close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

239. Журналистский ежегодник №1 2013

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Журналистский ежегодник. 2013. № 2.
Часть 1.
ЖУРНАЛИСТИКА И ВЫЗОВЫ ВРЕМЕНИ
7–10
Ершов Ю. М. Как вас теперь называть? О категориально-понятийном аппарате журналистики
новой эры // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 7–10.
10–12
Мельник Г. С. Перспективы медиа в пространстве интернета // Журналистский ежегодник. 2013.
№ 2. Часть 1. C. 10–12.
12–15
Мисонжников Б. Я. СМИ как предмет западной медиакритики // Журналистский ежегодник. 2013.
№ 2. Часть 1. C. 12–15.
15–19
Сидоров В. А. Публичный дискурс и медиасфера: условия и субъекты функционирования //
Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 15–19.
РОССИЙСКАЯ ЖУРНАЛИСТИКА: ОПЫТ
ПРОШЛОГО
20–22
Байбатырова Н. М. Модели развития изданий русского зарубежья в Европе во второй половине
XX века // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 20–22.
23–26
Войтик Е. А. Роль российской печати в раскрытии спорта как явления досуговой жизни общества
во второй половине XIX в // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 23–26.
26–28
Дзюненко Д. О. От «Сургутского листка» к «Сургутской трибуне»: история изданий в годы
несвободы // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 26–28.
28–32
Жилякова Н. В. Журнал «Бухгалтер-практик» (Омск-Томск, 1909-1913): опыт создания модели
специализированного учебного издания // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 28–
32.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
32–36
Криницкая Г. С. А.С. Хомяков: славянофильская концепция просвещения // Журналистский
ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 32–36.
36–40
Мельник Н. Д. Художественная критика как отражение русского искусства: 1850-1860-е годы //
Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 36–40.
40–43
Семенова А. Л. , Федорова В. Ф. Новгородские районные газеты: исторические трансформации ХХ
- начала XXI века // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 40–43.
43–47
Шастина Т. П. Горный Алтай в очерках столичных журналистов 1920-х годов: опыт репрезентации
национальной окраины // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 43–47.
47–48
Ястремская Ю. А. Профессиональные ценности провинциальной журналистики начала ХХ века
(на примере газеты «Трудовая правда», г. Шадринск) // Журналистский ежегодник. 2013. № 2.
Часть 1. C. 47–48.
ЖУРНАЛИСТИКА СЕГОДНЯ: ТЕМАТИКА,
ПРОБЛЕМАТИКА, ЖАНРОВЫЕ ПРОЦЕССЫ
49–51
Баканов Р. П. Российская медиакритика: учителя есть, школы нет // Журналистский ежегодник.
2013. № 2. Часть 1. C. 49–51.
51–54
Жиляков А. С. Перспективы и ресурсы жанра интервью в музыкальной журналистике самиздата //
Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 51–54.
54–57
Литке М. В. Тема живой природы на страницах журнала «Вокруг света» // Журналистский
ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 54–57.
57–59
Марущак А. В. Публицистическое начало в текстах «гражданских журналистов» // Журналистский
ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 57–59.
59–61
Черепова Т. Н. Социально-политический аспект критических публикаций Александра Кондрашова
// Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 59–61.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
62–63
Шутяк Л. М. Разновидности американского «нового журнализма» в украинском и польском
медиапространстве // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 62–63.
ЖУРНАЛИСТИКА В СИСТЕМЕ СОЦИУМА
64–67
Виноградова К. Е. Роль масс-медиа в политической системе общества // Журналистский
ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 64–67.
67–69
Кица М. О. Психологические дисфункции патогенной рекламы в украинских СМИ //
Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 67–69.
69–71
Ковпак В. А. Информационно-коммуникационная деятельность: системный поход //
Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 69–71.
71–74
Кручевская Г. В. Политический медиатекст: к проблеме идентификации // Журналистский
ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 71–74.
CМИ И ОБЩЕСТВЕННАЯ МОРАЛЬ.
НРАВСТВЕННОЕ ВОСПИТАНИЕ И
ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ПОДГОТОВКА
ЖУРНАЛИСТОВ
75–77
Атажанов Х. А. Духовно-нравственное воспитание молодежи через СМИ // Журналистский
ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 75–77.
77–81
Губский В. В. «Бессмертный полк»: далее, вездеЖурналистская инициатива в аспекте
патриотического воспитания // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 77–81.
81–84
Рыжко Е. Н. СМИ как фактор влияния на ценностные предпочтения студентов-журналистов //
Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 81–84.
84–89
Шестакова Э. Г. Философско-социальная сфера знаний как основа подготовки преподавателя
журналистики // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 84–89.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
89–93
Шостак Г. И. Газетный текст как источник формирования умений перевода (на материале
британских газет) // Журналистский ежегодник. 2013. № 2. Часть 1. C. 89–93.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
7
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
Раздел I.
Журналистика и вызовы времени
УДК 070.1; 654.197
Ю.М. Ершов
Томский государственный университет
КАК ВАС ТЕПЕРЬ НАЗЫВАТЬ?
О категориально-понятийном аппарате
журналистики новой эры
Статья посвящена анализу понятийного аппарата новых
явлений в медиасфере: конвергенции, мультимедийности и
оцифровке контента. В результате терминологического разбора вошедших в научный оборот категорий автор расставляет
термины по смысловому объему и точности. В статье также
предлагаются изменения в архитектуре основной образовательной программы факультетов журналистики, связанные
с инструментальными и технологическими компетенциями
выпускников.
Ключевые слова: конвергенция, мультимедиа, цифровой контент, онлайн-журналистика
Ershov Yuri M.
AS YOU NOW CALL? About the categorical and conceptual
instruments of a new era of journalism
This article analyzes the conceptual structure of the new
phenomena in the media sphere: convergence, multimedia and
digitization of content. According to the results of analysis of
categories author puts terms on semantic scope and accuracy. The
article also discusses the changes in the architecture of the basic
educational program of journalism associated with instrumental and
technological competencies of graduates.
Keywords: сonvergence, multimedia, digital content, online
journalism
О
пределения – это не только вопрос энциклопедистов и педантов от лингвистики. Определения играют важную роль в повседневной
практике: именно с их помощью происходит то первоначальное накопление понятий, без которого было
бы вообще невозможно познание. Дефиниции – это
и вопрос коммуникативный, поскольку согласие в названиях — первая ступень договороспособности научного и любого другого сообщества. Если по поводу
основополагающих понятий нет общего мнения, то
и научная дискуссия продуктивно вестись не может.
В научной и учебной литературе по журналистике на
равных правах используются термины «конвергентная журналистика» (сonvergence journalism), «цифровая
журналистика» (digital journalism) и «мультимедийная
журналистика» (multimedia journalism). Можно ли их использовать как синонимы или они не из одного ряда и
расходятся по объему понятий? Какое из трех понятий
носит более общий характер?
Пожалуй, наиболее популярным из названных терминов можно считать понятие «конвергентной журналистики». В новой редакции федерального государственного образовательного стандарта по журналистике есть требование к бакалаврам знать особенности
работы в условиях мультимедийной среды и конвергентной журналистики. Вероятно, первым, кто ввел в
научный оборот исследователей журналистики словечко «конвергенция», был Денис Макуэйл [1]. Профессор Макуэйл трактовал конвергенцию как распространение одного и того же информационного продукта по
разным каналам, разными средствами.
В широком смысле конвергенция понимается не
только как взаимное влияние СМИ, но и взаимопроникновение информационных технологий, стирание
границ между ними. Московский исследователь конвергенции Елена Вартанова разъясняет: «Сегодня современные медиакомпании расширяют свой спектр
информационных и развлекательных продуктов и
используют при этом «новые» формы подачи медиапродукта: онлайн-газета, радио в интернете, веб-телевидение» [2. С. 12]. Конвергентная журналистика
предполагает способность создать контент для разных
медиаплатформ, а это значит, что ее представитель –
универсальный журналист.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
8
Прямой перевод слова с латинского convergo −
«сближаю» — нам не поможет в уточнении понятия,
так как мы не можем назвать явление «сближающей
или сходящейся в одной точке журналистикой». Есть,
однако, термины, которые ближе всего к конвергентной журналистике и которые действительно можно
использовать как синонимы. Это «кросс-медийная
журналистика» (cross-media journalism) и «мультимедийная журналистика». Они как раз и указывают на
создание журналистского продукта как минимум для
двух медиа. Американский исследователь Стивен Куинн под мультимедийной журналистикой понимает
«сочетание аудио-, фото-, текстовых материалов и интерактивности» [3. Р. 147].
В отношении мультимедийной журналистики уже
возникает путаница, поскольку отмеченное С. Куинном сочетание в полной мере обнаруживается в интернет-пространстве, некоторые авторы склонны поставить знак равенства между интернет-журналистикой
и мультимедийной журналистикой. Однако интернет-журналистика может быть и текстовой, не использующей сочетание разных знаковых систем. У журналиста в интернете нет необходимости обеспечить
интерактивное включение пользователя в коммуникационный процесс. То есть мультимедиа могут входить
как составная часть в интернет-журналистику, но могут использоваться и помимо онлайн-коммуникаций.
Когда лектор, к примеру, запускает перед студентами
презентацию в «PowerPoint» или «Prezi» с картинками,
музыкальным сопровождением и таблицами, это мультимедиа-представление в оффлайне.
Мультимедиа как сочетание разных знаковых систем влияет на жанровое решение журналистского
материала. Если в традиционной газете текст лежит в
основе информационной заметки, то в мультимедийной журналистике заметка может строиться на фоторяде или на инфографике. Технология редакционной
деятельности меняется, когда журналистские команды
из печатных, вещательных и онлайновых СМИ вместе
собирают и анализируют информацию, составляют
истории, придумывают упаковку контента, предназначенного для распространения на всех возможных платформах. При этом, как правило, учитываются недостатки и достоинства каждого канала. Допустим, лента новостей на мобильном приложении пока не позволяет
использовать потоковое видео, но слайд-шоу можно
просматривать и на экране смартфона.
Еще одним определением новых медиаплатформ
является «цифровая журналистика». Обозначение
«цифровой» или «дигитальный» (от англ. digital) указывает на технологию записи и воспроизведения информации и означает перевод всех типов медийного
контента в цифровой формат, понятный современным
компьютерам, что позволяет оцифрованному содержанию легко передаваться по любому каналу электронной коммуникации. Повсеместный переход от аналоговых технологий к цифровым, начавшийся в конце
1980-х и продолжающийся до настоящего времени,
Журналистский ежегодник
связан с широким распространением компьютеров.
Этот переход назвали «информационной» (цифровой)
революцией, определившей во многом процессы глобализации и возникновения постиндустриальной экономики. Цифровой журналистикой можно назвать такую технологию обработки и распространения информации, которая базируется на компьютерной технике.
Если термины «конвергентная журналистика»,
«мультмедийная журналистика» или «кросс-медийная
журналистика» можно использовать как рядоположенные, указывающие на универсальный журнализм,
интегрированность редакций и создание контента для
разных каналов и нескольких информационных сред,
то понятие «цифровая журналистика» стоит в стороне
от этих значений. Оно говорит только об использовании компьютерных технологий, которое и так уже приобрело всеобъемлющий характер не только в журналистике, но и в любой работе с информацией.
Сегодня цифровыми являются почти любые гаджеты и девайсы. Телевизор, радиоприемник, телефон,
плейер, компьютер на работе и ноутбук дома: все это
работает на цифровых технологиях. Добавление к журналистике определения «цифровая» уже не является
информативным, потому что другой журналистики
(аналоговой, докомпьютерной) у нас уже практически
не осталось. Оцифровка контента – не новая технология, но вполне рутинная операция, доступная любому
пользователю компьютера. В других своих публикациях я доказывал, что переход к цифровому телевещанию в России был затеян с опозданием, поскольку уже
в начале 2010-х многие жители мегаполисов отказались от эфирного (тогда аналогового) сигнала, перейдя
на спутниковое или кабельное ТВ [4. С. 210–221].
Итак, цифровая журналистика – это компьютеризованная работа журналиста с текстовой или иной
информацией. Она может быть не связана напрямую
с мультимедиа и конвергенцией редакций и не указывать на характер информационного продукта. Поэтому
термин «цифровой» применительно к журналистской
профессии я считаю устаревшим, не несущим необходимого смысла и четких отличий от иных технологий
деятельности. Правда, некоторые модификации термина более содержательны. К примеру, «рюкзачная
журналистика» (backpack journalism). Это определение
характеризует журналистский инструментарий, который в силу миниатюризации современной техники
действительно может уместиться в небольшом рюкзачке за спиной репортера. Как правило, это ноутбук,
камера, микрофон, спутниковый телефон и, возможно,
компактный осветительный прибор.
Профессиональное владение всеми этими инструментами позволяет журналисту работать в одиночку
как человеку-оркестру и быть очень мобильным. Одна
из первооткрывателей рюкзачного сбора информации
Джейн Стивенс уверяет в своей статье, что рюкзачная
технология позволит журналистике выжить как профессии [5]. Однако пока названная технология не является общераспространенной и предпочтительна ско-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
рее для отдельных фриланс-авторов, чем для штатных
сотрудников журналистских компаний. Нельзя исключать, что через 5–10 лет backpack journalism превратится
в мейнстрим и потребует от репортеров спортивных
умений и навыков очень быстрой работы с монтажным
столом на ноутбуке или планшете.
Итак, в научной литературе сложился категориально-понятийный аппарат анализа журналистских
явлений, хотя он все время обогащается новыми терминами технологического, прежде всего, характера.
Поскольку компьютерные технологии первыми освоили американцы, удерживающие лидерство в этой
сфере и поныне, большинство новых слов звучит на
английском языке – международном языке общения.
«Конвергентная», «дигитальная», «мультимедийная»
журналистика, как и «онлайн-журналистика», слова
английского происхождения, понятные уже и без перевода. А найти русскоязычный эквивалент всех этих понятий, наверное, невозможно и вряд ли имеет смысл.
За каждым из подвергнутых анализу терминов стоит определенная конструкция медиа, или, если хотите, модель журналистики, организация системы СМИ
и обусловленная ими практика, то есть методика и
техника журналистского труда. Переход от аналоговой техники к цифровой, от линейного производства
информации к мультимедийному и от обособленной
редакции СМИ к конвергенции коммуникационных
платформ как бизнес-стратегии медиакомпании предполагает изменения профессиональных установок репортеров и редакторов. Если обозначить эти перемены
предельно коротко, то журналисты становятся быстродумающими многостаночниками, работающими в постоянном контакте с целевой аудиторией.
Анализ категориального аппарата новых медиа
был бы отвлеченным академическим упражнением,
если не рассматривать вслед за этим необходимое обновление основной программы подготовки журналистов для медиаиндустрии. Мало потребовать во ФГОС
знания особенностей работы в условиях мультимедийной среды и конвергентной журналистики. Надо
так построить учебный процесс, чтобы мотивировать
студентов к освоению этих технологий и обеспечить
получение нужных компетенций даже и для тех, кто
с компьютером прежде не очень дружил. Нужно обеспечить закрепление полученных на занятиях знаний
на практике и расширить формы производственной
практики, включая обязательные стажировки в интернет-изданиях.
Хотя в государственном образовательном стандарте прописаны необходимые компетенции для работы в
конвергентных редакциях, вся логика основной образовательной программы простроена для журналистов
традиционных СМИ. Можно сказать, что это образовательный стандарт вчерашнего дня. Это видно уже из
устаревшего термина «интернет-сети». В то же время
в нем не прописаны ни важнейшие задачи новых медиа (интерактив, например), ни распространившиеся
широко онлайн-рубрикаторы (тэги, таймлайн, гео-ру-
9
брикатор), ни такие популярные форматы работы, как
текстовая трансляция, инфографика, аудио-слайд-шоу.
И, к сожалению, в задачах большинства факультетов
журналистики не значится подготовка продюсеров,
трафик-менеджеров, редакторов по работе с UGC
(пользовательский контент) и бильд-редакторов.
Это означает, что редакции СМИ будут еще больше
ориентироваться на людей без специального образования, пришедших с улицы, но имеющих большое желание научиться всему на практике. И это означает все
более стремительную депрофессионализацию журналистики. На начальном этапе становления новых
медиа депрофессионализация не только неизбежна,
но в известном смысле полезна, так как дает незашоренный взгляд на решение нелинейных задач. Но
очень скоро в новых медиа начнется и уже начинается
выработка собственных стандартов, канонов, уставов,
то есть превращение хаотичного движения в упорядоченное, продуманное и организованное. Будет ли в
этом строю место журналисту как профессии или все
работающие в интернет-каналах будут называть себя
медиаработниками?
В заключительной части хотелось бы сформулировать несколько предложений для корректировки
программ университетской подготовки журналистов.
Предлагаю силами нескольких вузов провести экспертный опрос (опрос журналистов, редакторов и медиаменеджеров) на тему редакционных требований к
журналисту в условиях интеграции медиаплатформ.
Как меняется организация работы СМИ с использованием мультимедийных технологий и распространения продукта в нескольких информационных средах?
Каких знаний и профессиональных умений не хватает
выпускникам факультетов журналистики? Результаты
опроса могли бы рассматриваться как отраслевой заказ университетским и иным центрам журналистского
образования. Такого заказа остро не хватает сегодня
вузам.
Необходимо усилить в учебном процессе изучение
информационных технологий и журналистской техники. Все это так стремительно развивается, что недостаточно познакомить с инструментарием в одном пропедевтическом курсе («Технические средства журналистики»). В большинстве дисциплин профессионального цикла должен быть прикладной и технологический
компонент. В особенности важно научить молодого
журналиста систематичной работе с источниками информации, дата-журналистике, съемке и видеомонтажу, инфографике и вообще визуализации контента.
Между специализациями профессиональной подготовки на факультете не должно быть непереходимых
границ и все учащиеся должны освоить за годы учебы
обязательный набор инструментальных умений.
Если раньше отделения и факультеты журналистики сильно отличались друг от друга по степени технической оснащенности и одни завидовали другим, у которых была не только учебная типография, но и своя
телестудия, то теперь цифровые технологии как-то
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
10
уравняли все образовательные центры. Все факультеты нынче имеют свои интернет-ресурсы и могут сделать их площадками постоянной внутрисеместровой
практики для студентов. Некоторые студенты могут и
иного преподавателя научить работе с социальными
сетями или оптимизации контента для поисковых машин. Необходимо, как мне кажется, уравнять интернет-публикации в правах с газетными материалами и
телевизионными сюжетами в эфире, сформулировать
методические требования к планированию практики в
интернет-СМИ.
«Конвергентная журналистика» и «мультимедиа» –
не просто модные словечки, но вектор развития мировых и национальных СМИ. Те журналистские практики,
которые не вписываются в этот тренд, будут все больше отставать и проигрывать в конкуренции за аудиторию. Соответственно, школы журналистики и массовых коммуникаций, не обучившие своих студентов
технологиям новых медиа, бросают тем самым тень на
Журналистский ежегодник
всю вузовскую систему подготовки журналистов, которую и так сегодня обвиняют в том, что университеты не
откликаются на запросы медиаотрасли, не дают учащимся нужных компетенций и вообще готовят своих
выпускников в «никуда».
Литература
1. McQuail, Denis and Karen Siune for the Euromedia Research Group
(eds.) (1998) Media policy: convergence, concentration and commerce.
Sage, London.
2. Вартанова Е.Л. К чему ведет конвергенция в СМИ. М., 1999.
3. Quinn S., Filak V. Convergent Journalism: an introduction. Focal Press,
Burlington, Mass. 2005.
4. Ершов Ю.М. Телевидение регионов в поиске моделей развития.
М., 2012.
5. Stevens J. Backpack Journalism Is Here to Stay. Online Journalism
Review. 2002-04-02. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://
www.ojr.org/ojr/workplace/1017771575.php.
УДК 070.1; 316.774
Г.С. Мельник
Санкт-Петербургский государственный университет
ПЕРСПЕКТИВЫ МЕДИА В ПРОСТРАНСТВЕ ИНТЕРНЕТА
Статья посвящена изменениям традиционных средств
массовой информации под воздействием новых информационных технологий. Интернет и мобильная связь принципиальным образом преобразовали виды и типы журналистики,
характер взаимодействия между коммуникатором и реципиентом. В статье показано, как мобильные устройства
используются для передачи структурированной информации
аудитории.
Ключевые слова: СМИ, интерактивность, мобильные газеты, информационные технологии, медийное пространство.
Melnik Galina S.
PERSPECTIVES OF MEDIA IN THE INTERNET SPACE
The article is devoted to the changes in traditional media
under the influence of new information technologies. Internet and
mobile communications fundamentally transformed the kinds and
types of journalism have changed the nature of the interaction
between the communicator and the recipient. The article is shown
as a mobile device used to transmit the structured information of
the audience.
Keywords: media, interactivity, mobile newspaper, information
technology, media space.
П
ланетарная реорганизация всего медийного пространства интернета, глобальная конкуренция между традиционными и новыми
СМИ обозначили перспективы мировой журналисти-
ки. Интернет как канал связи значительно расширил
возможности для общения в глобальном масштабе.
Реализация интерактивности во многом обусловлена
беспрецедентной открытостью Всемирной Сети для
любого пользователя и массовой аудитории. Глобальная свобода доступа к сетевому коммуникационному
пространству предполагает свободу предложения и
выбора информации, создания ресурсов [1–3]. Происходят принципиальные изменения в сфере сбора,
обработки, распространения и хранения массовой информации.
Ряд агентств специализируется на разработке и реализации комплексных решений по позиционированию и продвижению брендов, персоналий, товаров,
услуг, идей через социальные сети и интернет-СМИ.
Так, например, среди клиентов Агентства «Социальные сети» российские и иностранные компании, органы власти, политические и общественные организации: Администрация Президента РФ, МИД, «Газпром»,
Сбербанк, «Роснефть», «Мегафон», «МТС», «Федеральная сетевая компания», «Интер РАО ЕЭС», «Эльдорадо», «НИС ГЛОНАСС», «РОСНАНО», «Аэрофлот»,
«Nokia», «Volvo», «Bayer», «Imperial Tobacco», «Quelle»
и др. По данным Международной ассоциации бизнес-коммуникаторов (IABC/Russia), по итогам 2011 г.
Агентство «Социальные сети» занимало третье место
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
10
уравняли все образовательные центры. Все факультеты нынче имеют свои интернет-ресурсы и могут сделать их площадками постоянной внутрисеместровой
практики для студентов. Некоторые студенты могут и
иного преподавателя научить работе с социальными
сетями или оптимизации контента для поисковых машин. Необходимо, как мне кажется, уравнять интернет-публикации в правах с газетными материалами и
телевизионными сюжетами в эфире, сформулировать
методические требования к планированию практики в
интернет-СМИ.
«Конвергентная журналистика» и «мультимедиа» –
не просто модные словечки, но вектор развития мировых и национальных СМИ. Те журналистские практики,
которые не вписываются в этот тренд, будут все больше отставать и проигрывать в конкуренции за аудиторию. Соответственно, школы журналистики и массовых коммуникаций, не обучившие своих студентов
технологиям новых медиа, бросают тем самым тень на
Журналистский ежегодник
всю вузовскую систему подготовки журналистов, которую и так сегодня обвиняют в том, что университеты не
откликаются на запросы медиаотрасли, не дают учащимся нужных компетенций и вообще готовят своих
выпускников в «никуда».
Литература
1. McQuail, Denis and Karen Siune for the Euromedia Research Group
(eds.) (1998) Media policy: convergence, concentration and commerce.
Sage, London.
2. Вартанова Е.Л. К чему ведет конвергенция в СМИ. М., 1999.
3. Quinn S., Filak V. Convergent Journalism: an introduction. Focal Press,
Burlington, Mass. 2005.
4. Ершов Ю.М. Телевидение регионов в поиске моделей развития.
М., 2012.
5. Stevens J. Backpack Journalism Is Here to Stay. Online Journalism
Review. 2002-04-02. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://
www.ojr.org/ojr/workplace/1017771575.php.
УДК 070.1; 316.774
Г.С. Мельник
Санкт-Петербургский государственный университет
ПЕРСПЕКТИВЫ МЕДИА В ПРОСТРАНСТВЕ ИНТЕРНЕТА
Статья посвящена изменениям традиционных средств
массовой информации под воздействием новых информационных технологий. Интернет и мобильная связь принципиальным образом преобразовали виды и типы журналистики,
характер взаимодействия между коммуникатором и реципиентом. В статье показано, как мобильные устройства
используются для передачи структурированной информации
аудитории.
Ключевые слова: СМИ, интерактивность, мобильные газеты, информационные технологии, медийное пространство.
Melnik Galina S.
PERSPECTIVES OF MEDIA IN THE INTERNET SPACE
The article is devoted to the changes in traditional media
under the influence of new information technologies. Internet and
mobile communications fundamentally transformed the kinds and
types of journalism have changed the nature of the interaction
between the communicator and the recipient. The article is shown
as a mobile device used to transmit the structured information of
the audience.
Keywords: media, interactivity, mobile newspaper, information
technology, media space.
П
ланетарная реорганизация всего медийного пространства интернета, глобальная конкуренция между традиционными и новыми
СМИ обозначили перспективы мировой журналисти-
ки. Интернет как канал связи значительно расширил
возможности для общения в глобальном масштабе.
Реализация интерактивности во многом обусловлена
беспрецедентной открытостью Всемирной Сети для
любого пользователя и массовой аудитории. Глобальная свобода доступа к сетевому коммуникационному
пространству предполагает свободу предложения и
выбора информации, создания ресурсов [1–3]. Происходят принципиальные изменения в сфере сбора,
обработки, распространения и хранения массовой информации.
Ряд агентств специализируется на разработке и реализации комплексных решений по позиционированию и продвижению брендов, персоналий, товаров,
услуг, идей через социальные сети и интернет-СМИ.
Так, например, среди клиентов Агентства «Социальные сети» российские и иностранные компании, органы власти, политические и общественные организации: Администрация Президента РФ, МИД, «Газпром»,
Сбербанк, «Роснефть», «Мегафон», «МТС», «Федеральная сетевая компания», «Интер РАО ЕЭС», «Эльдорадо», «НИС ГЛОНАСС», «РОСНАНО», «Аэрофлот»,
«Nokia», «Volvo», «Bayer», «Imperial Tobacco», «Quelle»
и др. По данным Международной ассоциации бизнес-коммуникаторов (IABC/Russia), по итогам 2011 г.
Агентство «Социальные сети» занимало третье место
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
в рейтинге медиаактивности российских коммуникационных агентств [4].
Внедрение новых информационных технологий
принципиальным образом преобразовало виды и
типы журналистики, изменило характер взаимодействия «коммуникатор – реципиент», «коммуникатор –
аудитория».
Общение с аудиторией переходит в виртуальный
режим. Писательница и журналистка «Business Week»
Сарас Лейси пишет: «Мало кто сейчас вспомнит, зачем
ему понадобился интернет, но с появлением социальных сетей мы точно уяснили, почему включаем каждое
утро компьютер – чтобы жить виртуальной жизнью [5.
Р. 304]. Согласно данным ресурса «Facebook», интернет-пользователь проводит в социальных сетях не менее 55 минут в сутки, при этом имеет около 230 друзей,
что в 10 раз больше, чем в реальной жизни [5. Р. 304].
В последнее десятилетие активно растет популярность мобильного доступа в интернет. По результатам исследований компании «Opera Software», число
пользователей интернета через мобильные браузеры
во всем мире увеличивается на 150 000 человек в день
[6]. Связь устанавливалась через CSD-соединение, заставляющее потребителя ждать по несколько минут
загрузки страницы. Спустя два года на рынке технологических новинок появилась система GPRS, позволившая абонентам «BT Cellnet», одной из четырех крупнейших британских сотовых компаний, получать доступ к
мобильному контенту на гораздо больших скоростях.
Тогда же появились и 3G сети [3].
По данным исследовательской фирмы «Нельсен»
(Nielsеn) в странах Европы регулярно посещают Сеть
с помощью своего мобильного телефона более 30%
пользователей интернета. В США мобильный интернет используют 19% опрошенных, в Великобритании –
24%, в Испании – 26%, а во Франции Сеть в мобильном
устройстве используют уже 28% жителей [7].
Значительное проникновение мобильного интернета было отмечено в Германии и Италии (34% в каждой стране).
Предприимчивые издатели газет и журналов стали
использовать возможности мобильных устройств для
трансфера структурированной информации, стремятся предложить читателям оригинальный контент – самые важные, оперативные и актуальные события [8].
Мобильные устройства, имеющие возможность
выхода в интернет, используются сегодня не только
для игр, развлечений и прослушивания музыки. Часть
пользователей уже привыкла получать на свой телефон мобильное издание – газету или журнал, адаптированные для использования на мобильном устройстве СМИ. Издания, структурированные по принципу
классического печатного издания, выполняют те же
функции, но обладают большими возможностями:
высоким уровнем оперативности и интерактивности.
Издатели предлагают аудитории различные варианты
получения информации, что позволяет пользователям
влиять на контент сообщений.
11
Сегодня исследователи говорят не просто о традиционно присущем медиа эффекте присутствия, но об
эффекте участия. Возникает индивидуальная активность. Человек оперирует информацией, сравнивает
данные из разных источников и оставляет свои комментарии к медиасообщениям [9].
Исследователей интересует возникновение нового
сегмента медиасистемы Европы, вопросы функционирования ставших популярными мобильных газет –
«Mr.Reader», «Early Edition», «Digital Post», «EU Reporter»,
«SAPO News», «NPR», «Blastr», «World Earthquake Map»,
«Terra News», «TweetMag», «News.me», а также вопросы
медиабезопасности локальных сетей.
Функциональные особенности делают мобильные
издания привлекательными для людей, ведущих активный образ жизни. Учеными прогнозируется развитие
информационной инфраструктуры стран в условиях
глокализации. В инновационном обществе профессиональные связи с общественностью, медиа, журналистика становятся особым типом производства (сопроизводства) интеллектуальных услуг [10], что определяет существенный потенциал и стратегические перспективы
развития данных видов деятельности.
Интернет способствует появлению новых медиа.
Новая, мобильная аудитория ищет новые способы
потребления контента. В больших количествах появляются и научные статьи, в которых авторы пытаются
осмыслить и понять новые возможности получения
качественного информационного продукта. Анализу
подвергаются даже «мобильные трудовые взаимодействия» в условиях энергоемких отношений [11–14].
Новые цифровые технологии коренным образом
изменили существующие традиционные СМИ. Фактически появился новый мир журналистики, который во
многих отношениях оказался более разносторонним,
чем его традиционный аналог, и заметно превышает
возможности обычных СМИ [15. С. 6]. Например, традиционные СМИ нередко используют обзоры информации из блогов. Сама блогосфера активно используется
для разрешения кризисов и управления репутацией в
открытом режиме, а также для продвижения имиджей
и брендов.
Наблюдается уход в интернет множества печатных
СМИ, рождаются также масс-медиа, не имеющие печатных аналогов [16, 17]. С появлением новых медиа,
прежде всего интернет-СМИ – формы систематического и регулярного распространения информации
посредством сетевых мультимедийных технологий, –
произошло изменение коммуникативного поведения
аудитории [18. С. 52]. Значимость интернет-СМИ определяется отсутствием ограничений по времени размещения и объему информации, а также современными
техническими возможностями, удобством поиска информации. Сетевой текст выступает как способ публичного вмешательства в процесс обсуждения темы,
принятия решения. Последствия появления сетевого
текста не всегда предсказуемы даже для журналистов
[19. С. 9].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
12
Журналистский ежегодник
Все это заставило традиционные средства массовой информации развиваться, вызвало к жизни совершенно новую группу людей, воздействующих на общественное мнение, с совершенно иным механизмом
сбора и распространения информации, и при этом
изменило ежедневный порядок того, как люди ищут
новости [20].
В «виртуальной» информационной среде масс-медиа помогают человеку осуществлять такие виды деятельности, как познавательная и коммуникативная,
формировать сообщества, их круг интересов и общения,
стимулировать развитие межличностных отношений.
стики // Проблемы медиапсихологии. М., 2002. [Электронный
ресурс]. Режим доступа: URL.: http://evartist.narod.ru/text7/39.htm.
10. Клочко В.Е. Самоорганизация в психологических системах: проблемы становления ментального пространства личности (введение в трансспективный анализ). Томск, 2005.
11. Бондаренко С.В. Субкультура мобильных трудовых взаимодействий // Философия хозяйствования. 2006. Спец. вып. Нояб. С.
219–224.
12. Бондаренко С.В. Культура мобильных телекоммуникаций. Ростов-н/Д., 2006.
13. Землянова Л.М. Сетевое общество, информационализм и виртуальная культура // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика.
1999. № 2. С. 58–69.
14. Федотова Л.Н. Развитие инфокоммуникативных процессов –
Литература
1. Шилина М.Г. Связи с общественностью в интернете: к вопросу
начало ХХI века // Медиаскоп. 2011. № 4. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://www.mediascope.ru/node/900.
формирования понятийного аппарата // Медиаскоп. 2011. № 2.
15. Мэтякубов А.Д. Влияние интернет-журналистики на преобразо-
[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mediascope.
вание средств массовой информации (международный аспект):
ru/taxonomy/term/329.
Автореф. дис. … филол. наук. Ташкент, 2012.
2. Горохов В.М., Шилина М.Г. Связи с общественностью: инноваци-
16. Челпанова М. Печатные СМИ уходят в интернет. [Электрон-
онные ракурсы исследования // Медиаскоп. 2012. № 2. [Элек-
ный ресурс]. Режим доступа: http://www.lenizdat.ru/a0/ru/
тронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mediascope.ru/
node/1097.
3. Москвина Ж.О. Мобильный интернет. Новые коммуникативные
возможности // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2010. № 2.
4. Рейтинг медиаактивности коммуникационных агентств. Июнь
2011 г. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.
communicators.ru/library/ratings/rejjting_mediaaktivnosti_kommu.
5. Saras L. The story of Facebook,You Tube@MySpace: The people, еhe
hype and the deals behind the giants of Web 2.0. Gotham Books, 2008.
6. Opera Software: официальный сайт компании. Режим доступа:
www.opera.com.
pm1/c-1072897-0.html.
17. Носик А. СМИ русского интернета: теория и практика. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mediaatlas.ru/items/?id=2
78&cat=analitics&field=.
18. Водолагин А.Л. Интернет-СМИ как арена политической борьбы //
Общественные науки и современность. 2002. № 1.
19. Пронина Е.Е. «Живой текст»: четыре стилевых признака Net мышления // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2001. № 6.
20. Брекендридж Д. PR: новые медиа, новые аудитории, новые
инструменты. М., 2009. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://www.nashaucheba.ru/v26536/?cc=1.
7. The Nielsen company: официальный сайт компании. Режим доступа: http://nielsen.com/us/en.html.
8. Шадрин А.Е. Сетевая модель организации // Вестн. НАУФОР.
1999. № 11. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL:http://
www.isn.ru/shadrin/naufor.htm.
9. Пронин Е.И. Психологические проблемы современной журнали-
УДК 070.447
Б.Я. Мисонжников
Санкт-Петербургский государственный университет
СМИ КАК ПРЕДМЕТ ЗАПАДНОЙ МЕДИАКРИТИКИ
В статье рассматривается опыт организации медиакритики в газетах Австрии и Германии, исследуется работа некоторых журналистов аналитических изданий, их политическая позиция, методология освещения российских масс-медиа.
Медиакритика, как правило, строится на логической основе,
достаточно объективна, но иногда глубине анализа авторов
мешает предвзятое отношение к российским масс-медиа.
Ключевые слова: масс-медиа, медиакритика, австрийская
и немецкая пресса, сетевая журналистика, свобода масс-медиа.
Misonzhnikov Boris Ya.
MEDIA AS A SUBJECT OF WESTERN MEDIACRITICISM
The article considers the experience of the organization media
criticis in Newspapers Austria and Germany, examines the work
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
12
Журналистский ежегодник
Все это заставило традиционные средства массовой информации развиваться, вызвало к жизни совершенно новую группу людей, воздействующих на общественное мнение, с совершенно иным механизмом
сбора и распространения информации, и при этом
изменило ежедневный порядок того, как люди ищут
новости [20].
В «виртуальной» информационной среде масс-медиа помогают человеку осуществлять такие виды деятельности, как познавательная и коммуникативная,
формировать сообщества, их круг интересов и общения,
стимулировать развитие межличностных отношений.
стики // Проблемы медиапсихологии. М., 2002. [Электронный
ресурс]. Режим доступа: URL.: http://evartist.narod.ru/text7/39.htm.
10. Клочко В.Е. Самоорганизация в психологических системах: проблемы становления ментального пространства личности (введение в трансспективный анализ). Томск, 2005.
11. Бондаренко С.В. Субкультура мобильных трудовых взаимодействий // Философия хозяйствования. 2006. Спец. вып. Нояб. С.
219–224.
12. Бондаренко С.В. Культура мобильных телекоммуникаций. Ростов-н/Д., 2006.
13. Землянова Л.М. Сетевое общество, информационализм и виртуальная культура // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика.
1999. № 2. С. 58–69.
14. Федотова Л.Н. Развитие инфокоммуникативных процессов –
Литература
1. Шилина М.Г. Связи с общественностью в интернете: к вопросу
начало ХХI века // Медиаскоп. 2011. № 4. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://www.mediascope.ru/node/900.
формирования понятийного аппарата // Медиаскоп. 2011. № 2.
15. Мэтякубов А.Д. Влияние интернет-журналистики на преобразо-
[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mediascope.
вание средств массовой информации (международный аспект):
ru/taxonomy/term/329.
Автореф. дис. … филол. наук. Ташкент, 2012.
2. Горохов В.М., Шилина М.Г. Связи с общественностью: инноваци-
16. Челпанова М. Печатные СМИ уходят в интернет. [Электрон-
онные ракурсы исследования // Медиаскоп. 2012. № 2. [Элек-
ный ресурс]. Режим доступа: http://www.lenizdat.ru/a0/ru/
тронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mediascope.ru/
node/1097.
3. Москвина Ж.О. Мобильный интернет. Новые коммуникативные
возможности // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2010. № 2.
4. Рейтинг медиаактивности коммуникационных агентств. Июнь
2011 г. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.
communicators.ru/library/ratings/rejjting_mediaaktivnosti_kommu.
5. Saras L. The story of Facebook,You Tube@MySpace: The people, еhe
hype and the deals behind the giants of Web 2.0. Gotham Books, 2008.
6. Opera Software: официальный сайт компании. Режим доступа:
www.opera.com.
pm1/c-1072897-0.html.
17. Носик А. СМИ русского интернета: теория и практика. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.mediaatlas.ru/items/?id=2
78&cat=analitics&field=.
18. Водолагин А.Л. Интернет-СМИ как арена политической борьбы //
Общественные науки и современность. 2002. № 1.
19. Пронина Е.Е. «Живой текст»: четыре стилевых признака Net мышления // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10. Журналистика. 2001. № 6.
20. Брекендридж Д. PR: новые медиа, новые аудитории, новые
инструменты. М., 2009. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://www.nashaucheba.ru/v26536/?cc=1.
7. The Nielsen company: официальный сайт компании. Режим доступа: http://nielsen.com/us/en.html.
8. Шадрин А.Е. Сетевая модель организации // Вестн. НАУФОР.
1999. № 11. [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL:http://
www.isn.ru/shadrin/naufor.htm.
9. Пронин Е.И. Психологические проблемы современной журнали-
УДК 070.447
Б.Я. Мисонжников
Санкт-Петербургский государственный университет
СМИ КАК ПРЕДМЕТ ЗАПАДНОЙ МЕДИАКРИТИКИ
В статье рассматривается опыт организации медиакритики в газетах Австрии и Германии, исследуется работа некоторых журналистов аналитических изданий, их политическая позиция, методология освещения российских масс-медиа.
Медиакритика, как правило, строится на логической основе,
достаточно объективна, но иногда глубине анализа авторов
мешает предвзятое отношение к российским масс-медиа.
Ключевые слова: масс-медиа, медиакритика, австрийская
и немецкая пресса, сетевая журналистика, свобода масс-медиа.
Misonzhnikov Boris Ya.
MEDIA AS A SUBJECT OF WESTERN MEDIACRITICISM
The article considers the experience of the organization media
criticis in Newspapers Austria and Germany, examines the work
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
of some journalists analytical publications, their political position,
methodology lighting Russian mass media. Мedia criticis usually based
on a logical basis, is rather objective, but sometimes the depth of the
analysis the authors prevent a biased attitude to the Russian mass
media.
Keywords: mass media, media criticis, Austrian and German press,
online journalism, freedom of the media.
З
ападные аналитики всегда проявляли значительный интерес к российской действительности. Не обходили вниманием и средства массовой информации, причем делали это в основном с
позиции критического и дискурсивного мышления:
рассудочно и прагматично – и при этом, само собой
разумеется, небескорыстно, исходя из собственных
идеологических приоритетов, – рассматривали деятельность печатных изданий, радио и телевидения.
В советское время критика носила однозначно антагонистический классово-идеологический характер
и охватывала все элементы медиасистемы. В постсоветский период критике подвергаются российские
масс-медиа главным образом в связи с их общественно-политической ангажированностью, интолерантностью, а также с тем, что субъекты медиапроцесса
мирятся с навязанной им несвободой, не полностью
выполняют функцию посредника между аудиторией
и властью предержащей. Вообще современная западная критика в отношении российской государственно-политической и социально-экономической системы, утратив классовую подоплеку оценок, стала более
конкретной и взвешенной, хотя, пожалуй, и не менее
острой. Естественно, в оценках не может не присутствовать в той или иной степени субъективизм: критика всегда пристрастна, и критикующий имеет свою
позицию. Определенную роль играет именно личность критикующего, а также то, какой позиции вообще придерживается печатный орган, выступающий с
критикой, причем различия в критических подходах
могут быть существенными даже в пределах изданий
одного типологического кластера.
Так, из двух качественных газет Австрии более правой позиции придерживается газета Die Presse, которая
даже в советской теории журналистики признавалась
«влиятельной» [1. С. 32]. На первой полосе под общим
названием номера указано: «Свободна с 1848 года».
То есть именно это дата основания печатного издания,
одного из старейших в Европе, которое, вместе с тем,
таким образом декларирует и свою политическую независимость. Эта солидная и консервативная газета
старается давать сдержанную и аргументированную
критику. Редактором восточно-европейского направления выступает Ютта Зоммербауэр, которая имеет основательное университетское образование, некоторое
время работала преподавателем в вузе и опубликовала
книгу по социальной тематике. Служебный и творческий путь Зоммербауэр, к слову сказать, убедительно
свидетельствует в пользу академической формы журналистского профессионального образования. Судя
13
по публикациям, Зоммербауэр обычно констатирует
факт и комментирует его, не позволяя эмоциям брать
над собой верх. Вследствие этого у читателя возникает
впечатление объективности, справедливости и убедительности критики. Журналистка умеет оставаться
в рамках достойной и уважительной манеры речевого
поведения даже в процессе работы над очень трудными темами, которые явно сопряжены с проявлениями
признаков провокативного дискурса. Например, это
проявилось в крупной публикации, посвященной российско-грузинским отношениям [2].
А вот Der Standard снискала репутацию печатного
издания более левого толка, хотя ее, также качественную австрийскую газету, в принципиальной позиции
не многое отличает от газеты Die Presse. Разве что в некоторой степени нарочитое стремление выделить свой
особый типологический статус и политическая наступательность, в отдельных случаях – впрочем, довольно редких – доходящая до агрессивности. Der Standard
была основана в 1988 г. Оскаром Броннером, талантливым журналистом, организатором, проявившим себя
в различных видах деятельности. Газета выходит на
розовой бумаге, подчеркнуто консервативна в верстке
и изложении материала. Критическая составляющая в
ней отличается большой, порой даже, пожалуй, в чемто и чрезмерной – в ущерб аналитичности – жесткостью, что, однако, свойственно многим респектабельным западным изданиям.
Критике подвергаются и события в России. Им посвящает свои материалы пребывающий в Москве журналист Андрэ Баллин. В столице России он сменил Верену Дитхельм, которая в течение трех с половиной лет
писала для газет Der Standard и Financial Times Deutschland
(FTD). Баллин по образованию – славист, защитил диссертацию [3]. Некоторые его публикации выполнены в
более или менее спокойной аналитической манере и
отличаются необходимой глубиной. Например, статья,
содержащая достаточно точную оценку экономического состояния современной России: материал здесь
представлен конструктивно, имеются ссылки на мнения экспертов, хотя и анонимных [4]. Однако некоторые публикации, как может показаться, к сожалению,
не располагают достаточной доказательной базой и
избыточно оценочны, слишком эмоциональны. Баллин
имеет довольно бойкое перо, и это ему порой мешает
выйти на должный уровень спокойного аналитического
обобщения, остановиться на некоторых важных деталях
события. Бывают случаи, когда, похоже, он просто стремится угодить аудитории и дать ей то, что она охотно бы
от него приняла, пусть даже приведенные суждения и
не совсем справедливы. А это, в частности, и недостаточно порой объективные оценки того, что происходит
в России. Несомненная чрезмерная пристрастность,
проявляемая Баллином в аналитических публикациях,
неумение или нежелание отстраниться от случайного и
частного в оценке происходящего привели к тому, что
и сам он стал объектом нападок, пожалуй, не совсем
справедливых. Анонимный автор в интернете заявляет:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
14
«Андрэ Баллин: Пропаганда против России. Я бы посоветовал Российскому министерству иностранных дел
навсегда закрыть ему въезд в Россию с формулировкой:
ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ РУСОФОБИЯ» [5].
Это не столько проявление «русофобии», сколько
манера изложения материала – ироничная, чуть язвительная, а порой и слегка высокомерная. Кстати сказать, газета Die Presse в этом отношении более проста
и безыскусна, не позволяет себе подобного надменного и не лишенного некоторой водевильной спеси
обращения с объектами своего внимания. Это заметно
даже из семантической структуры заголовочных комплексов – они лапидарны, конструктивны и прагматичны. В них напрочь отсутствует игривая затейливость,
которой грешат заголовочные комплексы Der Standard.
В газете Die Presse чувствуется проявление уважения
даже к тем, кто подлежит критике, зачастую и нелицеприятной, что не может не вызвать симпатии. А вот
авторы Der Standard стремятся даже в самой тривиальной ситуации, когда, казалось бы, нет особого смысла
предстать «яркими» и «креативными», все-таки продемонстрировать эти черты.
Так, под рубрикой «Голова дня» появилась корреспонденция о том, что в качественной швейцарской газете Neue Zürcher Zeitung, согласно рейтингам,
кстати сказать, одной из самых влиятельных в мире,
в 2013 г. высшим должностным лицом стал Файт Денглер, уроженец Австрии. Заголовок корреспонденции,
опубликованной в Der Standard, гласил: «Австриец видит музыку в „Новой цюрихской“» [6]. При чем здесь
музыка? Да при том, как сообщается в последнем абзаце корреспонденции, что «Денглер сомневающимся в
медийном будущем может рассказать о музыкальной
отрасли. Как утверждают, Денглер в последнее время
охотно подчеркивает, что она после тяжелого кризиса
снова встала на ноги». Кроме этой фразы в корреспонденции нет ни слова о «музыке». Сомневающиеся –
это, в частности, журналисты из конкурирующих с Neue
Zürcher Zeitung медиа, которые отзывались о событии «с
некоторым хамством». Казалось бы, Денглер еще не
проявил себя ни с положительной, ни с отрицательной
стороны как CEO (Chief Executive Officer), однако в газете Der Standard он уже получил не поздравление от
своих земляков в связи с новым высоким назначением, а чуть ироничную оценку, содержащую некоторое
сомнение в том, что он эффективно сможет привести
Neue Zürcher Zeitung «в дигитальное будущее». Таким
образом, можно утверждать, что скептически-колкая
манера изложения материала в газете Der Standard касается далеко не только российских реалий. Это почерк прежде всего тех авторов, публикации которых в
той или иной мере затрагивают общественно-политические вопросы. А медийная сфера имеет к этому самое непосредственное отношение. И надо учитывать,
что этот почерк диктует само издание, инспирировать
его – прерогатива редакции.
Небезынтересно то, что уже упомянутый А. Баллин,
когда писал для сетевой версии журнала Spiegel, де-
Журналистский ежегодник
лал это в иной манере: им был дан пространный критический обзор современной действующей модели
российских масс-медиа в спокойной и деловой стилевой тональности. Автор в целом реалистично оценил
ситуацию: выделяется особая роль «Газпрома», который, «как спрут, запускает свои щупальца во все новые
и новые секторы русской экономики. От нефтяных и
финансовых предприятий до медиахолдинга распространяются действия гиганта». Это, пожалуй, наиболее
эмоциональная часть обзора, а далее идет сдержанное и обстоятельное изложение материала. Показаны
структура и позиция канала «НТВ», говорится о «привилегии» радиостанции «Эхо Москвы» выступать с критикой, представлена газета «Известия», которая в тот
период входила в состав холдинга «Газпром-Медиа» [7].
Пожалуй, один из наиболее полных и объективных
обзоров, опубликованных в немецкоязычной прессе и
посвященных современным российским СМИ, принадлежит Мартину Лежену, фрилансеру, который родился
в Ганновере, а живет и работает в Берлине. Сообщает,
что он – потомок древних гугенотов, которые вынуждены были перебраться в Германию. Пишет репортажи
из горячих точек и освещает судебные процессы, рассказывает о том, что его действительно волнует. Поэтому, видимо, не случайно он обратился к состоянию
российских СМИ и опубликовал свой обзор, как это он
нередко делает, в Neues Deutschland, той самой, которая
была центральным органом СЕПГ, а после объединения стала независимым изданием левых сил. Газета
значительно сократила тираж и утратила влияние, однако сумела интегрироваться в медиасистему современной Германии.
Что касается российской прессы, то Лежен точно
подметил ее особенность: не ограничены в свободном
выборе только общенациональные печатные медиа,
которые принадлежат частным концернам, в основном находящимся за рубежом, таким, как Axel Springer
AG или Bertelsmann AG. У редакций региональных газет,
напротив, медийная свобода сильно ограничена, поскольку эти издания финансируются в основном местными административными органами. По мнению Лежена, подобная модель финансирования прессы «пришла из прошлого», и «если главный редактор зависим
от руководителя местной администрации, то тогда
главный редактор не свободен в своей критике этого
руководителя местной администрации». Судя по всему, автор обзора серьезно готовился к работе над публикацией, им приводятся мнения аналитиков из других авторитетных изданий, в частности из Neue Zürcher
Zeitung. Знаменитая швейцарская газета выступила
с критикой канала Russland Heute (RH), который представляет собой немецкоязычную версию Russia Today,
и оценила проект как «далеко идущую российскую
имиджевую кампанию». Лежен соглашается с выводом Neue Zürcher Zeitung: Russland Heute служит «Кремлю
как средство влияния на общественное мнение также
за рубежом». Интересно, что Лежен сравнивает систему государственного финансирования СМИ в России и
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
15
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
в Германии в отношении их независимости. В частности, достаточно подробно анализирует радио зарубежного вещания Deutsche Welle, которое финансируется из
бюджета государства, т.е. существует на деньги налогоплательщиков. Конечно, речь идет о радиостанции
«Эхо Москвы» и публикациях в интернете, который «не
контролируется» [8].
Нельзя не заметить, что в последнее время все
больше публикаций появляется о российской сетевой
журналистике, и тон их становится тревожным. На сайте одного из самых солидных немецких еженедельников Die Zeit появилась публикация, в которой звучит
тревога в связи с тем, что «в собственной стране Путин
опасается власти интернета. Все чаще секретные
службы и представители юстиции выступают против
свободомыслия в Сети. <…> Если кто-то упорствует, то
ему грозит потеря лицензии. Потому что в России господствует китайская модель государственного лицензионного обязательства для каждой службы, которая
стремится получить доступ в интернет. Независимость
провайдеров может быть под контролем, и они могут
подвергаться давлению» [9].
Литература
1. Зарубежная печать: Краткий справочник. Газеты. Журналы. Информационные агентства. М., 1986.
2. Sommerbauer J. Der nicht mehr ganz so Kalte Krieg zwischen Moskau
und Tiflis // Die Presse. 2013. 5. Aug.
3. Kuffner A. Medienköpfe und Karrieren. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.journalist.at/archiv/2011-2/
ausgabe-08092011/medienkopfe-und-karrieren.
4. Ballin A. Russland steckt im Konjunkturtal // Der Standard. 2013. 5. Aug.
5. André Ballin: The propaganda against Russia. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://hghltd.yandex.net.
6. Fiedler H. Österreicher sieht Musik in der „Neuen Zürcher“ // Der
Standard. 2013. 2. Aug.
7. Ballin A. Gasprom-Media: Der nimmersatte Gigant. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.spiegel.de/wirtschaft/gasprommedia-der-nimmersatte-gigant-a-426454.html.
8. Lejeune М. MEDIENgedanken: Kritik aus Deutschland an Russlands
Medien. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.agfriedensforschung.de/regionen/Russland/medien3.html.
9. Voswinkel J. Kampf der Freiheit. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.zeit.de/online/2007/11/russland-internet.
УДК 070.1; 316.772.4
В.А. Сидоров
Санкт-Петербургский государственный университет
ПУБЛИЧНЫЙ ДИСКУРС И МЕДИАСФЕРА:
условия и субъекты функционирования
Статья посвящена институциональной структуре информационного (медийного) взаимодействия в социуме и медиасфере как пространству институтов и личностей. Автор
рассматривает разные слои социального дискурса: от обсуждения в СМИ текущих проблем до глубинных, историко-культурного и гносеологического слоёв, связанных с познанием
смыслов жизни, добра, красоты.
Ключевые слова: медиасфера, публичный дискурс, социум,
информационное воздействие
Sidorov Victor A.
PUBLIC DISCOURSE AND THE MEDIA SPHERE: The
conditions and subjects of functioning
The article is devoted to the institutional structure of the
information (media) interaction in society and the media sphere as a
space of institutions and individuals. The author examines the different
layers of the social discourse of the mass media in the discussion of
current problems to the deep, historical, cultural and epistemological
layers related to the knowledge of the meaning of life, goodness, and
beauty.
Keywords: mediasphere, public discourse, society, information
impact.
Медийное взаимодействие:
абстракции и реальность
Коммуникация – не столько вещь, сколько
(пред)вестие, ее сущность постоянно ускользает, поскольку коммуникация – это всегда и то, чего нет… это
процесс, внутри которого постоянно возникают значения, зависящие от данного процесса и одновременно
влияющие на него [1. С. 56]. Как зависят от процесса и
одновременно оказывают на него непосредственное
влияние участники коммуникации, вступающие в информационное взаимодействие?
Информационное взаимодействие внутри социума
может быть представлено в виде двухуровневых коммуникаций – межличностных и межгрупповых. Межличностная коммуникация – это первичное и до сих
пор решающее звено информационного взаимодействия в обществе. Понимание коммуникации межгруппового уровня гораздо сложнее. Поэтому отметим еще
одно возможное подразделение коммуникаций на
интимные и публичные, которое частично совпадает с предыдущим делением, но ему не тождественно:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
15
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
в Германии в отношении их независимости. В частности, достаточно подробно анализирует радио зарубежного вещания Deutsche Welle, которое финансируется из
бюджета государства, т.е. существует на деньги налогоплательщиков. Конечно, речь идет о радиостанции
«Эхо Москвы» и публикациях в интернете, который «не
контролируется» [8].
Нельзя не заметить, что в последнее время все
больше публикаций появляется о российской сетевой
журналистике, и тон их становится тревожным. На сайте одного из самых солидных немецких еженедельников Die Zeit появилась публикация, в которой звучит
тревога в связи с тем, что «в собственной стране Путин
опасается власти интернета. Все чаще секретные
службы и представители юстиции выступают против
свободомыслия в Сети. <…> Если кто-то упорствует, то
ему грозит потеря лицензии. Потому что в России господствует китайская модель государственного лицензионного обязательства для каждой службы, которая
стремится получить доступ в интернет. Независимость
провайдеров может быть под контролем, и они могут
подвергаться давлению» [9].
Литература
1. Зарубежная печать: Краткий справочник. Газеты. Журналы. Информационные агентства. М., 1986.
2. Sommerbauer J. Der nicht mehr ganz so Kalte Krieg zwischen Moskau
und Tiflis // Die Presse. 2013. 5. Aug.
3. Kuffner A. Medienköpfe und Karrieren. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.journalist.at/archiv/2011-2/
ausgabe-08092011/medienkopfe-und-karrieren.
4. Ballin A. Russland steckt im Konjunkturtal // Der Standard. 2013. 5. Aug.
5. André Ballin: The propaganda against Russia. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://hghltd.yandex.net.
6. Fiedler H. Österreicher sieht Musik in der „Neuen Zürcher“ // Der
Standard. 2013. 2. Aug.
7. Ballin A. Gasprom-Media: Der nimmersatte Gigant. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.spiegel.de/wirtschaft/gasprommedia-der-nimmersatte-gigant-a-426454.html.
8. Lejeune М. MEDIENgedanken: Kritik aus Deutschland an Russlands
Medien. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.agfriedensforschung.de/regionen/Russland/medien3.html.
9. Voswinkel J. Kampf der Freiheit. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.zeit.de/online/2007/11/russland-internet.
УДК 070.1; 316.772.4
В.А. Сидоров
Санкт-Петербургский государственный университет
ПУБЛИЧНЫЙ ДИСКУРС И МЕДИАСФЕРА:
условия и субъекты функционирования
Статья посвящена институциональной структуре информационного (медийного) взаимодействия в социуме и медиасфере как пространству институтов и личностей. Автор
рассматривает разные слои социального дискурса: от обсуждения в СМИ текущих проблем до глубинных, историко-культурного и гносеологического слоёв, связанных с познанием
смыслов жизни, добра, красоты.
Ключевые слова: медиасфера, публичный дискурс, социум,
информационное воздействие
Sidorov Victor A.
PUBLIC DISCOURSE AND THE MEDIA SPHERE: The
conditions and subjects of functioning
The article is devoted to the institutional structure of the
information (media) interaction in society and the media sphere as a
space of institutions and individuals. The author examines the different
layers of the social discourse of the mass media in the discussion of
current problems to the deep, historical, cultural and epistemological
layers related to the knowledge of the meaning of life, goodness, and
beauty.
Keywords: mediasphere, public discourse, society, information
impact.
Медийное взаимодействие:
абстракции и реальность
Коммуникация – не столько вещь, сколько
(пред)вестие, ее сущность постоянно ускользает, поскольку коммуникация – это всегда и то, чего нет… это
процесс, внутри которого постоянно возникают значения, зависящие от данного процесса и одновременно
влияющие на него [1. С. 56]. Как зависят от процесса и
одновременно оказывают на него непосредственное
влияние участники коммуникации, вступающие в информационное взаимодействие?
Информационное взаимодействие внутри социума
может быть представлено в виде двухуровневых коммуникаций – межличностных и межгрупповых. Межличностная коммуникация – это первичное и до сих
пор решающее звено информационного взаимодействия в обществе. Понимание коммуникации межгруппового уровня гораздо сложнее. Поэтому отметим еще
одно возможное подразделение коммуникаций на
интимные и публичные, которое частично совпадает с предыдущим делением, но ему не тождественно:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
16
совпадения межличностного и интимного, межгруппового и публичного не абсолютны. В конкретных случаях межличностное общение способно приобрести
публичный характер, а межгрупповое – быть скрытым
от социума.
Социальное информационное взаимодействие,
как и межгрупповой медиаконтакт, – не более чем условные, обобщающие конструкции. Это абстракции,
которых нет в природе. Потому что информационное
взаимодействие в обществе всегда структурировано и
личностно выражено, всегда протекает по установленным в социуме каналам коммуникации, а также организовано по проблематике и смыслам. Это значит, что
в обществе объективно устанавливаются и поддерживаются определенные дискурсы, перманентно наполняемые актуальным содержанием вступающими в них
акторами.
Определенность в понимании медийного взаимодействия в обществе начинает выявляться только
через раскрытие / разрушение уже сложившихся в нашем сознании и сковывающих его абстракций.
Например, если говорим об информационном взаимодействии власти и общества, то в своем представлении непременно упрощаем действительность: воображаем некую персонифицированную власть плюс
нечто неопределенное, с какими-то лицами, голосами,
движениями – в общем, почти художественные образы. В реальности власть и общество свое информационное взаимодействие осуществляют через институты, которые в каждый момент изучения по-своему
конкретизируются. Но оказывается, что и эти понятия
всего лишь абстракции. На самом деле происходит
межличностный медиа-контакт между представителями института власти и институтов общества. По тематически близкому нам вопросу о межкультурном взаимодействии было сказано, что реально взаимодействуют не культуры, а люди – носители культурных традиций, но при этом из поля нашего зрения выпадут как
попытки теоретического осмысления культуры одного
народа представителями другого, так и официальная
политика по межкультурному обмену, необязательно
совпадающая с бытовой практикой межкультурных
контактов [2. С. 27].
С учетом сказанного отметим, что информационное взаимодействие в социуме в принципе институционально структурировано и носит личностно выраженный характер. Все это основано на факте невозможности легитимации власти без коммуникации – текста и
речи. Власть предполагает знание, убеждения и идеологии, которые поддерживали и воспроизводили бы
ее. Дискурс структурно выражает и транслирует эти
ключевые условия воспроизводства на всех социетальных уровнях, во всех аспектах и контекстах [3. С. 87].
Еще одной абстракцией можно назвать заблуждение о всегда актуальном и потому новом содержании
медийного взаимодействия социальных институтов.
Заблуждение, во-первых, основано на уверенности,
что нет актуальности без новизны. Во-вторых, как ни
Журналистский ежегодник
парадоксально, это заблуждение не совсем заблуждение, потому что, согласимся, без разницы в информационных потенциалах акторов, стоящих по разные
концы «провода», коммуникации не будет, социальный
дискурс не активируется, медийное взаимодействие,
еще не начавшись, уже теряет свое значение. Тогда что
же происходит в медийном взаимодействии на самом
деле?
В действительности социальные дискурсы воспроизводят главным образом некогда заданные образцы
и алгоритмы обсуждаемой проблематики, но очень
скупо включают в себя новейшую проблематику.
Поддерживается определенный дискурс, в котором
значительное место занимают однажды внесенные в
него смыслы, плавно эволюционирующие во времени.
Для политической власти это внутриэкономические,
геополитические, социокультурные проблемы государства. Такие смыслы, или факторы, на протяжении
эпох инвариантны и объективно задают определенные политические подходы к их решению. Редкий
политик способен выйти за пределы заданных самой
историей алгоритмов. Поэтому как о само собой разумеющемся рассуждает политолог, когда выдвигаемый
им в газетном комментарии тезис об отсутствии у России пространства для маневра во внешней политике
подкрепляет общим положением о том, что «любая
ответственная и разумная власть в нашей стране будет
проводить ровно ту же внешнюю политику, какую проводит власть нынешняя» [4]. Именно поэтому между
обществами «дискурсы и способы воспроизводства
власти (в глазах общества. – В.С.) отличаются в зависимости от культуры, равно как социальные структуры
и социальное познание, вовлеченное в процессы воспроизводства» [3. С. 35]. Но внутри отдельно взятой социокультурной реальности дискурс слабо вариативен.
Всеобщность доступа к межсоциальному информационному обмену – еще одна абстракция, с которой
следует распрощаться.
Во-первых, как мы установили, медийное взаимодействие между социальными группами имеет личностное выражение. Это означает, что вносимый в
медиасферу текст создает индивид, который должен
знать, как это делать. Он обладает нужными способностями, знаниями, пониманием рассматриваемой
им социально значимой проблемы, иными словами,
предрасположен выразить свое представление о ней
вербально или иконографически.
Во-вторых, любой канал медийного взаимодействия функционирует в конкретной социально-политической системе, в которой есть доминирующие социальные группы, значит им принадлежит реальная
власть. Как известно, природа любой власти заключена в способности управлять гражданами и обществом
в целом. Управление не осуществляется без контроля – основной функции власти. Собственно говоря,
контроль и есть управление. Отсюда следует и потенциально свойственное власти намерение контролировать канал своего взаимодействия с обществом, в кото-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
ром она в принципе доминирует, и доступ к нему. Прав
Т. ван Дейк, когда говорит, что мы должны детально
изучить способы регулирования властными группами
доступа к дискурсу, ибо он управляет сознанием. Исследователь наделяет властные группы активным доступом к дискурсу, а потребителей, то есть общество в
целом, – «пассивным». Все это является типичным для
наиболее влиятельных форм публичного дискурса, в
частности медиа-дискурса [3. С. 28]. Это и есть реальность институционального взаимодействия в медиасфере. Изучение его результатов ведет к пониманию
собственно медиасферы, образующейся в результате
такого институционального взаимодействия.
Медиасфера как пространство институтов
и личностей
Для решения задачи выделим некоторые типические черты, свойственные медиасфере общества.
Прежде всего подчеркнем ее дискурсивное начало,
несущее в себе определенную упорядоченность вступления в медиадискурс представителей институтов
социума и закономерность перманентного возбуждения поддерживаемых дискурсом социальных смыслов.
Попробуем представить себе медиасферу как совокупность содержания социально значимых дискурсов и
форму их организации. Тогда получается, что содержание выступает в двух своих значениях, в равной
степени нам приемлемых, – как интегральная сумма
составляющих медиасферу смыслов и как система взаимосвязанных смыслов, понимаемых в качестве структурных элементов.
Совершая следующий шаг, можно прийти к трактовке медиасферы как результата возникающей между институтами общества коммуникации. Результат
означает здесь информацию, которая заключает в
себе возникающее понимание социально значимых
фактов, событий, явлений, отношений между людьми.
Информационный результат освоения действительности, неся в себе определенную новизну, тем не менее
повторяет – буквально или модифицируя – прежде достигнутые результаты и, в свою очередь, образуя еще
один стандарт, еще один алгоритм освоения духовного
мира человеком.
В этом плане медиасфера напоминает прочно и
заботливо обустроенный и обжитой поколениями семьи дом: по воле каждого укрепляются стены, меняются интерьеры, обновляются коммуникации. Однако
окружающая среда и архитектура дома, расположение
его помещений предопределяют глубину допустимых
новаций – будущее диалектически надежно увязано с
прошлым. В данном случае семья олицетворяет ядро
неизменяемого типа культуры, определяющего содержание медиасферы. В связи с чем припомним, что
при смене общественно-экономических формаций,
при радикальном изменении социальной структуры,
резкой перестройке политической власти, смене идеологии тип культуры сохраняется, если сохраняется его
ядро. На всех общественных переменах можно найти
17
отпечаток воздействия этого устойчивого ядра культуры [5. С. 10–11]. Поэтому ядро («парадигма») культуры
не относится к надстройке общества; оно представляет
собой некую устойчивую бытийственную форму сознания, относящуюся к сфере социальной онтологии.
Медиасфера еще не имеет научного объяснения и
воспринимается метафорически. Но уже сложились
некоторые представления о ее составляющих. Это
массовые коммуникации, журналистика, искусство,
церковь, политические институты – все, что собирает
аудиторию, обращается к ней, вторгается в общественное сознание и само в нем функционирует. Это медиареальность, которая образуется в процессе коммуникации, а коммуникативная реальность – особое измерение реальности социума [6. С. 157]. Так что в социально-философском представлении теория медиасферы,
видимо, явится синтезом теорий культуры, политики,
журналистики и массовых коммуникаций, для становления которых многое сделали французские философы ХХ века, соизмерив их с порядком и субстанцией
общества. Это не коммуникации в чистом виде. Скорее
всего, пишет исследователь, речь о Социальном порядке, структурированном в коммуникационной перспективе [7. С. 149]. Журналистика вбирает в себя взаимосвязанные слои всеобщей рефлексии общественного
сознания по поводу общественного бытия. Если посмотреть на процесс в динамике, то следует отметить, что
текущее общественное сознание рефлексирует и по
поводу себя же самого, но уже состоявшегося.
Первый, видимый, слой дискурса – обсуждение текущих социальных проблем, потенциально способное
к переводу на второй, более глубокий, содержательный слой поддерживаемого журналистикой дискурса – историко-культурный. Что объяснимо длящейся
во времени причинностью возникновения новейших
социальных проблем в качестве продолжения однажды вынесенных на обсуждение. Наконец, третий, и самый глубокий, слой отражаемого журналистикой дискурса – гносеологический – о познании личности, общества, государства, смыслов жизни, добра, красоты.
Любой из этих дискурсов принципиально разомкнут в
медиасфере, которая не только обширней, но и на порядок древней журналистики. Истоки медиасферы в
тех незапамятных временах, когда люди только начали
обсуждать устройство мира, когда в сознании человека
зародились первые паттерны объяснения бытия.
Медиасфера понимается нами как идеальное пространство, объективно присущее духовной жизни общества, в которой соприкасаются социально значимые
смыслы (установления, мифы, идеи). Это результат
публичного взаимодействия институтов общества.
Новые смыслы создаются и вливаются в некогда зародившиеся дискурсы. Нельзя установить даже символической даты их начала: чем дальше вглубь веков от
Гуттенберга, тем условней представление о публичности дискурса. Достоверно главное – там, где кончается
публичность, где нет дискурса, уже нет медиасферы,
потому что только медиасфера образует поле инфор-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
18
мационного взаимодействия социальных систем, их
институтов и индивидов и тем самым обеспечивает публичность такого взаимодействия. То, что мы называем
публичностью, во все времена само по себе являлось
фактором, стимулирующим достижение равноправия
участников дискурса, но – что особенно важно – никогда не достигающим желательного состояния. Иллюзия свободы и разнообразия может быть одним из
способов производства идеологической гегемонии
[3. С. 30]. Добрые намерения (участников коммуникации) и отсутствие демонстративного насилия, – пишет,
рассматривая широкий контекст функционирования
массовых коммуникаций, Ю. Хабермас, – хорошие
вспомогательные средства, но их недостаточно. Если
не сложилась структура коммуникативной ситуации,
свободной от искажений и латентного присутствия
власти, результаты коммуникативного процесса всегда вызывают подозрение… Поскольку коммуникация
всегда несет в себе двойственность, она есть выражение скрытого насилия [8].
Шаги в направлении интерпретации медиасферы
должны быть осторожными, потому как «эпистемологически мы попадаем в ситуацию постоянного обознания: пытаемся говорить о коммуникации, но постоянно говорим о чем-то другом – о политике, культуре
и т.д., то есть аналитически мы замещаем собственно
логику коммуникации логикой политики, культуры» [9.
С. 579]. Избежать «обознания» можно, если воспринимать коммуникации в логике взаимодействия сторон с
разным идейным потенциалом. Минимум разности потенциалов подразумевает дискуссию, оппонирование;
максимум – открытое противоборство, когда стороны
уже не воспринимают обращенные к ним смыслы. Не
нарушишь «социальный порядок», будет тебе и «парламентская» тональность дискуссий. Начнись, по Ф. Достоевскому, «социальное нестроение», тональность полемики поменяется, вместо аргументов – обличения.
В подтверждение тезиса проанализируем только
один эпизод современного идеологического противостояния в массмедиа, обратимся к развернувшейся
полемике между «Литературной газетой» и сетевым
ресурсом «Кольта». А. Голубкова, один из активных авторов этого ресурса, выступила на сайте с критическим
анализом ряда публикаций в «Литературной газете» [10,
11]; газета, перепечатав критику в свой адрес, тут же разместила опровергающую ее статью М. Макарова [12].
Контент-анализ статей подтвердил: тональности
статей – «сетевой» и газетной – не совпадают. Статья
«Кольты», хоть и замечена в некорректности по части
интерпретации исторических фактов, все же в своей
манере респектабельна, без интонационных диссонансов, тогда как тон комментария к ней со стороны «ЛГ»
обличительный. Если Голубкова применяет иронию
(«забавный конгломерат», «достойные продолжатели…»), иногда сарказм («благонамеренные сигналы»),
изредка позволяя себе более резкие выражения («охотнорядцы с пудовыми кулаками», «задача цепной собаки»), но только по отношению к реалиям прошлого, то
Журналистский ежегодник
ее оппонент не считает себя обязанным пользоваться
исключительно парламентскими выражениями. Его
идейные противники – «рвут на себе тельняшки», у
них «нервический припадок», своих оппонентов они
«огульно именуют». Макаров в публичном дискурсе
пытается выставить своего оппонента в неприглядном
свете: она «голубушка Голубкова» с ничтожным культурным горизонтом, имеет «кривобокое образование»,
научность ее диссертации сомнительна, подгоняет
факты под концепцию, способна на ложь («единожды
соврамши»), ей ненавистна консервативная позиция,
она шарахается от слова «русский» и т.д.
В анализируемых статьях явно прослеживается
«слоистость» дискурса: что Голубкова, что Макаров от
текущих идеологических проблем тут же переходят на
историко-культурный слой дискурса (спор о судьбах
либерализма и консерватизма в России) и даже затрагивают гносеологические аспекты своих разногласий.
Примеры из периодики характеризуют состояние
современной медийной среды, но не дают ответа на
общие вопросы теории. Поэтому при анализе медиасферы желательно абстрагироваться от журналистики
и СМИ – актуальное содержание публикаций потенциально может оказаться препятствием к объективному
анализу. Отстранение от медийных реалий современности (где, хочешь – не хочешь, а СМИ все равно
первенствуют) позволит рассмотреть механизм медиасферы обобщенно, не сводя примеры его действия к
частным проявлениям, которые в силу своей близости
к исследователю способны заслонить целое.
Итак, мы представляем себе медиасферу в качестве
некоего поля информационного взаимодействия социальных систем, их институтов и индивидов. Чтобы
построение не оказалось громоздким, уберем вопросы
межсистемного взаимодействия (скажем, между государствами), а также частные информационные взаимосвязи индивидуумов.
Условием результативности анализа взаимодействия в медиасфере должен стать учет намерений, объективно присущих вступающим в дискурс сторонам:
• обменяться информацией (идейными установками, ценностными суждениями, представлениями о путях общественного развития и пр.);
• одержать верх в информационном противостоянии (идеологически разоружить оппонента);
• найти компромисс;
• с помощью идейной полемики добиться своего
преобладания на информационном поле.
Целевые установки сторон (институтов) взаимодействия в медиасфере подразумевают и выбор соответствующих тактик продвижения этих целевых установок на информационном поле, выбор средств, форм,
методов достижения намеченного. И все же это исключительно плоскостной уровень характеристики функционирования медиасферы. Более глубокое – объемное – рассмотрение вопроса начинается с момента, как
только поставим перед собой задачу учитывать всех
субъектов медиасферы, или хотя бы основных.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел I. Журналистика и вызовы времени
Информационное взаимодействие тех или иных
институтов общества обычно случается не с целью повлиять на идейно-политические и нравственные позиции друг друга (конечно, есть и такое), а с целью оказать
идейное воздействие на иные социальные институты,
которые в этот момент якобы не вступают в разворачивающийся на их глазах дискурс, с целью повлиять в
конечном счете на общество в целом. Выбор конкретных каналов коммуникации, методов и форм внесения
в медиасферу идейно-политических и нравственных
ценностей определяется установками коммуникатора.
Которые, в свою очередь, детерминированы культурой
общества в целом, а также принятыми в нем культурными кодами трансляции ценностно-эмоциональных
и ценностно-рациональных смыслов коммуникации
и удержанием ее результатов в медийной сфере как
устойчивого алгоритма исторически длящегося дискурса.
Литература
1. Клюканов И.Э. Коммуникативный универсум. М., 2010.
2. Панфилова Т.В. Межкультурное взаимодействие: тенденции и
перспективы // Мировая политика: взгляд из будущего: Мат-лы V
Конвента РАМИ. М., 2009.
3. Дейк ван Т. Дискурс и власть. Репрезентация доминирования в
языке и коммуникации. М., 2013.
4. Межуев Б. Может ли Россия вернуть Европу? // Известия. 2013.
13 авг. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://izvestia.ru/
news/555372.
5. Кантор К.М. История против прогресса. М., 1992.
6. Назарчук А.В. Идея коммуникации и новые философские понятия ХХ века // Вопросы философии. 2011. № 5.
7. Назарчук А.В. Осмысление коммуникации в современной французской философии // Вопросы философии. 2008. № 8.
8. Хабермас Ю. Против «воинствующего атеизма». «Постсекулярное» общество – что это такое? // Исламский портал. Оперативно о вечном [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.
islam-portal.ru/mnenia/100/1411.
9. Крастынь С.Р. Теоретическая экспозиция понятия «онтологические основания коммуникации» // Миссия интеллектуала в
современном обществе. СПб., 2008.
10. Голубкова А. Литературные охотнорядцы [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://www.colta.ru/docs/17612.
11. Голубкова А. Литературные охотнорядцы // Лит. газ. 2013. № 14.
12. Макаров М. Декольте Кольты // Лит. газ. 2013. № 14.
19
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
20
Журналистский ежегодник
Раздел II.
Российская журналистика:
опыт прошлого
УДК 070:93/94
Н.М. Байбатырова
Астраханский государственный университет
МОДЕЛИ РАЗВИТИЯ ИЗДАНИЙ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ
В ЕВРОПЕ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XX ВЕКА
Статья посвящена печатному медийному пространству
«третьей волны» русской эмиграции. Во второй половине XX
века эмигранты из СССР открывали в Европе собственные
издательства, создавали журналы, газеты, альманахи. Их
периодика уже значительно меньше, чем в первую и вторую
«волны», являлась органом каких-либо политических, общественных или профессиональных организаций. Автор обращается к моделям известных и значимых русскоязычных изданий,
имевших общеэмигрантскую аудиторию в Европе.
Ключевые слова: русское зарубежье, эмигрантские издания,
«третья волна» эмиграции, журналы, газеты.
Baybatyrova Nailya M.
DEVELOPMENT MODEL OF THE RUSSIAN DIASPORA
PUBLICATIONS IN EUROPE IN THE SECOND HALF OF XX
CENTURY
The article is devoted to the media space of the «third wave» of
Russian emigration. In the second half of the XX century emigrants
from the USSR opened own publishing houses in Europe, they created
magazines, newspapers and almanacs. Their periodicals already
less were part of any political, social or professional organizations,
than in the first and second «waves». The author refers to models of
the known and significant Russian-language editions which had allemigrant audience in Europe.
Keywords: Russian Diaspora, emigrant editions, «the third wave»,
magazines, newspapers.
Р
усскоязычное информационное пространство
за рубежом, представленное печатными периодическими изданиями эмигрантов из России,
а затем Советского Союза, формировалось на протяжении многих десятилетий XX века. Как относительно
самостоятельное культурное и политическое явление
русское зарубежье сложилось еще в середине 1920-х
годов. Центрами его в Европе стали Париж, Берлин,
Прага, София, Белград. В это время здесь появились
русские издательства, книготорговые предприятия,
издавались газеты и журналы. Русские эмигранты с
самого начала жизни за рубежом стремились сформировать привычную для них среду, составной частью которой была русскоязычная пресса.
В период после Второй мировой войны в европейских государствах начинали меняться модели издательского бизнеса. В последующие десятилетия во
Франции, Германии, Великобритании происходило
увеличение количества печатных периодических изданий, нацеленных на новые аудиторные сегменты.
Совершенствовалось полиграфическое оборудование для печати газет, вырос спрос на газетную бумагу,
а начиная с 1970-х годов прослеживается стабилизация тиражей. Рассмотрим модели развития русскоязычных изданий русского зарубежья в Европе во второй половине XX века.
Отечественные исследователи выделяют шесть основных моделей развития масс-медиа как социального
института [1. С. 55–58]. Среди них модель независимой
прессы, или свободного рынка идей; советская (социалистическая) модель; модель социальной ответственности; авторитарная модель; модель «развития»; модель демократического представительства. Тогда как
во второй половине XX века в Советском Союзе господствовала советская (социалистическая) модель, характеризующаяся тем, что СМИ находились под диктатом
государства, контролировались коммунистической
партией, представители русского зарубежья пробовали реализовать европейские модели функционирования СМИ.
Печатные масс-медиа русского зарубежья во второй половине XX века развивались неравномерно, что
зависело от многих условий: политических, социокультурных, экономических. Параллельно с увеличе-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
нием количества и ростом совокупного тиража европейских изданий уходит в прошлое эпоха господства
универсальных массовых газет, расцветает специализированная пресса, которая активно дополняется
различными изданиями диаспор, осевших в Европе.
Самыми благодатными для создания русскоязычной
периодики стали Париж, Берлин, Мюнхен.
Представители «третьей волны» русской эмиграции появились на Западе в начале 1970-х годов. К этому времени в Европе на протяжении уже нескольких
десятилетий издавались журналы «Грани», «Посев»,
«Новый журнал», «Вестник РХД» (Русского христианского движения), газета «Русская мысль» (Париж).
Однако «третья волна», в составе которой было много представителей научной и творческой интеллигенции, сразу же приступила к выпуску собственных
периодических изданий. Теперь периодика уже значительно меньше, чем в первую и вторую «волны»,
являлась органом каких-либо политических, общественных или профессиональных организаций.
Почти все публицисты «третьей волны» эмиграции пережили гонения, испытали те или иные формы
политического давления. Культурное пространство
«третьей волны» формировалось журналистами и публицистами в разных направлениях: новые эмигранты открывали собственные издательства, создавали
журналы, газеты, альманахи. Наиболее известными
и значимыми новыми русскоязычными изданиями,
завоевавшими общеэмигрантскую аудиторию в Европе, были журналы «Континент», «Синтаксис», «Эхо»,
«Время и мы», «Возрождение», альманахи «Вече»,
«Третья волна». В 1970-е годы в эмиграции возникла
идея создать совместный советско-эмигрантский альманах под названием «Опасные связи». В. Вейдле в
письмах обсуждал его со своими друзьями И. Чинновым и Ю. Иваском. Но от идеи пришлось отказаться
как раз из-за опасности, которой подвергались бы советские его участники, рискнувшие связаться с запрещенными писателями.
После 60–70-х годов XX века в Европе русских стали охотнее принимать на работу, в различные учебные заведения, научные и военные организации и
центры. Многие эмигрантские идеологические акции
стали поддерживаться и финансироваться западными правительствами. Появились новые модели русскоязычных СМИ, созданные и существующие за счет
европейских медиакорпораций и частных лиц. Некоторые издания «третьей волны» русской эмиграции
выходили на средства западных инвесторов. Например, журнал «Континент» издавался за счет известного немецкого медиамагната Акселя Шпрингера.
Другие издания, например, журналы «Синтаксис»,
«Эхо», не имели никаких дополнительных дотаций и
сторонней материальной поддержки. «Эхо» являлось
частной инициативой и издавалось А. Хвостенко и
В. Марамзиным на личные средства последнего. Журнал просуществовал недолго, но оставил след в истории русской литературной журналистики. «Эхо» –
21
весьма необычное издание «третьей волны» русской
эмиграции. Это именно литературный журнал, создатели которого взяли на себя в конце 1970-х годов
обязательство публиковать за рубежом литературу
самиздата, преимущественно ленинградского. Это
парижское эхо тех процессов, которые происходили в
неофициальной литературе и печати СССР.
Создаваемые в 1970-х годах журналы «Континент»,
«Синтаксис», по задумке авторов, должны были соответствовать высоким профессиональным стандартам информативности, объективности и баланса. Их
деятельность регулировалась посредством правовых
норм европейских государств. «Для меня эмиграция –
это возможность работать в том направлении, как я
хотел бы, но в других условиях», – признавался в интервью А. Синявский, автор «Синтаксиса».
Литературный, политический и религиозный
ежеквартальник «Континент» был создан в 1974 году
в Париже по инициативе А. Солженицына. Он позиционировал себя как журнал восточноевропейской
эмиграции, редактором этого авторитетного издания был писатель В. Максимов. Также с 1978 по 1995
год в столице Франции выходил журнал «Синтаксис»
с подзаголовком «Публицистика, критика, полемика». Это было издание под редакцией писателя постмодернистского направления А. Синявского (Терца) и его жены М. Розановой. «Всего было издано 37
номеров, журнал не имел строгой периодичности и
представлял собой семейное предприятие супругов
Синявских», – отмечает исследователь прессы русского зарубежья Е.Ю. Скарлыгина [2. С. 5]. Издание
печаталось в частной типографии.
Однако авторы созданных толстых журналов,
пользуясь свободой дискуссий, начали враждовать
между собой. В сообществе эмигрантов-писателей,
журналистов, редакторов, деятелей культуры не
было единого подхода к проблеме функционирования русскоязычной прессы в Европе, а также ясной
концепции будущего взаимодействия их с изданиями СССР. Как однажды сказал Н. Коржавин, «мы уехали для того, чтобы иметь возможность драться друг
с другом» [3. С. 18]. А. Солженицын и В. Максимов, с
одной стороны, и А. Синявский, с другой, выражали
различные точки зрения на общественные проблемы в покинутом СССР и мировую политику, на роль
и миссию эмиграции, религию, взаимоотношения
России и Запада. Вся информационная политика
журнала «Континент» и, в частности, позиция А. Солженицына, строилась на призывах к возрождению в
русском человеке гордости за свою державу, веры
в собственные силы, к укреплению государства.
«Синтаксис» стоял на прозападных позициях. Реализуя модель независимой прессы, А. Солженицын,
В. Максимов, А. Синявский активно пользовались
правом на применение своих изданий в собственных
интересах. Организация и содержание материалов
не были подчинены централизованному политическому или государственному контролю. Однако оба
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
22
журнала предоставляли заинтересованным лицам
возможность ответа на критику.
Отдельные издания русского зарубежья «третьей
волны», например «Страна и мир», пытались быть
плюралистическими, представлять различные точки зрения на происходящие события. Тем не менее
практически все представители «третьей эмиграции»
сформировались в условиях социализма, что не могло
не отразиться на реализации концептуальных моделей русскоязычной прессы. В период эмиграции в основе творчества издателей и редакторов-эмигрантов
лежал, как правило, советский опыт, «они как бы дорабатывали советские сюжеты и были по воспитанию
и образованию советскими людьми» [4. С. 18].
В 1958–1978 годах в Мюнхене выходил журнал «Мосты». В программе манифеста, открывавшей первый
номер, говорилось: «Мосты нужны – между нашим и
тем берегом, между родиной и Западом, между сегодняшним и завтрашним днем. Нам кажется, что время
распада русского общества прошло и мертвый пункт
в его внутреннем развитии пройден. Наступает время
больших и малых синтезов и связей» [5. С. 309–310].
Журнал «Мосты» большое внимание уделял событиям, происходившим на родине, например, помещал
отклики на политические демарши в СССР.
1980-е годы также ознаменованы созданием новых эмигрантских газет и журналов в Европе. Так,
среди появившихся новых журналов – «Форум» (1983),
«Страна и мир» (1984) в Мюнхене, «Трибуна» в Париже
(1983). Общественно-политический, экономический
и культурно-философский журнал «Страна и мир»
издавался в Германии (Мюнхен) с 1984 по 1992 год.
В этом ежемесячном издании центральное место занимала публицистика, посвященная историческим,
политологическим и экономическим вопросам. Название журнала было внутренне связано с работой
А. Сахарова «О стране и о мире», целью редакции
было знакомство читателя с современной мировой
гуманитарной мыслью.
Русский эмигрант, литературный критик и историк Н. Андреев пишет: «Из-за поразительной отчасти
скромности, отчасти беспечности русские зарубежные издания случайно представлены в западноевропейских книгохранилищах. По-видимому, ни редакторы, ни издатели не думали о «будущей историке», и
не заботились о снабжении библиотек комплектами
изданий. В некоторых случаях, впрочем, иностранные
библиотекари отказывались принимать эмигрантские
издания, находя их «неважными», «неподходящими к
характеру книгохранилища» и т.д., и обычно не хотели выписывать их за деньги» [6. С. 686].
С точки зрения содержательных типологических
характеристик прессу эмигрантов «третьей волны»
можно разделить на общественно-политическую, литературно-критическую, религиозную, искусствоведческую. К искусствоведческим следует отнести журналы «Стрелец» и «А-Я», к религиозным – «Мария»
и «Беседа». Также необходимо выделить журналы и
Журналистский ежегодник
газеты, сочетающие одновременно несколько характеристик.
Таким образом, «третья волна» эмиграции сумела
основать за рубежом значительное количество новых
периодических изданий и создать собственное медийное пространство. Издатели и авторы русскоязычных эмигрантских журналов оказывали воздействие
на идейно-политическую и социокультурную ориентацию эмигрантов. После 1991 года принципиальных
различий между российской и эмигрантской прессой
не стало, авторы-эмигранты обрели доступ к российской прессе. Журнал «Континент» получил новую
жизнь в Москве.
Литература
1. Становление СМИ в России как института демократии: политика
государства и частных корпораций. М., 2003.
2. Скарлыгина Е.Ю. Журналистика русской эмиграции: 1960–1980-е
годы. М., 2010. 109 с.
3. Глэд Дж. Беседы в изгнании: Русское литературное зарубежье.
М., 1991. 319 с.
4. Базанов П.Н., Шомракова И.А. Книга русского зарубежья: Из истории книжной культуры XX века. СПб., 2003. 120 с.
5. Литературная энциклопедия русского зарубежья. 1918-1940. Т.2.
Периодика и литературные центры. М., 2000. 640 с.
6. Андреев Н. Об особенностях и основных этапах развития русской
литературы за рубежом // Письма запрещенных людей: Литература и жизнь эмиграции. 1950-1980-е годы. По материалам архива И.В. Чиннова. М., 2003.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
23
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
УДК 070:93/94; 796.072.32
Е.А. Войтик
Томский государственный университет
РОЛЬ РОССИЙСКОЙ ПЕЧАТИ В РАСКРЫТИИ СПОРТА
КАК ЯВЛЕНИЯ ДОСУГОВОЙ ЖИЗНИ ОБЩЕСТВА
ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
В статье рассматривается история вхождения английского термина «спорт» в состав русского языка в середине XIX в.
Исследуются первые попытки систематизации спорта как
явления в российской периодической печати конца XIX в. Обосновывается роль в этом процессе российской журналистики.
Ключевые слова: спорт, журналистика, периодические издания, Ф.В. Булгарин, спортивная деятельность в России.
Vojtik Evgenia A.
REPRESENTATION OF THE SPECIFICITY OF SPORT IN THE
RUSSIAN PRESS THE SECOND HALF OF XIX CENTURY
The article discusses the history of the occurrences of the English
term «sports» in the Russian language in the middle of the XIX century
the first attempts to systematize sport as a phenomenon in the
Russian periodicals of the end of XIX century Substantiates the role of
the Russian journalism.
Keywords: Sport, Journalism, Periodicals, Bulgarin, Sport Activities
in Russia.
В
настоящее время среди исследователей существует научная полемика, связанная с тем, что
именно подразумевалось под спортом в XIX в. и
можно ли считать некоторые из существовавших тогда
видов «спортивными». Понятно, что благодаря бурному
развитию спорта за последние 150 лет в настоящее время уже сложилась четкая классификация спортивных
видов деятельности. В ней уже нет места многим видам,
которые относились к спорту первоначально. Тем не
менее исследование первых попыток систематизации
спорта дает возможность не только понять, как произошло становление спорта в России в общих чертах и как
состоялся переход спорта от забав и развлечений к серьезной профессиональной деятельности, но и какую
роль в этом процессе сыграла журналистика.
Прежде чем подробнее исследовать данный вопрос, стоит отметить, что на протяжении всего XIX в.
общество России находилось под влиянием ведущих
европейских стран. Особое значение в этом процессе
имели такие государства, как Франция и Англия. Их
воздействие прослеживалось на многие сферы деятельности, включая политику, экономику, науку, технологии, искусство, моду, литературу, язык, а также на
спорт.
В середине XIX в. в России было уже распространено около 30 видов спорта. В основном их культивированием занимались отдельные энтузиасты из
высшего общества. Однако в этот период в русском
языке не хватало слова, которое бы объединило разнообразные досуговые увлечения в одно направление.
Таким словом стал термин «спорт», пришедший из английского языка, хотя само слово имеет старофранцузские (desporter) и латинские (disportō, disportāvī) корни.
В буквальном переводе с английского оно обозначает
«развлечение», «забава».
Термин в Европе был известен еще с XV в. Но сами
англичане активно стали его употреблять только в конце XVIII – начале XIX в. Во многом этому способствовало
вышедшее в Великобритании в октябре 1792 г. первое
издание, посвященное спорту, – «Sporting magazine»
(1792–1871), а также ряд последующих – «New sporting
magazine» (1831–1840), «Sportsman's Cabinet» (1832–1833),
«Sporting review» (1839–1870), «Sporting Life» (1859–1998)
«The Field» (1853–1991) и др.
В России в появлении и распространении этого слова сыграли роль журналистские публикации второй
половины XIX в. Тем не менее, вопросы, кто из журналистов ввел слово «спорт» в русский язык и когда
именно это произошло, до сих пор остаются нерешенными. Одни исследователи (В.А. Родионов, Е.В. Погосян и др.), ссылаясь на ряд документальных источников, доказывают, что «sport» впервые встречается в
журнале «Московский телеграф» (ред. Н.А. Полевой) в
1830 г. Другие теоретики (П.Н. Столпянский, В.В. Столбов, Л.А. Финогеева, Н.Ю. Мельникова, К.А. Алексеев)
отмечают, что это произошло почти на 20 лет позже – в
1851 г., когда «sport» был упомянут в санкт-петербургской газете «Северная пчела».
Неоспоримым остается тот факт, что первое упоминание спорта в отечественной прессе появилось именно в английском варианте — «sport». Например, известный издатель Ф.В. Булгарин в своей газете «Северная
пчела» в 1851 г. писал: «Сознаюсь, что у меня крепко
лежит на душе sport! Я желал бы, чтобы русская молодежь подобно английской, пристрастилась ко всем
гимнастическим упражнениям, к стрельбе или охоте,
к верховой езде, рыбной ловле, к плаванию и наконец,
к катанию на коньках» [1]. Он же одним из первых по-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
24
пытался классифицировать спорт через определенные
виды: «Этим словом, как известно, означаются все гимнастические упражнения или забавы, и сюда же принадлежат псовая охота, стрельба в цель, фехтование,
верховая езда, рыболовство, охотническое мореплавание» [2]. В этих отрывках через субъективное авторское
пожелание видно само отношение российского общества к спорту в те годы. В то же время здесь наблюдается несоответствие фактов: вводя в российский лексикон английское слово, автор представляет это так, что
с этим явлением россияне сталкиваются впервые. Однако это не соответствует действительности. Многие
прописываемые Булгариным «английские» виды были
известны на Руси с древних времен.
Спустя почти 50 лет, в 1899 г., на основании публикаций Владимирского «Опыт классификации всех видов спорта» («Охотник», 1887, № 18); Влад. Шл. «Спорт,
его виды, историческое развитие и культурное значение» («Охотник», 1887, № 19; 1888, № 34); А. Ивашенцова «Охота и Спорт» (СПб., 1898), в энциклопедическом
словаре Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона была составлена
статья о понятии спорта конца XIX в. В основе раскрытия сути спортивной деятельности была очень специфичная для настоящего времени классификация. Ее
основные параметры авторы словаря описывали следующим образом: «Обыкновенно спорт разделяется
на две группы: спорт подвижной и спорт неподвижный. Подвижной спорт, основным признаком которого
служит движение, может быть разделен на элементарный и высший. Цель элементарного спорта составляют
собственно телесные упражнения: гимнастика, борьба
(бокс, кулачные бои), фехтование, борьба, бег и прыганье, танцы, альпийский спорт (восхождение на горы),
ходули, плаванье, игры на открытом воздухе (англ. out
door games, rural sport) – крикет, крокет, лаун-теннис,
лапта, мяч, поло, городки, кегли, гигантские шаги, метание диска, пускание змеев и т. п. К высшему спорту
принадлежат: охота во всех ее видах, лошадиный спорт
(скачки, рысистые бега), водяной спорт (гребной, парусный), зимний спорт (бег на коньках, на лыжах, езда
на бауэрах), велосипедный спорт (езда фигурная, туризм), воздухоплавание. К неподвижному спорту (в котором мускульные движения не играют существенной
роли) относятся: разведение разных животных (коневодство, собаководство, птицеводство, пчеловодство
и пр.), садовый спорт (устройство садов, содержание
растений), составление всевозможных коллекций (монет, марок, древностей, гравюр, рукописей, автографов
и т.п.), игры внутри дома (in door games) – бильярд, лото,
домино, кости, игральные карты, шашки, шахматы и
т.п. К спорту может быть причислена и любительская
фотография. Всего далее в расширении понятия спорта идут англичане, у которых существует еще так называемый дамский и детский спорт; к первому относятся
дамские рукоделия, ко второму – разные забавы, которыми дети наполняют свои досуги в долгие зимние
вечера (склейка домиков, рисование, раскрашивание,
физические опыты и проч.)…» [3. С. 298].
Журналистский ежегодник
Как видно из этого текста, специфичность в большей степени связана с пониманием ряда видов «неподвижного» спорта, например, таких как разведение
разных животных, садовый спорт, составление всевозможных коллекций, рукоделие и т.д., которые сегодня уже относятся к отдельным досуговым занятиям и
не более. Из этого можно сделать вывод о том, что в
те времена спорт в российском обществе по-прежнему
воспринимался как досуг, забава, развлечение. Одной
из причин такого представления о спорте становится
и «неопытность» в этом вопросе журналистов, точнее,
первых авторов, сделавших попытку его классифицировать. Судя по журналистским материалам, с одной
стороны, они уже представляли, о чем писали, с другой – в мире еще не было четких ориентиров, включая
правовые спортивные документы (общие законы, указы, уставы), позволяющих понять, что надо относить
к спорту, а что – нет. Поэтому каждый из вышеупомянутых авторов, делая «свой» вариант классификации,
исходил из личных знаний, рассуждений об этом явлении. В свою очередь, создатели словаря просто объединили эти мнения. Хотя в годы выхода словаря (1899)
и публикаций (1887), брошюр (1898), взятых за основу
для написания вышеупомянутой статьи, было уже
многое сделано в России для развития спорта как вида
деятельности.
Уже с середины XIX в. в России началось постепенное продвижение идей спорта в общество с «новых»
позиций, через создание различных спортивных обществ, клубов, кружков. Это происходило не только в
столичных городах, но и по всей России. Активизация
создания спортивных объединений особо заметна в
1870–1890-е гг. Только в Москве за этот период были
открыты: «Гимнастическое общество» (1868), «Императорское общество правильной охоты» (1872), «Общество любителей шахматной игры» (1877), «Русское гимнастическое общество» (1882), «Клуб велосипедистов»
(1883), «Клуб лыжебежцев» (1895), «Общество любителей тенниса» (1900) и др. В Санкт-Петербурге – «Императорский яхт-клуб» (1846), «Лаун-теннисный клуб»
(1858), «Крикетный клуб» (1860), «Немецкий гимнастический кружок» (1863), «Петербургское общество любителей бега на коньках» (1877), «Велосипедное общество» (1882), «Петербургский кружок любителей спорта» (1889) и др.
Инициатива была поддержана и в других городах
Российской империи, в частности: Царско-Сельский
кружок велосипедистов был организован в 1883 г.; Тярлевский кружок любителей бега – в 1888 г.; в Екатеринбурге в были созданы «Общество велосипедистов-любителей» и «Общество охотников конского бега» (оба в
1886 г.), «Общество правильной охоты» (1888); в Харькове – Общество велосипедистов-любителей (1887); в Иркутске – «Общество сибирских охотников» (1871); в Киеве – «Общество велосипедистов» (1891), «Общество
голубиного спорта» (1894); на Кавказе были основаны
«Хасавюртовское скаковое общество» (1887), «Владикавказское скаковое общество» (1889), «Моздокское
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
скаковое общество» (1891); в Риге – «Гимнастический
клуб» (1862), «Рижский шахматный клуб» (1869), «Рижский клуб гребли» (1872), «Империя» – парусный клуб
(1878); в Курске – «Общество охотников конского бега»
(1873), «Общество велосипедистов» (1892); в Саратове –
«Яхт-клуб» (1876), «Спортивное общество велосипедистов» (1893); в Томске – «Общество содействия физическому развитию» (1895), в Орехово – «Клуб спорта»
(1908) и т. д.
В целом же, согласно статистике, к 1900 г. в России
существовало около 50 спортивных обществ, к 1904 г.
их число увеличилось до 100. В списке, представленном Олимпийским комитетом России к Всероссийской
гигиенической выставке в Санкт-Петербурге, в 1913 г.
числилось уже 445 обществ и клубов [4. С. 42]. На 1 января 1915 г. в стране было зарегистрировано 1266 спортивных организаций в 332 городах, селах и деревнях, о
чем свидетельствует «Список обществ по физическому развитию и спорту, имеющихся в Российской Империи» [5]. Согласно представленным здесь данным,
больше всего спортивных обществ (включая кружки,
клубы) приходилось на столичные города: в Петербурге их насчитывалось 142, а в Москве – 105. В первую
тройку крупных провинциальных городов Российской
империи, где имелись спортивные организации, входили: Рига – 60, Киев – 36, Одесса – 23. По сведениям
этого же статистического сборника, самыми популярными видами спорта на тот момент являлись гимнастика, велосипедный, парусный и гребной спорт.
Стоит упомянуть, что становление спорта в те времена происходило только благодаря энтузиазму и желанию отдельных представителей высшего света, т.е.
на любительском уровне. В то же время он был доступен для избранных, имеющих в своем распоряжении
достаточные денежные средства. Это объяснялось
тем, что в часть видов спорта приходилось вкладывать
немалые деньги, чтобы, к примеру, купить (заказать)
соответствующую форму, инвентарь, снаряжение, оборудование, технику, включая средства передвижения
(яхту, самолет, велосипед, автомобиль, мотоциклет
и др.). Сюда же входили: членские взносы (от 2 до 15
руб.); плата за занятия в кружках; оплата поездки на соревнования, в некоторых случаях плата за участие в состязаниях (чтобы создать призовой фонд или сделать
покупку дорогих памятных призов). Многие сведения
об этом публиковались в прессе тех лет. Например, публикация о том, что в 1840 г. был впервые введён Императорский приз для тяжеловозов в сумме 286 рублей
серебром. По его условиям, лошадь трогалась с места
в дрогах весом 28 пудов, нагруженных 100 пудами груза, и по мере движения дополнительно добавлялось
по 2 пуда через каждые 5 саженей. Первым победителем стал пятилетний чалый жеребец Могучий завода
Н. Иевлева. Он прошел безостановочно 152 сажени с
весом 192 пуда (более трех тонн) [6]. Тем самым, уже в
те годы проявлялась и коммерческая сторона спорта,
которая впоследствии получила «второе» дыхание и
широкое развитие в России в 90-х гг. XX в.
25
Коммерческий аспект тех лет можно рассмотреть
на примере очень популярного в середине – конце
XIX в. парусного спорта. Помимо упомянутого выше
Санкт-Петербургского Императорского яхт-клуба, открытого в 1846 г., подобные общества были созданы в
Москве (1867), в Одессе и Саратове (1876), Севастополе,
Киеве (1887), Николаеве (1888). Яхты, в основном, закупали за границей или делали на заказ. Соответственно, они стоили немалых денег. Сергей Чередниченко
в статье «Яхт-клубы в Российской империи» отмечает:
«Пополнение яхтенного флота клуба осуществлялось
за счет привлечения в клуб состоятельных членов, которые покупали себе яхты, а также за счет общественной собственности. Дело в том, что морское ведомство
в целях поощрения парусного спорта специально приобретало и выставляло в качестве призов на гонках
парусные и гребные суда. Благодаря таким призам в
гонках участвовало много экипажей, победителей поздравляли, а награда становилась общественной собственностью клуба» [7]. Таким образом, можно утверждать, что при переходе российского спорта из забавы,
развлечения в самостоятельный вид деятельности,
уже изначально в нем были заложены не только физическая основа (поддержание и укрепление здоровья
человека), но и коммерческая сторона развития.
Деятельность практически каждого появившегося
тогда спортивного общества, клуба освещалась в прессе, как в центральной, так и в местной. Однако степень
освещения была совершенно разной. Нередко информация подавалась в форме рекламных объявлений.
И лишь некоторые спортивные общества удостаивались пристального внимания печатных СМИ. Многие издания, особенно провинциальные, публиковали
целые серии материалов о создаваемых в городах России спортивных объединениях. Поводы для написания
публикации могли быть самые различные: принятие
устава общества; проведение очередного собрания;
правила игры; организация соревнований, показательных выступлений; отчетная деятельность. Любопытной в этом плане была центральная пресса. Санкт-петербургские и московские журналы и газеты также
печатали детальную информацию о подобных делах
«своих» спортивных обществ.
В частности, в 1882 г. в санкт-петербургском журнале «Нива» № 19 была опубликована статья «Английская
игра в мяч на лугу», в которой излагались правила игры
в лаун-теннис и требования к экипировке игроков. Но
их также интересовала и региональная спортивная
жизнь. Например, в журнале «Велосипед» № 137 за 1894
г. был полностью напечатан отчет за 1893–1894 гг. Екатеринбургского общества велосипедистов-любителей.
Отечественные издания привлекала и деятельность
зарубежных клубов, особенно английских, которые в
те времена были неким образцом для развития многих
внедряемых в отечественный спорт видов.
Резюмируя выше сказанное, можно отметить, что
в XIX в. наблюдается постоянное информационное сопровождение спортивных событий в российской пе-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
26
чати. Но частотность публикаций в разные периоды
варьируется. Так, в начале века – они редки и носят в
большинстве своем случайный характер, т.е. спорт еще
не является главной темой в прессе, для журналистов
важны только сами события, люди, представляющие
какое-то необычное (сенсационное) или рядовое явление. В первом случае это связано с показом чего-либо
необычного, неординарного для того времени (полет
на дирижабле; прыжок с парашютом; первый проезд на
велосипеде; выступление женщин, в искусстве фехтовании, борцовском поединке и т.д.). Во втором – демонстрация какого-либо уже знакомого явления, действия.
Например, показ необычной физической силы; приезд
и выступление мастера своего дела в определенном
виде спорта ассоциируются с каким-либо культурным
явлением (выступлением актера, певца) и не более. На
«спортивные» демонстрации приходит практически та
же публика, что и на обычный концерт, представление,
поэтому «сенсация» в этом случае отсутствует даже при
успешном выступлении.
Еще одной причиной периферийности спорта как
прямого события в прессе можно считать само становление в эту эпоху спорта как цельной сферы деятельности, поэтому и разные спортивные виды, события,
относящиеся к нему, описывались журналистами как
Журналистский ежегодник
отдельные явления. В середине XIX в., когда в русский
язык был введен термин «спорт», происходит постепенное объединение подобных спортивных публикаций в
единую тему. Еще один момент – частота появления таких материалов увеличивалась. Этому способствовала
и деятельность российских спортивных обществ, которые получили распространение в 1870–1890-е гг.
Литература
1. Заметки, выписки и корреспонденция // Северная пчела. СПб.,
1851. № 283. 19 дек.
2. Журнальная всякая всячина // Северная пчела. СПб., 1851. № 274.
8 дек.
3. Спорт // Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь.
1899. Т. XXXI.
4. Смирнов В. С истинно русским размахом вкладывали в спорт
наши предки // Спортивная жизнь России. 1992. №3. С.41-43.
5. Список обществ по физическому развитию и спорту, имеющихся
в Российской Империи на 1.01.1915 г. С.-Пб.,1916. 81 с.
6. Кривошеин Н.В. Каурые, гнедые, вороные… // Липецкая газета:
Итоги недели. 2009. 18 мая.
7. Чередниченко С. Яхт-клубы в Российской империи // Yachting.
2003. №4 (7). [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.
yachting.su/article/363.
УДК 070:93/94
Д.О. Дзюненко
Сургутский государственный педагогический университет
ОТ «СУРГУТСКОГО ЛИСТКА» К «СУРГУТСКОЙ ТРИБУНЕ»:
история изданий в годы несвободы
Главная причина ангажированности журналистов – отсутствие профессиональных кадров, способных работать в
сложных жанрах (расследование, аналитическая статья, комментарий и проч.), требующих не только различных практических навыков, но и основательных, глубоких знаний в области
юридических, исторических, экономических и других наук. В
связи с тем, что определенные нормы журналистам прививаются непосредственно на практике, при реализации образовательных программ по специальности «Журналистика», на наш
взгляд, необходимо учитывать особенности истории развития
местных СМИ, особенно тех, которые служили основными кузницами кадров на протяжении всей истории развития региона.
Ключевые слова: регион, развитие СМИ, свобода слова, кадры, учредитель.
Dzyunenko Daria О.
FROM «SURGUT LEAF» TO «SURGUT TRIBUNE»:
Formation of personnel in the years of captivity
The main reason for engagement of journalists – the lack
of professional staff capable of working in difficult genres
(investigation, analytical articles, commentary, and so on). It
requires not only a variety of practical skills, but also a thorough,
in-depth knowledge of the legal, historical, economic, and other
sciences. Due to the fact that certain norms are imparted directly
to journalists, in practice, the preparation of training programs for
the specialty «Journalism», in our opinion, it is necessary to take into
account the particular history of the development of the local media,
especially that were the main source of manpower throughout the
history of the region.
Keywords: region, the development of the media, freedom of
speech, human resources, the founder.
С
вобода слова. Всегда ли именно власть загоняет в тиски журналистов? На наш взгляд, иногда
сами средства массовой информации, даже при
наличии финансовой поддержки из источников, вовсе
не связанных или не связанных напрямую с политиками, желают оставаться ангажированными, что отражается в массовых заключениях договоров об информационном обслуживании, то есть об обязательном осве-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
26
чати. Но частотность публикаций в разные периоды
варьируется. Так, в начале века – они редки и носят в
большинстве своем случайный характер, т.е. спорт еще
не является главной темой в прессе, для журналистов
важны только сами события, люди, представляющие
какое-то необычное (сенсационное) или рядовое явление. В первом случае это связано с показом чего-либо
необычного, неординарного для того времени (полет
на дирижабле; прыжок с парашютом; первый проезд на
велосипеде; выступление женщин, в искусстве фехтовании, борцовском поединке и т.д.). Во втором – демонстрация какого-либо уже знакомого явления, действия.
Например, показ необычной физической силы; приезд
и выступление мастера своего дела в определенном
виде спорта ассоциируются с каким-либо культурным
явлением (выступлением актера, певца) и не более. На
«спортивные» демонстрации приходит практически та
же публика, что и на обычный концерт, представление,
поэтому «сенсация» в этом случае отсутствует даже при
успешном выступлении.
Еще одной причиной периферийности спорта как
прямого события в прессе можно считать само становление в эту эпоху спорта как цельной сферы деятельности, поэтому и разные спортивные виды, события,
относящиеся к нему, описывались журналистами как
Журналистский ежегодник
отдельные явления. В середине XIX в., когда в русский
язык был введен термин «спорт», происходит постепенное объединение подобных спортивных публикаций в
единую тему. Еще один момент – частота появления таких материалов увеличивалась. Этому способствовала
и деятельность российских спортивных обществ, которые получили распространение в 1870–1890-е гг.
Литература
1. Заметки, выписки и корреспонденция // Северная пчела. СПб.,
1851. № 283. 19 дек.
2. Журнальная всякая всячина // Северная пчела. СПб., 1851. № 274.
8 дек.
3. Спорт // Брокгауз Ф.А., Ефрон И.А. Энциклопедический словарь.
1899. Т. XXXI.
4. Смирнов В. С истинно русским размахом вкладывали в спорт
наши предки // Спортивная жизнь России. 1992. №3. С.41-43.
5. Список обществ по физическому развитию и спорту, имеющихся
в Российской Империи на 1.01.1915 г. С.-Пб.,1916. 81 с.
6. Кривошеин Н.В. Каурые, гнедые, вороные… // Липецкая газета:
Итоги недели. 2009. 18 мая.
7. Чередниченко С. Яхт-клубы в Российской империи // Yachting.
2003. №4 (7). [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.
yachting.su/article/363.
УДК 070:93/94
Д.О. Дзюненко
Сургутский государственный педагогический университет
ОТ «СУРГУТСКОГО ЛИСТКА» К «СУРГУТСКОЙ ТРИБУНЕ»:
история изданий в годы несвободы
Главная причина ангажированности журналистов – отсутствие профессиональных кадров, способных работать в
сложных жанрах (расследование, аналитическая статья, комментарий и проч.), требующих не только различных практических навыков, но и основательных, глубоких знаний в области
юридических, исторических, экономических и других наук. В
связи с тем, что определенные нормы журналистам прививаются непосредственно на практике, при реализации образовательных программ по специальности «Журналистика», на наш
взгляд, необходимо учитывать особенности истории развития
местных СМИ, особенно тех, которые служили основными кузницами кадров на протяжении всей истории развития региона.
Ключевые слова: регион, развитие СМИ, свобода слова, кадры, учредитель.
Dzyunenko Daria О.
FROM «SURGUT LEAF» TO «SURGUT TRIBUNE»:
Formation of personnel in the years of captivity
The main reason for engagement of journalists – the lack
of professional staff capable of working in difficult genres
(investigation, analytical articles, commentary, and so on). It
requires not only a variety of practical skills, but also a thorough,
in-depth knowledge of the legal, historical, economic, and other
sciences. Due to the fact that certain norms are imparted directly
to journalists, in practice, the preparation of training programs for
the specialty «Journalism», in our opinion, it is necessary to take into
account the particular history of the development of the local media,
especially that were the main source of manpower throughout the
history of the region.
Keywords: region, the development of the media, freedom of
speech, human resources, the founder.
С
вобода слова. Всегда ли именно власть загоняет в тиски журналистов? На наш взгляд, иногда
сами средства массовой информации, даже при
наличии финансовой поддержки из источников, вовсе
не связанных или не связанных напрямую с политиками, желают оставаться ангажированными, что отражается в массовых заключениях договоров об информационном обслуживании, то есть об обязательном осве-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
щении определенного количества событий, связанных
с властными структурами.
Главной причиной такого желания мы считаем отсутствие профессиональных кадров, готовых и способных работать в сложных жанрах (расследование,
аналитическая статья, комментарий и проч.), требующих не только различных умений и навыков, но и основательных, глубоких знаний в области юридических,
исторических, экономических и других наук.
Проблемы с кадрами в сфере журналистики можно заметить в СМИ даже довольно благополучных в
стране регионах, как, например, Ханты-Мансийский
автономный округ – Югра. В крупнейшем городе региона Сургуте, известном как неофициальная нефтегазодобывающая столица России, сегодня не считается
зазорной практика информационного обслуживания.
Проблему формирования журналистских кадров в Сургуте с 2006 года помогает решать один из местных вузов: именно тогда, 7 лет назад, состоялся первый набор
абитуриентов. На сегодняшний день выпущены три
группы журналистов. Качество их образования, на наш
взгляд, будет выявлено на практике в течение ближайших лет. Пока же обращаем внимание на то, как формировались кадры до появления базы для подготовки
специалистов в вузе. Самое длительное время в истории журналистики города кузницей кадров являлась
газета «Сургутская трибуна», история которой начинается в начале ХХ века. На базе этой газеты выросли
специалисты, которые сегодня работают практически
во всех СМИ города и района, а также обучают студентов – будущих журналистов.
1922 год. Приобский Север. Данный регион с неразвитыми коммуникациями, суровым климатом сильно
отставал от соседних территорий по темпам и масштабам экономического роста [1. С. 67–68]. Развиты, не в
промышленных масштабах, были в основном традиционные промыслы: рыболовство, охота и мелкие ремесла. Как раз в это время в достаточно крупном селе Сургут Тобольской губернии появляется первое издание –
рукописный «Сургутский листок». Учредительство в
это время принципиального значения не имело – все
редакторы были членами КПСС, и определяла их на
должности партийная элита [2. С. 14]. Среди издателей
газеты числились члены Сургутского уездного комитета партии, избранные накануне создания газеты, на
партконференции [3. С. 13].
Через рукописную, в одну страницу, газету авторы
призывают жителей села на помощь голодающим,
а интеллигенцию еще и «идти плечо к плечу с революционным пролетариатом» [3. С. 13]. Важным стимулом
создания издания стало введение НЭПа и усилившиеся недовольства жителей региона: в Тобольской губернии подавили крестьянское восстание. И это при том,
что уездные сибирские городки почти всегда были вне
политических страстей, бушевавших в России. Листок с
1922 года выходил крайне редко: не было соответствующей полиграфической базы.
27
В 1934 году в свет выходит газета «Организатор»,
которая с 1935 года называется «Колхозник» и печатается до 1956 года. В литературе, посвященной истории
края, отмечается пропагандистский характер издания:
«Сбылась еще одна мечта сургутских коммунистов:
они получили новое оружие в борьбе за укрепление
Советской власти на Обском Севере» [4].
Эта газета организует социалистическое соревнование, критикует работу безответственных колхозников, срывающих планы производства, поддерживает
стремление власти провести коллективизацию, реализовать всеобуч. В годы Великой Отечественной войны
территория Приобского Севера находилась за тысячи
километров от фронта, потому материалы газет стимулировали жителей региона к усиленной работе в тылу,
помощи фронту. Пожертвования в фонд обороны, сбор
теплых вещей, усердная работа на поле или во время
ловли рыбы и проч. – все это трактовалось журналистами как проявление «исключительной заботы о еще
большем укреплении оборонной мощи нашей страны
и Красной Армии» [5. С. 1], работа «во имя победы над
врагом» [6. С. 2].
В 30–40-е годы учредителями газеты были Сургутский РК ВКП(б) и районный Совет трудящихся, позже –
горком КПСС и городской Совет народных депутатов
[2. С. 14]. В 30-е годы была введена цензура. В выходных
данных, отпечатанных на последней полосе, появилось слово «Лит», в дальнейшем его заменили буквами
«РД» и номером. Это означало, что газета просмотрена
цензурой [3. С. 15].
1956 году газету переименовали. Она стала называться «К победе коммунизма». Вместе с жителями
региона она следила за развитием нефтегазовой промышленности, ее расцветом и кризисом, когда на самых крупных месторождениях произошел резкий спад
добычи из-за интенсивной эксплуатации.
Свободы слова со сменой названия газеты больше
не стало, хотя авторы публиковали критические статьи
и фельетоны на пьяниц, тунеядцев, безответственных
руководителей нижнего звена; решения партии, идеологические основы, экономическую политику государства не трогали никогда [2. С. 15]: продолжала действовать цензура, которую отменили только в 1988 году.
Спустя три года происходят разительные изменения: газета теперь называется «Сургутская трибуна»
и меняет свой статус: из ранга органа горкома КПСС
перешла в ранг общественно-политической газеты Советов народных депутатов. Сами журналисты теперь
стали учредителями наравне с городским, районным
Советами народных депутатов [3. С. 198].
Такой долгий путь к независимости, на наш взгляд,
наложил определенный отпечаток на понимание местными журналистами «свободы слова», а стремительное
развитие событий в 90-е годы не дало возможности как
следует разобраться в этом сложном понятии: были
приняты, но не обдуманы шаблонные высказывания
журналистов иных стран, именующих себя демократическими, а также демагогии российских политиков.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
28
Сегодня мы предлагаем, во-первых, при изучении
современной журналистики в вузе целенаправленно
больше внимания уделять исследованию и обсуждению материалов конференций, посвященных такой
сложной теме, как свобода слова. Студенты региональных вузов остаются пока отстранены от данной информации, поскольку педагоги не уделяют этому должного
внимания. Во-вторых, считаем необходимым наладить
контакты с иностранными государствами, регулярно
проводить встречи студентов с обучающимися вузов
других государств, история свободы слова в которых
отлична от нашей. Это возможно осуществить за счет
сотрудничества с факультетами лингвистики, журналистики, школами иностранных языков. Современные
технологии позволяют проводить такие встречи при
минимальных затратах, настроив интернет и используя веб-камеру.
Журналистский ежегодник
Литература
1. Показаньева Н.Н. К вопросу об особенностях установления советской власти в Сургуте // Сургут в отечественной истории:
Сборник тезисов докладов и сообщений Всероссийской научной
конференции. Сургут, 2001.
2. Вац А.С. 75 лет «Сургутской трибуне», или Почему коменданты
регулярно меняли постельное белье // Женская гостиная. 2009.
№ 7 (32).
3. Сургут. День за днем. Сургут, 1999.
4. К победе коммунизма: орган сургутского городского комитета
КПСС, городского и районного Советов народных депутатов:
выставка достижений народного хозяйства СССР: павильон «Советская печать». Сургут, 1986.
5. Честно трудиться на своем посту священная обязанность каждого из нас // Колхозник. 1941. № 53 (446).
6. Сеченко. Работа колхозников во имя победы над врагом // Колхозник. 1941. № 58 (451).
УДК 070:93/94 (571.1)
Н.В. Жилякова
Томский государственный университет
ЖУРНАЛ «БУХГАЛТЕР-ПРАКТИК» (ОМСК–ТОМСК, 1909–1913)
Опыт создания модели
специализированного учебного издания
В статье впервые рассматривается история журнала
«Бухгалтер-практик», основанного в 1907 году в Омске, в
1909-м издававшегося в Томске. Анализируются его типологические особенности, специфика содержания и работа с аудиторией. Определяется значение издания в формирующейся
системе периодической печати провинции в начале XX века.
Ключевые слова: сибирская журналистика, Томск, «Бухгалтер-практик».
Zhilyakova Natalya V.
MAGAZINE «ACCOUNTANT–PRACTITIONER» (OMSK,
TOMSK, 1909–1913) The experience of creating a model of a
specialized training edition
In article at first considered a history of magazine „Accounting
Practitioner”, based in 1907 th in Omsk, and from 1909 th publishing
in Tomsk. Analizing its typological features, the specific content and
work with the audience. Determined by the value of the publication in
forming system of periodical press of province in the beginning of XX
century.
Keywords: Siberian journalism, Tomsk, «Accounting Practitioner».
В
начале XX века, между революциями 1905–1907
и 1917 годов, провинциальная периодическая печать в России переживала период расцвета: во
многих российских губерниях появлялись разнообразные виды и типы изданий, удовлетворяя потребности
самых разных аудиторных групп. Не все они были удачными, большинству не удалось закрепиться на рынке,
в результате чего количество выпущенных номеров отдельных изданий исчисляется одним номером. Тем не
менее даже эти попытки свидетельствуют о возросших
читательских потребностях, о новых возможностях,
которые пытались реализовать издатели периодики.
Эти российские провинциальные издания начала XX
века в последние годы все чаще становятся объектом
научных исследований [1–3], что позволяет говорить о
начавшемся глобальном процессе сбора материалов
по истории всей провинциальной журналистики дореволюционной России.
В дореволюционном Томске, являвшемся центром
огромной Томской губернии, журналистика в начале
XX века развивалась столь же бурными темпами, как
и во многих крупных губернских городах России. Буквально за одно десятилетие, с 1909 по 1916 год, здесь
были основаны такие новые для Сибири типы изданий,
как первый театральный журнал («Томский театрал»,
1906), первый студенческий журнал («Сибирский студент», 1914–1916), первое брачное издание («Сибирская
брачная газета», 1910) и некоторые другие.
В своем роде новаторским был также журнал «Бухгалтер-практик», который осваивал нишу специали-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
28
Сегодня мы предлагаем, во-первых, при изучении
современной журналистики в вузе целенаправленно
больше внимания уделять исследованию и обсуждению материалов конференций, посвященных такой
сложной теме, как свобода слова. Студенты региональных вузов остаются пока отстранены от данной информации, поскольку педагоги не уделяют этому должного
внимания. Во-вторых, считаем необходимым наладить
контакты с иностранными государствами, регулярно
проводить встречи студентов с обучающимися вузов
других государств, история свободы слова в которых
отлична от нашей. Это возможно осуществить за счет
сотрудничества с факультетами лингвистики, журналистики, школами иностранных языков. Современные
технологии позволяют проводить такие встречи при
минимальных затратах, настроив интернет и используя веб-камеру.
Журналистский ежегодник
Литература
1. Показаньева Н.Н. К вопросу об особенностях установления советской власти в Сургуте // Сургут в отечественной истории:
Сборник тезисов докладов и сообщений Всероссийской научной
конференции. Сургут, 2001.
2. Вац А.С. 75 лет «Сургутской трибуне», или Почему коменданты
регулярно меняли постельное белье // Женская гостиная. 2009.
№ 7 (32).
3. Сургут. День за днем. Сургут, 1999.
4. К победе коммунизма: орган сургутского городского комитета
КПСС, городского и районного Советов народных депутатов:
выставка достижений народного хозяйства СССР: павильон «Советская печать». Сургут, 1986.
5. Честно трудиться на своем посту священная обязанность каждого из нас // Колхозник. 1941. № 53 (446).
6. Сеченко. Работа колхозников во имя победы над врагом // Колхозник. 1941. № 58 (451).
УДК 070:93/94 (571.1)
Н.В. Жилякова
Томский государственный университет
ЖУРНАЛ «БУХГАЛТЕР-ПРАКТИК» (ОМСК–ТОМСК, 1909–1913)
Опыт создания модели
специализированного учебного издания
В статье впервые рассматривается история журнала
«Бухгалтер-практик», основанного в 1907 году в Омске, в
1909-м издававшегося в Томске. Анализируются его типологические особенности, специфика содержания и работа с аудиторией. Определяется значение издания в формирующейся
системе периодической печати провинции в начале XX века.
Ключевые слова: сибирская журналистика, Томск, «Бухгалтер-практик».
Zhilyakova Natalya V.
MAGAZINE «ACCOUNTANT–PRACTITIONER» (OMSK,
TOMSK, 1909–1913) The experience of creating a model of a
specialized training edition
In article at first considered a history of magazine „Accounting
Practitioner”, based in 1907 th in Omsk, and from 1909 th publishing
in Tomsk. Analizing its typological features, the specific content and
work with the audience. Determined by the value of the publication in
forming system of periodical press of province in the beginning of XX
century.
Keywords: Siberian journalism, Tomsk, «Accounting Practitioner».
В
начале XX века, между революциями 1905–1907
и 1917 годов, провинциальная периодическая печать в России переживала период расцвета: во
многих российских губерниях появлялись разнообразные виды и типы изданий, удовлетворяя потребности
самых разных аудиторных групп. Не все они были удачными, большинству не удалось закрепиться на рынке,
в результате чего количество выпущенных номеров отдельных изданий исчисляется одним номером. Тем не
менее даже эти попытки свидетельствуют о возросших
читательских потребностях, о новых возможностях,
которые пытались реализовать издатели периодики.
Эти российские провинциальные издания начала XX
века в последние годы все чаще становятся объектом
научных исследований [1–3], что позволяет говорить о
начавшемся глобальном процессе сбора материалов
по истории всей провинциальной журналистики дореволюционной России.
В дореволюционном Томске, являвшемся центром
огромной Томской губернии, журналистика в начале
XX века развивалась столь же бурными темпами, как
и во многих крупных губернских городах России. Буквально за одно десятилетие, с 1909 по 1916 год, здесь
были основаны такие новые для Сибири типы изданий,
как первый театральный журнал («Томский театрал»,
1906), первый студенческий журнал («Сибирский студент», 1914–1916), первое брачное издание («Сибирская
брачная газета», 1910) и некоторые другие.
В своем роде новаторским был также журнал «Бухгалтер-практик», который осваивал нишу специали-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
зированных учебных изданий. Он выходил в Омске с
1907 года, в 1909 году издание было перенесено в Томск,
затем вновь в Омск (1910–1913). Статус журнала определялся как «научный коммерческо-экономический журнал», периодичность была первоначально установлена
два раза в месяц, 1 и 15 числа, но впоследствии журнал
стал ежемесячным. В номере насчитывалось по 8 страниц. Основателем и редактором-издателем журнала
был М.И. Ермаков.
Необходимо отметить, что сведений об этом журнале сохранилось крайне мало, и в определенном
смысле его можно считать одним из самых малоисследованных дореволюционных журналов Томска. Этому
способствовал не только специализированный характер журнала, отраженный в его заголовке, но и объективные обстоятельства, связанные с тем, что журнал не
сохранился в томских библиотеках и архивах. Всего вышло 14 номеров: №№ 1–5 в 1907 году, №№ 6–10 – в 1908,
№ 11 – в 1909, № 12 – в 1910, № 13 – в 1911 и № 14 – в 1913.
Первые 11 номеров «Бухгалтера-практика» были обнаружены в Российской государственной библиотеке
(г. Москва), что и дало возможность собрать материал
для данного исследования; последние три номера за
1910–1913 годы сохранились только в Омской областной
библиотеке [4. С. 142].
В первом номере журнала «Бухгалтер-практик»,
увидевшем свет в Омске в 1907 году, была помещена
традиционная для русской журналистики статья «От
редакции», в которой определялись цели и задачи нового издания. Она была написана от первого лица – от
имени редактора М. Ермакова, который следующим
образом обосновывал свое намерение выпускать журнал подобного рода:
«Приступая к изданию журнала „Бухгалтер-практик“, имею честь заявить, что главной причиной, побудившей меня на этот тяжелый ответственный труд, является искреннее желание возможно шире послужить
распространению практических бухгалтерских знаний,
для приобретения которых до настоящего времени, то
есть до появления на свет моего журнала, приходилось
поступать на бухгалтерские курсы, как единственного
учреждения, дающего практическую подготовку к конторско-бухгалтерской деятельности» (Б-П. 1907. № 1).
Уже в этом отрывке обращает на себя внимание серьезное отношение издателя к предстоящему делу, а
также акцент на обучающем характере будущего журнала. Отнюдь не случайным является здесь и упоминание о бухгалтерских курсах. Дело в том, что издатель
журнала был также основателем «Курсов бухгалтерии и
коммерческих вычислений», работавших в Омске с 1898
года (в одном из объявлений о курсах Ермаков уточнял,
что они были переведены в Омск из Москвы – см. № 11 за
1909 год). Объявление о них неизменно публиковалось
на обложках «Бухгалтера-практика», причем подчеркивалось, что курсы «состоят в ведении Министерства
народного просвещения». Плата за обучение составляла 75 рублей, существовала возможность изучения
отдельных отраслей счетоводства по 25 рублей каждая.
29
Подписка же на журнал была всего 6 рублей в год, что
выглядело довольно заманчивым предложением для
желающих овладеть бухгалтерскими знаниями.
Дополнительные сведения о редакторе-издателе
журнала можно также почерпнуть из объявления о подписке на журнал 1909 года, в котором подчеркивалось,
что журнал издается «учредителем Бухгалтерских курсов, многолетним практиком торговых предприятий и
бывшим старшим бухгалтером Главной конторы сельскохозяйственных складов переселенческого Управления Министерства внутренних дел М.И. Ермаковым»
(Б-П. 1909. № 11). То есть к моменту издания журнала
Ермаков уже сам имел и опыт бухгалтера-практика, и
навыки преподавателя теории бухгалтерского дела.
В журнале М. Ермаков пояснял, почему возникла
необходимость создания журнала в дополнение к уже
существующим курсам:
«Бухгалтерские курсы существуют, к величайшему
сожалению, не во всех городах, а исключительно лишь
в больших; плата, взимаемая на курсах за право учения,
не для всех является доступной и, следовательно, курсы не могут обслуживать интересы большинства, а что
касается лиц, живущих в глухой провинции и не обладающих достаточными средствами и временем на поездку в город, то последние положительно обречены
быть постоянно алчущими коммерческих знаний, но
не могущими добиться удовлетворения своих стремлений» (Б-П. 1909. № 11).
Издатель подчеркивал, что его особенно печалит
то, что такие люди, не имеющие «специальной коммерческой подготовки», в итоге «не только не могут улучшить свое материальное положение, то есть увеличить
свой заработок, а часто теряют и тот, который имеют,
уступая свои насиженные места лицам, знающим бухгалтерию» (Б-П. 1907. № 1). Этот отрывок в журнале был
выделен курсивом, что должно было привлечь именно
к нему внимание читателя.
Таким образом, становится очевидно, что Ермаков
стремился удовлетворить интересы аудитории, заинтересованной в получении «коммерческих знаний», причем он ориентировался на неподготовленного (хотя и
грамотного) провинциального читателя, малоимущего, но нацеленного на улучшение своего материального положения и потому достаточно мотивированного
для обучения основам бухгалтерии.
Много места в передовой статье М. Ермаков посвятил также разбору недостатков существующих «самоучителей» по бухгалтерскому делу. Главные из них, считал издатель, следующие: во-первых, они написаны
«крайне односторонне», и потому «для приобретения
полного, всестороннего коммерческого самообразования учащемуся привелось бы сделать громадный
набор учебников, а последнее для большинства является делом невозможным, так как для этого, кроме
необходимости произвести крупные денежные затраты, нужно еще получить указания сведущих лиц, а таковых не всегда и не везде можно найти». Во-вторых,
писал Ермаков, «самый крупный недостаток существу-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
30
ющих самоучителей бухгалтерии, не исключая даже
и нескромных по цене так называемых „Лекций-корреспонденций“, заключается в том, что в содержании
их излагается всегда одна практическая работа и если
даже допустить в учащемся гениальные способности,
делающие возможность на одной примерной работе
усвоить законы бухгалтерии, то во всяком случае по такому учебнику учащийся не приобретет практические
навыки в ведении торговых книг, а главным образом не
научится применению законов системы счетоводства
и делам разновидных торгово-промышленных предприятий, каждое из которых имеет свои характерные
особенности и, следовательно, требует от постановки
счетоводства особых приемов и разнообразной разграфовки торговых книг» (Б-П. 1907. № 1).
Все эти вышеперечисленные недостатки и побудили издателя основать издание другого типа, цель которого формулировалась следующим образом:
«Изучающим бухгалтерию, кроме основательного
усвоения законов той или другой системы счетоводства, необходимо еще научиться главному, а именно –
применению знаний к разнородным торгово-промышленным предприятиям, и вот службу к удовлетворению этой насущной, назревшей потребности журнал
„Бухгалтер-практик“ и ставит девизом своего знамени,
намечая для своих страниц не единичную задачу, а целый последовательный ряд практических бухгалтерских работ, систематически и подробно разъясненных
живым разговорным языком, по методу, обработанному многими годами и вполне заменяющему устное
преподавание» (Б-П. 1907. № 1).
Издатель обращал внимание на то, что на его стороне – «обширная программа и многолетний практический опыт», что давало основание надеяться на успех
нового дела, на издание журнала как «действительно
первого образцового практического самоучителя бухгалтерии, коммерческих вычислений, коммерческой
корреспонденции и конторской практики», который
смог бы дать «полное коммерческое самообразование
и основательную практическую подготовку к конторско-бухгалтерской деятельности» (Б-П. 1907. № 1).
Особый акцент издатель «Бухгалтера-практика»
сделал на потенциальных читателях журнала. Он последовательно перечислял следующие категории:
прежде всего это, конечно, «начинающие обучаться
по журналу», то есть люди, не имеющие ни теоретических, ни практических навыков ведения бухгалтерии.
Ермаков уведомлял их о том, что от них и не требуется
«никаких предварительных бухгалтерских знаний»:
«тех лиц, которые выписали журнал с исключительной целью научиться бухгалтерии и ее применениям
к разновидным торгово-промышленным предприятиям, покорнейше прошу браться за дело уверенной
рукой, с полною надеждой на успех, для достижения
которого необходимо лишь последовательное и аккуратное выполнение всех предлагаемых в журнале
работ, имеющих чисто практический характер» (Б-П.
1907. № 1).
Журналистский ежегодник
Однако не только для новичков был предназначен
журнал: Ермаков считал, что «журнал, как колоссальный сборник практических бухгалтерских работ и лучший справочник по всем вопросам счетоводно-конторской практики представляет собою ценный вклад
для библиотек начинающих бухгалтеров и вообще
всех лиц, посвятивших себя конторскому труду». Кроме
того, издатель был уверен: «Коммерсантам больших и
малых дел журнал окажет неоценимую услугу, так как
в крупных делах поможет определить, правильно ли
ведется счетоводство, укажет на слабые его стороны
и на пути к улучшению, а владельцев небольших торговых дел научит самостоятельно устроить конторы и
лично вести свои торговые книги» (Б-П. 1907. № 1).
Этот своеобразный перечень потенциальных читателей завершался «специалистами и профессионалами» – для них, писал издатель, «Бухгалтер-практик»
является «единственным органом, при посредстве которого они могут обмениваться между собой и с обществом своими практическими знаниями, приобретенным личным опытом» (Б-П. 1907. № 1).
Подводя итог всему вышесказанному, Ермаков переходил к предполагаемому рубрикатору журнала:
«Преследуя одну главную образовательную цель,
то есть создание журнала в форме образцового практического самоучителя, в интересах читателей, я не
буду увлекаться отделкой наружного вида журнала и
наполнением его, ради солидности, статьями, не имеющими прямого научного характера, а стараясь быть
кратким и ясным, все внимание сосредоточу над тщательностью обработки его внутреннего содержания,
располагая научный материал по следующим отделам:
1) отдел бухгалтерии, 2) отдел коммерческих сведений,
содержащих в себе сведения по политической экономии, торговому и вексельному праву и коммерческой
географии, 3) отдел коммерческих вычислений, лекции в котором будут начаты с простых дробей, 4) отдел
коммерческих корреспонденций, 5) смесь для дополнительных статей по экономическим вопросам торгово-промышленной жизни и лиц, причастных к ней, и,
наконец, 6) почтовый ящик» (Б-П. 1907. № 1).
Учебный характер журнала, таким образом, был
всесторонне обоснован в редакционной статье, и он
скрупулезно соблюдался на всем протяжении издания.
В журнале нет статей на «посторонние» темы, нет новостных рубрик, информационных подборок, обзоров
российской или иностранной жизни, хроники и других
традиционных для русских журналов разделов. Шесть
перечисленных разделов составляли все содержание
первого и последующих номеров, в них публиковались
лекции по бухгалтерии, такие материалы, как «О купеческих (конторских) книгах» (Б-П. 1907. № 1), «Происхождение дробей от измерения. Происхождение дробей от деления» (Б-П. 1907. № 1), «О ведении книг» (Б-П.
1907. № 5) и т.д. Все материалы принадлежали одному
человеку – редактору-издателю М.И. Ермакову.
Единственным разделом, в котором публиковались
тексты, не относящиеся непосредственно к бухгалте-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
рии, был «Почтовый ящик»: в нем Ермаков регулярно обращался к читателям с отчетом о текущих делах
журнала. Так, в первом номере он писал: «Редакция
журнала „Бухгалтер-практик“ имеет честь уведомить
гг. подписчиков, что в виду неблагоприятно сложившихся технических условий для дела, издание появляется
с запозданием на целый месяц; для исправления этой
невольной неаккуратности первые номера журнала будут выпускаться ускоренным порядком» (Б-П. 1907. № 1).
Издатель отмечал также, что «на долю журнала „Бухгалтер-практик“ выпало особое общественное внимание,
выразившееся в том, что ко дню выхода первого номера
не осталось в России и Сибири ни одного города, в котором не был бы выписан журнал; последнее, являясь
показателем назревшей потребности в подобном издании и обещая журналу широкое распространение,
побуждает редакцию приложить со своей стороны все
старания и все силы к оправданию оказанного доверия
и к созданию журнала на высоте намеченных целей».
Редактор подчеркивал «пробный характер» первого
номера журнала и «покорнейше просил» «передавать
его для ознакомления лицам, могущим интересоваться
практическими коммерческими знаниями».
Необходимо отметить, что о тиражах журнала сведений в настоящий момент нет, но непростая история
издания свидетельствует скорее о небольшом распространении среди узкой аудитории, чем о широкой популярности среди читателей. В начале 1908 года, в № 6,
издатель обращался в «Почтовом ящике» к своим читателям со следующим заявлением:
«Ввиду того, что первый год существования журнала „Бухгалтер-практик“, как и всякого периодического
издания, является особенно тяжелым, редакция имеет
честь уведомить своих уважаемых подписчиков, что
намеченный в начале издания правильный срочный
выпуск очередных номеров, к великому сожалению,
выполнен быть не может. Редакция примет со своей
стороны все меры к аккуратному выполнению принятых на себя обязательств и господа годовые подписчики, хотя и с запозданием, но непременно получат все
номера издания» (Б-П. 1907. № 6).
Однако и в 1908 году положение исправить не удалось, и в № 8 редактор вынужден был вновь поднять
вопрос о невыполненных обязательствах перед подписчиками: «В виду поступающих относительно запоздавших номеров, редакция имеет честь заявить, что не
находя возможным исправить этот пробел ускоренным
выпуском очередных номеров журнала в настоящее
время, все запоздавшие номера будут доставлены в
сентябре, октябре и ноябре месяцах, то есть подписной
год закончится не к первому сентября, а к первому декабря 1908 года» (Б-П. 1908. № 8).
В 10-м номере издатель объявил об изменении периодичности журнала: «В виду многих неожиданно
встретившихся на пути к изданию препятствий, редакция имеет честь уведомить своих уважаемых подписчиков, что последующие номера журнала временно
будут выпускаться по одному в месяц» (Б-П. 1908. № 10).
31
А № 11-й вышел уже в Томске, куда издатель переехал
вместе со своими бухгалтерскими курсами в 1909 году.
Первый и единственный томский номер журнала
«Бухгалтер-практик» открывался второй статьей «От
редакции». В ней издатель журнала просил «своих
уважаемых подписчиков» извинить его за «невольный
продолжительный перерыв в выпуске очередных номеров журнала, явившийся следствием крайне неблагоприятно сложившихся обстоятельств, при переносе
деятельности из Омска в Томск». Однако теперь редакция смотрела в будущее с оптимизмом:
«К настоящему времени выйдя победительницей из
всех обрушившихся напастей, редакция глубоко уверена в том, то внимательным отношением к делу и строгим выполнением плана, намеченного при начале издания, ей вполне удастся загладить свою невольную вину
и сохранить за собою симпатии, письменно выраженные большинством подписчиков». Именно полученные
благодарности за первые номера журнала, утверждала
редакция, «самым наглядным образом убедили нас, что
мы не ошиблись при составлении плана издания, который вполне отвечает назревшим потребностям, являясь
незаменимым как для лиц лишь начинающих изучать
бухгалтерию, так равно и для лиц, уже работающих на
конторском поприще» (Б-П. 1909. № 11).
Издатель делился своими планами на будущее с
читателями, обещая предоставить им материалы по
составлению отчетов, а также опубликовать «капитальный труд по счетоводству полных товариществ».
Несмотря на то, что в целом издатель строго придерживался своих намерений относительно содержания журнала, наладить регулярный ежемесячный
выпуск журнала ему так и не удалось, в дальнейшем
выходило по одному номеру в год. О причинах издательских неудач М.И. Ермакова нет сведений, но происходило это, судя по всему, не из-за отсутствия статей – в номерах Ермаков помещал уже разработанный
им методический и лекционный материал, в сотрудниках не особенно нуждался. Вероятно, дело было в
сокращении подписки и недостаточности денежных
средств. Однако можно предположить, что в начале
своего существования журнал действительно привлек
внимание подписчиков и первое время выходил относительно часто (хотя все равно не с заявленной периодичностью два раза в месяц).
В целом можно сказать, что журнал «Бухгалтер-практик» издавался по устойчивой, достаточно
продуманной модели, в нем было небольшое количество постоянных рубрик, которые из номера в номер
заполнялись однотипным материалом. Рассматривая
журнал с оформительской точки зрения, можно отметить достаточно примитивный характер верстки,
отсутствие иллюстративного материала, хотя была попытка оформления обложки: на ней была изображена
бухгалтерская книга с надписью «Главная», на обороте
были изображены счеты.
Необходимо отметить также, что перечень подобных «учебно-практических» изданий в дореволюцион-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
32
ной России состоял не из одного «Бухгалтера-практика»: одновременно с ним в Санкт-Петербурге выходил,
например, журнал «Практик-монтер», «общедоступный технический журнал для непосредственных руководителей и исполнителей разных технических работ
на фабриках и заводах промышленных, сельскохозяйственных и кустарных» (из объявления о подписке,
опубликованного в «Бухгалтере-практике» в 1909 году).
Проведенный анализ большей части сохранившихся номеров журнала «Бухгалтер-практик» позволяет
сделать вывод о том, что он был новаторским изданием в системе газетно-журнальной периодики Омска и
Томска, представляя собой тип специализированного
учебного издания. Существование подобного журнала
говорило о том, что в начале XX века издатели периодики значительно расширили типологический спектр
периодических изданий, рассчитанных на специализированную аудиторию. «Бухгалтер-практик» был совершенно неинтересен для широкого массового читателя,
однако для узкого сегмента лиц, нуждающихся в при-
Журналистский ежегодник
обретении специальных бухгалтерских знаний, он был
и полезен, и вполне ими востребован.
Литература
1. История новгородских газет и журналов: взгляд из XXI века:
Сб. ст. / Сост. А.Л. Семенова. В 2-х вып. Великий Новгород, 2012.
2. Лепилкина О.И. «Кавказские Курорты» (1912–1917) – региональный
общественно-литературный иллюстрированный еженедельный журнал // Коммуникации в современном мире: Материалы
конф. / Под общ. ред. проф. В.В. Тулупова. Ч. II. Воронеж, 2012.
С. 100–102.
3. Самусенко О.А. «Сарапульский листок объявлений» – первая газета на территории Удмуртии (история, становление, структура,
оформление) // Пресса и власть на уроках у свободы слова: материалы конф. / Сост. А.Г. Шкляев, А.А. Вахрушев. Ижевск, 2006.
С. 22–36.
4. Сводный каталог периодики Западной Сибири (1782–1959 гг.).
Ч. 1. Журналы. Продолжающиеся издания. Новосибирск, 1972.
УДК 147.7; 165.612
Г.С. Криницкая
Томский государственный университет
А.С. ХОМЯКОВ: СЛАВЯНОФИЛЬСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ
ПРОСВЕЩЕНИЯ
В статье раскрывается история возникновения и сущность славянофильской концепции просвещения. Главное внимание уделяется исследованию базовых положений просветительской концепции, разработанной главой славянофильского
направления в русской общественной мысли А.С. Хомяковым.
Ключевые слова: русская идея, просвещение, славянофилы,
православие.
Krinitskaya Galina S.
A.S. KHOMYAKOV: SLAVOPHILE’S CONCEPT OF EDUCATION
The article reveals the story of the origin and nature of the
Slavophile concept of education. The main attention is paid to the
basic provisions of the educational concept developed by the head of
the Russian Slavophile trend in social thought A.S. Homyakov.
Keywords: Russian idea, education, the Slavophiles, Orthodox
Christianity.
П
роблема просвещения является новым и
наиболее важным элементом славянофильской
концепции русской идеи, нашедшей всестороннюю разработку в творчестве всех представителей
данного направления русской общественной мысли.
Но особо пристальное внимание вопросу просвеще-
ния в России уделял основоположник славянофильской школы – А.С. Хомяков. В созданной им концепции
тема просвещения была исследована столь глубоко, а
выводы, сделанные им, столь верны, что сегодня они,
вне всякого сомнения, могут послужить базовым основанием при разработке современной концепции образования в России.
В основу своего концепта просвещения А.С. Хомяков положил тезис об историческом призвании
России во всемирной истории: «Постигнув значение
современных достижений и призвание Русской земли в истории всемирной, – пишет он, – мы приходим
к глубокому убеждению, что русская земля исполняет
свое призвание; но в то же время и к вопросу о том ...
какие органы в частной деятельности она может найти
в наше время для выражения и проявления своих внутренних начал … порождает невольное и справедливое
сомнение» [1. С. 203]. С точки зрения Хомякова, «только
тот может выразить для других свои начала духовные,
кто их уразумел для самого себя; только стройный и
цельный организм духовный может передать крепость
и стройность другим организмам, расслабленным и
разъединенным. Мысль и жизнь народная может быть
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
32
ной России состоял не из одного «Бухгалтера-практика»: одновременно с ним в Санкт-Петербурге выходил,
например, журнал «Практик-монтер», «общедоступный технический журнал для непосредственных руководителей и исполнителей разных технических работ
на фабриках и заводах промышленных, сельскохозяйственных и кустарных» (из объявления о подписке,
опубликованного в «Бухгалтере-практике» в 1909 году).
Проведенный анализ большей части сохранившихся номеров журнала «Бухгалтер-практик» позволяет
сделать вывод о том, что он был новаторским изданием в системе газетно-журнальной периодики Омска и
Томска, представляя собой тип специализированного
учебного издания. Существование подобного журнала
говорило о том, что в начале XX века издатели периодики значительно расширили типологический спектр
периодических изданий, рассчитанных на специализированную аудиторию. «Бухгалтер-практик» был совершенно неинтересен для широкого массового читателя,
однако для узкого сегмента лиц, нуждающихся в при-
Журналистский ежегодник
обретении специальных бухгалтерских знаний, он был
и полезен, и вполне ими востребован.
Литература
1. История новгородских газет и журналов: взгляд из XXI века:
Сб. ст. / Сост. А.Л. Семенова. В 2-х вып. Великий Новгород, 2012.
2. Лепилкина О.И. «Кавказские Курорты» (1912–1917) – региональный
общественно-литературный иллюстрированный еженедельный журнал // Коммуникации в современном мире: Материалы
конф. / Под общ. ред. проф. В.В. Тулупова. Ч. II. Воронеж, 2012.
С. 100–102.
3. Самусенко О.А. «Сарапульский листок объявлений» – первая газета на территории Удмуртии (история, становление, структура,
оформление) // Пресса и власть на уроках у свободы слова: материалы конф. / Сост. А.Г. Шкляев, А.А. Вахрушев. Ижевск, 2006.
С. 22–36.
4. Сводный каталог периодики Западной Сибири (1782–1959 гг.).
Ч. 1. Журналы. Продолжающиеся издания. Новосибирск, 1972.
УДК 147.7; 165.612
Г.С. Криницкая
Томский государственный университет
А.С. ХОМЯКОВ: СЛАВЯНОФИЛЬСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ
ПРОСВЕЩЕНИЯ
В статье раскрывается история возникновения и сущность славянофильской концепции просвещения. Главное внимание уделяется исследованию базовых положений просветительской концепции, разработанной главой славянофильского
направления в русской общественной мысли А.С. Хомяковым.
Ключевые слова: русская идея, просвещение, славянофилы,
православие.
Krinitskaya Galina S.
A.S. KHOMYAKOV: SLAVOPHILE’S CONCEPT OF EDUCATION
The article reveals the story of the origin and nature of the
Slavophile concept of education. The main attention is paid to the
basic provisions of the educational concept developed by the head of
the Russian Slavophile trend in social thought A.S. Homyakov.
Keywords: Russian idea, education, the Slavophiles, Orthodox
Christianity.
П
роблема просвещения является новым и
наиболее важным элементом славянофильской
концепции русской идеи, нашедшей всестороннюю разработку в творчестве всех представителей
данного направления русской общественной мысли.
Но особо пристальное внимание вопросу просвеще-
ния в России уделял основоположник славянофильской школы – А.С. Хомяков. В созданной им концепции
тема просвещения была исследована столь глубоко, а
выводы, сделанные им, столь верны, что сегодня они,
вне всякого сомнения, могут послужить базовым основанием при разработке современной концепции образования в России.
В основу своего концепта просвещения А.С. Хомяков положил тезис об историческом призвании
России во всемирной истории: «Постигнув значение
современных достижений и призвание Русской земли в истории всемирной, – пишет он, – мы приходим
к глубокому убеждению, что русская земля исполняет
свое призвание; но в то же время и к вопросу о том ...
какие органы в частной деятельности она может найти
в наше время для выражения и проявления своих внутренних начал … порождает невольное и справедливое
сомнение» [1. С. 203]. С точки зрения Хомякова, «только
тот может выразить для других свои начала духовные,
кто их уразумел для самого себя; только стройный и
цельный организм духовный может передать крепость
и стройность другим организмам, расслабленным и
разъединенным. Мысль и жизнь народная может быть
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
выражена и проявлена только теми, кто вполне живет
и мыслит этой мыслью и жизнью» [1. С. 203]. Обосновывая свой главный тезис, Хомяков предпринял исследование всей истории развития просвещения на Руси –
от его зарождения до середины XIX века, выделив несколько его этапов.
На первом, древнем этапе русской истории,
утверждает Хомяков, несмотря на его треволнения
(шел сложнейший процесс образования государства)
мощная жизненная сила этого общества «не подавляла разумного развития личности. Пути мысли были
свободны, все человеческое было доступно человеку».
И хотя перевес общественного начала над личным был
сильнее, чем следовало (необходимость скрепления
государства, внешние угрозы, требовавшие сосредоточения сил для отпора), «но область личной мысли была
еще довольно обширна» [1. С. 204]. Поэтому и в области
просвещения не было места борьбе между различными слоями населения Руси. Более того, указывает Хомяков, «стихия народная не враждовала с общечеловеческим даже тогда, когда общечеловеческое приходило к нам с клеймом иноземным» [1. С. 204]. В качестве
доказательства он приводит целый ряд фактов «охотного сближения» русского просвещения и искусства с
западным.
Однако уже на втором этапе развития русской
мысли вследствие «безумной и глубокой ненависти к
русским людям» со стороны Швеции, прибалтийских
баронов, но более всего «вследствие вражды и лукавства польских магнатов и латинского духовенства»
народная стихия стала воспринимать Запад (иноземцев) как явление враждебное. Эта подозрительность
к западной мысли стала проявляться уже после Флорентийского собора (1439 год). Но поскольку европеизм с каждым годом усиливал свою агрессию против
России, стесняя область человеческого духа, «противное как истине человеческой, так и требованиям
духа русского и коренным основам его внутренней
жизни», то народ восстал: «Борьба 1612 года, – пишет
Хомяков, – была не только борьбою государственной
и политической, но и борьбой духовной» [1. С. 205].
В итоге сила русского духа восторжествовала, Москва
была освобождена, а на русский престол был посажен
русский царь.
Правда, в русской мысли появились – в лице польской и русской партии Салтыкова и других представителей западной мысли – те, кто стремились изменить
старину («нравственно низкие души легче других
отрываются от святынь народной жизни»). Это была
«худшая сторона» в направлении развития русской
мысли, породившая таких людей, как «развратный беглец и клеветник Катошихин, и таких предателей, как
Хворостинов, объявивших русский народ „глупым“, с
которым „жить нельзя“». Но это направление, по мнению Хомякова, скорее, было исторической случайностью, «крайностью».
Однако эта крайность русской мысли породила
другую крайность в просвещении, инициатором кото-
33
рой стал «могущественный ее представитель» – Петр I,
который, разрубив святую Русь на две части, внедрив
насильственно чуждую, враждебную нам культуру, образ жизни и безверие (царь – антихрист), внес раскол
между жизнью и идеалом русского народа, изменив
тем самым коренным основам русской жизни. Отсюда,
по теории Хомякова, и проистекает жалкое состояние
просвещения в России, в основу которого должна быть
положена «светская мысль» и православная вера.
С реформой Петра в этой области русского духа
Хомяков связывает начало третьего этапа развития
просвещения на Руси. Парадокс анализа Хомяковым
петровского этапа состоит, однако, в том, что, находя
его «крайним», он в то же время не считает его «совершенно неправильным». С его точки зрения, оно сделалось неправильным только в своем торжестве, что с
радостью подхватили Салтыковы, Катошихины, Хворостиновы, освободившись благодаря Петру от «тяжелых
требований и нравственных законов духа народного»
[1. С. 207].
Таким образом, мы видим, что Хомяков не отрицал
начисто заслуги Петра I в области просвещения, усматривая здесь «долю правды», а именно: «Петр I отрицал
стеснительный деспотизм обычаев и стихий». Считая
безусловно справедливыми все тяжелые обвинения
Петра I в уничтожении русских традиций, Хомяков, однако, уверен, что виновны в разрыве поступательного
развития русской идеи скорее не Петр I, а его последователи, которых увлек «житейский соблазн». Отсюда
то явление в русской жизни и русской мысли, которое
он определил как «русский вигизм» (от английского
«виги»). Так, по заключению Хомякова, в русском просвещении начался четвертый и самый опасный этап,
порожденный не внутренними законами духовной народной жизни, а только исторической случайностью.
К сожалению, Хомяков не пишет о своем отношении к старообрядчеству, хотя и указывает на «деспотизм» обычаев в русском быте. Известно также, что
он много спорил со старообрядцами по целому кругу
вопросов церковной жизни, но что касается его отношения к догматике русской православной церкви, то
здесь его позиция во многом совпадает со старообрядческой, с оценкой ее «мертвенности» и отхода от реальной жизни русского народа.
Обращаясь к исследованию четвертого этапа развития просвещения на Руси, прослеживая исторический
ход новейшей науки России, Хомяков уже в четвертом
номере журнала «Москвитянин» показывает «иноземное начало» нашей науки, приведшей не только к
одностороннему ее развитию, но и к разрыву между
умственной и духовной сущностью России, между самобытной жизнью и ее «прививным просвещением».
«От этого разрыва, – пишет Хомяков, – и произошли в
жизни бессознательность и неподвижность, а в науке –
бессилие и безжизненность» [1. С. 106–107].
Перечисляя все пагубные последствия разрыва
между просвещением и жизнью, Хомяков акцентирует
внимание на главных из них:
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
34
1. Ни к каким великим открытиям в науке наше
«прививное просвещение» не привело: «Все эти познания, вся эта умственная живость остались без плода ...
бесплодны не только для народа, которому они совершенно чужды, но они остались бесплодны для самой
науки. ... Лишенная самобытных начал, неспособная
создать себе собственную творческую деятельность.
... Наша наука питается беспрестанным приливом тех
областей… из которых к нам принесена. Она всегда
учена задним числом, а общество ... поневоле и бессознательно питает раболепное почтение к тому миру, от
которого получает умственную пишу…».
2. К числу других пагубных последствий заемного
просвещения Хомяков относит тот факт, что научный
анализ у нас пребывает на низшей ступени, поскольку
наука, требуя от ученого высших способностей и аналитической деятельности, требует и бесстрашия перед
всеразлагающей силой анализа, который делится на
низшие и высшие ступени: «У нас же, – пишет Хомяков, – анализ возможен, но только на низших ступенях.
При нашей ученой зависимости от западного мира мы
только и можем позволить себе поверхностную поверку его частных выводов и никогда не можем осмелиться подвергнуть строгому допросу общие начала или
основы его систем». Этот вывод Хомяков сделал и в
отношении к философии и политической экономии, и
к статистике, и к праву, но «еще с большей подробностью в отношении к наукам историческим, которые, по
общему мнению, особенно процветают в наш век, но
которые действительно находятся в состоянии жалкого бессилия и едва заслуживают имя науки» [1. С. 107].
Для доказательства правомерности своего вывода
А.С. Хомяков осуществляет глубокий экскурс в историю всех существовавших в мире систем просвещения, начиная с Эллады и Рима, доводя свой критический анализ до середины XIX века и приходя к печальному заключению о том, что «мы еще ничего не сделали, подвигаясь раболепно в колеях, уже прорезанных
Западом, и не замечая его односторонность. Все наши
труды, из которых, конечно, многие заслуживают уважения, представляют только количественное или, так
сказать, географическое прибавление к трудам западных ученых, не прибавляя ничего ни к стройности
истории, ни к внутреннему ее содержанию. Один Карамзин, по бесконечному значению своему для жизни
русской и по величию памятника, им воздвигнутого,
может казаться исключением… Но разрыв с жизнью,
разрыв с прошедшим и раздор с современным лишают нас большей части отечества; и люди, в которых с
особенной силой выражается это отчуждение, заслуживают более сожаления, чем порицания. Они жалки,
как всякий человек, не имеющий отечества, жалки, как
жид или цыган, или еще жальче, потому что жид еще
находит отечество в исключительности своей религии,
а цыган – в исключительности своего племени. Они –
жертвы ложного развития» [1. С. 107–115].
3. Наконец, еще одним опаснейшим последствием
бездумного подражания западным образцам, перене-
Журналистский ежегодник
сенным на русскую почву во всей нашей науке, образовании и в быту, считает Хомяков, является мертвенный
формализм, поскольку формализм имеет постоянное
притязание заменить всякую нравственность и всякую
духовную силу голыми формулами: «Жизненную гармонию, – пишет Хомяков, – заменяет он, так сказать,
полицейскою симметрией в науке, где он более боится заблуждений, чем ищет истины; в искусстве, где он
более избегает неправильности, почти всегда сопровождающей всякое гениальное явление, чем стремится
к красоте ... в быте, где он вытесняет и заменяет всякое
теплое и свободное излияние души мертвым призраком благочиния. Таков характер формализма; таков он
был в схоластической философии… таков он был в так
называемой классической литературе XVIII века; таков
в пластических художественных школах… от которых
уж отлетел дух, их создавший» [1. С. 129].
Определяя формализм как «мертвый результат подражательства», Хомяков доказывает, что формализм
вместе с тем есть результат «мертвящий», поскольку
он «погружает своих суверенных поклонников в тяжелый и бесчувственный сон, от которого или вовсе не
просыпаются, впадая в совершенное омертвление, или
просыпаются горькими, ядовито-насмешливыми и в то
же время самодовольными скептиками, утратившими
веру в формулу, так же как в жизнь, в общество, так же
как и в людей. Им остается спасаться только в гастрономии (по-нашему, в обжорстве)» [1. С. 131].
Подводя итог своим изысканиям по проблеме просвещения, Хомяков не ограничился выявлением пагубных последствий слепого переноса западных образовательных концепций в Россию, он также решает
вопрос о возможных путях и средствах их преодоления. Для достижения истинного просвещения, по Хомякову, следует искать прежде всего осознания наукой
двух противоположных начал, борьба между которыми была скрытою причиной и скрытым содержанием
почти всех явлений нашего исторического движения,
выразившаяся в двух противоположных стремлениях:
1) стремление к самобытности; 2) стремление к подражательности. Первое было представлено великим основателем науки в России Ломоносовым; второе – Тредиаковским, «презрителем» всего русского, которое он
называл «мужицким».
Однако эта борьба между двумя противоположными началами, согласно Хомякову, была неполной
и бессознательной до середины XIX века. Теперь же,
когда научная мысль в России стала осознавать свое
бессилие и бесплодность всякой подражательности
(будь она явно рабская, то есть привязанная к какой-то
школе, или свободная, то есть эклектическая), когда
западный мир сам потерял веру в свои прежние начала и бросился искать новые пути просвещения чисто
аналитическими средствами «кончился срок» наших
заблуждений: «Можно утвердительно сказать, что из
даровитых и просвещенных людей не осталось ни
одного, кто бы не осознал, что «внутренняя духовная
жизнь русского народа есть единственное и плодот-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
ворное начало для будущего просвещения в России»
[1. С. 134].
Всестороннее обоснование своего вывода Хомяков представляет в работе «По поводу Гумбольдта».
Сравнивая различные эпохи развития духовных начал, лежащих в основе человеческих обществ, он выявляет главные причины глубокого кризиса науки и
просвещения на Западе в XIX веке. Отметив, что есть
эпохи, в которых развитие духовных начал скрывает
разумность самих исторических законов, и есть эпохи,
в которых духовные начала, уже уличенные в односторонности, бессилии и лжи, стремятся «обмануть строгую логику истории хитростью» различных приемов и
методов, Хомяков говорит о том, что есть эпохи, в которых развитие духовных начал, правивших прошедшей
историей, окончено, уловки их истощены и неподкупная логика истории выносит им свой приговор. Хомяков заключает, что такой эпохой стал XIX век: «Никогда
не было таких обширных, таких всеобщих потрясений…
никогда еще не было такого разрушения прежних начал, без возникновения новых начал; никогда еще не
было таких волнений народных и такого всеобщего
волнения… Общество восстает не против формы своей, а против всей сущности, против своих внутренних
законов ... Лютеранство и протестантство, казалось,
были готовы снова вступить в бой. Но ни то, ни другое не выдержало критики… ни то, ни другое не могло
отвечать на заданные ему вопросы ... Логика истории
произносит свой приговор не над формами, а над духовной жизнью Западной Европы… духовные начала,
которыми жила и управлялась Европа в продолжении
стольких веков, замолкли перед требованием критики, самая область духовная опустела, внутренний мир
души исчез, вера в разумное развитие погибла и жадное нетерпение вещественных интересов… не могло
признать никакого другого пути, кроме пути взрывов и
насилия» [1. С. 198–200].
Главную причину падения западного мира Хомяков видит в том, что Западная Европа развивалась не
под влиянием христианства, а под влиянием «латинства», то есть под влиянием односторонне понятого
христианства как закона внешнего единства. Вообще
в полноте своего божественного учения христианство
представляет собою идею единства и свободы, неразрывно соединенные в нравственном законе взаимной
любви. Однако римский мир не мог понять этого закона: для него единство и свобода являлись силами,
противоположными друг другу, то есть антагонистами.
Из этих двух начал высшим ему показалось единство, и
он пожертвовал свободой. В результате западный мир
развивался «в идее внехристианства, понятного им как
государство в борьбе императоров и пап, в крестовых
походах, в военно-монашеских орденах, в принятии
одного церковно-дипломатического языка (латинского) и т.д.» [1. С. 200].
На втором этапе развития духовного мира Запада
односторонность «латинства» вызвала противодействие, и после долгой борьбы наступил период проте-
35
стантства, но так же одностороннего, как и латинство,
поскольку протестантство удерживало идею свободы,
но и приносило в жертву идею единства. По-другому,
утверждает Хомяков, быть и не могло, поскольку Запад был воспитан юридическим формализмом Рима.
Поэтому как идея единства была внешней, так и протестантская идея свободы была внешней, отрешенной
от собственно своего разумного содержания, а значит
это «понятие чисто отрицательное и, следовательно,
внешнее» [1. С. 201].
Протестантизм удерживали в Европе несколько веков от полного самоуничтожения только произвольные
условия его обоснования. Но всякий произвол содержит в себе «семена» собственной гибели. Естественно
поэтому, что, как только на него (произвол) обрушилась
разумная критика, западный мир с его ложным просвещением пришел к своему закату.
Так, по мнению Хомякова, Запад вступил в свой последний, третий период существования, и все попытки создать новые духовные начала (Оуэна, Сен-Симона) под именем коммунизма или социализма были
неудачными, поскольку «все эти системы, порожденные, по-видимому, вещественными болезнями общества и имевшие, по-видимому, целью исцеления
этих болезней, были действительно рождены внутренней боязнью духа и устремлены к пополнению
пустоты, оставленной в нем падением прежней веры
или прежнего призрака веры. Все они пали или падают вследствие одной и той же причины, именно той
субъективной произвольности, на которой они основаны» [1. С. 201–102], – заключает Хомяков.
Прогнозируя путь будущего просвещения в России,
Хомяков хорошо понимал, что Запад, привыкший видеть в России страну варваров, которых легко подчинить и эксплуатировать в собственных интересах, не
просто сдаст свои прочные позиции в образовательном пространстве нашей страны и, мимикрируя, назовет XIX век «переходной» эпохой.
Однако Хомяков, постигнув значение современных
ему научно-исторических процессов и призвание Русской земли в истории всемирной, приходит к глубокому убеждению в том, что остановить процесс освобождения русского просвещения от прочных западных
пут будет уже невозможно: такова была воля промысла, таков был смысл всемирной истории. Поэтому Хомяков считает, что все усилия отсталых мыслителей,
все хитрости духовных правителей, «унижающих веру
до иезуитски-нищенского союза со страстями и партиями политическими», бесполезны, и человек уже не
может не понимать вечную истину первобытного христианства в ее полноте, то есть в тождестве единства и
свободы, проявленном в законе духовной любви, как
оно было понято в правлении на Руси, принявшей чистое христианство издревле.
Более того, считает Хомяков, исторический анализ
покажет, что шаткость и бесплодность духовного мира
Запада – это вовсе не случайное и преходящее явление, а закономерное – «последствие внутреннего раз-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
36
дора, лежащего в основе мысли и в составе общества…
что начало той мертвенности, которая выражается в
XIX веке, заключается уже в составе германских завоевательных дружин и римского завоевательного мира,
с одной стороны, и в односторонности римско-протестантского учения – с другой» [1. С. 134], так как закон
общественного развития лежит в его первоначальных
зародышах, а закон умственного развития лежит в народной вере. В итоге, заключает Хомяков, при будущем
успехе анализа в науке российской он (анализ), без сомнения, разовьется в синтез, синтез науки и жизни, что
приведет к внутреннему освобождению от ложных
систем и ложных данных, то есть к созданию просвещения, но уже не эклектического, но органического
русского просвещения.
Апофеозом научной прозорливости Хомякова, проделавшего своего рода экскурс в будущее науки и просвещения, можно считать его вывод: «Недавно наше
просвещенное общество узнало о химическом раз-
Журналистский ежегодник
ложении Римфардова супа из сухих костей, которым
долго кормили бедных и который не содержал в себе
ничего питательного и более был способен ускорить
голодную смерть, чем спасти от нее. Конечно, с этого
открытия бедные сыты не будут, но уже и того много,
что постараются возвратиться к хлебу, бросив надежду
на суп из сухих костей» [1. С. 135]. Действительно, начавшийся сегодня в российской науке и образовании
мощный протест против Болонской конвенции, грозящей нам национальной катастрофой, в полной мере
подтверждают прогноз Хомякова в этой части его публицистического наследия.
Литература
1. Хомяков А.С. О старом и новом. Статьи и очерки. М., 1988. 461 с.
УДК 7.072.3
Н.Д. Мельник
Санкт-Петербургский государственный университет сервиса и экономики
ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КРИТИКА КАК ОТРАЖЕНИЕ
РУССКОГО ИСКУССТВА: 1850–1860-е ГОДЫ
В статье рассказывается о формировании в рассматриваемый период художественной критики как профессиональной
отрасли отечественной журналистики. В это время художественная критика ставит перед собой задачу: определить
основные особенности нового реалистического искусства, с
которой успешно справляется. Вскоре она утверждает критический реализм как метод. В значительной степени это
происходит благодаря В.В. Стасову – самому активному проводнику идей критического реализма в отечественной периодической печати.
Ключевые слова: художественная критика, русская журналистика, критический реализм, журнальные битвы, критик
В.В. Стасов.
Melnik Natalia D.
ART CRITICISM AS A REFLECTION OF RUSSIAN ART:
THE 1850s – 1860s
The article reports about the formation of the art criticism as the
professional branch of Russian journalism in review period. At this
time, art criticism aims to: identify the key features of the new realist
art, which copes. Soon it claims critical realism as a method. This
is largely due to V.V. Stasov – the most active conductor of ideas of
critical realism in Russian periodicals.
Keywords: art criticism, Russian journalism, critical realism,
magazines’ battles, critic V. V. Stasov.
О
живление журналистики и становление
художественной критики происходило на фоне
подъема в России общественной мысли. Особенно это проявилось во второй половине 1850-х годов,
после поражения в Крымской войне (1853–1856 гг.), что
дало толчок проведению социально-экономических
преобразований. Н.В. Шелгунов характеризовал этот
период как «время, когда каждый захотел думать, читать
и учиться… Спавшая… мысль заколыхалась… и начала работать… решались судьбы… всей России…» [1. С. 93–94].
Особого внимания в становлении художественной
критики заслуживает период с конца 1850-х годов до
1863 года («шестидесятые годы»). Ведущая роль принадлежала критике литературной, но она помогала
критике художественной определиться в журналистике как в социальном институте. Именно из литературы
пришли такие понятия, как критический реализм и народность. М.П. Розенгейм, вводя термин «бытовая живопись», писал: «Я предлагаю заменить слово genre, в
отношении живописи, словом быт, вместо живопись –
genre, картина – genre, говорить бытовая живопись,
картина быта» [2. С. 38]. Этот термин стали употреблять художественные критики В.В. Стасов, П.Н. Петров, И.И. Дмитриев, П.М. Ковалевский и другие.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
36
дора, лежащего в основе мысли и в составе общества…
что начало той мертвенности, которая выражается в
XIX веке, заключается уже в составе германских завоевательных дружин и римского завоевательного мира,
с одной стороны, и в односторонности римско-протестантского учения – с другой» [1. С. 134], так как закон
общественного развития лежит в его первоначальных
зародышах, а закон умственного развития лежит в народной вере. В итоге, заключает Хомяков, при будущем
успехе анализа в науке российской он (анализ), без сомнения, разовьется в синтез, синтез науки и жизни, что
приведет к внутреннему освобождению от ложных
систем и ложных данных, то есть к созданию просвещения, но уже не эклектического, но органического
русского просвещения.
Апофеозом научной прозорливости Хомякова, проделавшего своего рода экскурс в будущее науки и просвещения, можно считать его вывод: «Недавно наше
просвещенное общество узнало о химическом раз-
Журналистский ежегодник
ложении Римфардова супа из сухих костей, которым
долго кормили бедных и который не содержал в себе
ничего питательного и более был способен ускорить
голодную смерть, чем спасти от нее. Конечно, с этого
открытия бедные сыты не будут, но уже и того много,
что постараются возвратиться к хлебу, бросив надежду
на суп из сухих костей» [1. С. 135]. Действительно, начавшийся сегодня в российской науке и образовании
мощный протест против Болонской конвенции, грозящей нам национальной катастрофой, в полной мере
подтверждают прогноз Хомякова в этой части его публицистического наследия.
Литература
1. Хомяков А.С. О старом и новом. Статьи и очерки. М., 1988. 461 с.
УДК 7.072.3
Н.Д. Мельник
Санкт-Петербургский государственный университет сервиса и экономики
ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КРИТИКА КАК ОТРАЖЕНИЕ
РУССКОГО ИСКУССТВА: 1850–1860-е ГОДЫ
В статье рассказывается о формировании в рассматриваемый период художественной критики как профессиональной
отрасли отечественной журналистики. В это время художественная критика ставит перед собой задачу: определить
основные особенности нового реалистического искусства, с
которой успешно справляется. Вскоре она утверждает критический реализм как метод. В значительной степени это
происходит благодаря В.В. Стасову – самому активному проводнику идей критического реализма в отечественной периодической печати.
Ключевые слова: художественная критика, русская журналистика, критический реализм, журнальные битвы, критик
В.В. Стасов.
Melnik Natalia D.
ART CRITICISM AS A REFLECTION OF RUSSIAN ART:
THE 1850s – 1860s
The article reports about the formation of the art criticism as the
professional branch of Russian journalism in review period. At this
time, art criticism aims to: identify the key features of the new realist
art, which copes. Soon it claims critical realism as a method. This
is largely due to V.V. Stasov – the most active conductor of ideas of
critical realism in Russian periodicals.
Keywords: art criticism, Russian journalism, critical realism,
magazines’ battles, critic V. V. Stasov.
О
живление журналистики и становление
художественной критики происходило на фоне
подъема в России общественной мысли. Особенно это проявилось во второй половине 1850-х годов,
после поражения в Крымской войне (1853–1856 гг.), что
дало толчок проведению социально-экономических
преобразований. Н.В. Шелгунов характеризовал этот
период как «время, когда каждый захотел думать, читать
и учиться… Спавшая… мысль заколыхалась… и начала работать… решались судьбы… всей России…» [1. С. 93–94].
Особого внимания в становлении художественной
критики заслуживает период с конца 1850-х годов до
1863 года («шестидесятые годы»). Ведущая роль принадлежала критике литературной, но она помогала
критике художественной определиться в журналистике как в социальном институте. Именно из литературы
пришли такие понятия, как критический реализм и народность. М.П. Розенгейм, вводя термин «бытовая живопись», писал: «Я предлагаю заменить слово genre, в
отношении живописи, словом быт, вместо живопись –
genre, картина – genre, говорить бытовая живопись,
картина быта» [2. С. 38]. Этот термин стали употреблять художественные критики В.В. Стасов, П.Н. Петров, И.И. Дмитриев, П.М. Ковалевский и другие.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
В столице появились журналы, освещавшие вопросы изобразительного искусства. В 1856–1860-е годы
выходил еженедельный «Музыкальный и театральный вестник», стоявший на позициях реалистического
искусства; в 1858–1859 годы – ежемесячный «художественный журнал изящных искусств и литературы»
«Светопись»; а в 1858–1963 годы – еженедельный журнал «Иллюстрация. Всемирное обозрение». Эти издания сыграли положительную роль в развитии художественной критики. Активно откликались на события
художественной жизни «Современник», «Отечественные записки», «Сын Отечества». Они печатали рецензии на выставки Императорской академии художеств,
статьи о творчестве художников.
Сторонники же академического искусства считали,
что новых идей живописи не требуется. Так, А.А. Авдеев приветствовал жанр, ограничивающийся изображением бытописательных («Демьянова уха» А.А. Попова)
и сентиментальных сцен («Вдова в мастерской художника времен Возрождения» Г.Я. Будковского) [3].
Однако большинство критиков считали, что уровень современного изобразительного искусства не соответствует духу времени. Так, критик А.М. (видимо, это
А.Н. Майков) по-иному отзывался о той же академической выставке: «Нельзя не заметить, что во всей массе
произведений выставки… видно какое-то… стремление
без предложенной цели… без единства… Где же движущая общая идея?.. Русской школы еще не существует»
[4. С. 77].
Положение изменилось в мае 1858 года, когда художник А.А. Иванов выставил в Императорской академии художеств картину «Явление Христа народу» («Явление Мессии», 1837–1857), сюжет которой основывается на первой главе Евангелия от Иоанна. В прессе разгорелась острая дискуссия по проблемам настоящего и
будущего русского искусства. В борьбе вокруг картины
участвовали ведущие литературно-художественные
силы страны: А.И. Герцен, Н.П. Огарев, Н.Г. Чернышевский, И.С. Тургенев, М.Л. Михайлов. Герцен, например,
писал А.А. Иванову: «Не знаю, сыщете ли Вы формы Вашим идеалам, но Вы… даете свидетельство о… цельной
натуре русской … о которой догадываемся сердцем…»
[5. С. 327–328].
Однако представителям академических кругов картина пришлась не по вкусу. Критик В.В. Толбин подверг
критике фигуру раба, увидев в ней «неестественные
черты головы… приставленной к бодрому, мускулистому живому телу, далеко не выражающему… того
физического изнурения, которые, по-видимому, желал
изобразить художник…» [6. С. 712]. Но вскоре В.В. Толбину была дана отповедь: «Чтобы выражаться так нецеремонно… надо быть очень уверенным в себе… Откуда
взялось у г. Толбина знание живописи?.. До сих пор мы
знали его… за плохого фельетониста…» [7. С. 19].
Все независимые критики считали, что творчество
художника завершило целый этап развития русского
искусства. В этой связи важной нам видится статья об
академической выставке 1859 года (автор – М.Л. Ми-
37
хайлов). Он оценивает картину А.А. Иванова как величайшее произведение русской живописи. Формулируя
программу ее развития, критик пишет: «Мы… желали
бы, чтобы наши художники не пренебрегали строгим
изучением истории своего искусства… чтобы они были
гражданами своей страны и своего времени… чтобы…
они были прежде всего современными людьми, если
хотят быть современными художниками» [8. С. 114].
Лейтмотивом статьи критика стал призыв к гражданственности. Однако это было не только мнение
М.Л. Михайлова, но и всей редакции «Современника».
Ее программа будущего русского искусства отстаивала
принципы критического реализма. Именно в этом –
заслуга художественной критики конца 1850-х годов.
Отрицая академическое направление, она утверждала
реализм как метод.
Почва, подготовленная для выхода художественной критики на широкую общественную арену, дала
всходы в начале 1860-х годов. Примечательно, что одной из характерных форм критики становится карикатура. Начало положил столичный журнал «Искусства».
В 1862–1865 годах ежемесячно издавался «русский художественный альбом» «Северное сияние». Вопросы
искусства освещали также журналы «Искра», «Гудок»,
«Заноза», «Будильник».
Особой популярностью пользовался сатирический
журнал «Искра» (Санкт-Петербург, 1859–1873). Он «обратил на себя внимание… разнообразием содержания,
большим количеством иллюстраций, широким кругом
авторов… Коллективные методы работы во многом
способствовали успеху…» [9. С. 398]. По своей направленности «Искра» примыкала к «Современнику».
В начале 1860-х годов в «толстых» журналах изменился характер статей: они стали аналитическими,
анализирующими – как жанры искусства, так и направления его развития. Автор статьи «Расшаркивающееся
искусство», критик И.И. Дмитриев, выступая против
академического искусства, писал: «…Что выиграл российский народ от того, что у нас сто лет существует
Академия художеств?.. Искусство не принесло никакой
пользы… потому что… бессодержательно… С первого
же времени оно сделалось у нас забавою для людей
знатных и богатых…» [10. С. 510]. Конечно, автор не во
всем прав. Однако тон статьи понятен в условиях обострившейся борьбы передовых критиков с форпостом
официального искусства. Насколько распространились тогда антиакадемические настроения, свидетельствует и статья В.В. Стасова (1824–1906), посвященная
академической выставке 1860–1861 гг. Анализируя систему принятой там подготовки художника, он подвергает ее резкой критике.
Все это встревожило ректора Императорской академии художеств Ф.А. Бруни. Он выступил в защиту учебного заведения, вызвав этим отпор Стасова. Статья критика «Г-ну адвокату Академии художеств» была настолько резкой, что в тот момент не могла быть опубликована.
В ней автор дает обоснование художественной критики
в общекультурном процессе: «Можно быть тысячу раз
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
38
специалистом и… не иметь дара критики… Критика художественная такая же специальность, как и всякая другая» [11. С. 49]. Сам же В.В. Стасов стал первым русским
профессиональным художественным критиком.
Этот пример отстаивания собственного мнения дал
толчок «журнальным битвам», развернувшимся в начале 1860-х годов. Они свидетельствовали о росте активности критики, а порой и о призыве к неповиновению руководству Императорской академии художеств.
Именно так произошло после публикации в журнале
«Основа» (1861) статьи Л.М. Жемчужникова «Несколько замечаний по поводу последней выставки в С.-Петербургской Академии художеств». Она подготовила
почву для «протеста 14-ти» – выступления в 1863 году
претендентов на золотые медали против нормативного академизма: «…авторитет Академии художеств был
поколеблен в умах молодых ее питомцев напечатанной в феврале 1861 года статьей…» [12. С. 353].
Впервые в истории художественной критики так
остро ставился вопрос о реакционной роли Академии.
Автор был профессиональным художником, поэтому, в
отличие от ряда критиков, обличал академизм не только с содержательной точки зрения, но и с профессиональной. Его статья написана на «художническом языке», что способствовало достойному ответу Ф.А. Бруни.
Высказывая отрицательное мнение о приоритетной в Академии локальной живописи, Л.М. Жемчужников отмечает: «Этих желтых и красных красок, как
ножом обрезанных безвоздушных контур – забыть нет
сил!» [13. С. 152]. Далее он выступает за предоставление
художникам свободы: «Живопись – важнейший отдел
картины… Взяв в руки краски… надо добиваться красками до волшебного впечатления и передать поэзию…
Нам нужна не верность – да никто до нее и не дойдет:
всякий видит по-своему…» [13. С. 153–154].
Л.М. Жемчужников, выступив со своей статьей в переломную для отечественной школы живописи эпоху,
впервые обратил внимание художников, критиков и
публики на живопись как таковую. Его критика содержания и формы исторической живописи была очень
актуальной. К тому же эта работа дала толчок серии публикаций анти академической направленности. Они
появились в «Русском слове», «Современнике», «Искре», «Иллюстрации» и ряде других изданий.
И все же отрицание академического направления не всем пришлось по вкусу. Московский критик
Н.А. Рамазанов выступил с обличением петербургских
коллег: «В петербургской Академии художеств учинилась достойная сожаления демонстрация со стороны
четырнадцати конкурентов на большую золотую медаль, которые, будучи распаляемы и поддерживаемы
петербургскими журнальными и газетными повстанцами против Академии, отвергли предложенные им от
Академии программы…» [14. С. 3].
Но заставить русских критиков замолчать оказалось
уже невозможно. Практически все они писали о вреде
программ, предлагаемых руководством Академии.
В.В. Стасов требовал в 1862 году свободы выбора сю-
Журналистский ежегодник
жета для воспитанников: «…Пусть молодые художники
будут в выборе сюжетов предоставлены самим себе»
[15. Отд. 2, стб. 86]. Краеугольным камнем противостояния в среде художественной критики стал вопрос об
отношении к академизму («прошлому дню» в искусстве) и реализму («дню завтрашнему»). Определение
особенностей нового реалистического искусства стало
одной из основных задач прогрессивной художественной критики в 1860-е годы.
На всех выставках в обеих столицах основную часть
экспозиций занимали пейзажи и картины бытового
жанра. Об этом пишет журнал «Якорь»: «Каждая выставка убеждает всех… что наша живопись вступает с
каждым годом на более реальную почву: жанр первенствует» [16. С. 579]. Еще раньше этот тезис высказан в
журнале «Иллюстрация»: «Жанр и должен стать… на
первое место, возвыситься в представлении обыденных сцен до пафоса истории и оставить ей… священные сюжеты» [17. С. 171]. Среди создателей произведений этого направления немало ярких имен. Но самый
талантливый, по мнению критиков, – преемник живописца П.А. Федотова, В.Г. Перов.
Доказывать необходимость развития бытового жанра в изобразительном искусстве уже не было нужды.
Успех его стал очевиден для приверженцев «старого»
искусства и журналистов, публики. Иное дело – содержание «реализма» (под таким названием бытовой жанр
вошел в историю искусства, литературы и журналистики). Для передовой художественной критики реалистическое направление в искусстве стало лейтмотивом
прогресса, для его противников – символом упадка. Это
противостояние отражает полемика, развернувшаяся в
1862 году между В.В. Стасовым и Н.А. Рамазановым.
В.В. Стасов писал: «Каждая выставка… приносит по
нескольку таких картин, которые стоят многих десятков прежних… серьезных, высоких картин» [15. Отд. 2,
стб. 83]. Его оппонент Н.А. Рамазанов, отрицая значение «живой действительности», утверждал, что она
«как в литературе, так и в искусствах выхваченная…
при отсутствии вкуса к изящному, часто впадает в…
пошлое» [18. С. 27]. Как отрицательный пример он приводил картину В.Г. Перова «Крестный ход на Пасхе»,
утверждая, что подобные полотна «нельзя допустить
на выставку, не оскорбляя нравственного чувства посетителей» [18. С. 27].
Борьба критиков имела глубокие корни: они отстаивали противоположные точки зрения на роль в искусстве критического реализма. Кроме того, в недрах
передовой художественной критики существовали
противоречия: в 1860–1863 годах доминировали два
взгляда на современное искусство (на обличительную
живопись): критический и апологетический.
Последовательным пропагандистом обличительного направления выступал В.В. Стасов. В 1863 году он
писал: «У нас есть такое искусство, настоящее… оно…
пришло после долгих лет… обезьянничества, и хотя на
нынешней выставке… немного его представителей, но
эти немногие образчики свидетельствуют о… действи-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
тельном развитии» [19. С. 46]. Развитие бытовой живописи критик воспринимал как прогресс в искусстве. Целое десятилетие он оставался единственным критиком
демократического толка, к чьему мнению прислушивалась передовая часть публики, а также ряд художников.
Однако существовала и другая группа критиков –
апологетическая. Битвы среди противников разыгрывались жаркие. Но они способствовали росту зрелости
критики, активизации в середине 1860-х годов ее общественной роли.
Жанры, в которых выступали художественные
критики в 1860-е годы, разнообразны. На страницах
изданий появлялись рецензии, обзоры выставок, фельетоны, полемические статьи. Многие из них отличает задиристый тон, непримиримость к противнику.
В 1864 году возникла полемика В.В. Стасова и редактора-издателя журнала «Русский архив» П.И. Бартенева,
имевшего неосторожность положительно отозваться
о книге «Сказка о Добрыне Никитиче»: «…чего лучше,
как распространять в простом народе… произведения,
которые самим им созданы» [20. С. 15]. В.В. Стасов по
поводу выступления П.И. Бартенева писал, что это издание антихудожественное, поднял вопрос о содержании, идейной направленности искусства.
Самая же крупная из журнальных битв 1860-х годов
началась 29 октября 1865 года с публикации в газете
«Голос» фельетона «Вседневная жизнь», обличавшего
академическую выставку. 4 ноября «Санкт-Петербургские ведомости» напечатали о ней положительную
статью В.В. Стасова. Далее тему поддержали «Биржевые ведомости», опубликовав 25 ноября статью
«Антагонистам Академии художеств», адресованную
петербургской прессе. Через три дня газета «Голос»
выступила с «Возражением на наш отзыв об Академической выставке». Полемика продолжилась в начале
1866 года, когда Н.А. Рамазанов поддержал в «Современной летописи» автора «Антагонистов Академии художеств» Ф.А. Бруни. 12–13 января В.В. Стасов публикует
в «Санкт-Петербургских ведомостях» статью «Мамки и
няньки невпопад», в которой критикует «Антагонистов
Академии художеств» и статьи в «Голосе».
Статья Ф.А. Бруни адресована антагонистам Императорской академии художеств. Она стала отражением
болевых точек, побуждавших в начале 1860-х годов художественных критиков к борьбе. Из стана противников
Ф.А. Бруни выбирает В.С. из «Санкт-Петербургских ведомостей» и автора статьи в газете «Голос». Первый его
оппонент – В.В. Стасов, второй же, предположительно,
художественный критик Д.В. Григорович. Обращаясь к
ним, Ф.А. Бруни пытается защитить Академию как школу мастерства, негодует по адресу критиков. Но прослеживается и уважительное отношение его к В.С. (Стасову),
чего нельзя сказать относительно автора газеты «Голос»,
отрицательно отозвавшегося об академической выставке 1865 года. Ф.А. Бруни обратился к нему: «Успокойтесь,
господин пророк ужасов… загляните только на столбцы
„С.-Петербургских ведомостей” (№ 290, фельетон В.С.).
Там критик, отличающийся беспощадностью пресле-
39
дования взглядов и мнений, устоявшихся в обществе, …
опровергает ваше решение» [21. С. 2].
Следует отметить, что запал прогрессивной художественной критики не повлиял на академические
устои. Осознав это, В.В. Стасов и его единомышленники отныне ведут борьбу за развитие критического
реализма в искусстве за ее пределами. «И хотя борьба
против Академии… все еще стояла перед реалистической критикой, но не эта задача была главной. Важнейшей оказалась борьба против новой разновидности
идеализма…» [22. С. 69]. Если прогрессивная критика
выступала за «критический реализм», то их оппоненты – за «реализм некритический». Именно против такого направления в искусстве и выступили в 1860-е годы
В.В. Стасов и И.И. Дмитриев. Однако в силу ряда обстоятельств они оказались в сложной ситуации.
Вскоре после покушения в апреле 1866 года на императора Александра II в стране усилилась политическая реакция. Были закрыты журналы «Современник»
и «Русское слово», что дало толчок к активизации антиреалистической критики, побуждавшей художников
вдохновляться «вечной красотой, вечной скорбью, вечным изяществом» [23]. Этому противостоял В.В. Стасов.
Во второй половине 1860-х годов он стал крупнейшей
фигурой среди художественных критиков реалистической направленности. Связано это не только с его
частыми выступлениями в печати, но и с тем, что он
имел четкую программу действий, отраженную в статье «Наши художественные дела», опубликованной в
1869 году в газете «Санкт-Петербургские ведомости».
Статья начинается, как это ни покажется странным, отрицанием всего русского искусства, связанного с классицистической и романтической традицией
(XVIII – первая половина XIX века). Столь явный «перебор» критика связан с тем, что он решил поднять на небывалую высоту значение реалистического искусства:
«…Я осуждаю это прошедшее, безобразное и печальное, во имя настоящего… начинающего уже гореть ярким светом» [15. Отд. 1, стб. 131]. Именно в пропаганде
успехов реалистического искусства и видел В.В. Стасов
собственную миссию.
Порой его восторженность работами художников-реалистов вызывает недоумение. Так, критик оценивал картину К.Д. Флавицкого «Княжна Тараканова» (1863)
как «лучшую картину русской школы» [15. Отд. 2, стб.
182], и в то же время признавал, что она «сильно напоминает Академию, классы, античные статуи и Ниобею»
[15. Отд. 1, стб. 149]. В этом видна слабость В.В. Стасова
как критика. Но сила в его творчестве заключалась в
том, что художественный критик служил демократическому искусству, поддерживая художников и воспитывая русскую публику, развивая ее сознание.
В рассматриваемый период происходит окончательное формирование художественной критики как
профессиональной отрасли журналистики. Она ставит задачу: определить особенности нового реалистического искусства, с которой справляется. Вскоре она
утверждает критический реализм как метод.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
40
Начиная со второй половины 1860-х годов ведущий
отечественный профессиональный художественный
критик В.В. Стасов стал самым активным проводником
идей критического реализма в периодической печати.
Критик без устали популяризировал достижения современного реалистического искусства, побуждая к
этому и коллег, защищал молодую русскую школу от ее
противников, аргументированно разоблачая противников идейности в искусстве.
Журналистский ежегодник
8. Современник. 1859. № 7. Отд. «Современное обозрение».
9. История русской журналистики XVIII – XIX веков: Учебник / Л.П.
Громова, М.М. Ковалева, А.И. Станько, Ю. В. Стенник и др.; Под
ред. Л.П. Громовой. 2-е изд., испр. и доп. СПб., 2005.
10. Расшаркивающееся искусство // Искра. 1863. № 37.
11. Стасов В.В. Избр. соч. в трех томах. Т. 1. М., 1952.
12. Жемчужников Л.М. Мои воспоминания из прошлого. Л., 1971.
13. Жемчужников Л.М. Несколько замечаний по поводу последней
выставки в С.-Петербургской Академии художеств // Основа.
1861. № 2.
14. Современная летопись. 1863. № 41.
Литература
15. Стасов В.В. Собр. соч.: В 4-х т. Т. 1. СПб., 1894.
1. Шелгунов Н.В., Шелгунова Л.П., Михайлов М.Л. Воспоминания:
16. Якорь. 1863. № 29.
В 2-х т. Т. 1. М., 1967.
17. Иллюстрация. 1861. № 186.
2. Отечественные записки. 1861. № 10. Отд. «Смесь».
18. Современная летопись. 1862. № 44.
3. Авдеев А. Выставка Имп. Академии художеств в С.-Петербурге //
19. Стасов В.В. Избранное: В 2-х т. Т. 1. М.; Л., 1950.
Русский вестник. 1857. Март. Кн. 2.
4. А.М. Выставка Имп. Академии художеств, 1857-го года // Современник. 1857. № 5. Отд. 2.
5. Герцен А.И. Собр. соч.: В 30-ти т. Т. 13. М., 1958.
6. Толбин В.В. О картине г-на Иванова // Сын Отечества. 1858. № 25.
20. Современная летопись. 1864. № 25.
21. Биржевые ведомости. 1865. № 257. 25 нояб.
22. Беспалова Н.И., Верещагина А.Г. Русская прогрессивная художественная критика второй половины XIX века: Очерки. М., 1979.
23. Весть. 1869. № 281. 10 окт.
7. Иллюстрация. 1858. № 27. 10 июля.
УДК 070:93/94
А.Л. Семенова
Новгородский государственный университет им. Ярослава Мудрого
В.Ф. Федорова
ОГАУ «Агентство информационных коммуникаций» (г. Великий Новгород)
НОВГОРОДСКИЕ РАЙОННЫЕ ГАЗЕТЫ:
Исторические трансформации ХХ – начала XXI века
В статье прослеживается история становления и реорганизации районной печати Новгородской губернии / Новгородской области.
Ключевые слова: районная газета, учредитель, название,
редакция.
Semenova Alexandra L., Fedorova Valentina F.
NOVGOROD REGIONAL NEWSPAPERS: HISTORICAL
TRANSFORMATIONS OF XX – THE BEGINNING OF THE XXI
CENTURY
In article the history of formation and reorganization of the
regional press of the Novgorod province / the Novgorod region is
traced.
Keywords: Regional newspaper, founder, name, edition.
В
современных медийных исследованиях большое
внимание уделяется региональной и районной
прессе [1–3]. Условия жесткой конкуренции, в
которых оказались районные издания, ставят под вопрос сам факт существования подобного типа прессы.
Однако, несмотря на все трудности, районные газеты
сохраняют свое положение на информационном поле
страны. При этом трансформации районной печати напрямую связаны с социально-политическими изменениями в России.
История новгородской районной печати не была
еще объектом обстоятельного научного описания и
анализа. В рамках данной статьи будут обозначены основные тенденции, определившие развитие новгородских изданий.
Новгородские районные газеты отразили судьбу
Новгородской губернии и ее уездов. Еще до 1917 года
в наиболее крупных уездах губернии были свои периодические издания, например, в таких как Боровичи,
Старая Русса, Холм, Череповец. Уезд являлся достаточно
крупной частью губернии, в него входил город и два-три
десятка волостей. Уезды и волости были административными единицами в первые годы советской власти,
однако в 1920-е – начале 1930-х годов стали проводиться
административные реформы, которые привели к появ-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
40
Начиная со второй половины 1860-х годов ведущий
отечественный профессиональный художественный
критик В.В. Стасов стал самым активным проводником
идей критического реализма в периодической печати.
Критик без устали популяризировал достижения современного реалистического искусства, побуждая к
этому и коллег, защищал молодую русскую школу от ее
противников, аргументированно разоблачая противников идейности в искусстве.
Журналистский ежегодник
8. Современник. 1859. № 7. Отд. «Современное обозрение».
9. История русской журналистики XVIII – XIX веков: Учебник / Л.П.
Громова, М.М. Ковалева, А.И. Станько, Ю. В. Стенник и др.; Под
ред. Л.П. Громовой. 2-е изд., испр. и доп. СПб., 2005.
10. Расшаркивающееся искусство // Искра. 1863. № 37.
11. Стасов В.В. Избр. соч. в трех томах. Т. 1. М., 1952.
12. Жемчужников Л.М. Мои воспоминания из прошлого. Л., 1971.
13. Жемчужников Л.М. Несколько замечаний по поводу последней
выставки в С.-Петербургской Академии художеств // Основа.
1861. № 2.
14. Современная летопись. 1863. № 41.
Литература
15. Стасов В.В. Собр. соч.: В 4-х т. Т. 1. СПб., 1894.
1. Шелгунов Н.В., Шелгунова Л.П., Михайлов М.Л. Воспоминания:
16. Якорь. 1863. № 29.
В 2-х т. Т. 1. М., 1967.
17. Иллюстрация. 1861. № 186.
2. Отечественные записки. 1861. № 10. Отд. «Смесь».
18. Современная летопись. 1862. № 44.
3. Авдеев А. Выставка Имп. Академии художеств в С.-Петербурге //
19. Стасов В.В. Избранное: В 2-х т. Т. 1. М.; Л., 1950.
Русский вестник. 1857. Март. Кн. 2.
4. А.М. Выставка Имп. Академии художеств, 1857-го года // Современник. 1857. № 5. Отд. 2.
5. Герцен А.И. Собр. соч.: В 30-ти т. Т. 13. М., 1958.
6. Толбин В.В. О картине г-на Иванова // Сын Отечества. 1858. № 25.
20. Современная летопись. 1864. № 25.
21. Биржевые ведомости. 1865. № 257. 25 нояб.
22. Беспалова Н.И., Верещагина А.Г. Русская прогрессивная художественная критика второй половины XIX века: Очерки. М., 1979.
23. Весть. 1869. № 281. 10 окт.
7. Иллюстрация. 1858. № 27. 10 июля.
УДК 070:93/94
А.Л. Семенова
Новгородский государственный университет им. Ярослава Мудрого
В.Ф. Федорова
ОГАУ «Агентство информационных коммуникаций» (г. Великий Новгород)
НОВГОРОДСКИЕ РАЙОННЫЕ ГАЗЕТЫ:
Исторические трансформации ХХ – начала XXI века
В статье прослеживается история становления и реорганизации районной печати Новгородской губернии / Новгородской области.
Ключевые слова: районная газета, учредитель, название,
редакция.
Semenova Alexandra L., Fedorova Valentina F.
NOVGOROD REGIONAL NEWSPAPERS: HISTORICAL
TRANSFORMATIONS OF XX – THE BEGINNING OF THE XXI
CENTURY
In article the history of formation and reorganization of the
regional press of the Novgorod province / the Novgorod region is
traced.
Keywords: Regional newspaper, founder, name, edition.
В
современных медийных исследованиях большое
внимание уделяется региональной и районной
прессе [1–3]. Условия жесткой конкуренции, в
которых оказались районные издания, ставят под вопрос сам факт существования подобного типа прессы.
Однако, несмотря на все трудности, районные газеты
сохраняют свое положение на информационном поле
страны. При этом трансформации районной печати напрямую связаны с социально-политическими изменениями в России.
История новгородской районной печати не была
еще объектом обстоятельного научного описания и
анализа. В рамках данной статьи будут обозначены основные тенденции, определившие развитие новгородских изданий.
Новгородские районные газеты отразили судьбу
Новгородской губернии и ее уездов. Еще до 1917 года
в наиболее крупных уездах губернии были свои периодические издания, например, в таких как Боровичи,
Старая Русса, Холм, Череповец. Уезд являлся достаточно
крупной частью губернии, в него входил город и два-три
десятка волостей. Уезды и волости были административными единицами в первые годы советской власти,
однако в 1920-е – начале 1930-х годов стали проводиться
административные реформы, которые привели к появ-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
лению районов как административной единицы. Говорить о том, что районная печать буквально восходит к
уездной, не вполне корректно: уездные издания были
информационно-рекламными, а советские районные
издания выполняли в первую очередь организационно-пропагандистские задачи. Хотя, вероятно, можно говорить о сохранении определенных традиций.
В начале ХХ века Новгородская губерния состояла
из 11 уездов. После революции 1917 года эта территория
претерпела многократные административные преобразования. В 1918 году из состава губернии были выделены Тихвинский, Устюженский, Череповецкий, Кирилловский и Белозерский уезды, которые вошли в состав
Череповецкой губернии. Новгородская губерния стала
состоять из 6 уездов, а территория уменьшилась наполовину. В 1921 году часть Новгородской губернии вошла
во вновь образованную Северо-Западную область, которая с 1927 года стала называться Ленинградской. В результате губерния прекратила свое существование, а на
ее территории появились Новгородский и Боровичский
округа. Именно в этот период район становится основной административно-территориальной единицей.
В 1930 году Новгородский округ был упразднен и районы его вошли в состав Ленинградской области.
После освобождения Новгорода от немецких войск,
5 июля 1944, года была образована Новгородская область, в состав которой вошли 27 районов. В 1962–1964
годах в стране была предпринята большая реорганизация, в результате которой на Новгородчине были созданы 9 сельских и 3 промышленных района. Однако
это преобразование было признано неэффективным и
в 1965–1966 годах были воссозданы 9 районов. В 1968
образован Парфинский район, в 1973 воссоздан Шимский район [4]. Таким образом, в состав Новгородской
области стал входить 21 район.
Все эти преобразования в той или иной мере коснулись районных изданий. Необходимо отметить, что
газета «Звезда» (1918), которая была первым советским
изданием в Новгородской губернии, с 1927 года и по нынешний день является газетой Новгородского района.
Первые советские газеты появились в 1917 году в
крупных городах губернии: «Единение» (Старая Русса),
«Известия Валдайского Совета рабочих и солдатских
депутатов» (Валдай), «Народная газета» и «Известия
Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов»
(Боровичи). В 1918 – «Крестьянская правда» стала газетой Демянского уезда, а «Холмская коммуна» – Холмского уезда. Газетой-долгожительницей стала боровичская «Красная искра»: возникнув в 1919 году, она и
поныне популярное городское и районное издание.
Большинство районных изданий появилось в 1930–
1931 годах, когда в стране формировалась система советской печати на местах: «Серп и молот» (Крестцы),
«Ударник» (Чудово), «Сепаратор» (Батецкая), «Окуловский коммунар» (Окуловка), «За темпы» (Малая Вишера), «Большевик» (Пестово), «Колхозная искра» (Любытино), «Колхозная газета» (Хвойная), «Большевистский
клич» (Марево), «Солецкий ударник» (Сольцы), «Мо-
41
шенской колхозник» (Мошенское), «Заря» (Поддорье),
«Колхозная стройка» (Шимск), «Волотовский колхозник» (Волот).
Газеты Валдайского, Старорусского, Холмского района неоднократно меняли названия и в 1930 году стали
называться «Валдайский колхозник», «Трибуна», «Колхозный путь». В Демянске с 1924 года издавалась газета
«Ленинский путь».
Эти издания были органами райкома ВКП(б), райисполкома и райпрофсовета. В постановлении ЦК ВКП (б)
«О районных газетах» 1940 года отмечалось, что «районная печать, непосредственно связанная с местной
жизнью, имеет больше возможности на конкретных
примерах учить, политически воспитывать и организовывать их для решения стоящих перед районами задач» [5. С. 24].
Отдельного и обстоятельного внимания заслуживает история районных газет Новгородчины в период Великой Отечественной войны, так большая часть
территории была оккупирована немецкими войсками.
Но в рамках данной статьи этот материал представить
сложно. Важно, что после войны, уже в пределах Новгородской области, районная печать активно продолжила свою деятельность.
В начале 1960-х годов произошло укрупнение районов, что сказалось и на судьбе газет: выходила одна
газета на четыре района, например: «Заря коммунизма» издавалась на Маловишерский, Любытинский,
Окуловский и Крестецкий районы. Очевидно, что этот
опыт не мог быть успешным, так как, с одной стороны,
затруднялась работа журналистов по сбору материалов, с другой, сложнее было с доставкой газеты читателям. Потому закономерен был возврат к системе районной печати. Возобновленные издания в большинстве своем вышли под новыми названиями: «Родина»
(Чудово), «За коммунизм» (Малая Вишера), «Ленинская
правда» (Любытино), «Новая жизнь» (Хвойная), «Сельская новь» (Марево), «Вперед» (Волот), «Знамя Октября» (Мошенское). С 1963 года холмская газета стала
называться «Маяк», а демянская газета – «Авангард».
Эти названия издания сохранили и в настоящее время.
В 1969 году был создан Парфинский район и появилось
еще одно районное издание «Приильменская правда».
В 1973 был воссоздан «Шимский район» и там стала издаваться газета «Знамя Ленина».
Очередным этапом трансформации районных изданий было начало 1990-х годов. В условиях демократизации и гласности районные издания стали органами Совета народных депутатов, а затем и администраций районов. В 1993 году при реформе местного самоуправления учредителями большинства газет стали
районные администрации.
На волне этих перемен прошла волна переименований, которая носила не только формальный, но и содержательный характер. Этот процесс означал преодоление идеологичности в работе газет и ставил акцент
на территориальной принадлежности издания и его
информационной направленности.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
42
Появились газеты:
1990 – «Оуловский вестник», «Малая Вишера»,
«Наша жизнь» (Пестово);
1991 – «Валдай»;
1992 – «Шимские вести», «Старая Русса»;
1993 – «Крестцы», «Любытинские вести», «Солецкая
газета»;
1994 – «Батецкий край», «Уверские зори» (Мошенское).
Последней газетой, которая была переименована,
стало маревское издание, которое с 2009 года стало
называться «Марево».
Заключительный этап преобразований новгородской районной прессы состоялся в декабре 2008 года,
когда областная администрация объединила районные газеты в единую структуру, став учредителем Областного государственного учреждения «Агентство
информационных коммуникаций» (ОГУ «АИК»). К лету
2009 года 17 районных газет юридически стали подразделениями ОГУ «АИК» (сейчас – Областное государственное автономное учреждение, ОГАУ «АИК»).
Областная газета «Новгородские ведомости», учредителем которой и прежде была администрация области,
тоже вошла в состав агентства.
Главная проблема, которая при этом решалась, –
возможность законного финансирования СМИ. «Закон
о местном самоуправлении» не позволял этого муниципальной власти, при этом многие районные администрации не имели финансовых возможностей для
поддержания своих изданий, а коммерческая деятельность для этих газет в отдаленных районах не могла
быть прибыльной.
Лишь четыре районных редакции отказались
от участия в предложенной реорганизации. Боровичская «Красная искра» и газета «Старая Русса» были
и остаются материально самодостаточными изданиями, так как они издаются в экономически сильных
районах, центром которых являются крупные города
с большим населением1. Эти издания успешно зарабатывают, предоставляя площади для размещения
рекламы. Заслуживает внимания тот факт, что журналисты газет «Крестцы» и «Валдай» оценили свою
«свободу» выше финансовой стабильности. Им пока
удается держаться на информационном рынке области, но необходимо признать, что контент и оформление этих изданий не соответствуют современным
требованиям, можно сказать, что они остались далеко
в позавчерашнем дне.
Объединение редакций районных газет было непростым процессом, так как объединились коллективы
очень разные и по творческому потенциалу, и по материально-техническому оснащению. В одних газетах
все пишущие – журналисты по образованию, со званиями, регалиями, наградами, в других – ни одного профессионала; у одной редакции приличный офис, ком-
Журналистский ежегодник
пьютеры, автомобиль, у другой – один-единственный
компьютер и машинистка, набирающая тексты за всех.
За прошедшие годы многие контрасты стерлись.
Конечно, не всем удалось достичь совершенства в профессиональном росте, но необходимо заметить, что
уровень газет значительно вырос. Официальная информация местных администраций (районной и поселений) публикуется в отдельном вестнике и оплачивается по договорам. Сами газеты насыщены новостями из
экономической, социальной, политической жизни муниципалитета, богато иллюстрированы. Изменились в
лучшую сторону и язык публикаций, и глубина анализа.
Те издания, где достаточно творческих кадров, увеличили полосность номера: «Малая Вишера» выходила форматом А4 на 8 полосах, сейчас – 16 полос формата А3,
«Авангард», «Солецкая газета», «Окуловский вестник»,
«Приильменская правда», «Звезда» – интересные, уважаемые читателями 16-полосные газеты. Лишь три газеты выходят на 10 полосах (поочередно 8–12). При этом
публикации районных журналистов размещаются и в
областной газете, и в новгородских интернет-изданиях.
Важно подчеркнуть, что в нынешних экономических условиях коллективы районных газет учатся зарабатывать деньги: привлекать рекламодателей, выпускать календари, телефонные справочники. Особенно
в последний год, когда стали не бюджетной организацией, а автономной (ОГАУ). А ведь еще пять лет назад
некоторые районные редакции публиковали в основном соболезнования и поздравления с юбилеями.
11 газет верстаются в областном центре. Дизайнеры постарались сохранить внешний вид, стиль газет,
но при этом внесли коррективы, придав районкам современный вид. У некоторых изданий заметно увеличился тираж: «Авангард», «Малую Вишеру» читатели
«открыли заново». Хотя в условиях плохой доставки в
дальние деревни сохранить даже имеющийся тираж
нелегко, «Уверские зори», «Маяк» читают практически в каждой семье района (охват населения 20–23%).
Недельный тираж пестовской газеты «Наша жизнь»
(выходит во вторник и пятницу) составляет 8400 экземпляров – близко к сегодняшнему уровню областных газет.
Если в первый год совместной работы даже многие
главные редакторы не владели компьютерами, то сегодня все они читают коллег по ОГАУ на сайте «Районка.
орг», на FTP-сервере, находят свежие новости на ведомственных сайтах, в интернет-изданиях. Несколько газет
оформляют электронную подписку. Уже не редкость
для «Солецкой газеты», «Авангарда», «Уверских зорь» –
читательский отклик на публикацию, присланный по
электронной почте от бывших земляков из других регионов России. Удаленное обслуживание компьютеров,
внутренняя связь в спарке, управляемый почтовый сервер, бесплатная корпоративная мобильная связь, – все
это позволяет сотрудникам районных изданий опера-
Численность населения Боровичского муниципального района — 68 500 человек (http://www.boradmin.ru/dela/dela.shtml); численность
населения Старорусского муниципального района — 46 873 человека (http://www.admrussa.ru/raion).
1
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
43
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
тивно решать проблемы. Еженедельно обсуждаются
текущие вопросы на онлайн-совещаниях.
Объединение районных газет в единую структуру
дало определенные преимущества, которые отмечают
практически все руководители подразделений ОГАУ:
стабильное финансирование, тесное общение друг с
другом (профессиональный рост) и независимость от
районной власти.
К положительным результатам можно отнести и
экономический фактор: увеличилась зарплата журналистов, в некоторых газетах в два раза, активно пишущие журналисты имеют возможность хорошо зарабатывать на гонорарах; и организационный: теперь
сотрудникам районных газет не надо заниматься бухгалтерией (она централизована), не надо думать о бензине, скрепках, лампочках, сделан приличный ремонт
в офисах.
Тем не менее, однозначно судить о результатах проведенной реорганизации сложно, ведь объединились
не только газеты разного профессионального уровня,
но и разного (весьма существенно разного) финансового благосостояния. И раньше, и сегодня пестовская
«Наша жизнь» зарабатывает на рекламе почти на уровне областной газеты, «Окуловский вестник» стабильно
окупает свое содержание. Они, конечно, не выиграли
в деньгах, став подразделением, утратили самостоятельность в расходовании своих средств. Но взвесив
все «за» и «против», руководители этих газет говорят,
что «однозначно ответить на вопрос о желании жить
самостоятельно сегодня пока невозможно», «в самостоятельное плавание уже не выйти, как думается,
большинству районок», «без инвестиций учредителя
газете будет сложно существовать».
И, думается, причина пессимизма – не только и не
столько в форме хозяйственной деятельности. Район-
ные газеты первыми ощутили на себе кризис печатных СМИ. Молодой читатель уходит в интернет, молодой талантливый журналист – на телевидение или
опять-таки в интернет-издания. Едва ли не в половине
газет, входящих в состав ОГАУ «АИК», работают только
пенсионеры и люди предпенсионного возраста. ОГАУ
готово оплачивать обучение на отделении журналистики НовГУ, но желающих заключить контракт не находится.
Среди журналистов кто-то называет ОГАУ модным
словом «холдинг», кто-то уничижительно – «колхозом», хотя ни то, ни другое наименование не отражает
сущности того, что было сделано за прошедшие годы.
Районные издания Новгородской области насчитывают уже 80–100 лет своего существования. Это большой путь, отразивший все перипетии социально-политических перемен в стране, и важный опыт, который
заслуживает изучения, так как, несмотря на кризис печатной периодики, районные издания востребованы, у
них есть перспектива развития.
Литература
1. Методологические основы изучения региональной печати / Под
ред. Я.Н. Засурского. М., 1993.
2. Воронова О.А., Реснянская Л.Л. «Выжить нельзя умереть». Перспективы районной газеты. Где поставить запятую? // Журналистика и медиарынок. 2003. №3. С. 16-20.
3. Касютин В.Л. Газета города и района: технологии успеха: практические рекомендации с 40 приложениями. Краснодар, 2005.
4. Витушкин С. Административно-территориальное деление Новгородской области в 1900–1996 годах. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://russa.narod.ru/russa/002.htm. Дата обращения: 5.09.2013.
5. Соколинский З.С. Выходит в районе газета. Л., 1977.
УДК 82-4; 908
Т.П. Шастина
Горно-Алтайский государственный университет
ГОРНЫЙ АЛТАЙ В ОЧЕРКАХ
СТОЛИЧНЫХ ЖУРНАЛИСТОВ 1920-х ГОДОВ:
опыт репрезентации национальной окраины
В статье реконструируется образ советской Ойротии как
пример литературного воображения национальной окраины
(советского Востока) 1920-х годов. Сопоставляются очерки
М. Шкапской, З. Рихтер, Д. Стонова, изданные в 1930 г. Позиция
столичных журналистов соотносится с локалистской оценкой
их произведений, данной в книге партийного функционера П. Гордиенко «Ойротия» (1931), обвинившего авторов в аполитичности.
Ключевые слова: Ойротия, очерк, географические образы,
национальная политика.
Shastina Tatiana P.
MOUNTAIN ALTAI IN the ESSAYS of METROPOLITAN
JOURNALISTS of the 1920s: Experience in representing the
national margin
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
43
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
тивно решать проблемы. Еженедельно обсуждаются
текущие вопросы на онлайн-совещаниях.
Объединение районных газет в единую структуру
дало определенные преимущества, которые отмечают
практически все руководители подразделений ОГАУ:
стабильное финансирование, тесное общение друг с
другом (профессиональный рост) и независимость от
районной власти.
К положительным результатам можно отнести и
экономический фактор: увеличилась зарплата журналистов, в некоторых газетах в два раза, активно пишущие журналисты имеют возможность хорошо зарабатывать на гонорарах; и организационный: теперь
сотрудникам районных газет не надо заниматься бухгалтерией (она централизована), не надо думать о бензине, скрепках, лампочках, сделан приличный ремонт
в офисах.
Тем не менее, однозначно судить о результатах проведенной реорганизации сложно, ведь объединились
не только газеты разного профессионального уровня,
но и разного (весьма существенно разного) финансового благосостояния. И раньше, и сегодня пестовская
«Наша жизнь» зарабатывает на рекламе почти на уровне областной газеты, «Окуловский вестник» стабильно
окупает свое содержание. Они, конечно, не выиграли
в деньгах, став подразделением, утратили самостоятельность в расходовании своих средств. Но взвесив
все «за» и «против», руководители этих газет говорят,
что «однозначно ответить на вопрос о желании жить
самостоятельно сегодня пока невозможно», «в самостоятельное плавание уже не выйти, как думается,
большинству районок», «без инвестиций учредителя
газете будет сложно существовать».
И, думается, причина пессимизма – не только и не
столько в форме хозяйственной деятельности. Район-
ные газеты первыми ощутили на себе кризис печатных СМИ. Молодой читатель уходит в интернет, молодой талантливый журналист – на телевидение или
опять-таки в интернет-издания. Едва ли не в половине
газет, входящих в состав ОГАУ «АИК», работают только
пенсионеры и люди предпенсионного возраста. ОГАУ
готово оплачивать обучение на отделении журналистики НовГУ, но желающих заключить контракт не находится.
Среди журналистов кто-то называет ОГАУ модным
словом «холдинг», кто-то уничижительно – «колхозом», хотя ни то, ни другое наименование не отражает
сущности того, что было сделано за прошедшие годы.
Районные издания Новгородской области насчитывают уже 80–100 лет своего существования. Это большой путь, отразивший все перипетии социально-политических перемен в стране, и важный опыт, который
заслуживает изучения, так как, несмотря на кризис печатной периодики, районные издания востребованы, у
них есть перспектива развития.
Литература
1. Методологические основы изучения региональной печати / Под
ред. Я.Н. Засурского. М., 1993.
2. Воронова О.А., Реснянская Л.Л. «Выжить нельзя умереть». Перспективы районной газеты. Где поставить запятую? // Журналистика и медиарынок. 2003. №3. С. 16-20.
3. Касютин В.Л. Газета города и района: технологии успеха: практические рекомендации с 40 приложениями. Краснодар, 2005.
4. Витушкин С. Административно-территориальное деление Новгородской области в 1900–1996 годах. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://russa.narod.ru/russa/002.htm. Дата обращения: 5.09.2013.
5. Соколинский З.С. Выходит в районе газета. Л., 1977.
УДК 82-4; 908
Т.П. Шастина
Горно-Алтайский государственный университет
ГОРНЫЙ АЛТАЙ В ОЧЕРКАХ
СТОЛИЧНЫХ ЖУРНАЛИСТОВ 1920-х ГОДОВ:
опыт репрезентации национальной окраины
В статье реконструируется образ советской Ойротии как
пример литературного воображения национальной окраины
(советского Востока) 1920-х годов. Сопоставляются очерки
М. Шкапской, З. Рихтер, Д. Стонова, изданные в 1930 г. Позиция
столичных журналистов соотносится с локалистской оценкой
их произведений, данной в книге партийного функционера П. Гордиенко «Ойротия» (1931), обвинившего авторов в аполитичности.
Ключевые слова: Ойротия, очерк, географические образы,
национальная политика.
Shastina Tatiana P.
MOUNTAIN ALTAI IN the ESSAYS of METROPOLITAN
JOURNALISTS of the 1920s: Experience in representing the
national margin
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
44
The image of Soviet Oiroty is reconstructed in the article as an
example of the literary imagination of the national outskirt (Soviet
East) 1920-th years. Compares the essay of Shkapskoy M., Z. Richter,
D. Stonov published in 1930. The position of capital’s journalists is
correspond with localist evaluation of their works which given in book
«Oirot» (1931) of a party functionary P. Gordienko, who accused the
authors in indifference to politics.
Keywords: Oiroty, the feature article, geographical images,
national policies.
В
первое десятилетие существования СССР
средствами массовой информации интенсивно
формируется образ «советского многонационального государства», идеологически направленный
против комплекса российских имперских мотивов и
сюжетов – «в эпохи скачков старина и новизна демонстрируют взаимную враждебность и настаивают на несовместимости» [1]. Вполне закономерно, что «новая»
Сибирь, инородцы которой после 1922 г. получили те
или иные формы национально-территориальной автономии, привлекает внимание столичных журналистов.
Примером воображения дикой экзотики национальной окраины может служить образ Ойротии (Ойратии) – автономной области, созданной на юге Сибири,
в Горном Алтае. Со времен Г.И. Спасского в журналистике за этим уголком Сибири закрепилось устойчивое представление как о Сибирской Швейцарии [2].
Таковое можно считать базовым для презентации данной территории в векторе «центр – окраина». В идеологическом векторе рассматриваемой эпохи для этой
территории важны два определителя: национальная
политика («в 20-е годы эта политика поддерживала этнофилию» [3. С. 426]) и коренизация (ойротизация).
Объектом нашего рассмотрения стали вышедшие
в 1930 г. очерки журналистов Зинаиды Рихтер «В стране голубых озер (очерки Алтая)» [4], Дмитрия Стонова
«Повести об Алтае» [5] и Марии Шкапской «Сама по
себе» [6]. Поводом для их группировки послужили негативные оценки Петра Гордиенко, ойротского партийного секретаря, автора книги «Ойротия» [7]. Гордиенко
обвинил целый ряд исследователей, писателей (и в том
числе названных журналистов), опубликовавших свои
труды о Горном Алтае в период с 1922 по 1930 г., в аполитичности, в великодержавном шовинизме, в поверхностности взглядов. Порицая предшествующую научную алтаиану за «цинично-презрительное отношение» к изучению истории национальных меньшинств
[7. С. 10], утверждал приоритетность собственного открытия «неизведанного края». Борясь с великодержавным шовинизмом, он, не стесняясь в выражениях, описывает старое отношение русских к ойротам (используется именно этот этноним): «Татаришки», – шипел
надменный сифилитик, пропойца, великодержавный
мироед, пиявкой присосавшийся к телу побежденной
нации. «Инородцы!» – хрипел свиноподобный, тупой
и бездарный чинуша. «Нехристи!» – ехидно хихикая,
вторил «наместник бога», русский поп-миссионер»
[7. С. 16]. Соответственно, новый – советский – взгляд
Журналистский ежегодник
должен был содержать некие диаметрально противоположные понятия (ойроты – равные среди равных –
атеисты).
Из трех названных нами журналистов первой в Горном Алтае побывала Мария Михайловна Шкапская
(1891–1952), ее очерк датирован июлем 1926 г. К тому времени в журналистике она была еще практически новичком – только в 1925 г. известная поэтесса перешла на эту
стезю и стала вести в ленинградской «Красной Нови»
отдел «По Советскому Союзу», сотрудничала в «Правде» [8]. Свою задачу Шкапская формулирует так: увидев
страну «деятельной и трудолюбивой, в ее героических
буднях – такою и показать ее другим» [6. С. 5]. В предисловии к книге акцентирована мысль об эпохальности
происходящего, об уплотнении времени, описанное –
это уже «вчера», это уже фон, на котором отчетливо выступают «контуры сегодняшнего». Журналистка предвидит обвинения в промахах и преувеличениях, она
знает, что «прикоснуться к горячему лбу современности
и остаться холодным, сохраняя способность правильных оценок, – задача затруднительная» [6. С. 6]. В конце
предисловия указано, что журналистские записи были
систематизированы и откорректированы с помощью
К.И. Чуковского. В.А. Десницкого, А.Г. Горнфельда.
По Горному Алтаю Шкапская проделала довольно
короткий путь (от Бийска на Улалу – Туньжу – Чемал)
в сопровождении колоритных спутников: ямщика Михайлы (человека «фордовского типа», что в контексте
равносильно алтайскому кулаку) и грамотного проводника – алтайца Кумандина. В описание пути от Бийска (ближайшей железнодорожной станции) до Улалы,
столицы автономии, вместилось несколько топонимических легенд (вполне традиционный набор для описания Горного Алтая, нашедший отражение в наиболее
полном дореволюционном описании Горного Алтая
[9. С. 193–224, 253–272]). Из малоизвестных (и по сей
день) фольклорных сюжетов, приведенных в очерке,
можно назвать объяснение алтайского названия цветка купальницы (по-сибирски огонька): «кричащими
пламенными пятнами – красавица солнечная сноха,
которую, по старым преданиям, преследует своей неотступной незаконной любовью старый снохач – солнце» [6. С. 278] и исторические предания о Бюдюке и
Эрюлдее, которые современные фольклористы публикуют лишь в записях 1985 г. [10. С. 360–367].
К общим для горно-алтайского травелога местам в
описании Шкапской относятся выражения типа «край
непуганых птиц», «край, где золото буквально топчут
ногами» [6. С. 271]; к областнической традиции – сочувственное отношение к «туземцам», обреченным на вымирание (о гиперболичности последнего утверждения
писал историк Г.П. Самаев [11. С. 177]). В соответствии с
формулой «угнетенные нации» она заключает: «Не было
такого издевательства и надругательства, которые не
применялись бы по отношению к алтайцам как русскими
властями, так и особенно русскими купцами» [6. С. 272].
Этнофилия доводится Шкапской до идиллии: «Ойраты – народ кочевой, номады, – скитаются со своими
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
бесчисленными косяками по немерянным, так называемым альпийским лугам Алтая» [6. С. 274]. Они занимаются собирательством, кедровым промыслом,
сплавом леса в своем «благодатном», «райском краю»,
и ждет этот край своего часа, чтобы расцвести (разумеется, в братской семье советских народов). В принципе,
в Ойротии кочуют все: «кооператоры за пайщиками,
скотопромышленники за скотом, книгоноши за читателями ..., музыканты за мелодиями старинных песен, художники за алтайскими пейзажами и типами …, новые
Кириллы и Мефодии – за учениками» [6. С. 273].
Темноте и беспросветности старой жизни противопоставляется свет знаний. Столичной журналистке интересно, что специфическими носителями такого света
в Горном Алтае стали сложившие сан люди «духовного звания», оказавшиеся в «первых рядах революционных и общественных работников» [6. С. 276]. Она
поясняет: столица Ойротии – деревня Улала была до
революции миссионерским станом. В описании столицы, «маленькой деревеньки», на первом месте «грязь
непроходимая», затем электростанция, телефон, молчащий радиоприемник, квартирный вопрос. Столица – средоточие новой жизни. Соответственно, старая
жизнь притаилась где-то в глубинке. И вот в сопровождении выпускника миссионерской школы Шкапская
едет верхом в деревню Туньжу, к местному шаману.
Собственно национальную специфику журналистка
показывает через небольшой набор этнографических
описаний. К этнографии добавляются реалии: 85% коренного населения больны сифилисом, 100% страдают
от трахомы.
Природной роскоши Горного Алтая, описанной в
духе очерков Н.М. Ядринцева («Странник на Золотом
озере»), противопоставлены «великая пустота и безмолвие – словно человек еще не народился в этих
первобытных краях» [6. С. 278]. Здесь, в глубинке, все
другое – «покой древней расы. Покой азиата». Преодолевая брезгливость перед бытовой неопрятностью,
путешественница входит в алтайские жилища-аилы,
пьет из общей чашки молочную водку-араку, ведет
разговоры о жизни и начинает сама агитировать за
советскую власть. Шкапская остается в пределах мотивного комплекса, предписанного жанром «большого
путешествия малых народов» [12. С. 329–343]. Укажем
на мотивы обожествления Ленина, угнетенной женщины Востока, первобытности, светлого пути («великого
кочевья»), реализованные в ее «феерическом путешествии в страну старых преданий» [6. С. 286].
Примером новой, светлой жизни становится в очерке курортное местечко Чемал – «русский Давос»: «Неожиданное, почти сказочное явление: европейский
дом, площадки, расчищенные для тенниса. Верховые
лошади в поводу у проводников, белые кофточки девушек и на балконе – разговор о Сейфуллиной и Бабеле»
[6. С. 287]. Реалия советской национальной окраины в
этом курортном месте – школа-интернат, где заведует
бывший миссионер. Интернатовцы уже видят в мечтах новый Алтай – он оживает на детских рисунках и
45
вышивках, его символика – «лампочка Ильича» и серп
и молот – практически в каждой творческой работе.
На этой оптимистической ноте заканчивается очерк,
идеологически заклейменный Гордиенко. Поскольку
журналистка нигде не говорит о руководящей роли
партии в процессе коренизации ойротов (алтайцев), не
показывает их трудовой героизм, не цитирует постановления и директивы по национальному вопросу, то
ее видение Горного Алтая Гордиенко определяет как
«барско-презрительное» отношение чужака к наблюдаемому быту ойротов» [7. С. 6]. Журналистка же свою
задачу считает решенной – создана реалистическая
картина той почвы, на которой произрастет «светлое
завтра» Ойротии, предполагается, что к моменту публикации книги оно уже произросло.
Книга Зинаиды Владимировны Рихтер (Рихтер-Дуровой, 1890–1967), известной путешественницы-журналистки, названной позднее «бабушкой известинского репортажа», решает задачу привлечения внимания
к этой «диковинно богатой, но мало исследованной
окраине СССР» путем создания целостного представления. Красной нитью проходят через нее мотивы
машины времени и кругосветного путешествия. Можно утверждать, что идея книги была навеяна трудами В.В. Сапожникова, в частности, его утверждением
«быть на Алтае только туристом – слишком роскошно
для туриста и слишком мало для Алтая» [13. С. 1]. Рихтер
выбирает скрытый от глаз туристов Алтай, «географически своеобразную и разнообразную страну» («общее
для всего Алтая – лишь синий, прозрачный, душистый
воздух» [4. С. 6], которую населяют ойроты – алтайские
тюрки, бурханисты, шаманисты, старообрядцы, едет
в его самые отсталые районы. Впечатления о поездке
даны в форме записок корреспондента. Пройдя за пять
месяцев путь длиною почти в 2,5 тыс. км в основном
верхом по бездорожью, от прителецкой черни к высокогорной Чуйской степи, столичная журналистка
собрала массу информации. Совершенно очевидно,
что критиковавший З. Рихтер Гордиенко ее книгу не
читал, иначе не назвал бы ее «бессодержательной и
гастролерской», «нагромождением поверхностных переживаний и наблюдений в короткой поездке по Алтаю» [7. С. 6]. Скорее всего, негативная реакция была
предопределена довольно серьезными указаниями на
промахи и упущения советских руководителей.
Содержание «Страны голубых озер» составляет
весьма солидный свод исторических, этнографических и географических знаний о Горном Алтае. Исходный тезис о разнообразии Горного Алтая развернут
подробными очерками, посвященными Улаганскому,
Кош-Агачскому, Усть-Коксинскому районам (аймакам).
Каждый ойротский аймак – это целая страна со своими
нравами и обычаями, со своими знаковыми фигурами
и событиями. Нравы местных жителей даны в собирательных портретах: проводник, лодочник, плотогон,
агитатор, золотоискатель, кам (шаман) и – поразительно для того времени! – вовсе не угнетенная женщина
Востока. Для характеристики современного алтайца
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
46
как этносоциального типа избран проводник Амыр-Сана. Его восточность подчеркивается фактом многоженства (что вовсе не характерно для алтайцев). Он, как и
Михайла в очерке Шкапской, коммуникабелен, развит,
колоритен, везде бывал и все на Алтае знает – этакая
смесь из героев Фенимора Купера и Джека Лондона. В
уста Амыр-Саны журналистка вкладывает рассказ об
алтайском пантеоне, об устройстве алтайской вселенной. Тип старовера создан в образе столетнего кержака Матвея Огнева. Этнографически колоритна фигура
кама (шамана), но образ иронически снижен деталями
описания его повседневного летнего занятия – выгонки молочной самогонки-арачки (коровий помет, использующийся для придания герметичности примитивному аппарату).
Профессиональный взгляд журналистки выхватывает из потока повседневной жизни Ойротии идеологически значимые факты и явления, позволяющие увидеть
пусть слабые и кривые, но настойчиво пробивающиеся ростки новой жизни (они фиксируются 30 фотоснимками). Если в эмоционально-поэтическом очерке
М. Шкапской Горный Алтай – это безмятежный покой
древней расы на фоне природного рая, расы, позволяющей вести себя в новую жизнь, то в эпохально-историческом очерке З. Рихтер – искрящее столкновение
старого и нового под бдительным оком ГПУ, где местные
еще не пригодны к работе в современных условиях, а
приезжие не знают местного языка, чтобы такую работу
вести; где сохранились скиты раскольников и бесчинствуют лихие контрабандисты на монгольской границе,
где самоотверженные агитаторы и шаманы борются за
души немногочисленного населения; где бродят стада
экзотических яков-сарлыков и караваны верблюдов, а
многочисленные научные и киноэкспедиции вкупе со
столичными журналистами активно все это изучают.
Женскому журналистскому взгляду на Ойротию противостоит взгляд Дмитрия Стонова (Дмитрия Влодавского, 1892–1962), с 1925 г. корреспондента «Известий»,
сотрудника «Гудка» и «Труда». Его очерки репрезентируют территорию и ее коренное население с позиции
столичного наблюдателя (и даже подглядывателя), европейца, живущего в другом (московском) времени. В
книге фиксируется момент въезда в Ойротию (по мысли
Стонова, это уже не Сибирь) как отрыв от всего европейского, символически завуалированный всепроникающей пылью («Трактат о пыли»), и момент выезда, но уже
в другую сторону, в Казахстан – яркий, отчетливый горный пейзаж понятого автором Горного Алтая («Прощание с Алтаем»). Основной корпус очерков не привязывается к маршруту движения журналиста по автономии
(специфике собственно передвижения по горной местности посвящен очерк «Сидя на коне, я срываю пионы»),
а подчиняется задаче показа стратегических направлений реализации национальной политики: переход на
оседлость ойротов-кочевников, борьба с темнотой и пережитками (шаманизм, бурханизм, старообрядчество),
ойротизация, борьба с пьянством и болезнями. Мысль
о том, что успех в этой работе может обеспечить только
Журналистский ежегодник
комплексный подход, высказывает бродячий ликвидатор безграмотности («Трое»). В «Повестях об Алтае» более отчетливо, чем в книгах Шкапской и Рихтер, видна
идеологическая составляющая, определяющая систему
оценок: новое – хорошо, старое однозначно плохо, оно
должно быть «уничтожено, растоптано, выжжено, обречено на слом» [5. С. 33]. Стонов всеми силами старается
отмежеваться от внедренных в прессу «подхалимами,
лакировщиками, холуями» жанровых схем (где «по статейному пути расставлены барабанщики, фанфаристы,
чудо-богатыри и чудо-герои» [5. С. 95]), от образов, «сделанных из жести и аляповато выкрашенных в кумачовый цвет» [5. С. 97].
Основное внимание журналиста сосредоточено на
ойротизации, т.е. на тех усилиях центра и его представителей на местах, которые должны сделать советскую
власть «своей», «родной» для коренного населения Алтая – «классической страны неграмотности» [5. С. 22].
Используя риторику культурной отсталости, Стонов
описывает «быт, которого не должно быть» народа, который «столетиями находился в бесправии и неволе»,
«забытого народа», «суровую и неприветливую жизнь
алтайца», не преминув уточнить, что внешне алтаец
отличается от европейца монголоидностью. Традиционно для советской восточной тематики примером старой «бесчеловечной» жизни служит женщина (Кондеева Бобош), взрослой девушкой отданная замуж за пятилетнего ребенка. Описание ее аила, одежды и быта
этнографично. Соответственно, угнетенной женщине противопоставляется женщина раскрепощенная,
например, комсомолки или «ялагатки» – делегатки,
«представительницы женских масс, борцы за женское
равноправие, за культуру, за грамоту»; «они нисколько
не отличаются от студенток-восточниц, которых можно
встретить на улицах Москвы» [5. С. 39]. Трогательный
пример – девушка-алтайка, каждое утро пробегающая
по всем аилам молодой коммуны «Ленин-маатыр» (Ленин-богатырь), чтобы проверить, умывались ли их обитатели («В коммуне – остановка»).
Стонов досконально старался изучить особенности
местных промыслов: охота («Триста шестьдесят тысяч
хвостов»), сбор кедровых орехов («За орешками») и такого экзотического занятия, как выращивание маралов («День в маральнике»), снабжая очерки о таковых
множеством подробностей и тонких наблюдений (чего
стоит, например, описание срезки пантов маралов). Он
решается и на натуралистическое описание камлания
с жертвоприношением коня, бесстрастно описывая
процесс распятия живой лошади, ее удушения, а затем
поедания жертвенного мяса («Боги, божества, духи, посредники»).
Продемонстрировав знание древней и новейшей
истории Горного Алтая – Ойротии, внимание ко всем
проявлениям национальной жизни алтайцев, понимание идеологических задач современности, Стонов
все же подвергся критике П. Гордиенко. Старый большевик выдернул из контекста очерка «Алтайская школа – врасплох» одно рассуждение – о пагубности для
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
47
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
здоровья резкого перехода детей из аилов в условия
школьных интернатов – и обрушился на «галопом проскакавшего в горах Алтая» Стонова с обвинениями в
«грубейших, недопустимых утверждениях» [7. С. 6].
Показателен для литературного быта той поры
другой отзыв на книгу Стонова [14. С. 147–148]. Рецензент общий уровень очерковой литературы оценивает
довольно низко, считая, что писатели зачастую спекулируют на актуальности жанра, дают недоброкачественную продукцию «с минимальным привлечением
материала», приспосабливают материал к определенным литературным традициям, соответственно «деформируя» его, это снижает «политическую действительность очерков, организующую читателя в нужном
направлении». Рамм считает, что легче всего такой
«порче» поддается очерк, когда писатель орудует с
«необычным» материалом. Книга Стонова «Повести
об Алтае» используется для иллюстрации последнего
утверждения. Не отказывая писателю в добросовестном изучении материала и довольно высоком эстетическом уровне созданного им текста, критик ставит ему
в вину «лирический тон» повествования, неизбежно
снижающий политическую значимость материала. Рецензент противоречит самому себе, говоря в заключение, что книга добросовестно сработана, что она будет
полезна читателю своими сведениями об Алтае, «столь
скудно освещенном в нашей литературе».
Последнее утверждение можно считать общим местом всех книг о Горном Алтае 1920-х годов. Рассмотренные нами очерки, вышедшие только в течение одного
1930 г., позволяют констатировать противоположное:
никакая другая национально-административная единица Сибири, никакой другой ее коренной и малочисленный народ не были в течение 8 лет существования СССР
освещены столь полно. Ойротия предстает в литературе
и СМИ своеобразным экспериментальным полигоном
для изучения и описания советской восточной национальной окраины, идущей в светлое будущее.
Литература
1. Панченко А.М. О топике культуры // Панченко А.М. Русская история и культура. Работы разных лет. СПБ., 1999. С. 231–244.
2. Шастина Т.П. Алтайские горы в описании путешествий Г.И. Спасского («Сибирский Вестник») // Мир науки, культуры, образования. 2011. № 6. С. 20–24.
3. Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и
национализм в СССР, 1923–1939 / Пер. с англ. М., 2011.
4. Рихтер З. В стране голубых озер (очерки Алтая). М., 1930. 157 с.
5. Стонов Д. Повести об Алтае. М., 1930. 297 с.
6. Шкапская М. В плетеном коробке // Шкапская М.В. Сама по себе.
Л., 1930. С. 267–288.
7. Гордиенко П.Я. Ойротия. Новосибирск, 1931. 144с.
8. Грякалова Н.Ю. Шкапская М.М. // Русская литература ХХ века:
Прозаики, поэты, драматурги / Под ред. Н.Н. Скатова. Т. 3. М.,
2005. С. 728–729.
9. Живописная Россия. Отечество наше в его земельном, историческом, племенном, экономическом и бытовом значении / Под
общей ред. П.П. Семенова. Т. XI: Западная Сибирь. СПб., 1884.
10. Несказочная проза алтайцев / Сост. Н.Р. Ойноткинова, И.Б. Шинжин, К.В. Яданова, Е.Е. Ямаева. Новосибирск, 2011. (Памятники
фольклора народов Сибири и Дальнего Востока; Т.30).
11. Самаев Г.П. Горный Алтай в XVII – середине XIX в.: проблемы политической истории и присоединения к России. Горно-Алтайск,
1991.
12. Слезкин Ю.Л. Арктические зеркала. М., 2008.
13. Сапожников В.В. Пути по русскому Алтаю. Томск, 1912.
14. Рамм Е. Дмитрий Стонов. Повести об Алтае // Красная Новь.
1930. № 11. С. 147–148.
УДК 070:93/94
Ю.А. Ястремская
Шадринский государственный педагогический институт
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ ПРОВИНЦИАЛЬНОЙ
ЖУРНАЛИСТИКИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА
(на примере газеты «Трудовая правда», г. Шадринск)
В статье рассматривается предпринятая редактором
уездной газеты в начале ХХ века попытка формулирования
профессиональной ориентации внештатных корреспондентов провинциальных газет. Как показывает анализ, основные
принципы работы деревенских корреспондентов, оформленные столетие назад, актуальны и сегодня.
Ключевые слова: профессиональные ценности, провинциальная журналистика, деревенский корреспондент.
Yastremskaya Yulia A.
PROFESSIONAL VALUES OF THE PROVINCIAL
JOURNALISM BEGINNING OF THE XX CENTURY (on
the example of the newspaper «Trudovaya Pravda»,
Shadrinsk)
In the article the editor of the county newspaper undertaken
in the early twentieth century attempt to formulate professional
guidance freelance journalists provincial newspapers. The analysis
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
47
Раздел II. Российская журналистика: опыт прошлого
здоровья резкого перехода детей из аилов в условия
школьных интернатов – и обрушился на «галопом проскакавшего в горах Алтая» Стонова с обвинениями в
«грубейших, недопустимых утверждениях» [7. С. 6].
Показателен для литературного быта той поры
другой отзыв на книгу Стонова [14. С. 147–148]. Рецензент общий уровень очерковой литературы оценивает
довольно низко, считая, что писатели зачастую спекулируют на актуальности жанра, дают недоброкачественную продукцию «с минимальным привлечением
материала», приспосабливают материал к определенным литературным традициям, соответственно «деформируя» его, это снижает «политическую действительность очерков, организующую читателя в нужном
направлении». Рамм считает, что легче всего такой
«порче» поддается очерк, когда писатель орудует с
«необычным» материалом. Книга Стонова «Повести
об Алтае» используется для иллюстрации последнего
утверждения. Не отказывая писателю в добросовестном изучении материала и довольно высоком эстетическом уровне созданного им текста, критик ставит ему
в вину «лирический тон» повествования, неизбежно
снижающий политическую значимость материала. Рецензент противоречит самому себе, говоря в заключение, что книга добросовестно сработана, что она будет
полезна читателю своими сведениями об Алтае, «столь
скудно освещенном в нашей литературе».
Последнее утверждение можно считать общим местом всех книг о Горном Алтае 1920-х годов. Рассмотренные нами очерки, вышедшие только в течение одного
1930 г., позволяют констатировать противоположное:
никакая другая национально-административная единица Сибири, никакой другой ее коренной и малочисленный народ не были в течение 8 лет существования СССР
освещены столь полно. Ойротия предстает в литературе
и СМИ своеобразным экспериментальным полигоном
для изучения и описания советской восточной национальной окраины, идущей в светлое будущее.
Литература
1. Панченко А.М. О топике культуры // Панченко А.М. Русская история и культура. Работы разных лет. СПБ., 1999. С. 231–244.
2. Шастина Т.П. Алтайские горы в описании путешествий Г.И. Спасского («Сибирский Вестник») // Мир науки, культуры, образования. 2011. № 6. С. 20–24.
3. Мартин Т. Империя «положительной деятельности». Нации и
национализм в СССР, 1923–1939 / Пер. с англ. М., 2011.
4. Рихтер З. В стране голубых озер (очерки Алтая). М., 1930. 157 с.
5. Стонов Д. Повести об Алтае. М., 1930. 297 с.
6. Шкапская М. В плетеном коробке // Шкапская М.В. Сама по себе.
Л., 1930. С. 267–288.
7. Гордиенко П.Я. Ойротия. Новосибирск, 1931. 144с.
8. Грякалова Н.Ю. Шкапская М.М. // Русская литература ХХ века:
Прозаики, поэты, драматурги / Под ред. Н.Н. Скатова. Т. 3. М.,
2005. С. 728–729.
9. Живописная Россия. Отечество наше в его земельном, историческом, племенном, экономическом и бытовом значении / Под
общей ред. П.П. Семенова. Т. XI: Западная Сибирь. СПб., 1884.
10. Несказочная проза алтайцев / Сост. Н.Р. Ойноткинова, И.Б. Шинжин, К.В. Яданова, Е.Е. Ямаева. Новосибирск, 2011. (Памятники
фольклора народов Сибири и Дальнего Востока; Т.30).
11. Самаев Г.П. Горный Алтай в XVII – середине XIX в.: проблемы политической истории и присоединения к России. Горно-Алтайск,
1991.
12. Слезкин Ю.Л. Арктические зеркала. М., 2008.
13. Сапожников В.В. Пути по русскому Алтаю. Томск, 1912.
14. Рамм Е. Дмитрий Стонов. Повести об Алтае // Красная Новь.
1930. № 11. С. 147–148.
УДК 070:93/94
Ю.А. Ястремская
Шадринский государственный педагогический институт
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ ПРОВИНЦИАЛЬНОЙ
ЖУРНАЛИСТИКИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА
(на примере газеты «Трудовая правда», г. Шадринск)
В статье рассматривается предпринятая редактором
уездной газеты в начале ХХ века попытка формулирования
профессиональной ориентации внештатных корреспондентов провинциальных газет. Как показывает анализ, основные
принципы работы деревенских корреспондентов, оформленные столетие назад, актуальны и сегодня.
Ключевые слова: профессиональные ценности, провинциальная журналистика, деревенский корреспондент.
Yastremskaya Yulia A.
PROFESSIONAL VALUES OF THE PROVINCIAL
JOURNALISM BEGINNING OF THE XX CENTURY (on
the example of the newspaper «Trudovaya Pravda»,
Shadrinsk)
In the article the editor of the county newspaper undertaken
in the early twentieth century attempt to formulate professional
guidance freelance journalists provincial newspapers. The analysis
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
48
shows that the basic principles of the village correspondents, designed
a century ago are still relevant today.
Keywords: professional values, provincial journalism, village
correspondent.
П
ериод гражданской войны вносил существенные коррективы в деятельность многих
газет, и журналистика районов, находящихся на
линии фронта, была очень подвижна. Однако после
установления советской власти на территории Пермской губернии, в состав которой входил город Шадринск, провинциальные газеты стали развиваться
постепенно и размеренно, редакции стали обрастать
штатами деревенских и рабочих корреспондентов.
Необходимость в них была очень большая, т.к. редакционный коллектив состоял всего из нескольких человек и они не могли полноценно отражать события
уезда. Поэтому возникла необходимость профессиональной ориентации таких внештатных корреспондентов.
Одним из примеров провинциального послереволюционного издания с отлаженной системой редакционной работы может служить газета «Трудовая правда», которая выходила на территории Шадринского
уезда в период в 1922–1923 гг. Она являлась тематическим и структурным продолжением газеты «Деревенский коммунист» (1920–1921), который, в свою очередь,
основные принципы работы перенял у первой советской уездной газеты «Рабоче-крестьянская правда»
(1919–1920). Главным редактором этого издания являлся Иван Суворов, имевший большой опыт журналистской работы в Шадринском уезде, он сотрудничал с
«Рабоче-крестьянской правдой», был заместителем
редактора «Деревенского коммуниста».
В № 9 (149) «Трудовой правды» от 22 августа 1922 г.
был размещен материал «О чем и как писать деревенскому корреспонденту», в котором главный редактор газеты сформулировал основные тематические
направления работы внештатного корреспондента и
профессиональные ценности людей, которые желают
«писать в газету».
По утверждению редактора, желающих сотрудничать с местной газетой очень много, но большинство
«не знают с чего начать», именно это стало предпосылкой к созданию материала о журналистской ориентации деревенских корреспондентов. Основное внимание автор обращает на проблему «о чем писать» –
«нужно писать обо всем, что кажется интересным и
привлекает внимание». Автор приводит конкретные
примеры тем: «организовалась недалеко от вашего
села сельскохозяйственная артель…», «открылся, скажем вновь… кооператив…», «освещайте различные
проводимые вами кампании…», «во время посева следите за ходом работ», «идет вспашка…», «если в вашей
местности идут лесозаготовительные работы», «как
работает ваш волисполком или сельсовет…», «пишите
о работе коммунистических ячеек».
Журналистский ежегодник
Описывайте все нужды и желания крестьянства,
призывает И. Суворов, надо освещать жизнь деревни
со всех сторон, во всех ее проявлениях. Однако главный редактор делает упор, что сообщать нужно «такие
факты, которые бы были интересны не только для нас,
вашей деревни, но и для других, для всего уезда, для
всей губернии». Кроме того, автор настаивает и неоднократно повторяет: «нужно основываться на строго
проверенных фактах», призывает к осмысленному
аналитическому осознанию выявленных явлений –
«как проходит эта работа, в чем положительная и отрицательная сторона», «какие выгоды дает… почему,
сравните работу с работой другой артели, найдите разницу…».
Большое внимание также уделяется тому «как» писать. И. Суворов призывает экономить газетное пространство, чтобы можно было больше новостей разместить с наименьшими тратами газетной полосы. Особый упор сделан на языке и стиле корреспонденций:
«пишите покороче, проще, сообщайте только факты и
цифры, меньше рассуждений».
Кроме того, редактор рассматривает вопрос редакционного отбора материала, он указывает причины отказа в публикации, но не видит в этом необходимости
прекращать сотрудничество с газетой: «Часть написанного не будет напечатана, то этим не надо смущаться,
так как другая часть будет обязательно напечатана и
принесет пользу».
Те основы журналистской деятельности, воспринимаемые работниками масс-медиа как нормы работы,
формировались многими годами, практически оттачивались и формировали сегодняшний вид прессы.
Немногочисленные правила и пожелания, разработанные ответственным редактором «Трудовой правды»
И. Суворовым в 1922 году, актуальны и сейчас, они обрели подробности, уточнения, появилось огромное количество форм и моделей поведения журналиста при
выполнении профессиональной деятельности. Однако им были сформулированы первостепенные основы
норм журналистской деятельности, на которой базируется и современная шадринская журналистика с 1922
года – достоверность фактов, приоритет малых форм
журналистского текста, максимально простой и понятный язык публикаций, жизнь города со всех сторон
(отсутствие строгой специализации издания), большое
внимание редакционной почте, работе с внештатными
авторами и обращениями аудитории.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
49
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
Раздел III.
Журналистика сегодня: тематика,
проблематика, жанровые процессы
УДК 070.447; 82–95
Р.П. Баканов
Казанский (Приволжский) федеральный университет
РОССИЙСКАЯ МЕДИАКРИТИКА: УЧИТЕЛЯ ЕСТЬ, ШКОЛЫ НЕТ
В настоящей статье освещается проблема востребованности медийной критики среди журналистов. Несмотря на
значительный объем публикаций в федеральных СМИ, содержащих анализ телеконтента, научное и профессиональное
осмысление данного феномена в России находится пока на
низком уровне. У журналистов-практиков существует недоверие к работе критиков, поскольку у них нет четких критериев
анализа медийных текстов, мало объективности в оценках.
Преодолеть некомпетентность журналистов в области
медиакритики нужно с помощью дискуссий о ее качестве на
страницах профессиональных изданий, а также изучая критику как дисциплину на факультетах журналистики.
Ключевые слова: медийная критика, телевидение, журналист, оценка, качество.
Bakanov Roman P.
RUSSIAN MEDIACRITICISM: THE TEACHERS HAVE NO
SCHOOL
In the present article the problem of a weak demand of media
criticism among journalists is covered. Despite the considerable volume
of publications in the federal mass media containing the analysis
of a telecontent, the scientific and professional discussions of this
phenomenon is in Russia while at a low level. Experts journalists have
a mistrust to work of critics as they have no accurate criteria of the
analysis of media texts, it isn’t enough objectivity in estimates. It
is necessary to overcome incompetence of journalists in the field of
media criticism by means of discussions about its quality on pages of
professional editions, and studying criticism as discipline at journalism
faculties.
Keywords: The media criticism, television, journalist, estimate,
quality.
«Р
оссийская газета», «Новая газета», «Литературная газета», «Московский комсомолец»… На страницах этих и некоторых других федеральных изданий еженедельно публикуются
авторские колонки, в которых анализируется «телерепертуар» прошедшей недели. Только за 2012 год на
страницах девяти общероссийских газет мы выявили
более шестисот выступлений о телевидении с разны-
ми оценками. Но несмотря на богатый для иследования материал, медийная критика в нашей стране развивается очень медленно.
Медиакритика или журналистская критика СМИ –
относительно новое для российских медиа направление, появившееся в ведущих печатных изданиях страны на рубеже 80–90-х годов прошлого столетия. Под
медиакритикой исследователи массовой коммуникации понимают область журналистики, призванную
помочь обществу в познании новых реалий и тенденций в деятельности СМИ. Она является одновременно
и способом самопознания современной печатной и
электронной прессы, и общественным зеркалом.
Критика СМИ – направление разноплановое. Ученые выделяют научно-экспертную, профессиональную, массовую и гражданскую критику масс-медиа.
В то же время ее можно классифицировать и по видам СМИ: телекритика, критика печатных изданий,
радиокритика и интернет-критика. Проводимый нами
контент-анализ публикаций в федеральной прессе, содержащих аналитический взгляд на деятельность медиа, свидетельствует, что современная журналистская
критика представлена лишь критикой телевизионной.
Иногда в «Литературной газете» можно прочесть реплики, оценивающие качество радиопередач разговорного формата.
Преобладание телекритики над другими направлениями этого рода деятельности объясняется просто:
сейчас ТВ для людей – больше, чем обычное средство
получения информации. Это еще и способ проведения
свободного времени, и бесплатные развлечения.
Телекритика как направление впервые проявилась
еще в прессе советского времени. В октябрьском номере журнала «Новый мир» за 1960 год театральный
критик Владимир Саппак опубликовал статью «Телевидение, 1960: Из первых наблюдений». 26-страничный
материал через два года стал частью его книги «Телевидение и мы: Четыре беседы».
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
50
20 сентября 2010 года отечественной телевизионной
критике исполнилось пятьдесят лет. Именно в тот день 53
года назад редактором журнала «Новый мир» А.Т. Твардовским был подписан в печать номер со статьей В. Саппака. Пять десятков лет – значительный период. За это
время телекритика и развивалась, и после слов председателя Гостелерадио СССР С.Г. Лапина «Критиковать телевидение все равно что критиковать советскую власть»
около 25 лет была под негласным запретом.
Поэтому разговор об актуальных проблемах современной медиакритики хотелось бы начать с ситуации
ее научного осмысления в России. Преподаватели факультетов и отделений журналистики обратили внимание на данное направление всего лет десять назад.
Однако на сегодняшний день исследования в данной
области можно пересчитать по пальцам. Сейчас очень
нужен сборник лучших публикаций отечественных телекритиков. Образовательная функция книги очевидна: она может использоваться как дополнительная литература не только при изучении дисциплин по тележурналистике, но и по теории художественно-публицистических жанров, а также при изучении специфики
критики как вида творческой деятельности.
Следующую проблему современной российской
медийной критики можно сформулировать так: отсутствие комплексности в данном творческом направлении. Сейчас медиакритика представлена в печатных
изданиях главным образом критикой телевизионной.
В 2006–2007 годах в «Литературной газете» примерно
один раз в полгода выходила рубрика «Радиорубка», в
которой анализировался контент современных радиостанций, но в за последние три года такие материалы
можно было пересчитать по пальцам. Если обратиться
к публикациям, в которых речь идет о телевидении, то
можно увидеть, что уровень российской телекритики,
увы, пока невысок.
В то же время опытные телекритики, такие как
Ю. Богомолов («Российская газета»), А. Вартанов («Журналист»), О. Пухнавцев, А. Кондрашов (оба – «Литературная газета»), И. Петровская («Новая газета»), С. Тарощина («Газета.ru», «Новая газета»), А. Мельман («Московский комсомолец») и некоторые другие работают
на совесть, последовательно отстаивая конституционное право каждого гражданина на получение полной и
объективной информации. Но телекритика как таковая
сейчас представлена только в качественных изданиях,
в массовых же она, увы, все чаще подменяется стебом,
пересказом сюжетов передач, поиском «ляпов» в сериалах и кинофильмах. Редкий автор пытается не только всесторонне проанализировать передачу, выявить
современные тенденции телевещания, но и подумать
над способами преодоления имеющихся проблем. Для
этого необходим полученный в результате длительных
наблюдений серьезный багаж знаний, а также аналитический склад ума. Не забудем и о формате издания,
под который надо подстраиваться. Видимо, далеко не
все редакторы готовы публиковать объемные тексты
из-за опасения: будут ли их читать? То есть медиакри-
Журналистский ежегодник
тике место только в профессинальных журналах и научных изданиях?
Насколько качественна российская телекритика? На
наш взгляд, сейчас она, как и в начале 1990-х годов, все
еще находится на стадии своего становления. До сих
пор даже в профессиональном сообществе не прояснен
ее статус. Телекритик – кто он? С какой целью анализирует передачи и выставляет оценки ее авторам? Какие
характеристики у его целевой аудитории, да и есть ли
она? Можно ли считаться с мнением критика, если большинство его впечатлений от медийных текстов субъективны? И вообще: может, оставить критику, а вместо этого создать какой-нибудь развлекающий людей медиапроект? Время от времени телевизионщики публично
отвечают обозревателям, упрекая их в бесталанности,
назидательности, выполнении заказа конкурентов, отсутствии общих параметров исследования.
С последним укором нельзя не согласиться. Российская ТВ-критика пока не установила для себя четких критериев анализа, по которым следует работать.
Отсюда – плюрализм мнений в публикациях. В 1990-х
годах анализировать ТВ стало модно: почти в каждой
федеральной газете было много критических отзывов
о передачах, лицах телеканалов, генеральных директорах телекомпаний. Наряду с вдумчивыми исследованиями, на газетных полосах присутствовали и выступления, основанные только на эмоциях, желании еще
раз пересказать конкретные скандальные сцены из передач (допустим, как в программе ОРТ «Один на один»
В. Жириновский плеснул соком в лицо Б. Немцову),
а также просто публично выразить свое недовольство
определенной передачей. Эти тенденции в телевизионную критику привнесли молодые авторы, которые
старались привлечь внимание к своим текстам не логикой и убедительностью аргументов, не выявлением
хорошего и отрицательного в телеэфире того времени,
а эпатированием аудитории, эмоциями, назиданиями
в сторону работников телевидения, а также принципом «мне не понравилось и все».
Такое отношение телеаналитика к своей работе я называю «желтой» медиакритикой. Получив распространение в федеральных масс-медиа во второй половине
1990-х – начале 2000-х годов, она оказывает влияние
не только на качество телекритики, но и на отношение
журналистского сообщества к этому виду деятельности.
Это отношение неоднозначное. Как правило, практики
не принимают критику в свой адрес, а иногда болезненно реагируют на нее, в своих выступлениях публично
«давая сдачи», как они считают, неудачникам от журналистики, поскольку, по их мнению, критики могут только ругать, но не создавать свои проекты.
Полагаем, что ценность медиакритики заключается
в том, чтобы объяснять аудитории смыслы, которые заложены в телевизионные передачи. Теперь и в нашей
стране (правда, пока еще в академических кругах) медийная критика рассматривается как составная часть
медийного образования населения, то есть обучения
посредством СМИ. При этом одну из важных ролей
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
51
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
играет формирование у людей культуры общения с
медиа, выявление манипулятивных приемов, используемых журналистами не только для воздействия на
сознание человека, но и для формирования определенного (часто нужного власти) общественного мнения. Значит, одной из задач медиакритики является
исследование редакционной политики масс-медиа.
Для того чтобы писать о сложных проблемах, характерных для современной журналистики, необходимо
разбираться в них на уровне эксперта. В российской
телекритике есть такие авторы, и некоторые их имена
назывались выше. Но вот молодые авторы журналистскую критику как жанр игнорируют. Да, в «Комсомолке»
есть рубрика «Зацепило!», в которую пишут П. Садков,
А. Гусятинский, Я. Коробатов. Их выступления основаны,
прежде всего, на эмоциях и пересказе сюжетов передач. Иногда складывается впечатление, что эти авторы
берутся за обсуждение передачи, чтобы повысить к ней
внимание аудитории – освещаются уж слишком узкие
темы. Анализ передач не отличается глубиной: критики
не утруждают себя выявлением смыслов, содержащихся в программах, а также очень редко видят за конкретным медиапродуктом определенную тенденцию развития телевизионного эфира. Возможно, этого не позволяет сделать маленький объем рубрики «Зацепило!», да и
формат «КП», что называется, не «грузящий».
Далеко не все в порядке у телекритиков и с доказательствами своих точек зрения. В большей степени
этот тезис касается авторов «Комсомольской правды»,
«Независимой газеты» и отчасти «Литературной газеты». Например, в составленной по репликам телезрителей рубрике «А вы смотрели?» «ЛГ» основанная
на эмоциях бездоказательность утверждений часто
замещает аргументы. Возможно, это происходит из-за
того, что свои мнения люди составляют сразу после
просмотра передач, у них нет времени на взвешивание
всех «за» и «против». На наш взгляд, не стоит путать
газетную полосу с веткой сетевых форумов. Эмоции и
стеб можно оставлять там, благо, ресурсы, на которых
можно высказаться по поводу того или иного медиапроекта, существуют. Должна же быть в критике объективность! Надо не только ругать авторов передач и
иронизировать над их контентом, но искать положительные стороны в любом телепроекте.
Телекритика – редчайшее явление в региональной
прессе. Нам известны несколько примеров постоянных
и, к сожалению, кратковременных рубрик, в которых
анализировался «телерепертуар» местного ТВ Татарстана, Пензенской, Липецкой и Архангельской областей.
Возможно, есть где-то еще в регионах. Телекритика эпизодична в общем информационном пространстве современных изданий. Она не всем выгодна. Скажем, широкой
телеаудитории необходимо знать используемые телевизионщиками приемы манипулирования, чтобы не стать
жертвой информационных обманов. В свою очередь, работающие на ТВ пропагандисты будут постоянно препятствовать медиакритикам и искать новые формы и приемы воздействия на человеческое сознание.
Телекритик И. Петровская в 2003 году писала, что
«института медиакритики в России не существует».
Спустя десять лет после ее публикации скажем, что ситуация не изменилась. Выступлений критиков не стало
меньше, но у них нет единого представления о своей работе. Опытные обозреватели задают направление в изучении ТВ-контента, но пишущие для массовых изданий
авторы, руководствуясь понятием «формат», не спешат
«грузить» читателей аналитикой. Несмотря на огромное
число материалов о ТВ, ни научной, ни творческой школ
медиакритики в России пока не создано. Новых авторов
здесь практически нет. На наш взгляд, потому, что далеко не все журналисты знают о цели и задачах медиакритики. И первое, что нужно сделать для преодоления некомпетентности, – как можно чаще говорить о проблемах критики СМИ хотя бы в отраслевых изданиях.
УДК 82–92
А.С. Жиляков
Томский государственный университет
ПЕРСПЕКТИВЫ И РЕСУРСЫ ЖАНРА ИНТЕРВЬЮ
В МУЗЫКАЛЬНОЙ ЖУРНАЛИСТИКЕ САМИЗДАТА
В статье рассматриваются перспективы и ресурсы жанра интервью в музыкальной журналистике на примере регионального самиздат-журнала «Томск Recorder». Композиционное
решение, использование художественной метафоры, эмоциональный ландшафт, многослойная конструкция повествования позволяют рассматривать интервью с точки зрения
законов развития большого публицистического произведения.
Ключевые слова: интервью, музыкальная журналистика,
публицистика.
Zhilyakov Artem S.
THE PERSPECTIVES AND RESOURCES OF GENRE
INTERVIEW IN MUSIC JOURNALISM OF THE SAMIZDAT
In article examines the prospects and resources of the genre in
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
51
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
играет формирование у людей культуры общения с
медиа, выявление манипулятивных приемов, используемых журналистами не только для воздействия на
сознание человека, но и для формирования определенного (часто нужного власти) общественного мнения. Значит, одной из задач медиакритики является
исследование редакционной политики масс-медиа.
Для того чтобы писать о сложных проблемах, характерных для современной журналистики, необходимо
разбираться в них на уровне эксперта. В российской
телекритике есть такие авторы, и некоторые их имена
назывались выше. Но вот молодые авторы журналистскую критику как жанр игнорируют. Да, в «Комсомолке»
есть рубрика «Зацепило!», в которую пишут П. Садков,
А. Гусятинский, Я. Коробатов. Их выступления основаны,
прежде всего, на эмоциях и пересказе сюжетов передач. Иногда складывается впечатление, что эти авторы
берутся за обсуждение передачи, чтобы повысить к ней
внимание аудитории – освещаются уж слишком узкие
темы. Анализ передач не отличается глубиной: критики
не утруждают себя выявлением смыслов, содержащихся в программах, а также очень редко видят за конкретным медиапродуктом определенную тенденцию развития телевизионного эфира. Возможно, этого не позволяет сделать маленький объем рубрики «Зацепило!», да и
формат «КП», что называется, не «грузящий».
Далеко не все в порядке у телекритиков и с доказательствами своих точек зрения. В большей степени
этот тезис касается авторов «Комсомольской правды»,
«Независимой газеты» и отчасти «Литературной газеты». Например, в составленной по репликам телезрителей рубрике «А вы смотрели?» «ЛГ» основанная
на эмоциях бездоказательность утверждений часто
замещает аргументы. Возможно, это происходит из-за
того, что свои мнения люди составляют сразу после
просмотра передач, у них нет времени на взвешивание
всех «за» и «против». На наш взгляд, не стоит путать
газетную полосу с веткой сетевых форумов. Эмоции и
стеб можно оставлять там, благо, ресурсы, на которых
можно высказаться по поводу того или иного медиапроекта, существуют. Должна же быть в критике объективность! Надо не только ругать авторов передач и
иронизировать над их контентом, но искать положительные стороны в любом телепроекте.
Телекритика – редчайшее явление в региональной
прессе. Нам известны несколько примеров постоянных
и, к сожалению, кратковременных рубрик, в которых
анализировался «телерепертуар» местного ТВ Татарстана, Пензенской, Липецкой и Архангельской областей.
Возможно, есть где-то еще в регионах. Телекритика эпизодична в общем информационном пространстве современных изданий. Она не всем выгодна. Скажем, широкой
телеаудитории необходимо знать используемые телевизионщиками приемы манипулирования, чтобы не стать
жертвой информационных обманов. В свою очередь, работающие на ТВ пропагандисты будут постоянно препятствовать медиакритикам и искать новые формы и приемы воздействия на человеческое сознание.
Телекритик И. Петровская в 2003 году писала, что
«института медиакритики в России не существует».
Спустя десять лет после ее публикации скажем, что ситуация не изменилась. Выступлений критиков не стало
меньше, но у них нет единого представления о своей работе. Опытные обозреватели задают направление в изучении ТВ-контента, но пишущие для массовых изданий
авторы, руководствуясь понятием «формат», не спешат
«грузить» читателей аналитикой. Несмотря на огромное
число материалов о ТВ, ни научной, ни творческой школ
медиакритики в России пока не создано. Новых авторов
здесь практически нет. На наш взгляд, потому, что далеко не все журналисты знают о цели и задачах медиакритики. И первое, что нужно сделать для преодоления некомпетентности, – как можно чаще говорить о проблемах критики СМИ хотя бы в отраслевых изданиях.
УДК 82–92
А.С. Жиляков
Томский государственный университет
ПЕРСПЕКТИВЫ И РЕСУРСЫ ЖАНРА ИНТЕРВЬЮ
В МУЗЫКАЛЬНОЙ ЖУРНАЛИСТИКЕ САМИЗДАТА
В статье рассматриваются перспективы и ресурсы жанра интервью в музыкальной журналистике на примере регионального самиздат-журнала «Томск Recorder». Композиционное
решение, использование художественной метафоры, эмоциональный ландшафт, многослойная конструкция повествования позволяют рассматривать интервью с точки зрения
законов развития большого публицистического произведения.
Ключевые слова: интервью, музыкальная журналистика,
публицистика.
Zhilyakov Artem S.
THE PERSPECTIVES AND RESOURCES OF GENRE
INTERVIEW IN MUSIC JOURNALISM OF THE SAMIZDAT
In article examines the prospects and resources of the genre in
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
52
an interview on the example of music journalism of regional selfpublishing journal „Tomsk Recorder”. Composition solution, use the
metaphor of artistic, emotional landscape, multi-layer structure of the
narrative allow us to consider the interview to the laws of development
of a large journalistic work.
Keywords: interview, of music journalism, journalistic work.
Ж
анр интервью, как один из наиболее динамичных жанров в журналистике, играет важную роль в освещении культурных, музыкальных событий и мероприятий, в нем наиболее полно
раскрывается личность собеседника, психологические
черты его портрета [1. С. 58–64]. Наряду с информационными жанрами, интервью призвано познакомить
ближе читателя с особенностями культурной жизни
общества, сообщить ему подробности социального и
личного характера [2].
Вполне апробированный и освоенный подход к
жанрам демонстрируют не только общекультурные и
узкопрофессиональные издания – молодежные музыкальные газеты и журналы, такие как «Русская музыкальная газета», «Rolling Stone Russia», «Fuzz», но также
солидные информационные порталы, посвященные,
в частности, проблемам развития отечественной музыки и музыкальной индустрии (например, портал
«reproduktor.net»).
В музыкальном плане региональная журналистика имеет отличительную черту – с 90-х годов XX века
отражение творчества и креативности в России находит свою нишу в самиздат-газетах и журналах. Таким
образом, восполняется пробел и отсуствие в солидных
изданиях местной и важной для самоидентификации
личности информации. Региональная журналистика
стремится дать читателю панораму местной жизни,
вписать в контекст мировой культуры работы местных
актеров, художников, музыкантов.
В данной статье исследуются перспективы и ресурсы жанра интервью на примере материала в региональном «музыкальном и околокультурном» самиздат-журнале «Томск Recorder», № 9: «Бесконечность
звука или звук бесконечности? Сага в 3-х частях на День
Св. Патрика» [3]. Автор материала, как указано к конце
интервью, Изя Шиповников.
Главный герой публикации «Бесконечность звука
или звук бесконечности? Сага в 3-х частях на День Св.
Патрика» – томский художник и музыкант Николай
Кузнецов, сделавший своими руками настоящую волынку и презентовавший авторскую программу в одном из городских клубов на празднование Дня Святого
Патрика. История, рассказанная им в ходе интервью,
создает причудливый и одновременно знакомый мир
талантливых, но предоставленных самим себе людей,
перед которыми жизнь ставит задачу выжить в сложных условиях. Она дает им право на высокую самооценку, дает ощущение свободы и творческого полета – в то время как журналист фиксирует проблематику
творческого поиска и воспроизводит мгновения не-
Журналистский ежегодник
легкого выбора в трудной ситуации, подготовленного
всем предыдущим жизненным опытом.
Композиционно материал разделен на три пропорциональные части – «Музыкальный Осьминог»,
«Ожившее Существо» и «Шоу для волынки с оркестром», отличительной чертой композиции является
также наличие оригинального названия, эпиграфа и
постскриптума. В центре внимания читателя находится история, рассказанная героем материала от первого лица, и поскольку сюжетные линии рассказа переплетены и взаимодействуют друг с другом, возникает
эффект трансформации обычного интервью в публицистическое повествование. Об этом свидетельствуют детали эпического характера, если мы говорим о
биографическом интервью – воспроминания детства,
размышления о природе музыки, искусства, аллегорические сравнения, а также детали быта и окружения героя. Отдельно стоит подробное и детализированное описание устройства волынки, процесса
создания ее из подручных материалов, ее культурной
истории и фольклорных корней, что представляет собой, как говорит Николай Кузнецов, небольшое научное исследование.
Все эти компоненты публицистического повествования находят место в интервью благодаря удачно
подобранной метафоре, звучащей в названии материала – «Сага в 3-х частях». И потому, подобно древнему
пастуху с волынкой в руках, герой материала «напевает» свою историю, меняя тональность и эмоциональную окраску рассказа, порой устремляясь к философским мыслям («Я был как маленький ребенок, который
отдавал любимую игрушку, которую отнимают непонятно почему, ведь она была моя, и уже давно моя! А
у меня ее отняли. И я ее отдал. И после этого счастье
из моей жизни надолго ушло»), порой принимая ответственное решение («Но уже близится праздник и нужно принимать какое-то решение, и я подумал – «Либо я
художник, либо я никто, либо я музыкант, либо…»).
Отдельно следует остановиться на эмоциональном
ландшафте повествования, что, в частности, определено композиционным строем материала, от завязки
истории, вступления, подъема к высшей точке рассказа, развития к финальному «аккорду», звучащему всеми красками торжества творческого человека. Название материала настраивает читателя на философский
лад, размеренное движение повествования («Бесконечность звука или звук бесконечности?»), однако эпиграф вносит в прочтение долю иронии, усмешки, подталкивает читателя с юмором отнестись к откровению
героя («Кончай тянуть волынку!» (народная мудрость)),
с самого начала дав разбег, некий толчок к развертыванию событий.
Далее поветствуется о сомнениях и неясных чувствах музыканта, встречах и расставаниях с недосягаемой мечтой – обладать своей волынкой («Тогда
я еще не разбирался в этом вопросе, но у меня было
ощущение, что когда-то я это уже видел, как сон, который не можешь вспомнить…»), вторая часть рассказа
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
уже начинается с резкого звонка телефона: «Прошли
годы… и вдруг – в моем телефоне раздается звонок».
В целом стоит отметить на всем протяжении рассказа звучащие метафоры и образы – телефон, волынка,
музыкальный осьминог, который дудит разными голосами, реплики героя («Я отвечаю (скрипя зубами)») и
т.д. Наконец, волынка готова, и музыкант первый раз
держит в руках это существо, которое дышит, он устал
и не верит своим глазам: «Звук бесконечности – вот к
чему я стремился, и я этого достиг». В высшей точке
повествования эмоции героя и звук наконец обретают
гармонию и одновременно шокируют героя, заставляя
содрогаться его душу: «Но это не я играл, это мое дыхание, аккумулированное в бурдюке, препарированное и
переосмысленное этим существом, которое я создал,
оно уже играло и передавало по-своему мои эмоции,
оно говорило своим языком, а я только помогал, только
старался не мешать, лишь бы музыка лилась и лилась.
Это было одно из самых ярких, самых фантастических
впечатлений в моей жизни». И далее: «Долго играть я
не мог – мне было не то, чтобы страшно, но я испытал
стресс, в хорошем смысле, и потому я положил волынку обратно… А ее живые меха, наполненные моим дыханием, постепенно опадали, и она тихонечко скулила
и шевелила своими узорчатыми трубами».
В финале музыкант играет на сцене клуба под аплодисменты зрителей, восторг и чувство победы героя
передают его слова, обращенные то ли к аудитории,
то ли к его любимому инструменту: «Я ловил тоники и
импровизировал, делал и фленжер, и фуз, и форшлаги, и даже эхо я делал на своей волынке!». И, наконец,
происходит перевоплощение музыканта в самого Святого Патрика, благодаря которому и с помощью которого, возможно, и стало возможным рождение этого
диковинного существа-инструмента: «Зеленого килта,
правда, не было, зато была изумительная ирландская
шляпа, и это был настоящий кельтский рок-н-ролл!»
Таким образом, эмоциональный фон и контраст, зафиксированные в повествовании и маркированные
звучащими метафорами, приобретают важную роль в
композиции, во всем строе повествования.
Создание материала требовало сведения двух параллельных сюжетов – истории музыканта и истории
создания музыкального инструмента. Поэтому оба
они присутствуют в равной степени в повествовании,
причем один сюжет невозможен без присутствия второго. Характерно, что кроме научного и технического
описания волынки, присутствует и художественное
описание. Научный контекст создает история инструмента, его бытование в мире: «Именно так оформляли
волынки, например, белорусы, украинцы и поляки. Также «лохматые» волынки были у итальянцев и у других
народов, которые были всегда связаны со скотоводством. Некоторые волынки у славян украшались головой козы. Они так и назывались – «коза». Присутствует
также техническое описание, позволяющее читателю
наглядно представить механизм извлечения звука, наконец, чтобы самому сделать подобный инструмент.
53
Ранее подобные описания встречались и в научно-популярных журналах, и в изданиях, посвященных мастеровому делу: «Когда музыкант нажимает локтем на
бурдюк и только поддувает туда воздух через трубку, а
из бурдюка воздух идет в игровой ЧАНТЕР и не нужно
делать вдох-выдох, как на флейте, а только перебирать
клапаны», «То есть музыкант играет мелизмы на чантере, это как бы кларнет, а еще несколько трубок выдают
аккорд».
И, наконец, художественное описание, где присутствует авторская метафора, которая помогает читателю воспринимать волынку во всех описываемых
контекстах: «Волынка – это такой древний синтезатор,
древний многоголосый инструмент, которым может
управлять один обыкновенный пастух». Далее герой
делится своими наблюдениями над получившейся
волынкой: «Осталось сделать все остальное – бурдюк,
клапан, запирающий обратный поток воздуха, общее
художественное оформление, чтобы это была не просто какая-то подушка медицинская, а выглядело все
аутентично»... «У нее был черный клочковатый мех
бурдюка, из которого торчали трубы, отделанные народными узорами, с золотистыми, покрытыми лаком,
ободочками».
Таким образом, в материале присутствует несколько описаний музыкального инструмента, представлены три точки зрения на один предмет и, что важно,
сделан акцент на эстетическом чувстве созерцания
прекрасного, самой возможности создавать новое.
Также следует указать на особенности графического оформления материала – в качестве иллюстраций
использованы по абзацам «иконки» или изображения
средневековых гравюр с людьми, играющими на волынке, а также фотографии из клуба, где герой позирует с благодарными поклонниками. Отдельно следует
указать на фото группы «Битлз» с волынками в самом
конце материала, в постскриптуме, что подводит логически и эмоционально итог всего повествования, приближения героя к своим кумирам детства.
Из проведенного анализа интервью в музыкальном
издании «Томск Recorder» становится понятным, что
одним из перспективных направлений развития этого
жанра в музыкальной журналистике является включение в материал элементов публицистического повествования, биографического интервью, жанра «story»,
широко представленного в западной журналистике.
Ресурсом для дальнейшего развития этого жанра в музыкальной журналистике можно было бы считать вовлечение в историю героя концептуальной метафоры, а
также определенным образом оформленное композиционное решение, маркирующее эмоциональный фон
и общий ландшафт повествования.
К числу достоинств представленного интервью
следует отнести тот факт, что оно создано целиком на
основе местного, регионального фактического материала. С другой стороны, художественное мышление
героя материала не лишает интервью аутентичности
молодежного, сленгового, языкового подтекста. Сама
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
54
же постановка проблем современного творческого
человека открывает публике широкий и глубокий контекст далеко за рамками повседневности.
Журналистский ежегодник
2. Фещенко Л.Г. Редактирование текста газеты: жанровый аспект.
СПб., 2004.
3. Шиповников И. Бесконечность звука или звук бесконечности?
Сага в 3-х частях на День Св. Патрика // Томск Recorder. 2013. № 9.
С. 15–20.
Литература
1. Лукина М.М. Технология интервью. М., 2003.
УДК 070.11; 82–96
М.В. Литке
Томский государственный университет
ТЕМА ЖИВОЙ ПРИРОДЫ НА СТРАНИЦАХ ЖУРНАЛА
«ВОКРУГ СВЕТА»
Рассматривается тематический дискурс биосферы в
журнале «Вокруг света». Исходя из масштаба предмета обращения выделяются пять тематических субдискурсов. В ходе
анализа логики изложения материала в публикациях, воплощающих каждый из них, устанавливаются содержательные
аспекты, раскрывающие предмет. Анализ предметно-тематической структуры публикаций позволяет выявить целевые
установки авторов и отвечающие им гносеологические стратегии.
Ключевые слова: познавательная журналистика, журнал
«Вокруг света», тематика, биосфера, стратегии познания.
Litke Maryana V.
THE WILDLIFE THEME ON THE PAGES OF THE «VOKRUG
SVETA»
The paper discusses topical discourse of the biosphere in the
magazine «Vokrug Sveta». Based on the range of objects that are
accessed by the authors, there are five thematic groups. In the course
of analysis of the presentation logic in the publications are essential
aspects of revealing the subject. Analysis of the subject-thematic
structure of the publications to identify the targets of the authors and
the corresponding epistemological strategy.
Keywords: cognitive journalism, «Vokrug Sveta» magazine,
subject, biosphere, strategy of knowledge.
«В
округ света» – ведущий российский познавательный журнал с полуторавековой
историей. Это одно из изданий, которые на
сегодняшний день определяют облик отечественной
познавательной журналистики и задают высокие стандарты профессионального мастерства: «Geo» (русская
версия), «National Geographic. Россия», «Наука и жизнь»,
«Наука в фокусе» и др.
В тематической структуре «Вокруг света» воссоздается научная картина мира. Авторы журнала обращаются к различным уровням реальности – неживой
и живой природе, а также к реальности социального существования человека. Изображение каждого
уровня реальности происходит по-разному, поскольку
каждый из них, обладая своей спецификой, требует
особого подхода. Исследование способов обращения к
предмету раскрывает гносеологическую и аксиологическую программу «Вокруг света».
Один из предметных уровней, к изображению и
осмыслению которого обращаются авторы, – уровень биосферы, в пределах которой существует
жизнь. В поле зрения здесь – живые организмы, как
минимальные единицы систематики живых существ
(виды, подвиды), так и широкие таксономические
группы (семейства, отряды и т.д.). В зависимости от
масштаба предмета конкретных материалов в биосферном дискурсе журнала можно выделить пять тематических субдискурсов, которые доминируют или
сочетаются друг с другом в пределах одной публикации.
Первый из них объединяет статьи о различных организмах в пределах отдельных групп биологической
систематики (видов, отрядов, семейств и т.д.). Во-первых, выделяются материалы о современных видах:
млекопитающих [1–5], птицах [6, 7], рыбах [8, 9], насекомых [10], кишечнополостных [11], растениях и грибах [12, 13] и т.д. Во-вторых – о доисторических видах:
водных рептилиях мезозоя [14], гигантских насекомых
карбонового периода [15] и т.д. В-третьих – о факторах
и закономерностях эволюции видов [16, 17].
Второй субдискурс раскрывает подробности взаимоотношений между разными видами (семействами,
родами и т.д.), обитающими в пределах одного биоценоза [18, 19].
Третий субдискурс воплощают материалы о биогеоценозах в целом – об устойчивых, саморегулирующихся экосистемах, включающих в себя как сообщества
живых организмов, так и абиотические факторы среды
их обитания (ландшафта): экосистемах мангровых лесов на литорали [20]; экосистеме океанов [21] и т.д.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
54
же постановка проблем современного творческого
человека открывает публике широкий и глубокий контекст далеко за рамками повседневности.
Журналистский ежегодник
2. Фещенко Л.Г. Редактирование текста газеты: жанровый аспект.
СПб., 2004.
3. Шиповников И. Бесконечность звука или звук бесконечности?
Сага в 3-х частях на День Св. Патрика // Томск Recorder. 2013. № 9.
С. 15–20.
Литература
1. Лукина М.М. Технология интервью. М., 2003.
УДК 070.11; 82–96
М.В. Литке
Томский государственный университет
ТЕМА ЖИВОЙ ПРИРОДЫ НА СТРАНИЦАХ ЖУРНАЛА
«ВОКРУГ СВЕТА»
Рассматривается тематический дискурс биосферы в
журнале «Вокруг света». Исходя из масштаба предмета обращения выделяются пять тематических субдискурсов. В ходе
анализа логики изложения материала в публикациях, воплощающих каждый из них, устанавливаются содержательные
аспекты, раскрывающие предмет. Анализ предметно-тематической структуры публикаций позволяет выявить целевые
установки авторов и отвечающие им гносеологические стратегии.
Ключевые слова: познавательная журналистика, журнал
«Вокруг света», тематика, биосфера, стратегии познания.
Litke Maryana V.
THE WILDLIFE THEME ON THE PAGES OF THE «VOKRUG
SVETA»
The paper discusses topical discourse of the biosphere in the
magazine «Vokrug Sveta». Based on the range of objects that are
accessed by the authors, there are five thematic groups. In the course
of analysis of the presentation logic in the publications are essential
aspects of revealing the subject. Analysis of the subject-thematic
structure of the publications to identify the targets of the authors and
the corresponding epistemological strategy.
Keywords: cognitive journalism, «Vokrug Sveta» magazine,
subject, biosphere, strategy of knowledge.
«В
округ света» – ведущий российский познавательный журнал с полуторавековой
историей. Это одно из изданий, которые на
сегодняшний день определяют облик отечественной
познавательной журналистики и задают высокие стандарты профессионального мастерства: «Geo» (русская
версия), «National Geographic. Россия», «Наука и жизнь»,
«Наука в фокусе» и др.
В тематической структуре «Вокруг света» воссоздается научная картина мира. Авторы журнала обращаются к различным уровням реальности – неживой
и живой природе, а также к реальности социального существования человека. Изображение каждого
уровня реальности происходит по-разному, поскольку
каждый из них, обладая своей спецификой, требует
особого подхода. Исследование способов обращения к
предмету раскрывает гносеологическую и аксиологическую программу «Вокруг света».
Один из предметных уровней, к изображению и
осмыслению которого обращаются авторы, – уровень биосферы, в пределах которой существует
жизнь. В поле зрения здесь – живые организмы, как
минимальные единицы систематики живых существ
(виды, подвиды), так и широкие таксономические
группы (семейства, отряды и т.д.). В зависимости от
масштаба предмета конкретных материалов в биосферном дискурсе журнала можно выделить пять тематических субдискурсов, которые доминируют или
сочетаются друг с другом в пределах одной публикации.
Первый из них объединяет статьи о различных организмах в пределах отдельных групп биологической
систематики (видов, отрядов, семейств и т.д.). Во-первых, выделяются материалы о современных видах:
млекопитающих [1–5], птицах [6, 7], рыбах [8, 9], насекомых [10], кишечнополостных [11], растениях и грибах [12, 13] и т.д. Во-вторых – о доисторических видах:
водных рептилиях мезозоя [14], гигантских насекомых
карбонового периода [15] и т.д. В-третьих – о факторах
и закономерностях эволюции видов [16, 17].
Второй субдискурс раскрывает подробности взаимоотношений между разными видами (семействами,
родами и т.д.), обитающими в пределах одного биоценоза [18, 19].
Третий субдискурс воплощают материалы о биогеоценозах в целом – об устойчивых, саморегулирующихся экосистемах, включающих в себя как сообщества
живых организмов, так и абиотические факторы среды
их обитания (ландшафта): экосистемах мангровых лесов на литорали [20]; экосистеме океанов [21] и т.д.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
Высказывания четвертой группы посвящены отдельным свойствам и признакам живых существ.
Во-первых, особенностям их строения и физиологических процессов: внешним покровам [22], средствам
передвижения [23, 24], органам зрения [25]; филогенезу [26] и т.д. Во-вторых – поведенческим механизмам и
навыкам животных [27, 19].
Наконец, предметная доминанта пятого субдискурса – социально-экологические отношения (взаимоотношения человеческого общества с живыми организмами и биогеоценозами), антропогенное воздействие
на природу: искусственное переселение животных –
как в новые ареалы [18], так и в исконные [28], разрушение природы в ходе хозяйственной деятельности
человека и т.д.
Каждый из живых организмов или их систематических групп в статьях «Вокруг света» предстает как нечто
уникальное, при этом гармонично и тесно связанное со
своей экосистемой, средой обитания. Можно говорить
о трех важнейших содержательных аспектах, создающих целостный образ предмета. Во-первых, авторы
рассказывают о морфологических и физиологических
особенностях животного или растения. К примеру, в
материале о песцах в отдельном текстовом блоке рассказывается о строении их тела [3]. А в статье «Птицы
малого калибра» много внимания уделяется уникальному способу передвижения колибри в воздухе [6].
Публикация «Голые короли и королевы», посвященная
голым землекопам, полна подробностей о специфических физиологических свойствах, присущих этим животным (отсутствие теплокровности, возрастного ослабления, низкий уровень метаболизма) [2].
Во-вторых, важный содержательный аспект – поведение животного, его повадки и внутривидовые
отношения. Например, в статье о горностаях Б. Жуков
рассказывает об уникальной особенности их размножения: самец спаривается с молодыми, неполовозрелыми самками, в организме которых в течение года
сохраняются оплодотворенные яйцеклетки, а потом
развиваются полноценные эмбрионы [1]. В. Колбин в
статье «Граждане звери» затрагивает особенности взаимоотношений между партнерами у аистов; между семействами крыс; специфику правил борьбы за статус в
стадах оленей и т.д. [27].
В-третьих, описываются особенности межвидовых
взаимоотношений и адаптации к абиотическим факторам среды. К примеру, материал «Услуга за услугу»
посвящен различным видам симбиозов [19]. В статье
«Транзитная зона» рассказывается, как приспосабливаются животные и растения к жизни в пределах литорали. И. Травина подробно описывает специфические
особенности мангровых деревьев: как они избавляются
от излишка солей в тканях, запасают влагу, решают проблему с получением кислорода, размножаются; сообщество морских и сухопутных существ (обезьян, птиц, рыб,
раков, крабов, моллюсков и др.), живущих на литорали,
как «морские» организмы пережидают период отливов,
а «сухопутные» – период приливов и т.д. [20].
55
Помимо трех вышеперечисленных, являющихся
обязательными, есть ряд дополнительных содержательных аспектов, присущих определенным тематическим субдискурсам и отдельным статьям. Первый
из них – эволюция и происхождение видов. Например,
в статье «Золотой век букашек» излагаются факторы,
влияющие на размеры насекомых, описываются условия, при которых они становились гигантами (большое
содержание кислорода в атмосфере, чему способствовали огромные массивы споровых деревьев каменноугольного периода) [15]. В статье «Удивительная живучесть крокодильего племени» А. Островский рассказывает о происхождении и об известных науке этапах
эволюции крокодилов: первый начинается в позднем
триасе (225 миллионов лет назад), когда жили предки
крокодилов сфенозухии и протозухии, второй – в юрском периоде (150 миллионов лет назад), тогда появились первые неозухии (предки современных крокодилов), третий – в меловом (125–65 миллионов лет назад),
ознаменовавшемся появлением нотозухий [17].
Второй факультативный содержательный аспект –
социально-экологический, описывающий современное состояние популяций и биоценозов в связи с человеческой деятельностью. При этом, как правило,
осмысление социально-экологических отношений
ограничено негативными антропогенными воздействиями на природу – истреблением животных с целью получения мяса, шкур, внутренних органов и т.д., а
также уничтожением среды обитания животных. Другое звучание этот аспект приобретает в публикациях о
микроорганизмах. Так, в «Красках тлена» плесень, с одной стороны, предстает как страшный враг человека,
который наносит вред его здоровью, а также портит и
уничтожает имущество, с другой стороны – как ценный
помощник в производстве лекарств и пищевых продуктов (вина, сыра и т.д.) [13].
Третий аспект, который раскрывается в некоторых
публикациях, – история изучения природы. Эти сведения появляются в материалах о животных, которые
редки, не соприкасаются в своей жизнедеятельности
с человеком, труднодоступны для исследователей, а
также в статьях о доисторических видах. В этом случае предмет полностью опосредован научным знанием (результатами научных исследований, наблюдений). Например, Т. Зарубина констатирует, что до
последнего времени о жизни и повадках снежных
барсов было почти ничего не известно; больше сведений стало лишь с появлением у ученых GPS-датчиков и фотоловушек [5]. Рассказывая о доисторических
видах, авторы опираются на научные концепции, труды ученых, находки палеонтологов и т.д. Например,
П. Сидоркин упоминает исследователей, чей труд
открыл тайну эволюционных превращений морских
млекопитающих: американского палеонтолога Филиппа Гингерича, первым нашедшего кусок черепа
пакицета, Ханса Тевиссена – руководителя экспедиций, обнаруживших целый скелет пакицета и остатки
амбулоцета, и др. [16].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
56
Несмотря на то что публикации, отнесенные к четвертому субдискурсу, раскрывают не внешнее бытие
организмов, а их внутренние свойства и признаки –
затрагивают лишь один из содержательных аспектов,
свойственных публикациям первых трех групп, они
примыкают к ним, поскольку служат углублению представлений о бытии живых организмов в их взаимодействии со средой.
Анализ предметно-тематической структуры публикаций «Вокруг света» позволяет сделать вывод об их
цели – это создание целостного, объективного образа
живых организмов, их систематических групп, экосистем, биоценозов, видового многообразия, внутривидовых и межвидовых отношений, осмысление роли и
места организмов в природных системах.
Цель обращения к предмету определяет выбор
средств – гносеологические стратегии авторов. Способов познания предмета можно условно выделить
четыре. Первый – наблюдение, непосредственное восприятие предмета (каких-либо представителей живой
природы, целых экосистем) в его локальности и континуальности. Этот способ познания соответствует образу автора-наблюдателя. Так, в статье «Универсальный
хищник» Б. Жуков делится впечатлениями от наблюдения за жуком-плавунцом: «Вот из глубины пруда стремительно всплыло что-то гладкое и овальное, коснулось поверхности и зависло. Через мгновение крупный
жук делает мощный взмах парой ног-весел и исчезает в
глубине» [10. С. 143].
Второй способ обращения – умозрительный, заключается в систематизации разрозненных знаний о
предмете: научных статей, результатов экспедиций и
наблюдений, интервью с работниками заповедников,
учеными и т.д. Авторы «Вокруг света» часто не упоминают источники информации, либо делают на них
лишь косвенное указание, не называя имен исследователей, названий научных статей и книг. Тем не менее
спектр использующихся источников информации довольно широк: интервью со специалистом [28. С. 110];
научные и научно-популярные труды широко известных ученых, к примеру, Конрада Лоренца [7, 27], Чарльза Дарвина [11, 12], и современных исследователей; результаты научных экспедиций [21] и т.д.
Третья гносеологическая стратегия – рефлексия,
субъективное осмысление предмета. Размышления,
выражая личное отношение автора к предмету высказывания, при этом не противоречат в целом объективистской установке. Рефлексии и оценке подвергается
не сама живая природа, а деятельность человека, его
воздействие на биоту, а также сама фигура человека,
его природа. К примеру, Б. Жуков высказывается по
поводу склонности человека к самооправданию, когда тот не склонен видеть в себе причины проблем, перекладывая их на внешние обстоятельства, снимает с
себя ответственность за последствия использования
природы: «Ну а то, что при истощении любого ресурса
живущие за счет его люди ищут виноватых где угодно,
кроме зеркала, – феномен известный» [18. С. 148].
Журналистский ежегодник
Четвертый способ познавательного отношения к
предмету – чувственное (эмоциональное) восприятие
(переживание) предмета. Этот способ воплощается в
лирическом высказывании автора: «Кажется, что это
гротескное существо (морской конек. – М.Л.) не могло
возникнуть естественным путем, его создал безумный
художник»; «Труднее поверить, что эта миниатюрная
горгулья с готического собора – рыба» [9. С. 166].
Текстам о живой природе свойственны элементы
фабульного повествования. Повествовательные формы используются в тех случаях, когда необходимо рассказать какую-либо историю или описать наблюдаемую жизнь природы [6, 27].
Установка на создание всестороннего образа предмета предполагает наличие в текстах множества содержательных аспектов и подробностей. Логика изложения материала при этом может быть как дедуктивной,
так и индуктивной. В первом случае авторская мысль
движется от общего к частному: от описания природных систем, изображения широких систематических
групп (отрядов, семейств) – к рассказу о конкретных видах, родах, признаках животных. Публикация «Власть
над вертикалью» начинается с вступления о свойстве,
присущем многим животным, – способности подниматься на какие-либо вертикальные формации. Далее
И. Колмановский рассказывает о приспособлениях
для лазания, которые имеются у различных семейств,
отрядов, видов: колючих жабрах рыб анабас, клешнях
крабов, хвостах и лапах приматов, грызунов и т.д. [24].
Во втором случае мысль автора движется от частного – к общему, через характеристику одного вида
изображается видовое разнообразие и различные природные системы. Статья «Мушкетеры подводного царства» посвящена скатам-хвостоколам, но через сравнения, аналогии даются некоторые представления как
обо всем классе хрящевых рыб, так и об общих чертах
представителей надотряда скатов: «Если кожа акулы
сплошь покрыта жесткой и острой плакоидной чешуей …, то мягкая и нежная кожа скатов не имеет чешуи
вообще»; «подавляющее большинство скатов, в том
числе хвостоколы, живет возле самого дна…» [8. С. 122].
Также подход к изложению материала может быть
компаративистский, когда в пределах одного текста
сопоставляются отдельные признаки, свойства неродственных друг другу организмов. К примеру, в материале «Средства передвижения» сравниваются ноги
различных животных: лапы черепахи, тонкого лори,
ленивца, белки, ноги слона, страуса, хвост тюленя и т.д.
[23]. Кроме того, автор может рассматривать предмет
имманентно, сосредоточиваясь на описываемом таксоне, не касаясь биологического разнообразия ареала
его обитания [10, 4].
Как показывает анализ, в журнале «Вокруг света»
изображается многообразие жизни, бесконечное разнообразие ее форм. Внимание уделяется каждому
уровню биосферы – от частей тела животных до целых
биогеоценозов. Учитывая тематическое разнообразие
публикаций и содержательных аспектов, раскрыва-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
57
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
емых в них, подход журнала можно определить как
аналитический. При этом изображение отдельных существ, способов их существования, целых биоценозов
образует в метатексте журнала систему представлений,
которая раскрывает биосферу Земли во всей полноте
составляющих ее феноменов, связей и отношений.
Миссия журнала, таким образом, состоит в формировании у читателя экологического мышления,
биосферного мировоззрения (В.И. Вернадский). Такое
мировоззрение, с одной стороны, исходит из представления о ценности каждого живого организма, достойного не только внимания, изучения, но и сохранения.
С другой стороны, воспринимает земную природу в
целом как пространство жизни, а человека – как одного из его обитателей, существа, укорененного в ней и
имеющего перед природой моральные обязательства.
9. Жуков Б. Плывущие стоя // Вокруг света. 2012. № 5 (2860). С. 166–173.
10.Жуков Б. Универсальный хищник // Вокруг света. 2010. № 9
(2840). С. 140–147.
11. Значков Б. Каменные сады океана // Вокруг света. 2009. № 8
(2827). С. 14–22.
12.Щигленко Е. Цветы, изменившие мир // Вокруг света. 2009. № 8
(2827). С. 130–136.
13.Ильин И. Краски тлена // Вокруг света. 2009. № 7 (2826). С. 16–24.
14.Островский А. Чудовища мезозойских морей // Вокруг света.
2010. № 5 (2836). С. 116–122.
15.Еськов К. Золотой век букашек // Вокруг света. 2010. № 7 (2838).
С. 146–152.
16.Сидоркин П. Киты: галопом к морю // Вокруг света. 2010, № 1
(2832). С. 98–103.
17.Островский А. Удивительная живучесть крокодильего племени
// Вокруг света. 2011. № 4 (2847). С. 146–156.
18.Жуков Б. Импорт завоевателей // Вокруг света. 2011. № 3 (2846).
С. 144–151.
Литература
19.Жуков Б. Услуга за услугу // Вокруг света. 2011. № 6 (2849). С. 130–136.
1. Жуков Б. Очаровательный убийца // Вокруг света. 2009. № 9
20. Травина И. Транзитная зона // Вокруг света. 2010. № 8 (2839).
(2828). С. 94–102.
2. Жуков Б. Голые короли и королевы // Вокруг света. 2009. № 10
(2829). С. 134–140.
3. Жуков Б. Полярный камуфляж // Вокруг света. 2010. № 1 (2832).
С. 104–111.
4. Жуков Б. Соло на губе // Вокруг света. 2012. № 4 (2859). С. 146–154.
5. Зарубина Т. Кошки высокого полета // Вокруг света. 2012. № 8
(2863). С. 114–121.
6. Жуков Б. Птицы малого калибра // Вокруг света. 2011. № 9 (2852).
С. 154–159.
7. Жуков Б. Сладкоголосый потрошитель // Вокруг света. 2012. № 3
(2858). С. 140–147.
8. Значков Б. Мушкетеры подводного царства // Вокруг света. 2009.
№ 12 (2831). С. 120–128.
С. 150–159.
21.Травина И. Глубинная цивилизация // Вокруг света. 2010. № 11
(2842). С. 150–158.
22.Травина И. Шкурный интерес // Вокруг света. 2010. № 4 (2835).
С. 114–121.
23.Травина И. Средства передвижения // Вокруг света. 2010. № 1
(2832). С. 88-97.
24. Колмановский И. Власть над вертикалью // Вокруг света. 2012. №
7 (2862). С.136–145.
25.Значков Б. Точка зрения // Вокруг света. 2009. № 11 (2830). С. 20–34.
26.Жуков Б. Выход в свет // Вокруг света. 2010. № 6 (2837). С. 134–141.
27.Колбин В. Граждане звери // Вокруг света. 2010. № 6 (2837). С. 126–133.
28.Жуков Б. Второе пришествие леопардов на Кавказ // Вокруг света. 2011. № 1 (2844). С. 108–113.
УДК 808.1
А.В. Марущак
Алтайский государственный университет
ПУБЛИЦИСТИЧЕСКОЕ НАЧАЛО В ТЕКСТАХ
«ГРАЖДАНСКИХ ЖУРНАЛИСТОВ»
Статья посвящена развитию публицистического начала
в «гражданской журналистике». Автор исследует общественно-значимые материалы в блогах Алтайского края и выявляет
в них элементы публицистики.
Ключевые слова: блог, публицистика, гражданская журналистика, авторская позиция.
Marushak Anastasia V.
PUBLICISTIC BEGINNING IN THE TEXTS OF THE «CITIZEN
JOURNALISTS»
The article is devoted to the development of publicism of «citizen
journalism». The author explores socially important material on blogs
Altai region and brings them to the elements of publicism.
Keywords: blogging, publicism, citizen journalism, the author’s
position.
Н
овый XXI век – время моды на «авторское».
Еще в 2002 году в журнале «Журналист» появился материал «Время авторской журналистики»
Ольги Краснояровой. В переходные нулевые она обозначила смену вех: «Десятилетия игры в журналистику, лишенную авторского комментария, завершились»
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
57
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
емых в них, подход журнала можно определить как
аналитический. При этом изображение отдельных существ, способов их существования, целых биоценозов
образует в метатексте журнала систему представлений,
которая раскрывает биосферу Земли во всей полноте
составляющих ее феноменов, связей и отношений.
Миссия журнала, таким образом, состоит в формировании у читателя экологического мышления,
биосферного мировоззрения (В.И. Вернадский). Такое
мировоззрение, с одной стороны, исходит из представления о ценности каждого живого организма, достойного не только внимания, изучения, но и сохранения.
С другой стороны, воспринимает земную природу в
целом как пространство жизни, а человека – как одного из его обитателей, существа, укорененного в ней и
имеющего перед природой моральные обязательства.
9. Жуков Б. Плывущие стоя // Вокруг света. 2012. № 5 (2860). С. 166–173.
10.Жуков Б. Универсальный хищник // Вокруг света. 2010. № 9
(2840). С. 140–147.
11. Значков Б. Каменные сады океана // Вокруг света. 2009. № 8
(2827). С. 14–22.
12.Щигленко Е. Цветы, изменившие мир // Вокруг света. 2009. № 8
(2827). С. 130–136.
13.Ильин И. Краски тлена // Вокруг света. 2009. № 7 (2826). С. 16–24.
14.Островский А. Чудовища мезозойских морей // Вокруг света.
2010. № 5 (2836). С. 116–122.
15.Еськов К. Золотой век букашек // Вокруг света. 2010. № 7 (2838).
С. 146–152.
16.Сидоркин П. Киты: галопом к морю // Вокруг света. 2010, № 1
(2832). С. 98–103.
17.Островский А. Удивительная живучесть крокодильего племени
// Вокруг света. 2011. № 4 (2847). С. 146–156.
18.Жуков Б. Импорт завоевателей // Вокруг света. 2011. № 3 (2846).
С. 144–151.
Литература
19.Жуков Б. Услуга за услугу // Вокруг света. 2011. № 6 (2849). С. 130–136.
1. Жуков Б. Очаровательный убийца // Вокруг света. 2009. № 9
20. Травина И. Транзитная зона // Вокруг света. 2010. № 8 (2839).
(2828). С. 94–102.
2. Жуков Б. Голые короли и королевы // Вокруг света. 2009. № 10
(2829). С. 134–140.
3. Жуков Б. Полярный камуфляж // Вокруг света. 2010. № 1 (2832).
С. 104–111.
4. Жуков Б. Соло на губе // Вокруг света. 2012. № 4 (2859). С. 146–154.
5. Зарубина Т. Кошки высокого полета // Вокруг света. 2012. № 8
(2863). С. 114–121.
6. Жуков Б. Птицы малого калибра // Вокруг света. 2011. № 9 (2852).
С. 154–159.
7. Жуков Б. Сладкоголосый потрошитель // Вокруг света. 2012. № 3
(2858). С. 140–147.
8. Значков Б. Мушкетеры подводного царства // Вокруг света. 2009.
№ 12 (2831). С. 120–128.
С. 150–159.
21.Травина И. Глубинная цивилизация // Вокруг света. 2010. № 11
(2842). С. 150–158.
22.Травина И. Шкурный интерес // Вокруг света. 2010. № 4 (2835).
С. 114–121.
23.Травина И. Средства передвижения // Вокруг света. 2010. № 1
(2832). С. 88-97.
24. Колмановский И. Власть над вертикалью // Вокруг света. 2012. №
7 (2862). С.136–145.
25.Значков Б. Точка зрения // Вокруг света. 2009. № 11 (2830). С. 20–34.
26.Жуков Б. Выход в свет // Вокруг света. 2010. № 6 (2837). С. 134–141.
27.Колбин В. Граждане звери // Вокруг света. 2010. № 6 (2837). С. 126–133.
28.Жуков Б. Второе пришествие леопардов на Кавказ // Вокруг света. 2011. № 1 (2844). С. 108–113.
УДК 808.1
А.В. Марущак
Алтайский государственный университет
ПУБЛИЦИСТИЧЕСКОЕ НАЧАЛО В ТЕКСТАХ
«ГРАЖДАНСКИХ ЖУРНАЛИСТОВ»
Статья посвящена развитию публицистического начала
в «гражданской журналистике». Автор исследует общественно-значимые материалы в блогах Алтайского края и выявляет
в них элементы публицистики.
Ключевые слова: блог, публицистика, гражданская журналистика, авторская позиция.
Marushak Anastasia V.
PUBLICISTIC BEGINNING IN THE TEXTS OF THE «CITIZEN
JOURNALISTS»
The article is devoted to the development of publicism of «citizen
journalism». The author explores socially important material on blogs
Altai region and brings them to the elements of publicism.
Keywords: blogging, publicism, citizen journalism, the author’s
position.
Н
овый XXI век – время моды на «авторское».
Еще в 2002 году в журнале «Журналист» появился материал «Время авторской журналистики»
Ольги Краснояровой. В переходные нулевые она обозначила смену вех: «Десятилетия игры в журналистику, лишенную авторского комментария, завершились»
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
58
[1. С. 38]. В современных традиционных масс-медиа
происходит «идентификация Автора»: появляются авторские телепроекты, колонки ведущих журналистов
в печатных и интернет-СМИ и т.д. Одним из главных
проявлений «персонального журнализма» стала так
называемая «гражданская журналистика», когда любой представитель аудитории может встать на место
журналиста и транслировать свое авторское видение
той или иной социально-политической проблемы.
Гражданская журналистика – это разновидность
журналистики, получившая широкое распространение
с середины 2000-х годов в связи с развитием интернета
и новых цифровых технологий. «Гражданские журналисты» предоставляют уникальную социально-значимую информацию, не представленную в традиционных
СМИ. В России и за рубежом существуют сайты, организованные «гражданскими журналистами». Количество
их посетителей сопоставимо с аудиторией крупных печатных СМИ [2]. Блогосфера – это еще один коммуникационный канал для гражданской журналистики, причем в России известные блоггеры в первую очередь ассоциируются именно с «гражданскими журналистами».
«Блог – это информационный отпечаток той или иной
личности («блоггера»), представленный с той или иной
степенью информационной открытости» [3].
Гражданская журналистика должна не просто заинтересовать аудиторию, но и быть убедительной и
достоверной, чтобы в следующий раз пользователи
вновь выбрали данный медийный ресурс (сайт, блог
и др.). Поэтому современные авторы-блоггеры не боятся выразить себя и прибегнуть к формам убеждения. В
гражданской журналистике авторское «я» приобретает ключевое значение наряду с актуальностью и злободневностью обозначенной темы.
Таким образом, если рассматривать гражданскую
журналистику как сочетание личностного и общественно-значимого, эмоционального и логически аргументированного, то налицо признаки публицистичности,
свойственной для российской журналистики в целом.
Публицистичность является одной из главных родовых черт отечественной журналистики. В разные
исторические эпохи именно публицистическое слово не только приводило к резонансу в обществе, но и
способствовало принятию конкретных решений властными инстанциями (социально-преобразовательский
эффект). Этим признакам публицистики отвечают современные тексты блоггеров, касающиеся решения
общественных проблем.
В то же время в традиционной журналистике существует парадокс: с одной стороны, все хотят потреблять
объективную информацию, знать «истину» в последней инстанции, но когда дело доходит до выбора канала информации, в «любимчиках» оказываются как
раз те авторы, которые не скрывают своих личностных
оценок, а зачастую и эмоций.
Когда речь идет о блогосфере, то данной проблемы не возникает, так как аудитория изначально готова
слушать и слышать «правду» от определенного автора,
Журналистский ежегодник
знать его оценку и отношение к происходящим событиям (авторскую позицию).
В 1990-е годы в отечественной журналистике начали широко использоваться западные клише подготовки материалов к публикации или выходу в эфир:
«журналистика факта», «обезличенная информация»,
«медиапродукт», подготовленный по шаблону… Все
это во многом противоречило традициям российской
журналистики, поэтому возврат к авторскому, оригинальному, эмоционально-оценочному был лишь вопросом времени. Любопытный факт, уже в 2003 году в
пособии для новостной журналистики исследователь
пишет: «Отвечаю на вопрос: должен ли журналист давать оценки и делать прогноз? – Должен! Должен диагностировать героя, прогнозировать ситуацию в ходе
сбора информации» [4. С. 110]. Все это подготовило
почву для возврата к «журналистике мнений», к аналитической авторской публицистике, которая нашла свой
коммуникационный канал – интернет.
Для анализа в настоящем исследовании было взято
30 текстов, опубликованных в блогах известных блоггеров Алтайского края за период с января по сентябрь
2013 года. Причем в исследовании представлены как
непрофессиональные журналисты, так и профессиональные журналисты, ведущие свой блог. Отбор текстов для анализа осуществлялся по следующим критериям: предмет отображения (социально-значимая
тема), резонанс (количество просмотров и комментариев), выраженность авторской позиции, метод сбора
и изложения информации.
По своей структуре авторский текст блоггеров тяготеет к художественно-публицистическому, отличается
многозначностью и глубиной смыслов. А «внутренняя
свобода» автора-блоггера, проявляющаяся в тексте
оригинальностью подхода и нестандартностью мышления, тем, чего не найдешь в традиционных СМИ,
притягивает зрителей и читателей, о чем свидетельствует количество просмотров и комментариев.
О. Красноярова утверждает, что главный критерий
публицистического текста – авторский взгляд: «Нас
увлекает взгляд человека изумленного, завороженного встречей с миром, который для автора всегда нов,
неожидан, парадоксален, а иногда полон боли и страдания» [1. С. 39]. Интересен подход и А.А. Авраамова
в этом вопросе. Дело в том, что для него авторская
позиция – это на треть нравственная черта. В ней, конечно, присутствуют обобщенные знания, идейно-политические убеждения. Однако синтезирующим компонентом, обеспечивающим цельность жизненной
(авторской) позиции, выступает нравственность. Таким образом, «для самого человека позиция – это он
сам. Собственные принципы обязательно выступают
в нравственной оболочке: «Это исповедую, на том и
стою» [5. С. 124]. Этическая, морально-нравственная
интерпретация авторской позиции в полной мере соответствует отечественной традиции панэтизма, характерной для публицистического творчества XIX–XX
вв. [6. С. 223].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
59
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
Нравственный императив свойственен большинству исследуемых текстов. Блоггеры даже в общественно-политических проблемах видят нравственную сторону и выражают свою позицию, прежде всего
в морально-этическом ключе, а уже затем ссылаются
на букву закона.
Авторская позиция, представленная в исследуемых
текстах, многокомпонентна. Откровенные призывы
к какому-то социальному действию – лишь вершина
позиционного «айсберга» гражданского журналиста.
Учитывался целый ряд факторов, влияющих на восприятие текста аудиторией. Оценочные суждения – одна из
главных особенностей текстов блоггеров. Ведь «субъект – следствие убеждений, мировоззрений» [7. С. 121].
В текстах автор не просто мыслит, а формирует свое
личное отношение к предмету исследования. Экспрессивная лексика – еще одно проявление авторской позиции, причем в исследуемых текстах встречались и
ненормативные выражения. С одной стороны, ненормативная лексика снижает качество публикаций, с другой
стороны, налицо прием создания эффекта «близости к
читателю», ведь, в конце концов, блоггер – это такой же
представитель аудитории, как и его читатели.
Таким образом, проведенное исследование показывает, что гражданская журналистика, безусловно,
обладает публицистическим потенциалом. В ней явно
прослеживаются традиционные для российской журналистики тенденции к публицистичности, эмоционально-логической аргументации, поиску «правды» во
властных инстанциях, морально-нравственной оценке
происходящих событий.
Литература
1. Красноярова О. Время авторской журналистики // Журналист.
2002. № 5.
2. Лазарев А. Гражданская журналистика. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://www.anton-lazarev.ru/grazhdanskayazhurnalistika/.
3. Рублев С. Гражданская журналистика на службе интересов общества. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://lenta.ru/
articles/2005/05/17/blogs/.
4. Васильева Л.А. Делаем новости!. М., 2003.
5. Авраамов Д.С. Профессиональная этика журналиста. М., 1999.
6. Мансурова В.Д. Принципы самоопределения российской журналистики: контекст русской культуры // Жизненные силы русской
культуры: пути возрождения в России начала XXI века. М., 2003.
7. Инджиев А.А. Универсальный справочник начинающего журналиста. Ростов н/Д., 2007.
УДК 070. 447
Т.Н. Черепова
Томский государственный университет
СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
КРИТИЧЕСКИХ ПУБЛИКАЦИЙ АЛЕКСАНДРА КОНДРАШОВА
В статье рассматриваются публикации известного критика и писателя Александра Кондрашова, редактора отдела
«Телеведение» «Литературной газеты». Анализ позволяет
сделать выводы об усилившемся в последнее время социально-политическом аспекте в творчестве данного публициста.
Подобный подход к анализу творчества художников расширяет поле анализа критика, вызывает неподдельный интерес к
его публикациям и сторонников, и противников рецензента.
В то же время такой подход может вести к прямолинейности
в анализе, что снижает объективность оценки критиком
как отдельных художественных произведений, так и художественного процесса в целом.
Ключевые слова: телевидение, критика, социально-политический аспект, анализ, пресса.
Cherepova Tatiana N.
THE SOCIO-POLITICAL ASPECT OF ALEXANDER
KONDRASHOV CRITICAL PUBLICATIONS
The article considers the publication of the famous critic and
writer Alexander Kondrashov, the editor of Department of the «TV» of
the «Literaturnaya Gazeta». The analysis allows to draw conclusions
about strengthened recently socio-political aspect in the work of the
journalist. A similar approach to the analysis of the work of artists
broadens the analysis of criticism, causes genuine interest in his
publications and supporters, and opponents of the reviewer. At the
same time, this approach can lead to straightness in the analysis,
which reduces the objectivity of the assessment critic as individual
works of art and the artistic process as a whole.
Keywords: TV, criticism, socio-political aspect, the analysis, the
press.
О
бращение к творчеству критика и писателя
Александра Кондрашова продиктовано двумя причинами. Во-первых, значимостью роли
автора в критических публикациях, а во-вторых, усилившейся рефлексией сегодняшних критиков в связи
с происходящими в стране социально-политическими
процессами. Такое пристальное внимание к политике,
такое бурное обсуждение личной позиции можно было
встретить в критической литературе, пожалуй, только в
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
57
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
емых в них, подход журнала можно определить как
аналитический. При этом изображение отдельных существ, способов их существования, целых биоценозов
образует в метатексте журнала систему представлений,
которая раскрывает биосферу Земли во всей полноте
составляющих ее феноменов, связей и отношений.
Миссия журнала, таким образом, состоит в формировании у читателя экологического мышления,
биосферного мировоззрения (В.И. Вернадский). Такое
мировоззрение, с одной стороны, исходит из представления о ценности каждого живого организма, достойного не только внимания, изучения, но и сохранения.
С другой стороны, воспринимает земную природу в
целом как пространство жизни, а человека – как одного из его обитателей, существа, укорененного в ней и
имеющего перед природой моральные обязательства.
9. Жуков Б. Плывущие стоя // Вокруг света. 2012. № 5 (2860). С. 166–173.
10.Жуков Б. Универсальный хищник // Вокруг света. 2010. № 9
(2840). С. 140–147.
11. Значков Б. Каменные сады океана // Вокруг света. 2009. № 8
(2827). С. 14–22.
12.Щигленко Е. Цветы, изменившие мир // Вокруг света. 2009. № 8
(2827). С. 130–136.
13.Ильин И. Краски тлена // Вокруг света. 2009. № 7 (2826). С. 16–24.
14.Островский А. Чудовища мезозойских морей // Вокруг света.
2010. № 5 (2836). С. 116–122.
15.Еськов К. Золотой век букашек // Вокруг света. 2010. № 7 (2838).
С. 146–152.
16.Сидоркин П. Киты: галопом к морю // Вокруг света. 2010, № 1
(2832). С. 98–103.
17.Островский А. Удивительная живучесть крокодильего племени
// Вокруг света. 2011. № 4 (2847). С. 146–156.
18.Жуков Б. Импорт завоевателей // Вокруг света. 2011. № 3 (2846).
С. 144–151.
Литература
19.Жуков Б. Услуга за услугу // Вокруг света. 2011. № 6 (2849). С. 130–136.
1. Жуков Б. Очаровательный убийца // Вокруг света. 2009. № 9
20. Травина И. Транзитная зона // Вокруг света. 2010. № 8 (2839).
(2828). С. 94–102.
2. Жуков Б. Голые короли и королевы // Вокруг света. 2009. № 10
(2829). С. 134–140.
3. Жуков Б. Полярный камуфляж // Вокруг света. 2010. № 1 (2832).
С. 104–111.
4. Жуков Б. Соло на губе // Вокруг света. 2012. № 4 (2859). С. 146–154.
5. Зарубина Т. Кошки высокого полета // Вокруг света. 2012. № 8
(2863). С. 114–121.
6. Жуков Б. Птицы малого калибра // Вокруг света. 2011. № 9 (2852).
С. 154–159.
7. Жуков Б. Сладкоголосый потрошитель // Вокруг света. 2012. № 3
(2858). С. 140–147.
8. Значков Б. Мушкетеры подводного царства // Вокруг света. 2009.
№ 12 (2831). С. 120–128.
С. 150–159.
21.Травина И. Глубинная цивилизация // Вокруг света. 2010. № 11
(2842). С. 150–158.
22.Травина И. Шкурный интерес // Вокруг света. 2010. № 4 (2835).
С. 114–121.
23.Травина И. Средства передвижения // Вокруг света. 2010. № 1
(2832). С. 88-97.
24. Колмановский И. Власть над вертикалью // Вокруг света. 2012. №
7 (2862). С.136–145.
25.Значков Б. Точка зрения // Вокруг света. 2009. № 11 (2830). С. 20–34.
26.Жуков Б. Выход в свет // Вокруг света. 2010. № 6 (2837). С. 134–141.
27.Колбин В. Граждане звери // Вокруг света. 2010. № 6 (2837). С. 126–133.
28.Жуков Б. Второе пришествие леопардов на Кавказ // Вокруг света. 2011. № 1 (2844). С. 108–113.
УДК 808.1
А.В. Марущак
Алтайский государственный университет
ПУБЛИЦИСТИЧЕСКОЕ НАЧАЛО В ТЕКСТАХ
«ГРАЖДАНСКИХ ЖУРНАЛИСТОВ»
Статья посвящена развитию публицистического начала
в «гражданской журналистике». Автор исследует общественно-значимые материалы в блогах Алтайского края и выявляет
в них элементы публицистики.
Ключевые слова: блог, публицистика, гражданская журналистика, авторская позиция.
Marushak Anastasia V.
PUBLICISTIC BEGINNING IN THE TEXTS OF THE «CITIZEN
JOURNALISTS»
The article is devoted to the development of publicism of «citizen
journalism». The author explores socially important material on blogs
Altai region and brings them to the elements of publicism.
Keywords: blogging, publicism, citizen journalism, the author’s
position.
Н
овый XXI век – время моды на «авторское».
Еще в 2002 году в журнале «Журналист» появился материал «Время авторской журналистики»
Ольги Краснояровой. В переходные нулевые она обозначила смену вех: «Десятилетия игры в журналистику, лишенную авторского комментария, завершились»
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
58
[1. С. 38]. В современных традиционных масс-медиа
происходит «идентификация Автора»: появляются авторские телепроекты, колонки ведущих журналистов
в печатных и интернет-СМИ и т.д. Одним из главных
проявлений «персонального журнализма» стала так
называемая «гражданская журналистика», когда любой представитель аудитории может встать на место
журналиста и транслировать свое авторское видение
той или иной социально-политической проблемы.
Гражданская журналистика – это разновидность
журналистики, получившая широкое распространение
с середины 2000-х годов в связи с развитием интернета
и новых цифровых технологий. «Гражданские журналисты» предоставляют уникальную социально-значимую информацию, не представленную в традиционных
СМИ. В России и за рубежом существуют сайты, организованные «гражданскими журналистами». Количество
их посетителей сопоставимо с аудиторией крупных печатных СМИ [2]. Блогосфера – это еще один коммуникационный канал для гражданской журналистики, причем в России известные блоггеры в первую очередь ассоциируются именно с «гражданскими журналистами».
«Блог – это информационный отпечаток той или иной
личности («блоггера»), представленный с той или иной
степенью информационной открытости» [3].
Гражданская журналистика должна не просто заинтересовать аудиторию, но и быть убедительной и
достоверной, чтобы в следующий раз пользователи
вновь выбрали данный медийный ресурс (сайт, блог
и др.). Поэтому современные авторы-блоггеры не боятся выразить себя и прибегнуть к формам убеждения. В
гражданской журналистике авторское «я» приобретает ключевое значение наряду с актуальностью и злободневностью обозначенной темы.
Таким образом, если рассматривать гражданскую
журналистику как сочетание личностного и общественно-значимого, эмоционального и логически аргументированного, то налицо признаки публицистичности,
свойственной для российской журналистики в целом.
Публицистичность является одной из главных родовых черт отечественной журналистики. В разные
исторические эпохи именно публицистическое слово не только приводило к резонансу в обществе, но и
способствовало принятию конкретных решений властными инстанциями (социально-преобразовательский
эффект). Этим признакам публицистики отвечают современные тексты блоггеров, касающиеся решения
общественных проблем.
В то же время в традиционной журналистике существует парадокс: с одной стороны, все хотят потреблять
объективную информацию, знать «истину» в последней инстанции, но когда дело доходит до выбора канала информации, в «любимчиках» оказываются как
раз те авторы, которые не скрывают своих личностных
оценок, а зачастую и эмоций.
Когда речь идет о блогосфере, то данной проблемы не возникает, так как аудитория изначально готова
слушать и слышать «правду» от определенного автора,
Журналистский ежегодник
знать его оценку и отношение к происходящим событиям (авторскую позицию).
В 1990-е годы в отечественной журналистике начали широко использоваться западные клише подготовки материалов к публикации или выходу в эфир:
«журналистика факта», «обезличенная информация»,
«медиапродукт», подготовленный по шаблону… Все
это во многом противоречило традициям российской
журналистики, поэтому возврат к авторскому, оригинальному, эмоционально-оценочному был лишь вопросом времени. Любопытный факт, уже в 2003 году в
пособии для новостной журналистики исследователь
пишет: «Отвечаю на вопрос: должен ли журналист давать оценки и делать прогноз? – Должен! Должен диагностировать героя, прогнозировать ситуацию в ходе
сбора информации» [4. С. 110]. Все это подготовило
почву для возврата к «журналистике мнений», к аналитической авторской публицистике, которая нашла свой
коммуникационный канал – интернет.
Для анализа в настоящем исследовании было взято
30 текстов, опубликованных в блогах известных блоггеров Алтайского края за период с января по сентябрь
2013 года. Причем в исследовании представлены как
непрофессиональные журналисты, так и профессиональные журналисты, ведущие свой блог. Отбор текстов для анализа осуществлялся по следующим критериям: предмет отображения (социально-значимая
тема), резонанс (количество просмотров и комментариев), выраженность авторской позиции, метод сбора
и изложения информации.
По своей структуре авторский текст блоггеров тяготеет к художественно-публицистическому, отличается
многозначностью и глубиной смыслов. А «внутренняя
свобода» автора-блоггера, проявляющаяся в тексте
оригинальностью подхода и нестандартностью мышления, тем, чего не найдешь в традиционных СМИ,
притягивает зрителей и читателей, о чем свидетельствует количество просмотров и комментариев.
О. Красноярова утверждает, что главный критерий
публицистического текста – авторский взгляд: «Нас
увлекает взгляд человека изумленного, завороженного встречей с миром, который для автора всегда нов,
неожидан, парадоксален, а иногда полон боли и страдания» [1. С. 39]. Интересен подход и А.А. Авраамова
в этом вопросе. Дело в том, что для него авторская
позиция – это на треть нравственная черта. В ней, конечно, присутствуют обобщенные знания, идейно-политические убеждения. Однако синтезирующим компонентом, обеспечивающим цельность жизненной
(авторской) позиции, выступает нравственность. Таким образом, «для самого человека позиция – это он
сам. Собственные принципы обязательно выступают
в нравственной оболочке: «Это исповедую, на том и
стою» [5. С. 124]. Этическая, морально-нравственная
интерпретация авторской позиции в полной мере соответствует отечественной традиции панэтизма, характерной для публицистического творчества XIX–XX
вв. [6. С. 223].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
59
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
Нравственный императив свойственен большинству исследуемых текстов. Блоггеры даже в общественно-политических проблемах видят нравственную сторону и выражают свою позицию, прежде всего
в морально-этическом ключе, а уже затем ссылаются
на букву закона.
Авторская позиция, представленная в исследуемых
текстах, многокомпонентна. Откровенные призывы
к какому-то социальному действию – лишь вершина
позиционного «айсберга» гражданского журналиста.
Учитывался целый ряд факторов, влияющих на восприятие текста аудиторией. Оценочные суждения – одна из
главных особенностей текстов блоггеров. Ведь «субъект – следствие убеждений, мировоззрений» [7. С. 121].
В текстах автор не просто мыслит, а формирует свое
личное отношение к предмету исследования. Экспрессивная лексика – еще одно проявление авторской позиции, причем в исследуемых текстах встречались и
ненормативные выражения. С одной стороны, ненормативная лексика снижает качество публикаций, с другой
стороны, налицо прием создания эффекта «близости к
читателю», ведь, в конце концов, блоггер – это такой же
представитель аудитории, как и его читатели.
Таким образом, проведенное исследование показывает, что гражданская журналистика, безусловно,
обладает публицистическим потенциалом. В ней явно
прослеживаются традиционные для российской журналистики тенденции к публицистичности, эмоционально-логической аргументации, поиску «правды» во
властных инстанциях, морально-нравственной оценке
происходящих событий.
Литература
1. Красноярова О. Время авторской журналистики // Журналист.
2002. № 5.
2. Лазарев А. Гражданская журналистика. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://www.anton-lazarev.ru/grazhdanskayazhurnalistika/.
3. Рублев С. Гражданская журналистика на службе интересов общества. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://lenta.ru/
articles/2005/05/17/blogs/.
4. Васильева Л.А. Делаем новости!. М., 2003.
5. Авраамов Д.С. Профессиональная этика журналиста. М., 1999.
6. Мансурова В.Д. Принципы самоопределения российской журналистики: контекст русской культуры // Жизненные силы русской
культуры: пути возрождения в России начала XXI века. М., 2003.
7. Инджиев А.А. Универсальный справочник начинающего журналиста. Ростов н/Д., 2007.
УДК 070. 447
Т.Н. Черепова
Томский государственный университет
СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
КРИТИЧЕСКИХ ПУБЛИКАЦИЙ АЛЕКСАНДРА КОНДРАШОВА
В статье рассматриваются публикации известного критика и писателя Александра Кондрашова, редактора отдела
«Телеведение» «Литературной газеты». Анализ позволяет
сделать выводы об усилившемся в последнее время социально-политическом аспекте в творчестве данного публициста.
Подобный подход к анализу творчества художников расширяет поле анализа критика, вызывает неподдельный интерес к
его публикациям и сторонников, и противников рецензента.
В то же время такой подход может вести к прямолинейности
в анализе, что снижает объективность оценки критиком
как отдельных художественных произведений, так и художественного процесса в целом.
Ключевые слова: телевидение, критика, социально-политический аспект, анализ, пресса.
Cherepova Tatiana N.
THE SOCIO-POLITICAL ASPECT OF ALEXANDER
KONDRASHOV CRITICAL PUBLICATIONS
The article considers the publication of the famous critic and
writer Alexander Kondrashov, the editor of Department of the «TV» of
the «Literaturnaya Gazeta». The analysis allows to draw conclusions
about strengthened recently socio-political aspect in the work of the
journalist. A similar approach to the analysis of the work of artists
broadens the analysis of criticism, causes genuine interest in his
publications and supporters, and opponents of the reviewer. At the
same time, this approach can lead to straightness in the analysis,
which reduces the objectivity of the assessment critic as individual
works of art and the artistic process as a whole.
Keywords: TV, criticism, socio-political aspect, the analysis, the
press.
О
бращение к творчеству критика и писателя
Александра Кондрашова продиктовано двумя причинами. Во-первых, значимостью роли
автора в критических публикациях, а во-вторых, усилившейся рефлексией сегодняшних критиков в связи
с происходящими в стране социально-политическими
процессами. Такое пристальное внимание к политике,
такое бурное обсуждение личной позиции можно было
встретить в критической литературе, пожалуй, только в
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
59
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
Нравственный императив свойственен большинству исследуемых текстов. Блоггеры даже в общественно-политических проблемах видят нравственную сторону и выражают свою позицию, прежде всего
в морально-этическом ключе, а уже затем ссылаются
на букву закона.
Авторская позиция, представленная в исследуемых
текстах, многокомпонентна. Откровенные призывы
к какому-то социальному действию – лишь вершина
позиционного «айсберга» гражданского журналиста.
Учитывался целый ряд факторов, влияющих на восприятие текста аудиторией. Оценочные суждения – одна из
главных особенностей текстов блоггеров. Ведь «субъект – следствие убеждений, мировоззрений» [7. С. 121].
В текстах автор не просто мыслит, а формирует свое
личное отношение к предмету исследования. Экспрессивная лексика – еще одно проявление авторской позиции, причем в исследуемых текстах встречались и
ненормативные выражения. С одной стороны, ненормативная лексика снижает качество публикаций, с другой
стороны, налицо прием создания эффекта «близости к
читателю», ведь, в конце концов, блоггер – это такой же
представитель аудитории, как и его читатели.
Таким образом, проведенное исследование показывает, что гражданская журналистика, безусловно,
обладает публицистическим потенциалом. В ней явно
прослеживаются традиционные для российской журналистики тенденции к публицистичности, эмоционально-логической аргументации, поиску «правды» во
властных инстанциях, морально-нравственной оценке
происходящих событий.
Литература
1. Красноярова О. Время авторской журналистики // Журналист.
2002. № 5.
2. Лазарев А. Гражданская журналистика. [Электронный ресурс].
Режим доступа: http://www.anton-lazarev.ru/grazhdanskayazhurnalistika/.
3. Рублев С. Гражданская журналистика на службе интересов общества. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://lenta.ru/
articles/2005/05/17/blogs/.
4. Васильева Л.А. Делаем новости!. М., 2003.
5. Авраамов Д.С. Профессиональная этика журналиста. М., 1999.
6. Мансурова В.Д. Принципы самоопределения российской журналистики: контекст русской культуры // Жизненные силы русской
культуры: пути возрождения в России начала XXI века. М., 2003.
7. Инджиев А.А. Универсальный справочник начинающего журналиста. Ростов н/Д., 2007.
УДК 070. 447
Т.Н. Черепова
Томский государственный университет
СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ
КРИТИЧЕСКИХ ПУБЛИКАЦИЙ АЛЕКСАНДРА КОНДРАШОВА
В статье рассматриваются публикации известного критика и писателя Александра Кондрашова, редактора отдела
«Телеведение» «Литературной газеты». Анализ позволяет
сделать выводы об усилившемся в последнее время социально-политическом аспекте в творчестве данного публициста.
Подобный подход к анализу творчества художников расширяет поле анализа критика, вызывает неподдельный интерес к
его публикациям и сторонников, и противников рецензента.
В то же время такой подход может вести к прямолинейности
в анализе, что снижает объективность оценки критиком
как отдельных художественных произведений, так и художественного процесса в целом.
Ключевые слова: телевидение, критика, социально-политический аспект, анализ, пресса.
Cherepova Tatiana N.
THE SOCIO-POLITICAL ASPECT OF ALEXANDER
KONDRASHOV CRITICAL PUBLICATIONS
The article considers the publication of the famous critic and
writer Alexander Kondrashov, the editor of Department of the «TV» of
the «Literaturnaya Gazeta». The analysis allows to draw conclusions
about strengthened recently socio-political aspect in the work of the
journalist. A similar approach to the analysis of the work of artists
broadens the analysis of criticism, causes genuine interest in his
publications and supporters, and opponents of the reviewer. At the
same time, this approach can lead to straightness in the analysis,
which reduces the objectivity of the assessment critic as individual
works of art and the artistic process as a whole.
Keywords: TV, criticism, socio-political aspect, the analysis, the
press.
О
бращение к творчеству критика и писателя
Александра Кондрашова продиктовано двумя причинами. Во-первых, значимостью роли
автора в критических публикациях, а во-вторых, усилившейся рефлексией сегодняшних критиков в связи
с происходящими в стране социально-политическими
процессами. Такое пристальное внимание к политике,
такое бурное обсуждение личной позиции можно было
встретить в критической литературе, пожалуй, только в
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
60
перестроечные годы. Исследователи совершенно справедливо объясняют это столкновением господствующей в современной России идеологии либерализма
(в религиозном, экономическом, политическом, нравственном и эстетическом смысле этого понятия) с формированием другого миропонимания – христианского и
патриотически-государственнического [1].
Следует отметить, что Александр Кондрашов принадлежит к тем, кто отстаивает именно второе направление, находящееся в противостоянии с господствующей либеральной идеологией. С середины 2000-х годов
он возглавляет отдел «Телеведение» в «Литературной
газете» (ЛГ), во многом определяя политику критических публикаций издания. Нужно сказать, что ЛГ принадлежит сегодня к числу немногих изданий, стремящихся наиболее полно отразить процессы, происходящие в современном российском телевидении. Каждые
семь дней здесь публикуется по 6–8 материалов разных
жанров, оценивающих практику российского ТВ.
Что отличает публикации данного автора? Каковы
принципы, нравственные позиции, ценности, которые
он отстаивает? Прежде всего, обращает на себя внимание категорическое неприятие им либеральной идеологии и тех, кто проповедует и отстаивает эту идеологию в искусстве (художники, писатели, критики).
Так, 27 августа 2013 года в ЛГ была опубликована
рецензия Александра Кондрашова на цикл из четырех
фильмов о Бунине, показанный по каналу «Культура»,
«Годы окаянства, или Загадка Н.Б.И.». Эта публикация
не только оценивает работу телевизионщиков, но и
явно направлена против известного критика либерального направления Н.Б. Ивановой, заместителя главного редактора журнала «Знамя», которая является ведущей и автором сценария данного цикла. Оценивая
работу сценариста, Кондрашов отмечает, что в угоду
собственным политическим предпочтениям Иванова
(в рецензии она в основном издевательски именуется
как Н.Б.И.) проводит многозначительные параллели –
«Каждая серия начинается мощно: «Он родился в один
год с Лениным и умер в один год со Сталиным». Да, верно подмечено, пишет Кондрашов, но какое отношение
Ленин имел к творчеству Бунина? И далее говорит о
том, что Пушкин, Толстой, Чехов, Тургенев имели отношение к формированию Бунина, а вот, действительно,
какое влияние на писателя, не состоявшего ни в каких
партиях и политикой не занимавшегося, оказал факт
рождения в один год с вождем мирового пролетариата,
непонятно. Но фраза впечатляет и звучит устрашающе.
Отмечает Кондрашов и небрежность ведущей в
подаче материала, опять же в подтверждение ее точки зрения. Так, Наталья Иванова подчеркивает, что в
сталинское время «за упоминание имени Бунина можно
было получить срок на каторге, как его получил Варлам
Шаламов». Понимать эту фразу можно двояко, или
свой срок Шаламов получил за то, что упоминал имя
Бунина, или он получил срок так же, как и те заключенные, которые читали Бунина. Это позволяет Кондрашову уличить автора сценария в незнании материала.
Журналистский ежегодник
Цитируя обвинительный приговор Шаламову, Кондрашов отмечает, что осужден писатель был за то, что «высказывал пораженческие настроения по отношению к
Советскому Союзу в войне с фашистской Германией,
восхваляя при этом мощь, технику и командование фашистской армии».
Анализируя работу Натальи Ивановой, автор рецензии отмечает постоянное стремление Н.Б.И. выстраивать материал цикла соответственно определенной
концепции – представить Бунина как борца с советским
режимом. Ради этого отбираются только те факты биографии, которые «работают» на данную идею. И замалчиваются те моменты и события, которые рисуют картину жизни писателя не столь одномерно, отбрасываются
различные мнения современников о его творчестве. Так,
например, очень любопытно выглядит высказывание
Марины Цветаевой по поводу присуждения Нобелевской премии по литературе Бунину, а не А.М. Горькому,
который так же был представлен на номинацию. «Премия Нобеля. 26-го буду сидеть на эстраде и чествовать
Бунина. Уклониться – изъявить протест. Я не протестую,
я только не согласна, ибо несравненно больше Бунина: и
больше, и человечнее, и своеобразнее, и нужнее – Горький. Горький – эпоха, а Бунин – конец эпохи. Но – так как
это политика, так как король Швеции не может нацепить
ордена коммунисту Горькому... Впрочем, третий кандидат был Мережковский, и он также, несомненно, больше заслуживает Нобеля, чем Бунин...». Но такое мнение,
как справедливо замечает Кондрашов, портит общую
идеологическую картину «монолитно антисоветской
панорамы эмигрантской жизни».
В целом Александр Кондрашов подчеркивает, что
сосредоточенность (даже зацикленность) Н.Б.И. на желании сделать из Бунина яростного борца с советским
режимом постоянно возвращает автора фильма к публицистическим «Окаянным дням», обедняет анализ
всего творчества писателя. Ведь не этой публицистикой стал дорог писатель его многочисленным почитателям! Но, как пишет Кондрашов, «креативным мыслителям» (по аналогии с недавно родившимся определением «креативный класс») нужен постоянный раздрай,
чтобы окаянными в России были не дни, а годы. В связи
с чем автор рецензии приводит страшно и современно звучащее в фильме бунинское определение: «наша
интеллигенция – это подлое племя, совершенно потерявшее чутье живой жизни и изолгавшееся насчет совершенно неведомого ему народа».
В целом, в данной критической публикации мы
видим явно выраженное влияние социально-политических, мировоззренческих взглядов критика Александра Кондрашова на его подходы к анализу творчества
художников.
Исследователь Р.П. Баканов отмечает, что в последние годы в «интонации телекритика проявляется ностальгия по доперестроечному периоду», что находит
свое отражение в критике деятельности Б.Н. Ельцина, в
обвинениях олигархов в развале промышленности, доведении народа до полунищенского состояния; в иска-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
жении истории [2]. Согласиться с этим можно с оговоркой. Обращаясь к доперестроечному периоду, Кондрашов прежде всего ностальгирует по достойной жизни,
которой сегодня нет у многих и многих врачей, учителей, представителей других профессий; по замечательным книгам, фильмам, спектаклям, которые появлялись
в этот период. В его работах нет тоски по коммунистической идеологии, без которой весь так называемый
доперестроечный период просто невозможен. На наш
взгляд, Кондрашову более свойствен консервативный,
государственнический, патриотический взгляд на происходящее и в жизни, и в искусстве сегодняшнего дня.
В его критических публикациях речь идет о традиционных гуманитарных ценностях, таких как культура, семья,
личное достоинство человека.
Отличительной чертой публикаций Александра
Кондрашова являются постоянные ссылки на советское искусство, а как без этого, если новое российское
искусство крайне мало дает поводов для гордости, и то
же телевидение до сей поры активно пользуется старым багажом? Но при анализе этого старого Кондрашов иногда вдруг обнаруживает новые наблюдения,
старые фильмы рождают у него новые ассоциации
и приводят к неожиданным объяснениям сегодняшней действительности. Так, в обзорном материале
«Агрессия инфантилизма», опубликованном в ЛГ 18
января 2012 года, традиционно анализируя новогоднее
«меню», предложенное центральными каналами своей аудитории, он неожиданно по-новому увидит всеми
любимую «Иронию судьбы». Отметит свойственный
интеллигенции 70-х «агрессивный инфантилизм»,
принципиальное нежелание заглядывать в будущее.
«Московский романтик, сделав предложение своей возлюбленной, радостно идет в баню, напивается
там в дым... прилетает не к своей невесте, а к чужой в
Ленинград... Беспардонно вторгается в судьбы живущих там людей и изобретательно, жестоко разрушает
созданный ими мир. И делает это совершенно бескорыстно, во имя опять же любви». А через десяток лет,
отмечает критик, так же бескорыстно и романтично,
«во имя любви к свободе наши нади и жени шли на
перестроечные митинги и, потрудившись от души для
тех, кто вскоре раздербанил страну, потом кляли свою
наивность». Хочется добавить, что некоторые ходят и
поныне. В этих словах Кондрашова очень емко подмечена драма советских интеллигентов, стремившихся
обрести свободу и оказавшихся практически ненужными в новой России. Воспитатели душ превратились
сегодня в тех, кто предоставляет образовательные услуги, получая за это смешные зарплаты, и из последних сил стремится сохранить уважение своих учеников. Следует отметить, что и сам критик принадлежит
к этому поколению.
Конечно, главное внимание Александр Кондрашов
сосредотачивает на критике сегодняшнего телевидения. Причем очень часто – критике беспощадной. Так,
29 сентября 2010 года вышел его хлесткий репортаж
«ТЭФИ – коллективный Дориан Грей», посвященный
61
вручению статуэток ТЭФИ. Публикация, рисующая неприглядную картину сегодняшнего голубого экрана,
насыщенная жесткими оценками. «Наше телесообщество – коллективный Дориан Грей. Внешне красив и
ярок, но истинное лицо, душа, подноготная – черные,
порочные, смрадные, и чем дольше, тем больше...».
Описывая саму церемонию вручения наград, критик не стесняется в оценках номинантов: «...статуэтку
без сердца не получила Валерия Гай Германика. Девушка рыдала, грязно матерясь и понося Кравчука с его
«Адмиралом»... Премию за нее получили продюсеры...
Какой моральный урон нанесла «Школа» России, трудно посчитать...»; «Лучшим актером... был назван Макс
Аверин («Глухарь») – ах, как победно блистали его лысина и глаза, как он неподдельно самовлюбленно радовался, как был непохож на своего героя...».
И, как отмечает Кондрашов, совершенно неожиданным стал отказ от награды режиссера Олега Дормана
(фильм о военном поколении «Подстрочник»). Дорман
не просто отказался от приза, но и мотивировал свой
отказ, выходя на обобщения, на которые, как отмечает
критик, представители либерального круга ранее не
решались. В частности, режиссер говорил о том, что
среди членов жюри – есть люди, из-за которых фильм
одиннадцать лет не мог попасть к зрителям. «Люди, которые презирают публику и которые сделали телевидение главным фактором нравственной и общественной катастрофы, произошедшей за десять последних
лет... Получив в руки величайшую власть, какой, увы,
обладает у нас телевидение, его руководители, редакторы, продюсеры, журналисты не смеют делать зрителей хуже. Они не имеют права развращать, превращать
нас в сброд, в злую, алчную, пошлую толпу». И в зачитанном со сцены письме Олега Дормана Кондрашов
видит приговор «бессмысленной ярмарке тщеславия
с вручением давно потерявших изначальную ценность
статуэток и всему бессовестному сообщаку нашего ТВ».
Подводя итоги, мы можем отметить, что социально-политический аспект составляет важную часть критических публикаций Александра Кондрашова. Выраженный резко, жестко, эмоционально он, с одной стороны,
расширяет поле анализа критика, с другой, вызывает
неподдельный интерес к его публикациям как сторонников рецензента, так и его противников. Подтверждение
этому можно увидеть в реакции на его публикации интернет-пользователей на сайте ЛГ. В то же время следует
отметить, что зачастую такой подход критика к анализу
творчества художников выглядит чересчур прямолинейным, что обедняет критический анализ в целом.
Литература
1. Казин А.Л. Идеология и практика // Средства массовой информации в современном мире. Петербургские чтения: Матер. 52-й
Междунар. науч.-практ. конф. СПб., 2013. С. 123–124.
2. Баканов Р.П. Ценностные ориентиры в авторской позиции телекритика Александра Кондрашова // Знак. Проблемное поле
медиаобразования. Челябинск, 2011. № 2 (8). С. 42–59.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
62
Журналистский ежегодник
УДК 82–994
Л.М. Шутяк
Львовский национальный университет им. И. Франко
РАЗНОВИДНОСТИ АМЕРИКАНСКОГО
«НОВОГО ЖУРНАЛИЗМА» В УКРАИНСКОМ И ПОЛЬСКОМ
МЕДИАПРОСТРАНСТВЕ
В статье рассматривается жанр «нового журнализма»,
получивший распространение в американской прессе 60–70-х
годов ХХ века. Особое внимание сосредоточено на его связях с
жанром репортажа. Проанализированы отдельные образцы
польского и украинского «нового журнализма».
Ключевые слова: новый журнализм, репортаж, диалог, блог.
Shutyak Lilia M.
AMERICAN VARIETIES OF THE «NEW JOURNALISM» IN
THE UKRAINIAN AND POLISH MEDIA SPACE
The article deals with the genre of new journalism, which became
popular in the USA press at 60–70-ies of the XX century. A special
attention is focused on its relationship with the genre of reportage.
The paper analyzed some samples of the Polish and Ukrainian new
journalism.
Keywords: new journalism, reportage, dialogue, blog.
Л
итературно-журналистский жанр «новый
журнализм» (new journalism – далее «НЖ»), появившийся во второй половине ХХ века в прессе
США, вобрал лучшие черты репортажа. Его основатель – американский писатель и публицист Том Вулф
(р. 1931) в одноименной антологии 1973 г. определил
четыре основных приема «НЖ»: 1) последовательный
рассказ от сцены к сцене, без долгих исторических
экскурсов; 2) правдивая передача диалогов; 3) ракурс
третьего лица (принцип «хамелеона), при котором автор передает сцену от имени одного из действующих
лиц; 4) детализация статуса – тщательное изображение внешности, манеры поведения, речи персонажей,
интерьера, где происходит событие, и т.п.
Со стремительным развитием интернет-СМИ, и
особенно блогосферы, украинская журналистика получила оптимальную платформу для обнародования
текстов в жанре «НЖ». Прежде всего здесь следует указать на колумнистику и блоги В. Жежеры, А. Бондаря,
С. Пыркало, Ю. Андруховича, С. Жадана, О. Забужко,
Н. Рябчука, И. Карпы, А. Бойченко, М. Кидрука (в таких
изданиях и их электронных версиях, как «Газета поукраїнськи», «Українська правда. Життя», «Український
тиждень», «Mandry», «Погляди – ТСН.ua» и др.). Некоторые из них увидели свет в виде отдельных книг – «Авторська колонка» (Нора-Друк, 2007), «Господні кома-
рики» В. Жежера (Нора-Друк, 2011), «Морквяний лід»
А. Бондар (Нора-Друк, 2012), «Кораловий жмуток казусів від вельми цікавих людей» (Піраміда, 2005) и др.
Среди украинских «новожурналистских» публикаций
обращают на себя внимание тексты Артема Чапая в
жанре путевых историй, которые сначала появлялись в
его блоге, а впоследствии были опубликованы как полноценные книги. Это «Авантюра, або практичні реалії
мандрів по-бідняцьки: Еротико-політичний документальний калейдоскоп (2008)» и «Подорож із Мамайотою в пошуках України» (2011). Также книги другого
украинского автора, Максима Кидрука: «Мексиканські
хроніки» (2009), «Подорож на Пуп Землі» (в 2 томах;
2010), «Любов і піраньї» (2011). Кстати, много статей
упомянутого автора в жанре «НЖ» публикуются в общественно-политическом журнале «Український тиждень» (рубрика «Подорожі») и украинском туристическом журнале «MANDRY».
Если в Украине заинтересованность «новым журнализмом» только начинает расти, то среди других
центральноевропейских стран, к примеру в Польше,
он уже получил немалую популярность. Как отмечает
Л. Белей, первыми польскими репортажистами считают «нобелистов» Г. Сенкевича и В. Реймонта, а первым
репортажем – «Паломничество на Ясную Гуру» Реймонта (1895) [1], т.е. задолго до появления американского «НЖ» в 60–70-х гг. ХХ века.
В Польше «новый журнализм» именуют литературой факта. «О популярности этого жанра свидетельствуют многочисленные переводы польских иностранных репортеров, основание Института репортажа и
Школы репортажа, а также ежегодное вручение нескольких премий специально для авторов этого жанра
на грани журналистики и художественной литературы» [1]. «Цезарем репортажа» здесь по праву считают
Ришарда Капусцинского (1932–2007).
В последние годы в украинской литературно-журналистской среде заметен большой интерес к польским «НЖ»-текстам. Так, в украинском переводе уже
сегодня появилось немало образцов польского «нового журнализма»: Павел Смоленский «Похорон різуна»
(2006), Войцех Тохман «Ти наче камінь їла» (2009) –
оба в серии «Класика світового репортажу» издательства «Наш час»; Мариуш Щигел «Зроби собі рай» (2011)
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел III. Журналистика сегодня: тематика, проблематика, жанровые процессы
63
и «Ґоттленд» (2010), Яцек Гуґо-Бадер «Біла гарячка»
(2012) и др. Этим и другим польским «НЖ»-текстам
свойственно соблюдение основных приемов жанра:
ков СМИ к этому жанру, исчерпывающий обзор проблемы остается открытым.
1) кинематографизм, при котором материал строится сцена-за-сценой и они быстро сменяют друг
друга;
В книге Мариуша Щигела «Зроби собі рай» [2], посвященной современной Чехии, есть много ракурсов,
касающихся истории, культуры, церкви, мировоззрения чехов. Также здесь есть немало примечаний, ссылок на конкретные факты, статьи, социологические
опросы и т.д. Автор постоянно перескакивает с мысли
на мысль. Благодаря искусной сюжетной композиции
у читателя возникает впечатление, будто он просматривает фильм о Чехии.
Литература
2) правдивая передача диалога;
В репортаже Войцеха Тохмана «Ти наче камінь їла»
активно представлены «голоса» героев: «Жінки питають: пряма мова, І відповідають: пряма мова, Вони
кажуть: пряма мова, Жінка хапаються за голову: пряма
мова» [3. С. 44–45]. В книге Павела Смоленского «Похорон різуна»: «Потім двадцятеро п’яних чоловіків, зрілих отців сімейств і молокососів, крикнули священику:
«Ми спалимо ці ваші гайдамацькі каплиці!» [4. С. 36];
«валандався по селах» [4. С. 48]; «Ти, гівнюче, п’ятсот
злотих штрафу» [4. С. 53] и т.п.
3) ракурс третьего лица;
У «Зроби собі рай» М. Щигела журналист, читая
книгу, передает мнения известных людей о разных
знаках и предрассудках, быстро переключается внимание с одного лица на другое.
4) детализация статуса;
Присущая всем упомянутым текстам. Подробное
описание помещения находим в «Похороні різуна»
П. Смоленского. В частности, автор упоминает даже
то, что лежало на столах: «футболки до з’їзду, диски й
касети з музичним фольклором довоєнного Львова та
журнали» [4. С. 12]. А также: «Тадеуш Патер (худорлявий, приземкуватий, він мало не губився за мікрофоном) [4. С. 12]; Ян Скальський (темний костюм, з тростиною, ледь накульгує, голос ще сильніший) [4. С. 14].
Кроме того, в этих произведениях часто используется звукоподражание (ах, ох, ш-ш-ш, фу); большое
количество знаков препинания (… !!!) и др. А главное – репортер здесь опирается исключительно на
факты. Он подробно расписывает, откуда взял те
или иные цитаты, цифры, данные, представленные
в книге. Выделенные особенности присущи всем
«НЖ»-текстам.
С целью возрождения жанра художественного репортажа в Украине проводятся различные конкурсы.
Один из них уже второй год подряд организует киевское издательство «Темпора». Но, несмотря на рост
внимания украинских журналистиковедов и работни-
1. Белей Л. Факти польської «літератури факту». [Электронный
ресурс]. Режим доступа: http://litakcent.com/2012/04/09/faktypolskoji-literatury-faktu/
2. Щиґел М. Зроби собі рай. Киев, 2011. 324 с.
3. Тохман В. Ти наче камінь їла. Киев, 2009. 103 с.
4. Смоленський П. Похорон різуна. Киев, 2006.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
64
Журналистский ежегодник
Раздел IV.
Журналистика в системе социума
УДК 070.15; 32.019.5
К.Е. Виноградова
Санкт-Петербургский государственный университет
РОЛЬ МАСС-МЕДИА В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ ОБЩЕСТВА
В информационном обществе происходит постоянное
повышение политической роли средств массовой информации.
Автор рассматривает роль масс-медиа в политической коммуникации, акцентируя внимание на том, что журналисты
воздействуют на органы власти посредством передаваемой
информации, передают импульсы, побуждающие власть к принятию решений.
Ключевые слова: журналистика, политическая коммуникация, масс-медиа.
Vinogradova Ksenia E.
THE ROLE OF MASS MEDIA IN THE POLITICAL SYSTEM OF
SOCIETY
In the information society, there is a constant increase in the
political role of the media. The author examines the role of the
mass media of political communication. Journalists influence the
government and force new political solutions.
Keywords: journalism, political communication, mass media.
В
информационном обществе происходит постоянное повышение политической роли средств
массовой информации. Посредством СМИ власть
реализует ряд задач, связанных с процессом усвоения
гражданами политических норм и ценностей. Среди
них – совершенствование системы коммуникаций и
налаживание информационного обмена с прессой для
политического информирования населения.
Значимость прессы в политических процессах имеет глубокие исторические корни: в дореволюционной
России деловая пресса, например, была экономическим посредником между капиталистическими предприятиями, в эпоху социализма обслуживала интере-
сы экономистов и бухгалтеров, в нынешнее время деловые издания представляют влиятельную силу и информация, которой оперирует деловая пресса, может
не только отражать ситуацию на рынке, но и оказывать
влияние на поведение его агентов.
Средства массовой информации являются важнейшим инструментом реализации политического процесса1. СМИ серьезно влияют на процесс формирования
политических предпочтений, играя роль координатора и организатора потоков информации, посредством
СМИ реализуется информационная политика государства2. Дорис Грабер, демонстрируя политическое значение СМИ, отмечает, что они обеспечивают общенациональное общение отдельных лиц и групп, выбирая
для рассмотрения наиболее важные аспекты [3. P. 28].
Многие политические сообщения, передаваемые различными видами СМИ, существенно различаются по
содержанию, манере представления фактов, способам
обращения к различной аудитории.
Исследователи выделяют ряд особенностей политического воздействия СМИ в целом и деловых в
частности: незаметность влияния и, как следствие,
меньшее сопротивление ему (или даже отсутствие
такового); глобальность и быстрота распространения;
способность делать объектом рассмотрения любое общественное или личное явление (делают достоянием
общественности не только политические явления и
процессы, но и личную жизнь политиков и общественных деятелей); опосредование политического поведения людей – современный человек получает политическую информацию чаще всего через СМИ и на ее основе формирует собственные суждения, делает выводы,
Под политическим процессом понимается ход развития политических явлений, совокупность действий политических субъектов по
осуществлению своих ролей и функций в сфере власти, обеспечивающих формирование и функционирование политической системы
общества [1. С. 344].
2
Информационная политика – это совокупность управленческих решений и методов их реализации «для регулирования и совершенствования как непосредственно процессов информационного взаимодействия во всех сферах жизнедеятельности общества и государства, так и процессов (в широком смысле) технологического обеспечения такого взаимодействия» [2. С. 45].
1
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел IV. Журналистика в системе социума
мотивирующие его действия. Это создает возможность
массового политического манипулирования [4. С. 227].
Исследователь Н.Р. Балынская подчеркивает, что
современный политический процесс во многом осуществляется в сфере политической коммуникации,
где журналистика играет одну из основных ролей [5].
Читатели получают информацию, формируют свое
представление о событиях в политической и экономической сфере, выстраивают собственную стратегию
поведения посредством деловых масс-медиа. Данная
тенденция характеризует включенность упомянутого
типа СМИ в сферу политических отношений. Исследователь Е.В. Сивякова делает вывод, что общероссийские СМИ выступают в качестве института публичной
политики, обеспечивая информационные контакты и
информационные обмены между всеми субъектами
политической системы [6]. Профессор Б.Я. Мисонжников акцентирует внимание на том, что именно политико-экономический контент изданий определяет их
особую роль в политической коммуникации.
Политическая коммуникация рассматривается как
«процесс передачи политической информации, который структурирует политическую деятельность и
придает ей новое значение, формирует общественное
мнение и политическую социализацию граждан с учетом их потребностей и интересов» [7. С. 183]. Современные исследователи выделяют три основных способа,
посредством которых выполняется политическая коммуникация [8. С. 5–18]: с помощью средств массовой информации; посредством организаций (политических
партий, общественных объединений); через личное
взаимодействие.
Как мы видим, СМИ выступают естественным партнером власти. Что же характеризует СМИ как партнера?
1. СМИ – источник информации. Для власти СМИ
являются незаменимым поставщиком важной информации, механизмом отбора фактов, «фабрикой»
препарирования и редукции актуализированной информации; инструментом политических технологий.
Обзоры, исследования рынков, проблемные интервью
и т.д. позволяют получить новую, не являющуюся официальной информацию. СМИ наглядно демонстрируют обществу, деловому сообществу и местным властям
состояние финансовой инфраструктуры, бизнес-климата, инвестиционной привлекательности отдельных
регионов.
2. СМИ – сигнальная структура. Превентивная
журналистика обращает внимание на проблемы, заслуживающие серьезного внимания и вмешательства
органов власти: журналисты могут указывать на устаревшее законодательство, сложности в преодолении
административных барьеров и пр. Власть в свою очередь через СМИ высказывает собственные прогнозы
развития событий, направляя таким образом ход экономических и политических воззрений граждан:
«В Госдуму уже внесен законопроект о заморозке для
всех граждан отчислений в течение года накопительной части пенсий в НПФ и обнуление ее для тех, кто
65
до сих пор не определился с выбором управляющей компании. Такое латание дыр при отсутствии внятных
разъяснений может подорвать доверие граждан к накопительной системе. Кроме того, может возникнуть
ажиотаж ввиду начала тотальных проверок НПФ:
граждане могут подумать, что мелкие фонды попросту скроются с их деньгами» [9].
Постоянный мониторинг, осуществляемый СМИ,
помогает выявлять имеющиеся проблемы и принимать грамотные управленческие решения.
3. СМИ – трибуна для дискуссии субъектов коммуникации о решениях и действиях властей. СМИ
способствуют взаимодействию бизнеса и власти. Бизнес не готов признавать свои ошибки, то же самое
справедливо и в отношении власти, которая на данный
момент только начинает вводить практику публичного
анализа причин возникающих трудностей и возможных путей их преодоления. СМИ – пространство для
артикуляции различных общественных интересов, для
альтернативных политических и общественных идей,
для продвижения стратегических государственных
проектов. При этом представители различных функциональных систем через СМИ могут публично выражать
свою оценку идей (проектов, решений), согласовывая
интересы отдельных групп и власти.
«Экс-министр финансов, глава Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин советует россиянам,
которые не определились, переводить ли часть отчислений на накопительную часть пенсии, воспользоваться этой возможностью, так как в долгосрочном
будущем это увеличит их пенсию. „Советую гражданам перейти на накопительную систему (отчислений
части доходов на накопительную пенсию). В долгосрочном периоде от 12 до 20 лет, уверен, это даст дополнительную возможность пенсиям. Это мое мнение
как эксперта“, – сказал Кудрин журналистам» [10].
4. СМИ выступают координатором в сложной
ситуации, формируют условия, в которых власть и
бизнес приходят к компромиссному решению, при
котором достигается согласование интересов государства, бизнеса и граждан. Так, в октябре 2013 г. в
пресс-центре «Парламентской газеты» состоялся
круглый стол «Эффективность российских вузов:
что покажет повторный мониторинг?». Обсуждение
было посвящено очередным итогам мониторинга
эффективности российских вузов в 2013 году. В ходе
дискуссии участники обсудили: критерии, влияющие на качество мониторинга, уровень образования
в высших учебных заведениях, будущее студентов
неэффективных вузов. Участниками встречи стали
заместитель председателя Комитета Государственной Думы по образованию А.И. Аршинова; член Комитета Совета Федерации РФ по науке, образованию,
культуре и информационной политике Л.Н. Бокова;
заместитель председателя комитета ГД по образованию В.Е. Шудегов; директор Института развития образования ГУ ВШЭ И.В. Абанкина. Подобная встреча
позволила выявить и обнародовать основные про-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
66
блемы системы высшего образования, создать единую платформу для дальнейшего диалога.
5. СМИ – инструмент обоснования и обнародования политических решений, что делает легитимным
политический процесс и формирует лояльность населения к власти. В тех случаях, когда информация целенаправленно распространяется через деловые СМИ,
мы можем говорить о желании властей транслировать
информацию определенной группе населения, целевой аудитории.
«Президент России Владимир Путин заявил о том,
что пенсионный возраст в стране увеличиваться не будет, но россиян будут стимулировать к более позднему
выходу на пенсию. „Мы считаем, что у нас пока нет ни
экономической возможности, ни социальной, ни с точки
зрения продолжительности жизни увеличивать пенсионный возраст. И мы сказали, что не будем его увеличивать“, – заявил Владимир Путин на встрече с активом
партии «Единая Россия». Однако господин Путин отметил, что „правительством предлагается – и с этим
можно согласиться – стимулировать людей к более
позднему выходу на пенсию, но таким образом, чтобы
человек сам принимал для себя решение“» [11].
6. СМИ – канал прямой мобилизации. Власть посредством СМИ может сорганизовывать группы для
обсуждения и решения проблем, принятия каких-либо
решений, выполнения (или, напротив, невыполнения)
определенных действий. Побуждение к определенным политическим действиям (или к бездействию)
происходит посредством как прямых обращений представителей органов власти, так и посредством обнародования дозированной информации на протяжении
длительного количества времени.
7. СМИ – средство донесения информации до
определенных групп (в том числе предупреждений
о возможных санкциях, переменах в экономической
политике, предостережений, угроз и т.д.). Зачастую
это происходит на мероприятиях, организованных для
СМИ или проводимых в присутствии журналистов.
«Глава Минэкономразвития Алексей Улюкаев на форуме в Сочи заявил, что безработица в следующем году
вырастет до 6%. Сейчас этот показатель чуть выше
5%. При этом министр назвал затянувшуюся стагнацию российской экономики вариантом даже худшим,
менее предсказуемым, чем острый кризис» [12].
Как мы видим, СМИ выступают в качестве инструмента политического объединения и политического
действия. Масс-медиа открывают дополнительную
возможность контроля за действиями власти, позволяя всем гражданам получать информацию о политическом процессе, а тем, кто имеет возможность публиковать информацию в СМИ, оказывать влияние на реализацию политических программ. Журналистика как
одна из форм массовой коммуникации существует как
автономно, так и во взаимосвязи с обществом, бизнесом и политикой.
Журналистский ежегодник
Рассматривая СМИ как систему, мы подразумеваем,
что автономность заключается в ее структуре, принципах, системе управления. При этом любые системы, и
СМИ не исключение, имеют окружающую среду, в которую входят другие функциональные системы. Социолог
Н. Луман показал, что между автономными функциональными системами – права, политики, науки, экономики и т.д. – происходит общение на основе двоичных
кодов3. В системе масс-медиа кодом может служить:
«информирует / не информирует». Информируя, СМИ
позволяют осуществлять гражданам общественный
контроль за действиями властей, которым не всегда выгодны публичность и гласность. И со стороны средств
массовой информации возможны как преднамеренное,
так и непреднамеренное замалчивание каких-либо проблем, игнорирование событий или персон. Прогнозы
экспертов в СМИ о возможных конфликтах, росте налогов, повышении цен и т.п. могут иметь экономические
или политические последствия и даже повлиять на стабильность экономической системы. Финансовые рынки
чувствительны к изменению рыночной конъюнктуры,
на состоянии бизнеса сказываются как позитивные, так
и негативные новости. Известны случаи публикации
провокационной информации, нацеленной на подрыв
финансовых структур. Так, показательным примером
может служить эпидемия «соляной лихорадки», когда
сразу в нескольких российских регионах возник дефицит соли. Появились многочисленные публикации: «Рыбинск в панике: сахар, соль и спички стали дефицитом»,
«В России расширяется география продбума», «„Белая
лихорадка“ охватила Ярославль». Учитывая возможные
психологические последствия высказываний и комментариев экспертов и журналистов, редакторы целого
ряда изданий предпочитают дозировать информацию,
не публиковать сомнительную информацию или расставлять акценты в публикациях таким образом, чтобы
нивелировать негативные факторы.
Таким образом, СМИ принимают активное участие в принятии политических решений, оказывают
влияние на политическую повестку дня, выполняют
роль политического посредника и передатчика политических сообщений, а также инициируют появление
данных сообщений. Нередко активное участие прессы
в этом процессе вызывает негативную реакцию со стороны власти. Средства массовой информации включены в политические процессы: в коммуникативной
подсистеме они осуществляют взаимодействие между
различными подсистемами политической системы, а
также между политической системой и другими сферами общественной жизни.
Литература
1. Лавриненко В.Н. Политология: курс лекций. М., 2010.
2. Нисневич Ю.А. Информационная политика России: проблемы и
перспективы. М., 2000.
Принцип бинарной оппозиции элементарных знаковых систем описан проф. Д.П. Гаврой [13. С 166].
3
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
67
Раздел IV. Журналистика в системе социума
3. Graber Doris A. Mass Media and American Politics (Fourth Edition).
Washington, D. C.; Congressional Quarterly Press,1993.
4. Политология: учеб. пособие / Под ред. А.С. Тургаева, А.Е. Хренова. СПб., 2005.
5. Балынская Н.Р., Миронов Ю.В. Функционирование СМИ как субъекта политики в условиях новой России // Судьба России: вектор
перемен: материалы Междунар. науч. конф., 8–10 июня 2007 г.,
9. Лабыкин А. Умножить на ноль // Эксперт.ru. 2013. 1 окт. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://expert.ru/2013/10/1/
umnozhit-na-nol/.
10. Кудрин посоветовал переводить средства в накопительную
часть пенсии // РИА Новости. 2013. 3 окт. [Электронный ресурс].
Режим доступа: www.ria.ru/economy/20131003/.
11. Россиян нужно стимулировать к более позднему выходу на
Екатеринбург. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.ural-
пенсию, считает Владимир Путин // Коммерсантъ. 2013. 3 окт.
yeltsin.ru/knigi/rossija_na_rubezhe/document632/.
[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.kommersant.
6. Сивякова Е.В. Общероссийские СМИ как институт публичной
политики: условия и технологии производства публичности: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 2009.
7. Политологический словарь. В 2-х ч. М., 1994.
8. Соловьев А.И. Политическая коммуникация: к проблеме теорети-
ru/news.
12. Россиян призвали готовиться к увольнениям // Business FM. Прямой эфир 29 сентября 2013. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.bfm.ru/news.
13. Гавра Д.П. Основы теории коммуникаций. СПб., 2005.
ческой идентификации // Полис. 2002. № 3.
УДК 659.1
М.О. Кица
Львовский национальный университет им. И. Франко
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ДИСФУКНЦИИ ПАТОГЕННОЙ РЕКЛАМЫ
В УКРАИНСКИХ СМИ
В статье обозначены особенности рекламы как социального института и определены ее функции. Патогенная
реклама как большая часть коммерческого контента современных СМИ также влияет на общество, однако в негативном смысле. Проанализировано психологическое воздействие
патогенной рекламы на аудиторию СМИ и его последствия.
Определены психологические дисфункции патогенной рекламы
в современных украинских СМИ и предложены методы преодоления этого явления в современном медиапространстве.
Ключевые слова: патогенность, реклама, социальный институт, влияние, психология.
Kitsa Maryana O.
PSYCHOLOGICAL DYSFUNCTIONALITIES OF THE
PATHOGENIC ADVERTISING IN UKRAINIAN MEDIA
The article highlights the features of advertising as a social
institution and defines its functions. Pathogenic advertising as a big
part of commercial content of contemporary media also affects on the
society, but in a negative sense. Therefore in the article it is analyzed
the psychological impact of advertising on media audience and its
implications. It is defined psychological dysfunctions of the pathogenic
advertising in modern Ukrainian media and methods of dealing with
the problem in the mediaspace.
Keywords: pathogenicity, advertising, social institution, influence,
psychology.
Н
едобросовестная, некачественная реклама стала привычным явлением в украинском
медиапространстве. Следствием такой рекламы
являются не только напрасно потраченные средства
потребителей, но и стереотипы по восприятию новой
информации обществом. Поэтому некачественная реклама исполняет болезнетворные функции, вызывает
негативные эмоции, злость, агрессию и является патогенной. Впервые назвали текст патогенным украинские ученые Б. Потятиник и М. Лозинский, издав книгу
с соответствующим названием «Патогенный текст» [1].
Продолжили тему украинские исследовательницы
К. Серажим, Л. Масимова и С. Проскурина. В своих научных трудах ученые пытаются определить критерии
патогенности текста, принимая во внимание прежде
всего влияние текста на читателя. Согласно Большому
толковому словарю современного украинского языка,
патогенный – это тот, что вызывает болезнь, болезнетворный [2. С. 356]. В польской литературе прилагательное «патогенный» используют для обозначения
тех явлений, которые способствуют маргинализации
общества, т.е. введению тех норм, которые нарушают социальную регуляцию поведения в обществе [3].
К таким факторам польские исследователи относят ненадлежащую государственную социальную политику,
СМИ, рекламу. Поэтому считаем целесообразным использовать термин «патогенный» и для обозначения
информации, слова, текста, рекламы и т.п.
Подтверждают патогенное влияние рекламы на
аудиторию результаты социологического опроса, который проводился автором с октября 2012 г. по февраль
2013 г. по отношению читательской аудитории к рекламе. На вопрос «каковы главные характеристики рекламы в газетах?» 87% респондентов ответили, что реклама тратит время читателя. Такого мнения придержива-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
67
Раздел IV. Журналистика в системе социума
3. Graber Doris A. Mass Media and American Politics (Fourth Edition).
Washington, D. C.; Congressional Quarterly Press,1993.
4. Политология: учеб. пособие / Под ред. А.С. Тургаева, А.Е. Хренова. СПб., 2005.
5. Балынская Н.Р., Миронов Ю.В. Функционирование СМИ как субъекта политики в условиях новой России // Судьба России: вектор
перемен: материалы Междунар. науч. конф., 8–10 июня 2007 г.,
9. Лабыкин А. Умножить на ноль // Эксперт.ru. 2013. 1 окт. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://expert.ru/2013/10/1/
umnozhit-na-nol/.
10. Кудрин посоветовал переводить средства в накопительную
часть пенсии // РИА Новости. 2013. 3 окт. [Электронный ресурс].
Режим доступа: www.ria.ru/economy/20131003/.
11. Россиян нужно стимулировать к более позднему выходу на
Екатеринбург. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.ural-
пенсию, считает Владимир Путин // Коммерсантъ. 2013. 3 окт.
yeltsin.ru/knigi/rossija_na_rubezhe/document632/.
[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.kommersant.
6. Сивякова Е.В. Общероссийские СМИ как институт публичной
политики: условия и технологии производства публичности: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. М., 2009.
7. Политологический словарь. В 2-х ч. М., 1994.
8. Соловьев А.И. Политическая коммуникация: к проблеме теорети-
ru/news.
12. Россиян призвали готовиться к увольнениям // Business FM. Прямой эфир 29 сентября 2013. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.bfm.ru/news.
13. Гавра Д.П. Основы теории коммуникаций. СПб., 2005.
ческой идентификации // Полис. 2002. № 3.
УДК 659.1
М.О. Кица
Львовский национальный университет им. И. Франко
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ДИСФУКНЦИИ ПАТОГЕННОЙ РЕКЛАМЫ
В УКРАИНСКИХ СМИ
В статье обозначены особенности рекламы как социального института и определены ее функции. Патогенная
реклама как большая часть коммерческого контента современных СМИ также влияет на общество, однако в негативном смысле. Проанализировано психологическое воздействие
патогенной рекламы на аудиторию СМИ и его последствия.
Определены психологические дисфункции патогенной рекламы
в современных украинских СМИ и предложены методы преодоления этого явления в современном медиапространстве.
Ключевые слова: патогенность, реклама, социальный институт, влияние, психология.
Kitsa Maryana O.
PSYCHOLOGICAL DYSFUNCTIONALITIES OF THE
PATHOGENIC ADVERTISING IN UKRAINIAN MEDIA
The article highlights the features of advertising as a social
institution and defines its functions. Pathogenic advertising as a big
part of commercial content of contemporary media also affects on the
society, but in a negative sense. Therefore in the article it is analyzed
the psychological impact of advertising on media audience and its
implications. It is defined psychological dysfunctions of the pathogenic
advertising in modern Ukrainian media and methods of dealing with
the problem in the mediaspace.
Keywords: pathogenicity, advertising, social institution, influence,
psychology.
Н
едобросовестная, некачественная реклама стала привычным явлением в украинском
медиапространстве. Следствием такой рекламы
являются не только напрасно потраченные средства
потребителей, но и стереотипы по восприятию новой
информации обществом. Поэтому некачественная реклама исполняет болезнетворные функции, вызывает
негативные эмоции, злость, агрессию и является патогенной. Впервые назвали текст патогенным украинские ученые Б. Потятиник и М. Лозинский, издав книгу
с соответствующим названием «Патогенный текст» [1].
Продолжили тему украинские исследовательницы
К. Серажим, Л. Масимова и С. Проскурина. В своих научных трудах ученые пытаются определить критерии
патогенности текста, принимая во внимание прежде
всего влияние текста на читателя. Согласно Большому
толковому словарю современного украинского языка,
патогенный – это тот, что вызывает болезнь, болезнетворный [2. С. 356]. В польской литературе прилагательное «патогенный» используют для обозначения
тех явлений, которые способствуют маргинализации
общества, т.е. введению тех норм, которые нарушают социальную регуляцию поведения в обществе [3].
К таким факторам польские исследователи относят ненадлежащую государственную социальную политику,
СМИ, рекламу. Поэтому считаем целесообразным использовать термин «патогенный» и для обозначения
информации, слова, текста, рекламы и т.п.
Подтверждают патогенное влияние рекламы на
аудиторию результаты социологического опроса, который проводился автором с октября 2012 г. по февраль
2013 г. по отношению читательской аудитории к рекламе. На вопрос «каковы главные характеристики рекламы в газетах?» 87% респондентов ответили, что реклама тратит время читателя. Такого мнения придержива-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
68
ются 46% женщин и 41% мужчин преимущественно с
высшим образованием (71%). Более 50% респондентов
считают, что реклама вводит в заблуждение (56%). Так
думает 34% женщин и 22% мужчин, в основном с высшим образованием (31%). 12% мужчин и женщин отметили, что реклама пропагандирует аморальное поведение. Большинство из этих респондентов (по 3%) – старшего и пенсионного возраста. Убедительное большинство, а именно 71% респондентов, в основном женского
пола, считают, что реклама создает стереотипы. Это
лица с высшим (46%) и незаконченным высшим (21%)
образованием, которым от 18 до 45 лет. Прекрасная
часть человечества также убеждена, что реклама их
унижает. Такое мнение выразили 40% молодых и несовершеннолетних девушек с высшим и незаконченным
высшим образованием. Большую часть опрошенных
мужчин и женщин с высшим образованием реклама
раздражает (56%). Это в основном те, кому от 18 до 25
(21%), а также респонденты в возрасте от 25 до 35 (23%).
Раздражаются от низкого качества рекламных сообщений 43% читателей газет, почти поровну мужского и
женского пола. Это преимущественно молодые люди в
возрасте от 18 до 25 лет (17%), несовершеннолетние (8%)
и те, кому от 26 до 35 лет (9%). Почти половина респондентов считают, что реклама влияет на подсознание
людей1.
Ответы участников опроса на этот вопрос дают нам
общее представление о влиянии рекламы на читателей газет и об их отношении к рекламным сообщениям в целом. Как видно из приведенных выше данных,
существует тенденция негативного отношения людей
к коммерческим рекламным сообщениям. Это является тревожным явлением, которое приводит к отторжению новой информации в целом. Такая ситуация
свидетельствует о патогенности рекламы в украинских
печатных СМИ и требует детального анализа и классификации критериев рекламы в современных печатных
газетах Украины. Показателен и тот факт, что 68% респондентов «попадали в ловушку» недобросовестной
рекламы. Почти столько же опрошенных (66%) отмечали в украинской прессе материалы рекламного характера, не помещенные под рубрикой «Реклама» (так
называемая скрытая реклама). Мониторинг коммерческого контента украинских газет «Украина молодая»,
«Факты и комментарии», «Экспресс», «Высокий замок»,
«Львовская газета» с 2007 по 2013 г. подтвердил наличие в прессе патогенной рекламы, нарушающей законодательные и морально-этические нормы. Это скрытая и недобросовестная реклама, реклама недетских
товаров и услуг с привлечением детей, реклама, которая пропагандирует аморальное поведение, реклама
с техническими недостатками, когда незаметны обязательные данные о товаре, а также реклама, которая
тратит время читателя, т.е. написана в виде большого,
малоинформативного журналистского материала. Часто патогенная реклама в украинской прессе нарушает
Журналистский ежегодник
ряд норм Закона Украины «О рекламе» и девальвирует
моральные ценности.
В результате мониторинга установлена прямая зависимость количества патогенной рекламы от экономического положения государства, и заметна тенденция роста количества патогенной рекламы по сравнению с общим объемом рекламы в проанализированных газетах. В частности, больше патогенной рекламы
обнаружено в газетах «Экспресс» (208 публикаций в
2007 г., 216 – в 2012 г), «Высокий Замок» (198 публикаций
в 2007 и 202 в 2012 г.) и «Факты и комментарии» (164 в
2007 г., 187 – в 2012 г.). В законодательном аспекте, это
в основном скрытая (47% от всей патогенной рекламы)
и недобросовестная (21%) реклама. В морально-этическом аспекте, это реклама, которая тратит время читателя (15%), и однотипная, неинтересная, малоинформативная реклама (11%).
Таким образом, патогенная реклама не выполняет
первоочередных функций рекламы и является дисфункциональной. Мониторинг украинских печатных
газет дает основания утверждать, что патогенная реклама не выполняет функций, присущих рекламированию, а наоборот, видоизменяет и нивелирует их,
формируя в читательской аудитории негативное отношение к рекламе в целом. Современная патогенная реклама создана по принципу так называемой «внутренней ловушки» [4. С. 590], когда потребителю не просто
предлагают товар, а навязывают его в привлекательной для читателя форме, используя при этом манипулятивные технологии.
Патогенная реклама дисфункциональна не только
в социальном аспекте, но и в психологическом. Одной
из причин дисфункциональности патогенной рекламы являются такие ее психологические особенности,
как повышенная стимуляция психической активности,
которая, по мнению российской исследовательницы
Л. Матвеевой [5. С. 137], достигается за счет апелляции
рекламы к архетипам и национальным стереотипам,
использования сверхкрупных планов, визуальных контрастов, нарушения моральных норм, трансформации
картины мира, информационной уплотненности, широкого использования метафор, а также демонстрации
все возможных чувств и переживаний человека.
Патогенная реклама в печатных газетах Украины
создает феномен информационной перегрузки и визуального шума [6. С. 350]. Травмирующий характер
патогенной рекламной коммуникации проявляется
в формировании социальных стереотипов и псевдообразов, когда сочетание слов «всего», «только» наряду с цифровым значением стоимости товара приводит
к ощущению у читателя неполноценности, отсталости,
ничтожности. Это, в свою очередь, приводит к снижению оценки и самооценки в социальных группах с небольшими доходами.
Деструктивное влияние патогенной рекламы проявляется также в популяризации девиантного поведения
Опрос проводился с октября 2012 по февраль 2013. Было опрошено 1000 респондентов, среди которых 750 – студенты и преподаватели
КНУКиИ, остальные – прохожие: жители и гости г. Львова.
1
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
69
Раздел IV. Журналистика в системе социума
из-за некорректного изображения детей, неэтичных
иллюстраций, ненормированной лексики и т.п. Засилье патогенных рекламно-информационных потоков
приводит к дезориентации личности, и постепенно в сознании читателей исчезает различие между важным и
неважным в информации. Патогенная реклама в печатных газетах Украины вызывает у читателей склонность к
крайним пределам оптимизма и негативизма, что приводит к дисфункции ожиданий и разочарований. Например, реклама новейших лекарственных препаратов
и методов лечения перечеркивает другие и отмечает
их неэффективность, а реклама средств для похудения,
которая содержит фото людей «до» и «после» приема
рекламируемого препарата, внушает абсолютный оптимизм и гарантирует эффект. Зато отсутствие желаемого результата у читателей, которые поверили рекламе
и приобрели рекламируемый товар, вызывает апатию,
разочарование, злость, агрессию.
В целом, психологическими дисфункциями патогенной рекламы являются негативизм, агрессия,
апатия, деградация национальных ценностей и норм,
дезориентация, односторонняя пропаганда, снижение уровня интеллекта, этики, эстетики, культурного
вкуса, ненормированность культуры речи и норм поведения населения.
Для того чтобы искоренить явление патогенной
рекламы с украинского медиапространства, нужно
осуществлять четкий контроль за рекламой на всех
уровнях – от индивидуального (на уровне самоконтроля конкретного журналиста) до редакционного, регионального и общегосударственного. А это возможно
только путем создания соответствующей иерархии
контролирующих органов, которые бы работали на
благо государства и общества, а не на благо собственных интересов. Журналисты, в свою очередь, должны
руководствоваться законодательством и Кодексом
профессиональной этики журналиста, а рекламодатели – создавать качественные товары и услуги и подавать о них достоверную, правдивую информацию.
Литература
1. Потятиник Б., Лозиньский М. Патогенний текст. Львов, 1996. 296 с.
2. Великий тлумачний словник сучасної української мови. Киев,
2001.
3. Pisarek W. O Mediach i Języku. Kraków, 2007. 392 s.
4. Уралева Е. Реклама как социальный институт // Изв. ПГПУ им. В.Г.
Белинского. 2012. № 28. С. 588–593.
5. Матвеева Л. Категория выразительности в рекламной коммуникации // Ежегодник Российского психологического общества
«Психология сегодня». М., 1996. Т. 2. Вып. 2.
6. Овруцкий А. Реклама как травмирующая коммуникация: причины дисфункций и защитные механизмы // Коммуникация в
современной парадигме социального и гуманитарного знания:
Матер. 4-й Междунар. конф. М., 2008.
УДК 316.77
В.А. Ковпак
Классический приватный университет Запорожья
ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАЦИОННАЯ
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ: СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД
В статье анализируется структура информационно-коммуникационной деятельности, ее схематическая модель в
контексте развития национального информационного пространства.
Ключевые слова: информационно-коммуникационная деятельность, национальное информационное пространство,
комплиментарность, стереотип.
Kovpak Victoria A.
INFORMATION AND COMMUNICATION ACTIONS:
A SYSTEMATIC APPROACH
The paper analyzes the structure of the information and
communication activities, its schematic model in the context of the
development of the national information space.
Keywords: information and communication activities, the national
information space, complementarity, a stereotype.
Н
ациональное информационное пространство – совокупность национальных информационных ресурсов и информационной
инфраструктуры, которые позволяют на основе единых
принципов и общих правил обеспечивать информационное взаимодействие граждан, общества, государства
с их равным правом доступа к открытым информационным ресурсам и максимально полным удовлетворением информационных потребностей субъектов государства на всей его территории, с соблюдением баланса
интересов на вхождение в мировое информационное
пространство и обеспечение информационной безопасности в соответствии с Конституцией страны и международными правовыми нормами [1. С. 25].
Как утверждал К. Дойч, наличие общего коммуникативного пространства приводит к внутреннему един-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
69
Раздел IV. Журналистика в системе социума
из-за некорректного изображения детей, неэтичных
иллюстраций, ненормированной лексики и т.п. Засилье патогенных рекламно-информационных потоков
приводит к дезориентации личности, и постепенно в сознании читателей исчезает различие между важным и
неважным в информации. Патогенная реклама в печатных газетах Украины вызывает у читателей склонность к
крайним пределам оптимизма и негативизма, что приводит к дисфункции ожиданий и разочарований. Например, реклама новейших лекарственных препаратов
и методов лечения перечеркивает другие и отмечает
их неэффективность, а реклама средств для похудения,
которая содержит фото людей «до» и «после» приема
рекламируемого препарата, внушает абсолютный оптимизм и гарантирует эффект. Зато отсутствие желаемого результата у читателей, которые поверили рекламе
и приобрели рекламируемый товар, вызывает апатию,
разочарование, злость, агрессию.
В целом, психологическими дисфункциями патогенной рекламы являются негативизм, агрессия,
апатия, деградация национальных ценностей и норм,
дезориентация, односторонняя пропаганда, снижение уровня интеллекта, этики, эстетики, культурного
вкуса, ненормированность культуры речи и норм поведения населения.
Для того чтобы искоренить явление патогенной
рекламы с украинского медиапространства, нужно
осуществлять четкий контроль за рекламой на всех
уровнях – от индивидуального (на уровне самоконтроля конкретного журналиста) до редакционного, регионального и общегосударственного. А это возможно
только путем создания соответствующей иерархии
контролирующих органов, которые бы работали на
благо государства и общества, а не на благо собственных интересов. Журналисты, в свою очередь, должны
руководствоваться законодательством и Кодексом
профессиональной этики журналиста, а рекламодатели – создавать качественные товары и услуги и подавать о них достоверную, правдивую информацию.
Литература
1. Потятиник Б., Лозиньский М. Патогенний текст. Львов, 1996. 296 с.
2. Великий тлумачний словник сучасної української мови. Киев,
2001.
3. Pisarek W. O Mediach i Języku. Kraków, 2007. 392 s.
4. Уралева Е. Реклама как социальный институт // Изв. ПГПУ им. В.Г.
Белинского. 2012. № 28. С. 588–593.
5. Матвеева Л. Категория выразительности в рекламной коммуникации // Ежегодник Российского психологического общества
«Психология сегодня». М., 1996. Т. 2. Вып. 2.
6. Овруцкий А. Реклама как травмирующая коммуникация: причины дисфункций и защитные механизмы // Коммуникация в
современной парадигме социального и гуманитарного знания:
Матер. 4-й Междунар. конф. М., 2008.
УДК 316.77
В.А. Ковпак
Классический приватный университет Запорожья
ИНФОРМАЦИОННО-КОММУНИКАЦИОННАЯ
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ: СИСТЕМНЫЙ ПОДХОД
В статье анализируется структура информационно-коммуникационной деятельности, ее схематическая модель в
контексте развития национального информационного пространства.
Ключевые слова: информационно-коммуникационная деятельность, национальное информационное пространство,
комплиментарность, стереотип.
Kovpak Victoria A.
INFORMATION AND COMMUNICATION ACTIONS:
A SYSTEMATIC APPROACH
The paper analyzes the structure of the information and
communication activities, its schematic model in the context of the
development of the national information space.
Keywords: information and communication activities, the national
information space, complementarity, a stereotype.
Н
ациональное информационное пространство – совокупность национальных информационных ресурсов и информационной
инфраструктуры, которые позволяют на основе единых
принципов и общих правил обеспечивать информационное взаимодействие граждан, общества, государства
с их равным правом доступа к открытым информационным ресурсам и максимально полным удовлетворением информационных потребностей субъектов государства на всей его территории, с соблюдением баланса
интересов на вхождение в мировое информационное
пространство и обеспечение информационной безопасности в соответствии с Конституцией страны и международными правовыми нормами [1. С. 25].
Как утверждал К. Дойч, наличие общего коммуникативного пространства приводит к внутреннему един-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
70
ству сообщества (народа, национальности, нации).
Люди могут принадлежать к «вненациональным» сообществам: классам, профессиональным группам, кланам и т.д., и именно в рамках этих сообществ их объединяет соответствующий тип комплиментарности
(коммуникативной эффективности), которая включает
социально стандартизированную систему символов,
кодов, ассоциаций, материальных средств сохранения
информации [2].
Поэтому цель статьи – проанализировать структуру
информационно-коммуникационной деятельности,
ее схематическую модель в контексте развития национального информационного пространства, для реализации которой необходимо выполнить такие задания:
1) рассмотреть категорию коммуникативности как фактор роста информационных возможностей общества и
сообщества; 2) охарактеризовать функционирование
стереотипов, символов как средств манипулятивного
воздействия в информационно-коммуникационном
дискурсе; 3) репрезентовать схематическую модель
действующей системы коммуникативной деятельности в контексте формирования национального информационного пространства.
Внутреннее единство обеспечивается не только уровнем коммуникативности. Важным фактором является
наличие центра или ведущей группы, отличительной
чертой которой является высшая степень коммуникативности. Члены сообщества (народа или нации) связаны с
центром и ведущей группой «неразрывной цепью связей
и коммуникаций, часто и в экономической жизни, при
этом не существует резких различий в возможностях
коммуникации, замены и соответствующего продвижения вверх общественными ступенями в любом каком
звене» [цит. по: 3. С. 158]. Итак, нация характеризуется
прежде определенным уровнем общественной коммуникации индивидов. Этот уровень определяется комплиментарностью способов и средств коммуникации между
индивидами и группами внутри нации. Потребность в
повышении уровня коммуникативности или усилении
интенсивности общественной коммуникации внутри
национальных или протонациональных сообществ появляется в современную эпоху – эпоху Промышленной революции, технологических изменений, господства свободного рынка и обострения конкуренции. Повышение
уровня коммуникативности отождествляется с социальной (общественной) мобилизацией, ростом в обществе
творческих возможностей индивида и нации, а в целом,
как результат, наблюдается рост информационных возможностей общества и сообщества (интенсификация
коммуникативных способностей), создающий лучшие
условия для роста национального сознания [3. С. 143].
Учитывая тот факт, что эффективная коммуникация
предусматривает воздействие или взаимовлияние коммуниканта на коммуниката, следует учесть в предполагаемой модели информационно-коммуникационной деятельности и категорию манипулятивного воздействия.
Так, манипуляция – это «психологическое воздействие на адресата, факт которого им остается незаме-
Журналистский ежегодник
ченным; целью манипуляции является достижение
конкретной коммуникативной цели, в частности, навязывания определенного видения ситуации, описывается формирование новых идей, стремлений, желаний,
целей; специфика манипуляции заключается в стратегическом использовании языковых средств как тактических ходов, таким образом, языковые структуры приобретают манипулятивное наполнение в конкретных дискурсивных условиях» [4. С. 194]. Хотя цель манипулятора
выглядит однозначной – «завоевать» адресата, управлять его мыслями и поведением путем воздействия на
его сознание, манипуляция по своей природе является
многогранным, многоаспектным, комплексным явлением, поскольку предусматривает различные приемы воздействия на коммуниката. Л. Киричук отмечает тот факт,
что среди составляющих форм человеческого мышления, с помощью которых осуществляется воздействие
на сознание, и особенно уязвимых компонентов восприятия, на которые направляется психологическое
давление, являются стереотипы. Использование стереотипов – достаточно эффективная тактика манипулятивной стратегии [4. С. 195].
Когнитивные и прагмасемантические характеристики стереотипов подтверждают их функционирование
как средств манипулятивного воздействия в информационно-коммуникационном дискурсе. Языковые структуры, содержащие стереотипы, в значительной мере
прагматичны, т.е. обладают способностью наряду с базовой семантической информацией передавать прагматическую (аксиологическую, эмоциональную, коннотативную, контекстуальную и т.д.), к тому же последняя часто проявляется доминантной в содержательной
структуре стереотипа. Такой прагматический потенциал
стереотипных выражений обусловлен тем, что во время
общественной деятельности человека сформировалось
его ценностное отношение к типичных ситуациям.
Символьная система координат, мифологемы как
социокоммуникационные кодификаторы, ментальные
маркеры актуализируют своеобразную матрицу национального информационного пространства. Оценка,
зафиксированная опытом, становится неизменным
компонентом восприятия. Безусловно, наряду с оценочными стереотипами (где оценка зафиксирована как
ценностное отношение к социально важной ситуации)
существуют и неоценочные стереотипы (ментальные
модели восприятия природных объектов – прототипы).
Однако последние обладают способностью приобретать оценочное значение в контексте, таким образом,
функционировать как оценочно индуцированные. Другая черта стереотипов, эмоциональность, тесно связана
с оценкой и заключается в способности вызывать определенные эмоциональные состояния и чувства. Так,
находясь на чувственном уровне восприятия, адресат
реагирует на сообщения непосредственно, мгновенно,
минуя аналитическое мышление. Контекст сообщения
формирует мотивационную базу, фон для восприятия
стереотипа, символа, мифологемы, идеологемы и др. и
таким способом конкретизирует оценку и эмоцию.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
71
Раздел IV. Журналистика в системе социума
Таким образом, заимствуя категориальный аппарат
измерения коммуникативной деятельности государственного служащего, предложенного Н. Драгомирецкой [5], репрезентуем схематическую модель действующей системы коммуникативной деятельности,
которая проходит через два фильтра внешней среды:
1) информационно-деятельностный, отражающий результативность информационных каналов на уровне
реализации коммуникационной и коммуникативной
цели; 2) психологический, что укореняет в сознании
людей определенные убежденности, через которые
большая часть информации проходит как «шумы»
(иногда воспринимаются как манипуляции), а часть
подлежит критическому анализу (Рис. 1).
Перспективным, по нашему мнению, было бы
применение такой схематической модели для исследование информационно-коммуникационной деятельности диаспорного сообщества, анализа влияния
их сформированных коммуникационных каналов на
позитивную динамику государственной политики по
отношению к своим эмигрантам за границей, идентификацию диаспоры и ее отдельных субъектов на основе функционирования этнонациональных субкультурных комплексов во взаимодействии с культурой стран
их пребывания, актуализации механизмов сохранения
национальной идентичности.
Ведь в результате растущих миграционных потоков
уменьшается уровень гомогенности коренных наций,
в частности европейских. Это приводит к снижению
комплиментарности, повышению внутренних межэтнических противоречий, фрагментации индивидуального и общественного сознания, расколу национального информационного пространства.
Без утверждения собственной национальной идентичности, формирования национального информационного пространства общество не будет способным
адекватно отвечать на вызовы глобализации, не смо-
Рис. 1. Схематическая модель информационнокоммуникативной деятельности
Действующая система информационнокоммуникативной деятельности, проходящая
через два фильтра внешней среды
информационнодеятельностный фильтр
психологический
фильтр
Отображает:
результативность действий
на уровне реализации
Отображает:
ценности, стереотипы и т.д.
через систему символов,
мифологем и др.
Часть воспринимается как манипуляции
Часть подвергается критическому анализу
жет осуществлять эффективную экономическую, социальную и политическую модернизацию.
Литература
1. Матвієнко О., Цивін М. Основи менеджменту інформаційних
систем. К., 2005. 176 с.
2. Дойч К. Народи, нації та комунікації // Націоналізм: Антологія.
3-тє вид. К., 2010. С. 317–332.
3. Касьянов Г. Теорії нації та націоналізму: монографія. К., 1999. 352 с.
4. Киричук Л. Прагмакогнітивні особливості стереотипів як засобів
маніпуляції в публіцистичному дискурсі // Науковий вісник Волинського національного університету ім. Лесі Українки. Серія:
Психолінгвістика. 2009. № 6. С. 194–199.
5. Драгомирецька Н. Показники практичного вимірювання комунікативної діяльності державного службовця [Електронний ресурс].
Режим доступу: www.academy.gov.ua/ej/ej2/05dnmdds.pdf.
УДК 32.019.5
Г.В. Кручевская
Томский государственный университет
ПОЛИТИЧЕСКИЙ МЕДИАТЕКСТ:
К ПРОБЛЕМЕ ИДЕНТИФИКАЦИИ
В статье анализируется феномен политического медиатекста. Являясь основным носителем политической информации и эффективным средством убеждения и мобилизации
аудитории, политический медиатекст выступает и как одна
из центральных единиц анализа таких взаимодействий в
сфере политологии, политической журналистики, политической лингвистики и требует дальнейшего осмысления и
исследования.
Ключевые слова: СМИ, политические коммуникации, медиатекст, политическая журналистика, политический дискурс.
Kruchevskaya Galina V.
POLITICAL MEDIA TEXT: TO THE PROBLEM OF
IDENTIFICATION
The article deals with the problems of political media text
phenomenon that is the main means of political information and an
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
71
Раздел IV. Журналистика в системе социума
Таким образом, заимствуя категориальный аппарат
измерения коммуникативной деятельности государственного служащего, предложенного Н. Драгомирецкой [5], репрезентуем схематическую модель действующей системы коммуникативной деятельности,
которая проходит через два фильтра внешней среды:
1) информационно-деятельностный, отражающий результативность информационных каналов на уровне
реализации коммуникационной и коммуникативной
цели; 2) психологический, что укореняет в сознании
людей определенные убежденности, через которые
большая часть информации проходит как «шумы»
(иногда воспринимаются как манипуляции), а часть
подлежит критическому анализу (Рис. 1).
Перспективным, по нашему мнению, было бы
применение такой схематической модели для исследование информационно-коммуникационной деятельности диаспорного сообщества, анализа влияния
их сформированных коммуникационных каналов на
позитивную динамику государственной политики по
отношению к своим эмигрантам за границей, идентификацию диаспоры и ее отдельных субъектов на основе функционирования этнонациональных субкультурных комплексов во взаимодействии с культурой стран
их пребывания, актуализации механизмов сохранения
национальной идентичности.
Ведь в результате растущих миграционных потоков
уменьшается уровень гомогенности коренных наций,
в частности европейских. Это приводит к снижению
комплиментарности, повышению внутренних межэтнических противоречий, фрагментации индивидуального и общественного сознания, расколу национального информационного пространства.
Без утверждения собственной национальной идентичности, формирования национального информационного пространства общество не будет способным
адекватно отвечать на вызовы глобализации, не смо-
Рис. 1. Схематическая модель информационнокоммуникативной деятельности
Действующая система информационнокоммуникативной деятельности, проходящая
через два фильтра внешней среды
информационнодеятельностный фильтр
психологический
фильтр
Отображает:
результативность действий
на уровне реализации
Отображает:
ценности, стереотипы и т.д.
через систему символов,
мифологем и др.
Часть воспринимается как манипуляции
Часть подвергается критическому анализу
жет осуществлять эффективную экономическую, социальную и политическую модернизацию.
Литература
1. Матвієнко О., Цивін М. Основи менеджменту інформаційних
систем. К., 2005. 176 с.
2. Дойч К. Народи, нації та комунікації // Націоналізм: Антологія.
3-тє вид. К., 2010. С. 317–332.
3. Касьянов Г. Теорії нації та націоналізму: монографія. К., 1999. 352 с.
4. Киричук Л. Прагмакогнітивні особливості стереотипів як засобів
маніпуляції в публіцистичному дискурсі // Науковий вісник Волинського національного університету ім. Лесі Українки. Серія:
Психолінгвістика. 2009. № 6. С. 194–199.
5. Драгомирецька Н. Показники практичного вимірювання комунікативної діяльності державного службовця [Електронний ресурс].
Режим доступу: www.academy.gov.ua/ej/ej2/05dnmdds.pdf.
УДК 32.019.5
Г.В. Кручевская
Томский государственный университет
ПОЛИТИЧЕСКИЙ МЕДИАТЕКСТ:
К ПРОБЛЕМЕ ИДЕНТИФИКАЦИИ
В статье анализируется феномен политического медиатекста. Являясь основным носителем политической информации и эффективным средством убеждения и мобилизации
аудитории, политический медиатекст выступает и как одна
из центральных единиц анализа таких взаимодействий в
сфере политологии, политической журналистики, политической лингвистики и требует дальнейшего осмысления и
исследования.
Ключевые слова: СМИ, политические коммуникации, медиатекст, политическая журналистика, политический дискурс.
Kruchevskaya Galina V.
POLITICAL MEDIA TEXT: TO THE PROBLEM OF
IDENTIFICATION
The article deals with the problems of political media text
phenomenon that is the main means of political information and an
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
72
effective way of convincing and mobilizing the audience, besides a
political media text is one of the central notions of analyzing in the
sphere of politology, political journalism and political linguistics.
The problems need further research.
Keywords: mass media, political communication, media text,
political journalism, political discourse.
П
олитические коммуникации сегодня в
фокусе внимания российских исследователей.
Социально-политические преобразования повлекли изменение политических взаимодействий в
России – развиваются реальные политические коммуникации, влияющие на ситуацию в стране. Появились
и возможности их разностороннего изучения [1–7],
которые стимулируются научным интересом и запросами практики – со стороны политиков, для более эффективного воздействия и проведения своих политических интересов, и аудитории, которой необходимо
стать более компетентной для участия в политических
процессах, а также распознавать осуществляемое на
нее воздействие.
Политический текст, являясь основным носителем
политической информации и эффективным средством убеждения и мобилизации аудитории, выступает и как одна из центральных единиц анализа таких
взаимодействий. Структура текстов, их контент, жанровые формы, способы реализации авторской интенции, специфика лексики («язык политики»), приемы
манипулирования и другие характеристики текстов
исследуются в рамках различных научных дисциплин:
политологии, семиотики, политической лингвистики,
политической журналистики. Исходя из задач своей
науки, с использованием соответствующего понятийного аппарата, методов и инструментария исследователи стремятся изучить текст как феномен политических коммуникаций.
Особое внимание уделяется медиатекстам, представляющим наиболее влиятельный канал воздействия
на общество, т.к. «в связи с интенсивной медиатизацией
политических коммуникаций роль СМИ в формировании политического дискурса неизмеримо возросла»
[8. С. 741]. Идентификация политических медиатекстов,
их классификация и роль в политическом процессе –
предмет междисциплинарной дискуссии, которая позволяет более подробно описать их природу и признаки.
Понятие политического текста связывают, прежде
всего, с его тематикой – освещением актуальных политических проблем, которые непосредственно касаются «распределения и перераспределения властных
полномочий, завоевания политической власти, … политического устройства общества, структуры власти, …
политического управления обществом» [4. С. 11]. «Текст
является политическим, если он отражает отношения
между социальными группами по поводу осуществления власти в обществе» [9. С. 287].
Однако политологи, заостряющие внимание на
прагматическом аспекте в своих исследованиях, отме-
Журналистский ежегодник
чают такую особенность политических текстов, как их
участие в политической жизни – они создаются, чтобы
«повлиять на политическую ситуацию, на расстановку
сил, на мнение общества относительно политических
проблем, явлений, событий, фигур» [4. С. 11–12]. С этой
точки зрения, в разряд политических могут попасть
материалы разнообразной, не только обозначенной
тематики, которые в сознании массовой аудитории
или с точки зрения акторов политического процесса
будут связаны с политическими фигурами или позициями политических сил. Думается, такая трактовка
существенна в функциональном аспекте анализа информационного медиапотока: позволяет рассмотреть
закономерности его влияния на общество, формирования мнений по вопросам социально-политического
характера, проследить процессы информационного
манипулирования. Однако подобные тексты не будут
обладать в полной мере теми качествами, которые характеризуют собственно политические тексты, прежде
всего – формально выраженной политической интенцией.
В качестве основных субъектов создания политических медиатекстов (адресантов) рассматриваются
профессиональные политики и журналисты. В связи с
этим могут быть выделены политические тексты институциональные и собственно медийные. Причем,
даже при создании медийных текстов самими политиками должны учитываться закономерности медийной
сферы (в частности, социальная значимость сообщения, небанальность формы и содержания, релевантность и декодируемость сообщений аудиторией СМИ
и др.) [10. С. 29–40].
Существен вопрос об адресности текстов. В сфере политологии акцентируются прагматические цели
коммуникации, в соответствии с этим политические
тексты должны быть ориентированы на конкретные
целевые аудитории, решать политические задачи,
поставленные в отношении именно этих адресатов
(от больших социальных групп до конкретных персоналий), что накладывает отпечаток на сам текст – его
контент, аргументацию, выразительные средства и т.д.
Извлеченные из конситуации и размещенные в СМИ,
такие тексты политиков (например, речь, произнесенная на партийном съезде) нередко предстают перед
иной – более массовой и разнородной, даже негативно
настроенной аудиторией, которая может по-своему их
интерпретировать. Таким образом, будет получен иной
результат, не тот, который первоначально планировался создателем текста.
Важным аспектом при генерировании политических текстов является их общая функциональная нацеленность на организацию политической коммуникации в обществе, осуществление агитационно-пропагандистского воздействия, формирования политических имиджей, а также реализация в конкретном
тексте определенной интенции. Система жанровых
форм политических текстов включает следующие
основные жанры: реклама, лозунг; листовки; полити-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел IV. Журналистика в системе социума
ческие речи; политические статьи; политическая публицистика; информационные статьи, политические
новости [4. С. 21]. Система жанров учитывает реализацию стратегических и тактических задач политического общения, а также субъективность повествования, способов реализации основной интенции –
убеждения, мобилизации и др.
Углубляя представления о специфике политических коммуникаций в исследовании политического
дискурса, Е.И. Шейгал выделяет жанровые формы с
точки зрения реализации в них основной интенции:
1) ритуальные жанры (инаугурационная речь, юбилейная речь, традиционное радиообращение), в них превалирует интенция интеграции; 2) ориентационные
жанры (партийная программа, манифест, конституция,
послание президента о положении в стране, отчетный
доклад, указ, соглашение); 3) агональные жанры (лозунг, рекламная речь, предвыборные дебаты, парламентские дебаты) [3. С. 39]. Исследователь рассматривает эти политические тексты в СМИ как результат «наложения», взаимодействия дискурсов – политического
и медийного. Причем характер этого взаимодействия
неоднороден. В памфлете, фельетоне, проблемной
аналитической статье, которая написана журналистом,
в колонке комментатора, передовой статье, репортаже
с политического события, в информационной заметке
преобладают медиа-черты, в интервью с политиком,
в полемике (дебатах и дискуссиях в прессе), в публикациях политических документов и публичных речей
политиков, проблемной аналитической статье, написанной политиком, доминирует политический дискурс
[3. С. 38–39].
Думается, дискуссионными, требующими подтверждения специальными исследованиями являются размышления о роли СМИ при публикации
второй группы материалов: насколько значительно
воздействие медиадискурса в этом случае, возможно ли, что СМИ в этом случае лишь ретранслятор
политических материалов? Действительно, сами тексты зафиксированы и не меняются в зависимости от
канала информирования. Однако в «виртуальном»
проявлении политического дискурса, который связан с порождением и функционированием смыслов,
воздействующих на сознание аудитории, изменения
происходят. Тексты предстают перед аудиторией в
медиапотоке, коррелируя с разнообразной информацией, порождающей в массовой (а не целевой) аудитории политического текста различные интерпретации. Текст может быть дополнен комментариями,
иллюстративным оформлением и т.д. Накладывают
отпечаток особенности канала, типологические характеристики издания, его репутация, социальная
позиция и т.д.
Политические журналистские жанры соотносится
с общей системой журналистских жанров (политический репортаж, политическая статья, политический
фельетон и т.п.), но обладают определенной спецификой. Она проявляется через «четко выраженную функ-
73
циональность жанров, каждый из которых реализует
логическую последовательность «информирование-оценивание-влияние», отражение прагматических
целей, поставленных автором и влияющих на выбор
жанровой формы, и степень «идеологической ангажированности» автора-журналиста [9. С. 294].
Детально исследуется «язык политики», реализуемый в материалах политической тематики в лингвистических исследованиях, сформировалось и эффективно развивается направление политической лингвистики. Исследуются вербальные тексты, представленные в СМИ. Так, текст рассматривается как «сложная,
иерархически организованная многоплановая структура, представляющая собой речевое произведение,
характеризующееся целостностью, связностью и
завершенностью» [11. С. 15]. Медиатекст – как «разновидность текста, принадлежащая массовой информации, характеризующаяся особым типом автора (принципиальное совпадение производителя речи и его
субъекта), специфической текстовой модальностью
(открытая речь, многообразное проявление авторского «я»), рассчитанная на массовую аудиторию [11. С. 15].
Однако, поскольку анализ фиксированной формы политической коммуникации – вербального текста – не
позволяет дать исчерпывающую характеристику феномену функционирования политического медиатекста, плодотворными являются дискурсивный аспект
рассмотрения. «Понятие политического дискурса, в
соответствии с концепцией Т. ван Дейка, обозначает
совокупность всех речевых актов, отображающих политическую и идеологическую практику государства,
отдельных партий и идеологических течений в определенную эпоху» [12. С. 523]. Текст рассматривается в
различных ситуациях политического общения, выявляются языковые особенности политических текстов,
в том числе медиатекстов различных жанровых форм,
политическая лексика и метафорика, приемы манипулирования и др. [7; 13].
Однако более широкое понимания медиатекста
предполагает включение в это понятие семиотически
разнообразных элементов, «под журналистским текстом следует понимать сложное и разнохарактерное
системное знаковое образование» [14. С. 99]. Медиатекст «существует в нескольких ипостасях, в нескольких сферах, в нескольких средах: и в бумажном виде,
и в звуковом, и в визуальном. Такая многоплановость,
многомерность текста приводят к созданию действительно полифонического коммуникационного продукта» [15. С. 3]. В этом случае понятие политического медиатекста еще более усложняется. Каждый канал СМИ
обладает своим набором принципов, выразительных
средств, устанавливаются определенные связи с аудиторией, определяющие восприятие информации и т.д.,
все это может быть эффективно использовано в политической коммуникации.
Так, в связи с развитием новых технологий усложнились системные отношения в медиасистеме. Политические коммуникации своеобразно развиваются в ин-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
74
тернет-пространстве: с использованием официальных
сайтов государственных органов, партийных и других
организаций, личных веб-ресурсов влиятельных блогеров и др. Мультимедийный продукт как сложная семиотическая структура также должен быть исследован
и оценен по его роли в политическом дискурсе.
Таким образом, политический медиатекст как феномен политических коммуникаций является объектом внимания изучения в различных аспектах, требует дальнейшего междисциплинарного рассмотрения,
тем более, что развитие политической коммуникации
в стране дает разнообразный материал для подобных
исследований. Изучение политических медиатекстов
позволяет проанализировать, как «политическая реальность конструируется и репрезентируется в средствах массовой информации» [6. С. 15]. Необходима
классификация разнообразных политических медиатекстов, их характеристика в плане интенции, взаимодействия с аудиторией, функций, жанровых форм, с
точки зрения реализации личностного авторского начала политика, журналиста. Необходимо осмысление
их представленности в печатных СМИ – различных
по типологии и социально-политическим позициям
(прямые политические коммуникации в партийных
изданиях, в общественно-политической прессе, декларирующей определенную социальную позицию
или объективность), т.к. качественная печатная пресса
сохраняет свой авторитет в социально-политической
сфере. Требует дальнейшего исследования текст интернет-изданий, политических блогов, «многомерные
тексты» других каналов, реализующие возможности
различных семиотических систем.
Литература
1. Грачев М.Н. Политическая коммуникация: теоретические концепции, модели, векторы развития. М., 2004.
2. Журналистика в мире политики: исследовательские подходы и
практика участия. СПб, 2004.
3. Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса. М., 2004.
4. Алтунян А.Г. Анализ политических текстов. М, 2006.
5. Сидоров В.А. Политическая культура журналиста. СПб., 2010.
6. Мельник Г.С. Журналистика в политических технологиях. СПб.,
2012.
7. Язык СМИ и политика. М., 2012. 930 с.
8. Добросклонская Т.Г. Язык политического медиадискурса Великобритании и США // Язык СМИ и политика. М., 2012.
9. Блохин И.Н. Произведение политической журналистики // Журналистика в мире политики: исследовательские подходы и практика участия. СПб., 2004.
10. Прохоров Е.П. Введение в теорию журналистики. М., 2000.
11. Солганик Г.Я. К определению понятия «текст» и «медиатекст» //
Вест. Моск. ун-та, Сер. 10. Журналистика. 2005. № 2.
12. Потсар А.Н. Авторская колонка в политическом дискурсе: жанровая специфика // Язык СМИ и политика. М., 2012.
13. Чудинов А.П. Политическая лингвистика. М, 2008.
14. Мисонжников Б.Я. Журналистский текст и его функции // Основы творческой деятельности журналистики. СПб., 2000.
Журналистский ежегодник
15. Засурский Я.Н. Медиатекст в современных СМИ // Вестн. Моск.
ун-та, Сер. 10. Журналистика. 2005. № 2.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
75
Раздел V.
СМИ и общественная мораль.
Нравственное воспитание и подготовка
журналистов
УДК 070.11; 351.858
Х.А. Атажанов
Каракалпакский государственный университет им. Бердаха
ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОЕ ВОСПИТАНИЕ МОЛОДЕЖИ
ЧЕРЕЗ СМИ
В статье рассматривается особая роль СМИ в воспитании молодежи, важность освещения духовно-нравственных
ценностей, воспитывающие функции СМИ.
Ключевые слова: СМИ, духовно-нравственные ценности,
глобализация, идентичность
Atazhanov Khurmet A.
SPIRITUALLY-MORAL EDUCATION OF YOUTH THROUGH
MASS MEDIA
In article the special role of mass media in youth education is
considered. Importance of сoverage of spiritual and moral values and
its bringing-up functions.
Keywords: Мass-media, spiritual and moral values, globalization,
identity.
С
тремительные изменения в мире в конце
XX – в начале XXI века, связанные, в первую очередь, с нарастающими и весьма противоречивыми процессами глобализации, резко обострили проблему национальной идентичности. Никогда ранее в
мировой истории эта проблема не стояла столь остро
и злободневно.
В борьбе за сохранение национальной идентичности, самобытности культуры народов возрастает роль
СМИ. От их позиции, в первую очередь, правдивости
освещения происходящих процессов, сегодня зависит
очень многое. Особенно важную роль играют СМИ в
воспитании подрастающего поколения в гармонии с
национальными и общечеловеческими ценностями. После распада СССР в печатных СМИ Узбекистана появились давно забытые темы о национальных героях, о традициях и обычаях, о культуре народа в другой плоскости.
В этой связи отдельным аспектом деятельности каракалпакской печати является изучение богатого на-
ционального духовного наследия, вопросов возрождения духовно-нравственных истоков народа.
Что же такое национальные ценности? Почему
журналисты стали чаще обращаться к этой теме? Узбекский ученый Ж. Туленов считает, что «по смыслу общечеловеческие ценности очень глубоки и широки по
сравнению с национальными ценностями. И впитывают в себя национальные ценности. Общечеловеческие
ценности конкретизируют цели и стремления всех национальностей, народов» [1. С. 256]. К национальным
ценностям относятся неповторяющиеся у других народов обряды, обычаи, традиции. Доктор философских
наук К. Назаров приводит следующую классификацию
национальных ценностей:
1) генофонд, природная неповторимость, особенности, историческая переменчивость и социальная
разновидность национальности;
2) история, прошлое, будущее и культурные ценности народа [2. С. 126].
Потребность человека в информации возникает в
процессе взаимосвязей с окружающим миром. По верному определению ученого Т. Орлова, «Газетный текст,
радийный или телевизионный материал создаются
журналистом и предназначены аудитории. Однако они
могут не дойти по назначению, оставить равнодушными, не быть воспринятыми. Главный посредник между
журналистом и аудиторией – текст – может содержать
ценные сведения, но потребитель их по каким-либо
причинам не примет. Поэтому важно знать, как именно
устанавливаются отношения в обозначенной цепочке.
Общих представлений о том, каковы ожидания и предпочтение аудитории, примерных прикидок недостаточно» [3. С. 165]. Потребность человека в информации
и обмене ею можно рассматривать как признак проявления внутренней духовной ценности. В повышении
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
76
эффективности СМИ особое место отведено изучении
потребностей аудитории. Е. Прохоров видит эффективность как «степень достижения журналистских целей,
соответствующих потребностям общества в массовой
информации, с учетом реальных возможностей, как ее
производителей, так и потребителей» [4. С. 251].
Кроме того, процессы глобализации, к сожалению,
приводят к нивелированию и утрате национальных
ценностей, духовно-нравственных ориентиров отдельно взятых народов. В этой связи ЮНЕСКО в 2003 году
принял «Международную конвенцию об охране нематериального культурного наследия». В ней, в частности, отмечена необходимость охраны нематериального культурного наследия, уважения нематериального
культурного наследия соответствующих сообществ,
групп и отдельных лиц, привлечения внимания на
местном, национальном и международном уровнях к
важности нематериального культурного наследия и
его взаимного признания, международного сотрудничества и помощи [5]. Из чего можно сделать вывод, что
все нематериальные ценности, в том числе обычаи,
нравственные ориентиры, традиции, менталитет, язык
должны охраняться и всесторонне развиваться. В этом
смысле через СМИ можно предотвратить угрозу исчезновения национальных ценностей, определить пути
решения насущных проблем, выработать нравственные ориентиры для подрастающего поколения.
Дальнейшее нравственное наполнение деятельности СМИ в возрождении национальной культуры Узбекистана, духовности каракалпакского народа может
создать условия для достижения согласия в обществе,
позволит воспитывать молодежь в духе патриотизма и
любви к родине. В настоящее время в печатных СМИ
Каракалпакстана освещение духовно-нравственных,
общенациональных и общечеловеческих ценностей
имеет преобладающее место. Передававшиеся из поколения в поколение национальные ценности каракалпакского народа находили свое место в эпосах и преданиях. Особенно в каракалпакских традициях и обычаях
уделяется большое внимание к уважению старших молодыми, святые слова родителей, величие семьи.
В настоящее время в прессе Каракалпакстана стала
преобладать тема духовно-нравственного характера.
Эту тенденцию можно объяснить изменением духовно-нравственных ориентиров в обществе, процессом
глобализации, представляющим угрозу национальной
идентичности. Например, в республиканской газете «Еркин Каракалпакстан» («Независимый Каракалпакстан») в настоящее время открылись такие новые
рубрики, как «Наследие», «На перекрестках жизни»,
«Мнение читателей», «Голос истории» и другие. В этих
рубриках преобладают материалы, ориентирующие и
воспитывающие молодежь в духе преданности к традициям и обычаям каракалпакского народа. Под рубрикой «На перекрестках жизни» были помещены материалы «Жаксы консыны сатып ал» («Хороший сосед,
добрый сосед»), «Шыгынына коса» («В свой убыток»)
журналиста Е. Ерманова (Еркин Каракалпакстан, 2005,
Журналистский ежегодник
15 сентября, 15 ноября). В обоих материалах освещены
реальные факты из жизни в простой форме. Рассказывается об упадке жизненных ценностей между близкими и друзьями.
Молодежной газете «Каракалпакстан жаслары»
(«Молодежь Каракалпакстана») тоже уделяется большое внимание освещению тем духовно-нравственного
характера. В газете появились рубрики «Тема морали»,
«Клуб Дарман» («Сила»). К примеру, в материалах «Ударившая себя на пламя бабочка» К. Хожанова («Мийнет
байрыгы», 2006, 5 апреля), «Горе от сыновей» Д. Раметуллаева («Каракалпакстан жаслары» 2002, 28 ноября)
рассказывается о причинах нравственного упадка отдельной части молодежи. Просветительские статьи
«Ухаживание за гостями – это признак дружбы и человечности» М. Аширбекова («Тахтакупир тани» 2006,
15–30 января), «Все начинается с приветствия» Т. Муратова («Каракалпакстан жаслары», 2003, 5 июня) посвящены обрядам и традициям каракалпакского народа.
Авторы на жизненных примерах доказывают необходимость сохранения национальных традиции, их роли
в воспитании подрастающего поколения. В публикациях «Где наша национальная тюбетейка?» Б. Сапарова («Шымбай хауазы» 2006, 14 марта), «По-нашему ли
украсть девушку?» Г. Жумамуратова («Каракалпакстан
жаслары», 2006, 14 декабря) рассказывается о национальной одежде, свадебных ритуалах.
«Каракалпакстан жаслары» («Молодежь Каракалпакстан») в этой связи стала приглашать к сотрудничеству известных деятелей искусств и ученых республики. Например, в статье доктора филологических наук
Жуманазара Базарбаева «Скромная девочка священна» («Каракалпакстан жаслары», 2003, 27 февраля) говорится о человеческих качествах и воспитанности каракалпакских девочек. Ученый особо подчеркивает постепенное нивелирование нравственных ориентиров
в воспитании девушек. Основная идея публикации —
необходимость воспитания подрастающего поколения в духе скромности и вежливости к окружающим.
Видный ученый Ю. Пахратдинов тоже сотрудничает с
редакцией много лет. В статье «На нашей улице есть такие девушки» («Каракалпакстан жаслары», 2005, 15 декабря) автор критикует процесс разрушения обычаев
приветствия. Автор иллюстрирует свои мысли примерами из повседневной жизни. Приветствовать старших
вне зависимости от отношения к этому человеку является общепринятой нормой.
С учетом воспитания молодежи в духе приверженности национальным ценностям на страницах газеты
«Еркин Каракалпакстан» открыты такие рубрики, как
«На перекрестках жизненных трудностей», «Наследие», «Эхо истории» и другие. Особые отклики у читателей вызвали статьи «Жениться не трудно, трудно
быть полноценной семьей» (2005, 5 марта) Е. Ерманова, «Бояться перед прыжком не стоит» (2005, 5 апреля)
Г. Жаксимовы. В них проводится параллель между национальными обычаями и их проявлениями в реальной жизни.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
В отмеченных выше материалах показана больше
нравственная дезориентация женщин. Но при этом
журналисты умалчивают проблемы нравственного
воспитания мужской части населения, что приводит,
по сути, к укоренению гендерной ассиметрии и гендерных стереотипов в сознании аудитории. Это один из
основных недостатков работы журналистов. СМИ призваны, в первую очередь, глубже вникать в проблему
и, всестороннее изучив ее, дать оценку происходящим
событиям. Например, газета «Каракалпакстан жаслары»
организовала рубрику «Прочитали, будем высказывать
свое мнение». Рубрика сближает читателя с редакцией
посредством публикации писем-откликов на аналитические и духовно-просветительские материалы.
Нужно отметить, что уделение большого внимания
освещению духовно-нравственных ценностей в печатных СМИ Каракалпакстана связано с угрозой деградации культуры и безнравственности молодежи. Но многие материалы на эту тематику, которые публикуются
в СМИ Каракалпакстана, не в полной мере раскрывают
проблемы безнравственности и деградации молодежи. В материалах описываются жизненные ситуации в
художественно-публицистической манере, об истоках
проблем и их решении ничего не говорится.
Для повышения эффективности деятельности
прессы в данном направлении целесообразно:
77
• публиковать плюралистические точки зрения при
освещении и оценке национальной жизни;
• необходимо систематическое изучение потребностей аудитории в этом направлении;
• использовать богатые возможности информационных, аналитических и художественно-публицистических жанров;
• смелее говорить о возникающих в этой сфере противоречиях.
Литература
1. Туленов Ж. Философия жизни. Ташкент,1998.
2. Назаров К. Система ценностей: диалектика устойчивости и переменчивости: Дис. … д-ра филос. наук. Ташкент, 1996.
3. Корконосенко С.Г. Основы творческой деятельности журналиста.
СПб., 2000.
4. Прохоров Е. Введение в теорию журналистики. М., 1988.
5. Международная конвенция об охране нематериального культурного наследия. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.
UNESCO.org/ ru/ Moscow/ culture.
УДК 070.11; 351.858
В.В. Губский
Томский государственный университет
«БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК»: ДАЛЕЕ, ВЕЗДЕ…
Журналистская инициатива в аспекте патриотического воспитания
Рассматривается общественная гражданская инициатива томских журналистов как одна из действенных форм
воспитания патриотов своего Отечества. При этом основной
акцент делается на выявлении эффекта героизации истории
Великой Отечественной войны 1941–45 гг. и ее участников
как способа конструирования образа Родины, создания национальной традиции, передающейся из поколения в поколение,
феномена обретения современниками глубокой исторической
памяти.
Ключевые слова: журналистская инициатива, патриотизм, конструирование образа родины, символическое единение поколений.
Gubskij Vladislav V.
«IMMORTAL REGIMENT»: NEXT, EVERYWHERE...
Journalist initiative in the aspect of Patriotic education
Considered public civil initiative of Tomsk journalists as one of the
efficient forms of education patriots of their Motherland. The main
focus is on identifying the effect of the glorification of the history
of the great Patriotic war of 1941–45, and its participants, as a way
of constructing the image of the Motherland, the establishment of
a national tradition transmitted from generation to generation, the
phenomenon of gaining contemporaries deep historical the memory.
Keywords: journalist initiative, patriotism, creation of the image of
the Motherland, the symbolic unity of generations.
9
мая 2013 года, второй год подряд, ознаменовалось для томичей шествием так называемого
«Бессмертного полка» – многотысячной колонны
детей, внуков и правнуков – потомков воинов-фронтовиков Великой Отечественной войны 1941–45 гг., чьи
портреты были пронесены по центральному проспекту
города к Монументу воинской славы в Лагерном саду в
честь Дня Победы. Эта акция символического единения победителей в самой жестокой и кровопролитной
войне XX в. и тех, для кого была одержана великая по-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
В отмеченных выше материалах показана больше
нравственная дезориентация женщин. Но при этом
журналисты умалчивают проблемы нравственного
воспитания мужской части населения, что приводит,
по сути, к укоренению гендерной ассиметрии и гендерных стереотипов в сознании аудитории. Это один из
основных недостатков работы журналистов. СМИ призваны, в первую очередь, глубже вникать в проблему
и, всестороннее изучив ее, дать оценку происходящим
событиям. Например, газета «Каракалпакстан жаслары»
организовала рубрику «Прочитали, будем высказывать
свое мнение». Рубрика сближает читателя с редакцией
посредством публикации писем-откликов на аналитические и духовно-просветительские материалы.
Нужно отметить, что уделение большого внимания
освещению духовно-нравственных ценностей в печатных СМИ Каракалпакстана связано с угрозой деградации культуры и безнравственности молодежи. Но многие материалы на эту тематику, которые публикуются
в СМИ Каракалпакстана, не в полной мере раскрывают
проблемы безнравственности и деградации молодежи. В материалах описываются жизненные ситуации в
художественно-публицистической манере, об истоках
проблем и их решении ничего не говорится.
Для повышения эффективности деятельности
прессы в данном направлении целесообразно:
77
• публиковать плюралистические точки зрения при
освещении и оценке национальной жизни;
• необходимо систематическое изучение потребностей аудитории в этом направлении;
• использовать богатые возможности информационных, аналитических и художественно-публицистических жанров;
• смелее говорить о возникающих в этой сфере противоречиях.
Литература
1. Туленов Ж. Философия жизни. Ташкент,1998.
2. Назаров К. Система ценностей: диалектика устойчивости и переменчивости: Дис. … д-ра филос. наук. Ташкент, 1996.
3. Корконосенко С.Г. Основы творческой деятельности журналиста.
СПб., 2000.
4. Прохоров Е. Введение в теорию журналистики. М., 1988.
5. Международная конвенция об охране нематериального культурного наследия. [Электронный ресурс]. Режим доступа: www.
UNESCO.org/ ru/ Moscow/ culture.
УДК 070.11; 351.858
В.В. Губский
Томский государственный университет
«БЕССМЕРТНЫЙ ПОЛК»: ДАЛЕЕ, ВЕЗДЕ…
Журналистская инициатива в аспекте патриотического воспитания
Рассматривается общественная гражданская инициатива томских журналистов как одна из действенных форм
воспитания патриотов своего Отечества. При этом основной
акцент делается на выявлении эффекта героизации истории
Великой Отечественной войны 1941–45 гг. и ее участников
как способа конструирования образа Родины, создания национальной традиции, передающейся из поколения в поколение,
феномена обретения современниками глубокой исторической
памяти.
Ключевые слова: журналистская инициатива, патриотизм, конструирование образа родины, символическое единение поколений.
Gubskij Vladislav V.
«IMMORTAL REGIMENT»: NEXT, EVERYWHERE...
Journalist initiative in the aspect of Patriotic education
Considered public civil initiative of Tomsk journalists as one of the
efficient forms of education patriots of their Motherland. The main
focus is on identifying the effect of the glorification of the history
of the great Patriotic war of 1941–45, and its participants, as a way
of constructing the image of the Motherland, the establishment of
a national tradition transmitted from generation to generation, the
phenomenon of gaining contemporaries deep historical the memory.
Keywords: journalist initiative, patriotism, creation of the image of
the Motherland, the symbolic unity of generations.
9
мая 2013 года, второй год подряд, ознаменовалось для томичей шествием так называемого
«Бессмертного полка» – многотысячной колонны
детей, внуков и правнуков – потомков воинов-фронтовиков Великой Отечественной войны 1941–45 гг., чьи
портреты были пронесены по центральному проспекту
города к Монументу воинской славы в Лагерном саду в
честь Дня Победы. Эта акция символического единения победителей в самой жестокой и кровопролитной
войне XX в. и тех, для кого была одержана великая по-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
78
беда над фашистским агрессором, безусловно, вновь
вызвала высокий душевный подъем и чувство естественного приобщения более молодых поколений к
подвигу своих отцов и дедов.
Как известно, инициатива формирования и шествия в День Победы импровизированного «Бессмертного полка» принадлежит томским журналистам Игорю Дмитриеву, Сергею Лапенкову и Сергею Колотовкину, которыми двигало чувство глубокой благодарности прежде всего своим дедам, ушедшим на фронт (у
С. Лапенкова, кстати, дед был награжден Золотой звездой Героя Советского Союза), а также – предкам других
томичей, вместе одержавшим в 1945 г. ту историческую
Победу. Кроме того, они были обеспокоены все бóльшим налетом помпезной официальности, бездушного,
формального подхода к празднованию столь славной
даты.
Как обосновал идею «Бессмертного полка»
И. Дмитриев: «У каждого из нас в семье есть ветеран.
Дед или бабушка, прадеды или их братья и сестры.
И если каждый вспомнит про своего солдата, солдата из своей семьи, то это и будет наш шанс спасти
праздник от формализма. И передать нашу живую
память нашим детям. Человек посмотрит на портреты своих ветеранов, вспомнит или узнает о них у
родных, какими они были. Ветеранов становится все
меньше, но если их потомки возьмут фотографии
своих погибших или после войны умерших солдат и
пойдут с портретами к Мемориалу, то мертвые снова
будут в общем строю, снова пойдут к Вечному огню.
И смогут приходить каждый год, много лет, с наследниками их подвига. Станут бессмертными» [1].
Прошлогодняя телевизионная трансляция шествия «Бессмертного полка» в Томске (а до этого –
подготовка к нему) вызвала огромный резонанс в
интернете, и в некоторых городах России были проведены подобные акции. После к ее инициаторам широким потоком пошли письма, запросы по электронной почте, телефонные звонки – как организовать и
провести подобное в других местах. С того момента
и по сегодняшний день инициаторы и координаторы памятного шествия фактически превратились в
своеобразный штаб не только локальной региональной томской акции, а, как они сами подчеркивают, –
стали «как бы ответственными связными по сбору
«Бессмертного полка» страны» [1]. При подготовке к
шествию нынешнего года томичи выезжали в командировки, посылали видеоматериалы прошлогоднего
шествия в Томске, отвечая на запросы, делились опытом методики проведения акции, предостерегали от
возможных ошибок...
Примечательно, что координаторами акции на
местах выступали, как правило, местные журналисты, развивая таким образом журналистскую инициативу томских коллег как самостоятельную, искреннюю, идущую от сердца простых людей – так сказать,
«снизу», реализуя главную идею, что «Бессмертный
полк» – это личная память о войне, о павших родных
Журналистский ежегодник
людях, что День Победы – это не только государственный, а еще и глубоко личный праздник.
К сожалению, не везде это удавалось разъяснить.
И как раз именно там, где инициативу проведения акции пытались перехватить местные власти, ввести ее
в официальные рамки, некий стандартный регламент.
Так, в Новокузнецке сначала мэрия предлагала ограничить численность «Бессмертного полка» почему-то
пятьюстами «штыков». Затем предлагала распечатать
военные фотографии из музея и обязать их пронести
к Вечному огню неким волонтерам – «чтобы было
красиво». В Красноярске инициаторов-журналистов
чиновники краевой администрации долго гоняли из
департамента в департамент за официальным разрешением провести шествие, и лишь заявление журналистов, что они через СМИ обратятся к населению и
губернатору по поводу такой волокиты, решило проблему. Были свои сложности с проведением шествия
в Омске, Кемерове, Ростове-на-Дону…
Координаторы «Бессмертного полка» столкнулись
с непониманием его идеи не только во властных инстанциях, но и у простых людей. Так, в период подготовки к нынешнему шествию в марте, на Форуме
поисковых движений, прошла широкая дискуссия
«Поддержим акцию „Бессмертный полк“», в ходе которой, наряду с многочисленными здравыми рассуждениями о развитии инициативы томских журналистов,
звучали и негативные оценки. В частности, такая,
высказанная А.В. Москвиным: «Все это лабуда! Одноразовый ход, для отчета, для галочки о проделанной
работе. По сути в стране нет ежедневного патриотического воспитания подрастающего поколения».
Или такая: «Вот оно – ключевое слово... ФЛЭШМОБ
!!! теперь только с ВОЕННО-ПАТРИОТИЧЕСКОЙ ОКРАСКОЙ... организованный различными пиар-агентствами, медиа-холдингами, радиостанциями, местными
ТВ-каналами вкупе и однозначно с поддержкой региональной администрации различных уровней... и
естественно с непременным согласованием с органами правопорядка... Убивается сразу несколько зайцев:
не надо тратиться на ежегодные шествия боевой техники и военные парады, народ сам по себе выходит
на улицы массово с привитым за два предыдущих до
акции месяца „лже-патриотизмом“, учителя и руководители школ рады безмерно – и записывают себе
в список добрых дел, что практически без нажима выгнали тот или иной класс на девятомайскую акциюдемонстрацию-шествие. В общем – все довольны... С
уважением, Андрей Мурылев» [2].
Вряд ли подобными пассажами довольны все.
И прежде всего – инициаторы создания «Бессмертного полка», поскольку на его сайте четко прописано
кредо этой акции: «„Бессмертный полк“ – общественная Некоммерческая, Неполитическая, Негосударственная Гражданская Инициатива. Встать в ряды
полка может каждый гражданин независимо от вероисповедания, национальности, политических и иных
взглядов. „Бессмертный полк“ объединяет людей» [3].
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
Но негатив идеи «Бессмертного полка», выраженный
двумя отмеченными участниками дискуссии на мартовском форуме, в принципе, требует анализа и патриотического акцента журналистской инициативы,
которую в прошлогодней статье мы рассматривали
именно как негосударственную гражданскую инициативу [4].
В какой-то степени скептическое отношение к воспитанию патриотизма путем проведения подобных
шествию «Бессмертного полка» мероприятий объяснимо. Дело в том, что долгое время граждане нашей
страны воспитывались на идее патриотизма как сугубо патерналистской категории. Так, в Большой Советской Энциклопедии она определяется следующим
образом: «Патриотизм – любовь к отечеству, преданность ему, стремление своими действиями служить
его интересам» [5. С. 382]. В результате абсолютизации
государства, отечества как некого фетиша, который
необходимо однозначно любить, гражданину своего
отечества как бы предписывалась роль некоего придатка…
Как представляется, такой подход к воспитанию
патриотизма и явился основой для формализма, приоритета официальных, предписанных властями государства форм патриотического воспитания. Ответной
же реакцией общества явилось личностное неприятие многими людьми этих форм, недоверие к ним.
После развала Советского Союза существенный
удар по идее патриотизма нанесли так называемые
«лихие девяностые годы» XX века, когда наше Отечество (уже постсоветская Россия) вступило в мировое – глобальное экономическое, информационное
и культурное пространство. В условиях глобализации
в стране стали настойчиво и агрессивно распространяться идеи необходимости замены космополитизмом патриотизма как отжившей и устаревшей общественной ценности. Чего стоит открыто провозглашавшийся тогда лозунг: «Патриотизм – это последнее
прибежище негодяев!». Или определения сторонников идеи патриотизма оскорбительно «красно-коричневыми»…
Кстати, тогда трактовка смысла лозунга была сознательного искажена до наоборот. Как отмечается в
энциклопедии «Крылатые слова», «Автор выражения
«Patriotism is the last refuge of a scoundrel» – английский поэт, критик, историк литературы С. Джонсон
(1709–1784), который этой фразой хотел подчеркнуть
благородство патриотизма. И даже слово «патриот»
он писал с большой буквы. Так, в статье «Патриот»
(1774), которая имела подзаголовок «Обращение к избирателям Великобритании», Джонсон призвал своих
читателей выбрать в английский парламент достойных людей, истинных защитников интересов своей
страны, ибо только Патриот достоин места в парламенте». А патриот, по мнению С. Джонсона, – это
тот, «чья общественная деятельность определяется
лишь одним – единственным мотивом – любовью к
своей стране, тот, кто, представляя нас в парламенте,
79
руководствуется в каждом случае не личными побуждениями и опасениями, не личной добротой или
обидой, а общими интересами». Таким образом, авторский смысл данного высказывания: не все пропало даже для самого отъявленного негодяя, если в нем
еще живо чувство патриотизма… То есть, патриотизм
для того человека – последний шанс морально возродиться, оправдать свою жизнь» [6. С. 538].
Наконец, с 2000-х гг. нашего века (периода президентства В.В. Путина) политическое руководство
России совершило противоположный поворот на 180
градусов, осознав значимость патриотизма как общественной духовной ценности, объединяющей людей
в единую нацию (что, естественно, не могло в очередной раз не дезориентировать многих, добавив скептицизма в отношении самОй благородной идеи). Тем более, что возрождение патриотизма произошло опять
же в официальной, доктринальной форме: в октябре
2000 г. было опубликовано правительственное постановление «О национальной доктрине образования в
Российской Федерации», где особо подчеркивалась
необходимость «утвердить статус России в мировом
сообществе как великой державы в сфере образования, культуры, искусства, науки, высоких технологий
и экономики». А одним из средств достижения этой
цели определилось «обеспечить воспитание патриотов России» [7]. Затем прошли две, так сказать, «пятилетки патриотизма», в ходе которых официально реализовывались Государственные программы «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2001–2005 гг.» и «Патриотическое воспитание
граждан Российской Федерации на 2006–2010 гг.».
А сейчас, с возвращением В.В. Путина к третьему
сроку своего президентства, реализуется очередная
Государственная программа «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2011–
2015 гг.», которую (как и две предыдущих) в обществоведческой науке оценили не слишком высоко
именно за официальный, традиционалистский подход: «Политическое руководство страны по-прежнему рассматривает патриотизм в традиционном ключе. Тенденции изменения содержания патриотизма,
связанные с процессами культурной глобализации,
практически не нашли отражения... Однако традиционные подходы к формированию патриотизма в новых условиях являются малоэффективными. Патриотизм необходимо не только „воспитывать“ у граждан, но и конструировать с использованием мощи
современных информационно-коммуникационных
технологий» [8].
Таким образом, главным недостатком и патерналистского, и доктринального подходов к определению понятия патриотизма и практических воспитательных форм его реализации в современном обществе является его трактовка, «осуществляемая только
на чувственном уровне, в качестве чувства любви
к Родине. При этом сам патриотизм трактуется как
мировоззренческий принцип (норма поведения), т.е.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
80
достаточно упрощенно, а не как сложная мировоззренческая система. Он не берется как сложное социальное отношение, в качестве способа социального
действия» [9].
В полноценном же смысле, с философской точки
зрения, патриотизм представляет собой «сложную
мировоззренческую систему, ориентирующую человека в его жизнедеятельности на защиту, сохранение
и усовершенствование всего того родного, родового,
национального, своего, что достается ему в качестве
духовного и материально-предметного наследия от
предшествующих поколений и что должно быть передано им (человеком) его потомкам. Тем самым патриотизм есть одновременно и совершенно особый,
целенаправленный и целесообразный способ социального действия личности, способ ее самореализации в качестве полноценной личности, способ ее сопричастия как части общества целому – обществу, той
родовой среде, в которой рождается, формируется и
действует сам конкретный человек» [9].
В принципе, объектом патриотизма является образ
родины, сначала – «малой», который начинает формироваться с рождения под влиянием семьи, родных
и близких, родного села (города). Затем «большой» –
родной страны, уже под влиянием конструктирования государственной политики. Как отмечается в Государственной программе «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2011–2015 гг.»
(того самого официоза, которому далеко не всегда доверяют как «простые», так и «ученые» люди), «механизм реализации Программы основывается на дальнейшем совершенствовании форм и методов работы
институтов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных организаций по
осуществлению государственной политики в области
патриотического воспитания граждан, пропаганды
патриотизма в средствах массовой информации и
консолидации деятельности всех структур гражданского общества», а конечным результатом реализации
Программы «предполагается положительная динамика роста патриотизма в стране, возрастание социальной и трудовой активности граждан, особенно молодежи, их вклада в развитие основных сфер жизни и
деятельности общества и государства, преодоление
экстремистских проявлений отдельных групп граждан и других негативных явлений, возрождение духовности, социально-экономическая и политическая
стабильность и укрепление национальной безопасности» [10]. Как видно, акцент здесь делается на консолидации государственных органов и общества, а
эффект патриотического воспитания видится именно
в «социальных действиях» патриотов России на благо
родины.
Примечательным в этом плане видится определение президентом В.В. Путиным патриотизма как одной
из важнейших «духовных скреп» национального единения страны [11]. А председатель Совета Федерации
РФ В.И. Матвиенко, дезавуируя утверждения скептиков
Журналистский ежегодник
в отношении идеи патриотизма, подчеркнула приоритет именно общественных, неформальных инициатив:
«Сегодня все чаще приходится слышать, что патриотизм, желание строить Россию, отдавая этому свои
силы, навязываются сверху. Я с этим решительно не согласна. Только два примера. Скоро уже десятилетний
юбилей отметит ставшая всенародной Георгиевская
ленточка. Никто не заставляет граждан России вдевать её в петлицы и украшать миллионы автомобилей.
А два-три года назад из народных глубин родилось
движение «Бессмертный полк» (выделено автором
данной статьи). Его никакие политологи не изобретали. Потомки героев Великой войны в дни торжеств
несут по нашим улицам портреты своих дедов и прадедов, погибших в боях или уже ушедших из жизни
в наше время. Сегодня это движение охватило сотни
больших и малых российских городов. Для меня это голос современного поколения нашего народа» [12].
Спикер Верхней палаты Парламента привела
примеры общественных патриотических инициатив,
связанных с победой советского народа в Великой
Отечественной войне. Сюда можно добавить еще
два, связанных с празднованием 70-летия побед в
Курской и Сталинградской битвах: реконструкцию
некоторых эпизодов знаменитого танкового сражения под Прохоровкой и красочное «байк-шоу»
известного московского клуба байкеров «Ночные
волки» в Волгограде (последнее, правда, было оценено весьма неоднозначно). Так сложилось, что в современной России одним из главных способов конструирования образа родины является героизация
истории той войны, ее участников, пожертвовавших
ради победы своей жизнью. И это превращается в
национальную традицию, которая передается из поколения в поколение.
Безусловно, для каждого участника шествия «Бессмертного полка» в День Победы это действо исполнено глубокого патриотического смысла, потому что
предок, чей портрет он несет, – герой, а единение в
колонне с другими героями духовно возвышает его,
заново воскрешает его личную память о своих героях. В процессе же подготовки к формированию «Бессмертного полка», – разбирая фотографии и письма
военных лет, восстанавливая историю своей семьи, –
люди стараются познать, понять и оценить свое прошлое и, возможно, с позиций тех лет более адекватно
оценить сегодняшний день своей родины. Это позволяет им найти то, чем можно гордиться, что рассказать
своим внукам и правнукам, чтобы они, в свою очередь, передали эти знания дальше. Так совершается
патриотическая эстафета обретения глубокой личной
исторической памяти. А признание современниками
журналистской инициативы «Бессмертного полка»
обеспечивает широкое патриотическое движение.
То, что оно будет шириться и продвигаться, так сказать, «до Москвы и самых до окраин», можно сегодня
уверенно прогнозировать. Только в Томске численность «Бессмертного полка», по разным источникам,
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
81
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
утроилось по сравнению с прошлым годом. Шествие
«полка» перешагнуло границы региона, страны: по
разным данным, 9 мая 2013 года его колонны прошли
более чем в ста городах России и стран ближайшего
зарубежья… Думается, будет совершенствоваться и
качественная сторона идеи.
Именно для этого 21 и 22 сентября 2013 года в Томске состоялась конференция координаторов «Бессмертного полка». В ней приняли участие представители двенадцати городов России, среди них: Москва,
Пятигорск, Курган, Вологда, Новокузнецк, Барнаул,
Минусинск, Абакан и другие. Также в режиме он-лайн
во встрече участвовали представители Луги (Ленинградская область), Луганска (Украина) и Перми.
Повестка встречи была насыщенной, а обсуждение активным. Координаторы делились опытом проведения шествий «полка», обсудили планы на предстоящий год. Также на конференции были затронуты
вопросы информационного обеспечения проекта,
символики «Бессмертного полка», был презентован
обновленный сайт.
Участники обсуждали новые направления работы.
Одно из них родилось из частых обращений в адрес
координаторов помочь разыскать солдата, установить
его фронтовой путь. Такую помощь в работе с архивами, открытыми источниками могли бы организовать
координаторы на местах. С предложениями, как это
можно сделать, как может быть организована система
поиска, выступила директор Государственного архива
Томской области Анастасия Караваева.
О работе с ТВ-контентом в городах в рамках «Бессмертного полка» рассказал журналист ТВ-2, продю-
сер телемарафона «Бессмертный полк шагает по стране» Денис Бевз.
Литература
1. Выгон С. Обретение памяти // АиФ–Томск. 2013. № 19.
2. Форум поисковых движений. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=35620.0
3. Сайт Бессмертный полк. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://moypolk.ru/
4. Губский В.В. Журналистская инициатива «Бессмертный полк» в
аспекте формирования гражданского общества // Журналистский ежегодник. 2012. № 1. С. 58–61.
5. Большая советская энциклопедия. Т. 20. М., 1973.
6. Крылатые слова. Энциклопедия. М., 2003.
7. Постановление Правительства РФ от 04.10.2000 № 751 «О национальной доктрине образования в Российской Федерации» // Рос.
газ. 2000. 11 окт.
8. Наливайченко И.В. Специфика патриотизма в условиях культурной глобализации: Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Саратов,
2011. 24 с.
9. Слукин С.В. Патриотизм в социокультурном развитии личности:
Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Екатеринбург, 2005. 25 с.
10. Государственная программа «Патриотическое воспитание
граждан Российской Федерации на 2011–2015 гг.». [Электронный
ресурс]. Режим доступа: http://archives.ru/programs/patriot_2015.
shtml.
11. Послание президента В.В. Путина Федеральному собранию. От
12.12. 2012. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://nextrus.
ru/interes/916-ejegodnoe-poslanie-prezidenta-2013.html.
12. История России должна стать обязательным ЕГЭ // Известия.
2013. 20 июня.
УДК 070.11
Е.Н. Рыжко
Национальный авиационный университет (г. Киев)
СМИ КАК ФАКТОР ВЛИЯНИЯ НА ЦЕННОСТНЫЕ
ПРЕДПОЧТЕНИЯ СТУДЕНТОВ-ЖУРНАЛИСТОВ
В статье представлен срез аксиологических предпочтений (в форме результатов опроса) среди будущих журналистов как попытка определения их ценностных ориентаций и определения роли СМИ в формировании (коррекции,
трансформации) ценностей и ценностных парадигм, принимая во внимание, что именно студенты специальности
«журналистика» сегодня еще являются потребителями
ценностей, представленных в СМИ, а в недалеком будущем
станут продуцентами ценностей, потребляемых нами.
Также сделана попытка обозначить круг ресурсов масс-медиа, информация из которых является предпочтительной
для респондентов.
Ключевые слова: ценность, средства массовой коммуникации, позитивные концепты, негативные концепты.
Ryzhko Elena N.
MASS MEDIA AS A FACTOR OF INFLUENCE ON VALUE
PREFERENCES OF THE STUDENTS-JOURNALISTS
The article contains a set of axiological instructions (in the
form of poll results) for future journalists – as an attempt to clarify
the orientation of their values. Since the students of Journalistic
departments are the consumers of values and potential producers
of values that are represented by mass media, the article aims at
determining the role of mass media in formation, correction, and
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
81
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
утроилось по сравнению с прошлым годом. Шествие
«полка» перешагнуло границы региона, страны: по
разным данным, 9 мая 2013 года его колонны прошли
более чем в ста городах России и стран ближайшего
зарубежья… Думается, будет совершенствоваться и
качественная сторона идеи.
Именно для этого 21 и 22 сентября 2013 года в Томске состоялась конференция координаторов «Бессмертного полка». В ней приняли участие представители двенадцати городов России, среди них: Москва,
Пятигорск, Курган, Вологда, Новокузнецк, Барнаул,
Минусинск, Абакан и другие. Также в режиме он-лайн
во встрече участвовали представители Луги (Ленинградская область), Луганска (Украина) и Перми.
Повестка встречи была насыщенной, а обсуждение активным. Координаторы делились опытом проведения шествий «полка», обсудили планы на предстоящий год. Также на конференции были затронуты
вопросы информационного обеспечения проекта,
символики «Бессмертного полка», был презентован
обновленный сайт.
Участники обсуждали новые направления работы.
Одно из них родилось из частых обращений в адрес
координаторов помочь разыскать солдата, установить
его фронтовой путь. Такую помощь в работе с архивами, открытыми источниками могли бы организовать
координаторы на местах. С предложениями, как это
можно сделать, как может быть организована система
поиска, выступила директор Государственного архива
Томской области Анастасия Караваева.
О работе с ТВ-контентом в городах в рамках «Бессмертного полка» рассказал журналист ТВ-2, продю-
сер телемарафона «Бессмертный полк шагает по стране» Денис Бевз.
Литература
1. Выгон С. Обретение памяти // АиФ–Томск. 2013. № 19.
2. Форум поисковых движений. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=35620.0
3. Сайт Бессмертный полк. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://moypolk.ru/
4. Губский В.В. Журналистская инициатива «Бессмертный полк» в
аспекте формирования гражданского общества // Журналистский ежегодник. 2012. № 1. С. 58–61.
5. Большая советская энциклопедия. Т. 20. М., 1973.
6. Крылатые слова. Энциклопедия. М., 2003.
7. Постановление Правительства РФ от 04.10.2000 № 751 «О национальной доктрине образования в Российской Федерации» // Рос.
газ. 2000. 11 окт.
8. Наливайченко И.В. Специфика патриотизма в условиях культурной глобализации: Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Саратов,
2011. 24 с.
9. Слукин С.В. Патриотизм в социокультурном развитии личности:
Автореф. дис. ... канд. филос. наук. Екатеринбург, 2005. 25 с.
10. Государственная программа «Патриотическое воспитание
граждан Российской Федерации на 2011–2015 гг.». [Электронный
ресурс]. Режим доступа: http://archives.ru/programs/patriot_2015.
shtml.
11. Послание президента В.В. Путина Федеральному собранию. От
12.12. 2012. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://nextrus.
ru/interes/916-ejegodnoe-poslanie-prezidenta-2013.html.
12. История России должна стать обязательным ЕГЭ // Известия.
2013. 20 июня.
УДК 070.11
Е.Н. Рыжко
Национальный авиационный университет (г. Киев)
СМИ КАК ФАКТОР ВЛИЯНИЯ НА ЦЕННОСТНЫЕ
ПРЕДПОЧТЕНИЯ СТУДЕНТОВ-ЖУРНАЛИСТОВ
В статье представлен срез аксиологических предпочтений (в форме результатов опроса) среди будущих журналистов как попытка определения их ценностных ориентаций и определения роли СМИ в формировании (коррекции,
трансформации) ценностей и ценностных парадигм, принимая во внимание, что именно студенты специальности
«журналистика» сегодня еще являются потребителями
ценностей, представленных в СМИ, а в недалеком будущем
станут продуцентами ценностей, потребляемых нами.
Также сделана попытка обозначить круг ресурсов масс-медиа, информация из которых является предпочтительной
для респондентов.
Ключевые слова: ценность, средства массовой коммуникации, позитивные концепты, негативные концепты.
Ryzhko Elena N.
MASS MEDIA AS A FACTOR OF INFLUENCE ON VALUE
PREFERENCES OF THE STUDENTS-JOURNALISTS
The article contains a set of axiological instructions (in the
form of poll results) for future journalists – as an attempt to clarify
the orientation of their values. Since the students of Journalistic
departments are the consumers of values and potential producers
of values that are represented by mass media, the article aims at
determining the role of mass media in formation, correction, and
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
82
transformation of these values and paradigms of values. Also, the
author attempts to draw a range of mass media resources, preferred
by respondents.
Keywords: values, means of mass communication, positive
concepts, negative concepts.
С
одной стороны, аксиологические антропогенные ресурсы (подразумеваем систему определенных идеалов человечества) являются ресурсами стратегическими в контексте общего наследия человечества и перспектив его развития. С другой
стороны, вследствие процессов глобализации и перехода к информационному обществу, следует признать
формирование человека, зависимого от масс-медиа,
для которого существование в среде СМИ столь же
обыкновенно, сколь и существование в среде природы. Поэтому анализ ценностей, представляемых современными украинскими СМИ, позволит определить
идеал, предлагаемый молодежи. Особенно – будущим
журналистам. Ведь именно они будут влиять на формирование нашего сознания. Важно, чтобы это было
формированием, а не форматированием.
Проблемы репрезентации ценностных парадигм в
массовой коммуникации неоднократно становились
предметом исследования отечественных и зарубежных ученых [1–3]. И все же именно в сегменте ценность
как фактор стабилизации/дестабилизации общества
проблема остается актуальной. Например, Т.В. Кузнецова в одной из статей 2008 г. писала: «Современный мир
оккупировали жестокость, эгоизм, жадность, которые
постепенно вытесняют на второй план общечеловеческие ценности. Значительную роль в этом играют СМИ,
тиражируя негативные стандарты и модели человеческого поведения, тем самым корректируя ценностную
систему» [4. С. 371]. Ранее И.М. Грабовская, анализируя
условия самосохранения нации, констатирует: «Сегодня на телеэкране есть украинский секс, украинский
рок, украинский политический скандал, украинская
кухня. Единственное, чего недостает – это украинского
интеллекта, то есть действительно высокопрофессиональных, регулярных передач о наиболее болезненных проблемах украинцев» [5. С. 41]. Эта констатация и
сегодня так же актуальна. Стоит согласиться и с другой
мыслью ученого: «...процесс возрождения станет возможен лишь тогда, когда произойдет государственная
легализация и реабилитация естественных для украинского народа морально-социальных и психологических координат: индивидуализма и чувства собственника, самодостаточной ценности личности, личной
ответственности каждого за будущее нации, возрождения чувства национального достоинства, демократизма государства, становления гражданского общества в
Украине» [5. С. 25]. Однако достичь желаемого возможно только при условии принятия средствами массовой
коммуникации ответственности перед обществом.
Поэтому целью данной работы является попытка
определить ценностные предпочтения студентов-жур-
Журналистский ежегодник
налистов и обозначить роль СМИ в формировании
(коррекции) их ценностей.
Сама же работа – часть подготовительного этапа
комплексного исследования. Оно предполагает анализ
базовых ценностей молодежной среды; определение
особенностей репрезентации ценностей и ценностных
парадигм в СМИ; анализ зависимости представления их
от информационной политики СМИ; прогноз тенденций развития гражданского сознания молодых украинцев; поиски путей коррекции деструктивных влияний
СМИ на трансформацию ценностей молодежи.
Итак, в опросе участвовали студенты 3–4 курсов
специальности «журналистика» (61 человек) Института международных отношений Национального авиационного университета (г. Киев). Им была предложена
небольшая анкета, вопросы которой касались: круга
масс-медийных ресурсов, предпочитаемых респондентами; базовых ценностей, важных для их семей (ведь
то, что прививается с рождения, в дальнейшем можно
корректировать или трансформировать, но вряд ли
можно заменить полностью) и для них самих; уровня
влияния СМИ на ценностные приоритеты молодежи;
системы позитивных/негативных ценностей, представляемых масс-медиа.
Понятное дело, когда пытаешься выяснить, какие
же ценности и как именно влияют на определенную
целевую аудиторию, то наиболее простым решением
было бы обращение к печатным СМИ (учитывая способ распространения и хранения информации). Однако современная молодежь предпочитает электронные
медиа. Так, например, предварительно был проведен
еще один небольшой опрос относительно предпочитаемых источников получения информации для самих
студентов и членов их семей (30 респондентов – студенты 3 курса специальности «Журналистика»), который позволил определить, что опрошенные:
1) один раз в 3–4 дня читают интернет-версии таких изданий, как «Дзеркало тижня», «День», «Український тиждень», «Корреспондент», интернет-издание
«Українська правда»;
2) печатные издания покупают только при условии
получения домашних заданий по стилистике, литературному редактированию; исключение – некоторые
издания о литературе и искусстве (например, журнал
«ШО»);
3) каждодневную информацию получают с информационных порталов (в большинстве случаев – «ukr.net»);
4) смотрят телевизор и слушают радио только в фоновом режиме (когда другие – обычно старшие – члены семьи смотрят/слушают их); отдельные телепередачи просматривают в интернете (целеустремленный
поиск и отбор);
5) их родители, а также бабушки/дедушки получают
информацию в основном из теленовостей, если проживают в больших городах; в провинциальных городках – теленовости + местная еженедельная газета; в селах – теленовости, «Сільські вісті», «Порадниця» и/или
местная районная газета + и/или религиозное издание
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
(конфессионная принадлежность зависит от региона).
Исходя из вышеизложенного, в ходе исследования
был использован комплексный подход.
В итоге оказалось возможным представить информационные ресурсы по мере уменьшения их популярности среди опрашиваемых. Печатные издания и их
электронные версии (почти всегда предпочитались
последние): «Корреспондент.net» (24 упоминания),
«Український тиждень» и «Українська правда» (по 19),
«Сегодня» (11), «Дзеркало тижня» (10), «Україна молода»
и «Факты» (по 6), «Комментарии:» и «Weekly.UA» (по
5), «День» и «2000» (по 3); «Forbes», «Esquire», «Gazeta.
ua» (по 2). Были названы только два информационных
агентства: «УНІАН» (6) и «ІНТЕРФАКС» (2). Новостные
порталы: «ukr.net» (14), «BBC Ukrainian» (7), «bigmir.net»
(4), «24 news» и «Euronews» (по 3), «SNN» (2). Среди телеканалов лидирует «1+1» («ТСН», 30 упоминаний), «СТБ»
(13), «Новий канал» и «Інтер» (по 9), «5 канал» (6), «TBi»
(5), «24 tv» (4), «ICTV» и «News One» (по 3), «ОРТ» (2). Но
популярностью пользуются не сами телеканалы, а их
сетевые варианты. Радио упоминалось наиболее редко: «Ера» (4), «Київ», «24», «Хіт FM», «Шарманка» (по 2).
Как видим, предпочтение отдают сетевым медиа.
Конечно, опрос проводился в столичном вузе, где есть
свободный доступ к интернету. Однако следует признать, что жизнь людей все больше перемещается в
виртуальную реальность, порождая все новые и новые
«угрозы ноосферы» (термин Б. Потятыника).
Таким образом, для анализа контента на предмет
репрезентации позитивных/негативных ценностей
можно выбрать такие ресурсы: «Корреспондент.net»,
«Український тиждень», «Українська правда», «Сегодня», «Дзеркало тижня», «Україна молода», «Факты»,
«ukr.net», «BBC Ukrainian», «УНІАН», «1+1», «СТБ», «Новий канал», «Інтер», «5 канал», «TBi», радио «Ера».
Однако следует принять во внимание, что все больше молодых людей отказываются от чтения печатных
СМИ, предпочитая интернет, телевидение и радио. Так,
скажем, Т.В. Кузнецова, анализируя основные тенденции репрезентации ценностей в печатных СМИ, называет газеты «День», «Україна молода» и «Дзеркало тижня» как таковые, в которых «была выявлена тенденция
значительного превышения позитивных концептов над
негативными» [4. С. 371]. Вот только эти издания, как видим, не пользуются особой популярностью у молодежи
(по крайней мере в среде будущих журналистов).
Отвечая на вопрос о традиционных семейных ценностях, студенты называли собственно семью, веру,
любовь, здоровье, образование, человечность, взаимопонимание, взаимопомощь, открытость в общении, социальный статус, карьеру, целеустремленность, сильную волю, историческую память, благополучие, стабильность, уверенность в будущем, честность, духовность, единство поколений, терпение, пунктуальность,
чистосердечие, родной (украинский) язык, Отечество.
Одновременно: умение наладить отношения с
«нужными» людьми, доминирование материального,
деньги (здесь, конечно же, следует учитывать амбива-
83
лентность концепта: деньги как средство для полноценной жизни и деньги как культ).
Среди ценностей, важных для респондентов лично, были названы: книги, музыка, искусство, достойная
работа, саморазвитие, самореализация, любовь, уважение близких, независимость, свобода, образование,
профессионализм, человечность, ответственность,
целеустремленность, острый ум, яркая индивидуальность, творчество, справедливость, спорт, честность,
гармония, свобода слова и выбора, личное жизненное
пространство, семья, юмор, альтруизм, дружба, семейное общение, родной украинский язык, патриотизм.
Названные концепты не только составляют представление о базовых ценностях респондентов (они,
кстати говоря, остаются традиционными для украинского менталитета), обозначив тенденцию к самосовершенствованию, но и помогут разработать анкету
для будущих исследований по методике семантического дифференциала биполярных шкал.
Относительно же ценностей, пропагандируемых
СМИ, наблюдается четкое разделение на позитивные/
негативные и духовные/материальные. 22 опрошенных однозначно ответили, что современные масс-медиа пропагандируют материальные ценности. Еще 12 –
50/50 – и материальные, и духовные. К тому же материальные – на первом месте. Трое ответили – «никаких
ценностей». Более того, ответы типа «СМИ загрязняют
среду обитания человека и только иногда дают нужную ему информацию» свидетельствуют об информационной усталости и недоверии к масс-медиа вследствие чрезмерности манипуляционных технологий.
Если говорить о позитивных/негативных концептах, то 11 человек считают, что СМИ популяризуют
прежде всего позитивные ценности: отстаивание интересов государства, патриотизм, качественное образование, демократия, культура, семья, историческая
память, свобода слова, украинская идентичность, честность, единство, независимость, достоинство, права
человека и др.
13 опрошенных считают, что доминируют негативные ценности: излишняя доверчивость, обогащение
любой ценой, легкомысленность, черствость, насилие
в разных проявлениях, религиозная нетерпимость,
культ силы и власти, жадность, недоверие, отказ от
традиций, слепое копирование инокультурных веяний, аморальность, вседозволенность, антиинтеллектуализм, страх. То есть речь идет о деструктивном влиянии СМИ на социум [6, 7].
Опрос засвидетельствовал также, что респонденты
испытывают трудности с номинированием ценностных
концептов. То есть в дальнейшем следует разработать
вопросник, составленный из бинарных концептов со
шкалой интенсивности выявления определенных ценностей. Ориентируясь, например, на анкету профессора
кафедры социальной психологии Московского государственного университета Т. Стефаненко [8. С. 183].
Часто респонденты акцентируют внимание на пропаганде СМИ культа потребления. Кстати, по этому по-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
84
воду был проведен отдельный опрос (102 студента-журналиста). Среди прочих, респондентам предлагалось
ответить на вопросы: Считаете ли вы, что современное
украинское общество переживает духовный кризис?
(«да» ответили 86,3% опрошенных, «нет» – 13,7%); Превратилось ли современное украинское общество, на
ваш взгляд, в общество массового потребления? («да» –
82,4%, «нет» – 17,6%); Какое влияние на течение кризисных процессов в Украине, на ваш взгляд, имеют СМИ?
(конструктивное (помогают в решении общественных
проблем) – 0%, деструктивное (усиливают кризис,
нагнетают панику) – 18,6%, более конструктивное, нежели деструктивное – 18,6%, более деструктивное, нежели конструктивное – 62,8%).
Довольно-таки неожиданным стал блок ответов на
вопрос о влиянии СМИ на ценностные приоритеты респондентов. О позитивном влиянии заявили только 11
опрошенных. Например, усилилась критичность восприятия информации, утвердились убеждения о самобытности своего народа, окрепло желание отстаивать
собственные гражданские права.
Трое респондентов обозначили несущественность
влияния, а 47 – заявили об отсутствии его. То есть выходит: 1) либо СМИ практически не влияют на трансформацию ценностных парадигм социума (что невозможно); 2) либо это влияние неосознанное (что хуже
и более вероятно); 3) либо медиа пропагандируют в
основном «низкие», «примитивные», «перевернутые»
«ценности» (антиценности), что становится причиной
отмежевания от информации вообще (12 из 47 человек
заявили об усилении семейных ценностей, что можно
рассматривать как способ защиты внутреннего мира).
Компактность исследования не претендует на масштабность итогов, хотя своей цели мы достигли. Итак,
Журналистский ежегодник
современная молодежь предпочитает сетевые варианты печатных и эфирных СМИ. Большинство воспитано
в традиционных для украинцев ценностях, которые желает сохранить. Кроме того, в молодежной среде утверждаются личностные ценности (саморазвитие, самосовершенствование, нацеленность на успех, критичность
восприятия информации), которые, безусловно, станут
надежной основой для развития гражданского общества. Этому же способствует и осознание патогенности
определенных информационных потоков. И хотя большинство опрошенных считает, что СМИ не влияют на
коррекцию их ценностных предпочтений, это далеко
не так. Более уместно говорить об интенсивности и характере влияния, нежели о его отсутствии.
Литература
1. Базовые ценности россиян: Социальные установки. Жизненные
стратегии. Символы. Мифы. М., 2003. 448 с.
2. Костенко Н.В. Ценности и символы в массовой коммуникации.
Киев, 1993. 129 с.
3. Кузнєцова Т.В. Аксіологічні моделі мас-медійної інформації: Монографія. Суми, 2010. 304 с.
4. Кузнєцова Т.В. Цінності в текстах друкованих ЗМІ // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. Т. 21 (60). 2008. № 1.
5. Грабовська І. Україна як метафізична реальність: Монографія.
Киев, 2000.
6. Потятиник Б. Медіа: ключі до розуміння. Серія: Медіакритика.
Львів, 2004. 298 с.
7. Потятиник Б., Лозинський М. Патогенний текст: Монографія.
Львів, 1996. 295 с.
8. Богомолова Н.Н. Социальная психология массовой коммуникации. М., 2008.
УДК 37.026
Э.Г. Шестакова
ФИЛОСОФСКО-СОЦИАЛЬНАЯ СФЕРА ЗНАНИЙ КАК ОСНОВА
ПОДГОТОВКИ ПРЕПОДАВАТЕЛЯ ЖУРНАЛИСТИКИ
В статье поднимается и обосновывается проблема философск0-социальной сферы знаний как необходимой и актуальной основы для подготовки преподавателя журналистики и
журналиста-практика. Доказывается, что именно активизация этой сферы знаний, которая в силу своей природы и культурного опыта изначально и последовательно противостоит
утилитарно-прагматическому взгляду на журналистику
(массмедийность), апеллирует к аналитичности, повышенной
рефлексии, ярко выраженному личностному началу, повышенной интеллектуально-моральной ответственности за все
сказанное и сделанное, позволит воспитать высокопрофессионального журналиста.
Ключевые слова: журналистика, масс-медиа, философско-социальная сфера знаний, социальная ответственность
Shestakova Eleonora G.
PHILOSOPHICAL AND SOCIAL SPHERE OF KNOWLEDGE AS
A BASIS FOR THE PREPARATION OF TEACHERS OF JOURNALISM
The article raises and settles the problem of philosophical and
social knowledge as a necessary and relevant basis for the preparation
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
84
воду был проведен отдельный опрос (102 студента-журналиста). Среди прочих, респондентам предлагалось
ответить на вопросы: Считаете ли вы, что современное
украинское общество переживает духовный кризис?
(«да» ответили 86,3% опрошенных, «нет» – 13,7%); Превратилось ли современное украинское общество, на
ваш взгляд, в общество массового потребления? («да» –
82,4%, «нет» – 17,6%); Какое влияние на течение кризисных процессов в Украине, на ваш взгляд, имеют СМИ?
(конструктивное (помогают в решении общественных
проблем) – 0%, деструктивное (усиливают кризис,
нагнетают панику) – 18,6%, более конструктивное, нежели деструктивное – 18,6%, более деструктивное, нежели конструктивное – 62,8%).
Довольно-таки неожиданным стал блок ответов на
вопрос о влиянии СМИ на ценностные приоритеты респондентов. О позитивном влиянии заявили только 11
опрошенных. Например, усилилась критичность восприятия информации, утвердились убеждения о самобытности своего народа, окрепло желание отстаивать
собственные гражданские права.
Трое респондентов обозначили несущественность
влияния, а 47 – заявили об отсутствии его. То есть выходит: 1) либо СМИ практически не влияют на трансформацию ценностных парадигм социума (что невозможно); 2) либо это влияние неосознанное (что хуже
и более вероятно); 3) либо медиа пропагандируют в
основном «низкие», «примитивные», «перевернутые»
«ценности» (антиценности), что становится причиной
отмежевания от информации вообще (12 из 47 человек
заявили об усилении семейных ценностей, что можно
рассматривать как способ защиты внутреннего мира).
Компактность исследования не претендует на масштабность итогов, хотя своей цели мы достигли. Итак,
Журналистский ежегодник
современная молодежь предпочитает сетевые варианты печатных и эфирных СМИ. Большинство воспитано
в традиционных для украинцев ценностях, которые желает сохранить. Кроме того, в молодежной среде утверждаются личностные ценности (саморазвитие, самосовершенствование, нацеленность на успех, критичность
восприятия информации), которые, безусловно, станут
надежной основой для развития гражданского общества. Этому же способствует и осознание патогенности
определенных информационных потоков. И хотя большинство опрошенных считает, что СМИ не влияют на
коррекцию их ценностных предпочтений, это далеко
не так. Более уместно говорить об интенсивности и характере влияния, нежели о его отсутствии.
Литература
1. Базовые ценности россиян: Социальные установки. Жизненные
стратегии. Символы. Мифы. М., 2003. 448 с.
2. Костенко Н.В. Ценности и символы в массовой коммуникации.
Киев, 1993. 129 с.
3. Кузнєцова Т.В. Аксіологічні моделі мас-медійної інформації: Монографія. Суми, 2010. 304 с.
4. Кузнєцова Т.В. Цінності в текстах друкованих ЗМІ // Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского. Т. 21 (60). 2008. № 1.
5. Грабовська І. Україна як метафізична реальність: Монографія.
Киев, 2000.
6. Потятиник Б. Медіа: ключі до розуміння. Серія: Медіакритика.
Львів, 2004. 298 с.
7. Потятиник Б., Лозинський М. Патогенний текст: Монографія.
Львів, 1996. 295 с.
8. Богомолова Н.Н. Социальная психология массовой коммуникации. М., 2008.
УДК 37.026
Э.Г. Шестакова
ФИЛОСОФСКО-СОЦИАЛЬНАЯ СФЕРА ЗНАНИЙ КАК ОСНОВА
ПОДГОТОВКИ ПРЕПОДАВАТЕЛЯ ЖУРНАЛИСТИКИ
В статье поднимается и обосновывается проблема философск0-социальной сферы знаний как необходимой и актуальной основы для подготовки преподавателя журналистики и
журналиста-практика. Доказывается, что именно активизация этой сферы знаний, которая в силу своей природы и культурного опыта изначально и последовательно противостоит
утилитарно-прагматическому взгляду на журналистику
(массмедийность), апеллирует к аналитичности, повышенной
рефлексии, ярко выраженному личностному началу, повышенной интеллектуально-моральной ответственности за все
сказанное и сделанное, позволит воспитать высокопрофессионального журналиста.
Ключевые слова: журналистика, масс-медиа, философско-социальная сфера знаний, социальная ответственность
Shestakova Eleonora G.
PHILOSOPHICAL AND SOCIAL SPHERE OF KNOWLEDGE AS
A BASIS FOR THE PREPARATION OF TEACHERS OF JOURNALISM
The article raises and settles the problem of philosophical and
social knowledge as a necessary and relevant basis for the preparation
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел Х. Абырвалг
of teachers of journalism and working journalists. It is proved that it
is the activation of the sphere of knowledge, which by its nature and
cultural experience initially and consistently opposed to utilitarian
and pragmatic view of journalism (massmediynost), appealing to the
analytic, increased reflection, clearly expressed personal top, high
intellectual and moral responsibility for all said and done, will bring a
highly professional journalist.
Keywords: journalism, mass media, philosophical and social sphere
of knowledge, and social responsibility.
К
сожалению, так сложилось на протяжении
ХХ ст. и даже в начале второго десятилетия ХХI в.,
что философы больше, целенаправленнее, последовательнее интересуются журналистикой, сферой
масс-медиа, нежели профессиональные журналисты –
полем деятельности философии.
В качестве эскизно подобранных примеров здесь
достаточно вспомнить ряд работ Х. Ортега-и-Гассет.
В его ранних эссе, начиная с «Эстетики в трамвае» (1916),
«Musicalia» (1921), журналист, репортер, театральный, литературный критик, газетчик играют одну из ведущих
ролей, постепенно обнаруживая в себе, с точки зрения
испанского философа, свойства неотъемлемых символических персонажей новоевропейской культуры.
Наиболее четко это оформилось в одной из последних
и программных работ Х. Ортега-и-Гассет «Дегуманизация искусства» (1950). В ней утверждается, что событие
(любое событие, от смерти человека до произведения
искусства и жизни самой культуры) создают, воспринимают и оценивают отчетливо обоснованные и охарактеризованные самой природой европейской культуры
четыре символических персонажа: близкий человек,
родственник (жена), врач, художник, газетчик (журналист) [1].
Вторая половина ХХ ст., фактически, пройдет под
знаком активного и сознательного поворота философии в сторону осмысления массмедийности как феномена новейшей культуры. В этом плане хорошо известны работы и идеи У. Эко, Р. Барта, Ж. Бодрийяра, Д. Белла, Ф. Лаку-Лабарта, Ж.-Л. Нанси, П. Вирилио, П. Бурдье,
С. Жижека, Г. Маркузе, которые определили основополагающие принципы, методы, научный язык, понятийно-категориальный аппарат философско-социального
подхода и понимания массмедийности, а также очертили проблемное поле взаимосвязи философии и массмедийности. По мнению М. Рыклина, одного из признанных специалистов в вопросах современной философии,
в позициях почти всех ведущих философов рубежа
ХХ–XXI столетия неизбежно возрастает «коэффициент
массмедийности» [2. С. 11], обусловленный, прежде всего, кардинальным изменением роли, статуса, функций,
механизмов и качественного наполнения, в целом сути
массмедийности в новейшей культуре.
Уже в самом начале XXI ст. Ю. Хабермас в ряде социально-философских интервью обосновал этот процесс
качественного изменения массмедийности так: «…терроризм после событий 11 сентября приобрел новое качество… <…> Новацией стала символическая мощь целей,
85
которые подверглись атаке. <…> Новым было, конечно,
присутствие телекамер и СМИ, тотчас превративших локальное событие в глобальное и сделавших население
всего мира оцепенелыми свидетелями. Наверное, можно говорить об 11 сентября как о первом всемирно-историческом событии в строгом смысле этого слова: столкновение, взрыв, медленное обрушение – все, что произошло, уже не было продукцией Голливуда, но ужасной
реальностью; и действие развертывалось буквально на
глазах у мировой общественности. Один из моих коллег, который наблюдал с террасы на крыше своего дома
на Duanestreet, совсем близко от World Trade Center, взрыв
второго самолета, врезавшегося в верхние этажи здания, видит Бог, пережил что-то совершенно другое, чем
я перед телевизором в Германии. Но увидел он все то же,
что и я» (курсив автора. – Э.Ш.) [3. С. 12–13].
В докладах 2004–2006 гг., посвященных проблеме
голоса Европы в многоголосье ее наций, Ю. Хабермас
еще жестче сформулировал свое видение сути, функций и механизмов массмедийности в новоевропейской
культуре: «Национальное сознание в форме искусственно созданной самобытности – это целиком и полностью
модерное образование. Образ национальной истории
создается благодаря ученым-историкам и фольклористам, юристам, языковедам и литературоведам; через
школу и семью он проникает в воспитательный процесс,
транслируется средствами массовой коммуникации и
посредством мобилизации военнообязанных укореняется в образе мыслей поколений, воодушевляемых войной. В общем этот процесс продолжался почти столетие, пока не захватил все население. Очевидно, только в
практике партикуляризма, дополненного этноцентризмом, и возникла эгалитарная привязанность к универсалистским принципам демократического, конституционного государства» [3. С. 71]. Таким образом, Ю. Хабермас,
как и Х. Ортега-и-Гассет, вводит массмедийность в круг
тех явлений, механизм действия которых кардинальным образом меняет облик европейской цивилизации.
Вписывая массмедийность в ряд основополагающих
явлений, ценностей и принципов культуры (реальность,
история, нация, народ, государство и их традиционные
репрезентанты), немецкий философ обосновывает суть
ее коммуникации и механизмов реализации. И один из
принципиальных для Ю. Хабермаса выводов из такого
состояния модерной культуры, ориентированной на
повышенную роль массмедийности и коммуникации,
следующий: «Спираль насилия начинается со спирали
нарушенной коммуникации, что – через спираль взаимного неконтролируемого недоверия – и ведет к краху
коммуникации. Но если насилие начинается с нарушения коммуникации, то после того, как оно произошло,
можно выяснить, что пошло вкривь и вкось, а что должно быть исправлено» [3. С. 21].
Если сейчас не акцентировать внимание на спорности и провокационности некоторых тезисов Ю. Хабермаса, равно как и других философов, осмысливающих
культурный феномен массмедийности, а сконцентрироваться на том, что этот феномен связывается с констант-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
86
ными смыслопорождающими и смыслоопределяющими культурными явлениями, по крайней мере, модерной культуры, осмысливается не только в контексте, но
и во внутренней спайке с ведущими философско-социальными и философско-политическими явлениями, то
станет понятно следующее. Массмедийность уже прочно вошла и укрепилась не только в самой культуре, но,
что важнее, в философско-социальной сфере знаний,
стала серьезным, последовательным, естественным и
неотъемлемым предметом думанья (М. Мамардашвили)
философов. Массмедийность оказалась, довольно-таки
быстро, предметом пристальной и основательной философской рефлексии, которая реализуется в двух основных направлениях.
Во-первых, это направление, «обнаруженное» и наиболее четко, последовательно разработанное Х. Ортега-и-Гассет в связи с его размышлениями о сути современной ему культуры, повседневности, эстетики, социологии искусства. Это направление представляет по своей
сути непосредственное обращение к журналистике, ее
репрезентантам (репортер, критик, газетчик, журналист,
массмедийный аналитик, журналистские жанры и т.п.),
ценностным способам именно журналистского (шире,
массмедийного) осмысления и артикуляции действительности. Но оно оказалось во второй половине ХХ – начале ХХI ст. наименее «услышанным» и, следовательно,
разработанным, хотя и перспективным, потенциально
сильным в связи с тем, что журналистика (массмедийность) и ее репрезентанты не только воспринимаются
как логически обоснованные и неотъемлемые символические ипостаси культуры, равноценные художнику, врачу, юристу, близкому человеку, священнику, чиновнику,
правителю. Но в большей степени и потому, что они уже
настоятельно нуждаются в осознании и обосновании
их генезиса, наподобие того, который был предпринят
М. Фуко в отношении врача, клиники.
Во-вторых, направление, активно, в силу объективных социокультурных причин, развиваемое еще с рубежа ХIХ – начала ХХ ст. (исследования Г. Лебона, З. Фрейда, Ф. Ницше, Х. Ортега-и-Гассет, Э. Канетти, С. Московичи, Г. Блуммера) и посвященное скрупулезному и последовательному осознанию проблемного семантического
поля и базисных внутренних основ журналистики. Его
суть заключается в опосредованном обращении к журналистике, точнее к массмедийности, через осмысление и разработку таких ценностно и конститутивно значимых для них понятий, как масса, толпа, социальный
эффект, психология масс, коллективное поведение,
средний человек, банальные желания и эмоции, повседневность, современность, социальные мифы, пропаганда, масса в мировых религиях, общественность,
общественное мнение, социальные движения, национальное самосознание, вожди масс, субъекты и объекты
масс, факторы мнений и верований массы, личность и
масса, публичная сфера, визуальность, реальность, реальное и т.п.
Но при этом и личностно ответственные и экзистенциально напряженные ситуации думанья и даже резуль-
Журналистский ежегодник
таты этих философско-социальных раздумий, ставшие
основой знаний о мире и культуре, принципами интеллектуально-морального ответственного, антропологического по своей сущности осмысления действительности, крайне редко оказываются предметом собственно
журналистики, шире – массмедийности как теоретической, так и сугубо практической. Исключение, пожалуй,
составляет небольшая группа интервью, которые западноевропейские журналисты берут у интеллектуалов,
по-прежнему играющих одну из ведущих социальных
и идеологических ролей в европейском мире, и теле-,
радиопередачи, которые порой ведут современные
философы. Однако это оказывается скорее фактом
высокоинтеллектуальной журналистики, особенно на
постсоветском культурном пространстве, граничащей
с жанрами бесед-лекций для избранной и малочисленной аудитории интеллектуалов, нежели явлением
качественного массмедийного пространства, прочно и
естественно связанного с реальными процессами социальной коммуникации.
С одной стороны, это выглядит вполне логично и
закономерно, учитывая специфику профессиональной
деятельности журналистов, ориентированной на актуальность текущей современности, фактологичность,
объективность и повышенную значимость собственно
общественных, социально-политических, экономических тем, которые необходимо адаптировать и представить для различных социоментальных групп. При этом,
как показывает большинство исследований журналистской аудитории, качественно меняется (точнее, регрессирует) ее состав, потребности, ориентации и интеллектуально-моральные интересы и характерные черты,
предопределяющие запросы, семантическое, психоэмоциональное, композиционно-смысловое наполнение
журналистских материалов, а также трансформацию
жанровой системы в сторону доминирования низших,
«крайних форм механического воздействия» к которым,
например, относятся «мелодрама, фельетон, порнографический роман» [4. С. 175]. Современный реципиент, в лучшем случае, – это средний человек, которому
присущ особый «духовный склад», описанный Х. Ортега-и-Гассет в эссе «Musicalia» как «вульгарные, пошлые,
филистерские переживания доброго буржуа» [4. С. 167].
Но если в 20-х гг. ХХ ст. круг этого любого среднего человека, по мнению испанского философа, составляли
«…и мирный коммерсант, и добродетельный профессор,
и простодушный чиновник, и барышня de comptoir, которые узнают себя, свои привязанности и почувствуют
трогательную благодарность» [4. С. 167], слушая Баха и
Дебюсси, то сейчас все качественно изменилось.
Вряд ли возможно оспаривать тезис о том, что современное нам наполнение понятия «среднестатистический потребитель», которое предполагает и определенное качество механизмов и средств воздействия на него,
отвечает уровню «духовного склада» и представлению
о любом среднем человеке почти столетней давности.
Естественно, что обращение современных журналистов к сфере «высокого», элитарного по своей приро-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел Х. Абырвалг
де, функциональной направленности философско-социального знания, его целенаправленное, активное и
естественное привлечение в свою профессиональную
деятельность представляется несколько условно-искусственным, идущим скорее от чистой теории, идеальных перспектив и горизонтов, нежели от реальных
потребностей и ориентаций современного общества и
его ведущих культурных героев. Журналистика сегодняшнего дня – это, преимущественно, журналистика
факта и развлечения, досуга (в их широком культурном
толковании). Более того, это журналистика, требующая
больше навыков ремесленника, нежели аналитика, идеолога, способного увидеть и вскрыть основы и механизмы жизнедеятельности социума, обосновать скрытые,
во многом обусловленные мощью культурной памяти,
процессы и отношения современности. Проблемам
философско-социальной сферы знаний, во многом
сознательно и последовательно противостоящей утилитарно-прагматическому взгляду на журналистику
(массмедийность), при этом не остается места, т.к. они
апеллируют к аналитичности, повышенной рефлексии,
ярко выраженному личностному началу, повышенной
интеллектуально-моральной ответственности за все
сказанное и сделанное.
Однако, с другой стороны, тоже обусловленной особенностями профессиональной деятельности журналистов, их роли и функций в новейшей культуре, специфическим статусом и целью продуктов, результатов их деятельности, все это обозначает знаковую и трагическую
в своей реализации для нашего времени проблему.
Профессиональная деятельность журналистов предполагает их особую ответственность перед обществом,
современностью, повседневностью и формируемым
ими ближайшим будущим за господствующие культурно-социальные умонастроения, общий мировоззренческий ландшафт эпохи. И если на первый взгляд это
может показаться вполне тривиальным утверждением,
то кардинальные трансформации таких фундаментальных и, казалось бы, незыблемых основ культуры, как
реальность, время, пространство и активная роль в этом
массмедийности, обнаруживает процесс преодоления
стереотипности этих идей. В связи с этим необходимо
вспомнить ставшее почти хрестоматийным утверждение П. Бурдье о том эффекте реальности, который могут создать и задать журналисты: например это касается
и «…забастовок в лицеях в 1986 году. На этом примере
мы видим, каким образом журналисты, совершенно искренне и наивно, в поисках интересующего их материала, движимые своими предрассудками, категориями
восприятия, оценки и подсознательными ожиданиями
могут вызвать эффект реальности и изменить эту реальность, эффект, которого никто не старается достичь,
но чьи последствия могут быть катастрофическими.
У журналистов в голове было живо воспоминание о событиях мая 1968 года и страх упустить «новый 68-й год».
А в реальности им пришлось иметь дело с достаточно
далекими от политической жизни подростками, которым особенно нечего было сказать. Тогда они начинают
87
искать лидеров (без сомнения, среди самых политизированных из них), воспринимают их всерьез, вследствие
чего последние тоже начинают воспринимать свои слова всерьез. И мало-помалу телевидение, которое по
идее является инструментом отображения реальности,
превращается в инструмент создания реальности. Мы
все больше и больше приближаемся к пространству, в
котором социальный мир описывается и предписывается телевидением» [5. С. 35].
В начале XXI в. власть журналистского поля, о которой писал П. Бурдье в конце только что ушедшего столетья, усилилась и все больше проявляет последствия
своего эффекта вмешательства, затрагивая и меняя
уже не только социальный, но и природно-культурный мир. Следовательно, журналист не имеет права
не знать и не понимать, профессионально не осмысливать онтологические по своей сути трансформации
мира культуры, в которых он, в силу своего статуса и
функций, принимает активное и непосредственное
участие. Категории восприятия мира, которыми руководствуется журналистика и которые столь важны, по
мнению того же П. Бурдье для профессиональной действительности журналиста, должны быть воспитаны и
развиты непосредственно в процессе его университетского образования. За них, эти категории восприятия,
и предрассудки, и мнения, которыми руководствуется
журналист, естественно, во многом отвечает тот, кто
его готовит – преподаватель вуза.
В этом смысле именно философско-социальная
сфера знаний оказывается той превалирующей и устойчивой основой, которая одновременно и способна, и
призвана дать журналисту и журналистике в целом
идеологические (понимаемые и принимаемые именно
в первичном толковании) направления и ценностные
ориентации, сформировать категории их восприятия
действительности, а также способ, масштаб, контекст
и диапазон видения мира, происходящих в нем событий. Это во-первых. А во-вторых, обогатить, расширить
и даже в определенной мере качественно трансформировать теоретическую и методологическую базы
журналистики, шире – масс-медиа. Г.Э. Кучерова это
сформулировала следующим образом: «Говорить сегодня о необходимости рассмотрения журналистских
проблем с точки зрения философского анализа – значит
повторять то, что было уже сказано двадцатью годами
раньше П.С. Гуревичем, хотя, очевидно, в связи с достаточно редкими в отечественной научной литературе
исследованиями такого рода, есть необходимость обратить внимание на некоторые его положения. <…> Речь
идет о необходимости изучения мировоззренческих
основ пропаганды (философские трактовки личности,
сознания, общения – прямая связь между философской
рефлексией и приемами пропаганды), массовых идеологических процессов, раскрывающих содержательные
аспекты коллективных представлений, ожиданий, настроений, влечений» [6. С. 4].
Но для того, чтобы полнота философско-социальной сферы знаний стала естественной, так сказать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
88
повседневной, основой действительности и деятельности журналиста-практика, его должны изначально
научить понимать ее язык, способ видения и артикуляции мира, философско-социальный текст, уметь его
читать, адаптировать для сферы масс-медиа. При этом
философско-социальная сфера знаний для журналистов должна быть представлена с учетом их профессиональной специфики и уникальности, несводимой
к собственно философии, социологии, филологии,
культурологии. Такая постановка вопроса, естественно, предполагает актуализацию проблемы подготовки
преподавателя собственно журналистики, способного
во всех без исключения курсах по истории, по теории
предмета и особенно на практике проявить и собственные знания в философско-социальной сфере, и научить
будущего журналиста применять эти знания для общественно созидательной цели. Конечно же, в данном
случае речь не идет о специально разработанном для
журналистов курсе философии, что является само самой разумеющимся. Как не идет речь и том, чтобы просто, в виде обзора, иллюстративного материала, идей и
знаний смежных наук, включать философско-социальные тексы, идеи в те или иные журналистские курсы.
(Хотя необходимо отдать должное учебному пособию
Л. Кохановой и А. Колмыкова «Основы теории журналистики» (2009) [7], в котором органично представлены
многие журналистские проблемы именно с позиции
философско-социального знания.) Проблема заключается в принципиальной качественной модификации,
во-первых, всей системы подготовки журналистов,
которая от господствующего информационно-новостного и развлекательного форматов с доминированием
функционально-прагматического подхода, должна переориентироваться в плоскость интеллектуальной журналистики. При этом философско-социальные знания и
способ артикуляции мира должны восприниматься не
как нечто постороннее, привнесенное извне, важное, но
дополнительное, а как субстанциальная составляющая
самой журналистики. Иными словами, студента-журналиста надо готовить так, чтобы он умел, например, взять
интервью у Ю. Хабермаса. Чтобы журналист мог написать аналитический обзор политических, национальных
проблем своего государства, отображая не только фактологическую сторону событий, и не столько бесстрастно сталкивая мнения, комментарии модных политологов, культурологов, историков, но умея самостоятельно
видеть и объяснять, скажем, что «Октябрьская революция была крупнейшим событием в интеллектуальной
истории ХХ века; долгое время она определяла горизонт
современного мышления, обеспечивая, кстати говоря,
саму возможность перекодирования политического в
интеллектуальное» [2. С. 9]. Во-вторых, вопрос и в том,
чтобы тщательнее отбирать и формулировать темы диссертационных исследований по специальности, актуализируя в них прежде всего значимость философско-социальной сферы знаний. И одним из примеров такого
рода изысканий могут служить работы Г.Э. Кучеровой,
в которых естественно, обнаруживая моменты внутрен-
Журналистский ежегодник
него единства и различия, переплелись философско-социальное и собственно журналистское, массмедийное
знания о мире, их ценностные способы его, мира, видения, понимания и артикуляции.
Однако для того, чтобы подготовить соответствующего преподавателя журналистских дисциплин, необходимо, во-первых, начиная с первого курса не только
нацеливать студентов на приоритет сугубо практических навыков и умений, но показывать ценность и значимость философско-социальной сферы знаний в их
практической деятельности.
Во-вторых, демонстрировать, что истоки, глубину,
масштаб, контексты и последствия любого социокультурного явления и факта возможно увидеть и описать
лишь при условии прочной, качественной, интеллектуально и морально развитой основы мировидения и мироощущения самого журналиста.
В-третьих, начиная с магистерских программ обучения, вводить систему курсов и спецкурсов по интеллектуальной журналистике и методике ее преподавания.
Например, это может быть курс «Специфика чтения философско-социального текста» (название в несколько
измененном виде позаимствовано у спецкурса В.В. Бибихина, прочитанного им на философском факультете
МГУ им. Ломоносова в 1991 г.), «Философско-социальное
интервью как ценностная составляющая современной
публицистики», «Проблематика и тематика интервью
Ю. Хабермаса», «Жанрово-стилистическое и тематическое своеобразие телепрограммы „Лекции о культуре“
Ю. Лотмана», «Методология „Школы „Анналов“ и ее
роль для современной теории и практики массмедиа»,
«Политическое и национальное как предмет современной философско-социальной сферы знаний», «Жанровые коллизии текста массовой коммуникации», «Французская современная философия о массовой коммуникации», «Повседневность как предмет дисциплин социально-коммуникативного цикла», «Философско-социальное представление о понятии „современность“»,
«Ведущие социальные мифы и стереотипы», «Образ
журналиста и журналистики в философской эссеистике: к проблеме формирования журналистского самосознания у студентов», «Реалити-шоу как репрезентант
неклассического типа культуры», «Культурные коды телесности в тексте массовой коммуникации».
В-четвертых, активно и целенаправленно развивать
идеи и методы, предложенные Г. Кучеровой. Каждая
глава ее монографии вполне может стать основой отдельного спецкурса, не говоря уже о том, что подход к
философской сфере знаний, разработанный ею, продуктивен и перспективен до сих пор.
В-пятых, организовать междисциплинарный спецкурс совместно с философским, социологическим факультетами (кафедрами) для магистрантов по журналистике, которых готовят к преподавательской деятельности. В-шестых, поддерживать постоянно действующие
кафедральные научные семинары, тематика и проблематика которых связана с философско-социальной сферой знаний.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
89
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
Таким образом, подготовка преподавателя цикла
журналистских, в целом массмедийных дисциплин и
курсов для современного высшего учебного заведения, – это формирование специалиста с высокой и сознательно принятой культурой философско-социального знания как фундаментальной мировоззренческой и
мироповеденческой основы. Прежде всего, такой основы, которая дает прочные и стабильные представления
о безотносительных ценностях и смыслах, ориентациях
социальной коммуникации, методах, механизмах и способах ее существования, тенденциях развития. Более
того, философско-социальная сфера знаний – это основа для воспитания у студентов ответственного журналистского самосознания, целенаправленной, системной подготовки журналиста-интеллектуала, способного
и призванного отвечать за ту картину мира, которую он
формирует.
Литература
1. Шестакова Е.Г. Образ журналіста у філософській есеїстиці: до
проблеми формування журналістської самосвідомості у студентів // Вісник Харківського національного університету ім. В.Н.
Каразіна. № 766. Серія Філологія. 2007. Вип. 51. С.33–37.
2. Рыклин М. Деконструкция и деструкция. Беседы с философами.
М., 202.
3. Хабермас Ю. Расколотый Запад. М., 2008.
4. Ортега-и-Гассет Х. Эстетика. Философия культуры. М., 1991.
5. Бурдье П. О телевидении и журналистике. М., 2002.
6. Кучерова Г.Э. Очерки теории зарубежной журналистики (XIX –
первая половина XX вв.). Ростов-на-Дону, 2000.
7. Коханова Л.А., Калмыков А.А. Основы теории журналистики. М.,
2009.
УДК 37.026; 81’255
Г.И. Шостак
Томский государственный университет
ГАЗЕТНЫЙ ТЕКСТ КАК ИСТОЧНИК
ФОРМИРОВАНИЯ УМЕНИЙ ПЕРЕВОДА
(на материале британских газет)
В статье рассматриваются проблемы формирования
навыков перевода на основе авторского курса «Английский
профессиональной направленности для журналистов». Анализируются трудности перевода и способы их преодоления на
материале примеров из текстов британских газет. А также
возможности применения полученных знаний в профессиональной творческой деятельности.
Ключевые слова: тексты британских газет, формирование
навыков перевода, специальные цели, структура, язык.
Shostak Galina I.
NEWSPAPER TEXT AS THE SOURCE OF TRANSLATION
SKILLS FORMATION (on the material of the British Newspapers)
The article is aimed at highlighting some problems of shaping
translating skills on the basis of the course English for special and
specific purposes of journalists developed by the author. Some
difficulties and advantages of forming translating skills are identified
and analyzed. The article represents some practical examples how to
deal with difficulties while translating texts from British newspapers
and how to use the obtained knowledge and skills in the professional
creative activity.
Keywords: British newspaper texts, shaping translating skills,
special purposes, structure, language.
З
а последние десятилетия во всем мире произошли большие изменения в области информационных и коммуникационных технологий: «Технологические реальности создали опции для дальней-
ших открытий в области СМИ, в то время как политика,
экономика, культура, общественные и коммуникационные запросы диктовали повестку контента в области
журналистики: новости, комментарии, реклама, спорт»
[1. Р. 21]. Сегодня через интернет, мобильные телефоны
и другие медийные системы можно быстро получить
контент на родном и на любом иностранном языке.
Методика обучения иностранным языкам также меняется. В частности, сегодня актуально рассматривать
обучение языку как средству общения между специалистами. Конечной целью в этом случае становится
формирование и развитие коммуникационных способностей учащихся, навыков общения на иностранном
языке в профессиональной сфере.
В качестве основного содержания обучения английскому языку на факультете журналистики Томского государственного университета мы выбираем
деятельность, характерную для профессиональной
журналистской среды, а в качестве конечного результата – формирование языковой профессионально значимой компетенции.
Разработанный и реализуемый курс «Английский
профессиональной направленности» опирается на
базовые знания общего английского языка, однако
ориентирован на профессиональные интересы и запросы студентов. Наиболее перспективным является
междисциплинарное построение курса по англий-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
89
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
Таким образом, подготовка преподавателя цикла
журналистских, в целом массмедийных дисциплин и
курсов для современного высшего учебного заведения, – это формирование специалиста с высокой и сознательно принятой культурой философско-социального знания как фундаментальной мировоззренческой и
мироповеденческой основы. Прежде всего, такой основы, которая дает прочные и стабильные представления
о безотносительных ценностях и смыслах, ориентациях
социальной коммуникации, методах, механизмах и способах ее существования, тенденциях развития. Более
того, философско-социальная сфера знаний – это основа для воспитания у студентов ответственного журналистского самосознания, целенаправленной, системной подготовки журналиста-интеллектуала, способного
и призванного отвечать за ту картину мира, которую он
формирует.
Литература
1. Шестакова Е.Г. Образ журналіста у філософській есеїстиці: до
проблеми формування журналістської самосвідомості у студентів // Вісник Харківського національного університету ім. В.Н.
Каразіна. № 766. Серія Філологія. 2007. Вип. 51. С.33–37.
2. Рыклин М. Деконструкция и деструкция. Беседы с философами.
М., 202.
3. Хабермас Ю. Расколотый Запад. М., 2008.
4. Ортега-и-Гассет Х. Эстетика. Философия культуры. М., 1991.
5. Бурдье П. О телевидении и журналистике. М., 2002.
6. Кучерова Г.Э. Очерки теории зарубежной журналистики (XIX –
первая половина XX вв.). Ростов-на-Дону, 2000.
7. Коханова Л.А., Калмыков А.А. Основы теории журналистики. М.,
2009.
УДК 37.026; 81’255
Г.И. Шостак
Томский государственный университет
ГАЗЕТНЫЙ ТЕКСТ КАК ИСТОЧНИК
ФОРМИРОВАНИЯ УМЕНИЙ ПЕРЕВОДА
(на материале британских газет)
В статье рассматриваются проблемы формирования
навыков перевода на основе авторского курса «Английский
профессиональной направленности для журналистов». Анализируются трудности перевода и способы их преодоления на
материале примеров из текстов британских газет. А также
возможности применения полученных знаний в профессиональной творческой деятельности.
Ключевые слова: тексты британских газет, формирование
навыков перевода, специальные цели, структура, язык.
Shostak Galina I.
NEWSPAPER TEXT AS THE SOURCE OF TRANSLATION
SKILLS FORMATION (on the material of the British Newspapers)
The article is aimed at highlighting some problems of shaping
translating skills on the basis of the course English for special and
specific purposes of journalists developed by the author. Some
difficulties and advantages of forming translating skills are identified
and analyzed. The article represents some practical examples how to
deal with difficulties while translating texts from British newspapers
and how to use the obtained knowledge and skills in the professional
creative activity.
Keywords: British newspaper texts, shaping translating skills,
special purposes, structure, language.
З
а последние десятилетия во всем мире произошли большие изменения в области информационных и коммуникационных технологий: «Технологические реальности создали опции для дальней-
ших открытий в области СМИ, в то время как политика,
экономика, культура, общественные и коммуникационные запросы диктовали повестку контента в области
журналистики: новости, комментарии, реклама, спорт»
[1. Р. 21]. Сегодня через интернет, мобильные телефоны
и другие медийные системы можно быстро получить
контент на родном и на любом иностранном языке.
Методика обучения иностранным языкам также меняется. В частности, сегодня актуально рассматривать
обучение языку как средству общения между специалистами. Конечной целью в этом случае становится
формирование и развитие коммуникационных способностей учащихся, навыков общения на иностранном
языке в профессиональной сфере.
В качестве основного содержания обучения английскому языку на факультете журналистики Томского государственного университета мы выбираем
деятельность, характерную для профессиональной
журналистской среды, а в качестве конечного результата – формирование языковой профессионально значимой компетенции.
Разработанный и реализуемый курс «Английский
профессиональной направленности» опирается на
базовые знания общего английского языка, однако
ориентирован на профессиональные интересы и запросы студентов. Наиболее перспективным является
междисциплинарное построение курса по англий-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
90
скому языку, структура которого включает различные
профессиональные дисциплины. Например, используя для занятий англоязычные газетные тексты, мы
предложили студентам-журналистам на выбор тексты
из британских и американских газет. Молодые журналисты предпочли британскую прессу, пояснив, что с
профессиональной точки зрения эти издания имеют
более четкую структуру публикаций, интересный дизайн и фотоиллюстрирование, богатую палитру языковых средств для привлечения и удержания интереса
читателей.
Британские национальные газеты четко делятся на
качественные и массовые: к качественным относятся The Telegraph, The Independent, The Times, The Guardian,
к массовым – The Sun, The Mirror, The Star. Есть также
умеренно таблоидные: The Express и The Daily Mail. Качественные газеты обстоятельно освещают национальные и международные события. Массовые газеты
передают относительно немного реальных новостей,
публикуя в основном сенсационные или скандальные
материалы. Совершенствуя знания английского языка
и навыки перевода, студенты получают сведения и о
том, как британские газеты выживают и успешно конкурируют с телеобзорами новостей и интернет-сообщениями, анализируют использование журналистами
различных жанровых форм и приемов сообщения новостей, их комментирование и интерпретацию.
Журналисты используют различные лингвистические средства для создания идеологических ценностей и постоянно ищут новые способы воздействия на
аудиторию. Исследование национальных британских
газет помогает студентам понять, что журналистские
тексты фиксируют выработанные профессиональные
формы коммуникации. Преимущество газетных текстов определяется их аутентичностью: «Аутентичный
материал характеризуется естественностью лексического наполнения и грамматических форм, ситуативной адекватностью языковых средств, а также отражает национальные особенности и традиции построения
и функционирования текста» [2. С. 27]. Эти характеристики аутентичного материала идеально отражают задачи изучения особенностей газетных текстов и определяют перспективы формирования знаний и умений
для их перевода на русский язык.
Следует подчеркнуть, что изучаемые нами аутентичные газетные тексты функционируют внутри
специфического культурного и традиционного контекста и используют особую фиксированную лексику, особые фразы, грамматические конструкции,
способы компрессии, которые вызывают большие
трудности при восприятии текста и переводе. Чтобы справиться с многочисленными трудностями, мы
предлагаем в нашем курсе два этапа: знакомство со
структурным содержанием новостных материалов
в британских газетах, а затем – с лингвистическим
наполнением текстов, фокусируясь на языковых особенностях перевода заголовков и новостей, которые
они озаглавливают. Такая последовательность по-
Журналистский ежегодник
зволяет изучить и проанализировать структурные и
лингвистические аспекты текстов и специфические
трудности их перевода.
На первом этапе важное значение имеет создание
рациональных приемов работы со структурой новости.
Для этой цели мы исследуем законы и регуляции внутри новостных текстов. Как правило, журналисты следуют определенному типу газетного дискурса, в котором создание единства всех структур (patterns) определяется четкими регуляциями: headline – lead – content
(заголовок – первый абзац текста – содержание).
При выборе рациональных приемов работы с этими структурными элементами газетного текста мы
опираемся на теоретические и практические знания
студентов о том, что журналистика основывается, как
правило, на вопросах, которые журналист задает себе,
получая задание, и прежде всего его волнуют вопросы,
на которые читатель хочет получить ответы.
Такая практика важна для создания смыслового
единства между заголовком и «лидом». Многие журналисты при создании новости следуют классической
формуле из стихотворения Редьярда Киплинга:
I keep six honest serving-men
(They taught me all I knew);
Their names are What and Why and When
And How and Where and Who.
Эта формула включает шесть вопросов: who? what?
how? where? when? why? и используется для создания
текстов и, прежде всего, она помогает написать «лид».
Два из этих вопросов – who?, what? – являются основными и ответы на них следует искать в заголовке,
причем в заголовке с вопросом who? информация фокусируется на персоне, а информация о каком-то событии будет соответствовать вопросу what?. Но не все
заголовки дают ясное представление, в какой степени
они следуют «Wh» модели. Поэтому мы предлагаем серию заданий для выяснения и снятия трудностей при
переводе.
Следующий заголовок иллюстрирует такую трудность.
Actress Lisa’s amazing jet crash escape. В задании
нужно определить самую важную смысловую часть в
этом заголовке. На вопрос who? – ответ – actress Lisa,
what? – escape. Заголовок не содержит глагола, действие передается существительным. Предлагается реконструировать информацию из заголовка для успешного перевода:
participants – actress;
action – escape, crash;
circumstances – amazing jet crash escape.
Таким образом, заголовок уводит читателя от самого события и делает основной акцент на медийной
знаменитости.
What – model element показывает, что люди выжили
во время крушения.
How – model element акцентируется на обстоятельствах события.
Where and when элементы проигнорированы в заго-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
ловке. Смысловые связи между всеми лексическими
элементами цепочки существительных помогают перевести заголовок: «Невероятное спасение актрисы
Лизы в авиакатастрофе».
Основное правило перевода в случае трудностей
понимания заголовка – прочитать «лид» и найти ответы на все вопросы из заголовка.
Чтобы выработать у студентов умение видеть связь
между всеми компонентами текста, мы подробно исследуем роль ключевых слов в заголовках. Практически все заголовки в британских газетах содержат
ключевое слово, оно обычно повторяется в каждом
параграфе новости и может передаваться синонимами
или эквивалентами. Ключевое слово является композиционным и лингвистическим средством для создания тематической целостности и логической связности текста.
При переводе важно правильно перевести ключевое слово и сохранить смысл заголовка на языке перевода. Women’s guide on violence. В «лиде» ключевое
слово guide дается следующим образом: A free booklet
of advice to women on how to reduce the risk of falling victim
to violent crime has been issued by the Home Office. «Бесплатный буклет с информацией о том, как снизить риск
оказаться в числе жертв жестокого насилия, выпущен
Министерством внутренних дел». «Лид» помогает перевести заголовок: «Инструкция по выживанию для
женщин в случае насилия».
Заголовок Blind woman scents thief. В «лиде» приводится подсказка: ...she said she recognized his deodorant.
Перевод заголовка: «Слепая женщина распознала вора
по запаху».
На втором этапе обучения профессиональному английскому мы переносим сформированные умения в
практическую область и работаем с лингвистическим
содержанием новостного текста для анализа особенностей языковых средств и использования их при переводе.
Для успешного перевода текстов мы предлагаем
студентам освоить определенные грамматические
структуры, снимающие трудности при чтении и понимании заголовков. Одна из особенностей заключается
в распространенности эллиптической формы пассивного залога с опущением вспомогательного глагола to
be для представления событий в настоящем и прошедшем времени.
Suspect released. «Подозреваемый отпущен» –
здесь отсутствует глагол-связка was.
К трудностям перевода можно отнести высокую
частотность слов, образованных по конверсии. Чаще
всего это глаголы, образованные от существительных,
и существительные, образованные от глаголов.
При переводе следует обращать внимание на признаки, указывающие на часть речи (артикли, место в
предложении и т.д.).
Now my fat wife’s as thin as a read. Существительное a read может быть переведено как «прочтение», но
в заголовке есть двойной смысл. Из «лида» мы узнаем,
91
что мужчина написал книгу о том, как он помог жене
похудеть. Перевод заголовка звучит так: «Моя толстая
жена стала тонкой как книжка».
Встречаются заголовки, где сложно определить
часть речи одного из лексических элементов при
первом чтении. Заголовок из The Daily Mail – Pitty
Little Lourdes – появился в день рождения дочери Мадонны. Слово pitty при первом чтении может быть
глаголом, может быть и прилагательным. Только после прочтения и анализа содержания статьи становится ясно, какой из вариантов перевода слова pitty
является верным. В третьем абзаце дается подсказка:
Consider then the life facing little Lourdes. «Представьте
ту жизнь, которая ждет маленькую Лурдес». Правильный перевод заголовка будет – «Пожалейте маленькую Лурдес».
Лексические и грамматические трудности могут
быть связаны с частотным употреблением фразовых
глаголов, которые позволяют экономить газетное пространство. Фразовые глаголы не имеют аналогов в русском языке и их трудно переводить из-за идиоматичности значений, большого разнообразия и неоднородности функционирования. Часто в заголовках опускаются сами глаголы из фразовых сочетаний и остаются
только послелоги. В таком случае следует обратиться к
структурному анализу текста –к «лиду» и восстановить
фразовое сочетание Polanski out.
Roman Polanski is not yet back in jail after being let out on
Saturday for medical treatment. Роман Полански не вернулся в тюрьму после того, как ему позволили уехать
за медицинской помощью. Таким образом, заголовок
может быть переведен: «Полански отпущен».
Анализ лингвистических особенностей заголовков
показывает, что авторы используют стилистические
приемы, которые создают их образность, но затрудняют понимание. Одним из таких приемов является использование аллюзии. Необходимы фоновые знания
для перевода некоторых фраз и выражений из известных источников: художественных литературных произведений, народных сказок, песен и т.д.
Look back in sorrow. (“Look back in Anger” by John Osborn).
«Оглянись в печали» («Оглянись во гневе» – пьеса
Джона Осборна).
Henman’s too skinny to winny.
Tim Henman is too skinny to win Wimbledom, Tim must
gain weight.
Тим Хенман слишком худой, чтобы одержать победу на Уимблдоне. Тиму нужно набрать вес. Заголовок
основывается на игре слов: win (noun – победа; verb –
выигрывать). Winny – ассоциация с известным героем
сказки – Винни Пухом. Заголовок можно перевести:
«Хенман слишком худой по сравнению с Винни Пухом».
Анализ стилистических и структурных традиций
в газетных текстах помогает расширить возможности
формирования переводческих умений. Многие тексты
создаются по образцу так называемой «перевернутой
пирамиды». Согласно этой модели сначала располагается главный факт, затем даются его подробности по
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
92
степени их важности. Такое расположение материала
позволяет журналисту гибко редактировать текст, а
читатель, получив основную информацию, может прекратить чтение на любом абзаце.
В сегодняшнем газетном пространстве англоязычной прессы существует «нарративный стиль». В новостной истории (news story), написанной в этом стиле, повествование о событии начинается с завязки и развивается последовательно в соответствии с характерными для
истории взаимосвязями. «Если вы сократите нарративную историю с конца, вы разрушите ее» [3. Р. 38].
Особенность создания news story в том, что, как правило, в конце самой истории появляется цитирование.
Структурное содержание news story можно представить
схематично следующим образом:
Headline – заголовок;
Lead (Intro) – интро;
Story continues – продолжение истории;
Story ends – окончание;
Quote – цитата.
Стиль news story должен быть простым и понятным. Orphans of an evil trade. После чтения заголовка
«Сироты дьявольской торговли» могло бы показаться,
что история будет о детях-сиротах. Это подтверждает
и «лид»: They have no mothers now. «Они потеряли своих
матерей».
В продолжении истории читатель узнает, что речь
идет… о взрослых слонихах, которые были убиты ради
слоновой кости браконьерами: What is left of them will
be a neckles for a woman. «Все, что осталось от них, превратится в женское ожерелье». И далее – о трагедии
двух слонят-сирот (the baby elephants), семьей для которых стали люди из Национального парка в Найроби.
Драматическая история заканчивается цитатой. David
Sheldrick, менеджер парка резюмирует: „One is a little
girl and the other a little boy and they behave just like children.
The elephant’s life is a parallel to our own. Now humans will
be their family”. «Один из слонят – маленькая девочка, другой – маленький мальчик. Они ведут себя, ну
просто, как маленькие дети. Жизнь слона проходит
параллельно нашей жизни, и сейчас люди станут для
них семьей».
Структурный и стилистический анализ новостных историй помогает понять новые тренды в британских газетах, которые иллюстрируют современные подходы в журналистике, позволяющие выживать и конкурировать в быстро изменяющемся информационном мире. Журналисты могут, используя
особенности новостных историй, искусно развить и
усложнить тему сообщения, творчески развернуть
повествование, используя богатые возможности английского языка.
В завершении процесса обучения в рамках курса
«профессионального английского языка» осуществляется перенос сформированных навыков и умений
работы с англоязычным газетным текстом в автономную деятельность студентов. Задача преподавателя –
предложить эффективные упражнения для закрепле-
Журналистский ежегодник
ния речевых и коммуникационных умений. У студентов есть возможность использовать рациональные
приемы работы с газетным источником: они овладели приемом культуры чтения, умеют работать с лексикой, вести краткие записи, составлять аннотации, писать небольшие рецензии, рефераты на основе прочитанного, вести поиск дополнительной литературы.
Эти приемы можно эффективно использовать для
самоконтроля и самооценки, необходимых в условиях автономного обучения: для написания курсовых,
дипломных работ, для участия в научных конференциях, в совместных научных семинарах с иностранными студентами и специалистами и в практической
проектной работе.
В период обучения самостоятельной профессиональной деятельности важно рационально тренировать специальные коммуникативные навыки студентов. Для реализации этой задачи мы апробировали в
2013 году создание и использование проблемной ситуации для самостоятельного творческого решения
практических задач. Принцип проблематичности играет большую роль в формировании интереса к содержанию обучения и самой учебной деятельности, что
в свою очередь повышает учебную мотивацию и дает
возможность учащимся проявить самостоятельность и
инициативность.
Проблемная ситуация с точки зрения методики
преподавания иностранных языков определяется
как основа моделирования жизненных ситуаций,
представляющих для учащихся интерес. Мы в нашем курсе рассматриваем проблемную ситуацию
как способ приобретения новых профессиональных
знаний и одновременно как основу для трансформации знаний с помощью сформированных навыков и
умений. Газетные аутентичные тексты – динамичный
источник неизвестного, нового и хороший стимул
познавательной деятельности, нацеленной на поиск
и исследование.
Для практического воплощения идеи о проблемной ситуации мы использовали газетные тексты за
ноябрь, декабрь 2012 г. из британских газет The Daily
Telegraph, The Times, The Express и Granada. Поставленная
проблема заключалась в поиске историй о персоне,
которая была бы интересна для всей британской аудитории. Такой персоной оказался солдат – снайпер,
воевавший за пределами Британии и заключенный в
тюрьму за нелегальное хранение трофейного оружия.
После письменного перевода одной общей для всех
студентов публикации Freed soldier thanks Great British
public из The Times мы предложили проблему – провести «дискурс-анализ в свете журналистского расследования». В результате студенты установили закономерности того, как структурные элементы и языковые
особенности создают тематическую, языковую и идеологическую цельность и связность текста. А также
установили, что в заголовке содержатся лексические
единицы, которые автор мастерски использовал для
движения смыслов внутри текста, удерживая в напря-
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Раздел V. СМИ и общественная мораль. Нравственное воспитание и подготовка журналистов
жении читательский интерес. После дискурс-анализа
был сделан еще один интересный вывод: настоящим
героем публикации является, прежде всего, британская общественность, объединившаяся для освобождения солдата Найтингеля, защищавшего интересы
страны на войне.
Для дальнейшего исследования этой темы мы
предложили студентам статьи из других газет о сержанте Найтингеле и попросили провести автономный
дискурс-анализ, используя свои языковые и профессиональные навыки. Лучшие презентации и доклады
были успешно представлены на Всероссийской научно-практической конференции молодых исследователей «Актуальные проблемы журналистики», проведенной на факультете журналистики ТГУ в 2013 г.
Студенты продемонстрировали в своих выступлениях
высокий уровень владения английским языком, логически правильно построили сообщения, привели доказательства, точные обобщения, прокомментировали
фотоматериалы из газет и удачно ответили на многочисленные вопросы участников конференции.
Литература
1. Zassoursky Y.N. Factors Shaping Media Systems of the 21st Century.
Shaping Tomorrow,s Media Systems. Faculty of Journalism, Moscow
State University, 2006.
2. Алексеева Л.Е. Методика обучения профессионально ориентированному иностранному языку. СПб., 2007.
3. Winford H. Writing News. Writing for Jornalists. Routledge Taylor and
Francis Group. London and New York.
93
Документ
Категория
Научные
Просмотров
896
Размер файла
1 989 Кб
Теги
журналистский, 239, ежегодник, 2013
1/--страниц
Пожаловаться на содержимое документа