close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

56.Вестник Тверского государственного университета. Серия Право №1 2013

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
СОДЕРЖАНИЕ
Актуальные проблемы частного права
Бумажникова О.В.
Обременение земельных участков на праве пожизненного наследуемого
владения…………………………………………………………………...…4
Васильев В.В.
К вопросу о понятии гражданского права………………………………..10
Актуальные проблемы публичного права
Аюпова З.К., Кусаинов Д.У.
Правовая реформа в Республике Казахстан и конституционное
законодательство государства в современный период………………….19
Замрий О.Н.
Возможности дальнейшего совершенствования законодательства по
предупреждению и пресечению коррупции в системе государственной
службы……………………………………………………………………...31
Миронов А.Л.
Проблемы единства государственной власти в условиях ее
разделения………………………………………………………………….36
Смирнов С.Н.
К вопросу о генезисе конституционного статуса человека в
отечественной правововй системе………………………………………..44
Тарусина Н.Н.
Об
элементах
«родительской
власти»
в
российском
законодательстве…………………………………………………………..53
Федина А.С.
Системная природа принципов гражданского процессуального
права...............................................................................................................60
Хорев А.А., Эриашвили Н.Д.
Гражданский процесс: задачи, функции, процессуальная форма………68
3
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Трибуна молодых учёных
Анучина А.И.
Заведеом ложный донос: некоторые вопросы квалификации и
доказывания………………………………………………………………..74
Балаж Ф.А.
Институциональные
аспекты
конституционализации
практики
налогового администрирования в Российской Федерации……………..85
Иванова М.С.
Медиация как способ защиты семейных прав…………………………...95
Семёнов Н.С.
Административная ответственность собственников (владельцев)
транспортных средств (теоретические и правовые аспекты)………….113
Скрыпник Д.О.
Сделкоспособность в гражданском праве и недействительность
сделки……………………………………………………………………...124
Столярова З.Н.
Этапы становления и развития информационного обеспечения
деятельности органов государственного управления в паспортновизовой сфере……………………………………………………………..131
Толченкина М.Э.
Методологический подход к определению понятия и сущности
семейно-правового статуса лиц, осуждённых к лишению свободы…143
Филиппова Е.В.
Уголовно-процессуальные отношения начальника подразделения
дознания органа внутренних дел с прокурором………………………..156
Хлопцев И.В.
Проблемы
компенсации
морального
вреда
в
жилищных
правоотношениях долевых собственников..............................................162
4
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Научные исследования студентов
Бахарева А.А.
Реализация конституционного права на информацию посредством сети
Интернет в аспекте реформирования судебной системы Российской
Федерации………………………………………………………………...169
Евтеева Е.Ю.
Особенности ответственности арбитражного управляющего………...175
Загуменкина Е.В.
Права и обязанности арбитражного управляющего при рассмотрении
вопроса о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной
ответственности…………………………………………………………..180
5
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ.ТвГУ.
СерияСерия
"Право".
2013.2013.
Выпуск
33 С. 33
6 – 11.
Вестник
"Право".
Выпуск
АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ
ЧАСТНОГО ПРАВА
УДК 347.235.1:347.65
ОБРЕМЕНЕНИЕ ЗЕМЕЛЬНЫХ УЧАСТКОВ НА ПРАВЕ
ПОЖИЗНЕННОГО НАСЛЕДУЕМОГО ВЛАДЕНИЯ
О.В. Бумажникова
Адвокатская палата Тверской области
Раскрывает понятие пожизненного наследуемого владения, как
обременения земельного участка. Основное внимание акцентируется на
необходимости установления обременения земельного участка,
возникающие проблемы при его установлении и имеющиеся пробелы в
законодательстве Российской Федерации по вопросам пожизненного
наследуемого владения. Вносятся предложения по устранению
пробелов.
Ключевые слова: обременение, право пожизненного наследуемого
владения, эмфитевзис, иные вещные права, недвижимое имущество,
земельные участки, пробелы в законодательстве Российской
Федерации.
Имея в собственности какую-либо вещь, лицо по отношению к
ней наделено правом владеть, пользоваться и распоряжаться. Вместе с
тем ГК РФ допускает обременение вещей, устанавливая при этом
ограничения – осуществляя свои права, собственник не должен
наносить ущерба окружающей среде и нарушать права и законные
интересы других лиц. Так, в соответствии со ст. 209 ГК РФ владение,
пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами
в той мере, в какой их оборот опускается законом (ст. 129 ГК РФ),
осуществляются их собственником свободно, если это не наносит
ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов
других лиц.
Обременение земельного участка или иного объекта, связанного
с землей, – это права третьих лиц на земельный участок или иного
объекта, связанного с землей, определенным образом стесняющие
собственника (или например, землевладельцев, землепользователя) в
осуществлении соответствующего вещного права на земельный участок
или иной объект, связанный с землей.
6
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
В частности, одним из обременений земельных участков
является эмфитевзис, т.е. обременение земельного участка,
находящегося у лица на праве пожизненного наследуемого владения1 .
Статьей 265 ГК РФ определено, что право пожизненного
наследуемого владения земельным участком, находящимся в
государственной или муниципальной собственности, приобретается
гражданами по основаниям и в порядке, которые предусмотрены
земельным законодательством. Согласно ст. 21 ЗК РФ предоставление
земельных участков гражданам на праве пожизненного наследуемого
владения после введения в действие ЗК РФ не допускается. Но право
пожизненного
наследуемого
владения
земельным
участком,
находящимся в государственной или муниципальной собственности,
приобретенное гражданином до введения в действие ЗК РФ,
сохраняется.
В соответствии с гражданским законодательством гражданин,
обладающий правом пожизненного наследуемого владения земельным
участком (владелец земельного участка), имеет права владения и
пользования земельным участком, передаваемые по наследству. Если из
условий пользования земельным участком, установленных законом, не
вытекает иное, владелец земельного участка вправе возводить на нем
здания, сооружения и создавать другое недвижимое имущество,
приобретая на него право собственности (ст. 266 ГК РФ).
Что касается распорядительных действий, то по общему правилу,
предусмотренному п. 3 ст. 264 ГК РФ, владелец земельного участка, не
являющийся его собственником, не вправе распоряжаться этим
участком, если иное не предусмотрено законом. Не допускает какихлибо распорядительных действий со стороны владельца в отношении
земельного участка, находящегося у него на праве пожизненного
наследуемого владения, и ЗК РФ. Единственным исключением в
отношении распорядительных полномочий владельца является его
право передать принадлежащее ему право пожизненного наследуемого
владения земельным участком по наследству (п. 2 ст. 267 ГК РФ)2. Тем
самым содержание данного титула вновь приведено согласно его
первоначальному правовому регулированию, в соответствии с которым
единственной возможностью распоряжения принадлежащим на этом
праве участком была его передача по наследству.
Введённое ограничение на распоряжение земельным участком
означает невозможность передачи такого участка также в аренду или
безвозмездное срочное пользование, как это предусмотрено ст. 267 ГК
РФ. Разумеется, это положение не должно применяться к ранее
1
2
Иоффе О. С., Мусин В. А. Основы римского гражданского права. Л., 1974. С. 88.
Вещное право / под ред. З. А. Ахметьяновой. М., 2011. С. 232.
7
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
заключенным договорам аренды или безвозмездного срочного
пользования земельным участком3. Данное положение создает
противоречия между ст. 267 ГК РФ и п. 2 ст. 21 ЗК РФ. В связи с этим
на основании ст. 3 ГК РФ применению подлежат нормы ст. 267 ГК РФ.
Переход права пожизненного наследуемого владения на
земельный участок осуществляется в результате наследования в
соответствии с нормами гражданского законодательства о наследовании
и подлежит государственной регистрации, которая производится на
основании свидетельства о праве на наследство в соответствии с
Федеральным законом от 21.07.1997 г. №122-ФЗ «О государственной
регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».
Согласно ст.1181 ГК РФ право пожизненного наследуемого
владения земельным участком, принадлежавшее наследодателю, входит
в состав наследства и наследуется на общих основаниях, установленных
законодательством о наследовании. При наследовании права
пожизненного наследуемого владения земельным участком (равно как
при наследовании земельного участка) по наследству обременению
подлежат также находящиеся в границах этого земельного участка
поверхностный (почвенный) слой, водные объекты, находящиеся на нем
растения, если иное не установлено законом4.
Субъект права пожизненного наследуемого владения в советском
гражданском праве в соответствии со ст.16 Основ законодательства
Союза ССР и союзных республик о земле от 28.02.1990 г., имел
возможность передавать право владения по наследству. Переход
владения при жизни его субъекта также был возможен, поскольку ст.10
Основ о земле предусматривалось, что переход права собственности на
строение, находящееся на чужой земле, влечёт передачу и права
владения или пользования земельным участком приобретателю
постройки. В отличие от времён римского права земельный участок
рассматривался как принадлежность к главной вещи (возведённой на
нём постройке) и потому при всяком отчуждении следовал её судьбе.
В современном гражданском праве субъект пожизненного
наследуемого
владения
вправе,
во-первых,
застраивать
предоставленный ему во владение участок, приобретая право
собственности на возведённые строения (п. 2 ст. 266 ГК РФ). Причём
при переходе права собственности на недвижимость, находившуюся на
таком участке, к другому лицу последнее приобретает и право
пожизненного наследуемого владения соответствующей частью земли
(ч. 1 п. 2 ст. 271, ч. 2 п. 3 ст. 552 ГК РФ). Такое положение не
3
Постатейный научно-практический комментарий Земельного кодекса Российской
Федерации / под ред. Г.А. Волкова, А.К. Голиченкова, О.М. Козырь. // СПС
«ГАРАНТ».
4
Вещное право. С. 231–233.
8
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
соответствует требованиям п. 2 ст. 21 ЗК РФ, что может привести к
судебным спорам5.
Так, в соответствии с п. 2 ст. 271 ГК РФ при переходе права
собственности на недвижимость, находящуюся на чужом земельном
участке, к другому лицу оно приобретает право пользования
соответствующей частью земельного участка на тех же условиях и в том
же объеме, что и прежний собственник недвижимости. Переход права
собственности на земельный участок не является основанием
прекращения
или
изменения
принадлежащего
собственнику
недвижимости права пользования этим участком. Таким образом, ГК
РФ исходит из того, что земельный участок переходит к новому
собственнику со всеми обременениями, в т.ч. и такими, как право
пользования частью этого участка другими лицами.
Следует обратить внимание на ряд моментов. Во-первых, п. 2 ст.
271 ГК РФ не увязывает сохранение права пользования частью
земельного участка собственником недвижимости со способом и
основанием перехода права собственности на земельный участок
(выкуп, дарение, передача по наследству, решение госоргана и т.д.), а
равно с субъектом, к которому перешло право собственности на
земельный участок (к гражданину, юридическому лицу, госоргану,
органу местного самоуправления и т.д.).
Во-вторых, по п.2 ст.271 ГК РФ согласия собственника
земельного участка на переход права собственности на недвижимость
не требуется.
В-третьих, не имеет значения, к какому субъекту гражданского
права переходит собственность на недвижимость, расположенную на
участке (к гражданину, юридическому лицу, органу местного
самоуправления, госоргану и т.д.)6.
Такая норма, позволяет владельцам отчуждать своё право
посредством застройки и последующей продажи, возведённых на
участке строений, поскольку к их приобретателю в соответствии с
упомянутыми статьями перейдёт и право пожизненного наследуемого
владения, принадлежавшее продавцу постройки. Фактически возможно
отчуждение данного права пожизненного наследуемого владения,
скрытое под куплей-продажей или иной сделкой в отношении дома,
находящегося на чужой земле.
Некоторые авторы предлагают вернуться к римскому правилу,
внеся соответствующие изменения в п.2 ст.266 и п.2 ст.269 ГК РФ. В
этом случае пожизненный владелец или постоянный пользователь,
5
Копылов А.В. Вещные права на землю в римском, русском дореволюционном и
современном российском гражданском праве. М., 2000. С.116–123.
6
Постатейный комментарий к части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации / под ред. А.Н. Гуева. М., 2003. С. 591–592.
9
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
застроивший участок, будет приобретать на возведённые им строения
не право собственности, а то право пожизненного наследуемого
владения, которое он имеет в отношении земли. Вследствие этого
станет невозможным совершение притворных сделок по отчуждению
недвижимости, прикрывающих продажу ограниченных вещных прав на
землю. Для застройщиков в этом случае необходимо предусмотреть
специальные имущественные гарантии, заключающиеся в обязанности
собственника земельного участка (следовательно, и возведённой на нём
постройки) при прекращении соответствующего права пожизненного
наследуемого владения выплатить его субъекту компенсацию за
находящуюся на участке недвижимость в размере стоимости
использованных стройматериалов и произведённых строительных
работ7. Но при этом не упоминается компенсация всех внутренних
работ здания, сооружения и т.п.
Однако, следует отметить, что предложенный правовой режим
может привести к шаткому правовому положению застройщика. У
застройщика в такой ситуации не будет гарантий и, следовательно,
интереса во вложении средств в возведённое строение и внутреннюю
отделку.
Новый ЗК РФ идет по пути не признания права пожизненного
наследуемого владения и отмены права следования за таким земельным
участком, что в свою очередь противоречит положениям Гражданского
кодекса Российской Федерации и прекращает институт обременения.
Думается, что законодателю следует разрешить данную проблему путём
внесения изменения в п. 1 ст. 21 ЗК РФ, изложив в следующей
редакции: «… Предоставление земельных участков гражданам на праве
пожизненного наследуемого владения допускается».
Список литературы
1. Вещное право / под ред. З.А. Ахметьяновой. М., 2011.
2. Иоффе О.С., Мусин В.А. Основы римского гражданского права. Л.,
1974.
3. Копылов А.В. Вещные права на землю в римском, русском
дореволюционном и современном российском гражданском праве. М.,
2000.
4. Постатейный научно-практический комментарий Земельного кодекса
Российской Федерации / Под ред. Г.А. Волкова, А.К. Голиченкова, О.М.
Козырь // СПС «ГАРАНТ»
5. Постатейный комментарий к части первой Гражданского кодекса
Российской Федерации // под ред. А.Н. Гуева. М., 2003.
7
Копылов А.В. Указ.соч. С.123–128.
10
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
ENCUMBRANCE OF THE LAND LOTS ON THE RIGHT
LIFELONG INHERITED POSSESSION
O.V. Bumazhnikova
Lawyer chamber of the Tver region
Article opens concept of lifelong inherited possession, as encumbrances of the
land lot. In work the author accents the main attention on need of
establishment of encumbrance of the land lot, arising problems at its
establishment and available gaps in the legislation of the Russian Federation
concerning lifelong inherited possession. Also the author makes offers on
elimination of gaps.
Keywords: encumbrance, the right of lifelong inherited possession,
эмфитевзис, other real rights, real estate, the land lots, gaps in the
legislation of the Russian Federation.
Об авторе:
БУМАЖНИКОВА Ольга Викторовна – канд. юр. наук, адвокат
Адвокатской палаты Тверской области, адвокатский кабинет № 213,
e-mail: bumazhnikova.olga@yandex.ru.
11
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
Вестник ТвГУ.
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
Выпуск 33
33 С. 12 – 20.
УДК 347.1
К ВОПРОСУ О ПОНЯТИИ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
В.В. Васильев
Тверской государственный университет
В статье рассматривается один из важнейших теоретических вопросов –
понятие гражданского права. Автор подробно анализирует нормативное
и широкое понимание права, а также возможность их применения для
гражданского права. Отстаивается вывод о необходимости широкого
нормативного понимания гражданского права. Гражданское право
необходимо рассматривать как систему, которая состоит из норм
закона, норм толкований, договорных норм и норм-обычаев,
структурированных в институты и подотрасли гражданского права.
Ключевые слова: гражданское право, система права, нормы
гражданского права, нормативность, закон, обычаи, суд, договор.
Поступательное развитие экономики определяет новые
ориентиры развития гражданского права и ставит новые задачи. Одним
из актуальных вопросов современной цивилистики является
определение понятия гражданского права, что имеет не только
теоретическую значимость, но и практическую пользу, поскольку
познание сущности гражданского права как важнейшей отрасли права
будет
являться
катализатором
для
дальнейшего
развития
экономического базиса. Дискуссия о понятии права в теории права
продолжается длительное время и не может быть признана
завершенной. Промежуточным результатом такой дискуссии стало
формирование двух основных направлений в понимании права:
нормативного и широкого. Последнее, в свою очередь, представлено
совокупностью различных, концепций, к числу которых относятся
социологическая1, нравственная и коммуникативная концепция2. Их
универсальный характер позволяет рассматривать предложенные
концепции не только с позиции теории права, но и с точки зрения
возможности их использования цивилистической наукой.
Нормативная теория права исходит из того, что право как
государственная воля общества проявляется в реальной жизни как
система официально-признаваемых и действующих в государстве
юридических норм. Систему этих норм принято называть правом в
1
Керимов Д.А. Философские основания политико-правовых исследований. М., 1986.
С. 171–176.
2
Поляков А.В. Общая теория права: курс лекций. СПб., 2001. С. 23.
12
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
объективном смысле3. Такое понимание права на долгие годы стало
господствующим в отечественной правовой теории.
Сторонники широкого подхода к пониманию права исходят из
того, что право и закон не являются тождественными понятиями4. По их
мнению, право включает в своё содержание не только правовые нормы,
но и иные правовые понятия. К таким понятиям одни ученые относят
правоотношения, другие – комплекс объективно складывающихся
специфических связей и качеств субъектов социального общения,
который проявляется в виде определённого порядка общественных
отношений. Третьи относят к ним принципы права, основные права и
обязанности гражданина, которые предопределяют его правовой статус.
Четвёртые – правоотношения и правосознание. Пятые – принципы
права, акты применения права и правоотношения.
Представители социологического направления под правом
понимают правоотношения или право в действии5. Право, с их точки
зрения, – это предмет социологического изучения, который
предлагается рассматривать как деятельность физических и
юридических лиц, соблюдающих, применяющих и исполняющих
правовые предписания. Право, по их мнению, может быть
санкционировано не только органами государства, но и объективно
вытекать из жизнедеятельности общества; во-вторых, право
представляет собой не только совокупность правовых норм, но и
систему правовых принципов, правовую политику, а также множество
ненормативных установлений; в-третьих, определение права, с одной
стороны, как государственной воли, а с другой – как статической
совокупности нормативных предписаний противоречиво, так как сама
воля – это реализующийся вид сознания, не сводящийся лишь к одним
предписаниям6.
Сторонники естественно-правовой концепции приходят к
выводу, что закон может воздействовать на общество только через
сознание, в противном случае он остаётся лишь на бумажном носителе.
Право определяется как содержащаяся в общественном сознании
система понятий об общеобязательных нормах, правах, обязанностях,
запретах, условиях их возникновения, порядке и формы их защиты.
3
Байтин М.И. Сущность права: Современное нормативное правопонимание на грани
двух веков. М., 2005. С. 63.
4
Зорькин В.Д. Позитивистская теория права в России. М., 1978. С. 182; Мальцев Г.В.
Социальная справедливость и право. М., 1977. С. 216.
5
Муромцев С. Определение и основное разделение права. М., 1879. С. 47–48; Лившиц
Р.З. Теория права. М., 1994. С. 1.
6
Керимов Д.А. Методология права: Предмет, функции, проблемы философии права.
М., 2003. С. 337.
13
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Исходя из коммуникативной концепции, право определяется как
«основанный на социально признанных и общеобязательных нормах
коммуникативный порядок отношений, участники которого имеют
взаимообусловленные правомочия и обязанности»7.
Каждая из концепций понимания права имеет свои основания и
аргументацию, которые на первый взгляд убедительны и достаточно
аргументированы. Дискуссии и научные споры, связанные с
пониманием права, являются важным стимулом в познании, развитии и
обогащении представлений о нём8. Думается, что понимание
гражданского права является определенной сентенцией основных
концепций понимания права, поскольку каждая из них в отдельности не
отражает в полном объёме сущности отрасли гражданского права.
Нормативное понимание права достаточно притягательно,
поскольку способствует одновременному разрешению одним понятием
совокупности взаимосвязанных вопросов. Во-первых, придание статусу
государства особого значения; во-вторых, признание за ним
монопольного положения в правотворческой сфере и, в-третьих,
обеспечение
объективной
возможности
обеспечения
беспрепятственного влияния государства на все сферы жизни,
поскольку какие-либо препятствия могут быть устранены самим
государством, посредством его нормотворчества. Безоговорочное
принятие нормативной концепции привело бы к признанию за
государством особой монопольной роли в принятии норм гражданского
права.
Применение нормативного подхода, ограничение понимания
гражданского права исключительно областью законодательства
современной юриспруденции неоправданно. Принятие за последние
несколько десятилетий тысяч законов, нормативных постановлений
Правительства РФ и указов Президента РФ не смогло создать нового
правового качества для общества. Изменения, безусловно, есть, но их
ценность для гражданско-правового регулирования минимальна. Такая
законотворческая деятельность представляет «бесконечную цепь
радикальных законодательных программ и организационных
инноваций, приводящих правовую систему в состояние шока»9.
Представляется, что отождествление гражданского права и закона в
современной юриспруденции не может быть принято, поскольку
гражданское право является более широким явлением. Данное
обстоятельство не девальвирует значимость закона, но свидетельствует
7
Поляков А.В. Указ. соч. С. 188.
Лейст О.Э. Три концепции права. Содержание и критика основных концепций права
// Советское государство и право. 1991. № 12. С. 7.
9
Синюков В.Н., Григорьев Ф.А. Правовая система: Вопросы правореализации: учеб.
пособие. Саратов, 1995. С. 148.
8
14
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
о том, что законодательство – это часть общего понимания права и одно
из важнейших его проявлений10. Говоря о нормативном понимании
гражданского права, нельзя слепо верить в справедливость
государственной воли. Она может быть направлена на принятие
законов, которые будут ограничивать субъективные права и свободы
личности, оборот товаров, услуг и финансовых средств, предоставлять
льготы и преференции некоторым субъектам гражданского права,
нарушая тем самым незыблемые принципы экономики – свободной и
честной конкуренции и юридического равноправия субъектов
гражданского права. Различные немотивированные ограничения со
стороны государства и прямое вмешательство в экономику, в том числе
в частные дела субъектов гражданского права, могут граничить с
деспотизмом и тиранией. Придание государству идеалистического
статуса явилось бы определенной утопической теорией, поскольку
класс (группа), стоящая у власти, может иметь цели и задачи, отличные
от видения решения этих задач со стороны общества. Государство
может использовать внеправовые меры, с точки зрения их оценки со
стороны справедливости. Такие меры, облеченные в закон, в силу их
нормативного понимания становятся правом.
«Центр тяжести» нормативного понимания гражданского права
должен быть существенно смещен в сторону нормативности как
свойства, характерного не только для гражданско-правовых норм, но и
для норм-толкований, исходящих от иных институтов, главным образом
таких. как суд, и норм-применений, исходящих от самих субъектов
гражданского права. Возможность широкого понимания нормативности
является следствием лингвистического значения самого слова «норма»,
которое означает, с одной стороны, узаконенное установление, а с
другой – обязательный порядок11. «Нормативность» толкуется как
устанавливающее норму, правило12. Принятие этих толкований
расширяет значение нормативности, не ограничивая её исключительно
гражданским законодательством.
Нормативность, исходящая от суда, является важной
предпосылкой создания механизма правореализации, в котором
принцип единства судебной практики будет сочетаться с
фундаментальным принципом равенства субъектов права перед законом
и судом. Именно суд в процессе осуществления правосудия даёт
толкование оценочным понятиям, которые достаточно часто
встречаются в российском законодательстве и практике делового
оборота. Кроме того, по решению суда норма гражданского
10
Керимов Д.А. Методология права. С. 338.
Ожегов С.И. Словарь русского языка / под ред. Н.Ю. Шведовой. М., 1973. С. 382.
12
Там же. С. 383.
11
15
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
законодательства или обычай становится нормой права, обязательной
для применения всеми лицами, включая стороны, участвующие в деле,
юридических лиц и публично-правовых образования13. Судебная
практика Конституционного, Верховного и Высшего Арбитражного
судов РФ посредством толкования даёт важнейшие ориентиры для
понимания
гражданско-правовых
норм,
закрепленных
в
законодательстве. Не случайно один из принципов гражданского и
арбитражного процесса – это единство судебной практики. Такое
единство может быть обеспечено заимствованием позитивного опыта
стран прецедентного права с глубокой научной проработкой вопроса о
возможности использования судебного прецедента как источника
гражданского права Российской Федерации. Судебный прецедент в
силу возможности многократного применения может приобрести
качество нормативности14. Конституционный Суд РФ в своём
постановлении от 21.01.2010 г. №1-П прямо указал, что «правила
нормативного характера при соблюдении тех же требований
верховенства Конституции Российской Федерации и федерального
закона могут формулироваться Высшим Арбитражным Судом
Российской Федерации для обеспечения единства судебной практики и
при выработке им правовых позиций в результате толкования норм
материального права. Эти правовые позиции приобретают нормативное
значение в соответствии с конституционными полномочиями Высшего
Арбитражного Суда…»15. Несмотря на динамику в развитии
представлений о прецеденте, думается, что его включение в систему
источников гражданского права – дело недалёкого будущего. Одна из
задач на этом пути достигнута – судебные решения имеются в открытом
доступе на сайтах высших судов РФ, придавая им публичный характер
и позволяя использовать их как ориентир в правоприменительной
деятельности. Исследование возможности имплементации судебного
прецедента в правовую систему Российской Федерации ещё нуждается
во всесторонней научной оценке, которая должна быть продолжена в
современной правовой науке. Однако уже сейчас следует признать, что
нормы-толкования, исходящие от Конституционного, Верховного и
Высшего Арбитражного судов, в силу своей нормативности – это
составная часть, образующая широкое нормативное понимание
гражданского права.
В гражданском праве нормы, как правила поведения субъектов,
могут исходить из корпоративных правил или договора. Диспозитивное
начало предполагает определенную свободу и усмотрение для
13
Гражданское право: учебник: в 3 т. Т. 1 / Н.Н. Агафонова, С.В. Артеменков, В.В.
Безбах и др.; отв. ред. В.П. Мозолин. М., 2012. С. 38.
14
Иванов А.А. Речь о прецеденте // Право. 2010. № 2. С. 4.
15
СЗ РФ. 2010. № 6. С. 699.
16
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
субъектов гражданского права, очерчивая лишь в общем виде границы
дозволенного поведения. Это свидетельствует о том, что былое
понимание нормативности как исключительного закрепления норм в
законодательстве должно быть скорректировано. Некоторые ученые
приходят к выводу, что локальные нормативные акты и договоры могут
быть признаны современными источниками гражданского права16.
Спорный характер такого вывода связан с невозможностью
отождествления источников гражданского права и юридических
фактов17. Однако это обстоятельство не препятствует их рассмотрению
не только как юридических фактов, но и в качестве источников прав и
обязанностей субъектов гражданского права, приближая, но не
отождествляя их с гражданским законодательством18. Субъекты
гражданского права, участвуя в гражданском обороте, могут создавать
для себя обязательные правила, которые закрепляются в различных
договорах. Эти правила не носят всеобщего характера, поскольку
распространяют свою юридическую силу исключительно на стороны
того или иного договора. Обязательность данных норм –
персонифицированное явление, но от того не менее ценное в свете
особого значения гражданского права, направленного на создание
условий эффективности и стабильности в реализации субъективных
прав. Эти правила поведения, установленные самими субъектами,
обладают нормативностью, обязательностью, в силу чего должны найти
отражение в понятии гражданского права.
Особый интерес для гражданского права представляют правовые
обычаи. Они не входят в систему гражданского законодательства, но в
соответствии со ст. 5 ГК РФ являются источником гражданского права.
Под ними понимают сложившееся и широко применяемое в какой-либо
области предпринимательской деятельности или иной деятельности
правило
поведения,
не
предусмотренное
законодательством,
независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе (ст.
5 ГК РФ). Обычаи в гражданском праве в силу своей обязательности
обладают нормативностью, и это обстоятельство должно найти
отражение в цивилистической теории.
Из
этого
следует,
что
юридическая
нормативность
применительно к гражданскому праву должна проявляться как «сверху»
– законодателем, так и в не меньшей степени «снизу» – самой
юридической практикой, вырабатывающей индивидуальные нормы,
16
Гражданское право. Часть первая. учебник / отв. ред. В.П. Мозолин, А.И. Масляев.
М., 2003. С. 46, 61.
17
Гражданское право: учебник: в 4 т. Т.1 / отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2004. С. 83.
18
Гражданское право: учебник / С.С. Алексеев, Б.М. Гонгало, Д.В. Мурзин и др.; под
общ. ред. С.С. Алексеева. М., 2012. С. 29.
17
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
которые обладают значительной автономностью по отношению к
нормам, исходящим от официальных правотворческих органов19.
Основы естественно-правовой теории права также находят
отражение в гражданском праве. Ценность гражданского права не
ограничивается
исключительно писаными гражданско-правовыми
нормами. В этом аспекте особое внимание обращают на себя правовая
культура и правосознание. Гражданское право – это уникальный срез
общественного сознания, в котором в наиболее концентрированном
виде отражена культура и традиции общества, сознание его индивидов.
Без этих составных частей гражданское право – это лишь
нежизнеспособная философская категория, не обладающая ценностью
для общества и каждого индивида. Закон, какой бы необходимый и
ценный он ни был, неизбежно связан с процессом правоприменения, и
только в том случае, когда этот процесс отражает потребности общества
или большинства членов общества, закон может быть признан
объективным регулятором общественных отношений. Обществу
необходим не только сам закон, который должен быть справедливым,
но и реальное (а не мнимое) соблюдение общественно значимых
принципов. К таковым относятся принципы справедливости и равенства
всех перед законом. Это является предпосылкой гражданского мира,
уважения граждан к правоохранительной системе, суду, органам
исполнительной и законодательной власти. Попирание указанных
фундаментальных принципов – шаг к национальной розни, недоверию к
государственным институтам, а как следствие – отсутствие
национальной идеи, способствующей консолидации общества.
Правоприменение зависит не только от государственной власти,
аппарата принуждения, но и от правовой культуры и правосознания
общества. В обществе, в котором правовая культура или правосознание
не достигли необходимого уровня, закон существует, но его
существование
объективно
возможно
исключительно
ввиду
объективной потребности класса (группы), находящегося у власти,
удерживать эту власть и обеспечивать повиновение общества. Только
высокий уровень правовой культуры и правосознания членов общества
является предпосылкой для истинного понимания гражданского права
как регулятора общественных отношений. Его принципы находят
отражение в законодательстве. Статья 1 ГК РФ содержит совокупность
принципов гражданского права. К сожалению, оставленными без
должного внимания законодателя остались морально-этические и
нравственные принципы, которые следовало бы закрепить в
Гражданском кодексе РФ, придав тем самым им качество
нормативности. Норма гражданского права и морально-нравственная
19
Синюков В.Н., Григорьев Ф.А. Указ. соч. С. 148.
18
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
норма – это не тождественные понятия. Однако отрицание их
взаимосвязи и взаимозависимости применительно к пониманию
гражданского права неверно, поскольку каждая из них связана с
решением
социальных
задач,
регулируемых
гражданским
законодательством.
Таким образом, нормы закона, нормы-толкования, договорные
нормы, нормы-обычаи обладают нормативностью, т. е. обязательностью
для субъектов гражданского права. Исходя из этого гражданское право
как отрасль права – это совокупность гражданско-правовых норм,
которые по форме своего выражения закреплены в гражданском
законодательстве, в судебных актах Конституционного, Верховного и
Высшего Арбитражного судов Российской Федерации, отражающих
правовые позиции этих судов, в договорах и иных локальных актах,
имеющих ограниченный и персонифицированный круг субъектов, в
гражданском обороте посредством их широкого применения.
Список литературы
1. Байтин М.И. Сущность права: Современное нормативное
правопонимание на грани двух веков. М., 2005.
2. Гражданское право. Часть первая: учебник / отв. ред. В.П. Мозолин,
А.И. Масляев. М., 2003.
3. Гражданское право: учебник: в 4 т. Т.1 / отв. ред. Е.А. Суханов. М.,
2004.
4. Гражданское право: учебник / С.С. Алексеев, Б.М. Гонгало, Д.В.
Мурзин и др.; под общ. ред. С.С. Алексеева. М., 2012.
5. Гражданское право: учебник: в 3 т. Т. 1 / Н.Н. Агафонова, С.В.
Артеменков, В.В. Безбах и др.; отв. ред. В.П. Мозолин. М., 2012.
6. Зорькин В.Д. Позитивистская теория права в России. М., 1978.
7. Иванов А.А. Речь о прецеденте // Право. 2010. №2.
8. Керимов Д.А. Философские основания политико-правовых
исследований. М., 1986.
9. Керимов Д.А. Методология права: Предмет, функции, проблемы
философии права. М., 2003.
10. Лейст О.Э. Три концепции права. Содержание и критика основных
концепций права // Советское государство и право. 1991. № 12.
11. Лившиц Р.З. Теория права. М., 1994.
12. Мальцев Г.В. Социальная справедливость и право. М., 1977.
13. Муромцев С. Определение и основное разделение права. М., 1879.
14. Ожегов С.И. Словарь русского языка / под ред. Н.Ю. Шведовой. М.,
1973.
15. Поляков А.В. Общая теория права: курс лекций. СПб., 2001.
16. Синюков В.Н., Григорьев Ф.А. Правовая система: Вопросы
правореализации: учеб. пособие. Саратов, 1995.
19
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
TO THE QUESTION OF CONCEPT OF CIVIL LAW
V.V. Vasilyev
Tver state university
In article one of the major theoretical questions – concept of civil law is
considered. The author in detail analyzes standard and broad understanding of
the right, and also possibility of their application for civil law. In article the
conclusion about need of broad standard understanding of the civil law which
system standards of the law make, norms of interpretation, contractual norms
and norms customs is defended.
Keywords: civil law, system of the right, norm of civil law, normativnost, law,
customs, court, contract.
Об авторе:
ВАСИЛЬЕВ Владимир Валерьевич – канд. юр. наук, доцент
кафедры гражданского права Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: pdvv@mail.ru.
20
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 21 – 32.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ
ПУБЛИЧНОГО ПРАВА
УДК 342(574)
ПРАВОВАЯ РЕФОРМА В РЕСПУБЛИКЕ КАЗАХСТАН И
КОНСТИТУЦИОННОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ГОСУДАРСТВА
В СОВРЕМЕННЫЙ ПЕРИОД
З.К. Аюпова1, Д.У. Кусаинов2
Казахский национальный университет имени аль-Фараби
Казахский национальный педагогический университет имени Абая
1
2
Исследуются проблемы и перспективы правовой реформы в Республике
Казахстан, особенности конституционного законодательства государства
в современный период. Тщательно изучены труды российских и
казахстанских правоведов в этой области.
Ключевые слова: правовая реформа, Конституция, конституционное
законодательство, парламентаризм, президентская власть, теория
разделения властей, система сдержек и противовесов, форма
правления, государственная власть, коллизии, конституционные
новации.
После распада СССР через определенный промежуток времени
размышлений и поисков новых политических и правовых моделей
развития национальной государственности в истории права Казахстана
начался бурный период правовых реформ, характерный тем, что
влияние новых законов рынка, развертывание частного сектора и
частной собственности потребовали принятия целого ряда новых
кодифицированных актов – кодексов, законов, подзаконных актов и т.д.
Конечно же, эти процессы были бы немыслимы без принятия новой
Конституции постсоветского периода, периода суверенизации.
Правовая реформа в Казахстане в 90-е гг. прошла под знамением
верховенства Конституции 1993 г. и заложила правовую базу под
функционирование Парламента, государственности нового типа и
нового типа теории конституционализма.
Теория конституционализма в своем развитии имеет ряд общих и
особенных черт в эволюционном развитии, что позволяет говорить о
появлении новой советской модели Основного закона. Следует
отметить, что конституции многих советских государств, в том числе
Казахстана, исходят из общих начал конституционализма, таких, как
21
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
народный суверенитет, приоритет прав и свобод личности, правовое
государство, разделение властей, представительная форма правления1.
Содержательный и институционально-функциональный анализ
теории конституционализма в Казахстане позволяет заключить, что
данная теория представляет собой объемное и многогранное политикоправовое явление, социальная сущность которого заключается во
взаимной связи и обусловленности отношений «государство – общество
– личность». В целом основные положения теории конституционализма
представляют собой единую систему, характеризуют все компоненты,
вобравшие организацию государственной власти, взаимоотношения ее
институтов, пределы компетенции. Без единства и устойчивой
совокупной взаимной связи этих положений не может идти речи о
теории конституционализма в Казахстане как политико-правовой
действительности.
Отсюда
очевидно,
что
правовая
сущность
теории
конституционализма формируется в ее правовых принципах,
закрепленных прежде всего в Основном законе, в конституционноправовых актах, что позволяет говорить о теории конституционализма,
которой присущ более высокий уровень обобщения. Вместе с тем,
содержание и функциональное назначение конституционно-правовых
принципов теории конституционализма предопределяют ее особенности
с точки зрения юридической практики. Именно поэтому теория
конституционализма выступает логическим обобщением, обретающим
конституционно-правовой облик, который, в свою очередь, становится
предметом изучения науки, прежде всего конституционного права как
самодостаточной отрасли в системе юридических наук. На современном
состоянии исследования теории конституционализма сказалось то, что в
советский период данная теория характеризовалась только с позиций
идеологической доминанты. Такая позиция ученых-государствоведов
определялась доминирующей позицией
на протяжении всего
советского периода взглядами классиков марксизма-ленинизма.
Возникновение и становление теории конституционализма как
особой системы в Казахстане связаны прежде всего с особенностью
данного
сложного политико-правового явления. Объективная
потребность реформирования советских органов, по мнению А.А.
Арабаева, возникла в процессе крупномасштабных политических,
экономических и социальных преобразований с середины 80-х гг. и
формирования в начале 90-х гг. ХХ в. казахстанской государственности
на качественно новых правовых началах 2.
1
Мишин А.А. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: учебник
для вузов. 12-е изд. М., 2006. С. 395.
2
Арабаев А.А. Конституционное законодательство Республики Казахстан: вопросы
парламентаризма //Вестн. Межпарламентской Ассамблеи. 1999. №1. С. 197.
22
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Как
показывает
анализ
советского
конституционного
законодательства, в советский период развития в Казахстане, как и в
других союзных республиках, не было парламентаризма и,
соответственно, как таковой теории конституционализма, хотя
справедливости ради надо отметить, что в советских конституциях были
закреплены отдельные элементы парламентаризма3. Принцип
разделения властей не только не был реализован, но даже теоретически
не признавался догматичным научным коммунизмом. Ему
противопоставлялся принцип единства власти народа в лице Советов4.
В советских конституциях формально закреплялись принципы
полновластия народа, верховенства Верховного Совета в системе
органов государственной власти и управления, верховенства закона в
системе нормативных правовых актов, но в действительности они не
были реализованы. Тот период ознаменован, по нашему мнению,
отсутствием реальной демократической политической системы для
становления теории конституционализма. Следовательно, правомерно
говорить, что правовые основы эволюции теории и доктрины
конституционализма
связаны
в
первую
очередь
всего
с
конституционным реформированием СССР, ставшим составной частью
политики перестройки, гласности и демократизации советского
общества5. В рамках общесоюзной конституционной реформы впервые
было заложено начало процессам парламентаризации в государственноправовом развитии союзных республик6 и, значит, теории
конституционализма в целом. В этой связи отметим, что положения о
национальной государственности и ее независимости напрямую
свидетельствовали о закономерной тенденции в государственноправовом развитии союзных республик. Так, например, в Декларации
«О государственном суверенитете Парламента ССР» заявлялось о
национальной государственности и принятии мер по ее защите и
охране, провозглашалось, что Казахстан является суверенным
государством.
Важное значение в становлении и развитии теории
конституционализма имели положения ст. 2, 4, 6 Декларации
независимости Казахстана, в которых закреплялось, что народ
Казахстана является единственным источником государственной власти
в Республике; вся власть исходит от народа, существует для народа;
народ Казахстана осуществляет верховную власть непосредственно и
3
Арабаев А.А. Парламентаризм и парламент Казахстана: генезис, состояние,
перспективы. Алматы, 2008. С. 38.
4
Чиналиев У.К. Реализация принципа разделения властей в современном Казахстане.
Алматы, 2007. С.16.
5
ХIХ Всесоюзная партийная конференция КПССС: стеногр. отчет. М., 1998. Т.1. С. 38.
6
Российское законодательство: проблемы и перспективы. М., 1995. С. 439.
23
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
через представительные органы. Таким образом, впервые посредством
Декларации были закреплены социальная база и правовая конструкция
государственной власти Казахстана в качестве суверенного государства.
Из всего перечисленного следует, что Декларация о государственном
суверенитете являлась конституционным актом, имеющим высшую
юридическую силу. И в этой связи следует согласиться с мнением Ю.А.
Тихомирова, что закрепление в Конституции принципов правовой
системы еще не гарантирует приоритета Основного Закона над иными
актами, так как на практике могут действовать законы, превалирующие
над Конституцией, вследствие закрепления принципов, не известных
последней7. В становлении теории конституционализма нашла
отражение вся палитра противоречивости и динамики конституционных
реформ 1989–2007 гг., которые, начинаясь в конце 1980-х гг. на основе
общесоюзных реформ, в дальнейшем практически приобрели
необратимый комплексный характер, развиваясь и закрепляясь в
общественные отношения принципиально нового конституционного
строя8.
Как
свидетельствует
практика,
в
большей
части
постсоциалистических конституций создан особый механизм,
препятствующий возрождению тоталитарного общества и государства.
Анализ показывает, что во многих конституциях закреплены нормы,
которые запрещают захват государственной власти, провозглашают
принцип политического плюрализма и многопартийности, не допускают
создания чрезвычайных судов, подробно регламентируют права
граждан, правовой механизм их защиты. Закрепление таких норм
является характерным для многих постсоциалистических государств,
отражая, таким образом, их стремление освободиться от тоталитарных
традиций. Практически все конституции стран СНГ, в том числе
Конституция Республики Казахстан, провозглашают в качестве своей
цели создание демократических, правовых, социальных и светских
государств. Демократические основы государственности раскрываются
в конституционных институтах прямой и представительной демократии,
при этом подчеркивается принадлежность суверенитета и верховной
власти народу. Большой массив конституций провозглашает принцип
социального государства, как правило не раскрывая его содержания.
Это объясняется тем обстоятельством, что разработчики конституций
стремились отойти от примата социалистических Основных законов,
содержащих в себе идеологический заряд. Принцип «светского
государства» раскрывается в положениях об отделении государства от
7
Тихомиров Ю.А. Теория закона. М., 1995. С. 80.
Арабаев А.А. Становление конституционного законодательства суверенной
Республики Казахстан: дис. … д-ра юр. наук. Алматы, 2007. С. 102.
8
24
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
религии и недопустимости преимуществ для отдельных религий и
культов.
В сфере конституционных прав и свобод в конституциях
неукоснительно подчеркивается приоритет прав и свобод личности
(подтверждающийся и тем, что разделы о правах и свободах следуют
непосредственно за разделами об общих конституционных
положениях). Перечень прав и свобод личности во многом совпадает,
конституции содержат единообразную регламентацию личных,
политических, социально-экономических прав и свобод. Это объясняется
тем, что тексты многих конституций, по сути, инкорпорированы, положения
общепризнанных актов международного права имплементируются в
национальные законодательства.
Вместе с тем между конституциями имеются также
существенные различия, обусловленные прежде всего тем, каким
образом выстраиваются взаимоотношения между государством и
личностью. Основным гарантом прав и свобод личности
провозглашается судебная власть. В основном конституции государств
– членов СНГ ограничиваются общими декларациями о защите прав и
свобод, не обеспечивая ее действенных форм. В настоящее время
практически все постсоциалистические государства имеют унитарную
форму государственного устройства, однако во многих из них, в
пределах СНГ, созданы автономные образования, в составе Украины,
Крыма, Азербайждана, Таджикистана, Грузии. Анализируя вопросы
конституционной экономики, следует признать, что во многих
конституциях закреплены новые подходы к регулированию
экономических отношений: в них провозглашаются общие принципы
экономической системы, под которой в современных условиях
понимается многоукладная, многоуровневая экономика, свобода
предпринимательства, ограничение экономического регулирования со
стороны государства, свобода перемещения капиталов, услуг, товаров,
защита конкуренции, равенство прав и свобод граждан. В новейших
конституциях
закрепляются
две
формы
собственности
–
государственная и частная, провозглашается их равный статус. Как
совершенно верно замечено профессором А.А. Мишиным, равенство
форм собственности не исключает, с одной стороны, наличия особых
гарантий неприкосновенности частной собственности, а с другой –
закрепления
в
исключительной
собственности
государства
определенных природных объектов либо отраслей экономики. Кроме
того, государство осуществляет суверенные права над континентальным
шельфом и в особой экономической зоне, в отношении спектра
радиочастот и позиций геостационарной орбиты. В конституциях
зачастую подчеркивается, что «законом может быть установлена
государственная монополия на железнодорожный транспорт,
25
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
национальные, почтовые и телекоммуникационные сети, использование
ядерной энергетики, производство радиоактивных продуктов, оружия,
взрывчатых веществ и биологически сильнодействующих веществ9.
Существенным отличием от прежних конституций является то, что они
включают развернутую регламентацию вопросов налогообложения и
бюджетного процесса, рассматривая их как основные инструменты
экономической политики государства. К новеллам конституционного
регулирования можно отнести также закрепление вопросов денежной
эмиссии и особого статуса центральных банков как институтов, которые
отвечают за устойчивость национальных валют.
Рассматривая особенности конституций, следует обратить
внимание на расширение сферы конституционных норм, которые
отражают развитие интеграционных процессов. В отдельные
конституции включены положения о возможности передачи части
суверенных прав государства международным наднациональным
организациям. Почти все новейшие евразийские конституции признают
обязательный характер общепризнанных норм и принципов
международного права и необходимость приведения внутреннего
национального законодательства в соответствие с ними.
Переходя к анализу правовых механизмов защиты конституции,
необходимо отметить, что практически все конституции постсоциалистических
государств содержат нормы о защите и обеспечении их действия. Особое
значение в ряду правозащитных механизмов имеют конституционные суды,
которые дают толкование конституции, выносят решения о
конституционности законов, решают споры о компетенции органов
государственной власти. В этом направлении Конституция Республики
Казахстан не составляет исключения. Помимо конституционных судов,
функциями защиты Конституции наделены суды общей юрисдикции и
специализированные правозащитные органы. К их числу в Казахстане
относится Уполномоченный по правам человека (омбудсман). К одной
из мер в механизме защиты конституций в данных странах относят
усложненную процедуру принятия конституционных поправок.
Изменения
и
дополнения
вносятся
в
Основной
закон
квалифицированным большинством в две трети от общего числа
депутатов национального парламента. Также имеются нормы об
утверждении конституционных поправок на референдуме. Сложный
порядок
пересмотра
Основных
законов,
закрепленный
в
соответствующих нормах, таким образом, способствует стабильности
конституционного регулирования и устойчивости конституционной
системы. Развернутые характеристики теории конституционализма
9
Мишин А.А. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: учебник
для вузов. 12-е изд. С. 400.
26
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
обосновывают принцип разделения властей. К примеру, Конституция
Республики Казахстан прямо указывает, что взаимоотношения трех
ветвей власти складываются с использованием системы сдержек и
противовесов. В нашей Конституции доктрина разделения властей
предстает в ее первоначальном варианте, при котором все власти
должны действовать самостоятельно, но тесно взаимодействуя между
собой.
В настоящее время институт президентства действует во многих
странах, которые предопределяются соответствующей формой
правления. Как совершенно уместно замечено Г.С. Сапаргалиевым, сам
по себе факт невключения Президента ни в одну из трех ветвей власти
не означает неопределенности в вопросе о правовом статусе
Президента. Им также замечено, что первоначально в Казахстане
институт президентства был «вмонтирован» в исполнительную ветвь
власти10. Генезис теории конституционализма вобрал из зарубежного
опыта институт ежегодного обращения с посланием к народу и
Парламенту, процедуру импичмента. Однако устройство президентской
власти, а мы говорим об особенном, в части постулирования некоторых
положений теории конституционализма в Казахстане, имеет ряд
специфических черт, которые отражают внутренние условия
общественной и политической жизни и безосновательности
механического копирования зарубежного опыта.
Доктор юридических наук, профессор В.А. Малиновский
подчеркивает: «Учреждение в Казахстане 24 апреля 1990 года поста
Президента Республики Казахстан явилось принципиальным событием
на пути глубокого реформирования государственности и всего уклада
жизни страны. Оно было обусловлено рядом факторов и неразрывно
связано с экономическими, политическими и идеологическими
условиями того периода и последующего времени. Государство
"Республики Советов" оказалось неспособным оперативно влиять на
развивающуюся негативную ситуацию. Требовался новый, активный,
политически не дискредитировавший себя предшествующим развитием
государственный орган»11.
По ряду основных характеристик казахстанская модель
президентства тяготеет к чисто президентской республике, главной,
характерной чертой которой является контроль за формированием и
деятельностью Правительства. Президент – глава государства,
одновременно он определяет структуру Правительства, назначает и
10
Сапаргалиев Г.С. Парламентское право Республики Казахстан. Астана, 2009. С. 78.
Малиновский В.А. Лидер: президентская власть в Казахстане на рубеже эпох:
монография. Астана, 2012. С. 3.
11
27
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
освобождает от должности его членов, принимает решение о его
отставке.
Отличительной особенностью взаимоотношений Парламента и
Президента в Казахстане является наличие элементов политической
ответственности Правительства не только перед Президентом, но и
перед Парламентом. Парламент может выразить недоверие Премьерминистру Республики Казахстан (поскольку в случае отставки Премьерминистра в отставку уходит все Правительство), решение, которое
принимается большинством не менее двух третей голосов от общего
числа депутатов Парламента. Основной закон Республики Казахстан не
предусматривает права конрассигнатуры актов Президента со стороны
Премьер-министра,
которое
выступает
правовым
средством
согласования главой государства своих решений с Правительством. В
практике деятельности Президента Республики Казахстан в ряде
случаев применяется визирование его указов отдельными членами
Правительства. Однако оно не имеет обязательного значения для
придания юридической силы акту главы государства.
В новейшее время в Казахстане идут процессы реформирования
конституционного законодательства. Рассмотрим роль Президента
Республики Казахстан в качестве гаранта прав и свобод человека и
гражданина. Президент вправе оценивать содержание деятельности
подотчетных ему органов - Правительства, Совета безопасности,
органов прокуратуры, внутренних дел, других государственных
органов. Реализуя право законодательной инициативы, глава
государства может вносить на рассмотрение Парламента, а также на
референдум проекты законов. Президент также выносит решения по
вопросам гражданства и политического убежища, осуществляет
помилования.
Президент
обеспечивает
охрану
суверенитета,
территориальной целостности Республики Казахстан.
Президент Республики Казахстан в соответствии со ст. 44
Конституции обеспечивает согласованное функционирование и
взаимодействие органов государственной власти. Необходимость
координации возникает при осуществлении органами государственной
власти такой функции, как законотворческая деятельность. В этом
вопросе важно использовать потенциал всех ветвей власти, соединяя,
таким образом, в себе качество законопроектов.
Причины конституционных реформ могут быть разные. Но
главная из них – это реформирование основ существующего строя и
соответствующих системе государственно-правовых институтов,
которое сопровождается сменой форм правления, политического
режима и т. п. По мнению Б.Н. Топорнина, общественный интерес к
реформе может быть связан с провалом социальных ожиданий,
обусловленных Конституцией, с неудачами и провалами в проведении
28
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
экономических преобразований, т. е. когда общество не получило того,
что провозглашено в Конституции12. Нельзя было не признать
ущербность существовавшей в Казахстане президентско-парламентской
системы, которая лежала как в правовой, так и в практической
плоскостях. Прежде всего, речь идет о том, что при данной системе
были созданы объективные предпосылки для существования двух
дублирующих друг друга «правительств». Это Администрация
Президента Республики Казахстан и само Правительство Республики
Казахстан. При этом ущербность такой системы видится не только в
том, что они как бы находились в состоянии «постоянного
соперничества», но и в том, что на практике оказалось непонятным, кто
из них за что отвечает. Поэтому более правомерным в этом плане был
переход Казахстана к чисто президентской форме правления.
Необходимо отметить, что провозглашение и законодательное
утверждение той или иной формы правления является декларацией,
если не будет продумана реальная действующая природа правовых
механизмов. Как показывает практика новейшей истории, в Казахстане
особого внимания требует разработка эффективного механизма
разрешения противоречий между законодательной и исполнительной
ветвями государственной власти, которые неизбежны и вытекают из
самой природы их бытия. Данная коллизия в конституционном
законодательстве привела к парламентскому кризису в начале 2011 г.
Хотя, как верно замечено Г.Н. Селезневым, «при полноценном
парламентаризме и нормальной системе разделения властей Парламент
не должен быть ни вечным противником Правительства, ни послушным
исполнителем «монаршей воли», ни просто машиной по производству
законов»13.
Следует подчеркнуть, что учет объективных факторов, обусловливающих
переход к той или иной форме правления, подтвердил необходимость и
целесообразность перехода Казахстана к классической форме президентской
республики.
Особенности современной конституционно закрепленной модели
парламентаризма обусловлены обстоятельствами переходного периода
становления Казахстана в качестве суверенного и независимого
государства, где все еще идет поиск оптимальной и устойчивой модели
его устройства.
Разумеется, позитивное решение вытекающих из данной
ситуации проблем требует комплексного исследования основных этапов
12
Топорнин Б.Н. Российский конституционализм на современном этапе. М., 1997. С.
12.
13
Селезнев Г.Н. Борьба за власть или процветание России. Вступительное слово к
книге А.Ф. Смирнова // Государственная Дума Российской империи 1906–1917 годов:
историко-правовой очерк. М., 2008. С. 6.
29
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
становления теории конституционализма в Казахстане и связанных с
ней организационно-институциональных особенностей становления и
развития всех ветвей государственной власти в Казахстане. В своем
Послании народу Казахстана «Стратегия Казахстан–2050» Президент
Республики Казахстан – Лидер нации Н.А. Назарбаев отметил: «Наше
главное достижение – мы создали независимый Казахстан. Мы
юридически оформили наши границы. Сформировали интегрированное
экономическое пространство страны. Заново наладили и укрепили в
стране производственные связи. Сегодня все регионы работают в
неразрывной связке друг с другом. Провели исторически важные
конституционные и политические реформы, которые создали
современную систему государственного управления, основанную на
разделении ветвей власти»14
Таким образом, можно сделать несколько выводов:
1. Содержательный и институционально-функциональный анализ
теории конституционализма в Казахстане позволяет заключить, что
данная теория представляет собой многогранное политико-правовое
явление, социальная сущность которого заключена во взаимной связи и
обусловленности отношений «государство – общество – личность».
2. Теория конституционализма выступает логическим обобщением,
обретающим конституционно-правовой облик, становится предметом
изучения науки конституционного права как самодостаточной отрасли в
системе юридических наук.
3. Анализ советского конституционного законодательства в
советский период развития показывает, что в Казахстане не было
парламентаризма
и
соответственно
как
таковой
теории
конституционализма, хотя в советских конституциях были закреплены
отдельные элементы парламентаризма.
4. Правовые
основы
эволюции
теории
и
доктрины
конституционализма связаны с конституционными реформами СССР,
ставшими составной частью политики перестройки, гласности,
демократизации советского общества.
5. В рамках общесоюзного конституционного развития впервые
было заложено начало практики парламентаризма в государственноправовом развитии союзных республик и соответственно теории
конституционализма.
14
Назарбаев Н.А. Послание Президента Республики Казахстан - Лидера нации народу
Казахстана «Стратегия Казахстан- 2050»: новый политический кус состоявшегося
государства // Казахстанская правда. 2012. 15 дек.
30
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Список литературы
1. Арабаев А.А. Конституционное законодательство Республики
Казахстан:
вопросы
парламентаризма
//
Вестн.
Межпарламентской Ассамблеи. 1999. №1.
2. Арабаев А.А. Парламентаризм и парламент Казахстана: генезис,
состояние, перспективы. Алматы, 2008.
3. Арабаев А.А. Становление конституционного законодательства
суверенной Республики Казахстан: дис. … д-ра юр. наук.
Алматы, 2007.
4. ХIХ Всесоюзная партийная конференция КПССС: стеногр. отчет.
М., 1998. Т.1.
5. Малиновский В.А. Лидер: президентская власть в Казахстане на
рубеже эпох: монография. Астана, 2012.
6. Мишин А.А. Конституционное (государственное) право
зарубежных стран: учебник для вузов. 12-е изд. М., 2006.
7. Назарбаев Н.А. Послание Президента Республики Казахстан–
Лидера нации народу Казахстана «Стратегия Казахстан–2050»:
новый
политический
вкус
состоявшегося
государства
//Казахстанская правда. 2012. 15 дек.
8. Российское законодательство: проблемы и перспективы. М.,
1995.
9. Сапаргалиев Г.С. Парламентское право Республики Казахстан.
Астана, 2009.
10. Селезнев Г.Н. Борьба за власть или процветание России.
Вступительное слово к книге А.Ф. Смирнова // Государственная
Дума Российской империи 1906–1917 годов: историко-правовой
очерк. М., 2008.
11. Тихомиров Ю.А. Теория закона. М., 1995.
12. Топорнин Б.Н. Российский конституционализм на современном
этапе. М., 1997.
13. Чиналиев У.К. Реализация принципа разделения властей в
современном Казахстане. Алматы, 2007.
31
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
LEGAL REFORM IN THE REPUBLIC OF KAZAKHSTAN AND THE
CONSTITUTIONAL LEGISLATION OF THE STATE DURING THE
MODERN PERIOD
Z.K.Ayupova1, D.U.Kusainov2
1
The Kazakh national university of al-Farabi
The Kazakh national pedagogical university of Abay
2
In this article the authors have examined the problems and perspectives of the
legal reforms in the Republic of Kazakhstan, the peculiarities of the
constitutional legislation in the modern period. The works of the Russian and
Kazakh scholars were researched very carefully in this field.
Keywords: the legal reform, Constitution, constitutional legislation,
parliamentarism, presidential power, the theory of the division of powers, the
system of checks and balances, the form of government, the state authority,
collisions, constitutional innovations.
Об авторах:
АЮПОВА Зауре Каримовна – доктор юр. наук, профессор
кафедры международного права факультета международных отношений
Казахского национального университета имени аль-Фараби (Республика
Казахстан, г. Алматы, пр. аль-Фараби, 71), стипендиат Программы
Фулбрайт Правительства США, e-mail: zaure567@yandex.kz.
КУСАИНОВ Дауренбек Умирбекович – доктор философских
наук, профессор кафедры социально-гуманитарных дисциплин
Казахского национального педагогического университета имени Абая
(050010, Республика Казахстан, г.Алматы, пр.Достык, д. 13), e-mail:
zaure567@yandex.kz.
32
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
Выпуск 33
33 С. 33 – 37.
Вестник ТвГУ.
УДК 342: 343.352
ВОЗМОЖНОСТИ ДАЛЬНЕЙШЕГО СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЮ И
ПРЕСЕЧЕНИЮ КОРРУПЦИИ В СИСТЕМЕ
ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ
О.Н. Замрий
Тверской государственный университет
Статья посвящена исследованию правовых и организационных способов
предупреждения и пресечения коррупции. На основании исследования в
статье
формулируются
предложения
по
дальнейшему
совершенствованию законодательства о противодействии коррупции в
Российской Федерации и усилению контроля за правоприменением в
данной области.
Ключевые слова: противодействие коррупции, совершенствование
законодательства, правоприменение.
Коррупция в России представляется все более необратимой. В
новом индексе восприятия коррупции, обнародованном в декабре 2012
г. международной антикоррупционной организацией Transparency
International (TI), Россия заняла 133 место из 176 возможных1.
Индекс восприятия коррупции составляется ежегодно на основе
экспертных опросов и исследований о распространенности коррупции
среди государственных служащих и политиков в большинстве стран
мира. В опросах принимают участие эксперты семи международных
финансовых и правозащитных институтов, в том числе Азиатского и
Африканского банков развития, Всемирного банка, американской
организации Freedom House.
Теперь показатели индекса распределяются от 0 (наиболее
коррумпирована) до 100 (наименее коррумпирована). Ранее индекс
восприятия коррупции определял уровень коррупции в госсекторе в
диапазоне от 0 (высокий уровень коррупции) до 10 (коррумпированных
чиновников почти нет). Кроме того, новая методология расчета индекса
будет теперь опираться на данные, полученные из каждой страны в
течение одного определенного года, что позволит более четко
регистрировать изменения, происходящие за это время. Предыдущие
индексы обобщали данные опросов за два предшествующих года. В
2012 г. индекс был рассчитан по новой методике. Россия, набрав 28
баллов из 100, разделила 133 место с Коморскими островами, Гайаной,
Гондурасом, Ираном и Казахстаном.
1 URL: http://www.transparency.org/cpi2012/results
33
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Россия стабильно находится в нижней трети списка, а это
говорит о серьезных институциональных проблемах, специфическом
отношении власти к проблеме коррупции и неучастии общества в ее
решении.
Антикоррупционные аналитики отмечают молчание российских
правоохранительных органов по «делу Магнитского», «делу Даймлера»,
а также отсутствие реакции на выявленные силами гражданского
контроля несоответствия доходов и расходов в публикуемых сведениях
о доходах. Заметный подъем общественной активности со стороны
среднего класса, который «начал что-то делать, не дожидаясь, пока
власть создаст ему для этого общественную организацию», в
Transparency зафиксировали еще полтора года назад. Позднее те первые
проявления переросли в масштабные протесты против фальсификаций
на выборах и мощное волонтерское движение лета 2012 г., заявила глава
российского отделения TI2.
Несмотря на предпринимаемые меры, коррупция, являясь
неизбежным следствием избыточного администрирования со стороны
государства,
по-прежнему
серьёзно
затрудняет
нормальное
функционирование всех общественных механизмов, препятствует
проведению социальных преобразований и повышению эффективности
национальной экономики, вызывает в российском обществе серьёзную
тревогу и недоверие к государственным институтам, создаёт
негативный имидж России на международной арене и правомерно
рассматривается как одна из угроз безопасности Российской
Федерации3.
Несмотря на то, что борьба с коррупцией постоянно
провозглашается приоритетом внутренней политики, что находит
отражение как в законодательной, так и в административной сфере,
серьезных подвижек не происходит.
Публично-правовые средства борьбы с извлечением незаконного
дохода и распоряжением этим доходом становятся все менее и менее
эффективными. Здесь можно сказать о новой мере по противодействию
коррупции, – это возложение бремени доказывания правомерности
получения доходов или приобретения имущества на собственника
(владельца) имущества, реализованную Федеральным законом от 3
декабря 2012 г. №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц,
замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».
Введение в Российской Федерации контроля за доходами
публичных должностных лиц представляется важным и эффективным
2 URL: http://www.transparency.org/cpi2012/press
3Запольский С.В. О гражданско-правовых средствах противодействия легализации
доходов, полученных противоправным путем // Закон и право. 2008. № 6. С. 45.
34
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
способом противодействия коррупции. Данная мера была реализована в
некоторых странах мира и обозначена в нормах международного права,
непосредственно в Конвенции Организации Объединенных Наций
против коррупции, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 31 октября
2003 г. резолюцией 58/44.
Статья 3 Закона устанавливает требование к лицам,
замещающим должности в публичном секторе, представлять
необходимую информацию о своих расходах в виде информации об
отдельной сделке, если сумма сделки превышает трехлетний доход
семьи, включающий супругов и несовершеннолетних детей.
Возложение бремени доказывания на правообладателя по сути в
самой общей форме осуществлено в ряде случаев путем возложения на
заинтересованное лицо обязанности прохождения регистрации своего
права. Регистрируя автомобиль, иное транспортное средство, объект
недвижимости, правообладатель в известном смысле провозглашает
готовность к доказыванию собственной добросовестности. То же самое
происходит при оформлении банковского депозита и в ряде других
случаев. Объяснения этому не нужно искать в глубинах теории и
философии права, оно заключается в невозможности обладания правом
без осведомления об этом соответствующих лиц. Так, тайна
банковского вклада, ограничивая интерес многих, не касается самого
банка, а владение домом или дачей не может быть сокрыто от
земельных, регистрирующих органов и нотариуса.
Возложение бремени доказывания на владельца сомнительного
имущества или доходов в практическом смысле требует в первую
очередь решения вопросов о правовых последствиях неспособности
ответчика доказать правомерность своего владения. Почему-то
считается, что возложение бремени доказывания на правообладателя
приведет, во-первых, к необходимости доказывания добросовестности
владения всем имуществом лицом, поставленным перед этой
необходимостью, во-вторых, к свидетельствованию против себя самого,
что будет нарушать ст. 51 Конституции РФ.
В соответствии с нормами закона факт расходов (сделки),
превышающих определенную в ст. 3 норму доходов, устанавливается
должностными лицами во внесудебном порядке. После этого
прокуратура «обращается в суд с заявлением об обращении в доход
Российской Федерации земельных участков, других объектов
недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей
участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в
отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из
4
Нарышкин С.Е. Международное сообщество в борьбе с коррупцией // Журн. рос.
права. 2012 № 7. С. 5
35
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 настоящего Федерального
закона, не представлено сведений, подтверждающих их приобретение
на законные доходы»5.
Ответственность
за
значительное
увеличение
активов
публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, не
исключает применения принципа презумпции невиновности, если
обвинители в суде должны будут доказывать факт непредоставления
должностным лицом сведений о доходах и отсутствие разумного
обоснования источника неосновательного обогащения.
Некоторые сложности вызывает у судей «правовая оценка
содеянного с точки зрения критериев, позволяющих отличить
недобросовестного контрагента по сделке от преступника». Понятие
«добросовестность» не может быть формализовано на уровне, какой
предполагает идея уголовной ответственности, но является важнейшим
(ключевым) операционным понятием для оценки правомерности в
широком смысле. Именно это понятие ведет к возможности
правоприменительной идентификации деяний противоправных,
включая такую специфическую форму юридически значимого
поведения, как злоупотребление правом.
Требуется дальнейшее совершенствование Федерального закона
№ 230-ФЗ от 03.12.2012 г. и Федерального закона № 281-ФЗ от
03.12.2012 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные
акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона
«О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих
государственные должности, и иных лиц их доходам». В условиях
современной российской действительности, когда достоянием
общественности становятся факты коррупции среди представителей
различных ветвей власти, необходимо использовать все возможные
меры, для того чтобы укрепить авторитет государственной власти.
За последние четыре года было принято много новых законов,
появились в министерствах и Государственной Думе РФ комиссии по
должностной этике, но все это пока плохо работает: власть
ограничивается
организационно-законодательными
мерами
без
реального их наполнения. В первую очередь следует усилить контроль
за применением законов, поскольку правоприменение пока остается
одним из слабых мест в российской антикоррупционной системе.
5Федеральный закон от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов
лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» // СЗ РФ.
2012. № 50 (ч. 4). Ст. 6953.
36
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Список литературы
1.
Запольский С.В. О гражданско-правовых средствах
противодействия легализации доходов, полученных противоправным
путем // Закон и право. 2008 г. № 6.
2.
Киселев И.А., Леханова Е.С. Расследование отмывания
преступных доходов: рекомендации для следователей. М., 2011.
3.
Нарышкин С.Е. Международное сообщество в борьбе с
коррупцией // Журн. рос. права. 2012. № 7.
4.
Указ Президента РФ от 13 апреля 2010 г. № 460 «О
Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном
плане противодействия коррупции на 2010 - 2011 годы» // Рос. газ.. 2010
15 апр. № 79.
5.
Федеральный закон от 03.12.2012 № 231-ФЗ «О внесении
изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в
связи с принятием Федерального закона «О контроле за соответствием
расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их
доходам» // СЗ РФ. 2012. № 50 (ч. 4). Ст. 6954
6.
Федеральный закон от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле
за соответствием расходов лиц, замещающих государственные
должности, и иных лиц их доходам» // СЗ РФ. 2012. № 50 (ч. 4). Ст. 6953
ABILITY OF FURTHER IMPROVEMENT LEGISLATION ON
PREVENTING AND SUPPRESSION CORRUPTION IN THE PUBLIC
SERVICE
O.N. Zamriy
Tver State University
The article is devoted to the legal and institutional means of preventing and
suppression corruption. Based on the research in the article suggestions on
further improvement of legislation on suppression corruption in the Russian
Federation, and better control over law enforcement in the area.
Keywords: suppression corruption, improvement of legislation, law
enforcement.
Об авторе:
ЗАМРИЙ Олег Николаевич – канд. юр. наук, доцент кафедры
гражданского процесса и правоохранительной деятельности Тверского
государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33),
e-mail: zamriyoleg@gmail.com.
37
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2013.
2013.Выпуск
Выпуск33
33С. 38 – 45.
УДК 342.33(091)
ПРОБЛЕМЫ ЕДИНСТВА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ В
УСЛОВИЯХ ЕЕ РАЗДЕЛЕНИЯ
А.Л. Миронов
Московский университет МВД России
В статье особое внимание уделяется правовому развитию
государственной власти с советского периода по настоящее время.
Анализируются проблемы единства государственной власти в период
реформы государственного управления и правовые пути решения
возникших проблем.
Ключевые слова: государственная власть, разделение властей,
конституция.
Проблема единства государственной власти в условиях ее
разделения занимала важное место и в истории политико-правовых
учений России. Она нашла свое отражение в трудах И.Т. Посошкова,
Н.И. Панина, С.Е. Десницкого, Н.И. Новикова, Д.И. Фонвизина В
частности, И.Т. Посошков еще в 1724 г. говорил о необходимости
реформ в сфере законодательства, управления и суда. В своей «Книге о
скудости и богатстве» он предлагает, во-первых, создать при
императоре «многонародный совет», который будет обсуждать
важнейшие законы; во-вторых, для повышения эффективности
управления царь должен образовать «особливую канцелярию», втретьих, создать суд, единый для всех по своему составу, и добиться
равенства сословий перед законом1.
Вновь проблема разделения властей и их единства в России была
поставлена в конце XIX – начале XX в. Принцип разделения властей
нашел свое отражение в концепции правового государства русских
ученых-юристов и рассматривался как преграда диктатуре, как
важнейшая гарантия свободы граждан: «Высшая цель государства,
состоящая в утверждении законного порядка, достигается системою
независимых друг от друга властей, взаимно ограничивающих и
сдерживающих друг друга»2.
В России либеральная идеология возникла очень поздно и была
тесно связана с правящим классом. На ее формирование огромное
влияние оказали либеральные идеи Германии. Так, русский
государствовед А.Д. Градовский прямо связывал верховную власть с
монархическим началом и отмечал, что эта власть является
1
Посошков И. Т. Книга о скудости и богатстве. М., 1937. С. 87.
Зорькин В.Д. Из истории буржуазно-либеральной политической мысли России
второй половины XIX - начала XX в. М., 1975. С. 132.
2
38
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
повсеместной, непрерывно существующей и принудительной. С точки
зрения А.Д. Градовского, государственная власть едина и неделима, так
как и государство едино и неделимо, хотя он и признавал важность
специализации государственных функций, вполне допускал широкую
«свободу усмотрения правительства и его вмешательства в
законодательный процесс»3.
Другой представитель либерального движения Н. Ворошилов сам
термин «разделение властей» считал крайне неудачным, так как
признавал, что в государстве невозможно создать несколько равных и
обособленных властей, ведь посредством такого обособления каждая из
властей будет «уничтожать» другую. Государственная власть едина по
своей природе, и выделяемые в государстве различные виды властей
лишь осуществляют отдельные функции этой единой государственной
власти, ведь ни одна социальная группа, партия, личность, в руках
которых находится власть, не будут заинтересованы в том, чтобы
разрывать ее на части, тем самым значительно ослабляя.
Необходимо отметить особенности понимания Б.Н. Чичериным
единства власти. В связи с этим он писал о том, что «первое требование
государства – в единстве управления, которое призвано осуществить
господствующая в государстве верховная власть. Она должна быть
едина и обличена принудительной силой. Таковой является лишь власть
государственная. Но это не значит, что она принадлежит одному лицу,
единая по существу, она распределяется между различными лицами.
Необходимо установить порядок их соглашения»4.
«Для того чтобы необходимое в государственной жизни единство
управления не разрушалось приобщением к нему свободных элементов,
надо, чтобы в самих этих элементах единство преобладало над
различиями. Из этого можно вывести общий закон, что чем меньше
единства в обществе, тем сосредоточеннее должна быть власть. Этим
законом управляется все государственное развитие древних и новых
народов. В больших государствах недостаток внутреннего единства
должен восполняться внешним»5.
В трудах Н.М. Коркунова при анализе государственной власти
использовалось понятие правоотношения. Содержание правоотношения
государственного властвования сводилось им к правам распоряжения и
пользования государственной властью, принадлежащим монарху и
гражданам. Сама государственная власть в различных ее проявлениях
рассматривалась как объект всех прав, из которых складывается
правоотношение государственного властвования.
3
Градовский А.Д. Государственное право. СПб., 1886. С. 52-59.
Чичерин Б.Н. Философия права. С. 200.
5
Чичерин Б.Н. Собственность и государство. С. 338.
4
39
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
На этой основе давалось обоснование логике исследования
разделения властей, включавшей выделение различных функций власти,
их распределение и соотношение.
Первый из этих вопросов сам распадается на два: 1) сведение
функций власти к основным группам и 2) выяснение начал, по каким
эти функции распределяются по различным органам. Первый из этих
вопросов старее второго. Он был выдвинут уже в политике Аристотеля,
различавшего совещание, исполнение и суд. Второй вопрос был
выдвинут лишь в середине XVIII в. Монтескье6.
С обоснованием единства власти, но разграничением функций
выступал русский юрист Ф.Ф. Кокошкин. Он так же, как и большинство
вышеперечисленных авторов расчленял государственную власть на
определенные элементы в соответствии со спецификой их функций, но
подчеркивал, что различие между ними не должно рассматриваться как
раздробление самой верховной власти, единой по своему существу. В
работе «О юридической природе государства и органов
государственной власти» автор утверждает, что «сущность органа
заключается, именно в том, что он служит не каким-либо своим самостоятельным целям, а исключительно интересам того единства, в
котором он является лишь составным элементом». Рассматривая
государственные органы в их отношении друг к другу, Ф.Ф. Кокошкин
приходит к выводу, что отдельные органы государства не стоят
изолированно друг от друга, и «границы их компетенции никогда не
могут быть проведены с абсолютной точностью; нельзя разделить
единые по существу государственные функции на совершенно
обособленные части», так как это может привести к конфликтам между
различными органами. Ф.Ф. Кокошкин особо подчеркивает, что в
повседневной жизни органы государства постоянно воздействуют друг
на друга, причем «не только при пререканиях, но и в своей нормальной
деятельности в пределах отведенных им компетенций».7
Итак, с начала XX в. проблема единства российской
государственной власти стала приобретать практический характер,
выступала как попытки ввести такое разделение властей (точнее говоря,
функций государственной власти), при котором верховенство власти
6
Коркунов Н.М. Русское государственное право: в 3 т. СПб., 1899. Т. 1. С. 343-344.
Например, различные стадии правотворчества: инициатива, обсуждение, санкция,
вето – все они представляют собой систему отношений между различными органами,
ряд воздействий их друг на друга. Точно так же и правительственная функция
заключает в себе не только властное проведение в жизнь того, что намечено
законодателем, но и самостоятельное исследование общественных потребностей;
монарх не только властвует, не только снабжает закон обязательной силой, но и
принимает живое участие в определении его содержания, пользуясь своим правом
инициативы.
7
40
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
российского императора могло быть дополнено возможностью
существования законодательного органа и органа исполнительной
власти как первого шага к разделению властей. Конкретно эта
тенденция проявилась в нормативных актах российского императора
начала XX в., важнейшими из которых были Основные Законы 23
апреля 1906 г. Преобразования в государственном строе в 1905-1906 гг.
затронули все важнейшие сферы жизнедеятельности государства, в
первую очередь высших органов государственной власти8.
Официальное провозглашение в Декларации о государственном
суверенитете РСФСР от 12.06.1990 г. принципа разделения властей
явилось важнейшим шагом в реформировании государственных
властных структур в России. Статья 13 Декларации, провозглашавшая
разделение властей на законодательную, исполнительную и судебную,
называет этот принцип важным фактором функционирования РСФСР
как правового государства. С момента вступления в силу Декларации о
государственном суверенитете РСФСР начинается переход российского
государства к демократической республике. Но на практике принцип
разделения властей пока бездействовал, уступая место принципу
всевластия Советов. Для того чтобы провозглашаемый в Декларации
принцип мог эффективно действовать, его необходимо было обеспечить
механизмом применения на практике. Решением этого вопроса стало
принятие следующих законов: 11.03.90 г. был принят Закон «Об
учреждении поста Президента СССР» и внесены изменения и
дополнения в Конституцию СССР; 12.07.91 г. – Закон «О
Конституционном Суде РСФСР»; 20.03.91 г. – был принят закон, в
соответствии с которым высшим исполнительно-распорядительным
органом СССР, правительством страны, стал кабинет министров СССР9.
В связи с введением института президентства изменилась вся
структура законодательных и исполнительных органов. Законом от
24.05.91 г. в Конституцию РСФСР была включена глава о Президенте
РСФСР, определившая его как высшее должностное лицо и главу
исполнительной власти. И хотя по-прежнему высшим органом
государственной власти являлся Съезд Народных Депутатов, введение
поста Президента в России имело огромное значение в практике
государственного строительства.
Введение поста Президента сыграло определенную роль в
формировании механизма сдержек и противовесов: президенту было
предоставлено право законодательной инициативы, право вето (кроме
законов, принятых Съездом), президент играл значительную роль при
8
Морозова О.Г. Единство государственной власти: историко-теоретический правовой
аспект: дис… канд. юр. наук. Ростов н/Д, 2003. С. 40.
9
Там же. С. 42-43.
41
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
формировании Совета Министров, что исключало руководящее влияние
законодательной власти на исполнительную.
Таким образом, внесенные в Конституцию поправки значительно
реорганизовали исполнительную и судебную власти, а власть
законодательная по-прежнему осталась «в виде четырехэтажного
института "советской власти" в лице СНД, Верховного Совета,
Президиума и Председателя ВС, формально являющегося высшим
органом всей государственной власти, а не только законодательной»83.
Принцип разделения властей натолкнулся на непреодолимые
препятствия. Власть Президента в решающих вопросах оказывалась под
контролем СНД и ВС. Особенно это противодействие стало очевидным
в 1992 г.
В связи с подписанием Федеративного Договора, в Конституцию
были внесены изменения, касающиеся разграничения компетенции
между федеральной властью и органами республик, краев, областей,
автономных областей и автономных округов. Таким образом, был
закреплен принцип разделения властей по вертикали. Но действующая
Конституция 1978 г. с многочисленными поправками, включая и
положение о разделении властей, не в состоянии была преодолеть
возникший политический кризис10.
Еще в июне 1990 г. на I Съезде народных депутатов была
образована конституционная комиссия под руководством Председателя
ВС Российской Федерации Б.Н. Ельцина, которая занималась
подготовкой проекта новой Конституции. Уже через достаточно
короткое время проект был готов, ст. 1.5 устанавливала: «Система
органов Российского государства основана на принципе разделения
властей: законодательной, исполнительной и судебной, а также на
разделении компетенции Федерации, ее республик и органов местного
самоуправления».11 Таким образом, принцип разделения властей по
вертикали распространялся не на всех субъектов Федерации, а только на
республики. В соответствии с этим проектом устанавливалась
следующая система высших органов государственной власти:
Президент – Федеральный Парламент – Федеральное Правительство –
Верховный суд – Конституционный суд. В процессе обсуждения
проекта в него вносились многочисленные поправки.
В 1992 г. V Съезд народных депутатов в целом одобрил проект
Конституции, но рекомендовал его на доработку. В последующем в
связи с разногласиями, возникшими между исполнительной и
законодательной властями, Конституция так и не была принята Съездом
10
Румянцев О.П. Конституционная реформа в Российской Федерации // Народный
депутат. 1993. № 9.
11
Морозова О.Г. Указ. соч. С. 46.
42
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
народных депутатов. Суть разногласий сводилась как раз к разделению
полномочий законодательной и исполнительной властей. Дело в том,
что Президент настаивал на укреплении исполнительной власти, а
большинство членов СНД и ВС - за сохранение контроля со стороны
законодательной власти за исполнительной. К тому же проект подвергся
критике со стороны видных государствоведов (Б. Лазарев, Г. Мальцев и
др.) с той точки зрения, что не были четко разграничены функции
Президента, правительства и парламента. Система сдержек и
противовесов выглядела в проекте весьма ущербно.
В марте 1992 г. был разработан новый проект Конституции,
который также подвергся критике со стороны многих специалистов.
Именно поэтому в июне 1993 г. указом Президента было созвано
Конституционное Совещание, основной задачей которого стала
разработка нового проекта Конституции. Конституционное Совещание
взяло за основу «президентский» проект, но внесло в него ряд поправок,
и 12 июня 1993 г. проект был одобрен Совещанием. Исходя из
изложенного, можно сделать вывод, что в период становления и
укрепления советской власти единство государственной власти
формально обеспечивалось закреплением за Советами статуса
верховной власти, имевшей право принимать решения по любым
вопросам государственной жизни.
Фактически же единство власти обеспечивалось через систему
партийного влияния на все уровни и структуры государственной власти.
Приобретая видоизмененные формы, эта система цементировала всю
государственную власть, начиная с низших ее звеньев и до Верховного
Совета СССР. Возникшая в период перестройки оппозиция советской
политической системе последовательно разрушила это единство,
сначала выдвинув лозунг обеспечения полновластия Советов и
отстранения от власти КПСС, а затем добившись его осуществления.
В ходе ликвидации единства власти, основанной на приоритете
Советов, складывалась новая концепция и практика обеспечения
единства государственной власти в России; она получила закрепление в
Конституции России 1993 г. Ее принятию, как известно, предшествовал
кризис, выразившийся в резком противостоянии президентской и
законодательной властей, получившем свое отражение в ряде указов
Президента России и соответствующих решениях Верховного Совета.
В сентябре 1993 г. Президентом был подписан Указ «О поэтапной
конституционной реформе в Российской Федерации», которым по
существу была ликвидирована законодательная власть в лице Съезда
народных депутатов и Верховного Совета. 12 декабря 1993 г. на
референдуме была принята новая Конституция РФ и одновременно
проведены выборы в Федеральное Собрание РФ. С этого момента в
России начинается формирование нового механизма государственной
43
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
власти, основанного на разделении властей, закрепленном в ст. 10
Основного Закона, а также в главах о высших органах государственной
власти, где определены статус Президента, Парламента, Правительства,
судебных органов12.
В описанном устройстве советской власти максимальная ее
концентрация рассматривалась как ее единство. Между тем единство
власти основано на ее разделении. Поэтому отождествление предельной
концентрации власти с ее единством теоретически неоправданно
характеризовать как ее единство. Неразделенность власти означает ее
простое устройство, не единство, а тождество. Поэтому можно сказать,
что система организации и осуществления власти осталась прежней,
только место монарха в ней заняли Советы, руководимые партией
большевиков.
На основании вышеизложенного можно сделать следующие
выводы:
Во-первых, проблема единства государственной власти в истории
политической и правовой мысли Западной Европы и России занимала
одно из центральных мест. Даже краткий обзор этой проблемы,
проведенный нами в настоящей главе, показывает, что единство
государственной власти рассматривалось как необходимое условие ее
существования и функционирования.
Во-вторых, были сформулированы конкретные способы его
обеспечения: выделение верховной власти и иерархическая система
соподчинений властей, приоритетный статус одной из властей в системе
разделения властей, система сдержек и противовесов властей. Каждый
из этих способов имел несколько разновидностей. В частности,
приоритетный статус одной из властей мог относиться к учредительной,
законодательной властям или власти главы государства.
12
Морозова О.Г. Указ. соч. С. 46.
44
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
PROBLEMS OF UNITY OF THE GOVERNMENT IN THE
CONDITIONS OF ITS DIVISION
A.L. Mironov
Moscow university Ministry of Internal Affairs of Russia
In considered article the special attention is paid to legal development of the
government since the Soviet period to the present. Problems of unity of the
government during reform of public administration and legal solutions of the
arisen problems are analyzed.
Keywords: government, division of the authorities, constitution.
Об авторе:
МИРОНОВ Артур Левонович – канд. юр. наук, главный редактор
журнала «Вестник Московского университета МВД России», доцент кафедры
конституционного и муниципального права Московского университета
МВД России (117437, Москва, ул. Академика Волгина, д.12),e-mail:
arturmironov@yandex.ru
45
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
Вестник ТвГУ.
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
Выпуск 33
33 С. 46 – 54.
УДК 340.1.02(091)
К ВОПРОСУ О ГЕНЕЗИСЕ
КОНСТИТУЦИОННОГО СТАТУСА ЧЕЛОВЕКА
В ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ПРАВОВОЙ СИСТЕМЕ
С.Н. Смирнов
Тверской государственный университет
Рассматривается вопрос генезиса российского конституционализма.
Появление в России феномена «конституционный статус человека»
автор относит к первым годам XX в.
Ключевые слова: правовая система, Конституция, конституционный
статус, Свод основных государственных законов.
Проблематика генезиса конституционного статуса индивида
тесно связана с проблематикой теории и практики конституционализма
и правового государства, что априори обеспечивает ее актуальность.
Применительно к российской истории ответ на вопрос о времени
возникновения конституционного статуса связан с вопросом о выборе
модели конституционной практики, о соотношении реального и
имитационного в конституционном правопользовании. Соответственно
рассмотрение историко-правовых аспектов феномена конституционного
статуса индивида является актуальным и имеет как теоретическое, так и
прикладное значение.
Относительно времени генезиса конституционного правового
статуса в научной литературе имеются различные, в т. ч.
антогонистические точки зрения. Естественно, что ответ на этот вопрос
является производным от ответа на вопрос о времени создания первой
отечественной конституции. В силу целого ряда причин, рассмотрение
которых явно выходит за рамки настоящей работы, вопрос о первой
российской
конституции
является
политизированным
и
идеологизированным.
Следует согласиться с замечанием И.Д. Ковальченко и А.Е.
Шикло, что в первые годы XX в., «в условиях, когда особенно остро
встал вопрос о характере и судьбах дальнейшего исторического
развития страны, исторический опыт и выводы из него служили
обоснованием программ политических партий. Эта особенность
обусловила и то, что историей широко занимались политические
деятели, лидеры политических партий»1. Если уж средневековая
история в целом ряде случаев использовалась в идеологической и
политической борьбе, то что говорить о первых годах XX в. Для людей
1
Сборник материалов по истории исторической науки в СССР (конец XIX – начало
XX в.). М., 1985. С. 6.
46
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
той эпохи эти годы были современностью, а затем стали недавней и
очень актуальной историей.
Плюрализм мнений по рассматриваемой тематике проявился уже в
самом начале двадцатого столетия, в «золотой век» российского
правоведения (по выражению В.М. Сырых). Отечественные правоведы
того времени опирались, по выражению того же автора, на русскую
добродетель и западноевропейские образцы законности и демократии,
что позволяло им при анализе политико-правовой действительности
оставаться на позициях научной критики, а не пропагандистской
поддержки. «Критический настрой российских правоведов по
отношению к политико-правовым реалиям, однако, не превращался в
бескомпромиссный критицизм, имел конструктивный характер и
сочетался
с
формулированием
конкретных
положений
по
совершенствованию, изменению действующего законодательства и
практики его применения»2.
В течение последующего столетия в научной историографии
сформировались три взгляда по вопросу о времени появления
конституции, соответственно конституционного закрепления статуса
человека в нашей стране.
Имеет место утверждение о появлении первого конституционного
акта лишь после событий октября 1917 г. Соответственно в качестве
такого рассматривается чаще всего Конституция РСФСР 1918 г., а
иногда иные нормативно-правовые акты, прежде всего Декларация прав
трудящегося и эксплуатируемого народа (январь 1918 г.). Например,
Ю.Л. Шульженко полагает: «…важно иметь в виду, что в
самодержавной России не было конституции, в связи с чем снимается
вопрос о реальном конституционализме… Реальное возникновение
конституционализма в России связано с принятием первой в стране
Конституции РСФСР 1918 г.»3.
В современной литературе все чаще высказываются мнения о
более продолжительной истории отечественной конституции. С.А.
Авакьян, отмечая, что идеи конституции известны России еще с начала
XIX в., считает: есть основания утверждать, что первые шаги по пути
учреждения конституционализма Россия сделала именно в начале XX
в., если исходить из того, что он связан с документами, которыми
закрепляются: а) общий строй государства; б) система государственной
власти; в) свобода политической деятельности и общественных
объединений; г) общие основы положения всех граждан (а не отдельных
их групп), в том числе их личной и политической свободы4.
2
Сырых В.М. История и методология юридической науки: учебник. М., 2012. С. 186.
Хрестоматия по конституционному праву Российской Федерации. М., 1997. С. 27.
4
Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность.
[Электронный ресурс] URL: base.garant.ru/1776651/2/ (04.09.12 г.).
3
47
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
При этом ученый-конституционалист перечисляет целый
комплекс «основополагающих документов»: Манифест от 17 октября
1905 г. «Об усовершенствовании государственного порядка», Манифест
«Об учреждении Государственной думы», Закон «Об учреждении
Государственной думы», Положение о выборах в Думу5.
Существует также и концепция, которая соединяет отдельные
положения первой и второй из указанных в работе точек зрения. Так,
В.М. Клеандрова полагает: «Назвать Основные законы 1906 г.
конституцией в полной мере невозможно. Но в то же время нельзя
отрицать и тот факт, что определенные, очень узкие, конституционные
ограничения самодержавной власти монарха были установлены»6.
Естественно, что центральное место в отечественном
законодательстве первых лет XX в. занимают Основные
государственные законы, изданные в апреле 1906 г. в новой редакции.
Именно Свод этих законов мог выполнять (или не выполнять) функции
конституционного акта.
Нам уже приходилось отмечать, что Свод основных
государственных законов Российской империи в редакции 1906 г. не
получил полной и, самое главное, объективной оценки7. Ещё раз укажем
на обстоятельства, предопределившие судьбу Свода в научной
историографии.
Все те новации, которые законодатель решился внести в текст
Свода весной 1906 г., были у него буквально «вырваны» обществом
осенью 1905 г. Естественно, что демократические политические силы
рассматривали эти уступки как минимально необходимые, а сама
верховная государственная власть – как максимально возможные. При
этом законодатель постарался «косвенным образом» снивелировать
глубину и последствия законодательных новаций – отсюда пресловутое
преобразование Государственного совета в верхнюю палату, отсюда –
сохранение определения «самодержавный» по отношению к императору
и т.п.
Вспомним и еще об одном обстоятельстве: почти сразу после
введения в действие Свода его положения были нарушены самим
императором. Избирательная система была изменена в одностороннем
порядке, без участия Государственной думы.
5
Авакьян С.А. Указ. соч.
Клеандрова В.М., Мулукаев Р.С. и др. История государства и права России: учеб. /
под ред. Ю.П. Титова. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2008. С. 231.
7
Смирнов С.Н., Любина Т.И. Свод основных государтсвенных законов Российской
империи (редакция 1906 г.) как первая отечественная конституция: взгляд через
призму правового статуса человека // Вестн. Твер. гос. ун. Сер. «Право». 2009. № 9. С.
156-160.
6
48
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Все вышеуказанные факторы, в сочетании со многими другими,
влияли на оценку Свода основных государственных законов в контексте
его признания или непризнания документом конституционного
характера. Но главное, всего через десять лет после принятия Свод
прекратил существование вместе с монархической формой правления и
политическим режимом династии Романовых.
Рассмотрение Свода как правового акта производилось в короткое
время его существования чаще всего с конкретными политическими
целями и заранее предопределенными выводами. При этом
рассмотрение носило преимущественно критический характер. Критика
Свода производилась как с крайне левых, так и с крайне правых
позиций. Определение Основных государственных законов как
«законодательное нагромождение» прозвучало в устах исследователямонархиста. Понятно, что используемое им выражение «так называемая
конституция» являлось негативным ярлыком, а не объективным
научным выводом8.
В официальной советской историографии этот документ по
определению не мог рассматриваться в положительном ключе. В
литературе, в частности, отмечалось, что «права, предоставленные
царем Думе, не дают оснований считать, что в России после Основных
законов от 23 апреля 1906 г. установился парламентский строй.
Уступки, сделанные царизмом, были не настолько велики, чтобы они
повлекли за собой коренное изменение государственного строя. В
России по-прежнему сохранялось самодержавие, хотя царское
правительство принимало меры к тому, чтобы создать видимость
установления в стране конституционного строя»9.
В последние годы определения Свода основных государственных
законов как первой российской конституции стали достаточно
распространенными. Например, Основные государственные законы
признаются «фактически первой конституцией России»10. Резонным
является вопрос: фактически – конституция, а юридически – что?
Какие же сущностные характеристики «делают» нормативноправовой акт конституцией? В юридической литературе в качестве
таковых отмечаются: особое место конституции в системе права,
определенные особенности содержания, особые юридические
8
Тихомиров Л.А. О недостатках конституции 1906 года [Электронный ресурс]. URL:
//http://www.rus-sky.com/gosudarstvo/tikh/ tikh7.htm (24/03/2009).
9
История государства и права СССР. Ч. 1 / под ред. О.И. Чистякова, И.Д.
Мартысевича. М., 1985. С. 238.
10
Википедия. Основные государственные законы Российской империи [Электронный
ресурс]. URL: //http://ru.wikipedia.org/wiki/%/D0… (24/03/2009).
49
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
свойства11. К этим характеристикам относят также и особую роль
конституционного акта в правосознании общества.
Относительно особого места и особой роли Основных
государственных законов в системе права и правосознании российского
общества того времени вряд ли могут быть какие-либо сомнения.
Правда, следует признать справедливость замечаний о том, что
мотивационная структура личности организована таким образом, что
роль закона в формировании конкретных побуждений к совершению
тех или иных действий является относительной12.
Особые юридические свойства Основных государственных
законов обеспечиваются как их высшей юридической силой, так и
особым порядком изменения. Законодательная инициатива об
изменении Основных государственных законов (в отличие от других
законодательных актов) была прерогативой императора (ст. 8). Таким
образом, присутствуют все необходимые «формальные» характеристики
Основных законов как конституционного акта, кроме одной –
наименования. Впрочем, конституционная доктрина не придает
наименованию основного закона страны решающего значения при
оценке его правовой природы.
Мы полагаем необходимым присоединиться к мнению тех
правоведов, которые определяют Свод основных государственных
законов в качестве первой российской конституции. Собственно говоря,
ранее мы уже высказывали соответствующую точку зрения13.
Вместе с тем следует подчеркнуть, что Основные государственные
законы урегулировали правовой статус российских подданных и
иностранцев, выполнив одну из функций конституционного акта.
Насколько положения Свода соответствовали теории и практике
конституционализма того времени?
Непосредственно «правам и обязанностям российских подданных»
была посвящена восьмая глава. Она насчитывала 15 статей. Кроме того,
в других главах Свода имелись положения, регулировавшие некоторые
аспекты правового статуса человека, прежде всего политические права.
В итоге правовому урегулированию подверглись личные, политические
и в меньшей степени социально-экономические права россиян. Общий
11
Прудников А.С. Конституционное право Росси: учебник для студ. вузов / под ред.
А.С. Прудникова, В.И. Авсеенко. 3-е изд., М., 2007. С. 81 и след.; Козлова Е.И.,
Кутафин О.Е. Конституционное право Российской Федерации: учебник. М., 1996. С.
43 и след.
12
Муравский В.А. Актуально-правовой аспект правопонимания // Государство и
право. 2005. № 2. С. 13-18.
13
Смирнов С.Н. Развитие системы правовых статусов индивидов и социальных групп
в России в конце XIX – начале XX века. // Вестн. Твер. гос. ун. Сер. «Право». 2011. №
1. С. 143-149.
50
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
их перечень был не слишком широким. Имели место оговорки и
ограничения (ст. 79: «…каждый может в пределах, установленных
законом, высказать изустно и письменно свои мысли, а равно
распространять их путем печати или иными способами»).
Вместе с тем следует подчеркнуть главное: указанные
законодательные положения носили неимитационный характер, были
рассчитаны на реальное использование. Рассмотрим некоторые вопросы
практической реализации законодательных постановлений в первое
десятилетие действия новой редакции Свода основных государственных
законов.
Под влиянием положений Манифеста 17 октября 1905 г. и Свода
1906 г. принципиально изменилась политическая система общества.
Сложилась многопартийная система. Общее число возникших
партий общероссийского масштаба приближалось к 50, однако лишь
несколько были достаточно крупными.
Помимо политических партий субъектами политической системы
российского общества начала XX в. являлись общественные
организации.
В 1905 – 1906 гг. законодатель санкционировал создание
профессиональных
союзов.
Собственно
говоря,
первые
профессиональные союзы возникли в России еще до события 1905–1906
гг. Нормативные акты лишь легализовали эти объединения; запрет
сохранялся, как мы увидим ниже, для отдельных категорий рабочих и
служащих.
Правовую основу профсоюзного движения составили Временные
правила об обществах и союзах (1906 г.), принятые в развитие
положений Свода основных государственных законов. Профсоюзы
возникали без испрашивания согласия властей. Государственные
служащие, работники железнодорожного транспорта, учреждений
связи, банков не имели права объединяться в профессиональные союзы.
Так,
например,
под
запретом
оказался
Всероссийский
железнодорожный союз14. Уже к концу 1906 г. в России было создано
более 650 профсоюзов и их число продолжало расти. Число членов в
каждом из профсоюзов было сравнительно невелико, составляя
зачастую несколько десятков или несколько сотен человек. Многие
профсоюзы создавали свои печатные органы.
В середине 1900-х гг. начался бурный рост кооперативного
движения.
Создавались
кредитные
и
ссудо-сберегательные
товарищества, потребительские и сельскохозяйственные общества.
Государство регулировало развитие кооперации. Министерство
14
История России XX – начала XXI века / А.С. Барсенков, А.И. Вдовин, С.В.
Воронкова; под ред. Л.В. Милова. М., 2010. С. 128 – 129.
51
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
финансов, Министерство внутренних дел, Министерство торговли и
промышленности и другие ведомства издавали примерные уставы
кооперативов. Кредитным товариществам, кроме того, предоставлялись
ссуды Государственного банка для формирования капитала.
В 1913 г. в России насчитывалось более 30 тыс. кооперативных
объединений различных видов с числом членов свыше 10 млн человек15.
В числе новых общественных организаций, создававшихся на базе
положений Основных государственных законов, были и корпоративные
объединения предпринимателей. В 1906 г. в качестве всероссийских
организаций были созданы Съезд представителей промышленности и
торговли, Съезд представителей биржевой торговли и сельского
хозяйства и т.д. Всего к 1914 г. в России действовало около 70 съездов
предпринимателей16.
Продолжилось
снижение
значения
сословного
статуса.
Наибольшие изменения произошли в правовом статусе крестьян.
Связаны они были прежде всего с изданием нового Положения о
крестьянах (1902 г.) и Указа 9 ноября 1906 г.
В итоге правовых реформ первых лет XX в. в отечественной
системе права сложился комплекс норм, регулировавших положение
российских подданных независимо от сословной принадлежности.
Таким образом, в системе правовых статусов человека появился
компонент, занявший место выше сословного статуса. Этот компонент
мы можем признать конституционным статусом.
Список литературы
1.
2.
3.
4.
5.
6.
Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция,
современность.
2000
[Электронный
ресурс].
URL:
base.garant.ru/1776651/2/ (04.09.12 г.).
Википедия. Основные государственные законы Российской
империи
[Электронный
ресурс].
URL:
//http://ru.wikipedia.org/wiki/%/D0… (24/03/2009).
История государства и права СССР. Ч. 1 / под ред. О.И.
Чистякова, И.Д. Мартысевича. М., 1985.
История России XX – начала XXI века / А.С. Барсенков, А.И.
Вдовин, С.В. Воронкова; под ред. Л.В. Милова. М., 2010.
Клеандрова В.М., Мулукаев Р.С. и др. История государства и
права России: учебник / В.М. Клеандрова, Р.С. Мулукае [и др.];
под ред. Ю.П. Титова. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2008.
Морозова
И.М.
Некоторые
аспекты
взаимодействия
15
Россия. 1913 год: Статистико-документальный справочник. СПб., 1995. С. 189.
История России XX – начала XXI века / А.С. Барсенков, А.И. Вдовин, С.В.
Воронкова; под ред. Л.В. Милова. М., 2010. С. 131.
16
52
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
Министерства иностранных дел России и Государственной думы
в
1905
–
1917
годах
//
Дипломатический
вестник. 2011.[Электронный ресурс].URL: //http://www.mid.ru/dip
_vest.nsf/99b2ddc733c32567370042ee43/06c7681eacc…
(30.03.2009).
Муравский В.А. Актуально-правовой аспект правопонимания //
Государство и право. 2005. № 2.
Прудников А.С. Конституционное право России: учебник для
студ. вузов / под ред. А.С. Прудникова, В.И. Авсеенко. 3-е изд.,
М., 2007.; Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право
Российской Федерации: учебник. М., 1996.
Россия. 1913 год: статистико-документальный справочник. СПб.,
1995.
Сборник материалов по истории исторической науки в СССР
(конец XIX – начало XX в.). М., 1985.
Смирнов С.Н. Развитие системы правовых статусов индивидов и
социальных групп в России в конце XIX – начале XX века //
Вестн. Твер. гос. ун. Серия «Право». 2011. № 1.
Смирнов С.Н., Любина Т.И. Свод основных государственных
законов Российской империи (редакция 1906 г.) как первая
отечественная конституция: взгляд через призму правового
статуса человека. // Вестн. Твер. гос. ун. Серия «Право». 2009. №
9.
Сырых В.М. История и методология юридической науки:
учебник. М., 2012.
Тихомиров Л.А. О недостатках конституции 1906 года
[Электронный
ресурс].
URL:
//http://www.russky.com/gosudarstvo/tikh/ tikh7.htm (24/03/2009).
Хрестоматия
по
конституционному праву Российской
Федерации. М., 1997.
53
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
ТНЕ PROBLEM OF THE GENESIS OF THE CONSTITUTIONAL
RIGHT STATUS IN RUSSIAN LEGAL SYSTEM
S.N. Smirnov
Tver State University
In this article the author researched the questions of the genesis of Russian
constitutionalism. The emergence of the phenomenon in Russia
«constitutional status of a person», the author refers to the first years of the
XX century.
Keywords: legal system, the Constitution, constitutional status.
Об авторе:
СМИРНОВ Сергей Николаевич – канд. юр. наук, доцент кафедры
теории права Тверского государственного университета (170100,
г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: cno-tver@yandex.ru.
54
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 55 – 61.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
УДК 347.634
ОБ ЭЛЕМЕНТАХ «РОДИТЕЛЬСКОЙ ВЛАСТИ» В
РОССИЙСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ1
Н.Н. Тарусина
Ярославский государственный университет им.П.Г. Демидова
Рассматриваются семейно-правовые конструкции «права и обязанности
родителей», «обязанности ребенка» и другие в качестве предпосылок
сохранения (в модифицированном виде) элементов института
родительской власти.
Ключевые слова: родительская власть, права и обязанности родителей,
обязанности ребенка.
Институт родительской власти в России, как и в мировой
законодательной и правоприменительной практике в целом, имеет
весьма долгую историю, характеризуясь в те или иные ее этапы
абсолютизацией, ослаблением детских «оков», а в конечном итоге –
компромиссной модификацией или прекращением, полным и
бесповоротным.
Необходимая помощь детям, отмечал Г.Ф. Шершеневич, может
быть организована обществом двояким образом: или она оказывается
им непосредственно, или возлагается на родителей, передавая им, через
обязанность вскормления и воспитания, необходимую для этой цели
власть2. М.Ф. Владимирский-Буданов относительно данного института
в российском прочтении уточнял, что основание ее сводилось не к
частому (domium), и не к государственному (imperium), а к potestas.
Рассматриваемое понятие у нас (в русском праве), продолжал автор, все
же было ближе ко второму: титул власти у россиян – государь-батюшка,
государыня-матушка, поэтому право родительской власти состояло
более в управлении и суде, нежели в «частной экономической
эксплуатации сил детей»3.
На первом этапе своего юридического становления данный
институт предполагал беспрекословное подчинение не только батюшке,
но нередко и матушке4. Об особой роли матерей и бабушек на Руси
пишет также известный гендерный историк Н.Л. Пушкарева 5.
1
Работа выполнена при поддержке гранта РГНФ №12-03-00521-а
Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Казань, 1905. С. 623.
3
Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов/нД, 1995. С.
451–452.
4
Нижник Н.С. Правовое регулирование семейно-брачных отношений в русской
истории. СПб., 2006. С. 63.
5
Пушкарева Н.Л. Частная жизнь русской женщины: невеста, жена, любовница (X –
начало XIX в.). М., 1997.
2
55
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Родительская власть над внебрачным ребенком по общему правилу (с
некоторыми последующими модификациями в XIX – начале XX в.) и
вовсе принадлежала матери.
В той или иной степени родительская власть предполагала право
воспитывать по своему разумению, право наказывать за непослушание,
право искать защиты от оного у государства, располагая ребенком как
«объектом» права, хотя и носителем соответствующих перед
родителями обязанностей. В то же время она, во-первых, несколько
ограничивалась обязательствами родителей в области религиозного
воспитания и общеобразовательного обучения6. Во-вторых, –
постепенно развивавшимися в обществе нравственными воззрениями
на родительский долг. Тем более, что, как отмечали классики
российской цивилистики, семейные отношения, в том числе союз
родителей и детей, по своей природе весьма слабо поддаются
юридическим установлениям7. По мнению А.И. Загоровского, в
отечественном праве «издревле считалось обязанностью родителей
заботиться о воспитании и устроении судьбы своих детей»8. В-третьих,
в конце XIX – начале XX в. в цивилистике появляется конструкция
«права и обязанности родителей». Об этом как явлении вполне
очевидном, в частности, писал Г.Ф. Шершеневич. «Для родителей, –
замечал ученый, – составляет право и вместе обязанность воспитание
детей»9. Данная идея представляет для современной как
общетеоретической, так и семейно-правовой доктрины особенный
интерес – в контексте дискуссии о допустимости объединения, пусть и в
порядке исключения, долженствования и возможности (юридической
обязанности и субъективного права).
Официальную юридическую сцену рассматриваемый институт
покинул после Октябрьской революции: в российском законодательстве
произошел скачок в демократическое пространство, где ребенок был
признан субъектом права – и одним из первых декретов («О
гражданском браке, детях и ведении книг актов гражданского
состояния»), и кодифицированными семейно-правовыми актами 1918,
192610, 1969 гг., а особенно – 1995 г.
Однако очевидность отказа от института родительской власти
сопровождалась и сопровождается определенными противоречиями в
законодательстве при его логическом, систематическом и ином
толковании. Так, хотя и в Кодексе законов об актах гражданского
6
См., например: Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Ч. 2. М., 2003. С. 129.
Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 583; Мейер Д.И. Русское гражданское право. Ч. 2. М.,
1997. С. 375; Загоровский А.И. Курс семейного права. Одесса, 1909. С. 260.
8
Загоровский А.И. Указ. соч. С. 190.
9
Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С.625.
10
С существенным, правда, отклонением в 1944 г.
7
56
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
состояния, брачном, семейном и опекунским праве 1918 г., и в Кодексе
законов о браке, семье и опеке 1926 г. в различных статьях конструкции
права и обязанности фиксировались и автономно, и в союзе, по духу
предписаний содержание субъективного права имело вектор
долженствования. Например, норма
ст. 33 Кодекса 1926 г.
устанавливала: «Родительские права осуществляются исключительно в
интересах детей …». Норма ст. 41 предписывала: «Родители обязаны
заботиться о несовершеннолетних детях, в частности, об их воспитании
и подготовлении к общественно полезной деятельности». Ст. 52
Кодекса о браке и семье 1969 г. именовалась «Обязанности родителей
по воспитанию детей», а содержала ч. 1, посвященную именно им, и ч.
2, декларировавшую, что родительские права не могут осуществляться в
противоречии с интересами детей. Рекордсменкой же конструктивного
смешения явилась норма ч. 1 ст. 56 данного кодекса: «Родитель,
проживающий отдельно от детей, имеет право общаться с ними и
обязан принимать участие в их воспитании».
Позиция современного законодателя явно ориентирована на
акцентирование в семейно-правовом статусе родителей принципа
единства рассматриваемых явлений: «Родители имеют право и обязаны
воспитывать своих детей» (и т. д. по тексту – ст. 63 Семейного кодекса
РФ).
Как показывает анализ теоретической дискуссии по данному
вопросу, примирения точек зрения не предвидится, причем, как это
часто бывает, и невозможность единства права и обязанности (Р.Е.
Гукасян и др.), и допустимость такого единения в исключительных
случаях (О.С. Иоффе, В.А. Рясенцев и др.) – доказываются вполне
убедительно11. Впрочем, следует заметить, что современная
законодательная тенденция, пожалуй, состоит в акценте на обязанность,
когда речь идет о правоотношениях между родителями и детьми, и на
право – в отношениях с различными «третьими лицами» (абз. 3 ч. 1 ст.
67, ст. 68 СК РФ), а также во внутренних отношениях между
родителями (ст. 66 СК РФ).
При этом даже в странах, где институт родительской власти,
казалось бы, сохраняется12, он, во-первых,
предполагает
многочисленные обязанности по охране прав и интересов ребенка,
исполнение которых системно контролируется, во-вторых, нередко
модифицируется в понятия родительской опеки и родительской
11
Подробно об этом см.: Тарусина Н.Н. Семейное право. Очерки из классики и
модерна. Ярославль, 2009. С. 298–311.
12
См., например: Основные начала российского и французского права. М., 2012. С.
255; Гражданское и торговое право зарубежных государств / отв.ред. Е.А. Васильев,
А.С. Комаров. М., 2005. С. 554–555.
57
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
ответственности13, в рамках которых предполагается обязанность
родителей «обеспечить ребенку позитивные и близкие человеческие
отношения»,
«поддержку его духовного созревания», а также
корреспондирующее ей право ребенка на «хороший уход и воспитание,
а также необходимые в зависимости от возраста и уровня развития
заботу и контроль»14.
В этом смысле определенные элементы родительской власти
(право выбора форм воспитания и обучения, преимущественное право
на воспитание перед всеми другими лицами, представительство прав и
интересов ребенка – с замещением или восполнением его
дееспособности; определение места жительства ребенка и порядка
общения ребенка с отдельно проживающим родителем, близкими
родственниками; определение религии, получение образовательных,
медицинских услуг и т. п.), а также конструкции родительской опеки 15 и
родительской ответственности (абз. 2 ч. 1 ст. 63 СК РФ) присущи и
российскому семейному законодательству. Тем более, что по
предположению ряда семейноведов в данной конструкции возникает
явная необходимость при разрешении споров о детях, осложненных
иностранным элементом, которая обнаружила себя и в практике
Верховного Суда РФ.
Возможным
компонентом
данного
усеченного
(модифицированного) института может стать и конструкция
«обязанности ребенка». Положительное к ней отношение было
высказано еще О.С. Иоффе: поскольку родителям предоставлено право
на воспитание (способами, отвечающими интересам детей и
представлениям общества), защищаемое законом, «налицо правовая
охрана возлагаемых на детей обязанностей»16. В той или иной степени
эта идея поддержана Е.М. Ворожейкиным, М.В. Антокольской, А.М.
Рабец, автором статьи и другими учеными. Отрицание за ребенком
качеств обязанного субъекта традиционно опирается на фактор
недееспособности и невозможности введения мер принуждения в адрес
ребенка. Конструкция же «нет прав без обязанностей» переносится в
рамки абсолютных правоотношений родителей и соответствующих
обязанных лиц (Н.Д. Егоров)17.
Первое спорно, так как закрепленные в СК РФ (ст. 56–57) права
ребенка на самостоятельное обращение за защитой и на выражение
своего мнения (в обоих случаях без установления минимального
возраста) свидетельствует о некотором объеме семейно-правовой
дееспособности, а с 10 лет – объеме весьма значительном. Второй
13
Темникова Н.А. Защита личных прав ребенка по семейному праву России. Омск,
2010. С. 36–38.
14
Споры об опеке над детьми в Финляндии и России / под ред. М. Миккола и О.
Хазовой Хельсинки, 2012. С. 9, 15.
58
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
аргумент может быть если не преодолен, то поколеблен констатацией
особенностей семейно-правового метода регулирования и допущением
исключений из правила. Третий же аргумент ориентирован на другой
вид правоотношений.
Между тем в европейском праве в той или иной мере
обязанности ребенка перед родителями закреплены. Так, в соответствии
с нормой 1626 Гражданского уложения Германии «Родители обязаны и
вправе заботиться о несовершеннолетнем ребенке (родительская
забота)», а норма 1619 предполагает обязанность ребенка посильным
способом помогать родителям в домашнем хозяйстве и в их делах18. По
законодательству Финляндии дети следуют за своими родителями, с 7
лет обязаны учиться19. И т. д. Правило п. 4 ст. 124 Семейного кодекса
Болгарии устанавливает: «Дети должны уважать своих родителей,
бабушку и дедушку и помогать им»20. В норме ст. 43 ФЗ «Об
образовании в Российской Федерации» дан обширный перечень
обязанностей обучающихся, а также предусмотрено применение к ним
мер дисциплинарной ответственности с определенного этапа общего
образования (пп. 5–9 ст. 43).
«На фоне международной охраны прав детей, в том числе от
злоупотреблений со стороны родителей, – отмечает А.М. Рабец, – у
несовершеннолетних детей, на которых не возложено никаких
обязанностей, формируется сначала чувство, а в дальнейшем и
осознание вседозволенности». При этом вне правового поля,
продолжает автор, элементы родительской власти (адекватные меры
принуждения) существуют – следует их грамотно легализовать;
обеспечение же исполнения соответствующих обязанностей детей
мерами государственного принуждения не так уж и важно21.
Разумеется, существует реальная опасность злоупотреблений
данным положением. Однако за них установлена семейно-правовая
ответственность. Роль «сдержек и противовесов» могли бы сыграть
дополнительные нормы-гарантии, например, по типу установлений
Семейного кодекса Украины: 1) запрещаются любые
формы
эксплуатации ребенка, физические наказания и иные виды наказания,
15
Споры об опеке над детьми. С. 2–3.
Иоффе О.С. Советское гражданское право. Ч. 3. Л., 1968. С. 238.
17
Подробнее об этом см.: Тарусина Н.Н. Указ. соч. С. 290–292; Сочнева О.И. О
семейных обязанностях несовершеннолетнего // Социально-юридическая тетрадь / под
ред. Н.Н.Тарусиной. Вып. 2. Ярославль, 2012. С. 99–111.
18
Гражданское уложение Германии. М., 2006. Кн. 1. С. 417–418.
19
Споры об опеке над детьми. С. 16–17.
20
Семеен кодекс на Българиа. Солотон, 2009. С. 41. (Перевод автора.)
21
Рабец А.М. Проблемы укрепления нравственных начал в нормах о личных
неимущественных правах и обязанностях родителей и детей // Науч. тр. РАЮН. М.,
2003. № 3. С. 162–163.
16
59
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
унижающие его человеческое достоинство (пп. 6–7 ст. 150); 2) «Ребенок
вправе противиться неподобающему выполнению родителями своих
обязанностей в отношении его» (п. 2 ст. 152).
Что касается декларативности предлагаемого правила об
уважении ребенком своих родителей, исполнении им законных
указаний последних и, возможно, обязанности посильного участия в
общесемейных делах, то указанное качество, в принципе, присуще
общим началам (принципам) законодательства. Кроме того, если есть
общественная потребность в специальном регуляторе двойной (этикоюридической) природы, а «писаным» источником является, как
известно, закон, то в нем и следует фиксировать такую норму.
Список литературы
1. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права.
Ростов/нД, 1995.
2. Гражданское и торговое право зарубежных государств / отв.ред.
Е.А. Васильев, А.С. Комаров. М., 2005.
3. Гражданское уложение Германии. М., 2006. Кн. I.
4. Загоровский А.И. Курс семейного права. Одесса, 1909.
5. Иоффе О.С. Советское гражданское право. Ч. 3. Л., 1968.
6. Нижник Н.С. Правовое регулирование семейно-брачных
отношений в русской истории. СПб., 2006.
7. Основные начала российского и французского права. М., 2012.
8. Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Ч. 2. М., 2003.
9. Пушкарева Н.Л. Частная жизнь русской женщины: невеста, жена,
любовница (X – начало XIX в.). М., 1997.
10. Рабец А.М. Проблемы укрепления нравственных начал в нормах
о личных неимущественных правах и обязанностях родителей и
детей // Науч. тр. РАЮН. М., 2003. № 3.
11. Семеен кодекс на Българиа. Солотон, 2009.
12. Сочнева О.И. О семейных обязанностях несовершеннолетнего //
Социально-юридическая тетрадь / под ред. Н.Н. Тарусиной. Вып.
2. Ярославль, 2012.
13. Споры об опеке над детьми в Финляндии и России / под ред. М.
Миккола и О. Хазовой. Хельсинки, 2012.
14. Тарусина Н.Н. Семейное право. Очерки из классики и модерна.
Ярославль, 2009.
15. Темникова Н.А. Защита личных прав ребенка по семейному
праву России. Омск, 2010.
16. Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права.
Казань, 1905.
60
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
ABOUT ELEMENTS OF "PARENTAL POWER" IN THE
RUSSIAN LEGISLATION
N.N. Tarusina
P.G. Demidov Yaroslavl State University
In the article family and legal constructions "the rights and duties of parents",
"the duties of the child" and others as preservation preconditions (in the
modified look) elements of institute of the parental power are considered.
Keywords: parental power, rights and duties of parents, duties of the child.
Об авторе:
ТАРУСИНА Надежда Николаевна – канд. юр. наук, профессор,
декан юридического факультета, зав. кафедрой социального и
семейного
законодательства
Ярославского
государственного
университета им. П.Г. Демидова (150000, г. Ярославль, ул. Советская,
14), e-mail: nant@univ.uniyar.ac.ru
61
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2013.
2013.Выпуск
Выпуск3333С. 62 – 69.
УДК 347.9.01
СИСТЕМНАЯ ПРИРОДА ПРИНЦИПОВ ГРАЖАДНСКОГО
ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА
А.С. Федина
Тверской государственный университет
В статье предпринята попытка познания системы принципов
гражданского процессуального права через призму философских
категорий «целого и части», «сущности и явления».
Ключевые слова: принципы гражданского процессуального права,
система принципов гражданского процессуального права; целое и
часть, сущность и явление, цель.
Констатация лишь одной ценности принципов гражданского
процессуального права (далее – принципы ГПП) не может служить
научной предпосылкой их осознания как особой системы. Изучение
системной природы принципов ГПП является важнейшей задачей в
направлении
совершенствования
познания
гражданского
процессуального права.
Проблема систематизации принципов ГПП имеет значение для
понимания сущности гражданского процесса, для разрешения его
методологических проблем и для достижения правоприменительных
целей гражданского процессуального регулирования. По мнению Т. В.
Кленовой, с которым трудно не согласиться, «выделение системы
принципов придает концептуальный характер праву и законодательству
одной отраслевой принадлежности, обеспечивает системность и
единство правовых норм в каждой отрасли законодательства»1.
Серьезные аргументы о необходимости построения системы
отраслевых принципов приведены в науке уголовного права П.А.
Фефеловым (они же применимы в полной мере и к принципам
гражданского
процессуального
права):
«Систематизирование
принципов уголовного права необходимо прежде всего, для того, чтобы
избежать одностороннего подхода к решению того или иного дела, так
как система позволяет представить принципы в определенном
комплексе, а не изолированно друг от друга. Система позволяет
учитывать требования всех принципов и не допускает такого
положения, когда учитываются требования одних принципов, а
требования других остались бы не учтены»2.
1
Кленова Т.В. Принципы уголовного права и принципы кодификации в уголовном
праве // Государство и право. 1997. № 1. С. 54.
2
Фефелов П.А. Принципы советского уголовного права — основа уголовно-правового
охранительного механизма: дис. ... д-ра юр. наук. Свердловск, 1981. С. 169.
62
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Необходимость формирования системы принципов ГПП
объективна. В ГПК РФ нет отдельной главы или статьи, в которых были
бы названы принципы ГПП. Это дает право исследователям принципов
предлагать собственные авторские перечни принципов ГПП.
Проблему перечня принципов ГПП необходимо заменить
проблемой их систематизации, в том числе на основе их структурных и
функциональных связей. Вопрос о количестве принципов гражданского
права всегда будет открытым, поскольку на отнесение того или иного
положения к принципам ГПП влияют субъективные факторы: считает
ли исследователь указанное положение главным, исходным,
руководящим, основополагающим для отрасли ГПП или нет. Кроме
того, перечень представляет собой простую совокупность каких-либо
элементов, что для понимания сущности принципов ГПП недостаточно.
Подобный перечень принципов ГПП не показывает их глубинной
взаимосвязи, взаимообусловленности, взаимозависимости. «Только
исходя из системы принципов, можно определить суть отраслевых
принципов и их отличие от основных принципов, а также установить
связь
между
отдельными
принципами
и
необходимостью
3
существования каждого из них» , – справедливо отмечала Н.А. Чечина.
Познание принципов ГПП должно осуществляться не в их
обособленности, а в их соотнесенности с системой принципов. Иными
словами, полноценным объектом познания должен выступать не
принцип сам по себе, а принцип как часть системы принципов ГПП.
Таким образом, задачей исследователей является дальнейшее
определение совокупности принципов ГПП как системы.
Все совокупности являются системами, что свидетельствует о
наличии в них общих черт, дающих основание для их выделения в едином обобщающем определении. Исходим из следующего:
1) совокупность состоит из элементов;
2)
элементы данной совокупности определенным образом
связаны между собой, неважно, что эта связь может носить внешний
или случайный характер;
3) важно, что она объединяет элементы в совокупность
определенной формы, которую мы называем кучей, грудой, толпой и т.
д., в зависимости от качества входящих в нее элементов и тех связей
между элементами, которые отличают данную совокупность от
окружающей ее среды;
4) раз в такой совокупности существует связь между элементами,
значит, неизбежно проявление определенных закономерностей и,
3
Чечина Н.А. Принципы советского гражданского процессуального права и их
нормативное закрепление // Изв. высш. учеб. заведений. Правоведение. 1960. № 3. С.
80.
63
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
следовательно, наличие временного или пространственного порядка.
Связь является объективным содержанием порядка.
Итак, совокупность принципов ГПП является системой.
Почему требуется введение категории «система принципов ГПП»
в то время, когда, казалось бы, можно было продолжать пользоваться
такими понятиями, как комплекс, состав, совокупность, принцип как
элемент системы.
Согласно методологии общей теории систем под системой
принято понимать некоторое количество элементов (составных частей),
взаимодействующих между собой и тем самым выступающих вовне как
некая целостность. Вобрав в себя суть таких важных понятий, как
порядок, организация, целостность, понятие «система» не сводится по
своему объективному содержанию полностью ни к одному из них.
По отношению к «системе» И. Кант давал следующее
разъяснение: «Под системой же я разумею единство многообразных
знаний, объединенных одной идеей»4. Эта лаконичная дефиниция на
редкость содержательна, ибо включает в себя основные характеристики
системы вообще. Помимо положительных особенностей системы,
таких, как порядок, взаимообусловленность, в дефиниции Канта
заключено противоречие, а следовательно, и движение, развитие. Это
чрезвычайно важный момент, раскрывающий диалектическую суть
понятия «система».
Ф. Энгельс выделял три важнейших признака систем:
1) взаимную связь тел; 2) отграниченность взаимосвязанных тел;
3) наличие противоречивого взаимодействия между взаимосвязанными
телами5. Исходя из этого, систему можно определить как отграниченное
множество взаимодействующих элементов.
Говоря о системе принципов ГПП как об отграниченном
взаимодействующем множестве элементов, словом «отграниченный»
выделяют конкретность определенной совокупности принципов. Как
элементы, принципы - это не просто части системы, а такие ее
составные, которые обеспечивают ее целостность, вступая друг с
другом в определенные, неслучайные отношения. Полагаем, что такое
определение
системы
принципов
ГПП
отражает
наличие
отграниченной, отдельной, конкретной, взаимосвязанной совокупности
принципов.
Система принципов ГПП объединяет определенное число
принципов, которые в совокупности ее образуют. Между собой
принципы связаны известной общностью, что выражается в едином родовом понятии элементов данной системы. Общность элементов может
4
5
Кант И. Сочинения: в 6 т. М., 1964. Т. 3. С. 680.
Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, Т. 20. С. 392.
64
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
быть разнообразной. Например, система принципов может состоять
только из принципов права.
Вместе с тем есть основания полагать, что существующая общность не только не отрицает, но, напротив, предполагает обязательную
дифференциацию элементов данной системы. Система не может
состоять из комплекса тождественных элементов. Она может
существовать, лишь объединяя различные по своему конкретному
назначению элементы. Смысл системы в том и состоит, что,
устанавливая взаимодействие между нетождественными элементами,
она обеспечивает реализацию самых различных свойств, заложенных в
этих элементах, в результате чего достигается воздействие на все
стороны функционирования системы.
Система принципов ГПП находится в постоянном развитии. В
отдельные периоды существования общества есть основания говорить о
кардинальных преобразованиях, происходящих, например, в системе
российского ГПП с середины 90-х гг прошлого столетия. Эти
преобразования законодательства о гражданском судопроизводстве
заметно отразились на содержании принципов ГПП, не затронув,
однако, их системной природы.
Познать систему принципов ГПП надлежит, ориентируясь на
философские категории «целого и части».
С позиции общенаучного системного подхода можно прийти к
следующим характеристикам.
Во-первых, система принципов ГПП (целое) состоит из частей
(принципов), но это такое единство частей, которое обладает новым
качеством, не вытекающим из его составляющих.
Во-вторых, в соотношении целого и его частей система
принципов выступает своеобразным каркасом для каждого из
принципов. Изменение каких-то принципов автоматически не вызывает
изменения самой системы принципов. Последняя демонстрирует
относительную самостоятельность и устойчивость по отношению к
отдельным принципам.
В-третьих, принципы в системе структурно организованы. Они
объединены между собой по содержанию или формальному основанию.
Помимо собирательной функции внутренние связи принципов нацелены
на взаимодействие системных элементов внутри системы принципов
ГПП.
Взаимосвязь принципов придает целому характер системы,
обеспечивая правовую целостность и относительно устойчивую
организацию ее элементов. Помимо собирательной функции
внутренние связи нацелены на взаимодействие системных элементов
внутри системы принципов ГПП.
65
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Как целое система принципов ГПП подпитывает отношения
принципов, обеспечивая их субординацию или координацию, в свою
очередь обретая определенность и обусловленность. Через
корреляционные связи система присутствует в своих частях
вещественно, энергетически и информационно.
В-четвертых, система принципов возникает, развивается и
обретает новое качество, где отдельно взятый принцип ведет себя в
соответствии с сущностью всей системы принципов.
В-пятых, нет смысла определять предшественника в
соотношении целого и части, поскольку принципы не существуют до и
вне системы, как и система принципов не существует до и вне самих
принципов. Все это свидетельствует, что категории целого и части
применительно к системе принципов ГПП соотносительны. Они имеют
«право» на бытие только в соотношении друг с другом, причем это
соотношение носит характер одновременности.
В-шестых, одновременность целого и частей снимает и проблему
гносеологических приоритетов. Познание принципов осуществляется не
в их обособленности, а в их соотнесенности с системой принципов
ГПП. Другими словами, полноценным объектом познания должен
выступать не принцип сам по себе, а как часть системы принципов.
Решение проблемы познания самой системы принципов осуществляется
только в соответствии ее со своими частями, поскольку вне друг друга
они не существуют.
Еще один шаг к установлению определенности системы
принципов ГПП тесно связан с философскими категориями «сущность и
явление». Эта пара категорий отражает реальность познаваемого
объекта и задает возможность его познания.
«Сущность» есть внутреннее содержание системы принципов
ГПП, совокупность внутренних, устойчивых, необходимых связей
принципов как элементов системы.
Явление – это собственное выражение исследуемой системы
принципов, внешние формы ее существования и осуществления.
В действительности сущность и явление неразрывно связаны
друг с другом. Нет сущности, которая никоим образом не проявляется.
Не существует и явлений, которые не связаны с сущностью.
Если сущность есть внутренняя сторона системы принципов, то
явление – ее внешняя сторона. Если сущность демонстрирует
устойчивость, то явление может легко изменяться в зависимости от
условий своего проявления, поскольку явление зависит не только от
сущности, но и от той среды, в которой оно существует. И в этом случае
явление выступает не только «зеркалом» сущности, но и «визитной
карточкой» среды, как внешних условий существования сущности и
осуществления явления.
66
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Реализация принципов ГПП так же, как и способ их
осуществления, возможна только в том порядке и тех формах, которые
предписаны законом. Однако проявление отдельных принципов в
правовой действительности не всегда тождественно нормам.
«Провозглашая принципы, законодатель тем самым возлагает на себя
обязанности воплощать их в правовых нормах. Отсюда следует, что с
законодателя не снимается обязанность отменить или изменить всякую
норму при обнаружении ее несоответствия с этими принципами»6.
Категории сущности и явления тесно связаны с категориями
формы и содержания, но не тождественны им, поскольку сущность по
своему объему больше, чем содержание. Если содержание адекватно
совокупности структурно организованных элементов, составляющих
данную систему, то сущность, помимо названного содержания,
предполагает и определенное качество этого содержания.
Сущность замыкается на внутренние, устойчивые связи
принципов в системе.
Методологическое значение сущности и явления как
философских категорий заключается в том, что эта пара категорий
позволяет отграничить систему принципов, установить его
определенность, отсекая несущественные связи и случайные отношения
наблюдаемого объекта и фиксируя только те существенные отношения,
которые являются законом его развития (осуществления).
Связка «явление – сущность» позволяет осуществить переход от
проявлений отдельных принципов в правовой действительности к
рациональному познанию их сущности. Исследователь изучает явление,
чтобы уяснить его сущность. Он раскрывает содержание сущности,
чтобы лучше понять характер проявления принципов в правовой
действительности.
Движение познания системы принципов от проявлений,
реализации принципов к сущности принципов и от сущности
принципов к анализу их реализации в правовой действительности
дополняют друг друга и составляют два нераздельных момента единого
процесса познания.
Знание сущности избавляет от необходимости досконально
анализировать все единичные явления, в которых она (сущность)
проявляется. Более того, знание сущности принципов позволяет
прогнозировать возможные проявления их сущности в гражданском
судопроизводстве.
Основополагающее значение для анализа любой системы и ее
компонентов имеет цель. В научной литературе приводятся доводы о
6
Мальцев В.В. Принципы уголовного законодательства и их реализация в
правоприменительной деятельности. СПб., 2004. С. 99.
67
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
том, что элементы системы эффективно функционируют и приобретают
возможность объединения ради некоей определенной цели7. Именно
цель объединяет совокупность взаимосвязанных элементов в систему,
именно ее достижение обеспечивается системой, на достижение единой
цели направлены отношения между элементами.
Но поскольку цель характеризуется её субъективным
осознанием, то именно результат правового воздействия может служить
доказательством роли принципов ГПП. Применительно к системе
принципов ГПП результатом следует признать достижение целей
гражданского
процессуального
регулирования
общественных
отношений, составляющих предмет гражданского процессуального
права.
Итак, из общего понимания системной природы принципов ГПП
можно сделать вывод, что под системой принципов гражданского
процессуального права следует понимать совокупность принципов,
обусловленную их внутренним единством и взаимной связанностью, их
устремленностью к единой цели.
Список литературы
1.
Кант И. Сочинения: в 6 т. М., 1964. Т. 3.
2.
Кленова Т.В. Принципы уголовного права и принципы
кодификации в уголовном праве // Государство и право. 1997. № 1.
3.
Мальцев В.В. Принципы уголовного законодательства и
их реализация в правоприменительной деятельности. СПб., 2004.
4.
Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 20.
5.
Сурмин Ю.П. Теория систем и системный анализ: учеб.
пособие. Киев, 2003.
6.
Фефелов П.А. Принципы советского уголовного права основа уголовно-правового охранительного механизма: дис. ... д-ра юр.
наук. Свердловск, 1981.
7.
Чечина Н.А. Принципы советского гражданского
процессуального права и их нормативное закрепление // Известия
высших учебных заведений. Правоведение. 1960. № 3.
7
Сурмин Ю.П. Теория систем и системный анализ: Учеб. пособие. Киев, 2003. С. 68.
68
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
THE SYSTEM NATURE OF PRINCIPLES OF CIVIL PROCEDURAL
LAW
A.S. Fedina
Tver State University
In the article the author attempts to study the principles of civil procedural law
through the prism of philosophical categories of «the whole and its parts»,
«essence and phenomenon».
Keywords: principles of civil procedural law, the system of principles; the
whole and its parts; essence and phenomenon; purpose.
Об авторе:
ФЕДИНА Анжелика Сергеевна – канд. юр. наук, доцент кафедры
гражданского процесса и правоохранительной деятельности Тверского
государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33),
e-mail: as.fedina@mail.ru.
69
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2013.
2013.Выпуск
Выпуск33
33С. 70 – 75.
УДК 347.9
ГРАЖДАНСКИЙ ПРОЦЕСС:
ЗАДАЧИ, ФУНКЦИИ, ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ФОРМА
А.А. Хорев, Н.Д. Эриашвили
Московский университет МВД России
Рассматривается гражданский процесс (судопроизводство) как
урегулированная гражданским процессуальным правом система
действий, анализируются его задачи, виды, гражданская процессуальная
форма и ее характерные черты.
Ключевые
слова:
гражданский
процесс;
судопроизводство;
отправление правосудия по гражданским, семейным, земельным и иным
делам; гражданская процессуальная форма.
Гражданский
процесс
(судопроизводство)
в
современной
отечественной науке определяется как урегулированная гражданским
процессуальным правом система действий (И.М. Зайцев), деятельность
суда, лиц, участвующих в деле, и иных участников процесса (М.С.
Шакарян, М.А. Гурвич).
Иными словами, с этой точки зрения внимание акцентируется на
активном характере деятельности субъектов процесса. Но есть и другое
понимание данного вопроса.
М.К. Треушников, наоборот, заостряет внимание на соблюдении
процессуальной формы процесса. По мнению данного ученого,
гражданский процесс представляет собой упорядоченное нормами
процессуального права движение гражданского дела от одной стадии к
другой, направленное на достижение конечной цели — восстановление
права или защиты охраняемого законом интереса1.
На наш взгляд, гражданский процесс — это регламентированная
гражданским процессуальным законом и осуществляемая в
определенной процессуальной форме деятельность субъектов
судопроизводства по отправлению правосудия по гражданским,
семейным, земельным и иным делам.
Задачи гражданского судопроизводства раскрываются в ст. 2
Гражданского процессуального кодекса РФ и включают: правильное и
своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях
защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных
интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской
Федерации, субъектов Федерации, муниципальных образований, других
1
Гражданский процесс: учебник / под ред. М.К. Треушникова. 2-е изд., перераб. и доп.
М., 2007. С. 23.
70
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных
правоотношений.
Как известно, гражданское судопроизводство должно способствовать
укреплению
законности
и
правопорядка,
предупреждению
правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и
суду. С этим связаны и функции гражданского процесса:
правовосстановительная, профилактическая, предупредительная и
воспитательная.
Видами гражданского судопроизводства являются исковое
производство, приказное производство, производство по делам,
вытекающим из публично-правовых отношений, особое производство.
Рассмотрим каждое из них подробнее.
Исковое производство направлено на разрешение споров между
отдельными лицами по поводу субъективных прав и обязанностей; в
исковом порядке рассматривается большинство дел. Приказное
производство представляет собой упрощенное судопроизводство по
защите прав, основанных на бесспорных доказательствах. Производство
по делам, вытекающим из публично-правовых отношений,
рассматривает споры, связанные с нарушением политических прав
граждан, а также с действиями, актами и решениями государственных
органов, органов местного самоуправления, должностных лиц и
служащих этих органов. В особом производстве спор о праве
отсутствует.
В гражданском процессе, как известно, выделяют стадии
возбуждения
гражданского
дела;
подготовку
судебного
разбирательства; судебное разбирательство; обжалование решений и
определений суда первой инстанции, не вступивших в законную силу
(производство в суде апелляционной инстанции — гл. 39 ГПК РФ);
производство по пересмотру решений, определений и постановлений,
вступивших в законную силу, в кассационном порядке (за исключением
судебных постановлений Верховного Суда РФ, ч. 1 ст. 376 ГПК РФ);
производство по пересмотру решений, определений и постановлений,
вступивших в законную силу, в порядке надзора (гл. 41 ГПК РФ);
производство по пересмотру по вновь открывшимся или новым
обстоятельствам судебных постановлений, вступивших в законную
силу (гл. 42 ГПК РФ)2; исполнительное производство.
При этом необходимо отметить следующее. По поводу отнесения
исполнительного производства к стадии гражданского процесса в науке
идут многочисленные дискуссии. На наш взгляд, поскольку
Гражданский процессуальный кодекс РФ регламентирует отдельные
2
Федеральный закон «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс
Российской Федерации» от 09.12.2010 г. № 353-ФЗ // Рос. газ. 2010. № 281. 13 дек.
71
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
положения производства по исполнению судебных постановлений и
постановлений иных органов, то исполнительное производство
является полноправной стадией гражданского судопроизводства.
Первые три стадии — от принятия искового заявления до вынесения
судебного решения — объединяются понятием «суд первой
инстанции».
Производство в суде второй инстанции включает обжалование
решений и определений суда, не вступивших в законную силу.
В апелляционном порядке обжалуются:

решения и определения мировых судей;

решения районных судов и гарнизонных военных судов;

решения верховных судов республик, краевых, областных судов,
судов городов федерального значения, суда автономной области, судов
автономных округов, принятые ими по первой инстанции;

решения окружных (флотских) военных судов, принятые ими по
первой инстанции;

решения Верховного Суда РФ, принятые по первой инстанции, путем подачи лицами, участвующими в деле, апелляционной жалобы
либо принесением апелляционного представления прокурором.
В суд кассационной инстанции лицами, участвующими в деле, и
другими лицами, если их права и законные интересы нарушены
судебными постановлениями, могут быть обжалованы в порядке,
установленном гл. 41 ГПК РФ, вступившие в законную силу судебные
постановления, за исключением судебных постановлений Верховного
Суда РФ.
В Президиуме Верховного Суда РФ в порядке надзора
пересматриваются вступившие в законную силу судебные
постановления, указанные в ч. 2 ст. 392 ГПК РФ3.
Судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной
инстанции в течение трех месяцев со дня их вступления в законную
силу. В соответствии с ч. 2 и ч. 3 ст. 392 ГПК РФ основаниями для
пересмотра судебных постановлений, вступивших в законную силу по
вновь открывшимся или новым обстоятельствам, являются:
1) вновь открывшиеся обстоятельства, существовавшие на
момент принятия судебного постановления: существенные для дела
обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю;
заведомо ложные показания свидетеля, заведомо ложное заключение
эксперта,
заведомо
неправильный
перевод,
фальсификация
доказательств, повлекших за собой принятие незаконного или
необоснованного
судебного
постановления
и
установленных
вступившим в законную силу приговором суда; преступления сторон,
3
Там же.
72
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
других лиц, участвующих в деле, их представителей, преступления
судей, совершенные при рассмотрении и разрешении данного дела и
установленные вступившим в законную силу приговором суда;
2) новые обстоятельства, возникшие после принятия судебного
постановления и имеющие существенное значение для правильного
разрешения дела: отмена судебного постановления суда общей
юрисдикции
или
арбитражного
суда
либо
постановления
государственного органа или органа местного самоуправления,
послуживших основанием для принятия судебного постановления по
данному делу; признание вступившим в законную силу судебным
постановлением суда общей юрисдикции или арбитражного суда
недействительной сделки, повлекшей за собой принятие незаконного
или необоснованного судебного постановления по данному делу;
признание Конституционным Судом РФ не соответствующим
Конституции РФ закона, примененного в конкретном деле, в связи с
принятием решения по которому заявитель обращался в
Конституционный Суд РФ; установление Европейским Судом по
правам человека нарушения положений Конвенции о защите прав
человека и основных свобод при рассмотрении судом конкретного дела,
в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в
Европейский Суд по правам человека; определение (изменение) в
постановлении Президиума Верховного Суда РФ практики применения
правовой нормы, примененной судом в конкретном деле, в связи с
принятием судебного постановления, по которому подано заявление о
пересмотре дела в порядке надзора, или в постановлении Президиума
Верховного Суда РФ, вынесенном по результатам рассмотрения другого
дела в порядке надзора, или в постановлении Пленума Верховного Суда
РФ4.
Гражданская
процессуальная
форма
представляет
собой
установленный законом оптимальный порядок отправления правосудия
по гражданским делам, обязательность которого обеспечена санкциями
гражданских процессуальных и иных норм5.
Гражданская процессуальная форма обеспечивает наиболее полное,
законное,
обоснованное
и
справедливое
судопроизводство,
препятствует необоснованному затягиванию процесса. Она служит
гарантией соблюдения принципов процесса, регламентирует порядок
осуществления правосудия на каждом конкретном этапе и движение
процесса по стадиям. В процессуальную форму облекается только
система деятельности по осуществлению правосудия.
4
5
Там же.
Викут М.А., Зайцев И.М. Гражданский процесс: курс лекций. Саратов, 1998. С. 14.
73
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Гражданской процессуальной форме свойственны следующие
характерные черты:

она подробно регламентирована процессуальным законом —
ГПК РФ;

она универсальна и применяется на всех стадиях
судопроизводства;

она закрепляет круг лиц, имеющих в деле юридический интерес,
в связи с которым они вступают или привлекаются в процесс, а также
иных участников судопроизводства — лиц, участвующих в деле,
свидетелей, специалистов, переводчиков и т. д.;

обязательность
действия
правил,
предусмотренных
юридической формой, обеспечивается наступлением в противном
случае
неблагоприятных
для
участника
процессуальных
правоотношений последствий (штраф, отмена судебного решения и
проч.).
Иногда выделяют и другие черты гражданской процессуальной
формы: нормативность, непререкаемость и системность6.
Процессуальная форма имеет большое теоретическое и практическое
значение,
упорядочивая
осуществление
судопроизводства.
Ее
соблюдение — «неотъемлемый конституционный момент (элемент)
судебной деятельности»7.
6
Комиссаров К.И. Последовательно
прогрессивное
развитие
советского
гражданского процессуального права // Проблемы действия и совершенствования
советского гражданского процессуального законодательства. Свердловск, 1982. С. 50.
7
Юридическая процессуальная форма. Теория и практика. М., 1976. С. 179.
74
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
CIVIL PROCEEDINGS:
TASKS, FUNCTIONS, PROCEDURAL FORM
A.A. Horev, N.D. Eriashvili
University of Moscow Russian Interior Ministry
The article deals with civil proceedings (proceedings) how to resolve civil
procedural law system of actions, analyzes its objectives, views, civil
procedural form and its characteristics.
Keywords: civil proceedings, proceedings; administration of justice in civil,
family, land and other cases, civil procedural form.
Об авторах:
ХОРЕВ Андрей Александрович – канд. юр. наук, доцент кафедры
гражданского права и процесса Московского университета МВД России
(117437, Москва, ул. Академика Волгина, д.12), e-mail: office@unitydana.ru.
ЭРИАШВИЛИ Нодари Дарчоевич – доктор экономических наук,
канд. юр. наук, канд. истор. наук, профессор, e-mail: nodari@unitydana.ru.
75
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2013.
2013.Выпуск
Выпуск33
33С. 76 – 85.
ТРИБУНА МОЛОДЫХ УЧЁНЫХ
УДК 343.362
ЗАВЕДОМО ЛОЖНЫЙ ДОНОС: НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ
КВАЛИФИКАЦИИ И ДОКАЗЫВАНИЯ
А.И. Анучина
Воронежский государственный университет
Дан подробный анализ состава преступления, предусмотренного ст. 306
УК РФ, и обращено внимание на проблемы доказывания его элементов.
Справедливо отмечены существующие трудности в применении
Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов Российской
Федерации и подчеркнут межотраслевой характер рассматриваемого
преступления.
Акцентировано внимание на проблеме предупреждения об
уголовной ответственности за заведомо ложный донос лиц, не
достигших возраста привлечения к уголовной ответственности, согласно
ст. 306 УК РФ и предложен оптимальный вариант разрешения этого
вопроса. Важным в статье является рассмотрение категории
«заведомость» как характеристики субъективной стороны состава
преступления и проблем, связанных с ее доказыванием. Предложен
оригинальный подход к определению этого термина. Приведены
наглядные примеры судебной практики, которые подчеркивают остроту
поднятых в статье проблем. Раскрытие вопросов, связанных с
доказыванием объективной стороны, изложено на противопоставлении и
сравнении заведомо ложного доноса с клеветой, соединенной с
обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого
преступления, что представляет особый интерес.
Ключевые слова: заведомо ложный донос, честь, достоинство,
порочащие сведения, репутация, личность, заявление о совершении
преступления.
На протяжении продолжительного времени ст. 306 Уголовного
кодекса РФ (далее – УК РФ) оставалась «мертвой» нормой, ее
применение правоохранительными органами было минимальным и в
исключительных случаях. Однако в последнее время наблюдается
устойчивый рост числа преступлений «заведомо ложный донос», а
точнее, числа рассматриваемых судом дел, в которых подсудимому
инкриминируется ст. 306 УК РФ. Статья 306, которая раньше считалась
чем-то вроде экзотики, стала работать на полную мощь: за желание
76
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
возвести напраслину на ближнего стали отвечать уже не единицы. И эту
тенденцию уже отметила статистика судебных решений1.
Однако необходимо понимать, что возрастающие статистические
данные не являются результатом действительно увеличившегося
количества преступных деяний «заведомо ложный донос», а происходят
по причине изменения отношения в правоохранительных органах к
таким фактам. Иными словами, если раньше следователи или
дознаватели подходили формально к работе в части разрешения вопроса
о наличии или отсутствии признаков заведомо ложного доноса и
закрывали глаза на злоупотребление заявителями своими правами, то
теперь вопрос о возбуждении уголовного дела о заведомо ложном
доносе является составной частью деятельности по расследованию
преступления.
Учитывая значимость общественных отношений, уголовноправовой охраной которых является ст. 306 УК РФ, полагаем, что ее
применение способствует установлению баланса между активным
обращением граждан в правоохранительные органы для защиты
действительно нарушенных прав и использованием средств и методов
уголовного процесса для достижения своих собственных корыстных
целей. Предупреждение об уголовной ответственности за заведомо
ложный донос на стадии принятия заявления о совершении
преступления ставит своей целью отсечение сообщений о заведомо
ложных фактах о преступных деяниях, а в целом данная норма
направлена на защиту правосудия от преступных посягательств,
выражающихся в побуждении правоохранительных органов к работе,
которая не имеет под собой реального обоснования.
Названные обстоятельства определяют научный интерес к
изучению уголовно-правовых и уголовно-процессуальных норм права,
регламентирующих порядок возбуждения, расследования и судебного
разбирательства преступления «заведомо ложный донос», что в свою
очередь имеет важное практическое значение. При этом следует
акцентировать внимание на некоторых наиболее проблемных и спорных
вопросах квалификации и доказывания этого преступления.
Необходимо понимать, что возбуждение уголовного дела – это
строго регламентированная процедура. Уголовно-процессуальным
кодексом (далее – УПК РФ) и ведомственными нормативно-правовыми
актами установлен определенный порядок принятия заявления о
совершении преступления. Заявитель вступает в уголовнопроцессуальные отношения, на него распространяются определенные
права и обязанности. Таким образом, субъектом преступления
«заведомо ложный донос» может быть только лицо, которое является
1
Козлова Н. За ложный донос стали чаще сажать // Рос. газ. 2009 . 15 окт.
77
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
субъектом уголовно-процессуальных отношений, складывающихся при
приеме, подаче заявления о совершенном преступлении.
Законодателем установлена уголовная ответственность за заведомо
ложный донос для лица, достигшего возраста шестнадцати лет, т. е. для
общего субъекта преступления. Между тем действующее уголовнопроцессуальное
законодательство
Российской
Федерации
не
устанавливает ограничения по возрасту для лиц, желающих сообщить о
совершенном преступлении. Следственные органы обязаны принять
заявление, соответствующее требованиям законодательства, от любого
лица. Вероятность того, что 14 или 15-летний подросток сообщит о
преступлении, которого на самом деле не было, достаточно высока,
однако действующей уголовно-правовой нормой о заведомо ложном
доносе правоотношения, на защиту которых она направлена, в таком
случае не защищены. В этой связи остается также открытым вопрос о
предупреждении таких лиц об уголовной ответственности за заведомо
ложный донос в соответствии с ч. 6 ст. 141 УПК РФ.
Ряд ученых придерживается мнения, что заявитель, не достигший
шестнадцатилетнего возраста, об уголовной ответственности за
заведомо ложный донос не предупреждается, ему лишь разъясняются в
доступной для него форме уголовно-процессуальные последствия,
которые вытекают из подаваемого им заявления. Отметку об этом
действии также целесообразно сделать в протоколе принятия устного
заявления, удостоверив ее подписью заявителя2.
Заметим, что данная точка зрения не основана на нормах
действующего уголовно-процессуального законодательства и носит
лишь рекомендательный характер. При этом полагаем, что
предупреждение об уголовной ответственности за заведомо ложный
донос должно быть вне зависимости от возраста заявителя, поскольку
вопрос о достижении возраста привлечения к уголовной
ответственности должен быть рассмотрен и разрешен при проведении
предварительного следствия по факту заведомо ложного доноса в
случае, если оно будет иметь место. На стадии приема заявления задача
состоит в соблюдении всех процессуальных норм, которые это
регламентируют, в том числе о предупреждении об уголовной
ответственности за заведомо ложный донос.
Кроме этого, очевидно, что в пределах шестнадцати лет имеется
несколько возрастных групп, от младенцев до подростков, которые
должны быть классифицированы по возможности или невозможности
быть заявителем в уголовном процессе. Основополагающим моментом
в принятии заявления от несовершеннолетнего, не достигшего возраста
2
Алиев Т.Т., Громов Н.А., Царева Н.П. Порядок собирания документов-доказательств
в уголовном процессе // Адвокатская практика. 2003. № 5. С.12.
78
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
шестнадцати лет, можно считать способность самостоятельно заявить о
преступлении, которая выражается во владении устной и (или)
письменной речью3.
В настоящее время УПК РФ не содержит специальных норм,
регулирующих принятие заявлений от несовершеннолетних, полагаем,
что данный пробел необходимо устранить. В свете рассматриваемой
проблемы в настоящей работе это имеет существенное значение с
целью минимизации заведомо ложных доносов от лиц в возрасте до 16
лет, т. е. тех, которые не могут быть субъектами преступления,
предусмотренного ст. 306 УК РФ.
Предлагаем дополнить ст. 141 Уголовно-процессуального кодекса
РФ частью 8 следующего содержания: «При поступлении заявления о
совершении преступления от лица, не достигшего шестнадцатилетнего
возраста, следователь обязан ему разъяснить в доступной форме
последствия возбуждения уголовного дела. На него распространяются
все права заявителя, предусмотренные настоящим Кодексом, включая
право иметь защитника и пользоваться услугами переводчика».
Кроме того, учитывая психоэмоциональное состояние, присущее
подростковому возрасту, считаем целесообразным присутствие
законных представителей или законного представителя, а также
педагога по желанию заявителя при подаче заявления о совершении
преступления.
Дальнейшее
производство
с
участием
несовершеннолетнего зависит от его процессуального статуса и
урегулировано ст. 191 и 280 УПК РФ.
Субъективная сторона характеризуется только прямым умыслом.
Виновный осознает ложность сообщаемых сведений и желает
наступления последствий в виде реагирования правоохранительных
органов в соответствии с нормами УПК РФ. Целью преступления
«заведомо ложный донос» является побуждение правоохранительных
органов
к
предусмотренной
уголовно-процессуальным
законодательством деятельности по возбуждению, расследованию и
разрешению уголовного дела. Наибольшей опасностью и вредом
характеризуется цель – осуществление уголовного преследования в
отношении физического лица, которое заведомо невиновно в
инкриминируемом ему деянии, а также привлечения его к уголовной
ответственности.
Как показывает изучение судебно-следственной практики по
данной категории дел, наибольшее затруднение при доказывании
вызывает категория заведомость. Несмотря на то, что данный термин в
Уголовном Кодексе встречается довольно часто, действующее
3
Гладышева О., Солонникова Н. Несовершеннолетние заявители о преступлении //
Законность. 2008. № 8. С. 23.
79
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
законодательство не содержит его понятия. Эта категория не
определена в принципе в нормах действующего законодательства
Российской Федерации, и отсутствует какая-либо судебная практика
употребления этого понятия.
Категория заведомость не раскрыта и в труде А.В. Галаховой
«Основные понятия Уголовного кодекса РФ: международные акты,
российские нормативно-правовые акты, судебная практика», в котором
ст. 306 УК РФ и используемые в ней термины не рассматриваются
ввиду отсутствия соответствующих нормативно-правовых актов и
судебной практики4.
В научной литературе изучению этого вопроса уделено также
недостаточно внимания, отсутствуют какие-либо фундаментальные
научные концепции, раскрывающие правовую природу категории
заведомость и юридические критерии ее определения, хотя по целому
ряду преступлений это тот самый признак, по которому отделяется
преступное поведение от не преступного. Встречающиеся мнения
относительно
определения
правовой
природы
заведомости
затруднительно классифицировать по каким-либо признакам или
составить системное представление о ней.
С.В. Смолин предлагает при характеристике субъективной
стороны заведомо ложного доноса рассматривать заведомость как
содержание интеллектуального момента прямого умысла, которая
включает в себя два взаимосвязанных компонента: 1) осознание
виновным намеренного искажения истины, которая ему известна; 2)
осознание виновным общественной опасности
(вредоносности)
поступления искаженной информации в правоохранительные органы5.
Термин «заведомость» представляет собой особый технический
прием, применяемый для характеристики субъективной стороны
преступления. Он означает способ указания в законе на то, что субъекту
при совершении деяния было заранее известно (ведомо) о наличии тех
или иных обстоятельств, имеющих существенное значение для
квалификации преступления или для назначения наказания, т. е. он
достоверно знал об этих обстоятельствах6.
Полагаем, что категория «заведомость» напрямую связана с
определением момента или периода времени, т. е. необходимо
установить временной интервал между фактом сообщения в
правоохранительные органы ложных сведений о совершенном
преступлении и моментом, когда стало известно, что сообщаемые
4
Основные понятия Уголовного кодекса РФ: международные акты, российские
нормативно-правовые акты, судебная практика / под ред. А.В. Галаховой. М., 2010.
5
Смолин С.В. Уголовная ответственность за заведомо ложный донос. М., 2012.
6
Рарог А.И. Настольная книга судьи по квалификации преступлений: прак. пособие. –
2 - е изд.., перераб. и доп. – М., 2009. С. 85 -86.
80
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
сведения или сведения, которые только могут быть сообщены, не
соответствуют действительности.
Приведем пример из судебной практики, в котором вышестоящая
судебная инстанция указывает на необходимость доказывания
категории «заведомость». Определением судебной коллегии от
29.09.2004 г. отменен приговор Беднодемьяновского районного суда от
22.07.2004 г., которым по ст. 306 ч. 1 УК РФ к 1 году лишения свободы
условно осужден К.А.К.
Кассационная инстанция указала, что органы предварительного
следствия и суд, правильно установив субъект, объект и объективную
сторону преступления, надлежащим образом не исследовали
субъективную его сторону, которая характеризуется прямым умыслом.
Виновный осознает, что сообщает заведомо ложные сведения о
преступлении или мнимом преступнике и желает этого.
В связи с этим для привлечения виновного к уголовной
ответственности, квалификации его действий важно установить не
только вышеуказанные элементы состава преступления, но и дать
правильную оценку субъективному отношению К. к содеянному.
Как установлено по делу, К. помнил свои действия, но после
употребления алкоголя опьянел и мог забыть некоторые обстоятельства.
Для него не было очевидным, что он сообщает ложные сведения об
угоне своей автомашины. В его действиях отсутствует признак
заведомости. Дело направлено на новое рассмотрение7.
Нахождение ст. 306 УК РФ в гл. 31 Уголовного кодекса определяет
круг охраняемых уголовным законом правоотношений, это
преступления против правосудия. Речь идет о защите от преступных
посягательств государственных функций, связанных с законной
деятельностью по досудебному следствию, судебному разбирательству,
исполнению судебных актов. Справедливо замечание В.С. Власова о
том, что органы, осуществляющие правосудие и способствующие ему,
интересуют законодателя не как звено государственного аппарата и не
как отрасль государственного управления, а как особый «механизм»,
выполняющий задачи исключительной важности8.
Таким образом, объектом рассматриваемого преступления
являются
правоотношения,
устанавливаемые
в
органах
уполномоченных возбуждать и расследовать уголовные дела. Это
отношения
по
обеспечению
законной
деятельности
суда,
предварительного следствия, дознания, по расследованию и судебному
рассмотрению дел. Важно подчеркнуть, что в правовой конструкции
7
Обзор судебной практики Пензенского областного суда за III квартал 2004 г. // СПС
«ГАРАНТ» (дата обращения 23.12.2012)
8
Власов И.С. Об объекте преступления против правосудия // Учен. зап. ВНИИСЗ. М.,
1964. Вып. 1/8.
81
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
«заведомо ложный донос» преступное посягательство сфокусировано на
конкретной деятельности, непосредственно связанной с расследованием
и рассмотрением дел в предусмотренном уголовно-процессуальным
законодательством порядке, а не просто на деятельности названных
правоохранительных органов с целью дезорганизовать их работу
вообще.
Дополнительным объектом являются отношения, обеспечивающие
честь, достоинство и законные интересы граждан. Следует подчеркнуть,
что указание на совершение преступления каким-либо конкретным
лицом не является обязательным для квалификации по ч. 1 ст. 306 УК
РФ. В случае, если такое обстоятельство будет установлено, т.е. в
заявлении о совершенном преступлении указано физическое лицо,
которое якобы совершило это преступление, то, по мнению автора
настоящей статьи, данное деяние необходимо квалифицировать по ч. 2
ст.306 УК РФ.
Сказанное можно проиллюстрировать следующей судебной
практикой, где суд указывает на приоритет охраняемых
рассматриваемой статьей отношений по защите правосудия от
преступных посягательств. Интересы личности в данном случае имеют
прикладное, второстепенное значение.
Постановлением Данковского городского суда Липецкой области
от 31 июля 2008 г. уголовное дело по обвинению К.А.В. в совершении
преступления, предусмотренного ст. 306 ч. 1 УК РФ, прекращено на
основании ст. 25 УПК РФ за примирением с потерпевшим.
Судебная коллегия постановление суда отменила, указав, что
К.А.В. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1
ст. 306 УК РФ, в том, что он, будучи предупрежденным об уголовной
ответственности за заведомо ложный донос, обратился в ОВД по
Данковскому муниципальному району с заявлением, в котором указал,
что Д. совершил угон принадлежащего ему автомобиля ВАЗ-2109,
заведомо зная, что Д. данного преступления не совершал.
Суд прекратил уголовное дело по обвинению К., поскольку
подсудимый примирился с потерпевшим Д., впервые совершил
преступление небольшой тяжести, является ветераном боевых действий,
уголовное дело по заявлению Клейменова в отношении потерпевшего
возбуждено не было и вред ему не причинен.
Согласно ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления
потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица,
подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления
небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК
РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило
причиненный ему вред.
82
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
В данном случае, прекращая уголовное дело в отношении К. за
примирением с потерпевшим в соответствии со ст. 25 УПК РФ, судом
не принято во внимание то обстоятельство, что это является правом, а
не обязанностью суда, что в соответствии со ст. 20, 21 УПК РФ
уголовное дело о преступлении, предусмотренном ст. 306 УК РФ,
считается уголовным делом публичного обвинения, по которому
уголовное преследование от имени государства осуществляют
прокурор, а также следователь и дознаватель независимо от
волеизъявления потерпевшего.
Кроме того, судом не в полной мере учтено то, что по делам о
«двухобъектных» преступлениях, в которых преступное посягательство
также осуществляется на иной защищаемый законом объект, по роду
которого указанные преступления расположены в главе против
правосудия, а потерпевший при этом выступает лишь как
дополнительное объективное проявление этого посягательства и при
этом примирение с потерпевшим не устраняет вред, нанесенный этому
основному объекту преступного посягательства, и преступление в
целом не теряет своей общественной опасности9.
В рамках объективной стороны подлежат установлению и
доказыванию такие черты деяния, которые позволяют определить
способ, время, место и иные обстоятельства, необходимые для
правильного разрешения дела. Значение этих обстоятельств состоит
прежде всего в том, что они конкретизируют само деяние. Если же они
остались невыясненными, если не известно ни время, ни место, ни
способ совершения деяния, то и само это деяние нельзя признать
установленным10.
Для квалификации преступления «заведомо ложный донос» не
имеет значения то, в какой форме была сообщена информация о якобы
совершенном преступлении (устно, письменно, по электронной почте и
т.д.). Главное, что бы в результате после принятия такой информации
могло возникнуть реагирование в форме возбуждения уголовного дела.
В последнее время правоохранительные органы в большей части
имеют свои сайты в Интернете, где успешно действуют так называемые
интернет-приемные, посредством которых также можно обращаться с
заявлением о нарушенных правах, в том числе о якобы нарушенных
правах.
Следует обратить внимание, что данная информация должна быть
сообщена органам и должностным лицам, которые могут на нее
прореагировать в предусмотренном законом порядке. Прежде всего это
9
Бюллетень Липецкого областного суда (третий квартал 2008 года) URL:
http://oblsud.lpk.sudrf.ru/index.php (дата обращения 23.12.2012)
10
Кокорев Л.Д. Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. –
Воронеж, 1995.
83
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
органы полиции, прокуратуры и мировые судьи по делам частного
обвинения, а также иные лица, органы государственной власти и
местного самоуправления, которые в предусмотренных законом случаях
ведут дознание или которые могут данное обращение перенаправить в
следственные органы. Но не стоит слишком широко воспринимать круг
адресатов. Смысл обращения состоит в том, чтобы возникло
реагирование со стороны уполномоченных лиц, которое в конечном
счете привело бы к уголовному преследованию.
В связи с этим важным представляется вопрос отграничения
заведомо ложного доноса ст. 306 УК РФ от клеветы, соединенной с
обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого
преступления ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, поскольку данный состав после
непродолжительного отсутствия вновь содержится в Уголовном кодексе
РФ. При кажущейся аналогичности этих составов преступлений в них
имеются существенные различия.
Кроме того, что объектом преступного посягательства клеветы в
отличие от заведомо ложного доноса являются отношения,
складывающиеся по поводу чести, достоинства и деловой репутации,
при квалификации и доказывании объективной стороны преступного
деяния, следует акцентировать внимание на том, кому была сообщена
информация о якобы совершенном преступлении. При клевете,
соединенной с обвинением лица в совершении тяжкого или особо
тяжкого преступления, достаточно того, чтобы не соответствующая
действительности информация стала известна какому-либо третьему
лицу. При этом распространяющий ложную информацию о якобы
совершенном тяжком или особо тяжком преступлении не ставит своей
целью возбуждение уголовного дела с последующим уголовным
преследованием.
Проблемы, поднятые в настоящей статье, имеют важное
теоретическое и практическое значение, поскольку складывающаяся в
настоящее время судебная практика применения ст. 306 УК РФ весьма
противоречива, что отрицательно влияет на защиту охраняемых ей
правоотношений. Многие вопросы, касающиеся заведомо ложного
доноса, имеют межотраслевой характер уголовного и уголовнопроцессуального права, что определяет существующие пробелы в
действующем законодательстве, которые необходимо устранить.
84
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Список литературы
1. Алиев Т.Т., Громов Н.А., Царева Н.П. Порядок собирания
документов-доказательств в уголовном процессе // Адвокатская
практика. 2003. № 5.
2. Бюллетень Липецкого областного суда (третий квартал 2008
года) URL: http://oblsud.lpk.sudrf.ru/index.php (дата обращения
03.12.2012)
3. Власов И.С. Об объекте преступления против правосудия //
Ученые записки ВНИИСЗ. М., 1964. Вып. 1/8.
4. Гладышева О., Солонникова Н. Несовершеннолетние заявители
о преступлении // Законность. 2008. № 8.
5. Козлова Н. За ложный донос стали чаще сажать // Рос. газ. 2009.
15 окт.
6. Кокорев Л.Д. Кузнецов Н.П. Уголовный процесс:
доказательства и доказывание. Воронеж, 1995.
7. Обзор судебной практики Пензенского областного суда за III
квартал 2004 г. // СПС «ГАРАНТ» (дата обращения 03.12.2012)
8. Основные понятия Уголовного кодекса РФ: международные
акты, российские нормативно-правовые акты, судебная практика / под
ред. А.В. Галаховой. М., 2010.
9. Рарог А.И. Настольная книга судьи по квалификации
преступлений: практ. пособие. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2009.
10. Смолин С.В. Уголовная ответственность за заведомо ложный
донос. М., 2012.
85
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
FALSE ACCUSATION: SOME QUESTIONS OF
QUALIFICATION AND EVIDENCE.
A.I. Anuchina
Voronezh State University
This article gives a detailed analysis of a crime under Article 306 of the
Criminal Code, and drawn attention to the problem of proving the elements.
The paper rightly noted the difficulties in the application of the Criminal Code
and the Criminal Procedure Code of the Russian Federation and emphasize
interdisciplinary nature of the crime.
Special attention is paid to the problem of prevention of criminal liability
for misleading information of persons under the age of criminal responsibility
in accordance with Art. 306 of the Criminal Code and offer the best way to
resolve this issue. An important consideration in the article is the category of
"actual knowledge" as the characteristics of the subjective side of the offense
and the problems associated with its proof. An original approach to the
definition of the term. Are good examples of judicial practice, which
emphasize visual problems raised in the article. Disclosure issues related to
the evidence of an objective set out by the opposition parties and comparison
misleading information to slander, which is connected with the accusation of
a serious or especially serious crime that is of special interest.
Keywords: false accusation, honor, dignity, defamation, reputation,
personality, a statement of the offense.
Об авторе:
АНУЧИНА Анна Игоревна – соискатель кафедры уголовного
права Воронежского государственного университета (394068,
г.Воронеж, ул. Ракитинская, д.4), e-mail: anuchina86@mail.ru.
86
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 86 – 96.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
УДК 351.713
ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ
КОНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИИ ПРАКТИКИ НАЛОГОВОГО
АДМИНИСТРИРОВАНИЯ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Ф.А. Балаж
Тверской государственный университет
Статья посвящена проблематике трудностей, с которыми сопряжена
практика налогового администрирования в Российской Федерации в
связи с институциональной рассогласованностью профильного
законодательства и его необходимой конституционализацией.
Ключевые слова: налоговое администрирование, законодательство о
налогах и сборах, координационная практика налоговых органов,
конституционализация профильного законодательства.
Конституция РФ устанавливает обязанность каждого платить
законно установленные налоги и сборы (ст. 57), которая на отраслевом
уровне конкретизирована в положении п. 1 ст. 3 Налогового кодекса
Российской Федерации (далее – НК РФ). К сожалению, не все
налогоплательщики подходят к выполнению этой обязанности
надлежащим и добросовестным образом, и потому на государство в
лице уполномоченных органов ложится задача обеспечения требований
налогового
законодательства
посредством
налогового
администрирования. «Вопросы налогового администрирования в той
или иной степени присутствуют в работах, посвященных налоговому,
финансовому праву, субъектам налогового права, налоговому процессу,
правоотношениям, налоговому контролю и др.»1. Мы же
принципиально важным полагаем конституционный аспект этой
практики, с учетом определяющего значения которого и следует
подходить ко всем возникающим здесь проблемам. Основными
государственными
органами,
осуществляющими
налоговое
администрирование в Российской Федерации (взимание налогов и
сборов, а также имеющих аналогичную конституционную природу
страховых взносов), являются
федеральная налоговая служба,
таможенные органы, фонд обязательного медицинского страхования и
пенсионный фонд. Ранее мы затрагивали проблемы, связанные с
частичной
разбалансировкой
взаимодействия
налоговых
администраторов2, вызванные принятием Федерального закона от 24
1
Хомяков А.П. К вопросу о понятии и правовой природе налогового
администрирования // Финансовое право. 2011. № 4. С. 34.
2
Балаж Ф.А. К вопросу о конституционно-правовой состоятельности и следствиях
отмены единого социального налога // Проблемы права. 2011. № 1. С. 137–142.
87
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
июля 2009 г. № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд
Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской
Федерации, Федеральный
фонд
обязательного медицинского
страхования и территориальные фонды обязательного медицинского
страхования»3 (далее – Закон № 212-ФЗ) и сопутствующими
изменениями в НК РФ4. В настоящей статье остановимся на сходном
положении дел, сложившемся между органами внутренних дел и
федеральной налоговой службой и подтверждающим то широко
признанное в науке мнение, что совершенствование налогового
администрирования в значительной степени зависит от устранения
пробелов и коллизий в правовых нормах в этой сфере5.
Институциональные параметры взаимодействия названных
публично-властных
инстанций
также
задаются
налоговым
законодательством. Согласно ст. 9 НК РФ участниками отношений,
регулируемых законодательством о налогах и сборах, являются
организации и физические лица, признаваемые в соответствии с
налоговым кодексом налогоплательщиками или плательщиками сборов,
налоговыми агентами, и налоговые органы (федеральный орган
исполнительной власти, уполномоченный по контролю и надзору в
области налогов и сборов, и его территориальные органы). Однако
конституционное единство цели охраны правопорядка и обеспечения
законности
предполагает
скоординированное
взаимодействие
специализированных (налоговых) органов с органами внутренних дел
(далее – ОВД), которым (наряду со следственными органами) в НК РФ
посвящена глава 6. Таким образом, координационная практика
выступает
необходимым
подвидом
практики
налогового
администрирования. В частности, согласно ст. 36 НК РФ по запросам
налоговых органов ОВД участвуют вместе с налоговыми органами в
проводимых налоговыми органами выездных налоговых проверках (п.
1) и при выявлении обстоятельств, требующих совершения действий,
отнесенных налоговым кодексом к полномочиям налоговых органов,
обязаны в десятидневный срок со дня выявления указанных
обстоятельств направить материалы в соответствующий налоговый
орган (п. 2). Данные установления, как нетрудно заметить, не
конкретизируют функциональную нагрузку, в рамках необходимого
взаимодействия на ОВД. Не обеспечивают этого, по понятным
причинам, и ведомственные конкретизации актуальных налоговых
3
СЗ РФ. 2009. № 30. Ст. 3738.
Согласно Федеральному закону от 24 июля 2009 г. № 213-ФЗ утратила силу Глава 24
НК РФ (см.: Рос. газ. 2009. 29 июля).
5
См., в частности: Маслов К.В. Дефекты правового регулирования операций с
информацией как препятствие в развитии налогового администрирования //
Финансовое право. 2011. № 8. С. 17.
4
88
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
запросов6. К этому фактору следует подходить критически, как
заведомо снижающему эффективность правового регулирования. Ведь
«недостаточная
законодательная
регламентация
вопросов
координационной
практики
является
крайне
серьезным
обстоятельством, негативно сказывающимся на эффективности
последней»7. Правотворческая практика должна неуклонно следовать
цели согласования социальных интересов в рамках правообразующего
интереса8, тем более если воспринимается и осуществляется она в
контексте конституционализации системы законодательства и
правоприменительной деятельности9. Общим (правообразующим)
интересом при таком подходе может быть признан только
конституционно
оптимальный
режим
административного
сопровождения всеобщей конституционной налоговой обязанности.
Режим, при котором интересы государства и налогоплательщика
получают необходимое согласование.
Полномочия и требования к практике органов ОВД
устанавливаются профильным законодательством, институциональную
базу которого в настоящий момент представляют Федеральный закон от
7 февраля 2011 г. «О полиции» №-3 ФЗ10 (далее – Закон о полиции), а
также принятые позднее «пакетные» по отношении к нему законы.
Существует и достаточно развернутая подзаконная служебная
регламентация в этой области11, но ее ресурс нельзя признать
самостоятельным. Законодатель связал назначение полиции с
обеспечением общественной безопасности в целом (ч. 1 ст. 1 Закона о
6
Своим Письмом от 24.08.2012 № АС-4-2/14007@ «Об участии органов внутренних
дел в выездных налоговых проверках», ФНС в целях качественного и полного сбора
доказательственной базы по нарушениям законодательства о налогах и сборах,
повышения эффективности совместной работы поручила в обязательном порядке
инициировать привлечение сотрудников органов внутренних дел для участия в
проводимых налоговыми органами выездных налоговых проверках в прямо
определенных случаях // СПС «КонсультантПлюс».
7
Максуров А.А. Эффективность координационной практики. Ярославль, 2005. С. 95.
8
Проблемы общей теории права и государства. / под ред. В.С. Нерсесянца. М., 2003.
С. 513.
9
О связанных с этим требованиях к юридической практике см., в частности: Крусс
В.И. Понятие, актуальность и формы конституционализации права // Вестн. ТвГУ.
Серия «Право». 2012. № 19. С. 104–119.
10
СЗ РФ. 2011. № 7. Ст. 900.
11
Приказом МВД РФ № 495, ФНС РФ № ММ-7-2-347 от 30.06.2009 (ред. от
14.11.2011) были утверждены Инструкция о порядке взаимодействия органов
внутренних дел и налоговых органов при организации и проведении выездных
налоговых проверок и Инструкция о порядке направления органами внутренних дел
материалов в налоговые органы при выявлении обстоятельств, требующих
совершения действий, отнесенных к полномочиям налоговых органов, для принятия
по ним решения // Рос. газ. 2009. 16 сент.; 2011. 28 дек.
89
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
полиции), а это состояние недостижимо без наведения порядка в
налогообложении. Как справедливо указывается в литературе,
«эффективная реализация налоговых норм – одно из важнейших
условий стабильного и последовательного развития современного
российского общества, его экономическая и социальная основы»12.
Понятно, что без определенной правоохранительной специализации
такая эффективность недостижима. Обязанности по взаимодействию с
налоговыми органами возложены на подразделения по экономической
безопасности и противодействию коррупции, из чего следует, что в
соответствии с положением п. 28 ч. 1 ст. 13 Закона о полиции именно
они имеют право и должны в рамках совместных выездных налоговых
проверок осуществлять оперативно-розыскную деятельность в целях
выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений. В
соответствии с п. 34 ч. 1 ст. 12 Закона о полиции, корреспондирующего
с положениями п. 2 ст. 36 НК РФ, в налоговый орган в десятидневный
срок для принятия решения направляются материалы о выявленных при
проведении оперативно-розыскных действий нарушениях налогового
законодательства. В принципе это логично, так как на данном этапе
налогового администрирования еще не выявлены обстоятельства,
позволяющие говорить о признаках совершения налогоплательщиком
какого-либо правонарушения, и идет предварительная проверка его
деятельности. Тут-то и обнаруживается рассогласованность норм
действующего законодательства13. Согласно ст. 7 Федерального закона
от 12 августа 1995 г. «Об оперативно-розыскной деятельности» №144ФЗ (ред. от 29.11.2012)14 (далее – Закон об ОРД), основаниями для
проведения оперативно-розыскных мероприятий являются либо
наличие возбужденного уголовного дела, либо, если нет достаточных
данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, ставшие
известными
органам,
осуществляющим
оперативно-розыскную
деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого
или совершенного противоправного деяния, а также лицах, его
подготавливающих, совершающих или совершивших. Причем, как
установил Конституционный Суд РФ, исходя из смысла Закона об ОРД,
его ст. 1, 2, 7, ч. 2 ст. 8 и ст. 10, определяющих цели, задачи, основания
и условия проведения оперативно-розыскных мероприятий, под
противоправным деянием подразумевается лишь уголовно наказуемое
деяние, т. е. преступление; когда же в ходе оперативно-розыскной
12
Власенко Л.В. Налоговые правовые позиции судов: теория и практика: монография.
М., 2011. С. 5.
13
К сожалению, даже в работах предметной направленности об этом зачастую ничего
не говорится. См., например: Комлев В.Н. Об участии полиции в налоговых проверках
// Налоги. 2011. № 5. С. 10–13.
14
СЗ РФ. 1995. № 33. Ст. 3359.
90
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
деятельности обнаруживается, что речь идет не о преступлении, а об
иных видах правонарушений, то проведение оперативно-розыскных
мероприятий в силу ст. 2 и ч. 4 ст. 10 должно быть прекращено15. Таких
данных в запросах налоговых органов, как правило, не содержится и
содержаться не может: нельзя официально заявлять о наличии
признаков противоправного налогового деяния, пока не проведена (не
закончена) налоговая проверка.
Казалось бы, именно на стадии идущей налоговой проверки и
целесообразно
подключить
ОВД
с
целью
совместного
документирования возможных противоправных схем, но это формально
противоречит приведенной выше статье Закона об ОРД и плохо
соотносится с конституционным принципом презумпции невиновности.
Таким образом, Существующую коллизию можно, казалось бы,
преодолеть благодаря упоминавшемуся положению п. 34 ст. 12 Закона о
полиции, согласно которому ОВД должны направлять материалы в
налоговый орган для принятия по ним решения при выявлении
обстоятельств, требующих совершения действий, отнесенных НК РФ к
полномочиям налоговых органов. Логично полагать, что это правило
касается ОВД независимо от их правоохранительной специализации и,
если в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий стало
известно о совершаемых противоправных действиях в сфере
налогообложения, соответствующие службы обязаны направить
материалы в налоговый орган. Однако в ст. 11 Закона об ОРД,
регламентирующей порядок использования результатов оперативнорозыскной деятельности и устанавливающей круг лиц, которым они
могут быть предоставлены, о налоговых органах ничего не говорится.
На практике эти положения трактуют буквально, что соответствует
характеру публично-правовых установлений о статусах и компетенции.
В результате получается замкнутый круг: в налоговом законодательстве
декларируется совместная работа правоохранительных органов при
координирующей роли налоговых органов, а приступить к решению
поставленных задач нельзя в силу рассогласованности законодательных
положений. «Различными авторами по вопросу о возможности принятия
уголовно-процессуальных решений по материалам ОРД, содержащим
признаки состава налогового преступления, но по которым налоговым
органом de-jure не установлен факт совершения нарушения налогового
законодательства и, соответственно, не принято решение об этом,
высказывается единая точка зрения. Без вступившего в силу решения
налогового органа уголовное дело не должно направляться в суд с
15
Определение Конституционного Суда РФ от 14.07.1998 № 86-О по делу о проверке
конституционности отдельных положений Федерального закона «Об оперативнорозыскной деятельности» по жалобе гражданки И.Г. Черновой // СЗ РФ. 1998. № 34.
Ст. 4368.
91
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
обвинительным заключением, по делу не может быть принято решение
об освобождении лица от уголовной ответственности, так как факт
совершения
налогового
правонарушения
не
зафиксирован
16
компетентным органом в установленном законе порядке» .
С учетом общих требований конституционной законности
обозначенная выше коллизия все же преодолевалась следующим
образом: если на стадии выездной налоговой проверки выявлялась
схема уклонения от уплаты налогов, налоговый орган направлял в ОВД
запрос об участии в выездной налоговой проверке. Руководствуясь
полученным запросом, ОВД проводили совместные мероприятия с
налоговым органом в рамках НК РФ и параллельно с этим специальные
подразделения этих органов проводили оперативно-розыскные
мероприятия в рамках Закона об ОРД. При подтверждении
противоправных действий, не дожидаясь решения налогового органа,
материалы оперативно-розыскной деятельности предоставлялись в
следственные органы для возбуждения уголовного дела. Налоговый
орган при этом выносил свое решение и, если налогоплательщик
оспаривал его в арбитражном суде, выходил с ходатайством перед
судом о запросе материалов из уголовного дела. С учетом того, что, как
правило, уголовные дела расследовались быстрее, чем шла процедура
обжалования решения налогового органа, в арбитражный суд мог
предоставляться приговор о виновности налогоплательщика в
уклонении от уплаты налогов либо, если уголовное дело еще не было
расследовано, легализованные материалы оперативно-розыскной
деятельности. В итоге совместными скоординированными действиями
налоговых органов и ОВД часто удавалось достичь возложенных на них
целей по обеспечению конституционной законности в практике
налогообложения и защитить государственные экономические
интересы.
Ситуация изменилась в худшую сторону после вступления в силу
Федерального закона от 6 декабря 2011 г. № 407-ФЗ, внесшего
дополнения в ст. 140 УПК РФ17. Теперь поводом для возбуждения
уголовного дела о преступлениях, предусмотренных ст. 198 – 199.2 УК
РФ, служат только те материалы, которые направлены налоговыми
органами в соответствии с законодательством о налогах и сборах для
решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Непосвященным
достаточно трудно представить, насколько громоздкой и сопряженной с
разнообразными «факультативными» вариантами ее недобросовестного
затягивания налогоплательщиками оказывается процедура подготовки и
16
Маслов И., Новиков А. Нерешенные проблемы стадии возбуждения уголовного дела
при рассмотрении сообщений о налоговых преступлениях // Уголовное право. 2011. №
5. С. 85–90.
17
СЗ РФ. 2011. № 50. Ст. 7349.
92
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
оформления таких материалов. В частности, по результатам выездной
налоговой проверки налогоплательщику вручается акт о ее результатах,
на который он может написать возражения18; с учетом возражений
налогоплательщика выносится
решение налогового органа о
результатах выездной налоговой проверки, которое налогоплательщик
имеет право обжаловать в вышестоящий налоговый орган19; наступает
период досудебного разрешения возникшего публично-правового
спора; налогоплательщик, которому отказано в удовлетворении его
жалобы, имеет право обжаловать его уже в арбитражный суд и затем
обратиться в апелляционную и кассационную инстанции (что, как
правило, и происходит); и только если в течение двух месяцев после
вступления в силу решения арбитражного суда налогоплательщик не
уплатил сумму, причитающуюся к уплате в бюджет (с учетом пеней и
штрафов), материалы направляются для решения вопроса о
возбуждении уголовного дела.
Такая многоэтапная процедура получила признание своей
конституционности в правовых позициях Конституционного Суда РФ,
актах органов конвенционной юстиции, соответствует общепризнанным
принципам и нормам международного права, букве и духу Конституции
РФ, и мы, разумеется, не можем ставить под сомнение ее
состоятельность. В частности, Конституционный Суд РФ неоднократно
подчеркивал, что, вытекающее из ст. 46 Конституции РФ и
обеспечивающее законное осуществление гражданами и юридическими
лицами иных прав право на обжалование в суд любого правового акта
обеспечивается – по жалобам граждан на нарушение их прав и свобод
нормативными и ненормативными актами федеральных органов
государственной власти – проверкой, осуществляемой на основании
гражданского процессуального и арбитражного процессуального
законодательства; в соответствии с НК РФ налогоплательщик,
18
Право налогоплательщиков представлять налоговым органам и их должностным
лицам пояснения по исчислению и уплате налогов, а также по актам проведенных
налоговых проверок предусмотрено в подп. 7 п. 1 ст. 21 части первой НК РФ. В
соответствии с п. 6 ст. 100 НК РФ лицо, в отношении которого проводилась налоговая
проверка (его представитель), в случае несогласия с фактами, изложенными в акте
налоговой проверки, а также с выводами и предложениями проверяющих вправе
представить в соответствующий налоговый орган письменные возражения по
указанному акту в целом или по его отдельным положениям.
19
В соответствии с положениями ст. 137 и п. 1 ст. 138 части первой НК РФ каждое
лицо имеет право обжаловать акты налоговых органов ненормативного характера,
действия или бездействие их должностных лиц в вышестоящий налоговый орган
(вышестоящему должностному лицу) или в суд, если, по мнению этого лица, такие
акты, действия или бездействие нарушают его права. При этом акт выездной
налоговой проверки, как следует из положений, предназначен для оформления
результатов такой проверки и сам по себе не порождает изменений в правах и
обязанностях налогоплательщиков.
93
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
полагающий, что его права нарушены актом налогового органа, в том
числе актом ненормативного характера, действиями или бездействием
их должностных лиц, может обжаловать их в вышестоящий налоговый
орган (вышестоящему должностному лицу) или в суд; при этом
судебное обжалование актов налоговых органов, действий или
бездействия их должностных лиц организациями и индивидуальными
предпринимателями производится путем подачи искового заявления в
арбитражный суд в соответствии с арбитражным процессуальным
законодательством (ст. 137 и 138)20.
Но нельзя не учитывать и того обстоятельства, что в итоге до
направления материалов налоговой проверки, свидетельствующих о
необходимости возбуждения уголовного дела, в соответствующие
органы может пройти много месяцев и даже лет. Недобросовестные
налогоплательщики научились успешно использовать эту временную
«фору» для сокрытия следов противоправного деяния, создания
объективно
непреодолимых
трудностей
их
окончательного
изобличения, возмещения причиненного ими вреда бюджету и
восстановления конституционной справедливости. Фактически не
определена, в частности, общая длительность арбитражной стадии.
Можно утверждать также, что с учетом существующей практики
рассмотрения дел в арбитражном суде многие дела проигрываются
налоговой службой по формальным основаниям и именно потому, что
предоставить суду в качестве процессуальных доказательств результаты
оперативно-розыскной деятельности в отношении налогоплательщиков
не могут ни сами налоговые органы, ни получившие эти оперативнорозыскные данные ОВД.
На наш взгляд, такое положение дел далеко от
конституционного; оно существенно снижает эффективность
принимаемых государством мер по оптимизации налогообложения и
декриминализации экономики, способствует росту коррупции, выводу
значительной части доходов хозяйствующих субъектов в теневой
оборот и, как итог, ведет к неоправданному росту дефицита бюджета в
период мирового экономического кризиса21. Необходимо внести
20
Определение Конституционного Суда РФ от 04.12.2003 г. № 418-О по жалобе
гражданина Егорова Андрея Дмитриевича на нарушение его конституционных прав
положениями ст. 137 и 138 Налогового кодекса Российской Федерации, ст. 22
Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 1995 г., ст. 29 и 198
Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 2002 года // ВКС РФ.
2004. № 2.
21
В литературе указывают, в частности, на актуальную связь современной глобальной
мобильности
субъектов
хозяйственной
деятельности
с
необходимостью
совершенствования форм взаимодействия налоговых администраций для обеспечения
баланса интересов (см.: Журавлева О.О., Исмаилова Л.Ю. Новые информационные
масс-медийные технологии в налоговом администрировании. Мировые тренды и
94
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
взаимосвязанные изменения в налоговое законодательство и
законодательство о правоохранительной и оперативно-розыскной
деятельности, которые позволили бы купировать названные проблемы,
а налоговым органам прийти к реальному выполнению возложенной на
них функции координации правоохранительных действий в сфере
налогообложения.
Вопросы совершенствования налогового администрирования
последовательно подтверждают свою актуальность. Основные
направления налоговой политики Российской Федерации на 2013 г. и на
плановый период 2014 и 2015 гг. (одобрены Правительством РФ
07.07.2011) с учетом необходимости обеспечения бюджетной
сбалансированности предполагают увеличение доходов бюджетной
системы Российской Федерации, в том числе посредством принятия мер
в области налогового администрирования, а также ликвидации
имеющихся возможностей для уклонения от налогообложения.
Предусматривается, например, внести в НК РФ ряд изменений,
направленных на предоставление налоговым органам прав на получение
дополнительной информации, необходимой для осуществления
налогового контроля, в частности от банков22. Как справедливо считает
А.Ю. Ильин, увеличение собираемости налогов должно достигаться не
за счет увеличения налоговых ставок, а за счет расширения базы
налогообложения налогоплательщиков, искусственно занижающих или
скрывающих объекты налогообложения23.
отечественная практика // Финансовое право. 2012. № 9. С. 21–27).
22
СПС «КонсультантПлюс».
23
Ильин А.Ю. Влияние налогового администрирования на собираемость налогов //
Финансовое право. 2012. № 1. С. 21.
95
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
CONSTITUTIONALIZATION'S INSTITUTIONAL ASPECTS
OF PRACTICE OF TAX ADMINISTRATION
IN THE RUSSIAN FEDERATION
F.A.Balazh
Tver state university
Article is devoted to a perspective of difficulties to which practice of tax
administration in the Russian Federation in connection with an institutional
mismatch of the profile legislation and its necessary konstitutsionalization is
interfaced.
Keywords: tax administration, legislation on taxes and fees, coordination
practice of tax authorities, konstitutsionalization of the profile legislation.
Об авторе:
БАЛАЖ Ференц Александрович – аспирант кафедры теории
права юридического факультета Тверского государственного
университета
(170100,
г. Тверь,
ул. Желябова,
33),
e-mail:
t-prava@yandex.ru.
96
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 97 – 114.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
УДК 347.6: 347.469.1
МЕДИАЦИЯ КАК СПОСОБ ЗАЩИТЫ СЕМЕЙНЫХ ПРАВ
М.С. Иванова
Тверской государственный университет
Автором исследуется использование медиации в системе форм и
способов защиты семейных прав. Дается определение медиации как
способа защиты семейных прав. Обосновывается вывод о
самостоятельности такого способа защиты прав, как медиация, делается
вывод о необходимости внесения изменений в законодательство.
Ключевые слова: медиация, форма защиты, семейно-правовой спор,
способ защиты, право на защиту.
Всеобщая декларации прав человека 1948 г. в п. 3 ст.16
закрепляет: «Семья является естественной и основной ячейкой
общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства».
В Международном пакте «О гражданских и политических правах» 1966
г. (п. 1, 2 ст. 23), в Международном пакте «Об экономических,
социальных и культурных правах» 1966 г. (п. 1 ст. 10)1 предусмотрено
право на защиту и охрану семьи. В Российской Федерации семья,
материнство и детство находятся под защитой государства (ст. 38
Конституции РФ). Конституция РФ гарантирует государственную
защиту и поддержку семьи, материнства, отцовства и детства. Правовая
защита
семьи
является
актуальной
темой
как
на
внутригосударственном, так и на международном уровне. Это
обусловлено ценностью семьи, семейного воспитания детей для
каждого государства в отдельности и общества в целом.
Государство проявляет заботу о семье с помощью целого ряда мер
(правовых, социально-экономических, культурных, демографических и
иных), среди которых особое место занимают законодательные нормы,
направленные на укрепление семьи. Они нацелены на установление в
семье
отношений,
способствующих
максимально
полному
удовлетворению
интересов
личности,
созданию
условий,
обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие каждого члена
семьи, воспитание детей гармоничными и всесторонне развитыми
членами общества.
В соответствии со ст.1 Семейного кодекса РФ (далее – СК РФ)
семейное законодательство исходит из
- необходимости укрепления семьи;
- недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела
семьи;
1
Права человека: сб. документов. М., 2004. С. 85–89.
97
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
- обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи
своих прав;
- возможности судебной защиты этих прав.
Регулирование семейных отношений осуществляется в
соответствии с принципами добровольности, равенства прав и
разрешения внутрисемейных вопросов по взаимному согласию.
Из статьи 1 СК РФ следует, что основной целью
законодательного регулирования семейных правоотношений является
укрепление семьи.
На реализацию именно этого принципа направлены другие
положения СК РФ. Стабильность семейных правоотношений
обеспечивается недопустимостью произвольного вмешательства коголибо, включая государство в лице его органов, в дела семьи, а также
возможностью судебной защиты.
С одной стороны, СК РФ исходит из разрешения
внутрисемейных вопросов по взаимному согласию, предусматривая
право на их защиту, с другой стороны, устанавливает, что защита
семейных прав осуществляется государственными органами только в
судебном порядке и только в случаях, прямо предусмотренных СК РФ.
Проблематика форм, способов, порядка защиты семейных прав
неоднократно являлась предметом научных дискуссий по семейному
праву. Тем не менее актуальность данного исследования обусловлена
необходимостью рассмотреть вопросы форм и способов защиты
семейных прав в связи с развитием института медиации в России.
Федеральным законом «Об альтернативной процедуре
урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)»
(далее – Закон о медиации2 медиация рассматривается как
альтернативная процедура урегулирования споров с участием в качестве
посредника
независимого
лица,
согласно
действующему
законодательству может быть применена к спорам, вытекающим из
семейных правоотношений.
При использовании процедуры медиации субъекты спора в ходе
переговоров, как правило, достигают такого соглашения, которое
устраивает всех участников, и сглаживают (либо устраняют) причины
конфликта, вызвавшие правовой спор. Это в полной мере относится и к
семейно-правовым спорам.
Понятие медиации, с одной стороны, для российского
законодательства является новым, в то же время различные формы
посредничества и примирения как в судебном, так и досудебном
2
Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре
урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» // Российская
газета. 2010. 30 июля.
98
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
порядке
давно
известны
и
широко
используются
в
правоприменительной практике (например, мировое соглашение,
третейские суды).
Исследование медиации как способа урегулирования споров,
вытекающих
из
семейно-правовых
отношений,
теоретически
необходимо в контексте механизма защиты семейных прав,
обозначенного в ст. 8 СК РФ. В данной статье указано, что защита
семейных прав осуществляется судом, а в предусмотренных законом
случаях – государственными органами, в том числе органами опеки и
попечительства. Таким образом, действующее законодательство не
относит медиацию ни к формам, ни к способам защиты, а при
действующей формулировке ст. 8 СК РФ урегулирование семейного
спора с участием посредника отсутствует, из-за чего сложно
рассматривать медиацию как защиту семейных прав. С целью
исследования специфики медиации с точки зрения защиты семейных
прав предлагается эта статья.
Исходя из названия второй главы Семейного кодекса РФ,
осуществление семейных прав и их защита взаимосвязаны. При этом
термин «защита» употребляется наряду с термином «охрана».
Защита семьи государством заключается в создании социальноэкономических предпосылок существования здоровой, потенциально
прочной семейной общности, способной в полной мере удовлетворять
потребности объединяющих ее лиц.3 В соответствии с п. 2 ст. 7 СК РФ
семейные права охраняются законом, за исключением случаев, если они
осуществляются в противоречии с назначением этих прав. Термин
«охрана» имеется в п. 1 ст. 70 и п. 3 ст. 73 СК РФ. По мнению Е.В.
Каймаковой, «в этих двух случаях имеет место подмена понятий,
поскольку охранять права может закон, а защищать эти права
конкретные лица и органы».4
Как верно отмечает Е.А. Душкина, «в ряде случаев в СК РФ
сформулированы положения и об охране прав, но без использования
понятия "охрана". В соответствии со ст. 30 СК РФ признание брака
недействительным не влияет на права детей, родившихся в таком браке
или в течение 300 дней со дня признания брака недействительным.
Подобная направленность характерна для многих норм СК РФ
охраняющих права и интересы, на которые еще никто не посягал.
Например, ст.ст. 48, 49, 75 и другие нормы Семейного кодекса РФ»5.
3
Конституция РФ. Комментарий / под общей ред. Б.Н. Топорнина, Ю.М. Батурина, Р.Г.
Орехова. М., 1994. С. 216.
4
Каймакова Е.В. Защита семейных прав: дис. … канд. юр. наук. Курск, 2011. С. 36.
5
Душкина Е.А. Проблемы защиты семейных прав по семейному праву РФ: дис. …
канд. юр. наук. Белгород, 2006. С.15–16.
99
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
И все же в большинстве случаев в СК РФ используется термин
«защита». Анализируя смысл и значение слов «защита» и «охрана», Е.В.
Каймакова приходит к выводу, что понятие «охрана» имеет
предупредительное значение и применяется для статических
правоотношений, а «защита» направлена на прекращение посягательств
и характерна для динамических отношений. Следует согласиться с
данным автором и в той части, что «эти правовые категории взаимно
дополняют друг друга, а защита является завершительной стадией
охраны»6.
В отличие от правоотношений других отраслей права для
семейно-правовых отношений характерно наличие особых связей
между субъектами. Лично-доверительный характер семейных
правоотношений, преобладание личных неимущественных отношений
над иными осложняют четкое разграничение ситуаций, когда
применяются меры охраны, а когда способы защиты. Например,
ограничение родительских прав в том случае, если родитель страдает
психическим заболеванием, с одной стороны, превентивная мера, так
как имеет место невиновное поведение лиц, и, следовательно, возникает
охранительное отношение. С другой стороны, ограничение прав
родителя в данном случае направлено на защиту прав ребенка, т. е.
является способом защиты.
Что
касается
применения
процедуры
медиации
для
урегулирования семейных споров, то возникает вопрос, какие
правоотношения имеют место – охранительные или по защите прав?
Для определения положения медиации в контексте категорий «защита»
и «охрана» семейных прав следует обратиться к научным дискуссиям.
В юридической энциклопедии под ред. Ю.А. Тихомирова под
защитой
понимается
«предусмотренная
национальным
законодательством комплексная система мер, применяемых
для
обеспечения свободной и надлежащей реализации субъективных прав,
включающая судебную защиту, законодательные, экономические,
организационно-технические и другие средства и мероприятия, а также
самозащиту гражданских прав»7.
В учебной литературе право на защиту рассматривают как
предоставленную законом управомоченному лицу возможность
применения мер правоохранительного характера для восстановления
его нарушенного или оспариваемого права8.
6
Каймакова Е.В. Указ. соч. С. 38.
Юридическая энциклопедия / под ред. М.Ю. Тихомирова. М., 2005. С. 338.
8
Гражданское право: учебник: в 3 т. Т. 1 / Е.Н. Абрамова, Н.Н. Аверченко, Ю.В.
Байгушева [и др.]; под ред. А.П. Сергеева. М., 2010 // СПС «Гарант».
7
100
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Существует мнение, что право на защиту представляет собой
самостоятельное субъективное право, которое возникает у лица в
момент нарушения или оспаривания его прав и влечет возникновение
охранительного правоотношения9.
Таким образом, государство, гарантируя защиту прав, создает
систему различных мер, законодательно их регламентирует, чтобы в
случае нарушения или угрозы нарушения прав лицо имело возможность
этими мерами воспользоваться.
Полагаем, что под правом на защиту следует понимать
совокупность
предусмотренных
законодательством
действий
(процессуальных,
административных,
фактических),
которые
направлены на устранение угрозы нарушения, на восстановление
оспариваемого, нарушенного права и интереса.
Обеспечение возможности беспрепятственного осуществления
субъективных прав в сфере семейного права тесно связано с правом на
защиту.
При нарушении семейных прав субъекты семейных
правоотношений приобретают право на их защиту. Комплекс
предусмотренных законом мер по признанию и восстановлению
семейных прав, пресечению правонарушений, применению к
нарушителям семейно-правовых санкций, а также механизм реализации
этих мер является защитой семейных прав.
Следует согласиться с Е.А. Душкиной, которая предлагает под
правом на защиту семейных прав понимать обеспеченную законом
возможность самостоятельного обращения в суд или к иным
компетентным органам с требованием о принятии предусмотренных
законом мер воздействия, направленных на пресечение незаконных
действий, признание или восстановление нарушенного семейного
права10.
Анализируя приведенные точки зрения применительно к
медиации, можно сделать следующий вывод. Разрешение семейноправовых споров возможно в том числе и при использовании процедуры
медиации, суть которой состоит в переговорах между спорящими
сторонами при участии и под руководством нейтрального третьего лица
9
Елисейкин П.Ф. Правоохранительные нормы: понятие, виды, структура // Защита
субъективных прав и гражданское судопроизводство. Ярославль, 1977;
Крашенинников Е.А. Структура субъективного права и право на защиту // Там же;
Ромовская З.В. Проблемы защиты в советском семейном праве: автореф. дис. ... д-ра
юр. наук. Харьков, 1987; Власова А.В. Структура субъективного гражданского права.
Ярославль, 1998. С. 94; Гражданское право / под ред. Е.А. Суханова. 2-е изд. М., 1998.
Т. 1. С. 409.
10
Душкина Е.А. Проблемы защиты семейных прав по семейному праву РФ: автореф.
дис. ... канд. юр. наук. М., 2006. С. 7.
101
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
– посредника, не имеющего при этом права выносить обязательное для
сторон решение.
Правовой спор между субъектами возникает тогда, когда имеет
место нарушение прав. Например, один из супругов желает развестись,
а другой возражает против расторжения брака. При этом реализация
права на развод одного из супругов нарушает право на сохранение
семьи для другого супруга. В этом случае оба супруга могут
воспользоваться судебной защитой или обратиться к медиатору для
урегулирования спора, поскольку такая возможность предусмотрена
Законом о медиации.
Таким образом, обращение к медиатору для урегулирования
семейно-правового спора является реализацией права на защиту
нарушенного
субъективного
права
посредством
применения
примирительных процедур.
Само по себе закрепление на законодательном уровне права на
защиту семейных прав, безусловно, имеет большое значение, при этом
эффективность правового регулирования защиты семейных прав
обеспечивается за счет регламентации механизма реализации права
посредством установления форм и способов защиты.
Семейное законодательство в целом, в том числе и Семейный
Кодекс РФ, не содержит понятий «форма» и «способ защиты семейных
прав». Четкого перечня форм и способов защиты прав Семейный
Кодекс не определяет, а диспозиция ст. 8 СК РФ является отсылочной.
В толковом словаре С.И. Ожегова «форма» определяется как
способ существования содержания, неотделимый от него и служащий
его выражением. Единство формы и содержания11. Под формой защиты
семейных прав можно понимать определенную систему реализации
конкретных действий, направленных на защиту прав.
В научной литературе форма защиты прав определяется как
комплекс внутренне согласованных организационных мероприятий по
защите субъективных прав и интересов12.
Единого мнения относительно видов форм защиты субъективных
прав нет. Ученые выделяют различные формы защиты прав. Так, М.С.
Шакарян называет три формы: судебную, общественную и
административную13. Также три формы – судебную, арбитражную и
общественную – определяет Д.М. Чечот.14
11
Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. М., 1995. С. 623.
Бутнев В.В. К понятию механизма защиты субъективных прав// Субъективное
право: Проблемы осуществления и защита. Владивосток, 1989. С. 10.
13
Гражданское процессуальное право / под ред. М.С. Шакарян. М., 1996. С. 6.
14
Чечот Д.М. Судебная защита субъективных прав и интересов // Советское
государство и право. 1967. № 8. С. 44.
12
102
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Ю.К. Толстой и А.П. Сергеев считают, что существуют две
основные формы защиты субъективных прав – юрисдикционная и
неюрисдикционная15. Аналогичного мнения придерживается и Н.Ф.
Звенигородская16.
Юрисдикционная форма защиты – это деятельность
уполномоченных государством органов по защите нарушенных или
оспариваемых прав (например, суд, прокуратура, орган опеки и
попечительства,
орган
внутренних
дел,
орган
ЗАГСа.).
Юрисдикционная формы защиты включает общий (судебный) и
специальный (административный) порядок защиты нарушенных прав.
Неюрисдикционная форма защиты – это действия граждан и
организаций по защите прав и охраняемых законом интересов, которые
совершаются ими самостоятельно, без обращения за помощью к
компетентным органам17.
По мнению А.Н. Гуева, «защита семейных прав осуществляется
гражданином самостоятельно. Однако в случаях, предусмотренных в
СК, такая защита может осуществляться органами опеки и
попечительства, иными государственными органами. Защита семейных
прав может осуществляться как в судебном порядке, так и без
обращения в суд. В частности, допускается самозащита семейных прав
(если, конечно, такая защита осуществляется в пределах закона)»18.
Подобная точка зрения небесспорна, потому что самозащита как
неюрисдикционная форма защиты в семейных правоотношениях не
исключается, но не является основной. В связи с этим сложно
согласиться и с утверждением Е.А. Душкиной, которая считает, что
«семейное законодательство не допускает самозащиты нарушенных
семейных прав, самозащита семейных прав возможна лишь в
соответствии с нормами других отраслей права…»19.
Анализируя ст. 8 СК РФ, можно предположить, что закрепляется
только юрисдикционная форма защиты. Однако при обращении к
положениям п. 3 ст. 1 СК РФ очевидно, что не исключена и
неюрисдикционная форма защиты семейных прав.
В связи с изложенным следует отметить, что согласно Закону о
медиации медиатор не относится ни к административным органам, ни к
15
Гражданское право. Ч.1 / под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. Спб, 1996. С. 242–
243.
16
Звенигородская Н.Ф. Соотношение правовых категорий в механизме защиты
семейных прав детей// Вопросы ювенальной юстиции. 2009 // СПС
«КонсультантПлюс».
17
Гражданское право в 3 т. Т.1 / под. ред. А.П. Сергеева. М., 2009. С. 544.
18
Гуев А.Н. Постатейный комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации.
М., 2004. С. 27.
19
Душкина Е.А. Указ. соч. С. 7.
103
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
судебным. Следовательно, урегулирование семейного спора с участием
посредника является неюрисдикционной формой защиты права.
Единство волеизъявления субъектов семейно-правового спора
позволяет в данном случае отграничить применение медиативных
процедур от самозащиты права. Тем не менее соглашение сторон о
применении процедуры медиации и самозащита права имеют сходство,
которое прежде всего выражается самостоятельных действиях,
направленных на восстановление нарушенного или оспариваемого
права при возможности выбора вариантов разрешения спора. Например,
супруги при возникновении спора о разделе имущества не обращаются
в суд, а используют услуги медиатора или при возникновении спора о
расторжении брака решают в ходе примирительных процедур с
участием посредника сохранить брачные отношения. Основное отличие
обращения к посреднику как способа защиты семейных прав от
самозащиты, на наш взгляд, заключается в совместном и добровольном
волеизъявлении сторон спора использовать примирительные процедуры
для защиты прав.
Семейный кодекс РФ, как полагает Н.С. Шерстнева, «закрепляет
две основные формы защиты семейных прав: судебную и
административную. Так, согласно п. 1 ст. 8 защита семейных прав
осуществляется судом по правилам гражданского судопроизводства, а в
предусмотренных СК РФ случаях – государственными органами или
органами опеки и попечительства. Из данной нормы видно, что
законодатель разграничивает судебную
и административную
подведомственность»20.
С тезисом, что судебный и административный порядок являются
формами защиты, согласиться нельзя, поскольку законодательно
определены органы, на которые возложена функция защиты семейных
прав, т. е. в рамках юрисдикционной формы предусмотрены два
порядка защиты. В рамках административного и судебного порядков
предусмотрены конкретные способы защиты.
Обращение к медиатору позволяет субъектам семейных
правоотношений защитить нарушенное право без вмешательства
государства. Исходя из того, что главным принципом медиативных
процедур является добровольность, предполагается, что инициатива
обращение к медиатору исходит как от участника семейно-правового
спора нарушившего право, так и от участника, чье право нарушено. Это
специфика медиации, позволяющая выделить ее в качестве особого
порядка защиты. Ни при самозащите, ни при использовании порядков
юрисдикционной формы защиты прав такая ситуация невозможна.
20
Шерстнева Н.С. Семейно-правовая сущность принципа обеспечения приоритетной
защиты прав и интересов несовершеннолетних // СПС «КонсультантПлюс»
104
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Сложно предположить, что лицо, нарушившее право, обратится в
государственные органы, чтобы восстановить нарушенное право
другого лица.
Изложенное выше позволяет сделать вывод, что урегулирование
семейно-правового
спора
с
участием
посредника
является
альтернативным порядком в рамках неюрисдикционной формы защиты
прав.
В рамках юрисдикционной формы защиты следует рассмотреть
способы, которые могут быть использованы для защиты и
восстановления нарушенных семейных прав и интересов. Термин
«способ» в толковом словаре определен как действие или система
действий, применяемых при исполнении какой-либо работы, при
осуществлении чего-нибудь21. Таким образом, способом защиты
семейных прав является предусмотренная законодательством
последовательность действий, необходимая для защиты нарушенного
права. Эти действия, согласно ст. 8 СК РФ, осуществляются в рамках
судебного и административного порядка и перечислены в отдельных
статьях Семейного кодекса.
В науке семейного права существует несколько определений
«способа защиты семейных прав». Ю.Ф. Беспалов под судебными
способами защиты прав понимает «предусмотренные семейным
законодательством и применяемые судом меры государственного
принуждения, направленные на принудительную реализацию прав,
восстановление (признание) нарушенных (оспоренных) прав и
интересов, устранение угрозы нарушения его прав, воздействие на
виновное лицо»22.
Л.М. Пчелинцева определяет способы защиты семейных права
как «закрепленные материально-правовые
меры принудительного
характера, посредством которых производится восстановление
(признание) нарушенных (оспариваемых) прав и воздействие на
нарушителя»23.
Также Л.М. Пчелинцева отмечает, что «способы защиты
семейных прав определяются спецификой защищаемого права и
характером нарушения. Они указываются применительно к отдельным
видам правоотношений в конкретных нормах СК РФ. Поэтому
обладатель нарушенного семейного права может воспользоваться не
любым, а вполне конкретным способом защиты своего права,
21
Ожегов С.И. Указ. соч. С. 508.
Беспалов Ю.Ф. Понятие семейных прав и их осуществление //Семейное и жилищное
право. 2005. №3. С. 7.
23
Пчелинцева Л.М.Семейное право России: учебник для вузов. М., 2006. С. 79.
22
105
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
предусмотренным
в
соответствующих
нормах
семейного
законодательства»24.
Анализируя нормы Семейного кодекса, ряд ученых проводит
разграничение между такими юридическими понятиями, как «способы
защиты» и «меры к защите». Например, Е.В. Каймакова достаточно
детально рассматривает соотношение указанных понятий и приходит к
выводу, что мерами к защите являются требования, с которыми
заинтересованные лица обращаются в судебные или административные
органы, а выбор мер защиты зависит от конкретного проявления
нарушения прав. При этом процессуальное оформление требований
(жалоб или исковых заявлений) является средством защиты
нарушенных семейных прав. «Принципиальной разницы, – пишет Е.В.
Каймакова, – при использовании терминов "способы семейных прав"
нет, поскольку способ защиты есть обобщенное применение мер
защиты, которые в отдельных случаях при наличии вины могут также
выступать и мерами ответственности. Если обратиться к логике, то
соотношение рассматриваемых правовых категорий защиты семейных
прав можно обозначить как переход от общего к частному: защита –
форма защиты – порядок защиты – средство защиты – способ защиты –
мера защиты – при наличии вины мера ответственности». 25 С этой
точкой зрения следует согласиться.
Рассматривая вопросы о защите семейных прав, Н.Ф.
Звенигородская предлагает выделить три порядка защиты: а) общий
(судебный); б) специальный и в) альтернативный. Судебный порядок
является общим (п. 1 ст. 46 Конституции РФ, п. 1 ст. 8 СК).
Специальным порядком защиты семейных прав и охраняемых законом
интересов в соответствии с п. 1 ст. 8 СК следует признать
административный порядок их защиты, который применяется только в
прямо предусмотренных СК случаях. Альтернативный порядок защиты
семейных прав, по мнению Н.Ф. Звенигородской, предусмотрен,
например, п. 2 ст. 65 СК, если родители вопросы воспитания и
образования детей не смогли решить по взаимному согласию, исходя из
интересов детей и с учетом их мнения, то они с целью защиты своих
семейных прав могут обратиться за разрешением этих разногласий в
орган опеки и попечительства или в суд26. Приведенная классификация
не бесспорна и, по сути, сводится к рассмотрению двух законодательно
предусмотренных порядков защиты семейных прав в рамках
юрисдикционной формы защиты.
24
Пчелинцева Л.М. Указ. соч. С. 69–70.
Каймакова Е.В. Указ. соч. С. 53.
26
Звенигородская Н.Ф. Проблемы терминологии в механизме защиты семейных прав
//СПС «КонсультантПлюс»
25
106
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Не снижая значимости различных точек зрения, предлагаемых в
науке семейного права, предлагается все же обратиться к буквальному
толкованию положений ст. 8 СК РФ.
Законодательно закреплено, что защита семейных прав
осуществляется способами, предусмотренными соответствующими
статьями СК РФ. Таким образом, Семейным кодексом РФ определены
конкретные действия, а также их последовательность, необходимые для
защиты (восстановления) нарушенных прав и интересов в судебном или
административном порядке.
В СК РФ предусматриваются следующие способы защиты
семейных прав: расторжение брака (ст. 18 СК РФ), признание брака
недействительным (ст. 27 СК РФ), раздел супружеского имущества (ст.
38 СК РФ), определение долей супругов в общем имуществе (ст. 39 СК
РФ), признание имущества каждого из супругов общей совместной
собственностью (ст. 37 СК РФ), признание имущества, нажитого
каждым из супругов в период их раздельного проживания при
прекращении семейных отношений собственностью каждого из них (п.
4 ст. 38 СК РФ), признание брачного договора (сделки)
недействительным (ст. 44 СК РФ), взыскание алиментов (ст. 80 СК РФ),
установление отцовства (материнства) (ст. 49 СК РФ), оспаривание
отцовства (материнства) (ст. 52 СК РФ), установление факта признания
отцовства (ст. 50 СК РФ), определение места проживания детей (п. 3 ст.
65 СК РФ), определение порядка общения с ребенком (ст. 66, 67 СК
РФ), определение методов воспитания и форм образования ребенка (п. 2
ст. 65 СК РФ), определение порядка осуществления родительских прав
(ст. 65 СК РФ), устранение препятствий к общению с ребенком (п. 1 ст.
66, п. 2 ст. 67 СК РФ), возврат ребенка (п. 1 ст. 68 СК РФ), передача
ребенка на воспитание другому родителю (п. 2 ст. 68 СК РФ), лишение
и ограничение родительских прав (ст. 69, 73 СК РФ), восстановление в
родительских правах (ст. 72 СК РФ), отмена ограничения родительских
прав (ст. 76 СК РФ), немедленное отобрание ребенка (ст. 77 СК РФ),
привлечение родителей (детей) к дополнительным расходам (ст. 86 СК
РФ), изменение установленного судом размера алиментов (ст. 81 СК
РФ), освобождение от уплаты алиментов или ограничение этой
обязанности определенным сроком (ст. 92 СК РФ), освобождение от
уплаты задолженности по алиментам (ст. 114 СК РФ), индексация
размера алиментов (ст. 117 СК РФ), изменение, расторжение
соглашения об уплате алиментов и признание его недействительным
(ст. 101 СК РФ), обращение взыскания на имущество плательщика
алиментов (ст. 112 СК РФ), определение задолженности по алиментам
(ст. 113 СК РФ), перечисление алиментов на расчетный счет, открытый
на имя ребенка, определение размера алиментов в твердой денежной
сумме и единовременная их выплата, предоставление определенного
107
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
имущества в счет оплаты алиментов (ст. 118 СК РФ), усыновление (ст.
124 СК РФ), отмена усыновления (ст. 140 СК РФ), сохранение
отношений усыновленного ребенка с родителями умершего родителя (п.
5 ст. 137 СК РФ), взыскание неустойки, взыскание убытков (ст. 115 СК
РФ), возмещение морального вреда (п. 4 ст. 30 СК РФ) и др.
Из перечисленных способов защиты следует, что они
разнообразны и учитывают особый характер, специфику семейных
правоотношений. В том случае, если какие-либо семейные
правоотношения не урегулированы семейным законодательством и если
применение гражданского законодательства не противоречит существу
семейных отношений, то в силу положений ст. 4 СК РФ к
регулированию семейных отношений могут быть применены нормы
Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). Это в полной мере касается
и способов защиты.
Перечень способов защиты содержится в ст. 12 ГК РФ:
признание права; восстановление положения, существовавшего до
нарушения права и пресечение действий, нарушающих право или
создающих угрозу его нарушения; признание оспоримой сделки
недействительной и применение последствий ее недействительности;
признание недействительным акта государственного органа или органа
местного самоуправления; самозащита права; присуждение к
исполнению обязанности в натуре; возмещение убытков; взыскание
неустойки; компенсация морального вреда; прекращение или изменение
правоотношения; неприменение судом акта государственного органа
или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иные
способы, предусмотренные законом.
Как считает М.В. Антокольская, практически все способы защиты
гражданских прав, названные в ст. 12 ГК, пригодны и для защиты
семейных прав, а «способы защиты семейных прав, как правило,
указываются в санкциях семейно-правовых норм»27. Противоположного
мнения придерживается Н.В. Кравчук, которая отмечает, что способы
защиты прав, предусмотренные СК РФ и установленные ст. 12 ГК РФ,
не совпадают. «В ряде семейно-правовых способов защиты, например,
права ребенка на жизнь и воспитание в семье, признание права на
общение с ребенком родителя, проживающего отдельно от него …
видны преемственность гражданского права. Однако многие
гражданско-правовые способы защиты неприменимы к семейным
отношениям или не предусмотрены семейным законодательством»28.
27
Антокольская М.В. Семейное право: учебник. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2003. С.
98.
28
Кравчук Н.В. Защита права ребенка на жизнь и воспитание в семье по семейному
праву российской Федерации: автореф. дис. .... канд. юр. наук. М., 2003. С. 16.
108
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Следует согласиться с Л.М. Пчелинцевой, указывающей, что
нарушенные права субъектов семейных правоотношений могут быть
защищены путем признания права; восстановления нарушенного права;
прекращения (пресечения) тех или иных действий, нарушающих право
или создающих угрозу для его нарушения, в том числе путем лишения
или ограничения прав одного лица в целях защиты прав другого лица,
принуждения к исполнению обязанности, к возмещению материального
или морального вреда, к уплате неустойки и к возмещению убытков,
прекращения или изменения правоотношений и др.29.
Полагаем, что способы защиты гражданских прав и семейных
прав, по сути, схожи, но не тождественны друг другу. Отсутствие
тождества объясняется особенностями семейных правоотношений
которые в отличие от гражданских правоотношений, характеризуются
наличием лично-доверительной компоненты, невозможностью замены,
безвозмездностью, большим числом отношений, находящихся вне
правового регулирования.
Именно поэтому в семейном праве применяются такие способы
защиты, как лишение родительских прав, ограничение родительских
прав, восстановление в родительских правах и отмена ограничения,
усыновление, отмена усыновления и ряд других.
Отчасти перечисленные способы сходны с гражданско-правовыми
способами защиты, тем не менее специфичны (например, лишение
родительских прав – права ребенка защищаются путем прекращения
прав родителей и ограничения права ребенка на жизнь и воспитание в
семье) и характерны только для семейных правоотношений.
Отсутствие перечня способов защиты семейных прав в СК РФ по
аналогии со ст. 12 ГК РФ, по мнению И.Г. Король, указывает на
недостатки правового регулирования, а не на их особый
исключительный характер. Поскольку в соответствии с п. 1 ст. 8 СК РФ
защита семейных прав осуществляется судом по правилам
гражданского судопроизводства, то и способы защиты этих прав
являются
производными
от
гражданско-правовых
способов,
30
закрепленных в ст.12 ГК РФ.
Согласимся с позицией Е.А. Душкиной, которая обоснованно
считает, что «нет дифференциации на общие и специальные способы
защиты нарушенных прав. В СК РФ для каждого конкретного случая
нарушения семейных прав предусмотрен тот способ защиты, который
является наиболее адекватным»31.
29
Пчелинцева Л.М. Указ. соч. С. 69.
Король И.Г. Личные неимущественные права ребенка: дис .... канд. юр. наук. М.,
2008. С. 170.
31
Душкина Е.А. Проблемы защиты семейных прав по семейному праву РФ: автореф.
дис. … канд. юр. наук. Белгород, 2006. С. 16.
30
109
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Закрепленные в Семейном кодексе Российской Федерации
способы защиты семейных прав различны по своей юридической
природе. От специфики нарушенного права зависит применение
конкретного способа защиты. Для защиты имущественных прав могут
быть использованы такие способы, как возмещение убытков, взыскание
неустойки, взыскание алиментов, привлечение родителей (детей) к
дополнительным расходам. При нарушении личных неимущественных
прав субъектов семейных правоотношений применяются установление
отцовства и материнства, лишение или ограничение личных
усыновление детей, отмена усыновления, отмена ограничения прав и др.
Реализация способов защиты семейных прав осуществляется или в
судебном порядке, например, признание брака недействительным,
признание брачного договора недействительным, усыновление, отмена
усыновления, лишение или ограничение родительских прав,
восстановление в родительских правах и другие случаи, или в
административном порядке, например при расторжении брака в органах
ЗАГСа, при обращении ребенка за защитой своих прав в органы опеки и
попечительства и в других случаях.
Таким образом, рассмотрев мнения ученых и проанализировав
законодательство, можно сделать вывод, что в Семейном кодексе
закреплены два порядка защиты (административный и судебный) и
конкретные способы защиты семейных прав, которые осуществляются в
рамках юрисдикционной формы защиты. Следовательно, применение
медиации, несмотря на такую возможность, установленную Законом о
медиации, Семейным кодексом не предусмотрено. В то же время
обеспечение беспрепятственного осуществления членами семьи своих
прав и разрешение внутрисемейных вопросов по взаимному согласию,
гарантированные
Семейным
кодексом,
свидетельствуют
о
целесообразности использования медиации для защиты семейных прав.
В научных исследованиях неоднократно делался вывод о
необходимости внесения изменений в ст. 8 СК РФ. Это обусловлено
тем, что в семейном законодательстве для регулирования семейных
отношений стали использоваться диспозитивные нормы, предусмотрена
возможность заключить брачный договор, соглашение об уплате
алиментов, соглашение о разделе совместного имущества супругов, о
месте проживания детей. Таким образом, участникам семейных
правоотношений предоставлено право в ряде случаев самостоятельно
определять содержание прав и обязанностей. В связи с этим участники
семейных правоотношений могут предусмотреть и определенный
способ защиты установленных ими по взаимному согласию прав.
Таким способом может стать медиация.
Следовательно, для повышения эффективности защиты семейных
прав также следует законодательно закрепить возможность
110
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
использовать способы защиты прав, предусмотренные не только
Семейным кодексом, но и другими федеральными законами.
Учитывая, что Закон о медиации принят и действует, т. е.
субъекты семейно-правового спора могут реализовать свое право на
обращение к медиатору для восстановления нарушенных прав, следует
рассмотреть медиацию в контексте способов защиты семейных прав,
определить ее положение и выявить особенности.
Лично-доверительная компонента определяет специфику
правового
регулирования
между
субъектами
семейных
правоотношений, а также формы и способы защиты семейных прав при
разрешении споров. Соотношение этих понятий было рассмотрено
выше.
Процедура медиации применима к тем семейно-правовым спорам,
где стороны свободны в выборе возможностей разрешения конфликта и
нет предусмотренной законом необходимости в использовании
государственно-правовых способов защиты нарушенных прав, т. е.
процедура медиации по своей правовой природе не тождественна
способам защиты семейных прав, относящихся к юрисдикционной
форме защиты.
Для способов защиты семейных прав, осуществляемых
государственными органами, органами местного самоуправления,
характерна четкая законодательная регламентация порядка защиты, а
также неотвратимых мер ответственности за неисполнение решений
соответствующих властных органов. Примирительные процедуры с
участием посредника не нуждаются в детальной законодательной
регламентации самого процесса. Правила проведения примирительных
процедур могут быть выработаны самостоятельно сторонами либо
разработаны организациями медиаторов и рекомендованы к
применению. Несоблюдение рекомендованной процедуры не оказывает
влияния на конечный результат, достигнутый сторонами. Возможность
применения мер ответственности как элемента правовой конструкции
способа защиты оспариваемого или нарушенного семейного права при
применении процедуры медиации носит факультативный характер. При
достижении компромиссного решения между участниками спора
установление мер ответственности либо не требуется, так как все
исполняется сторонами добровольно, либо является гарантией от
возможного злоупотребления участниками своими правами.
Законом о медиации процедура медиации определяется как
способ урегулирования споров при содействии медиатора на основе
добровольного согласия сторон в целях достижения ими
взаимоприемлемого решения. К посреднику обращаются тогда, когда
имеет место спор, т. е. права нарушены, стороны не желают разрешать
этот спор при помощи государственных органов, самостоятельно
111
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
договориться не могут, но намерены сохранить партнерские отношения.
Все указанное в полной мере можно отнести и к семейно-правовым
спорам. Полагаем, что с учетом особенностей семейных отношений, их
личного и доверительного характера, связи с личностью субъектов,
участие независимого посредника, который позволит сторонам
самостоятельно прийти к гармоничному решению, является
оптимальной формой урегулирования спора. Следовательно, обращение
к медиатору – это добровольные действия сторон, направленные на
защиту своих прав.
Обращение сторон к посреднику для
урегулирования спора является одной из стадий процедуры медиации.
Таким образом, медиация как способ защиты семейных прав
представляет собой добровольные действия участников семейных
правоотношений по обращению к посреднику для урегулирования
семейно-правового спора в целях достижения взаимоприемлемого
решения.
Беспрепятственное осуществление субъективных прав, как
общеправовой принцип семейного права, предполагает закрепление в
семейном законодательстве возможности обращения к медиатору,
поскольку в настоящее время отсутствует правовой механизм
использования примирительных процедур с участием посредника как
способа защиты семейный прав.
Учитывая особенности семейных правоотношений, закрепление
только юрисдикционной формы защиты посредством обращения в суд и
органы опеки и попечительства обоснованно, но недостаточно.
Уникальность семейных правоотношений и, как следствие,
семейно-правовых споров обусловливает необходимость такой
формулировки правовой нормы, при которой способы защиты,
указанные в кодексе, сохранялись бы в качестве основных,
предоставляя возможность субъектам спора обращаться к медиатору
при условии, что восстановление нарушенных прав не затронет права и
интересы третьих лиц.
На основании изложенного предлагается дополнить ст. 8 СК РФ
пунктом 3, изложив его в следующей редакции: «Допускается
урегулирование семейных споров при содействии медиатора с учетом
особенностей
семейных
правоотношений
и
ограничений,
предусмотренных настоящим Кодексом и законом о медиации».
112
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Список литературы
1.
Антокольская М.В. Семейное право: учебник. 2-е изд.,
перераб. и доп. М., 2003.
2.
Беспалов Ю.Ф. Понятие семейных прав и их
осуществление//Семейное и жилищное право. 2005. № 3.
3.
Бутнев В.В. К понятию механизма защиты субъективных
прав // Субъективное право: Проблемы осуществления и защита.
Владивосток, 1989.
4.
Власова А.В. Структура субъективного гражданского
права. Ярославль. 1998.
5.
Гражданское право / под ред. Е.А. Суханова. 2-е изд. М.,
2008. Т. 1.
6.
Гражданское право: в 3 т. Т.1 / под. ред. А.П. Сергеева. М.,
2009.
7.
Гражданское право: учебник: в 3 т. Т. 1. / Е.Н. Абрамова,
Н.Н. Аверченко, Ю.В. Байгушева [и др.]; под ред. А.П. Сергеева.
М., 2010 // СПС «Гарант».
8.
Гражданское процессуальное право / под ред. М.С.
Шакарян. М., 1996.
9.
Гуев А.Н. Постатейный комментарий к Семейному
кодексу Российской Федерации. М., 2004.
10.
Душкина Е.А. Проблемы защиты семейных прав по
семейному праву РФ: дис. … канд. юр. наук. Белгород, 2006.
11.
Елисейкин П.Ф.Правоохранительные нормы: понятие,
виды, структура // Защита субъективных прав и гражданское
судопроизводство. Ярославль, 1977.
12.
Звенигородская Н.Ф. Проблемы терминологии в
механизме защиты семейных прав // СПС «КонсультантПлюс»
13.
Звенигородская Н.Ф. Соотношение правовых категорий в
механизме защиты семейных прав детей // Вопросы ювенальной
юстиции. 2009 // СПС «КонсультантПлюс»
14.
Каймакова Е.В. Защита семейных прав: дис. … канд. юр.
наук. Курск, 2011.
15.
Конституция РФ: комментарий / под общей ред. Б.Н.
Топорнина, Ю.М. Батурина, Р.Г. Орехова. М., 1994.
16.
Король И.Г. Личные неимущественные права ребенка:
дис. ... канд. юр. наук. М., 2008.
17.
Кравчук Н.В. Защита права ребенка на жизнь и
воспитание в семье по семейному праву Российской Федерации:
автореф. дис. ... канд. юр. наук. М., 2003.
18.
Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. М., 1995.
19.
Права человека: сборник документов. М., 2004.
113
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
20.
Пчелинцева Л.М. Семейное право России: учебник для
вузов. М., 2006.
21.
Ромовская З.В. Проблемы защиты в советском семейном
праве: автореф. дис. ... д-ра юр. наук. Харьков, 1987.
22.
Семейно-правовая сущность принципа обеспечения
приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних //
СПС «КонсультантПлюс»
23.
Чечот Д.М. Судебная защита субъективных прав и
интересов // Советское государство и право. 1967. № 8.
24.
Юридическая энциклопедия / под ред. М.Ю. Тихомирова.
М., 2005.
MEDIATION AS WAY OF PROTECTION
OF THE FAMILY RIGHTS
M.S. Ivanova
Tver State University
The author investigates mediation use in system of forms and ways of
protection of the family rights. Mediation definition as way of protection of
the family rights is given. The conclusion about independence of such way of
protection of the rights as mediation locates, the conclusion about need
modification of the legislation is drawn.
Keywords: mediation, protection form, family and legal dispute, way of
protection, right to protection.
Об авторе:
ИВАНОВА Мария Сергеевна – аспирант кафедры гражданского
права Тверского государственного университета (170100, г. Тверь,
ул. Желябова, 33), e-mail: moka011009@yandex.ru.
114
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 115 – 125.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
УДК 342.951
АДМИНИСТРАТИВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
СОБСТВЕННИКОВ (ВЛАДЕЛЬЦЕВ) ТРАНСПОРТНЫХ
СРЕДСТВ (ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ)
Н.С. Семёнов
Договорно-правовой департамент МВД России
Рассматривается порядок привлечения собственников транспортных
средств к административной ответственности за правонарушения в
области дорожного движения. Автором формируется позиция о наличии
в российском административно-деликтном законодательстве института
объективного вменения, создающего возможность привлечения к
административной ответственности без установления виновности
владельца транспортного средства. В качестве вывода предлагается
закрепить порядок производства по делам об административных
правонарушениях, зафиксированных с помощью технических средств
фото-, видеофиксации, работающих в автоматическом режиме, в
отдельной главе КоАП – «Особый порядок привлечения к
административной ответственности».
Ключевые слова: административное принуждение, административная
ответственность, собственник транспортного средства, объективное
вменение, презумпция невиновности, средства фото-, видеофиксации,
производство по делам об административных правонарушениях, особый
порядок.
Федеральным законом «О внесении изменений в Кодекс
Российской Федерации об административных правонарушениях» от 24
июля 2007 г. № 210-ФЗ1 гл. 2 Общей части Кодекса Российской
Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП)
была дополнена ст. 2.6.1 «Административная ответственность
собственников (владельцев) транспортных средств».
Часть 1 указанной статьи установила административную
ответственность собственников (владельцев) транспортных средств за
нарушения в сфере дорожного движения в случае их фиксации
работающими в автоматическом режиме специальными техническими
средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи и
средствами фото- и киносъемки, видеозаписи (далее – технические
средства видеофиксации)2.
1
СЗ РФ. 2007. № 31. Ст. 4007.
При этом согласно ч. 2 ст. 2.6.1 КоАП, в ред. ФЗ от 23.10.2010 г. № 175-ФЗ,
собственник (владелец) транспортного средства освобождается от административной
ответственности, если в ходе рассмотрения жалобы на постановление по делу об
административном правонарушении будут подтверждены содержащиеся в ней данные
2
115
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Одновременно ст. 1.5 «Презумпция невиновности» была
пополнена примечанием, которое изменило положения этой статьи,
изъяв из принципа презумпции невиновности, применительно к
административным правонарушениям в области дорожного движения,
фиксируемым техническими средствами видеофиксации, общее
правило, согласно которому лицо, привлекаемое к административной
ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.
Указанные новации по существу закрепляют особый порядок
привлечения к административной ответственности за деликты в области
дорожного движения в случае их фиксации техническими средствами
видеофиксации.
При таком порядке, в силу ч. 3 ст. 28.6 КоАП, протокол об
административном правонарушении не составляется, постановление о
наложении штрафа выносится уполномоченным органом без участия
лиц, в отношении которых возбуждено дело об административном
правонарушении, и их копии автоматически рассылаются им почтовым
отправлением в трехдневный срок. Рассматриваемые законодательные
новации вызвали достаточной широкий общественный резонанс. В
юридической литературе, в средствах массовой информации появилось
немало публикаций, в которых высказываются мысли о противоречии
Конституции Российской Федерации соответствующих положений ст.
1.5, 2.6.1, 4.1 и 28.6 КоАП. Одновременно указывалось, что вновь
введенные законоположения не вполне соответствуют ряду
действующих норм Кодекса.
Все это, на наш взгляд, требует уделить внимание анализу и
оценке изменений, внесенных в КоАП Федеральным законом от 24
июля 2007 г. № 210-ФЗ.
Презумпция невиновности сегодня – один из основополагающих
правовых принципов, защищающих людей от произвола власти.
Презумпцией является предположение, признаваемое достоверным до
тех пор, пока не будет доказано обратное.
Общеизвестно, что рассматриваемый принцип в соответствии со
ст. 49 Конституции Российской Федерации распространяется прежде
всего на уголовно-правовые деликты.
Формулировка понятия «презумпция невиновности» с
использованием уголовно-правового инструментария представляется
вполне обоснованной, поскольку именно привлечение к уголовной
ответственности предполагает применение в отношении физических
о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное
средство находилось во владении или в пользовании другого лица либо к данному
моменту выбыло из его обладания в результате противоправных действий третьих
лиц.
116
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
лиц наиболее серьезных мер государственного принуждения и
наложения различных правоограничений.
Однако дальнейшее развитие гуманистических идей и
демократических начал в нашем государстве предопределило выход
рассматриваемого правового феномена за пределы уголовного
законодательства и распространение на иные отрасли российского
права. Об этом свидетельствует включение соответствующих
юридических положений в нормативные правовые акты, регулирующие
различные по своему содержанию правоотношения3.
В юридической литературе ряд авторов обосновывают тезис об
отнесении презумпции невиновности к межотраслевым презумпциям4.
Исключительно важное значение презумпция невиновности
приобретает в отраслях публичного права. Именно оно «направлено на
обеспечение и охрану общих интересов, интересов государства, всего
общества»5.
В системе публичного права особое место занимает
административное право, поскольку «эта отрасль права регулирует
общественные отношения в области государственного управления»6,
оно «детализирует общественные отношения, которые входят в предмет
правового регулирования иных отраслей права»7.
Основным обстоятельством, вызывающим необходимость
соблюдения презумпции невиновности в административно-правовых
отношениях, является широкое использование императивного метода
регулирования.
Суть императивного метода регулирования состоит в том, что
регулирование
общественных
отношений
происходит
путем
принудительных,
властных
предписаний
государства,
что
подразумевает неравенство участников и выделение властвующего и
подвластного субъектов. Следовательно, в таких правоотношениях
существует большая вероятность нарушения прав подвластного
субъекта. Чтобы избежать подобных ситуаций или же минимизировать
их последствия, необходимо установление повышенного уровня
правовой защищенности подвластных субъектов административных
3
См.: ч.1 ст.14 УПК; ч.6 ст.108 НК; ст.1.5 КоАП.
См., например: Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н. Матузова, А.В.
Малько. Саратов, 1995. С.124; Дрягин М.А. Презумпция невиновности в российском
уголовном судопроизводстве: дис. … канд. юр. наук. Иркутск, 2004. С. 9; Хореев А.А.
Принципы производства по делам об административных правонарушениях: автореф.
дис. … канд. юр. наук. М., 2009. С.16–17; Шергин А.П. Процессуальная составляющая
правового регулирования административной ответственности. М., 2009. С. 6.
5
Административное право: учебник / Б.В. Россинский, Ю.Н. Старилов. М., 2010. С.
64.
6
Козлов Ю.М., Предмет советского административного права. М., 1967. С. 8.
7
Административное право. С. 65.
4
117
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
правоотношений, особенно в вопросах, касающихся привлечения к
ответственности. Полагаем, что презумпция невиновности как раз и
относится к таким правовым гарантиям, которые стоят на защите
участников публичных правоотношений.
Рассматриваемый особый порядок привлечения собственника
транспортного средства к административной ответственности не
предполагает, как этого требуют действующие нормы КоАП,
установления его вины в совершении административного деликта.
В соответствии с ч. 1 и 2 ст. КоАП лицо подлежит
административной ответственности только за те административные
правонарушения, в том числе и в сфере дорожного движения, в
отношении которых установлена его вина. По-другому не может и быть,
так как само административное правонарушение законодателем в ч. 1
ст. 2.1 КоАП определяется как противоправное, виновное действие или
бездействие. Отсюда следует, что вина лица, привлекаемого к
административной ответственности, в совершении административного
правонарушения
является
обязательным
элементом
состава,
необходимым, чтобы квалифицировать объективно противоправное
деяние в качестве административного правонарушения.
Хорошо известно, что отсутствие хотя бы одного обязательного
элемента состава правонарушения не позволяет его квалифицировать
как таковое, что находит свое подтверждение в п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП
«Обстоятельства,
исключающие
производство
по
делу
об
административном правонарушении».
Применяемые в настоящее время технические средства
видеофиксации правонарушений позволяют получить достоверные и
объективные данные о событии правонарушения, времени и месте его
совершения, транспортном средстве, водитель которого нарушил
правила дорожного движения. Однако получить какую-либо
информацию о водителе транспортного средства, а тем более
установить его виновность не представляется возможным.
Правовая позиция государства по поводу личности нарушителя и
его вины обозначена в ч. 1 ст. 2.6 КоАП, в соответствии с которой к
административной
ответственности
за
административные
правонарушения в области дорожного движения, в случае их фиксации
техническими средствами видеофиксации, априори привлекаются
собственники (владельцы) транспортных средств.
Получается, что в данном случае нет оснований для
квалификации
объективно
противоправного
деяния
как
административного правонарушения, но при этом за его совершение
предусмотрена административная ответственность.
В результате закрепленная законодателем возможность
привлечения к административной ответственности без установления
118
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
виновности собственника (владельца) транспортного средства
способствует формированию позиции о существовании в современном
российском административно-деликтном законодательстве института
объективного вменения.
Являясь
сторонником
принципа
ответственности
за
субъективную вину, нельзя не отметить, что это общее правило не
исключает установленных законом случаев более широкой
ответственности, административной ответственности без вины. Во
всяком случае, в административно-деликтном законодательстве нет
указания на то, что административная ответственность возможна лишь
при наличии законченного состава правонарушения, т. е. должна
содержать все элементы, входящие в состав правонарушения. Полагаю,
что законодатель в специальных нормах права, как в нашем случае,
вполне может предусмотреть отдельные исключения из общего правила
о виновной ответственности. Подобные исключения имеются и в иных
отраслях права.
Так, в соответствии со ст. 1079 ГК РФ использование
транспортных
средств
рассматривается
как
деятельность,
представляющая повышенную опасность для окружающих. В силу
этого на владельца транспортного средства, как на владельца источника
повышенной опасности, возложена обязанность по возмещению
причиненного транспортным средством вреда. Поскольку совершение
административного правонарушения, выразившегося в несоблюдении
Правил дорожного движения водителем транспортного средства (как
водителем
источника
повышенной
опасности),
представляет
существенную опасность для граждан и общества, законодатель
посчитал необходимым назначить административное наказание
собственнику транспортного средства в случае фиксации нарушения
техническими
средствами
видеофиксации.
Соответствующие
положения ст. 2.6.1 КоАП сформулированы законодателем аналогично
нормам гражданского законодательства (ст. 1079 ГК РФ)8.
Соглашаясь в принципе с рассуждениями профессора
Б.В. Россинского, уточню, что в данном случае (ответственность без
вины) к собственнику транспортного средства применяются в большей
степени меры защиты граждан и общества от возможного причинения
вреда, чем меры административной ответственности.
В соответствии с положениями ст. 24.1 КоАП «Задачи
производства по делам об административных правонарушениях»
правоприменителю необходимо обеспечить всестороннее, полное,
8
Россинский Б.В. О презумпции невиновности при назначении административного
наказания собственнику транспортного средства. // Административное право и
процесс. М., 2011. № 5. С. 4–7.
119
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела,
разрешение его в соответствии с законом, а также выявление причин и
условий,
способствовавших
совершению
административных
правонарушений.
Всесторонность, полноту и объективность конкретного дела, на
наш взгляд, позволяет обеспечить выяснение обстоятельств,
предусмотренных ст. 26.1 КоАП «Обстоятельства, подлежащие
выяснению по делу об административном правонарушении», а именно:
наличие
события
правонарушения;
лицо,
совершившее
правонарушение, и его виновность; обстоятельства смягчающие и
отягчающие обстоятельства; характер и размер ущерба; обстоятельства,
исключающие производство по делу; причины и условия совершения
административного правонарушения.
Особый же порядок привлечения к ответственности за
административные правонарушения, выявленные с применением
технических средств видеофиксации, не предусматривает для субъектов
административной юрисдикции возможности их установления, что
может свидетельствовать о недостижении задач административноюрисдикционного процесса.
Интересная ситуация возникает по вопросу о перераспределении
бремени доказывания невиновности в совершении административного
правонарушения по данной категории дел, что вытекает из положений
ч. 3 ст. 1.5 КоАП и примечания к ней.
КоАП не содержит прямого указания на обязанность лица,
привлекаемого к административной ответственности по данной
категории дел, доказывать свою невиновность. Даже в случае, если
допустить существование обязанности лица доказывать свою
невиновность, то ненадлежащее исполнение такой обязанности не
может повлечь для него каких-либо неблагоприятных последствий,
поскольку отсутствие прямых доказательств невиновности не является
априори доказательством его вины в совершенном административном
правонарушении, поскольку никто не отменял положение о том, что все
неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к
административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.
Таким образом, трудно не прийти к выводу, что обязанность
доказывания виновности лица, в соответствии с требованиями ст. 2.1 и
26.1 КоАП, продолжает относиться и к компетенции субъектов
административной юрисдикции.
Практика ограничения презумпции невиновности путем
перераспределения бремени доказывания имеет в системе российского
законодательства правовые основания. Так, Конституционный суд
Российской Федерации отметил, что в процессе правового
регулирования других видов юридической ответственности (кроме
120
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
уголовно-правовой)
законодатель
вправе
решать
вопрос
о
распределении бремени доказывания вины иным образом9. При этом, на
примере таможенных правонарушений, суд указал на возможность
претерпевания лицом, виновность которого не должна доказываться
государственными органами, неблагоприятных последствий нарушения
таможенных правил, если при этом ему представляется возможность
доказать свою невиновность.
В ситуации, связанной с применением мер административного
принуждения в области дорожного движения за правонарушения,
выявленные с помощью технических средств видеофиксации, реальная
возможность реализовать предусмотренные КоАП права, для лица,
привлекаемого к административной ответственности, отсутствует.
В распоряжении лица, привлекаемого к административной
ответственности за рассматриваемые правонарушения, в соответствии
со ст. 1.5, 25.1, 30.1 КоАП имеются следующие правовые гарантии его
защиты: нести ответственность за правонарушения, в отношении
которых доказана его вина; все неустранимые сомнения в виновности
лица толкуются в его пользу; знакомиться со всеми материалами дела;
давать объяснения; представлять доказательства; заявлять ходатайства и
отводы;
пользоваться
юридической
помощью
защитника;
присутствовать при рассмотрении дела об административном
правонарушении;
обжаловать
постановление
по
делу
об
административном
правонарушении;
использовать
иные
процессуальные права в соответствии с КоАП.
В нашем же случае из перечисленных прав фактически остается
только возможность обжаловать постановление о наложении
административного наказания. Фактически при существующей
процедуре привлечения собственников транспортных средств к
административной ответственности допускается их участие в процессе
лишь на стадии обжалования постановления по делу об
административном правонарушении. Такое положение не может не
свидетельствовать об ограничении реализации прав определенной
группы лиц по имущественному признаку (наличие в собственности
транспортного средства).
Проведенный анализ положений КоАП позволяет признать
наличие определенных правовых пробелов в законодательстве
Российской
Федерации,
связанных
с
применением
мер
административного принуждения в отношении собственников
(владельцев) транспортных средств, привлекаемых к административной
ответственности за совершение правонарушений в области дорожного
9
Постановление Конституционного суда Российской Федерации от 27 апреля 2001 г.
№ 7-П. // СПС «КонсультантПлюс»
121
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
движения, выявленных с применением специальных технических
средств видеофиксации:
1.
Невозможность
установить
виновность
лица,
привлекаемого к административной ответственности, и соответственно
невозможность квалификации объективно противоправного деяния в
качестве административного правонарушения.
2.
Наличие в структуре административно-деликтного
законодательства института объективного вменения, предполагающего
привлечение лиц к административной ответственности за действия, не
образующие состава административного правонарушения.
3.
Неполное выполнение задач производства по делам об
административных правонарушениях, в части всесторонности, полноты,
объективности и своевременности выяснения обстоятельств дела.
4.
Наличие у субъектов административной юрисдикции
серьезных трудностей в установлении в полном объеме необходимых
для разрешения дела об административном правонарушении фактов.
5.
Невозможность доказать лицом, привлекаемым к
административной ответственности, свою невиновность до вынесения
постановления о назначении административного наказания.
6.
Ограничение в реализации прав определенной группы лиц
на основании имущественного признака (наличие в собственности
транспортного средства).
7.
Отсутствие правовой защищенности лиц, привлекаемых к
административной ответственности в рассматриваемом порядке в
случае ошибочного наложения административного наказания (в том
числе и гражданско-правовой).
Так, например, в средствах массовой информации были
опубликованы сообщения, когда из-за некорректной настройки камеры
видеофиксации, в частности, на одном из участков Волгоградского
проспекта г. Москвы, некоторых водителей ошибочно штрафовали за
превышение скоростного режима. Максимальная скорость на данном
участке трассы была установлена Правительством Москвы еще в 1997 г.
в 80 км/ч. Однако следящий за дорогой видеофиксатор был настроен на
60 км/ч. Соответственно всем, кто двигался рядом с прибором со
скоростью свыше 60 км/ч, приходили постановления о наложении
административного штрафа. Сколько водителей пострадали от
неправомерных показаний прибора и есть ли такие казусы на иных
трассах страны никто не знает10.
8.
Значительно затруднено использование презумпции
невиновности как основного правового средства, гарантирующего
10
Официальный сайт Генеральной прокуратуры Российской Федерации. URL:
http://genproc.gov.ru/news/news-75079/. Дата обращения 25 ноября 2012 г.
122
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
защиту граждан от необоснованного привлечения к административной
ответственности.
Указанные правовые пробелы свидетельствуют о необходимости
дальнейшего совершенствования механизма реализации прав граждан в
случаях применения к ним мер административного наказания в области
дорожного
движения.
Причем
преодоление
существующих
противоречий, на наш взгляд, возможно только внесением
соответствующих
изменений
в
административно-деликтное
законодательство.
Наиболее продуктивным видится путь, связанный с некоторым
изменением статуса КоАП. На наш взгляд, необходимо все новеллы в
производстве по делам об административных правонарушениях в
области дорожного движения, зафиксированных с помощью
технических средств видеофиксации, изложить в отдельной главе КоАП
– «Особый порядок привлечения к административной ответственности».
В общих (основных) статьях предполагаемой главы КоАП можно
было бы сформулировать особенности принципа невиновности с учетом
перераспределения бремени доказывания, задач производства по делам
данной
категории,
скорректировать
субъективную
сторону
административного правонарушения, зафиксированного техническими
средствами видеофиксации. В конечном итоге предполагаемая редакция
КоАП позволила бы нивелировать имеющиеся, в том числе и
отмеченные в статье внутренние противоречия между действующими
статьями Кодекса.
Данное предложение учитывает последствия современного
научно-технического прогресса, который позволит в обозримом
будущем применять специальные технические средства в качестве
фиксаторов противоправных деяний по значительно большему числу
составов административных правонарушений, предусмотренных как гл.
12 КоАП, так и другими его главами.
123
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Список литературы
1. Административное право: учебник / Б.В. Россинский, Ю.Н. Старилов.
М., 2010.
2. Дрягин М.А. Презумпция невиновности в российском уголовном
судопроизводстве: дис. … канд. юр. наук. Иркутск, 2004.
3. Козлов Ю.М., Предмет советского административного права. М.,
1967.
4. Постановление Конституционного суда Российской Федерации от 27
апреля 2001 г. № 7-Ппо делу о проверке конституционности ряда
положений Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с
запросом арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской
области, жалобами открытых акционерных обществ «Автоваз» и
«Комбинат
«Североникель»,
общества
с
ограниченной
ответственностью «Верность», «Вита-плюс» и «Невско-балтийская
транспортная
компания»,
товарищества
с
ограниченной
ответственностью
«Совместное
российско-южноафриканское
предприятие «Эконт» и гражданина А.Д. Чулкова // СПС
«КонсультантПлюс»
5. Россинский Б.В. О презумпции невиновности при назначении
административного наказания собственнику транспортного средства //
Административное право и процесс. М., 2011., № 5.
6. Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н. Матузова, А.В.
Малько. Саратов, 1995.
7. Хореев А.А. Принципы производства по делам об административных
правонарушениях: автореф. дис. … канд. юр. наук. М., 2009.
8. Шергин
А.П.
Процессуальная
составляющая
правового
регулирования
административной
ответственности.//
Административное право и процесс, М., 2010. № 3.
124
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
ADMINISTRATIVE RESPONSIBILITY OF VEHICLE OWNER
(THEORETICAL AND LEGAL ASPECTS)
N.S. Semenov
Ministry of Internal Affairs of Russia, Contract and legal department
The article is aimed to investigate an order of making vehicle owners
answerable for traffic laws infringement. In author’s judgment there’s
institution of objective imputation in Russian administrative tortious
legislation, that creates ability to call a vehicle owner to account without guilt
ascertainment. In conclusion, it is suggested to establish an order of
administrative offences proceeding that are traced by the technical gears of
foto- and video- working in a automatic mode, in separate «CoAO» chapter –
«A special order of administrative responsibility imposing».
Keywords: administrative coercion, administrative responsibility, vehicle
owner, objective imputation, innocence presumption, foto- and video gears,
administrative infringements proceeding, special order.
Об авторе:
СЕМЁНОВ Николай Сергеевич – старший лейтенант внутренней
службы, эксперт Договорно-правового департамента МВД России
(г. Москва, ул. Житная, 12а); e-mail: nssemenov@mail.ru
125
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2013.
2013.Выпуск
Выпуск33
33С. 126 – 132.
УДК 347.133
СДЕЛКОСПОСОБНОСТЬ В ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ
И НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ СДЕЛКИ
Д.О. Скрыпник
Тверской государственный университет
Анализируется понятие сделкоспособности в гражданском праве,
рассматриваются позиции ученых о роли сделкоспособности при
определении юридической судьбы сделки. Сделкоспособность
рассматривается в науке как способность лица своими действиями
совершать правомерные дозволенные действия. Сделкоспособность
подлежит ограничениям в интересах общества и государства, в том
числе путем наложения запретов на совершение юридических или
фактических действий.
Ключевые слова: сделка, недействительность сделки, публичные
интересы, распорядительная воля лица.
Сделкоспособность – категория, используемая в науке
гражданского права. В арбитражной практике мы не встретим такого
понятия, однако тот факт, что сделкоспособность анализируется в
классической цивилистической литературе, позволяет с уверенностью
говорить о самостоятельности этого института. Следует отметить, что в
большинстве случаев сделкоспособность анализируется применительно
к правосубъектности физических лиц и рассматривается либо как
элемент дееспособности, либо как самостоятельная категория наряду с
правоспособностью,
дееспособностью,
деликтоспособностью
и
трансделиктоспособностью.
В дореволюционной литературе внимание проблематике
сделкоспособности уделял профессор В.И. Синайский. «Так как
юридические действия могут быть дозволенными и недозволенными,
то, вследствие этого, различают два вида дееспособности: 1)
способность совершать дозволенные действия (Geschaftsfahigkeit ‒
«сделкоспособность») и 2) способность совершать, точнее, отвечать за
правонарушения (деликты) – деликтная дееспособность»1. Далее
профессор В.И. Синайский отмечает, что не все физические лица
обладают дееспособностью и при этом далеко не в одинаковой мере, в
зависимости от различных обстоятельств (преимущественно возраста,
болезни, расточительности и несостоятельности). Тем не менее
профессор В.И. Синайский считает, что способность к совершению
дозволенных юридических действий шире понятия сделкоспособности.
1
Синайский В.И. Русское гражданское право. М., 2002. С. 105.
126
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
В советском гражданском праве целесообразно выделить работы
Б.Б. Черепахина, С.С. Алексеева, О.С. Иоффе. Отличительной
особенностью исследований того периода является изучение
сделкоспособности с позиций правомочности юридических лиц, их
органов и коллективов граждан. Профессор Б.Б. Черепахин, анализируя
волеобразование и волеизъявление юридического лица, пишет: «В
отличие от деликтоспособности сделкоспособность кооперативной
организации характеризуется тем, что действием юридического лица
признается лишь действие его органа, а не рабочих и служащих. Член
кооперативной или иной общественной организации может действовать
от имени своей организации, только входя в состав ее исполнительного
органа или по уполномочию последнего»2.
По мнению профессора Б.Б. Черепахина, подлинным и
действительным участником своих правоотношений является само
юридическое лицо. Оно осуществляет свою сделкоспособность через
свои органы и представителей. Оно несет ответственность за
противоправные служебные действия своих органов и всех своих
работников, т. е. всего своего действующего коллектива. Сказанное
относится mutatis mutandis как к государственным, так и к
кооперативным и иным общественным организациям ‒ юридическим
лицам. При этом следует исходить из того, что сделкоспособность
предполагает для своего осуществления наличие особых правомочий и
полномочий на совершение определенных правомерных служебных
действий (в том числе сделок) от имени данного юридического лица.
Профессор Т.Е. Абова указывает на необходимость признания
сделкоспособности только за гражданами, не применяя ее к
конструкции юридического лица: «Такие предпосылки гражданской
дееспособности, как сделкоспособность и деликтоспособность,
присущи только человеку, поскольку в них проявляется способность
формировать волю и осознавать вину. У государства же в целом
отсутствует сделкоспособность, которая присуща лишь таким
субъектам, как лица»3.
Схожей позиции придерживается профессор С.С. Алексеев:
«Дееспособность ‒ предусмотренная нормами права способность и
юридическая возможность лица своими действиями приобретать права
и обязанности, осуществлять и исполнять их. Разновидностями
дееспособности являются сделкоспособность, т. е. способность
(возможность) лично, своими действиями совершать гражданскоправовые сделки, и деликтоспособность ‒ предусмотренная нормами
права способность нести юридическую ответственность за совершенное
2
3
Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. М., 2001. С. 303.
Субъекты гражданского права / отв. ред. Т. Е. Абова. М., 2000. С. 269.
127
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
правонарушение»4.
Внимания заслуживают доводы, высказанные профессором В.И.
Емельяновым при изучении сущности кабальной сделки. Сначала
профессор В.И. Емельянов описывает ситуацию, когда частный
собственник распоряжается исключительно в своих интересах, без
какого-либо целевого ограничения не только принадлежащим ему
имуществом, но и людьми, которых он допускает к работе на своем
имуществе. Нанимая работников, он наделяет их целевыми правами. В
силу основанного на законе договора он присваивает часть благ,
которые, будь распределение результатов труда эквивалентным
трудозатратам, принадлежали бы работникам. Несмотря на
несправедливость такого положения, общество допускает такую
ситуацию, считая, что частное присвоение и распределение результатов
общественного
труда
обеспечивают
стимулирование
и
саморегулирование экономики.
«Для установления таких несправедливых правоотношений
собственник использует такое специфическое гражданское право, как
сделкоспособность. В соответствии с нормами гражданского права
большинства стран акт реализации сделкоспособности при
определенных обстоятельствах может быть признан судом не
порождающим правовых последствий либо может не иметь таковых с
момента совершения сделки»5.
Кроме того, профессор В.И. Емельянов уделяет значительное
внимание правовым средствам ограничения сделкоспособности лица.
Такие средства классифицируются на четыре группы6:
1) запреты определенных действий (например, ненадлежащего
использования сельскохозяйственных земель);
2) запреты любых действий, влекущих указанные в законе
последствия (например, бесхозяйного содержания культурных
ценностей);
3) предписания совершать определенные действия (например,
проходить технический осмотр транспортных средств);
4) предписания совершать любые действия в пределах
субъективного права, но в интересах других лиц.
В первом случае запрет предполагает некий перечень или
совокупность правовых ограничений, например, запрет голосовать
акциями, запрет морскому судну покидать территориальные воды
государства, запрет передавать лицензию на использование программ
для ЭВМ и т. д. Во втором случае запрет имеет более широкую
4
Теория государства и права: учебник / С.С. Алексеев и др. Екатеринбург, 1990.
Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими
правами. М., 2002. С. 67.
6
Там же. С. 83.
5
128
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
применимость, поскольку прописываются не действия, а лишь
последствия, которые являются недопустимыми. К числу таких
последствий могут относиться: прекращение владения вещью,
уменьшение потребительских качеств или стоимости вещи, гибель
имущества.
Таким образом, во-первых, сделкоспособность рассматривается в
цивилистике как способность лица своими действиями совершать
правомерные
дозволенные
действия
(сделки).
Во-вторых,
сделкоспособность подлежит ограничениям в интересах общества и
государства, в том числе путем наложения запретов на совершение
юридических или фактических действий. При этом сделкоспособность
рассматривается исключительно как юридическое понятие.
Сделкоспособность
тесно
граничит
с
проблематикой
разграничения обязательственных и распорядительных сделок. В этом
смысле сделкоспособность выражает собой именно способность
совершать распорядительные сделки, а запрет, соответственно,
ограничивает распорядительную волю лица.
Косвенным подтверждением ограничения запретом именно
распорядительной воли являются некоторые примеры из российской
арбитражной практики. Например, ФАС Центрального округа в
постановлении от 16 августа 2005 г. по делу № А68-ГП-307/4-04 дал
правовую оценку юридическому казусу, рассмотренному судом первой
инстанции по применению ст. 168 ГК РФ, указав, что ограничение
распорядительной воли может касаться лишь части имущества,
принадлежащего должнику и выступающего предметом обязательства7.
По договору аренды арендодатель передал арендатору гаражные
боксы (всего 60 наименований). При этом арендодатель не уведомил
арендатора о том, что часть из переданного имущества находится под
арестом по заявлению налоговой инспекции. Таким образом,
арендодатель не имел права на распоряжение спорным имуществом (9
наименований) без разрешения налогового органа. При таких
обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу
о несоответствии требованиям закона сделок, совершенных в
отношении объектов, находящихся под арестом, в связи с чем в этой
части указанные сделки обоснованно признаны недействительными.
Между тем в силу ст. 180 ГК РФ недействительность части
сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно
предположить, что сделка была бы совершена и без включения
недействительной ее части. Суд пришел к выводу о том, что сделки
были бы заключены и без включения в них части имущества,
7
Документ опубликован
«КонсультантПлюс».
не
был,
размещен
129
в
информационной
базе
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
находящегося на момент их заключения под арестом. Оснований для
признания спорных сделок недействительными в полном объеме судом
первой инстанции не установлено.
Тезис о том, что запрет воздействует именно на
распорядительную волю лица, ограничивая возможность совершения
распорядительных сделок, является самостоятельным и не должен
вступать в противоречие с мнением об ограничении юридической воли
должника. В подтверждение данного тезиса приведем два довода,
основанных на материалах судебной практики.
Во-первых, арбитражные суды в сфере применения отдельных
отраслей российского законодательства прямо указывают на
ограничение юридической воли должника. Например, постановление
ФАС Дальневосточного округа от 11 октября 2006 г. по делу № Ф03А51/06-2/3221 закрепляет, что арестом признается такое ограничение
прав налогоплательщика-организации в отношении его имущества, при
котором владение, пользование и распоряжение этим имуществом
осуществляется с разрешения и под контролем налогового органа8.
Должник не лишается своих правомочий, но обязуется обосновать
необходимость совершения сделок по распоряжению имуществом с
налоговым органом, что наглядно демонстрирует ограничение его
сделкоспособности.
Во-вторых, запрет может затрагивать сразу несколько
участников гражданского оборота, препятствуя в осуществлении ими
своей юридической воли. Объем прав у этих лиц является разным,
иногда исключающим возможность по распоряжению как таковую. В
частности, ФАС Московского округа в постановлении от 09 июня
2007 г. по делу № КА-А40/4963-07 дал правовую оценку решению
арбитражного суда первой инстанции о признании незаконным
постановления о наложении ареста на право постоянного (бессрочного)
пользования земельным участком9.
Установив запрет на совершение действия, суд или
административный орган устанавливает (точнее будет сказать –
корректирует) объем сделкоспособности субъекта гражданских
правоотношений. Совершая сделку с нарушением запрета, лицо
выходит за пределы сделкоспособности. Возникает вопрос о том, что
понимается под пределами сделкоспособности. Можно сказать, что это
пределы волеизъявления, но тогда совершается сделка, в которой воля
не
соответствует
волеизъявлению,
и
она
должна
быть
недействительной. Поэтому в определении сделкоспособности не
8
Документ опубликован
«КонсультантПлюс».
9
Документ опубликован
«КонсультантПлюс».
не
был,
размещен
в
информационной
базе
не
был,
размещен
в
информационной
базе
130
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
должно быть термина «волеизъявление», который по отношению к
сделкоспособности является самостоятельным понятием. Получается,
что сделкоспособность – явление объективное, а предел
сделкоспособности устанавливается законом либо на основании нормы
закона судом или административным органом в виде диспозиции
запрета, т. е. непосредственным обозначением запрещенного действия,
а совершение сделки в нарушение запрета создает два повода: первый –
повод для государства применить меру ответственности; второй ‒ повод
для заинтересованного лица обратиться с иском о ничтожности сделки.
На основании изложенных выше доводов в современных
условиях реформирования гражданского законодательства категория
сделкоспособности приобретает практическую значимость с точки
зрения определения юридической судьбы сделки на основании ст. 168
ГК РФ.
Новая редакция ст. 168 (абзац второй) ГК РФ, изложенная в
проекте федерального закона о внесении изменений в ГК РФ, принятом
Государственной Думой Федерального Собрания Российской
Федерации в первом чтении (законопроект № 47538-6)10,
предусматривает, что сделка, нарушающая требования закона или иного
правового акта и публичные интересы либо права и охраняемые
законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что
такая сделка оспорима.
Исходя из представленной в проекте изменений в ГК РФ
конструкции ст. 168 ГК РФ, юридическая судьба сделки будет
определяться на основании правовой оценки действия участника
гражданского оборота. Оценивая объем (пределы) сделкоспособности
лица, суд может сделать вывод о том, противоречат ли его действия
публичным интересам или правам и охраняемым интересам третьих
лиц. В случае, если лицо, совершая сделку, нарушает норму закона или
иного правового акта, в которой прямо не указано на ничтожность или
оспоримость сделки, и при этом не выходит за пределы своей
сделкоспособности, сделка должна быть действительной. И наоборот,
даже если в норме закона или иного правового акта не указывается на
ничтожность сделки, в случае выхода лица при совершении сделки за
пределы сделкоспособности, суд должен признать такую сделку
недействительной на основании положений абз. 2 ст. 168 ГК РФ. Одним
из примеров сделки, нарушающей публичные интересы либо права и
законные интересы третьих лиц, является сделка, совершенная в
нарушение запрета, установленного судом или административным
органом в качестве обеспечительной меры.
10
Текст документа размещен на сайте в сети Интернет по адресу:
http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=47538-6&02
131
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Список литературы
1. Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление
гражданскими правами. М., 2002.
2. Синайский В.И. Русское гражданское право / ред. кол.: А.Г. Долгов,
В.С. Ем. М., 2002.
3. Субъекты гражданского права / отв. ред. Т.Е. Абова. М., 2000.
4. Теория государства и права: учебник / С.С. Алексеев и др.
Екатеринбург, 1990.
5. Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву / науч. ред. С.С.
Алексеев. М., 2001.
BARGAINING POWER IN CIVIL LAW AND INVALIDITY
OF TRANSACTION
D.O. Skrypnik
Tver State University
The article deals with the notion of bargaining power in civil law, examines
attitudes of scientists towards the role of bargaining power in the transaction
legal fate. Bargaining power in science is looked upon as a capacity of a party
to commit legal lawful acts (transactions). Bargaining power may be
subjected to restrictions in public and government interests, which includes
imposition of a prohibition against juridical or physical acts.
Keywords: transaction, invalidity of transaction, public interests, person`s
administrative will.
Об авторе:
СКРЫПНИК Денис Олегович – LL.M., соискатель кафедры
гражданского права Тверского государственного университета (170100,
г. Тверь, ул. Желябова, 33), начальник имущественно-правовой службы
ОАО «Электросетьсервис ЕНЭС», e-mail: rf_nou@mail.ru.
132
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 133 – 144.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
УДК 342.9:351.756:004
ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ИНФОРМАЦИОННОГО
ОБЕСПЕЧЕНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ
ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ В ПАСПОРТНОВИЗОВОЙ СФЕРЕ
З.Н. Столярова
Академия управления МВД России
Выделены этапы становления и развития информационного обеспечения
деятельности органов государственного управления в паспортновизовой
сфере.
Подробно
рассматривается
периодизация
информационного обеспечения в паспортно-визовой сфере с учетом
историко-правового опыта правового регулирования деятельности
подразделений
Федеральной
миграционной
службы
и
правоохранительных органов.
Ключевые слова: Федеральная миграционная служба (ФМС России),
правоохранительные органы, миграционная политика, периодизация
информационного обеспечения, институт учета, историко-правовой
опыт органов государственного управления, административноправовое регулирование.
В настоящее время перед Федеральной миграционной службой
России (далее – ФМС России) и её территориальными органами стоит
задача – предоставлять населению страны государственные услуги и
исполнять государственные функции в паспортно-визовой сфере в
электронном виде на базе широкого использования современных
автоматизированных информационных систем.
В статье на основании изучения законодательства, нормативноправовых актов, специальной научной литературы, архивных
материалов и практики деятельности органов полиции, органов
внутренних дел и территориальных органов ФМС России предпринята
попытка выделить основные этапы становления и развития
информационного обеспечения их деятельности в паспортно-визовой
сфере.
Под паспортно-визовой сферой нами понимается совокупность
общественных отношений, охватывающих мероприятия по исполнению
международных договоров, российского законодательства, нормативноправовых актов Российской Федерации (далее – РФ) о российском
гражданстве, о свободе передвижения, выборе места жительства и
пребывания в пределах России, о регистрационном учете и паспорте
гражданина РФ, о выезде из России и въезде на её территорию, о
правовом положении иностранных граждан и лиц без гражданства
(далее – иностранцы) в России.
133
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Возникновение первых элементов учета и документирования
населения на Руси, как свидетельствует Лаврентьевская летопись,
относится к 945 г. Учет населения велся в фискальных целях, для
податного обложения, а в период монголо-татарского ига для
определения размеров дани.
Зародившаяся в раннефеодальных условиях древнерусского
государства система учета населения и контроля за его передвижением
развивалась по мере формирования крепостничества, развития
внутренней и внешней торговли.
Обращалось внимание как на количественный учёт населения,
так и на проблемы его документирования. Так, в Судебнике 1482 г.
впервые упоминаются «отпускные» документы. Они выдавались
отпущенным на волю холопам и получившим разрешение на выезд с
постоянного места жительства. Кроме «отпускных» в это время
действовали и другие документы, например, купцам выдавались
проездные грамоты. Военнослужащие, временно отпущенные со
службы, имели «письменные отпуска», а уволенные – «абшиды».
Четкого различия между этими документами не делалось. Для их
названия в Артикуле воинском 1715 г., как альтернативное
употреблялось слово «ПАС» (от французского – PASSE – проход,
пропуск).
Документом,
удостоверяющим
личность
иностранцев,
прибывших в Россию, а также отъезжающих за границу русских
подданных, становится «паспорт».
Важнейшее значение в учете и документировании населения
имел подписанный в 1724 г. Петром I законодательный акт под
названием «Плакат». С ним связывают установление паспортной
системы для податного сельского населения1.
Основным государственным органом, который вел учет
населения и контролировал его передвижение, стала полиция, для
которой паспортное дело было одним из важнейших в её
многопрофильной деятельности.
Таким образом, на первом этапе наши документы,
удостоверяющие личность, представляли собой рукописный бумажный
документ. В случае необходимости в него вносились соответствующие
изменения вручную, без использования каких-либо специальных
приспособлений.
Вышеизложенное позволяет назвать первым этапом в развитии
учетно-регистрационных, информационных отношений в нашем
государстве 945–1803 гг. и условно именовать его «Рукописный».
1
Спектор Е.И. Паспортно-визовой режим: правовое регулирование // Журн. рос.
права. 2001 г. №3.
134
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Следующий, второй этап, берет свое начало с 1803 г., когда Петр
I с целью борьбы с использованием фальшивых паспортов и
участившимися случаями бегства крестьян, ввел «печатные» паспорта
вместо «рукописных».
В Положении о паспортах 1812 г. был подробно
регламентирован порядок получения паспортов крестьянами,
отлучающимися для торговли или работы в другие местности.
С 1 января 1895 г. в соответствии с Положением о видах на
жительство началась выдача новых по форме документов. Принятое
Положение разделило все население империи на две группы. К первой
относились дворяне, офицеры, почетные граждане, купцы и
разночинцы. Им выдавались бессрочные паспортные книжки. Ко второй
— мещане, ремесленники и сельские обыватели, т. е. люди податных
сословий. В дальнейшем развитие информационного обеспечения в
рассматриваемой сфере отмечается не только ведением «печатных»
паспортов, но и реформой паспортной системы в связи с отменой
крепостного права, которая, в частности, выразилась в снятии
некоторых ограничений в свободе передвижения по стране, а также в
усилении роли паспорта как средства полицейского надзора.
Учету населения государством стало уделяться большое
внимание, была проведена первая всеобщая перепись населения
Российской империи.
Главным правовым документом, регламентирующим процесс
паспортизации населения России являлся «Устав о паспортах»,
принятый в 1903 г. В соответствии с предписаниями Устава о паспортах
лица, проживающие по месту постоянного жительства, не обязывались
иметь паспорта.
Заграничные паспорта выдавались без промедления сроком на
пять лет всем лицам старше двадцати лет. Контроль и учет за переездом
границы осуществлялся на таможне. Прибывающие в Россию
иностранцы получали паспорт сроком на один год с указанием места
проживания.
Основным государственным органом, который вел учет
населения и контролировал его передвижение, стала полиция, для
которой паспортное дело было одним из важнейших в ее
многопрофильной деятельности.
Первые документы — паспорта — фактически без существенных
изменений просуществовали вплоть до Февральской буржуазнодемократической революции 1917 г.
Данный временной отрезок, на наш взгляд, охватывает 1803–
1917 гг., составляет второй этап информационного обеспечения в
паспортно-визовой сфере и его можно условно обозначить как
«Печатный».
135
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Третий исторический этап, по-нашему мнению, включает 1917–
1932 гг. Крушение Российской империи, Гражданская война повлекли
за собой крупные изменения в правовом регулировании вопросов
гражданства, документирования населения, въезда в страну и выезда из
неё, обеспечения режима пребывания иностранцев.
11 ноября 1917 г. был издан декрет ВЦИК и СНК РСФСР «Об
уничтожении сословий и гражданских чинов»2, которым для всего
населения страны устанавливалось одно общее наименование –
гражданин Российской республики.
В связи с общей трудовой повинностью декретом СНК РСФСР
от 5 октября 1918 г. «О трудовых книжках для нетрудящихся»3 были
введены «трудовые книжки». Такие документы вводились взамен
прежних удостоверений личности, паспортов и других документов, в
первую очередь, для лиц, получающих нетрудовой доход.
В дальнейшем согласно декрету «О введении трудовых книжек в
городах Москве и Петрограде», утвержденному ВЦИК РСФСР 25 июня
1919 г.4, все граждане РСФСР, достигшие 16-летнего возраста, обязаны
были иметь трудовые книжки, которые служили удостоверением
личности в переделах РСФСР. Выдача трудовых книжек и других
документов возлагалась на органы милиции5.
В 1920 г. на милицию было возложено осуществление
нормативно-правовых актов, регулирующих пребывание иностранцев в
пределах РСФСР. Для этого в составе милиции были образованы
иностранные отделы6.
В этот же период НКВД и НКИД РСФСР был издан ряд
нормативных правовых актов, регламентирующих вопросы въезда в
Россию и выезда за границу. Установленный порядок сводился к
обязательному получению всеми гражданами и иностранцами
специального разрешения (визы) на каждую поездку.
Важное значение для развития информационного обеспечения в
паспортно-визовой сфере сыграло положение «Об адресных столах»,
утвержденное НКВД РСФСР 13 июля 1922 г. На его основе были
проведены серьезные организационные мероприятия, направленные на
ведение регистрации и учета населения в городах и для выдачи
различной справочной информации организациям, учреждениям и
частным лицам.
2
СУ РСФСР. 1917. №3. С. 31.
ЦГА РФ. Ф. 393. Оп. I. Д. 7. Л. 17 об.
4
Декрет Советской власти. М., 1971. Т.5 С. 304–306.
5
Сборник законодательных документов по вопросам организации и деятельности
Советской милиции (1917–1934гг.). М., 1957. С.14–15.
6
Желудкова Т.И. Деятельность советской милиции по охране общественного порядка.
М., 1979. С. 13–14.
3
136
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
20 июня 1923 г. был принят Декрет ВЦИК и СНК РСФСР «Об
удостоверениях личности», который юридически оформил слом старой
дореволюционной паспортной системы. С 1 января 1924 г. вводились
удостоверения личности, которые выдавались на три года. По желанию
получателя в документ могла быть наклеена фотокарточка. Получение
удостоверения личности являлось правом, а не обязанностью граждан.
Отсутствие такого документа не влекло никаких правовых последствий.
Таким образом, после 1923 г. в Советском государстве
установилась легитимационная система, при которой вместо паспорта
личность
гражданина
могла
быть
удостоверена
иными
многочисленными документами7.
26 апреля 1925 г. было принято постановление СНК РСФСР «О
прописке граждан в городских поселениях». Таким образом, начиная с
1925 г. институт прописки на долгое время стал неотъемлемой частью
паспортного режима Советского государства. Организация прописки
населения не только значительно улучшила информационное
обеспечение деятельности милиции, но и еще более расширила
возможности адресно-справочной работы.
5 июня 1925 г. было принято «Положение о въезде в СССР и о
выезде из СССР», которое являлось первым правовым актом,
регламентирующим вопросы въезда и выезда в общесоюзном масштабе.
Циркуляром НКВД РСФСР от 11 ноября было объявлено новое
«Положение об адресных бюро и адресных столах в РСФСР»8, которым
достаточно подробно регламентировался порядок регистрации и учета
населения, достигшего 16-летнего возраста, выдачи справок,
заполнения адресных листков.
Данный временной отрезок, по нашему мнению, охватывает 1917
– 1932 гг. и его условно можно именовать «Идентификационным».
Существовавшая в нашей стране с 1923 г. легитимационная
система, когда в обращении находилось более девяти различных видов
документов, удостоверяющих личность гражданина, являлась
серьезным препятствием для реализации ими своих прав,
осуществления взаимоотношений с государственными органами,
различными учреждениями и частными лицами. Такое положение дел
не способствовало становлению и развитию информационного
обеспечения деятельности милиции в рассматриваемой сфере.
Объективные условия развития общества поставили перед
государством задачу – установление в стране единой паспортной
7
Кусков Г.С. Основные этапы развития советской паспортной системы. М., 1968. Вып.
20. С.103.
8
Бюллетень НКВД РСФСР. 1926. № 28. С. 283–286.
137
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
системы, единого порядка учета населения по месту жительства и
передвижения по стране.
27 декабря 1932 г. ВЦИК и СНК СССР приняли постановление
«Об установлении единой паспортной системы по Союзу ССР и
обязательной прописки граждан». Все жители городов обязаны были
иметь паспорт как документ, удостоверяющий личность гражданина. С
октября 1937 г. в паспорта стали наклеивать фотографические карточки,
в дальнейшем вводились специальные чернила для заполнения бланков
паспортов и специальная мастика, а также штампы для крепления
фотокарточек.
28 августа 1974 г. СМ СССР утвердил новое Положение «О
паспортной системе в СССР». Положение установило единый для всего
населения страны, независимо от места жительства (город или село),
порядок, предусматривающий обязанность получать паспорт всем
гражданам СССР, достигшим 16-летнего возраста.
В 1970-е гг. значительно увеличилось количество поездок
советских граждан за границу и число иностранных граждан, которые
побывали в СССР.
Однако существовавшее на тот момент информационное
обеспечение деятельности аппаратов виз и регистраций (ВИР) органов
внутренних дел сдерживало деятельность этих подразделений. В
частности, существовавшая тогда статистическая отчетность не
позволяла в полной мере анализировать деятельность аппаратов ВИР,
принимать необходимые управленческие решения, обеспечивать
соответствующими
данными
заинтересованные
ведомства
и
организации.
В этих условиях необходимо было модернизировать
статистическую отчетность, не только учитывающую основные
изменения, произошедшие в деятельности служб ВИР, но и
устраняющую имеющие проблемы и неточности. Такая работа была
проведена, и с 1 января 1979 г. новые формы статистической отчетности
введены в действие. Поскольку всю информацию предусматривалось
обрабатывать на ЭВМ в ГНИЦУИ МВД СССР, во всех формах
отчетности были введены дополнительные реквизиты: цифровой
заголовок, шифры стран государства (подданства) иностранных
граждан и контрольная сумма по графам.
Следует отметить, что предпринятая попытка решения задачи
автоматизированной обработки новых форм статистической отчетности
позволила
создать
унифицированную
систему документации
«Статистика – ОВИР». Эта система представляла необходимую
информацию для принятия управленческих решений, обеспечивала
использование электронно-вычислительной техники, средств сбора,
обработки, хранения и выдачи информации. Её основу составляли
138
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
единообразное построение форм документов, единство применяемой
терминологии и условных обозначений, стандартизация требований,
предъявляемых к унифицированным документам.
Другим
аспектом
совершенствования
информационного
обеспечения деятельности служб ВИР в те годы была задача замены
выездных – въездных дел другим источником информации.
Одним из вариантов такого носителя были перфокарты с краевой
перфорацией. Разработанные перфокарты прошли апробацию в ряде
МВД, УВД и показали хороший результат. Так, только в аппаратах ВИР
Украинской ССР при применении перфокарт ежегодно экономилось
более 10 тыс. человеко-часов рабочего времени.
Однако в дальнейшем пришлось отказаться от карт с
перфорированным краем. Это было вызвано несовершенством
селектора, отсутствием ножниц перфоратора, примитивностью
механического кодирования (вырезание ячеек) и процесса поиска
информации (продевание) спиц через определенные отверстия всех
карт.
Было признано целесообразным ввести в практику карты без
краевой перфорации (заявления-анкеты). Такая форма представляет
собой прямоугольную карточку размером 297х207 мм, сложенную
пополам. На карточке предусмотрены графы для заполнения их
данными в соответствии с установленным порядком оформления
заграничных паспортов.
В
перспективе
предполагалось
создать
единую
автоматизированную систему (условный шифр «Аргус»), которую
пытался разработать ЦНИЛ ГНИЦУИ МВД СССР. Применение ЭВМ в
решении вопросов въезда и пребывания в СССР иностранных граждан,
а также зарубежных поездок советских граждан, безусловно,
способствовало дальнейшему совершенствованию работы в паспортновизовой сфере.
На этом этапе информация о гражданах – владельцах внутренних
паспортов, данные регистрационного учета населения обрабатывались
сотрудниками паспортно-визовой службы вручную в адресносправочных бюро по паспортным листкам («листок прибытия» и
«листок убытия»), которые раскладываются в алфавитном порядке
пофамильно в специально предназначенных для этого картотеках. Учет
заграничных паспортов велся теми министерствами и ведомствами,
которые их выдавали, также по специальным карточкам учета9.
9
Более подробно см.: Обидин В.С. Актуальные вопросы совершенствования
информационного обеспечения деятельности службы виз и регистраций // Проблемы
информационного обеспечения органов внутренних дел. М., 1981. С. 76–88.
139
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Указом Президента РФ от 13 марта 1997 г. № 232 «Об основном
документе, удостоверяющем личность гражданина РФ»10 был введен в
действие новый паспорт гражданина РФ. В анализируемый период
отмечается «пошаговый» переход от учетов паспортной системы в виде
бумажных картотек к накоплению данных учетов в электронном виде
как некоего информационного ресурса, который стал бы основанием
для формирования последующих автоматизированных банков данных.
Другими словами, в данном периоде учеты ведутся не только в
бумажном виде, но и в электронном.
В то же время из сказанного вытекает, что перед
соответствующими субъектами МВД России была поставлена задача
активного перевода существующих паспортно-визовых учетов в
электронный вид и компьютерную обработку информации в рамках
целевой программы по разработке и внедрению информационных
технологий для автоматизации процессов обработки паспортно-визовых
документов и обмена информацией между заинтересованными
органами и ведомствами по учету населения. Поэтому данный
временной отрезок можно обозначить в границах с 1932–2002 гг., с
условным наименованием «Смешанный или переходный» этап.
Основанием для выделения следующего этапа информационного
обеспечения явилось распоряжение Правительства Российской
Федерации от 15 ноября 2002 г. № 1606-р «О создании центрального
банка данных по учету иностранных граждан и лиц без гражданства,
временно или постоянно проживающих на территории Российской
Федерации»11.
Приказом МВД России от 7 октября 2003 г. № 776 Центр
паспортно-визовой информации был преобразован в Центр паспортновизовых информационных ресурсов, Центр обращений граждан по
паспортно-визовым вопросам – в Центр оформления приглашений
иностранным гражданам МВД России.
Указом Президента РФ от 9 марта 2004 г. № 314 в составе МВД
России образовано ФМС России, которой были переданы
правоприменительные функции, функции по контролю и надзору, а
также функции по оказанию государственных услуг в сфере миграции.
Постановлением Правительства Российской Федерации от 6
апреля 2005 г. № 186 «Об утверждении положения о создании, ведении
и использовании центрального банка данных по учету иностранных
граждан, временно пребывающих и временно или постоянно
проживающих в Российской Федерации, в том числе участников
государственной программы по оказанию содействия добровольному
10
11
СЗ РФ. 1997. № 11. Ст. 1301.
СЗ РФ. 2002 № 47. Ст. 4694.
140
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
переселению
в
Российскую
Федерацию
соотечественников,
проживающих за рубежом»12 впервые на федеральном уровне было
закреплено создание центрального банка данных по учету иностранных
граждан.
Центральный
банк
данных
представляет
собой
специализированную
межведомственную
автоматизированную
информационную
подсистему,
содержащую
информацию
об
иностранных гражданах, временно пребывающих и временно или
постоянно проживающих в Российской Федерации, в том числе
участников государственной программы по оказанию содействия
добровольному
переселению
в
Российскую
Федерацию
соотечественников, проживающих за рубежом. Данная подсистема
предназначена
для
совместного
ведения
и
использования
заинтересованными федеральными органами исполнительной власти и
является составной частью государственной информационной системы
миграционного учета. Центральный банк данных находится в ведении
ФМС России и является федеральным информационным ресурсом.
Важно отметить, что именно на этом этапе, начиная с марта 2005
г. стала формироваться Государственная система изготовления,
оформления и контроля паспортно-визовых документов нового
поколения. Очевидно, что использование в заграничных паспортах
электронных и биометрических технологий существенно повышает
уровень защиты паспортно-визовых документов от подделок.
Данная система включает в себя производство бланков
заграничных паспортов нового поколения, прием документов у граждан
и получение биометрических параметров, согласование выдачи
паспорта с МВД России, ФСБ России и другими заинтересованными
ведомствами и контроль за уже выданными документами.
Новый российский заграничный паспорт содержит пластиковую
страницу, в которую имплантирована бесконтактная микросхема с
антенной. В эту микросхему, находящуюся на первой странице
паспорта, записываются персональные данные его владельца: фамилия,
имя, отчество, номер паспорта, дата рождения, пол, дата выдачи и дата
окончания срока действия паспорта. Здесь же помещается цифровая
фотография данного человека. Это сделано с целью защиты паспорта от
подделок. Микросхема содержит энергонезависимую память объемом
72 килобайта. В неё можно поместить дополнительную
биометрическую информацию: отпечатки пальцев, изображение
радужной оболочки глаз, другие идентификационные признаки
человека.
12
СЗ РФ. 2005. № 15. Ст. 1348.
141
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Временной отрезок с 2002 г. по настоящее время является
следующим этапом в развитии информационного обеспечения и
условно именуется нами «Автоматизированный». Он является наиболее
продуктивным в плане массового создания и внедрения
автоматизированных систем.
На основании вышесказанного можно сделать вывод о
возможности выделения основных исторических этапов зарождения и
совершенствования информационного обеспечения деятельности
органов государственного управления в паспортно-визовой сфере.
Первый этап – «Рукописный» (945–1800 гг.) – именно в это
время зародилась и начала действовать система учета населения.
Второй этап – «Печатный» (1800–1917 гг.) характеризуется
введением «печатных» паспортов вместо рукописных, дальнейшей
модернизацией система учета населения страны, проведением первой
переписи населения Российской империи.
Третий этап – «Идентификационный» (1917–1932 гг.)
характеризуется изменениями в правовом регулировании вопросов
гражданства, документирования населения, въезда в страну и выезда из
неё, обеспечения режима пребывания иностранцев.
Четвертый этап «Смешанный или переходный» (1932–2002 гг.).
Отмечается «пошаговый» переход от учетов паспортной системы в виде
бумажных картотек к накоплению данных учетов в электронном виде.
Пятый этап – «Автоматизированный» (с 2002 г. по настоящее
время) характеризуется использованием электронных и биометрических
технологий, является наиболее продуктивным в плане массового
создания и внедрения автоматизированных систем.
Список литературы
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
Декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 11 ноября 1917 г. «Об уничтожении
сословий и гражданских чинов» // СУ РСФСР. 1917. №3.
Декрет СНК РСФСР от 5 октября 1918 г. «О трудовых книжках для
нетрудящихся» // ЦГА РФ. Ф. 393. Оп. 1. Д. 7. Л. 17 об.
Декрет Советской власти. М., 1971. Т.5.
Желудкова Т.И. Деятельность советской милиции по охране
общественного порядка. М., 1979.
Кусков Г.С. Основные этапы развития советской паспортной
системы. М., 1968. Вып. 20.
Обидин
В.С.
Актуальные
вопросы
совершенствования
информационного обеспечения деятельности службы виз и регистраций
// Проблемы информационного обеспечения органов внутренних дел.
М., 1981.
Постановление Правительства РФ от 17 июля 1995 г. № 713 «Об
утверждении Правил регистрации и снятия граждан РФ с
142
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
регистрационного учёта по месту пребывания и месту жительства в
пределах РФ и перечня должностных лиц, ответственных за
регистрацию» // Рос. газ. 1995. 27 июля.
8.
Постановление Правительства РФ от 6 апреля 2005 г. № 186 «Об
утверждении положения о создании, ведении и использовании
центрального банка данных по учету иностранных граждан, временно
пребывающих и временно или постоянно проживающих в Российской
Федерации, в том числе участников государственной программы по
оказанию содействия добровольному переселению в Российскую
Федерацию соотечественников, проживающих за рубежом // СЗ РФ.
2005. № 15. Ст. 1348.
9.
Приказ МВД России от 30 июля 2006 г. № 518 «Об утверждении
инструкции по формированию, ведению и использованию центрального
банка данных по учету иностранных граждан и лиц без гражданства,
временно пребывающих и временно или постоянно проживающих на
территории субъектов РФ, в территориальных органах ФМС России и
МВД, ГУВД, УВД субъектов РФ» // Сб. приказов МВД России,
признанных не нуждающимися в государственной регистрации 2005 2007 гг. (Бюл. текущего законодательства). М., 2007.
10.
Приказ ФМС России, МВД России, Минкомсвязи России, ФСБ
России, ФСТЭК России от 19 февраля 2010 г. № 38/91/76/90 «Об
утверждении Регламента регистрации пользователей и поставщиков
сведений и подключения их к государственной информационной
системе миграционного учета»// Бюл. нормативных актов федеральных
органов исполнительной власти. 2010. № 25.
11.
Приказ ФМС России от 20.09.2007 г. № 208 «Об утверждении
Административного регламента предоставления государственной
услуги по регистрационному учёту граждан РФ по месту пребывания и
по месту жительства в пределах РФ» // Рос. газ. 2008. 23 янв.
12.
Распоряжение Правительства РФ от 15 ноября 2002 г. № 1606-р «О
создании центрального банка данных по учету иностранных граждан,
временно или постоянно проживающих на территории Российской
Федерации» // СЗ РФ. 2007. № 47. Ст. 4694.
13.
Сборник законодательных документов по вопросам организации и
деятельности Советской милиции (1917–1934гг.). М., 1957.
14.
Спектор Е.И. Паспортно-визовой режим: правовое регулирование //
Журн. рос. права. 2001. №3.
15.
Указ Президента РФ от 19 июля 2004 № 928 «Вопросы Федеральной
миграционной службы» // СЗ РФ. 2004. № 30.Ст. 3150.
16.
Указ Президента РФ от 13 марта 1997 г. № 232 «Об основном
документе, удостоверяющем личность гражданина РФ на территории
РФ» // СЗ РФ. 1997. № 11. Ст. 1301.
143
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
17.
Циркуляр НКВД РСФСР от 11 ноября 1926 г. «Положение об
адресных бюро и адресных столах в РСФСР // Бюллетень НКВД
РСФСР. 1926. № 28.
STAGES OF FORMATION AND DEVELOPMENT OF
INFORMATION SUPPORT OF ACTIVITY OF STATE BODIES IN
THE PASSPORT AND VISA SPHERE
Z.N. Stolyarova
Academy of management of the Ministry of Internal Affairs of Russia
Article is devoted to allocation of stages of formation and development of
information support of activity of state bodies in the passport and visa sphere.
The periodization of information support in the passport and visa sphere
taking into account historical and legal experience of legal regulation of
activity of divisions of Federal Migration Service and law enforcement
agencies is in detail considered.
Keywords: Federal Migration Service (FMS of Russia), law enforcement
agencies, migratory policy, periodization of information support, account
institute, historical and legal experience of state bodies, administrative and
legal regulation. On legal regulation of information support of Federal
migratory service and law enforcement agencies (police).
Об авторе:
СТОЛЯРОВА Зинаида Николаевна – адъюнкт Академии
управления МВД России (125171, г. Москва, ул. З. и А.
Космодемьянских, 8), майор полиции, e-mail: zina_adyunkt@mail.ru
144
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 145 – 157.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
УДК 343.275
МЕТОДОЛОГИЧЕКИЙ ПОДХОД К ОПРЕДЕЛЕНИЮ ПОНЯТИЯ
И СУЩНОСТИ СЕМЕЙНО-ПРАВОВОГО СТАТУСА ЛИЦ,
ОСУЖДЕННЫХ К ЛИШЕНИЮ СВОБОДЫ
М.Э. Толченкина
Академия ФСИН России
Рассматривается система (матрица) уровней и оснований семейноправового статуса лица, осужденного к лишению свободы. Исследуются
и соотносятся между собой такие понятия, как правовой статус,
правовое положение, правовой модус, правовое состояние,
правосубъектность, сформулирован многоуровневый системный подход
к изучению понятия и сущности семейно-правового статуса осужденных
к лишению свободы. Обозначенный автором подход является
методологической основой в работе с системой законодательства,
регламентирующего семейно-правовое положение осужденных к
лишению свободы.
Ключевые слова: семья, правовой статус, правовое положение,
правовой модус, правовое состояние, осужденные, лишение свободы,
исполнение наказаний, семейная правосубъектность.
Вопрос о правовом статусе личности является в науке
дискуссионным, но при этом базовым и принципиальным. Вопросы
теории
и
практики
правового
статуса
личности
имеют
основополагающее значение для законотворчества, реализации права,
всей юридической практики и правовой идеологии1. Традиционно под
правовым статусом личности понимают юридически закрепленное
положение личности в государстве и обществе. Согласно другому
формально юридическому подходу, правовой статус – система
признанных и гарантируемых государством (в законодательном
порядке) прав, свобод и обязанностей, а также законных интересов
человека как субъекта права. Права и свободы представляют собой
социальные возможности гражданина, признанные и обеспеченные
государством, обязанности – притязания государства к гражданину, его
поведению2.
По своей семантике понятие «статус» является синонимичным
понятию «положение». В науке имеется контроверза по поводу
соотношения двух понятий – правовое положение и правовой статус.
1
Бакулина Л.В. Правовой статус и обеспечение личных и социально-экономических
прав осужденных к лишению свободы: автореф. дис. … канд. юр. наук. Казань, 2000.
С. 3.
2
Сухарев А. Большой юридический словарь. 2005. URL: http://determiner.ru/dictio-nary.
145
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Правовой статус – категория исторически обусловленная, в
каждый период развития государства и права с учетом приоритета
охраны того или иного интереса происходят качественные изменения
данного понятия. Эта категория вбирает в себя достижения общества,
государства
и
права,
предполагает
многовековой
опыт
государственности, института прав человека и уровень развития
экономических отношений. В каждый период времени для общества и
государства принципиально важно определить формально-юридические
границы и содержание данного понятия. Таким образом, отметим, что
понятие правового статуса является юридически позитивным,
формально-определенным. Данному понятию предшествует интерес
личности, который с момента появления государства и с учетом его
санкции получает название законного интереса. В связи с этим нам
импонирует позиция О.Ф. Скакуна, который отметил, что «интерес
предшествует правам и обязанностям независимо от того, находит ли он
прямое закрепление в законодательстве или просто подлежит правовой
защите со стороны государства. Как категория внеправовая или
"доправовая", интерес закрепляется не только в конкретных правовых
предписаниях, но и в принципах права. Он способствует формированию
правовой установки личности»3.
В теории имеется полемика по поводу соотношения следующих
понятий: правовой статус, правовое положение, правовое состояние,
правовой модус, правосубъектность. Попытаемся определить каждое из
представленных понятий и сформулировать собственный подход в
отношении вопроса о понятии и структуре семейно-правового статуса
лиц, осужденных к лишению свободы.
Итак, прежде всего отметим, что данные понятия стали известны
благодаря законодательной деятельности и научным изысканиям в
сфере юриспруденции по различным ее направлениям. Что касается
таких понятий, как «правовой статус» и «правовое положение», то они
является законодательными, чаще всего интерпретируются как
синонимы и могут взаимозаменяться. Слово «статус» в переводе с
латинского означает положение, состояние кого-либо или чего-либо.
Согласно Большому толковому словарю статус – 1) офиц. совокупность
прав и обязанностей гражданина или юридического лица; 2) положение,
состояние4.
В законодательстве нет легальных определений данных понятий,
но работа с нормативно-правовыми актами показала следующее. Нам
удалось найти косвенное определение правового статуса. Так,
Модельный закон о статусе работника образования, принятый в г.
3
4
Скакун О.Ф. Теория государства и права: учебник. Харьков. 2000. С. 412.
URL: http://www.gramota.ru/slovari.
146
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Санкт-Петербурге 16.11.2006 г. Постановлением 27-13 на 27-м
пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств–
участников СНГ, закрепляет положение о том, что «правовой статус
работника образования – юридически закрепленное положение лица,
занимающегося специализированной деятельностью, связанной с
функционированием и развитием системы образования...»5.
Законодатель в тексте нормативных правовых актов использует
рассматриваемые два понятия как синонимы. Например, в Федеральном
законе от 2 марта 2007 г. (ред. от 21.11.2011 г.) № 25-ФЗ «О
муниципальной службе в Российской Федерации» предусмотрена глава
третья «Правовое положение (статус) муниципального служащего» 6.
Федеральный закон от 27.07.2004 г. № 79-ФЗ (ред. от 21.11.2011 г., с
изм. от 06.12.2011 г.) «О государственной гражданской службе
Российской Федерации» также в главе третей апеллирует к
формулировке «правовое положение (статус)»7 и др.
Для понимания предмета спора о соотношении двух понятий:
правовой статус и правовое положение – приведем ряд примеров. С
одной стороны, они являются синонимами и допускается их
взаимозаменяемость. С другой стороны, они не совпадают. Так,
например, В.В. Бараненков, проведя семантический анализ двух
понятий, пишет о том, что «правовое положение лица обусловливается
его правовым статусом, который можно определить как определенный
фиксированный уровень (ступень) развития правового положения,
достижение которого влечет его скачкообразное существенное
изменение. Развитие правового положения приводит к такому его
уровню, когда лицо приобретает качественно новый статус». Таким
образом, понятие правовое положение является шире понятия правовой
статус. Правовой статус, по мнению автора, это ступень (этап) развития
правового положения субъекта права.
С.А. Комаров относит к правовому положению личности
правосубъектность и юридические гарантии. Оно, по мнению ученого,
является составным элементом правового состояния личности.
В.Н. Бутылин разграничивает эти два понятия. Под правовым
положением лица, содержащегося под стражей, он понимает
совокупность всех правовых состояний и возможностей этого лица, т. е.
всех прав и обязанностей. Правовой статус автор представляет
стержнем правового положения – системой основных прав и
5
Информационный бюллетень. Межпарламентская Ассамблея государств–участников
Содружества Независимых Государств. 2007. № 39 (часть 2). С. 223–236.
6
Рос. газ.. № 47. 2007. 7 марта.
7
Рос. газ. № 162. 2004. 31 июля.
147
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
обязанностей такого лица8. Таким образом, правовой статус выступает
частью (ядром) понятия «правовое положение».
В этой связи важно соотнести с указанными понятиями еще одно
– правовой модус. Если правовой статус – это совокупность прав и
обязанностей лица как гражданина, то правовой модус – совокупность
прав и обязанностей, принадлежащих лицам, определенного рода9.
Скажем, факт осуждения лица к лишению свободы трансформирует его
правовое положение. Так, например, лица, отбывающие наказания в
исправительных учреждениях, не имеют возможности в полной мере
осуществлять воспитание своих детей лично. Такое положение и
называется в науке правовым модусом.
С точки зрения семантики слова, модус (от лат. modus) – мера,
образ, способ, вид существования или действия чего-либо. Спиноза
говорил, что модусы – различные состояния, которые принимает единая
субстанция10.
Согласно другому определению, модус – технико-юридическое
понятие, обнимающее некоторые добавочные оговорки при совершении
безвозмездных юридических сделок, особенно дарений и завещаний11.
Н.В. Витрук определял правовой модус как специальный статус,
положение гражданина в обществе и государстве, связанное с особой
его деятельностью, что регламентировано соответствующими
специальными нормами12. Пожалуй, стоит отметить справедливость
взглядов В.Н. Витрука и сделать вывод о том, что понятие «правовой
модус» предполагает существование специального правового
положения (правового статуса), которое отражает конкретные
особенности правового положения лица, обладающего различными
характеристиками, иными словами, социально-нормативное состояние.
Теперь перед нами стоит задача соотнести понятия «правовой
модус» и «правовое состояние». Сегодня в науке все больше
актуализируется вопрос о необходимости изучения данной категории
права. Имеется ряд научных изысканий, посвящённых изучению
категории правовое состояние. В дореволюционном праве было понятие
8
Бутылин В.Н. Конституционные основы правового положения личности. М., 1995. С.
5.
9
Ровный В.В. О категории «правовой модус» и ее содержании // Государство и право.
1998. № 4. С. 88.
10
URL: http://vesnarusedeka.info/?p=646.
11
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (1890–1907) // URL:
http://dlib.rsl.ru/view.php?path
12
Витрук Н.В. Правовой модус личности: содержание и виды // Проблемы государства
и права: тр. науч. сотрудников и аспирантов Института государства и права АН СССР.
М. 1974. Вып. 9. С. 43–50; Его же. Структура правового статуса депутата (вопросы
теории) // Закон о статусе депутата на практике: материалы науч.-практ. конф.
Ярославль, 1976. С. 20–23.
148
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
«права состояния», которое использовалось еще в законодательстве
Российской империи и означало общее название сословных прав. Для
наделения конкретными правами необходимо было принадлежать к
состоянию (природные обыватели, инородцы, иностранцы). Лица, не
принадлежавшие ни к какому состоянию были обязаны «избрать род
жизни», т. е. приписаться к одному из податных сословий. Это
приходилось делать всем незаконнорожденным по достижении
совершеннолетия, так как им ни отец, ни мать не сообщали своего
состояния13. Для возникновения конкретных прав требовалось, кроме
того, достигнуть определённого возраста (например, для заключения
брака мужчине – 18 лет, женщине – 16 лет).
О правах состояний писал А.Д. Градовский. Согласно его
комментарию, потеря и ограничение прав состояния являются
последствиями судебного приговора за преступление. По общему
правилу, отраженному в ст. 9 IX тома Свода законов Российской
Империи, «никто не может быть лишен прав состояния или ограничен в
сих правах иначе, как по суду за преступление».
Лишение и ограничение прав состояния впервые было введено
Петром Великим. Уложение царя Алексея Михайловича не знало такого
наказания. В то время самые тяжкие преступления не влекли за собой
извержения из гражданского общества. С Петра Великого явилось так
называемое шельмование. То начало, о котором говорит ст. 9 IX тома
Свода законов Российской Империи, ясно выражено в дворянской
жалованной грамоте и городовом положении Екатерины II. Отсюда оно
перешло в другие части законодательства, касающиеся прочих
состояний. Приговор о лишении прав состояния поражает
исключительно то лицо, по поводу которого он состоялся. Он не
простирается ни на жену, ни на детей осужденного, если они не
участвовали в соделанном им преступлении. Эти лица сохраняют права
своего состояния даже в том случае, если они последуют в ссылку за
своим отцом или мужем14.
Впоследствии в науке появляется понятие «правовое состояние».
Начиная с 50-х гг. XX в. правовое состояние воспринимается учеными в
качестве разновидности юридических фактов15. Позже Н.В. Витрук
определил правовое состояние как характеристику личности
относительно принадлежности к конкретному государству и как стадию
13
Коркунов Н.М. Русское государственное право. СПб., 1901. Т. 1. С. 264.
Градовский А.Д. Начала русского государственного права. Тома I-III. С. -Петербург,
типография М. Стасюлевича, 1875 г. (том I). URL: http://constitution.garant.ru/sciencework/pre-revolutionar/3988988/chapter/23/.
15
Груздев В.В. Правовое состояние личности: постановка проблемы // Юр. мысль.
2011. № 5 (67). С. 14.
14
149
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
проявления прав, свобод и обязанностей личности16. С.А. Комаров ввел
понятие политико-правового положения личности, которое включает в
себя: принципы взаимоотношения государства и личности; гражданское
состояние личности, правовое положение личности (правосубъектность,
правовой статус, юридические гарантии); общие гарантии17. А.А.
Ерошенко определил правовое состояние личности как совокупность
юридических свойств человека, которые воплощаются в формах
правовых возможностей (права) и обязанностей лица, зависящих от
положения индивида в регламентируемой законом сфере и
проявляющихся в длящихся правоотношениях различного рода18. В.Б.
Исаков определил правовое состояние как юридические факты,
отражающие длящиеся, стабильные характеристики общественных
отношений и участников отношений, их признаки19.
Безусловно, мы не ставим целью изучение всех научных
изысканий, связанных с данной темой, но с точки зрения
методологической основы своего исследования мы все-таки должны
определиться с конкретной категорией.
Правовое состояние – это обусловленная социальнокультурными условиями жизнедеятельности общества разновидность
социального состояния, представляющая собой способ юридического
бытия субъектов, объектов или общественных отношений в
определенный момент времени и в определенном пространстве,
закрепленный в законодательстве. Базовой классификацией правовых
состояний субъектов является их деление на правовые состояниясвойства и правовые состояния-отношения. Правовое состояниесвойство – это предусмотренное нормами права обстоятельство,
носящее длительный характер и отображающее физиологические или
психологические изменения в организме человека, уровень
материальной обеспеченности либо иные социальные свойства
субъекта. Правовое состояние-отношение – это специфическое
правоотношение, обладающее сложным внутренним строением,
стабильным
содержанием,
а
также
длительным
периодом
20
существования . Ю.С. Новикова выявила основные отличия правового
состояния от правового статуса, которые в первую очередь заключаются
в том, что круг носителей правовых состояний шире, чем круг
16
Витрук Н.В. Общая теория правового положения личности. М., 2008.
Комаров С.А. Личность в политической системе российского общества (политикоправовое исследование). Саранск, 1995.
18
Ерошенко А.А. Проблемы гражданского состояния в развитом социалистическом
обществе. Краснодар, 1980.
19
Новикова Ю.С. Правовое состояние как категория права: дис. ... канд. юр. наук.
Екатеринбург, 2005. С. 8.
20
Там же.
17
150
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
носителей правовых статусов. Соотношение понятий «правовой статус»
и «правовое состояние субъекта» можно определить следующим
образом: правовой статус – это юридически закрепленное правовое
положение субъекта, а правовое состояние – это фактическое правовое
положение субъекта. Это, по мнению Ю.С. Новиковой, означает, что
правовой статус и правовое состояние субъекта соотносятся как общее и
часть; правовой статус субъекта является эталоном, которому должно
соответствовать его правовое состояние; правовое состояние субъекта
является стадией реализации, осуществления его правового статуса;
правовое состояние субъекта индивидуализирует его правовой статус 21.
Нам полностью импонирует подход автора, опираясь на который
мы можем позволить себе соотнести понятия, обозначенные в начале
статьи. Но прежде нам важно определить еще и такое понятие, как
правосубъектность, и соотнести его с вышеперечисленными. В данном
вопросе
также
имеется
полемика:
«правовой
статус»
и
«правосубъектность» совпадают в своем значении и объеме понятий22;
соотносятся как часть и общее (правосубъектность включает в себя
правовой статус и правоспособность) 23; правовой статус включает в
себя понятие правосубъектности24; в структуру понятия «правовой
статус» входят: правовые нормы, устанавливающие данный статус;
правосубъектность; основные права и обязанности; законные интересы;
гражданство; юридическая ответственность; правовые принципы;
правоотношения общего (статусного) типа25.
На основании изложенного отметим, что, на наш взгляд, понятие
правового статуса является более емким понятием по отношению к
понятию правосубъектности как признака, качества, свойства субъекта
правоотношений, который способен иметь и осуществлять своими
действиями права и обязанности, реализовать провозглашенные
государством права и обязанности в объеме, обусловленном
положением субъекта в конкретной жизненной обстановке. Термин
«правовой статус» является системообразующим по отношению к
правосубъектности и выступает некой гарантией государства. И.А.
Михайлова
справедливо
отметила:
«Ключевым
моментом,
позволяющим правильно разграничить категории "правосубъектность"
и "правовой статус", следует признать систему законодательных
21
Там же. С. 9–10.
См., например: Мицкевич А.В. Субъекты советского права. М., 1962. С. 20.
23
См., например: Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности. М., 1969.
С. 87.
24
См., например: Бегичев Б.К. Трудовая правоспособность советских граждан. М., С.
64, 74.
25
См., например: Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права: учебник. М.,
2004.
22
151
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
гарантий как совокупность объективных условий, позволяющих
надлежащим образом реализовать принадлежащие лицу правомочия»26.
Кроме того, разрешить спор может следующий довод. Правовой
статус личности – юридически закрепленное положение личности в
государстве и обществе, свидетельствующее о ее ценности в
государстве, приоритете охраны интересов и др. Понятие
правосубъектности производно от словосочетания субъект права, под
которым понимается лицо, обладающее по правy способностью иметь и
осуществлять права и юридические обязанности. Для того чтобы
обладать такой способностью, необходимо отвечать определенным
требованиям законодательства. Законодатель путем перечисления
признаков, указания на качества, которыми субъекты должны обладать,
наделяет их правом выступить в роли адресатов норм отдельной
отрасли права. Например, для вступления в брак необходимо
достижение определенного возраста. Семейный кодекс РФ
устанавливает единый брачный возраст для мужчин и женщин –
восемнадцать лет, который совпадает с возрастом их гражданского
совершеннолетия (ст. 21 ГК РФ).
С.А. Комаров очень справедливо и авторитетно выразил свою
позицию в отношении проблемы соотношения изучаемых понятий:
«Взаимосвязь и взаимообусловленность гражданского состояния
личности, ее правосубъектности и правового статуса заключается в том,
что государство, определяя гражданское состояние личности, тем
самым закрепляет ее правовой статус, фиксирует его возможный объем,
а также наделяет личность правосубъектностью, которая зависит от
объема правового статуса»27.
И для того, чтобы комплексно и системно отразить особенность
наших взглядов на проблему, необходимо также вспомнить
общеизвестную классификацию правовых статусов личности, согласно
которой правовой статус бывает следующих видов: общий,
специальный (родовой) и индивидуальный. Полагаем, что подобная
классификация не в полной мере способна отразить тот или иной статус
личности, так как необходимо определяться с основаниями для
классификации правового статуса. Во избежание путаницы считаем
корректнее включать в правовой статус: общий (международный),
конституционный (базовый), отраслевой, родовой (специальный) и
индивидуальный правовые статусы личности.
Кроме того, в науке имеется на вооружении и понятие
нормативной модели, которое сочетается с понятием правового
26
Михайлова И.А. Гражданская правосубъектность физических лиц: проблемы
законодательства, теории и практики: монография. М., 2006. С. 83.
27
Комаров С.А. Указ. соч. С. 24.
152
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
состояния личности. Человекоцентристский подход к праву
предполагает, что в государстве должна быть обеспечена реализация
равных возможностей граждан на основе установленных в законном
порядке правовых средств. Иными словами, актуализируется подход Р.
фон. Иеринга, согласно которому «все правила права, какой бы ни был
их предмет, – лица, вещи, какое бы ни было их содержание – повеления
или запрещения, обязанности или права, будут ли они относиться к
гражданскому, уголовному или государственному праву, – все они
имеют целью человека»28.
По мнению В.В. Груздева, среди правовых средств «особое место
занимают нормативные модели правовых состояний личности,
позволяющие не только сообщить или отразить определенные свойства
(характеристики) человека, придать им юридическую значимость, но и
создать
условия
возникновения
последующих
юридических
29
эффектов» .
Безусловно, данный термин был заимствован из других отраслей
знаний. Так, согласно Экономико-математическому словарю под
нормативной моделью понимают модель, предназначенную для
нахождения
желательного
состояния
объекта
(например,
оптимального)30.
С точки зрения права нормативная модель – законодательно
определенная модель (эталон, образец) поведения человека в обществе,
обусловленная свойствами человека, личности и гражданина,
реальностью его поведения, а также его потребностями и уровнем их
законодательного регулирования, в основе которого лежит
гуманистический подход.
Проще говоря, человек в силу своих особенностей, свойств
может находиться в разных правовых состояниях, которые
предполагают оптимальные, адекватные, типичные, нормативно
определенные модели поведения человека в обществе.
Теперь
скомпилируем
вышепредставленные
тезисы
и
сформулируем свой подход к вопросу определения семейно-правового
статуса лиц, осужденных к лишению свободы, и многоуровневого
системного подхода к изучению данного понятия в рамках нашего
исследования. Так как понятие правового статуса личности идентично
понятию правового положения личности и означает формальноопределенное закрепление обеспеченной государством системы прав и
28
Иеринг Р. фон. Интерес и право // Избр. тр.: в 2 т. СПб., 2006. Т. 1. С. 587.
Груздев В.В. Правовое состояние личности: постановка проблемы // Юр. мысль.
2011. № 5 (67). С. 13.
30
Лопатников Л.И. Экономико-математический словарь: словарь современной
экономической науки. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Дело, 2003.
520 с.
(http://slovari.yandex.ru/~книги/Лопатников/).
29
153
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
обязанностей лица, являющегося субъектом правоотношений, и
обусловлено уровнем развития государства и общества. Правовой
статус личности обосновывается на международном, конституционном
и
отраслевом
уровнях
законодательства,
предполагающих
соответствующие виды правового статуса. С учетом специального
правового положения лица, (например, осужденного к лишению
свободы), целесообразно говорить о правовом модусе лица, понятии,
дифференцирующем
принадлежность
лица
к
конкретным
правоотношениям, предполагающим специальный законодательноопределенный набор прав и обязанностей, общих для лиц конкретной
группы. В данном случае набор таких прав обосновывается на
отраслевом и родовом уровнях законодательства и резюмируется факт
существования отраслевого и родового правового статусов (отраслевой
и родовой модус). Данный блок уровней и статусов в своей взаимосвязи
представляет собой юридическое основание статуса (положения) лица.
Фактическое основание берет свое начало с понятия «правовое
состояние», т. е. фактическое положение субъекта (в отличие от
юридического положения субъекта – правового модуса), которое
обусловливается: 1) обстоятельством, в конкретном случае осуждением
лица за совершение преступления; 2) общественным отношением,
возникающим в связи с исполнением и отбыванием уголовного
наказания в виде лишения свободы, определяемым как режим
отбывания наказания (в конкретном виде исправительного учреждения);
3) индивидуальными особенностями субъекта общественных
отношений, имеющих место в конкретный период времени и в
конкретной обстановке, с учетом принципа индивидуализации
отбывания наказания. Фактическое основание (правовое состояние)
охватывается отраслевым, родовым и индивидуальным статусом лица.
При этом правовое состояние субъекта предполагает в зависимости от
ситуации, его потребностей, психофизиологических, эмоциональных
характеристик определенные формально определенные модели
поведения, т. е. некую юридическую релевантность, которая определяет
меру соответствия получаемого результата желаемому результату в
рамках его правового состояния. Таким образом, мы имеем матрицу,
систему уровней и оснований правового статуса лица, в том числе
осужденного к лишению свободы, которая позволяет нам пошагово
идентифицировать понятие и структуру семейно-правового статуса лиц,
осужденных
к
лишению
свободы,
способную
выступать
методологической основой в работе с системой законодательства,
регламентирующего семейно-правовое положение лиц, осужденных к
лишению свободы.
На основании изложенного методологического подхода,
семейно-правовой статус осужденных к лишению свободы представляет
154
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
собой законодательно закрепленное в семейном и уголовноисполнительном законодательстве положение лица, осужденного к
лишению свободы и отбывающего уголовное наказание в
соответствующем
виде
исправительного
учреждения,
характеризующееся совокупностью следующих элементов: права,
законные интересы и обязанности осужденного к лишению свободы,
как субъекта семейного права (с учетом их совокупности и
провозглашения государством); семейная правосубъектность; правовые
гарантии семейно-правового статуса; принципы реализации семейноправовых прав и обязанностей осужденными к лишению свободы,
семейно-правовые ограничения; семейно-правовая ответственность
осужденных к лишению свободы.
Список литературы
1. Бакулина Л.В. Правовой статус и обеспечение личных и
социально-экономических прав осужденных к лишению свободы:
автореф. дис. … канд. юр. наук. Казань, 2000.
2. Бегичев Б.К. Трудовая правоспособность советских граждан. М.
3. Бутылин В.Н. Конституционные основы правового положения
личности. М., 1995.
4. Витрук Н.В. Общая теория правового положения личности. М.,
2008.
5. Витрук Н.В. Правовой модус личности: содержание и виды //
Проблемы государства и права: тр. науч. сотрудников и аспирантов
Института государства и права АН СССР. М. 1974. Вып. 9.
6. Витрук Н.В. Структура правового статуса депутата (вопросы
теории) // Закон о статусе депутата на практике: материалы науч.-практ.
конф. Ярославль, 1976.
7. Градовский А.Д. Начала русского государственного права: в 3 т.
СПб, 1875. Т. I. URL: http://constitution.garant.ru/science-work/prerevolutionar/3988988/chapter/23/.
8. Груздев В.В. Правовое состояние
личности: постановка
проблемы // Юр. мысль. 2011. № 5 (67).
9. Ерошенко А.А. Проблемы гражданского состояния в развитом
социалистическом обществе. Краснодар, 1980.
10. Иеринг Р. фон. Интерес и право // Избр. тр.: в 2 т. СПб., 2006. Т.
1.
11. Информационный бюллетень. Межпарламентская Ассамблея
государств–участников Содружества Независимых Государств. 2007. №
39 (ч. 2).
12. Исаков В.Б. Юридические факты в советском праве. М., 1984.
13. Комаров С.А. Личность в политической системе российского
общества (политико-правовое исследование). Саранск, 1995.
155
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
14. Коркунов Н.М. Русское государственное право. СПб., 1901. Т. 1.
15. Лопатников Л. И. Экономико-математический словарь: словарь
современной экономической науки. 5-е изд., перераб. и доп. М., 2003.
URL: http://slovari.yandex.ru/~книги/Лопатников/.
16. Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности. М.,
1969.
17. Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права: учебник.
М., 2004.
18. Михайлова И.А. Гражданская правосубъектность физических
лиц: проблемы законодательства, теории и практики: монография. М.,
2006.
19. Мицкевич А.В. Субъекты советского права. М., 1962.
20. Новикова Ю.С. Правовое состояние как категория права: дис. ...
канд. юр. наук. Екатеринбург, 2005.
21. Ровный В.В. О категории «правовой модус» и ее содержании //
Гос-во и право. 1998. № 4.
22. Рос. газ.. № 47. 2007. 7 марта.
23. Рос. газ. № 162. 2004. 31 июля.
24. Скакун О.Ф. Теория государства и права: учебник. Харьков,
2000.
25. Сухарев А. Большой юридический словарь, 2005. URL:
http://determiner.ru/dictio-nary.
26. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона (1890–1907) //
URL: http://dlib.rsl.ru/view.php?path
156
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
THE METHODOLOGICAL APPROACH TO THE DEFINITION OF
THE CONCEPT AND ESSENCE OF FAMILY-LEGAL STATUS OF
PERSONS, THOSE SENTENCED TO DEPRIVATION OF LIBERTY
M.E. Tolchenkina
The Academy of Federal Penitentiary Service of Russia, Ryazan
In the article the author researches the system (matrix) of levels and reasons
of family legal status of persons sentenced to deprivation of liberty, analyzing
and comparing as such terms with as legal status, legal modus, legal state,
legal personality, formulating the multilevel systems approach to the study of
the concept and essence of family legal status of persons sentenced to
deprivation of liberty. The author's approach is the methodological basis for
the work with a system of law, regulated the family legal status of persons
sentenced to deprivation of liberty in the modern conditions of the state.
Keywords: family, legal status, legal modus, legal state, legal personality,
prisoners, deprivation of liberty, execution of punishments, family legal
personality.
Об авторе:
ТОЛЧЕНКИНА Марина Эдуардовна – адъюнкт факультета
подготовки научно-педагогических кадров Академии ФСИН России
(390036, г. Рязань, ул. Сенная, 1); e-mail: lady.marinasharova@yandex.ru.
157
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2013.
2013.Выпуск
Выпуск33
33С. 158 – 163.
УДК 343.13
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ
НАЧАЛЬНИКА ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ ДОЗНАНИЯ ОРГАНА
ВНУТРЕННИХ ДЕЛ С ПРОКУРОРОМ
Е.В. Филиппова
Академия управления МВД России
Анализируются складывающиеся между начальником подразделения
дознания и прокурором процессуальные отношения, некоторые их
особенности, исследуются вопросы взаимодействия указанных
должностных лиц в процессе производства дознания.
Ключевые слова: начальник подразделения дознания, прокурор,
процессуальные полномочия.
Важнейшим фактором обеспечения законности, соблюдения прав
и законных интересов граждан, предприятий, учреждений и
организаций в деятельности органов, производящих расследование
преступлений, является прокурорский надзор. В то же время
прокурорский надзор за предварительным расследованием – одно из
важнейших направлений деятельности прокуратуры. Объектом
прокурорского надзора за предварительным расследованием является
точное исполнение законов должностными лицами органов дознания и
предварительного следствия при расследовании уголовных дел.
Начальник подразделения дознания и прокурор в стадии
предварительного расследования призваны гарантировать соблюдение
законности
дознавателями
при
осуществлении
ими
своих
процессуальных полномочий.
Рассматривая формы и методы реализации полномочий
начальника подразделения дознания и прокурора, необходимо отметить
в их действиях как совпадение, так и существенное различие.
Совпадение в том, что начальник подразделения дознания, как и
прокурор, вправе проверять и требовать для проверки уголовные дела,
знакомиться с подлинными материалами и документами, собранными
дознавателями в процессе расследования; давать дознавателю
письменные указания о производстве дознания, квалификации
преступления, производстве отдельных следственных действий, а также
указания о принятии мер для раскрытия преступления и обнаружения
лиц, их совершивших.
Однако только прокурор в соответствии с уголовнопроцессуальным законом вправе отстранять дознавателя от
дальнейшего производства расследования; изымать любое уголовное
дело у дознавателя и передавать его следователю; соединять уголовные
158
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
дела; давать дознавателю согласие на возбуждение перед судом
ходатайства о производстве ряда процессуальных действий, которые
допускаются на основании судебного решения; продлевать сроки
дознания; отменять незаконные или необоснованные постановления
дознавателя; принимать решения по жалобам на действия и решения
дознавателя; разрешать отводы, заявленные дознавателю, и его
самоотводы; возвращать уголовное дело дознавателю со своими
указаниями о производстве дополнительного расследования или
пересоставления обвинительного акта. Данные полномочия находятся
за пределами полномочий начальника подразделения дознания.
Осуществляя свои уголовно-процессуальные полномочия,
начальник подразделения дознания и прокурор, реализуя их, активно
взаимодействуют. Так, осуществляя процессуальный контроль и
выявляя нарушения закона, устранение которых собственными силами
и средствами не представляется возможным, начальник подразделения
дознания уведомляет об этом надзирающего прокурора, т. е. фактически
становится инициатором реализации функции по осуществлению
прокурорского надзора. С другой стороны, начальник подразделения
дознания, реализуя свои полномочия, доводит отдельные решения
прокурора до той степени конкретизации, которая требуется для их
практического осуществления (например, посредством назначения
конкретного дознавателя, которому надлежит провести дальнейшее
расследование по уголовному делу, постановление о прекращении
которого отменено прокурором).
В свою очередь, прокурор не только реагирует на те или иные
инициативы начальника подразделения дознания, но и надзирает за
законностью и обоснованностью его деятельности, разрешает
противоречия, возникающие между начальником подразделения
дознания и дознавателем.
При осуществлении надзора прокурор вправе проверить любые
решения, принимаемые дознавателем и начальником подразделения
дознания. Наделение последнего процессуальными полномочиями не
умаляет
значение
прокурорского
надзора
за
законностью
предварительного расследования в органах внутренних дел.
Можно выделить некоторые характерные особенности
прокурорского надзора в отличие от процессуальных полномочий
начальника подразделения дознания:
- надзор осуществляется в отношении дознавателей,
организационно не подчиненных прокурору;
- надзорные полномочия прокурора при определении
направления движения дела шире, чем полномочия начальника
подразделения
дознания
по
процессуальному
руководству
расследованием;
159
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
- только прокурор может разрешить случаи разногласия между
начальником подразделения дознания и дознавателем по вопросам
расследования.
Таким образом, при анализе полномочий прокурора необходимо
иметь в виду, что при осуществлении надзора за расследованием
прокурор осуществляет также и процессуальное руководство. Однако
процессуальное руководство расследованием является полномочием
начальника подразделения дознания, более того – его основной
функцией. В связи с этим на практике не исключено определенное
дублирование их деятельности. В частности, начальник подразделения
дознания и прокурор вправе проверять уголовные дела, давать указания
дознавателю и т. д.
Однако их непосредственные задачи имеют свои особенности. В
функциях начальника подразделения дознания акцент сделан на
осуществление оперативного контроля, организацию надлежащего
выполнения дознавателем своих обязанностей.
Основное же направление деятельности прокурора – обеспечение
законности производства расследования, соблюдение законов в
деятельности как дознавателя, так и начальника подразделения
дознания. При этом прокурор не должен подменять начальника
подразделения дознания в оперативном руководстве деятельностью
дознавателя.
Таким образом, прокурорский надзор и процессуальный
контроль начальника подразделения дознания – частично совпадающие,
но различные направления государственной деятельности. Они не
дублируют друг друга. По своему содержанию они направлены на
совершенствование расследования как деятельности, на оптимизацию
каждого конкретного акта расследования. Вместе с тем эту важную
государственную задачу прокурорский надзор и ведомственный
процессуальный контроль начальника подразделения дознания решают
предусмотренными УПК РФ процессуальными средствами. Поэтому в
обеспечении расследования важны как прокурорский надзор, так и
руководство начальника подразделения дознания.
Начальник подразделения дознания находится с дознавателем в
более тесных взаимоотношениях, чем прокурор. Это позволяет ему
своевременно
оказать
влияние
на
уголовно-процессуальную
деятельность дознавателя, не ожидая вмешательства прокурора,
выявлять и устранять допущенные ошибки, помогать дознавателю в
решении возникающих при расследовании проблем. Все это на
практике привело к тому, что прокурор выполняет свои надзорные
функции в отношении дознавателей чаще всего через начальника
подразделения дознания.
160
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Начальник подразделения дознания участвует в уголовном
процессе лишь в стадиях возбуждения уголовного дела и
предварительного расследования и может давать указания только
подчиненным ему дознавателям. Его процессуальный контроль
является узковедомственным и распространяется только на
дознавателей того отдела, который он возглавляет. Прокурор участвует
во всех стадиях процесса, и его надзор распространяется на всех
дознавателей, независимо от ведомственной принадлежности. Анализ
норм УПК РФ позволяет сделать вывод о том, что процессуальная
самостоятельность, объем и содержание властных полномочий
прокурора и начальника подразделения дознания неравнозначны.
Только прокурор наделен правом отмены любых незаконных и
необоснованных решений дознавателя. В этом проявляется полнота
осуществляемого им процессуального руководства деятельностью
дознавателей по расследованию преступлений. Если прокурор не
согласен, например, с выводами обвинительного акта, он вправе
исключить из него отдельные пункты обвинения, прекратить дело,
отменить или изменить ранее избранную меру пресечения.
Начальник подразделения дознания такими полномочиями не
обладает. Если он усматривает необходимость в изменении или отмене
решений, принятых дознавателем, он должен обязательно обратиться с
обоснованным ходатайством к прокурору.
Различие полномочий прокурора и начальника подразделения
дознания проявляется также в особенностях процессуальной формы, в
которую облекаются принимаемые ими процессуальные решения.
Прокурор утверждает обвинительный акт, отдельные постановления о
прекращении дела и т. д.
Полномочия начальника подразделения дознания находят свое
выражение в форме письменных указаний дознавателю в связи с
расследованием по уголовному делу, кроме отмены решения
дознавателя о приостановлении предварительного расследования.
Других процессуальных актов, посредством которых начальник
подразделения дознания осуществлял бы свои полномочия, закон не
называет.
Основным средством устранения допущенных дознавателями
нарушений закона является решение прокурора о возвращении
уголовного дела дознавателю со своими письменными указаниями для
производства дополнительного расследования, пересоставления
обвинительного акта, устранения выявленных недостатков.
Не совсем четко в УПК РФ решен вопрос о том, кому должно
быть адресовано уголовное дело, возвращаемое прокурором для
дополнительного расследования, – начальнику подразделения дознания
или дознавателю, который его до этого расследовал.
161
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
На наш взгляд, прокурор должен адресовать данное уголовное
дело с письменными указаниями начальнику подразделения дознания, а
тот, в свою очередь, определить, будет ли проводить дополнительное
расследование тот же дознаватель, который осуществлял уже по нему
производство дознания, либо передать уголовное дело другому
дознавателю.
Важной формой надзора за расследованием является право
прокурора давать дознавателю обязательные для исполнения указания
по находящимся в его производстве уголовным делам. Представляется,
что предпочтительной является дача указаний не дознавателю, а
начальнику подразделения дознания. Получив указания прокурора, для
их исполнения, как правило, необходимо использовать помощь
участковых уполномоченных полиции и иных сотрудников. Это
делается с помощью дачи отдельных поручений, неисполнение которых
не зависит от дознавателя. Таким образом, получается, что одни и те же
указания перепоручаются. В связи с этим более эффективной является
дача письменных указаний прокурором начальнику подразделения
дознания, который имеет значительно больше рычагов управления, чем
дознаватель.
Можно сделать вывод о том, что надзор прокурора и
процессуальный контроль начальника подразделения дознания – это
взаимосвязанные формы деятельности, которые имеют один и тот же
объект. Их различие заключается в том, что надзор прокурора и
контроль начальника подразделения дознания осуществляются за
различными сферами деятельности дознавателя либо в различном
объеме. Они взаимно дополняют друг друга, находятся в
диалектическом единстве.
162
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
THE CRIMINAL-PROCEDURAL RELATIONS OF THE CHIEF OF
UNIT OF INQUIRY INTERNAL AFFAIRS’ AGENCIES WITH THE
PROSECUTOR
E.V. Filippova
The Academy of Management of the Interior Ministry of Russia
The publication analyses the emerging between the chief of the affiliated
companies of the investigation and the Prosecutor of procedural relations,
some of their characteristics, are investigated the questions of interaction of
these officials in the process of inquiry.
Keywords: the chief of unit of inquiry, the Prosecutor, the procedural powers.
Об авторе:
ФИЛИППОВА Елена Вячеславовна – адъюнкт Академии
управления МВД России (125171, г. Москва, ул. З. и А.
Космодемьянских, 8), майор полиции, e-mail: filen05@mail.ru.
163
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
2013.
Выпуск
3333
С. 164 – 170.
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
2013.
Выпуск
УДК 347.426.42: 347.9
ПРОБЛЕМЫ КОМПЕНСАЦИИ МОРАЛЬНОГО ВРЕДА В
ЖИЛИЩНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЯХ ДОЛЕВЫХ
СОБСТВЕННИКОВ
И.В. Хлопцев
КБ «РМБ» ЗАО
Статья посвящена проблеме реализации права на судебную защиту в
случае причинения морального вреда гражданину в сфере жилищных
правоотношений. Анализируются нормы законодательства РФ,
разъяснения судов высших инстанций, а также судебная практика по
данному вопросу, которая носит негативный характер. Автор приходит к
выводу о том, что эффективный юридический механизм компенсации
морального вреда, в случае нарушения жилищных прав собственника
жилого помещения, в настоящее время отсутствует.
Ключевые слова: жилище, компенсация морального вреда, разъяснение
Верховного суда РФ.
Долевая собственность на жилище несет в себе сложные
правовые и фактические отношения между участниками долевой
собственности.
Одной из проблем долевой собственности является частое
злоупотребление одним из участников долевой собственности своими
правами, в том числе путем незаконного, без согласия другого
собственника, вселения других лиц в общее жилое помещение.
Нередко сособственники жилища, а также их родственники или
иные лица, вселенные в жилище без согласия другого владельца, не
только незаконно занимают жилплощадь, но и всячески конфликтуют с
другим собственником.
Очевидно, что лица, чьи права нарушаются, испытывают
сильнейшие нравственные переживания, поскольку сфера жилищных
отношений – одна из основных социальных сфер общества. Нередко
социальный конфликт на почве жилищно-бытовой ссоры приводит к
ухудшению здоровья лица, чьи права нарушаются1.
По нашему мнению, жилищные права тесно связаны с личными
неимущественными правами гражданина и поэтому в случае их
нарушения лицу наносится моральный вред. Следовательно, в теории,
лицо, чьи жилищные права были нарушены, должно иметь право на
компенсацию
морального
вреда:
«Лицо,
пострадавшее
от
злоупотребления правом, должно иметь возможность восстановить
1
Решение Чертановского р-го суда г. Москвы по делу № 2-633/2012 // ГАС
«Правосудие» / URL: www.sudrf.ru
164
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
утраченное положение и возместить причиненный ему вред. Если
пострадавшим является физическое лицо, у него также должно быть
право на компенсацию морального вреда»2.
В соответствии со ст. 151 Гражданского Кодекса Российской
Федерации3(далее – ГК РФ), если гражданину причинен моральный
вред (физические или нравственные страдания) действиями,
нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими
на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в
других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на
нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
По рассматриваемому вопросу существует разъяснение
Верховного Суда РФ, согласно которому моральный вред подлежит
возмещению в случае, если нарушаются жилищные права граждан и
при этом нанесен ущерб их неимущественным правам4.
Полагаем, что данным разъяснением Верховный суд РФ показал,
что жилищные права тесно связаны с неимущественными правами.
Как отмечает В.С. Толстой, поворотным этапом в процессе
установления ответственности в виде компенсации морального вреда
следует считать принятие Конституции РФ 1993 г., которая включила в
гл. 2 ряд статей, призванных регулировать личные неимущественные
отношения5.
Поскольку в силу своих функций Конституционный Суд РФ
осуществляет толкование норм Конституции РФ и других законов,
следует обратиться к его позиции по данному вопросу.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ право
собственности на жилое помещение, являющееся для гражданина и
членов его семьи единственным пригодным для постоянного
проживания, не может рассматриваться как исключительно
экономическое право, поскольку выполняет социально значимую
функцию и обеспечивает гражданину реализацию ряда основных прав и
свобод, гарантированных Конституцией Российской Федерации.
Также Конституционный Суд РФ отмечает связь между
жилищными правами и такой моральной категорией, как достоинство
личности, в разрезе права на достойное проживание человека в
2
Филиппов П.М., Белоножкин А.Ю. Новое определение субъективного гражданского
права и злоупотребление им // ВА МВД России. 2009. С. 157
3
СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301
4
Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за первый квартал
2006 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2006. № 9.
5
Толстой В.С. Личные неимущественные правоотношения. 2009. С. 47.
165
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
принадлежащем ему жилище, ссылаясь при этом на правовые позиции
Европейского суда по правам человека6.
Как следует из позиции Конституционного суда РФ право
каждого на жилище, как оно закреплено Конституцией Российской
Федерации и предусмотрено нормами международного права,
опирается на выраженный в предписаниях ст. 2, 17 – 19 и 21
Конституции Российской Федерации принцип, в силу которого человек
является высшей ценностью и ничто не может служить основанием для
умаления его достоинства как субъекта гражданского общества.
Таким
образом,
позиция
Верховного
Суда
РФ
и
Конституционного Суда РФ предполагает возможность взыскания
компенсации морального вреда в жилищных правоотношениях в силу
их связи с неимущественными правами.
Однако на практике суды низших уровней при рассмотрении
исков не принимают во внимание указанные выше позиции высших
судебных инстанций, и рассматривают незаконные действия ответчиков
(к примеру, незаконно проживающих лиц) по отношению к владельцу
помещения как нарушение только его имущественных прав.
Такая позиция судов, по нашему мнению, не является верной,
поскольку нарушение жилищных прав приводит к умалению как
материальных, так и нематериальных благ. К последним можно отнести
неприкосновенность жилища и частной жизни, достоинство, право на
благоприятную среду обитания, здоровье.
Указанной точки зрения придерживаются и ученые юристы. Так,
А.М. Эрделевский особо выделяет необходимость компенсации
морального вреда при нарушении права на неприкосновенность
жилища, отмечая его связь с имущественным правом на само это
жилище7.
В связи с тем, что злоупотребление сособственником жилища
своими правами, а также незаконное проживание лиц в общем жилом
помещении рассматривается судами как нарушение только
имущественных прав собственника, то истцу отказывают в
удовлетворении требований о возмещении морального вреда, ссылаясь
на п. 2 ст. 1099 ГК РФ. В соответствии с указанной нормой моральный
вред, происходящий из имущественных отношений, подлежит
компенсации только в случае, прямо предусмотренном законом.
Однако в настоящее время специальная норма в Жилищном
Кодексе Российской Федерации (далее – ЖК РФ)8 о возможности
компенсации морального вреда отсутствует.
6
Постановление Конституционного суда от 14 мая 2012 г. № 11-П // Вестн.
Конституционного Суда РФ. 2012. № 4.
7
Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда: комментарий. М., 2000.
8
Жилищный Кодекс Российской Федерации // Рос. газ. № 1. 2005. 12 янв.
166
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Следует отметить, что существует разъяснение Верховного суда
РФ общего характера, согласно которому отсутствие в законодательном
акте прямого указания на возможность компенсации морального вреда
по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не
имеет права на возмещение морального вреда9. Кроме того, указанную
выше позицию поддержал и Конституционный суд РФ, разбирая вопрос
конституционности норм ГК РФ, регулирующих возмещение
морального вреда10.
Указанное выше, казалось бы, означает, что, несмотря на то, что
в ЖК РФ прямая норма о возмещении морального вреда отсутствует,
это не должно являться препятствием к удовлетворению требований
истца.
Но, как показал анализ судебной практики по делам данной
категории, суды лишь в исключительных случаях принимают во
внимание разъяснение Верховного Суда РФ о возможности применения
норм о возмещении морального вреда к любым отношениям, не
поименованным в законе, в том числе и жилищным, и возмещают
моральный вред11. В большинстве же случаев суды не принимают во
внимание эти разъяснения и придерживаются позиции об отсутствии
четкой нормы закона, категорично отказывая в удовлетворении
заявленных требований12.
Также по отношению к данной ситуации суды не принимают во
внимание и наличие такой правовой категории, как аналогия закона и
права, в случае нормативного пробела в ЖК РФ.
Подобные нормы, позволяющие получить компенсацию за
причиненный моральный вред, закреплены во многих ключевых
законодательных актах, например, в Семейном кодексе Российской
Федерации, Трудовом кодексе Российской Федерации13 и других актах.
Полагаем, что все основания к применению аналогии закона и
права к рассматриваемой ситуации имеются, поскольку в соответствии
со ст. 7 ЖК РФ аналогия закона и права применяется к жилищным
правоотношениям.
9
ППВС РФ № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации
морального вреда» // Рос. газ. № 29. 1995. 08 февр.
10
Определение Конституционного Суда РФ от 16.10.2001 г. № 252-0. // URL:
www.ksrf.ru
11
Определение Московского городского суда по делу № 33-42410 // СПС
«КонсультантПлюс»
12
Определение Московского городского суда по делу № 33-29917 // СПС
«КонсультантПлюс»; Решение Гагаринского р-го суда г. Москвы по делу № 2938/2011 // ГАС «Правосудие» / URL: www.sudrf.ru
13
Ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации // Рос. газ. № 256. 2001. 31 дек.; Ст.
30 Семейного Кодекса Российской Федерации// Рос. газ. № 17. 1996. 27 янв.
167
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Нередко суды в качестве доводов к отказу в удовлетворении
требований ссылаются на то, что истец не доказал факт наличия у него
физических или нравственных страданий, вызванных действиями
ответчика14. По нашему мнению, такая позиция не приемлема в
отношении споров о причинении морального вреда в сфере жилищных
правоотношений.
Как известно, в соответствии со ст. 56 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ)
каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она
ссылается как на основания своих требований. Но наличие
нравственных переживаний изначально практически невозможно
доказать, поскольку они связаны с внутренними переживаниями
человека и могут и не иметь какого-либо внешнего выражения.
Исходя из этого данный принцип судебного производства не
может распространяться на категорию морального вреда.
Полагаем, что факт наличия нравственных переживаний по
данной категории дел должен презюмироваться, поскольку нарушение
жилищных прав автоматически затрагивает нематериальную сторону
жизни человека, вызывая длительные психические сопереживания
происходящего с жилищем человека. По нашему мнению, наличие
моральных переживаний (стресс, страх и т.п.), если нарушаются
жилищные права человека, необходимо рассматривать как очевидный и
общеизвестный факт, и, следовательно, в силу ст. 61 ГПК РФ для его
подтверждения специальных доказательств не требуется.
В этой связи отказ в удовлетворении требований о взыскании
морального вреда с ссылкой суда на отсутствие доказательств
нанесения морального вреда в случае нарушений жилищных прав, по
нашему мнению, также является неправильным взглядом на данный
вопрос.
Таким образом, владельцы жилья, чьи права были нарушены, в
том числе незаконным проживанием постороннего человека, лишены
права на судебную защиту, поскольку:

Во-первых, суды не находят нарушений нематериальных прав,
когда нарушаются жилищные права граждан;

Во-вторых, суды ссылаются на отсутствие нормы, позволяющей
взыскивать моральный вред, причиненный нарушением жилищных
прав;

В-третьих, суды не воспринимают очевидный факт наличия
нравственных страданий при нарушении жилищных прав и требуют
14
Определение Московского городского суда по делу № 4г/7-8849/12//СПС
«КонсультантПлюс»
168
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
специальных доказательств данного факта, которые практически
невозможно представить априори.
Очевидно, что в настоящее время существует дисбаланс и пробел
в нормах законодательства, регулирующих возмещение морального
вреда. К примеру, моральный вред подлежит возмещению в случае
нарушения прав потребителей, персональных данных лица в силу
прямой нормы закона15, но, по мнению судов, не подлежит возмещению
в случае нарушения жилищных прав. При этом социальная значимость
прав, связанных с жильем гражданина, намного выше, чем многие иные
права гражданина. Следовательно, жилищные права и производные из
них нематериальные блага должны быть в первую очередь защищены и
гарантированы на уровне закона. Все указанное выше, безусловно,
должно распространяться и на возможность компенсации морального
вреда в случае нарушения жилищных прав гражданина.
В этой связи в настоящее время существует необходимость не
только в актуальной позиции Верховного Суда РФ по вопросу
компенсации морального вреда при нарушении прав собственника
жилья, но и в конкретной специальной норме ЖК РФ,
предусматривающей право собственника жилья на компенсацию
морального вреда.
Список литературы
1. Филиппов П.М., Белоножкин А.Ю. Новое определение
субъективного гражданского права и злоупотребление им // ВА МВД
России. 2009.
2. Толстой В.С. Личные неимущественные правоотношения. М.,
2009
3. Эрделевский А.М. Компенсация морального вреда:
комментарий. М., 2000.
15
Ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» // Рос. газ. № 8; Ст. 17
Федерального закона «О персональных данных» // Рос. газ. № 165. 2006. 29 июля.
169
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
PROBLEMS OF COMPENSATION OF MORAL HARM
IN HOUSING LEGAL RELATIONSHIP OF SHARE OWNERS
I.V. Khloptsev
Russian International Bank
The article is devoted to problem of realization of the right to judicial
protection in case of causing moral harm to the citizen in the sphere of
housing legal relationship. In article are analyzed standards of the legislation
of the Russian Federation, an explanation of vessels of the highest authorities,
and also jurisprudence on the matter which has negative character. The author
comes to a conclusion that effective legal mechanism of compensation of
moral harm in case of violation of the housing rights of the owner of
premises, is absent now.
Keywords: dwelling, compensation of moral harm, explanation of the
Supreme Court of the Russian Federation.
Об авторе:
ХЛОПЦЕВ Илья Валерьевич – юрист КБ «РМБ» ЗАО (119034,
г. Москва, ул. Пречистенка, дом 36, строение 1), e-mail ilia_singer@bk.ru
170
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 171 – 176.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
НАУЧНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ СТУДЕНТОВ
УДК 342.037:004.738.5
РЕАЛИЗАЦИЯ КОНСТИТУЦИОННОГО ПРАВА НА
ИНФОРМАЦИЮ ПОСРЕДСТВОМ СЕТИ ИНТЕРНЕТ В
АСПЕКТЕ РЕФОРМИРОВАНИЯ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
А.А. Бахарева
Тверской государственный университет
Статья
посвящена
рассмотрению
проблемы
реализации
конституционного права на информацию посредством использования
сети Интернет в контексте текущей судебной реформы. Отмечаются как
позитивные результаты деятельности государства в указанном
направлении, так и возникающие в связи с этим проблемы, которые
требуют оперативного решения.
Ключевые слова: конституционное право на информацию, информация,
сеть Интернет, судебная реформа.
Текущее реформирование российской судебной системы
призвано внести существенные изменения в данную сферу. В
соответствии с Федеральной целевой программой «Развитие судебной
системы России на 2007–-2012 годы» 1 (далее – ФЦП) одним из
направлений реформы является обеспечение свободного доступа к
правосудию, его открытости и прозрачности в целях укрепления
авторитета судебной власти в обществе. Данное направление
модернизации непосредственно связано с конституционным правом на
информацию, которое закреплено в ч. 4 ст. 29 Конституции РФ и
определяется как право каждого свободно искать, получать, передавать,
производить и распространять информацию любым законным
способом2. Как содержательная часть (элемент) права на информацию
выделяется понятие «право доступа к информации», т. е. право каждого
свободно осуществлять поиск информации и получать ее от
государственных органов и организаций, иных органов и организаций,
наделенных государством властными полномочиями, органов местного
самоуправления (далее – органов и организаций), их должностных лиц,
1
Постановление Правительства РФ от 21.09.2006 г. № 583 «О федеральной целевой
программе «Развитие судебной системы России на 2007-2012 годы» // СЗ РФ. 2006. №
41. Ст. 4248.
2
Конституция РФ // Российская газета. 2009 г. № 7. (с изменениями, внесёнными
Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 г. № 6-ФКЗ, от 30.12.2008
г. № 7-ФКЗ).
171
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
обладающих этой информацией на законных основаниях3. В
обеспечение права на информацию, гарантированного также и другими
положениями Конституции РФ (ч. 3 ст. 15, ч. 2 ст. 44, ч. 1 ст. 46),
принят Федеральный закон от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об
обеспечении доступа к информации о деятельности судов в РФ»4 (далее
– ФЗ № 262), который вступил в силу 1 июля 2010 г.
Определение
«право
на
информацию»
предполагает
конкретизацию понятий «право» и «информация».
Понятие «право» многозначно и обусловлено разнообразными
научными подходами. В частности, под правом можно понимать
принцип формального равенства, как обеспечивающий свободу и
справедливость для участников общественных отношений5. Иная
позиция нацеливает на учет в правовых требованиях самой сути
явлений и закономерностей общественной жизни6. В любом случае
непосредственно конституционное закрепление правовой возможности
налагает требование социальной ответственности на всех, кто намерен
такой возможностью воспользоваться.
Понятие информации не менее многозначно. В философском
аспекте его необходимо рассматривать наряду с такими категориями,
как «пространство», «время» и «материя»7. В социальном измерении
информацию трактуют как объективную природу или как одну из сфер
жизни людей8. Юридический позитивизм пытается учесть оба этих
аспекта, и в российском законодательстве информация определяется как
сведения (сообщения, данные) независимо от формы их представления9.
В современном обществе, где информационные технологии и ресурсы
доступны широким слоям населения, с учетом правового характера
российского государства каждому должна быть с необходимостью
обеспечена возможность реализации его конституционного права на
информацию.
Фундаментальный
характер
данного
права
3
Федеральный закон от 27.07. 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных
технологиях и о защите информации» // СЗ РФ. 2006. № 126–127.
4
Федеральный закон от 22.12.2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к
информации о деятельности судов в Российской Федерации» // Российская газета.
2008. № 265.
5
Нерсесянц В.С. Общая теория права и государства: учебник. М., 2010. С. 29–30.
6
Алексеев С.С. Общая теория права: учебник. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2011. С. 48–
51.
7
Туманов А.А., Иванов М.Ю. Философский анализ природы информации //
Информация. Коммуникация. Общество (ИКО-2003): тез. докл. и выступлений
междунар. конф. (Санкт-Петербург, 11–12 ноября 2003 г.). СПб., 2003.
8
Там же.
9
Федеральный закон от 27.07. 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных
технологиях и о защите информации» // СЗ РФ. 2006 г. № 126–127.
172
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
подтверждается и тем специфическим обстоятельством, что
информация обладает свойством физической неотчуждаемости10.
На наш взгляд, ФЗ № 262 является значительным шагом в
направлении обеспечения открытости и прозрачности судебной
системы, без чего невозможно говорить о доверии общества к судам и
об эффективности правосудия. В Законе конкретизированы не только
права граждан и юридических лиц на получение достоверной
информации о деятельности судов, но и обязанности последних
своевременно предоставлять соответствующие сведения. При этом,
согласно Закону, определение информации как достоверной означает,
что она не должна вызывать сомнений, не содержать ошибок или
пристрастных оценок, поскольку доступность информации является
одним из критериев её полезности как способности удовлетворять
требованиям потребителя11.
В ст. 6 ФЗ № 262-ФЗ указано несколько способов
предоставления
информации:
обнародование
(опубликование)
информации о деятельности судов в СМИ; размещение информации о
деятельности судов в занимаемых ими помещениях; ознакомление
пользователей с информацией о деятельности судов, находящейся в
архивных фондах, и др. Согласно ст. 7 Закона информация о
деятельности судов может предоставляться в устной форме и в виде
документированной информации, в том числе в виде электронного
документа и в сети Интернет.
Новеллы об информировании посредством сети Интернет
постепенно реализуются. К настоящему времени уже созданы вебсайты высших судебных инстанций – Конституционного суда РФ,
Верховного суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ, содержащие
обязательные сведения не только о структуре данных судов, но и
материалы, касающиеся их деятельности12. Так, в апреле 2010 г.
Высший Арбитражный Суд РФ начал полноценную работу
информационного ресурса − Картотека арбитражных дел (КАД):
http://kad.arbitr.ru. В КАД поступают сведения обо всех делах,
рассматриваемых 112 арбитражными судами РФ. Картотека разработана
на базе работающей с 2008 г. информационной системы «Банк решений
арбитражных судов» (БРАС).
Создаются веб-сайты и судов общей юрисдикции. В рамках ФЦП
должно быть создано 2200 веб-сайтов судов общей юрисдикции и 13
веб-сайтов арбитражных судов. С 2010 г. началась работа ГАС
10
Копылов В.А. Информационное право: учебник. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2002.
С. 201.
11
Туманов А.А., Иванов М.Ю. Указ. соч.
12
Федеральный закон от 22.12.2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к
информации о деятельности судов в Российской Федерации» // Рос. газ. 2008. № 265.
173
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
«Правосудие», как единого интернет-портала, объединяющего все
сайты федеральных судов общей юрисдикции. Благодаря такому
ресурсу любое лицо может получить информацию о деятельности
каждого суда. При этом на веб-сайтах судов предоставляются не только
контактные телефоны, но и создаётся электронная почта, позволяющая
направлять запросы на получение дополнительных сведений или
обращаться с жалобами на отсутствие таковых.
Система «Электронный архив судопроизводства» уже внедрена
во многих судах, в том числе в Вологодском и Ульяновском областных
судах, в городском суде Санкт-Петербурга, Федеральном арбитражном
суде Московского округа .
Внедрение электронных архивов позволит решить проблему,
которая связана с достаточно распространённым мнением о так
называемом карательном, обвинительном, уклоне судов. Пользователи
сети Интернет могут реально изучить дело и затем уже на основе
достоверной информации давать соответствующую оценку. Таким
образом, постепенное создание судебных электронных архивов
позволяет не только гражданам реализовать своё конституционное
право на информацию, но и обеспечить открытость и прозрачность
правосудия и повысить степень уважения к служителям Фемиды.
Вместе с тем в плане обеспечения доступа к информации о
деятельности судов по-прежнему существует немало проблем. Так, по
состоянию на 2010 г. количество пользователей сети Интернет в РФ –
62,7 млн человек, или 43,6 % от общего числа населения; по статистике
на 2011г. прирост пользователей составил около 20%, в то время как в
России население – 142,9 млн человек. Таким образом, лишь половина
граждан РФ обладает доступом в Интернет13. Является ли при таких
обстоятельствах размещение информации в Интернете эффективным
способом получения необходимых сведений о деятельности судов?
Думается, что нет, хотя, согласно официальным данным, к 2015 г. всё
население России должно получить выход в Интернет.
Согласно п.1 ст. 8 ФЗ № 262-ФЗ пользователь информации имеет
право на получение достоверных данных. Как уже отмечалось, одним из
способов предоставления информации о деятельности судов является
размещение её в занимаемых ими помещениях, на специальных
стендах. Однако информация на веб-сайтах судов может обновляться
значительно быстрее, чем информация на стендах, а устаревшая
информация – это информация недостоверная. Поэтому компенсировать
13
Список стран по числу пользователей Интернета [Электронный ресурс] //
Википедия: Свободная энциклопедия. URL: http://ru.wikipedia.org/wiki (дата
обращения: 10.10 2011).
174
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
недоработки в сферах электронной информации такие ресурсы не
могут.
Ещё одна проблема реализации конституционного права на
информацию связана с низким уровнем образования российских
граждан. Несмотря на определенные позитивные тенденции, далеко не
все из них владеют навыками пользования электронными средствами
коммуникации в силу возраста или иных обстоятельств. Уровень
правовой культуры российского населения также далек от
необходимого. В совокупности эти издержки могут обесценить любые
законодательные
и
организационно-технические
инновации.
Необходима комплексная образовательная программа, в рамках которой
задачи повышения компьютерной и юридической грамотности
населения были бы поставлены и решались взаимосвязанным образом.
На основе проведенной работы можно сделать соответствующие
выводы. Последовательная реализация и ФЗ № 262-ФЗ, и ФЦП
позволит достичь значительных результатов в области установления
прозрачности, доступности и открытости судебной системы как одних
из приоритетных направлений реформирования путём реализации
конституционного права на информацию. Однако для получения
качественных результатов необходимо учитывать всевозможные
проблемы, возникающие при достижении целей и задач, поставленных
государством.
Список литературы
1.
Алексеев С.С. Общая теория права: учебник. 2-е изд.,
перераб. и доп. М., 2011.
2.
Артюшкин
А.В.
Критерии
оценки
полезности
информации при работе в информационной среде // Информация.
Коммуникация. Общество. (ИКО-2003): тез. докл. и выступлений
Междунар. конф. (Санкт-Петербург, 11–12 ноября 2003 г.). СПб., 2003.
3.
Конституция РФ // Российская газета. 2009. № 7. (с
изменениями, внесёнными Законами РФ о поправках к Конституции РФ
от 30.12.2008 г. № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 г. № 7-ФКЗ).
4.
Копылов В.А. Информационное право: учебник. 2-е изд.,
перераб. и доп. М., 2002.
5.
Нерсесянц В.С. Общая теория права и государства:
учебник. М., 2010.
6.
Положение по созданию и сопровождению официальных
Интернет-сайтов судов общей юрисдикции Российской Федерации
[Электронный ресурс]: Постановление Президиума Верховного Суда
РФ от 24.11.2004 г. Документ опубликован не был. Доступ из СПС
«КонсультантПлюс».
175
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
7.
Постановление Правительства РФ от 21.09.2006 №583 «О
федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России
на 2007–2012 годы» // СЗ РФ. 2006. № 41. Ст. 4248.
8.
Список стран по числу пользователей Интернета
[Электронный ресурс] // Википедия: свободная энциклопедия. URL:
http://ru.wikipedia.org/wiki (дата обращения: 10.10 2011).
9.
Туманов А.А., Иванов М.Ю. Философский анализ
природы информации // Информация. Коммуникация. Общество. (ИКО2003): тез. докл. и выступлений Междунар. конф. (Санкт-Петербург, 11–
12 ноября 2003 г.). СПб, 2003.
10.
Федеральный закон от 22.12.2008 г. № 262-ФЗ «Об
обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской
Федерации» // Рос. газ. 2008. № 265.
11.
Федеральный закон от 27.07. 2006 г. № 149-ФЗ «Об
информации, информационных технологиях и о защите информации» //
СЗ РФ. 2006. № 126–127.
REALIZATION OF THE CONSTITUTIONAL RIGHT FOR
FORMATION BY THE INTERNET IN THE ASPECT OF
REFORMING OF THE JUDICIAL SYSTEM OF THE RUSSIAN
FEDERATION
A.A. Bachareva
Tver State University
The article is devoted of consideration of a problem of realization of the
constitutional right for information by the Internet in the aspect of the present
judicial reform in Russia. We observed not only qualitatively new results of
the state in this direction, but also arising problems which require rapid
solutions.
Keywords: constitutional right to information, information, Internet, judicial
reform.
Об авторе:
БАХАРЕВА Анастасия Александровна – студентка III курса
юридического факультета Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: jurfaktver_nauka@mail.ru.
176
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ. Серия
Серия "Право".
"Право". 2013.
2013. Выпуск
33 С. 177 – 181.
Вестник ТвГУ.
Выпуск 33
УДК 347.918.03
ОСОБЕННОСТИ ОТВЕТСТВЕННОСТИ АРБИТРАЖНОГО
УПРАВЛЯЮЩЕГО
Е.Ю. Евтеева
Тверской государственный университет
Статья посвящена проблеме привлечения арбитражного управляющего к
различным видам ответственности. Проанализированы такие виды
ответственности, как гражданско-правовая, административная, а также
ответственность по договору страхования.
Ключевые слова: арбитражный управляющий, ответственность,
банкротство, договор страхования.
Вопрос ответственности арбитражного управляющего в рамках
дела о банкротстве не так прост, как кажется на первый взгляд.
Существует ряд условий, наступление которых послужит основанием
для привлечения арбитражного управляющего к ответственности. Эти
условия будут рассмотрены ниже .
В соответствии с формулировкой п. 4 ст. 20.3. ФЗ о банкротстве
арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и
иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения
или ненадлежащего исполнения своих обязанностей в деле о
банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в
законную силу решением суда.
Положения п. 4 устанавливают как минимум два условия
возникновения ответственности арбитражного управляющего:
1) наступление неблагоприятных последствий в виде причинения
убытков интересам должника, кредитора или иного лица в деле о
банкротстве. В рамках судебной практики к убыткам применяют
положения ст. 15 Гражданского кодекса РФ: «…под убытками
понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело
или должно будет произвести для восстановления нарушенного права».
Данная позиция нашла отражение в постановлении ФАС
Дальневосточного округа от 14.01.2010 г. по делу № А73-8262/20091;
2) факт причинения убытков действиями (бездействием)
арбитражного управляющего должен быть установлен решением суда.
Данная позиция нашла отражение в следующем судебном акте постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от
10.12.2009 г. № 16АП-2535/09 по делу № А20-1379/092.
1
2
СПС «КонсультантПлюс»
СПС «КонсультантПлюс»
177
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Саморегулируемая организация должна контролировать действия
каждого своего арбитражного управляющего, и в случае, если он
действует неправильно, она должна принимать к нему меры, вплоть до
исключения из саморегулируемой организации. А исключение из
саморегулируемой организации обязывает его уйти с предприятия.
Договор страхования ответственности признается формой
финансового
обеспечения
ответственности
арбитражного
управляющего. Минимальная страховая сумма по договору страхования
должна быть менее чем три миллиона рублей в год. Арбитражный
управляющий в течение десяти дней с даты его утверждения
арбитражным судом по делу о банкротстве должен дополнительно
застраховать свою ответственность на случай причинения убытков
лицам, участвующим в деле о банкротстве, в размере, зависящем от
балансовой стоимости активов должника.
Страховым случаем по договору обязательного страхования
ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное
вступившим в законную силу решением суда действие (бездействие)
арбитражного управляющего, повлекшее причинение убытков лицам,
участвующим в деле о банкротстве. Данное положение прямо вытекает
из п. 4 ст. 20.3. Закона3.
Такая практика получила свое распространение в системе
арбитражных судов РФ.
Существует множество примеров судебной практики, в рамках
которой истцам (при взыскании убытков), заявителям (при обжаловании
действий арбитражного управляющего) арбитражный суд отказывает в
удовлетворении заявленных требований. Это может произойти как
ввиду необоснованности требований, так и в случае недостаточной
подготовленности вполне обоснованного требования4.
Гражданско-правовая
ответственность
арбитражного
управляющего заключается в возмещении убытков, причиненных его
действиями, при условии нарушения им законодательства РФ. При
определении убытков возникает вопрос о включении в сумму убытков
вознаграждения
управляющего.
Выплаченное
арбитражному
управляющему вознаграждение не может квалифицироваться в качестве
убытка, понесенного уполномоченным органом. Арбитражный
управляющий обязан возмещать убытки должнику, кредиторам,
третьим лицам в случае причинения им убытков при исполнении
возложенных на него обязанностей с даты вступления в законную силу
судебного акта о возмещении таких убытков.
3
Тимченко О.Х., Ткаченко Ю.А. Ответственность арбитражных управляющих //
Арбитражная практика. 2008. № 1. С. 43
4
Кузнецова М. В., Коровина О. С. Правовой статус арбитражных управляющих.//
Арбитражный управляющий. 2009. № 5 (42). С.31-33.
178
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а
также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит
возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, при этом
одним из способов возмещения вреде является возмещение убытков.
При рассмотрении судом требования о взыскании убытков
доказыванию подлежат факт наличия и размер убытков у истца, факт
противоправного поведения ответчика и причинно-следственная связь
между этими обстоятельствами. Вознаграждение арбитражного
управляющего не является убытком, так как оно является для
уполномоченного
органа
расходами,
возмещаемыми
при
недостаточности имущества должника.
Ответственность арбитражного управляющего может наступить
при неправильном ведении реестра требований кредиторов. Однако в
случае, если ведение реестра требований кредиторов передано
реестродержателю,
арбитражный
управляющий
не
несет
ответственность за правильность ведения реестра требований
кредиторов и не отвечает за совершение реестродержателем иных
действий (бездействие), которые причиняют или могут причинить
ущерб должнику и его кредиторам. Помимо этого, Постановлением
ФАС Западно-Сибирского округа от 07.11.2005 г. № Ф049162/2004(16739-А03-24)5
было
установлено
следующее:
«В
удовлетворении требования налогового органа об отстранении
временного управляющего от его обязанностей отказано, поскольку
включение в реестр требований кредиторов, признанных должником, но
не установленных определением суда, не свидетельствует о
ненадлежащем
исполнении
временным
управляющим
своих
обязанностей».
Гражданско-правовая
ответственность
арбитражного
управляющего имеет следующие особенности:
1) на основании прямого указания Закона 2002 г. возможна
исключительно в форме возмещения убытков. В силу специфики
конкурсных отношений убытки могут быть выражены только в
денежной форме;
2) имеет компенсационный характер и направлена на
восстановление нарушенных прав должника, кредиторов и иных лиц,
участвующих в деле о банкротстве;
4) наступает вследствие причинения вреда должнику,
кредиторам и иным лицам, т.е. имеет внедоговорный (деликтный)
характер;
5) ввиду наличия института страхования ответственности, а
также компенсационного фонда саморегулируемой организации, за счет
5
СПС «КонсультантПлюс»
179
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
средств которого производится возмещение убытков, отрицательные
имущественные последствия для арбитражного управляющего могут
отсутствовать;
6) в силу прямого указания Закона 2002 г. наступает на
основании судебного акта;
7) субъекты, которые имеют право требовать возмещения
ущерба, – лица, участвующие в деле о банкротстве, а также иные лица,
которым причинен данный ущерб.
В качестве оснований для привлечения арбитражного
управляющего к гражданско-правовой ответственности выявлены:
1) противоправность поведения,
2) наличие вреда или убытков,
3) причинная связь между противоправным поведением
нарушителя и наступившими последствиями.
Еще один вид ответственности, который в целом расширительно
толкует институт ответственности арбитражного управляющего, –
отстранение арбитражного управляющего от исполнения возложенных
на него обязанностей. Юридическим основанием является исполнение
закрепленных в законодательстве (прежде всего в Законе о банкротстве)
обязанностей арбитражного управляющего (ст. 24, 67, 99, 129 Закона о
банкротстве), а также правил профессиональной деятельности
арбитражного управляющего. Фактическим основанием является
неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, правил
профессиональной
деятельности
арбитражного
управляющего,
установленных Правительством Российской Федерации, а также
исключение из саморегулируемой организации арбитражных
управляющих за неисполнение или ненадлежащее исполнение правил
профессиональной деятельности, установленных саморегулируемой
организацией.
В целом данный вид не относится к гражданско-правовой
ответственности, так как не носит имущественного характера; не
обладает
признаками
уголовной
ответственности,
так
как
исчерпывающий перечень видов уголовного наказания установлен ст.
14 УК РФ; нельзя отнести данную ответственность и к дисциплинарной,
так как арбитражный управляющий не состоит в трудовых отношениях
с должником6. Существует мнение, согласно которому по характеру
данный
вид
ответственности
соответствует
признакам
административной ответственности и является разновидностью
лишения специального права. Это обусловлено наличием следующих
признаков: 1) данное специальное право по участию в процедуре
6
Карнаух В.П. Арбитражный управляющий - индивидуальный предприниматель?//
Арбитражный управляющий. 2007. № 3 (28). С. 34–37.
180
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
банкротства должника является специальным; 2) данное право
предоставляется арбитражному управляющему по решению суда;
3) лишение данного права производится только по судебному решению.
Таким образом, ответственность арбитражного управляющего
имеет свои особенности, обусловленные спецификой его деятельности.
Для арбитражного управляющего может наступить как гражданскоправовая,
так
и
административная
ответственность.
Для
административной ответственности характерна такая мера, как
дисквалификация. По данной проблеме существует множество
судебной практики, что говорит об актуальном характере данной
проблемы. Уголовная ответственность может наступить прежде всего за
преступления в сфере экономической деятельности, а также
преступления против интересов службы в коммерческих организациях
(гл. 22, 23 УК РФ).
Список литературы
1. Карнаух В.П. Арбитражный управляющий - индивидуальный
предприниматель?// Арбитражный управляющий. 2007. № 3 (28).
2. Кузнецова М.В., Коровина О.С. Правовой статус арбитражных
управляющих // Арбитражный управляющий. 2009. № 5 (42).
3. Тимченко О.Х., Ткаченко Ю.А. Ответственность арбитражных
управляющих // Арбитражная практика. 2008. № 1
PARTICULAR RESPONSIBILITY OF ARBITRATION MANAGERS
E.Yu. Evteeva
Tver State University
The article deals with the problem of attracting arbitration manager to various
types of liability. Analyzed these types of responsibilities as civil,
administrative, and liability under the contract of insurance.
Keywords: arbitration manager, the responsibility of the bankruptcy, the
insurance contract.
Об авторе:
ЕВТЕЕВА Екатерина Юрьевна – студентка IV курса
юридического факультета Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: katay1010@mail.ru
181
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2013.
2013.Выпуск
Выпуск33
33С. 182 – 185.
УДК 347.918: 347.736
ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ АРБИТРАЖНОГО
УПРАВЛЯЮЩЕГО ПРИ РЕШЕНИИ ВОПРОСА О
ПРИВЛЕЧЕНИИ КОНТРОЛИРУЮЩИХ ЛИЦ К
СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
Е.В. Загуменкина
Тверской государственный университет
Институт арбитражного управляющего в российском праве является
сравнительно новым, и до сих пор регулирование многих вопросов
деятельности данного субъекта вызывает множество вопросов. Права и
обязанности арбитражного управляющего зачастую пересекаются,
сложно определить, обязан ли он предпринимать соответствующие
действия или лишь имеет на это право. Такая ситуация складывается и
при решении вопроса о привлечении контролирующих лиц организации
к
субсидиарной
ответственности.
Представляется
разумным
законодательное урегулирование данного вопроса в целях избежания
возникновения коллизий и пробелов в праве.
Ключевые слова: арбитражный управляющий, контролирующие
организацию лица, банкротство, субсидиарная ответственность.
В соответствии с ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»1
(далее – Закон № 127, Закон о банкротстве) арбитражным управляющим
является гражданин Российской Федерации, являющийся членом
саморегулируемой
организации
арбитражных
управляющих.
Арбитражный управляющий в деле о банкротстве имеет ряд прав и
обязанностей, среди которых особое внимание заслуживает право
обращаться в арбитражный суд с заявлениями и ходатайствами, а также
обязанность выявлять признаки преднамеренного и фиктивного
банкротства.
Зачастую одна и та же ситуация связана как с правом, так и с
обязанностью арбитражного управляющего. В этих случаях сложно
определить, обязан ли он предпринимать соответствующие действия
или лишь имеет на это право. Так, например, при решении вопроса о
привлечении контролирующих лиц организации к субсидиарной
ответственности.
Вопрос этот изучен недостаточно глубоко, так как сами термины
«контролирующее должника лицо» и
«вред, причиненный
имущественным правам кредиторов» были введены лишь Федеральным
законом от 28 апреля 2009 г.2(далее – Закон № 73). Единообразная
1
2
СЗ РФ. 2002. № 43. Ст. 4190.
СЗ РФ. 2009. № 18 (1 ч.). Ст. 2153.
182
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
практика по нему также не сформировалась, в связи с чем возникает ряд
проблем.
Во-первых, согласно п. 2 Информационного письма Президиума
Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 137 от
27.04.2010 г. «О некоторых вопросах, связанных с переходными
положениями Федерального закона от 28.04.2009 г. № 73-ФЗ "О
внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской
Федерации"3 положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73
(в частности, ст. 10) о субсидиарной ответственности соответствующих
лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства,
являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности
(например, дача контролирующим лицом указаний должнику,
одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени
должника сделки), имели место после вступления в силу Закона № 73.
Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в
силу Закона № 73, то применению подлежат положения о субсидиарной
ответственности Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до
вступления в силу Закона № 73 (в частности, ст. 10), независимо от даты
возбуждения производства по делу о банкротстве. Федеральный закон
от 28.04.2009 № 73 вступил в силу с 05.06.2009 г. Это значит, что если
обстоятельства имели место до 05.06.2009, то привлечение
контролирующих лиц к субсидиарной ответственности невозможно на
основании того, что на момент совершения виновных действий не
существовало даже такого понятия, а нормы, с ним связанные, обратной
силы не имеют.
Во-вторых, в случае же, если вопрос о времени наступления
соответствующих обстоятельств все же решается не в пользу
контролирующих лиц, возникают следующие проблемы. Может ли
собрание или комитет кредиторов обязать управляющего подать
заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной
ответственности? Обязан ли он по своей инициативе поднимать данный
вопрос, если есть основания полагать, что банкротство было
преднамеренным? Закон о банкротстве содержит формулировку
«вправе» относительно подачи такого заявления. Однако п. 12 ст. 142
Закона дает конкурсным кредиторам и уполномоченным органам
возможность самостоятельно требовать привлечения соответствующих
лиц к субсидиарной ответственности, если их требования не были
удовлетворены за счет конкурсной массы.
Кроме того, Закон № 127 предоставляет кредиторам право
инициировать его подачу иным образом – путем принятия решения на
собрании кредиторов (комитетом кредиторов) о подаче конкурсным
3
URL: http://www.arbitr.ru/as/pract/vas_info_letter/28185.html
183
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
управляющим
заявления
о
привлечении
к
субсидиарной
ответственности контролирующих лиц (п. 6 ст. 10 Закона № 127).
По общему правилу для привлечения их к субсидиарной
ответственности необходимо наличие следующих условий: признание
такого юридического лица банкротом, недостаточность его имущества
для удовлетворения требований кредиторов, причинно-следственная
связь между действием (бездействием) учредителей или руководителей
юридического лица и его банкротством (п. 3 ст. 56 и ст. 87 ГК РФ 4). То
есть при рассмотрении заявлений о привлечении контролирующих
должника лиц к субсидиарной ответственности необходимо
устанавливать
наличие
причинно-следственной
связи
между
действиями контролирующего лица и банкротством должника.
Положения ст. 10 Закона о банкротстве, а также п. 3 ст. 3 ФЗ «Об
обществах с ограниченной ответственностью»5 указывают на
специальные
основания
для
привлечения
к
субсидиарной
ответственности учредителей и руководителей должника —
юридического лица, а именно преднамеренное доведение до
банкротства, выразившееся в даче ими указаний, прямо или косвенно
направленных на доведение организации до банкротства, либо
несовершении
обязательных
действий
для
предотвращения
банкротства.
Если арбитражным управляющим будут выявлены признаки
фиктивного или преднамеренного банкротства, а также неправомерные
действия при банкротстве (ст. 195-197 УК РФ6), он обязан обратиться в
правоохранительные органы и подать соответствующее заявление в
арбитражный суд о привлечении виновных контролирующих лиц к
субсидиарной ответственности. В этом случае в качестве доказательства
наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к
субсидиарной ответственности суду надлежит оценивать заключение
конкурсного управляющего о наличии признаков преднамеренного
банкротства должника (Постановление Семнадцатого арбитражного
апелляционного суда от 18.02.2010 N 17АП-334/2010-ГК по делу N А6047910/20097, Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от
16.08.2010 по делу N А27-23349/20098, Обзор судебной практики
Арбитражного суда Ростовской области по вопросу привлечения к
субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности
(банкротстве)9.
4 СЗ РФ. 1994. № 32. Ст. 3301.
5 СЗ РФ.1998. № 7. Ст. 785.
6
СЗ РФ.1996. № 25. Ст. 2954.
7
URL: http://www.lawmix.ru/17ap/9191
8
URL: http://base.garant.ru/34140024
9
URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=RAPS015;n=45586
184
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2013. Выпуск 33
Если судом будет доказано, что арбитражный управляющий
преднамеренно не обратился с таким заявлением, чем причинил вред
имущественным интересам кредиторов (т. е. привел к полной или
частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение
своих требований), управляющий несет ответственность, причем как
лично, так и через свою саморегулируемую организацию или в пределах
страховой суммы в порядке возмещения убытков, причиненных
ненадлежащим исполнением управляющим своих обязанностей.
Таким образом, вопрос прав и обязанностей арбитражного
управляющего при привлечении контролирующих лиц к субсидиарной
ответственности до сих пор остается открытым, так как
законодательство и судебная практика не всегда совпадают. Зачастую
отсутствует единообразие при решении вопроса отнесения того или
иного действия управляющего к его праву или обязанности, также
вопроса ответственности за нарушение соответствующей обязанности.
RIGHTS AND DUTIES OF THE ARBITRATION MANAGER WHILE
ARRAIGNMENT OF THE CONTROL PERSONS
TO SUBSIDIARY LIABILITY
E.V. Zagumenkina
Tver State University
The arbitration manager institution is a rather new one for Russia and till
nowadays regulation of many approaches of its operation are not clear. The
rights and duties of arbitration manager often overlap and it’s difficult to
determine whether he must do something or just has a right for it. Such
situation is peculiar for arraignment of the control persons to subsidiary
liability. It’s necessary to regulate this question by law to avoid collisions and
lacks in law.
Keywords: the arbitration manager, control persons, bankruptcy, subsidiary
liability.
Об авторе:
ЗАГУМЕНКИНА Екатерина Викторовна - студентка IV курса
юридического факультета Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: zig-zag.-@mail.ru
185
Документ
Категория
Юриспруденция
Просмотров
876
Размер файла
1 286 Кб
Теги
серии, университета, государственного, тверского, право, вестник, 2013
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа