil and gas automatically erodes our
earnings. But that doesn't change the fundamental calculus of our strategy:
global energy demand will start growing again because emerging economies
have enormous needs in the areas of power and transportation. That means
that sooner or later prices will rebound from current levels …So the current
crisis does not alter our strategic vision – we are still committed to meeting
energy demand sustainably.
Хотя речь идет о настоящем и будущем, неизменно присутствует
опора на прошлые традиции и успехи; в отличие от американцев нет такой однозначной привязки к сегодняшнему, краткосрочному результату,
демонстрируется приверженность многолетним традициям и важен долгосрочный эффект: But in the current economic climate, won't you be forced,
like it or not, to postpone certain projects, freeze hiring and focus on costcutting and budget-tightening until the situation eases? – Staying in the course
despite short-term obstacles is something Total has always done, and our refusal to take a short-term view has led to major successes for us in the past.
I'm sticking with it. Our 2009 capital expenditure budget is around $18 billion,
in line with previous years. We also plan to recruit about 8,000 employees in
2009, having hired an average of 9,000 employees annually since 2004. Our
industry demands a long-term outlook, because our projects are capitalintensive, our fields and production facilities have life spans of several decades, and it takes years to develop top-tier oil specialists.
Любопытную функцию принимает на себя калькирование временных форм глагола при переводе (осознанное или вынужденное): так, продолженное время (даже в нехарактерной позиции с модальным глаголом)
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
23
используется для передачи мысли о том, что настоящий момент видится
как протяженный период, с будущим же временем продолженный аспект
(вид) глагола призван вновь подчеркнуть долгосрочность планов: …Total's Refining and petrochemicals businesses in France are having to adapt to
structural changes in demand. We will be investing nearly €1 billion to ensure
their long-term viability, which will stimulate local employment …We're exploring second-generation biomass research. And we're innovating to offer
our customers more energy-efficient, lower-emission, cleaner products and
services. …we're working to develop the energy solutions of tomorrow… In
2009, we'll be starting up a commercial carbon capture and storage (CCS)
pilot in Lacq, France.
В отличие от США Франция имеет опыт метрополии, владевшей
колониями, и знает, какими острыми могут быть трудовые отношения и
региональные проблемы в странах третьего мира, где действуют дочерние
структуры или добывающие подразделения французской корпорации, о
чем осторожно рассуждает ее директор, подчеркивая необходимость учета настроений местных жителей и их нужд: Some 80% of the staff of Yemen
LNG, scheduled to commission its facility this year, are Yemenis hired and
trained by Total. In Angola, we financed four new high schools that opened in
early 2009. Creating jobs, supporting local small businesses and helping to
expand education and health services are essential to building a mutually
beneficial relationship with national governments and our host communities.
We are well aware that the tensions in some of our host countries overshadow
our efforts. Take Nigeria, where the violence is getting worse, including
against oil companies, which are experiencing employee kidnappings and attacks on their facilities. В обсуждении несчастных случаев и экологических
катастроф французский бизнес-руководитель также демонстрирует меньше оптимистического пафоса: Whenever there is an accident, we always try
to understand what happened and learn from the experience so that it never
happens again. And we do everything we can to repair and compensate any
damage caused…
Британскому бизнес-руководителю приходится проявлять чудеса
дипломатии в условиях регулярных инцидентов на объектах нефтедобычи
(вспомним приведенную в начале статьи цитату о том, что лидер в Британии – это дипломат). Показательно, что анализируемая речь была произнесена им на последнем собрании акционеров 15 апреля 2010 г. – за
5 дней до крупнейшей экологической катастрофы на объекте «Бритиш
Петролиум», а его дискурс изобилует «заботой» о природе и безопасности: For a long time now, BP has advocated a proactive approach to climate
change and supported action to curb carbon emissions. And we continue to
believe that the world needs a diverse energy mix that incorporates all available sources – from oil sands to solar – and leverages investment in technology. Key to this is a need to promote efficiency to minimise the environmental
impact of fossil fuels and to ensure we maximise best use of the world’s energy
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
24
Ю.В. Данюшина
resources. This will help to provide secure supplies of energy as well as addressing climate change… BP is supporting the transition to a low-carbon
economy in a number of ways… We also continue to invest in our low-carbon
businesses; since 2005 we have invested more than $4 billion in Alternative
Energy… In Biofuels we’re converting sugar cane to ethanol in Brazil. In the
UK we’re constructing an ethanol manufacturing plant and a technology demonstration plant for biobutanol with DuPont. And in the US we are working on
the conversion of ligno-cellulosic material to biofuels. Our priorities – which
lie at the heart of all our operations – remain safety, people and performance.
This is what we call our ‘Forward Agenda’. Our focus on safe and reliable
operations is now strongly embedded in all our businesses… Safety remains
our number one priority and I’m pleased to report we can see clear progress.
There has been a significant reduction in the frequency of recordable injuries
and the number of major incidents… has also fallen. At the same time we’re
reducing containment losses in our operations…
Говоря о работах в Мексиканском заливе, где спустя 5 дней и произошла страшная катастрофа, глава «Бритиш Петролиум» делает упор на
позитивную семантику и превосходные степени, хваля свою компанию,
хвастаясь сравнением с Эверестом, но даже не упоминая собственно трагической утечки (с человеческими жертвами) и чудовищного разлива нефти:
Let me give you a little more detail on how we strengthened our portfolio of oil
and gas reserves in 2009. Our discoveries included the giant Tiber oil field in the
Gulf of Mexico – the deepest well ever drilled in the industry. Indeed it lies further below the Earth’s surface than the summit of Mount Everest does above it.
Примечательно использование определений, особенно означающих
физические характеристики, такие как «сильный, высокий, длинный, огромный» и т.п., делающие успех компании чрезвычайно реалистичным и
практически осязаемым: supergiant Rumaila field, Our strong resource, a
portfolio of great quality and huge potential, a longer track record, We have a
long history as both an efficient and successful explorer, among the best in the
industry, and a long-lived asset и т.п. Семантика высоты (устремленности
вверх) и роста, ассоциирующаяся с успехом, царит и в других частях речи,
вот примеры всего лишь из двух коротких абзацев: the prospects for future
production growth; we expected to grow production; we can sustain average
production growth; We have high-graded our portfolio over the past decade to
end up; projects, which will start up between now and 2015. Сравнительные и
превосходные степени в сочетании с семантикой превосходства также призваны подкрепить уверенность инвесторов в успехе: we have… larger and
more advantaged refineries; super-majors; We believe we also have the best
supply optimisation capability and a set of world class international businesses;
our portfolio ranks amongst the best in the industry… Показателен и ряд метафор в конце речи, подчеркивающих активность компании (она «вступает,
построила, преследует, пришла в отличную форму»), а финал с метафорическими образами видимого приза, который вот-вот будет схвачен, и путе-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
25
шествия, которое простирается впереди, создают ощущение неотвратимой
победы: …we are now embarking on a new phase in which we intend to realise
the full potential of the portfolio we’ve built up over the past decade. We have
considerable scope to pursue sector leadership… we have emerged from
2009 in great shape and with renewed confidence and determination. We can
see the prize and we believe we are well positioned to capture it… I hope you
will continue to support us on the journey that lies ahead.
В отличие от большинства стран, тяжело переживших мировой кризис, Китай находит возможности для еще большего наращивания своего
экономического могущества, поэтому особенно интересным представляется исследование дискурса его компаний. Рассмотрим обращение к акционерам (Chairman's Address. March 26, 2010) главы компании «Синопек» Су Шулина. Его англоязычная версия начинается, как и предписывают восточные традиции вежливости и поддержания «лица», «искренней
благодарностью за заботу и поддержку» (On behalf of the Board of Directors, I would like to express our sincere gratitude to all our shareholders and
the public for their care and support). Здесь необходимо вновь вспомнить о
том, что китайская лингвокультура относится к «высококонтекстуальному» типу (согласно классификации Э. Холла), с высоким уровнем коллективизма и дистанции власти (согласно теории Г. Хофштеде); необходимо учитывать и два основополагающих понятиях китайского менталитета – «миан-кси» (лицо, сохранение лица) и «гуан-кси» (взаимоотношения, связи между людьми).
Разумеется, обращение к акционерам начинается с упоминания о
кризисе, который стал вызовом для их компании. Здесь китайский бизнесруководитель не смягчает негативную семантику, а использует достаточно интенсивные определения – «рухнувшие цены», «резкое сокращение»:
In 2009, the global financial crisis and intense market competition posed severe challenges to the Company… the beginning of the year witnessed plummeting price and demand for petroleum… and a harsh contraction in E&P
segment profits… Однако он называет принимаемые меры «проактивными» и говорит о «приспособлении»: Despite the challenges, the Company
achieved impressive results by taking a series of proactive measures including
vigorous efforts to develop new markets, targeted management for refinement
on details, as well as structural adjustments, and so on. …the Company’s marketing business successfully expanded… by adopting innovative marketing approaches, flexible promotional programs… В этой гибкости и «проактивности», вероятно, и заключаются одна из причин успеха китайского бизнеса
и свойство китайского менталитета, проявляющееся на лингвистическом
уровне. Активность работы компании (особенно по контрасту с инертностью рынка) выражена и в сопутствующей лексике, означающей усилия,
старания, усиление, движение: The E&P business maintained crude output
volume with reduced costs and expenses while the price of crude remained
sluggish… the refineries endeavoured to expand throughput by running at al-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
26
Ю.В. Данюшина
most full capacity… In the chemicals business, the Company made more efforts to expand the market, and enhanced the integration of R&D throughout
the production plan. It also continued to improve customer service and
strengthened strategic alliances with key customers. Despite the unfavorable
market environment, the majority of chemical plants operated at full capacity
since March 2009, delivering excellent performance. …the non-fuel business
grew significantly, driving up non-fuel business revenue… continued efforts
were made in strengthening refined management… and push its corporate
governance to a higher level. Невольно (или сознательно, с мастерским использованием языковых средств) создается метафорический образ живого, сильного организма и его активных действий. Конфуцианская философия предполагает гармонию отношений, и определение «гармоничный»
просто не может не фигурировать в отчете: the Outline of Corporate Culture Development was crafted to establish harmonious corporate values to
support the continued sustainable development of the Company.
Показательны и остальные определения и наречия – все, связанное
с компанией, характеризуется исключительно положительной лексикой
(«основательный, устойчивый, сильный, успешный» и т.п.): Capitalizing
on the well-established marketing network, logistics systems and strong brand,
the Company’s marketing business successfully expanded its operational
scale… by adopting innovative marketing approaches, flexible promotional
programs and customer-oriented after-sales service… the non-fuel business
grew… and realized good operational results.
Характерный для китайского общественного сознания коллективизм проявляется и в корпоративном дискурсе бизнес-лидера. В данном
случае говорится о социально полезной деятельности предприятия, о роли
в развитии национальной экономики и местных производителей, о заботе
о собственном коллективе и о благотворительных проектах: …as a supplier of premium clean fuels to the public, the Company also played an important role in domestic industry restructuring and regional economic development by contracting major equipment from… domestic manufacturers… The
Company has always attached great importance to social and environmental
issues… In 2009, the Company carried out a series of employee-focused programs with practical steps taken to improve the quality of the employee canteen and the health check system, as well as a general safety campaign… we
are actively participating in public welfare activities, including poverty relief
and Tibet aid programs, sponsorship of «China Lifeline Express Fund», and
donations to Hope schools and disaster relief programs to help local communities recover from recent events and raise the living standards in disaster- and
poverty-stricken areas. В этом мы и видим лингвистическое проявление
концепции сохранения и поддержания лица – «миан-кси» и формирования отношений – «гуан-кси».
Нам не удалось обнаружить на сайте иранской компании текста выступлений ее руководства, за исключением пары строк из пересказывае-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Нефтяные боссы» на корпоративном сайте
27
мой от третьего лица речи Ахмада Галебани, в которых даны очень обтекаемые формулы и не раскрыто никакой конкретной информации: On a
summit which was attended by NISOC managing director and the other NIOC
high managers, Ghal-e-Bаni said that boosting the production is remained as a
priority within national Iranian oil company policy. «We should fulfill boosting
the production capacity especially within joint oil fields by planning, providing
the facilities and equipments as well as investing efficiently, he said. Having
said that human powers should consider as a main asset, Ghal-e-Bani added:
«some strategies should be taken to make all staff satisfied and to provide them
real occupational security». Из этого напрашивается вывод о том, что иранские бизнес-лидеры действительно не собираются раскрывать секреты
своей стратегически важной для страны отрасли.
В дискурсе же венесуэльского нефтяного босса присутствуют военизированная патетика и эмоциональность, «революционная харизма»,
характерные для руководства Боливарианской республики и обусловленные, вероятно, непростым внутренним и внешним положением, особенно
после проведенной президентом Чавесом национализации нефтяной отрасли, в результате которой транснациональные и американские корпорации лишились своей прибыли от венесуэльской нефти. Так, приведенные
на корпоративном сайте выступления-обращения (а не сухие отчеты или
нейтрально-пассивные интервью) полны семантики объединения «Америки без США», боевого патриотизма: Petrocaribe is created …in order to
contribute to promoting and strengthening the integration of the peoples of our
America… Показательны и сами названия речей: это «обращения к народу», что призвано сплотить работников перед лицом внешней угрозы (как
минимум экономической – со стороны Соединенных Штатов, не испытывающих симпатии к «покрасневшей» Венесуэле, и жесткой конкуренции
со стороны американских компаний, особенно Exxon Mobil, о которой мы
говорили выше); процитируем одно из них, изобилующее эмоциональным
пафосом и «боевой» лексикой: Address to the Venezuelan people by People's
Minister of Energy and Petroleum and Petróleos de Venezuela S.A. (PDVSA)
Executive Director Rafael Ramírez….
We would like to address tonight to the whole country in order to report
on a recent situation against the interest of our oil business and our country… defeat of the sabotage... As a result of this oil policy, the Venezuelan state
has gotten extraordinary earnings of about USD 40 billion, which simply
would go to the hands of multinationals in the past… As for Exxon Mobil, we
have a clear situation of conflict and confrontation. …with a background of
attacks on oil producing countries... a background of countering the sovereign
decisions of multiple governments throughout the oil-related someway our
State and Government from taking the appropriate action, then, we tell them
that they are totally wrong. We are determined to move forward in our interest,
our sovereign decisions and our oil business. …we would like to deny and condemn by these means a large amount of misinformation and alarmist posi-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
28
Ю.В. Данюшина
tions. …Our oil industry is the heritage of all Venezuelans and it is a national
company at the service of our State and our people…
В итоге можно попытаться обобщить основные характеристики
дискурсов бизнес-руководителей (на примере нефтяной отрасли) из разных культур: для американцев доминантой являются финансовый успех и
«демократические ценности»; французы более склонны к глубоким, сбалансированным размышлениям и философскому осознанию проблем;
британцы сдержанны и придерживаются «дипломатического подхода»;
китайцы сохраняют приверженность своей конфуцианско-коллективистской идеологии; наследники персидской культуры – иранцы – не раскрывают карты и не информируют о своих делах возможных противников, а
латиноамериканцы (венесуэльцы) харизматичны, эмоциональны и не боятся военной риторики.
Литература
1. Hofstede G. Cultural Constraints in Management Theories // Academy of Management
Executive. Feb. 1993. Р. 91.
2. Derr C., Rousillon S., Bournois F. Cross-Cultural Approaches to Leadership Development. Greenwood Publishing Group. Santa Barbara, CA, 2002.
3. Kouzes J., Posner B. The Leadership Challenge. John Wiley and Sons. San Francisco,
2007.
4. Graham J., Lam N. Chinese Negotiation // Harvard Business Review. Oct. 2003. Vol. 81,
№ 10. Р. 71–81.
5. Selvarajah Ch., Meyer D. Profiling the Chinese manager: exploring dimensions that relate to
leadership // Leadership & Organization Development Journal. 2008. Vol. 29, iss. 4. P. 359–375.
6. URL: http://money.cnn.com/magazines/fortune/global500/2009/snapshots.
7. Dijk T. van. The Study of Discourse // Discourse Studies. London: Sage, 2007. Vol. 1.
Р. XIX–XIII.
8. Dijk T. van. Critical Discourse Analysis // The Handbook of Discourse Analysis. Oxford:
Blackwell, 2001. P. 352–371.
9. Wodak R., Chilton P. New Agenda in (Critical) Discourse Analysis. Amsterdam: Benjamins, 2005.
10. Hall E.T. Beyond Culture. N.Y.: Doubleday, 1976.
11. Hall E.T. The Silent Language. Greenwich, CT: Fawsett, 1959.
12. Hall E.T., Reed H.M. Understanding Cultural Differences: Germans, French and
Americans, Yarmouth, ME: Intercultural Press, 1990.
13. Hofstede G. Cultures and organizations: software of the mind. N.Y.: McGraw-Hill, 1997.
14. Hofstede G. Culture's Consequences: Comparing Values, Behaviours, Institutions and
Organizations Across Countries, Sage, Thousand Oaks, 2001.
«OIL BOSSES» ON THE CORPORATE WEB-SITE: A LINGUA-CULTUROLOGICAL
DISCOURSE ANALYSIS
Daniushina Y.V.
Summary. The paper investigates the peculiarities of presenting top-managers of oil companies on
their corporate web-sites and discursive characteristics of «oil bosses» in the USA, France, Great
Britain and China, as well as in Venezuela and Iran. The researcher applies her analytical method
based on combining the Critical Discourse Analysis methods and lingua-culturological theories.
Key words: business; discourse; image; corporate web-site; oil companies.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О модальной функции претерито-презентных глаголов
29
УДК 801.5
О МОДАЛЬНОЙ ФУНКЦИИ ПРЕТЕРИТО-ПРЕЗЕНТНЫХ
ГЛАГОЛОВ В ДРЕВНЕВЕРХНЕНЕМЕЦКОМ ЯЗЫКЕ
Н.С. Жукова, Т.Н. Бабакина
Аннотация: Рассматривается семантика претерито-презентных глаголов в
древневерхненемецком языке; уточняются их модальные значения; определяется наметившаяся в системе языка тенденция к переходу функций выражения внутренней модальности от грамматических средств – наклонений
к лексико-грамматическим средствам – претерито-презентным глаголам.
Для объяснения этого процесса декатегоризации анализируются контексты,
обусловливающие сдвиги в семантике глаголов, и выявляются механизмы
развития соответствующих модальных значений.
Ключевые слова: внутренняя модальность; претерито-презентные глаголы; оптатив; императив; контекстное переосмысление; «связывающий»
контекст; контекст «переключения».
Анализ лингвистической литературы, посвящённой проблемам модальности, показал, что в современном языкознании сложились два подхода
к семантическому объёму категории модальности: широкий и узкий. В рамках широкого подхода категория модальности включает в себя не только отношение содержания высказывания к действительности и отношение говорящего к содержанию высказывания, но и целеустановку предложения, косвенность/некосвенность высказывания, утверждение/отрицание.
Авторы данной статьи придерживаются узкого понимания модальности, в соответствии с которым целеустановка предложения и значения
утверждения/отрицания не являются модальными значениями. В отечественной лингвистике данный подход наиболее убедительно представлен в
работах Т.П. Ломтева [1]. При определении состава модальных значений
он исходит из принципа их непересекаемости и выводит за рамки модальных отношений вопрос и ответ, утверждение и отрицание [1. С. 91].
На таких же позициях стоят и другие отечественные лингвисты [2–4].
Значения косвенности/некосвенности высказывания основываются на
признаке вида речи и также не относятся к модальным значениям. Обоснование этой точки зрения можно найти в работе [5].
Применительно к германским языкам вышеуказанная концепция
представлена в работах Л.С. Ермолаевой. В рамках единой категории модальности она разграничивает внутреннюю, объективную внешнюю и
субъективную внешнюю модальности. Под внутренней модальностью
понимается отношение субъекта (реже объекта) действия к совершаемому
им действию (для объекта – отношение к действию, которому он подвергается). Основным средством выражения внутренней модальности в современных германских языках являются модальные глаголы. Под внешней модальностью предложения понимается отношение его содержания к
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
30
Н.С. Жукова, Т.Н. Бабакина
действительности в плане реальности/нереальности (объективная внешняя модальность) и степень уверенности говорящего в сообщаемых им
фактах (субъективная внешняя модальность). Основным средством выражения объективной внешней модальности в современных германских
языках являются наклонения, основным средством выражения субъективной внешней модальности – модальные слова [6. С. 68–69].
Представленное разграничение видов модальности и четкое закрепление каждого из них за соответствующими средствами выражения, что имеет
место в современном немецком языке, не всегда были характерны для немецкого языка, а складывались в процессе его исторического развития.
Отмеченная дифференциация модальной семантики на внутреннюю
и внешнюю (субъективную и объективную) не имела места в древневерхненемецком языке. В его системе не было ни модальных слов, ни модальных глаголов; единственным средством выражения модальности являлись
наклонения. Категория наклонения была представлена индикативом, оптативом и императивом [6]. Императив выражал приказ, повеление,
просьбу; оптатив использовался для обозначения возможности, необходимости, желания, т.е. формы данных наклонений употреблялись в основном для выражения внутренней модальности. Однако в модальной
функции в древневерхненемецком языке могли выступать (как будет показано ниже) претерито-презентные глаголы [7].
Анализ письменных памятников древневерхненемецкого периода
показал, что некоторые претерито-презентные глаголы и глагол wellen
использовались для выражения значений внутренней модальности.
Для выявления доминирующих значений претерито-презентных
глаголов были вычислены процентные соотношения значений, выражаемых данными глаголами. Для этого использовалось выборочное наблюдение, при котором исследуется не вся генеральная совокупность (весь
объём текстов анализируемых периодов), а определённая часть – выборка.
Исследования выборки позволяют сделать заключения относительно всей
генеральной совокупности [8. С. 12, 23]. Вычисление процентных соотношений различных значений, свойственных претерито-презентным глаголам в модальной функции в древневерхненемецком языке, производилось на средних выборках объёмом в 100 текстовых реализаций каждого
глагола. Выборка была сформирована методом сплошного отбора. Меньший объём выборки для отдельных глаголов обусловлен отсутствием
данных глаголов в текстах анализируемого периода.
При анализе значений претерито-презентных глаголов учитывалась
также частотность их употребления в том или ином значении. Абсолютная частотность представляет собой количество реализаций глагола в
анализируемом тексте, относительная частотность есть отношение абсолютной частотности к числу единиц в изученном массиве [8. С. 10].
Использование претерито-презентных глаголов для выражения модальных значений, несвойственных им в системе древневерхненемецкого
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О модальной функции претерито-презентных глаголов
31
языка, свидетельствует о происходящем в их семантике сдвиге, обусловленном употреблением данных глаголов в благоприятном контексте. Под
контекстом авторы статьи понимают «фрагмент текста, включающий избранную для анализа единицу, необходимый и достаточный для определения значения этой единицы, являющийся непротиворечивым по отношению к общему смыслу данного текста» [9. С. 238].
Контекст играет ведущую роль в развитии новых значений лексических единиц. По мнению Б. Хайне, именно благоприятный контекст является условием появления нового семантического смысла, новых значений
языковых единиц. «Контекстное переосмысление заключается в том, что
в определённом контексте второстепенное значение лексической единицы
выходит на первый план и развивается в новое ядерное значение» [10.
С. 65]. Подобное контекстное переосмысление (context-induced reinterpretation) является, с точки зрения Б. Хайне, одним из механизмов процесса
грамматикализации. Однако, как показывает языковой материал, контекстное переосмысление имеет место не только в случае грамматикализации лексических единиц, а представляет собой механизм, общий для различных семантических изменений, к которым в том числе относится
грамматикализация. (Ср. точку зрения о том, что особые механизмы семантических изменений, характерные только для процесса грамматикализации, отсутствуют [11. С. 400–401; 12. С. 19].) В связи с этим представляется целесообразным применение теории контекстного переосмысления
Б. Хайне для объяснения изменений в семантике претерито-презентных
глаголов, которые выступают в древневерхненемецком языке в модальной функции.
Контекстное переосмысление в соответствии с теорией Б. Хайне
происходит поэтапно. На первом этапе лексема употребляется в своём
основном, исходном значении в самом широком круге контекстов.
На втором этапе она используется в специфичном, так называемом связывающем контексте (bridging context) по терминологии Б. Хайне. В «связывающем» контексте значение лексической единицы может интерпретироваться и как её основное, и как её новое, нетипичное значение. На третьем
этапе, в «контексте переключения» (switch context), лексема выступает
исключительно в своем новом, так называемом ядерном значении, которое она приобретает в результате контекстного переосмысления и которое
получает статус самостоятельного значения [13. С. 94–95].
Одним из наиболее частотных претерито-презентных глаголов в
древневерхненемецких памятниках является глагол magan/mugan. Относительная текстовая частотность данного глагола равна 4,42.
Как полнозначный глагол magan/mugan употреблялся очень редко.
В исследованном материале лишь в одном случае он встречается в качестве самостоятельного глагола и выражает значение «годиться»: ír birut
salz erda. Oba thaz salz áritalet, in hiu selzit man iz thanne? Zi niouuihtu mag
íz úzuuerphe, inti si fúrtretan fon mannun. – T. 24, 1–3 – ‘…вы – соль земли.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
32
Н.С. Жукова, Т.Н. Бабакина
Если же соль утеряет силу (солёность), то чем посолить её? Ни для чего
уже больше негодна, как только для того, чтобы быть выброшенной и
растоптанной людьми.’
В остальных случаях magan/mugan употреблялся в функции модального глагола и в большинстве случаев выражал различные оттенки
возможности. В 46% случаев данный глагол выражал возможность, обусловленную внутренними качествами субъекта:
– физической возможностью: Senu tho uuib thiu …uuas nidargineigit
…ni mohta úfscouuon. – T. 103, 1 – ‘Там женщина, которая …была скорчена …не могла поднять взор.’; joh wer thir dáti thia máht, thaz thú so scono
séhan maht! – O. III, 20, 44 – ‘И кто дал тебе эту силу, что ты так хорошо можешь видеть!’; So wer so dáges gengit, giwísso er ni firspírnit,
want ér sih mit then óugon fórna mag biscówon – O. III, 23, 35–36 – ‘Кто
ходит днём, конечно, не споткнётся, потому что он может глазами
смотреть вперёд’;
– наличием у субъекта определённой способности, умения: thú ni
maht ein hár thes fahses uuizaz gituon odo suarz. – T. 30, 4 – ‘Ты не можешь
ни одного волоса сделать белым или чёрным.’; sélbo maht thu iz lésan
thar… – O. II, 3, 4 – ‘Ты сам это можешь прочитать…’; Tén námen hábet
iz fóne dero snélli uuánda ímo nîoman indrínnen nemág. – N. B. III. 176, 23 –
‘Имя он имеет из-за большой скорости, потому что никто не может
от него убежать’;
– наличием у действующего лица нравственной, моральной силы
или способности: Ther mugi bifahan, bifahe. – T. 100, 6 – ‘Кто может
вместить – вмести (пойми).’
Как показал анализ примеров, в абсолютном большинстве случаев
глагол magan/mugan употреблялся с одушевлённым субъектом. Однако в
некоторых случаях анализируемый глагол встречается в предложениях с
неодушевлённым субъектом. Ср.: ni mag giséhan ira muat, thaz imo fíant
giduat. – O. III, 1, 38 – ‘Её душа не могла смотреть на то, что причиняет
ему враг.’
Употребление глагола magan/mugan с неодушевлённым субъектом
можно рассматривать как расширение круга контекстов, в которых может
употребляться данный глагол. Увеличение количества контекстов является первым этапом в процессе семантического развития данной лексемы.
В подобных примерах происходит метафорический перенос на неодушевлённый субъект способностей, присущих живым существам. Метафорический перенос является, по мнению многих лингвистов, одним из основных механизмов семантического изменения [10, 11, 14]. Н.Д. Арутюнова
отмечает, что «…метафора знаменует собой лишь начало мыслительного
процесса… она орудие… дав толчок семантическому процессу, метафора
постепенно стирается…» [15. С. 15].
Глаголом magan/mugan в древневерхненемецкий период могла быть
выражена возможность, обусловленная внешними обстоятельствами.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О модальной функции претерито-презентных глаголов
33
В результате анализа было выявлено 23 случая употребления глагола magan/mugan в данном значении, что составляет 23%. Ср.: Her thó uzganganti
bigonda predigon inti maren thaz uuort, só thaz her ni mohta giu ougazorhto
gan in thie burg... – T. 46, 5 – ‘Он (прокажённый), выйдя, начал проповедовать и рассказывать о происшедшем, так что он (Иисус) не мог уже явно войти в город…’ ; mag er lérnen ubar ál, wio er gilóuben scal. – O. I, 26,
6 – ‘Здесь он может научиться, как он должен верить.’; Ni mag thiu wórolt
haben in íu theheinan ház. – O. III, 15, 29 – ‘Не может мир ненавидеть вас
(контекст – так как вы не говорите о его недостатках).’; íh nemáhta sia
bechénnen uuánda mír daz óuga tímbereta fóllez trâno. – N. B. I, 14, 12–13 – ‘Я
не мог её узнать, потому что мои глаза дрожали, полные слёз.’
Глагол magan/mugan в 20% случаев употреблялся для обозначения
таких оттенков возможности, как «сметь, иметь право»: uuer mág furlazan
sunta noba ein got? – T. 54, 5 – ‘Кто может (имеет право) прощать грехи, кроме бога?’. Так как в данном значении глагол часто употреблялся в
отрицательных оборотах, то предложение приобретало характер запрета.
Ср.: tîe habetôn dîa selbûn êa. âne daz sie nîeht nemahtôn ferre suffragia. –
N. B. III, 163, 6 – ‘Те имели тот же закон, без которого они не могли более голосовать (не имели права)…’; inti thie thar ni inphahit sin cruci inti
folget mir, ...noh ni mag uuesan mín iungiro. – T. 44, 24 – ‘И тот, кто не
несёт креста своего и следует за мной, …не может (не имеет права)
быть моим учеником.’
В 10 случаях употребления, что составляет соответственно 10%,
глагол magan/mugan выражал сомнение: fón Nazareth mág sihuuaz guotes
uuesan? – T. 17, 3 – ‘Может ли (разве может) быть что-то доброе из
Назарета?’; vvuo mag thaz sîn? uuanta ih gommannes uuîs ni bim. – T. 3, 6 –
‘Как же это может быть? если я мужа не знаю.’; mag ío thaz wesan
wár? – O. VII, 46 – ‘Может ли это быть правдой?’
Глагол wellen выступает в древневерхненемецкий период в функции модального и относится к высокочастотным глаголам, его относительная текстовая частотность составляет 4,237.
Анализ глагола wellen показал, что в 85% случаев (т.е. в 85 предложениях) он выражает волеизъявление, желание в конструкции с инфинитивом другого глагола: Uuaz uuollet ir mir geban? – T. 154, 1 – ‘Что вы хотите дать мне?’; Her uuolta thô rehtfestîgôn sih selbon, quad... – T. 128, 6 –
‘Так как он хотел себя оправдать, сказал…’. Наряду с употреблением в
качестве модального глагола в древневерхненемецком языке в 15% случаев
глагол wellen употребляется как самостоятельный глагол. Ср.: úuili miltida,
nalles bluostar. – T. 56, 4 – ‘я хочу милосердия, не жертв.’; uuaz uuollet ir
thaz ih iu tue? – T. 115, 2 – ‘Что вы хотите, чтобы я для вас сделал?’
Особенность глагола wellen состоит в том, что сложно отделить
случаи, в которых он употребляется как самостоятельный глагол, от тех, в
которых он выступает как модальный с опущенным инфинитивом (т.е.
имеет место «связующий контекст»). Значения, выражаемые данным гла-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
34
Н.С. Жукова, Т.Н. Бабакина
голом в обоих случаях, очень близки. Ср.: thruhtîn, oba thû uuili, thû maht
mih gesûbiren. – T. 46, 2 – ‘Господи, если ты хочешь (очистить), ты можешь меня очистить.’
К концу анализируемого периода в переводах Ноткера употребление глагола wellen в качестве полнозначного не выявлено.
Глагол sculan является в древневерхненемецком языке третьим по
частотности претерито-презентным глаголом, выступающим в функции
модального. В течение древневерхненемецкого периода относительная
текстовая частотность данного глагола значительно увеличивается: в текстах «Татиана» она составляет 0,348; в тексте Отфрида – 3,5; в переводе
Ноткера – 3,606.
Анализ 100 текстовых реализаций глагола sculan показал, что данный глагол, как и большинство других претерито-презентных глаголов,
употреблялся на ранних этапах древневерхненемецкого периода и как
полнозначный, и как модальный глагол.
В качестве полнозначного он встречается в 8 предложениях, что составляет 8%, в значении «задолжать» и «быть виновным». Ср.: …braht
uuard imo ein, ther scolta zehen thusunta talentono (прямое дополнение, без
инфинитива). – T. 99, 1 – ‘…приведён к нему был некто, который должен
был десять тысяч талантов.’; uuio filu scalttu minemo hérren? – T. 108,
3 – ‘Сколько ты должен моему господину?’; …therde suerit in gold temples
scal. – T. 141, 14 – ‘…кто клянётся золотом храма, тот повинен (виновен).’ В качестве самостоятельного глагола sculan зафиксирован только в
«Татиане». В более поздних текстах древневерхненемецкого периода
данный глагол в функции самостоятельного не встречается.
Довольно часто sculan употребляется в функции модального глагола для выражения долженствования, необходимости. В 35% случаев он
выражает необходимость, обусловленную повелением другого лица: Ob ih
vvuosc íuuuere fuozzi hérro inti meistar, inti ir sulut ander anderes fuozzi
uuasgan. – T. 156, 2 – ‘Если я, ваш Господин, мыл вам ноги, то и вы
должны мыть друг другу ноги’; Lért er sie mit wórton, wio thaz firdrágan
scoltun. – O. IV. 15, 43 – ‘Он своими словами обучал её, как она должна
это переносить.’
Данный глагол может выражать также приказ, например, ir sculut
spréchan thaz mín, sús scal io ther námo sin. – O. I, 9, 18 – ‘Вы должны говорить по-моему, таким должно быть это имя’; …ther scal sprechan
thanana er ist. – O. II, 13, 19 – ‘…тот пусть скажет (должен сказать)
откуда он.’ или более мягкое побуждение к действию: …thes scal er gote
thankon. – O. I, 25 – ‘…пусть благодарит за это бога.’; …thes scúlut ir io
gihúggen. – O. II, 23, 8 – ‘…вы должны об этом помнить.’
В форме 1-го лица множественного числа глагол sculan мог выражать приглашение к совместному действию: …thes sculun wir góte
thankon. – O. L. 30 – ‘…возблагодарим за это бога.’ ; Nu scúlun wir unsih
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О модальной функции претерито-презентных глаголов
35
rígilon mit thes krúces ségonon. – O. V. 2, 1 – ‘Защитимся же благословением креста.’
При выражении побуждения к действию глагол sculan выступал синонимом императива. Наиболее показателен следующий пример, в котором конструкция с глаголом sculan употребляется в одном предложении с
императивом: Thu scalt thih heffen filu frua, fliuh in antheraz lant... – O. I, 19,
3–4 – ‘Ты должен рано встать (встань рано), беги в другую страну…’.
В 11% случаев sculan употребляется для обозначения необходимости, обусловленной внешними обстоятельствами, или неизбежной необходимости: Uuánda uuír daz énde geuuârráchotôn gûot uuésen pedíu súlen
uuír iéhen gûot uuésen állero díngo énde. – N. B. III, 171, 1 – ‘Так как мы
пришли к выводу, что конец хороший, то мы должны признать, что конец любого дела хороший’; So disiu einunga zegât, …so sol animal nôte
zegân. – N. B. III, 216, 5 – ‘Если это единение разлагается, …то и живое
существо по необходимости должно разложиться.’
В 10% случаев, т.е. в 10 из 100 проанализированных примеров, sculan
выражает обязательность действия, обусловленную нормами, принятыми в
данном коллективе: …uuir habemes euua, inti after euu sal her sterban, uuanta
her sih gotes sun teta. – T. 197, 6 – ‘…у нас есть закон и по закону он должен
умереть, потому что он сделался сыном бога.’; er scal irstérban thuruh nót,
so wízod unser zéinot. – O. IV, 23, 23 – ‘Он должен умереть, так гласит наш
закон’; Tho sprach er érlicho ubar ál, so man zi frówun scal. – O. I, 5, 13 – ‘Он
говорил почтительно, как нужно разговаривать с женщиной.’; Christus ist
ter uueg an demo mannolih kân sol. – N. Ps. I. c. 7, 13 – ‘Христос – тот путь,
по которому должен идти каждый.’
Случаи употребления глагола sculan в значении необходимости
представляют собой примеры контекстов переключения, в которых первоначальное значение «задолжать» уже невозможно. Употребление глагола sculan в связывающем контексте выявлено не было.
Иногда анализируемый глагол встречался в значении необходимости, обусловленной не внешними обстоятельствами, а внутренней потребностью субъекта. В текстах древневерхненемецкого периода было
выявлено 4 случая употребления глагола sculan в данном значении, что
составляет 4%. Ср.: wir scúlun nan irwéken, fon themo sláfe irréken. – O. III,
23, 44 – ‘Мы должны разбудить его, вывести из сна.’; Ih scal thir ságen,
min kínd… – O. II, 8, 13 – ‘Я должен тебе сказать, моё дитя…’.
В редких случаях (в 4%) данный глагол, как и глагол magan/mugan,
мог выражать оттенки сомнения: …scal iz Krist sin. – O. II. 14, 89 –
‘…должно быть, это Христос (не Христос ли это).’; …ni ther fon góte
sculi sín. – O. III. 20, 149 – ‘…он, должно быть, от бога.’; Uuîo sól dâr sîn
daz effectum dâr diu efficientia neíst? – N. B. III, c. 179, 4–5 – ‘Разве должен
(может) быть результат там, где нет действия?’
При анализе древневерхненемецких текстов были зафиксированы
два примера, в которых глагол sculan употреблялся для выражения раз-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
36
Н.С. Жукова, Т.Н. Бабакина
решения со стороны другого лица. Ср.: Thaz then thie dúri sin bidán, thie
tharín ni sculun gán. – O. III, 12, 39 – ‘Для того, чтобы двери были закрыты для тех, кто не имеет права (кому не разрешено) войти туда.’;
…úbe man cesari zins keben solti. – N. Ps. III. c. 942, 2 – ‘…позволительно
(разрешается ли) ли давать подать кесарю.’
Глагол *muozan не встречается в тексте «Татиана» ни в функции
полнозначного, ни в функции модального глагола. Он появляется в модальной функции в текстах Отфрида и Ноткера, т.е. в середине древневерхненемецкого периода. Относительная текстовая частотность данного
глагола довольно низкая и составляет в текстах Отфрида – 0,65, Ноткера –
0,879.
Анализ процентных соотношений значений данного глагола проводился на материале 68 текстовых реализаций, которые были выявлены в
текстах древневерхненемецкого периода.
Как показал анализ материала, глагол *muozan в древневерхнемецкий
период имел очень широкий спектр значений. В 30% случаев (20 примеров)
глагол *muozan употреблялся в значении «сметь», «иметь право» или выражал разрешение со стороны третьего лица: Giang er selbo ingegin uz thar
zi thempo palinzhus, sie ni muasun gan so fram zi thempo heidinen man, thaz sie
in then gizitin biuuollane ni uuirtin. – O. IV. 20, 4 – ‘Он сам пошёл навстречу
им ко дворцу, они не могли (не смели, не имели права) подходить к язычнику, чтобы не загрязниться в дни праздника.’; Sie wúnsgtun, muasin rínan
thoh sinan trádon einan in sínen giwátin. – O. III, 9, 9 – ‘Они хотели, чтобы
им было позволено прикоснуться хотя бы к краю его одежды.’; Ira férah
bot thaz wíb, thaz iz múasi haben líb. – O. I. 20, 19 – ‘Женщина предложила
свою жизнь, чтобы он (ребёнок) мог остаться в живых.’
В результате анализа было выявлено 18 случаев употребления данного глагола для выражения необходимости, обусловленной внешними
обстоятельствами, что составляет приблизительно 27%. Ср.: Uuile du in
ambahte skînen? Sô muost tu flehôn den gebenten. – N. B. III, c.175, 3 – ‘Хочешь ли сиять в служении? Тогда ты должен умолять дающего.’; Úbe
dánne héiz chúmet tér uuólchenônto súnt-uuínt sô mûozen die blûomen rîsen
ába dîen dórnen. – N. B. I. 67, 2 – ‘Если придёт горячий приносящий облака
южный ветер, то цветы должны отпасть от шипов.’
Приблизительно в 13% случаев (9 примеров) *muozan употреблялся
для выражения возможности, обусловленной внешними обстоятельствами: Ioh uuarun uuir gispannan, mit seru bifangan, mit ubilu gibuntan, ni muasun unser uualtan. – O. IV. 5, 14 – ‘Мы были связаны, полонены бедами,
связаны несчастьями, не могли управлять собой.’; …al bi thínen mahtin
joh hohen éregrehtin; Thes múazin niazan íamer joh midan súntino sér, fréwen
in giríhti in thíneru gisíhti! – O. IV, 1, 52–54 – ‘…только благодаря твоему
могуществу и благосклонности, мы можем наслаждаться лицезрением
тебя на суде!’; Úbe áber die líde geskéidene únde zelégete demo lîchamen dáz
penément táz er éin nemûoz sîn sô zegât táz er uuás. – N. B. III. С. 216, 12–
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О модальной функции претерито-презентных глаголов
37
14 – ‘Но если разрушающие и разлагающие члены забирают это у тела,
так что оно не может быть единым, то гибнет то, чем оно было.’
При анализе текстов древневерхненемецкого периода было выявлено 7 примеров (10%), в которых глагол *muozan выражал пожелание. Ср.:
Joh wir thar múazin untar ín blíde fora góte sin. – O. I. 28, 19–20 – ‘Да будем
и мы среди них радостны перед господом.’; Er spénit unsih álle zi míchilemo fálle in wórton joh in wérkon; thaz múazin wir biwánkon. – O. II. 4, 88–
89 – ‘Он принуждает нас всех к большому падению на словах и на деле;
да избегнем мы этого.’; fon gót er múazi haben múnt joh wesan lángo gisunt. – O. L. 32 – ‘Да получит он защиту от господа и будет долго здоров.’ В данных примерах глагол *muozan выступает в функции, свойственной оптативу.
В 7 случаях (10%) *muozan выражает необходимость, обусловленную указанием другого лица: Taz summum mûost tu légen chád si. – N. B. II.
208, 8–9 – ‘Корзину ты должен положить, сказала она.’
В 10% случаев употребления, т.е. в 7 предложениях, анализируемый
глагол выражает объективную необходимость: Ter hímel mûoz hértôn gében lîuhtîge tága únde uínstere náhte. – N. B. I. 67–68, 1 – ‘Небо должно давать смену светлых дней и тёмных ночей’; Ter mere mûoz ôuh stille sîn. –
N. B. I. 68, 8 – ‘Море тоже должно быть спокойным.’; Taz iâr mûoz
hértôn. – N. B. I. 68, 4 – ‘Год должен сменяться.’ В данных примерах глагол *muozan употребляется с неодушевлённым субъектом, в функции
субъекта выступают природные явления. По мнению А.А. Уфимцевой
[16. С. 108], лексемы, обозначающие явления природы, находятся на границе конкретной и абстрактной лексики. Следовательно, употребление с
данными лексемами свидетельствует об увеличении круга контекстов
глагола *muozan и о семантическом сдвиге в сторону абстрактного значения объективной необходимости.
Глагол thurfan в древневерхненемецкий период обнаруживает
очень низкую текстовую частотность – 0,302. Исследование его семантики проводилось на материале 34 текстовых реализаций данного глагола,
выявленных в памятниках древневерхненемецкого периода.
Анализ текстового материала показал, что в 8 предложениях, т.е. в
24% случаев, глагол thurfan используется в качестве самостоятельного
глагола. В тексте «Татиана» он употребляется с дополнением в родительном падеже и означает «нуждаться в чём-либо»: Uuaz thurfun uuir noh nu
urcundono? – T. 191, 1 – ‘На что ещё (нужны) нам свидетели? Как полнозначный глагол в текстах Отфрида thurfan употребляется в значении
«нуждаться, терпеть нужду, страдать». Ср.: Ir ni thurffut bi thiu, got irkennit in iu êr ir imo zellet, allaz, thaz ir uuollet. – O. II, 21, 21 – ‘Вы не терпите нужды при этом, господь узнает всё, чего вам хочется, раньше, чем
вы ему скажете.’
Глагол thurfan мог употребляться также с инфинитивом, выражая при
этом уже не ограниченное, конкретное понятие «иметь нужду», а более ши-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
38
Н.С. Жукова, Т.Н. Бабакина
рокое значение «иметь необходимость сделать что-либо». Ср.: ...ther man,
ther githuuagan ist thie fuazi reino… ni tharf er unasgan mera. – O. IV, 11, 38 –
‘Человек, у которого ноги чисто вымыты… не имеет нужды (необходимости) более мыть их.’ В данном примере имеет место связывающий контекст, который характеризует новый этап в семантическом развитии этого
глагола и способствует развитию модального значения необходимости.
С помощью глагола thurfan в отрицательных оборотах могут быть выражены предписание, запрет. Анализ материала позволил выявить 15 случаев
употребления глагола thurfan в данном значении, что составляет 44%. Ср.:
then uueg man forahten ni darf. – O. IV. 5, 42 – ‘Не следует бояться этого
пути.’; Ni thúrfut ir bigínnan, thaz ír ouh megit bringan, thaz ir góte thionot joh
thoh thia wórolt minnot! – O. II. 22, 3 – ‘Не можете (не смеете) вы пытаться
служить богу и одновременно любить мирское!’; Ni thárfthu thes wiht
frágen. – O. V. 20, 33 – ‘Ты не должен спрашивать об этом.’
В 10 случаях (29%) данный глагол обозначает обусловленную возможность. Ср.: Ni thárf es …lóugnen, thin spracha scal thih óugen... – O. IV.
18, 27 – ‘Не можешь этого отрицать …твой язык выдаст тебя…’; Tér
námo déshálb nîeht keméinet nedárf uuérden ze mâri uuanda er ze éinemo
ándermo tríffet. – N. B. II. c. 170, 26 – ‘Имя потому не может быть названо, что оно принадлежит другому.’
Таким образом, глагол thurfan в начале древневерхненемецкого периода в переводе «Татиана» встречается ещё как самостоятельный глагол
и употребляется без инфинитива другого глагола. С инфинитивом он выступает у Отфрида и употребляется только в отрицательных предложениях. В переводах Ноткера в конце древневерхненемецкого периода thurfan
употребляется в функции модального глагола как в отрицательных, так и
в утвердительных предложениях.
Глагол kunnan не засвидетельствован в текстах начала древневерхненемецкого периода. Он отсутствует в тексте «Татиана», а у Отфрида
встречается всего в 5 случаях; в переводах Ноткера – в 8 случаях. Относительная текстовая частотность данного глагола в древневерхненемецкий
период составляет 0,108. Анализ значений глагола kunnan проводился на
материале 13 текстовых реализаций.
Как самостоятельный глагол в значении «знать», «понимать» kunnan употребляется у Отфрида и Ноткера начиная с середины древневерхненемецкого периода. Согласно результатам анализа в данном значении
kunnan употребляется в 4 предложениях, т.е. приблизительно в 31% случаев: Ouh in ál gizungi, in thíu thaz ih iz kúnni. – O. I. 2, 42 – ‘И в каждом
языке, в котором я это понимаю.’; …uuio er thio buah konsti. – O. III, 16,
7 – ‘…как он знал писание.’; alle, die astronomiam chunnen… – N. B. I.
С. 122, 4 – ‘Все, кто знает астрономию…’
В таком же количестве случаев, т.е. в 4 (31%), глагол kunnen обозначает возможность, обусловленную наличием у субъекта определённых
знаний. В этих примерах имеет место связывающий контекст, способст-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О модальной функции претерито-презентных глаголов
39
вующий развитию нового для данной лексемы значения – возможности.
Подобные примеры можно рассматривать как переход от значения «знать,
понимать» к значению «мочь». Ср.: …gúates er in ónda sós er wola kónda. –
O. I, 27, 31 – ‘…он желал им добра насколько мог/понимал.’
В 5 случаях употребления, что составляет приблизительно 38% от
общего числа проанализированных примеров, kunnan зафиксирован в
функции модального глагола со значением «мочь, уметь», т.е. он может
выступать синонимом глагола magan/mugan. Ср.: Iz mag ouh in wara burdin
dragen suara, mag scadon harto lidan ni kann inan bimidan. – O. IV, 5, 10 –
‘Он может действительно носить тяжести, может выносить трудности, он не может их избежать (не умеет).’; …in ánder gizúngi firnéman iz
ni kúnni. – O. I. 1, 120 – ‘…на другом языке не смог бы это понять.’
Анализ памятников древневерхненемецкого периода показал, что в
древневерхненемецком языке в модальной функции употреблялись следующие претерито-презентные глаголы: magan/mugan, sculan, *muozan,
thurfan, kunnan, а также глагол wellen. Разные претерито-презентные глаголы могли выражать одни и те же модальные значения:
– глаголы sculan, *muozan, thurfan выражали различные оттенки необходимости;
– глаголы magan/mugan, *muozan, kunnan, thurfan – значение возможности.
Таким образом, проанализированные претерито-презентные глаголы
не имели в системе древневерхненемецкого языка статус модальных глаголов со свойственными им семантическими, морфологическими и синтаксическими признаками (о критериях выделения модальных глаголов см. [17]),
хотя могли выступать в функции выражения внутренней модальности.
Процесс преобразования претерито-презентных глаголов в модальные глаголы в древневерхненемецкий период находился на начальной
стадии, о чем свидетельствуют, с одной стороны, отсутствие регулярности в употреблении данных глаголов в модальной функции, с другой –
возможность выражения одного и того же модального значения различными лексемами (как показано выше). Подобная вариативность отражала
на синхронном срезе изменения, происходившие в системе древневерхненемецкого языка в классе претерито-презентных глаголов.
В этой связи приведем положение К.С. Горбачевича [18] о том, что
вариативность возникает на переходных этапах, в слабых звеньях перестраивающейся системы языка. Таким слабым звеном в перестраивающейся системе древневерхненемецкого языка наряду с классом претерито-презентных глаголов была категория наклонения, члены которой – императив и оптатив также выражали значения внутренней модальности.
Это положение подтверждает приведенные выше примеры, в которых
претерито-презентный глагол sculan выступает синонимом императиву
при выражении побуждения к действию, а глаголы muozan* и wellen, как
и оптатив, употребляются для выражения желательности. Семантические
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
40
Н.С. Жукова, Т.Н. Бабакина
отношения между оптативом и претерито-презентными глаголами, выражавшими различные оттенки внутренней модальности в древневерхненемецком языке, можно представить схематически следующим образом:
Необходимость
Желание
Потенциальность
Возможность
Вариативность грамматических форм наклонений и претеритопрезентых глаголов при выражении внутренней модальности свидетельствует о начавшемся в древневерхненемецком языке процессе передачи
функций выражения данного вида модальности от оптатива к претеритопрезентным глаголам.
Этот процесс представляет собой декатегоризацию, так как значения
внутренней модальности начинают переходить от форм морфологической
категории наклонения (грамматический уровень) к лексико-грамматическим средствам. Это обусловливает возможность большей детализации
значений внутренней модальности, т.е. позволяет выразить более дифференцированно и конкретно разнообразные оттенки семантики внутренней
модальности и тем самым в большей степени удовлетворить возрастающие
в связи с развитием общества его коммуникативные потребности.
Литература
1. Ломтев Т.П. Предложение и его грамматические категории. М., 1972. 197 с.
2. Золотова Г.А. О модальности предложения в русском языке // Филологические науки. 1962. № 4. С. 65–79.
3. Трунова О.В. Природа и языковой статус категории модальности (на материале английского языка). Барнаул; Новосибирск, 1991. С. 129.
4. Шендельс Е.И. Отрицание как лингвистическое понятие // Избранные труды. М.,
2006. С. 47–73.
5. Жукова Н.С. Категория вида речи и особенности её выражения в современном немецком языке // Вестник Томского государственного педагогического университета. Сер.
Гуманитарные науки (Филология). 2004. Вып. 1 (38). С. 45–51.
6. Ермолаева Л.С. Очерки по сопоставительной грамматике германских языков. М.,
1987. 126 с.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О модальной функции претерито-презентных глаголов
41
7. Birkmann T. Präteritopräsentia. Morphologische Entwicklung einer Sonderklasse in den
altgermanischen Sprachen. Tübingen: Niemeyer, 1987. 396 s.
8. Носенко И.А. Начала статистики для лингвистов. М., 1981. 157 с.
9. Торсуева И.Г. Контекст. М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. С. 238–239.
10. Heine B., Clandi U., Hünnemeyer F. Grammaticalization: a conceptual framework.
Chicago: University of Chicago Press, 1991. 318 p.
11. Sweetser E.E. Grammaticalization and semantic bleaching // Proceedings of the 14th annual meeting of the Berkeley Linguistics Society: General session and parasession on grammaticalization. Berkeley: University of California, 1988. P. 389–405.
12. Hopper P.J. On some principles of grammaticization // Approaches to grammaticalization / Ed. by E.C. Traugott, B. Heine. Amsterdam: John Benjamins, 1991. Vol. 1 (Typological
studies in language: Vol. 19). P. 17–37.
13. Heine B. On the role of context in grammaticalization // New reflections on grammaticalization / Ed. by I. Wischer, G. Diewald. Amsterdam: John Benjamins, 2002 (Typological Studies
in language; Vol. 49). P. 83–101.
14. Bybee J.L., Perkins R., Pagliuca W. The evolution of grammar: Tense, aspect and modality in the languages of the world. Chicago: University of Chicago Press, 1994. 398 р.
15. Арутюнова Н.Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры / Под ред. Н.Д. Арутюновой. М., 1990. С. 5–32.
16. Уфимцева А.А. Типы словесных знаков. М., 1974. 206 с.
17. Öhlschläger G. Zur Syntax und Semantik der Modalverben des Deutschen. Tübingen:
Niemeyer, 1989. 270 s.
18. Горбачевич К.С. Вариантность слов и языковая норма. На материале современного
русского языка. Л., 1988. С. 285.
Источники и принятые сокращения
1. N.B. I / N.B. II. – Notker der Deutsche. Boethius de consolatione philosophiae I und II //
Notkers des Deutschen Werke. Nach den Handschriften. Neu hrsg. von E.H. Sehrt und Taylor
Strack. Bd. I. Heft I. Boethius de consolatione philosophiae I und II. Halle/Saale: Niemeyer,
1933. 136 s.
2. N.B. III. – Notker der Deutsche. Boethius de consolatione philosophiae III // Notkers des
Deutschen Werke. Nach den Handschriften. Neu hrsg. von E.H. Sehrt und Taylor Strack. Bd. I.
Heft II. Boethius de consolatione philosophiae III. Halle/Saale: Niemeyer, 1933. S. 137–244.
3. N. Ps. – Notker der Deutsche. Psalmus I – L // Notkers des Deutschen Werke. Nach den
Handschriften. Neu hrsg. von E.H. Sehrt und Taylor Strack. Bd. III. Teil I. Der Psalter. Halle/Saale: Niemeyer, 1952. S. 1–335.
4. O. – Otfrids Evangelienbuch. Hrgs. von O. Erdmann. Tübingen, 1973. 493 s.
5. T. – Tatian. Lateinisch und altdeutsch mit ausführlichem Glossar. Hrgs. von E. Sievers.
Paderborn, 1966. 518 s.
ON THE MODAL FUNCTIONS OF PRETERITE-PRESENT VERBS IN OLD HIGH
GERMAN
Zhukova N.S., Babakina T.N.
Summary. The article deals with the semantics of preterite-present verbs in Old High German;
their modal meanings are specified and the tendency surfacing already in the language system to
switch the functions of expressing internal modality from grammatical means, i.e. moods, to
lexico-grammatical ones, i.e. preterite-present verbs, is defined. To explain this process of decategorization the contexts determining the shifts of verbal semantics are analyzed and the
mechanisms of the development of the corresponding modal meanings are revealed.
Key words: internal modality; preterite-present verbs; optative; imperative; context-induced
reinterpretation; bridging context; switch context.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
42
Е.В. Капелюшник
УДК 811.161.1
ОТРАЖЕНИЕ ДИНАМИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ ПРИГОТОВЛЕНИЯ
И ПОГЛОЩЕНИЯ ПИЩИ В СЕМАНТИКЕ ОБРАЗНЫХ СРЕДСТВ
РУССКОГО ЯЗЫКА
Е.В. Капелюшник
Аннотация. В рамках концепции образного строя языка описывается лексико-фразеологическое поле «ЕДА/ПИЩА», эксплицирующее систему кулинарных образов в русском языке. Структура поля детерминирована представлением развертывающегося во времени сценария приготовления и поглощения пищи, каждый элемент которого участвует в процессе метафоризации.
Ключевые слова: образное лексико-фразеологическое поле; динамическая
когнитивная модель; культурный образ.
Еда является важнейшей витальной потребностью человека. Она не
только питает и поддерживает физическое существование человека, но и
оказывает влияние на его дух, привычки, межличностные отношения в обществе. Кулинария как одна из самых древних и понятных сфер жизни человека становится частью национальной культуры и как элемент национальной культуры носит символический характер. Кулинария в целом и
отдельные ее части могут рассматриваться как основа концептуализации
мира, как один из важнейших этнических модулей, посредством которого
люди выстраивают свой национально-специфический образ мира [1–3].
Концептуальная сфера «ЕДА» задействована в образном метафорическом отражении действительности [4, 5]. Комплексное описание максимально полного лексико-фразеологического фонда образных средств
современного русского языка, реализующих в качестве образного основания понятия из концептуальной сферы «ЕДА», позволяет целостно представить фрагмент русской языковой картины мира, связанный с образным
переосмыслением исходного базового концепта «ЕДА/ПИЩА».
Данное исследование проведено в рамках концепции образного
строя языка, сочетающей системно-структурный, когнитивный и лингвокультурологический подходы к описанию системы образных представлений, метафорически реализованных в лексико-фразеологических единицах языка [6].
Анализ кулинарных образов – источника метафорической номинации для явлений других концептуальных сфер, осуществлен методом построения образного лексико-фразеологического поля. В современной
лингвистике под семантическим полем понимается совокупность языковых единиц, объединенных общностью содержания и отражающих понятийное, предметное или функциональное сходство обозначаемых явлений
[7–10].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Отражение динамической модели приготовления и поглощения пищи
43
Моделируемая полевая структура представляет собой сложное образование, состоящее из нескольких микрополей. Поле «ЕДА/ПИЩА»
можно обозначить как макрополе в силу множественности входящих в
него единиц, образующих относительно самостоятельные полевые образования, каждое из которых имеет свою структуру. Структура поля
«ЕДА/ПИЩА» как комплексной языковой единицы изоморфна концептуальной структуре сферы «ЕДА», которая может быть представлена как
совокупность ситуаций, связанных с приготовлением и поглощением пищи. Сложная структура поля детерминирована представлением развертывающегося во времени сценария приготовления и поглощения пищи, каждый элемент которого участвует в процессе метафоризации. Сценарий
содержит последовательность событий, включающих мотив (желание,
потребность, намерение, просьба) как начало цепочки событий, процесс
приготовления пищи, процесс поглощения пищи и завершающихся состоянием удовлетворения/неудовлетворения исходных потребностей.
Сценарием определяются участники событий, их социальные роли (голодный, едок, кулинар, кормилец), орудия, используемые участниками
кухонные принадлежности, место действия (кухня).
Обратимся к примерам контекстного словоупотребления образных
лексических средств, участвующих в представлении сценария приготовления и поглощения пищи. В качестве иллюстративного материала в статье
использованы данные из «Национального корпуса русского языка» [11].
Отправной точкой развития сценария является мотив – физиологическая потребность в еде и питье, от удовлетворения которой зависит жизнеспособность организма. Мотив выражается как чувство голода, потребность
в еде, желание поесть, вызванное аппетитным видом и запахом кулинарного
блюда, просьба к кому-нибудь с целью получить еду. Представление о данной физиологической потребности реализуется в значении следующих образных единиц по принципу аналогии: голод 'потребность в чем-л., подобная
желанию есть', изголодаться 'почувствовать недостаток чего-л., подобный
потребности в еде', жажда 'острый недостаток чего-л., подобный желанию
пить', жаждать 'испытывать острый недостаток чего-н., подобный жажде'
(А можно моего сына показать? – спросил Кямал, и его лицо мгновенно осунулось. Глаза стали голодными. Сын – вот его непреходящий душевный голод. Токарева); аппетитный 'вызывающий желание получить внешне привлекательный, заманчивый, соблазнительный объект', аппетит 'потребность, желание в чем-л., подобное желанию поесть' (А цена просто замечательная, можно сказать – самая аппетитная. Некрасов, Колодочкин);
просить каши 'быть разорванным со стороны носка; об обуви, которая износилась до дыр и как будто открывает рот, чтобы поесть' (Так вот этот
красавец ходил в башмаках, которые «просили каши», и он перевязывал их
веревкой, чтобы они не развалились. Архипова).
Сценарий предполагает наличие участника – голодного человека
(S1), нуждающегося в удовлетворении потребности в еде и питье. Он ха-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
44
Е.В. Капелюшник
рактеризуется наличием определенных предпочтений в пище. Данные
представления легли в основу образного именования целого ряда различных явлений жизни из области социального поведения человека. Например,
всеядность 'нравственная неразборчивость в чем-л., подобная нетребовательности в определенном виде пищи' (Наш народ всеяден, но мне больше
нравится мой зритель, который понимает глубинный смысл наших взаимоотношений. Задорнов); гурман 'любитель и ценитель изысканности в
чем-л.' (Что-что, а пропустить его «Калькверка» по произведению Томаса
Бернхарда, поставленного в краковском Старом театре, для театрального гурмана не представляется возможным. Вольгуст).
Мотив предполагает дальнейшее развитие сценария. Для удовлетворения своей потребности субъекту необходимо получить готовый к
употреблению продукт, т.е. перейти к ситуации поглощения пищи (сокращенный сценарий), или принять участие, активное или пассивное, в
приготовлении блюда (полный сценарий). Рассмотрим полный сценарий
приготовления и поглощения пищи.
Ситуация приготовления пищи включает множество процессов механической и термической обработки продуктов питания. Глаголы обработки
пищи описывают значимую прототипическую ситуацию действительности,
поскольку приготовление пищи является одной из самых древних отраслей
человеческой деятельности. Лексические единицы со значением обработки
пищи являются востребованными в процессах образной номинации. Например, подсолить 'сделать кому-л. неприятность', мариновать 'намеренно задерживать кого-н., откладывать надолго решение, исполнение чего-н.', обстряпать 'обмануть, провести кого-н.', консервировать 'временно приостанавливать развитие, деятельность чего-н.', подмаслить 'дать кому-н. взятку',
шпиговать 'снабжать в изобилии какими-л. сведениями, знаниями', процедить 'произнести медленно и небрежно, невнятно' и др. (А может, просто
хотел по-тихому обстряпать черное дело. Донцова; Да нет, просто сказала: «К тебе завтра придет моя сестра, у нее дело, прими побыстрей, не маринуй в приемной». Донцова). Анализ процессов семантических преобразований, лежащих в основе формирования данного фрагмента комплексного
сценария приготовления и поглощения пищи, демонстрирует высокий когнитивный потенциал этого микрополя. С помощью представления внеязыковой ситуации обработки пищи моделируется видение других ситуаций действительности, связанных с жизнедеятельностью человека:
1) физическое и эмоциональное состояние: вскипеть 'прийти в раздражённое состояние' (Тут уж я не выдержал, вскипел, взорвался, сказал
редактору нечто, идущее от сердца, и хлопнул дверью. Мильчин); небо
коптить 'жить праздно, не занимаясь никаким полезным делом' (Мы теперь своим не кормильцы, незачем и небо коптить. Иванов);
2) физическое и эмоциональное воздействие: допечь кого 'измучить,
довести до крайности чем-н. неприятным, тяжёлым' (Он такой славный,
хотя и допек уже всех своей гидрологией. Тронина); замешать кого
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Отражение динамической модели приготовления и поглощения пищи
45
'вовлечь в предосудительное дело, в преступление' (Особенно не хотел
вмешивать в такие дела отца – слишком он несдержанный человек и
открытый. Гранин); крошить 'истреблять' (Глебов слушал почтительно,
представляя себе, какие сечи гремели, какие авторитеты крошились,
какие книги выбрасывались за борт в кипящее море, и крепенький, толстый старичок с румяными щёчками казался ему богатырём и рубакой,
Ерусланом Лазаревичем. Трифонов);
3) ментальные процессы: голова (котелок) варит 'хорошо соображает' (Если голова варит, ею можно сделать прорву дел… Быков);
4) речевая деятельность: молоть 'говорить глупости, ерунду' (Моргуниха молола языком, за ней повторяли. Екимов).
Приготовление пищи предполагает, что этот процесс осуществляется
кулинаром (S2), который может быть равен субъекту поглощения пищи
(S1), если удовлетворяет свои потребности. Сложившееся представление о
характере работы, которую выполняет кулинар, формирует ассоциативный
план образного уподобления. Например, образы мясника, кашевара часто
используются для передачи негативной оценки действий человека: кашевар 'человек, не имеющий представления о том, как правильно что-то делать' (И ко всему написанному и прочитанному надо относиться именно
так: кашевар, на старости взявшийся за перо. Азальский). В основе уподобления лежит представление о достаточно простой, незатейливой, нехитрой работе, которую может выполнить практически каждый человек (приготовить кашу), в сравнении с другой деятельностью, требующей высокого
профессионализма. Оценка деятельности мясника как грубой и достаточно
жестокой, нечеловечной становится основанием для образного переосмысления при обозначении, например, профессиональной деятельности врача:
мясник 'грубый, бездушный, нечуткий человек' (Вы подумайте, тот мясник, кто меня оперировал, даже не появился! Грекова).
Комплексным сценарием развития действия предопределяется наличие места и оборудования, необходимых для приготовления пищи и
подачи блюда к столу. Любовь к разговорам на кухне, где обсуждается
самое наболевшее и злободневное, приводит к тому, что кухня становится
не только местом приготовления пищи телесной, но и тем «котлом», в
котором «варятся» идеи. Интимность этих бесед переосмысляется как таинственность, скрытость от посторонних глаз, внутренняя сущность какого-либо процесса: кухня 'скрытая сторона какой-н. деятельности, чьих-н.
действий' (Но – прошли века – стала утончённее, скрытнее кухня власти. Крупин). Форма, внешний вид, функциональная принадлежность
кухонной утвари, включая предметы далекого прошлого (жернов, горшок,
чаша), а также кухонные принадлежности, свойственные веку современному (миксер, штопор), выступают в качестве мотивирующего основания
при обозначении различных предметов и явлений окружающей жизни.
Так, например, наличие мелких отверстий для отцеживания жидкости у дуршлага лежит в основе уподобления какого-либо предмета, имею-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
46
Е.В. Капелюшник
щего множественные отверстия, появившиеся по той или иной причине,
дуршлагу (Пока доехали до Москвы, нахватали в колеса столько гвоздей... Камеры превратились в дуршлаг. Грозмани). Форма бутылки, а
именно наличие узкого горлышка, также выступает основанием для образного переосмысления (Поворот к ТЦ «Мега» – лишь одно из бутылочных горлышек МКАД. Будкин, Колодочкин). Сравнение миксера и
какого-нибудь объекта происходит на основе сходства стремительности и
хаотичности движения ингредиентов внутри резервуара (Вечером в воскресенье все Шереметьево гудело, шумело, перекликалось на разные голоса; люди крутились в его стеклянном резервуаре стремительно, как в
миксере. Берсенева).
Образному переосмыслению подвергаются представления о цвете,
форме, вкусе и других свойствах исходных продуктов питания, из которых будут приготовлены посредством определенных действий блюда или
которые можно употреблять в пищу без какой-либо кулинарной обработки, а также готовых блюд. Образные единицы как огурчик 'о здоровом,
крепком, свежо выглядящем человеке', лепешка 'о предметах, по форме
похожих на диск', лимонный 'о светло-желтом цвете, похожем на цвет
лимона', грушевидный 'о чем-л. в форме груши', мучнистый 'о чем-л.,
имеющем блеклый вид, как будто содержащем в своем составе муку', как
по маслу 'о чем-н., происходящем без затруднений, легко, подобно движению по масляной поверхности' и подобные могут использоваться для
характеристики предметов и явлений из других концептуальных сфер
(Далее церемония пошла как по маслу в соответствии с тогдашним
кремлевским протоколом. Грищенко).
Образные единицы проецируются на сферу человеческой жизни, ассоциируются с проявлением жизнедеятельности человека. Например, используются для описания внешности человека: Нос у парня покраснел, как помидор. Лиханов; Валька-ворона же увидела немую сцену – Чума-Игорек, взявший старика за воротник, и тётка с головой, как тыква, которая этого
деда схватила сзади. Петрушевская; Я так и видела его солидное, мучнистое, картофельное лицо, просторные уши, зачёс поперек плеши. Грекова;
Эльфрида погрозила Иоганну толстым, похожим на молочную сосиску
пальцем. Кожевников. В основе уподобления лежит внешний признак: форма, размер, цвет кулинарного продукта. При этом необходимо отметить, что
количество образных сравнений, возникающих на основе лексем, входящих
в состав данного микрополя, постоянно растет. Наименования привычных,
ежедневных кулинарных блюд и продуктов, их свойства и характер приготовления (легкость и незамысловатость) становятся источниками образных
характеристик. Например, как омлет 'делать что-то быстро и без особых
затрат' (Я диву даюсь, когда халтурщики варганят песню, как омлет. Это
огромный труд, а они думают, что это легко. Смирнова), как макаронина
'о чем-л., имеющем тонкую длинную форму' (Забыть Феденьку невозможно.
Карикатурно вытянут в длину, как макаронина. Боссарт).
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Отражение динамической модели приготовления и поглощения пищи
47
Обобщенный образ готовящегося блюда – стряпня, варево – несмотря на высокую утилитарную значимость, в силу своих внешних характеристик (смешанность ингредиентов, бесформенность, вязкость и т.д.)
часто связан с отрицательными эмоционально-оценочными коннотациями.
Так, образ кипящего в котле варева с бурлящими в нем ингредиентами проецируется на сложные межличностные отношения (Юра думал, что этого
не будет больше никогда, что, уехав на Сахалин, оборвав все нити, связывающие его с прежней жизнью, с Москвой, он поставил надежный заслон
перед этим котлом, в котором как варево кипят отношения, для него невозможные. Берсенева) или накладывается на социальные взаимоотношения, пронизанные жесткой конкурентной борьбой (Но сегодня в результате бешеной конкуренции между владельцами телеканалов «кухня» приготовления информационного варева приоткрылась, и из нее вырываются
зловонные пары от тех продуктов, которыми нас потчуют телетехнологи. Миронова). А образ стряпни, из-за повседневности, рутинности, привычности этого действия, задействован при характеристике чего-то наскоро, грубо, неискусно сделанного (Да ты сам взял бы какую книжку с полки,
да почитал бы дедову стряпню, хе-хе-хе… Аверченко).
Оценка качества пищи становится основой формирования отношения к различным явлениям действительности. Достаточно вспомнить, как
дети тянут предметы в рот: познают мир, пробуя его. Мир становится понятным, приятным, естественным, удобным, заманчивым, если мы оцениваем его как съедобный (Звуки, пройдя через их единство – как пар через
правильно помолотый кофе и бумажный фильтр, – понятной, съедобной
мелодией добирались до ушей Суреныча. Новикова), удобоваримый (Лизавета судорожно придумывала более или менее удобоваримую версию.
Баконина), лакомый кусочек (Для ИT-бизнеса эта программа особо интересна: госзаказ – лакомый кусок для любой компании. Кулаков).
Включается в процесс метафоризации и процесс подачи блюда к столу. Например, на закуску 'под конец, в заключение' (Так нет же, вместо того, чтобы жить тихо и мирно, без всяких неприятностей, сдав валюту и
камни, этот корыстный болван добился вcё-таки того, что разоблачён при
всех и на закуску нажил крупнейшую семейную неприятность. Булгаков).
Необходимым атрибутом этого процесса является скатерть. Путь без преград
уподобляется ровной, гладкой поверхности скатерти (Стоило мне закрыть
глаза, и Финский залив развернулся, как скатерть, наброшенная Господом
на землю. Ефремов). Мечты о легкой жизни нашли свое отражение в выражениях на блюдечке/на блюдечке с голубой каёмочкой 'о получении
чего-н. без затраты труда, усилий' (В офисе компьютер изъяли, а там информация по сокрытым налогам как на блюдечке. Данилюк).
Представление о процессе поглощения пищи с учетом возможных
вариантов этого действия также задействовано в образном метафорическом
отражении действительности. Ф. Перл, основатель гештальт-подхода в
психотерапии, указывал на структурную связь между переживаниями на
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
48
Е.В. Капелюшник
сомато-вегетативном уровне при поедании пищи и переживаниями при использовании метафоры поедания в символическом смысле, когда человек
использует для описания своего жизненного опыта метафору съедания. Исследователь пишет о параллельности физических и психических процессов
и считает, что человек усваивает информацию о внешнем мире так же, как
он усваивает пищу, поступающую из внешней среды в организм [12.
С. 257]. Представление о физиологическом процессе поглощения пищи лежит в основе образного содержания метафор: глотать 'принимать молча
(что-н. обидное)', разжевать 'разъяснить, растолковать до мелочей, до
полного упрощения', переваривать 'думать, осмысливать', съесть
'выслушать, безропотно снести что-л. обидное, оскорбительное', впитать
'принять что-л. как свое собственное' (Сказал Наташке, что полюбил другую и прошу развод, – она молча это съела. Маринина. Да и нельзя было
выжить, не научившись молча глотать ложь, лившуюся со страниц газет, в передачах радио, со всех трибун… Качурин, Шнеерсон).
Питание как физиологический процесс, без которого невозможно само существование человека, как и всего живого на Земле, несет в себе и
разрушительную силу, становится метафорой разрушения, выражением
деконструктивных процессов, связанных с внешним и внутренним миром
человека. Нас поедает само бытие, время уничтожает жизненные силы человека: выесть 'уничтожить, разрушить изнутри' (А у меня уже и самолюбия авторского не осталось. Все старость проклятая выела. Аверченко).
На уровне межличностных отношений жизнь воспринимается как постоянная борьба за выживание, где слабый будет «съеден» более сильным, властным: есть 'попрекать, бранить, морально уничтожать кого-н.', взъесться
'невзлюбив, рассердившись или раздражившись, начать упрекать, обвинять,
бранить кого-н.', едкий 'язвительный, колкий (о характере, словах)', уесть
'уязвить замечанием, репликой' (Крестьяне 70-х любили уесть городских,
что те про деревню только и знают, что спереди у коровы рога, а сзади
вымя. Горелов). Кулинарные образы с семантикой поглощения используются для передачи негативного эмоционального состояния человека, вызванного «внутренними раздражителями» (мысли, чувства, эмоции, образы,
воспоминания и т.д.); нас гложут страсти, поедают сомнения, грызет совесть: пожирать 'поглощать, завладевать, захватывать целиком', тоска
заела 'о том, кто постоянно в тоске, тоскует' (Но сейчас он был влюблен без
ума и пожираем ревностью… Тарасов).
Образному переосмыслению подвергаются и то чувство, которое
испытывает человек во время еды: смаковать 'делать, рассказывать, переживать что-н., испытывая особенное удовольствие' (Снятый Блоцким
репортаж смаковали в большинстве информационных и аналитических
программ… Горькая), и особенности самого процесса поглощения пищи:
обсосать 'подробно рассказать о чём-н., изучить, рассмотреть' (Ты себе
выдумала историю и обсасываешь ее со всех сторон. Устинова), и даже
звуковое описание этого процесса; чавкать 'при воздействии на что-л.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Отражение динамической модели приготовления и поглощения пищи
49
вязкое, жидкое, издавать звук, подобный тому, который производится губами во время еды' (Девочке не хотелось домой к бормочущей, ничего не
понимающей матери, не хотелось и к матери прежней, с толстыми руками, которые чавкают в фарше, поблескивая жирным золотым кольцом. Славникова).
В образных единицах, зафиксировавших представление о человеке,
поглощающем пищу, – дармоед, буквоед, сердцеед, прихлебатель, пенкосниматель, лизоблюд, пожиратель, кровопийца, нахлебник – отразились национальная психология, этические и моральные установки народа в оценке качеств и поведения человека. Так, например, образ, связанный с ситуацией доедания за кем-либо, нашел отражение в образной
единице прихлебатель 'льстец, стремящийся пожить за чужой счет, как
бы «прихлебывает из чужой тарелки»' (Но его окружение, где ошивается
масса вороватых прихлебателей, возненавидело меня немедленно при появлении рядом с ним. Тарасов). Представление о жестоком человеке образно переосмысливается через метафорически выраженный процесс питья крови, который как будто бы совершает называемый субъект: кровопийца 'жестокий, безжалостный человек, который как бы «пьет кровь»'
(И судя по газетам и телевидению, у Геращенко имидж кровопийцы,
мечтающего изымать деньги из карманов трудящихся. Кио).
Как вариант развития модели приготовления и поглощения пищи
можно рассматривать ситуацию кормления 'давать кому-л. еду'. Среди
объектов, на которые направлено действие, невзрослые или недееспособные люди. Представление о пассивной роли едока, поглощающего то, что
ему предлагают, становится основанием для образного переосмысления.
Так, в значении образной единицы выкормыш 'о низком, подлом человеке, которого как будто выкормили для выполнения определенной работы'
отразилось презрительное отношение к несамостоятельным в своих мыслях и действиях людям, живущим по указке «кормильца» (Над всеми царит Петров – фаворит правящего в Ленинграде наместника, его дитя,
его выкормыш, увешанный знаками отличия. Свиридов).
Целью непосредственного приготовления и поглощения пищи является достижение состояния сытости как результата удовлетворения исходной потребности голодного субъекта. Данный фрагмент комплексного
сценария также участвует в процессах метафоризации действительности.
Процессы, протекающие в психической, ментальной и социальной жизнедеятельности человека, образно именуются через уподобление физиологическому процессу, связанному с состоянием сытости: сыт по горло 'о
том, чего слишком много', досыта 'вдоволь, до удовлетворения', пресыщенный 'получить что-н. или насладиться чем-н. до полного удовлетворения, сверх меры', ненасытный 'такой, который невозможно
удовлетворить', насытить 'наполнить в большом количестве, до предела'
(Сейчас досыта набегаться с ребятами – вот сладость жизни, и она от
него никуда не уйдёт. Искандер. К губителям России в полной мере мож-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
50
Е.В. Капелюшник
но причислить ненасытных, алчных богачей, чье личное состояние достигает миллиардов долларов. Уверен в победе).
Таким образом, кулинарная лексика в своем образном функционировании формирует значительный метафорический фрагмент национальной картины мира. Образные кулинарные единицы русского языка структурируются как лексико-фразеологическое поле «ЕДА/ПИЩА» и системой своих значений отражают комплексный сценарий, включающий процессы приготовления и поглощения пищи. Представленная в статье модель образного лексико-фразеологического поля позволяет целостно
представить фрагмент действительности, связанный со сферой «ЕДА»,
послужившей источником метафорической интерпретации различных
сфер действительности и средством метафорической характеристики человека и его свойств с точки зрения носителя русского языка.
Литература
1. Банкова Т.Б. Кулинарный код сибирских семейных обрядов: объективация в языке
// Вестник Томского государственного университета: Бюл. операт. науч. информ. «Обрядовое слово как языковой и культурный феномен: статус и региональная специфика».
2006. № 112. С. 20–33.
2. Березович Е.Л. Язык и традиционная культура. М.: Индрик, 2007. 600 с.
3. Ковшова М.Л. Семантика и прагматика фразеологизмов (лингвокультурологический
аспект): Автореф. дис. … д-ра филол. наук. М., 2009. 48 с.
4. Юрина Е.А. Лексико-фразеологическое поле кулинарных образов в русском и
итальянском языках // Язык и культура. 2008. № 3. С. 83–93.
5. Капелюшник Е.В. «СЛАДКОЕ» в кулинарном коде культуры (на материале лексики
образного семантического поля ЕДА/ПИЩА) // Язык – Текст – Дискурс: традиции и новации. Самара, 2009. С. 107–114.
6. Юрина Е.А. Образный строй языка. Томск: Изд-во Том. ун-та, 2005. 156 с.
7. Гусева А.Е. Основные этапы методики лингвистического моделирования лексикофразеологического поля // Проблемы филологии, лингводидактики и межкультурной коммуникации: Межвуз. сб. науч. тр. М.: МГПУ, 2003. Вып. 5. С. 20–26.
8. Зиновьева Е.И. Понятие «поле» в лингвометодических исследованиях // XXXII Международная филологическая конференция. 2003. Вып. 15. С. 108–112.
9. Кобозева И.М. Лингвистическая семантика: Учеб. М.: Эдиториал УРСС, 2000. 352 с.
10. Шабанова В.П. Лингвокогнитивное моделирование и лексикографическое описание лексико-фразеологического поля «Проявление эмоций» (на материале современного
немецкого языка): Дис. … канд. филол. наук. М., 2004. 187 с.
11. Национальный корпус русского языка. URL: http://www.ruscorpora.ru
12. Перл Ф. Практикум по гештальт-терапии. М.: Ин-т общегуманит. исследований,
1993. Вып. 1. 469 с.
THE REFLECTION OF DYNAMIC MODEL OF COOKING AND ABSORPTION IN
THE SEMANTICS OF IMAGE MEANS IN THE RUSSIAN LANQUAQE
Kapelyushnick E.V.
Summary. The article vithin the frame works of the image (graphic) structure of the language describes a lexical-phraseological field «MEAL/FOOD», which reveals the system of culinary images in
the Russian language. The structure of the field is determined by the presentation of the scenario of
food cooking and absorption, every element of which takes part in the process of metaphorisation.
Key words: image lexical-phraseological field; dynamic model; cultural image.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Спанглиш» как явление языковой межкультурной коммуникации
51
УДК 81'25
«СПАНГЛИШ» КАК ЯВЛЕНИЕ
ЯЗЫКОВОЙ МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОММУНИКАЦИИ
В.С. Масляков
Аннотация. Анализируется «спанглиш» как явление массового проникновения английского языка в речь испаноязычных иммигрантов в США; выявляются его характерные особенности на фоне англицизмов в испанском
языке.
Ключевые слова: культура; «спанглиш»; США; заимствование; англицизм; иммиграция; коммуникация.
Изучение английского и испанского языков требует от студентов
знания многих явлений социальной лингвистики, в особенности таких, которые происходят на стыке двух культур и проявляются во взаимопроникновении языков. В этой связи представляют интерес положение испанского
языка в США и межъязыковые отношения в американском обществе.
В ХХ в., вследствие бурного экономического и научно-технического развития англоязычных стран, а затем в результате глобальной
экспансии массовой культуры США, проводимой с помощью кинематографа, радио и телевидения, шоу-спектаклей, газетно-журнальных изданий, переводной приключенческой, эротической и другой литературы,
комиксов, а также через товары широкого потребления и их рекламу, английская лексика широко проникала в испанский язык, как и в другие языки мира.
Королевская академия испанского языка постоянно борется за чистоту испанской речи от иноязычных заимствований, однако противостоять всё более усиливающемуся в последние десятилетия проникновению
англицизмов в связи со стремительным развитием средств массовой коммуникации, прежде всего Интернета и мобильного телефона, практически
не возможно. Значительному влиянию английского языка подвергаются
страны Латинской Америки, прежде всего Мексика.
По мнению профессора В.С. Виноградова, вторжение англицизмов
в испанскую речь «остаётся актуальной лингвистической проблемой,
которая в последнее время приобретает политический характер»
[1. C. 96–97].
Особенно сложной становится ситуация с испанским языком в
США, где, по последним статистическим данным за 2008 г., из 305 миллионов жителей страны испаноязычными являются более 45 миллионов,
т.е. почти каждый седьмой житель [2]. Стремительные темпы роста испаноязычного населения в США за счёт иммиграции из стран Латинской
Америки приводят к проявлению в этой стране повышенного интереса к
языку и культуре испаноязычных стран.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
52
В.С. Масляков
Показательным является заголовок на первой странице газеты
«USA today» от 9 мая 2001 г. «If you don’t speak Spanish, you might be left
behind». (Если вы не говорите по-испански, вы можете остаться позади.)
В нижеследующей статье журналистки Деборы Шарп высказывалось
мнение, что в США испанский язык перестал быть иностранным, и сообщалось, что в этой стране в последнее время разразился настоящий
бум в изучении испанского языка среди англоязычного населения, поскольку умение говорить по-испански становится скорее необходимостью, чем выбором: ценится при приёме на работу и помогает в дальнейшей карьере [3].
«Испанский язык в Соединённых Штатах, – сказал Джон Липски,
профессор Пенсильванского университета (США) в докладе на V Международном конгрессе испанского языка в Вальядолиде (Чили) – фактически выполняет роль второго языка (несмотря на усилия – настолько безобразные, насколько и неэффективные – учредить английский в качестве
единственного языка страны), и миллионы североамериканцев неиспанского происхождения выучили испанский язык из практических соображений: он им нужен по работе, в учёбе, в своих личных отношениях или
на территории, где они живут» [4].
Иммигранты же, в большинстве своём мексиканцы, кубинцы и пуэрториканцы, стремятся поселиться в регионах и кварталах, где проживают их земляки. Это привело к появлению общин, в которых можно
жить и трудиться, практически не прибегая к помощи английского языка.
Большинство общин сконцентрировано в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке,
Майами, Чикаго, Сан-Франциско, Хьюстоне и Далласе, причём в НьюЙорке проживает крупнейшая пуэрториканская диаспора, в Майами – кубинская, а в Чикаго – мексиканская.
В южных штатах (Нью-Мексико, Техас, Северная Калифорния и
Флорида) население говорит на испанском языке с тех пор, как в начале
XVII в. данная территория была завоёвана испанскими конкистадорами, а
в середине XIX в., после того как США оккупировали эти штаты, английский язык постепенно стал там доминировать.
Известный политолог С. Хантингтон, автор книги «Столкновение
цивилизаций», пишет, что большинство иммигрантов из стран Латинской
Америки являются выходцами из Мексики, они «снуют туда и обратно
между Калифорнией и Мексикой, имея при себе двойные удостоверения
личности» [5].
Как отмечает П. Бьюкaнaн в книге «Смерть Запада» [6], таких мексиканцев миллионы, они не желают изучать английский язык и не хотят
становиться гражданами США, предпочитая временное пребывание в
анклавах, напоминающих им родные места. В США они имеют собственные СМИ, предпочитают свою – испанскую – культуру и испанский язык
американской культуре и английскому языку и всё больше превращаются
«в нацию внутри нации». Компактные поселения мексиканских общин
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Спанглиш» как явление языковой межкультурной коммуникации
53
представляются П. Бьюкенену опасными из-за возможного возникновения на территории США этнического анклава, население которого в дальнейшем может потребовать признания «своей принадлежности к отдельной и уникальной испанской культуре» и права на особые отношения с
Мексикой. Переселение мексиканцев в США, принявшее, как утверждает
П. Бьюкaнaн, характер настоящего вторжения, опасно еще и потому, что в
Мексике не забывают о войне 1848 г., в результате которой США захватили половину территории Мексики. Поэтому, если не удастся ассимилировать мексиканских иммигрантов, США, по мнению С. Хантингтона,
рискуют превратиться «в расколотую страну со всеми предпосылками к
внутренним раздорам и разобщению» [5].
Еще более сложную проблему, считает П. Бьюкaнaн, представляет
собой нелегальная иммиграция, поддерживаемая властями Мексики, которые снабжают нарушителей границы необходимым запасом продовольствия, воды и медикаментов, а также адресами социальных служб в США,
заинтересованных в дешевой рабочей силе [6].
В связи со сложившейся демографической ситуацией, испанская
разговорная речь малограмотных иммигрантов из стран Латинской Америки претерпевает существенные изменения, обусловленные влиянием
английского.
Именно в Соединённых Штатах Америки смешение испанского и
английского языков привело к появлению языкового явления, получившего в испанском языке название espanglish и espanglés, а в английском
Spanglish, Chicano English и Mock Spanish [7]. Есть для этого явления и
жаргонные слова pocho, mocho, cubonics, tex-mex и angliparlá [3].
Cпанглиш называют третьим языком Нью-Йорка после английского
и испанского. На языке Сервантеса, в том числе и на спанглише, говорит
1 милиион 800 тысяч жителей этого города, что составляет 25% всех проживающих в Нью-Йорке. В этой связи король Испании Хуан Карлос I однажды сказал: «Нью-Йорк сегодня является одной из крупнейших столиц
испаноязычного мира» [8].
О происхождении слова «спанглиш» мнения расходятся. Одни считают, что оно родилось в разговорном языке недостаточно грамотной испаноязычной бедноты, слабо владеющей английским языком, другие же полагают, что слово создано лингвистами искусственно. Немало точек зрения
существует по поводу его значения: «смесь языков», «переходная форма
межъязыковой коммуникации», «язык XXI века», «диалект», «жаргон»,
«отклонение от языковой нормы», «насилие над языком», «унижение испанского языка», «бунт против английского языка», «вторжение английского языка», «продукт маркетинга», «бессмыслица» и т.д. [7].
На природу явления, называемого «спанглиш», существуют различные точки зрения. На коллоквиуме, состоявшемся весной 2001 г. в Институте им. Сервантеса в Нью-Йорке, президент Североамериканской академии испанского языка Одон Бетансос Паласиос назвал «спанглиш» урод-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
54
В.С. Масляков
ливой и извращённой смесью, временным средством общения, которое
исчезнет, как только новое испаноязычное поколение оценит благо билингвизма и будет серьёзно изучать оба языка, что необходимо для грамотного и культурного общения [9].
По мнению испаниста Хосе Кастро Роча, «спанглиш» – это «вид
жаргона, являющийся смесью английского и испанского, на котором говорят некоторые испаноязычные жители США»; «сумма взаимопроникновений двух языков, lingua franca, логически понятный процесс коммуникации между людьми, прибегающими к помощи чужого языка, поскольку не находят необходимых соответствий в своём». Кастро Роч также называет «спанглиш» всего лишь средством. «Назвать же его языком
или диалектом означает ввести его в одну категорию с креольскими языками, прошедшими естественный процесс переработки (как, например,
папиаменто, диалект о. Кюрасао), что было бы заблуждением. Ацтеки и
майя в Мексике говорят на смеси своих родных языков с испанским, однако мы не предлагаем придавать их речи статус языка и предлагать её
изучение в университетах» [10].
Профессор испанской и сравнительной литературы Йельского университета Роберто Гонсалес Эчеверрия считает, что «говорить на спанглише – это обесценивать испанский». По его словам, «спанглиш, являясь
гибридом испанского и английского языков, представляет серьёзную
опасность для испанской культуры и для успешной интеграции испаноязычного населения в американское общество» [12]. Выходцы из стран Латинской Америки в США, будучи малограмотными в обоих языках, примешивают к повседневной речи английские слова и конструкции в случаях, когда не в состоянии высказаться правильно ни на английском, ни на
испанском. Образованные же иммигранты пользуются английскими словами или калькируют идиоматические выражения в переводе на испанский язык, чтобы не выделяться из среды земляков. Например, фраза
¿Cómo puedo ayudarlo?, являясь буквальным переводом выражения How
can I help you?, не привычна для испанского слуха, так как употребляется
вместо общепринятой фразы ¿Qué desea? [11].
Преподаватель испанского языка в Амхерстском университете Айлан Ставанс, американец мексиканского происхождения, автор труда
«Спанглиш: Становление нового американского языка», охарактеризовал
«спанглиш» как новый язык, продукт творчества на стыке двух культур,
«вербальная встреча англосаксонской и испанской цивилизаций». По его
мнению, «мы являемся свидетелями рождения новой испаноговорящей
страны внутри США, и этот новый язык поможет межнациональному общению и взаимопониманию». Лингвист с сожалением отмечает, что «коекто в Испании не желает признавать “спанглиш” полноценным языком,
считая его промежуточным шагом между утратой испанского и внедрением английского. <...> На самом деле это яркое выражение взаимопроникновения культур. Уже публикуются романы, биографии и даже стихи на
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Спанглиш» как явление языковой межкультурной коммуникации
55
“спанглише”. Тексты на этом языке всё чаще встречаются в таких музыкальных жанрах, как рэп, хип-хоп, сальса и меренге» [12]. Кстати, Ставанс только что закончил перевод первой части бессмертного романа Мигеля Сервантеса «Дон Кихот» на «спанглиш», который начинается так: In
un placete de La Mancha of which nombre no quiero remembrearme, vivía,
not so long ago, uno de esos gentlemen who always tienen una lanza in the
rack, una buckler antigua, a skinny caballo y un greyhound para el chase
(В некоем селе Ла Манчи, название которого у меня нет охоты припоминать, не так давно жил-был один из тех дворян, у которых всегда есть на
полке копьё, древний щит, тощий конь и борзая для охоты) (цит. по: [4]).
На том же коллоквиуме в выступлении, демонстрирующем «спанглиш», представитель испаноязычных американцев Ф. Молинеро заявил:
«No se puede ningunear la realidad lingüística de los hispanos in this country.
Estamos ante una generación que no se pide disculpas for the language they
are using» (Невозможно отрицать языковую реальность испаноязычного
населения в этой стране. Перед нами новое поколение, которое не просит
извинения за язык, которым оно пользуется. – здесь и далее перевод мой. –
В.М.) [7]. Другой участник конференции Вилья назвал свой доклад
«A millennial reflection sobre la nueva reconquista» (Тысячелетнее размышление о новой реконкисте), начал его со следующего посвящения: «Se les
dedica este trabajo a todos mis alumnos que piensan que Spanglish is just
some street slang» (Посвящается моим ученикам, которые считают, что
спанглиш – это просто уличный жаргон), а закончил фразой, широко распространённой среди испаноязычного населения: «Ahí te guacheo», на манер английской фразы, употребляемой при расставании: «See you», где слово «guacheo» происходит от глагола «to watch» (цит. по: [3]).
Современное поколение вступило в эру Интернета, для которой характерно быстрое и безграничное распространение информации и контактов на любом языке. Сайты Интернета на испанском языке содержат огромное количество переводной информации, включающей английские слова и фразы. При этом предполагается, что, если читатель или слушатель
знает их на языке оригинала, то переводить необязательно.
Компьютерные журналы испаноговорящих стран, пропагандирующие и рекламирующие новые компьютерные технологии и Интернет, часто употребляют специальную английскую терминологию, время от времени вводя новые слова, когда у авторов не хватает испанских слов для
перевода. В случае сомнения относительно их правильного понимания,
английские термины сопровождаются ссылкой, поясняющей их значение.
В настоящее время новое поколение всех испаноязычных стран живёт в атмосфере аудиовизуальной культуры (кино, телевидение, Интернет). В результате англицизмы, а вместе с ними и «спанглиш», стали проникать в испанский язык широким фронтом, навязывая наиболее восприимчивой части молодёжи нормы американского образа жизни и вкусы
масскульта. В разговорной речи всё чаще можно услышать восклицания,
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
56
В.С. Масляков
заимствованные из английского языка, например «Oops!» (выражение
удивления или испуга) вместо испанского междометия «¡Uy!». Автор иронизирует, что скоро петухи в испаноговорящих странах кричать «Cock-adoodle-do!» вместо привычного «¡Quiquiriquí!», а собаки лаять «Woof!»
вместо «¡Guau!» [10]. Кстати, именно по той причине, что распространённое среди российской молодёжи шотландское восклицание восторга
«Wow!» звучит очень похоже на испанское междометие «¡Guau!», имитирующее собачий лай, оно не пользуется популярностью в Испании.
В телевизионных передачах США на испанском языке, направленных на всё западное полушарие, часто используются английские слова и
выражения, не усвоенные испанским языком в качестве англицизмов.
Рекламные объявления на испанском языке в средствах массовой информации, а также на улицах Нью-Йорка и других городов США пестрят
многочисленными ошибками. Тем не менее испанский язык американских СМИ «достаточно чист и характерен для культурной речи, с незначительными диалектными особенностями, что отражает языковую реальность США» [4].
В настоящее время в сфере американского шоу-бизнеса существует
стойкий потребительский спрос на популярные ритмы испаноязычных
стран, способствуя ещё большему распространению испанского языка и
его смешанного варианта.
В США появляются словари Spanglish-English и Spanglish-Español, в
университетах для «спанглиша» изучается как лингвистический феномен.
Академия испанского языка США бьёт тревогу по поводу распространения словарей и курсов «спанглиша» в Интернете и ведёт кампанию по
защите испанского и английского языков. О серьёзном подходе испанистов к «спанглишу» говорит факт проведения в апреле 2004 г. при Амхерстском университете (Массачусетс) международной конференции, посвящённой изучению этого языкового явления.
Автор «Лексикологии испанского языка» Е.В. Яковлева отмечает такие характерные «спанглишу» черты, как «распространение глагольной парадигмы испанского языка на английский язык, перевод устойчивых английских словосочетаний на испанский язык и т.д. Например, анлийское to ring
приобретает окончания – возникает нечто вроде глагола ringar, который
спрягается me ringó, ¿por qué no me ringaste? Такие формы начинают употребляться на юге США, в Майами и других территориях» [13. C. 184].
Рассмотрим «спанглиш» с точки зрения каналов проникновения в
испанский язык неологизмов-заимствований из английского языка. Под
термином «англицизм» обычно понимаются заимствования из английского языка: ассимилированные слова, неологизмы, семантические и синтаксические кальки и т.п.
Если за основу классификации принять степень их ассимилированности в испанском языке, как это предлагает профессор В.С. Виноградов
[1. С. 92–95], то можно выделить несколько их видов:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Спанглиш» как явление языковой межкультурной коммуникации
57
1. Англицизмы-семантические неологизмы, для которых характерен
перенос значения с английского слова на испанское. Например, в «спанглише» употребляются слова aplicación (от application) в значении «заявление» вместо solicitud, carpeta (от carpet) в значении «ковёр» вместо
tapiz, correr por (от to run for) в значении «выставлять кандидатуру» вместо presentar la candidatura, deliberar (от to deliver) в значении «доставить» вместо enviar. Это те самые слова, которые обычно называют
«ложными друзьями» переводчика. Данный способ проникновения английских заимствований уже знаком испанскому языку благодаря таким
словам, как congestión (от congestion) в значении «уличная пробка» вместо atascamiento circulatorio, convencional (от conventional) в значении
«обычный» вместо habitual, doble (от double) в значении «дублёр киноактёра» вместо suplente del actor, elevador (от elevator) в значении «лифт»
вместо ascensor, evento (от event) в значении «событие» вместо acontecimiento, modelo (от model) в значении «манекенщик» вместо maniquí,
panel (от panel) в значении «пульт» вместо tablero.
2. Ассимилированные англицизмы, полностью сохранившие английскую графику, но получившие испанское произношение, например
слова club, jersey, reactor, transistor. Внешняя форма этих заимствований
не противоречит испанским нормам, что позволило им беспрепятственно
войти в разряд испанских существительных ещё в XIX – середине ХХ вв.
3. Ассимилированные англицизмы, для которых характерна фонетическая и орфографическая адаптация путём транскрибирования. Например, в разговорном «спанглише» употребляются слова bildin (от building), boila (от boiler), brecas (от breaks), buche (от bush), chores (от shorts),
craca (от cracker), cuora (от quarter), guachimán (от watchman), güelfar (от
welfare), jaifai (от hi-fi), jaigüey (от highway), jamberga (от hamburger),
londri (от laundry), queque (от cake), trábol (от trouble). К ранее заимствованным словам этого вида, употребляемым в испаноязычных странах, относятся beisbol (от baseball), bistec (от beefsteak), bloc (от block), boicot (от
boycott), búngalo (от bungalow), dandi (от dandy), eslogan (от slogan), esmoquin (от smoking), esnob (от snob), estrès (от stress), fútbol (от football),
gol (от goal), líder (от leader), misil (от missile), mitin (от meeting), tenis (от
tennis), túnel (от tunnel), vagón (от wagon). Сюда же можно отнести англицизмы, находящиеся в стадии адаптации и имеющие две формы: неассимилированную и транскрибированную, например whiskey и güisqui, folklore и folclor, penalty и penalti, sweater и suéter.
4. Ассимилированные англицизмы, которые под влиянием испанских орфографических, морфологических и фонетических закономерностей видоизменили исконную графику и приобрели окончания, присущие
испанским существительным, прилагательным и глаголам. Например, в
«спанглише» употребляются слова chatear (от to chat), chopear (от to
shop), culear (от to cool), enjoyar (от to enjoy), estorma (от storm), frisar (от
to freeze), gasetería (от gas station), grocería (от grocery), liquear (от to
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
58
В.С. Масляков
leak), lonchear (от to lunch), marqueta (от market), parquear (от to park),
plomero (от plumber), printear (от to print), rapista (от rapist), rasear (от to
rush), rufo (от roof), safacón (от safe can), saramambiche (от son of a bitch),
suiche (от switch), taipear (от to type), tofe (от tough), troca (от truck), vacunar (от to vacuum), yarda (от yard). К этому же виду заимствований принадлежат уже существующие в испанском языке слова astronauta (от
astronaut), balasto (от ballast), boicotear (от to boycott), carro (от car),
chequear (от to check), cibernética (от cybernetics), computadora (от
computer), dictófono (от dictophone), dogo (от dog), filme (от film), filmar
(от to film), gongo (от gong), hamburguesa (от hamburger), helicóptero (от
helicopter), reporte (от report), reportero (от reporter), síndrome (от
syndrome), supersónico (от supersonic), tecnócrata (от technocrat), teletipo
(от teletype), tranvía (от tramway), turista (от tourist), yate (от yacht).
5. Неассимилированные англицизмы, полностью сохранившие английскую графику и фонетику, например bite, briefing, bestseller, bluff,
boom, camping, chat, clip, cocktail, detective, e-mail, hit, hobby, hockey, hot
dog, internet, jazz, jazz-band, jeans, jeep, kit, knock-out, know-how, match,
offset, offshore, offside, on line, penalty, rap, record, rock, show, stock,
sandwich, superstar, sweater, ticket, videocassette, water-polo, weekend,
western, whisky, в том числе экзотизмы cowboy, gangster, pudding, sheriff и
т.п. Эти заимствования, не укладывающиеся в испанскую морфологическую систему, обычно рассматриваются как существительные мужского
рода, а множественное число образуют по правилам английского языка.
Сюда же следует отнести английские слова и целые фразы, употребляемые в «спанглише», например liability (гражданская ответственность),
nice (славный), income tax (подоходный налог) и др.
6. Кальки фразеологических сочетаний, например jugársela frío (от
to play it cool), llamar pa’trás (от to call back), perro caliente (от hot dog),
viaje redondo (от round trip).
Говоря о способах проникновения англицизмов в испанский язык,
Кармен Сильва-Корвалан называет следующие виды, характерные для
«спанглиша»:
1. Гипергенерализация (сверхобобщение языковых форм), проявляющаяся в игнорировании исключений из основного правила. Например,
все существительные, оканчивающиеся на -а, приобретают женский род:
la problema, la sistema, la idioma; меняются и некоторые глагольные формы: tene вместо tiene, move вместо mueve, pudió вместо pudo.
2. Трансференция (перенос значения), т.е. употребление слов общей этимологии или с похожей графикой в испанском варианте в нужном
значении. Например, фраза servicio de registración de autos (служба регистрации автомобилей) содержит слово registración, которое употребляется вместо matriculación по аналогии с английским словом registration.
Во фразе asiguranzas $29 al mes (страховка $29 в месяц) слово asiguranzas
употребляется вместо seguros по аналогии с английским assurances. В ка-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Спанглиш» как явление языковой межкультурной коммуникации
59
честве других примеров можно привести следующие. Предложение Voy a
vacunar la carpeta употребляется вместо I’m going to vacuum the carpet
(Я собираюсь пылесосить ковёр), причём в испанских академических словарях vacunar означает «вакцинировать», а carpeta «папка».
3. Симплификация (упрощение), т.е. отступление от правил согласования времён в испанском языке. Например, в предложении Estamos
como fifteen years aquí (вместо Hemos estado como quince años aquí. – Мы
здесь уже около пятнадцати лет) Presente de Indicativo употребляется вместо Pretérito Perfecto Compuesto de Indicativo, а в предложении Se
comunicó con el police department a ver si tenían uno que estaba interesado
en ser teacher (вместо Se comunicó con la comisaría de policía a ver si
tenían uno que estuviera interesado en ser maestro. – Он связался с отделением полиции, чтобы узнать, нет ли у них кого-нибудь, кто бы заинтересовался стать учителем) Pretérito Imperfecto de Indicativo употребляется
вместо Pretérito Imperfecto de Subjuntivo.
4. Смена кода, т.е. смешение языков, а также изменение порядка
испанских слов. Вот несколько примеров: You got a mancha on your
camisa вместо Tienes una mancha en tu camisa (У тебя пятно на рубашке).
Другие примеры чередования: income tax service abierto todo el año вместо servicio del impuesto sobre la renta abierto todo el año (служба подоходного налога открыта весь год), número uno market вместо mercado número
uno (рынок номер один) [15].
С социально-исторической точки зрения «спанглиш» возник внутри
испаноговорящей диаспоры, сопротивляющейся процессу полной ассимиляции в обществе, где доминирует другая этническая группа.
С лингвистической точки зрения «спанглиш» в США имеет свои отличия
в зависимости от штата и города, что соответствует особенностям языка
того региона Латинской Америки, откуда прибывают иммигранты. Так, в
Сан-Антонио употребляется слово washatería (от to wash), а в Нью-Йорке
пользуются испанской транскрипцией londri (от laundry) вместо испанского lavandería (прачечная).
Заимствования, являющиеся в испанском языке экзотизмами, в
«спанглише» отражают окружающую действительность, как, например,
sheriff и income tax (подоходный налог). Сюда же можно отнести транскрипции jara в значении «полицейский» (от O’Hara, ирландской фамилии, часто встречающейся среди нью-йоркских полицейских), рartaim в
значении «работник неполного рабочего дня» (от part time) и cuora в значении «25 центов» (от quarter).
По мнению директора Института им. Сервантеса в Чикаго, профессора кафедры испанского языка Университета г. Алькала де Энарес (Испания) Франсиско Морено Фернандеса, вместо жарких споров о «спанглише», его следует серьёзно изучать. «Как можно объявлять лексику
“спанглиша” отвратительной, если даже испанские академические словари включают такое слово, как bisnes в испанской транскрипции?» [7].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
60
В.С. Масляков
Взаимопроникновение соседних языков, считает Морено Фернандес, является таким же нормальным явлением, как и употребление иностранных
слов и выражений в процессе изучения языка. «Сосуществование языков
порождает динамизм, компромисс, противоборство, а иногда приводит к
образованию разнообразных смешений… Будущее испанского и английского языков зависит от школы и телевидения. Люди будут пользоваться
в своей речи теми выразительными средствами, какие усвоят в школе, и
разговорными штампами, какие распространяют СМИ» [7]. Профессор
считает, что в условиях, когда внедрение испанского языка в общественную жизнь США усиливается, а его престиж повышается, «взаимообмен и
взаимодействие испанского и английского языков неизбежны: “спанглиш” будет существовать столько, сколько будет продолжаться совместное существование этих двух языков. Однако это не означает, что испанский превратится в другой язык (через тысячу лет может произойти всё,
что угодно) и что английский исчезнет с территории США» [7].
По мнению профессора Джона Липски, если не принять во внимание смену кода, а также говор тех, кто слабо знает один из двух языков, то
от «спанглиша» ничего не останется. Настало время для США обратить
серьёзное внимание на присутствие в стране испанского языка и «не считать почти 40 миллионов своих испаноязычных граждан всего лишь пассажирами на огромном неуправляемом плоту» [4].
Литература
1. Виноградов В.С. Лексикология испанского языка. М.: Высш. шк., 1994.
2. United States Census Bureau. Latest news releases. 28.08.2008. URL: http://
www.census.gov/main/popclock.html
3. Garrido Medina J. Hispano y español en Estados Unidos. II Congreso Internacional de la
Lengua Española. Valladolid, España, 2001. URL: http://www.cervantes.es/congresosdelalengua.es/default.htm
4. Lipski J.M. ¿Existe un dialecto estadounidense del español? V Congreso Internacional de
la Lengua Española. Valparaíso, Chile, 2010. URL: http://www.cervantestv.es/v_cile/
5. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций? // Полис. 1994. № 1. С. 33–48. URL:
http://www.archipelag.ru
6. Бьюканан П.Дж. Смерть Запада. М.: АСТ, 2003. URL: http://www.revolution.allbest.ru
7. Moreno Fernández F. Espanglish: la casa de cien puertas. CVC, Madrid, 2004. URL:
http://www.cervantes.es/v_cile/
8. Valenzuela J. El vigor del «spanglish». El País, Madrid, 16.12.2003. URL: http://
www.casadellibro.com/palabra
9. Betanzos Palacios O. El español en Estados Unidos: problemas y logros. II Congreso
Internacional de la Lengua Española. Valladolid, España, 2001. URL: http://www.cervantes.es/congresosdelalengua.es/default.htm
10. Castro Roig X. El ciberespanglish, el español comercial y el español neutro en la Red.
Second Seminar on the Transatlantic Dimension of the Spanish Language. Nueva York, 2001.
URL: http://www.spansig-apuntes.org
11. González Echeverría R. Hablar spanglish es devaluar el español. Clarín, 3.03.2004.
URL: http://www.casadellibro.com/palabra.html
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
«Спанглиш» как явление языковой межкультурной коммуникации
61
12. Stavans I. Impulsor del spanglish desafía a profesores, traductores y lingüistas. Second
Seminar on the Transatlantic Dimension of the Spanish Language. Nueva York, 2001. URL:
http://www.casadellibro.com/palabra
13. Яковлева Е.В. Лексикология испанского языка. СПб.: КАРО, 2007.
14. Silva-Corvalán C. Aspectos lingüísticos del español en Los Angeles. II Cogreso
Internacional de la Lengua Española. Valladolid, España, 2001. URL: http://www.cervantes.es/congresosdelalengua.es/default.htm
«SPANGLISH» AS A PHENOMENON OF LINGUISTIC INTERCULTURAL COMMUNICATION
Maslyakov V.S.
Summary. The present article is based on a number of recent publications in Spain and the USA
concerning «Spanglish» as a phenomenon of mass penetration of the English language into the
speech of Spanish-speaking immigrants in the USA as well as examines the main features of this
phenomenon against the background of Anglicisms in the English language.
Key words: culture; language; loan-word; Spanglish; the USA; Anglicism, immigration; communication.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
62
Д.Н. Мустафина
УДК 323:94(470)
ИСТОРИЧЕСКАЯ РЕТРОСПЕКТИВА РЕГУЛИРОВАНИЯ
ЯЗЫКОВЫХ ВОПРОСОВ В РЕСПУБЛИКЕ ТАТАРСТАН
Д.Н. Мустафина
Издание осуществлено при финансовой поддержке РГНФ,
грант 10-04-29409а/В.
Аннотация. Раскрываются основные этапы взаимодействия языков на территории Татарстана в историческом аспекте. Основное внимание уделено
взаимодействию татарского и русского языков как наиболее активно участвующих в формировании языковой картины Татарстана. Каждый этап характеризуется взаимодействием диглоссии и билингвизма. Более подробно
рассмотрена современная языковая политика Республики Татарстан.
Ключевые слова: двуязычие; взаимодействие; межнациональная коммуникация; статус языка; языковая политика.
Основными явлениями взаимодействия языков на территории Республики Татарстан (РТ) можно условно назвать явления диглоссии и билигвизма. Л.К. Байрамова [1] характеризует диглоссию как одновременное
существование в обществе двух языков, использующихся в разных функциональных сферах, один из которых имеет бóльший социальный статус,
чем другой. Билингвизм определяется ученым как попеременное употребление двух языков в пределах определенной социальной общности, характеризующейся культурным плюрализмом.
В определенные периоды развития двуязычия диглоссия и билингвизм могли существовать одновременно. Условно можно выделить несколько этапов развития явлений диглоссии и билингвизма в различные
периоды становления татарской нации и татарского государства в целом.
Начало диглоссной ситуации в Татарстане было положено в
XVI в., после присоединения Казанского ханства к Московской Руси
[1. С. 124]. Языковую ситуацию того периода можно охарактеризовать
как политическую диглоссию, ибо русский язык стал насаждаться правительством в качестве господствующего и социально престижного
языка [1. С. 126]. В целом языковая ситуация того периода характеризовалась отсутствием двуязычия как такового, татары не признавали за
русским языком роли более престижного языка, так как к тому времени
татарский язык сформировался как государственный язык, используемый в административно-дипломатической сфере, науке, литературе и
т.д. [1. С. 127]. Несмотря на насильственную христианизацию, навязывание русского языка как государственного, признания русского языка
как государственного не произошло. Более того, вся вторая половина
XVI и начало XVII вв. отмечены многочисленными выступлениями и
восстаниями татар за восстановление независимого государства. Они
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Историческая ретроспектива регулирования языковых вопросов в РТ
63
убедили правительство в бесперспективности христианизации и ассимиляции «инородцев» [2. С. 38].
Ситуация параллельного существования диглоссии и двуязычия
(билингвизма) формировалась в Татарстане на протяжении нескольких
веков [1. С. 127]. С усилением межнациональных контактов, торговли,
участия татар в различных государственных проектах в XVII в. начинает
формироваться двуязычная ситуация, т.е. и русские и татары почувствовали необходимость знания языка друг друга для неизбежного межнационального общения. При этом имело место как влияние русского языка на
татарский, так и наоборот.
Формирование капиталистических отношений в Среднем Поволжье
и Приуралье, становление национального самосознания татарского народа вызывали и изменения в духовной жизни татарского общества. Само
время диктовало изменение форм бытия: общения, обучения, воспитания.
Уже в первой половине XIX в. отмечаются высокий для того времени
уровень грамотности татарского народа, а также презрительное отношение к безграмотным, стремление обучить детей читать и писать. Книги
стали пользоваться спросом уже в начале XIX в., что говорило о готовности татар к светскому воспитанию. В 1758 г. в Казани открывается гимназия, в 1804 г. – университет для татарской молодежи, которая получала
образование в Средней Азии и на ближнем Востоке; открываются перспективы европиизированного образования на родине.
Обновления затрагивают язык и литературу. Появляются новые
жанры: роман, повесть. Рождаются драматургия, театр. На рубеже XIX–
XX вв. обновляется и средневековый литературный татарский язык,
трансформируясь в современный, доступный каждому [2. С. 41–42].
Этапом развития двуязычия без диглоссии можно назвать период
становления молодого Советского государства.
Формирование Татарской автономной советской социалистической
республики (ТАССР) в том ее статусе, в котором она просуществовала до
распада СССР, шло не просто. После революции все политические партии
России имели программы и планы решения в стране национального вопроса. Были варианты получения народами всех прав для развития национально-культурного наследия при сохранении неделимости России
(кадеты), предлагалось федеративное устройство путем создания областных республик (эсэры), существовал путь создания крупного централизованного государства с признанием прав народов на свободное самоопределение (социал-демократы) [3. С. 167]. Партией, пришедшей к власти,
оказалась партия большевиков, которые дали народам России обещание
обеспечить их свободное развитие. В «Декларации прав народов России»
провозглашались следующие принципы:
1. Равенство и суверенность народов России.
2. Право народов на свободное самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
64
Д.Н. Мустафина
3. Отмена всех и всяких национальных и национально-религиозных
привилегий и ограничений.
4. Свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России [4. С. 6].
В 1918 г. вышло постановление, дававшее право национальным
меньшинствам обучаться на родном языке. В самом начале строительства
молодого Советского государства, постановлением УК ТАССР русский и
татарский языки были признаны равноправными официальными языками
Татарстана. Но, как известно, так активно начатая работа по внедрению
национальных языков, в частности татарского языка в Татарстане, в различные сферы жизни была свернута в начале 1930-х гг.; следующий этап
характеризуется двуязычием и диглоссией. В этот период происходили
сдерживание развития функций татарского языка [1. С. 157], закрепление
за русским языком функции языка межнационального общения, осознание
его как «языка центра» [1. С. 158].
В последующие десятилетия задачей языковой политики было развитие национально-русского двуязычия. Эти явления, несомненно, имели
негативные последствия для татарского языка, шло постоянное сокращение числа татарских школ, поэтому татарский язык постепенно утрачивал
свои общественные функции [1. С. 162]. Выпускники татарских школ, не
владея достаточно хорошо русским языком, с трудом могли поступить в
вузы. Учеба в вузах была сопряжена с постоянным преодолением трудностей языкового барьера, так как обучение велось только на русском языке.
Динамика сокращения числа татарских школ сложилась таким образом,
что если в 1944/45 учебном году в ТАССР из 3 663 школ 1 791 была татарской, то к 1985 г. лишь 7–10% детей татар, преимущественно в сельской местности, учились в татарских школах, а в Казани осталась всего
одна татарская школа-интернат для детей из сельской местности
[1. С. 163]. Русское население республики в подавляющем большинстве
оставалось одноязычным. В результате к 1990-м гг. татарский язык практически не функционировал в общественно-политической сфере, сфере
материального производства, обслуживания и занимал второстепенное
значение в сфере массовых коммуникаций, в области информации, рекламы и т.д. Результатом одностороннего приобщения татар к русскому
языку (начиная с детского сада), как отмечает Л.К. Байрамова [1], явилось
то, что выросло целое поколение татарской интеллигенции, не владеющей
татарским языком или владеющей в рамках бытовой речи, утратившей
связь с духовной культурой предшествующих поколений.
Период, начиная с 1992 г., т.е. с момента принятия Закона РТ
«О языках народов РТ», который действует и в настоящее время, приобрел признаки двуязычия без диглоссии [1. С. 176]. Работа, которая ведется
в РТ по реализации закона о языках, программа по сохранению, изучению
и развитию языков народов Республики Татарстан дают шанс татарскому
языку на его полное восстановление и общественное функционирование.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Историческая ретроспектива регулирования языковых вопросов в РТ
65
Двустороннее двуязычие, являясь единственным путем демократичного
межнационального общения, в конечном итоге, должно стать естественным явлением развитого и прогрессивного татарстанского общества.
На современном этапе документами, регулирующими статус языков
в РТ, кроме федеральных законов, являются:
– Закон Республики Татарстан «О языках народов Республики Татарстан» (ноябрь 1992 г.);
– Закон Республики Татарстан «О внесении изменений и дополнений в Закон Республики Татарстан «О языках народов Республики Татарстан» (август 2004 г.);
– Государственная программа Республики Татарстан по сохранению, изучению и развитию языков народов Республики Татарстан до
2004 г. (июль 1994 г.);
– Государственная программа Республики Татарстан по сохранению, изучению и развитию языков народов Республики Татарстан до
2013 г. (июль 2004 г.).
Закон Республики Татарстан «О языках народов Республики Татарстан» провозгласил государственными языками РТ равноправные татарский и русский языки. Закон о языках дает гражданам республики право
на свободный выбор языка общения (ст. 8), обучения и воспитания (ст. 9),
провозглашая обучение родному языку гражданским долгом родителей
(ст. 9). Закон регулирует использование языков в сфере образования,
уравнивая объемы изучения татарского и русского языков в школе для
детей всех национальностей (ст. 10).
Согласно закону государство обязано создавать условия для научных исследований государственных языков РТ и других языков в соответствующих научно-исследовательских учреждениях и вузах и обеспечивать подготовку специалистов по государственным языкам республики.
Закон предусматривает использование татарского и русского языков в
высших органах власти и управления республики, в частности в работе
Верховного Совета, Кабинета министров, Аппарата президента республики и т.д. (ст. 11). Оба государственных языка должны использоваться при
проведении референдумов, выборов, оформлении бюллетеней (ст. 13).
В законе отмечено, что ответы на предложения, заявления и жалобы граждан республики, направленные в государственные учреждения, должны
даваться на том государственном языке, на котором написано обращение
(ст. 14). Официальное делопроизводство (ст. 15) и судопроизводство
(ст. 17) в Республике Татарстан ведутся на двух государственных языках
республики. Законом предписано использование государственных языков
в средствах массовой информации, в сфере промышленности, связи,
транспорта и энергетики. В ст. 20 отмечено, что в оперативной связи в
железнодорожном, воздушном, речном, трубопроводном транспорте,
энергетике и связи в республике используется русский язык. Закон регулирует применение государственных языков в государственной сфере об-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
66
Д.Н. Мустафина
служивания, в сфере науки и культуры, в оформлении географических
наименований, топографических обозначений, дорожных указателей.
В отношениях Республики Татарстан с зарубежными государствами
и международными государствами также используются татарский и русский языки. Особо нужно отметить, что закон провозглашает равные права народов Республики Татарстан на сохранение и развитие всех языков.
В ст. 3 говорится, что все языки народов республики пользуются
поддержкой государства. В этой же статье закона регулируется использование негосударственных языков в официальных сферах общения. Закон
предусматривает использование негосударственных языков в этих сферах
в местах компактного проживания населения, пользующегося данными
языками.
Статья 9 предусматривает содействие государства в организации
воспитания и обучения на иных языках народов Республики Татарстан.
Гражданам республики, не владеющим государственными языками, ст. 14
закона дает право выступать на заседаниях, совещаниях, собраниях в государственных органах, на предприятиях, в учреждениях и организациях на
том языке, которым они владеют, с обеспечением соответствующего перевода. Это же право дается и при обращении граждан в государственные
органы с заявлениями и предложениями.
В ст. 15 указывается на право вести делопроизводство в государственных учреждениях и организациях на иных, кроме государственных,
языках в местности компактного проживания населения, не владеющего
государственными языками Республики Татарстан.
Статья 19 предусматривает возможность использования языков народов Республики Татарстан в средствах массовой информации в местах,
где носители этих языков составляют большинство населения.
Статья 7 закона предписывает разработку Государственной программы по сохранению, изучению и развитию языков народов РТ Кабинету министров Республики Татарстан. Финансирование данной программы учитывается при составлении бюджетов всех уровней. Программа
по сохранению, изучению и развитию языков предусматривает такие направления, как содействие изданию литературы на языках народов Республики Татарстан, финансирование научных исследований в этой области, содействие соответствующим научно-исследовательским институтам
и вузам, ведущим исследования по языкам народов РТ, создание условий
для использования различных языков в средствах массовой информации,
подготовка специалистов, работающих в области сохранения и развития
языков народов Республики Татарстан, развитие системы народного образования с целью совершенствования языковой культуры народов РТ и др.
Составной частью государственной программы по сохранению,
изучению и развитию языков народов Республики Татарстан является
раздел о возрождении, сохранении и развитии татарского языка, его всестороннем изучении и совершенствовании. В разделе предусматриваются
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Историческая ретроспектива регулирования языковых вопросов в РТ
67
открытие детских дошкольных учреждений, где воспитание и обучение
ведутся на татарском языке; решение вопросов обеспечения системы обучения на этом языке, подготовки научных и педагогических кадров, развития литературы, науки и искусства, телевидения и радиовещания, издания книг, газет и журналов на татарском языке, выпуска словарей, учебной и учебно-методической литературы, а также решение других вопросов в целях развития татарского языка.
Все вышеописанные статьи закона о языках в разной степени претворяются в жизнь. В республике проходят республиканские, всероссийские и международные форумы и конференции, посвященные как развитию татарского языка, так и общим вопросам функционирования национальных языков в Российской Федерации.
Татарский язык является стандартизированным языком, обладающим нормативной грамматикой, фонетикой, лексикой и синтаксисом. Татарский литературный язык, имеющий полуторатысячелетнюю письменность, характеризуется высокой культурологической, филологической,
терминологической развитостью, которая определяется наличием древней
богатой художественной и научной литературы [5. С. 102].
С началом научно-технического прогресса, когда появилось огромное количество новых слов и терминов, большинство их заимствовалось в
татарский язык из русского языка. Таким образом, к началу языковых реформ в республике выявилась необходимость начать работы по языковому творчеству. Потенциал татарского языка, его стандартизированность
позволяли использовать его собственные возможности для создания новых терминов и слов. Развитие научных технологий, появление новых
научных дисциплин требуют постоянной работы над созданием новых
терминов, которые бы позволяли татарскому языку полномасштабно
функционировать в самых современных областях науки и техники.
Модернизация татарского языка, приведение его в соответствие с
требованиями времени – одна из основных целей процесса возрождения и
развития языка. Для этой цели государственные власти Республики Татарстан инициировали создание специальной терминологической комиссии. Целью работы комиссии является разработка новой научной и технической терминологии. Создание терминов на татарском языке позволяет
внедрить его в качестве инструмента обучения техническим специальностям, что ранее не практиковалось. За последние годы в издательстве «Магариф» издано около 170 вузовских учебников и учебных пособий на татарском языке, которые высоко оценены педагогической общественностью
республики. Это такие учебники, как «Начертательная геометрия», «Теоретическая механика», «Сборник задач по сопротивлению материалов» и т.д.
Учебники издаются по заказу Комитета по реализации закона о языках, за
счет средств, выделенных на мероприятия по реализации закона.
Успехом процесса возрождения и сохранения языка можно считать
использование языка большинством представителей определенной этни-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
68
Д.Н. Мустафина
ческой группы, причем не только в быту, но и в производственной сфере,
СМИ, обращениях в государственные сферы и т.д. В связи с этим последний аспект процесса языкового планирования очень важен. Целью программирования функционирования языка является увеличение количества
носителей языка и расширение сфер его использования. Увеличение количества носителей языка возможно через:
– языковую репродукцию (воспроизводство), т.е. передачу языка от
одного поколения другому в семье и в обществе;
– языковую продукцию (производство), т.е. обучение языку в образовательных учреждениях [6. С. 128].
Обучение родному языку – гражданский долг родителей, и семья
является основной составляющей процесса языковой репродукции. Однако родители современных школьников – это то поколение, которое выросло и воспитывалось в отрыве от родного языка, в период, когда общение на татарском языке было признаком отсталости, особенно в городах
республики. Таким образом, в этих условиях школа становится центральным ядром общества в языковом производстве и воспроизводстве, что
значительно повышает ее роль в процессе возрождения и сохранения языка [6. С. 129].
Планирование функционирования языка через систему образования
является приоритетной областью языковой политики Республики Татарстан. Татарский язык, согласно закону, должен изучаться всеми школьниками республики; на современном этапе более 99% школьников республики его изучают. В школах увеличилось число классов с углубленным
изучением татарского языка и литературы. Учащиеся 9-х и 11-х классов
сдают обязательный экзамен по татарскому языку и литературе. Будущих
учителей татарского языка готовят в педагогических вузах и университетах республики.
Необходимо отметить тот факт, что, несмотря на, казалось бы, все
условия для успешного претворения в жизнь процесса языкового производства через систему образования, уровень владения татарским языком
учащихся не очень высок. В республике школу окончили выпускники,
которые изучали татарский язык в течение 10 лет, с 1-го класса. Это достаточный период для овладения языком в полной мере. И достаточно низкий уровень знаний татарского языка выпускников школ говорит о необходимости пересмотра методов его преподавания, создании новых учебников, которые позволяли бы оптимизировать процесс изучения татарского языка. В данной ситуации вполне адекватным кажется недовольство некоторых родителей русских и русскоязычных школьников равным
количеством часов на изучение татарского и русского языков. Озабоченность родителей вызывает не сам факт изучения их детьми татарского
языка, а отсутствие результатов этого обучения, ведь в большинстве своем русские дети после окончания школы не говорят на татарском языке
или говорят в той степени, что не позволяет им использовать его даже в
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Историческая ретроспектива регулирования языковых вопросов в РТ
69
бытовом общении. При наличии полной законодательной базы и выделении достаточного количества часов в расписании для изучения татарского
языка, низкий уровень владения им большинством учащихся, кроме учащихся национальных школ, требует разработки мер по оптимизации процесса обучения.
Литература
1. Байрамова Л.К. Татарстан: языковая симметрия и асимметрия. Казань:
Изд-во Казан. ун-та, 2001. 267 с.
2. Юзеев А.Н. Философская мысль татарского народа. Казань: Татар. книж.
изд-во, 2007. 214 с.
3. Тагиров И.Р. История национальной государтвенности татарского народа и
Татарстана. Казань: Татар. книж. изд-во, 2008. 455 с.
4. Образование и развитие СССР как союзного государства: Сб. законодательных и других нормативных актов. М., 1972.
5. Язык и этнос на рубеже веков: Этносоциологические очерки о языковой ситуации в Республике Татарстан. Казань: Магариф, 2002. 208 с.
6. Сохранение и развитие языков: языковое планирование в Европе и России:
Материалы Междунар. семинара. Элиста: Джангар, 2005. 360 с.
HISTORICAL RETROSPECT OF MANAGING THE LANGUAGE PROCESSES IN
THE REPUBLIC OF TATARSTAN
Moustafina J.N.
Summary. The main stages of language interaction in Tatarstan in its historical development are
disclosed. More attention is given to interaction of the Russian and Tatar languages as the most
widely used in the formation of language situation in the republic. Every stage is characterized
either by bilingualism or diglossia. Current language policy in the region is analyzed in detail.
Key words: bilingualism; interaction; international communication; language status; language
policy.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
70
О.В. Нагель
УДК 811.161.1
ЯЗЫКОВАЯ РЕАЛИЗАЦИЯ МЕЖЛИЧНОСТНОГО ПОЗНАНИЯ
ПОСРЕДСТВОМ ПРОИЗВОДНЫХ НАИМЕНОВАНИЙ
СИНКРЕТИЧНОЙ ПРИРОДЫ
О.В. Нагель
Аннотация. Рассматривается языковая объективация межличностного восприятия с выявлением основных параметров познания личности. На материале словообразовательной системы русского языка выделяется синкретичная категория словообразовательного типа и анализируется специфика
языкового оформления результатов восприятия человека посредством производных, анализируемых синкретичных словообразовательных типов.
Ключевые слова: личность; познание; категоризация; словообразовательный тип; синкретичная семантика; пропозициональная структура; мотивационная формула; производящая единица; дериват.
В настоящее время фокус исследователей различных областей знаний, прежде всего, направлен на изучение специфики человеческого интеллекта и человеческого поведения. Для того чтобы приблизиться к пониманию еще не познанного, когнитологи стремятся изучить ментальные
сущности посредством широкой экспериментальной базы, основанной на
использовании последних достижений науки и техники, а лингвисты обращаются к языковым привязкам данных сущностей и пытаются проследить процесс формирования мысли в слове (Л.С. Выготский, Е.С. Кубрякова, Р.М. Фрумкина, А.М. Шахнарович и др.).
На заре когнитивной науки экспериментальная психология достаточно подробно и доказательно представила результаты исследований в
области категоризации человеческим сознанием различного вида сущностей: цвета, форм, артефактов, животных и даже людей (чаще во внешнем
их проявлении). Работа с данными по восприятию объектов и организмов
выявила новые грани человеческой категоризации (теория прототипов,
фамильное сходство, размытость границ категорий, гештальты, наивные и
экспертные модели и т.д.) (см. работы L. Wittgenstein, 1958; B. Berlin and
P. Kay, 1969; W. Labov, 1973; E. Rosch, 1975 и др.). Постепенно интерес
ученых начинают привлекать внутренние характеристики объектов, абстрактные сущности, категоризация которых основана уже не только на
перцептивном опыте человека, хотя и базируется на нем (embodiment theory). Для человека как существа социального наибольший интерес представляет не столько взаимодействие с объектами окружающего мира,
сколько взаимодействие с себе подобными. Так, и в области искусственного интеллекта наблюдается большой прорыв в способности систем познавать предметы окружающего мира, но достижения в области взаимодействия машины и человека являются наиболее проблематичными.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
71
Весь смысл когнитивного подхода заключается в постоянном соотнесении отдельных форматов знания с языковыми формами, их объективирующими [1. C. 5]. У разных исследователей фокус внимания может меняться: либо это вопросы о том, какие структуры знания стоят за определенными языковыми формами, либо о том, с помощью каких языковых
форм могут быть репрезентированы те или иные форматы знания.
Все языковые системы устроены таким образом, что позволяют говорящему описать одно и то же явление с различных позиций, актуализируя разные ценностные нюансы свойств именуемого объекта. Для нормального протекания дискурса необходимы не столько синонимы, сколько альтернативные разноструктурные единицы со сходным содержанием,
но с различной степенью семантической компрессии, когнитивной сложности и, конечно, фокусировкой внимания на разных деталях описываемого. Из этих альтернативных форм наиболее приемлемый вариант часто
оказывается представленным производным или сложным словом, ибо они
демонстрируют чрезвычайно удобные для оперирования ими в дискурсе
знаки [2. C. 21–22].
Если категоризация – это главный способ придать воспринятому
миру упорядоченный характер, систематизировать как-то наблюдаемое и
увидеть в нем сходство одних явлений в противовес различию других, то,
категоризируя, человек прежде всего оценивает качества того или иного
объекта, сравнивает его с эталоном категории или же назначает его эталоном данной категории.
Фокус данного исследования направлен на выявление специфики
отображения определенного формата знания, а именно восприятие одного
человека другим посредством производного наименования синкретичной
семантики.
Проблема восприятия человека человеком является фокусом различных исследований, в рамках которых самое важное значение имеет то, как
воспринимается партнер по общению, иными словами, процесс восприятия
одним человеком другого выступает как обязательная составная часть общения и условно может быть назван перцептивной стороной общения [3].
До сих пор продолжается поиск наиболее точного понятия для характеристики межличностной перцепции. Основная цель этого поиска
состоит в том, чтобы включить в процесс восприятия другого человека в
более полном объеме некоторые иные познавательные процессы. Многие
исследователи предпочитают в этом случае обратиться к французскому
выражению «connaissanse d'autrui», что означает не столько «восприятие
другого», сколько «познание другого». В отечественной литературе также
весьма часто в качестве синонима «восприятие другого человека» употребляется выражение «познание другого человека» [4].
Обратимся к существующим наиболее распространенным определениям познания и постараемся выявить основные положения данного
процесса.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
72
О.В. Нагель
Познание объекта есть:
– определение его относительных сравнительных характеристик
(величин) и их причинно-следственных зависимостей (размерностей),
формулирование понятия;
– процесс целенаправленного активного отображения действительности в сознании человека (деятельности человека);
– процесс бесконечного искания истины человеком;
– творческая деятельность субъекта, ориентированная на получение
достоверных знаний о мире, наблюдение человеком простого и очевидного превращения «вещи в себе» в явления, в «вещь для него»;
– совокупность сведений в определенной области;
– душевная деятельность, результатом которой получается знание
явлений внешнего и внутреннего мира в их сосуществовании и закономерной последовательности;
– слагаемое из ряда психических актов: ощущения, восприятия,
представления и образования понятий (идей) и суждений [5].
Как представлено в определениях, процесс восприятия и познания
любой сущности является процессом достаточно комплексным, разносторонним и многомерным. Следовательно, и результат этого процесса, его
объективация требуют такого рода знакового оформления, которое помогло бы выразить, передать если не все, то большую часть той совокупности
характеристик, которую человек постиг в процессе знакомства с объектом.
Если мы будем говорить именно о восприятии человека человеком,
то к специфическим чертам восприятия другого человека относится восприятие не только физических характеристик объекта, но и поведенческих его характеристик, формирование представления о его намерениях,
мыслях, способностях, эмоциях, установках и т.д. Кроме того, в содержание этого понятия включается формирование представления о тех отношениях, которые связывают субъект и объект восприятия [3].
Другой подход к проблемам восприятия, который также был использован в социально-психологических исследованиях по межличностной перцепции, связан со школой так называемой транзактной психологии, утверждающей, что активное участие субъекта восприятия в транзакции предполагает учет роли ожиданий, желаний, намерений, прошлого
опыта субъекта как специфических детерминант перцептивной ситуации,
что представляется особенно важным, когда познание другого человека
рассматривается как основание не только для понимания партнера, но для
установления с ним согласованных действий, особого рода отношений.
В общем плане, как утверждает Г.М. Андреева, «можно сказать, что
восприятие другого человека означает восприятие его внешних признаков, соотнесение их с личностными характеристиками воспринимаемого
индивида и интерпретацию на этой основе его поступков» [3]. Далее идет
акт называния, который не может не отражать мыслительную деятельность человека, его ментальную операцию оценивания, сравнения. Чело-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
73
век стремится закрепить результат своей операции языковым кодом, поделиться своими размышлениями с другими членами сообщества, так как
любые действия человека – это адресатные действия. Таким образом, можно
сказать, что почти любой акт называния является актом оценивания. Что же
является эталоном человеческой личности? По каким критериям мы оцениваем друг друга и что стремимся отразить языковым кодом?
Существуют так называемые исследования каузальной атрибуции,
которые направлены на изучение попыток «рядового человека», «человека
с улицы» понять причину и следствие тех событий, свидетелем или участником которых он является. Это включает также интерпретацию своего и
чужого поведения, что и выступает составной частью межличностного
восприятия. Мера, степень и способы приписывания в процессе межличностного восприятия зависят от двух показателей: от степени уникальности
или типичности свойства или поступка и от степени их социальной «желательности» или «нежелательности». В первом случае имеется в виду тот
факт, что типичное поведение есть поведение, предписанное ролевыми образцами, потому оно легче поддается однозначной интерпретации. Напротив, уникальное поведение допускает много различных интерпретаций и,
следовательно, дает простор приписыванию его причин и характеристик.
Точно так же и во втором случае: под социально «желательным» понимается поведение, соответствующее социальным и культурным нормам и тем
сравнительно легко и однозначно объясняемое. При нарушении таких норм
(социально «нежелательное» поведение) диапазон возможных объяснений
расширяется. Этот вывод близок рассуждению С.Л. Рубинштейна [6] о
«свернутости» процесса познания другого человека в обычных условиях и
его «развернутости» в случаях отклонения от принятых образцов.
Дополнительные знания были получены и о том, что процесс этот
определяется особенностями субъекта восприятия: одни люди склонны в
большей мере в процессе межличностного восприятия фиксировать физические черты, и тогда «сфера» приписывания значительно сокращается,
другие воспринимают преимущественно психологические характеристики окружающих, и в этом случае открывается особый «простор» для приписывания. Данный факт дает возможность посредством лингвистического анализа выявлять межкультурные универсалии и особенности.
В этой статье мы не акцентируем культурную составляющую концептуализации межличностных взаимодействий, работая в универсальной
парадигме, основываясь на исследованиях, проведенных Робертом
Р. Макрэ и Антонио Террациано. Ученые посредством экспериментального исследования доказывают идею А. Бастиана о «психоединстве человечества» («psychic unity of mankind») и выявляют универсальные черты
личности на основе 50 различных культур [7]. Нас прежде всего интересует специфика языковой объективации данных характеристик на материале русского языка.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
74
О.В. Нагель
В социальной психологии проводятся исследования для выявления
роли характеристик воспринимающего в процессе межличностного восприятия: какие именно характеристики здесь значимы, при каких обстоятельствах они проявляются и т.д. [8]. Для нас наиболее важным является
вопрос о том, какие характеристики объекта восприятия являются наиболее значимыми при межличностном взаимодействии и именно ли они закрепляются производным языковым знаком.
Личность предстает как структурная целостность психобиологических, духовных и социальных компонентов, а вся совокупность свойств,
обусловленных этими тремя вышеуказанными уровнями человеческой
личности, возникающих и функционирующих в процессе ее разнообразной жизнедеятельности, под влиянием тех социальных групп, в которые
она входит, составляет структуру личности.
В качестве элементов социальной структуры личности можно выделить следующие:
а) деятельность как способ существования личности;
б) способности и детерминированные обществом социальные потребности;
в) духовный мир человека как совокупность научных, эстетических,
нравственных, религиозных, обыденно-практических и других знаний;
нравственных ценностей, идеалов, верований, интересов и т.д.; всех рациональных и эмоциональных сторон человеческой жизни, осознаваемых
и смутно ощущаемых ее граней, а также многие другие аспекты, состояния духовной жизни человека;
г) нравственные нормы, принципы, убеждения, установки, которыми руководствуется личность в своей жизнедеятельности;
д) навыки, умения [9].
Далее предлагается обратиться к особенности отражения понимания человеческой личности, включающей все перечисленные выше аспекты, посредством языковой объективации.
Описание способов формирования концептуальной структуры сознания и экспликации исторически и культурно обусловленного объема
концепта (различные когнитивные структуры, представляющие концепт,
и разный объем лексем, вербализующих данные структуры), а также методы моделирования и систематизации концептуального содержания, передаваемого лексемой, все еще находятся в стадии становления.
Необходимо отметить, что осмысление вербальной репрезентации
физического тела человека уже получает достаточно широкое распространение в работах современных лингвистов. Попытки создания языкового образа человека можно отметить в работах таких отечественных языковедов, как Ю.Н. Караулов (1976), В.Н. Телия (1988), Ю.Д. Апресян
(1995), Е.В. Урысон (1995), Ю.С. Степанов (1997), А.Д. Шмелёв (1997),
Н.Д. Арутюнова (1999), А.П. Чудинов (2001) и др. В современных лингвистических учениях человек мыслится как субъект дейксиса и основа
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
75
лексической и грамматической семантики (А.И. Варшавская, Э. Кассирер,
Г.В. Колшанский, А.В. Кравченко, Е.С. Кубрякова, Е. Курилович,
Р. Лангакер, Е.Г. Хомякова). Языковое отображение внешнего облика человека стало предметом описания специальных словарей: идеографических, тематических, словарей оценок, словарей жестов (В.В. Морковкин,
О.С. Баранов, Л.Г. Саяхова, Д.М. Хасанова, В.М. Богуславский, Т.В. Бахвалова, Г.Е. Крейдлин, А.А. Акишина, Х. Кано, Т.Е. Акишина, В.Н. Телия и
др.). Образ «внешнего человека» интерпретируется в исследованиях по
русской фразеологии (В.А. Маслова), в соматологических описаниях
(Н.В. Дмитрюк, Г.Х. Алеева, Е.П. Молостова и др.), в работах о портретах
персонажей в литературных произведениях (Г.В. Старикова, К.Л. Сизова,
Т.В. Гамалей, В.В. Савельева и др.). А, например, в диссертационной работе О.Б. Клевцовой [10] предпринимается попытка интегрированного когнитивно-культурологического подхода и специального историко-семантического исследования, иллюстрирующего на конкретном языковом материале, как когнитивные структуры отражаются в лексической семантике и
как создается специфическое видение мира, присущее культуре и культурной общности.
Важно отметить, что чаще всего вопросу связи внешнего человека с
внутренним и целостным человеком посвящены работы в рамках культурологии и психологии (С.Н. Яременко, С.С. Степанов, А. Пиз, М.М. Бахтин, Б.В. Марков и др.).
Представляется, что исследование производных наименований лица, созданных в рамках единой категории словообразовательного типа
(далее СТ), поможет проследить процесс межличностного познания и его
ословливания как процесса комплексного, происходящего как минимум в
двух измерениях – мира человека внешнего и человека внутреннего.
В данной работе мы используем новое интегративное (в смысле соединения структурного, функционального и когнитивного подходов) понимание СТ, предложенное Л.А. Араевой: «Словообразовательный тип
можно определить как формально-семантическую микросистему, устроенную по принципу естественных категорий, как ментально-языковую
категорию, прототипичную (т.е. построенную по принципу поля), члены
которой соотносятся между собой по принципу “фамильного сходства”, в
силу чего категория имеет размытые формально-семантические границы.
Данная категория включает производные с одним формантом и набором
формантных вариантов, ядром ее являются мотивирующие одной части
речи. Каждая категория имеет характерный для нее семантический рисунок, отражающий специфику реализации в рамках типа фрагменты языковой картины мира» [11. C. 75].
Отмечается также, что словообразовательный тип в силу текучести
мыслей и форм, в которых выражается мысль, способен пересекаться с
другими СТ, разделять семантические сферы действия, что позволяет
объединять их в качественно новую категорию, в нашем случае синкре-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
76
О.В. Нагель
тичную категорию СТ, т.е. они характеризуются свойством семантического совмещения номинативного и прагматического аспектов.
В данном понимании наш термин синкретичной семантики созвучен с термином композиционной семантики, предложенным Е.С. Кубряковой [12. C. 442] и раскрывающим семантику производного слова (далее
ПС) как объединение нескольких категориальных значений с разной степенью их конкретности. Выбор термина «синкретизм» обусловлен природой компонентов семантики анализируемых единиц, взаимодействие в
семантике рационального и эмоционального отражает особенность мышления и восприятия, выявляющую тенденцию связывать между собой разнородные явления. При этом синкретические обобщения выступают первой стадией в развитии значения слова, для которой характерен диффузный, ненаправленный перенос значения слова на ряд связанных в перцептивном плане, но внутренне не родственных друг с другом объектов.
Синкретизм выражается в том, что человек будто оперирует целостными,
недифференцированными схемами: синтез у него не опирается на анализ;
он рядополагает, вместо того, чтобы синтезировать. Несмотря на то что
мыслительный синкретизм в психологии чаще всего является характеристикой детского сознания, его отголоски можно наблюдать в языковых
формах, используемых взрослыми. Такие языковые единицы, по-нашему
мнению, создаются на уровне именно чувств, первой ассоциации. Именно
поэтому выделенные типы характеризуются как периферийные в системе
именного словообразования и обслуживают разговорно-просторечный слой
лексики.
Актуальность изучения периферийных явлений языка на разных его
уровнях обозначена в работах ведущих когнитологов (см работы J. Bybee,
1985; R. Langacker, 1999 и др.), так как именно маргинальные языковые явления могут явиться ценными источниками информации о природе обработки и репрезентации явлений в человеческом сознании.
Р. Лангакер в работе «Динамичные модели, основанные на использовании» отмечает, что «существует веская причина, по которой схемы нижнего порядка, выражающие регулярность ограниченной сферы, могут
иметь большую ценность для структуры языка, чем схемы высшего порядка, представляющие всеобъемлющие обобщения» [13. С. 3].
Идея композициональности, а не синтеза или сплава значения доказывается функциональной чувствительностью производного имени к сочетаемости с другими языковыми знаками (З.И. Резанова, 1996; Л.В. Колпакова, 2000; О.В. Нагель, 2005 и др.).
Рассмотрение семантики ПС как языковой реализации концептуальной деятельности человека дает возможность проследить когнитивный
процесс категоризации в рамках одного знака.
Е.С. Кубрякова в книге «Язык и знание...» доказательно утверждает,
что функция словообразования вообще и ПС в частности определена по
отношению к трем типам знания – знания о мире, языке и об условиях
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
77
речи [12]. Знания о мире передаются посредством ПС в виде закрепления
и объективацией концептуальных объединений – любое явление действительности существует и познается расчлененно. Именно в словообразовательной системе наблюдается пересечение единиц, принадлежащих разным уровням языковой системы. Словообразовательный уровень является
стержнеобразующим для всей языковой системы. Выражение знания об
условиях речи достаточно ярко демонстрируется функционированием
словообразовательных элементов в процессе порождения высказывания,
его тема-рематической организации, стилистической и прагматической
оформленности. ПС выступает в первую очередь как языковой способ
представления структуры знания и(или) его оценки [12. C. 408].
Инкорпорированные в ПС три вида знания могут быть исследованы
и уже активно изучаются при помощи пропозиционального подхода к
словообразовательной системе (см. работы Е.С. Кубряковой, М.Н. Янценецкой, Ю.Г. Панкрац, З.И. Резановой, Л.А. Араевой, Н.Б. Лебедевой,
А.Г. Антипова, Е.А. Оглезневой, О.В. Нагель и др.).
В когнитивной лингвистике пропозициональные структуры считаются одним из форматов знания, а наличие пропозициональной структуры обнаруживается в расчлененности объективировавшей ее конструкции. В предложении – это противопоставленность функции аргументу/аргументам, а в производном слове – это и оппозиция отсылочной и
формирующей частей, и противопоставление ономасиологическому базису других компонентов ономасиологической структуры. Но, пожалуй, использование пропозициональной структуры в акте словообразования сказывается наиболее четко в том, что так или иначе эта структура передает
значения отношения.
Пропозициональный подход в дериватологии явился логическим
продолжением изучения словообразования на синтаксической основе, при
котором исследовался изоморфизм словообразовательных и синтаксических единиц. В качестве смысловой базы деривационных процессов рассматривалась синтагматически организованная структура, обычно отождествляемая с предложением или высказыванием. М.Н. Янценецкая [14]
указывала на то, что в данном аспекте точнее было бы говорить не о синтаксической структуре, а об ее пропозитивном содержании. «Производное
слово должно соотноситься не с тем или иным конкретным предложением или синтаксическим оборотом, а с глубинной пропозицией, которая, в
свою очередь, может получить синтаксическое, морфологическое или
лексическое выражение» [14. C. 9].
В семантике производного слова пропозиция, как утверждает
Л.А. Араева, представлена в свернутом виде с реализацией минимальной
либо максимальной, многоместной структурно-логической схемы. Абстрактный характер пропозиции делает возможным репрезентацию ее несколькими тематическими объединениями производных. Развернутая,
многоместная пропозиция реализуется комплексом мотивирующих еди-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
78
О.В. Нагель
ниц, выстроенных в определенном порядке сообразно той функции, которую выполняет в пропозиции производное слово, что обусловливает видение одной и той же пропозиции каждый раз в новом ракурсе [11. C. 79].
Производное слово является идеальным знаком для оперирования в
дискурсе. Внутренняя форма производного слова представляет собой реализацию неограниченного числа смыслов, экпликация которых зависит от
того, что является наиболее значимым для отображения в данном конкретном случае, какие именно нюансы явления необходимо актуализировать, рассмотреть как фигуру, а какие перенести в фоновую информацию.
Работая в когнитивно-дискурсивном направлении, предложенном
Е.С. Кубряковой, мы пытаемся ответить на вопрос, каким образом языковая система служит как когниции, так и коммуникации, и какова роль
производного слова в обслуживании этих процессов на примере производных именований лица синкретичных СТ.
Изучение расчлененной семантической структуры ПС посредством
пропозиционального подхода позволяет выявить те составляющие человеческой когниции, объединение которых и приводит к целостной картине познаваемого мира. Наблюдается процесс взаимодействия языка и человека во всем его многообразии. Язык позволяет человеку выразить то,
что он познает, а человек, в свою очередь, каждый раз насыщает языковую модель новым знанием, новым потенциалом.
Объектом нашего исследования являются русские словообразовательные типы мутационной сферы, характеризующиеся синкретизмом как
системным свойством (см. работы З.И. Резановой, 1996; О.В. Нагель,
2005, 2008, 2009).
Дериваты синкретичных СТ рождаются как ответ на активизацию
разных структур сознания. Человек категоризирует объект действительности на основе определенных признаков, соотносит его с нормативной
шкалой, реагирует на нормативное отклонение. Данные структуры сознания объединены и объективированы в сжатой форме синкретичного деривата. Результатом объективации является сложная организация словообразовательного значения (СЗ) синкретичного производного, которая
представлена полипропозициональной структурой и оформлена модальными планами.
В рамках словообразовательной системы русского языка в нашей
работе мы выделяем ряд словообразовательных типов, которые характеризуются синкретизмом семантики как системным свойством. Системность, как уже отмечалось, проявляется в том, что смысловые трансформации наблюдаются в семантическом пространстве как модели в целом,
так и в семантике одного производного.
Анализируемые СТ: 1) отглагольные с суффиксами: -ун, -ок, -ач,
-ух(а), -к(а), -ец, -ул(я), -ш(а), -уш(а), -ох(а) – -ах(а), -яг(а), -ак(а), -л(а),
-уг(а); 2) отадъективные с суффиксами -ак, -ач, -к(а), -ух(а), -ец, -уш(а),
-ышк(а), -иш, -аг(а), -уг(а), -ук(а), -ул(я); 3) отсубстантивные с суффикса-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
79
ми: -ач, -ан, -яг(а), -ун, -юх(а), -юш(а) находятся в зоне перехода между
двумя основными словообразовательными сферами, а именно мутационной
и модификационной, и совмещают семантические процессы этих сфер.
Таким образом, выделенные СТ характеризуются свойством семантического совмещения номинативного и прагматического аспектов, а
производные, созданные в результате действия данных словообразовательных типов, характеризуются синкретизмом как системным свойством, которое определяет особые способы их текстового функционирования. В дальнейшем в нашей работе подобные производные мы будем называть «синкретичные производные/дериваты».
В данном исследовании представлены производные единицы, образованные от оценочно-нейтральных единиц, хотя рассматриваемые СТ
содержат группу, в которой мотивирующая единица изначально несет
оценочный заряд (сказанное не относится к отадъективным СТ, в которых
любое мотивирующее по природе будет оценочным), и с менее оценочными суффиксами. Выбор данных производных мотивирован прежде всего задачей продемонстрировать свойство синкретизма, характеризующее
именно СТ, а не отдельные его компоненты.
Представим каждый словообразовательный тип, объединенный в
категорию синкретизма, в соответствии с разными типами мотивирующей
семантики.
Отглагольные словообразовательные типы с менее эмоционально
нагруженными суффиксами: -ун, -ок, -ец, -к(а) имеют общее словообразовательное значение: «лицо, производящее действие, названное мотивирующим словом». Типы продуктивны в разговорной речи и просторечии.
Логическую основу данных отглагольных синкретичных дериватов
составляет полипропозициональная структура:
– основная пропозиция организуется предикатами, выраженными
глаголами движения, интеллектуальной, социальной, профессиональнотрудовой и созидательной деятельности, физиологического действия, речевого общения, противодействия;
– зависимую пропозицию организуют предикаты, отражающие
факт отклонения от нормы, склонности к этому действию: быть склонным
(делать что-либо), любить (делать что-либо): говорун «тот, кто склонен
много говорить».
В данном случае производящая единица является оценочно нейтральной (М1ql=0). Следовательно, и оценочный модус (М2), и эмотивный модус (М3) порождены самой словообразовательной моделью, при
этом возможно, что словообразовательная модель выражает как количественное отклонение, т.е. «склонность субъекта к действию (М2qn)», так
и качественное – «делает это хорошо/плохо (М2ql)».
Таким образом, оценка, создаваемая в словообразовательном акте,
имеет количественно-качественные параметры (М2 qn+ql).
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
80
О.В. Нагель
Представим данное положение в логической формуле на примере
синкретичного производного говорун «Некто (S2) полагает (М), что говорить Р=N (М1=0), но S1 имеет склонность, любит, часто говорит Р, при
этом Рql =//=N и Р’qn>N, (М2qn+ql), что хорошо/плохо (М3)».
В зависимости от семантики производящей единицы производные
СТ осн. гл. + суф. -ун подразделяются на следующие группы:
1. Производные, мотивированные глаголами движения, куда включены глаголы однонаправленного, разнонаправленного действия, ориентированного относительно исходного и конечного пункта: скакать «ехать вскачь,
быстро, с большой поспешностью» – скакун «тот, кто умеет быстро скакать»,
ползать – ползун, бегать – бегун, ходить – ходун, плавать – плавун.
2. Производные, мотивированные глаголами социальной деятельности, а именно исполнения какого-либо художественного произведения
(петь, плясать, играть на музыкальном инструменте): плясать «танцевать,
обычно народный танец» – плясун «тот, кто много пляшет и делает это
хорошо», петь – певун.
3. Производные, мотивированные глаголами речевого общения с
типовой семантикой «разговаривать друг с другом о чем-либо, обмениваясь своими мнениями, суждениями»: говорить «общаться при помощи
устной речи» – говорун «человек, который любит много говорить».
В зависимости от семантики производящей единицы производные
СТ осн. гл. + суф. -ок представлены следующими группами:
1. Производные, мотивированные глаголами движения, включающими глаголы однонаправленного действия, ориентированного относительно исходного и конечного пункта: ходить «ступать ногами» – ходок
«тот, кто постоянно куда-либо ходит», ездить – ездок, сидеть – седок.
2. Производные, мотивированные глаголами интеллектуальной деятельности с типовой семантикой «познавать смысл, значение чего-либо,
приобретать знания»: знать «обладать сведениями» – знаток «тот, кто
много знает и понимает».
3. Производные, мотивированные глаголами физиологического действия со значением «есть, пить что-либо, кормить, поить кого-либо чемлибо, дышать, курить и т.д.»: есть «принимать пищу» – едок «любитель
поесть».
4. Производные, мотивированные глаголами социальной деятельности, куда включены глаголы осуществления с типовой семантикой «осуществлять что-либо задуманное, намеченное, совершать, выполнять какое-либо дело, работу»: стрелять «производить выстрелы» – стрелок
«тот, кто умеет стрелять».
В зависимости от семантики мотивирующей основы производные
СТ осн. гл. + суф. -ец выделены в следующие группы:
1. Производные, мотивированные глаголами социальной деятельности, куда входят глаголы осуществления с семантикой «совершать, выполнять какое-либо дело, работу»: делать «действовать, проявлять дея-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
81
тельность, заниматься, быть занятым чем-нибудь» – делец «предприимчивый человек, преследующий только практические цели».
2. Производные, мотивированные глаголами социальной деятельности, а именно исполнения какого-либо художественного произведения
(петь, плясать, читать, играть на музыкальном инструменте): петь – певец, читать – чтец.
3. Производные, мотивированные глаголами движения, куда включены глаголы однонаправленного, разнонаправленного действия, ориентированного относительно исходного и конечного пункта: плавать – плавец.
Производные СТ осн. гл. + -к(а) по семантике производящей основы характеризуются как образованные от глагола речевого общения с типовой семантикой «разговаривать друг с другом о чем-либо, обмениваясь
своими мнениями, суждениями»: говорить «выражать устной речью какие-нибудь мысли, устно сообщать что-нибудь» – говорушка «тот, кто
любит поговорить».
В составе отадъективных синкретичных СТ также выделяются
СТ с менее оценочными суффиксами: осн. прилаг. + суф. -ак, -ач, -ец, -ок.
К данной группе относятся СТ, имеющие общее словообразовательное
значение: «лицо, характеризующееся признаком, названным мотивирующим
словом». Типы продуктивны в разговорной речи и просторечии.
В семантическом плане производные отадъективных синкретичных
СТ характеризуются как структуры полипропозитивные:
– основная пропозиция характеризации выражается прилагательным в предикативной позиции;
– зависимая отражает факт отклонения от нормы, некую концентрацию признака: добряга – тот, кто всегда добрый. Все производные
отадъективных типов организованы по второй модели, т.е. СЗ моделей
этого типа представляет собой пропозицию характеристики: S (субъект)
характеризуется Р (качеством). В пропозицию включен модус оценки
(М1ql), наследуемый от мотивирующей единицы и выражающий отклонение от нормы (P=//=N). Но данная модальность, так же как и наследуемая модальность отглагольных наименований, не находится в семантическом фокусе в процессе функционирования. Она создает оценочный фон
для синкретичного деривата.
Рациональная оценка (М2), выраженная семантикой словообразовательной модели и отражающая превышение нормы (P>N), т.е. «склонность» лица к обладанию данным признаком (М2qn), представляется как
актуальная величина.
Эмотивный модус (М3) отражает эмоции субъекта по поводу превышения нормы (т.е. обычного количества признака), его интенсивности
и, следовательно, также является частью семантики словообразовательной модели. Схематично данное положение представляется следующим
образом:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
82
О.В. Нагель
«S2 полагает, что S1 характеризуется Р, при этом Р=//=N (М1qn), но
S1 характеризуется P всегда, часто, имеет признак, проявленный больше
нормы, следовательно, Р’>N (М2qn) => и это вызывает реакцию (М3), которая может варьироваться от выражения позитивной эмоциональной
оценки (ласкательно, одобрительно, почтительно, уважительно, вежливо,
ласкательно-снисходительно и т.д.) до выражения негативной эмотивной
оценки (неодобрительно, пренебрежительно, презрительно, насмешливо,
осудительно, бранно, грубо, уничижительно, порицательно, снисходительно и т.д.)».
Например, рассмотрим пропозиционную структуру синкретичного
производного добряга «Некто S2 полагает, что S1 характеризуется Р добрый, при этом Р=//=N (М1ql), и S1 добрый P всегда, часто, характеризуется, следовательно, добряга Р’>N (М2qn) => и это вызывает реакцию (М3),
в данном случае в спектре от “одобрительно” до «уважительно».
Словообразовательный тип осн. прилаг. + суф. -ак имеет в качестве
мотивирующей единицы следующие ЛСГ прилагательных:
1. Прилагательные, обозначающие признаки человека, интеллектуальные свойства и состояния личности, черты характера человека: смелый
«не поддающийся чувству страха, не боящийся опасностей» – смельчак
«смелый человек, храбрец». В данном случае возможен как положительный, так и отрицательный спектр эмоционального отношения: «одобрительно», «ласкательно», «неодобрительно»: простой – простак, добрый –
добряк, чудной – чудак, веселый – весельчак, наивный – наивняк.
2. Прилагательные, обозначающие признаки социального статуса,
образа жизни человека. Наблюдается проявление эмотивности в виде
«неодобрительного» или «пренебрежительного» отношения, с элементом «уничижения», так как субъект не соответствует нормам социальной жизни или по каким-либо параметрам не вписывается в данное общество: босой «необутый, с голыми ногами» – босяк «представитель деклассированных слоев города; оборванец», бедный – бедняк, чужой –
чужак.
3. Прилагательные, обозначающие признаки человека, определяемые его физической природой. Недостатки или какие-либо отклонения во
внешности могут вызывать разные эмоции: это может быть реакция «сожаления», «снисхождения», «ласкательная», если это врожденное качество, либо причина недостатка кроется в болезни или несчастного случая, а
может вызывать и «пренебрежение с осуждением», если недостатки расцениваются как результат неправильного поведения, образа жизни»: толстый «имеющий полную, тучную фигуру, тело» – толстяк «толстый
мужчина», пухлый – пухляк, дохлый – дохляк, слабый – слабак.
Производящей базой для словообразовательного типа осн. прилаг. +
суф. -ач выступают следующие семантические группы прилагательных:
1. Прилагательные, обозначающие интеллектуальные свойства, способности и состояния личности, черты характера человека: ловкий «изво-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
83
ротливый, хитрый» – ловкач «ловкий, изворотливый человек», меткий –
меткач, лихой – лихач.
2. Прилагательные, обозначающие признаки социального статуса, образа жизни человека: богатый «обладающий большим имуществом, преимущественно денежным» – богач «человек, обладающий богатством».
3. Прилагательные, обозначающие признаки человека, определяемые его физической природой: сильный «отличающийся большой физической силой» – силач «человек большой физической силы».
Мотивирующей основой для СТ осн. прилаг. + суф. -ец выступают
прилагательные, обозначающие интеллектуальные свойства, способности
и состояния личности, черты характера человека: гордый «высокомерный,
презрительно относящийся к другим» – гордец «заносчивый, очень гордый человек», храбрый – храбрец, мудрый – мудрец, хитрый – хитрец,
глупый – глупец, слепой – слепец, удалой – удалец, поганый – поганец, счастливый – счастливец, ленивый – ленивец, остроумный – остроумец,
мерзкий – мерзавец, подлый – подлец, безумный – безумец.
Производящей базой для словообразовательного типа осн. прилаг. +
суф. -ок выступает прилагательное, которое выражает оценку: милый
«располагающий к себе, хороший» – милок «милый человек, добрый»,
невезучий – невезунок.
Производящей базой для словообразовательного типа осн. прилаг. +
суф. -ка выступает прилагательное, обозначающее способность и состояния личности: слепой «не замечающий, не понимающий совершающегося,
происходящего вокруг» – слепушка «тот, кто не замечает, не понимает
того, что происходит вокруг, не хочет этого замечать».
К смысловым структурам производных имен отсубстантивных
синкретичных словообразовательных типов относятся СТ, имеющие
общее словообразовательное значение: «лицо, характеризующееся отношением к предмету, явлению, названному мотивирующим словом по характерному телесному признаку». Характерно следующее соотношение
основной и зависимой пропозиций: основную пропозицию (1) организует
предикат обладания, зависимая пропозиция (2) отражает факт отклонения
от нормы: носач «тот, у кого есть нос (1), и этот нос превышает нормативные стандарты (2)».
В роли мотивирующих выступают наименования, характеризующие
внешние признаки или характерные индивидуальные признаки человека.
При обозначении человека акцент падает не на «бесконечное множество
их нормативных свойств, а на малое число индивидуальных признаков,
то, чем отметила природа» [15. C. 11].
Схематически модель семантической организации отсубстантивных
синкретичных типов может быть представлена следующим образом:
«S2 полагает, что S1 имеет Р, при этом вообще для человека Р=N
(М1=0), но S1 имеет Р’>N (М2 ql/qn) =>это вызывает реакцию (М3), которая может варьироваться от “неопределенной” до «неодобрения».
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
84
О.В. Нагель
Например: когнитивная структура синкретичного имени ушан представлена как: некто S2 полагает, что S1 имеет уши P, при этом вообще для
человека Р=N (М1=0), но S1 имеет P’>N (М2 ql/qn) => это может вызывать реакцию (М3) – «хорошо/плохо».
В данном случае рассматриваются словообразовательные типы с
менее эмоционально-оценочными суффиксами, а именно: осн. сущ. + суф.
-ан: лоб – лобан «человек с большим широким выпуклым лбом», ухо –
ушан, губы – губан, голова – голован; осн. сущ. + суф. -ач: борода – бородач «пожилой бородатый человек», голова – головач, слух – слухач, нос –
носач, усы – усач, волосы – волосач.
Семантическое ядро производных данных отсубстантивных синкретичных СТ составляют дериваты, характеризующие именно внешние/физиологические параметры лица.
Таким образом, детально проведенный анализ мотивационного содержания пропозициональной структуры производных анализируемых
словообразовательных типов синкретичной семантики выявил последовательность языковой объективации выявленных параметров восприятия
личности, а также наглядно продемонстрировал соединение двустороннего
восприятия личности при межличностном взаимодействии, а именно физического и духовного начал, в производном знаке. В очередной раз анализ
словообразовательной системы с акцентом на выявление назначения языка
и его роли в человеческом обществе выявил уникальность механизма словообразовательных моделей в отображении человеческой когниции.
Литература
1. Кубрякова Е.С. В поисках сущности языка // Вопросы когнитивной лингвистики.
2009. Вып. 1. С. 5–12.
2. Кубрякова Е.С. Словообразование и другие сферы языковой системы в структуре
номинативного акта // Словообразование в его отношениях к другим сферам языка. Innsbruck, 2000.
3. Андреева Г.М. Общение как восприятие людьми друг друга (перцептивная сторона
общения). URL: http://polbu.ru/andreeva_psychology/ch07_i.html
4. Бодалев А.А. Восприятие и понимание человека человеком. М., 1982.
5. URL: http://www.nbrilev.ru/formulirovky_poznanie.htm
6. Рубинштейн С.Л. Принципы и пути развития психологии. М., 1960.
7. McCrae RR., Terracciano A. Personality Traits From the Observer’s Perspective: Data
From 50 Cultures. National Institute on Aging, National Institutes of Health, Department of
Health and Human Services // Journal of Personality and Social Psychology. 2005. Vol. 88, № 3.
P. 547–561.
8. URL: http://azps.ru/articles/cmmn/cmmn83.html
9. Клочко Ю.Н., Ермилова Н.Ю., Клочко А.Ю. Понятие личности, ее структура и
факторы формирования // Вестник СевКавГТУ. Сер. Гуманитарные науки. 2004. № 1 (11).
URL: http://www.ncstu.ru
10. Клевцова О.Б. Концепт «человек телесный»: когнитивное моделирование и переносы (на материале сопоставительного анализа древнерусского и древнеанглийского языков): Автореф. дис. …канд. филол. наук. Тюмень, 2007. 30 с.
11. Араева Л.А. Словообразовательный тип. М.: Либроком, 2009. 272 с.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Языковая реализация межличностного познания посредством производных
85
12. Кубрякова Е.С. Язык и знание. На пути получения знаний о языке: части речи с
когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира. М., 2004. 560 с.
13. Langacker R. A dynamic usage-based model // Usage based models of language / Еd. by
M. Barlow, S. Kemmer. Stanford, 1999. Р. 1–65.
14. Янценецкая М.Н. Пропозициональный аспект словообразования // Материалы
Всесоюзной научной конференции. Кемерово, 1992. С. 4–33.
15. Арутюнова Н.Д. Аномалии и язык // Вопросы языкознания. 1987. № 3. С. 3–19.
LANGUAGE REALIZATION OF INTERPERSONAL COGNITION USING DERIVATIVES OF SYNCRETIC NATURE
Nagel O.V.
Summary. The emphasis is given to a language portraying of interpersonal perception focusing
on the major parameters of personality cognition. Basing on the word-building system of the
Russian language a syncretic category of the word-building type has been revealed and language
realization of the results of personality cognition using the derivatives of the syncretic type has
been presented.
Key words: personality; cognition; categorization; word-building type; syncretic semantics;
propositional structure; motivational formula; derivative base; derivative.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
86
Т.А. Нагорная
УДК 811.112.2
ВАРИАТИВНОСТЬ ЖАНРА ПРОПОВЕДИ
В БИБЛЕЙСКИХ ТЕКСТАХ В ПЕРЕВОДЕ М. ЛЮТЕРА
Т.А. Нагорная
Аннотация. Предмет анализа – жанр проповеди в библейских текстах в переводе М. Лютера. Выявляются жанрообразующие критерии проповеди,
анализируется вариативность её компонентов.
Ключевые слова: немецкий язык; перевод М. Лютера; вариативность;
жанр проповеди.
По мнению отечественных и немецких лингвистов, жанры, или типы текста, являются одной из характеристик как устной, так и письменной речи. В последние десятилетия в специальной литературе широкую
популярность приобрело понятие речевого жанра. Как известно, термин
«речевые жанры» впервые ввел М.М. Бахтин [1. С. 271] и определил его
как формы языка и типичные формы высказывания, которые организуют
нашу речь подобно грамматическим формам.
В основе немецкого жанроведения лежит термин «Textsorte» (тип
текста) (перевод мой. – Т.Н.). Впервые термин отмечен в работах
Э. Ризель в 1975 г., однако в то время он не нашёл широкого отклика в
лингвистических кругах [2. С. 238].
Исследуя тот или иной текстовый жанр, немецкие лингвисты прежде всего уделяют внимание его макроструктуре, т.е. делению текста на
главы, разделы и абзацы, значению иллюстраций, диалогов, всевозможным способам цитирования, а также когерентной связи или взаимоотношению внутренней организации частей текста и их организации в текст,
однако общая концепция речевых жанров остаётся открытой [3. С. 10].
Актуальность данного исследования, с одной стороны, обусловлена
необходимостью развития вариалогии, а с другой – состоянием жанроведения. В настоящее время в вариалогии наблюдается переход от изучения
модификации единиц к изучению модификации текстов. Работы, выполненные в этом ключе, единичны.
В данной статье предпринимается попытка выявить и охарактеризовать жанр проповеди в библейских текстах в переводе М. Лютера посредством анализа фрагментов из Евангелий от Матфея, Марка, Луки и
Иоанна. Опираясь на выделение в лингвистической литературе элементарных и комплексных речевых жанров [4. С. 25], мы будем рассматривать проповедь как комплексный речевой жанр, состоящий из множества
элементарных жанров.
Синди Мейнхардт [5. С. 233] предлагает следующие критерии анализа текста на предмет жанровой принадлежности: критерий ситуативности (контекст), предметности, функциональности, структуры, времени и
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность жанра проповеди
87
социальный критерий. Отметим, что критерий времени, очевидно, предназначен для текстов, анализируемых в диахроническом плане. В нашем
случае все проповеди, зафиксированные в Библии, совершались в одну и
ту же историческую эпоху – в I в. н. э., поэтому применительно к евангельским текстам критерий времени не является показательным.
Из истории евангельских текстов очевидна общность сразу нескольких критериев: предметности, ситуативности, функциональности и
социального критерия. Общность социального критерия не вызывает сомнения: все проповеди совершаются при участии одних и тех же действующих лиц – Иисуса Христа, его учеников и(или) израильского народа,
в то время как общность критериев ситуативности, предметности и функциональности нельзя трактовать однозначно.
Рассмотрим лютеровский текст одной из проповедей Иисуса Христа, обращённой к его ученикам, в Евангелии от Матфея:
«Jr seid das Saltz der Erde. Wo nu das Saltz thum wird / wo mit sol man
saltzen? Es ist zu nicht hin furt nuetze / denn das man es hin aus schuette / vnd las
die Leute zutretten. Jr seid das Liecht der Welt. Es mag die Stad die auff einem
Berge ligt / nicht verborgen sein. Man zuendet auch nicht ein Liecht an / vnd setzt
es vnter einen Scheffel / sondern auff einen Leuchter / So leuchtet es denn allen /
die im Hause sind. Also lasst ewer Liecht leuchten fur den Leuten / Das ewre gute
Werck sehen / vnd ewren Vater im Himel preisen» (Mt. 5, 13–16) [6].
Оценивая ситуативность данного отрывка, необходимо указать, что
он является частью Нагорной проповеди Иисуса Христа. Рассматриваемый отрывок обращен к ученикам, из чего вытекает социальный критерий: действующими участниками проповеди являются Иисус Христос и
его ученики. Предметностью фрагмента являются соль земли и свет, который несут ученики. Иисус Христос говорит о том, что именно ученики
должны нести свет и быть солью земли. Таким образом, функция проповеди – объяснение ученикам их роли.
Рассмотрим структуру текста проповеди. В начале текста встречается обращение к ученикам: Jr seid das Saltz der Erde («…Вы – соль земли…») [7]. Оно начинается с личного местоимения, чем говорящий непосредственно намеревается привлечь внимание слушающих, подчёркивая,
что именно им адресована речь. Далее в тексте проповеди встречается
обращение к ученикам, реализованное аналогичным по синтаксической
структуре предложением Jr seid das Liecht der Welt («…Вы – свет мира…») [7]. Оно поддерживает внимание слушателей и в то же время напоминает о мысли, выраженной в первом предложении.
Второе предложение данного проповеднического текста Wo nu das
Saltz thum wird / wo mit sol man saltzen? («...Если же соль потеряет силу,
то чем сделаешь её солёною?..») [7] выражает вопрос, адресованный ко
всем слушателям вместе и к каждому в отдельности. Оно отражает главную цель любой проповеди: заставить слушателя задуматься и самому
попытаться найти ответ на поднятый вопрос. Однако чтобы облегчить
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
88
Т.А. Нагорная
задачу слушателей, в следующем предложении – Es ist zu nicht hin furt
nuetze / denn das man es hin aus schuette / vnd las die Leute zutretten («…Она
уже ни к чему негодна, как разве выбросить её вон на попрание людям…») [7] – даётся ответ. Таким образом, каждый может проверить правильность своего предположения, спровоцированного предшествующим
вопросом.
Далее мы встречаем сравнение: Jr seid das Liecht der Welt. Es mag
die Stad die auff einem Berge ligt / nicht verborgen sein. Man zuendet auch
nicht ein Liecht an / vnd setzt es vnter einen Scheffel / sondern auff einen
Leuchter / So leuchtet es denn allen / die im Hause sind («…Не может укрыться город, стоящий на верху горы. И, зажегши свечу, не ставят её
под сосудом, но на подсвечнике, и светит всем в доме») [7].
В заключительных фразах данной проповеди содержится вывод: Also lasst ewer Liecht leuchten fur den Leuten / Das ewre gute Werck sehen / vnd
ewren Vater im Himel preisen («Так да светит свет ваш пред людьми,
чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного») [7]. Здесь снова встречается тема света, введенная автором в обращении к слушателям: Jr seid das Liecht der Welt, но её значение снова становится метафоричным. Развитие темы света проходит следующие ступени: метафора – прямое значение – метафора. Вывод проповеди оформлен
в виде призыва, о чём свидетельствует употребление повелительного наклонения в форме множественного числа.
Анализ данной проповеди позволяет выявить следующие черты, характерные для одноимённого речевого жанра: наличие анафоры, метафор,
риторических вопросов, сравнений; ведение одной темы через бóльшую
часть проповеди, освещение её в переносном и прямом значении. Таким
образом, выделяются следующие элементарные речевые жанры, составляющие комплексный жанр проповеди: жанр обращения, жанр вопроса,
жанр пояснения, жанр призыва.
Перейдём к рассмотрению отрывка проповеди Иисуса Христа в лютеровском тексте второго Евангелия – Евангелия от Марка:
«So dich aber deine Hand ergert / so hawe sie abe / Es ist dir besser / das
du ein Kroepel zum Leben eingehest / Denn das du zwo Hende habest / vnd
farest in die Helle / in das ewige fewr / Da jr Wurm nicht stirbt / vnd in Fewr
nicht verlesscht. Ergert dich dein fus / So hawe jn abe / Es ist dir besser / das
du ein Lam zum Leben eingehest / Denn das du zween fuesse habest / vnd
werdest in die Helle geworffen / in das ewige fewr. Da jr Wurm nicht stirbt /
vnd in Fewr nicht verlesscht. Ergert dich dein Auge / so wirffs von dir / Es ist
dir besser / das du Eineugig in das reich Gottes gehest / Denn das du zwey Augen habest / vnd werdest in das Hellische fewr geworffen / Da jr Wurm nicht
stirbet / vnd jr Fewr nicht verlesscht.
Es mus alles mit Fewr gesaltzen werden / vnd alles Opffer wird mit
Saltz. Das saltzt ist gut / So aber das saltz thum wird / wo mit wird man wuertzen? Habt saltz bey euch / vnd habt Friede vnternander» (Mk. 9, 43–50) [6].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность жанра проповеди
89
Обращаясь к социальному критерию, отметим: Иисус Христос адресует данный отрезок проповеди своим ученикам. Предметностью проповеди является предостережение против соблазна к греху. Исходя из
предметности можно определить функцию проповеди – предостеречь
учеников от греха. Оценивая ситуативность проповеди, подчеркнём, что
данный отрывок взят из беседы Иисуса Христа с учениками по пришествии в Капернаум.
В структуре данного фрагмента встречаются лексическая анафора и
параллельные синтаксические конструкции предложений-высказываний.
Так, например, на протяжении основной части текста мы видим похожие
в семантическом и грамматическом отношении предложения So dich aber
deine Hand ergert / so hawe sie abe… («И если соблазняет тебя рука твоя,
отсеки её…») [7]; Ergert dich dein fus / So hawe jn abe… («И если нога твоя
соблазняет тебя, отсеки её…») [7]; Ergert dich dein Auge / so wirffs von
dir… («И если глаз твой соблазняет тебя, вырви его…») [7].
Семантика указанных предложений различается сменой имён существительных die Hand, der fus и das Auge, которые, в свою очередь, влияют на грамматические детали предложения. Учитывая их род, Лютер
употребляет для их обозначения соответствующие местоимения: sie, in,
es. Замена глагола abehawen на werffen также вызвана семантическим различием имён существительных. Auge нельзя abehawen, поэтому Лютер
использует глагол werffen.
С одной стороны, повтор является признаком устной речи, с другой – столь детальное повторение говорит о том, что этот текст имеет характеристики письменных форм. В устной речи гораздо сложнее произносить фразу несколько раз, сохраняя её дословную неизменность. Автор,
видимо, старался подобрать языковые единицы, как можно точнее позволяющие ему оформить мысль. Посчитав, что ему это удалось, он повторяет фразу в схожих контекстах.
В данном отрывке проповеди также можно выделить жанр обращения, формы которого выражены местоимением 2-го лица единственного
числа. Данная форма позволяет каждому слушателю чувствовать именно
себя адресатом речи говорящего, о чём свидетельствует обращение jr,
встречающееся в Евангелии от Матфея.
В конце рассматриваемого отрывка Евангелия от Марка имеется
также обращение jr: Habt saltz bey euch / vnd habt Friede vnternander. Данную фразу мы будем трактовать как призыв, поскольку здесь наличествует форма повелительного наклонения. Употребление параллельных форм
обращения в пределах одной проповеди говорит о том, что слушатель
может полноправно чувствовать себя участником коммуникации как при
обращении в единственном, так и во множественном числе.
Следующий текст данного отрывка содержит признаки жанра пояснения, вопроса и призыва. Фраза Es mus alles mit Fewr gesaltzen werden /
vnd alles Opffer wird mit Saltz («Ибо всякий огнём осолится, и всякая жерт-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
90
Т.А. Нагорная
ва солью осолится») [7] служит пояснением к ранее сказанному тексту
проповеди. В нём задаётся тема соли, которая затем повсеместно присутствует в оставшемся тексте. Так, мы встречаем вопрос Das saltzt ist gut /
So aber das saltz thum wird / wo mit wird man wuertzen? («Соль – добрая
вещь; но ежели соль не солона будет, чем вы её поправите?») [7]. Этот
вопрос является риторическим, автор Евангелия не останавливается на
подробных комментариях относительно возможного ответа. В отрывке
Евангелия от Матфея риторический вопрос сопровождается комментарием. Таким образом, вариативность элементарного жанра вопроса в комплексном жанре проповеди обусловлена наличием комментария.
Завершает проповедь уже упоминавшийся нами призыв Habt saltz
bey euch / vnd habt Friede vnternander («…Имейте в себе соль, и мир имейте между собою») [7]. Здесь мы вновь встречаем тему соли, которая метафорично наполняет заключительную часть проповеди. В противовес
Евангелию от Матфея, где метафорично использованная тема находила
своё пояснение в предложениях с её употреблением в прямом значении, в
Евангелии от Марка метафора остаётся метафорой и заставляет слушателей самих догадываться о её значении.
Если мы проследим композицию рассматриваемого отрывка проповеди, то выделенные нами элементарные жанры встречаются в следующей последовательности: жанр обращения, жанр пояснения, жанр вопроса и жанр призыва. Можно заметить, что в сравнении с Евангелием от
Матфея жанр вопроса и жанр пояснения меняются местами. Подобно феномену вариативности в пределах элементарных жанров данное явление
создаёт вариативность комплексного жанра проповеди.
Перейдём к рассмотрению фрагмента проповеди Иисуса Христа о
любви к врагам из следующего библейского Евангелия – Евангелия от Луки.
«Aber ich sage euch / die jr zuhoeret / Liebet ewre Feind. Thut denen
wol die euch hassen. Segenet die / so euch verfluchen. Bittet fur die / so euch
beleidigen. Vnd wer dich schlehet auff einen Backen / dem biete den andern
auch dar. Vnd wer dir den Mantel nimpt / dem were nicht auch den Rock. Wer
dich bittet / dem gib. Vnd wer dir das deine nimpt / da foddere es nicht wider.
Vnd wie ir wolt / das euch die Leute thun sollen / Also thut jnen gleich auch jr.
Vnd so jr liebet die euch lieben / was dancks habt jr dauon? Denn die
Suender lieben auch jre Liebhaber. Vnd wenn jr Woltheten wolthut / was
dancks habt jr dauon? Denn die Suender thun dasselbige auch. Vnd wenn jr
leihet / von denen jr hoffet zu nemeh / was dancks habt jr dauon? Denn die
Suender leihen den suendern auch / auff das sie gleiches widernemen. Doch
aber / Liebet ewre Feinde / Thut wol / vnd leihet / das jr nichts dafur hoffet / So
wird ewer Lohn gros sein / vnd werdet Kinder des Allerhoehesten sein / Denn
er ist guetig vber die vndanckbarn vnd boshafftigen» (Lk. 6, 27–35) [6].
Данный отрывок обращён к народу: ко всем слушателям, пришедшим
послушать речь Иисуса Христа, в числе которых были и его ученики. Предметностью проповеди является любовь к врагам, и, соответственно, функ-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность жанра проповеди
91
циональность направлена на то, чтобы призвать народ любить своих врагов.
Ситуативность данного отрывка совпадает с ситуативностью рассмотренного нами отрывка из Евангелия от Матфея: этот отрывок тоже является частью Нагорной проповеди. Рассмотрим его структуру.
Проповедь снова начинается с обращения к слушателям, выраженного формулировкой Aber ich sage euch / die jr zuhoeret («Но вам, слушающим, говорю…») [7]. Для современного немецкого языка кажется
излишним употребление личного местоимения jr в придаточном предложении, поскольку косвенным падежом данного местоимения, используемым непосредственно в обращении, говорящий уже адресует свою речь
всем слушателям. Мы предполагаем, однако, что местоимение jr несёт в
данном случае коммуникативную нагрузку: подобно большинству элементов устной речи оно призывает слушателей к внимательному участию
в восприятии речи говорящего.
После обращения к слушателям говорящий непосредственно призывает их к действию, о чём свидетельствует императивное употребление глаголов: Liebet ewre Feind. Thut denen wol die euch hassen. Segenet die / so euch verfluchen. Bittet fur die / so euch beleidigen («Любите врагов ваших, благодарите
ненавидящих вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас») [7]. Таким образом, обращение, предваряющее данный призыв, мы будем рассматривать не как самостоятельный элементарный жанр, а
как особенность жанра призыва, с которого начинается проповедь.
В следующей части проповеди смешиваются жанр обращения и
жанр призыва. Vnd wer dich schlehet auff einen Backen / dem biete den andern auch dar. Vnd wer dir den Mantel nimpt / dem were nicht auch den Rock.
Wer dich bittet / dem gib. Vnd wer dir das deine nimpt / da foddere es nicht
wider («Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у
тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку. Всякому, просящему у тебя, давай, и от взявшего твоё не требуй назад») [7].
Здесь встречается лексическая анафора, выражаемая словами Vnd
wer и предваряющая ряд предложений с параллельными синтаксическими
конструкциями. Указанные предложения постепенно подводят слушателей к выводу, оформленному жанром призыва, о чём свидетельствует
употребление повелительного наклонения: Vnd wie ir wolt / das euch die
Leute thun sollen / Also thut jnen gleich auch jr («И как хотите, чтобы с вами
поступали люди, так и вы поступайте с ними») [7].
Из текста явствует, что автор оформляет обращение местоимением
2-го лица единственного числа, а вывод-призыв к той же самой публике
он выражает местоимением 2-го лица множественного числа. Таким образом, вариативные формы местоимений в пределах разных жанров не препятствуют восприятию текста как целостного единства, адресованного
всем слушателям вместе и каждому из них в отдельности.
Далее в тексте проповеди автор использует знакомый нам жанр вопроса: Vnd so jr liebet die euch lieben / was dancks habt jr dauon? («И если любите
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
92
Т.А. Нагорная
любящих вас, какая вам за то благодать?..») [7]. Так же как в Евангелии от
Матфея, в тексте проповеди Евангелия от Луки за риторическим вопросом
следует комментарий-пояснение: Denn die Suender lieben auch jre Liebhaber
(«Ибо и грешники любящих их любят») [7]. Данный комментарий, однако,
не является прямым ответом на вопрос. Он, скорее, позволяет слушателям
проникнуть в глубину мысли автора и самим найти ответ.
Структура данного отрывка проповеди кольцеобразна. Элементарные речевые жанры сменяют друг друга, а лингвистические приёмы часто
повторяются. Так, например, анафоричное употребление союза vnd присутствует и в жанре вопроса. В совокупности вопросы и комментарии
подводят слушателей к выводу-призыву: Doch aber / Liebet ewre Feinde /
Thut wol / vnd leihet / das jr nichts dafur hoffet / So wird ewer Lohn gros sein /
vnd werdet Kinder des Allerhoehesten sein / Denn er ist guetig vber die
vndanckbarn vnd boshafftigen. Особенностью этого призыва является распространённость предложения, в котором он реализуется. В противовес
рассмотренным ранее призывам он не ограничивается императивной фразой, а открывает результат исполнения призыва. Таким образом, жанр
призыва смешивается с жанром пояснения, в результате чего слушатели
должны более глубоко проникаться проповедью.
Последовательность жанров, составляющих данный отрывок, выглядит следующим образом: жанр обращения, жанр призыва, жанр вопроса, жанр пояснения, жанр призыва. Однако, как уже было отмечено
выше, сложно провести чёткую грань между сменой жанров. Часто одни
элементарные жанры содержат характеристики других. Подобная недискретность элементарных жанров в комплексном жанре проповеди свидетельствует о том, что нет чётких правил организации устного текста. Вариативная картина жанровой последовательности рассмотренных отрывков проповедей показывает, что любая выбранная автором структура рассчитана на доступное восприятие информации слушателями. Доступность
восприятия же зависит не только от выбранных жанров, но и от языковых
единиц, составляющих данные жанры.
Рассмотрим отрывок проповеди из Евангелия от Иоанна:
«DА sprachen sie zu jm / Was sollen wir thun / das wir Gottes wercke
wircken? Jhesus antwortet / vnd sprach zu jnen / Das ist Gottes werck / dаs jr
an Den gleubet / den Er gesandt hat. Da sprachen sie zu jm / Was thustu fur ein
Zeichen / auff das wir sehen vnd gleuben dir? Was wirckestu? Vnser Veter haben Manna gessen in der Wuesten / wie geschrieben stehet / Er gab jnen Brot
vom Himel zu essen. Da sprach Jhesus zu jnen / Warlich / warlich / ich sage
euch / Moses hat euch nicht Brot vom Himel gegeben / Sondern mein Vater
gibt euch das rechte Brot vom Himel. Denn dis ist das Brot Gottes / das vom
Himel kompt / vnd gibt der Welt das Leben. DА sprachen sie zu jm / HЕrr / gib
vns allewege solch brot» (Jh. 6, 28–34) [6].
Отрывок является частью беседы Иисуса Христа с народом. Главные действующие лица, отвечающие социальному критерию проповеди, –
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность жанра проповеди
93
Иисус Христос и народ, включающий его учеников. Главной темой, или
предметностью беседы, является вопрос о хлебе жизни. Функциональность данного отрывка проповеди заключается, с одной стороны, в толковании Иисусом Христом вопроса о хлебе жизни, а с другой – в активной
попытке окружающих людей разобраться в вопросе о хлебе жизни.
С точки зрения структуры данный отрывок можно считать комплексным жанром беседы, в которой одним из элементарных речевых
жанров является жанр проповеди. Вопросы народа вводятся каждый раз
словами автора Dа sprachen sie zu jm («Итак сказали ему») [7]. Данная
фраза является анафорой, употребление которой, очевидно, оправдано
стремлением автора-переводчика придать равную степень важности следуемым за ней вопросам народа. Слова Иисуса Христа, в свою очередь,
тоже вводятся авторскими репликами Jhesus antwortet / vnd sprach zu
jnen… («Иисус сказал им в ответ…») [7] и Da sprach Jhesus zu jnen…
(«Иисус же сказал им…») [7].
Данные реплики можно рассматривать как анафоричные, поскольку
употребление глагола antworten в этом случае отражает характер высказывания и является факультативным. Жанр вопроса, являющийся неотъемлемым элементарным жанром беседы, в отличие от элементарного
жанра вопроса монологического речевого жанра проповеди, редко является риторическим. Беседа предполагает активное участие нескольких
человек, в которой ответы на поставленные вопросы являются одним из
условий её успешного протекания.
Так, например, на вопрос народа Was sollen wir thun / das wir Gottes
wercke wircken? («Что нам делать, чтобы творить дела Божии?») [7]. Иисус Христос даёт конкретный ответ: Das ist Gottes werck / dаs jr an Den
gleubet / den Er gesandt hat («Вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того,
Кого Он послал») [7]. В ответе обнаруживаются характерные черты жанра
проповеди: обращение к публике (jr), призыв (dаs jr an Den gleubet), пояснение (Das ist Gottes werck). Аналогичный случай наблюдается и в следующем вопросе, адресованном народом Иисусу Христу: Was thustu fur
ein Zeichen / auff das wir sehen vnd gleuben dir? Was wirckestu? («Чтобы мы
увидели и поверили Тебе? Что Ты делаешь?») [7]. Непосредственно за
вопросом следует пояснение, объясняющее появление вопроса: Vnser Veter haben Manna gessen in der Wuesten / wie geschrieben stehet / Er gab jnen
Brot vom Himel zu essen («Отцы наши ели манну в пустыне, как написано:
хлеб с неба дал им есть») [7]. И вслед за этим следует ответ Иисуса Христа: Warlich / warlich / ich sage euch / Moses hat euch nicht Brot vom Himel
gegeben / Sondern mein Vater gibt euch das rechte Brot vom Himel. Denn dis
ist das Brot Gottes / das vom Himel kompt / vnd gibt der Welt das Leben («Истинно, истинно говорю вам: не Моисей дал вам хлеб с неба, а Отец Мой
даёт вам истинный хлеб с небес. Ибо хлеб Божий есть тот, который сходит с небес и даёт жизнь миру») [7]. В данной ответной реплике встречается обращение (ich sage euch), адресованное всем участникам беседы.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
94
Т.А. Нагорная
Дальнейшая часть реплики содержит пояснение, характерное для жанра
проповеди. Иисус Христос говорит о хлебе жизни, употребляя слово Brot
сначала в прямом, затем в переносном значении. Таким образом, прямое
значение слова (Brot) соотносится с его метафоричным значением (Brot
Gottes).
В рассматриваемом высказывании, имеющем характеристики проповеди, отсутствует призыв, характерный для жанра проповеди. Его мы
встречаем в последующей реплике народа: HЕrr / gib vns allewege solch
brot («…Господи! Подавай нам всегда такой хлеб») [7]. Данная особенность говорит о том, что ответы Иисуса Христа, выраженные в жанре
проповеди, – составная часть комплексного жанра, каким в данном случае
является беседа. Призыв, которым обычно заканчивается проповедь, реализуется народом. В нём заключается результат беседы, подводящий итог
обсуждающимся вопросам. Таким образом, композиция комплексного
жанра беседы построена так: сменяющие друг друга жанр вопроса и
жанр проповеди, жанр пояснения, жанр призыва.
Сопоставив структуру данной беседы со структурой жанра проповеди других Евангелий, обнаруживаем общие черты: наличие элементарных жанров вопроса, жанров пояснения и жанров призыва. Участники
беседы не меняются ролями в процессе реализации речевых жанров, т.е.
жанр вопроса реализуется только народом, а жанр проповеди – только
Иисусом Христом. Данный феномен сближает комплексный жанр беседы
и комплексный жанр проповеди, поскольку в обоих случаях присутствует
только один оратор.
Как жанр беседы, так и жанр проповеди заканчиваются призывами,
которые являются итогом предыдущих слов говорящего. Во всех случаях
призыв обращён к предшествующей речи Иисуса Христа, он подчёркивает её правомерность. Возникает предположение, что Евангелист Иоанн
намеренно организовывает речь Иисуса Христа в жанр беседы. Вопросы,
которые задаются народом в процессе беседы с Иисусом Христом, являются наиболее очевидными в контексте обсуждаемой темы. Вероятно,
автор Евангелия стремится вовлечь читателя в разговор, создав условия, в
которых читатель с лёгкостью может встать на место народа и активно
участвовать в беседе.
Анализируемые тексты являются переводческими, следовательно, в
их жанровой организации участвуют не только авторы оригинального
текста, но и автор-переводчик Мартин Лютер. Логично предположить,
что Лютер, являясь безусловным сторонником Библии, в своих проповедях опирается как на учение Иисуса Христа, так и на его проповеднические традиции. Известно, что первые попытки перевода Священного Писания возникли вместе с текстами, которые Лютер готовил для своих
проповедей [8. C. 100]. Очевидно, автор сам учится умело использовать
немецкий язык в разных сферах, прибегая к помощи своих же текстов и
способствуя развитию немецкого языка в различных жанровых формах.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вариативность жанра проповеди
95
Литература
1. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1986. 445 с.
2. Бабенко Н.С. Textsortenlinguistik vs Лингвистическое жанроведение // Русская германистика: Ежегодник Российского союза германистов. М.: Языки славянской культуры,
2009. Т. 5. С. 235–244.
3. Simmler F. Vorwort // Textsorten deutscher Prosa vom 12/13 bis 18. Jahrhundert und ihre
Merkmale: Akten zum internationalen Kongress in Berlin, 20. bis 22. September 1999 / Hrgs.
von F. Simmler. Bern: Peter Lang AG Europäischer Verlag der Wissenschaften, 2002. S. 9–12.
4. Крылова О.А. Лингвистическая стилистика. Кн. 1: Теория: Учеб. пособие. М.:
Высш. шк., 2006. 319 с.
5. Meinhardt C. Textsorten sinnhaft beschreiben – ein Modellvorschlag für die Textsortenbeschreibung mit systemtheoretischen Impulsen am Beispiel von Rektoratsantrittsreden der Universität Greifswald im 20. Jahrhundert // Textsorten und Systemtheorie Hrsg. von Christina Gansel. Göttingen: V&R unipress, 2008. S. 227–250.
6. Das Neue Testament in der deutschen Übersetzung von Martin Luther. Studienausgabe.
Stuttgart: Philipp Reclam jun. GmbH, 1989. Bd. 1. 736 s.
7. Das Neue Testament. Deutsch-Russisch. Wuppertal und Zürich: R. Brockhaus Verl.,
2002. 572 s.
8. Arndt Erwin / Brandt Gisela. Luther und die deutsche Sprache. Leipzig: VEB Bibliographisches Institut, 1987. 232 s.
VARIATION OF THE GENRE SERMON IN THE BIBLICAL TEXTS IN M. LUTHER’S
TRANSLATION
Nagornaya T.A.
Summary. The subject of analysis is the genre of sermon in the biblical texts in M. Luther’s
translation. The article reveals the criteria of the genre and gives analysis of its components.
Key words: The German language; M. Luther’s translation; variation; genre of the sermon.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
96
И.Ю. Русанова
УДК 811.133.1
СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ФРАНЦУЗСКОЙ ЛЕКСЕМЫ
«BLÂME» И РУССКОЙ ЛЕКСЕМЫ «ПОРИЦАНИЕ»
И. Ю. Русанова
Аннотация. Проводится семантический анализ двух лексем: французской
«blâme» и русской «порицание», с целью уточнения структуры данных лексем, выделения их дифференциальных компонентов. Описываются синонимы
этих лексем, делается попытка их разграничения от исследуемых понятий.
Материалом для исследования послужили электронные толковые словари.
Ключевые слова: лексема; выражение порицания; отрицательная оценка;
неодобрение.
Данная работа посвящена семантическому анализу французской лексемы «blâme» и русской лексемы «порицание». Порицание является одним
из самых «антропоцентрических» явлений и как феномен исследуется
представителями разных наук: философии и этики, психологии и педагогики, а также лингвистики. Несмотря на существующие исследования, семантический аспект анализа разработан недостаточно полно: нет четкого и
адекватного определения лексем «blâme» и «порицание»; нет непротиворечивых критериев для их разграничения от других синонимических лексем
со значением «выражение отрицательной оценки». Таким образом, заявленная проблематика статьи представляется необходимой и актуальной.
В определении толкования лексем «blâme» и «порицание» были использованы методы дефиниционного и компонентного анализа по электронным толковым словарям французского и русского языка.
Прежде чем приступить к анализу этой единицы, мы обратились к
данным историко-этимологических словарей, чтобы определить её происхождение и первоначальное значение.
Французский глагол «blâmer» происходит от глагола «blasphemare»
народно-разговорной (вульгарной) латыни, который восходит к церковной латыни, является заимствованием из греческого языка и переводится
как «поносить, хулить, злословить». Как уточняют этимологические словари, значение глагола ослабло при переходе в разговорный язык, где оно
приобрело значение «порицать, неодобрять публично». Согласно этому,
можно говорить о том, что глагол «blâmer» первоначально получил значение «религиозное осуждение», т.е. осуждение пороков, описанных в
Библии, а уже потом он приобрел более широкое значение как осуждение
«светских» пороков. Следовательно, мы можем говорить как о сохранении узкоспециального значения понятия, так и о расширении значения.
Остановимся теперь более подробно на значениях лексической единицы «blâme» в толковых словарях французского языка. Приведем несколько примеров толкований:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Семантический анализ французской лексемы «blame»
97
Blâme:
– Jugement de désapprobation porté sur la conduite ou les paroles de
quelqu'un [1] (выражение неодобрения, осуждения поведения или высказываний кого-либо);
– Jugement défavorable porté sur quelqu'un ou quelque chose [2] (неодобрительное суждение о ком-либо или чем-либо);
– Expression de l'opinion, du jugement par lequel on trouve quelque
chose de mauvais dans les personnes ou dans les choses [3] (выражение мнения, суждения в связи с которым находится что-то плохое в людях или
предметах);
– Jugement désapprobateur sévère [4] (строгое выражение неодобрения).
Кроме перечисленных определений, отметим, что существуют производные значения данной лексемы, такие как:
– Sanction disciplinaire infligée à un fonctionnaire, un employé, à un
élève [1] (дисциплинарная санкция, налагаемая на должностное лицо,
служащего или ученика);
– Réprimande officielle pour manquement aux règles disciplinaires
infligée par une autorité hiérarchique ou un conseil de discipline et inscrite au
dossier de l'intéressé [2] (официальный выговор за нарушение правил дисциплины, налагаемый вышестоящим начальником или дисциплинарным
советом и записываемый в личное дело заинтересованного лица).
Словари указывают также, что это слово является специальным
термином административного права (хотя отмечаются случаи употребления данного термина в древнем и международном праве).
В результате сопоставления словарных дефиниций понятия «blâme»
во французском языке можно сделать вывод, что содержание лексемы не
совсем устоялось, так как толкования различаются, хотя базовые представления понятия «blâme» в большинстве словарей совпадают.
Метод дефиниционного анализа по толковым словарям показал, что
общим семантическим компонентом является лексема «désapprobation» –
action de désaprouver (выражение неодобрения). Поэтому «désapprobation»
(неодобрение) выступает в качестве гиперонима для обозначения всего
диапазона отрицательной эмотивно-оценочной модальности и является
родовым понятием. Структура значения «désapprobation» может быть
представлена семами: Р + Оц. (–), где Р – фраза, словосочетание, слово, а
Оц. (–) – отрицательная оценка, тогда лексема «blâme» имеет следующий
вид: Р + Оц. (–) + R, где Р – фраза, словосочетание, слово, Оц. (–) – отрицательная оценка, а R – объект порицания. Выражение неодобрения будет
являться наиболее общим случаем, к которому при условии нейтрализации релевантных черт могут сводиться такие выражения, как порицание,
осуждение и т.п. В таком случае «blâme» выступает гипонимом по отношению к «désapprobation» и является видовым понятием.
Представляет определенный интерес синонимический ряд к слову
«blâme». Среди наиболее употребительных синонимов к слову «blâme»
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
98
И.Ю. Русанова
можно назвать следующие (синонимы приведены по степени частотности
по данным электронного словаря):
Réprobation – condamnation sévère (de quelque chose ou de quelqu'un),
jugement ou critique défavorable [4].
Reproche – incitation verbale à corriger le comportement, jugement
défavorable [4].
Censure – action de critiquer, de façon le plus souvent sévère en
émettant un blâme, la conduite ou les œuvres de quelqu'un [2].
Condamnation – DROIT décision de justice qui sanctionne, sévère
réprobation [4].
Semonce – avertissement sévère qui laisse généralement prévoir des
mesures plus radicales ou des suites alarmantes [4].
Critique – observation négative (que l'on fait à propos de quelque chose) [4].
Réprimande – sévère reproche (adressé à quelqu'un pour une faute) [4].
Réquisitoire – accumulation de reproches (contre quelque chose ou
quelqu'un) [4].
Accusation – imputation faite (à une personne) d'un délit ou d'une faute [4].
Remontrance – discours par lequel on montre à quelqu'un ses torts, ses
erreurs, pour l'engager à se corriger [2].
Cинонимичный ряд к лексеме «blâme» объединяет слова с общим
значением «выражение отрицательной оценки кому-либо или чемулибо». Отличительной чертой французских синонимов будет являться
тот факт, что практически все они имеют сему интенсивности выражения отрицательного отношения. В большинстве слов указывается строгость неодобрения (réprobation, réprimande, semonce, condamnation),
часть синонимов делает акцент на наложении ответственности за допущенную ошибку (réprimande, accusation), актуализируется значение побуждения к исправлению поведения, ситуации (reproche, remontrance).
Также предложенные лексемы можно дифференцировать по принадлежности к определенному дискурсу, например: accusation, condamnation,
semonce – относятся и находят применение в области права и юриспруденции.
Аналогично проведем анализ русской лексемы «порицание». Обратимся к данным историко-этимологического словаря современного русского языка, где найдем следующее происхождение слова «порицать»:
«выражать неодобрение кому-либо, отрицательно высказываться о комлибо», «осуждать». Древнерусское книжное «порицати» родственно общеславянскому «porokъ» (от старославянского порокъ, которое первоначально значило «порицание»). Корень rek – rok – rъk – «говорить», «держать речь» [5. С. 57–58].
Слово же «порок» определяется в данном словаре как «нравственный изъян, недостаток (в ком-либо), заслуживающий осуждения; развратное поведение, недостаток, неисправность» [5. С. 58].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Семантический анализ французской лексемы «blame»
99
Таким образом, можно сделать вывод о том, что в русском языке
слово «порицать» восходит к слову «порок», в связи с чем оно получило
значение «высказывать суждения о нравственных изъянах, недостатках».
В нашем исследовании на основе дефиниционного анализа мы попытаемся уточнить значения лексемы «порицание».
Порицание:
– Выражение неодобрения, осуждения, выговор. Получить порицание. Вынести порицание кому-либо (офиц.). Общественное порицание [6].
– Осуждение, выговор, неодобрение [7]. Выразить порицание. Вынести кому-нибудь общественное порицание.
– Выражение неодобрения, осуждения; мера взыскания за какойлибо проступок [8].
Как мы видим из сделанной нами подборки толкований, русские
дефиниции аморфны и тавтологичны, они дают определение через указание на синоним, а значение лексемы остается не раскрытым. То есть определения, приводимые в толковых словарях русского языка, недостаточны для дифференциации семантики лексемы «порицание» от его синонимов. Однако метод дефиниционного анализа толковых словарей показал,
что общим семантическим компонентом является «выражение неодобрения». Поэтому «неодобрение» выступает в качестве гиперонима. Структура значения «неодобрение» совпадает со значением во французском
языке «désapprobation», а лексема «порицание» будет аналогичной лексеме «blâme». Как и во французском языке, лексема «порицание» выступает
гипонимом по отношению к «неодобрению», является видовым понятием.
Рассматривая и анализируя синонимы лексической единицы «порицание», предложенные электронным словарем, мы можем утверждать, что
они имеют видовые отличия и их можно систематизировать по стилевой
принадлежности:
Замечание – указание на ошибку, выговор [9].
Брань – осуждение и обидные слова [9].
Выговор – строгое словесное внушение, замечание за проступок [9].
Упрек – выражение недовольства, неодобрения, обвинения [6].
Укор, укоризна – неодобрение, высказанное кому-либо [10].
Ворчание – сердитое бормотание, выражение неудовольствия [9].
Брюзжание – ворчание [9].
Внушение – наставление, выговор [6].
Нагоняй – строгое внушение, наказание [6].
Строгач – стар. разг. строгий выговор как мера наказания [9].
Проборка – разг. выговор, внушение кому-нибудь [6].
Нахлобучка – нагоняй [6].
Взбучка – грубый выговор, нагоняй или побои [6].
Встрепка – строгое наказание, с руганью, битьем, нагоняй [6].
Головомойка – строгий выговор с нравоучениями [6].
Осуждение – неодобрительное мнение, порицание [9].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
100
И.Ю. Русанова
Разгон – разг. выговор, взбучка [6].
Неодобрение – порицание, отрицательная оценка чего-нибудь [7].
Хула – устар., книж. резкое осуждение, порочащие слова [9].
Поношение – устар., книж. оскорбительные, порочащие слова [7].
Бичевание – книж. суровая критика [6].
Распекание – разг. выговор [6].
Охаивание – разг. ругань, порочащие слова [6].
Хуленье – книж. устар. порочащие слова, брань [6].
Журьба – разг. ворчливые наставления [9].
Хаянье – прост. брань, порочащие слова [9].
Все синонимы объединены общим значением «открыто выносить
отрицательную оценку кому-либо или чему-либо». Несомненно, можно
говорить о том, что данные синонимы будут различаться резкостью и интенсивностью выражения отрицательного отношения, оценки адресантом.
С одной стороны, лексемы более «мягкого» отношения (ворчание, журьба, упрек), с другой – более резкие и грубые (распекание, бичевание,
брань и т.д.). Шкала перехода представлена такими лексемами, как
брюзжание, ругань и др. В некоторых лексемах актуализирована сема необоснованности: охаивание, хуленье, хаяние. Также представленные лексемы можно дифференцировать по использованию в том или ином виде
дискурса. Так, например, к официальному дискурсу будут относиться:
взбучка, головомойка, разгон, внушение, выговор и др. Можно привести
несколько примеров с глаголами, которые относятся к разговорному стилю и реализуют значение выражения отрицательной оценки в ситуации
профессиональной коммуникации: пробирать, вызвать на ковер, распекать, распушить, шерстить, честить, чихвостить, снимать стружку,
отчитать, пробрать, устроить разнос, задать взбучку, чистить, песочить, намылить голову, снять голову, вправлять мозги, выбить дурь из
головы, склонять на все лады [10].
Итак, в данной работе мы провели семантический анализ лексем
«blâme» и «порицание», в результате которого пришли к выводу, что общим семантическим компонентом является «выражение неодобрения»,
«action de désaprouver». «Неодобрение», «désapprobation» выступают в
качестве гиперонимов для обозначения всего диапазона отрицательной
эмотивно-оценочной модальности и являются родовыми понятиями в
русском и французском языках соответственно. В таком случае лексемы
«порицание», «blâme» выступают гипонимами по отношению к «неодобрению», «désapprobation», являются видовыми понятиями. Синонимы
анализируемых лексем будут иметь видовые отличия, отличаться компонентом интенсификации значения, поскольку имеются синонимы, выражающие более мягкую и сильную степень выражения неодобрения. Также
можно говорить и том, что лексема «blâme» во французском языке имеет
широко употребительное дополнительное значение и понимается как мера официального дисциплинарного взыскания, налагаемая вышестоящим
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Семантический анализ французской лексемы «blame»
101
в иерархии на нижестоящего, подчеркивая асимметричность в отношениях коммуникантов.
Учитывая вышеизложенное, мы предлагаем понимать под «blâme»
и «порицанием» частный случай выражения неодобрения, отрицательной
морально-этической оценки поведения, поступка, слов адресата, высказанного с целью вызвать самокритичную реакцию адресата и побудить
его к исправлению поведения или ситуации.
Литература
1. Dictionnaire Larousse. URL: http://www.larousse.fr/dictionnaires/francais/blame (дата
обращения: 15.01.10).
2. Dictionnaire du centre national de resources textuelles et lexicales. URL:
http://www.cnrtl.fr/definition/blame (дата обращения: 15.01.10).
3. Dictionnaire Littré. URL: http://littre.reverso.net/dictionnaire-francais/definition/blame
(дата обращения: 15.01.10).
4. Dictionnaire Encarta. URL: http://fr.encarta.msn.com/dictionary_/blame.html (дата обращения: 15.01.10).
5. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка:
13 560 слов. 2-е изд., стереотип. М.: Рус. яз., 1994. Т. 1–2.
6. Толковый словарь С.И. Ожегова. URL: http://ozhegova-slovar.ru/search/ (дата обращения: 27.04.10).
7. Толковый словарь Д.Н. Ушакова. URL: http://ushakova-slovar.ru/ (дата обращения:
27.04.10).
8. Современный толковый словарь русского языка под редакцией Т.Ф. Ефремовой.
URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/efremova/ (дата обращения: 27.04.10).
9. Толковый словарь русского языка С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой. URL:
http://ozhegov.info/ (дата обращения: 27.04.10).
10. Идеографический словарь русского языка – 2008 О.С. Баранова. URL:
http://www.thesaurus1.narod.ru/ (дата обращения: 27.04.10).
THE SEMANTIC ANALYSIS OF THE FRENCH LEXEME «BLÂME» AND THE RUSSIAN LEXEME «BLAME»
Rusanova I.Y.
Summary. The present paper deals with semantic analysis of French and Russian lexemes
«blâme», «blame» in order to precise the structure of these notions and to define their differential
components. For complete study of blame some synonyms are given. Electronic dictionaries
served as study and research materials.
Key words: lexeme; blame expression; disapproval; negative estimation.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
102
О.А. Ужова
УДК 802.3
ИЛЛЮСТРАТИВНЫЕ ПРИМЕРЫ И ЦИТАТЫ
В СЛОВАРЯХ КУЛЬТУРЫ
О.А. Ужова
Аннотация. Анализ иллюстративной политики в одноязычных и двуязычных словарях культуры демонстрирует, что в двуязычных словарях упомянутого типа входные единицы иллюстрируются довольно редко, в то время
как авторы одноязычных словарей активно используют вербальные иллюстрации.
Ключевые слова: лексикография; словари культуры; контекстуальные
примеры.
По меткому выражению Вольтера, словарь без примеров – это скелет. Лексикографическая категория «иллюстративный пример», известная также как контекстуальный пример, вербальная иллюстрация, цитата,
является важной частью микроструктуры любого словаря. Данная категория характеризуется Ю.Н. Карауловым [1. C. 32] как экземплярноиллюстративный параметр. Словарные примеры показывают пользователю вокабулу в типичном контексте, тогда как эксплицитные дефиниции
представляют информацию абстрактно [2. C. 21].
Некоторые ученые, например [3. C. 9], полагают, что имплицитная
природа информации, транслируемая иллюстративными примерами, снижает их значимость.
П.A. Фуэртос-Оливера и A. Аррибос-Баньо [4. C. 84] утверждают,
что оба вида информации, существующие независимо друг от друга в той
же самой словарной статье, не указывают на лингвистическую избыточность, а скорее свидетельствуют об определенной степени пересечения
разных пластов информации, что способствует более яркому освещению
эксплицитно передаваемого содержания и дополняет статью новыми
сведениями относительно использования лексической единицы.
Х. Беренгольц и С. Тарп [5. C. 64], M. Туп [6. C. 84] устанавливают
дихотомию между информацией, которая представлена в микроструктуре
словаря эксплицитно, и той информацией, которая подана в словаре более
скрытым образом.
Согласно определению T. Шенде примеры связывают пользователя
с «данной коммуникативной ситуацией и обеспечивают информацией о
семантических, морфологических, синтаксических, стилистических, культурных характеристиках заглавного слова в языке-источнике и его эквивалента в языке-реципиенте» [6. C. 224].
Мы принимаем определение Р.Р.K. Хартманнa и Г. Джеймса, которые отмечают, что «иллюстративный пример – это слово или словосочетание в словарном произведении для иллюстрации определенной формы или
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Иллюстративные примеры и цитаты в словарях культуры
103
значения в более широком контексте, таком как предложение. Примеры
могут базироваться на объективных данных (CORPUS) или составляться
авторами словарей (РЕДАКТОРСКИЕ ПРИМЕРЫ)» [7. C. 232].
Анализ пяти словарей (Oxford Guide to British and American Culture
2001 (OGBAC), Longman Dictionary of English Language and Culture 2005
(LDELC), Great Britain Country Study Dictionary 1980 (GBCSD), United
Kingdom of Great Britain and Northern Ireland Country Study Dictionary 2003
(UКGBNICSD), Dictionary of USA 1999 (DUSA)) дает нам возможность
показать результаты сравнения различных типов примеров, используемых
в рассматриваемых одноязычных и двуязычных словарях. Все пять словарей относятся к учебной лексикографии, являясь в то же время словарями
культуры. OGBAC и LDELC – это одноязычные словари, GBCSD, DUSA,
UKGBNICSD – двуязычные. За последние два десятилетия, возможно
вследствие роста учебной лексикографии; наблюдается очень важная тенденция: словарь становится универсальным справочным пособием для
студентов, изучающих иностранный язык. Это означает, что традиционное представление о словаре модифицируется: он включает в себя синтаксическую, фразеологическую, прагматическую и культурную информацию [4. C. 121].
Словарь культуры – уникальный тип словаря, помогающий пользователям исследовать культуру через язык. В этих словарях культура интерпретируется в самом широком смысле – от «высокого искусства»: литературы, музыки, архитектуры и т.д., с одной стороны, до популярной и
бытовой культуры – с другой. Внимание в словарях культуры сконцентрировано на словах с «культурной нагрузкой» и тех словосочетаниях,
которые могут помочь студентам точнее понять британскую и американскую культуры. Коннотации многих слов с «культурной нагрузкой» не
отражены в существующих лексикографических источниках, поэтому
цель словарей культуры состоит в том, чтобы дать возможность развить
культурную компетенцию, необходимую в межкультурной коммуникации, изучающим язык [8. С. 88]. Несмотря на то что словари культуры
являются типичными учебными словарями, информационная категория
«иллюстративный пример» часто игнорируется. При лексикографировании культуры редкое использование этого параметра можно объяснить
несколькими причинами. Во-первых, наличие вербальной иллюстрации
зависит от концепции авторов словаря; во-вторых, лексикографы всегда
вынуждены соблюдать экономические параметры, предлагаемые издательствами; в-третьих, проблема экономии места в словаре всегда остается актуальной.
После того, как были проанализированы первые 100 слов на первых
страницах каждого из словарей, выяснилось, что относительное число
входных единиц, сопровождаемых примером, в LDELC составляет 50%, в
OGBAC – 20%, в GBCSD – 1%, в UKGBNICSD – 1%, DUSA – 3%. Наш
анализ показывает, что три словаря (GBCSD, UKGBNICSD, DUSA) редко
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
104
О.А. Ужова
прибегают к вербальным иллюстрациям, остальные два (OGBAC и LDELC)
широко используют примеры. Можно сделать вывод, что данный параметр
редко применяется в двуязычных словарях культуры. Там, где он используется, авторы применяют очень точную и удобную форму культурного контекста для иллюстрирования употребления входной единицы.
GBCSD:
silk [фонетические символы] разг. шёлковая мантия (королевского
адвоката)
[Queen’s Counsel, King’ Counsel]; перен. тж. звание королевского
адвоката (часто в выражении: to take silk стать королевским адвокатом).
Вербальные иллюстрации в двуязычных словарях не переводятся,
хотя в некоторых случаях, если в иллюстративном примере имеются некоторые факультативные элементы, которые могут быть важными для
перевода, в зоне перевода микроструктуры применяется специальное
маркирование (эти элементы помещаются между косыми чертами):
lordship, lordship [фонетические символы] 1) светлость (титулование судей Высокого суда правосудия [High Court of Justice] и лордов [см.
Lord], как пэров [см. peer], так и обладателей «титулов учтивости»
[courtesy title]) напр.: your/his/lordship ваша/его/светлость; употр. в адресах, во время официальных церемоний, а также в речи слуг и т.п.
A.П. Коуи [9. C. 55] считает, что очень часто иллюстративный пример – единственное средство передачи информации, когда ее представление оказывается трудным лексикографически. A.M. Аль-Казими [10. C. 84]
и Дж. Синклер [11. C. 190] придерживаются точки зрения, что примеры в
одноязычном словаре объясняют входное слово и служат моделью для говорения и письма. А. Бежуа [12. C. 73] полагает, что лексикографические
примеры играют и семантическую, и синтаксическую роль в словаре.
Рассматривая различные типы вербальных иллюстраций, применяемых в разлных словарях, представляется важным сделать попытку установить типологию лексикографических примеров. Для этого необходимо
провести границу между «цитатой» и «примером». Лексикографическое
понятие «цитата» старше, чем «пример». Б.Т.С. Аткинс и М. Ранделл
[13. C. 128] придерживаются точки зрения, что до 1980 г. главной формой
эмпирического языка была цитата.
Цитата, короткий текстовый отрывок, демонстрирует поведение
слова или словосочетания при аутентичном использовании. Сейчас и цитаты, и примеры применяются для иллюстрирования, но некоторые ученые полагают, что они служат разным целям. Г. Штайн считает, что основная функция цитаты – функция документирования, поскольку она служит «в качестве аутентичного текстового свидетельства об использовании
того или иного значения определенным автором в определенное время»
[14. C. 54]. Иллюстративные примеры, однако, не предназначены для этого.
Г. Гросс [15. C. 81] заявляет, что цитаты типичны для филологического
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Иллюстративные примеры и цитаты в словарях культуры
105
словаря, в то время как иллюстративные примеры предназначены просто
для контекстуализации лексической единицы.
В данном исследовании делается попытка выяснить, есть ли реальное
различие между цитатами и иллюстративными примерами в аспекте их
функционирования в словаре. Рассматривая предисловия к OGBAC,
LDELC и DUSA, мы видим, что только в LDELС упоминаются и цитаты,
и примеры. В OGBAC цитаты не упоминаются, говорится только о примерах. Не упомянуты цитаты и в предисловии к DUSA. Для получения
более четкой картины представляется целесообразным проанализировать
словарную зону под литерой «С» качественно и количественно в трех исследуемых словарях. Была выбрана эта часть словаря, так как, по данным
исследователей, наибольшее количество слов в художественных текстах
приходится на литеру «С», среднее – на «А» и наименьшее – на «Y»
[16. С. 318–326; 17. С. 113–144].
Было выявлено, что в LDELС на тысячу вербальных иллюстраций
всего лишь одна цитата:
candle [фонетические символы] n 1) a usually stick of WAX containing a length of string (WICK) which gives light when it burns; 2) can’t hold/ is
not fit to hold a handle to inf to be not nearly as good as: No one can handle a
candle to him when it comes to playing the guitar; 3) Out, out brief candle!
quote A phrase from Shakespeare’s play Macbeth said by Macbeth when he is
talking about how short and meaningless our lives are – see also ROMAN
CANDLE, burn the candle at both ends (BURN).
Все другие примеры представляют собой либо предложения, либо
словосочетания, иллюстрирующие использование, причем из 1000 примеров 225 – в форме словосочетаний, 775 – в форме предложений:
cotton [фонетические символы] n [U] 1) a tall plant grown in warm areas for the soft white hair that surrounds its seeds; 2) (thread or cloth made
from) the hair of this plant: a reel of red cotton | a cool white cotton shirt| Cotton is more comfortable to wear than nylon; 3) AmE for cotton wool.
Единственная использованная цитата имеет метафорическое значение, ее едва ли можно понять вне контекста, особенно для представителей
других культур, изучающих английский, которые, по словам авторов словаря, являются его основными пользователями. «Out, out, brief candle» –
это цитата из монолога Макбета на смерть леди Макбет. Любопытно отметить, что цитаты из этого же монолога tomorrow and tomorrow and
tomorrow (в статье на tomorrow), и full of sound and fury, signifying nothing (в статье на sound) также используются в словаре. Последняя цитата
иллюстрирована примером Jim sometimes flies off the handle and has those
tantrums – full of sound and fury, signifying nothing! С нашей точки зрения,
едва ли правомерно включить цитату, которая сама предназначена для
иллюстрирования различных значений входного слова. Следовательно,
выбор и использование цитаты в этом словаре выглядит чисто декоративным, произвольным и несистематическим. В то же время очевидно, что
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
106
О.А. Ужова
авторы словаря проводят различие между цитатой и иллюстративным
примером, так как цитата в микроструктуре словаря в каждом случае
применения маркируется пометой quote.
В OGBAC из 886 словарных статей под литерой «C» только 41 иллюстрирована примерами, причем в 37 статьях используются предложения, в 4 – словосочетания. Таким образом, цитаты никогда не используются в этом словаре, предпочтение отдается предложениям, аутентичным
примерам, взятым из Corpus Network.
В современной лексикографии относительно природы примеров
существуют три тенденции: а) примеры придумывают составители словаря; б) примеры берутся из корпуса; в) примеры берутся из корпуса и модифицируются лексикографами на основе интуиции [2. С. 34; 14. С. 82;
18. С. 219–238; 19. С. 599–607]. Такие ученые, как A.П. Коуи [9. С. 93]
вслед за A.С. Хорнби [20. С. 104–110] и С.E. Maртин [21. С. 153–159]
предпочитают первое направление. Л. Згуста [22. С. 87], Г. Фокс [23.
С. 137–149], Дж. Синклер [11. С. 91], Дж.Р. Якобсен и соавт. [24. С. 2782–
2789], T. Хербст [25. С. 321–357], П. Хамбл [26. С. 78] и С. Ландау [27.
С. 112] считают более оптимальными примеры, выбранные из корпуса
вследствие авторитетности живого языка. Многие ученые выдвигают предположение о том, что примеры можно видоизменить, упрощая синтаксис.
Этой тенденции придерживаются A.П. Коуи [9. С. 91] и T. Шенде [6.
С. 200]. Примеры, используемые в OGBAC, принадлежат, по-видимому, к
последнему типу: они краткие, информативные и негромоздкие:
chapel n (in Britain) a place where Nonconformists have their Christian
religious services.
chapel adj [not before noun] (old-fash) (in England and Wales) belonging to a Nonconformist group: Were your family church (=Anglican) or
chapel?
Тем не менее всего 4,6% всех словарных статей снабжено примерами, что не способствует учебному уклону словаря, упомянутому в предисловии.
В DUSA примеры являются в основном цитатами, хотя таким образом не маркированы; они не контекстуализируют, а иллюстрируют лексическую единицу. Из 977 статей под литерой «С» обнаружены всего 11 цитат и 1 иллюстративный пример, т.е. примерами снабжен всего 1,2% словарных статей.
1. Cavalry кавалерия. В старых фильмах-вестернах всегда «кавалерия
на подходе» [«the cavalry is on its way»] и появляется в нужный момент,
чтобы выручить людей, попавших в беду.
2. Chickadee [фонетические символы] гаичка, маленькая американская птичка из породы синиц (птица – символ штатов Мэн, 1927 и Массачусетс, 1941)□ my little chickadee синичка, ласковое обращение <впервые
употр. в фильме того же назв. актером У. Филдсом [Fields, W.C.]>
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Иллюстративные примеры и цитаты в словарях культуры
107
Таким образом, даже случай, маркированный как пример значком □,
примером не является, представляя собой цитату из фильма. Подводя итоги, следует отметить, что авторы OGBAC не используют цитаты, предпочитая им модифицированные корпусные примеры. Составители LDELС
проводят различие между цитатой и примером, но приводят их редко и
непоследовательно. Автор DUSA не различает цитату и иллюстративный
пример, прибегая к последним довольно редко.
Известно, что по форме большинство примеров могут быть предложениями и словосочетаниями. Согласно лексикографической традиции
последние считаются «мертвыми примерами». Они называются «мертвым»
в том смысле, что существительные часто нейтрализуются до неопределенно-личных местоимений, а смысловые глаголы до инфинитивов [28. С. 91]
A.П. Коуи полагает, что «они могут показать, какие элементы в предложении фиксированы, какие факультативны, какие заменяемы» [9. С. 101].
Предложения называются «живыми примерами», поскольку в них
используются личные местоимения или существительные вместо неопределенно-личных местоимений. По мнению Дж.Р. Якобсена [24. С. 2782],
предложения становятся аутентичными примерами благодаря их порождающей силе. О.М. Карпова [28. С. 51] подчеркивает, что иллюстративные
примеры-предложения усиливают информативный потенциал словаря.
Проведенное нами исследование словарей культуры показывает, что авторы в основном используют предложения, а не словосочетания, принимают
во внимание функциональный критерий, часто применяют данный параметр в одноязычных словарях и почти совсем не пользуются им в двуязычных словарях.
Литература
1. Караулов Ю.Н. Лингвистическое конструирование и тезаурус русского языка. М.,
1981.
2. Toope M. Examples in the Bilingual Dictionary. MA Dissertation. Ottawa, 1996.
3. Roberts R.P. Dictionaries, dictionary-making and translation // A Spectrum of Translation Studies / Еds. by P. Fernandez Nistal, J.M. Bravo Gozalo. Valladolid, 1996.
4. Fuertes-Olivera P.A., Arribas-Bano A. Pedagogical Specialised Lexicography. Amsterdam; Philadelphia, 2008.
5. Bergenholz H., Tarp S. Manual of Specialised Lexicography. Amsterdam; Philadelphia,
1995.
6. Szende T. Problems of exemplification in bilingual dictionaries // Lexicographica. 1999.
№ 15.
7. Hartmann R.R.K., James G. Dictionary of Lexicography. N.Y., 1988.
8. Uzhova O. Definitions in Monolingual Cultural Dictionaries // Lexicogarphy and Terminology: a Worldwide Outlook. Cambridge, 2009.
9. Cowie A.P. The language of examples in English learner’s dictionaries // Lexicographers
and their Works. Exeter, 1989.
10. Al-Kasimi A.M. Linguistics and Bilingual Dictionaries. Leiden, 1977.
11. Sinclair J. Looking Up. An Account of Cobuild project in lexical computing. London,
1987.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
108
О.А. Ужова
12. Bejoint H. Modern Lexicography: An Introduction. Oxford, 2000.
13. Atkins B.T.S., Rundell M. The Oxford Guide to Practical Lexicography. Oxford, 2008.
14. Stein G. Exemplification in EFL dictionaries // The Perfect Learners’ Dictionary. Tubingen, 1999.
15. Gross G. Lexicographie et grammaire // Cahiers de Lexicologie. 1981. № 39 (2).
16. Малаховский Л.В., Салютина Т.А. Опыт применения алгоритма статистикокомбинаторного моделирования к разным подъязыковым системам английского языка //
Статистико-комбинаторное моделирование языков. М.; Л., 1965.
17. Тулдава Ю. К вопросу об аналитическом выражении связи между объектом словаря и объемом текста // Ученые записки Тартуского университета. 1980. Вып. 549.
18. Zofgen E. Kollokation-Kontextualisierung-Belegsatz. Anmerkungen zur Theorie und
Praxis des lexicographischen Beispiels // Franzosische Sprachlehre und bon usage. Festschrift
fur H.W. Klein zum 75. Geburtstag / Еds. by A. Barrera Vidal, H. Kleinedam, M. Raupach.
Munich, 1986.
19. Martin R. L’exemple lexicographique dans le dictionnaire monolingue // Worterbucher
/ Dictionaries / Dictionnaires. An international encyclopedia of lexicography / Еds.
F.J. Hausmann, O. Reichmann, E.H. Wiegand, L. Zgusta. Berlin; New York, 1990. Vol. 2.
20. Hornby A.S. Some problems of lexicography // ELT Journal. 1965. № 19 (3).
21. Martin S.E. Selection and presentation of ready equivalents in a translation dictionary //
Problems in Lexicography / Еds. by F.W. Householder, S. Saporta. Bloomington, 1962.
22. Zgusta L. Manual of Lexicography. The Hague, 1971.
23. Fox G. The case for examples // Looking Up. An Account of Cobuild project in lexical
computing / Еd by J. Sinclair. London, 1987.
24. Jacobsen J.R., Manley J., Pedersen V.H. Examples in the bilingual dictionary //
Worterbucher / Dictionaries / Dictionnaires. An international encyclopedia of lexicography /
Еds. by F.J. Hausmann, О. Reichmann, E.H. Wiegand, L. Zgusta. Berlin; New York, 1991.
Vol. 3.
25. Herbst T. On the way to the perfect learners’ dictionary: A first comparison of OALD5,
LDOCE3, COBUILD2 and CIDE // International Journal of Lexicography. 1996. № 9 (4).
26. Humble P. Dictionaries and Language Learners. Frankfurt am Main, 2001.
27. Landau S. Dictionaries: The Art and Craft of Lexicography. Cambridge, 2001.
28. Karpova O. Another Concordances with Special Reference to Shakespeare // Lexicography. Critical Concepts / Ed. by R.R.K. Hartmann. London; New York, 2004.
EXAMPLES AND QUOTATIONS IN DICTIONARIES OF CULTURE
Uzhova O.A.
Summary. Our analysis of the monolingual and bilingual cultural dictionaries indicates that exemplification is a rare thing in bilingual cultural dictionaries though the authors of monolingual
dictionaries exemplify a lot.
Key words: lexicography; dictionaries of culture; contextual examples; quotations.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О некоторых особенностях аллюзивной языковой игры
109
УДК 81'37; 003; 81'22
О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ
АЛЛЮЗИВНОЙ ЯЗЫКОВОЙ ИГРЫ
(НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА)
А.Б. Цыренова
Аннотация. Рассматриваются понятия «игра», «языковая игра» и феномен
аллюзивной языковой игры. Даются определения понятий «языковая игра»
и «аллюзия». Указывается, что аллюзивная игра строится на трансформации и кодировании какого-либо прецедентного факта для передачи юмористического, иронического или другого отношения к объекту речи. Приводятся примеры художественных текстов английской литературы.
Ключевые слова: языковая игра; аллюзия; аллюзивная языковая игра; комический эффект; авторская интенция.
Люди издревле воспринимали жизнь и действительность как игру. Игра выступает как функция человеческого бытия, и сама человеческая культура неотделима от игры. Она представляется неким всеобщим принципом,
духом, законом, приводящим в движение механизм всего мироздания.
Исторически сложилось величайшее многообразие смысловых
значений, которые вкладываются в слова игра, играть, игрок, играющий,
игрушка. Не следует заблуждаться относительно значения слова «игра».
Игра совсем необязательно предполагает удовольствие или веселье.
Многие игры весьма серьезны. То же самое относится и к словам «играть» и «игрок».
В общей теории игр помимо понятий любовные, детские, спортивные, компьютерные, общественные игры также выделяется языковая игра. Она является одной из составляющих этой теории. В отличие от других видов игры ее содержанием является закодированная, вербально выраженная информация. Сфера умственной деятельности человека принадлежит ирреальному, условному пространству и времени. Классические же
примеры игры разворачиваются в реальном пространстве и времени, они
перцептуально воспринимаемы – наблюдаемы, осязаемы, т.е. проживаемы изнутри каждым участником игры [1. С. 223].
Впервые термин «языковая игра» упомянул Людвиг Витгенштейн
как особый способ манипулирования языком, состоящего «из языка и тех
видов деятельности, с которыми он сплетён» (цит. по: [2. С. 23]).
В отечественном языкознании термин вошел в широкий научный
обиход после публикации одноимённой работы Е.А. Земской, М.В. Китайгородской и Н.Н. Розановой [3]. Под «языковой игрой» авторы понимают явления, когда говорящий «играет» с формой речи. Это может быть
и незатейливая шутка, и более или менее удачная острота, и каламбур, и
разные виды тропов (сравнения, метафоры, перифразы, аллюзии и т.д.).
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
110
А.Б. Цыренова
Стилистический прием «аллюзия» возник как фигура риторическая.
Этимологически термин «аллюзия» восходит к латинскому «alludere» (от
«ludere» – «играть, шутить», а также «намекать»). Непосредственным
этимоном слова послужило позднелатинское «allusio, -onis» – «игрушка».
В настоящее время внимание к аллюзии возросло в связи с интересом к
неявным способам передачи информации в тексте. Аллюзия рассматривается как средство создания добавочного имплицитного смысла.
Считается, что аллюзивная языковая игра относится к речетворческой деятельности автора, ограниченной во времени, имеющей определенный смысл, и строится на трансформации и кодировании какого-либо
прецедентного факта с целью вызвать улыбку, смех или ироническое отношение к объекту речи.
Как и всякая игра, аллюзивная языковая игра имеет определенный замысел, условия и правила, устанавливаемые адресантом и принимаемые адресатом. Замысел аллюзивной языковой игры заключается в намерении автора передать информацию сжато в некой зашифрованной форме, оболочке.
К условиям осуществления аллюзивной языковой игры относятся:
1. Наличие участников игры – производителя информации (автора)
и получателя информации (читателя). И.А. Морозов [4. С. 48] полагает,
что игроками в ряде случаев также могут являться игровые предметы,
вещи, которыми манипулируют игроки или которые спонтанно взаимодействуют друг с другом, порождают игру.
2. Наличие одинакового тезауруса (фоновых знаний) у участников
игры – знаний прецедентных текстов.
3. Наличие игрового материала. В качестве игрового материала в
аллюзивной языковой игре выступают элементы элитарной и массовой
культуры – прецедентные тексты, составляющие фоновые знания.
Обращение к прецедентному тексту осуществляется посредством
аллюзии, которая является вербализованным намеком, отсылкой, признаком. Тем самым в процесс коммуникации включается либо весь текст,
либо отдельные его фрагменты, большие или малые, соотносимые с ситуацией общения.
Правила языковой игры предполагают определённое поведение
участников, соответствующее замыслу и условиям игры. Адресант намеренно и осознанно кодирует информацию с помощью языковых и стилистических средств для выражения своей идеи, замысла. Главная задача
адресата – почувствовать, распознать в тексте моменты, содержащие зашифрованную информацию в форме аллюзии, раскрыть зашифрованные в
них смыслы и разгадать интенцию адресанта [5. С. 26].
Аллюзивная языковая игра может считаться состоявшейся только
при наличии всех перечисленных нами компонентов: замысла, условий и
правил игры.
Игра выступает как инструмент метафорического описания межличностных отношений [6. С. 123]. Мы полагаем, что аллюзивная игра
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О некоторых особенностях аллюзивной языковой игры
111
является частью творчества автора, имеющей определенный смысл, интенцию, и строится на трансформации и кодировании какого-либо прецедентного факта для передачи юмористического, иронического, драматического или другого отношения к объекту речи.
Одним из основных условий полного раскрытия аллюзии является
её узнаваемость. Использование аллюзий предполагает, что объект известен и говорящему, и реципиенту и не может затруднить процесс общения.
Если аллюзия не несёт никакой информации для реципиента, её употребление теряет смысл. По определению ряда исследователей, аллюзия также
может функционировать как средство расширенного переноса свойств и
качеств мифологических, библейских, литературных, исторических персонажей и событий на свойства и качества объектов, о которых идет речь
в данном высказывании. В таком случае аллюзия не только восстанавливает хорошо известный образ, но и извлекает из него дополнительную
информацию [7. С. 192]. Например:
«Well, Aunt Augusta,' I said at the gates of the crematorium (I was preparing to leave, for my garden called), 'it's been many years since we saw each
other... I hope...' I had left the lawn-mower outside, uncovered, and there was a
hint of rain in the quick grey clouds overhead. 'I would like it very much if one
day you would take a cup of tea with me in Southwood.»
«At the moment I would prefer something stronger and more tranquillizing.
It is not every day one sees a sister consigned to the flames. Like the Pucelle.»
«I don't quite...»
«Joan of Arc» (Greene. Travels With My Aunt).
Жанна д’Арк (English: Joan of Arc or the Maid of Orleans; French:
La Pucelle d’Orleans) – национальная героиня Франции, прославившаяся
своими подвигами в Столетней войне. Она была сожжена на костре как
еретичка.
В романе Грэма Грина «Путешествия с тётушкой» главный герой
впервые встречается со своей тетей на похоронах матери. Процесс кремации сестры вызывает у тетушки Августы смешанные чувства, и у нее невольно возникают ассоциации с актом сожжения Жанны д’Арк. Сравнение персонажа с французской героиней основано исключительно на соответствии совершаемых действий. В данном случае оно привносит не драматический эффект, как следовало бы ожидать, а скорее комический.
Следует отметить, что в данном примере встречается двойная аллюзия.
La Pucelle – это слово, которое в Средние века во Франции было обычным
эпитетом Жанны д’Арк. В первый раз тетушка Августа называет сестру
La Pucelle, однако ее племянник не совсем понимает, что она имеет в виду, и поэтому тетя употребляет аллюзию Joan of Arc.
С.Ж. Нухов [2] полагает, что языковая игра – это такая форма речевого поведения человека, при которой языковая личность реализует способность к проявлению в речи остроумия. Получатель речи проявляет
креативность при восприятии благодаря «способности оценить игру, уме-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
112
А.Б. Цыренова
нию отгадать неразрешимую, на первый взгляд, лингвистическую загадку» [2. С. 36–37]. Например:
«Have you ever read Herodotus?»
I was surprised. «Yes, a long time ago.»
«Do you recall the story of Gyges and Candaules?»
I thought a moment and said, «Yes, I think so. Candaules was proud of
the beauty of his wife and he wanted his friend Gyges to see her naked. He concealed Gyges in the bedroom – but Candaules' wife realized that he was there.
Then later, because he had seen her, she approached him and forced him to kill
Candaules and become king himself.»
«Well,' said Honor. She was watching me closely.
After a moment or two I said, 'I see» (Murdoch. A Severed Head).
В вышеприведенном примере героиня романа Айрис Мердок Гонория интересуется, знаком ли ее собеседник с историей о Гигесе и Кандавле. Пересказав ее, он вдруг понимает, для чего его попросили вспомнить
эту историю. Таким образом, посредством обращения к аллюзии «Gyges
and Candaules» Гонория хотела показать, что она знает о том, что ее видели обнаженной.
Н.Г. Брагина [6] выделяет набор типичных игровых стратегий, которые описывают межличностные отношения. К ним относятся: играинтрига; игра-демонстрация власти; игра на выигрыш, интерес; играпритворство, спектакль; игра на публику; игра по чужим правилам [6.
С. 127]. Так, вышеуказанная ситуация может быть определена как аллюзивная игра-интрига. Структура этой ситуации по Н.Г. Брагиной следующая: X (Гонория), преследуя свои цели, затевает с Y-м (Мартином) игру.
Y догадывается о скрытой игре и по данному ему намеку или наводке (по
автору и названию истории) понимает ее замысел.
Игра определяется также как действие, которое приводит к радости
и нередко вызывает смех. Говорящий, играя, ставит перед собой прежде
всего задачу «развлечь себя и собеседника, а для того выразиться необычно» [3. С. 174]. Например:
«I’m suffering», she admitted. «Cheer me up.»
«How about this: I drop by around noonish and we drive down the coast.
It’s a super day and it would be a shame to waste it. We’ll have lunch outside
at the Ocean Grand and talk of many things.»
«Of shoes – and ships – and sealing wax» – she said.
«Of cabbages – and kings» – I said.
«And why the sea is boiling hot» – she said.
«And whether pigs have wings», I finished, and she laughed delightedly.»
«The only poetry I know», she said. «Thank you, Archy; I feel better already. Yes, I accept your kind invitation» (Sanders. McNally’s Risk).
Цитируемое четверостишие является отрывком из стихотворения,
взятого из повести-сказки Л. Кэрролла «Алиса в Стране Чудес». Герои
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О некоторых особенностях аллюзивной языковой игры
113
романа Л. Сандерса начинают по очереди рассказывать строки из стихотворения, желая тем самым развлечь друг друга.
Порой незнание какого-либо факта, и вследствие этого его искажение, может показаться смешным и позабавить того, кто знает, о чем идет
речь. Например:
«I don't blame him for that. Do you know the Ambassador travels with
an icebox full of Coca-Cola? I wouldn't have drunk so much of that bloody
wine if he hadn't watched me with those New England eyes of his. I felt like that
girl in the book who had a scarlet letter A on her dress. A for Alcoholism.»
«I think it was Adultery, dear.»
«I daresay. I only saw the film. Years ago. They didn't make it clear»
(Greene. The Honorary Consul).
В этом примере речь идет о героине романа «Алая буква» Натаниеля Готорна. Этот был первый американский роман, вызвавший широкий
резонанс в Европе. Н. Готорн воскрешает образ жизни и нравственный
облик пуритан середины XVII в. Главная героиня обречена носить платье
с вышитой алыми нитками буквой «А» (сокращение от «адюльтер») в
знак позора.
В романе Грэма Грина «Почетный консул» один из героев рассказывает жене о своей поездке с консулом за город. Посредством аллюзии
that girl in the book who had a scarlet letter A on her dress в сознании реципиента, на основе ассоциативной связи с имеющимися знаниями о данном
образе, возникает ментальная зарисовка девушки в платье с вышитой буквой «А», означающей, по его мнению, «алкоголизм». Обращение к данной аллюзии объясняется тем, что, выпив слишком много алкоголя, герой
почувствовал на себе клеймо позора.
Как уже отмечалось выше, целью аллюзивной языковой игры может быть достижение не только комического или драматического эффекта, но и иронического отношения к собеседнику. Например:
Then who was this now coming through the passage, – now entering the
room? Caroline, looking round, met a new Robert – the real Robert, as she felt
at once.
«Well», said he, smiling at her questioning, astonished face, which is which?
«Ah! this is you!' was the answer.
He laughed. 'I believe it is me: and do you know who he is? You never
saw him before; but you have heard of him.»
She had gathered her senses now.
«It can be only one person: your brother, since it is so like you: my other
cousin, Louis.»
«Clever little Oedipus! – you would have baffled the Sphynx! – but
now, see us together. Change places. Change again, to confuse her, Louis.
Which is the old love now, Lina?» (Bronte. Shirley).
В представленном примере употребляются аллюзивные имена
Oedipus и the Sphynx. Согласно древнегреческой мифологии, Сфинкс,
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
114
А.Б. Цыренова
крылатое чудовище с львиным телом и женской головой, опустошал город Фивы и загадывал одну и ту же загадку всем прохожим. И того, кто
не давал правильный ответ, он убивал. Эдип разгадал загадку, и Сфинкс
бросился со скалы в море.
Героиня Ш. Бронте была сбита с толку, увидев человека как две капли похожего на ее кузена. Впоследствии он оказывается братомблизнецом кузена, о существовании которого девушка не знала. Молодой
человек просит ее назвать, кто из них кто, и девушка без труда узнает кузена по голосу. Аллюзия 'Clever little Oedipus! – you would have baffled the
Sphynx! передает ироническое замечание говорящего, возможно, он не
ожидал, что его кузина так легко и быстро разгадает загадку.
По мнению В.З. Санникова [8. С. 13], языковая игра может рассматриваться как вид лингвистического эксперимента, позволяющего натолкнуть исследователя на серьезные размышления о значении и функционировании языковых единиц разных уровней, точно так же, как философа –
на глубокое осмысление бездны человеческих проблем. Автор также обращает внимание на то, что языковая игра в основном направлена на достижение комического эффекта, однако высказывание приобретает комическую окраску только в том случае, если оно не вызывает других, более
сильных эмоций, препятствующих созданию комического эффекта.
В книге В.З. Санникова есть пример, когда языковая игра используется
адвокатом не с целью насмешить, а убедить судей в невиновности человека в убийстве мальчика и тем самым спасти его.
Языковая игра разрушает понятийные и языковые «шаблоны».
В художественном тексте она стимулирует динамику создаваемых образов и активизирует процесс восприятия, привлекая внимание к парадоксальности суждений, внешнему алогизму, за которым нередко скрывается
подтекст, важный для осознания художественного смысла. Сущность
языковой игры состоит в генерировании дополнительных окказиональных
смыслов, апеллирующих к языковой выразительности и порождающих
комический или реже иронический эффект. Понятие языковой игры следует рассматривать как специфический механизм индивидуального стиля
и как жанровый признак. С одной стороны, наличие элементов языковой
игры свидетельствует о креативном аспекте речетворчества конкретного
автора, а с другой – оно может быть связано с типологическими признаками определенного стилистического жанра [9. С. 170–171].
В устной «живой» речи языковая игра может появиться без осознания у ее создателя определенных правил или выделения четкой стратегии.
В лингвистическом исследовании интересно проследить намерение автором при создании языковой игры, а также творческую манипуляцию языком в различных ситуативных условиях.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
О некоторых особенностях аллюзивной языковой игры
115
Литература
1. Абиева Н.А., Гайшина О.В. Игровая стратегия построения нарратива в электронном
художественном тексте // Логический анализ языка. Концептуальные поля игры / Отв. ред.
чл.-кор. РАН Н.Д. Арутюнова. М.: Индрик, 2006. С. 207–235.
2. Нухов С.Ж. Языковая игра в словообразовании: Автореф. дис. ... д-ра филол. наук.
М., 1997.
3. Земская Е.А., Китайгородская М.А., Розанова Н.Н. Языковая игра // Русская разговорная речь: Фонетика. Морфология. Лексика. Жест. М., Наука, 1983.
4. Морозов И.А. «Физиология» игры (к анализу метафоры «игра как живой организм»)
// Логический анализ языка. Концептуальные поля игры / Отв. ред. чл.-кор. РАН
Н.Д. Арутюнова. М.: Индрик, 2006. С. 42–60.
5. Новохачёва Н.Ю. Стилистический приём литературной аллюзии в газетнопублицистическом дискурсе конца XX – начала XXI века: Дис. ... канд. филол. наук. Ставрополь, 2005.
6. Брагина Н.Г. Метафоры игры в описаниях мира человека (Межличностные отношения) // Логический анализ языка. Концептуальные поля игры / Отв. ред. чл.-кор. РАН
Н.Д. Арутюнова. М.: Индрик, 2006. С. 120–144.
7. Петроченко Л.А. Об ассоциативных основах формирования аллюзий // Иностранный язык и иноязычная культура в образовании: тенденции, проблемы, решения: Сб. науч.
ст. по материалам IV Всерос. науч.-метод. конф. ТГПУ (14–15 апреля 2005 г.). Томск,
2005.
8. Санников В.З. Русский язык в зеркале языковой игры. М.: Языки русской культуры,
1999.
9. Цикушева И.В. Феномен языковой игры как объект лингвистического исследования
// Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. СПб., 2009. № 12 (90).
SOME PECULIARITIES OF ALLUSIVE LANGUAGE GAME
Tsyrenova A.B.
Summary. The notions of «game», «language game» and the allusive language game phenomena are considered in the paper. The definitions of the «language game» and «allusion» notions
are given. The author notes that allusive game is based on transformation and coding some
precedent fact in order to convey comic, ironic or another attitude towards the subject of speech.
Examples of allusive language game in literary texts from British literature are given.
Key words: language game; allusion; allusive language game; comic effect; author’s intention.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Ян Фан
116
УДК 81.255; 94(510)
СЛОВО «КУХНЯ» В РУССКОМ И КИТАЙСКОМ ЯЗЫКАХ
В ЛИНГВОКУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОМ АСПЕКТЕ
Ян Фан
Аннотация. Проводится сопоставление русского слова «кухня» с его многочисленными китайскими соответствиями. Кухня является одной из самых
ярких составляющих любой национальной культуры. В соответствии с этим
в процессе обучения русскому языку китайских студентов необходимо учитывать национально-культурную специфику слова «кухня», отражающего
самобытность и богатство этнических культур.
Ключевые слова: кухня; этническая культура; сопоставление.
Национальный язык тесно связан с международным престижем и репутацией страны. Прививая интерес к соответствующей национальной культуре, можно сформировать интерес к языку. Повышенный интерес лингвистов и методистов к национально-культурной специфике языкового содержания делает актуальным обращение к самым разным фрагментам национальной языковой картины мира. Каждый из таких фрагментов свидетельствует о самобытности и богатстве этнических культур, а также о специфике национального сознания, по-своему отражающего и членящего окружающую действительность.
Ярким фрагментом национальных культур является национальная
кухня: традиции приготовления пищи, особенности застольного этикета,
особенности отношения к еде как нравственной категории и т.д. Среди
слов, входящих в лексико-семантическое поле национальной кухни, можно отметить немало единиц, свидетельствующих о неповторимости этнических культур: безэквивалентные слова (борщ, щи, квас и др.), а также
фоновые наименования (суп, водка, чай и др.).
Свидетельством различного видения и членения мира является,
прежде всего, корневое слово рассматриваемого лексико-семантического
поля «кухня» [1. C. 324]. В русском языке слово «кухня» многозначно.
В «Словаре современного русского языка» приводятся следующие значения этого слова. 1. Отдельное помещение с печью, плитой для приготовления пищи. 2. Комплект оборудования и мебели для такого помещения.
3. Подбор кушаний, характер пищи, питания. 4. Устар. Прибор для приготовления пищи [2]. В китайском языке нет слова, которое бы выражало
все перечисленные значения русского слова «кухня».
Каждому из перечисленных значений соответствует особое китайское слово: русское «кухня 1» – китайское «chufang 厨房» (иероглиф «厨»
непосредственно ассоциируется с кухней, а второй иероглиф имеет значение «помещение, комната»); русское «кухня 2» – китайское «chuju
厨具» или «luzao 炉灶» (иероглиф «具» имеет значение «орудие, инстру-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Слово «кухня» в русском и китайском языках
117
мент»); русское «кухня 3» – китайское «yinshi 饮食», «fancai 饭菜» (иероглифы «饮食» имеют значение «еда, пища, продукты»); русское «кухня
4» – китайское «guo 锅» (иероглиф «锅» обозначает «кастрюлю»). Более
того, каждому из выделенных в названном словаре оттенков значения
русского языка «кухня» соответствуют особые слова китайского языка.
Ср.: оттенок значения слова «кухня»: «о стряпне, приготовлении пищи»
(китайское «zuofan»); «о скрытой, закулисной стороне какой-либо деятельности» в китайском языке соответствуют слова «jiliang» или
«muhouhuodong».
О специфике «языкового видения мира» могут свидетельствовать и
особенности сочетаемости сравниваемых слов и их значений, а также их
соответствий в различных языках. В «Словаре сочетаемости слов русского языка» под редакцией П.Н. Денисова и В.В. Морковина [3] приводятся
следующие прилагательные, традиционно сочетающиеся со словом «кухня» в значении «отдельное помещение с печью, плитой для приготовления пищи»: большая, маленькая, просторная, тесная, чистая, грязная,
удобная, теплая, холодная, летняя, светлая, темная. Китайское слово
«chufang», соответствующее этому значению, сочетается со многими из
перечисленных прилагательных, однако не употребляется со словом
«летняя», т.е. невозможно сказать «летняя chufang».
Существительное «кухня» в значении «подбор кушаний, характер
пищи, питания» в русском языке сочетается с такими прилагательными,
как русская, французская, восточная, кавказская, китайская и др. В китайском языке соответствующие этому значению слова также сочетаются с прилагательными, которые называют различные народы, и получают в таких словосочетаниях следующее значение: «подбор кушаний,
характерных для какого-либо народа или народов». В китайском языке
это, прежде всего, такие прилагательные, как китайская, европейская,
французская и др. Словосочетание «кавказская кухня» в китайском языке не употребляется.
В различных словарях современного русского языка приводятся
также некоторые устойчивые словосочетания со словом «кухня», не
имеющие эквивалентов в китайском языке:
Латинская кухня. Устар. Шутл. Аптека.
Соответствующее словосочетание отсутствует в современном китайском языке, поэтому китайские студенты, изучающие русский язык,
могут понять значение этого словосочетания ошибочно, как «подбор кушаний, характерный для кухни Древнего Рима».
Молочная кухня. Учреждение для снабжения молоком и питательными смесями только грудных детей.
В Китае существуют особые пункты, осуществляющие снабжение населения молоком, но нет и не было учреждения, предназначенного для снабжения молоком и молочными продуктами только грудных детей. Соответственно, в китайском языке нет и подобного словосочетания. Китайские сту-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
118
Ян Фан
денты, встречающие подобное обозначение в русском языке, думают, что
«молочная кухня» – это «молочные продукты для всего населения».
Домовая кухня. Учреждение общественного питания при доме, жилом комплексе, где отпускают на дом обеды, пищевые полуфабрикаты.
Следует отметить, что похожее учреждение в Китае существует.
Оно обозначается словом «shitang», т.е. «столовая». Такое учреждение
обычно существует при каком-нибудь учреждении, организации и т.п.
Однако ввиду того, что сочетания, подобного словосочетанию «домовая
кухня», в китайском языке не существует, китайцам, изучающим русский
язык, его трудно понимать адекватно. Китайские студенты понимают его
как «домашние блюда», т.е. «повседневная, не праздничная еда» или как
«общественная кухня», т.е. «кухня общего пользования в коммунальной
квартире». Следует уточнить, что в Китае до сих пор существуют многокомнатные квартиры, где живут вместе несколько семей и пользуются
одной общей кухней.
Таким образом, в процессе обучения русскому языку китайских студентов необходимо учитывать национально-культурную специфику слова
«кухня», отражающего важный фрагмент этнической культуры, а также
особенности национального познания окружающего мира. При сопоставлении данного слова русского языка с его многочисленными китайскими
соответствиями выявились не только неповторимые черты жизни русского и китайского народов, но и особенности различного видения сходных
для культур явлений, что обязательно должно быть учтено при создании
учебных материалов, пособий и словарей.
Литература
1. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1992.
2. Словарь современного русского литературного языка / АН СССР, Ин-т рус. яз. М.;
Л., 1959. Т. 5.
3. Словарь сочетаемости слов русского языка / Под ред. П.Н. Денисова, В.В. Морковкина. М., 1983.
THE COMPARATIVE ANALYSIS OF THE RUSSIAN AND CHINESE WORDS OF
«COOKING» IN THE CULTURE OF LANGUAGE
Yang Fang
Summary. The Russian word «cooking» is compared to its Chinese equivalents. Cooking is one
of the most important elements of any national culture as it reflects cultural originality and the
national characteristics in world cognition, and it should be taken into account in the process of
teaching Russian to Chinese students.
Key words: cooking; national culture; comparison.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Структура ИКТ компетентности учителя иностранного языка
119
ТЕОРИЯ И МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
УДК 378
СТРУКТУРА ИКТ КОМПЕТЕНТНОСТИ
УЧИТЕЛЯ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА
М.Н. Евстигнеев
Аннотация. Работа посвящена вопросу формирования ИКТ компетентности
учителя иностранного языка. В ней уточняются определения понятий «ИКТ
компетентность» и «ИКТ компетенция» учителя иностранного языка, разрабатывается номенклатура знаний и умений, составляющих ИКТ компетенцию
учителя иностранного языка, предлагается структура ИКТ компетентности, а
также раскрывается соотношение компонентного состава ИКТ компетенции и
структуры ИКТ компетентности учителя иностранного языка.
Ключевые слова: ИКТ компетентность учителя иностранного языка; ИКТ
компетенция учителя иностранного языка; компонентный состав компетенции учителя иностранного языка; структура ИКТ компетентности учителя
иностранного языка.
Одной из ключевых компетенций, которой должны овладеть учителя иностранного языка, является компетенция в области использования
информационно-коммуникационных технологий [1]. Сразу же необходимо отметить, что существуют два термина: ИКТ компетентность и ИКТ
компетенция, которые часто используются как синонимы, но они обозначают разные аспекты, связанные с владением информационно-коммуникационными технологиями.
В данном исследовании вслед за А.В. Хуторским [2] под компетенцией мы понимаем отчужденное, заранее заданное социальное требование к
образовательной подготовке специалиста, необходимой для его эффективной
продуктивной деятельности в определенной сфере, а под компетентностью –
уровень владения специалистом соответствующей компетенцией, включающий его личностное отношение к ней и предмету деятельности.
В этой связи под ИКТ компетенцией учителя иностранного языка
мы предлагаем понимать конструкт, состоящий из теоретических знаний о
современных информационно-коммуникационных технологиях и практических умений создания и использования учебных Интернет-ресурсов, социальных сервисов Веб 2.0 и других ИКТ технологий в процессе формирования языковых навыков и развития речевых умений при обучении иностранному языку и культуре страны изучаемого языка.
ИКТ компетентность учителя иностранного языка – это способность использовать учебные Интернет-ресурсы, социальные сервисы
Веб 2.0 и другие информационно-коммуникационные технологии с целью
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
120
М.Н. Евстигнеев
формирования языковых навыков и развития речевых умений при обучении иностранному языку и культуре страны изучаемого языка.
В научной литературе при рассмотрении структуры компетентности
ученые традиционно выделяют четыре или пять компонентов. Например
С.В. Тришина [3], описывая структуру информационной компетентности,
выделила следующие пять компонентов: когнитивный, ценностномотивационный, технико-технологический, коммуникативный и рефлексивный. Другие исследователи, в частности В.В. Котенко и С.Л. Сурменко [4], выделяют четыре компонента: ценностно-мотивационный, когнитивный, деятельностный и педагогическую рефлексию.
Если провести анализ двух классификаций структуры информационной компетентности, то можно увидеть, что дидактическое наполнение
деятельностного компонента в классификации В.В. Котенко и С.Л. Сурменко [4] включает в себя два компонента классификации С.В. Тришиной
[3]: коммуникативный и технико-технологический. Вместе с тем следует
заметить, что для С.В. Тришиной приоритетными выступают умения общаться средствами информационно-коммуникационных технологий, в то
время как умения использовать Интернет-ресурсы для образования и
самообразования остаются вне предлагаемой автором классификации.
Следует также отметить, что данные классификации компонентного
состава информационной компетентности носят сугубо теоретический
характер и не могут быть использованы на практике в существующем виде. Это происходит потому, что не существует четкой грани между умениями, составляющими разные компоненты. Наоборот, в реальной жизни
многие умения одновременно относятся к нескольким компонентам. В частности, умение осуществлять поиск и отбор Интернет-ресурсов по иностранному языку одновременно относится и к когнитивному компоненту,
ибо это умение производить операции с информацией, и к деятельностному компоненту, отражающему способность использовать новые информационные технологии для работы с информацией.
В нашем исследовании при рассмотрении структуры ИКТ компетентности учителя иностранного языка мы выделяем следующие взаимосвязанные пять компонентов:
1. Когнитивный – овладение знаниями и умениями использовать
ИКТ технологии в обучении иностранному языку, а также понимание целей и задач и видение способов и результатов интеграции ИКТ в обучении иностранному языку. Например: умение осуществлять поиск и отбор
информации на изучаемом языке включает в себя теоретические основы
работы с поисковыми системами сети Интернет, общие правила поиска
информации на изучаемом языке, знание критериев оценки и отбора наиболее качественных источников информации и т.д.
2. Операционный – развитие умений практического использования
ИКТ технологий в обучении иностранному языку. Например: умение использовать технологии Веб 2.0 (социальные сервисы блогов, вики, под-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Структура ИКТ компетентности учителя иностранного языка
121
кастов, закладок) в обучении иностранному языку заключается в свободном использовании оболочек, предлагаемых технологиями Веб 2.0, и
применении теоретических знаний на практике, а именно использование
блогов в индивидуальной или групповой работе в классе, создание авторских блогов и подкастов, редактирование чужих вики-станиц и т.д.
3. Аксиологический – проявление интереса к овладению ИКТ технологиями, мотивация использования новых информационно-коммуникационных технологий в профессиональной деятельности учителя иностранного языка для решения учебных целей и задач. Например: умение
производить оценку получаемой информации представляет собой осознание сущности использования критериев оценки Интернет-ресурсов в обучающих целях с дальнейшим применением их в своей профессиональной
деятельности и т.д.
4. Коммуникативный – формирование навыков общения на изучаемом языке при помощи ИКТ технологий и использование языка как
средства работы с информацией на иностранном языке. Например: умение использовать лингвистический корпус и другие справочные материалы в формировании грамматических и лексических навыков включает в себя использование языка как средства поиска, понимания и употребления основных правил грамматики и лексики в разных ситуациях
общения и т.д.
5. Рефлексивный – развитие самооценки личности и проведение
самоанализа производимой деятельности учителя иностранного языка.
Например: умение использовать онлайн-тесты для контроля и самоконтроля успеваемости заключается в проверке усвоенных знаний, исправлении ошибок, выведении определенных выводов и т.д.
В ряде работ П.В. Сысоева и М.Н. Евстигнеева [5–13] показан компонентный ИКТ компетенции учителя иностранного языка, включающий
следующие компоненты:
Знания:
– об основных поисковых системах и общих правилах поиска и отбора
информации в сети Интернет на иностранном языке для учебных целей [6, 11];
– о критериях оценки и отбора получаемой информации из сети Интернет на иностранном языке для учебных целей [6, 11];
– структуре пяти видов (хотлист, мультимедийный скрэпбук, сабджект сэмпла, трежа хант, вебквест) авторских учебных Интернет-ресурсов
(по иностранному языку и культуре страны изучаемого языка) и их методическом потенциале [5, 6, 11];
– средствах синхронной и асинхронной Интернет-коммуникации,
используемых в обучении иностранному языку и культуре страны изучаемого языка (электронная почта, вебфорум, чат, ICQ);
– технологиях Веб 2.0, используемых в обучении иностранному
языку и культуре страны изучаемого языка (социальных сервисах блогов,
вики, подкастов, закладок) и их методическом потенциале [7–11];
3
2
Осознавать важность
поиска и отбора Интернет-ресурсов на иностранном языке для
учебных целей
4
Аксиологический
Уметь использовать
средства синхронной
и асинхронной Интернет-коммуникации в
обучении иностранному языку и культуре
страны изучаемого
языка
Осознавать методический потенциал использования средств синхронной и асинхронной
Интернет-коммуникации
в обучении иностранному языку и культуре
страны изучаемого языка
Осознавать важность
критической оценки
Интернет-ресурсов в
учебных целях
Осознавать методичеУметь создавать пять
ский потенциал разравидов авторских учебботки пяти видов авторных Интернет-ресурских учебных Интернетсов
ресурсов
Уметь производить
оценку получаемой
информации
Уметь осуществлять
Знать основы поиска
поиск и отбор Интерв сети Интернет,
нет-ресурсов на иноосновные поисковые
странном языке для
системы
учебных целей
Операционный
Когнитивный
Знать критерии
Производить оценоценки получаемой
ку получаемой
информации из сети
информации
Интернет
Знать структуру и
Создавать пять
методический потенвидов авторских
циал авторских
учебных Интернетучебных Интернетресурсов
ресурсов
Знать о средствах
синхронной и асинИспользовать средхронной Интернетства синхронной и
коммуникации, их
асинхронной Инметодическом потернет-коммунитенциале и владеть
кации в обучении
методикой их исиностранному языпользования в обуку и культуре страчении иностранному
ны изучаемого
языку и культуре
языка
страны изучаемого
языка
Осуществлять поиск и отбор Интернет-ресурсов на
иностранном языке
для учебных целей
Умения/
компоненты
1
Использовать иностранный
язык как средство работы со
средствами синхронной и
асинхронной Интернеткоммуникации в обучении
иностранному языку и культуре страны изучаемого
языка
Использовать иностранный
язык как средство разработки пяти видов учебных Интернет-ресурсов
Использовать иностранный
язык как средство оценки
получаемой информации
Использовать иностранный
язык как средство поиска и
отбора Интернет-ресурсов
на иностранном языке для
учебных целей
5
Коммуникативный
Соотношение ИКТ компетенции и ИКТ компетентности учителя иностранного языка
Производить самооценку и самоанализ
при работе со средствами синхронной и
асинхронной Интернет-коммуникации в
обучении иностранному языку и культуре страны изучаемого
языка
6
Производить самооценку и самоанализ
при поиске и отборе
Интернет-ресурсов
на иностранном языке для учебных целей
Производить рефлексию при оценке получаемой информации
Производить самооценку и самоанализ
при разработке пяти
видов учебных Интернет-ресурсов
Рефлексивный
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
2
Знать о методическом
потенциале и владеть
методикой использования
технологий Веб 2.0 в
обучении иностранному
языку и культуре страны
изучаемого языка
Знать, что такое лингвистический корпус и другие
информационносправочные материалы, а
также их методический
потенциал в формировании грамматических и
лексических навыков
речи и речевых умений
Знать о видах онлайнтестов для контроля и
самоконтроля успеваемости учащихся
1
Использовать технологии Веб 2.0 в обучении иностранному
языку и культуре
страны изучаемого
языка
Использовать лингвистический корпус
и другие информационно-справочные
материалы в формировании грамматических и лексических
навыков речи и речевых умений
Использовать онлайнтесты для контроля и
самоконтроля успеваемости учащихся
Уметь использовать
онлайн-тесты для контроля и самоконтроля
успеваемости учащихся
Уметь использовать
лингвистический корпус
и другие информационно-справочные материалы в формировании
грамматических и лексических навыков речи
и речевых умений
3
Уметь использовать
технологии Веб 2.0 в
обучении иностранному
языку и культуре страны изучаемого языка
4
Осознавать методический потенциал использования
технологии Веб 2.0
в обучении иностранному языку и
культуре страны
изучаемого языка
Осознавать методический потенциал использования
лингвистического
корпуса и других
информационносправочных материалов в формировании грамматических и лексических
навыков речи и
речевых умений
Осознавать методический потенциал использования
онлайн-тестов для
контроля и самоконтроля успеваемости учащихся
123
Производить самооценку и самоанализ при
работе с онлайн-тестами
для контроля и самоконтроля успеваемости
учащихся
Производить самооценку и самоанализ при
работе с лингвистическим корпусом и другими информационносправочными материалами в формировании
грамматических и лексических навыков и
речевых умений
6
Производить самооценку и самоанализ при
работе с технологиями
Веб 2.0 в обучении иностранному языку и
культуре страны изучаемого языка
Окончание таблицы
5
Использовать иностранный язык как
средство работы с
технологиями Веб 2.0
в обучении иностранному языку и культуре страны изучаемого
языка
Использовать иностранный язык как
средство работы с
лингвистическим
корпусом и другими
информационносправочными материалами в формировании грамматических и лексических
навыков и речевых
умений
Использовать иностранный язык как
средство работы с
онлайн-тестами для
контроля и самоконтроля успеваемости
учащихся
Структура ИКТ компетентности учителя иностранного языка
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
124
М.Н. Евстигнеев
– лингвистическом корпусе и других информационно-справочных
материалах, способствующих формированию грамматических и лексических навыков речи [12, 13];
– об основных видах онлайн-тестов для контроля и самоконтроля
успеваемости учащихся.
Умения:
– осуществлять поиск и отбор Интернет-ресурсов на иностранном
языке для учебных целей [6, 11];
– производить оценку получаемой информации из сети Интернет
для учебных целей [6, 11];
– создавать пять видов (хотлист, мультимедийный скрэпбук, сабджект сэмпла, трежа хант, вебквест) авторских учебных Интернет-ресурсов
(по иностранному языку и культуре страны изучаемого языка) и использовать их в учебном процессе [5, 6, 11];
– использовать средства синхронной и асинхронной Интернеткоммуникации в обучении иностранному языку и культуре страны изучаемого языка (электронная почта, вебфорум, чат, ICQ);
– использовать технологии Веб 2.0 в обучении иностранному языку
и культуре страны изучаемого языка (социальные сервисы блогов, вики,
подкастов, закладок) [7–11];
– использовать лингвистический корпус и другие информационносправочные материалы в формировании грамматических и лексических
навыков речи [12, 13];
– использовать онлайн-тесты для контроля и самоконтроля успеваемости учащихся.
В таблице представлено соотношение компонентного состава ИКТ компетенции и структуры ИКТ компетентности учителя иностранного языка.
Литература
1. Приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 14 августа
2009 г. № 593. Утвержден новый раздел Единого квалификационного справочника (ЕКС)
должностей руководителей, специалистов и служащих «Квалификационные характеристики должностей работников образования». М.: Минздравсоцразвития, 2009.
2. Хуторской А.В. Ключевые компетенции как компонент личностно-ориентированной парадигмы образования // Ученик в обновляющейся школе. М.: ИОСО РАО, 2002.
С. 135–157.
3. Тришина С.В. Информационная компетентность как педагогическая категория //
Эйдос. 2005. 10 сентября. URL: http://www.eidos.ru/journal/2005/0910-11.htm
4. Котенко В.В., Сурменко С.Л. Информационно-компьютерная компетентность как
компонент профессиональной подготовки будущего учителя информатики // Вестник Омского государственного педагогического университета. 2006. URL: www.omsk.edu
5. Сысоев П.В., Евстигнеев М.Н. Современные учебные Интернет-ресурсы в обучении иностранному языку // Иностранные языки в школе. 2008. № 6. С. 1–10.
6. Сысоев П.В., Евстигнеев М.Н. Разработка авторских учебных Интернет-ресурсов
по иностранному языку // Иностранные языки в школе. 2009. № 2. С. 8–16.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Структура ИКТ компетентности учителя иностранного языка
125
7. Сысоев П.В., Евстигнеев М.Н. Технологии Веб 2.0 в создании виртуальной образовательный среды для изучения иностранного языка // Иностранные языки в школе. 2009.
№ 3. С. 26–31.
8. Сысоев П.В., Евстигнеев М.Н. Технологии Веб 2.0: Социальный сервис блогов в
обучении иностранному языку // Иностранные языки в школе. 2009. № 4. С. 12–18.
9. Сысоев П.В., Евстигнеев М.Н. Технологии Веб 2.0: Социальный сервис вики в обучении иностранному языку // Иностранные языки в школе. 2009. № 5. С. 2–8.
10. Сысоев П.В., Евстигнеев М.Н. Технологии Веб 2.0: Социальный сервис подкастов
в обучении иностранному языку // Иностранные языки в школе. 2009. № 6. С. 8–11.
11. Сысоев П.В., Евстигнеев М.Н. Методика обучения иностранному языку с использованием новых информационно-коммуникационных Интернет-технологий: Учеб.-метод.
пособие. М.: Глосса-Пресс: Феникс, 2010. 189 с.
12. Сысоев П.В. Лингвистический корпус, корпусная лингвистика и методика обучения иностранным языкам // Иностранные языки в школе. 2010. № 5. С. 12–21.
13. Сысоев П.В. Лингвистический корпус в методике обучения иностранным языкам //
Язык и культура. 2010. № 1 (9). С. 99–111.
THE FOREIGN LANGUAGE TEACHER ICT COMPETENCE STRUCTURE
Evstigneev M.N.
Summary. This paper addresses the issue of the development of ICT competence in teaching
foreign languages. The author gives definitions of «ICT competency» and «ICT competence»,
develops taxonomy of knowledge and skills that make up the ICT competency of foreign language teacher, shows the ICT competence structure of foreign language teacher, and describes
the relationship between the components of ICT competency and the ICT competence structure
of foreign language teacher.
Key words: ICT competency of foreign language teacher; ICT competence of foreign language
teacher; components of ICT competency of foreign language teacher; ICT competence structure
of foreign language teacher.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Т.Р. Рахимов
126
УДК 378.147-054.6
МОДЕЛЬ ОРГАНИЗАЦИИ ПРОЦЕССА ОБУЧЕНИЯ
ПО СПЕЦИАЛЬНОСТИ ИНОСТРАННЫХ СТУДЕНТОВ В ВУЗЕ
Т.Р. Рахимов
Аннотация. Рассматриваются актуальные вопросы организации процесса
обучения иностранных студентов по экономическим и техническим специальностям в российском вузе. Обобщен частный опыт преподавания профессиональных дисциплин на английском языке иностранным студентам и разработана базовая модель организации процесса обучения по специальности в
Томском политехническом университете, ориентированная на нужды обучаемых.
Ключевые слова: модель обучения; иностранные студенты; вуз.
Растущая интеграция российской системы высшего образования в
международное образовательное пространство создает благоприятные
условия для кросс-граничной академической мобильности, вызывая приток иностранных студентов, приезжающих в Россию для получения высшего образования. Этот процесс рождает необходимость адаптации и совершенствования организации образовательного процесса с целью повышения качества и востребованности образовательных услуг для иностранных студентов [1, 2].
Целью данной статьи является разработка базовой модели организации процесса обучения иностранных студентов в российском вузе. Для
достижения этой цели ставятся и решаются следующие задачи:
1. Обобщение опыта преподавания профессиональных дисциплин у
иностранных студентов на примере Томского политехнического университета (ТПУ).
2. Разработка базовой модели организации процесса обучения по
специальности иностранных студентов «Что есть? Что нужно? Что делать?».
Обобщение опыта преподавания профессиональных дисциплин
у иностранных студентов на примере
Томского политехнического университета
Томский политехнический университет на протяжении последних
10 лет активно развивает международную сферу деятельности, в том числе привлекает иностранных студентов для обучения. Свыше 350 студентов из более чем 30 стран мира являются студентами ТПУ в настоящее
время [3]. Рост количества иностранных студентов повышает спрос на
преподавателей, способных организовать обучение на иностранном языке
на достаточно высоком профессиональном уровне.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
127
Модель организации процесса обучения
В качестве контекста определенной выше цели попытаемся обобщить частный опыт преподавания профессиональных дисциплин на английском языке. Данный опыт лег в основу попыток сформулировать
предложения по совершенствованию процесса обучения иностранных
студентов в вузе. Обобщение опыта проводилось по трем аспектам:
1) профессиональные качества преподавателя; 2) характеристики иностранных студентов/слушателей; 3) особенности организации учебного
процесса.
Профессиональные качества преподавателя:
1. Возраст: 32 года.
2. Профессиональная область: экономика, менеджмент, финансы.
3. Педагогический стаж в вузе – 10 лет.
4. Наименования дисциплин, преподаваемых на английском языке:
«Финансовый менеджмент», «Производственный менеджмент», «Организация бизнеса», «Экономика».
5. Стаж преподавания профессиональных дисциплин на английском
языке – 5 лет.
6. Уровень владения английским языком – высший (сертификат
ТПУ владения английским языком 4-го уровня).
7. Есть опыт работы синхронным и последовательным переводчиком в США (1996–2006 гг.).
Характеристики иностранных студентов/слушателей. Целевой
группой являлись студенты Института международного образования и
языковой коммуникации (ИМОЯК) ТПУ, специальность «менеджмент»,
проходящие обучение на английском языке, и студенты-слушатели в рамках академического обмена (АО), также проходящие обучение на английском языке.
Всего с 2006 по 2010 г. прошли обучение 21 студент из 10 стран
(таблица).
Страна
Германия
Африка
Пакистан
Греция
Дания
Швейцария
Португалия
США
Бельгия
Корея
ВСЕГО
Количество студентов
чел.
%
8
38
3
14
2
10
2
10
1
5
1
5
1
5
1
5
1
5
1
5
21
100
Образовательная
программа
АО
ИМОЯК
АО
ИМОЯК
АО
АО
АО
АО
АО
АО
Следует заметить, что большинство студентов проходили обучение
в рамках программы академического обмена (16 из 21, или 76%).
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
128
Т.Р. Рахимов
Особенности организации учебного процесса с вышеуказанной целевой группой:
1. Занятия проводились в малых группах. В среднем группа иностранных студентов состояла из 2–4 человек (максимум 6). Отмечено
5 случаев, когда группа состояла из одного студента.
2. Занятия проводились только на английском языке. Учитывая
страновую принадлежность студентов, обучение шло в референтной языковой системе, т.е. на языке, не являющемся родным ни для преподавателя, ни для студентов.
3. Образовательный процесс предполагал достаточно глубокое
предварительное знакомство с целевой аудиторией, которое происходило
в форме представлений и дискуссий между студентами и преподавателем
об их происхождении, образовании, интересах и целях получения образования в ТПУ. Во многом это способствовало созданию благоприятной
атмосферы на занятиях и помогало учитывать нужды студентов при организации изучения дисциплин.
4. Лекционный материал чаще всего давался в форме дискуссии,
постановки проблемных вопросов и совместного поиска ответов на него.
При этом в качестве подготовительной базы предварительно давалось домашнее задание на прочтение материала по заданной теме, изложенной в
учебном пособии.
5. Практические занятия также носили дискуссионный характер, где
решались задачи и обсуждались проблемы по дисциплине.
6. Большинство иностранных студентов имели активную позицию,
т.е. знали, чего хотят от обучения, и активно участвовали в дискуссиях во
время классной работы. Возможно, то обстоятельство, что они решились
поехать учиться в незнакомую страну, уже само по себе стало тестом на
наличие у них внутренней активной позиции.
7. У иностранных студентов была более ярко выражена готовность
к самообучению, т.е. к самостоятельной внеклассной работе. В первую
очередь это касалось студентов из Германии, Бельгии, США. Студенты из
Пакистана, Кипра и Африки в этом плане были менее мобилизованы.
Базовая модель организации процесса обучения по специальности
иностранных студентов «Что есть? Что нужно? Что делать?»
Современные требования и тенденции развития высшего образования, а также анализ имеющегося опыта позволили сформулировать в базовом виде модель организации процесса обучения иностранных студентов по техническим и экономическим специальностям под названием
«Что есть? Что нужно? Что делать?».
Данная модель – это попытка системно представить работу преподавателя по организации эффективного процесса обучения, ориентированного на образовательные потребности иностранных студентов, созда-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Модель организации процесса обучения
129
ние мотивирующей атмосферы обучения, позволяющей успешно достигать поставленные образовательные цели. Структура модели включает в
себя элементы стратегического подхода. Это проявляется в том, что суть
обозначенных в ней вопросов «Что есть? Что нужно? Что делать?» сводится к необходимости определить текущее положение студентов, затем
обозначить их желаемое положение (с учетом требований и ожиданий
обеих сторон) и простроить путь перемещения из текущего в желаемое
положение (рис. 1).
Требования стандарта
вуза; ожидания
преподавателя
Что НУЖНО?
Что ДЕЛАТЬ?
Что ЕСТЬ?
Потребности
и ожидания
студентов
Рис. 1. Модель организации процесса обучения
по специальности иностранных студентов
Данная модель рассчитана на малые группы иностранных студентов
(до 7 человек), что является характерным в текущей ситуации. Условно
модель разделена на три составляющие (этапа) организации, каждая из
которых состоит из нескольких элементов (шагов), которые преподаватель должен реализовать в образовательном процессе. Рассмотрим ее более подробно.
«Что есть?»
На этом этапе можно выделить следующие шаги.
1. Личностная идентификация преподавателя со студентом. Под
идентификацией мы понимаем способность преподавателя соотнести
свой жизненный опыт с опытом студента, чтобы найти общие точки соприкосновения. Содержательно это может выражаться в следующих видах активности:
– создание благоприятной атмосферы общения: приветливость, открытость, принятие, доброжелательность. Все то, что способствует формированию интереса и мотивации к изучению дисциплины;
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
130
Т.Р. Рахимов
– знакомство преподавателя с жизненным опытом студента: вопросы о семье, стране, образовании, работе, стиле жизни, менталитете нации.
Данный вид активности поможет преподавателю сформировать культурно-личностный контекст в отношении каждого студента;
– знакомство студента с преподавателем, когда студент может задавать аналогичные или другие вопросы преподавателю. Часто преподаватели пренебрегают данным видом активности, считая излишним смешивать профессиональную и личную сферы жизни в работе со студентами.
Однако, на наш взгляд, является целесообразным искать некоторый баланс открытости для преодоления культурных и языковых барьеров.
2. Профессиональная идентификация преподавателя со студентом.
Данный шаг направлен на выявление текущего уровня профессиональной
подготовки студента в отношении изучаемой дисциплины. На этом шаге
преподавателю немаловажным будет выяснить следующие аспекты:
– причины обучения иностранного студента в российском вузе;
– мотивация к обучению: основные профессиональные интересы в
отношении образования и перспективы карьерного движения (для чего
студент учится);
– профессиональный опыт (в рамках изучаемой дисциплины): что
уже изучал студент близкое или сопряженное с текущей дисциплиной,
где работал, что нравится/не нравится в данной предметной области.
Также преподаватель должен представить себя студентам с профессиональной точки зрения: опыт работы в вузе, опыт преподавания дисциплины, сфера научных интересов.
Вышеуказанные шаги должны помочь преподавателю:
1) создать личностный портрет группы;
2) сформировать профессиональный портрет группы;
3) представить свой личностно-профессиональный портрет студентам;
4) создать ясную конструктивную атмосферу взаимодействия преподавателя с группой.
«Что нужно?»
На этом этапе необходимо сформировать в сознании студентов ясную картину комплекса ожиданий в отношении изучаемой дисциплины.
Замечено, что основной причиной огорчений и конфликтов в рамках
групповой динамики являются неоправдавшиеся (неудовлетворенные)
ожидания членов группы, которые настраивались на определенный результат и не достигли его. Причиной неудовлетворенных ожиданий часто
является неспособность лидера группы сформировать их на начальном
этапе взаимодействия. Именно поэтому мы считаем этап формирования
ожиданий в отношении изучаемого предмета особенно важным. Содержательно на этом этапе преподавателю необходимо сделать две вещи:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Модель организации процесса обучения
131
– определить профессиональные ожидания студента в отношении
предмета: потребности (что нужно студенту), желания (что хотелось бы)
и опасения (что не нужно/не хотелось бы);
– довести до студентов цели, задачи, структуру материалов, виды
деятельности, контрольные точки и т.д.
Важно, чтобы при формировании ожиданий от предмета преподаватель проявлял гибкость и пытался учитывать легитимные ожидания и нужды, озвученные группой в отношении дисциплины. Конечно, данная
гибкость не может быть безмерной и должна ограничиваться требованиями образовательных стандартов вуза. Успешность данного этапа зависит
во многом от успешности создания благоприятной атмосферы общения во
время 1-го этапа.
Вышеуказанные шаги должны помочь:
1. Преподавателю сформировать мотивационный портрет группы в
отношении изучаемой дисциплины.
2. Студентам сформировать общую перспективу целей в рамках
изучаемого предмета.
«Что делать?»
На этом этапе преподавателю необходимо осмыслить личностнопрофессионально-мотивационный портрет группы с целью максимальной
ориентации на потребности обучаемых в рамках существующего образовательного стандарта дисциплины. Данный этап максимально реализуется
на начальном этапе процесса обучения, однако продолжает осуществляться и по мере течения образовательного процесса. Для его успешной
реализации стоит выделить следующие шаги.
1. Формирование модульного плана (тематической программы)
дисциплины:
– перспективный: основные темы (модули), подлежащие изучению
за семестр;
– текущий: вопросы внутри каждого модуля, материалы, задания на
ближайшее время.
2. Программа самостоятельной работы студента, включающая в себя перечень материалов, способы предоставления, а также план их выполнения.
3. Программа проектных работ (курсовая, комплексные задания).
4. Программа контроля (текущий, рубежный, итоговый).
Также важно организовать эффективное взаимодействие со студентами в часы аудиторных занятий. Для этого будет полезным руководствоваться следующими принципами.
Принцип «прошлое, настоящее, будущее». При проведении аудиторных занятий полезной является классическая методика, когда в начале
занятия проводится опрос по пройденному материалу, затем рассматрива-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
132
Т.Р. Рахимов
ется и обсуждается текущая тема (что в ней не понятно для студентов и
важно для преподавателя), а в конце дается задание на следующее занятие. Получается следующая схема работы: «Прошлое – Контроль; Настоящее – Обсуждение; Будущее – Задание».
Принцип «диверсифицированная коммуникация». Важно, чтобы
групповая динамика подразумевала не только прямые линии коммуникации (от преподавателя к студентам), но и обратные (Feedback). Кроме того, важны и горизонтальные линии коммуникации (между самими студентами). Поэтому задача преподавателя состоит в организации занятий
таким образом, чтобы все студенты и сам преподаватель были «доступными» (открытыми) для общения. Эта доступность может распространяться и на внеурочное время посредством электронной почты или даже
телефонных звонков. Наличие диверсифицированных линий коммуникации снижает стрессы изолированности и рождает дополнительную мотивацию у студентов к участию в образовательном процессе.
Принцип «адаптивность». В процессе обучения необходимо быть
готовым к неожиданным событиям, связанными со студентами. Культурный шок, проблемы климатической, временной, пищевой адаптации, – все
это может приводить к постоянным неувязкам и даже срывам в образовательном процессе. Поэтому важно всегда иметь запасной план (backup
plan) на случай непредвиденных ситуаций. В этом могут помочь хорошо
продуманная программа СРС, а также развитость коммуникационной составляющей.
Хотелось бы отметить, что в условиях активно развивающихся информационных технологий эффективность коммуникаций со студентами
зависит не в последнюю очередь от уровня информационной компетенции преподавателя. Данная компетенция неразрывно связана с базовыми
и продвинутыми навыками работы преподавателя с компьютером, а именно редакторскими средствами, средствами мультимедиа и Интернетом.
В связи с этим важно задействовать такой инструмент коммуникации, как
персональный сайт преподавателя. С его помощью можно предоставить
возможность студентам получать информацию о расписании занятий,
консультаций, ознакомиться с рабочими программами по курсам, получить доступ к учебно-методическим материалам (пособиям, лекциям,
практикам, экзаменационным вопросам и т.д.). Примером успешного использования и развития этого инструмента является корпоративный портал Томского политехнического университета, где размещены более
600 персональных сайтов сотрудников университета [4, 5].
В целом вышеуказанные шаги и принципы будут способствовать:
1. Формированию и корректировке ясной траектории течения учебного процесса.
2. Облегчению взаимодействия между преподавателем и студентами.
Предложенная модель организации процесса обучения по специальности должна помочь преподавателям повысить качество и эффектив-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Модель организации процесса обучения
133
ность работы с иностранными студентами, так как позволяет учитывать
их личностно-профессионально-мотивационные особенности, способствует формированию у них ясных ожиданий от учебного процесса.
Хотелось бы обратить внимание, что рассмотренная модель строится в рамках современной образовательной парадигмы и учитывает концепцию «обучение, ориентированное на студента».
Данная модель является базовой, и принципы, изложенные в ней,
могут быть применены при организации процесса обучения в иных областях и с другой целевой группой.
Подводя общий итог, еще раз отметим, что анализ 5-летнего опыта
преподавания профессиональных дисциплин иностранным студентам на
английском языке позволил разработать базовую модель организации
процесса обучения по специальности иностранных студентов, состоящую
из трех этапов («Что есть? Что нужно? Что делать?») и ориентированную
на максимальный учет потребностей обучаемых.
Литература
1. The Bologna Process 2020 – The European Higher Education Area in the new decade,
Communique of the Conference of European Ministers Responsible for Higher Education, Leuven and Louvain-la-Neuve, 28–29 April 2009. URL: http://www.ond.vlaanderen.be/hogeronderwijs/bologna/conference/documents/Leuven_Louvain-la-Neuve_Communiqu%C3%A9_
April_2009.pdf
2. 2009 World Conference on Higher Education: The New Dynamics of Higher Education
and Research for Societal Change and Development (UNESCO, Paris, 5–8 July 2009) COMMUNIQUE. URL: http://www.unesco.org/fileadmin/MULTIMEDIA/HQ/ED/ED/pdf/ WCHE_
2009/FINAL%20COMMUNIQUE%20WCHE%202009.pdf
3. Институт международного образования и языковой коммуникации. URL:
http://iie.tpu.ru/index_ru.php
4. Корпоративный портал Томского политехнического университета. URL:
http://portal.tpu.ru:7777/portal/page/portal/www
5. Персональные сайты. Копроративный портал ТПУ. URL: http://portal.
tpu.ru/www/sities
MODEL OF EDUCATIONAL PROCESS ORGANIZATION FOR FOREIGN STUDENTS IN INSTITUTIONS OF HIGHER EDUCATION
Rakhimov T.R.
Summary: The article is devoted to up-to-date questions of effective educational process organization for foreign students of economic and technical specialties in institutions of higher education. This article presents summarized teaching experience of professional subjects in English
language for foreign students in Tomsk polytechnic university. Basic model of educational process organization for foreign students, oriented on the learners’ needs is presented.
Key words: Foreign students; model of educational process organization; institutions of higher
education.
Документ
Категория
Лингвистика
Просмотров
414
Размер файла
1 520 Кб
Теги
культура, язык, 2011
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа