close

Вход

Забыли?

вход по аккаунту

?

344.Вестник Тверского государственного университета. Серия Право №4 2014

код для вставкиСкачать
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ТВЕРСКОГО
ГОСУДАРСТВЕННОГО
УНИВЕРСИТЕТА
Научный журнал
Основан в 2003 г.
Зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
ПИ №ФС77-51592 от 2 ноября 2012 г.
Серия «Право»
№ 4, 2014
Учредитель
ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ
ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ
ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ
«ТВЕРСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»
Редакционный совет:
Председатель д-р физ.-мат. наук, проф. А.В. Белоцерковский
Зам. председателя д-р техн. наук, проф. И.А. Каплунов
Члены редакционного совета:
д-р филол. наук, проф. Е.Н. Брызгалова, д-р филос. наук, проф. Б.Л. Губман,
д-р филол. наук, проф. А.А. Залевская, д-р пед. наук, проф. И.Д. Лельчицкий,
д-р ист. наук, проф. Т.Г. Леонтьева, канд. экон. наук, доцент Д.И. Мамагулашвили,
канд. физ.-мат. наук, доцент Б.Б. Педько, д-р хим. наук, проф. Ю.Г. Папулов,
д-р биол. наук, проф. А.Я. Рыжов, д-р геогр. наук, проф. А.А. Ткаченко,
д-р юр. наук, проф. Л. В. Туманова, д-р физ.-мат. наук, проф. А.В. Язенин
Редакционная коллегия серии:
Д-р юр.наук, профессор О.Ю.Ильина (отв.редактор),
д-р юр.наук, проф., заслуженный юрист РФ Л.В. Туманова,
канд. юр. наук В.В. Харитошкин, д-р юр. наук, доц. Н.А.Антонова,
канд. юр. наук, доц. Ю.В. Васильчук,
д-р юр. наук, проф., Ю.Ф. Беспалов,
д-р юр. наук, проф. Российской академии правосудия В.К. Андреев
Адрес редакции:
Россия, 170100, Тверь, ул. Желябова, 33.
Тел. РИУ: (4822) 35-60-63
Все права защищены. Никакая часть этого издания не может быть
репродуцирована без письменного разрешения издателя.
© Тверской государственный университет, 2014
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Scientific Journal
Founded in 2003
Registered by the Federal Service for Supervision in the Sphere of Telecom,
Information Technologies and Mass Communications (ROSKOMNADZOR).
PI №ФС77-51592 from November 2, 2012.
Seriya «Pravo»
No 4, 2014
Translated Title
HERALD OF TVER STATE UNIVERSITY. SERIES: APPLIED MATHEMATICS
Founder
FEDERAL STATE BUDGET EDUCATIONAL INSTITUTION
OF HIGHER PROFESSIONAL EDUCATION «TVER STATE UNIVERSITY»
Editorial Council:
Chairman Dr. of Sciences, prof. A.V. Belotserkovskiy,
Vice-chairman Dr. of Sciences, prof. I.A. Kaplunov
Members of the Editorial Council:
Dr. of Sciences, prof. E.N. Bryzgalova, Dr. of Sciences, prof. B.L. Gubman,
Dr. of Sciences, prof. A.A. Zalevskaya, Dr. of Sciences, prof. I.D. Lel'chitskiy,
Dr. of Sciences, prof. T.G. Leont'eva, Candidate of Sciences, docent D.I. Mamagulashvili,
Candidate of Sciences, docent B.B. Ped'ko, Dr. of Sciences, prof. Yu.G. Papulov,
Dr. of Sciences, prof. A.Ya. Ryzhov, Dr. of Sciences, prof. A.A. Tkachenko,
Dr. of Sciences, prof. L.V. Tumanova, Dr. of Sciences, prof. A.V. Yazenin
Editorial Board of the Series:
Dr. of Sciences, prof. O.U. Ilina(editor-in-chief),
Dr. of Sciences, prof., Honored Lawyer of the Russian Federation L.V. Tumanova
PhD of Sciences V.V. Haritoshkin Sciences, Dr. of Sciences N.A. Antonova,
PhD of Sciences Y.V. Vasilchuk,
Dr. of Sciences Y.F. Bespalov,
Dr. of Sciences, prof. Russian Academy of Justice V.K. Andreev
Editorial Office:
Russia, 170100, Tver, 33 Zhelyabova str.
Phone: (4822) 35-60-63
All rights reserved. No part of this publication may be
reproduced without the written permission of the publisher.
© Tver State University, 2014
2
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
СОДЕРЖАНИЕ
Гражданское и семейное право
Алешукина С.А.
Формы собственности на землю по земельному законодательству
РФ………………………………………………………………………..6
Барткова О.Г.
О правовой природе и существенных условиях договора о передаче
жилого помещения государственного и муниципального жилищных
фондов в собственность гражданина………………………………..14
Бронникова М.Н., Савельева Н.М.
Раздел между супругами (бывшими супругами) жилого помещения,
приобретенного с использованием мер социальной поддержки: проблемы теории и практики…………………………………………….26
Васильев В.В.
Персоноцентризм как фактор детерминизма системы гражданского
права……………………………………………………………………40
Воронин В.Н.
Реализация принципа справедливости при назначении наказания
как индикатора качества уголовного закона………………………..55
Еремин А.А.
Применение и развитие договора коммерческой концессии в российском и зарубежном законодательстве…………………………...73
Ильина О.Ю.
Проблема соотношения частных и публичных интересов при государственной регистрации рождения ребенка, родившегося вне медицинской организации………………………………………………84
Крусс И.А.
Правовой статус некоммерческих организаций по закону № 99ФЗ………………………………………………………………………93
Надольская Е.В.
Десять аргументов в пользу медиации………………………………99
Никогосян С.А.
Признание в Российской Федерации браков, заключенных на территории иностранного государства…………………………………...102
Татаринцева Е.А.
Фактическое воспитание как основание возникновения семейных
правоотношений……………………………………………………..113
3
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Уголовное право и уголовный процесс
Афтахова А.В., Харитошкин В.В.
О результатах обобщения практики назначения и исполнения наказания в виде ограничения свободы…………………………………124
Замрий О.Н.
Некоторые аспекты обеспечения прав несовершеннолетних правонарушителей………………………………………………………….138
Либозаев Д.П.
Проблемы односторонности и неполноты предварительного следствия в уголовном процессе………………………………………..146
Машовец О.А.
Эволюция позиций Конституционного Суда РФ по вопросу о правовом механизме возвращения судом уголовного дела прокурору……………………………………………………………………...152
Пастухов П.С.
О равноправии сторон в уголовно-процессуальном доказывании…………………………………………………………………….159
Хурчак М.Н.
Элита, возможности контроля преступности в России…………..168
Яковлева Н.Г.
О процессуальном статусе подсудимого по делам частного обвинения…………………………………………………………………….179
Правовые вопросы противодействия коррупции
Антонова Н.А.
Правотворчество органов местного самоуправления в сфере противодействия коррупции………………………………………………183
Дронова Ю.А., Харитошкин В.В.
О некоторых проблемах квалификации получения взятки преподавателями государственных вузов…………………………………..190
Морозова А.И.
Некоторые причины неэффективности работы института независимых экспертов и проблемы применения методики проведения антикоррупционной экспертизы…………………………………………199
4
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Организация учебного процесса
Рязанова Е.А.
Компетентностный подход при преподавании учебной дисциплины
«Организация досуговой деятельности»…………………………..210
Сладкова А.А.
Особенности работы тьютора со студентами специальности «Таможенное дело»…………………………………………………………214
Смирнов С.Н.
К вопросу о правовой основе и организационных формах реализации в Тверском государственном университете образовательных
программ социальной направленности…………………………….220
Вопросы публичного права
Галкин Д.В.
Некоторые особенности проведения предвыборной агитации в
СМИ…………………………………………………………………..224
Крусс В.И.
Судебная практика и конституционализация административной ответственности в Российской Федерации…………………………...229
Кувырченкова Т.В.
К понятию вооруженных конфликтов: проблемы определения…240
Немченко Н.М.
Система прав и обязанностей публичных служащих…………….247
Савченко Ю.М.
Классификация способов защиты права собственности в судебном
порядке……………………………………………………………….258
Смирнов С.Н., Любина Т.И.
Документы личного происхождения как часть источниковой базы
исследования правового статуса индивидов и социальных групп в
России (на примере материала XVII – XIX вв.)…………………...263
Туманова Л.В.
Производство по делам, возникающим из публичных правоотношений…………………………………………………………………….274
Федина А.С.
Исключения в принципах гражданского процессуального права……………………………………………………………………...279
Юрковский А.В.
Конституционные принципы организации и осуществления судебной власти в конституционном праве государств Северо-Восточной
Азии…………………………………………………………………..284
5
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ.
ТвГУ. Серия
Серия"Право".
"Право". 2014.
2014. №
№4.
4. С. 6 - 13.
Вестник
Гражданское и семейное право
УДК 349.412(094.4)
ФОРМЫ СОБСТВЕННОСТИ НА ЗЕМЛЮ ПО ЗЕМЕЛЬНОМУ
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ РФ
С.А. Алешукина
Тверской государственный университет
Статья посвящена вопросам правового регулирования права собственности на
землю в Земельном кодексе Российской Федерации. Рассмотрены основные
формы права собственности. Исследован субъектный состав права собственности на землю.
Ключевые слова: земля, право собственности на землю, формы собственности
на землю, субъекты права собственности.
В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации признаются и защищаются равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности. То есть, по Конституции
РФ, критерием разграничения различных форм собственности является
носитель данного права или субъектный состав соответствующего вещного правоотношения. Глава 3 Земельного кодекса РФ (далее – ЗК РФ),
посвященная вопросам правового регулирования права собственности
на землю, включает в себя пять статей, каждая из которых регламентирует «свою» форму собственности, отдельно разграничивая государственную собственность на землю на собственность РФ и ее субъектов.
Граждане и их объединения вправе иметь в частной собственности
землю. Статья 15 ЗК РФ детализирует положения основного закона и в
общем виде определяет круг субъектов права частной собственности –
граждан и юридических лиц – и объект собственности – земельные
участки, приобретенные по основаниям, предусмотренным законодательством РФ. Классически право частной собственности включает в
себя три правомочия – владение, пользование и распоряжение объектом
собственности. Все три правомочия характерны для собственников земельных участков. Вместе с тем земля, являясь важнейшим компонентом окружающей среды и имеющая важное значение для общества и
государства в целом, имеет особый правовой статус, включающий в
том числе и повышенный уровень охраны. В связи с этим на собственников земельных участков возлагаются дополнительные ограничения
6
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
при осуществлении принадлежащих им правомочий, а именно: владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит
ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов
иных лиц.
Пункт 1 ст. 15 ЗК РФ носит отсылочный характер, не раскрывая оснований возникновения права собственности на землю. К таким основаниям, например, можно отнести договор купли-продажи земельного
участка, мены, дарения, переход прав на земельный участок по наследству, акт органов власти о выделении земельного участка и т.п. Следует
обратить внимание, что данные основания могут предусматриваться как
земельным, так и гражданским законодательством.
Говоря о категории земельного участка, ЗК РФ делает акцент на
части земной поверхности, границы которой определены в соответствии
с федеральными законами. ГК РФ в данном контексте более широко
раскрывает правомочия собственника земельного участка, указывая, что
право собственности на земельный участок распространяется на находящиеся в границах этого участка поверхностный (почвенный) слой и
водные объекты, находящиеся на нем растения.
Право на равный доступ к приобретению земельных участков не
является универсальным по своей природе, поскольку данное право зависит от многих факторов. Так, бесспорно, что предоставление участка
под индивидуальное жилищное строительство – это прерогатива физических, а не юридических лиц. Таким образом, доступ граждан и организаций к приобретению права собственности на землю может регламентироваться по-разному с учетом целевого назначения земельного
участка, категории земель, а также критериев оборотоспособности земель. Кроме того, некоторые земельные участки, находящиеся в собственности государства или муниципальных образований, никогда не могут быть предоставлены физическим и юридическим лицам в собственность. Эти ограничения устанавливаются ст. 27 ЗК РФ, Водным кодексом РФ, Федеральным законом от 24 июля 2002 г. № 101-ФЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» и иными федеральными законами.
Учитывая национальные интересы граждан РФ, общества и государства в целом, ЗК РФ устанавливает особенный режим в части приобретения права собственности на землю иностранными гражданами,
лицами без гражданства и иностранными юридическими лицами. Представляется, что указание законодателя на иностранных юридических
лиц следует толковать расширительно в части организаций, которые по
своему законодательству РФ не признаются юридическими лицами, а по
7
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
праву страны учреждения обладают соответствующим статусом. Кроме
того, данный перечень можно дополнить и российскими юридическими
лицами, уставной капитал которых более чем на 50 % является иностранным.
Особый режим проявляется как в полном запрете приобретения
права частной собственности на некоторые виды земель, так и в частичном ограничении данного права, выражающегося либо в дополнительных основаниях, либо в усложненной процедуре приобретения права
собственности на землю. Примером полного запрета приобретения права частной собственности иностранными физическими и юридическими
лицами выступает невозможность последних приобретать земельные
участки, находящиеся на приграничных территориях, на территориях
морских портов, земельные участки сельскохозяйственного назначения.
Примером частичного ограничения возможности приобретения права
частной собственности на землю иностранными физическими и юридическими лицами выступает предоставление земельных участков за
плату.
Статья 16 ЗК РФ регулирует государственную форму собственности на землю. Буквальное толкование данной статьи позволяет сказать,
что государственная собственность противопоставляется частной собственности (собственности граждан и юридических лиц) и муниципальной собственности (собственности муниципальных образований).
Следует отметить, что, говоря о частной собственности граждан и юридических лиц, законодатель оперирует понятием «земельные участки»,
а говоря о собственности государства, законодатель употребляет термин
«земли». Это обусловлено тем, что для предоставления земли в частную
собственность представляется необходимым сформировать земельный
участок, нахождение же земли в государственной собственности не
обусловливается фактом ее предоставления в конкретных границах.
Большинство земель в РФ находится именно в государственной собственности, что позволяет обеспечивать публичные интересы общества и
государства на данный ресурс, исключая концентрацию земель в руках
одних и тех же субъектов, обеспечивая рациональное использование
земельных ресурсов, а также возможность контроля за целевым использованием земельных участков.
В обоих пунктах ст. 16 ЗК РФ можно отметить некую непоследовательность законодателя. Так, с одной стороны п. 1 ст. 16 ЗК РФ указывает, что государственной собственностью являются земли, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц или муниципальных
образований, а с другой стороны, п. 2 ст. 16 ЗК РФ закрепляет правила
разграничения государственной собственности на федеральную, регио8
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
нальную и муниципальную собственность. Поскольку в целом статья
регулирует вопросы государственной собственности, то ссылки на муниципальную собственность в п. 2 данной статьи не должно было появиться.
Вопросы разграничения собственности на землю всегда находились
под пристальным вниманием законодателя. Первоначальным актом в
данной сфере выступал Указ Президента РФ от 16 декабря 1993 г.
№ 2144 «О федеральных природных ресурсах», в последующем был
принят закон Федеральный закон от 17 июля 2001 г. № 101-ФЗ «О разграничении государственной собственности на землю», далее – Федеральный закон от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие
Земельного кодекса Российской Федерации». С учетом вышеназванных
актов в основе разграничения права собственности на землю лежит ряд
признаков:
наличие на земельном участке здания, строения и сооружения, находящихся соответственно в собственности Российской Федерации,
субъекта Российской Федерации или муниципального образования;
субъект, которому предоставлен земельный участок, является
субъектом федерального, регионального или местного значения;
значение земельного участка, определенное законодательством.
Статья 17 ЗК РФ называет три группы земельных участков, которые находятся в федеральной собственности:
во-первых, это земельные участки, отнесенные к федеральной собственности в соответствии с федеральными законами. Так, например,
Федеральный закон от 31 мая 1996 г. № 61–ФЗ «Об обороне» закрепляет, что «земли и другие природные ресурсы, предоставленные для нужд
Вооруженных сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, находятся в федеральной собственности», закон
РФ от 14 июля 1992 г. № 3297-1 «О закрытом административнотерриториальном образовании» закрепляет, что «земельные участки,
занимаемые предприятиями и (или) объектами, по роду деятельности
которых созданы закрытые административно-территориальные образования, находятся в федеральной собственности и передаются в постоянное (бессрочное) пользование этим предприятиям и (или) объектам» и
др.;
во-вторых, это земельные участки, на которые право собственности
Российской Федерации возникло при разграничении государственной
собственности на землю, т. е. земельные участки, указанные в изданных
Правительством РФ до 01.07.2006 г. актах об утверждении перечней земельных участков, на которые соответственно у Российской Федерации
возникает право собственности при разграничении государственной
9
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
собственности на землю. В соответствии со ст. 3.1. Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного
кодекса Российской Федерации» «в целях разграничения государственной собственности на землю к федеральной собственности относятся:
земельные участки, занятые зданиями, строениями, сооружениями,
находящимися в собственности Российской Федерации;
земельные участки, предоставленные органам государственной
власти Российской Федерации, их территориальным органам, а также
казенным предприятиям, государственным унитарным предприятиям
или некоммерческим организациям, созданным федеральными органами государственной власти;
земельные участки, находящиеся на праве постоянного (бессрочного) пользования, праве аренды, праве безвозмездного срочного пользования у государственных академий наук, а также у организаций, созданных государственными академиями наук и (или) подведомственных
таким государственным академиям наук;
земельные участки, предоставленные в аренду Государственной
компании "Российские автомобильные дороги" федеральным органом
исполнительной власти, осуществляющим функции по оказанию государственных услуг и управлению государственным имуществом в сфере
дорожного хозяйства;
иные предусмотренные федеральными законами земельные участки
и предусмотренные федеральными законами земли»;
в-третьих, это земельные участки, право собственности на которые
возникает в соответствии с гражданским законодательством. Как указывалось ранее, к таким основаниям могут относиться договоры куплипродажи земельного участка, мены, дарения, переход прав на земельный участок по наследству и т.п. В качестве специальных оснований
возникновения права собственности на землю у такого субъекта, как
государство, следует отметить реквизицию, выкуп земельных участков
для государственных нужд, конфискацию земельных участков как меру
ответственности за нерациональное использование земельных участков.
Пункт 1 ст. 18 ЗК РФ практически дословно воспроизводит п. 1 ст.
17 ЗК РФ с той лишь разницей, что в данном случае речь идет о государственной собственности, относящейся к собственности субъектов
РФ.
В целях разграничения государственной собственности на землю к
собственности субъектов Российской Федерации относятся:
земельные участки, занятые зданиями, строениями, сооружениями,
находящимися в собственности субъектов Российской Федерации;
10
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
земельные участки, предоставленные органам государственной
власти субъектов Российской Федерации, а также казенным предприятиям, государственным унитарным предприятиям или некоммерческим
организациям, созданным органами государственной власти субъектов
Российской Федерации;
иные предусмотренные федеральными законами земельные участки
и предусмотренные федеральными законами земли.
К собственности двух субъектов РФ – городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга отнесены не только указанные выше земельные участки, но и те участки земель, от которых отказался
собственник и которые относятся к муниципальной собственности, но
расположены в границах соответственно Москвы или СанктПетербурга.
Кроме того, к собственности субъектов РФ относятся особо охраняемые природные территории регионального значения.
Возникновение права собственности на земельные участки у субъектов РФ также возможно по основаниям, предусмотренным ст. 8 Гражданского кодекса РФ.
Статья 19 ЗК РФ называет 4 категории земель, находящихся в муниципальной собственности. Во-первых, в муниципальной собственности находятся земельные участки, которые признаны таковыми в соответствии с законами федерального и регионального уровня. В качестве
примера можно назвать п. 6 ст. 2 закона «Об особо охраняемых природных территориях» от 14 марта 1995 г., в соответствии с которым «особо
охраняемые природные территории местного значения являются собственностью муниципальных образований и находятся в ведении органов
местного самоуправления». В качестве еще одного примера можно назвать закон Тверской области от 10 июля 2008 г. № 80-ЗО «О разграничении муниципального имущества между Бежецким районом Тверской
области и входящими в его состав поселениями». Во-вторых, к муниципальной собственности относятся земельные участки, права на которые возникли при разграничении государственной собственности на
землю. Так, в целях разграничения государственной собственности на
землю к собственности поселений, городских округов, муниципальных
районов относятся:
земельные участки, занятые зданиями, строениями, сооружениями,
находящимися в собственности соответствующих муниципальных образований;
земельные участки, предоставленные органам местного самоуправления соответствующих муниципальных образований, а также казенным предприятиям, муниципальным унитарным предприятиям или не11
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
коммерческим организациям, созданным указанными органами местного самоуправления;
иные предусмотренные федеральными законами и принятыми в соответствии с ними законами субъектов Российской Федерации земельные участки и предусмотренные федеральными законами и принятыми
в соответствии с ними законами субъектов Российской Федерации земли.
Органами местного самоуправления осуществляются управление и
распоряжение земельными участками, находящимися в муниципальной
собственности.
С учетом закрепленного в кодексе положения о возможности возникновения права муниципальной собственности на землю в соответствии с основаниями, предусмотренными гражданским законодательством, отдельное внимание уделено возникновению права на бесхозные
вещи, т.е. на земельный участок, от права собственности на который
собственник отказался. Данный участок является собственностью городского округа, городского или сельского поселения либо собственностью муниципального района по месту расположения земельного участка.
Наконец, в муниципальную собственность могут безвозмездно передаваться земельные участки из федеральной собственности.
В целях развития муниципальных образований им могут передаваться земли, находящиеся в государственной собственности. При такой
передаче необходимо учитывать ряд правил:
передаваемые земли могут находиться как в пределах, так и за пределами муниципальных образований;
целевое назначение передачи земель – развитие муниципальных
образований;
безвозмездность отношений по передачи земельных участков в муниципальную собственность;
собственниками передаваемых земельных участков могут выступать РФ и субъекты РФ.
В качестве примера можно привести Федеральный закон от 3 декабря 2008 г. № 244-ФЗ «О передаче земельных участков, находящихся
в границах курортов федерального значения, в собственность субъектов
Российской Федерации или муниципальную собственность, об отнесении указанных земельных участков к федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации или муниципальной собственности и о внесении изменения в Федеральный закон "Об особо охраняемых природных территориях".
12
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Федеральным законом от 14 июня 2011 г. № 138-ФЗ ст. 19 ЗК РФ
дополнена п. 5, а Федеральным законом от 23 июня 2014 г. № 171-ФЗ в
п. 5 ст. 19 ЗК РФ внесены изменения, вступающие в силу с 1 марта 2015
г. Данные изменения предполагают возможность передачи в собственность муниципальных образований земельных участков из федеральной
собственности, собственности субъектов РФ и собственности других
муниципальных образований для целей их бесплатного предоставления
гражданам в соответствии со ст. 28 ЗК РФ.
FORMS OF LAND OWNERSHIP ON THE LAND LEGISLATION
OF THE RUSSIAN FEDERATION
S.A. Aleshukina
Tver State University
The article deals with the legal regulation of property rights to land in the Land Code
of the Russian Federation. The basic form of ownership. Studied subject structure of
land ownership rights.
Keywords: land, land ownership, forms of land ownership, subjects of property
rights.
Об авторе:
АЛЕШУКИНА Светлана Александровна – канд. юр. наук, доцент
кафедры гражданского процесса и правоохранительной деятельности
Тверского
государственного
университета
(170100,
г. Тверь,
ул. Желябова, 33), e-mail: irinavladimirova@inbox.ru
Алешукина С.А. Формы собственности на землю по земельному законодательству РФ // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 6 – 13.
13
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№№4.4.С. 14-25.
УДК 347: 316.47+323.2
О ПРАВОВОЙ ПРИРОДЕ И СУЩЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЯХ
ДОГОВОРА О ПЕРЕДАЧЕ ЖИЛОГО ПОМЕЩЕНИЯ
ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО ЖИЛИЩНЫХ
ФОНДОВ В СОБСТВЕННОСТЬ ГРАЖДАНИНА
О.Г. Барткова
Тверской государственный университет
В работе исследуются существенные и необходимые условия договора о передаче жилого помещения государственного и муниципального жилищных фондов в собственность гражданина, а также его юридические признаки. Анализ
проводится во взаимосвязи с правовой природой указанного договора и правом
гражданина на приватизацию жилого помещения в Российской Федерации.
Ключевые слова: законодательство в сфере приватизации жилищного фонда в
Российской Федерации; правовая природа договора о передаче жилого помещения государственного и муниципального жилищного фонда в собственность
гражданина; существенные условия договора о передаче жилого помещения
государственного и муниципального жилищного фонда в собственность гражданина.
Принятие Закона РСФСР от 24 декабря 1990 г. № 443-1 «О собственности в РСФСР»1 и Закона РСФР от 4 июля 1991 г. № 1541-1 «О
приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»2 (далее Закон «О приватизации...» или Закон № 1541-1) повлекло за собой развитие института права частной собственности граждан. В гражданский
оборот были вовлечены жилые помещения, приобретенные гражданами
в порядке приватизации таких жилых помещений, относящихся к государственному и муниципальному жилищным фондам.
Ограниченность процесса бесплатной приватизации жилых помещений во времени не снижает актуальности исследуемых вопросов в
силу того, что эти отношения, являясь гражданско-правовыми, после их
установления могут в силу различных юридических фактов изменяться,
прекращаться или по правилам о сделках признаваться недействитель-
1
Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1990.
№ 30. Ст. 416.
2
Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1991. № 28. Ст. 959.
14
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ными. Поэтому и после 1 марта 2015 года3 отношения приватизации
будут находиться в поле зрения правоприменителя.
Важно отметить и то, что после принятия Закона «О приватизации
жилищного фонда в Российской Федерации» был принят Гражданский
кодекс РФ, а также Жилищный кодекс РФ, нормы которых, безусловно,
составляют институт приватизации жилых помещений, что вызывает
необходимость комплексного анализа таких норм в рамках настоящей
темы.
До сих пор однозначно не решен вопрос о правовой природе права
на приватизацию, не только в теории, но и на практике, о чем свидетельствуют разные оценки такого права в судебных актах. Это, в свою
очередь, порождает дискуссионность и в оценке природы отношений,
возникающих в связи с приватизацией жилых помещений. Являются ли
они гражданско-правовыми, а следовательно, применяется ли к ним
гражданско-правовой метод регулирования, или такие отношения требуют применения системного, скоординированного межотраслевого
подхода?
Законодательное регулирование приватизации жилищного фонда,
находящегося в государственной и муниципальной собственности, отличается, во-первых, тем, что осуществляется в соответствии с собственным законом о приватизации, а во-вторых, тесным образом связано с
жилищным законодательством.
Закон № 1541-1, как закреплено в его преамбуле, устанавливает основные принципы осуществления приватизации государственного и
муниципального жилищного фонда социального использования на территории Российской Федерации, определяет правовые, социальные и
экономические основы преобразования отношений собственности на
жилище. Его целью является создание условий для осуществления права граждан на свободный выбор способа удовлетворения потребностей
в жилище, а также улучшения использования и сохранности жилищного
фонда. Положения преамбулы указывают на взаимосвязь публичных и
частных интересов в рассматриваемой области и, следовательно, на необходимость учета этого в механизме правового регулирования договора о передаче в собственность гражданина жилого помещения в порядке
приватизации.
За двадцать лет своего существования Закон № 1541-1 претерпел
существенные изменения. Последние из них, внесенные Федеральным
законом от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жи3
Федеральный закон от 25.02.2013 г. № 16-ФЗ «О внесении изменения в статью 2 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации»» // СЗ РФ. 2013. № 8. Ст. 722.
15
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
лищного кодекса Российской Федерации»4 по сути, приводят к утрате
силы Закона № 1541-1. В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 2 Закона № 189ФЗ с 1 марта 2015 года признаются утратившими силу статьи 1, 2, 4,
68, 9.1 и раздел II «Общие положения» Закона РФ «О приватизации
жилищного фонда в Российской Федерации» (т.е. все действующие на
данный момент статьи Закона № 1541-1). Иными словами, с 1 марта
2015 года утрачивают силу законодательные нормы, устанавливающие
особый порядок приватизации государственного и муниципального жилищного фонда, в том числе бесплатный характер такой приватизации.
Отметим, что срок отмены бесплатной приватизации менялся трижды 5.
Первоначально ее планировалось завершить 1 января 2007 г., однако
затем дата окончания была перенесена сначала на 1 марта 2010 г. 6, а
впоследствии на 1 марта 2013 г.7 Федеральным законом от 25.02.2013 г.
№ 16-ФЗ «О внесении изменения в статью 2 Федерального закона «О
введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации»» эта
дата вновь была изменена на 1 марта 2015 года8.
После 1 марта 2015 года перестанут действовать нормы специального Закона о приватизации жилых помещений. При этом положения
общего Закона о приватизации (Федеральный закон от 21.12.2001 г. №
178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества») в соответствии с подп. 3 п. 2 ст. 3 этого Закона на отношения по
отчуждению государственного и муниципального жилищного фонда не
распространяются. Вместе с тем согласно ст. 217 ГК РФ приватизация
государственного и муниципального имущества осуществляется только
в порядке, установленном законом. Следовательно, в отношении жилых
помещений возникнет ситуация, когда до внесения соответствующих
изменений в законодательство невозможно будет осуществить приватизацию даже на возмездной основе.
Таким образом, после 1 марта 2015 года россияне смогут приобрести право собственности на жилые помещения только по гражданскоправовым договорам с физическими или юридическими лицами (купля4
СЗ РФ. 2005. № 1. Ч. I. Ст. 15.
Пункт 2 ст. 2 Федерального закона от 29.12.2004 № 189-ФЗ «О введении в действие
Жилищного кодекса Российской Федерации» .
6
Федеральный закон от 30.06.2006 г. № 93-ФЗ «О внесении изменений в некоторые
законодательные акты Российской Федерации по вопросу оформления в упрощенном
порядке прав граждан на отдельные объекты недвижимого имущества» // СЗ РФ. 2006.
№ 27. Ст. 2881
7
Федеральный закон от 01.02.2010 № 4-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный
закон «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации»» // СЗ РФ.
2010. № 6. Ст. 566
8
СЗ РФ. 2013. № 8. Ст. 722.
5
16
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
продажа, дарение и др.), а также в порядке наследования. Такой вывод
можно обнаружить и в научной литературе, но применительно к дате 1
марта 2013 года.9
Формирование института приватизации жилых помещений, несмотря на его позитивное назначение, имело и другие последствия.
Анализ опубликованной судебной практики позволил нам выделить
наиболее характерные, типичные споры в сфере применении норм законодательства о приватизации жилищного фонда в РФ с учетом используемого способа защиты. К ним можно отнести следующие категории
споров:
о признании недействительным договора о передаче жилого помещения в собственность (договора приватизации жилого помещения);
о признании права собственности на жилое помещение в порядке,
предусмотренном Законом «О приватизации жилищного фонда в РФ»
(в том числе в связи с отказом кого-либо из членов семьи нанимателя
дать согласие на приватизацию жилого помещения);
о включении жилого помещения в наследственную массу и признании права собственности на такое жилое помещение в порядке наследования;
об оспаривании нормативно-правовых актов субъектов РФ, муниципальных образований в сфере регулирования отношений по приватизации жилых помещений;
о признании недействующими (полностью или в части) акта государственного органа или органа местного самоуправления.
Такие споры прямо или опосредовано связаны с пониманием правовой природы права на приватизацию жилого помещения и правовой
природы рассматриваемого договора, а также его существенных условий.
Напомним, что согласно ст. 1 действующей редакции Закона «О
приватизации жилищного фонда в РФ» под приватизацией жилья понимается бесплатная передача в собственность граждан РФ на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и
муниципальном жилищных фондах.
Уточним этот тезис, обратившись к положениям Гражданского кодекса РФ. Анализ глав 13, 14, 15, которые содержат нормы, относящиеся к праву собственности, позволяет утверждать, что приватизация
может быть рассмотрена как одно из оснований прекращения права
собственности (для публично-правовых образований) и в то же самое
9
Козырин А.Н. Приватизация в России: правовое измерение // Реформы и право. 2012.
№ 2. С. 3  14.
17
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
время как основания приобретения права собственности для физических лиц, обладающих определенным статусом. Хотя единственная
специальная статья (ст. 217), непосредственно посвященная приватизации, помещена в главу 14 ГК РФ «Общие положения» в Разделе «Право
собственности и другие вещные права», такой вывод следует из п. 2 ст.
218 «Основания приобретения права собственности». Согласно этой
статье право собственности на имущество, которое имеет собственника,
может быть приобретено другим лицом на основании договора куплипродажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Пункт 1 ст. 235 ГК РФ «Основания прекращения права собственности» закрепляет, что право собственности прекращается, в частности,
при отчуждении собственником своего имущества другим лицам. Пунктом вторым этой же статьи особенно выделено исследуемое нами основание путем указания на то, что по решению собственника в порядке,
предусмотренном законами о приватизации, имущество, находящееся в
государственной или муниципальной собственности, отчуждается в
собственность граждан и юридических лиц.
Договор о передаче жилого помещения из государственного или
муниципального жилищного фонда в собственность физического лица
(нанимателя) является именно такой иной, двусторонней сделкой об
отчуждении указанного имущества. Конечно, не следует понимать, что
рассматриваемый нами договор является единственным основанием
приобретения физическими лицами права собственности на жилое помещение из государственного или муниципального жилищного фонда.
Следуя учению о юридических основаниях возникновения, изменения и
прекращения гражданских прав и обязанностей, такой договор может
рассматриваться лишь как юридический факт в составе исследуемого
основания прекращения (приобретения) права собственности под названием «приватизация государственного и муниципального имущества
(жилого помещения).
Как мы уже отмечали, в самом Законе «О приватизации жилищного
фонда в Российской Федерации» нет отдельных положений, которые
бы специально были посвящены существенным условиям такого договора. Однако анализ этого закона в совокупности с пониманием существенных условий, закрепленных в ст. 432 ГК РФ10 и некоторых других
статей ГК РФ, позволяет нам установить круг существенных условий
10
Исходя из абзаца 2 п. 1 ст. 432 ГК РФ существенными являются условия о предмете
договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
18
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
рассматриваемого договора и раскрыть их содержание. По нашему
мнению, к числу существенных условий рассматриваемого договора
следует отнести:
1. Условия о предмете такого договора (включая объект – жилое
помещение).
2. Условие о переходе гражданину доли в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме (исходя из ст. 289,
290 ГК РФ и части 2 ст. 37 ЖК РФ).
3. Условие о виде права собственности (по общему правилу – это
право долевой собственности, если на стороне «Гражданин» – несколько лиц).
4. Условие о согласии на приватизацию всех совершеннолетних
членов семьи нанимателя, а также несовершеннолетних в возрасте от 14
до 18 лет.
5. Условие о включении в договор несовершеннолетних, имеющих
право пользования данным жилым помещением, проживающих совместно с лицами, которым помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность (или проживающих отдельно, но не утратившие право пользования данным жилым помещением (согласно части 2
ст. 7 Закона).
6. Условие о государственной регистрации права собственности на
приобретаемое жилое помещение (ч. 3 ст. 7 Закона).
7. Условие, содержащее перечень лиц, которые в соответствии с законом сохраняют право пользования данным жилым помещением (по
аналогии применения пункта 1 ст. 558 ГК РФ «Особенности продажи
жилых помещений» и в силу ст. 19 Вводного закона к ЖК РФ11).
8. Условие о сохранении за бывшим наймодателем обязанности
производить капитальный ремонт дома, если приватизируется жилое
помещение в доме, требующем капитального ремонта.
9. Условие о праве граждан, приобретающих жилое помещение в
собственность, в последующем передать это жилое помещение в государственную ими муниципальную собственность на основании договора, включая их право на заключение с ними в связи с этим договора социального найма этого же жилого помещения (ст. 9.1 Закона).
Рассмотрим некоторые из этих условий более подробно.
Предмет договора о передаче в собственность жилого помещения
11
Федеральный закон от 29.12.2004 г. № 189-ФЗ (ред. от 07.06.2013 г.) «О введении в
действие Жилищного кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2005. № 1, ч. 1. Ст.
15.
19
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Чаще всего в литературе такое условие, как предмет договора,
рассматривают как материальный объект, по поводу которого складывается гражданское правоотношение12.
Однако мы исходим из другого подхода к этому вопросу, полагая,
что предметом гражданско-правового договора следует рассматривать
те правоотношения, которые характеризуют целевую направленность
договора в юридическом смысле. Это позволяет по предметному признаку различать гражданско-правовые договоры. Тогда предметом договора передачи жилого помещения в собственность следует понимать
правоотношения по бесплатной передаче одной стороной (Собственником) жилого помещения в собственность другой стороны (Гражданина) на условиях, предусмотренных Законом «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации». Жилое помещение мы
предлагаем рассматривать как объект и в качестве элемента в составе
условия о предмете.
Это жилое помещение, относящееся к государственному или муниципальному жилищному фонду социального использования, за исключением тех помещений, приватизация которых запрещена в соответствии с законом (ст. 4 Закона). Такое жилое помещение, кроме того,
должно отвечать признакам жилого помещения, закрепленным в Жилищном кодексе РФ (ст. 15 и ст. 16 ЖК РФ, но с учетом особенностей
Закона о приватизации жилищного фонда РФ, о которых будет сказано
ниже). Учитывая то, что в названном Законе не указано, как должно
быть прописано условие об объекте, применяя аналогию закона, можно воспользоваться ст. 554 ГК РФ применительно к предмету договора
купли-продажи. И тогда следует считать, что в договоре приватизации
должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить
жилое помещение, подлежащее передаче Гражданину по договору, в
том числе данные, определяющие расположение жилого помещения на
соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества (в частности, в составе многоквартирного дома).
При отсутствии этих данных в договоре условие о передаваемом
жилом помещении, подлежащем передаче, следует считать не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.
В рамках настоящей статьи мы не останавливаемся подробно на
анализе тех видов жилых помещений, которые могут выступать объектами приватизации в соответствии с Законом № 1541-1.
12
Романец Ю.В. Система договоров в гражданском праве России: монография. 2-е
изд., перераб. и доп. М.: Норма: Инфра-М, 2013. 496 с.
20
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Особую категорию лиц – нанимателей по договору социального
найма жилого помещения (членов семьи нанимателя) – представляют
несовершеннолетние граждане.
Верховный суд РФ, проанализировав практику разрешения судами
дел, связанных с нарушениями прав таких лиц, изложил ряд принципиально важных нормативных толкований норм Закона «О приватизации
жилищного фонда в Российской Федерации».
Так, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября
1996 г. № 10 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений
Пленума Верховного Суда Российской Федерации» (с последующими
изменениями и дополнениями)13 были внесены изменения в редакцию
пункта 7 Постановления Пленума от 24 августа 1993 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О
приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»» (в редакции Постановления Пленума от 21 декабря 1993 г. № 11)14, в соответствии с которыми отказ от участия в приватизации несовершеннолетних
может быть осуществлен родителями и усыновителями несовершеннолетних, а также их опекунами и попечителями только с разрешения органов опеки и попечительства.
В последующем позиция Пленума Верховного суда РФ была определенным образом отражена в Законе «О приватизации…». В самом законе следует указать на три статьи, которые затрагивают права несовершеннолетних членов семьи нанимателя – часть 2 и часть 3 статьи 2,
часть 2 статьи 7 и часть 2 статьи 11. Каждая такая часть была введена
в Закон Федеральным законом от 11.08.1994 г. № 26-ФЗ и в последующем также изменялась.
Так, в целях защиты имущественных прав и интересов несовершеннолетних, когда в жилом помещении остались проживать исключительно несовершеннолетние, когда умерли их родители или они утратили их попечение, органы опеки и попечительства, руководители учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, опекуны (попечители), приемные родители или иные законные
представители несовершеннолетних в течение трех месяцев должны
оформить (т.е. заключить) договор передачи жилого помещения в собственность детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей.
13
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. № 10 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений Пленума Верховного Суда Российской
Федерации» (с последующими изменениями и дополнениями) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 1 // СПС «Консультант Плюс»
14
Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. № 11 // СПС «Консультант Плюс»
21
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Рассматриваемые договоры по передаче жилых помещений в собственность несовершеннолетним, не достигшим возраста 14 лет,
оформляются на основании заявлений их законных представителей с
предварительного разрешения органов опеки и попечительства или при
необходимости по инициативе таких органов. Указанные договоры несовершеннолетними, достигшими возраста 14 лет, оформляются самостоятельно с согласия их законных представителей и органов опеки и
попечительства.
Условие, предусмотренное частью второй статьи 7 Закона, предусматривает, что в него должны быть включены несовершеннолетние,
имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается
в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие
право пользования данным жилым помещением.
Часть 2 статьи 11 предусматривает исключение из принципа одноразовости приватизации для несовершеннолетних, которые, даже став
собственниками жилого помещения в порядке его приватизации, сохраняют право на однократную бесплатную приватизацию жилого помещения в государственном или муниципальном жилищном фонде после
достижения ими совершеннолетия.
Полагаем, что указанные выше условия, касающиеся имущественных прав и интересов несовершеннолетних, следует считать существенными в силу закона.
Таким образом, договор передачи жилого помещения в собственность гражданина, предусмотренный Законом «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», следует рассматривать как
один из видов гражданско-правовых договоров, прямо не предусмотренных ГК РФ, но как закрепленный в названном специальном законе.
Этот договор является одним из элементов в механизме гражданскоправового регулирования отношений по приватизации жилищного фонда, а именно договорной формой реализации права гражданина РФ на
приватизацию жилого помещения государственного или муниципального жилищного фонда.
Такой договор по признаку целевой направленности следует отнести к договорам, направленным на передачу имущества в собственность. По количеству сторон – двусторонний, но, как правило, со множественностью лиц на стороне приобретателя такого помещения в собственность.
По моменту заключения его следует отнести к консенсуальным договорам.
22
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Он является безвозмездным, но такая безвозмездность имеет специфический характер, отличный от обычного, традиционного понимания безвозмездности договора, исходя из положений пункта 2 статьи
423 ГК РФ. Это можно объяснить тем, что его заключению предшествует договор социального найма жилого помещения, в соответствии с
которым в период его действия наниматель исполнял обязательства по
внесению платы за наем, которую в определенной степени можно рассматривать как некую специфическую форму платы, хотя бы в части
той цены, которую жилое помещение имеет на момент передачи его в
собственность нанимателя в связи с заключением договора приватизации. Особенно это может быть выражено тогда, как мы полагаем, когда
жилое помещение имеет длительный срок его использования.
Что касается еще одной классификации договоров в гражданском
праве – деления их на вещные и обязательственные, то решение этого
вопроса также неоднозначно. Казалось бы, на основе такого договора
возникают исключительно обязательственные отношения. В части того,
что за бывавшим наймодателем могут сохраниться обязательства по капитальному ремонту жилого помещения – безусловно. Но исходя из того, что такому договору предшествовал договор социального найма
жилого помещения и само жилое помещение уже фактически находится
во владении и пользовании нанимателя (гражданина-приобретателя – по
договору приватизации), в момент заключения рассматриваемого договора у собственника нет обязанности по фактической передаче жилого помещения. Однако в силу заключения договора у гражданина расширяются границы владения и пользования таким имуществом в качестве собственника, а также приобретается правомочие распоряжения –
как элементы субъективного права собственности (ст. 209 ГК РФ).
По нашему мнению, специфичность этого договора и в том, что он
определенным образом имеет некоторые признаки публичного договора, конструкция которого закреплена в статье 426 ГК РФ. Бесспорно,
что эта конструкция приспособлена для отношений, где в качестве стороны выступает коммерческая организация. Но сближает рассматриваемый договор с публичным то, что собственник жилого помещения не
вправе отказать гражданину, имеющему определенный статус в заключении договора приватизации жилого помещения, кроме случаев предусмотренных законом. В этом смысле можно говорить о том, что действие принципа свободы договора, как основополагающего в договорном
праве, ограничено в исследуемых отношениях, а именно для собственника жилого помещения, который может быть понужден к заключению
договора о передаче его в собственность, что и показывает судебная
23
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
практика. Большинство условий такого договора определяется императивными нормами закона.
Список литературы
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от
30.11.1994 г. № 51-ФЗ (ред. от 05.05.2014 г.) // СЗ РФ. 1994. №
32. Ст. 3301.
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от
26.01.1996 г. № 14-ФЗ (ред. от 28.12.2013 г.) // СЗ РФ. 1996. № 5.
Ст. 410
3. Жилищный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон
от 29 декабря 2004 г. № 188 - ФЗ // Рос. газ. 2005. 12 янв.
4. Закон РФ от 04.07.1991 № 1541-1(ред. от 16.10.2012 г.) «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» // Бюллетень нормативных актов. № 1. 1992 // СПС «Консультант Плюс»
5. Федеральный закон от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении
в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» // Рос.
газ. 2005. 12 янв.
6. Федеральный закон от 30.06.2006 г. № 93-ФЗ «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации
по вопросу оформления в упрощенном порядке прав граждан на
отдельные объекты недвижимого имущества» // СЗ РФ. 2006 г.
№ 27. Ст. 2881
7. Федеральный закон от 01.02.2010 г. № 4-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О введении в действие Жилищного
кодекса Российской Федерации»» // СЗ РФ. 2010. № 6. Ст. 566
8. Федеральный закон от 25.02.2013 г. № 16-ФЗ «О внесении изменения в статью 2 Федерального закона «О введении в действие
Жилищного кодекса Российской Федерации» // СЗ РФ. 2013. №
8. Ст. 722.
9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996
г. № 10 «Об изменении и дополнении некоторых постановлений
Пленума Верховного Суда Российской Федерации» (с последующими изменениями и дополнениями) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 1 // СПС «Консультант Плюс»
10. Козырин А.Н. Приватизация в России: правовое измерение // Реформы и право. 2012. № 2. С. 3  14.
11. Романец Ю.В. Система договоров в гражданском праве России:
монография. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Норма: Инфра-М, 2013.
496 с.
24
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ABOUT LEGAL NATURE AND MATERIAL AND MATERIAL
TERMS OF THE AGREEMENT ON TRANSFER RESIDENTIAL
BUILDING OF STATE AND MUNICIPAL HOUSING STOCKS
IN THE OWNERSHIP OF A CITIZEN
O.G. Bartkova
Tver State University
In the article the essential and necessary conditions for an agreement on the transfer
of residential premises of public and community housing in the property of the citizen, as well as its legal signs. The analysis carried out in conjunction with the legal
nature of the contract and the rights of citizens to privatize housing in the Russian
Federation.
Keywords: legislation in the sphere of housing privatization in the Russian Federation; the legal nature of the agreement on the transfer of residential premises of public and community housing in the property of a citizen; essential terms of the contract
on the transfer of residential premises of public and community housing in the property of a citizen.
Об авторе:
БАРТКОВА Ольга Георгиевна – канд. юр. наук, доцент кафедры
гражданского права Тверского государственного университета (170100,
г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: bartkova@mail.ru
Барткова О.Г. О правовой природе и существенных условиях договора о
передаче жилого помещения государственного и муниципального жилищных фондов в собственность гражданина // Вестник ТвГУ. Серия:
Право. 2014. № 4. С. 14 – 25.
25
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 26 – 39.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
УДК 347.626
РАЗДЕЛ МЕЖДУ СУПРУГАМИ (БЫВШИМИ СУПРУГАМИ)
ЖИЛОГО ПОМЕЩЕНИЯ, ПРИОБРЕТЕННОГО
С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ МЕР СОЦИАЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКИ:
ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ
М. Н. Бронникова, Н. М. Савельева
ФГБОУ ВПО «Самарский государственный университет»
В статье рассмотрены теоретические и практические проблемы раздела между
супругами (бывшими супругами) жилого помещения, приобретенного с использованием накоплений для жилищного обеспечения военнослужащих, предоставленных по договору целевого жилищного займа в соответствии с Федеральным законом от 20.08.2004 № 117-ФЗ «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих», отмечены особенности раздела заложенного недвижимого имущества, приобретенного супругами с привлечением
денежных средств, предоставляемых в качестве мер социальной поддержки
(использование средств материнского капитала или государственного жилищного сертификата).
Ключевые слова: супруг, бывший супруг, права детей, раздел общего имущества, ст.ст. 34, 38 СК РФ, жилое помещение, залог недвижимости, «военная
ипотека», материнский капитал, меры социальной поддержки.
Современный уровень развития российского общества, существование рыночных отношений, интеграция в международное сообщество,
расширение круга объектов права супружеской собственности за счет
ряда нетрадиционных объектов правоотношений потребовали коренного изменения отечественного законодательства, в том числе и семейного. В таких условиях «применение права является нелегкой задачей. Реальным источником регулирующего воздействия на общественные отношения зачастую становится судебная практика»1. Вместе с тем и судебная практика является крайне противоречивой. Поэтому необходимость поиска оптимальных, универсальных и эффективных юридических инструментов правового регулирования отношений собственности
супругов сохраняется, а актуальность исследования заявленной тематики обусловлена как научным интересом, так насущными практическими
потребностями.
Бесспорно, что среди общего имущества супругов наибольшую
ценность представляет жилое помещение, поскольку оно служит удов1
Труш Ж.С. Особенности осуществления и прекращения права собственности супругов: автореферат дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2013.
26
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
летворению одной из насущных потребностей человека. Поскольку жилые помещения объекты весьма дорогостоящие, они часто приобретаются в собственность нескольких лиц (супругов) и с использованием
кредитных (заемных) средств. Поэтому неудивительно, что в последнее
время всё чаще в суды поступают иски супругов или бывших супругов
о разделе жилых помещений, находящихся в залоге.
Особенностями данного спора является то, что, во-первых, делится
не только жилое помещение, но и долги супругов (бывших супругов)
по кредитным обязательствам; во-вторых, к участию в деле привлекаются кредитные организации, предоставившие кредит на покупку спорного жилого помещения.
Возможны следующие варианты раздела недвижимого имущества,
находящегося в залоге:
как доли супругов в общем имуществе, так и долги по кредитным
обязательствам признаются равными;
жилое помещение передается одному из супругов вместе с оставшимися долгами, а второй супруг вправе рассчитывать на половину денежных средств, выплаченных в период брака на погашение кредита.
При разделе супругами (бывшими супругами) общего недвижимого
имущества, находящегося в залоге, необходимо также иметь в виду, что
Федеральный закон РФ от 16.07.1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге
недвижимости)» (ред. 21.07.2014 г.)2 разграничивает случаи приобретения жилого помещения с использованием кредитных средств банка или
иной кредитной организации либо средств целевого займа, предоставленного другим юридическим лицом на приобретение или строительство указанного жилого помещения, и приобретения жилого помещения с
использованием накоплений для жилищного обеспечения военнослужащих, предоставленных по договору целевого жилищного займа в соответствии с Федеральным законом от 20.08.2004 № 117-ФЗ «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих»3.
В первом случае жилое помещение находится в залоге с момента
государственной регистрации ипотеки в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (п. 1 ст. 77 Закона
об ипотеке).
Во втором случае жилое помещение считается находящимся в залоге с момента государственной регистрации права собственности заемщика на этот жилой дом или эту квартиру. В случае использования кредитных (заемных) средств банка или иной организации оно считается
2
3
Далее – Закон об ипотеке // СЗ РФ. 1998. № 29. Ст. 3400.
Далее – Закон № 117-ФЗ // СЗ РФ. 2004. № 34. Ст. 3532.
27
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
находящимся в залоге (ипотеке) в силу закона у соответствующего кредитора и у Российской Федерации в лице федерального органа исполнительной власти, обеспечивающего функционирование накопительноипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих, предоставившего целевой жилищный заем на приобретение или строительство
жилого помещения (жилых помещений). При этом закладная в целях
удостоверения прав Российской Федерации по обеспеченному ипотекой
обязательству не выдается. В случае нахождения в залоге жилого помещения (жилых помещений) одновременно у соответствующего кредитора и у Российской Федерации требования Российской Федерации
удовлетворяются после удовлетворения требований указанного кредитора (п. 4 ст. 77 указанного закона).
Таким образом, как следует из приведенной нормы закона, законодатель различает жилые помещения, находящиеся в залоге, в зависимости от источника предоставления денежных средств на покупку жилья.
В этой связи возникает вопрос: имеются ли особенности раздела
жилых помещений, приобретенных или построенных полностью либо
частично с использованием накоплений для жилищного обеспечения
военнослужащих, предоставленных по договору целевого жилищного
займа в соответствии с Законом от № 117-ФЗ по сравнению с жилыми
помещениями, приобретенными либо построенных полностью или частично с использованием кредитных средств банка или иной кредитной
организации либо средств целевого займа?
Анализ судебной практики позволяет утверждать, что правоприменители по-разному подходят к разрешению данного вопроса.
Одни суды придерживаются позиции, что право собственности на
жилое помещение, приобретенное военнослужащим - участником накопительно-ипотечной системы на средства целевого жилищного займа и
ипотечного кредита, полученного в рамках программы по ипотечному
кредитованию военнослужащих Агентства по ипотечному жилищному
кредитованию, возникает только у самого военнослужащего и не распространяется на супругу военнослужащего, а потому не подлежит разделу.
Другие полагают, что жилое помещение, приобретенное с использованием указанных средств, поступает в общую совместную собственность супругов, а потому подлежит разделу. Сказанное можно проиллюстрировать следующими примерами.
Так, 05.12. 2009 г. С.А. и С.Н. заключили брак. 09.02.2010 г. С.А.
заключил договор купли-продажи квартиры, 15.02.2010 г. С.А. получено свидетельство о государственной регистрации права на квартиру.
Указанная квартира была приобретена ответчиком в рамках программы
28
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих. 6 мая 2011 г. брак расторгнут. С.Н. обратилась в суд с иском к
С.А. о разделе совместно нажитого имущества (спорной квартиры).
Решением Подольского городского суда Московской области от 23
января 2012 г. в удовлетворении исковых требований отказано и указано: «… с учетом положений ст. 34, 36 СК РФ сделка по приобретению
жилого помещения в рамках рассматриваемого кредитного жилья для
военнослужащего - участника накопительно-ипотечной системы носит
безвозмездный характер. Также действующее правовое регулирование
получения целевого жилищного займа и условия кредитного договора,
заключаемого в рамках кредитного жилья, не предполагают какого-либо
участия супруги военнослужащего - участника накопительно-ипотечной
системы как в совершении сделки, так и в ее последующем исполнении». Кроме того, судом определено, что «статьей 15 Закона «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих» регламентируется особенность погашения целевого жилищного
займа, а именно не возврат денежных средств, предоставленных по договору целевого жилищного займа, а о погашении займа, то есть аннулировании обязательств участника НИС по возврату заемных средств».
Московским областным судом 14 июня 2012 г. решение Подольского городского суда Московской области от 23 января 2012 г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба С.Н. без удовлетворения.
С учетом приведенных норм права судебная коллегия постановила,
что суд первой инстанции обоснованно отказал истице в удовлетворении исковых требований. Право собственности на жилое помещение,
приобретенное военнослужащим - участником накопительно-ипотечной
системы на средства целевого жилищного займа и ипотечного кредита,
полученного в рамках программы по ипотечному кредитованию военнослужащих Агентства по ипотечному жилищному кредитованию, возникает только у самого военнослужащего и не распространяется на супругу военнослужащего, как во время брака, так и после его расторжения.
Довод в апелляционной жалобе о том, что по п. 55 Правил выпуска
и реализации государственных жилищных сертификатов в рамках реализации подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по
обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным
законодательством» Федеральной целевой программы "Жилище" на
2002 - 2010 годы", утвержденных Постановлением Правительства РФ от
21 марта 2006 года № 153, приобретаемое жилое помещение (жилые
помещения) оформляется в общую собственность всех членов семьи
владельца сертификата, является несостоятельным и противоречит п. 5
29
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
тех же Правил, из которого следует, что «Право на участие в подпрограмме имеют следующие категории граждан РФ: а) военнослужащие
(за исключением участников накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих)...»4.
По другому делу решением Советского районного суда г. Рязани от
6 февраля 2013 г. отказано в удовлетворении исковых требований
М.М.С., которая обратилась с иском к М.А.К. о разделе совместно нажитого имущества.
Судом установлено, что М.А.К. и М.М.С. состояли в зарегистрированном браке с 11.02.2006 г. по 02.10.2012 г., в период которого было
приобретено по договору купли-продажи от 14.12.2009 г. жилое помещение - квартира, в рамках программы накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих. Право собственности на
спорную квартиру зарегистрировано за М.А.К. 16.12.2009 г. Обязательства по кредитному договору от 01.12.2009 г. на приобретение названного жилого помещения выполнялись ФГУ «Федеральное управление накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих». За период с 27.11.2009 г. по 25.11.2011 г. обязательства выполнены полностью. Истица просила суд признать за ней право собственности на ½ доли в праве общей долевой собственности на квартиру;
погасить запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое
имущество и сделок с ним, по которой произведена регистрация права
собственности на квартиру за М.А.К.
Отказывая М.М.С. в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сделка купли-продажи спорной квартиры в рамках программы по ипотечному кредитованию военнослужащих носит безвозмездный характер, в связи с чем право собственности на жилое помещение, приобретенное военнослужащим - участником накопительно-ипотечной системы на средства целевого жилищного займа и ипотечного кредита, полученного в рамках программы
по ипотечному кредитованию военнослужащих Агентства по ипотечному жилищному кредитованию, возникает только у самого военнослужащего и не распространяется на супругу военнослужащего как во время брака, так и после его расторжения.
Отменяя решение суда первой инстанции, Рязанский областной суд
указал, что нижестоящим судом неправильно применены нормы материального права - неправильно истолкован закон.
4
Определение Московского областного суда от 14 июня 2012 г. по делу № 3311268/12.
30
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
В силу п. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время
брака, является их совместной собственностью. Согласно ФЗ от
27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» к членам семей военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются социальные гарантии и компенсации, предусмотренные
настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим
Федеральным законом, другими федеральными законами, относятся:
супруга (супруг); несовершеннолетние дети; дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет; дети в возрасте до
23 лет, обучающиеся в образовательных учреждениях по очной форме
обучения; лица, находящиеся на иждивении военнослужащих.
Указанные сведения обязательны для заполнения личного дела военнослужащего и учитываются при предоставлении ему социальных
гарантий, предусмотренных указанным законом, в том числе при предоставлении жилья.
Согласно ст. 15 ФЗ от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим предоставление
жилых помещений или выделение денежных средств на их приобретение в порядке и на условиях, которые устанавливаются федеральными
законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Военнослужащие, а также граждане, уволенные с военной службы, и члены их семей имеют право безвозмездно получать в собственность занимаемые ими жилые помещения в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, за исключением служебных жилых помещений и жилых помещений в закрытых
военных городках.
В силу п. 2 ч. 1 ст. 4 ФЗ «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих» реализация права на жилище
участниками накопительно-ипотечной системы осуществляется посредством предоставления целевого жилищного займа.
Судебная коллегия учитывает законодательное регулирование прав
и льгот военнослужащих и членов их семей, площадь спорной квартиры
и считает, что, несмотря на тот факт, что право собственности на квартиру было зарегистрировано за ответчиком, квартира приобретена однако в период зарегистрированного брака сторон на денежные средства,
выделенные не только на военнослужащего ответчика, но и на членов
его семьи - супругу М.М.С. и сына М.С.
При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о
том, что спорная квартира является совместной собственностью супругов с равенством долей каждого из них, что соответствует правовому
регулированию спорных правоотношений и отвечает балансу равенства
31
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
интересов сторон. При принятии нового решения суд апелляционной
инстанции удовлетворил исковые требования М.М.С. и признал за ней
право собственности на ½ доли в праве собственности на спорную
квартиру5.
На наш взгляд, при разрешении поставленного вопроса об особенностях раздела жилого помещения, приобретенного военнослужащим участником накопительно-ипотечной системы, следует исходить, вопервых, из финансовой составляющей: достаточности средств целевого
жилищного займа для приобретения жилого помещения, а во-вторых,
из правовой природы целевого жилищного займа.
Так, норма ст. 12 Закона № 117-ФЗ различает два варианта приобретения жилого помещения военнослужащим участником накопительно-ипотечной системы:
с использованием средств целевого жилищного займа (п.1) ;
с использованием средств целевого жилищного займа в качестве
первоначального взноса/погашения обязательств по ипотечному кредиту и ипотечного кредита (займа) (п. 2).
В соответствии со ст. 2 Закона № 117-ФЗ целевой жилищный заем денежные средства, предоставляемые участнику накопительноипотечной системы на возвратной и безвозмездной или возвратной
возмездной основе. При этом возврат, по общему правилу, осуществляется из средств накопительного счета - накопительных взносов, поступающих из федерального бюджета и дохода от инвестирования этих
средств при наступлении у военнослужащего права на использование
накоплений (ст. 10). Следовательно, данные денежные средства нельзя
считать общим имуществом супругов: они предоставлены военнослужащему безвозмездно из федерального бюджета в связи с особым статусом данного лица и в силу возникновения указанных в законе оснований. Исключением из общего правила является возврат целевого жилищного займа и уплата процентов из иных, в том числе личных,
средств - при досрочном увольнении участника накопительноипотечной системы с военной службы, если у него не возникли основания, необходимые для использования накоплений (п. 2 ст. 15), а именно:
общая продолжительность военной службы, в том числе в льготном
исчислении, двадцать лет и более (п. 1 ст. 10),
увольнение военнослужащего, общая продолжительность военной
службы которого составляет десять лет и более:
5
Апелляционное определение Рязанского областного суда от 17 апреля 2013 года по
делу № 33-892
32
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
а) по достижении предельного возраста пребывания на военной
службе;
б) по состоянию здоровья - в связи с признанием его военноврачебной комиссией ограниченно годным к военной службе;
в) в связи с организационно-штатными мероприятиями;
г) по семейным обстоятельствам, предусмотренным законодательством Российской Федерации о воинской обязанности и военной службе
(п. 2 ст. 10);
увольнение военнослужащего по состоянию здоровья - в связи с
признанием его военно-врачебной комиссией не годным к военной
службе (п. 4 ст.10).
Следовательно, вопрос об общности имущества супругов разрешается в данном случае исходя из того, какие средства использованы военнослужащим для возврата средств целевого жилищного займа: доход
семьи или иной источник, например дар, наследство 6. На основании изложенного можно сделать вывод о том, что целевой жилищный заем
предоставляется военнослужащему, по общему правилу, из федерального бюджета на безвозвратной основе, за исключением случаев возврата
средств при досрочном увольнении с военной службы.
Таким образом, учитывая безвозмездный характер целевого жилищного займа, предоставляемого из средств федерального бюджета и
доходов их инвестирования в связи с особым статусом данного лица, и в
силу возникновения указанных в законе оснований, а также оценивая
достаточность средств целевого жилищного займа для приобретения
жилого помещения, при разделе жилого помещения, приобретенного
военнослужащим - участником накопительно-ипотечной системы, в каждом случае необходимо проверять наличие следующих обстоятельств:
если жилое помещение приобретено исключительно на средства
целевого жилищного займа и у военнослужащего наступили основания
для использования накоплений, то такое жилое помещение не является
совместно нажитым имуществом и не подлежит разделу супругами;
если жилое помещение приобретено с использованием ипотечного
кредита и иных средств, то действуют общие правила раздела имущества супругов.
Следует заметить, что описанные выше варианты раздела заложенного недвижимого имущества применимы и в спорах о судьбе жилья,
6
Вопрос об источнике происхождения денежных средств, на которые приобретено
имущество супругов, традиционно разрешается судами при рассмотрении споров о
разделе и определении размера долей супругой. См. подробнее: Савельева Н.М. Имущество каждого из супругов: проблемы теории и практики // Вестн. ТвГУ. Сер. «Право». 2014. № 2. С. 254 - 261.
33
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
приобретенного супругами с привлечением как кредитных средств, так
и денежных средств, предоставляемых в качестве мер социальной поддержки (использование средств материнского капитала или государственного жилищного сертификата), поскольку действующее законодательство РФ не предусматривает особые правила раздела заложенного
имущества, приобретенного за счет средств государства. Вместе с тем,
при разрешении таких споров усматривается конфликт интересов, суть
которого заключается в следующем:
с одной стороны, до тех пор, пока не прекращено право залога на
жилое помещение, собственниками жилого помещения являются супруги, при разделе действуют общие правила ст. 39 СК РФ, в том числе
презумпция равенства долей,
с другой стороны, жилое помещение частично оплачено за счет
средств государства, выделенных в связи с рождением второго и последующего ребенка (либо в связи с нуждаемостью малоимущей семьи с
детьми в улучшении жилищных условий) и в силу ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ (ред. от 02.07.2013) «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей»7
дети должны стать собственниками такого помещения в будущем (после снятия обременения).
Таким образом, в настоящее время складывается ситуация, при которой до прекращения залога права несовершеннолетних не учитываются при разделе недвижимого имущества и наделение их долей в праве
собственности на жилое помещение в последующем зависит от платежеспособности и добросовестности родителей.
Подтверждение данному конфликту находим в судебной практике.
Так, в Самарском областном суде рассматривалось гражданское дело о
выделе оплаченной из средств материнского капитала доли несовершеннолетних детей в праве собственности на жилое помещение, находящееся в залоге у банка. В удовлетворении иска судом было отказано
по следующим основаниям: «…приобретя право на получение средств
государственной поддержки в виде материнского капитала, истец, действуя своей волей и в своем интересе в рамках, установленных законодательством, данное право реализовала, что в силу закона влечет его
прекращение и невозможность использования другими членами семьи.
При решении вопроса о перечислении средств материнского (семейного) капитала на погашение основного долга по кредиту истцом дано нотариальное обязательство, в соответствии с которым она в течение шести месяцев после снятия обременения с жилого помещения обязана
7
Собрание законодательства РФ. 2007. № 1 (1 ч.). Ст. 19.
34
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
оформить квартиру в общую долевую собственность с супругом и их
несовершеннолетними детьми. Следовательно, по окончании указанного срока, а не до его истечения у несовершеннолетних детей может возникнуть право требования выполнения оформленного обязательства,
т.е. заключения какой-либо сделки, направленной на приобретение ими
долей в праве собственности на квартиру. Такое право у детей на момент рассмотрения дела не возникло. Имущество, заложенное по договору об ипотеке, может быть отчуждено залогодателем другому лицу с
согласия залогодержателя, предоставление залогодержателем согласия
на распоряжение предметом залога является правом банка, а не обязанностью. События, с которыми связано наступление гражданскоправовых последствий в виде приобретения несовершеннолетними
детьми лица, реализовавшего право на получение средств материнского
капитала, права собственности на квартиру не наступили»8.
С правовой точки зрения данное решение суда, безусловно, законно, но исходя из существа предоставляемых государством мер социальной поддержки, руководствуясь интересами несовершеннолетних, оно
представляется необоснованным, так как не учитывает, что жилое помещение частично оплачено из средств федерального бюджета.
Представляется возможным предложить следующий вариант разрешения спора о разделе имущества, приобретенного частично за счет
мер социальной поддержки: при разделе заложенного имущества, приобретенного с использованием средств государства (мер социальной
поддержки), следует определять размер долей и супругов, и детей как
будущих собственников, так как доли на момент раздела частично оплачены за счет средств государства. Однако при определении размера
долей необходимо исходить из следующего.
На основании ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 29.12.2006 г. №
256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей,
имеющих детей» жилое помещение, приобретенное с использованием
средств материнского (семейного) капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению.
Анализ судебной практики выявил два подхода к разрешению вопроса о размере долей, если между родителями, детьми не достигнуто
соглашение.
8
Апелляционное определение Самарского областного суда от 09.01.2013 по делу
№ 33-118/2013, 33-12053/2012
35
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Чаще всего суды при определении размера доли несовершеннолетних исходят из равенства долей участников общей собственности, мотивируя свою позицию ссылкой на норму п. 1 ст. 245 Гражданского кодекса РФ, которая предусматривает: «…если доли участников долевой
собственности не могут быть определены на основании закона и не установлены соглашением всех ее участников, доли считаются равными»9.
Однако имеется и другой подход, экономически более оправданный
и справедливый. Так, Верховным судом Республики Татарстан было отказано в иске об определении долей в праве собственности на недвижимое имущество, подлежащее разделу, равными, так как изначально
квартира была приобретена только супругами и являлась только их совместным супружеским имуществом, а последующее вложение истицей части материнского капитала в размере 100 000 рублей в счет оплаты долга по ипотечному кредиту не свидетельствует о возникновении
равного права родителей и детей10.
Представляется, что указанные судебные решения являются обоснованными, так как:
во-первых, отражают фактические отношения сторон,
во-вторых, учитывают источник происхождения денежных средств,
на которые приобретается имущество супругов,
в-третьих, придают экономически обоснованному расчету долей
правовое значение,
в-четвертых, соответствуют рыночному подходу в отношениях собственности,
в-пятых, гарантируют получение именно адресатом выделенных
государством на улучшение жилищных условий бюджетных средств,
в-шестых, подкрепляют право владельца сертификата на частичное
использование денежных средств, хотя и не базируются на действующем законодательстве РФ.
Более того, в судебной практике о разделе совместно нажитого
имущества уже сложилось правило о необходимости выяснять источник
9
См., например: кассационное определение Орловского областного суда от 09.11.2011
г. по делу № 33-1666; определение Свердловского областного суда от 23.10.2012 по
делу; 33-11418/2012; определение Пермского краевого суда от 19.08.2013 по делу №
33-6874.
10
Апелляционное определение Верховного суда Республики Татарстан от 09.09.2013
по делу № 33-10866/13; Аналогичное решение принято и Тамбовским областным судом, см.: Апелляционное определение Тамбовского областного суда от 21.08.2013 по
делу № 33-2647/2013.
36
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
происхождения денежных средств, на которые приобретается имущество супругов11.
В связи с этим, на наш взгляд, норму п. 4 ст. 10 Федерального закона «О дополнительных мерах государственной поддержки семей,
имеющих детей» необходимо дополнить частью второй в следующей
редакции: «В случае отсутствия соглашения сторон об определении долей, размер доли несовершеннолетних детей должен определяться пропорционально размеру денежных средств, полученных за счет средств
материнского капитала».
Таким образом, при разделе заложенного имущества, приобретенного с использованием средств государства (социальной поддержки),
необходимо учитывать интересы детей и определять размер долей, подлежащих передаче детям после прекращения залога жилого помещения.
Обобщая изложенное, можно сделать следующие выводы:
1. При разделе жилого помещения, приобретенного супругом - военнослужащим - участником накопительно-ипотечной системы, в каждом случае необходимо учитывать правовую природу целевого жилищного займа (по общему правилу, безвозвратные, безвозмездные для
военнослужащего денежные средства, полученные из средств федерального бюджета и результатов их инвестирования) и достаточность
средств целевого жилищного займа для приобретения конкретного жилого помещения:
если жилое помещение приобретено исключительно на средства
целевого жилищного займа и у военнослужащего наступили основания
для использования накоплений, то такое жилое помещение не является
совместно нажитым имуществом и не подлежит разделу супругами,
если жилое помещение приобретено с использованием ипотечного
кредита и иных средств, то действуют общие правила раздела супружеского имущества.
2. При разделе заложенного имущества, приобретенного с использованием средств государства (мер социальной поддержки), необходимо
учитывать интересы детей и определять размер долей, подлежащих пе11
Обзор надзорной практики по гражданским делам Президиума Самарского областного суда за март 2008 г.(п. 3) (извлечение из апелляционного определения Советского
районного суда г. Самары от 12.03.2008 // Судебная практика. 2008. № 2 (29), август;
справка Самарского областного суда по результатам обобщения судебной практики по
гражданским делам о разделе совместно нажитого имущества от 4-20 февраля 2010 г.
// http://oblsud.sam.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=291; постановление Президиума Московского городского суда по делу № 44г-0452/2008 от 28 ноября 2008 г. //
http://www.lawmix.ru/moscow-sydu/74214;
Постановление
президиума
СанктПетербургского
городского
суда
от
11.02.2009
№
44г-23/09
//
http://www.lawmix.ru/obsh/26709.
37
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
редаче детям после прекращения залога жилого помещения. В связи с
этим нуждается в дополнении норма п. 4 ст. 10 Федерального закона
«О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей». Предлагается следующая редакция части 2 п. 4 ст. 10: «В
случае отсутствия соглашения сторон об определении долей, размер доли несовершеннолетних детей должен определяться пропорционально
размеру денежных средств, полученных за счет средств материнского
капитала».
Список литературы
1. Савельева Н.М. Имущество каждого из супругов: проблемы теории и практики // Вестн. ТвГУ. Сер. «Право». 2014. № 2.
2. Труш Ж.С. Особенности осуществления и прекращения права собственности супругов: Автореферат
дис. … к.ю.н. Краснодар,
2013.
THE SECTION BETWEEN SPOUSES (FORMER SPOUSES)
ACCOMMODATIONS PURCHASED USING MEASURES
OF SOCIAL SUPPORT: PROBLEMS OF THEORY AND PRACTICE
M.N. Bronnikova, N.M. Savelejva
FSBEI HPE "Samara state University"
The article considers theoretical and practical issues of living quarters division between spouses (former spouses), which is acquired with the help of a loan from a
bank or another credit agency as well as with the help of housing insuring capital
(savings) for military people, provided by special-purpose housing loan agreement
according to the Federal Law # 117 dated August 20th, 2004 “On savings and mortgage system of housing insuring for military people”. The article also describes the
specific features of mortgaged property division, acquired by spouses with the help of
funds which are presented by means of social (welfare) assistance (federal subsidies
for multiple-child family (maternity fund) or state housing certificate).
Keywords: spouse, former spouse, children’s rights, division of community property,
Articles 34, 38 SC RF, living quarters, mortgage, «mortgage for military people»,
federal subsidies for multiple-child family (maternity fund), social (welfare) assistance.
38
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Об авторах
БРОННИКОВА Марина Николаевна, кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского и предпринимательского права
ФГБОУ ВПО «Самарский государственный университет»; 443011, г.
Самара, ул. Академика Павлова, д. 1; cl@ssu.samara.ru
САВЕЛЬЕВА Наталья Михайловна, кандидат юридических наук,
доцент кафедры гражданского и предпринимательского права ФГБОУ
ВПО «Самарский государственный университет»; 443011, г. Самара, ул.
Академика Павлова, д. 1; cl@ssu.samara.ru
Бронникова М.Н., Савельева Н.М. Раздел между супругами (бывшими
супругами) жилого помещения, приобретенного с использованием мер
социальной поддержки: проблемы теории и практики // Вестник ТвГУ.
Серия: Право. 2014. № 4. С. 26 – 39.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 40 – 54.
УДК
347.1.023
39
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ПЕРСОНОЦЕНТРИЗМ КАК ФАКТОР ДЕТЕРМИНИЗМА
СИСТЕМЫ ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА
В.В. Васильев
Тверской государственный университет
В статье рассматривается значимость личности для совершенствования системы
гражданского права. С точки зрения социологии права и конституционного правопонимания анализируются потребности переосмысления научных подходов к
пониманию верховенства прав личности в гражданских правоотношениях.
Ключевые слова: личность, общество, частный интерес, цели гражданского
права, задачи гражданского права, верховенство прав личности, детерминизм
системы.
Такие понятия, как «личность» и «человек», вызывают повышенный интерес в общественных науках. Следует согласиться с Н.А. Бердяевым в том, что «проблема человека есть основная проблема философии»1. С античных времён предпринимаются попытки осмысления
сущности человека, рассмотрения соотношения человека, индивида и
личности в их статусной взаимозависимости и взаимосвязи.
В работах Аристотеля человек рассматривается как «существо общественное», способное «к восприятию таких понятий, как добро и зло,
справедливость и несправедливость и т.п.»2. Т. Гоббс понимает под человеком одаренного разумом животного3.
Результатом исследования значимости человека в общественных
науках явилось формирование двух научных направлений, определяющих его роль в системе общественных ценностей – системоцентризм и
персоноцентризм (человекоцентризм).
В персоноцентризме человек является «высшей точкой» и «мерилом всех вещей»4. Цели развития общества, государства и права рассматриваются посредством роли и значимости человека, всемерного
признания его прав и свобод как высших ценностей, определяющих доминанту развития. В системоцентризме индивид может отсутствовать
вообще либо рассматривается как средство достижения целей5.
1
Бердяев Н.А. О назначении человека. Париж: Современные записки. 1931. С. 50.
Аристотель. Политика // Сочинения: в 4 т. М: Мысль, 1984. Т. 4. С. 379.
3
Гоббс Т. Человеческая природа // Избранные произведения: в 2 т. М.: Мысль, 1964.
Т. 1. С. 442.
4
Эбзеев Б.С. Личность и государство в России: взаимная ответственность и конституционные обязанности. М.: Норма, 2007. С. 40.
5
Там же.
2
40
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
В России восприятие идеологии персоноцентризма произошло в
начале XIX в. Это явилось следствием развития науки и культуры после
Отечественной войны 1812 г. и повлияло на формирование гражданского законодательства Российской Империи. Идеи персоноцентризма во
многом способствовали российским реформам 60-х гг. XIX века, в том
числе отмене крепостного права и судебной реформе. Попытки переосмысления значимости личности и человека проявляются в русской литературе второй половины XIX в., где подвергается подробному исследованию психологический портрет личности.
Революционные октябрьские события 1917 г. и последовавшие за
ними изменения в социально-экономической жизни общества значительно изменили вектор законодательной политики, переориентировав
её направленность от идеологии персоноцентризма к системоцентризму.
В ГК РСФСР 1922 и 1964 гг. были включены нормы о невозможности
охраны гражданских прав в случае их осуществления в противоречии с
«социально-хозяйственным назначением» (ст. 1 ГК РСФСР 1922 г.) или
«их назначением в период строительства коммунизма» (ст. 1 ГК РСФСР
1964 г.). Одной из целей гражданского законодательства, сформулированной в ГК РСФСР 1964 г., являлось «создание материальнотехнической базы коммунизма» (ст. 1). На долгие годы человек превратился в средство достижения государственных целей и решения публично-значимых задач независимо от лозунгов, провозглашавших величие человека.
Исторические события 90-х гг. XX века, связанные с распадом Советского Союза и объявлением суверенитета Российской Федерации,
создали предпосылки для изменения направления развития отечественного гражданского права. Провозглашение в Конституции РФ значимости человека как высшей ценности, многообразие форм собственности и
свобода экономической деятельности позволили по-новому взглянуть
на сферу частного права. Об этом свидетельствуют и основные начала
гражданского законодательства, направленные на создание эффективных предпосылок участия субъектов в гражданском обороте. Однако
утверждать, что концепция персоноцентризма нашла безусловное отражение в гражданском законодательстве РФ преждевременно и необоснованно, поскольку значимость человека в современной цивилистической науке до настоящего времени остаётся недооцененной.
Индивид неразрывно связан с системой, в которой он существует, а
система внутренне связана с индивидом6. В этом контексте система рассматривается как более глобальное явление, не сводимое только к сис6
Менегетти А. Система и личность. М.: ННБФ «Онтопсихология». 2007. С. 14.
41
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
теме права или правовой системе. Правильнее рассматривать систему
как полиуровневую структуру, где каждый уровень выполняет свою
функциональную задачу. Взаимосвязь уровней является следствием существования системы во имя и во благо общества, проецируя своё воздействие на создание правовых механизмов, способных придать частице общества – личности – особую значимость, сконцентрировать вокруг
личности общественные институты и поставить их на службу её интересам. Исходя из этого, современное гражданское право должно основываться на идее обоюдной функциональной ценности личности для общества, а общества – для личности7.
Основой переосмысления понимания личности является осознание
того, что сама человеческая сущность есть совокупность общественных
отношений8, поскольку любые отношения наполняются правовой значимостью исключительно в результате участия в них человека. В философии права вопрос о месте личных прав являлся предметом детального
обсуждения, результатом которого стало их отнесение к сфере частного
права9. Это доказывает, что понимание современного гражданского
права должно исходить из того, что в его основе находится природа человека с его индивидуальными стремлениями, облекаемыми в форму
целей10.
Цели, в свою очередь, являются следствием неимущественных и
имущественных потребностей человека. В системе этих потребностей
на первом месте потребности в свободе, межличностном общении, продолжении рода, справедливости, личной неприкосновенности, т.е. те
потребности, которые составляют содержание неимущественных личных прав. Эти права обусловливают имущественные потребности, рассмотрение и исследование которых в отрыве от неимущественных прав
личности не могут способствовать всестороннему анализу значимости
личности для системы гражданского права. Имущественные права
предполагают не только факт своего существования, но и общественное
признание отдельной личности. В этом контексте имущественные права
представляют собой сферу проявления личности11.
7
Там же. С. 15.
Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 21. С. 299.
9
Аренс Г. Юридическая энциклопедия или органическое представление науки права
на основных началах этической философии права: перевод с нем. Кн. 1 и первый отдел // Юр. журн. 1861. №8. С. 443–482; Шиллинг Ф.А. Естественное право, или Философия права / пер. с нем. под ред. М. Капустина. М.: Тип. В. Грачёва и Ко, 1862.
10
Пахман С. В. О значении личности в области гражданского права // Журнал гражд. и
угол. права. Январь. Спб.: Изд-во Санкт-Петербургского юридического общества 1883.
Кн. 1. С. 5.
11
Там же. С. 9.
8
42
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Общим условием исследования всех гражданских правоотношений
является личность, рассматриваемая с точки зрения её правоспособности12. В связи с этим особую значимость приобретает вопрос об естественных правах личности, важнейшими из которых являются конституционные права, отражающие свободу и неприкосновенность личности.
Конституционное содержание этих прав не умаляет их гражданскоправовой значимости. Они всецело связаны с личностью и поэтому
должны рассматриваться как частные права, а их конституционноправовое содержание и отражение в Конституции РФ подчёркивают их
доминанту в системе правовых ценностей. Правовая природа этих прав
не может быть противопоставлена традиционным субъективным гражданским правам, поскольку их реализация находит наиболее полное отражение во взаимосвязи с личностью, а правовая природа не ограничивается гражданско-правовой сферой, доказывая их межотраслевой характер. Правовая регламентация реализации этих прав находит последовательное отражение в конституционном, трудовом и уголовном праве, а также в других отраслях права. Однако это не меняет их частноправовой природы, поскольку в конституционном, уголовном и других
отраслях права декларируется их публичная значимость, но не публичное содержание и сущность. Межотраслевой характер личных неимущественных прав не меняет их частноправовой природы, а, подчёркивая
их значимость, предопределяет важность их исследования для обеспечения структурированности гражданского права как одной из важнейших отраслей частного права. Такой вывод является следствием того,
что личные права – свобода и неприкосновенность личности – формируют основу для развития других субъективных гражданских прав, таких, как свобода собственности и свобода договора.
Несмотря на то, что имущественные права в системе гражданского
права количественно доминируют, неимущественные права обладают
по отношению к ним приоритетом и первичным характером. В состоянии прямого или косвенного ограничения свободы человек не может
осуществлять имущественные права с должной степенью заботливости
и осмотрительности, проявляя при этом предпринимательскую или
творческую активность. Одним из косвенных доказательств доминанты
личных неимущественных прав является структурное расположение в ч.
1 ГК отдельной главы о лицах. Однако такое структурирование в законодательстве не решает всего комплекса задач, а лишь определяет перспективы дальнейших исследований. Причиной этого является недостаточная разработанность вопроса о личных правах в цивилистической
12
Там же.
43
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
теории, об их роли и значимости для детерминизма системы гражданского права, проявляющегося в производном характере структуры гражданского права от личных прав субъектов гражданских правоотношений.
Личные права должны рассматриваться в качестве самостоятельной формы гражданских прав. Определяя их место в системе субъективных гражданских прав, необходимо учитывать их особый характер,
проявляющийся в том, что они формируют основу для возникновения и
функционирования имущественных гражданских прав. Личные неимущественные права становятся общей основой развития права в целом.
Личные неимущественные права неоднородны вследствие своей
различной природы. Обоснованной представляется их дифференциация
на естественные личные права, обладающие безусловным характером и
приоритетом, и относительные личные права, зависимые от первых, но
обладающие своей особой ролью и значимостью для личности и общества. Во многом последние раскрывают содержание естественных прав,
придавая им конкретное содержание, отражающее их практическое
применение.
Личные права, обладающие частным содержанием, не следует отождествлять с личными правами, характеризуемыми публично-правовой
природой. Граница между этими группами носит условный характер,
поскольку объединяющим началом для них являются личность и личная
свобода как форма их обобщающего выражения. Однако в целях системности гражданского права, направленной на логичное и последовательное построение элементов системы, такая дифференциация представляется необходимой, в том числе с целью дальнейшего совершенствования гражданского законодательства Российской Федерации. К публично-правовым формам проявления личной свободы относятся свобода слова, свобода собраний, митингов и шествий, свобода участвовать в
выборах и референдуме, свобода состоять в политической партии и др.
Охватываемая вышеперечисленными правами сфера общественных отношений носит публичный характер. Это не позволяет рассматривать
публично-правовые и частноправовые формы проявления личной свободы в системном единстве друг с другом.
В ГК РФ имеются нормы, предусматривающие регламентацию общего положения лица, места жительства, признания гражданина недееспособным или ограниченно дееспособным, объявления гражданина
умершим или безвестно отсутствующим. Статья 150 ГК РФ содержит
перечень нематериальных благ личности, к которым относятся жизнь,
здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и
доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни,
44
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбор места
жительства и места пребывания, право на имя и право авторства. Перечень неимущественных прав и нематериальных благ в ГК РФ не является закрытым. Такой подход предоставляет судебной практике достаточно широкое судебное усмотрение в решении вопроса об отнесении тех
или иных благ к числу неимущественных, предоставляя им соответствующую судебную защиту. Но это не является достаточным, поскольку
сами неимущественные права личности, указанные в ГК РФ, при их перечислении содержательно не раскрываются. Такое положение не отвечает задачам гражданского права и должно быть изменено с учетом
признания приоритета личности в сфере гражданского права.
Предлагаемый подход к переосмыслению значимости личности находит косвенную поддержку в иных отраслях права, в частности в уголовном праве. Так, в Особенной части УК РФ составы преступлений,
направленные против личности, составляют самостоятельный раздел
VII, открывающий эту часть УК РФ, а к первостепенной задаче УК РФ
относится охрана прав и свобод человека и гражданина (ч. 1 ст. 2).
Закрепление мер защиты и охраны в гражданском и уголовном законодательстве имеет важное значение, но не может подменить собой
необходимость закрепления личных прав, обладающих частноправовым
содержанием в нормах позитивного права. Безусловно, личные права
могут существовать без их признания со стороны законодателя, поскольку исходят из природы человека, но их значимость проявляется
именно посредством признания положительным правом, поскольку
права создаются не природой, а общественным сознанием, подкрепляемым нормами положительного права13.
Исторические корни вопроса о законодательном закреплении личных прав уходят в XVIII в. Так, в принятом 8 апреля 1768 г. «Начертании о приведении к окончанию Комиссии проекта нового Уложения»,
фиксирующем в общем виде систему частного права, было предложено
в первую очередь разместить законы о лицах. Целевая направленность в
«Начертании …» была определена как принесение пользы и безопасности личности в результате закрепления личных прав в законодательстве,
имея в виду не только правоспособность лица, но и личность с точки
зрения обеспечения её неприкосновенности.
В проектах Гражданских уложений Российской Империи 1809 и
1814 гг. также на первое место были выделены законоположения о личных правах, отделяя последние от прав политических и подчеркивая тем
самым дифференциацию между частным и публичным правом.
13
Пахман С.В. Указ. соч. С. 20.
45
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Нельзя оставить без внимания и европейское гражданское законодательство. Так, Гражданский кодекс Франции структурно открывает
книга первая «О лицах», состоящая из 10 титулов: «О пользовании гражданскими правами и лишении этих прав», «Об актах гражданского состояния», «Место жительства», «Об отсутствующих», «О браке», «О
разводе», «Об отцовстве и об отношении детей к родителям», «Об усыновлении и добровольной опеке», «Об отцовской власти», «О несовершеннолетии, об опеке и об освобождении из-под власти». В книге 1
Гражданского кодекса Испании 12 разделов, девять из которых содержат нормы, регулирующие личные отношения (о филиации и прекращении гражданства, о домициле, о браке, об отцовстве и происхождении, о поддержке родственников, об отношениях родителей и детей, об
ограничении дееспособности и др.). В гражданском праве Германии судебная практика признала так называемое всеобщее право личности,
охватывающее область развития и самовыражения личности, нуждающейся в правовой защите от вмешательства со стороны третьих лиц14.
Гражданское законодательство вышеназванных европейских государств не является тождественным, но их объединяющим началом служат признание личности в качестве правовой ценности и детальная регламентация личных неимущественных прав. Это является фактором,
предопределяющим тенденции унификации европейского гражданского
законодательства и продвижения по пути принятия Европейского Гражданского кодекса.
Личная свобода проявляется в том, что «человеку от сотворения и
до наших дней свойственно прежде всего стремление к личной самостоятельности – к тому, что составляет коренной принцип частного или
гражданского права»15. Принцип индивидуальности становится определяющим для частного права и должен исходить из понятия человека как
отдельной личности16.
Одним из вопросов правовой науки является соотношение понятий
«человек» и «гражданин». Характеристика человека как личности представляет собой оценку индивида, рассмотрение его свойств и качеств,
которые позволяют выделить человека из совокупности других живых
существ, определить его место в социальной системе общества. Некоторые учёные приходят к выводу, что человек не может быть признан
личностью только в силу одного факта рождения в физиологическом
14
Шапп Я. Система германского гражданского права: учебник. М.: Международные
отношения, 2006. С. 142 – 143.
15
Пахман С. Указ. соч. С. 28.
16
Там же.
46
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
обличии человека17. Такая постановка вопроса имеет больше философскую направленность, поскольку дифференцирует два понятия – «человек» и «личность». Для частного права такое разделение, основанное на
началах нравственности, культуры и воспитания, рассматриваемых в
качестве факторов созидания личности, не может иметь существенного
значения. Парадигма в решении этого вопроса с точки зрения конституционализма должна сводиться к признанию значения личности за каждым субъектом независимо от его социальной роли в обществе. Отрицание такого подхода свидетельствовало бы об отрицании юридического равенства субъектов гражданского права. Заслуживает внимания
подход, содержащийся в ст. 29 Гражданского кодекса Испании, в которой закреплено, что «рождение определяет личность; но зачатый ребёнок уже считается рожденным для всех благоприятных для него целей…». Такое законодательное решение представляется обоснованным
и отвечающим целям гражданского права.
Понимание личности в реалиях современного гражданского права
должно являться отражением незыблемости конституционно-правовой
значимости личности, рассматриваемой в качестве высшей конституционной ценности. Следует согласиться с В.И. Круссом в том, что «сам
человек как таковой – есть феномен юридический: современное право
не может мыслиться вне и помимо человека; человек мыслимый есть
право…»18. Такой конституционно значимый тезис открывает новые
ориентиры для понимания значимости личности в частноправовых отношениях, составляющих предмет гражданского права. Отдельный конкретный живой человек составляет конечную цель всего гражданского
права, поскольку только он может страдать и радоваться, может иметь
интересы19.
Исследование личности, человека, индивида в их статусном единстве не является новеллой, однако современное состояние проблемы
требует новых подходов к её решению, основанных на рассмотрении
человека как фактора детерминизма системы гражданского права, отражения значимости личности на всех уровнях познания системы отрасли.
В современных условиях исследование проблемы личности может
быть рассмотрено исключительно во взаимосвязи с задачами общественного развития, поскольку цели существования человека и его пред-
17
Кузнецов А.В. Уголовное право и личность. М.: Юр. лит., 1977. С. 14.
Крусс В.И. Доктринальные инновации в контексте конституционализации российской правовой системы // Конституционное и муниципальное право. 2013. № 4. С. 2.
19
Покровский И.А. Абстрактный и конкретный человек перед лицом гражданского
права // Вестн. гражд. права. 1913. № 4. С. 32.
18
47
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
назначение в современном мире должны являться важнейшими катализаторами развития права и законодательства.
В то же время недостаточность исследования соотношения личности и права в теории права и отраслевых науках открывает новые ориентиры. Наиболее комплексное рассмотрение личности достигнуто
лишь в криминологии с точки зрения анализа личности преступника и
потерпевшего. Однако в цивилистике понятию «личность» уделяется
недостаточное внимание.
Гражданское право – это социальное явление. Потребность осуществления личностью своих субъективных прав и законных интересов
предопределена его социальной природой, проявляющейся в выполнении социальных законов, соблюдение которых неотделимо от сознания
человека, способностей самооценки и уважения других индивидов 20.
Социальная сущность человека – это его обязательная качественная характеристика, без которой невозможно индивидуальное самоощущение
человека в мире21.
Тождественная природа права и человека, проявляющаяся в их социальном характере, позволяет рассматривать индивида как фактор,
обусловливающий потребность общества в праве и его систематизации22. Человек и окружающий мир перманентно взаимообусловлены.
Такое состояние позволяет рассматривать и оценивать окружающий
мир в контексте его связи с человеком, познавая сущность такого мира
и составляющих его общественных отношений исходя из потребностей
человека и его интересов23.
В настоящее время в ГК РФ отсутствуют нормы, определяющие цели и задачи гражданского права. Усугубляет ситуацию и то обстоятельство, что в цивилистической науке отсутствуют комплексные исследования по этому вопросу, а имеющиеся работы носят фрагментарный характер. Такая научная неразработанность проблемы целей и задач гражданского права является фактором, сдерживающим развитие гражданского права ввиду отсутствия четко выверенных ориентиров для движения в сторону совершенствования гражданского права.
В контексте исследования персоноцентризма цели и задачи гражданского права требуют повышенного научного внимания. Правовые
20
Комаров С.А., Ростовщиков И.В. Личность. Права и свободы. Политическая система. СПб.: Юр. ин-т., 2002. С. 124.
21
Цивилизация, культура, личность / под ред. В.Ж. Келле. М.: Эдиториал УРСС, 1999.
С. 67.
22
Комаров С.А., Ростовщиков И.В. Указ. соч. С. 124.
23
Орлов С.В., Дмитренко Н.А. Человек и его потребности: учеб. пособие. СПб.: Питер,
2008. С. 64.
48
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
цели должны способствовать пониманию сущности отраслевых системообразующих факторов гражданского права через призму модернизации подходов к значимости личностного начала для формирования каждого из них. В этих условиях построение системы гражданского права
должно быть основано на общем принципе: право – для личности, а
правовое регулирование – во имя личности. Это проводит к выводу о
том, что в современных условиях необходимо говорить о целевой направленности на гуманизацию и гармонизацию гражданского права.
Следует согласиться с Р. Иерингом в том, что «в мире ничего не совершается само собой, а напротив, всё, что не совершается, то есть всякое изменение в чувственном мире, является последствием другого
предшествующего изменения… В природе это основание механического свойства – причина; для воли оно должно быть свойством психологическим – цель»24.
В теории права под юридической (правовой) целью понимается
«идеально предполагаемая и гарантированная государством модель какого-либо социального явления, состояния или процесса, к достижению
которой при помощи юридических средств стремятся субъекты правоотношений и правореализационной деятельности»25.
Цели в гражданском праве не были предметом обстоятельного научного исследования. Однако их научное познание имеет принципиальное значение, поскольку предопределяет векторы научного осмысления
детерминизма системы гражданского права. Не проведено комплексных
исследований и по вопросу определения задач гражданского права. Несмотря на свою близость понятия «цели» и «задачи» в контексте их
гражданско-правовой значимости не являются тождественными. Задача
с точки зрения семантики означает то, что необходимо осуществить,
чего необходимо достигнуть26. Исходя из философского понимания,
цель не может быть поставлена, а тем более достигнута без определения
задач, подлежащих разрешению. Такое подход основывается на том, что
цель (цели) гражданского права обладает долгосрочным эффектом, тогда как задачи есть средства достижения цели (целей). Цель гражданского права – это конечное, с высокой степенью идеализма качественное состояние, имеющее высокую степень стабильности и характери24
Иеринг Р. Цель в праве. Значение римского права для нового мира / под ред. В.Р.
Лицкой (пер.); пер с нем. Н.Ф. Дерюжинского, Н.В. Муравьева. СПб.: Тип. В. Безобразова и Комп., 1881. С. 1–2.
25
Малько А.В., Шундиков К.В. Цели и средства в праве и правовой политике. Саратов: СГАП, 2003. С. 44.
26
Толковый словарь русского языка: в 4 т. / под ред. Д.Н. Ушакова. М.: Советская
энциклопедия, 1935. Т. 1. С. 923.
49
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
зующееся решением совокупности задач гражданского права. Задачи
гражданского права определяют потребности, удовлетворение которых
необходимо для достижения гражданско-правовых целей. Совокупность
объединенных между собой гражданско-правовых задач предопределяет существование одной или нескольких гражданско-правовых целей.
Решение этих гражданско-правовых задач осуществляется для достижения целей гражданского права. Пробел в разработке целевой направленности гражданского права очевиден при анализе ГК РФ, в котором
отсутствуют норма или нормы, которые определили бы цели и задачи
гражданского права. Прогрессивными примерами законодательного закрепления целей и задач соответствующих отраслей законодательства
являются Трудовой кодекс РФ (ст. 1) и Уголовно- исполнительный кодекс РФ (ст. 1). В УК РФ (ст. 2) и АПК РФ (ст. 2) находят своё законодательное закрепление только задачи соответствующих отраслей законодательства, а в ст. 6 УПК РФ зафиксировано назначение уголовного
судопроизводства.
Отсутствие законодательного закрепления целей и задач гражданского права усугубляется и тем обстоятельство, что в цивилистической
науке этой проблеме не уделено серьезного внимания, а в учебной литературе эта проблема не рассматривается. Такая ситуация не может способствовать переосмыслению сущности гражданского права с учетом
изменившихся тенденций социально-экономического развития государства и общества. Актуализирует потребность в исследовании этого вопроса и использование в судебной практике понятия «цель гражданского права» без обоснования его содержания27.
В современных условиях именно гражданско-правовые цели и задачи способны создать основу для детерминизма гражданского права,
обусловить возможность рассмотрения отраслевых системообразующих
факторов в контексте их взаимосвязанности и взаимообусловленности
как между собой, так и во взаимосвязи с пониманием значимости структурных элементов системы гражданского права в их перманентном
единстве, объединяющим началом которых является персоноцентризм
как философско-правовое начало, предопределяющее единство и целостность гражданского права.
С точки зрения философии цель имеет дуалистическое понимание.
Во-первых, как замысел или мотив, ориентированный на конечную, всё
обосновывающую цель. Во-вторых, как достигнутый результат или по27
Постановление Двенадцатого арбитражного суда от 06.03.2008 г. по делу № А-5713609/05-34; решение Арбитражного суда г. Москвы от 23.11.2009 г. по делу № А4031471/09-40-219 и др.
50
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
следствие применения определённых средств28. Такое понимание цели
может быть воспринято цивилистической теорией.
Осмысление цели в гражданском праве неразрывно связано с пониманием и оценкой гражданско-правовых средств. Это продиктовано утвердившимся принципом взаимосвязи цели и средств, предопределяющим их взаимную обусловленность. Диалектика цели гражданского
права и гражданско-правовых средств проявляется в том, что последние
определяются в зависимости от целей в гражданском праве и их сущность производна от них. При этом цели не могут основываться на каких-либо внешних факторах, проявляющихся в форме политической
конъюнктуры, государственной идеологии и др. Такой подход придаёт
и подчёркивает достаточную стабильность целей гражданского права и
позволяет сделать вывод о том, что цель в гражданском праве не может
быть производна или зависима от гражданско-правовых средств. Правовые средства по отношению к цели гражданского права имеют вторичный характер, в результате которого гражданско-правовые средства выводятся из понимания и предназначения целей в гражданском праве.
В философии гуманизм означает систему мировоззрения, основу
которого составляет защита достоинства и самооценки личности, её
свободы и права на счастье. Гуманизация представляет собой процесс
распространения и утверждения в сфере общественной жизни идей,
взглядов и убеждений, проникнутых гуманизмом и человеколюбием29.
Гуманизация и персоноцентризм в контексте понимания гражданского
права не могут рассматриваться как тождественные понятия, поскольку
гуманизация – одно из направлений гражданско-правового персоноцентризма. Обратная связь здесь также очевидна, поскольку без гуманизации нельзя говорить о гражданско-правовом персоноцентризме. В результате гуманизации общественных отношений системе гражданского
права придаётся новое качественное содержание, позволяющее абстрагироваться от ведущей роли имущественных отношений в гражданском
праве, от экономических стимулов и приоритетов и рассматривать правовую регламентацию прав личности в качестве фундаментальной цели
гражданского права.
Личность, обеспечение свободной реализации прав и законных интересов личности, их всемерная охрана и защита становятся важнейшими целями гражданского права, формирующими основу теории гражданско-правового персоноцентризма как вектора развития и совершенствования системы гражданского права, а также предопределяющими
28
Новая философская энциклопедия: в 4 т. М.: Мысль, 2001. Т.4. С. 319.
См.: Ефремова Т.Ф. Современный толковый словарь русского языка. М.: Рус. яз.,
2000. С. 167.
29
51
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
детерминизм на всех уровнях познания отраслевой системы. Рассмотрение верховенства прав личности в качестве правовой цели представляет собой и попытку создания новой правовой конструкции взаимодействия «права личности – общество – государство», в которой каждый элемент имеет своё значение, а их совокупность доказывает прямую и обратную взаимосвязь между ними, обусловленную потребностями самой системы гражданского права в отраслевом детерминизме.
Список литературы
1. Аренс Г. Юридическая энциклопедия или органическое представление науки права на основных началах этической философии права: пер. с нем. // Юрид. журн. 1861. № 8. С. 443–482.
2. Аристотель. Политика // Сочинения: в 4 т. М.: Мысль, 1984. Т. 4.
830 с.
3. Бердяев Н.А. О назначении человека. Париж: Современные записки, 1931. 320 с.
4. Гоббс Т. Человеческая природа // Избранные произведения: в 2 т.–
М.: Мысль, 1964. Т. 1.
5. Ефремова Т.Ф. Современный толковый словарь русского языка.
М.: Рус. яз., 2000. 544 с.
6. Иеринг Р. Цель в праве. Значение римского права для нового мира /
под ред. В.Р. Лицкой (пер.); пер. с нем. Н.Ф. Дерюжинского, Н.В.
Муравьева. СПб., 1881. 443 с.
7. Комаров С.А., Ростовщиков И.В. Личность. Права и свободы. Политическая система. – СПб.: Изд-во Юридического ин-та, 2002. 320
с.
8. Крусс В.И. Доктринальные инновации в контексте конституционализации российской правовой системы // Конституционное и муниципальное право. 2013. № 4. С. 2–11.
9. Кузнецов А.В. Уголовное право и личность. М.: Юр. лит. 1977. 168
с.
10. Малько А.В., Шундиков К.В. Цели и средства в праве и правовой
политике. – Саратов, 2003. 296 с.
11. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения: в 50 т. М.: Политиздат, 1961. Т.
21. 745 с.
12. Менегетти А. Система и личность. М.: ННБФ «Онтопсихология»,
2007. 342 с.
13. Новая философская энциклопедия: в 4 т. – М.: Мысль, 2001. Т. 4.
736 с.
52
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
14. Орлов С.В., Дмитренко Н.А. Человек и его потребности: учеб. пособие. СПб.: Питер, 2008. 285 с.
15. Пахман С. В. О значении личности в области гражданского права
// Журн. гражд. и уголовн. права. Спб.: Изд-во СанктПетербургского юридического общества. 1883. Кн. 1. Январь. С. 1–
32.
16. Покровский И.А. Абстрактный и конкретный человек перед лицом
гражданского права // Вестн. гражд. права. 1913. № 4. С. 30–50.
17. Толковый словарь русского языка: в 4 т. / под ред. Д.Н. Ушакова.
М.: Советская энциклопедия,1935 – 1940.
18. Цивилизация, культура, личность / под ред. В.Ж. Келле. – М.:
Эдиториал УРСС, 1999. 224 с.
19. Шапп Я. Система германского гражданского права: учебник. М.:
Международные отношения, 2006. 360 с.
20. Шиллинг Ф.А. Естественное право, или Философия права / пер. с
нем. под ред. М. Капустина. – М.: Тип. В. Грачёва и Ко., 1862. 369
с.
21. Эбзеев Б.С. Личность и государство в России: взаимная ответственность и конституционные обязанности. – М.: Норма, 2007. 384
с.
PERSONALITY AS A FACTOR OF DETERMINISM
CIVIL LAW SYSTEM
V.V. Vasilyev
Tver State University
This article discusses the importance of personality for improving system of civil law. From the point of view of the sociology of law and
constitutional legal thinking analyzes the needs rethinking scientific
approaches to the understanding of the supremacy of individual rights
in civil matters.
Keywords: The individual, society, the private interest, the purpose of
civil law, the problem of civil rights, the rule of individual rights, determinism system
53
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Об авторе:
ВАСИЛЬЕВ Владимир Валерьевич – канд. юр. наук, доцент кафедры гражданского права Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: pdvv@mail.ru.
Васильев В.В. Персоноцентризм как фактор детерминизма гражданского права // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 40 - 54.
54
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
2014.
№№
4.4.
С, 55 – 72.
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
2014.
УДК 343.01
РЕАЛИЗАЦИЯ ПРИНЦИПА СПРАВЕДЛИВОСТИ
ПРИ НАЗНАЧЕНИИ НАКАЗАНИЯ КАК ИНДИКАТОР
КАЧЕСТВА УГОЛОВНОГО ЗАКОНА
В.Н. Воронин
Московский государственный юридический университет
имени О.Е. Кутафина
Рассматривая проявление принципа справедливости в институте назначения наказания автор выделяет несколько его компонентов: правовой, социальный и
диспозитивный. На основе изучения судебной практики, иного эмпирического
материала, автор представляет подробную характеристику социального и диспозитивного компонентов принципа справедливости, при этом автором делаются предложения по изменению действующего законодательства.
Ключевые слова: принципы уголовного права, принципы назначения наказания,
справедливость, индивидуализация.
Справедливость представлялась Р. Иегингу «равновесием между
деянием и последствиями его для совершившего это деяние, т. е. между
злым делом и наказанием, между добрым поступком и вознаграждением»1. Выявление сферы действия принципа справедливости применительно к институту назначения наказания вызывает трудности. Это обусловлено и тем, что справедливость является понятием из сферы действия нравственности и в различных социальных науках можно встретить
разные концепции справедливости. В справедливости можно выделить
нравственный, социальный и юридический уровни. По мнению
Т.П. Кленовой, «категория принципа справедливости отличается многоаспектностью, высокой степенью обобщения, и вряд ли было бы уместно давать ей законодательное определение»2. Действительно, трудно
определится с содержанием общеправового принципа справедливости,
поскольку сфера его деятельности очень велика и всеобъемлюща, однако не легче определить, в чем же заключается принцип справедливости
в уголовном праве. Формулировка, нормативное закрепление данного
принципа в статье 6 УК РФ «Наказание и иные меры уголовноправового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и
степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его
1
Рудольф фон-Иеринг. Цель в праве. Т. 1. Пер. с нем. СПб., 1881. С. 176 - 177.
Кленова Г.В. Основы теории кодификации уголовно-правовых норм. Самара, 2001.
С. 73.
2
55
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
совершения и личности виновного» дает повод полагать, что принцип
справедливости реализуется только при назначении наказания и мер
уголовно-правового характера. А.Н. Игнатов, характеризуя принцип
справедливости как принцип отрасли уголовного права отмечает:
«принцип справедливости означает, что суд при назначении наказания
должен руководствоваться не эмоциями, не чувством мести, а объективной оценкой, как совершенного преступления, так и личности виновного. Справедливость, с одной стороны, выражается в соразмерности наказания совершенному деянию и, с другой стороны, в соответствии наказания личности осужденного, то есть всем его отрицательным и
положительным свойствам и качествам, с тем, чтобы посредством этого
наказания можно было достичь его исправления3. Здесь представлено
узкое понимание принципа справедливости уголовного права, основанное на буквальном толковании закона, а именно дефиниции данного
принципа. Существуют и широкие концепции уголовно-правового
принципа справедливости, в частности В.В. Мальцев считает, что
«...принцип справедливости - наиболее насыщенный и широкий в социальном плане - по своим уравнивающей и распределяющей сторонам
предопределяет содержание принципов равенства и гуманизма. Принцип равенства в свою очередь обуславливает основания принципа вины.
Ведь последний есть не что иное как субъективное (внутреннее, психологическое) основание равенства граждан в уголовном праве. Поскольку уголовно-правовое содержание справедливости (как и принцип равенства по отношению к принципу вины) может быть и не исчерпанным
в принципах равенства и гуманизма, не исключается и прямое влияние
справедливости (конечно, и принципа равенства) на принцип законности. Между тем, так или иначе (прямо или опосредованно), все содержательные принципы уголовного права (справедливости, равенства, вины и гуманизма) воздействуют на содержание уголовного законодательства только через посредство формального (служебного, функционального) принципа законности»4. Аналогично широко понимают
принцип справедливости А.В. Бриллиантов и Н.И. Крюкова, которые
пишут, что справедливость является очень емким понятием, включающим в себя многие факторы. Нельзя признать наказание справедливым,
если оно незаконно, если было нарушено равенство граждан перед законом, если наказание является чрезмерно суровым и т. д. Поэтому
можно сказать, что принцип справедливости как бы аккумулирует в се3
Итогов А.Н., Красиков Ю.А. Курс российского уголовного права: В 2 т. Т. I. Общая
часть. М., 2001. С. 12.
4
Мальцев В.В. Принципы уголовного права и их реализация в правоприменительной
деятельности. СПб., 2004. С. 131.
56
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
бе содержание и всех иных принципов5. По нашему мнению, методологически не совсем верно искать один интегрирующий и главенствующий принцип в системе. У каждого принципа своя сфера деятельности и
свои, в том числе законодательные, гарантии и способы реализации,
выделение одного главного принципа дискредитирует остальные, разрушает систему, ее внутреннее единство. По «вертикали» есть необходимость делить различные уголовно-правовые принципы, только по отношению к элементам системы права. Верно отмечает Ю.С. Жариков
что «нужно делать акцент не на иерархии принципиальных положений
УК РФ, т. е. доминировании одного принципа над другим и значимости
конкретного положения для уголовного законодательства, а на внутреннем единстве сформулированных в уголовном законе правовых идей и
их взаимной дополняемости, поскольку задачи, стоящие перед уголовным правом, и его функции решаются на основе принципов, т. е. основных, исходных начал, в соответствии с которыми строится как его система, так и в целом уголовно-правовое регулирование»6. Что же касается подразделения концепций уголовно-правового принципа справедливости на «узкие» и «широкие», то их отличие, на наш взгляд, следует
искать сообразно тому, чем больше морально-нравственного и социального компонентов переносится в правовую сферу понятия справедливости. Иными словами – концепции, понимающие принцип справедливости уголовного права широко, включают в ее содержание много неюридических, а нравственных или социальных, в целом не относящегося к
праву компонентов, приписывают этому принципу несвойственные для
уголовно-правового явления черты. Если же вернуться к ограничительным концепциям справедливости, то следует сказать, что необходимость буквального толкования текста уголовного закона неравнозначна
буквальному толкованию норм-принципов. Принципы права как раз
призваны помогать правоприменителю выявить истинную волю законодателя и в соответствии с ней точно применить норму уголовного закона, принципы сами по себе являются ориентирами, руководящими началами, в том числе и для осуществления толкования правовых норм.
Тот факт, что законодатель посчитал необходимым закрепить содержание принципов в том или ином виде в тексте уголовного закона не может влиять на их истинное содержание, не может ограничивать их сферу деятельности. Так и с принципом справедливости – он выходит дале-
5
Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учеб. / под ред. А.В. Бриллиантова. М.: Проспект, 2010. С. 25.
6
Жариков Ю. С. Теория и практика обеспечения и охраны законности в сфере уголовно-правового регулирования. М., 2010. С. 70
57
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ко за рамки применения наказания и иных мер уголовно-правового характера.
Оптимальная модель принципа справедливости в уголовном праве
предложена еще В.Н. Кудрявцевым и С.Г. Келиной, которые писали,
что принцип справедливости в уголовном праве отнюдь не сводится
только к проблеме назначения справедливого наказания. Обсуждая аспекты принципа справедливости, обозначенные авторы выделяют три
уровня его проявления в уголовном праве: 1) справедливость назначения наказания, 2) определение справедливой санкции за деяние, которое
запрещается уголовным законом, 3) справедливость при формировании
круга преступных деяний7. К сказанному можно добавить положение,
предложенное К.А. Сычем: «Принцип справедливости, положенный в
основание законодательной модели регулирования общественных отношений, должен, на наш взгляд, предполагать такой правовой порядок,
в котором нашлось бы место вопросу восстановления нарушенных прав
и интересов потерпевшего, возмещения морального, физического, имущественного и иного вреда последнему»8, и действительно, поскольку
справедливость мы понимаем, в том числе, как равновесие, то вопрос о
восстановлении нарушенных прав потерпевшего в результате действия
принципа справедливости будет правильным проявлением диспозитивности как компонента обсуждаемого принципа.
Представляется, что справедливость назначения наказания определяется, в большей мере, характером и степенью общественной опасности содеянного, поскольку на основании требования справедливости
происходит дифференциация ответственности, также на основании требования справедливости законодателем происходит посторенние санкций, и все эти процессы касаются именно характера и степени общественной опасности самого преступления, на данных этапах о личности
виновного еще не ведется речь. Следовательно, реализация справедливости на этапе назначения наказания должна быть логичным продолжением функционирования общего уголовно-правового принципа справедливости. Достижение справедливости ординарными уголовноправовыми средствами на этапе назначения наказания затруднительно,
если изначально законодателем определены несправедливые рамки наказуемости деяния. Предпосылки для не достижения справедливости
уже заложены законодателем в уголовном законе. Отметим, к примеру,
что санкция ч. 2 ст. 291 УКРФ, предусматривающей ответственность за
7
Кудрявцев В.Н., Келина С. Г. О принципах советского уголовного права // Проблемы
советской уголовной политики. Владивосток, 1985. С. 9 - 10.
8
Сыч К. А. Уголовное наказание и его состав (Теоретико-методологические аспекты
исследования): Дис. ... д-ра юрид. наук: 12.00.08: Рязань, 2001. С. 204.
58
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
дачу взятки в значительном размере в своей санкции среди иных видов
наказаний содержат лишение свободы на срок до трех лет. Появившаяся
в связи с принятием Федерального закон от 04.05.2011 № 97-ФЗ9 ст.
2911 УК РФ в части первой предусматривает ответственность за посредничество во взяточничестве, в том числе и в передаче взятки в значительном размере, в своей санкции содержит лишение свободы на срок
до пяти лет. Таким образом, можно отметить, что действия исполнителя
наказываются суровее, чем действия иных соучастников. Такую позицию занимает и Верховный суд РФ в Кассационном определении от
09.08.2012 № 48-О12-65 указал, что «согласно общим нормам, закрепляющим положения об ответственности соучастников преступления (гл.
7 УК РФ), действия пособника представляют меньшую степень общественной опасности, нежели действия исполнителя этого преступления».
Обратная ситуация складывается применительно к некоторым преступлениям против общественной безопасности: статья 205 УК РФ предусматривает ответственность за террористический акт и устанавливает
наказание в виде лишения свободы на срок от восьми до пятнадцати
лет, а пособничество в совершении преступления, предусмотренного
статьей 205 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 2051 наказывается лишением свободы на срок от восьми до двадцати лет. Получается что действия
пособника в совершении террористического акта могут быть наказаны
гораздо строже чем действия непосредственного исполнителя – это противоречит принципу справедливости. При этом если представить себе
абсолютно определенную санкцию наказание в которой будет определено с учетом характера и степени общественной опасности деяния
верно, такая ситуация однако будет исключать возможность индивидуализации и учета личности, и скорее всего, приведет в конечном итоге к несправедливости назначенного наказания.
Не представляется возможным согласится с З.М. Салиховым, который утверждает «Законодатель указывает в ч. 2 ст. 43 УК РФ на социальный характер справедливости совсем не случайно. В процессе индивидуализации наказания суд исходит не только из интересов осужденного, но и учитывает интересы потерпевшего и общества в целом»10. По
нашему мнению, из интересов общества в целом суд исходит не в процессе индивидуализации, а в процессе реализации принципа справедливости при назначении наказания. Прав в этом отношении М.Т. Тащилин
«При назначении наказания, отвечающего принципу справедливости,
судьи обязаны понимать социальные нужды, учитывать социально9
Федеральный закон от 04.05.2011 № 97-ФЗ // СЗ РФ. 2011. № 19. Ст. 2714.
Салихов З.М. Индивидуализация наказания при его назначении судом по российскому уголовному праву: дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. Казань, 2003. С. 99 - 101.
10
59
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
экономическую обстановку»11. Так огромный общественный резонанс
вызвал приговор, вынесенный 17 августа 2012 года Хамовническим
районном судом города Москвы по обвинению Толоконниковой Н.А.,
Самуцевич Е.С., Алехиной М.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 213 УК РФ. Согласно данному приговору суд признал обвиняемых виновными и назначил им наказание в виде лишения
свободы сроком на 2 года12. Оставляя в стороне политическую подоплёку данного дела и вопросы уголовно-правовой квалификации, отметим,
что общественный отклик вызвала суровость назначенного наказания.
Общество было не готово к тому, что суд назначит обвиняемым наказание в виде лишения свободы. Была ли социальная нужда в столь суровом наказании? По вопросу справедливости приговора высказывались
различные политические и общественные деятели, проводились опросы
общественного мнения. Левада-Центр 22 марта 2012 года обнародовал
данные опроса «Как вы считаете, от 2 до 7 лет лишения свободы, которые грозят участницам этой («Pussy Riot») группы за «концерт» в храме
Христа Спасителя, было бы адекватным или чрезмерным наказанием за
эту акцию?». 46 % опрошенных назвали грозящее наказание адекватным, 35 % считают этот срок чрезмерным13. Данные Всероссийского
центра изучения общественного мнения о том, как россияне оценивают
«панк-молебен» группы Pussy Riot и как, по мнению респондентов, следует наказать девушек за эту акцию выглядят следующим образом:
86 % россиян считают, что Pussy Riot нужно наказать. Но реальный тюремный срок призывают им дать только 10 %14. Общественные деятели
также были единодушны в своих высказываниях относительно наказания обвиняемым: Российский писатель Борис Стругацкий подчеркнул,
что «власть отреагировала на инцидент настолько неадекватно, настолько бездарно, настолько бюрократически тупо, что вместо отвращения к хулиганам вызвала отвращение к себе и к нашей доблестной
11
Тащилин М.Т. Назначение наказания судом с участием присяжных заседателей по
уголовному праву Российской Федерации: дис. ... докт. юрид. наук: 12.00.08. Казань,
2002. С. 29
12
Сайт
Хамовнического
районного
суда
г.
Москвы.
URL:
http://hamovnichesky.msk.sudrf.ru/modules.php?name=sud_delo&srv_num=1&name_op=d
oc&number=117671859&delo_id=1540006&new=0&text_number=1 (Дата обращения
23.04.2014 г.).
13
Акции групп «FEMEN» и «PUSSY RIOТ» // Сайт Левада-центр. URL:
http://www.levada.ru/22-03-2012/aktsii-grupp-femen-i-pussy-riot
(Дата
обращения
23.04.2014 г.).
14
Хулиганки из «pussy riot»: посадить? Оштрафовать? Отпустить? // Сайт ВЦИОМ.
URL: http://wciom.ru/index.php?id=459&uid=112690 (Дата обращения 23.04.2014 г.).
60
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
юстиции»15. Директор Государственного музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина Ирина Антонова, не одобряя акции панкгруппы, высказалась о том, что за это сажать молодых женщин в тюрьму — «ненормально»16. Даже представители политической власти высказывались против сурового наказания обвиняемых по данному делу:
Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко назвала панкмолебен в храме Христа Спасителя «возмутительным» и «безнравственным» поступком и заявила, что их можно и отпустить, несмотря на
всю безнравственность их поступка17, Министр юстиции РФ Александр
Коновалов заявил, что обвиняемые по указанному делу «заслуживают
наказания, но не связанного с реальным лишением свободы»18.
В данной связи интересны рассуждения Т.В. Кленовой, которая отмечает: «характерна конфликтная реакция общества летом 2010 г. на
приговоры по уголовным делам в отношении Кругловой и Шавенковой.
Центральный районный суд г. Тольятти 19 июля 2010 г. признал Крутову виновной в преступлении, предусмотренном ч, 4 ст. 159 УК РФ, и
назначил ей реальное наказание в виде лишения свободы сроком на три
года с отбыванием в колонии общего режима, хотя у Кругловой четверо
малолетних детей и на момент вынесения приговора она была беременна пятым ребенком. В средствах массовой информации, прежде всего в
сети Интернет, заговорили об избирательности отечественной судебной
системы, сравнивай дело Кругловой с делом Шавенковой, рассмотренным 17 августа того же года Кировским районным судом г. Иркутска.
Шавенкова была осуждена по ч. 3 ст. 264 УК РФ к трем годам лишения
свободы и, учитывая наличие ребенка двухлетнего возраста, суд отсрочил исполнение приговора до исполнения сыну подсудимой 14 лет. По
мнению общественности, приговор в отношении Шавенковой был необоснованно мягким, и мягкость этого приговора объясняли лишь тем,
что Шавенкова - дочь председателя Иркутского облизбиркома. Самарский областной суд изменил приговор в отношении Кругловой, отсрочив ее наказание на 12 лет, и очевидно, что сделал это в связи со сложившейся обстановкой социальной напряженности»19. Автор рассмат15
Сайт «Эхо Москвы». URL: http://www.echo.msk.ru/news/920087-echo.html (Дата обращения 23.04.2014 г.).
16
Сайт «Известия». URL: http://izvestia.ru/news/553161 (Дата обращения 23.04.2014 г.).
17
Сайт
«Ведомости».
URL:
http://www.vedomosti.ru/politics/news/1678009/matvienko_otpustila_by_pussy_riot (Дата
обращения 23.04.2014 г.)
18
Сайт «деловая газета Взгляд». URL: http://vz.ru/news/2012/4/4/572894.html (Дата обращения 23.04.2014 г.).
19
Кленова Т.В. Проблема равенства в уголовном праве // Российский судья. 2011. № 7.
С. 36.
61
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ривает данную ситуацию через призму принципа равенства, однако, более заметны здесь именно нарушения принципа справедливости при назначении наказания, ведь в одном случае назначено чрезмерно суровое
наказание, в другом – слишком мягкое, причиной же нарушения принципа справедливости стало социальное положение виновных, у одной
из которых оно более благополучное чем у другой.
Несомненно, несправедливое наказание получает отклик в обществе, но это касается резонансных уголовных дел, у государства же нет
возможности проводить общественную экспертизу по каждому приговору, это нарушило бы многие основы правосудия, поэтому задача выяснения общественной реакции на назначаемое наказание ложится на
плечи судьи и входит в его деятельность по назначению наказания, по
воплощению принципа справедливости при назначении наказания. Согласимся с С.А. Галактионовым, что «несправедливое наказание воспринимается обществом гораздо болезненнее, чем несправедливая награда. Судья, вынося несправедливое наказание, подрывает веру общества в правосудие, поэтому значение принципа справедливости для уголовного права особенно велико»20. Как верно отмечает Д.М. Молчанов
рассуждая о цели наказания – восстановление социальной справедливости, которую, по его мнению, можно видеть не только в том, чтобы приговор удовлетворил большинство населения, а в том, чтобы суд, назначая наказание, был убежден, что именно это наказание и именно в этом
объеме соответствует жизненным интересам общества и государства.
Возможны разные соотношения в понимании справедливости судом и
обществом. 1. Суд верно понял жизненные интересы, а общество их
оценивает неверно. Тогда приговор фактически справедлив, а обществом воспринимается как несправедливый. 2. Суд неверно понял жизненные интересы общества, и общество само не понимает свои жизненные интересы. Тогда приговор фактически несправедлив, но судом и
обществом оценивается как справедливый. 3. Общество верно понимает
свои жизненные интересы, а суд выносит решения вопреки интересам
общества. Тогда приговор несправедлив, а общество вынуждено подчиниться формально законному, но несправедливому решению. 4. И, наконец, идеальный случай, когда и суд и общество верно оценивают
жизненные интересы народа, страны, общества. Тогда приговор и фактически и по восприятию его и судом, и обществом оказывается спра-
20
Галактионов С.А. Принцип справедливости: Уголовно-правовой аспект: дис. ... канд.
юрид. наук: 12.00.08. Рязань, 2004. С. 78.
62
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ведливым»21 однако автор также задается вопросом, как же достичь этого идеала? Нам представляется, что если идеальная конструкция достижима, то на данном этапе развития общества предложить критерии или
механизм ее достижения невозможно, однако смысл идеала в том, что к
нему необходимо стремится – это вектор нормального поступательного
развития.
Наконец, обратимся к диспозитивной составляющей принципа
справедливости при назначении наказания. Мы связываем данный компонент с отношением потерпевшего к мере наказания, назначенной виновному, а также с возможностями потерпевшего повлиять каким-либо
образом на назначаемое наказание. А.Ф. Бернер по поводу справедливости писал следующее: «Преступлением оскорбляется общая воля (закон,
общество, государство), но обыкновенно, кроме того, им оскорбляется и
отдельная воля (лицо, пострадавшее от преступления). Как та, так и
другая должны быть удовлетворены, то есть наказание должно возвратить как обществу, так и пострадавшему лицу чувство и сознание господства справедливости. Если преступление оскорбило преимущественно общественную волю, то и наказание должно быть направлено на
удовлетворение последней»22.
Перечисляя обстоятельства, которые суды учитывают при назначении наказания, следует отметить, что в судебной практике не последнее
место отводится позиции потерпевшего относительно наказания, назначаемого виновному. Не совсем ясна правовая основа, в соответствии с
которой суды учитывают мнение потерпевшего. Примирение с потерпевшим является фактически единственным институтом уголовного
права, в соответствии с нормами которого у потерпевшего есть возможность повлиять на реализацию уголовной ответственности, однако это
институт имеет крайне ограниченную сферу действия. В случае же невозможности освободить виновного от уголовной ответственности по
указанному основанию суды поступают следующим образом: так суд
указал, что мнение потерпевшего не назначать Щ. наказание в виде реального лишения свободы, высказанное им в судебных прениях, заявление потерпевшего о примирении со Щ. принималось судом во внимание
при назначении осужденному наказания, в достаточной степени учтено
судом, явилось одним из оснований назначения осужденному наказания
на срок, близкий к минимальному, без штрафа и без ограничения свобо21
Молчанов Д.М. Восстановление социальной справедливости как цель наказания //
Уголовное право стратегия развития в XXI веке: материалы XI Международной научно-практической конференции (30 - 31 января 2014 г.). М.: Проспект, 2014. С. 194.
22
Бернер А.Ф. Учебник уголовного права. Части Общая и Особенная. СПб., 1865. С.
560.
63
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ды. В силу ст. 76 УК РФ уголовное дело о совершении тяжкого преступления, к каковым относится ст. 161 ч. 2 п. п. "а, г" УК РФ, прекращению в связи с примирением с потерпевшим не подлежит23. Следовательно, в судебной практике признается влияние мнения потерпевшего
на назначенное наказание, однако чаще это касается просьб потерпевшего строго не наказывать преступника. Такого рода обстоятельства
суды нередко признают смягчающими по собственному усмотрению на
основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, например, так, суд апелляционной инстанции посчитал возможным смягчить назначенное осужденному М.В. наказание и назначить ему наказание, не связанное с лишением свободы, а
именно: штраф. Были учтены «смягчающие обстоятельства: полное
признание М.В. своей вины и раскаяние в содеянном, его молодой возраст, то, что он является студентом ВУЗа, отсутствие по делу отягчающих обстоятельств, а также мнение потерпевших. Они не имеют претензий к осужденному, считают, что он осознал содеянное и исправился, поэтому просят о назначении ему наказания, не связанного с лишением свободы»24.
Однако, далеко не всегда жертвы преступлений обращаются к суду
с просьбой не назначать виновному строгое наказание, не редкость и
обратная ситуация: так, судебная коллегия, вопреки доводам жалобы,
отмечает, что суд первой инстанции, при назначении наказания учел
мнение потерпевшей, которая возражала против рассмотрения уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства и просила о назначении И. строгого наказания25. В данном случае апелляционная инстанция согласилась с правильностью учета мнения потерпевшего о назначении сурового наказания виновному и отказалась смягчить приговор. Однако более распространены в практике другие случаи, когда при
пересмотре судебных актов в связи с несправедливостью назначенного
наказания вышестоящие судебные инстанции отмечают: «При назначении наказания подсудимому, суд учел мнение потерпевшего А., настаивающего на строгом наказании, что не предусмотрено положениями ст.
60 УК РФ, в связи с чем данный вывод суда первой инстанции подлежит исключению из описательно - мотивировочной части приговора,
что не влечет за собой смягчение назначенного наказания, которое яв-
23
Определение Санкт-Петербургского городского суда от 19.10.2011 № 22-6413/402 //
СПС «КонсультантПлюс».
24
Апелляционное постановление Московского городского суда от 19.11.2013 № 1011723/13 // СПС «КонсультантПлюс».
25
Апелляционное определение Московского городского суда от 02.07.2013 по делу №
10-4599/2013 // СПС «КонсультатнПлюс».
64
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ляется справедливым»26. Если в приведенном выше примере наказание
виновному не смягчено, то существуют случаи, когда следствием исключения из приговора информации, об учете мнения потерпевшего
становится смягчение меры наказания: так суд апелляционной инстанции смягчил наказание, назначенное В., посчитав, что судом первой инстанции были нарушены требования ст. 60 УК РФ, выразившееся в учете мнения потерпевших, которые, согласно протоколу судебного заседания, настаивали на строгом наказании виновного27.
Существует иной подход к влиянию мнения потерпевшего на наказание: некоторые суды учитывают мнение потерпевшего о строгом наказании в виде отягчающего обстоятельства, что прямо противоречит
указанию Верховного Суда Российской Федерации: «В соответствии со
статьей 63 УК РФ перечень отягчающих наказание обстоятельств является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит»28.
Так, назначенное Т. наказание по ч. 4 ст. 111 УК РФ смягчено до 6 лет
11 месяцев лишения свободы в связи с исключением из описательно –
мотивировочной части приговора отягчающего обстоятельства, связанного с просьбой потерпевшего о назначении виновному строгого наказания, поскольку установленный ст.63 УК РФ перечень отягчающих наказание обстоятельств является исчерпывающим и расширительному
толкованию не подлежит»29.
Подробное разъяснение схожей ситуации мы находим в п. 2 Обзора
Судебной Практики Челябинского областного суда за второй квартал
2013 года: ссылка в приговоре на учет мнения потерпевшего о назначении подсудимому строгого наказания не согласуется с положениями
уголовного законодательства, предусмотренными статьями 6, 60, 63 УК
РФ, в которых перечислены обстоятельства, подлежащие учету при назначении наказания судом. В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ такими
обстоятельствами являются: характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства,
смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного
26
Кассационное определение Оренбургского областного суда от 26.07.2012 № 223350/2012 // СПС «КонсультатнПлюс».
27
Постановление Президиума Алтайского краевого суда от 03.12.2013 по делу № 44у270 // СПС «КонсультатнПлюс».
28
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.01.2007 № 2 «О практике назначения Судами Российской Федерации уголовного наказания» // Бюллетень Верховного
Суда РФ. 2007. № 4.
29
Обобщение судебной практики качества рассмотрения Сибайским городским судом
Республики Башкортостан уголовных дел за 12 месяцев 2012// <Официальный сайт
Сибайского городского суда РБ> http://sibaisky.bkr.sudrf.ru/ (дата обращения:
29.03.2014).
65
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Мнение потерпевшего о наказании подсудимого не отнесено законодателем к обстоятельствам, отягчающим наказание, перечень которых установлен ст. 63 УК РФ и является исчерпывающим. Вместе с тем, поскольку перечень обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого,
предусмотренный ст. 61 УК РФ, не является исчерпывающим, то мнение потерпевшего о назначении подсудимому мягкого наказания может
быть учтено судом при назначении последнему наказания30.
В судебной практике возникает парадоксальная ситуация, и, самое
интересное, что судей нельзя упрекнуть в массовых нарушениях, поскольку они действуют в соответствии с буквой закона. Действительно,
ст. 6 УК РФ, умалчивает относительно влияния на назначенное наказание мнения потерпевшего, также и ч. 3 ст. 60 УК РФ, перечисляющая
критерии индивидуализации наказания, о мнении потерпевшего ничего
не говорит – следовательно, у судов нет формальных оснований, а главное, обязанности, каким-либо образом выяснять мнение потерпевшего
при назначении наказания, и уж, тем более, согласовывать с потерпевшим меру наказания.
Несогласованность судебной практики по данному вопросу может
быть также вызвана тем фактом, что список смягчающих обстоятельств
является открытым, и в числе смягчающих обстоятельств, признаваемых таковыми судом по своему усмотрению, часто оказывается просьбы потерпевшего о снисходительном отношении к виновному. Если же
потерпевший просит назначить преступнику суровое наказание, то в силу закрытого перечня отягчающих обстоятельств, учесть его невозможно, следовательно, у суда есть возможность учитывать только просьбы
потерпевшего о снисхождении к виновному. Получается, учет мнения
потерпевшего может быть только односторонним, не может влиять на
наказание в сторону его отягчения. Как же в таких условиях реализуется
принцип справедливости при назначении наказания? Прежде чем ответить на этот вопрос, обратимся к анализу позиции Конституционного
Суда Российской Федерации, выраженной, в том числе, в Постановлении от 18.03.2014 № 5-П, где написано следующее: «обязанность государства обеспечивать права потерпевших от преступлений не предполагает наделение их правом определять необходимость осуществления
публичного уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственно30
Обзор Судебной Практики Челябинского областного суда за второй квартал 2013
года Утвержден Президиумом Челябинского областного суда 04 сентября 2013 года //
Официальный
сайт
Металлургического
районного
суда
г. Челябинска.
http://metal.chel.sudrf.ru/ (дата обращения: 29.03.2014).
66
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
сти и наказания – такое право в силу публичного характера уголовноправовых отношений принадлежит только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов; юридическая ответственность, если она выходит за рамки восстановления нарушенных неправомерным деянием прав и законных интересов потерпевших, включая возмещение причиненного этим деянием вреда, является средством
публично-правового реагирования на правонарушающее поведение, в
связи с чем вид и мера ответственности лица, совершившего правонарушение, должны определяться исходя из публично-правовых интересов, а не частных интересов потерпевшего»31.
В данной связи прокомментируем, что орган конституционного
правосудия отрицает распространение частноправовых, диспозитивных
начал на столь традиционно публичную сферу как уголовное право.
Даже возмещение вреда, причиненного преступлением, Конституционный Суд Российской Федерации называет «средством публичноправового реагирования», исключая из данной сферы потерпевшего.
Учитывая подобную позицию, вполне последовательно выглядят массовые случаи исключения из приговоров указаний на просьбу потерпевшего назначить строгое наказание, однако раз потерпевший не вправе
определять пределы уголовно-правового воздействия, то учитывать его
мнение не стоит и применительно к смягчению наказания, что с учетом
уголовного законодательства и сложившейся судебной практики считается вполне допустимым. При всем сказанном мы считаем, что справедливость наказания, как категория социально-правовая, должна определятся с учетом общественного отклика на наказание, и первым членом
общества, кто вправе оценить меру наказания должен явится именно
потерпевший и его семья. Как сохранить здесь баланс частного и публичного? Согласимся с М.Н. Становским: «Социальная справедливость,
с позиции потерпевшего, заключается: 1) в назначении осужденному
наказания в соответствии с законом и с учетом тяжести содеянного и
его последствий; 2) возмещении в полном объеме материального ущерба, причиненного преступлением и 3) компенсации морального вреда в
соответствии с правилами ст. 151 ГК РФ»32.
Потерпевшим от преступления в науке предлагается считать субъекта охраняемых уголовным законом общественных отношений, чьи
права нарушены путем причинения вреда, предусмотренного уголов31
Постановление Конституционного Суда РФ от 18.03.2014 № 5-П «По делу о проверке конституционности части второй.1 статьи 399 Уголовно-процессуального кодекса
Российской Федерации в связи с запросом Кетовского районного суда Курганской
области» // РГ. 2014. № 71.
32
Становский М.Н. Назначение наказания. СПб., 1999. С. 19.
67
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ным законом, или угрозой причинения вреда33. Характер вреда, причиненного преступлением, традиционно подразделяется на вред физический, материальный и моральный. Таким образом, согласимся с позицией Конституционного Суда РФ, что назначение наказания – сфера исключительного публично-правового реагирования на преступление.
Вместе с тем нельзя не прислушаться к мнению Э.Л. Сидоренко: «нужно признать существование частных начал в уголовном праве и на этой
основе определить зону гарантированной свободы личности от произвольного вмешательства третьих лиц и государства, установить разумные пределы реализации свободы частного лица в уголовных правоотношениях»34. Применительно к учету мнения потерпевшего при назначении наказания такие «разумные пределе реализации свободы» потерпевшего должны быть связаны с характером причиненного вреда и его
наличием на момент назначения виновному наказания. Если причиненный потерпевшему вред не заглажен и виновный не предпринимал попыток его загладить, у потерпевшего должно остаться право сообщить о
данном факте суду и попросить о строгом наказании виновного, если же
вред объективно больше не существует, то социальная справедливость в
своем диспозитивном компоненте должна считаться восстановленной.
Применительно к обсуждаемой проблеме И.А. Фаргиев предложил
изложить ч. 1 ст. 6 УК РФ в следующей редакции: «1. Наказание и иные
меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, а также направлены на восстановление нарушенных законных прав и интересов потерпевшего»; <…> предлагается дополнить ст. 60 УК РФ частью 4 следующего содержания: «При назначении наказания мнение потерпевшего от преступления может учитываться с учетом обстоятельств, указанных в части 3 настоящей статьи»35. Поскольку мы считаем мнение потерпевшего компонентом принципа справедливости назначения наказания, то вполне логичным было бы включить его в ч. 1 ст. 6 УК РФ, в таком случае мы можем полноправно говорить о мнении потерпевшего
как составляющей принципа справедливости. Помимо предложенных
изменений законодательства, выходом из ситуации, сложившейся в су33
Анощенкова С.В. Уголовно-правовое учение о потерпевшем / отв. ред.: Н. А. Лопашенко. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 113.
34
Сидоренко Э. Л. Диспозитивность как режим уголовно-правового регулирования:
автореф. дис. … д-ра юрид. наук. 12.00.08. М., 2013. С. 4.
35
Фаргиев И. А. Учение о потерпевшем в уголовном праве России: автореф. дис. … дра юрид. наук. 12.00.08. М., 2005. С. 14.
68
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
дебной практике, станет закрепление в перечне отягчающих обстоятельств такого, которое будет касаться учета просьбы потерпевшего назначить суровое наказание виновному. Однако, чтобы такого рода
просьбы не превратились в произвол и излишнюю месть со стороны потерпевших, необходимо предусмотреть дополнительные условия применения этого отягчающего обстоятельства, а именно применять его
только когда вред, причиненный преступлением виновным не заглажен
ни полностью ни частично к моменту назначения наказания.
Исходя из изложенного принцип справедливости института назначения наказания состоит из нескольких компонентов, первый из которых касается обязательной индивидуализации наказания, являющейся
«каркасом» требования справедливости, поскольку справедливость и
индивидуализация не существуют одно без другого, на что указывает и
законодатель, определяя «точки соприкосновения» данных принципов
при помощи однообразных, сходных критериев (ч. 3 ст. 60 УК РФ и ч. 1
ст. 6 УК РФ). Данные критерии полностью определяют правовое содержание принципа справедливости назначения наказания, следовательно,
данный компонент мы назовем правовым.
Согласимся с высказыванием И.А. Ильина «справедливость не
обеспечивается общими правилами; она требует еще справедливых людей. Она требует не только удовлетворительных законов, но еще живого
человеческого искания и творчества. Если в стране нет живого и справедливого правосознания, то ей не помогут никакие и даже самые совершенные законы. Тут нужны не «правила», а верное настроение души
— необходима воля к справедливости. А если ее нет, то самые лучшие
законы, начертанные мудрецом или гением, будут только прикрывать
язвы творимых несправедливостей»36. В связи со сказанным отметим,
что при рассмотрении принципа справедливости назначения наказания
необходимо выделить социальный аспект, связанный с общественной
оценкой назначенной меры наказания. И последний компонент справедливости назначения наказания предлагаем называть диспозитивным.
Данный компонент связан с оценкой потерпевшим меры наказания назначенной виновному, также сюда включается комплекс правовых
средств, при помощи которых потерпевший имеет возможность оказать
влияние на назначаемое наказание.
Работа проводилась при финансовой поддержке Министерства образования
и науки в рамках проектной части государственного задания на выполнение
НИР по проекту 1503.
36
Ильин И.А. Наши задачи - Историческая судьба и будущее России, статьи 19481954 годов. М.: МП «Рарог», 1992. С. 56.
69
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Список литературы
1. Анощенкова С.В. Уголовно-правовое учение о потерпевшем; отв.
ред.: Н. А. Лопашенко. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 113.
2. Апелляционное определение Московского городского суда от
02.07.2013 по делу № 10-4599/2013 // СПС «КонсультатнПлюс».
3. Апелляционное постановление Московского городского суда от
19.11.2013 № 10-11723/13 // СПС «КонсультантПлюс».
4. Бернер А.Ф. Учебник уголовного права. Части Общая и Особенная.
СПб., 1865. С. 560.
5. Галактионов С.А. Принцип справедливости: Уголовно-правовой
аспект: дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. Рязань, 2004. С. 78
6. Жариков Ю. С. Теория и практика обеспечения и охраны законности в сфере уголовно-правового регулирования. М., 2010. С. 70
7. Ильин И.А. Наши задачи - Историческая судьба и будущее России,
статьи 1948 - 1954 годов. М.: МП «Рарог», 1992. С. 56.
8. Итогов А.Н., Красиков Ю.А. Курс российского уголовного права:
В 2 т. Т. I. Общая часть. М., 2001. С. 12.
9. Кассационное определение Оренбургского областного суда от
26.07.2012 № 22-3350/2012 // СПС «КонсультатнПлюс».
10. Кленова Г.В. Основы теории кодификации уголовно-правовых
норм. Самара, 2001. С. 73.
11. Кленова Т.В. Проблема равенства в уголовном праве// Российский
судья. 2011. № 7. С. 36.
12. Кудрявцев В.Н., Келина С. Г. О принципах советского уголовного
права // Проблемы советской уголовной политики. Владивосток,
1985. С. 9 - 10.
13. Мальцев В.В. Принципы уголовного права и их реализация в правоприменительной деятельности. СПб., 2004. С. 131.
14. Молчанов Д.М. Восстановление социальной справедливости как
цель наказания // Уголовное право стратегия развития в XXI веке:
материалы XI Международной научно-практической конференции
(30-31 января 2014 г.). М.: Проспект, 2014. С 194.
15. Обзор Судебной Практики Челябинского областного суда за второй квартал 2013 года Утвержден Президиумом Челябинского областного суда 04 сентября 2013 года // <Официальный сайт Металлургического
районного
суда
г.
Челябинска
>
http://metal.chel.sudrf.ru/ (дата обращения: 29.03.2014).
16. Обобщение судебной практики качества рассмотрения Сибайским
городским судом Республики Башкортостан уголовных дел за 12
месяцев 2012// <Официальный сайт Сибайского городского суда
РБ> http://sibaisky.bkr.sudrf.ru/ (дата обращения: 29.03.2014).
70
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
17. Определение Санкт-Петербургского городского суда от 19.10.2011
№ 22-6413/402 // СПС «КонсультантПлюс».
18. Постановление Конституционного Суда РФ от 18.03.2014 № 5-П
«По делу о проверке конституционности части второй.1 статьи 399
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи
с запросом Кетовского районного суда Курганской области» // РГ.
2014. № 71.
19. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.01.2007 № 2
«О практике назначения Судами Российской Федерации уголовного наказания» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. № 4.
20. Постановление Президиума Алтайского краевого суда от
03.12.2013 по делу № 44у-270 // СПС «КонсультатнПлюс».
21. Рудольф фон-Иеринг. Цель в праве. Т. 1. Пер. с нем. СПб., 1881. С.
176 - 177.
22. Салихов З.М. Индивидуализация наказания при его назначении судом по российскому уголовному праву: дис. ... канд. юрид. наук:
12.00.08. Казань, 2003. С. 99 - 101.
23. Сидоренко Э.Л. Диспозитивность как режим уголовно-правового
регулирования: автореф. дисс. на соискание ученой степени доктора юридических наук. 12.00.08. М., 2013. С. 4.
24. Становский М.Н. Назначение наказания. СПб., 1999. С. 19.
25. Сыч К. А. Уголовное наказание и его состав (Теоретикометодологические аспекты исследования): Дис. ... д-ра юрид. наук:
12.00.08: Рязань, 2001. С. 204.
26. Тащилин М.Т. Назначение наказания судом с участием присяжных
заседателей по уголовному праву Российской Федерации: дис. ... дра юрид. наук: 12.00.08. Казань, 2002. С. 29
27. Уголовное право России. Части Общая и Особенная: учеб. / под
ред. А.В. Бриллиантова. М.: Проспект, 2010. С. 25.
28. Фаргиев И. А. Учение о потерпевшем в уголовном праве России:
автореф. дис. … д-ра юрид. наук. 12.00.08. М., 2005. С. 14.
29. Федеральный закон от 04.05.2011 № 97-ФЗ // СЗ РФ. 2011. № 19.
ст. 2714,
30. Хулиганки из «pussy riot»: посадить? Оштрафовать? Отпустить? //<
Сайт ВЦИОМ > URL: http://wciom.ru/index.php?id=459&uid=112690
(Дата обращения 23.04.2014 г.).
31. Сайт Хамовнического районного суда г. Москвы. URL:
http://hamovnichesky.msk.sudrf.ru/ (Дата обращения 23.04.2014 г.).
32. Сайт «Ведомости». URL: http://www.vedomosti.ru/politics/news/ (Дата обращения 23.04.2014 г.)
71
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
33. Сайт
«деловая
газета
Взгляд».
URL:
http://vz.ru/news/2012/4/4/572894.html (Дата обращения 23.04.2014
г.).
34. Сайт «Известия». URL: http://izvestia.ru/news/553161 (Дата обращения 23.04.2014 г.).
35. Сайт «Эхо Москвы». URL: http://www.echo.msk.ru/news/920087echo.html (Дата обращения 23.04.2014 г.).
36. Акции групп «FEMEN» и «PUSSY RIOТ» // Сайт Левада-центр.
URL: http://www.levada.ru/22-03-2012/aktsii-grupp-femen-i-pussy-riot
(Дата обращения 23.04.2014 г.).
IMPLEMENTATION OF JUSTICE WHEN SENTENCING AS AN
INDICATOR QUALITY OF THE CRIMINAL LAW
Voronin V.N.
Moscow State University of Law OE Kutafin
Considering the manifestation of the principle of fairness in sentencing Institute , the
author identifies several of its components : legal, social and dispositive . Based on a
study of judicial practice , other empirical data , the author presents a detailed description of the components of social and dispositive principle of justice , while the author
made proposals to amend the current legislation.
Keywords: principles of criminal law, the principles of sentencin , justice , individualization.
Об авторе:
ВОРОНИН Вячеслав Николаевич - аспирант кафедры уголовного
права Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА) (123995, Москва, Садовая-Кудринская ул.,
дом 9), e-mail: voronin.w.n@ya.ru.
Воронин В.Н. Реализация принципа справедливости при назначении
наказания как индикаторкачества уголовного закона // Вестник ТвГУ.
Серия: Право. 2014. № 4. С. 55 - 72.
72
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№
№4.4. С. 73 - 83.
УДК 347.7
ПРИМЕНЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ДОГОВОРА КОММЕРЧЕСКОЙ
КОНЦЕССИИ В РОССИЙСКОМ И ЗАРУБЕЖНОМ
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ
А.А. Еремин
ФГБОУ ВПО Ульяновский государственный университет
Для России рассматриваемый в статье вид договора является достаточно новым
и еще не вполне исследованным институтом гражданского права, и, несмотря на
сформировавшуюся судебно-арбитражную практику, существует ряд проблем, в
том числе теоретических и правоприменительных, которые требуют разрешения и более четкой регламентации российским законодателем. Таким образом,
необходимо не только исследовать положения, изложенные в гл. 54 Гражданского Кодекса Российской Федерации, но и соотнести их с опытом других
стран, сформулировать основные базовые определения, используемые этим институтом права, а также проанализировать перспективы правовой регламентации.
Ключевые слова: коммерческая концессия, франчайзинг, договор коммерческой
концессии, франчайзинговые отношения, регистрация договора коммерческой
концессии, российское и зарубежное законодательство.
В настоящее время во всем мире увеличивается продажа товаров и
предоставление различных услуг на условиях франчайзинга. Франчайзинг, как способ организации бизнеса, предполагает создание сети
предприятий, занимающихся одним видом деятельности, под единой
торговой маркой или товарным знаком, использующие в своей деятельности идентичные маркетинговые приемы, ценовую политику, способы
и формы реализации продажи и услуг.
Договор коммерческой концессии - это договор, по которому одна
сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне
(пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право
использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на
другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в
частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).
Это легальное определение закреплено в ст. 1027 Гражданского Кодекса
РФ (далее – ГК РФ)1. Существует целый ряд отличий по вопросам регу1
Гражданский кодекс Российской Федерации. Ч. II от 26 января 1996 г. № 14-ФЗ (ред.
от 21.07.2014 № 224-ФЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996.
№ 5. Ст. 410.
73
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
лирования данных договоров в Российской правовой системе и в других
странах.
Данный вопрос практически не освещен в научной литературе, исходя из слишком большой вариативности в мировой правовой системе в
сфере регулирования договора коммерческой концессии или франчайзинга. Во многом по данным причинам, как нам кажется, создаются
различные ассоциации франчайзинга по всему миру, такие как МАФ
Международная Ассоциация Франчайзинга (IFA, International Franchise
Association) , РАФ Российская Ассоциация Франчайзинга, другие организации (Международная Академия Франчайзинга, Британская Ассоциация Франчайзинга), которые выдвигают свои предложения по унификации различных аспектов франчайзинга, для ускорения и упрощения
предпринимательских отношений на базе этого договора. Так же эти
организации планируют и организуют специальные выставки и конференции по проблемным вопросам, дают объяснения тех или иных положений данного договора для потенциальных франчайзеров (правообладателей) и франчайзи (пользователей).
Весь плюрализм норм права различных государств, не говоря о
мнениях ученых и сложившихся методах ведения бизнеса, по средствам
франчайзинга, обусловлен неоднородностью развития данного института. На наш взгляд, необходимо рассмотреть некоторые основные вехи
развития института франчайзинга в мире. В некоторых случаях происходили заимствования норм, при этом не доскональное изучение их
значения приводило к искажению сущности перенимаемых положений.
Отдельные исследователи, например Р.И. Зименкова и В.Б. Кудряшов2, связывают начало развития франчайзинга в мировой практике с
серединой 20 века. Е.А. Суханов отмечает, что франчайзинг развился «в
прошлом веке, в США»3. В основном, все правоведы сходятся во мнении, что франчайзинг зародился и стал развиваться в период со второй
половины девятнадцатого века, до начала двадцатого. Так, С.А. Сосна и
Е.С. Васильева говорят о том, что первой «чистый» франчайзинг в 1863
г. начала практиковать фирма изобретателя знаменитых швейных машинок Й. Зингера4.
Обобщая различные мнения, можно утверждать, что франчайзинг
или коммерческая концессия для России, в современном виде, наиболее
2
Зименков Р.И., Кудряшова В.Б. Франчайзинг в международной практике // Вестник
Академии. 2009. № 1. С. 36.
3
Гражданское право: учебник в 4 т. Т.4 / под ред. Е.А. Суханова. М.: Волтерс Клувер,
2011. С. 32.
4
Сосна С.А. [и др.] Франчайзинг: коммерческая концессия. М.: Академкнига, 2005. С.
16.
74
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
активно развивался на крупнейших предприятиях США. Организация
первой в мире полноценной франчайзинговой системы заслуга фирмы
Исаака Зингера5. В 1863 году она имела массовое серийное производство швейных машин позволяющее поддерживать самые конкурентные
цены, но при этом фирма Зингера не имела налаженной системы сервиса, которая позволила бы организовать обслуживание и ремонт машин
на всей территории США. В связи с этим и была создана франчайзинговая система, которая предоставляла независимым фирмам исключительные права продавать и обслуживать швейные машины на определенной территории. Эти первые франшизы, по своей сути, были действующими дистрибьюторскими соглашениями с дополнительными обязанностями франчайзи или дилера обслуживать машины. Первые компании - пользователи договора франшизы, платили гонорар правообладателю, то есть фирме Зингера за каждую проданную швейную машину.
Этот вид вознаграждения по договору коммерческой концессии используется и в настоящее время. Так же нельзя не упомянуть «Дженерал
Моторс», корпорацию, которая в 1898 стала привлекать независимых
дилеров для продажи своей продукции на определенной территории.
В период с 1950 г по начало 90-х гг. в США произошел настоящий
рывок в развитии франчайзинга. По оценкам Комитета по малому бизнесу Палаты представителей Конгресса США, в 1990 г. франчайзинг
составлял примерно треть объема розничной торговли в США6. В США
бурному развитию франчайзинга способствовал принятый в 1946 г. Закон о товарных знаках7. Благодаря ему предприниматели могли получать дополнительную прибыль за предоставление права использования
своего товарного знака другим предпринимателям.
В 1955 году Рэй Крок основал компанию McDonald`s System, Inc.
По своей сути эта компания является родоначальником франчайзинга в
его современном виде, когда вместе с франшизой передается целая система ведения бизнеса, то есть так называемого франчайзинга бизнес
формата. Для сравнения, первый договор коммерческой концессии в РФ
был зарегистрирован в 1996 году8.
5
Манохова С.В. Договор коммерческой концессии: правовые вопросы // Торговля:
бухгалтерский учет и налогообложение. 2013. № 10. С. 2.
6
Богданов А.В. Гражданско-правовое регулирование договора коммерческой концессии в Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Москва, 2009. С.4.
7
Зименков Р.И., Кудряшова В.Б. Франчайзинг в международной практике // Вестник
Академии. 2009. № 1. С. 37.
8
Болохов Д.В. Договор коммерческой концессии как правовой способ инвестирования
при использовании чужих исключительных прав // Вопросы современной юриспруденции. 2013. № 31. С. 43-47.
75
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Отношения, возникающие на основе договора франчайзинга, с каждым днем становятся все разнообразнее, бизнес не стоит на месте. На
сегодняшний день они могут возникать при любой формы собственности франчайзера, о чем говорит опыт Британской государственной железнодорожной корпорации, которая по договору франчайзинга передает рельсы и станции «операторам», договор с ними действует на протяжении 7 лет, после чего проводится тендер на передачу этих прав этому
же или другим «операторам»9.
Франчайзинг имеет три основных направления развития, по названию франшиз эти направления подразделяются на: франшизу на продажу готового товара, франшизу на производство товара и франшизу на
определенный вид деятельности10. Основой классификации служит характер производственно-технологических и юридических отношений.
Согласно Решению Европейского Суда № 161 от 28.01.1986 года
выделяют 3 разновидности - сбытовой, производственный и сервисный
франчайзинг.
Товарный франчайзинг или франшиза на продажу готового товара,
подразумевает передачу пользователю права на реализацию товаров,
выпускаемых правообладателем под его товарным знаком. Данный вид
франчайзинга использует «Кодак».
Производственный франчайзинг или франшиза на производство товара. В этом случае пользователь получает запатентованную технологию производства какой-либо продукции. «Кока-кола» один из ведущих
представителей данного направления.
Сервисный франчайзинг, или франшиза на определенный вид деятельности, - способ ведения предпринимательской деятельности, который включает в себя передачу пользователю права открыть на определенной территории собственное предприятие, оказывающее услуги под
торговым знаком или знаком обслуживания правообладателя и того же
профиля. При этом пользователь обязан вести свой бизнес в соответствии с политикой, диктуемой правообладателем. Данный вид франчайзинга нам хорошо знаком по ресторанам быстрого питания, например
«Макдональдс» или «Баскин Роббинс».
Некоторые страны выделяют свои виды франчайзинга. В Италии,
например, две разновидности франчайзинга, которые различаются прямым участием правообладателя в капиталовложениях пользователя и
отсутствием такого участия. По способу организации в Италии выделяется и «локальный» франчайзинг, который предполагает размещение
9
Сосна С.А. [и др.] Указ. соч. С.20.
Устюжанин А.А. Зарубежный опыт и российская практика развития франчайзинга:
автореф. дис. … канд. экон. наук. Москва, 2010. С.11.
10
76
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
части структур правообладателя непосредственно в производственных
помещениях пользователя11.
Что касается непосредственно правового регулирования, то на сегодняшний день оно достаточно разнообразно.
Если говорить об источниках содержащих, нормы права о франчайзинге, то необходимо заметить, что только в трех странах – США, Румынии и Республике Молдова – приняты специальные законы относительно этого вида деятельности12. В других странах, в таких как Россия
или Франция нормы закреплены в других законодательных актах, таких
как Гражданский кодекс, законодательство о предпринимательской деятельности и других13.
Л.Т. Ибадов в своей монографии14 приводит мнение экспертов
«Всемирной организации интеллектуальной собственности», в соответствии с которым франчайзинговые отношения достаточно полно регулируются договорным правом и не требуют особого специального законодательства.
Помимо гл. 54 ГК РФ, отношения, вытекающие из договора коммерческой концессии, в России до 2008 года регулировались несколькими нормативно-правовыми актами: приказом Министерства финансов
РФ от 12 августа 2005 г. № 105н «О регистрации договоров коммерческой концессии (субконцессии)», приказ Министерства РФ по налогам и
сборам от 20 декабря 2002 г. № БГ-3-09/730 «О регистрации договоров
коммерческой концессии (субконцессии)». С 1 января 2008 года договоры коммерческой концессии подлежат регистрации только в Федеральной службе по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам.
По существу можно выделить три варианта, или модели, правового
регулирования франчайзинга в мире.
Начнем рассматривать данный вопрос с Американской правовой
модели, касающейся франчайзинговых отношений. А.Ф. Багдасарян называет эту модель моделью «совместного правового регулирования»15.
11
Устюжанин А.А. Указ. соч. С.16.
Симаева Н.П. Франчайзинг как форма развития предпринимательской деятельности
в России: финансово-экономические и правовые аспекты // Вестник Волгоградского
государственного университета. Серия 9: Исследования молодых ученых. 2010. № 8-2.
С. 103
13
Опыт франчайзинга в странах Центральной и Юго-Восточной Европы [Электронный ресурс]. Режим доступа http://franchising.kiev.ua/ analytics/434.html.
14
Ибадова Л. Т. Финансирование и кредитование малого бизнеса в России: правовые
аспекты. Монография. М. : Волтерс Клувер, 2006. С. 4.
15
Багдасарян А.Ф. Гражданско-правовые проблемы заключения договора коммерческой концессии (франчайзинга): автореф. дис….канд. юрид. наук. Москва, 2008. С. 9.
12
77
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Она исходит из того, что законодательство федерального уровня закрепляет минимальный объем прав по договору франчайзинга, а законодательство отдельных штатов расширяет его. На государственном уровне
действуют два закона. Во-первых, закон 1956 года об автомобильном
дилерском франчайзинге, который регулирует отношения, между корпорациями, производящими автомобили, и дилерской сетью. Вовторых, закон 1978 года, в который были внесены поправки в 1994 году
о нефтесбытовой рыночной практике. Он гораздо объемнее первого закона и регулирует все отношения между нефтяными корпорациями и
непосредственно компаниями, занимающимися розничной торговлей
бензином.
Понятие франчайзинга, в правовой системе США содержится в Постановлении № 436 «Требования о раскрытии информации, запретах,
касающихся франчайзинга, и благоприятных условиях франчайзинга»
от 1978 г., принятого Федеральной торговой комиссией США (ФТК)16.
В соответствии с ним франчайзинг это длительные коммерческие отношения, возникающие из соглашения, в соответствии с которым:
1. Франчайзи продает другому лицу (но не франчайзеру) товары
или оказывает услуги, которые идентифицированы торговой маркой,
знаком обслуживания, фирменным наименованием, рекламой или иным
коммерческим символом, определяющим фирму-франчайзера; или отвечают стандартам качества, прямо или косвенно предписанным франчайзером; или поставляются франчайзером; или поставляются третьим
лицом (поставщиком), с которым франчайзи ведет дело и который прямо или косвенно рекомендован франчайзером и связан с ним.
2. Франчайзи при условии приобретения права на франшизную деятельность или на открытие деятельности в рамках франшизной системы
обязан произвести оплату франчайзеру или его филиалу17.
Можно сказать, что основной целью всего законодательства США
по вопросам франчайзинга является разрешение двух главных спорных
вопросов практики данных договоров, а именно: 1)передача информации от франчайзера франчайзи перед заключением договора; 2) основания и последствия расторжения франчайзером договора в одностороннем порядке18. То есть по сравнению с Российским законодательством,
определение договора франчайзинга играет как бы вспомогательную
16
Устюжанин А.А. Указ. соч. С.18.
Устюжанин А.А. Указ. соч. С.18.
18
Скрыльников Д.К. Сравнительно-правовой анализ современного законодательного
регулирования договора франчайзинга в России и зарубежных странах // Право и современные государства. 2013. № 1. С. 55.
17
78
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
роль, главенствуют же положения о преддоговорных отношениях по
передаче информации и законные основания расторжения договора.
Так же к особенностям Американского законодательства о договоре
франчайзинга относят огромный удельный вес норм процессуального
права19.
Схожие черты законодательства РФ и США прослеживаются в вопросах касающихся положений о «добросовестности» отношений. Этот
принцип закреплен в Единообразном торговом кодексе США 20 и в ГК
РФ, проявляется в следующем: 1) устанавливаются минимальные сроки
уведомления другой стороны о досрочном расторжении договора коммерческой концессии или франчайзинга; 2) устанавливается исчерпывающий перечень обстоятельств, в связи с которыми, стороны могут в
одностороннем порядке расторгнуть договор; 3) ограничение требований, касающихся сроков договора коммерческой концессии21. Некоторые вопросы реализации договора коммерческой концессии невозможно по объективным причинам предусмотреть в гражданско-правовом
законодательстве. Именно поэтому по отношению к договору коммерческой концессии принцип добросовестности имеет особое значение22.
Подводя итог сравнению двух правовых систем заметим, что в гл.
54 ГК РФ достаточно подробно описывает различные аспекты франчайзинговых отношений, в отличие от законодательства США, которое регулирует далеко не все вопросы, если не сказать что не регулирует даже
основные из них.
В США на франчайзинг оказывают влияние законы, напрямую не
регулирующие данные отношения. Американские ученые признают основой правовой структуры франчайзинга договор, причем даже в тех
его положениях, которые регулируются и контролируются законом.
Вторым объектом рассмотрения для нас станет законодательство о
франчайзинге, действующее в рамках Европейского Союза (ЕС). На
сегодняшний день в ЕС сложилась модель «совместного «наднационального» правового регулирования»23. Принятая модель характеризуется взаимодействием норм внутригосударственного права и «наднационального» права. 30 ноября 1988 года Европейская Комиссия ЕЭС
19
Сосна С.А. [и др.] Указ. соч. С.32.
Попов А.В. Принцип добросовестности как основополагающее начало договора
коммерческой концессии // Образование и право. М., 2013. № 3 (43). С. 227.
21
Скрыльников Д.К. Сравнительно-правовой анализ современного законодательного
регулирования договора франчайзинга в России и зарубежных странах // Право и современные государства. 2013. № 1. С. 58.
22
Попов А.В. Принцип добросовестности как основополагающее начало договора
коммерческой концессии // Образование и право. 2013. № 3 (43). С. 228.
23
Багдасарян А.Ф. Указ. соч. С. 10.
20
79
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
издала Регламент № 4087/88 регулирующий отношения, вытекающие из
договора франчайзинга. До этого времени никакого отдельного законодательства по вопросам франчайзинга не существовало. Решение суда
ЕЭС по делу, затронувшему франчайзинговые отношения 1986 года, в
котором было решено, что франчайзинг не ограничивает рыночную
конкуренцию, послужило концептуальной основой будущего Регламента24. Данный Регламент действовал до 1999 г. На сегодняшний день
действует новый Регламент № 2790/1999, который не внес существенных изменений в Регламент № 4087/88.
В Европе практически отсутствует внутреннее законодательство о
договоре франчайзинга, лишь некоторые положения закреплены в различных нормативно правовых актах. Например, в Великобритании понятие «франчайзинг» определено в Законе «О финансовых услугах» от
1986 г.25 Под ним понимается такое соглашение сторон, при котором
пользователь получает право на ведение бизнеса, от которого он получает доход, пользуясь предоставленными правами на интеллектуальную
собственность (дизайн, торговая марка).
Единственным исключением из данного правила является Франция.
В этой стране существует так называемый закон Дубена. Закон от 31
декабря 1989 г. № 89-1008 «О развитии коммерческих и кустарных
предприятий и улучшении экономических, правовых и социальных условий их функционирования». В нем закреплена обязанность предпродажного раскрытия информации, поскольку этот закон копирует рассмотренное выше постановление ФТК США.
Так же в нем содержится определение франчайзинга. Франчайзинг,
по закону Франции, это предоставление одной стороной договора франчайзинга в распоряжение другой торговой марки или имени, с требованием от последней соблюдения в своей предпринимательской деятельности «отношений эксклюзивного или почти эксклюзивного характера»26.
В настоящее время единообразному использованию франчайзинга в
Европе способствует принятый в 1972 году Европейский Кодекс этики
франчайзинга27.
В нем закреплены основные положения о франчайзинге-системе
маркетинга различной продукции или услуг основанной между независимыми компаниями (как с юридической, так и с финансовой точки
зрения). Отмечается, что особенностью является такой элемент фран24
Сосна С.А. [и др.] Указ. соч. С.32.
Устюжанин А.А. Указ. соч. С.18.
26
Устюжанин А.А. Указ. соч. С.18.
27
Там же. С. 17.
25
80
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
шизы, как ноу-хау, которое должно отвечать требованиям специфичности, испытанности и передаваемости. Подобные условия отечественная
правовая система не предусматривает.
Правовая модель, принятая в РФ, называется моделью «исключительного правового регулирования»28. Так как регулирование всех
вопросов касающихся договора коммерческой концессии отнесено исключительно к ведению РФ, поскольку франчайзинговое законодательство включено в состав законодательства об интеллектуальной собственности и на основании п. «0» ст. 71 Конституции Российской Федерации относится исключительно к ведению Российской Федерации.
Правовая модель, регулирующая отношения, возникающие из договора коммерческой концессии (франчайзинга) отличается рядом характерных признаков. На основании проведенного анализа можно отметить, что законодательная база по вопросам, касающимся договора
франчайзинга, одна из самых проработанных в мире, несмотря на все
недочеты. Однако, при ее разработке были допущены такие ошибки,
которые не позволили франчайзингу развиваться в России в полной мере. Ученые и практики отмечают целый ряд таких проблем - от несоответствия названия гл. 54 ГК РФ ее содержанию до предусмотренной ст.
1034 субсидиарной ответственности правообладателя по обязательствам
пользователя. Явно прослеживается главное отличие Российской модели от моделей мировых - закрытость франчайзинговых предложений.
Если в Европе и США существует множество норм (несмотря на всю не
проработанность правовой системы) регулирующих именно преддоговорной обмен информацией, то есть обязанность франчайзера (правообладателя) сообщить франчайзи (пользователю) всю достоверную информацию о своем бизнесе, о франчайзинговом опыте и т.д., тем что
создается некие дополнительные гарантии для пользователя, то в РФ их
просто нет.
Можно сделать вывод о том, что мировая законодательная база, касающаяся договора франчайзинга, неоднородна. Правовое регулирование договора франчайзинга (коммерческой концессии) создает определенные «правила игры» для контрагентов, однако проследить прямую
тенденции к развитию или торможению франчайзинговых отношений
от предусмотренных норм права, касающихся договора коммерческой
концессии, в той или иной стране на сегодняшний день представляется
невозможным.
Сравнительный анализ правовых моделей регулирования договора
коммерческой концессии стран, где франчайзинговые отношения разви28
Багдасарян, А.Ф. Указ. соч. С. 10.
81
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ты лучше, чем в РФ, сформулировал несколько проблемных моментов
для нашей правовой системы. Решение этих проблем даст возможность
для развития договора коммерческой концессии, как одного из главных
инструментов для развития рыночных, торговых, предпринимательских
отношений в Российской Федерации.
Список литературы
1. Гражданский кодекс Российской Федерации. Ч. 2 от 26 января 1996
г. № 14-ФЗ (ред. от 21.07.2014 г. № 224-ФЗ) // СЗ. 1996. № 5. Ст.
410.
2. Багдасарян, А.Ф. Гражданско-правовые проблемы заключения договора коммерческой концессии (франчайзинга): автореф. Дис….
канд. юрид. наук. Москва, 2008. С. 9.
3. Богданов, А.В. Гражданско-правовое регулирование договора коммерческой концессии в Российской Федерации: автореф. дис. …
канд. юрид. наук. Москва, 2009. С.4.
4. Болохов Д.В. Договор коммерческой концессии как правовой способ инвестирования при использовании чужих исключительных
прав // Вопросы современной юриспруденции. 2013. № 31. С. 4347.
5. Гражданское право: учебник в 4 т. Т.4 / под ред. Е.А. Суханова.
М.: Волтерс Клувер, 2011. С. 32.
6. Зименков, Р.И., Кудряшова, В.Б. Франчайзинг в международной
практике // Вестник Академии. 2009. № 1. С. 36.
7. Ибадова, Л. Т. Финансирование и кредитование малого бизнеса в
России: правовые аспекты. Монография. М.: Волтерс Клувер, 2006.
С. 4.
8. Манохова, С.В. Договор коммерческой концессии: правовые вопросы // Торговля: бухгалтерский учет и налогообложение. 2013.
№ 10. С. 4.
9. Опыт франчайзинга в странах Центральной и Юго-Восточной Европы
[Электронный
ресурс].
Режим
доступа
http://franchising.kiev.ua/ analytics/434.html.
10. Попов, А.В. Принцип добросовестности как основополагающее начало договора коммерческой концессии // Образование и право.
2013. № 3 (43). С. 227.
11. Скрыльников Д.К. Сравнительно-правовой анализ современного
законодательного регулирования договора франчайзинга в России
и зарубежных странах // Право и современные государства. 2013.
№ 1. С. 55.
82
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
12. Симаева, Н.П. Франчайзинг как форма развития предпринимательской деятельности в России: финансово-экономические и правовые
аспекты // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 9: Исследования молодых ученых. 2010. № 8-2. С. 103.
13. Сосна, С.А. [и др.] Франчайзинг: коммерческая концессия. М: Академкнига, 2005. С.16.
14. Устюжанин, А.А. Зарубежный опыт и российская практика развития франчайзинга: автореф. дис. … канд. экон. наук. М., 2010.
APPLICATION AND DEVELOPMENT OF THE CONTRACT
OF COMMERCIAL CONCESSION IN THE RUSSIAN
AND FOREIGN LEGISLATION
A.А. Eremin
Ulyanovsk state university
For Russia the kind of the contract considered in article is new enough and yet not
quite investigated institute of civil law, and, despite the generated judicial-arbitration
practice, there is a number of problems, including theoretical and law enforcement
which demand the permission and more accurate regulation the Russian legislator.
Thus, it is necessary not only to investigate the positions stated in chapter 54 of the
Civil Code of the Russian Federation, but also to correlate them with experience of
other countries, to formulate the basic base definitions exercised by this institute of
the right, and also to analyse prospects of a legal regulation.
Keywords: commercial concession, franchising, the contract of commercial concession, franchise relations, registration of the contract of commercial concession, the
Russian and foreign legislation.
Об авторе
ЕРЕМИН Александр Александрович – аспирант кафедры гражданского права и процесса ФГБОУ ВПО Ульяновский государственный
университет (432048, г. Ульяновск, ул. Сенгилеевская, д. 23), e-mail:
lewuskin@mail.ru
Еремин А.А. Применение и развитие договора коммерческой концессии
в российском и зарубежном законодательстве // Вестник ТвГУ. Серия:
Право. 2014. № 4. С. 73 - 83.
83
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
2014.2014.
№ 4.№
С.4.84 - 92.
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
УДК 347.637:343
ПРОБЛЕМЫ СООТНОШЕНИЯ СЕМЕЙНОГО И УГОЛОВНОГО
ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА ПРИ ЛИШЕНИИ РОДИТЕЛЕЙ
РОДИТЕЛЬСКИХ ПРАВ
О. Ю. Ильина
Тверской государственный университет
А. А. Ходусов
Международный юридический институт, Москва
Авторы анализируют положения семейного и уголовного законодательства,
применяемые при регулировании отношений, связанных с воспитанием детей.
Рассматриваются семейно-правовые и уголовно-правовые аспекты оснований
для лишения родителей родительских прав, обозначается проблема соотношения частных и публичных интересов.
Ключевые слова: уголовное законодательство; семейное законодательство;
частные и публичные интересы; лишение родительских прав; злостное уклонение от уплаты алиментов; уклонение от исполнения обязанностей по воспитанию несовершеннолетних.
Правоотношения по воспитанию детей занимают значительную
сферу предмета семейно-правового регулирования, при этом существенное внимание законодатель уделяет вопросам применения к родителям, которые не выполняют или ненадлежащим образом осуществляют
свои родительские права, мер семейно-правовой ответственности. Заботясь о воспитании детей, государство возлагает эту функцию на родителей, а в случаях, предусмотренных законом, иных граждан, а равно на
педагогов или других работников образовательного, воспитательного,
лечебного или иного учреждения.
Надлежащее осуществление прав и исполнение обязанностей по
воспитанию детей обеспечивается нормами семейного, административного и уголовного законодательства. Статья 156 Уголовного кодекса
Российской Федерации1 (далее – УК РФ) устанавливает уголовную ответственность соответствующих лиц за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетних; ст.
157 УК РФ предусматривает назначение уголовного наказания за злост1
Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. (в ред. от 21.07.2014 г.) // СЗ РФ. 1996. №
25. Ст. 2954.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ное уклонение от уплаты алиментов – и это далеко не все уголовноправовые нормы, квалифицирующие поведение родителей и (или) лиц,
их заменяющих, как преступное.
Специфика квалификации поведения родителей как преступного
отличается необходимостью комплексной оценки соответствующего
деяния, решения вопроса о возможности и даже приоритете применения
специальных отраслевых норм. Поясним данные обстоятельства на
примере лишения родителей родительских прав.
Традиционно среди названных мер особо отмечается именно лишение родительских прав, поскольку именно в этом случае, по общему
правилу, на основании решения суда прекращается правоотношение
между ребенком и его родителями (родителем).
Заметим, что Семейный кодекс Российской Федерации 2 (далее – СК
РФ), регулируя отношения по воспитанию ребенка в семье, предполагает обращение к нормам источников не только цивилистической принадлежности, но и УК РФ, поскольку применение соответствующих семейно-правовых норм иным образом не может быть обеспечено.
Следует подчеркнуть, что одной из особенностей правоотношений
по воспитанию ребенка в семье является взаимосвязь и взаимообусловленность родительских прав и обязанностей. Согласно п. 1 ст. 61 СК РФ
«Родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права)». Это означает, что для применения мер юридической ответственности в равной степени имеет значение
факт как неисполнения обязанностей родителей, так и уклонения от
осуществления или осуществления ненадлежащим образом родительских прав.
Предполагается, что родители надлежащим образом осуществляют
свои родительские права и исполняют обязанности по воспитанию и содержанию ребенка. Согласно ст. 65 СК РФ при осуществлении родительских прав родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию. Способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление и
эксплуатацию детей.
Соответственно, если поведение родителей не отвечает обозначенным требованиям, к ним могут быть применены меры семейноправовой ответственности, одной из которых является лишение родителей родительских прав. В рамках настоящей статьи не предполагается
2
Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от
25.11.2013) // РГ. 1996. № 17. 27 января.
85
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
исследование всех оснований лишения родительских прав (ст. 69 СК
РФ), обратим внимание лишь на те, установление которых сопряжено с
уголовно-правовой квалификацией поведения родителей.
Первым в ст. 69 СК РФ названо такое основание как уклонение от
выполнения обязанностей родителей, в том числе злостное уклонение
от уплаты алиментов.
Согласно ст. 156 УК РФ неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего родителем или
иным лицом, на которое возложены эти обязанности, а в случаях, предусмотренных законом, иных граждан, а равно на педагогов или других
работников образовательного, воспитательного, лечебного или иного
учреждения, если это деяние соединено с жестоким обращением с несовершеннолетним может повлечь максимальное наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет. Обратим внимание, что для квалификации противоправного поведения родителей как преступления необходимо установить, что ненадлежащее воспитание ребенка сопровождается жестоким обращением с последним.
Так, объективная сторона указанного преступления выражается в
действии и бездействии, противоречащим положениям, закрепленным в
ст. 54 – 60, 146 – 150 и др. Семейного кодекса РФ, в которых определено содержание обязанностей родителей, опекунов, попечителей, приемной семьи, администрации учреждений для несовершеннолетних, других лиц, замещающих родителей в сфере воспитания несовершеннолетних, по обеспечению интересов несовершеннолетнего, всестороннего
его развития и сохранения здоровья. Таким образом, действие или бездействие может выразиться в неисполнении или ненадлежащем исполнении перечисленных в законе обязанностей по воспитанию несовершеннолетних, уходу за ними и их лечении, если это деяние соединено с
жестоким обращением с несовершеннолетним.
Под жестоким обращением (понятие оценочное) имеется в виду явно неадекватная реакция воспитателя на поведение несовершеннолетнего (чрезмерная строгость, безжалостность, бесчеловечность). Однако,
если неадекватная реакция воспитателя выразилась в деянии, ответственность за совершение которого предусмотрена в разделе преступления против личности, то содеянное необходимо квалифицировать по
совокупности преступлений.
При этом в перечне, содержащемся в ст. 69 СК РФ, есть два самостоятельных основания привлечения родителей к семейно-правовой ответственности: родительских прав могут быть лишены те родители, которые жестоко обращаются с детьми, в том числе осуществляют физическое или психическое насилие над ними, покушаются на их половую
86
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
неприкосновенность, а также эта мера семейно-правовой ответственности может быть применена к родителям, которые совершили умышленное преступление против жизни или здоровья своих детей.
В частности, злостное уклонение от уплаты алиментов как разновидность уклонения от исполнения родительских обязанностей может
стать основанием не только лишения родительских прав, но и привлечения родителей к уголовной ответственности (ст. 157 УК РФ).
Таким образом, мы видим, что с одной стороны, злостное уклонение от уплаты алиментов может быть квалифицировано как основание
лишения родительских прав (ст. 69 СК РФ), с другой как самостоятельное преступление, влекущее уголовную ответственность родителей (ст.
157 УК РФ). Однако, при этом факт злостного уклонения от уплаты
алиментов является одной из форм уклонения от выполнения обязанностей родителей (что прямо предусмотрено в ст. 69 СК РФ), но не охватывается составом преступления, обозначенным в ст. 156 УК РФ (неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей по воспитанию
несовершеннолетнего родителем).
Считаем необходимым отметить еще одно несоответствие уголовно-правовой нормы положениям семейного законодательства. Согласно
ст. 80 СК РФ родители могут заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов). Нотариально удостоверенное соглашение об уплате алиментов имеет силу
исполнительного листа (п. 2 ст. 100 СК РФ). В случае, если родители не
предоставляют содержание своим несовершеннолетним детям, средства
на содержание детей взыскиваются в судебном порядке.
Вышеизложенное дает основания утверждать, что законодатель устанавливает тождественный правовой режим исполнения судебного решения об уплате алиментов и соглашения об уплате алиментов. В том
случае, если родитель злостно уклоняется от уплаты алиментов на условиях, предусмотренных соответствующим соглашением, он может быть
лишен родительских прав, поскольку ст. 69 СК РФ не предусматривает
каких-либо исключений.
В то время как ч. 1 ст. 157 УК РФ содержит следующее указание:
«Злостное уклонение родителя от уплаты по решению суда средств на
содержание несовершеннолетних детей…(выделено нами – О.И.,
А.Х.)».
Таким образом, к уголовной ответственности родители могут быть
привлечены лишь при наличии решения суда о взыскании алиментов
или же судебного приказа, от исполнения которых они злостно уклоняются.
87
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
В контексте наших рассуждений обратимся к разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данным в постановлении от 27 мая 1998 года
№ 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров,
связанных с воспитанием детей»3. Достаточно лаконично Пленум дает
толкование ст. 69 СК РФ, представив в п. 11 названного постановления
характеристику отдельных оснований лишения родительских прав. В
частности, «Уклонение родителей от выполнения своих обязанностей
по воспитанию детей может выражаться в отсутствии заботы об их
нравственном и физическом развитии, обучении, подготовке к общественно полезному труду».
Заметим, что Пленум Верховного Суда РФ обращается и к вопросу
злостного уклонения от уплаты алиментов, но в ключе дачи разъяснений судебной практики по делам о наследовании. Так, в постановлении
от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» указывается: «При рассмотрении требований об отстранении от
наследования по закону в соответствии с пунктом 2 статьи 1117 ГК РФ
судам следует учитывать, что указанные в нем обязанности по содержанию наследодателя, злостное уклонение от выполнения которых является основанием для удовлетворения таких требований, определяются
алиментными обязательствами членов семьи, установленными СК РФ
между родителями и детьми, супругами, … . Граждане могут быть отстранены от наследования по указанному основанию, если обязанность
по содержанию наследодателя установлена решением суда о взыскании
алиментов. Такое решение суда не требуется только в случаях, касающихся предоставления содержания родителями своим несовершеннолетним детям.
Злостный характер уклонения в каждом случае должен определяться с учетом продолжительности и причин неуплаты соответствующих
средств.
Суд отстраняет наследника от наследования по указанному основанию при доказанности факта его злостного уклонения от исполнения
обязанностей по содержанию наследодателя, который может быть подтвержден приговором суда об осуждении за злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей,
решением суда об ответственности за несвоевременную уплату алиментов, справкой судебных приставов-исполнителей о задолженности по
алиментам, другими доказательствами. В качестве злостного уклонения
от выполнения указанных обязанностей могут признаваться не только
непредоставление содержания без уважительных причин, но и сокрытие
3
СПС «КонсультантПлюс».
88
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
алиментнообязанным лицом действительного размера своего заработка
и (или) дохода, смена им места работы или места жительства, совершение иных действий в этих же целях (п. 20)»4.
Таким образом, Пленум Верховного Суда РФ также фактически не
признает правовых последствий неисполнения алиментного обязательства по содержанию несовершеннолетних детей, возникшего на основании заключенного соглашения об алиментах.
На наш взгляд, сопоставление мер уголовно-правовой и семейноправовой ответственности родителей необходимо проводить исходя из
соотношения понятий «неисполнение или ненадлежащее исполнение
обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего» (ст. 156 УК РФ) и
«уклонение от выполнения обязанностей родителей» (ст. 69 СК РФ).
Представляется, что уклонение от выполнения обязанностей может
иметь место при умышленном неисполнении родителями своих обязанностей по воспитанию ребенка, то есть названные понятия соотносятся
как общее и частное, поскольку субъективная сторона преступления,
предусмотренного ст. 156 УК РФ – прямой умысел. Виновное лицо сознает, что совершаемое им общественно опасное деяние является неисполнением или ненадлежащим исполнением лежащих на нем обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, жестоким по отношению к
потерпевшему и желает таким способом воздействовать на несовершеннолетнего. Мотив и цель на квалификацию содеянного влияния не оказывают, но должны учитываться судами при разрешении дела по существу.
Таким образом, для применения лишения родительских прав как
меры семейно-правовой ответственности достаточно установить лишь
факт уклонения от выполнения обязанностей родителей.
Для привлечения же родителей к уголовной ответственности необходимо доказать, что ненадлежащее исполнение или неисполнение родителями обязанностей по воспитанию ребенка соединено с жестоким
обращением с несовершеннолетним.
Злостное уклонение от уплаты алиментов выступает самостоятельным основанием для применения мер и семейно-правовой, и уголовноправовой ответственности.
Однако, лишение родительских прав возможно при злостном уклонении от выплаты алиментов, установленных как в решении суда, так и
в нотариально удостоверенном соглашении об уплате алиментов.
4
СПС «КонсультантПлюс».
89
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
В то время как привлечение родителя к уголовной ответственности
возможно лишь при злостном уклонении от выполнения решения суда о
взыскании алиментов.
В частности, объективная сторона преступления, предусмотренного
ст. 157 УК РФ, выражается в общественно опасном бездействии, в котором проявляется злостное уклонение родителя от уплаты по решению
суда средств на содержание несовершеннолетних или нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста (ч. 1 ст. 157 УК
РФ). Путем бездействия это преступление совершается неисполнением
решения суда об уплате средств либо путем сокрытия части доходов, из
которых исчисляется размер средств, подлежащих уплате на содержание детей.
Заметим, что содержание понятия злостного уклонения закон не
раскрывает. Судебная практика обоснованно признает таковыми случаи, когда ответчик скрывается от выполнения решения суда, оставляя
без средств существования детей, не выполняет возложенной на него
обязанности, несмотря на письменное предупреждение о возможной
уголовной ответственности, подделывает документы для того, чтобы не
платить алименты, и т.п.
Так, при рассмотрении уголовного дела по обвинению К. в злостном уклонении от уплаты средств на содержание двух несовершеннолетних детей в судебном заседании был выяснен факт предоставления
фиктивной справки о доходах обвиняемого с места работы, также сговор с должностным лицом бухгалтерии. В приговоре по обвинению К.
суд указал на наличие злостности в действиях обвиняемого и сослался
на указанные факты предоставления фиктивных документов и сговора с
должностным лицом бухгалтерии5.
Интересен тот факт, что предусмотренное ст. 157 УК РФ преступление является длящимся, состав его считается оконченным с момента
неуплаты алиментов первый раз (за первый месяц). Само же преступление прекращается задержанием преступника, его явкой с повинной или
моментом истечения обязанности выплачивать алименты в связи с достижением совершеннолетия детьми, восстановлением трудоспособности у совершеннолетних детей и т.п. С этого момента начинает течь
срок давности привлечения к уголовной ответственности за уклонение
от уплаты средств на содержание несовершеннолетних детей.
Так же, нельзя оставить без внимания и тот факт, что в ст. 69 СК
РФ названы еще два основания для лишения родительских прав, пред5
Уголовное дело № 1-23 2012 г. // Архив уголовных дел мировых судей Вяземского
района Смоленской области.
90
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
полагающие предварительную оценку поведения родителей с точки
зрения уголовного закона. Речь идет о таких основаниях, как жестокое
обращение с ребенком, в том числе физическое или психическое насилие над ним, покушение на половую неприкосновенность и совершение
умышленного преступления против жизни или здоровья своих детей.
Прежде всего, необходимо сопоставить соответствующие составы
преступлений.
Жестокое обращение с ребенком конструктивно охватывается диспозицией в ст. 156 УК РФ, поэтому, по мнению авторов, дополнительной квалификации не требует, при условии, что следствием жестокого
обращения не явилось причинение побоев, истязаний и того или иного
вида вреда здоровью несовершеннолетнего.
В случаях, когда в ходе жестокого обращения совершаются умышленные действия, направленные на жизнь и здоровье, а так же половую
неприкосновенность несовершеннолетних, то такие действия подлежат
самостоятельной юридической оценке и квалификации по совокупности
со ст.ст. или частями статей 105, 111, 112, 115, 116, 117, 121, 131-135
УК РФ.
В связи с этим, снова возникает вопрос о последовательности применения мер юридической ответственности к родителям. Иначе говоря,
необходимо ли для лишения родителей родительских прав по названным основаниям признание их виновными в совершении соответствующих преступлений? Поскольку лишение родительских прав является самостоятельной процедурой, то, по мнению авторов статьи, установление в действиях родителей признаков состава преступления, предусмотренного ст. 156 УК РФ не обязательно.
В п. 21 названного ранее постановления Пленума указывается: «Если при рассмотрении дел данной категории в деяниях родителей, иных
лиц, на воспитании которых находятся дети, будут установлены признаки преступления, посягающего на жизнь, здоровье, половую неприкосновенность несовершеннолетних, либо действия по вовлечению несовершеннолетних в преступную деятельность, суд должен уведомить
об этом прокурора», т.е. орган правомочный в соответствии с законодательством РФ, принимать решение о привлечении к уголовной ответственности за указанные преступления, а так же орган, надзирающий за
соблюдением законодательства в сфере охраны прав и свобод граждан,
в т.ч. несовершеннолетних.
Представляется, что поскольку дела о лишении родительских прав,
рассматриваются по заявлению: одного из родителей (лиц, их заменяющих);
91
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
прокурора; органов или учреждений, на которые возложены обязанности по охране прав несовершеннолетних детей (органов опеки и
попечительства, комиссий по делам несовершеннолетних, учреждений
для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и др.) и
участие прокурора обязательно, то и вопрос о привлечении лиц к уголовной ответственности за указанные выше преступления должен решаться в установленном законом порядке.
THE PROBLEM OF THE RELATION OF FAMILY AND CRIMINAL
LAW WITH DEPRIVATION OF PARENTAL RIGHTS
O. Y. Ilyina
Tver state University
A. A. Hodusov
International law Institute, Moscow
The authors analyze the provisions of the family and criminal law, applied to the regulation
of relations connected with the upbringing of children. Discusses family law and criminal
law aspects of the grounds for deprivation of parental rights, the issue of the ratio
of private and public interests.
Keywords: criminal law; family law; private and public interests; termination of parental
rights; willful evasion of alimony; evasion of responsibilities for the upbringing of a minor.
Об авторах:
ИЛЬИНА Ольга Юрьевна − доктор юр. наук, профессор, заведующая кафедрой гражданского права Тверского государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, д. 33), е-mail:
kinder_advokat@rambler.ru
ХОДУСОВ Алексей Александрович - кандидат юридических наук,
доцент, заведующий кафедрой уголовно-правовых дисциплин международного юридического института (127427, г. Москва, ул. Кашенкин луг,
д. 4), е-mail: yustas-73@mail.ru .
Ильина О.Ю., Ходусов А.А. Проблема соотношения семейного и
уголовного законодательства при лишении родителей родительских
прав // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 84 – 92.
92
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 93 - 98.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
УДК 347.191.1
ПРАВОВОЙ СТАТУС НЕКОММЕРЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ
ПО ЗАКОНУ № 99-ФЗ
И.А. Крусс
Тверской государственный университет
Статья посвящена основным изменениям правового статуса некоммерческих
организаций по Закону № 99-ФЗ. Рассмотрены классификации юридических
лиц с акцентом на некоммерческие организации. Исследованы корпоративные
права и обязанности.
Ключевые слова: юридическое лицо, некоммерческая организация, некоммерческая корпоративная организация, некоммерческая унитарная организация.
Юридическим лицом признается организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от
своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести
гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде (ст. 48 Гражданского кодекса РФ, далее – ГК РФ). Такое определение юридического лица дается в Федеральном законе от 05.05.2014 г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» (далее - Закон №
99-ФЗ), вступившим в силу с 1 сентября 2014 г. В вышеупомянутом законе также установлено, что юридическое лицо должно быть зарегистрировано в едином государственном реестре юридических лиц в одной
из предусмотренных им организационно-правовой форм. Предыдущая
редакция ст. 48 ГК РФ такого императива не содержала, но и не исключала необходимость указывать в наименовании юридического лица на
его организационно-правовую форму (ст. 54 ГК РФ, в ред. ФЗ от
14.11.2002 г. № 161-ФЗ).
Согласно ст. 65.1 ГК РФ в редакции Закона № 99-ФЗ юридические
лица, учредители (участники) которых обладают правом участия (членства) в них и формируют их высший орган в соответствии с пунктом 1
статьи 65.3 ГК РФ, являются корпоративными юридическими лицами
(корпорациями). К ним относятся хозяйственные товарищества и общества, крестьянские (фермерские) хозяйства, хозяйственные партнерства,
производственные и потребительские кооперативы, общественные организации, ассоциации (союзы), товарищества собственников недвижимости, казачьи общества, внесенные в государственный реестр казачьих
93
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
обществ в Российской Федерации, а также общины коренных малочисленных народов Российской Федерации.
Юридические лица, учредители которых не становятся их участниками и не приобретают в них прав членства, являются унитарными
юридическими лицами. К ним относятся государственные и муниципальные унитарные предприятия, фонды, учреждения, автономные некоммерческие организации, религиозные организации, публичноправовые компании.
Вышеуказанные положения свидетельствуют об избрании законодателем в качестве основного критерия деления юридических лиц наличие прав членства в них. Такое законодательное решение представляется не случайным. Некоторые зарубежные гражданские акты содержат
подобное подразделение юридических лиц, зарекомендовавшее себя с
точки зрения практической значимости и актуальности. Так, «право
США предусматривает корпорации, имеющие или не имеющие целью
извлечение прибыли, а также различного рода правительственные корпорации»6. Вместе с тем законодатель сохраняет «принципиальное» деление юридических лиц на коммерческие и некоммерческие организации. Как отмечается в Концепции развития гражданского законодательства РФ7, при отсутствии такого деления различные фонды, учреждения, общественные организации и т. д. получат необоснованную целевым (ограниченным) характером их правоспособности неограниченную
возможность участия в предпринимательской деятельности.
Таким образом, корпоративные и унитарные организации на сегодняшний день становятся исключительными субъектами гражданских
правоотношений.
К числу некоммерческих корпоративных организаций ГК РФ в новой редакции относит:
- потребительские кооперативы;
- общественные организации;
- ассоциации (союзы);
- товарищества собственников недвижимости;
- казачьи общества, внесенные в государственный реестр казачьих
обществ;
- общины коренных малочисленных народов.
6
Зенин И.А. Гражданское и торговое право зарубежных стран: Учебное пособие / Московский государственный университет экономики, статистики и информатики. 5-е
изд. Вып. 5. М.: МЭСИ, 2005. С. 33.
7
См.: Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации /
Вступ. ст. А.Л. Маковского. М.: Статут, 2009. С. 48.
94
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Некоммерческие унитарные организации представлены в следующем виде:
- фонды;
- учреждения;
- автономные некоммерческие организации;
- религиозные организации;
- публично-правовые компании.
Единственным учредительным документом некоммерческого юридического лица является его устав. Учредители некоммерческого юридического лица вправе утвердить регулирующие корпоративные отношения и не являющиеся учредительными документами внутренний регламент и иные внутренние документы. В них должны содержаться положения, не противоречащие учредительному документу некоммерческого юридического лица.
Как следует из смысла Закона 99-ФЗ, учредительные документы, а
также наименования юридических лиц, созданных до дня вступления в
силу данного закона, подлежат приведению в соответствие с нормами
гл. 4 ГК РФ при первом изменении учредительных документов таких
юридических лиц. Изменение наименования юридического лица в связи
с приведением его в соответствие с нормами гл. 4 ГК РФ не требует
внесения изменений в правоустанавливающие и иные документы, содержащие его прежнее наименование. Учредительные документы таких
юридических лиц до приведения их в соответствие с нормами гл. 4 ГК
РФ действуют в части, не противоречащей указанным нормам.
Установлены «универсальные» правила, касающиеся решения о
создании юридического лица8.
Согласно Закону № 99-ФЗ специальные нормы относительно решений о создании отдельных видов организаций могут быть предусмотрены законами.
Если учредителей двое или более, решение о создании юридического лица должно быть принято ими единогласно (п. 2 ст. 50.1 ГК РФ).
В решении должны быть указаны следующие сведения:
- об учреждении юридического лица;
- об утверждении его устава;
- о порядке, размере, способах и сроках образования его имущества;
- об избрании (назначении) его органов.
Если принимается решение о создании организации корпоративного типа (основанной на началах членства), то в этом решении указыва8
См.: Правовые новости. Специальный выпуск «Изменения положений Гражданского
кодекса РФ о юридических лицах // СПС «КонсультантПлюс».
95
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ются также сведения о результатах голосования учредителей по вопросам учреждения юридического лица и о порядке совместной деятельности учредителей по созданию юридического лица.
Вопросы образования и компетенции органов юридического лица
определяются законом и учредительным документом (ст. 53 ГК РФ). В
сфере деятельности некоммерческих организаций следующие федеральные законы регламентируют порядок функционирования их органов: Федеральный закон «О некоммерческих организациях», Жилищный кодекс РФ, Федеральный закон «О политических партиях», Федеральный закон «О негосударственных пенсионных фондах», Федеральный закон «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан», Федеральный закон «Об автономных учреждениях», Федеральный закон «О кредитной кооперации», Федеральный закон «О сельскохозяйственной кооперации», Федеральный закон
«О жилищных накопительных кооперативах», Федеральный закон «О
потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в
Российской Федерации».
Закон 99-ФЗ представляет собой акт, унифицирующий правовое
положение участников корпораций независимо от целей деятельности
таких организаций. Так, ст. 65.2 ГК РФ закрепляет перечень прав, которыми наделяются участники корпорации. К ним относятся права:
участвовать в управлении делами корпорации, за исключением
случая, предусмотренного п. 2 ст. 84 ГК РФ;
в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией;
обжаловать решения органов корпорации, влекущие гражданскоправовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены
законом;
требовать, действуя от имени корпорации (п.1 ст. 182), возмещения
причиненных корпорации убытков (ст. 53.1);
оспаривать, действуя от имени корпорации (п. 1 ст. 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным ст. 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и
требовать применения последствий их недействительности, а также
применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации;
если иное не установлено ГК РФ, участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, вправе
96
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам, с
выплатой им справедливой компенсации, определяемой судом, а также
возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли.
Участники корпорации могут иметь и другие права, предусмотренные законом или учредительным документом.
Суд может отказать в возвращении доли участия, если это приведет
к несправедливому лишению иных лиц их прав участия или повлечет
крайне негативные социальные и другие публично значимые последствия. В этом случае лицу, утратившему помимо своей воли права участия
в корпорации, лицами, виновными в утрате доли участия, выплачивается справедливая компенсация, определяемая судом.
Участник корпорации обязан:
участвовать в образовании имущества корпорации в необходимом
размере в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены ГК РФ,
другим законом или учредительным документом корпорации;
не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности
корпорации;
участвовать в принятии корпоративных решений, без которых корпорация не может продолжать свою деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия таких решений;
не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда корпорации;
не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана корпорация.
Участники корпорации могут нести и другие обязанности, предусмотренные законом или учредительным документом.
Список литературы
1. Зенин И.А. Гражданское и торговое право зарубежных стран: учеб.
пособие // Московский государственный университет экономики, статистики и информатики. 5-е изд. Вып. 5. М.: МЭСИ, 2005. 520 с.
2. Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации / вступ. ст. А.Л. Маковского. М.: Статут, 2009. 74 с.
3. Правовые новости. Специальный выпуск «Изменения положений Гражданского кодекса РФ о юридических лицах // СПС «Консультант Плюс».
97
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
LEGAL STATUS OF NON-PROFIT ORGANIZATIONS
IN LAW № 99-FZ
I. A. Kruss
Tver State University
The article is devoted to fundamental changes in the legal status of non-profit organizations under the Law № 99-FZ. The classification of legal entities with a focus on
non-profit organizations. Studied corporate rights and responsibilities.
Keywords: legal entity, a non-profit organization, non-profit corporate entity, a nonprofit organization unitary.
Об авторе:
КРУСС Ирина Александровна – канд. юр. наук, доцент кафедры
гражданского процесса и правоохранительной деятельности Тверского
государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), email: irina070782@yandex.ru.
КРУСС И.А. Правовой статус некоммерческих организаций по закону
№ 99-ФЗ // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 93 - 98.
98
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№
№4.
4. С. 99 - 101.
Вестник
УДК 347.918
ДЕСЯТЬ АРГУМЕНТОВ В ПОЛЬЗУ МЕДИАЦИИ
Е. В. Надольская
Филиал Тверского государственного университета, г. Ржев
Статья посвящена вопросу развития и практического применения альтернативных способов разрешения правовых споров.
Ключевые слова: медиация, альтернативные способы решения споров, конфликт, медиатор.
Медиация, или посредничество, является альтернативным способом
разрешения спорных ситуаций с привлечением третьего, независимого
лица, называемого медиатором (посредником). Медиатор оказывает содействие сторонам в ведении переговоров. Основные принципы медиации — добровольность, нейтральность, конфиденциальность и равноправие сторон.
Посредничество по урегулированию различных споров успешно и
широко применяется во многих странах. В России медиация применяется на практике с 90-х гг. ХХ века. В настоящее время в России действует федеральная целевая программа по развитию судебной системы,
внедрение альтернативных способов решения юридических споров, в
том числе и посредством процедуры медиации, является неотъемлемой
ее частью.
Следует отметить, что развитие института медиации связано с разнообразными правовыми отношениями и внедрение государством альтернативных процедур разрешения конфликтов прежде всего направлено на разрешение правовых споров.
Изучив медиативную практику в Тверском регионе, можно сделать
вывод, что к медиации конфликтующие стороны прибегают крайне
редко. Большинство клиентов с осторожностью относятся к медиации,
предпочитая решать правовые споры в судебном порядке. Это связано
прежде всего с недостаточным количеством информации об альтернативных способах разрешения споров. Это порождает неверное представление о деятельности медиаторов, очень часто стороны путают
функции медиатора с деятельностью коллекторных агентств. Кроме того, в правосознании российских граждан по-прежнему имеет место правовой нигилизм и недоверие не только к альтернативным способам решения споров, но и к суду.
99
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Какие же преимущества у медиации? И какие аргументы можно
привести в пользу выбора альтернативной формы разрешения спора.
Первое: экономичность процедуры. Расходы клиента выражаются
только лишь в оплате услуг медиатора, которые зависят от количества
проведенных медиаций. Опыт работы помогает понять, что чаще всего
достаточно одной процедуры. Очень часто судебные издержки бывают
гораздо выше, чем размер иска, а процесс альтернативного разрешения
споров помогает избежать дополнительных расходов.
Второе: минимальные сроки. Процедура медиации обычно длится 2
- 2,5 часа. Кроме того, она не требует предварительной подготовки и
есть возможность разрешения спора или конфликта за один сеанс. То
есть для того, чтобы прибегнуть к процедуре медиации, достаточно
найти специалиста и договориться с ним о месте и времени.
Третье: участие медиатора (посредника) в переговорах. Участие посредника делает переговоры более эффективными. Являясь независимым лицом, медиатор помогает сторонам, находящимся в конфликте,
преодолеть трудности общения. В процессе переговоров соблюдается
принцип равенства сторон, а независимость медиатора подчеркивает
объективность процесса.
Четвертое: широкий спектр рассматриваемых проблем. Процедура
медиации помогает урегулировать не только правовые разногласия, например основанные на имущественных или трудовых спорах, но и социальные, семейные конфликты.
Пятое: ориентирование на удовлетворение интересов каждой стороны. Важнейшей задачей медиатора является выявление интересов
сторон и стремление к максимальному их удовлетворению в процессе
переговоров.
Шестое: переговоры строятся по принципу сотрудничества сторон.
В результате возможно сохранение отношений, продолжение делового
сотрудничества или партнерства.
Седьмое: высокая эффективность. Согласно статистике 85% переговоров с участием посредника завершаются успешно заключенными
соглашениями, а сами соглашения выполняются в 91%.
Восьмое: конфиденциальность процедуры. Конфиденциальность
является одним из четырех основных принципов медиации. Это означает недопустимость раскрытия информации, полученной сторонами и
медиатором. Хотя следует отметить, что могут быть установлены исключения из общего правила конфиденциальности. Раскрытие полученной конфиденциальной информации медиатором возможно для защиты жизни и здоровья граждан, если это позволит защитить интересы
несовершеннолетних или предотвратить совершение преступления.
100
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Девятое: материальный результат процедуры. Процесс переговоров,
как уже говорилось, максимально направлен на удовлетворение интересов сторон, например имущественные споры разрешаются с точки зрения максимальной выгоды каждой из сторон.
Десятое: эмоциональный результат. В ряде случаев для конфликтующих сторон гораздо важнее получить психологическую удовлетворенность. Задача медиатора – максимально помочь сторонам сохранить
душевное равновесие.
По мнению большинства правоведов, медиация представляет собой один из самых эффективных способов урегулирования правовых
споров. Преимущества процедуры посредничества имеют значение при
сопоставлении с другими способами разрешения конфликта или спора.
И, безусловно, право выбора способа разрешения конфликтной или
спорной ситуации принадлежит сторонам. Но успешное развитие альтернативных способов разрешения правовых споров зависит не только
от действия законодательства и федеральных программ, но и от практического опыта, который не возможен без активного участия граждан.
TEN ARGUMENTS IN FAVOR OF MEDIATION
E. V. Nadolskaya
Branch of Tver State University in Rzhev
The article focuses on the development and practical application of alternative methods of resolving legal disputes.
Keywords: mediation, alternative dispute resolution, conflict mediator.
Об авторе:
НАДОЛЬСКАЯ ЕВГЕНИЯ ВАЛЕРЬЕВНА – кандидат философских наук, директор Филиала Тверского государственного университета
в г.Ржеве, зав.кафедрой социально-гуманитарных дисциплин (172386,
г.Ржев, Заводское шоссе, 14) e-mail: enadolsk@ mail.ru
Надольская Е.В. Десять аргументов в пользу медиации // Вестник ТвГУ.
Серия: Право. 2014. № 4. С. 99 – 101.
101
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№№4.4. С. 102 - 112.
Вестник
УДК 347.62
ПРИЗНАНИЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
БРАКОВ, ЗАКЛЮЧЕННЫХ НА ТЕРРИТОРИИ ИНОСТРАННОГО
ГОСУДАРСТВА
С.А. Никогосян
ФГАОУ ВПО «Казанский (Приволжский) федеральный университет
Сфера нормативно-правового регулирования общественных отношений, возникающих по поводу заключения и прекращения брака с участием иностранных
граждан, очень специфична ввиду их многоаспектности и усложненности коллизионными нормами. Соответственно данные отношения носят сложный межотраслевой характер. Следует признать, что коллизионные нормы семейного законодательства, которые призваны регулировать процедуру определения применимого права, содержат в себе много пробелов и противоречий, что усложняет их практическое применение и обусловливает возможности для злоупотреблений.
Ключевые слова: брак, признание брака, оговорка о публичном порядке, признание действительности брака, коллизионная привязка.
Правовое регулирование признания брака, совершенного за пределами Российской Федерации, закреплено в ст. 158 СК РФ, согласно которой действительными признаются браки российских граждан с иностранными гражданами, заключенные на территории иностранного государства согласно законодательству места заключения при условии
соблюдения требований ст. 14 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ)1. Соответственно для признания брака между гражданами РФ или с иностранным гражданином, совершенного за пределами России, должны отсутствовать такие обстоятельства, препятствующие заключению брака, как: 1) нерасторгнутый брак; 2) близкие
родственные отношения между сторонами; 3) отношения между усыновителем и усыновленным; 4) признанная судом недееспособность хотя
бы одной из сторон.
Относительно признания брака исключительно между иностранными гражданами и на территории иностранного государства согласно
п. 2 ст. 158 СК РФ законодатель предусматривает обязательное признание его действительности, если были соблюдены нормы закона места
его заключения. Можно заключить, что данная норма относится и к
1
Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. № 223-ФЗ (ред. от
05.05.2014 № 126-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 16.
102
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
браку, совершенному на территории иностранного государства между
двумя иностранными гражданами, не имеющими общего гражданства.
Такое условие признания брака, как соблюдение требований закона
страны – места заключения брака, включает в себя требования о месте
заключения брака, о форме, порядке и условиях заключения брака, препятствиях к его заключению. Так, в случае брака между иностранцами
на территории иностранного государства главенствующими положениями будут являться правовые нормы соответствующего государства –
места его заключения, и вопрос признании этого брака уже не стоит,
даже если бы на территории РФ такой брак был бы невозможен по ст.
14 СК РФ.
Отсутствие необходимости соблюдать правила российского законодательства в отношении препятствий к браку, установленных ст. 14
СК РФ, и достаточность следования соответствующему иностранному
законодательству свидетельствуют о возможностях нарушения общего
публичного правопорядка и мягкости российского законодательства в
отношении браков, заключенных за пределами России между иностранными гражданами. Так, если законодательство иностранного государства разрешает, к примеру, заключение брака при уже имеющемся нерасторгнутом браке или между лицами одного пола, то согласно нормам
российского семейного законодательства нет причин для отрицания полигамного брака или однополых союзов.
Не служат препятствием для признания брака действительным
иные, чем в российском праве, порядок и форма его заключения, в зависимости от которых можно подразделить страны на четыре группы:
1. Страны, где правовые последствия, как и в России, порождает
только брак, зарегистрированный в государственных органах. В их числе Франция, Бельгия, Германия, Швейцария, Нидерланды, Япония и др.
2. Государства, в которых брак может быть заключен как в гражданской, так и в религиозной форме, при этом правом выбора наделены
сами лица, вступающие в брак, например, по законодательству Англии,
Дании, Испании, Италии, некоторых штатов США. В Италии и Испании
для полного признания законного брака, заключенного в религиозной
форме, требуется его регистрация государственными органами. В то же
время его действительность определяется с момента совершения брачной церемонии2.
3. Страны, в которых заключение брака возможно исключительно в
религиозной форме. К ним относятся Андорра, Лихтенштейн, некото2
Гражданское и торговое право зарубежных стран: учеб. пособие / под ред. В.В. Безбаха, В.К. Пучинского. М.: МЦФЭР, 2004. С. 614 – 615.
103
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
рые штаты США, Израиль, Ирак, Иран, отдельные провинции Канады и
др.3
4. Страны, где особенностью формы и порядка заключения брака
служит возможность регистрации брака по доверенности, как это предусмотрено в Испании или Перу.
По общему правилу, иностранные документы, удостоверяющие
факт заключения законного брака за пределами Российской Федерации,
признаются действительными в России при наличии их легализации,
если иное не установлено международным договором или федеральным
законом.
От легализации документов освобождает Минская конвенция от 22
января 1993 г.4 и двусторонние договоры о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам. Упрощенную форму удостоверения без легализации иностранных официальных документов ввела Гаагская конвенция 5 октября 1961 г.5
Правовое регулирование вопросов о признании брака осуществляет
Конвенция о заключении и признании действительности браков 1978 г.,
в которой Россия не участвует. Согласно ей брак, который заключен по
закону в соответствии с правом государства – места его заключения или
который в дальнейшем становится подлинным в соответствии с этим
правом, является таковым в любом договаривающемся государстве при
условии следования положений конвенции6.
Причинами непризнания законности брака согласно ст. 11 той же
Гаагской конвенции 1978 г. являются те же обстоятельства, препятствующие заключению брака, закрепленные в СК РФ. Такими причинами,
если один из супругов на момент регистрации брака, могут являться
следующие: 1) уже состоял в браке; 2) являлся родственником по прямой линии другого супруга, был ее братом (его сестрой) по крови либо
вследствие усыновления; 3) не достиг минимального брачного возраста
и при этом не получил необходимого разрешения на вступления в брак;
4) по своим умственным способностям был не в состоянии дать согласия на брак; 5) не дал добровольного согласия на брак. Далее ст. 13 кон-
3
Скаридов А.С. Международное частное право: учеб. пособие. СПб, 1998. С. 496.
Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и
уголовным делам (заключена в г. Минске 22.01.1993) // СЗ РФ. 1995. № 17. Ст. 1472.
5
Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных официальных документов (вместе с «Образцом апостиля»). Заключена в г. Гааге 05.10.1961 // Бюллетень
международных договоров. 1993. № 6. С. 13 – 17.
6
Конвенция о заключении и признании действительности браков (заключена в г. Гааге
14.03.1978 г.) // Междунар. частное право: сб. докум. М.: БЕК, 1997. С. 699 – 704.
4
104
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
венции допускает применение норм законодательства, наиболее удобных относительно признания браков, зарегистрированных за границей7.
Положения данной конвенции играют значительную роль в регулировании вопросов заключения брака, выбора норм при решении спорных ситуаций и оснований признания или не признания брака, заключенного на территории иностранного государства. Присоединение России к Гаагской конвенции 1978 г. может благоприятно повлиять на правовое регулирование брачно-семейных отношений с участием иностранных граждан. Особенностью положений конвенции служит удачное совмещение коллизионных норм, отсылающих к внутреннему законодательству государства – места заключения и места признания брака
норм самой конвенции, призванных регулировать заключение брака.
Браки между российскими гражданами или между российскими
гражданами и иностранцами в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации будут признаны действительными при
условии соблюдения требований, предусмотренных ст. 14 СК РФ. Данное условие действительности в отношении браков с участием российских граждан не полностью охватывает все принципы и критерии законного брака, содержащиеся в семейном праве Российской Федерации.
Аналогичное свойство, противоречащее праву и традиционному
порядку государства, наблюдается в семейном праве Армянской Республики. Согласно ст. 143 СК РА браки между армянскими гражданами
и между гражданами Армении и иностранцами, заключенные за пределами ее территории с соблюдением законодательства государства – места заключения, признаются действительными в Республике Армения
при наличии консульской легализации8. Отсутствуют коллизионные
привязки к национальным нормам о препятствиях к заключению брака,
при этом препятствия эти обладают более строгим характером, чем предусмотренные, например, российским законодательством.
Относительно взаимного признания действительности брака, совершенного на территории Армении и России, легализация документов
не требуется ввиду того, что обе страны участвуют в упомянутой Минской конвенции от 22 января 1993 г., которая освобождает от данной
процедуры9.
7
Конвенция о заключении и признании действительности браков (заключена в г. Гааге
14.03.1978 г.) // Междунар. частное право: сб. докум. М.: БЕК, 1997. С. 699 – 704.
8
Семейный кодекс Республики Армения: ЗР -123-Н от 8 декабря 2004 г. Принят Национальным Собранием 9 ноября 2004 г. Ереван ЗР-123-Н. г. // Официальные ведомости Республики Армения. 2004.
9
СЗ РФ. 1995. № 17. Ст. 1472.
105
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Установленное противоречие армянского семейного законодательства общественному публичному порядку может спровоцировать возникновение негативных последствий для собственных граждан, вступающих в брак с иностранным гражданином на территории иностранного государства. Даже если учитывать, что нормы большинства стран в
правовом регулировании семейных отношений содержат коллизионную
норму, отсылающую на закон гражданства иностранца относительно
условий и препятствий к заключению брака, возможны и случаи, когда
данная коллизионная привязка может отсутствовать в иностранном семейном праве. Следовательно, противоречие Российского законодательства о браке общественному порядку может объясняться подразумеванием того, что к российскому гражданину в случае заключения им
брака с иностранцем на территории иностранного государства будет
применяться закон его гражданства. Однако подразумевание не есть
правовое регулирование, соответственно оно не несет в себе юридической силы, так как не всегда то, что предполагается законом одной
страны будет исполняться законом другой. Так, установленная проблема противоречия в сфере регулирования семейных отношений с участием иностранных граждан может выражаться в том, что, например, во
многих странах разрешены полигамные, однополые и «детские» браки.
Относительно однополых браков наблюдается столкновение коллизионной нормы в ст. 158 СК РФ, закрепляющей признание таких браков, и нормы ст. 12 СК РФ о «добровольности брачного союза мужчины
и женщины»10, согласно которой однополые союзы по определению не
могут быть признаны браками. Потому в целях защиты нравственных
основ как источника принципов правового регулирования заключения
брака с участием российских граждан на территории иностранного государства и для разрешения конфликта правовых норм выявляется необходимость дополнения перечня обстоятельств, препятствующих заключению брака.
В перечне обстоятельств, препятствующих заключению брака, отсутствует правило недопущения регистрации браков между лицами, не
достигшими брачного возраста. Это может привести к заключению
брачного союза российских граждан между собой или с иностранным
гражданином в слишком раннем возрасте на территории иностранного
государства, т.е. провоцирует так называемые «детские» браки, противоречащие нравственно-моральным основам российского права и общества.
10
Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. № 223-ФЗ (ред. от
05.05.2014 № 126-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 16.
106
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Аналогичное провоцирование нарушения общественного порядка
вызывает отсутствие в том же перечне обстоятельств, препятствующих
заключению брака, норм о недопущении регистрации брака без взаимного и добровольного согласия женщины и мужчины.
Следовательно, в Российской Федерации факт признания брака между российскими гражданами, между российским и иностранным гражданином или между иностранными гражданами, заключенного на территории иностранного государства, не ограничивается только определением данного брака как законного, но также влечет признание его
правовых имущественных и личных неимущественных последствий.
В теории права относительно признания брака действительным допускается отказ в таком признании, если данный факт противоречит основным нравственным принципам, на которые опирается все законодательство государства, т.е. если признание брака явно несовместимо с
публичным порядком страны11. Так, например, согласно решению апелляционного суда Армении было отказано в обжаловании решения суда
первой инстанции о неприменении иностранного права по делу Лусине
Ялоян.
Следовательно, и в российском праве вопросы признания брака
действительным регулируются в большей степени не коллизионной
нормой ст. 158 СК РФ и нормами международных договоров, отсылающих к закону того или иного государства, а принципами публичного
порядка, установленными во внутреннем законодательстве и международных договорах и конвенциях. В Российской Федерации, например,
признание брака будет зависеть от его соответствия или противоречия
именно отечественному публичному порядку. В зарубежной доктрине
разграничивают международный (внешний) публичный порядок и национальный (внутренний) публичный порядок, но российское законодательство не содержит понятия «международный публичный порядок»,
который «в действительности более ограничен по сравнению с областью внутреннего публичного порядка»12.
Закрепление положения о праве отказа в действительности «ненравственного» брака имело место в Гаагской конвенции «О заключении и признании действительности браков» от 14 марта 1978 г., согласно которой договаривающееся государство имеет право отказать в признании действительности брака в случаях, если подобное признание явно несовместимо с его публичным порядком13.
11
Марышева Н.И. Семейные отношения с участием иностранцев. Правовое регулирование в России. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 328.
12
Courbe P. Droit international prive. Paris, 2003. P. 98.
13
Международное частное право: сб. докум. М.: БЕК, 1997. С. 659 – 722.
107
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Формулировка оговорок о публичном порядке как «противоречии
законодательству», закрепленная в Минской конвенции 1993 г.14, была
воспринята и в некоторых «внутренних» законодательных актах странучастников. Например, согласно ст. 212 Закона Казахстана о браке и семье 1998 г. нормы иностранного семейного законодательства не применяются в случае, если такое применение противоречит законодательству
Республики Казахстан, в этом случае применятся внутреннее законодательство15.
В российском праве допустимость неприменения норм иностранного семейного права в случае их противоречия российским основам правопорядка (публичного порядка) установлена в ст. 167 действующего
СК РФ16, норма которой, как и норма ст. 1193 ГК РФ17, свидетельствует
об определении публичного порядка через основы правопорядка.
Концепция публичного порядка Российской Федерации содержит в
себе основополагающие начала фундаментальных основ российского
правопорядка, на которые опираются и строятся все сферы общественных отношений. Основную цель оговорки о публичном порядке можно
определить как защиту правовой системы от негативных последствий, в
данном случае всей системы семейного права, путем ограничения действия иностранных норм, подлежащих применению согласно внутренним коллизионным нормам.
Неопределенность границ категории публичного порядка приводит
к тому, что «дать исчерпывающий перечень принципов, составляющих
основы публичного порядка, невозможно. Равным образом невозможно
и доктринально синтезировать список всех принципов и норм, относящихся к публичному порядку»18. Допустимо сформулировать лишь три
первостепенных принципа, на которых базируются основы Российского
правопорядка относительно семейных правоотношений.
1. Конституционные и частноправовые принципы, обеспечивающие
защиту законных интересов российского общества: гл. 2 Конституции
РФ «О правах и свободах человека и гражданина», ст. 19 о равноправии
мужчины и женщины; равенстве прав и свобод человека и гражданина
14
СЗ РФ. 1995. № 17. Ст. 1472.
О браке и семье: Закон Республики Казахстан № 321. от 17 декабря 1998 г. // Казахстанская правда. 1998. № 241.
16
Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. № 223-ФЗ (ред. от
05.05.2014 № 126-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 16.
17
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть 3) от 26.11.2001 г. № 146-ФЗ
(ред. от 05.05.2014 № 124-ФЗ) // СЗ РФ. 2001. № 49. Ст. 4552.
18
Комментарий к части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации / под
ред. А.Л. Маковского и Е.А. Суханова. М.: Юристъ, 2002. С. 360. (автор комментария
к ст. 1193 – А.Н. Жильцов).
15
108
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, религии и др.; ст. 38 о защите материнства и детства19.
2. Моральные, нравственные, религиозно и традиционно устойчивые принципы, принятые в обществе. Так, в отношении брака и семьи
принято считать безнравственным и аморальным факт заключения брака между лицами одного пола, что отражается и в норме ст. 12 СК РФ
«о взаимном и добровольном согласии мужчины и женщины»20.
3. Общепризнанные принципы и нормы международного права,
включая международно-правовые стандарты прав человека21.
Согласно вышеперечисленным принципам российского правопорядка, обусловливающим публичный порядок Российской Федерации,
следует, что браки, заключенные на территории иностранного государства между российскими гражданами, российскими и иностранными
гражданами, а также между иностранными гражданами, признаваться
на территории Российской Федерации не будут, если имеются противоречия внутреннему публичному порядку страны. Данное заключение
свидетельствует о приоритетности норм публичного порядка в сравнении с коллизионными нормами Семейного кодекса Российской Федерации, регулирующими вопросы признания действительности браков, заключенных за пределами Российской территории. Следовательно, нормы ст. 158 СК РФ, регулирующие вопросы признания браков, совершенных на территории иностранного государства, будут действовать
исключительно в соответствии со ст. 167 СК РФ.
Возможность отсылки к публичному порядку может объяснить отсутствие коллизионной привязки в ст. 157 СК РФ к гражданству будущих супругов или к месту регистрации их брака в дипломатических
представительствах и консульских учреждениях. Также этим допустимо
объяснить отсутствие в п. 1 ст. 158 СК РФ коллизионной отсылки на
российские законы о брачном возрасте и взаимном согласии супругов в
ст. 12, 13 СК РФ, которые должны быть соблюдены в обязательном порядке при заключении брака с участием российских граждан на территории иностранного государства.
В связи с тем, что в случае признания браков, заключенных на территории иностранного государства, в первую очередь будут применяться нормы публичного порядка, т. е. браки полигамные, однополые,
19
Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. (с изм. от 30.12.2008 г. №
6-ФКЗ, от 30.12.2008 г. № 7-ФКЗ) // Рос. газ. 1993. 25 дек.; Рос. газ. 2009. 21 янв.
20
Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. № 223-ФЗ (ред. от
05.05.2014 № 126-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. № 1. Ст. 16.
21
Международное частное право: учеб. / под ред. Г.К. Дмитриевой. М.: Проспект,
2000. С. 164.
109
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
«детские браки», браки между близкими родственниками, с участием
психически больного лица, между усыновителями и усыновленными на
территории Российской Федерации не будут являться действительными.
Потому целесообразно уточнить ст. 158 СК РФ, дополнив ее условием
«непротиворечия» публичному порядку согласно ст. 167 СК РФ для
признания брака, заключенного на территории иностранного государства, в Российской Федерации.
Остается открытым вопрос о юридических последствиях «ненравственного» брака между иностранными гражданами, заключенного за
пределами Российской Федерации, так как ст. 167 СК РФ говорит о противоречии основам правопорядка «применения» иностранного права,
пропуская вопрос о недопущении противоречия «последствий применения» публичному порядку.
Однако признание юридических последствий «незаконного брака»
в той же степени противоречит публичному порядку, как и признание
самого брака, противоречащее нравственным и моральным принципам,
так как признание последствий брака обусловливается фактом его законности. Для разрешения данного противоречия следует уточнить ст.
167 СК РФ. Уточнения могут быть выражены в дополнении к правилам,
закрепленным в ст. 1193 ГК РФ, согласно которым нормы иностранного
права не будут применяться, если последствия ее применения будут явно противоречить основам правопорядка (публичному порядку) Российской Федерации22.
Дополнением также может служить заимствование положения из
той же ст. 1193 ГК РФ, которое в ст. 167 СК РФ должно выражаться как
недопустимость отказа в применении нормы иностранного права только
на основании отличий правовой системы или правового регулирования
брачных отношений соответствующего иностранного государства от
права российского.
22
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть 3) от 26.11.2001 г. № 146-ФЗ
(ред. от 05.05.2014 №124-ФЗ) // СЗ РФ. 2001. № 49. Ст. 4552.
110
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Список литературы
1. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (заключена в г. Минске
22.01.1993) // СЗ РФ. 1995. № 17. С. 1472.
2. Конвенция, отменяющая требование легализации иностранных
официальных документов (вместе с «Образцом апостиля»). Заключена в г. Гааге 05.10.1961 // Бюл. междунар. договоров. 1993. № 6.
С. 13 – 17.
3. Конвенция о заключении и признании действительности браков
(заключена в г. Гааге 14.03.1978 г.) // Междунар. частн. право: сб.
докум. М.: БЕК, 1997. С. 699 – 704.
4. Конвенция о заключении и признании действительности браков
(заключена в г. Гааге 14.03.1978 г.) // Междунар. частн. право: сб.
докум. М.: БЕК, 1997. С. 699 – 704.
5. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. (с изм.
от 30.12.2008 г. № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 г. № 7-ФКЗ) // Рос. газ.
1993. 25 дек.; Рос. газ. 2009. 21 янв.
6. Гражданский кодекс Российской Федерации (ч. 3) от 26.11.2001 г.
№ 146-ФЗ (ред. от 05.05.2014 № 124-ФЗ ) // СЗ РФ. 2001. № 49. С.
4552.
7. Семейный кодекс Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. №
223-ФЗ (ред. от 05.05.2014 № 126-ФЗ) // СЗ РФ. 1996. № 1. С. 16.
8. Семейный кодекс Республики Армения: ЗР -123-Н от 8 декабря
2004 г. Принят Национальным собранием 9 ноября 2004 г. Ереван
ЗР-123-Н. г. // Официальные ведомости Республики Армения, 2004.
С. 36
9. О браке и семье: Закон Республики Казахстан № 321. от 17 декабря
1998 г. // Казахстанская правда. 1998. 24 дек.
10. Гражданское и торговое право зарубежных стран: учеб. пособие /
под ред. В.В. Безбаха, В.К. Пучинского. М.: МЦФЭР, 2004. С. 896
11. Марышева Н.И. Семейные отношения с участием иностранцев.
Правовое регулирование в России. М.: Волтерс Клувер, 2007. С.
328
12. Комментарий к части третьей Гражданского кодекса Российской
Федерации под ред. А.Л. Маковского и Е.А. Суханова. М.: Юристъ,
2002. С. 538
13. Международное частное право: учеб. / под ред. Г.К. Дмитриевой.
М.: Проспект, 2000. С. 656
14. Скаридов А.С. Международное частное право: учеб. пособие. СПб,
1998. С. 496
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
RECOGNITION IN THE RUSSIAN FEDERATION
OF THE MARRIAGES CONCLUDED IN TERRITORY
OF THE FOREIGN STATE
S.A. Nikogosyan
FSAEI VPO "Kazan (Volga) Federal University
The sphere of is standard-legal regulation of the public relations arising concerning
the conclusion and the termination of marriage with participation of foreign citizens is
very specific, in view of them various aspects and complexity the conflict norms, accordingly the given relations have difficult interbranch character. It is necessary to
recognise that conflict norms of the family legislation which urged to regulate procedure of definition of an applicable law, comprise many blanks and contradictions that
complicates their practical application and causes possibilities for abusings.
Keywords: marriage, a marriage recognition, the reservation on a public order, a
recognition of the validity of marriage, a conflict binding.
Об авторе:
НИКОГОСЯН Стелла Адраниковна - аспирантка кафедры гражданского и предпринимательского права ФГАОУ ВПО «Казанский (Приволжский) федеральный университет» (г. Казань, ул. Ноксинский спуск,
д. 8, кв. 31), nikogosyan.stella@mail.ru
Никогосян С.А. Признание в Российской Федерации браков,
заключенных на территории иностранного государства // Вестник ТвГУ.
Серия: Право. 2014. № 4. С. 102 - 112.
112
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 113 - 123.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
УДК 347.635
ФАКТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ КАК ОСНОВАНИЕ
ВОЗНИКНОВЕНИЯ СЕМЕЙНЫХ ПРАВООТНОШЕНИЙ
Е.А. Татаринцева
Светлоградский филиал
Института Дружбы народов Кавказа
Фактические воспитатели относятся к тем субъектам семейных правоотношений, которые могли бы сыграть существенную роль в решении важной государственной задачи по воспитанию детей в семье. Однако неоднозначная позиция
законодателя к институту фактического воспитания, выражающаяся в практически полном отсутствии прямо предусмотренных норм, регламентирующих
правовой статус фактических воспитателей, не только создает неопределенность их положения, но и не способствует эффективной защите прав и интересов их воспитанников. На основе анализа как российского, так и зарубежного
законодательства автором делается вывод о необходимости сочетания государственного контроля за осуществлением родительских прав и обязанностей фактических воспитателей со стимулированием этой особой категории членов семьи к юридическому оформлению отношений с воспитанниками посредством
оказания обоим надлежащей помощи и поддержки.
Ключевые слова: фактическое воспитание, субъект правоотношения, права,
обязанности, соглашение об осуществлении родительских прав.
Обеспечение приоритета семейного устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, поставленного в качестве одной из основных задач в Национальной стратегии действий в интересах
детей на 2012 - 2017 гг.1, обусловливает необходимость расширения
круга лиц, желающих взять ребенка в семью на воспитание. Однако потребность в воспитании ребенка нередко возникает и в тех семьях, где
родители не лишены (ограничены) родительских прав, но в силу различных причин социально-экономического и иного характера (работа в
другом городе, психическое заболевание родителя и т.п.) не могут лично исполнять свои обязанности по его воспитанию. В то же время ребенок таких родителей не стоит на учете в органах опеки и попечительства как оставшийся без родительского попечения в силу того, что его
воспитанием и содержанием занимается фактический воспитатель-лицо,
которое осуществляет по отношению к нему родительские права и обя1
Указ Президента РФ от 01.06.2012 г. № 761 «О Национальной стратегии действий в
интересах детей на 2012 - 2017 годы» // СЗ РФ. 2012. № 23. Ст. 2994.
113
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
занности без юридически оформленных отношений со своим воспитанником в формах, предусмотренных законодательством для детей, утративших родительское попечение. Существуют различные причины того,
почему данная категория членов семьи официально не обращается за
установлением опеки (попечительства), усыновлением и т.п. в отношении воспитанника в органы опеки и попечительства. Среди них могут
быть: несоответствие требованиям, при которых лицо может стать опекуном (попечителем) ребенка (например, возраст и состояние здоровья
бабушки и дедушки), желание сохранить в секрете личную или семейную тайну (рождение ребенка несовершеннолетней дочерью, не состоящей в браке), нежелание постороннего вмешательства в семью со
стороны органов опеки и попечительства, осуществляющих контроль за
воспитанием и содержанием подопечного ребенка, нежелание одного из
супругов давать согласие на усыновление ребенка его отчимом (мачехой) и т.п., а также почти полное отсутствие норм, определяющих правовой статус фактического воспитателя. Здесь возникает вопрос о том,
стоит ли расширять данную сферу в качестве самостоятельной формы
семейных правоотношений и более детального правового регулирования прав и обязанностей субъектов этих правоотношений или же законодательно добиваться того, чтобы семейное правоотношение по фактическому воспитанию ребенка было сведено к другим уже предусмотренным семейным законодательством формам, таким, как опека и попечительство или приемная семья?
Следует отметить, что институт фактического воспитания существует не только в Российской Федерации, но и во всех странах мира, при
этом наиболее распространенной является ситуация, когда фактическими воспитателями выступают бабушка и дедушка ребенка, называемые
в зарубежной литературе «родителями второго поколения»2. Официальные статистические данные о количестве домохозяйств, состоящих из
пожилых людей и внуков, в Российской Федерации отсутствуют 3. Однако есть данные о таких типах семьи, как домохозяйства, состоящие из
матери с детьми, отца с детьми, из матери (отца) с детьми и одного из
родителей матери (отца), количество которых имеет, хотя и не значительную, но тенденцию к росту. Так, если в 2002 г. их число по указанным типам составляло 13,6%, 1,0%, 2,9%, то в 2010 г. оно составило
2
См.: Richards A. Second Time Around – A Survey of Grandparents Raising Their Grandchildren //Adoption & Fostering. 2011. V. 25, № 3. P. 68.
3
См: Дети в России. 2009: Стат. сб. / ЮНИСЕФ, Росстат. М.: ИИЦ «Статистика России», 2009. С. 16 - 17.
114
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
14%, 0,9%, 4% соответственно4. Именно в таких семьях фактическое
воспитание детей их бабушками и дедушками, а также «неофициальными» отчимами и мачехами достаточно распространено.
Поэтому сегодня необходимы нормы права, в полной мере регламентирующие правовой статус фактических воспитателей, для того
чтобы они могли вступать в соответствующие правовые отношения для
защиты прав и интересов своих воспитанников. О существовании фактических воспитателей можно узнать лишь из содержания ст. 96 Семейного кодекса РФ, где прямо предусмотрено право фактического воспитателя требовать в судебном порядке предоставления содержания от
своих трудоспособных совершеннолетних воспитанников. Из этого следует, что фактические воспитатели входят в круг субъектов правоотношений по воспитанию ребенка в семье. По мнению О.Н. Низамиевой,
«правоотношение по фактическому воспитанию является самостоятельной формой принятия детей, оставшихся без попечения родителей, на
воспитание, так как предполагает постоянное общение с ребенком
(детьми), возможное при совместном проживании, т.е. когда фактический воспитатель и воспитанник образуют одну семью, однако не урегулированной надлежащим образом в законодательстве»5. Однако законодатель занимает по отношению к ним двойственную позицию: с одной стороны, он предусматривает право фактического воспитателя на
алименты, устанавливая ряд ограничений, связанных с их предоставлением, а с другой – ничего не говорит по поводу прав и обязанностей
фактического воспитателя, осуществляющего родительские функции по
воспитанию ребенка.
Если проанализировать позицию законодателя по этому вопросу в
динамике, то следует отметить нежелание законодателя подвергать эту
сферу семейных правоотношений более детальному правовому регулированию. Так, в Кодексе о браке и семье РСФСР 1969 г.6 фактическим
воспитателям было посвящено две статьи, где не только содержалось
определение понятия фактических воспитателей как лиц, взявших к себе детей на постоянное воспитание и содержание, но и предусматривались обязанности фактических воспитателей по содержанию своих воспитанников (ст. 85 КоБС РСФСР) и соответствующие им обязанности
4
Пресс-выпуск от 07.05.2014 г. № 24. Федеральная служба государственной статистики. URL: http://www.amurstat.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ts/.../pres07052014-2.pdf
5
Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / отв. ред. О.Н. Низамиева. М.: Проспект, 2013 // СПС «КонсультантПлюс».
6
Кодекс о браке и семье РСФСР (утв. ВС РСФСР 30.07.1969 г.) (ред. от 07.03.1995 г., с
изм. от 29.12.1995 г.) // Ведомости ВС РСФСР. 1969. № 32. Ст. 1397.
115
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
воспитанников по содержанию своих фактических воспитателей (ст. 85
КоБС РСФСР), которые должны были исполняться безусловно. В Семейном кодексе Российской Федерации фактическим воспитателям посвящена всего одна статья (ст. 96 СК РФ), где существует право требования фактического воспитателя на предоставление содержания от своего воспитанника. Однако реализация данного субъективного права теперь существенно ограничена рядом условий. Возможность получения
алиментов фактическим воспитателем ставится в зависимость от трудоспособности воспитанника, достижения им совершеннолетнего возраста, срока его фактического воспитания (не менее пяти лет), от качества
воспитания и содержания (только при условии надлежащего воспитания
и содержания) (п.1, 2 ст. 96 СК РФ). Одновременно отменена обязанность самих фактических воспитателей в случае их отказа от дальнейшего содержания своих воспитанников содержать несовершеннолетних, а также нетрудоспособных совершеннолетних, нуждающихся в
помощи воспитанников, если последние не имеют родителей или не могут получить содержания от своих родителей.
Таким образом, сфера правового регулирования семейных правоотношений по фактическому воспитанию детей была не расширена, а напротив, подверглась еще большим ограничениям. Все это свидетельствует о достаточно негативном отношении законодателя к институту
фактического воспитания детей, его стремлении облечь семейные отношения, связанные с фактическим воспитанием детей, оставшихся без
попечения родителей, в форму юридических прав и обязанностей опекуна (попечителя), приемного родителя и т.п. Это делается с целью охраны и обеспечения со стороны государства прав и обязанностей как
воспитанников, так и самих фактических воспитателей. Однако нельзя
отрицать и то, что «в условиях индивидуальной свободы, при четких ее
границах и охране интересов личности и общества, возникновение правоотношений, прямо не предусмотренных законом, вполне допустимо»7.
Для того чтобы понять, каким образом необходимо совершенствовать семейные правоотношения по фактическому воспитанию ребенка,
следует дать определение понятию «фактические воспитатели».
В отличие от Кодекса о браке и семье РСФСР 1969 г., где под фактическими воспитателями понимались лица, взявшие к себе детей на
постоянное воспитание и содержание (ст. 85 КоБС РСФСР), Семейный
кодекс РФ не содержит определения данного понятия, что не способст7
Теория государства и права / под ред. проф. Г.Н. Манова: учебник для вузов. М.:
БЕК, 1996. С. 131.
116
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
вует единообразному пониманию и определению круга лиц, которые
могут являться таковыми в соответствии с законом. Остается нерешенным вопрос и о правах и обязанностях фактических воспитателей по
отношению к воспитываемому ими ребенку. Очевидно, что фактические
воспитатели осуществляют родительские права, перечень которых предусмотрен СК РФ. Однако отсутствие прямого указания закона в этом
случае позволяет путем толкования норм выявить лишь некоторые из
этих прав. Так, ст. 49 СК РФ предусматривает, что в случае рождения
ребенка у родителей, не состоящих в браке между собой, и при отсутствии совместного заявления родителей или заявления отца ребенка происхождение ребенка от конкретного лица (отцовство) устанавливается в
судебном порядке, в т.ч. и по заявлению лица, на иждивении которого
находится ребенок. Таким образом, фактический воспитатель вправе
обращаться в суд с иском об установлении отцовства ребенка, который
находится на его воспитании и содержании. В то же время в законодательстве содержится явное противоречие, когда ст. 52 ГПК РФ не
включает фактических воспитателей в число законных представителей
ребенка, наделенных правом защищать его в суде наравне с родителями,
усыновителями, опекунами, попечителями или иными лицами, которым
это право предоставлено федеральным законом (например, орган опеки
и попечительства). Фактические воспитатели не входят и в круг лиц,
наделенных правом на обращение с иском в суд о лишении родительских прав (п. 1 ст. 70 СК РФ), на что обращает свое внимание Е.В. Князева. Автор справедливо считает, что с целью защиты прав и интересов
ребенка фактических воспитателей следовало бы наделить данным правом8.
Согласно ст. 64 СК РФ родители имеют право и обязаны защищать
права и интересы своих детей. Однако в случае разногласий между родителями и детьми орган опеки и попечительства обязан назначить
представителя для защиты прав и интересов детей (п. 2 ст. 64 СК РФ).
Поскольку закон не устанавливает круг таких представителей, теоретически им может быть назначен фактический воспитатель ребенка. Например, если мать проживает от детей раздельно, а их воспитывают их
отец и бабушка, последняя может стать представителем для защиты
прав и интересов своих внуков.
В юридической литературе также существует разночтение по поводу того, кто может выступать в качестве фактических воспитателей ре8
См.: Князева Е.В. Проблемы защиты прав несовершеннолетних // Семейное право на
рубеже XX-XXI веков: к 20-летию Конвенции ООН о правах ребенка: материалы Междунар. науч.-практ. конф. / И.Ф. Александров, О.С. Алферова, З.А. Ахметьянова и др.
/ отв. ред. О.Н. Низамиева. М.: Статут, 2011. С. 165.
117
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
бенка. Одни авторы включают в круг фактических воспитателей всех
лиц. Так, О.Н. Низамиева отмечает, что «фактическими воспитателями
ребенка могут выступать как лица, являющиеся его родственниками
(например, тетя или дядя могут принять на воспитание племянника или
племянницу), так и не состоящие в отношениях родства с воспитанником (например, близкие друзья родителей (единственного родителя) ребенка»9. По мнению Е.С. Гетман, «фактическими воспитателями могут
выступать любые лица, в том числе и не связанные с ребенком какимлибо родством»10.
Другие авторы подчеркивают, что под ними понимаются лица, которые осуществляли воспитание и содержание чужих несовершеннолетних детей11. Помимо наличия или отсутствия родственных отношений фактического воспитателя с воспитанником в качестве еще одного
критерия авторы называют также отсутствие оформленной правовой
связи между ними. Как отмечает С.П. Гришаев, «фактическими воспитателями признаются люди, которые содержат, растят чужих детей без
оформления каких-либо отношений с ними в виде опекунства, приемной семьи и т.д.»12.
Встречаются и крайне спорные категоричные заявления в отношении института фактического воспитания. Как утверждает О.С. Алферова, «если в законодательстве существует такой термин, как фактический
воспитатель, то мы можем говорить о ненадлежащей работе органов
опеки и попечительства, ведь именно в их компетенцию входит выявление и устройство детей, оставшихся без попечения родителей (иных законных представителей)»13.
По мнению Ю.Ф. Беспалова, субъекты правоотношений могут быть
классифицированы на кровных родственников; лиц, приравненных за9
Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / отв. ред. О.Н. Низамиева М.: Проспект, 2013 // СПС «КонсультантПлюс».
10
Постатейный комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации, Федеральному закону «Об опеке и попечительстве» и Федеральному закону «Об актах гражданского состояния» / О.Г. Алексеева, В.В. Андропов, А.А. Бухарбаева и др. / под ред.
П.В. Крашенинникова. М.: Статут, 2012 // СПС «КонсультантПлюс».
11
См., например: Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации (постатейный) / З.А. Ахметьянова, Е.Ю. Ковалькова, О.Н. Низамиева и др.; отв. ред. О.Н.
Низамиева. М.: Проспект, 2010 // СПС «КонсультантПлюс»; Семейное право на рубеже XX-XXI веков: к 20-летию Конвенции ООН о правах ребенка: материалы Междунар. науч.-практ. конф. / И.Ф. Александров, О.С. Алферова, З.А. Ахметьянова и др. /
отв. ред. О.Н. Низамиева. М.: Статут, 2011. 446 с.
12
Гришаев С.П. Постатейный комментарий к Семейному кодексу РФ // СПС «КонсультантПлюс», 2011.
13
Алферова О.С. Правовое положение фактических воспитателей // Семейное право на
рубеже XX-XXI веков. С. 315.
118
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
коном к кровным родственникам; свойственников; участников отношений суррогатного материнства; участников отношений по воспитанию и
содержанию ребенка, оставшегося без попечения родителей14.
Основываясь на данной классификации, следует сделать вывод, что
фактическими воспитателями могут быть все вышеуказанные субъекты:
так, ими могут быть как кровные родственники, фактически воспитывающие внука, племянника и т.д., при наличии родителей, не лишенных
родительских прав, так и участники отношений по воспитанию и содержанию ребенка, оставшегося без попечения родителей. Таким образом, субъектами семейных правоотношений по фактическому воспитанию детей выступают «лица, принявшие их в свою семью; лица, осуществляющие функции по воспитанию, содержанию детей»15. На наш
взгляд, в круг фактических воспитателей входят все лица, взявшие детей (как родственников, так и посторонних) на постоянное воспитание и
содержание без оформления юридических отношений между ними.
Главным признаком выступает осуществление ими родительских прав и
обязанностей без наделения их законными полномочиями.
В российской юридической литературе по поводу существования
семейных правоотношений по фактическому воспитанию встречаются
взаимоисключающие мнения. Р.П. Мананкова предлагает «детально
урегулировать отношения между фактическими воспитателями и воспитанниками, не ограничиваясь ст. 97 СК об алиментной обязанности воспитанника. Закрепить эти отношения как самостоятельную форму принятия детей на воспитание и содержание»16. Как справедливо отмечает
Л.П. Короткова, «для создания устойчивых взаимоотношений и определенного правового положения субъектов необходима дальнейшая правовая регламентация института фактического воспитания детей, совершенствование правового статуса фактических воспитателей, правовое
закрепление их обязанностей по воспитанию и обучению детей»17.
В то же время О.С. Алферова предлагает или «законодательно закрепить правовой статус и полномочия фактических воспитателей и
внести изменения в Федеральный закон от 24 апреля 2008 г. «Об опеке
и попечительстве», или же исключить из СК РФ ст. 96, так как есть про14
См.: Беспалов Ю.Ф. К вопросу о предмете семейного права // Семейное и жилищное
право. 2013. № 6. С. 2 - 5 // СПС «КонсультантПлюс».
15
Там же. С. 2 - 5.
16
Мананкова Р.П. Пояснительная записка к концепции проекта нового Семейного кодекса Российской Федерации // Семейное и жилищное право. 2012. № 4. С. 26 - 41 //
СПС «КонсультантПлюс».
17
Короткова Л.П. Правовой статус фактических воспитателей детей // Правоведение.
1983. № 3. С. 82 - 85. URL: http://www.law.edu.ru/article/article.asp?articleID=186458
119
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
тиворечие между СК РФ и Федеральным законом «Об опеке и попечительстве»18. Таким образом, в последнем случае речь идет об исключении такого семейно-правового института, как фактическое воспитание,
что крайне спорно. В целом существование семейного правоотношения
по фактическому воспитанию ребенка, где одним из субъектов является
фактический воспитатель, нельзя вычеркнуть из общественной жизни
одним росчерком пера законодателя. Данные отношения уходят своими
корнями в семейную и личную жизнь. Более того, фактическое воспитание, на наш взгляд, может служить предпосылкой для создания полной семьи. Так, лицо, состоящее в фактических брачных отношениях с
одним из родителей ребенка и не оформившее юридически отношения с
ребенком, но проживающее с ним совместно, участвующее в его воспитании и содержании, является не кем иным, как фактическим воспитателем этого ребенка. Законодательно обязать неофициального отчима
(мачеху) установить опеку или попечительство над ребенком или усыновить его невозможно. Однако если у данного лица складываются с
ребенком теплые доверительные отношения, при условии последующего заключения брака родителем ребенка, указанное лицо может усыновить ребенка, если это будет отвечать интересам последнего.
Если фактическим воспитателем является дедушка или бабушка ребенка, то в данном случае у ребенка сохраняется кровнородственная семья, он сохраняет свой язык, культуру, родственные связи. Однако в целях защиты прав и интересов ребенка проживание его в семье фактического воспитателя не должно оставаться незамеченным со стороны государства. В случае, если родители ребенка не лишены родительских
прав и не занимаются лично его воспитанием, правоотношения между
родителями и фактическими воспитателями можно было бы регулировать соглашениями об осуществлении родительских прав и обязанностей.
Положительным примером в этом отношении может служить и законодательная практика других стран (например, Англии и Уэльса), где
родители, как и в Российской Федерации, хотя и не могут передать
свои права и обязанности другим лицам, равно как и отказаться от
них19, но вправе заключить родительское соглашение по вопросам осуществления своих прав и обязанностей с другим лицом, которое будет
действовать в их интересах20. Таким лицом может являться другой родитель, бабушка, дедушка ребенка, другие родственники, но лишь в том
случае, если им выдан судебный приказ об определении места житель18
Алферова О.С. Указ. соч. С. 315.
Children Act. 1989. № 10. &. 2.
20
Ibid. №9. &.2.
19
120
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ства ребенка21. В соответствии с таким соглашением данное лицо может
действовать от имени родителя в целях защиты ребенка и обеспечения
его благополучия22. При этом в случае наступления неблагоприятных
последствий из-за действий таких лиц именно родители несут ответственность по отношению к ребенку. Таким образом, английское семейное право идёт по пути расширения круга лиц, на которых возлагаются
родительские права и обязанности при наличии родителей, но при условии контроля за этими лицами со стороны государства.
Представляется, что в целях защиты прав и интересов ребенка, с
одной стороны, следовало бы подвергнуть детальному правовому регулированию права и обязанности фактических воспитателей как субъектов семейных правоотношений, а с другой- стимулировать фактических
воспитателей к юридическому оформлению отношений с воспитанником и оказывать обоим надлежащую помощь (консультационную, информационную) и поддержку, определив их правовой статус как особой категории членов семьи.
21
22
Ibid. №10. &.2.
Jbill. №9. &.2.
121
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Список литературы
1. Алферова О.С. Правовое положение фактических воспитателей //
Семейное право на рубеже XX-XXI веков: к 20-летию Конвенции
ООН о правах ребенка: материалы Междунар. науч.-практ. конф. /
И.Ф. Александров, О.С. Алферова, З.А. Ахметьянова и др. / отв.
ред. О.Н. Низамиева. М.: Статут, 2011. С. 446
2. Беспалов Ю.Ф. К вопросу о предмете семейного права // Семейное
и жилищное право. 2013. № 6. С. 2 - 5 // СПС «КонсультантПлюс».
3. Гришаев С.П. Постатейный комментарий к Семейному кодексу РФ
// СПС «КонсультантПлюс», 2011.
4. Дети в России. 2009: стат. сб./ЮНИСЕФ, Росстат. М.: ИИЦ «Статистика России», 2009. С. 16 - 17.
5. Князева Е.В. Проблемы защиты прав несовершеннолетних // Семейное право на рубеже XX-XXI веков: к 20-летию Конвенции
ООН о правах ребенка: материалы Междунар. науч.-практ. конф. /
И.Ф. Александров, О.С. Алферова, З.А. Ахметьянова и др. / отв.
ред. О.Н. Низамиева. М.: Статут, 2011. С. 167
6. Кодекс о браке и семье РСФСР (утв. ВС РСФСР 30.07.1969 г.) (ред.
от 07.03.1995 г., с изм. от 29.12.1995 г.) // Ведомости ВС РСФСР.
1969. № 32. Ст. 1397.
7. Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации /отв.
ред. О.Н. Низамиева. М.: Проспект, 2013 // СПС «КонсультантПлюс».
8. Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации (постатейный) / З.А. Ахметьянова, Е.Ю. Ковалькова, О.Н. Низамиева и
др. / отв. ред. О.Н. Низамиева. М.: Проспект, 2010 // СПС «КонсультантПлюс».
9. Короткова Л.П. Правовой статус фактических воспитателей детей
// Правоведение. 1983. № 3. С. 82 - 85. URL:
http://www.law.edu.ru/article/article.asp?articleID=186458
10. Мананкова Р.П. Пояснительная записка к концепции проекта нового Семейного кодекса Российской Федерации // Семейное и жилищное право. 2012. № 4. С. 26 - 41 // СПС «КонсультантПлюс».
11. Постатейный комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации, Федеральному закону «Об опеке и попечительстве» и Федеральному закону «Об актах гражданского состояния» / О.Г.
Алексеева, В.В. Андропов, А.А. Бухарбаева и др. / под ред. П.В.
Крашенинникова. М.: Статут, 2012 // СПС «КонсультантПлюс».
12. Пресс-выпуск от 07.05.2014 г. № 24. Федеральная служба государственной
статистики.
URL:
http:
122
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
//www.amurstat.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ts/.../pres070520142.pdf
13. Теория государства и права / под ред. проф. Г.Н. Манова: учебник
для вузов. М.: БЕК, 1996. С. 336.
14. Указ Президента РФ от 01.06.2012 г. №761 «О Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы» // СЗ РФ.
2012. № 23. Ст. 2994.
15. Children Act. 1989. №10. &. 2.
16. Richards A. Second Time Around – A Survey of Grandparents Raising
Their Grandchildren //Adoption & Fostering.V.25. 2011. № 3.
THE ACTUAL UPBRINGING AS A GROUNDS FOR ARISING
OF FAMILY RELATIONSHIPS
Ye. A. Tatarintseva
Svetlograd branch of the Institute of Friendship of Peoples of the Caucasus
The actual caregivers are among the subjects of family relationships, which could
play a significant role in addressing important national objective of raising children in
the family. However, the ambiguous position of the legislator to the institution of the
actual upbringing as expressed in the almost complete absence of directly provided
by the rules regulating the legal status of actual caregivers, not only creates uncertainty of their situation, but does not contribute to the effective protection of the rights
and interests of their fosterlings. Based on the analysis of both Russian and foreign
legislation, the author concludes that the need for a combination of state control over
the exercise of parental rights and responsibilities of actual caregivers, with the stimulation of this special category of family members to the legal form of relations with
the fosterlings, both by providing appropriate assistance and support.
Keywords: actual upbringing, the subject of legal rights, obligations, an agreement
on the exercise of parental rights.
Об авторе:
ТАТАРИНЦЕВА Елена Александровна – кандидат юридических
наук, директор Светлоградского филиала Института Дружбы народов
Кавказа, e-mail: tatarintseva67@mail.ru; 356537, Ставропольский край, г.
Светлоград, площадь Выставочная, 30.
Татаринцева
Е.А.
Фактическое
воспитание
как
основание
возникновения семейных правоотношений // Вестник ТвГУ. Серия:
Право. 2014. № 4. С. 113 - 123.
123
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№
№4.
4. С.124 – 137.
Вестник
Уголовное право и уголовный процесс
УДК 343.8
О РЕЗУЛЬТАТАХ ОБОБЩЕНИЯ ПРАКТИКИ НАЗНАЧЕНИЯ
И ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЯ В ВИДЕ ОГРАНИЧЕНИЯ
СВОБОДЫ
А.В. Афтахова, В.В. Харитошкин
Тверской государственный университет
На основе изученной практики авторы затрагивают некоторые вопросы, возникающие при назначении судами наказания в виде ограничения свободы, а также
отмечают ряд проблем, влияющих на эффективность исполнения данного наказания, и предлагают способы их устранения.
Ключевые слова: ограничение свободы, особенности личности осужденных,
эффективность исполнения наказания.
Проводимый в последние годы в России курс на либерализацию и
гуманизацию уголовно-исполнительного законодательства стал приоритетным в пенитенциарной политике государства.
Суды все шире применяют наказания, не связанные с изоляцией
осужденных от общества. Эффективное использование наказаний, альтернативных лишению свободы, в отношении лиц, совершивших нетяжкие преступления, должно способствовать снижению уровня криминализации общества и сокращению численности лиц, содержащихся в
учреждениях уголовно-исполнительной системы.
В ряду наказаний, не связанных с лишением свободы, ограничение
свободы занимает заметное место. Всего в УК РФ предусмотрено 203
состава преступлений, за совершение которых возможно его применение.
Проведенное научно-практической лабораторией юридического
факультета ТвГУ совместно с Управлением Федеральной службы исполнения наказаний по Тверской области выборочное исследование
практики назначения и исполнения наказания в виде ограничения свободы показало, что чаще всего данные наказания назначались по ч.1 ст.
264 УК РФ за нарушение правил дорожного движения и эксплуатации
транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека – 31,4 % (от всех изученных дел); по ч.1
ст. 119 УК РФ за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда
здоровью – 20,0 %; по ч. 1 ст. 158 УК РФ за кражу – 14,2 %; по ч. 1 ст.
124
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
112 УК РФ за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью – 11,4%.
Как видно из приведенных решений, более 1/3 назначенных наказаний в виде ограничения свободы по изученным делам приходится на
нарушение правил дорожного движения (чаще всего – наезд на пешехода).
Так, Заволжским районным судом г. Твери к 1 году ограничения
свободы была осуждена гражданка М., которая, управляя личным автомобилем, нарушила требования ПДД РФ, не пропустила пешехода, переходившего проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу и совершила наезд на гражданина К., причинив тому тяжкий вред
здоровью (у/д 1-210 за 2012 г.).
Также довольно часто суды применяют ограничение свободы и за
угрозу убийством (ч. 1 ст. 119 УК РФ). Так, мировым судьей СУ № 3
Калининского района был осужден к 1 году ограничения свободы гражданин М. Находясь на отдыхе на берегу карьера, будучи в состоянии
алкогольного опьянения, на почве ревности, с целью запугать затащил в
воду гражданку С. И, высказывая угрозы, стал предпринимать попытки
утопления, погружая ее с головой под воду. При этом потерпевшая реально опасалась за свою жизнь, так как М. был физически сильнее, находился в состоянии опьянения и был агрессивен (у/д 1-33 за 2013 г.).
Помимо указанных составов преступлений, которые в совокупности составляют 77,0 % всех изученных дел, суды также назначают ограничение свободы виновным по ч.1 ст.116 УК РФ (побои); по ч.1 ст.159
(мошенничество); по ч. 1 ст. 161 (грабеж); по ч.1 ст.166 (угон); по ч.1 ст.
222 (незаконное приобретение, сбыт, хранение или ношение оружия);
по ч.1 ст.327 (подделка документов) и ряду других статей УК РФ.
Что касается категории дел, то 86,7 % из них были небольшой тяжести, 13,3% – средней тяжести.
Анализ практики позволил выделить следующие особенности личности осужденных к ограничению свободы: среди всех осужденных
мужчины составили 96,7 %, женщины – 3,3 %; относительно возраста –
35,3% осужденных от 19 до 25 лет; 18,3 % – от 26 до 30 лет; 26,0 % – от
31 до 40 лет; 16,6 % – от 41 до 50 лет; 3,3 % – от 51 до 60 лет; 0,5 % –
свыше 60 лет. Как видно из представленных выше данных, ни один из
осужденных, состоящих на учете не являлся несовершеннолетним.
Говоря об образовании, 43,3 % осужденных имели среднее образование; 26,6 % - среднее специальное; 16,6 % – неполное среднее; 9,9 % –
высшее; 3,3 % – неполное высшее.
125
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
46,6 % осужденных не учились и не работали, что составляет большинство от общего количества лиц, состоящих на учете; 36,6 % – имели
работу; 9,9 % – пенсионеры; 6,6 % – учащиеся.
80 % осужденных характеризовались с положительной стороны, 20
% – с отрицательной.
Семейное положение: 73,4 % были холосты (не замужем); 26,6 % –
женаты (замужем).
80 % осужденных признали себя виновными в совершении ими
преступлений, 20% не признали свою вину.
Меру наказания в виде ограничения свободы суды в большинстве
случаев определяли сроком в 1 год (40 %); от 1 года до 1,5 лет – 13,3 %;
от 1,5 до 2 лет – 9,9 %; 2 года – 10,2 %; от 6 месяцев до 1 года – 26,6 %.
В соответствии с положениями ст. 53 УК РФ, вступившими в силу
10 января 2010 г., ограничение свободы заключается в установлении судом осужденному следующих ограничений: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в определенное время суток, не посещать определенные места, расположенные в пределах территории соответствующего муниципального образования, не выезжать за пределы
территории соответствующего муниципального образования, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать
в указанных мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации. При этом суд возлагает на осужденного обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, от одного до четырех раз
в месяц для регистрации. Установление судом осужденному ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.
Исходя из анализа судебной практики, следует отметить, что суды
назначают осужденным в основном такие ограничения, как: не уходить
из места постоянного проживания (пребывания) в определенное время
суток; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования; не изменять место жительства или пребывания,
место работы и(или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
126
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Остальные ограничения в виде запрета посещать определенные
места, места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях применяются на практике крайне редко,
что объясняется их содержательной неопределенностью.
К примеру, недостатками законодательного регулирования запрета
на посещение мест проведения массовых и иных мероприятий и участия
в них являются: во-первых, отсутствие в уголовном законодательстве
перечня массовых и иных мероприятий, во-вторых, неопределенность
термина «иные мероприятия».
Что касается запрета на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования, то весьма показательным является такой пример: приговором Конаковского городского суда Тверской
области от 02.12.2013 г. «А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 327 УК, и ему назначено наказание в
виде шести месяцев ограничения свободы. В качестве одной из обязанностей суд определил: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования» (Обзор судебной практики по
уголовным делам Конаковского городского суда Тверской области за IV
квартал 2012 г.).
Как видно из текста, в приговоре использован термин «соответствующее муниципальное образование», что не может не вызвать вопросы
при исполнении данного вида наказания.
В соответствии с ч. 1 ст. 2 ФЗ от 06.10.2003 г. № 131-ФЗ «Об общих
принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» муниципальное образование ─ это «городское или сельское поселение, муниципальный район, городской округ либо внутригородская
территория города федерального значения»1.
Исходя из данной дефиниции, при назначении наказания в виде ограничения свободы суд должен конкретно называть муниципальное образование, которое запрещено покидать осужденному, чтобы не возникало вопросов при исполнении данного вида наказания.
Следует также обратить внимание на определение фактического
места проживания (пребывания) подсудимого.
Неправильное определение судами места жительства, зачастую со
слов подсудимого, на практике вызывает трудности при осуществлении
за осужденным надзора.
Как показало изучение практики, суды не всегда внимательно относятся к данному факту. В ряде случаев осужденному, который зарегист1
Федеральный закон от 06.10.2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации
местного самоуправления в Российской Федерации» // Российская газ. 2003. 8 окт.
127
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
рирован в муниципальном образовании, но в нем не проживал, устанавливалось ограничение на выезд за его пределы. Однако место жительства и место его регистрации не совпадали. Впоследствии в ходе проверок
выяснялось, что осужденный по адресу, указанному в приговоре суда,
не проживает. В дальнейшем в процессе розыскных мероприятий приходилось устанавливать его местонахождение.
Установление места жительства со слов подсудимого нельзя считать фактом, который суд должен принять как достоверный. Исходя из
этого, при решении данного вопроса следует руководствоваться информацией, полученной от органов внутренних дел либо обслуживающих
организаций по месту жительства подсудимого.
Существенным нарушением норм уголовного законодательства является то, что при назначении рассматриваемого вида наказания судами
не устанавливается ограничений, которые должны быть определены в
обязательном порядке. Это ограничение на изменение места жительства
или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования.
Неустановление указанных ограничений, по сути, означает искажение содержания данного наказания.
Имеют место случаи, когда суд в приговоре вообще не указывает
осужденному никаких ограничений.
Так, по приговору Бежецкого городского суда Тверской области от
14 марта 2011 г. «С. осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, к наказаниям в виде лишения свободы на определенный срок с ограничением свободы на 2 года. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено наказание
в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 месяцев с ограничением свободы сроком на 2 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Президиум Тверского областного суда установил, что суд, назначая
С. дополнительное наказание в виде ограничения свободы, не установил
каких-либо ограничений, тем самым фактически не назначил данный
вид наказания»2.
В соответствии с уголовным законодательством РФ ограничение
свободы не назначается лицам, не имеющим места постоянного прожи-
2
Постановление Президиума Тверского областного суда от 05.12.2011 г. № 44-у112/2011 // СПС «КонсультантПлюс».
128
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
вания на территории РФ, но суды подчас невнимательно относятся к
данному факту.
Так, приговором Осташковского городского суда Тверской области
от 3 апреля 2012 года, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии от 30 мая 2012 г., Б. осужден по п. «а» ч. 3
ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года со
штрафом в размере 20 000 рублей и ограничением свободы на 1 год. Как
следует из материалов уголовного дела, осужденный Б. не имеет определенного места жительства. В связи с этим, постановлением Президиума Тверского областного суда от 11.03.2013 г. приговор и кассационное определение в отношении Б. изменены: из приговора исключено
дополнительное наказание, назначенное осужденному, в виде ограничения свободы3.
Еще одной достаточно распространенной ошибкой судов является
назначение наказания в виде ограничения свободы без учета трудовой
деятельности подсудимых.
Нередко суды назначают ограничение свободы в отношении лиц,
трудовая деятельность которых связана с регулярными выездами за
пределы муниципальных образований, указанные в приговоре. При установлении запрета на выезд за пределы данных муниципальных образований лица, осужденные к ограничению свободы, автоматически теряют работу и с момента постановки на учет становятся безработными.
Также возможен и второй вариант, когда осужденные будут ежедневно
нарушать ограничения, установленные судом, что может послужить основанием для признания их злостно уклоняющимися от отбывания наказания, что повлечет для них в дальнейшем негативные последствия.
В связи с вышеизложенным представляется нерациональным назначение наказания и его дальнейшее исполнение в отношении лица,
работа которого носит разъездной характер, либо организована вахтовым методом, а также если место работы или учебы осужденного находятся в другом населенном пункте.
Порядок исполнения ограничения свободы подробно регламентирован гл. 8 УИК РФ. Кроме того, на сегодняшний день уголовноисполнительные инспекции руководствуются положениями Приказа
Минюста РФ от 11.10.2010 г. № 258 «Об утверждении Инструкции по
организации исполнения наказания в виде ограничения свободы».
3
Справка по результатам анализа причин отмены и изменения кассационных и апелляционных определений судебной коллегии по уголовным делам Тверского областного суда президиумом Тверского областного суда за первое полугодие 2013 года [электронный ресурс]. URL: http://oblsud.twr.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=228
(дата обращения: 09.04.2014).
129
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
В соответствии со ст. 47.1 УИК РФ «Уголовно-исполнительная инспекция по месту жительства осужденного к наказанию в виде ограничения свободы не позднее 15 суток со дня получения копии договора
(определения, постановления) вручает осужденному официальное уведомление о необходимости его явки в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства для постановки на учет. Осужденный к
наказанию в виде ограничения свободы в течение трех суток после получения указанного уведомления обязан явиться в уголовноисполнительную инспекцию по месту жительства для постановки на
учет. Уголовно-исполнительная инспекция по месту жительства осужденного к наказанию в виде ограничения свободы ставит его на персональный учет. При постановке на учет осужденный подлежит дактилоскопической регистрации и фотографированию».
Срок ограничения свободы, назначенного в качестве основного вида наказания, исчисляется со дня постановки осужденного на учет уголовно-исполнительной инспекцией (ч.1 ст. 49 УИК РФ).
Из указанных законодательных положений следует, что не позднее,
чем по истечении 18 суток с момента провозглашения приговора, осужденный должен быть поставлен на учет. Можно предположить, что в
период со дня провозглашения приговора, вступления его в силу до постановки на учет осужденный может не соблюдать ограничений, установленных судом, так как срок исполнения данного вида наказания не
начал исполняться. Также возможны и совершенно противоположные
ситуации, когда сам осужденный является заинтересованным в скорейшем истечении срока и данный порядок может не устраивать его.
В п. 21 указанной Инструкции сказано, что «срок ограничения свободы, назначенного в качестве основного вида наказания, а также в качестве дополнительного при условном осуждении, исчисляется со дня
постановки осужденного на учет инспекцией, в качестве дополнительного вида наказания к лишению свободы, а также при замене неотбытой
части наказания в виде лишения свободы ограничением свободы – со
дня освобождения осужденного из исправительного учреждения»4, при
этом данный пункт противоречит ч. 3 ст. 73 УК РФ, согласно которой
испытательный срок исчисляется с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок засчитывается время, прошедшее
со дня провозглашения приговора.
Соответственно условное осуждение начинает действовать с момента вступления приговора в законную силу, а не с момента постанов4
Приказ Минюста РФ от 11.10.2010 № 258 «Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказания в виде ограничения свободы» // Российская газета. 2010.
№ 243.
130
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ки осужденного на учет, как это предусмотрено для ограничения свободы уголовно-исполнительным законодательством.
Для разрешения данной проблемы можно обратиться к ст. 73 УК
РФ. Как было сказано, испытательный срок при условном осуждении
исчисляется с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора.
Данное положение может быть применено и к ограничению свободы, независимо от того, назначено ли оно в качестве основного наказания или в качестве дополнительного к лишению свободы, отбываемому
условно.
Следует отметить, что в срок ограничения свободы не засчитывается время самовольного отсутствия осужденного по месту жительства
свыше одних суток без уважительных причин (ч. 3 ст. 49 УИК РФ). В
соответствии с п. 22 Инструкции по организации исполнения наказания
в виде ограничения свободы при установлении данного факта инспекция проводит с осужденным беседу, получает объяснение и выносит
постановление о незачете в срок наказания определенного периода времени. Постановление объявляется осужденному под роспись. Об отказе
осужденного от подписи составляется акт.
При этом законодатель не разъясняет, что понимается под термином «уважительная причина», что вызывает определенные трудности, в
частности, для уголовно-исполнительных инспекций.
В связи с этим представляется целесообразным нормативно закрепить дефиницию «уважительная причина», что в дальнейшем исключит
возможность принятия неправомерных решений относительно незачета
в срок наказания определенного периода времени.
Законодатель в ст. 57 УИК предусмотрел меры поощрения, применяемые к осужденным. За хорошее поведение и добросовестное отношение к труду и(или) учебе уголовно-исполнительная инспекция может
применить к осужденному такие меры поощрения, как:
- разрешение на проведение за пределами территории соответствующего муниципального образования выходных и праздничных дней;
- разрешение на проведение отпуска с выездом за пределы территории соответствующего муниципального образования.
Однако, по мнению специалистов, «ст. 57 УИК РФ не в полной мере корреспондирует с ч. 1 ст. 53 УК РФ, так как по смыслу УК РФ разрешить выезд за пределы территории муниципального образования может только суд (ведь только он является субъектом возложения на осужденного такого ограничения). УИК РФ в ст. 57 предоставляет данное
право уголовно-исполнительной инспекции, в связи с чем возникает
131
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
коллизия между нормами уголовного и уголовно-исполнительного законодательства»5.
Для решения данной проблемы целесообразно внести изменения в
ч. 1 ст. 53 УК РФ и после слов «не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования» добавить «без согласия
специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы».
Нуждается в конкретизации и п. «г» ч. 1 ст. 57 УИК, так как остается неясным вопрос, о каком отпуске (учебным, трудовом) идет речь и
какова его продолжительность.
Одной из мер для обеспечения надзора, предупреждения преступлений в соответствии с п. 27 Инструкции является проведение инспектором проверок не реже одного раза в месяц определенных общественных мест, которые запрещено посещать осужденному.
Данное положение вызывает многочисленные вопросы, и на практике оно почти не реализуется ввиду некорректного определения данных мероприятий.
Как при достаточно большом скоплении людей, например на стадионе, во время проведения различного рода спортивных мероприятий
и игр проверить данное место на наличие в нем осужденного? Ответ на
этот вопрос однозначен, в связи с чем реализация указанного положения Инструкции практически невозможна.
Препятствия для исполнения ограничения свободы возникают также ввиду коллизий УК РФ и УИК РФ. Например, буквальное толкование такого ограничения, как не изменять место работы и (или) учебы
без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, означает, что работодатель или администрация места
обучения осужденного не сможет его уволить или отчислить без разрешения уголовно-исполнительной инспекции, даже в случае наличия к
тому причин.
В связи с изложенным также можно предположить нежелание работодателя или администрации места обучения осужденного брать на
учебу или работу таких лиц, отчислить или уволить которых можно будет только с согласия уголовно-исполнительной инспекции.
Исполнение ограничения свободы затруднено и в отношении лиц,
проживающих на значительном удалении от районных центров.
5
Татауров О.С. Некоторые вопросы исполнения наказания в виде ограничения свободы // Вестн. Амур. гос. ун. Сер. «Гуманитар. науки». 2012. Вып. 56. С. 56.
132
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
При большой нагрузке инспектор уголовно-исполнительной инспекции зачастую не в состоянии проводить проверки выполнения осужденными ограничений, возложенных на них судом. В результате осужденный может не соблюдать ограничения и запреты, установленные
судом, оставаясь при этом безнаказанным.
Следует отметить, что по изученным делам 83,4% осужденных не
нарушали правил отбывания наказания. Остальная часть осужденных
(16,6%) допускала нарушения установленных правил. Нарушения эти в
основном выражались в том, что поднадзорные лица, вопреки установленным судом ограничениям, осуществляли самовольные выезды за
пределы территорий муниципальных образований. В большинстве случаев уголовно-исполнительные инспекции ограничивались вынесением
официальных предостережений в отношении нарушителей.
Так, К., осужденный приговором МССУ № 2 Калининского района
Тверской области по ч.1 ст. 119 УК РФ за угрозу убийством к 1 году ограничения свободы, вопреки установленным судом ограничениям, самовольно выехал за пределы Калининского района, за что начальником
УИИ ему было вынесено официальное предупреждение (у/д № 1-5-2 за
2013 г.).
Аналогичное нарушение было допущено П., осужденным приговором МССУ № 3 Калининского района по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году 10
месяцам ограничения свободы. Помимо вынесенного П. предупреждения, по предъявлению УИИ судом были дополнены ранее установленные ему ограничения (у/д № 1-19-3 за 2012 г.).
В случае злостного уклонения осужденного от отбывания ограничения свободы суд по предъявлению УИИ может заместить неотбытую
часть наказания принудительными работами или лишением свободы.
Так, приговором Клинского горсуда Московской области И. был
осужден по ч. 1 ст. 222 УК (незаконное хранение, перевозка или ношение оружия) к 1 году ограничения свободы.
В период отбывания наказания И. многократно допускал выходы за
пределы охранной зоны, за что было вынесено официальное предупреждение о недопустимости нарушения установленных судом ограничений. Кроме того, за совершенное административное правонарушение И.
был подвергнут аресту сроком на 5 суток. Все это явилось основанием
признания И. злостно уклоняющимся от отбывания наказания в виде
ограничения свободы. По представлению УИИ суд заменил И. неотбытый срок наказания в виде ограничения свободы на наказание в виде
лишения свободы сроком 1 месяц 21 сутки с отбыванием его в колониипоселении (л/д №1112 Архив филиала по Пролетарскому р-ну г. Твери
ФКУ УИИ УФСИН по Тверской области).
133
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
По изученным делам замена наказания на более строгое была применена к 3,3% осужденных.
К 30% осужденных были применены электронные браслеты для
обеспечения за ними надзора и контроля.
В связи с этим следует отметить, что одной из серьезных трудностей исполнения данного вида наказания является техническая проблема, связанная с использованием аудиовизуальных, электронных и иных
технических средств надзора и контроля, которые в соответствии со ст.
60 УИК вправе использовать уголовно-исполнительные инспекции.
Технические средства надзора и контроля могут устанавливаться непосредственно на осужденного инспекцией, по месту его жительства или
пребывания в целях осуществления надзора за соблюдением таких ограничений, как: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в определенное время суток; не посещать определенные места, расположенные в пределах территории соответствующего муниципального образования; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования; не посещать места проведения массовых и иных
мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях; не изменять
место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия инспекции (п. 36 Инструкции).
Перечень средств персонального надзора и контроля дан в постановлении Правительства РФ от 31 марта 2010 г. № 198 «Об утверждении перечня аудиовизуальных, электронных и иных технических
средств надзора и контроля, используемых уголовно-исполнительными
инспекциями для обеспечения надзора за осужденными к наказанию в
виде ограничения свободы». В данный перечень входят: электронный
браслет, стационарное контрольное устройство, мобильное контрольное
устройство, ретранслятор, персональный трекер.
Проблема использования системы электронного мониторинга подконтрольных лиц в первую очередь связана с недоработкой конструкции ремешков и защелок электронных браслетов, что является причиной частых ложных срабатываний.
Отказ осужденного от использования технических средств надзора
и контроля является одним из оснований для признания данного лица
злостно уклоняющимся от отбывания наказания. Так, приговором Тожокского городского суда Тверской области Р. осужден по ст. 175 ч. 2 п.
«а» УК РФ к 6 месяцам ограничения свободы.
Начальник филиала по Кувшиновскому району ФКУ УИИ УФСИН
России по Тверской области обратился в суд представлением о замене
ограничения свободы другим видом наказания, мотивируя это тем, что
осужденный за время нахождения на учете в инспекции злостно укло134
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
няется от отбывания назначенного наказания. Это выражается в следующем: осужденный Р. отказался от применения и использования в
отношении него электронно-технических средств надзора и контроля,
пояснив, что ему неудобно спать с электронным браслетом, носить его и
работать. Уважительных причин отказа от использования в отношении
него технических средств надзора и контроля Р. не представил.
В итоге Кувшиновский районный суд Тверской области заменил Р.
наказание в виде ограничения свободы на наказание в виде лишения
свободы, исходя из расчета один день лишения свободы за два дня ограничения свободы, сроком на 2 месяца четыре дня с отбыванием наказания в колонии-поселении6.
Следует отметить, что в немалой степени эти организационные
проблемы обусловлены теми правонарушениями, которые были выявлены в работе прежнего руководства ФСИН РФ, в частности при решении вопросов о внедрении системы электронного мониторинга при исполнении наказаний, не связанных с изоляцией осужденных от общества.
6
Постановление Кувшиновского районного суда Тверской области от 04.09.2012 г. по
делу № 4/17-30/2012 [Электронный ресурс].
URL: http://docs.pravo.ru/document/view/27334106/27426686
(дата обращения:
10.04.2014).
135
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Список литературы
1. Федеральный закон от 06.10.2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» // Российская газ. 2003. 8 окт.
2. Постановление Президиума Тверского областного суда от
05.12.2011 г. № 44-у-112/2011 // СПС «КонсультантПлюс»
3. Справка по результатам анализа причин отмены и изменения кассационных и апелляционных определений судебной коллегии по
уголовным делам Тверского областного суда президиумом Тверского областного суда за первое полугодие 2013 года [электронный
ресурс]. URL: http://oblsud.twr.sudrf.ru/ (дата обращения:
09.04.2014).
4. Приказ Минюста РФ от 11.10.2010 N 258 «Об утверждении Инструкции по организации исполнения наказания в виде ограничения
свободы» // Российская газета. 2010. № 243.
5. Татауров О.С. Некоторые вопросы исполнения наказания в виде
ограничения свободы // Вестн. Амур. гос. ун. Сер. «Гуманитар.
науки». 2012. Вып. 56. С. 56.
6. Постановление Кувшиновского районного суда Тверской области
от 04.09.2012 г. по делу № 4/17-30/2012 [Электронный ресурс].
URL:
http://docs.pravo.ru/document/view/
(дата
обращения:
10.04.2014).
THE RESULT OF THE GENERALIZATION OF PRACTICE
ASSIGNMENT AND EXECUTION OF PUNISHMENT
OF IMPRISONMENT
A.V. Aftahova, V.V. Haritoshkin
Tver State University
Based on the studied practice, the author touches upon some of the issues arising from
the appointment by the courts of the penalty of restriction of liberty, but also notes a
number of problems affecting the efficiency of execution of this punishment, and
suggests ways to address them.
Keywords: restriction of freedom, personality characteristics of prisoners, the efficiency of execution of punishment.
136
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Об авторах:
АФТАХОВА Александра Васильевна – канд. филос. наук, доцент
кафедры гражданского процесса и правоохранительной деятельности
Тверского государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33); e-mail: jurfaktver_nauka@mail.ru
ХАРИТОШКИН Валерий Вячеславович – профессор, зав. кафедры
уголовного права и процесса Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33); e-mail: jurfaktver_nauka@mail.ru
Афтахова А.В., Харитошкин В.В. О результатах обобщения практики
назначения и исполнения наказания в виде ограничения свободы //
Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 124 - 137.
137
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№
№4.4. С. 138 - 145.
Вестник
УДК 343.121.5
НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВ
НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ ПРАВОНАРУШИТЕЛЕЙ
О.Н. Замрий
ФБГОУ ВПО «Тверской государственный университет»
Рассматриваются проблемы, возникающие при рассмотрении судами дел, связанных с помещением несовершеннолетних правонарушителей в центры временного содержания.
Ключевые слова: несовершеннолетние правонарушители, совершенствование
законодательства, правоприменение.
В последние годы в преступности несовершеннолетних в нашей
стране прослеживаются неблагоприятные тенденции. Так, с каждым годом увеличивается доля преступности несовершеннолетних в общем
объеме преступности, среди совершаемых несовершеннолетними преступлений все большее количество относится к тяжким преступлениям,
возрастает групповая и рецидивная преступность несовершеннолетних 1.
Основными задачами Федерального закона от 24.06.1999 № 120-ФЗ
«Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений
несовершеннолетних» является предупреждение безнадзорности, беспризорности, правонарушений и антиобщественных действий несовершеннолетних, выявление и устранение причин и условий, способствующих этому; обеспечение защиты прав и законных интересов несовершеннолетних; их социально-педагогическая реабилитация; выявление и пресечение случаев вовлечения несовершеннолетних в совершение преступлений и антиобщественных действий2.
Законодательством предусматривается возможность помещения несовершеннолетних правонарушителей в центры временного содержания
за совершение ими уголовно наказуемых деяний, административных
правонарушений до достижения ими возраста, с которого наступает ответственность и в ряде других случаев.
1
Терентьева В.А. Предупреждение рецидивной преступности несовершеннолетних
специальными учебно-воспитательными учреждениями закрытого типа: дис. ... канд.
юрид. наук. Кемерово, 2008. С. 43.
2
Федеральный закон от 24.06.1999 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики
безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» // СЗ РФ. 1999. № 26. Ст.
3177.
138
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Помещение в центры, которые входят в систему органов внутренних дел, является мерой быстрого реагирования, которая применяется
на короткий срок до 30, в исключительных случаях до 45 суток. Эта мера применяется к подростку, который, во-первых, совершил противоправное деяние (в том числе административное), во-вторых, находится в
условиях, которые создают опасность его жизни или здоровью3.
Задача Центра содержать такого подростка в изоляции от общества
до того момента, пока органы, входящие в систему профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних, определятся с
дальнейшим устройством несовершеннолетнего: например, передадут
его родителям или иным законным представителям; сообщат о задержании в органы, уполномоченные разрешать вопросы бытового устройства.
В соответствии с п. 3 ст. 22 Федерального закона № 120-ФЗ, основаниями помещения несовершеннолетних в центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей являются приговор
суда или постановление судьи.
В качестве одного из примеров правомерного помещения подростка
в ЦВСНП можно привести Постановление Заволжского районного суда
г. Твери от 18.04.2014 г., согласно которому несовершеннолетний Т.
помещен в ЦВСНП в связи с тем, что в отношении Т. неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в
связи с не достижением им возраста, с которого наступает уголовная
ответственность, в последний раз 16.04.2014 г. Несовершеннолетний,
нуждается в мерах по защите жизни и здоровья, а также в предупреждении совершения им повторных общественно опасных деяний. В обоснование вынесенного постановления судом указано, что Т. состоит на
профилактическом учете в ОПДН Московского ОП УМВД России по г.
Твери с 16.10.2013 г., несовершеннолетний Т., ввиду отсутствия контроля со стороны матери, может позволить себе гулять до позднего
времени суток. Законный представитель мер по поиску сына не предпринимает4. Необходимо отменить, что суды далеко не всегда учитывают требования законы, которые необходимы для помещения несовершеннолетнего правонарушителя в Центр. В некоторых случаях на-
3
Колоколов Н.А. и др. Центры временного содержания несовершеннолетних правонарушителей (ЦВСНП) теория и практика // Вопросы ювенальной юстиции. 2010. № 3.
С. 15.
4
Архив Заволжского районного суда г. Твери за 2014 г. Дело № 7-4/2014.
139
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
правление несовершеннолетних в Центр фактически является мерой
пресечения5.
Из смысла п. 4 ст. 22 и п. 1 ст. 31.1 Закона видно, что представлению судье материалов на несовершеннолетних, указанных в подп. 3.6 п.
2 ст. 22, в обязательном порядке должно предшествовать их помещение
в ЦВСНП на срок не более 48 часов. Такой вывод вытекает из содержания пп. 3 - 6 п. 2 ст. 22 Закона, указывающих на необходимость срочного изъятия несовершеннолетнего из создавшейся среды и обстановки и
создания ему приемлемых условий временного содержания.
Однако судьями Заволжского районного суда г. Твери при помещении несовершеннолетних в центр К. и П. данные обстоятельства учтены
не были, в материалах данные сведения отсутствовали. Несмотря на
указанные обстоятельства, ходатайства о помещении несовершеннолетних в ЦВСНП были удовлетворены6.
Зачастую сотрудники правоохранительных органов дают ошибочное толкование Закона в части предмета его регулирования. Как следует
из преамбулы Закона, им устанавливаются основы правового регулирования отношений, возникающих в связи с деятельностью по профилактике безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних. Законом
не устанавливаются меры наказания в отношении несовершеннолетних
правонарушителей в виде их изоляции от общества на определенный
срок, как это реализуется в судебной практике.
Сотрудники правоохранительных органов обращаются в суд с ходатайством о помещении в ЦВСНП несовершеннолетних, совершивших
административные правонарушения, при отсутствии оснований, перечисленных в подп. 5 п. 2 ст. 22 Закона о профилактике, по существу
превращая названные центры в учреждения исполнения административного наказания в виде ареста, который в силу ст. 32 КоАП к несовершеннолетним не применяется7.
Как следует из материалов изученной практики, сотрудники правоохранительных органов расширительно толкуют основания помещения
в Центры несовершеннолетних, которые совершили общественно опас-
5
Губенко А.В. Судебная практика по делам о помещении несовершеннолетних в центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушений // Вопросы
ювенальной юстиции. 2012. № 6 (20). С. 11.
6
Обобщение Заволжского районного суда г. Твери «Обобщение практики разрешения
судами дел о помещении несовершеннолетних правонарушителей в ЦВСНП и СУВУЗТ в 2012 году» // СПС «Гарант»
7
Сапрунов А.Г. Проблемы правового регулирования профилактики социальных отклонений несовершеннолетних // Общество и право. 2011. № 3.
140
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ные деяния до достижения возраста, с которого наступает ответственность.
Так, судьей Заволжского районного суда г. Твери 24.01.2014 г. отказано в удовлетворении ходатайства о помещении в Центр несовершеннолетнего Е., поскольку в ходе судебного заседания обстоятельства,
указывающие на необходимость помещения несовершеннолетнего в
Центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органа внутренних дел, не установлены. Ходатайство о помещении Е. в Центр было обосновано тем, что он совершил правонарушение,
влекущее административную ответственность, до достижения возраста,
с которого наступает административная ответственность, однако вследствие удаленности места проживания законных представителей не мог
быть передан им в установленный срок. Вместе с тем в судебном заседании участвовал представитель ГБОУ СПО «Ржевский технологический колледж» О., где обучается Е., который несёт ответственность за
него до достижения им возраста 18 лет. Таким образом, имелась реальная возможность устройства Е., в связи с чем отсутствовали основания
для его дальнейшего содержания в ЦВСНП. Кроме того, судом указано,
что основной целью помещения несовершеннолетних в Центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей является
не их наказание, а необходимость их дальнейшего устройства8.
В практике встречаются случаи, когда суды, помещая несовершеннолетнего в Центр, указывая на необходимость защиты жизни и сохранения здоровья несовершеннолетнего или предупреждения совершения
им повторного общественно опасного деяния, на самом деле удовлетворяют ходатайства о помещении в Центр несовершеннолетних в качестве
наказания за их асоциальный образ жизни и аморальное поведение.
Ярким примером тому служит Постановление Клинского городского суда Московской области от 20 октября 2012 г., которым В. помещен
в Центр на 15 суток, поскольку В. ранее совершил уголовно наказуемое
деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ, однако постановлением от
15 сентября 2012 г. в возбуждении уголовного дела в отношении В. отказано в связи с недостижением им возраста привлечения к уголовной
ответственности, В. должных выводов для себя не сделал, поскольку в
настоящее время продолжает вести себя асоциально оскорбляет учителей в школе, позволяет себе выражаться в их адрес нецензурной бранью, мешая нормальному ходу учебного процесса, неадекватно реагирует на замечания, высказываемые в его адрес, груб по отношению к
одноклассникам, применяет по отношению к ним физическую силу, на
8
Архив Заволжского районного суда г. Твери за 2014 г. Дело № 7-2/2014
141
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
замечания и критику в свой адрес никак не реагирует, продолжая свое
противоправное поведение9.
В практике встречаются случаи, когда суды помещают подростков
в ЦВСНП не только без надлежащих оснований, но и по истечении значительного времени с того момента, когда было совершено общественно опасное деяние10.
Так, например, постановлением суда от 26 ноября 2012 г. С. помещен в Центр на срок до 30 суток в связи с тем, что 15 мая 2012 г. им совершено общественно опасное деяние, однако в возбуждении уголовного дела отказано в связи с недостижением возраста привлечения к уголовной ответственности. В обоснование принятого решения судом указано, что ранее, в 2012 г., несовершеннолетний неоднократно совершал
общественно опасные деяния и, несмотря на то, что в течение длительного времени С. вел себя надлежащим образом, мать С. возражала против помещения его в Центр, так как он исправился, посещает школу,
сменил круг общения, новых правонарушений не совершал, поместил
несовершеннолетнего в Центр для предотвращения совершения им общественно опасных деяний11.
Таким образом, суд не учел того, что правонарушение несовершеннолетним было совершено задолго до поступления в суд ходатайства о
помещении его Центр, он изменил свое поведение, положительно характеризуется.
Еще одной немаловажной и спорной проблемой является учет здоровья несовершеннолетнего правонарушителя, помещаемого в Центр.
Из п. 2 ст. 31.1 Закона, устанавливающего требования к содержанию
материалов, направляемых в суд для принятия решения в отношении
несовершеннолетнего правонарушителя, не указывается на необходимость приложения документов о состоянии его здоровья.
Однако, как усматривается из положений Закона, одной из задач,
им предусмотренных, является защита жизни и здоровья несовершеннолетних. В связи с этим можно согласиться с мнением В.Н. Велиянинова о том, что «целесообразным будет учет индивидуальных, в том
числе и психологических особенностей несовершеннолетнего правона9
Обобщение Московского областного суда от 01.06.2012 г. «Обобщение судебной
практики по делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними» // СПС
«КонсультантПлюс».
10
Губенко А.В. Судебная практика по делам о помещении несовершеннолетних в центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушений // Вопросы
ювенальной юстиции. 2012. № 6 (20). С. 13.
11
Обобщение Московского областного суда от 01.06.2012 г. «Обобщение судебной
практики по делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними» // СПС
«КонсультантПлюс».
142
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
рушителя при решении вопроса о помещении подростка в Центр. Необходимо запрашивать данные о состоянии здоровья, о возможности пребывания ребенка в данном учреждении и контакта с детьми криминальной направленности»12.
В Законе не определено, с какого возраста несовершеннолетний
может быть помещен в Центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей.
В практике встречаются случаи, когда суды помещают в центры
несовершеннолетних правонарушителей в возрасте от 7 до 14 лет. Таким образом необходимо законодательно закрепить возраст, с которого
несовершеннолетний правонарушитель может быть помещен в Центр.
Кроме того, в судебной практике возникают разногласия и относительно срока, на который несовершеннолетний помещается в Центр.
Так, согласно п. 6 ст. 22 Закона несовершеннолетние могут находиться в Центре временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органа внутренних дел в течение времени, минимально
необходимого для их устройства, но не более 30 суток. В исключительных случаях это время может быть продлено на основании постановления судьи на срок до 15 суток.
Цель, ради которой подросток помещался в Центр, могла быть достигнута в течение 1 - 3 дней. К примеру, передача несовершеннолетнего
родителям, проживающим в этом же регионе или близлежащем соседнем районе. Однако несовершеннолетний будет содержаться 30 дней в
Центре, поскольку должно быть исполнено постановление судьи.
Когда же судья устанавливает срок пребывания несовершеннолетнего в Центре до 30 суток, правомерно возникает вопрос: кто должен
определять тот момент, когда нужно передать несовершеннолетнего родителям, иным законным представителям, особенно если основная цель
помещения, указанная в постановлении судьи, «охрана жизни или здоровья» либо «предупреждение общественно опасного деяния»?13
В п. 4 ст. 31.2 Закона закреплены требования, предъявляемые к содержанию постановления судьи. Он не содержит указаний на необходимость определения конкретного срока содержания подростка в Центре. Этим законодатель подчеркнул, что вопрос об определении срока
пребывания подростка в Центре не входит в компетенцию судьи и объективно не может им определяться. Устройством несовершеннолетних
12
Велиянинов В. Н. О судебной практике помещения несовершеннолетних в центры
временного содержания несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних
дел // Рос. юстиция. 2009. № 11. С. 68.
13
Величко О., Зайцева М. Помещение несовершеннолетних в Центры временного содержания // Законность. 2007. № 7. С. 15.
143
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
занимаются иные органы и учреждения, в пределах компетенции, определенной Законом и другими нормативно-правовыми актами.
Кроме того, встречаются трудности и при исполнении постановлений суда о помещении несовершеннолетних в центры с момента их оглашения или с момента вступления постановлений в законную силу.
Как следует из материалов изученной судебной практики, большая
часть постановлений суда исполняется с момента оглашения в зале судебного заседания.
Таким образом, практика помещения несовершеннолетних в Центр
является неоднородной и для устранения ошибочного толкования Закона и различного его применения важным является издание официальных разъяснений.
Список литературы
1. Федеральный закон от 24.06.1999 г. № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» // СЗ. 1999. № 26. Ст. 3177.
2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от
18.12.2001 г. № 174-ФЗ // СЗ. 2001. № 52, ч. 1. Ст. 4921.
3. Величко О., Зайцева М. Помещение несовершеннолетних в Центры
временного содержания // Законность. 2007. № 7. С. 15 - 18.
4. Велиянинов В. Н. О судебной практике помещения несовершеннолетних в центры временного содержания несовершеннолетних
правонарушителей органов внутренних дел // Рос. юстиция. 2009.
№ 11. С. 68 - 73.
5. Губенко А.В. Судебная практика по делам о помещении несовершеннолетних в центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушений // Вопросы ювенальной юстиции. 2012. №
6 (20). С. 11 - 15.
6. Колоколов Н.А. и др. Центры временного содержания несовершеннолетних правонарушителей (ЦВСНП) теория и практика // Вопросы ювенальной юстиции. 2010. № 3 С. 15 - 17.
7. Терентьева В.А. Предупреждение рецидивной преступности несовершеннолетних специальными учебно-воспитательными учреждениями закрытого типа: дис. ... канд. юрид. наук. Кемерово, 2008.
С. 214.
8. Архив Заволжского районного суда г. Твери за 2014 г. Дело № 74/2014.
9. Обобщение Заволжского районного суда г. Твери «Обобщение
практики разрешения судами дел о помещении несовершеннолет144
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
них правонарушителей в ЦВСНП и СУВУЗТ в 2012 году» // СПС
«КонсультантПлюс».
SOME ASPECTS ENSURING RIGHTS OF THE JUVENILE
OFFENDERS
O.N. Zamriy
Tver State University
The article deals with the problems that arise when considering the court cases involving the placement of juveniles in detention centers
Keywords: juvenile offenders, improvement of legislation, law enforcement
Об авторе:
ЗАМРИЙ Олег Николаевич – канд. юр. наук, доцент кафедры гражданского процесса и правоохранительной деятельности Тверского государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail:
zamriyoleg@gmail.com
Замрий О.Н. Некоторые аспекты обеспечения прав несовершеннолетних
правонарушителей // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 138 145.
145
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№
№4.4. С. 146 - 151.
Вестник
УДК 343.132
ПРОБЛЕМЫ ОДНОСТОРОННОСТИ И НЕПОЛНОТЫ
ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ В УГОЛОВНОМ
ПРОЦЕССЕ
Д. П. Либозаев
Тверской государственный университет
Рассматриваются проблемы односторонности и неполноты предварительного
следствия. Автор на основе анализа принципа всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств уголовного дела определяет понятие и
содержание односторонности и неполноты предварительного следствия по уголовному делу, показывает актуальность рассматриваемой проблемы в уголовном судопроизводстве на современном этапе.
Ключевые слова: уголовное судопроизводство, предварительное следствие,
всесторонность, односторонность, полнота, неполнота.
Проблема односторонности и неполноты предварительного следствия после введения в действие нового Уголовного процессуального кодекса (№ 174 ФЗ от 18.12.2001 г.), несмотря на ее актуальность, в юридической литературе практически не исследовалась.
Это связано с тем, что в настоящее время требования полноты и
всесторонности
предварительного
следствия
в
уголовнопроцессуальном законодательстве, по сути, нет, но это не мешает признавать его действующим и необходимым, поскольку всесторонность,
полнота и объективность исследования – важнейший принцип в уголовном процессе, от которого зависит построение всей доказательственной
деятельности и качество предварительного расследования.
Актуальность проблемы одностороннего и неполного предварительного следствия по уголовному делу определяется прежде всего тем,
что, как показывает практика, односторонность и неполнота исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию в ходе расследования
преступления, всегда приводят к существенному нарушению прав и законных интересов организаций и граждан-участников уголовного судопроизводства, ущемляют право обвиняемого на защиту и в итоге влекут
за собой вынесение несправедливого приговора.
В настоящее время ряд ученых юристов отводят всесторонности,
полноте и объективности ведущую роль в организации уголовнопроцессуальной деятельности. Так, А. С. Барабаш считает, что этот
принцип является основным познавательным принципом, выражающим
146
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
суть публичного начала уголовного процесса1. А. С. Ахмадуллин указывает, что всесторонность, полнота и объективность в иерархии процессуальных понятий должны занимать приоритетное положение2.
В ранее действующем УПК РСФСР (Закон РФ № 40 от 27.10.1960
г.) всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела считалось одним из основополагающих принципов уголовного процесса. Этот принцип был закреплен в ст. 20 УПК РСФСР, согласно которой: «Суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание,
обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить
как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства».
Нарушение этого принципа при производстве предварительного
расследования считалось грубым нарушением закона и влекло за собой
направление в соответствии со ст. 342 УПК РСФСР уголовного дела на
доследование.
Понятие односторонности или неполноты определялась в ст. 343
УПК РСФСР, по смыслу которой односторонним или неполным проведенным признавалось предварительное расследование, которое оставило невыясненным такие обстоятельства, установление которых могло
иметь существенное значение при постановлении приговора.
Предварительное расследование признавалось односторонним или
неполным, когда по делу:
не были допрошены лица, чьи показания имеют существенное значение для дела, или не была проведена экспертиза, когда ее проведение
по закону является обязательным, а равно не были истребованы документы или вещественные доказательства, имеющие существенное значение;
не установлены с достаточной полнотой данные о личности обвиняемого.
Из определения понятий неполноты и односторонности, сформулированного в ст.343 УПК РСФСР видно, что содержание данных понятий
отождествляется, не уточняется, в каких случаях предварительное следствие следует считать односторонним, а в каких - неполным, но в то же
время подчеркивается смысловое различие этих понятий.
В юридической литературе нет единства мнений о понятиях односторонности и неполноты следствия. В большинстве случаев эти поня1
Барабаш А.С. Публичное начало российского уголовного процесса: автореферат.
Красноярск, 2006. С. 5.
2
Ахмадуллин А.С. Всесторонность, полнота и объективность предварительного расследования как принцип уголовного процесса // Законность. 2005. № 8. С. 38.
147
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
тия рассматривались в тесной связи как результат нарушения требований закона о всестороннем и полном исследовании всех обстоятельств
дела (ст. 20 УПК РСФСР)3.
Наиболее полно рассматриваемая проблема исследовалась А. А.
Давлетовым, который определял односторонность как невыяснение какого-либо из правовых свойств, образующих предмет познания по уголовному делу, а неполноту - как установление недостаточного количества обстоятельств и доказательств по делу, необходимых для познания
юридических свойств, т.е. результат недостижение нужных пределов
исследования4.
На наш взгляд, для уяснения актуальности и значения проблемы
односторонности и неполноты предварительного следствия прежде
всего надо раскрыть содержание принципа всесторонности, полноты и
объективного исследования обстоятельств дела и его реализации в
практической деятельности следователя.
В действующем УПК РФ этот принцип не закреплен, но он вытекает из ряда его положений которые, в частности, определяют назначение
уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК РФ); порядок собирания, проверки и оценки доказательств (ст. ст. 85 - 88 УПК РФ); основания для
избрания мер пресечения и обстоятельства учитываемые при их избрании (ст. ст. 97 - 101 УПК РФ); привлечение лица в качестве обвиняемого (ст. ст. 171-175 УПК РФ); прекращение уголовного дела (ст. ст. 212 213 УПК РФ) и др.
Значение этого принципа в уголовном судопроизводстве заключается в том, что без всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела невозможно установить обстоятельства,
подлежащие доказыванию по уголовному делу, обеспечить права и законные интересы участников уголовного судопроизводства.
Установление обстоятельств, подлежащих доказыванию, есть цель
уголовного процесса, которая помогает определить границы исследования и организует всю деятельность по расследованию преступления.
Всесторонность исследования всех обстоятельств дела предполагает установление и оценку всех возможных версий совершенного преступления, тщательное исследование обстоятельств, как подтверждающих эти версии, так и устраняющих их или подвергающих сомнению. В
силу всесторонности следователь должен досконально изучить лич3
Маслов В. П. Пересмотр уголовных дел в порядке надзора. М.: Юрид. лит., 1985. С.
27; Научно-практический комментарий к УПК РСФСР / под общ. ред. Н.С. Алексеева.
М.: СПАРК, 1995. С. 422 - 425 и др.
4
Давлетов А. А. Понятие односторонности и неполноты следствия по уголовному
делу: межвуз. сб. науч. тр. Свердловск: Изд-во Свердл. юрид. ин-та, 1981. С. 72 – 78.
148
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ность обвиняемого с целью выявления обстоятельств, смягчающих и
отягчающих уголовную ответственность, а также для решения вопроса
о применении к нему меры пресечения.
Всесторонность при производстве предварительного расследования
предполагает соблюдение следующих требований:
Исследуемый объект должен изучаться всесторонне, что обязывает
следователя не ограничиваться выяснением отдельных обстоятельств
расследуемого события, а объективно и полно исследовать все обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии
со ст. 73 УПК РФ.
Объект должен изучаться в его развитии, движении и изменении,
что требует от следователя исследовать процесс совершения преступления от начала и до конца, учитывая при этом возможность изменения
материальных следов, а также изменения в сознании участников уголовного судопроизводства.
В процессе изучения объекта следователь обязан руководствоваться
в оценке доказательств их относимостью, допустимостью, достоверностью и достаточностью, оценивать доказательства в их совокупности и
только после этого делать выводы о виновности обвиняемого.
В силу всесторонности расследования следователь также должен:
не допускать производства предварительного следствия с обвинительным или оправдательным уклоном;
не признавать достоверным ни одного доказательства без его последующей проверки;
путем проведения следственных действий проверить каждую версию обвиняемого, выдвигаемую им в свою защиту.
Невыполнение в ходе расследования уголовного дела хотя бы одного из перечисленных требований влечет за собой признание следствия
односторонним.
Полнота предварительного следствия предполагает установление
всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, а
именно:
установить конкретные обстоятельства совершенного преступления, т. е. место, время, способ и другие обстоятельства его совершения,
к которым, в частности, относятся обстоятельства, характеризующие
общественную опасность преступления и его последствия, а также правильно квалифицировать преступное деяние с точки зрения уголовного
закона;
собрать необходимые и достаточные доказательства, устанавливающие виновность обвиняемого в совершении преступления, установить форму его вины и исследовать мотивы преступления;
149
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
полно и объективно установить и исследовать обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;
определить характер и размер вреда, причиненного преступлением,
и обеспечить его возмещение потерпевшим и гражданским истцам;
установить и исследовать обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния (к таким обстоятельствам, например, относится необходимая оборона, крайняя необходимость, обоснованный
риск, и. т. д.);
определить и доказать обстоятельства, смягчающие и отягчающие
уголовную ответственность обвиняемого в соответствии со ст. 61 и 63
УК РФ.
установить обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности (напр. деятельное раскаяние,
примирение с потерпевшим, возможность применения к несовершеннолетнему принудительных мер воспитательного характера);
выявить обстоятельства, которые способствовали совершению преступления, и на основании ст. 158 УПК РФ, внести в соответствующие
организации или должностным лицам представления о принятии мер по
их устранению.
Если в ходе расследования, не исследованы какие - либо из указанных обстоятельств, то проведенное предварительное следствие надо
признать неполным.
Таким образом, несмотря на некоторое различие понятий односторонности и неполноты, они взаимосвязаны и дополняют друг друга.
Связь этих понятий выражается в том, что расследовать односторонне - значит не полностью установить обстоятельства, подлежащие
доказыванию по уголовному делу, а проводить расследование неполно
значит не выявить отдельные обстоятельства, имеющие значение для
правильного разрешения уголовного дела.
Всесторонность исследования обстоятельств совершенного преступления предполагает работу следователя с объектами доказывания, т.
е. со следами реальными (следы преступления, имеющие внешнее выражение) и идеальными (факты, устанавливаемые следователем на основе изучения следов), а с ними надо работать всесторонне и полно.
150
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Список литературы
1. Ахмадуллин А.С. Всесторонность, полнота и объективность предварительного расследования как принцип уголовного процесса //
Законность. 2005. № 8.
2. Барабаш А.С. Публичное начало российского уголовного процесса:
автореферат. Красноярск, 2006. 48 с.
3. Давлетов А. А. Понятие односторонности и неполноты следствия
по уголовному делу: межвуз. сб. науч. тр. Свердловск: Изд-во
Свердл. юрид. ин-та, 1981. 139 с
4. Научно-практический комментарий к УПК РСФСР / под общ. ред.
Н.С. Алексеева. М.: Спарк, 1995. 613 с.
5. Маслов В. П. Пересмотр уголовных дел в порядке надзора. М.:
юрид. лит., 1985. 102 с.
PROBLEMS OF UNILATERALNESS AND INCOMPLETENESS
OF PRELIMINARY CONSEQUENCE IN THE CRIMINAL PROCESS
D. P. Libozaev
Tver State University
In this article are examined the problem of unilateralness and incompleteness of preliminary consequence. The author on the basis of the analysis of the principle of comprehensiveness, completeness and objectivity of a study of the circumstances of criminal case, determines the concept and the content of unilateralness and incompleteness
of preliminary consequence in the criminal case, shows the urgency of the considered
problem in the criminal legal procedure in the present stage.
Keywords: criminal legal procedure, preliminary consequence, comprehensiveness,
unilateralness, completeness, incompleteness.
Об авторе:
ЛИБОЗАЕВ ДМИТРИЙ ПЕТРОВИЧ – старший преподаватель кафедры уголовного права процесса Тверского государственного университета
(170100,г.
Тверь,
ул.
Желябова
33),
e-mail:
jurfaktver_nauka@mail.ru.
Либозаев
Д.П.
Проблемы
односторонности
и
неполноты
предварительного следствия в уголовном процессе // Вестник ТвГУ.
Серия: Право. 2014. № 4. С. 146 - 151.
151
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
2014.
№№
4. С.
Вестник
ТвГУ.
Серия
"Право".
2014.
4. 152 – 158.
УДК 343.116
ЭВОЛЮЦИЯ ПОЗИЦИЙ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ
ПО ВОПРОСУ О ПРАВОВОМ МЕХАНИЗМЕ ВОЗВРАЩЕНИЯ
СУДОМ УГОЛОВНОГО ДЕЛА ПРОКУРОРУ
А.О. Машовец
Уральская государственная юридическая академия, г. Екатеринбург
В статье анализируются последствия постановления Конституционного Суда
России от 2 июля 2013 г. № 16-П. Делается вывод, что последствия эти в целом
позитивные. Уголовное судопроизводство продолжает сохранять смешанную
форму, а восстановление института возвращения уголовного дела на дополнительное расследование произошло частично. Отмечается эволюция позиций
Конституционного Суда России в сторону усиления гарантий правосудия. Исследуется аргументация Конституционного Суда России, используемая в его
решениях по вопросу о возвращении уголовного дела судом прокурору.
Ключевые слова: Конституционный Суд России, возвращение уголовного дела
судом прокурору, уголовное судопроизводство.
Уголовно-процессуальная политика нашей страны является результатом поиска наиболее оптимального механизма уголовного судопроизводства. Надо признать, что поиск этот затянулся, а сама уголовнопроцессуальная политика подвержена достаточно резким изменениям.
Примером тому может служить институт возвращения судом уголовного дела прокурору.
В свое время Конституционный Суд РФ постановлением от
20.04.1999 г. № 7-П1 фактически ликвидировал статью 232 УПК
РСФСР, а вместе с тем на некоторое время была дискредитирована сама
идея возвращения судом дела на дополнительное расследование: как
противоречащая состязательности, с которой иногда некоторые связывают представление о справедливом судопроизводстве.
Однако затем начался ренессанс данного института. На протяжении
2003-2013 годов статья 237 УПК РФ подвергалась неоднократным изменениям со стороны законодателя – и все в сторону расширения пределов ее применения. Это происходило на фоне эволюции позиций
1
Постановление Конституционного Суда РФ от 20.04.1999 № 7-П «По делу о проверке
конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой статьи 232, части четвертой статьи 248 и части первой статьи 258 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в
связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда города Нижний Новгород» // СЗ РФ. 1999. № 17. Ст. 2205.
152
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Конституционного Суда РФ по вопросам конституционно-правового
смысла ряда уголовно-процессуальных предписаний - в публичноправовом направлении. Особенно ярко это проявилось на примере ослабления запрета на поворот к худшему, происходившего при истолковании Конституционным Судом РФ смысла статьи 405 УПК РФ в ряде
своих решений. Решающим из них было постановление КС от
11.05.2005 г. № 5-П, которое буквально отменило запрет на поворот к
худшему, содержавшийся в статье 405 УПК РФ2. Аргументация, к которой прибегнул КС при обосновании своих новых позиций в истолковании смысла уголовно-процессуальных норм, родилась из тезиса о необходимости устранения допущенных в предшествующем разбирательстве существенных (фундаментальных) нарушений. Кроме того, впервые
была введена тема о необходимости защиты прав потерпевшего, что оправдывало в совокупности с необходимостью обеспечения интересов
правосудия частичное снятие запрета на поворот к худшему. Данная
линия аргументации, изложенная в Постановлении от 11 мая 2005 года
№ 5-П, нашла подтверждение в Постановлении от 16.05.2007 г. № 6-п.3
Эволюция позиций Конституционного Суда России по поводу ослабления запрета на поворот к худшему, пересмотра пределов полномочий суда, прокурора и органа предварительного расследования при возвращении судом уголовного дела прокурору дало основание комментаторам сделать вывод о том, что изначальная идея, заложенная в ст. 237
УПК – разделение властей и запрет судебной власти помогать обвинительной - размыта настолько, что за формой уже не стоит (ни юридически, ни фактически) соответствующее ей содержание4. Так, Т.В. Куряхова указывает, что по возвращенному судом уголовному делу при определенных условиях предъявление более тяжкого или существенно отличающегося от ранее предъявленного обвинения возможно. Однако
она считает, что при этом возврата на дополнительное расследование в
2
Постановление Конституционного Суда РФ от 11.05.2005 № 5-П «По делу о проверке
конституционности статьи 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Курганского областного суда, жалобами Уполномоченного
по правам человека в Российской Федерации, производственно-технического кооператива «Содействие», общества с ограниченной ответственностью «Карелия» и ряда
граждан» // СЗ РФ. 2005. № 22. Ст. 2194.
3
Постановление Конституционного Суда от 16 мая 2007 г. № 6-П по делу о проверке
конституционности положений статей 237, 413 и 418 УПК РФ в связи с запросом президиума Курганского областного суда // РГ. 2007. № 117 (4380).
4
См.: Кальницкий В., Куряхова Т. Правовые позиции конституционного суда российской федерации по вопросу возвращения уголовного дела в досудебное производство
// Уголовное право. 2009. № 4. С. 97; Александров А.С., Лапатников М.В. Возврата к
направлению дела на доследование не будет //Уголовный процесс. 2013. № 7. С. 10-14.
153
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
прежнем виде все же нет, поскольку у органа следствия отсутствует
возможность дополнительно собирать обвинительные доказательства5.
Кульминацией анализируемой эволюции в позициях Конституционного Суда стало постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 2013 г. № 16-П по делу о проверке конституционности положений
части 1 ст. 237 УПК РФ в связи жалобой гражданина Республики Узбекистан Б.Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда6.
В данном случае Конституционный Суд РФ принял решение, в котором положения статьи 237 УПК РФ были признаны неконституционными в той мере, в которой они «препятствуют самостоятельному и независимому выбору судом подлежащих применению норм уголовного
закона в случаях, когда он приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, свидетельствуют о наличии в
действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления либо
когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства им установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления».
Иными словами суд вправе по ходатайству участника процесса, в
том числе прокурора, потерпевшего, но также и по собственной инициативе возвратить уголовное дело прокурору на доследование, в том
числе для усиления обвинения. Главным соображением, которым руководствовался Конституционный Суд России при формулировании данной позиции, явилась забота о независимости и самостоятельности судебной власти: чтобы не допустить их умаления, по мнению Конституционного Суда РФ должны быть устранены «препятствия для вынесения судом правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого
решения», «правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и
обеспечивает эффективное восстановление в правах».
В свете позиций, сформулированных Конституционным Судом РФ
в данном постановлении, суд, реализуя сложившееся у него в ходе подготовки к судебному разбирательству или судебного разбирательства
внутреннее убеждение в том, что (1) обвинение не соответствует собранной совокупности доказательств, (2) наличии в деянии обвиняемого
(подсудимого) состава более тяжкого преступления, вправе возвратить
уголовное дело прокурору - для усиления обвинения.
5
См.: Куряхова Т.В. Пределы полномочий прокруора и органа расследования по возвращенному судом уголовному делу (ст. 237 УПК) // Законодательство и практика.
2013. № 1 (30). С. 43.
6
РГ. 2013. 12 июля.
154
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Данная позиция и ее аргументация вызвала негативные оценки со
стороны некоторых представителей научного сообщества. Так, по мнению А.Александрова и М. Лапатникова, Конституционный Суд РФ совершил тихую «контрреволюцию»: своим постановлением от 02.07.
2013 г. № 16-П/2013 он обнулил все завоевания постсоветской судебной реформы. Истолкование смысла положений статьи 237 УПК РФ (в
свое время концептуально сформированной самим же Конституционный Суд РФ) носит инквизиционный (и даже антиправовой) смысл7.
Впрочем, выявилась и иного рода позиция: новое толкование Конституционным Судом РФ прав суда при возвращении дела прокурору
является революционным, но скорее позитивном смысле [8, c. 84-89].
Приверженцы данной позиции указывают на то, что, встав на защиту
самостоятельности судьи в принятии решений по делу, Конституционный Суд РФ тем самым уполномочил его возвращать уголовное дело
для уточнения квалификации преступления. Но в этом не надо видеть
обвинительную деятельность, поскольку собирание доказательств в судебном следствии подчиняется закономерностям состязательного процесса. Возникшее у суда убеждение в совершении подсудимым более
тяжкого преступления должно иметь логическое выражение в виде возвращения дела прокурору с учетом положений ст. 252 УПК РФ. Органам преследования не требуется проводить дополнительное расследование, они обязаны, как представляется, на основе всей совокупности в
том числе и судебных доказательств сформулировать усиленный обвинительный тезис. Вопрос о самостоятельности органов предварительного расследования не встает, она подчинена большему приоритету – свободе реализации внутреннего убеждения судьей, самостоятельности судебной власти8.
Согласимся с тем, что грань между «дополнительным расследованием» и «деятельностью по приведению квалификации содеянного в
соответствие с установленными судом обстоятельствами» - очень тонкая. Возможно, что такая грань есть, и данное постановление Конституционного Суда РФ не дает право органу предварительного расследования получать новые обвинительные доказательства, а ограничивает его
в обосновании нового (более тяжкого) обвинения только теми фактами,
что были установлены в суде. Возвращение дела прокурору для применения закона о более тяжком преступлении суть «особый порядок движения уголовного дела, не тождественный его возвращению для произ7
См.: Александров А., Лапатников М. Вперед в прошлое (состязательность в уголовном процессе КС РФ ликвидировал) // ЭЖ-Юрист. № 30. 2013. С. 1, 5.
8
См.: Николюк В., Кальницкий В., Куряхова Т. Возвращение дела прокурору для усиления обвинения стало возможным // Уголовное право. 2013. № 4. С. 84-89.
155
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
водства дополнительного расследования9. Но надо быть реалистами:
вряд ли такие тонкости будут уловлены судьями и прокурорами. Позиция Конституционного Суда РФ скорее всего будет истолкована именно
в том смысле, что суд возвращает дело для производства дополнительного расследования и восполнения доказательственной базы обвинения,
следователь обязан будет проверить факты установленные в суде, а это,
в свою очередь, может повлечь получение новых доказательств (обвинительных) и т.д.
С учетом поправок, внесенных в статью 237 УПК РФ самим законодателем, надо констатировать восстановление института возвращения
уголовного дела произошло в полной мере. Таким образом, прогноз некоторых авторов о том, что институт возвращения дел на доследование
не будет в полной мере восстановлен, оказался несостоятельным10. Системное толкование смысла статьи 237 УПК РФ (в ред. ФЗ № 64-ФЗ11) и
постановления Конституционного Суда РФ от 02.07. 2013 г. № 16П/2013 позволяет сделать следующие выводы:
- суд вправе самостоятельно принимать решение о правовой квалификации содеянного и не зависит в этом плане от обвинения, поэтому
он вправе поставить вопрос о необходимости изменения обвинения в
сторону ужесточения;
- суд по результатам рассмотрения дела может прийти к выводу о
необходимости получения новых доказательств и не согласиться с фактической стороной обвинения;
- возвращение дела в досудебное производство может быть связано
с восполнением неполноты предварительного расследования;
- основанием для возвращения уголовного дела прокурору может
быть выявившееся в ходе судебного следствия несоответствие обвинения фактическим обстоятельствам дела;
- суд по ходатайству стороны вправе вернуть дело прокурору, если
после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно
опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления и ранее вынесенные по уголовному делу
приговор, определение или постановление суда отменены в порядке,
предусмотренном главой 49 настоящего Кодекса, а послужившие основанием для их отмены новые или вновь открывшиеся обстоятельства
9
Там же. С. 84-89.
См.: Александров А.С., Лапатников М.В. Возврата к направлению дела на доследование не будет. С. 13.
11
Федеральный Закон № 64-ФЗ от 26.04.2012 года «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // РГ. 2013. 30 апреля.
10
156
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
являются в свою очередь основанием для предъявления обвиняемому
обвинения в совершении более тяжкого преступления (п. 1.2 ч.1 ст. 237
УПК РФ).
По-видимому, изменение позиции Конституционного Суда РФ по
вопросу о возможности возвращения уголовного дела органам публичного уголовного преследования для восполнения предварительного расследования и изменения обвинения в сторону усиления стало закономерным событием и отвечает потребностям судебной практики. При
этом остается в силе конституционное положение о состязательности
отечественного уголовного судопроизводства.
Заметим, что в литературе давно обсуждается вопрос о создании у
нас правового механизма, позволяющего государственному обвинителю
изменить обвинение в судебном заседании, естественно, при соблюдении права подсудимого на защиту12.
Подобный институт существует в уголовно-процессуальном законодательстве большинства развитых в правовом отношении государств
(США, Франции и др.), он имеется в законодательстве Украины, Молдовы, Белоруссии.
Изменение прокурором квалификации преступления в сторону усиления обвинения непосредственно в стадии судебного разбирательства
– более простой механизм обеспечения правильного применения уголовного закона при наличии ошибки органов преследования в квалификации преступления или при установлении судом фактических обстоятельств дела, отличающихся от вмененных на стадии предварительного
расследования.
Список литературы
1. Александров А.С., Лапатников М.В. Возврата к направлению дела
на доследование не будет // Уголовный процесс. 2013. № 7.
2. Александров А., Лапатников М. Вперед в прошлое (состязательность в уголовном процессе КС РФ ликвидировал) // ЭЖ-Юрист.
2013. № 30.
3. Головко Л.В. Истоки и перспективы института дополнительного
расследования уголовных дел на постсоветском пространстве // Государство и право. 2009. № 11.
12
Головко Л.В. Истоки и перспективы института дополнительного расследования уголовных дел на постсоветском пространстве // Государство и право. 2009. № 11. С. 54 –
67; Колоколов Н.А. Обвинение и защита в российском уголовном процессе: баланс
интересов – иллюзия или реальность // Уголовное судопроизводство. 2006. № 1. С. 4.
157
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
4. Кальницкий В., Куряхова Т. Правовые позиции конституционного
суда российской федерации по вопросу возвращения уголовного
дела в досудебное производство // Уголовное право. 2009. № 4.
5. Колоколов Н.А. Обвинение и защита в российском уголовном процессе: баланс интересов – иллюзия или реальность // Уголовное судопроизводство. 2006. № 1.
6. Куряхова Т.В. Пределы полномочий прокруора и органа расследования по возвращенному судом уголовному делу (ст. 237 УПК) //
Законодательство и практика. 2013. № 1 (30).
7. Николюк В., Кальницкий В., Куряхова Т. Возвращение дела прокурору для усиления обвинения стало возможным // Уголовное право. 2013. № 4.
EVOLUTION OF THE POSITION OF THE CONSTITUTIONAL
COURT OF THE RUSSIAN FEDERATION ON THE LEGAL
MECHANISM OF THE RETURN OF THE COURT OF CRIMINAL
CASES TO THE PROSECUTOR
A.O. Mashovets
Urals State Law Academy
The article analyzes the consequences of the ruling of the Constitutional Court of
Russia from July 2, 2013 № 16-P. It is concluded that the effects of these generally
positive. Criminal justice continues to maintain a mixed form, and restoration institute
return the criminal case for additional investigation was partly. Marked the evolution
of the positions of the Constitutional Court of the Russian side to enhance the security
of justice. We study the reasoning of the Constitutional Court of the Russian used in
its decisions on the return of the criminal case by the prosecutor.
Keywords: Russian Constitutional Court, the return of the criminal case by the prosecutor in criminal proceedings.
Об авторе:
МАШОВЕЦ Асия Океановна – канд. юр. наук, доцент, доцент кафедры уголовного процесса Уральской государственной юридической
академии, e-mail: okeanovna@me.com.
Машовец А.О. Эволюция позиций Конституционного Суда РФ по
вопросу о правовом механизме возвращения судом уголовного дела
прокурору // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 152 - 158.
158
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 159 - 167.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
УДК 343.13
О РАВНОПРАВИИ СТОРОН
В УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОМ ДОКАЗЫВАНИИ
П.С. Пастухов
Пермский государственный национальный
исследовательский университет, г. Пермь
Утверждается, что равноправие сторон является необходимым условием достижения истины по делу. В обоснование данного тезиса приводятся ссылки на
решения Конституционного Суда России и мнения авторитетных ученых. Состязательность и равноправие сторон в судебном доказывании являются важнейшими показателями демократичности государства и защищенности прав
личности. В современных условиях развития информационных технологий равный доступ обеих сторон к источникам информации объективно неизбежен.
Следует уравнять сторону защиты с официальными представителями стороны
обвинения в том, что касается получения информации и представления ее суду
для проверки и оценки в условиях состязательности.
Ключевые слова: теория доказательств, состязательность, уголовнопроцессуальный закон.
Нормальное развитие процесса по состязательному пути не может
происходить без реализации равноправия сторон. Когда стороны оказываются неравны в своих возможностях, одна сторона всегда будет подавлять другую сторону и побеждать в правовом споре за счёт своих
преимуществ1. Иногда состязательность «считается судебным способом
обеспечения равноправия обвинения и защиты в доказывании по уголовному делу»2. Мы считаем, что эта точка зрения неверна. Конечно,
состязательность и равноправие находятся в диалектической взаимосвязи. Состязательная форма судопроизводства является структурным элементом более высокого уровня, чем принцип равноправия. Элемент более высокого уровня может придавать определённую направленность
элементам более низкого уровня, но не обусловливать их. Не состязательность обеспечивает равноправие, а равноправие обеспечивает состязательность.
1
Смирнов А.В. Состязательный процесс. СПб., 2001. С. 18; Емузов А.С. Особенности
процессуального доказывания в условиях состязательности по УПК РФ // СПС «Консультант Плюс», 2005; Кронов Е.В. О реализации принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе России // Журнал российского права. 2008. № 2
// СПС «Консультант Плюс».
2
См.: Азаренок Н.В. Обусловленность состязательности в уголовном процессе // Российский юридический журнал. 2013. № 4 // СПС «Консультант Плюс».
159
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
В науке уголовного процесса ведётся спор о том, распространяется
ли принцип равноправия на досудебные стадии. В этой связи Н.В. Азарёнок пишет: «…обязательным условием установления материальной
истины в суде является розыскное предварительное расследование. Поэтому состязательными в российском уголовном процессе могут быть
только судебные стадии»3. Совершенно непонятно, на основании каких
доказательств Н.В. Азарёнок пришёл к подобному выводу. Ссылка на
мнение А.С. Барабаша, полагающего, что «состязательность русскому
уголовному процессу в рамках предварительного расследования противопоказана»4, не доказывает наличие причинно-следственной связи между розыскным предварительным следствием и достижением материальной истины по делу. Помимо этого Н.В. Азарёнок не указывает, каким образом возможно сочетание досудебного производства, несущего
идеологический заряд инквизиционности, авторитаризма, с состязательным судебным производством, основанного на демократических
началах. Идеологический антагонизм между досудебными и судебными
стадиями в варианте, предложенном Н.В. Азарёнком, непреодолим.
Реализация такого варианта приведёт к подавлению демократического
начала и скажется на эффективности уголовного процесса.
Однозначно можно сказать, что в действующем УПК РФ равноправие на стадии предварительного расследования отсутствует. Сторона
защиты находится в ущербном положении по сравнению со стороной
обвинения с точки зрения доказывания5. Это приводит к тому, что следователь, дознаватель получает преимущество в виде возможности беспрепятственного наполнения материалов дела доказательствами, свидетельствующими в пользу обвинения. Ходатайства адвоката и его подзащитного о приобщении к материалам дела доказательств, опровергающих версию обвинения, в большинстве случаев отклоняются. В результате уголовное дело поступает к прокурору и в суд с односторонними доказательствами. Предварительное внутреннее убеждение формируется у этих лиц неизбежно только с учётом представленных доказательств. Представление стороной защиты доказательств непосредственно в ходе судебного разбирательства практически не способно поко3
Там же.
Барабаш А.С. Состязательность в стадии предварительного расследования // Пятьдесят лет кафедре уголовного процесса УрГЮА (СЮИ): материалы Междунар. науч.практ. конф. (Екатеринбург, 27 - 28 января 2005 г.): В 2 ч. Екатеринбург, 2005. Ч. 1. С.
78.
5
Сауляк О.П. Дилемма в уголовно-процессуальном законодательстве: состязательность процесса или законность приговора? // Уголовное судопроизводство. 2009. № 1
// СПС «Консультант Плюс»; Калинкина Л.Д. Эксцессы состязательности сторон в
Российском уголовном судопроизводстве // Адвокатская практика. 2011. № 3.
4
160
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
лебать убеждённость, сложившуюся по результатам изучения материалов дела, скомпонованных следователем или дознавателем. Об этом однозначно свидетельствует количество оправдательных приговоров в
профессиональном суде (менее одного процента). Вместе с тем присяжные, которые не знают материалов дела и принимают решение только
на основании доказательств, представленных сторонами в ходе судебного следствия, оправдывают в гораздо большем проценте случаев.
Конституционный суд РФ истолковывает принцип равноправия
так: «Согласно статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации
судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, что в уголовном процессе является необходимой предпосылкой обеспечения обвиняемому права на защиту в соответствии с
положениями, закрепленными в статье 14 Международного пакта о
гражданских и политических правах и в статье 6 Конвенции о защите
прав человека и основных свобод. Это предполагает предоставление
участвующим в судебном разбирательстве сторонам обвинения и защиты равных процессуальных возможностей по отстаиванию своих законных интересов путем участия в доказывании, заявления ходатайств, обжалования действий и решений суда, осуществляющего производство
по делу»6.
Е.В. Кронов считает, что «состязательность на стадии предварительного расследования отсутствует не потому, что нет равных процессуальных прав сторон обвинения и защиты, а потому, что независимого
арбитра, который смог бы следить за состязанием сторон, нет как такового. Те же элементы якобы воплощения состязательности, которые законодатель привнес, предусмотрев функцию судебного контроля за законностью и обоснованностью действий (бездействия) и решений органа предварительного следствия, отраженные как в ст. 125 УПК РФ, так
и в других статьях, предусматривающих необходимость судебного решения для проведения по ходатайству следствия ряда следственных
действий и мероприятий (ст. 165 УПК РФ), фрагментарны и единичны,
а значит, реальным полновесным воплощением данного принципа считаться не могут»7. Считаем, что автором безосновательно принижается
значение отсутствия равных прав у сторон на предварительном рассле6
Постановление Конституционного Суда РФ от 02.07.1998 № 20-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 331 и 464 Уголовно - процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан» // СЗ РФ. 1998. № 28 //
СПС «Консультант Плюс».
7
Кронов Е.В. О реализации принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе России // Журнал российского права. 2008. № 2 // СПС «Консультант
Плюс».
161
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
довании, хотя и правильно указывается на отсутствие на досудебных
стадиях независимого арбитра. Без участия суда, разрешающего спор
сторон на предварительном расследовании, сторона, обладающая властными полномочиями, будет беспрепятственно подавлять деятельность
процессуального противника. Только суд может сбалансировать взаимоотношения сторон и обеспечить нормальную реализацию ими своих
функций.
Чтобы сторона обвинения не занимала привилегированного положения, Конституционный Суд РФ сформулировал некоторые положения, которые должны неукоснительно соблюдаться в правоприменительной практике. Так, в Постановлении Конституционного Суда РФ от
29 июня 2004 г. № 13-П указано, что «осуществляя от имени государства уголовное преследование по уголовным делам публичного и частнопубличного обвинения, прокурор, а также следователь, дознаватель и
иные должностные лица, выступающие на стороне обвинения, должны
подчиняться предусмотренному Уголовно-процессуальным кодексом
Российской Федерации порядку уголовного судопроизводства (часть
вторая статьи 1), следуя назначению и принципам уголовного судопроизводства, закрепленным данным Кодексом: они обязаны всеми имеющимися в их распоряжении средствами обеспечить охрану прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (статья 11),
исходить в своей профессиональной деятельности из презумпции невиновности (статья 14), обеспечивать подозреваемому и обвиняемому
право на защиту (статья 16), принимать решения в соответствии с требованиями законности, обоснованности и мотивированности (статья 7),
в силу которых обвинение может быть признано обоснованным только
при условии, что все противостоящие ему обстоятельства дела объективно исследованы и опровергнуты стороной обвинения. Каких-либо
положений, допускающих освобождение прокурора, следователя, дознавателя от выполнения этих обязанностей, Уголовно-процессуальный
кодекс Российской Федерации … не содержит»8.
В решениях Конституционного суда РФ получили развитие положения, направленные на укрепление позиций стороны защиты. В частности, в Постановлении №13-П от 17.07.2002 года сказано: «Принципы
состязательности и равноправия сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации) … предполагают, что … лицо, привлеченное к уголовной ответственности, вправе использовать все не запре8
Постановление Конституционного суда РФ от 29.06.2004 № 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов
Государственной Думы» // СЗ РФ. 2004. № 27. Ст. 2804.
162
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
щенные законом средства для защиты от предъявленного обвинения»9.
Определение КС № 173-О от 12.05.2003 г. гласит: «…отказ защитнику
в ознакомлении с документами, которые подтверждают законность и
обоснованность применения к подозреваемому или обвиняемому меры
пресечения в виде заключения под стражу, не может быть оправдан интересами следствия или иными конституционно значимыми целями, допускающими соразмерные ограничения прав и свобод (статья 55, часть
3 Конституции Российской Федерации)»10.
В Определении № 300-О от 27.12.2002 г. провозглашено: «…при
решении вопросов, связанных с возобновлением прекращенных уголовных дел, надлежит исходить из необходимости обеспечения и защиты
как интересов правосудия, прав и свобод потерпевших от преступлений,
так и прав и законных интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности и считающихся невиновными до тех пор, пока их виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (статья 49, часть 1,
Конституции Российской Федерации), и недопустимости сохранения
для лица, в отношении которого дело было прекращено, постоянной угрозы уголовного преследования, а значит, и ограничения его прав и
свобод. Это предполагает и недопустимость многократного возобновления по одному и тому же основанию (в частности, по причине неполноты проведенного расследования) прекращенного уголовного дела»11.
Принцип равноправия не всегда нарушается в ущерб стороне защиты. По мнению Конституционного суда РФ «осужденный (оправданный) … не ограничен в возможности ходатайствовать о пересмотре судебного решения по основаниям, улучшающим его положение, и такое
ходатайство является обязательным для рассмотрения и разрешения по
существу приведенных в нем доводов судом надзорной инстанции. Тем
9
Постановление Конституционного Суда РФ от 17.07.2002 № 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 342, 371, 373, 378, 379, 380 и
382 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, статьи 41 Уголовного кодекса РСФСР
и статьи 36 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с
запросом Подольского городского суда Московской области и жалобами ряда граждан» // СЗ РФ. 2002. № 31. Ст. 3160.
10
Определение Конституционного суда РФ от 12.05.2003 г. № 173-О «По жалобе гражданина Коваля Сергея Владимировича на нарушение его конституционных прав положениями статей 47 и 53 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»
// СЗ РФ. 2003. № 27 (ч. 2). Ст. 2872.
11
Определение Конституционного суда РФ от 27.12.2002 г. № 300-О «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 116, 211, 218, 219 и 220 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросом Президиума Верховного
суда Российской Федерации и жалобами ряда граждан» // СЗ РФ. 2003. № 3. Ст. 267.
163
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
самым сторона защиты ставится в преимущественное положение по отношению к стороне обвинения - потерпевшему, его представителю и
прокурору, что не согласуется с конституционными предписаниями об
осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон, ведет к нарушению баланса конституционно защищаемых ценностей, в том числе прав и законных интересов осужденных, с
одной стороны, и прав и законных интересов других лиц, публичных
интересов - с другой, к неправомерному ограничению прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью и противоречит требованиям обеспечения им доступа к правосудию, компенсации причиненного ущерба, гарантий судебной защиты (статьи 46 и 52; статья 55,
часть 3; статья 123 Конституции Российской Федерации)»12.
В Определении №25-О от 05.02.2004 г.сказано, что юридическую
помощь потерпевшим в федеральных судах могут оказывать не только
адвокаты (как это указано в ч.1 ст.45 УПК РФ): «…что касается потерпевших, в том числе признанных гражданскими истцами, то Конституция Российской Федерации не ограничивает круг лиц, которые вправе
оказывать им квалифицированную юридическую помощь. Такой подход
нашел свое закрепление и конкретизацию в части первой статьи 45 УПК
Российской Федерации, предусматривающей при осуществлении уголовного судопроизводства мировым судьей возможность участия в качестве представителя потерпевшего и гражданского истца - помимо адвоката - одного из близких родственников потерпевшего либо иного лица, о допуске которого ходатайствует потерпевший или гражданский
истец. Наделяется правом иметь представителя из числа выбранных им
лиц гражданский истец и в гражданском судопроизводстве (статьи 48 и
53 ГПК Российской Федерации). Лишение потерпевшего и гражданского истца по уголовным делам, подсудным федеральным судам, права
обратиться к другим лицам, способным оказать, по их мнению, квалифицированную юридическую помощь, фактически привело бы к понуждению этих участников уголовного судопроизводства использовать
только один способ защиты, что не согласуется со статьей 45 (часть 2)
Конституции Российской Федерации. Такое ограничение вопреки статье
48 (часть 1) Конституции Российской Федерации значительно сузило бы
возможности потерпевшего и гражданского истца свободно выбирать
12
Постановление Конституционного суда РФ от 11.05.2005 г. № 5-П «По делу о проверке конституционности статьи 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации в связи с запросом Курганского областного суда, жалобами уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, производственно-технического
кооператива «Содействие», общества с ограниченной ответственностью «Карелия» и
ряда граждан» // СЗ РФ. 2005. № 22. Ст. 2194.
164
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
способ защиты своих интересов, а также право на доступ к правосудию,
что гарантировано статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации»13.
Состязательности уделено значительное внимание потому, что доказывание по-разному происходит в состязательном и следственном
процессе. В следственном процессе доказывание находится в руках
должностных лиц и только полученное ими является доказательствами.
То, что получают частные лица (потерпевшие, адвокаты, подозреваемые, обвиняемые) не является доказательствами. Мы считаем, что следственный порядок доказывания недемократичен, он устарел исторически, перестал быть актуальным в XXI в. Использование прогрессивных
электронных доказательств в устаревшем порядке доказывания не может быть удачным и эффективным. Ограничения инквизиционного порядка будут снижать потенциал работы с электронными доказательствами, могут способствовать злоупотреблению со стороны сотрудников
правоохранительных органов. Ввиду природы электронных доказательств становится возможным их избирательное «цитирование», предоставление суду только части, выгодной для подтверждения версии
обвинения. Сторона защиты, не имея возможности представить в ответ
своё полноценное доказательство избирательного подхода правоохранительных органов, оказывается в неравном положении. Тогда состязательность неизбежно нарушается.
Мы считаем необоснованными выводы о том, что «главным источником проблем современного судебного следствия является абсолютизация методологической безупречности принципа состязательности»14.
Наоборот, главным источником проблем является непоследовательность в воплощении принципа состязательности на всех стадиях уголовного производства, в наличии большого количества рудиментов инквизиционного процесса в судебном следствии. Конечно, формально
кое-что поменялось: судья не зачитывает обвинительное заключение, не
занимает место прокурора при его отсутствии, не продолжает процесс
при отказе прокурора от обвинения... Это, безусловно, позитивные
сдвиги и не оценить их нельзя. Но доказывание как сердцевина уголовного процесса по-прежнему находится в плену старой инквизиционной
13
Определение Конституционного Суда РФ от 05.02.2004 № 25-О «По жалобе гражданки Ивкиной Валентины Оноприевны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 45 и статьей 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации» // Вестн. Конституционного Суда РФ. 2004. № 6 // СПС «Консультант
Плюс».
14
Поляков М.П. Принцип чистой состязательности как источник проблем судебного
следствия // Уголовное судопроизводство. 2007. № 1 // СПС «Консультант Плюс».
165
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
идеологии, теории доказательств, оставшейся в наследство от советского строя.
Список литературы
1. Азаренок Н.В. Обусловленность состязательности в уголовном
процессе // Рос. Юр.жур. 2013. № 4.
2. Барабаш А.С. Состязательность в стадии предварительного расследования // Пятьдесят лет кафедре уголовного процесса УрГЮА
(СЮИ): материалы Междунар. науч.-практ. конф. (Екатеринбург,
27 - 28 января 2005 г.): в 2 ч. Екатеринбург, 2005. Ч. 1.
3. Емузов А.С. Особенности процессуального доказывания в условиях состязательности по УПК РФ // Рос. судья. 2005. № 3.
4. Калинкина Л.Д. Эксцессы состязательности сторон в Российском
уголовном судопроизводстве // Адвокатская практика. 2011. № 3.
5. Кронов Е.В. О реализации принципов состязательности и равноправия сторон в уголовном процессе России // Журн. Рос. права.
2008. № 2.
6. Поляков М.П. Принцип чистой состязательности как источник
проблем судебного следствия // Уголовное судопроизводство.
2007. № 1.
7. Сауляк О.П. Дилемма в уголовно-процессуальном законодательстве: состязательность процесса или законность приговора? // Уголовное судопроизводство. 2009. № 1.
8. Смирнов А.В. Состязательный процесс. СПб., 2001.
ABOUT THE EGUALITY OF BOTH PARTIES
IN CRIMINAL PROCEDURE PROVING
P.S. Pastukhov
Perm State National Research University
The author argues that the equality of the parties is a necessary condition for achieving the truth in the case. In support of this thesis, it makes reference to the decision of
the Constitutional Court of Russia and opinions reputable scientists. Competition and
equality of the parties in court proving an important indicator of the state of democracy and the protection of individual rights. In modern conditions of development of information technologies both parties equal access to sources of information is objectively inevitable. Should equate to the defense with the official representatives of the
prosecution in regard to information and submitting it to the court for testing and
evaluation in terms of competitiveness.
Keywords: theory of evidence, adversary, the criminal procedure law.
166
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Об авторе:
ПАСТУХОВ Павел Сысоевич – канд. юр. наук, доцент, доцент
кафедры уголовного процесса и криминалистики Пермского государственного национального исследовательского университета, e-mail:
pps64@mail.ru
Пастухов П.С. О равноправии сторон в уголовно-процессуальном
доказывании // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 159 - 167.
167
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 168 - 178.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
УДК
323.396 : 340.15
ЭЛИТА, ВОЗМОЖНОСТИ КОНТРОЛЯ ПРЕСТУПНОСТИ
В РОССИИ
М.Н. Хурчак
Тверской государственный университет
В статье сделана попытка оценить с позиций криминологии такое понятие, как
«политическая элита», а также проанализировать состояние элиты применительно к современной российской действительности, выявить ее особенности,
условия формирования и существования.
Ключевые слова: элита, аристократия, политическая элита, клептократия,
формирование элиты, признаки элиты, состав элиты.
Идеи представителей как западной, так и российской научной
мысли, касающиеся вопросов власти, соотношения власти и личности,
качественной характеристики носителей властных функций имеют в
нынешнее сложное время в России определяющее социальнополитическое и духовное значение. Однако многие авторы вполне
правомерно констатируют, что в нашей стране в настоящее время нет
социально-экономических и политических условий, нравственного
климата, культурного развития, которые позволяли бы говорить о
России, как о правовом, социальном государстве1.
Наше нынешнее государство поразительно и необъяснимо неэффективно, только если рассматривать его с точки зрения интересов народа. Если же рассматривать его просто как механизм для личного обогащения, его действия представляются поразительно логичными и эффективными, а сформировавшийся класс клептократии (ворующей части чиновников) — подлинным правящим классом современной России.
Российское общество стратифицировано абсолютно несправедливо.
Во главе общества находится 2-3 % наиболее богатых людей и крупных
чиновников, их опору и фундамент составляют примерно 20 % так называемого «среднего класса» — «офисный планктон» и обслуга «золотой элиты». В основании этой пирамиды находятся три четверти населения страны, добывающих сырье, производящих товары и продукты
питания, зарабатывающих хлеб «в поте лица своего», которые за счет
1
См.: Демидов А.И. Судьба идеи правового государства в российском обществе. //
Правоведение. 1995. № 3. С. 37 - 38; Мартышкин О.В. Несколько тезисов о
перспективах правового государства в России. // Государство и право. 2006. № 5. С.
33–34.
168
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
своего недопотребления обеспечивают комфортную жизнь элиты и ее
обслуги.
Скандальное явление последнего десятилетия XX в. — обращение
общенационального достояния в частную собственность без выкупа
или, в лучшем случае, по символической цене, росчерком пера какоголибо должностного лица. Защитники созданного таким путем частного
сектора любят говорить о первоначальном накоплении, которое, мол,
всегда осуществлялось варварскими методами. Но сейчас не XVI в., не
эпоха
колониального
грабежа
или
«цивилизованной»
империалистической эксплуатации, а начало XXI столетия. Никогда
еще, начиная с конца XX в., столь огромная масса национального
богатства и материальных ресурсов, сохраненных или скопленных с
таким трудом, не превращалась в бесхозное имущество и не
выставлялась на разграбление при попустительстве властей вчерашнего
и сегодняшнего дня. Никогда частное предпринимательство не было так
замешано на воровстве и беззаконии.
Причинами такого явления послужили не только структурнофункциональные изменения в сфере государственной власти, но и
качественные изменения главных исполнителей этих функций —
людей,
для которых властно-корыстные интересы стали выше
интересов государства и общества. Отдельные отечественные
философы, политологи, социологи, правоведы используют понятие
«элита» вместо
«политическая
элита» для
характеристики
клептократии. Поэтому следует остановиться более подробно на этой
проблеме, тем более что в нашей научной литературе до определенного
времени эти вопросы не анализировались, поскольку выходили за рамки
доминирующих идеологических стереотипов периода «развитого
социализма», в то время как в западной философско-социологической и
правовой мысли понятие «элита» достаточно широко употребляемо и
теоретически обосновано.
Первые теории элит (В. Парето, Г. Моска) были сформулированы
еще в начале ХХ столетия. В определении содержания понятия «элита»
хотя и существуют различные точки зрения, но все ученые
принципиально едины в следующем: элита является определяющим
признаком, необходимым для успешного функционирования общества.
Так, Ортега-и-Гассет считал, что элита — это люди, которые
пользуются в обществе огромным авторитетом, имеют высокий (по
сравнению с основной массой населения) интеллектуальный уровень
169
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
безотносительно к своему статусу, отвечают за свои действия, имеют
глубокий морально — духовный потенциал2.
Как полагает Дж. Тойнби, элита — это творческое меньшинство
общества в противовес нетворческому большинству, которых Ф. Ницше
определил как «посредственность», а О. Шпенглер называл просто
«массой»3.
Близкой ко взглядам Ортеги-и-Гассета является точка зрения К.
Ясперса, который считает, что элиту составляет своеобразный слой
«духовной аристократии» с высоким культурным и интеллектуальным
уровнем и особенными способностями, среди которых он выделяет
волю к власти, решительность, осторожность, практические навыки и
успех4.
В. Парето, который впервые ввел в научный оборот понятие
«элита», относит к ней тех, кто имеет значительные способности и
может реализовать с наибольшей продуктивностью их в какой-либо
сфере деятельности. К элите, с его точки зрения, можно отнести
учителей, интеллектуалов, бизнесменов. Это в большинстве случаев
люди, занимающие высокое положение на социально-политической
лестнице и они образуют то, что называют «аристократией» (aristor —
лучший).
В
условиях
сохранения
социального
равновесия
представляется, что большинство тех, кто составляют элиту, имеет
способности, которые справедливо обеспечивают им власть.
Естественно, что когда заслуги и власть соединяются, мы видим
стойкое социальное равновесие, и, наоборот, когда они противостоят, то
наступает неравновесие, которое порождает напряженность в обществе:
элита «де-факто» вытесняется элитой «по способностям», т. е.
настоящей элитой. Происходит своеобразный процесс, который Парето
обозначил в свое время как «циркуляция элит». Как свидетельствует
история, результатом такого процесса является то, что побеждает элита
«по способностям», а не та, что у власти.
Непрерывная циркуляция элит создает необходимые предпосылки
для удержания социальной системы в состоянии равновесия. Отдельные
изречения В. Парето, посвященные данной проблеме, стали
классическими: «Чем больше открыт правящий класс, тем крепче его
2
См.: Ортега–и–Гассет Х. Восстание масс. // Вопросы философии. 1989. № 3. С. 53 54.
3
См.: Тойнби Дж. Постижение истории. М.: Прогресс, 1991. С. 231; Ницше Ф. Так
говорил Заратустра. М.: Издательство: Директ–Медиа, 2002. С. 75; Шпенглер О.
Закат Европы. Т. 2. М.: Издательство «Мысль», 1991. С. 341.
4
См.: Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 396.
170
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
здоровье»; «Чем больше он замкнут, тем сильнее тенденция к упадку»;
«Чем больше изменений, тем больше это одно и то же»5.
Элита (аристократия) — это определения той группы наилучших в
данный исторический момент среди нации людей, которые являются
организаторами, правителями, рулевыми нации.
Качественное обновление элиты осуществляется благодаря трем
методам ее формирования: классократическому, охлократическому и
демократическому.
Классократический метод характеризуется тем, что активное
меньшинство занимает господствующее положение благодаря
внутреннему единству, сплоченности своего слоя, и в то же время
отношение с большинством складывается на почве гражданских
законных взаимных обязательств, исключающих порабощение, путем
интеграции с другими социальными группами, результатом чего
является образование корпоративного монархического государства.
Английская парламентская система иллюстрирует подобный баланс
общественных сил, а именно: консерватизм старой аристократии и
революционность новых социальных групп.
Второй тип отношений между активным меньшинством и
пассивным большинством — охлократический.
Охлократы получают власть не «сверху», как классократы, а
«снизу», используя бунт масс против собственной деморализованной
аристократии. Охлократическая элита охватывает своей властью все
формы общественной жизни. В то же время она не способна обеспечить
и
поддержать
экономическую,
культурную,
научную
жизнедеятельность. Имея на вооружении одну реальную силу — силу
меча и являясь материально непродуктивной и малочисленной по
сравнению с пассивными массами, охлократия, чтобы удержаться у
власти, репрезентирует определенные мистические силы, прибегает к
созданию партии, члены которой были бы объединены фанатической
верой. Но все это не может решить главного — материального
производства. Силой, даже при наличии мистических идей, невозможно
народ заставить трудиться.
В условиях высокотехнологичного материального производства,
требующего не стандартного, а индивидуального напряжения не только
физических, но и духовных сил каждого человека, охлократия, как
форма государства, обречена на гибель. Именно поэтому
охлократическая элита беспощадно эксплуатирует пассивность,
простодушие народных масс, управляя ими как методом насилия,
5
Цит. по: Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М., 2003. С. 457 – 462.
171
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
террора, так и с помощью социально-политической демагогии.
Охлократия — это наипримитивнейшая и жесточайшая социальнополитическая группировка.
Третий тип отношений между активным меньшинством и
пассивным большинством - демократический, основывающийся на
открытой и неограниченной конкуренции за власть, которая происходит
между
различными
группами
в
обществе.
Деятельность
демократической элиты носит характер финансовой и интеллектуальной
манипуляции обществом с применением разнообразных способов и
методов, например, с использованием лозунгов свободы, равенства,
братства, фабрикованием разнообразных программ «народного счастья»
(например, «500 дней», программа Путина), которые в большинстве
случаев приносят пользу лишь их авторам.
Эти формы организации элиты и государства являются достаточно
динамичными,
детерминированными
конкретными
условиями
общественно — политической жизни. Они постоянно модифицируются,
изменяются, возобновляются, переходя из одной формы в другую. На
смену охлократии может прийти демократия, классократия, или же
наоборот. История России, как и других стран, является этому
подтверждением6.
Российские исследователи этой важной проблемы выделяют
следующие признаки, входящие в определение элиты7.
1. Элита — необходимый элемент социальной структуры общества,
когда можно говорить о противопоставлении элиты «внеэлитным
группам».
2. Основная функция элиты заключается в управлении обществом.
3. Члены элиты должны обладать высокой интенсивностью социальных и психологических качеств, что может определяться происхождением и (или) обучением.
4. Среди качеств, присущих элите, в современном обществе наибольшее значение имеют властные возможности, богатство, знания,
профессиональные умения, социальное положение.
5. Элита представляет собой референтную группу, когда определенная совокупность ее качеств составляет ценностный образ, на который ориентируются как сами представители элиты, так и другие члены
общества.
6
См.: Кива А. После коммунизма, накануне Октября // Рос. газ. 2007. 31 окт.
См.: Бабаева Л.В., Таршна Е.А., Резинченко Л.А. Элита России: о настоящем и
будущем страны // Социологические исследования. 2006. № 4. С. 42 – 43.
7
172
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
6. Представители элиты занимают высшие уровни социальных иерархий, которые могут быть образованы по различным признакам
(власть, богатство, интеллект и другое).
7. Представители элиты обычно признаются в современном обществе высшей или лучшей частью той или иной социальной группы,
класса.
8. В современном обществе сфера социальной деятельности, а не
происхождение индивида, часто имеет решающее значение при определении его места в элите.
9. Положение члена элиты в иерархии элиты определяется его связями с той внеэлитной социальной группой, которую он представляет,
чьи интересы отражает.
10. В современном обществе возможны не только «вертикальный
путь» в элиту, но и перемещение из одной группы элиты в другую. Обновление групп элиты и смешение различных групп элиты — характерная черта современного общества.
Таким образом, элита — это группа людей, чьи позиции позволяют
им подняться над окружающими и принимать решения со значимыми
последствиями. Ни одно общество не может функционировать без
доминирующего класса, всегда имеется организованное меньшинство,
которое управляет, и неорганизованное большинство, которым
управляют.
Еще недавно слово «элита» резало слух. А сегодня без него нельзя
и представить разговора о жизни общества, перспективах страны. Что
ждать от тех, кто входит в число людей, обозначенных этим громким
словом?
В марксистской теории развитие общества определялось в
категориях борьбы классов. Однако уже в концепции развитого
социализма начинает исчезать классовый критерий социальной
стратификации, когда предписывалось преодолеть все различия (между
рабочими и крестьянами, между умственным и физическим трудом).
Элита отклонялась, и можно сказать, что эта проблема была тайной «за
семью печатями» в науке советского периода8.
Но в действительности именно советский социализм оказался ярко
выраженным классовым обществом. Как показали М. Джилас, В.
Восленский, главный водораздел пролегал в нем между партийносоветско-хозяйственной
номенклатурой,
превратившейся
в
господствующий класс, и всеми остальными слоями населения.
8
См.: Бутенко А.П. От тоталитаризма к демократии: общее и специфическое //
Социально – политический журнал. 1996. № 1. С. 155 – 156.
173
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Партийная бюрократия предпочитала такие термины, как «научное
управление», «объективные законы», поскольку они не раскрывали ее
контроля над обществом. То, что «аппарату» и его верхушке, партийной
олигархии, принадлежала вся полнота власти, — истина, которую в
нашей стране доказывать нет необходимости, хотя в разные
исторические периоды она была неодинаковой.
Партийных, государственных и хозяйственных руководителей в
сталинский период лишь условно можно отнести к элите, так как они не
представляли собой устойчивой социальной общности, которая бы
самостоятельно определяла политические и экономические процессы в
стране9. Горизонтальные связи между ними, а тем более какие-либо
организационные ее формы, рассматривались как преступные
организации, а их участники — руководители различных рангов —
признавались контрреволюционными преступниками. Таким образом,
они, как и все остальные граждане, были «винтиками», хотя и
«ввернутыми» в различные уровни партийной, государственной и
хозяйственной власти.
Криминальность правящих кругов в этот период отражала не
столько их традиционные корыстные мотивации, как в других странах,
сколько стремление к выживанию путем добросовестного служения
преступному режиму и беспрекословного повиновения вышестоящим
начальникам, а не закону.
С середины 1950-х г.г., когда стал ослабевать тотальный контроль,
начинает складываться партийная, государственная и хозяйственная
элита, как особая социальная группа с внутренними горизонтальными
связями, групповыми интересами и ценностями, способная
относительно
самостоятельно
определять
политические
и
экономические процессы в стране. Правящий слой получает
неограниченный доступ к управлению, распоряжению и владению
народной собственностью. Начинается процесс расслоения общества и
«окорыствление» общественных отношений. Корыстная преступность
охватывает подавляющую часть элиты, казнокрадство и мздоимство
постепенно становятся нормами жизни. В обществе формируется
система двойной морали (для себя и для народа), которую скрыто
разделяла и партийно—государственная номенклатура, а также взгляды
на «ничейную» государственную собственность.
Именно в этот период происходит расцвет теневой экономики основы организованной преступности. К уголовной ответственности
9
См.: Лунеев В.В. Криминогенная обстановка в России и формирование новой
политической элиты // Социологические исследования. 1994. № 8. С. 92.
174
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
привлекался лишь нижний слой управленцев, утративших доверие
своего начальства, верхушка же оставалась практически нетронутой.
Во времена перестройки, вобрав в себя некоторое количество
молодых карьеристов от демократического движения, правящий класс
сформировался в основном из прежней коммунистической
номенклатуры. Он был и остался, он не родился, а переродился.
Именно в этот период мобильная часть партийной,
государственной и хозяйственной элиты переходила в новые властные и
коммерческие
структуры,
коррумпировалась
с
ними
и
организованными
преступниками,
перекачивала
бесхозные
государственные средства и ресурсы за рубеж, в акционерную, частную
и личную собственность. По разным источникам, на настоящее время
эта сумма оценивается в сотни миллиардов долларов. Пожалуй, это
единственный в мировой истории случай, чтобы общественный класс
практически в полном составе перешел в свою идеологическую
противоположность столь быстро и дружно.
Огромный опыт нарушения человеческих прав в интересах
коммунистической идеи и эксплуатирующей ее партийногосударственной верхушки, полученный правящими кругами в период
революции и сталинизма, во времена застоя и перестройки был
дополнен стереотипами широкого использования своего должностного
положения в корыстных и иных целях, а именно: государственная
должность временна, поэтому ее необходимо использовать, чтобы
обеспечить дальнейшую безбедную жизнь лица, ее занимающего;
общенародная собственность должна иметь хозяина; все средства
хороши для достижения своих политических целей. И это лучше всего
характеризует ограниченность «курса реформ».
Что же касается состава сегодняшней правящей элиты, то он
включает несколько групп10.
Самой большой и значимой группой являются бывшие партийные,
государственные и хозяйственные руководители, пришедшие в новые
политические и властные структуры на волне «перестройки», которые в
настоящее время представляют как официальные властные структуры
(федеральные и региональные), так и оппозицию. Значительная часть
бывшей номенклатуры пришла в новые структуры власти не по
реформистским убеждениям, а в силу традиционного для нее
приспособленчества и привычки к власти. Криминальность этой части
10
См.: Мясников О.Г. Смена правящих элит: консолидация или вечная схватка //
Политические исследования. 2003. № 1. С. 52 – 53.
175
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
номенклатуры
проявилась
в
массовых
посягательствах
на
государственную и общественную собственность и в коррупции.
В качестве показательного примера можно привести публикацию в
«Общей газете», в которой указывается, что за 1996 г. руководители
Государственного фонда занятости передали в коммерческий сектор
около одного триллиона рублей, так и не вернувшегося в государство, а
задолженность фонда по выплате пособий по безработице составила
тоже примерно триллион рублей. В тоже время руководитель этой
государственной структуры был уволен Президентом РФ «в связи с
переходом на другую работу». Штамп, известный и по советским
временам.
Вторую группу новой правящей элиты составляют лица из научных
и других интеллигентских структур, целью которых являлись
демократические и рыночные преобразования. Они пришли в политику
в начале 1990-х г.г., не запачканные тоталитарным режимом, не
связанные с экономическими махинациями прошлых лет, и сыграли
значительную роль в разрушении партийно-бюрократической системы.
Однако газетные публикации в настоящее время все чаще
свидетельствуют о том, что эта группа новой правящей элиты
перерождается и встает на путь нарушения закона в целях личного
обогащения11.
Третьей группой формирующейся правящей элиты России, далеко
неоднозначной и противоречивой, являются выходцы из нового слоя
отечественных предпринимателей. В ней можно выделить несколько
подгрупп. Во-первых, это представители и родственники бывшего
партийного, государственного и хозяйственного руководства, которые
путем различных махинаций сумели накопить первоначальный капитал;
во-вторых, это лица, обладающие чисто криминальным капиталом,
образованным за счет рэкета, хищений, спекуляций, наркобизнеса,
проституции, торговли оружием и других преступлений мафиозного
характера; в-третьих, это лица, которые пытаются вести относительно
честный бизнес в России.
Четвертую группу современной российской элиты составляют
карьеристы и авантюристы различных мастей, которые всплыли на
поверхность общественной и политической жизни с помощью
социальной и национальной демагогии; для них главная цель — это
власть.
11
См.: Вощанов П.А. Анатолий Собчак – зеркало русской коррупции // Комсомольская
правда. 1997. 17 февр.
176
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
В настоящее время элита представляет собой «закрытый клуб», где
все роли уже расписаны (современная избирательная практика),
фактически — та же номенклатура как на федеральном уровне, так и на
региональном, часто и персонально это одни и те же лица12.
Правящая элита создает в стране обстановку по своему образу и
подобию, что существенно влияет на все стороны жизни, в том числе и
на преступность.
Опираясь на вышесказанное, заметим, что, на данный момент
понятия «элита» и «справедливость» оказываются несовместимыми.
Как бы ни хотелось видеть «во главе» общества справедливую,
дальновидную, предприимчивую, преданную интересам народа и
государства ответственную элиту, идеал остается идеалом. Но на то он
и идеал, чтобы к нему стремиться.
Список литературы
1. Арон Р. Этапы развития социологической мысли / Общ. ред. и предисл. П.С. Гуревича. М.: Издательская группа «Прогресс» - «Политика», 1992. 608 с.
2. Бабаева Л.В., Таршна Е.А., Резинченко Л.А. Элита России: о настоящем и будущем страны // Социологические исследования.
2006. № 4. С. 39 – 47.
3. Буртин Ю. Постсоветское классовое общество. // Общая газета.
1997. 21 янв.
4. Бутенко А.П. От тоталитаризма к демократии: общее и специфическое // Социально — политический журнал. 1996. № 1. С. 151 –
160.
5. Вощанов П.А. Анатолий Собчак - зеркало русской коррупции //
Комсомольская правда. 1997. 17 февр.
6. Демидов А.И. Судьба идеи правового государства в российском
обществе // Правоведение. 1995. № 3. С. 36 – 45.
7. Кива А. После коммунизма, накануне Октября // Рос. газ. 2007. 31
окт.
8. Лунеев В.В. Криминогенная обстановка в России и формирование
новой политической элиты // Социологические исследования.
1994. № 8. С. 83 – 94.
9. Мартышкин О.В. Несколько тезисов о перспективах правового государства в России // Государство и право. 2006. № 5. С. 29 – 38.
12
См.: Буртин Ю. Постсоветское классовое общество // Общая газета. 1997. 21 янв.
177
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
10. Мясников О.Г. Смена правящих элит: консолидация или вечная
схватка // Политические исследования. 2003. № 1. С. 49 – 57.
11. Ницше Ф. Так говорил Заратустра. М.: изд-во «Директ-Медиа»,
2002. 300 с.
12. Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Вопросы философии. 1989.
№ 3. С. 52 – 61.
13. Тойнби Дж. Постижение истории. М.: Прогресс, 1991. 736 с.
14. Шпенглер О. Закат Европы. Т. 2. М.: Издательство «Мысль», 1993.
690 с.
15. Ясперс К. Смысл и назначение истории. М.: изд-во «Мысль», 1991.
595 с.
CONTRIBUTION TO THE PROBLEM OF ESSENCE SOCIAL
RELATION INCLUDED IN THE OBJECT OF CIVIL LAW
M.N. Hurhcak
Tver State University
In this article attempt to estimate such concept as «political elite» from criminology
positions, and also to analyse a condition of elite in relation to modern Russian reality, to reveal its features, conditions of formation and existence is made.
Keywords: elite, aristocracy, political elite, kleptocracy, formation of elite, elite signs,
structure of elite.
Об авторе:
ХУРЧАК Михаил Николаевич – канд. юр. наук, доцент кафедры
уголовного права и процесса Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: Anet50@mail.ru
Хурчак М.Н. Элита, возможности контроля преступности в России //
Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 168 – 178.
178
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№
№4.4. С. 179 - 182.
Вестник
УДК 343.13
О ПРОЦЕССУАЛЬНОМ СТАТУСЕ ПОДСУДИМОГО ПО ДЕЛАМ
ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ
Н. Г. Яковлева
Тверской государственный университет
Статья посвящена актуальным вопросам правоприменительной деятельности по
уголовным делам частного обвинения. В частности, рассмотрен вопрос о процессуальном статусе лица, в отношении которого подано заявление. Исследуются проблемные вопросы реализации данным лицом права на защиту в процессе подготовки к рассмотрению дел, отнесенных к подсудности мирового судьи.
Ключевые слова: мировой судья, лицо, в отношении которого подано заявление,
дела частного обвинения, частный обвинитель, подсудимый.
Развитие института мировой юстиции в Российской Федерации позволяет говорить о существовании самостоятельного института в уголовном судопроизводстве, который можно охарактеризовать как институт производства по делам частного обвинения.
Согласно уголовно-процессуальному кодексу РФ (далее – УПК РФ)
сторонами по делам частного обвинения являются частный обвинитель
(как правило, он же и потерпевший) и обвиняемый. В соответствии с ч.
1 ст. 47 УПК РФ обвиняемым признается лицо, в отношении которого
вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого или обвинительный акт либо составлено обвинительное постановление.
Определяя процессуальный статус лица, в отношении которого в
порядке ст. 318 УПК РФ подано заявление, законодатель фактически, на
наш взгляд, использовал аналогию закона, приравняв соответствующие
действия заявителя к предъявлению обвинения. В связи с этим возникает ряд вопросов: Во-первых, как такая позиция законодателя соотносится с принципом состязательности и равноправия сторон? Ведь до того
момента, как лицо не получит судебную повестку, он не знает, в чем его
обвиняют и соответственно лишен права защищаться от предъявленного обвинения. Следовательно, он изначально поставлен в неравное со
стороной обвинения положение. Вызывая лицо, в отношение которого
подано заявление, судья ставит последнего в известность о том, что он
привлекается к уголовной ответственности. Крайне спорная, на наш
взгляд, ситуация, мало соотносящаяся с закрепленным в ст. 6 Европейской конвенции о правах человека праве на справедливое судебное разбирательство. О какой справедливости может идти речь, если человек
179
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
фактически до начала судебного разбирательства не знает, что его обвиняют в совершении преступления? Во-вторых, полагаем, речь может
идти о нарушении права данного лица на защиту, так как он лишен возможности защищаться доступными способами и, в частности, знакомиться с материалами дела столько, сколько ему необходимо (в частности, исходя из требований ст. 217 УПК РФ) так как, согласно ч. 3 ст. 319
УПК РФ, у судьи есть всего лишь 7 суток на то, чтобы вызвать лицо, в
отношении которого подано заявление, ознакомить его с материалами
дела, разъяснить права подсудимого и назначить судебное разбирательство. Таким образом, можно констатировать, что лицо, в отношении которого в порядке ст. 318 УПК РФ подано заявление, по сравнению с обвиняемым по делам публичного обвинения обладает меньшим объемом
прав. Возникает вполне резонный вопрос: соответствуют ли в таком
случае данные положения УПК Конституции РФ? Ответ, думается, очевиден.
Специфика процессуального статуса лица, в отношении которого
подано заявление, состоит также в том, что, по сути, сразу после принятия мировым судьей заявления в порядке ст. 318 УПК РФ данное лицо
становится подсудимым. В связи с этим вновь возникают вопросы. Вопервых, как уже отмечалось выше, последний становится подсудимым,
минуя статус обвиняемого. Нам представляется все же не совсем верной
позиция законодателя, согласно которой подача заявления в порядке ст.
318 УПК РФ фактически приравнивается к предъявлению обвинения.
Будучи лишенным возможности знать, в чем его обвиняют, пользоваться услугами защитника, а также реализовывать иные права, закрепленные в ст. 47 УПК РФ, лицо, в отношении которого подано заявление,
появляется в процессе уже в роли подсудимого.
Обращаясь вновь к положениям УПК РФ, регулирующим производство по делам публичного обвинения, отметим, что по окончании
производства предварительного расследования следователь составляет
обвинительное заключение, в котором согласно ч. 1 ст.220 УПК РФ указывается существо обвинения, перечень доказательств, на которые ссылаются стороны, смягчающие и отягчающие обстоятельства и т.д. Данный документ формирует не просто позицию стороны обвинения. Он
содержит перечень и краткое содержание доказательств, на которые
следствие ссылается. Таким образом, ознакомившись со всеми материалами уголовного дела и получив обвинительное заключение, обвиняемый обладает всей необходимой информацией для реализации в ходе
судебного разбирательства своего права на защиту. Что же происходит
при производстве по делам частного обвинения? Во-первых, становясь
сразу подсудимым, лицо, в отношении которого подано заявление, име180
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
ет крайнее слабое представление о том, какие по делу имеются доказательства, так как на момент назначения судебного разбирательства их
может фактически и не быть, ведь для возбуждения дела частного обвинения достаточно, согласно ст. 318 УПК РФ, лишь самого факта подачи
соответствующего требованиям закона заявления. Доказательства частный обвинитель может предоставлять непосредственно в процессе судебного разбирательства как лично, так и путем заявления соответствующих ходатайств мировому судье. Во-вторых, ознакомление с материалами дела в данном случае носит весьма условный характер, так как
знакомиться, по сути (помимо заявления), не с чем. Кроме того, закон
фактически запрещает мировому судье самому инициировать процесс
собирания доказательств. Согласно ч. 2 ст. 319 УПК РФ по ходатайству
сторон мировой судья вправе оказать им содействие в собирании таких
доказательств, которые не могут быть получены сторонами самостоятельно. Любые инициативные действия судьи, направленные на собирание доказательств, могут таким образом, быть расценены как выходящие за рамки его полномочий.
При этом следует отметить, что подсудимый в данном случае на
этапе ознакомления с материалами дела, имея 7 суток на подготовку к
судебному разбирательству, должен самостоятельно (в лучшем случае –
с помощью защитника) собрать доказательства и сформулировать свою
позицию по делу. Вывод напрашивается сам собой: подсудимый опять
оказывается в неравном с частным обвинителем положении, так как в
его активе меньше информации, меньше времени и меньше возможностей по формированию доказательственной базы.
Еще больше вопросов, на наш взгляд, вызывают положения ч.4 ст.
319 УПК РФ. Согласно указанной норме, судья в случае неявки лица, в
отношении которого подано заявление, направляет копию заявления с
разъяснением прав подсудимого, а также условий и порядка примирения сторон. Исходя из буквального понимания закона, можно прийти к
выводу, что таким образом лицо, так же как и в случае явки, будет считаться ознакомленным с сутью обвинения и материалами дела. Полагаем, что это совершенно абсурдно и противоречит основным принципам
уголовного процесса, прежде всего, принципам законности и обеспечения права на защиту. Думается, в случае неявки лица суд не вправе назначать судебное заседание и обязан принять меры по обеспечению явки лица в суд. Только после этого он должен выполнить все предусмотренные законом процессуальные действия по подготовке дела к судебному разбирательству.
Изложенное выше позволяет сформулировать ряд выводов. Стремление законодателя упростить процедуру рассмотрения дел частного
181
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
обвинения, так сказать «приблизить ее к народу», привело, на наш
взгляд, к очевидному дисбалансу интересов сторон, ущемлению прав
лица, в отношении которого подается заявление. В итоге производство
по делам частного обвинения затягивается, стороны крайне слабо ориентируются в вопросах, связанных с подготовкой к судебному заседанию, с собиранием доказательств, которые они должны искать и предоставлять самостоятельно (что чаще всего для них крайне сложно).
Столь принципиальная позиция законодателя не приведет ли (либо
уже приводит) к тому, что граждане разочаруются в самой идее (на самом деле весьма неплохой) мировой юстиции, которая не оправдает их
ожиданий?
ON THE PROCEDURAL STATUS OF THE DEFENDANT IN CASES
OF PRIVATE PROSECUTION
N. G. Yakovleva
Tver State University
The article is devoted to topical issues of law enforcement in criminal cases of private
prosecution. In particular, the article considers the question of the procedural status
of the person in respect of which the application is made. Explores the problematic
issues facing the implementation of the right to data protection in the process of
preparation for the consideration of the cases referred to the jurisdiction of the magistrate.
Keywords: justice of the peace, the person in respect of whom application is made,
the case of private prosecution, the private prosecutor, the defendant.
Об авторе:
ЯКОВЛЕВА Наталья Григорьевна – канд. юр. наук, доцент кафедры уголовного права и процесса Тверского государственного университета
(170100,
г.
Тверь,
ул.
Желябова,
33),
e-mail:
yakovlevang@yandex.ru
Яковлева Н.Г. О процессуальном статусе подсудимого по делам частного обвинения // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 179 – 182.
182
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 183 -189 .
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Правовые вопросы противодействия коррупции
УДК 351:343.35(094)
ПРАВОТВОРЧЕСТВО ОРГАНОВ МЕСТНОГО
САМОУПРАВЛЕНИЯ
В СФЕРЕ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ КОРРУПЦИИ
Н.А. Антонова
Тверской государственный университет, г. Тверь
Поставлены вопросы принятия необходимых правовых актов и осуществления
соответствующих мероприятий органами местного самоуправления в процессе
противодействия коррупции.
Ключевые слова: местное самоуправление, органы местного самоуправления,
вопросы местного значения, коррупция, противодействие коррупции на муниципальном уровне.
Осуществление муниципальной власти в Российской Федерации
основывается на законах и иных нормативных актах, последние из которых принимаются и органами (должностными лицами) местного самоуправления муниципальных образований. Выполнение функций местного самоуправления невозможно без использования нормативных
правовых актов. В этих условиях трудно переоценить их роль в решении задач, стоящих перед муниципальным образованием.
Деятельность органов местного самоуправления по принятию нормативных правовых актов, т.е. правотворчество этих субъектов, может
быть определено как правовая деятельность органов местного самоуправления по созданию, изменению и упразднению обязательных правил поведения по вопросам, находящимся в ведении муниципального
образования на постоянной или временной основе, в соответствии с
Конституцией РФ, федеральными конституционными законами, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, конституциями (уставами), законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Федерации, уставами и иными
нормативными правовыми актами муниципального образования1.
Акты, являющиеся результатом муниципального правотворчества,
условно могут быть разделены на четыре группы: 1) издаваемые на основании прямых предписаний законов; 2) регулирующие отношения,
1
Антонова Н.А. Правотворчество органов местного самоуправления. дисс…д-ра.
юрид. наук. М., 2009. С. 83-84.
183
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
которые на законодательном уровне урегулированы только в общей
форме; 3) регулирующие отношения по реализации отдельных государственных полномочий, переданных органам местного самоуправления;
4) регулирующие отношения, по которым государственная регламентация отсутствует полностью.
К первой группе можно отнести нормативные правовые акты, принимаемые на основании прямого предписания, содержащегося в Федеральном законе от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах
организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее
– Федеральный закон № 131-ФЗ)2. Так, в ст. 43 названного Закона прямо
указывается на необходимость принятия в муниципальных образованиях уставов, местных бюджетов.
В большинстве же случаев муниципальные органы издают нормативные правовые акты по вопросам, регулируемым Федеральными и
региональными законами только в общей форме. Перечень вопросов
местного значения, закрепленных в Федеральном законе № 131-ФЗ, определяет фактически круг вопросов, по которым местные органы могут
принимать акты. В этом случае закон устанавливает лишь задачи, направления деятельности муниципальных органов, в пределах которых
они самостоятельно принимают решения. Эта вторая группа актов наиболее многочисленна.
Опыт последних лет показывает, что законодатель постоянно изменяет перечень вопросов местного значения, что нередко связано с возникновением тех или иных проблем и необходимостью их решения 3.
Так произошло и в том случае, когда в стране развернулась антикоррупционная борьба. При этом участие в противодействии коррупции по
понятным причинам должны принимать не только органы государственной власти, но и органы местного самоуправления.
В связи с этим с ноября 2011 г.4 к числу вопросов местного значения поселений, муниципальных районов и городских округов Федеральным законом № 131-ФЗ отнесено «осуществление мер по противодействию коррупции» в границах соответствующего муниципального
образования.
2
СЗ РФ. 2003. № 40. Ст. 3822.
СЗ РФ. 2006. № 31 (часть 1). Ст. 3452; 2011. № 49 (часть1). Ст. 7039; 2013. № 14.
Ст.77; 2014. № 30 (часть 1). Ст. 4235.
4
О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в
связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия
коррупции: Федеральный закон от 21.11.2011 г. № 329-ФЗ // СЗ РФ. 2011. № 48. Ст.
6730.
3
184
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
При этом следует отметить, согласно Федеральному закону от
27.05.2014 № 136-ФЗ «О внесении изменений в статью 26.3 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных
(представительных) и исполнительных органов государственной власти
субъектов Российской Федерации» и Федеральный закон «Об общих
принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»»5 в городских округах в соответствии с законами субъекта Российской Федерации местное самоуправление может осуществляться
также на территориях внутригородских районов. В соответствии с этим
в Федеральный закон № 131-ФЗ введена ст. 16.2 «Вопросы местного
значения внутригородского района». Среди перечня вопросов, касающихся такого муниципального образования, как внутригородской район, вопроса о противодействии коррупции нет. Однако в соответствии с
ч. 2 названной статьи законами субъекта Российской Федерации и уставом городского округа с внутригородским делением и принятым в соответствии с ними уставом внутригородского района за внутригородскими районами могут закрепляться также иные вопросы из числа установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом вопросов
местного значения городских округов. Поэтому, следует полагать, что
вопросы противодействия коррупции должны находиться в компетенции любого муниципального образования.
Поскольку вопрос местного значения, предусмотренный Федеральным законом № 131-ФЗ, сформулирован как осуществление мер по противодействию коррупции, можно говорить о двух группах таких мер.
Во-первых, это меры, направленные на правовое обеспечение противодействия коррупции в муниципальном образовании, во-вторых, это меры организационного характера, проводимые в муниципальном образовании. При этом следует отметить, что меры организационного характера также нуждаются в правовом закреплении.
С момента появления в компетенции муниципальных образований
рассматриваемого вопроса органами местного самоуправления накоплен определенный опыт по разработке и принятию правовых актов в
данной сфере.
Анализ таких актов показывает, что муниципальные образования
идут по двум путям: принимают либо планы противодействия коррупции, рассчитанные, как правило, на долгосрочную перспективу, либо
целевые программы, которые рассчитаны, как и любая целевая программа, на более короткий срок. Например, целевая программа «Противодействие коррупции в муниципальном образовании «Радищевский
5
СЗ РФ. 2014. № 22. Ст. 2770.
185
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
район» на 2011-2012 годы»6, утвержденная в 2011 г. решением муниципального образования «Радищевский район» Ульяновской области.
Как видим, на муниципальном уровне отсутствует унифицированный подход к планово-программному оформлению мер по борьбе с
коррупцией (отличаются и наименования документов – планы или программы, и период их действия – долгосрочные, среднесрочные, краткосрочные, и набор мероприятий, предусмотренных этими документами).
В ряде работ, посвященных проблематике борьбы с коррупцией,
вполне оправданно отмечается что необходимо обратить внимание на
рациональность унификации данных мер, осуществляемых в муниципальном образовании, при условии координации таких плановопрограммных документов муниципальных образований с планами противодействия коррупции, принимаемыми на уровне субъектов Федерации. При этом предпочтение следует отдавать стратегическим планам,
конкретизированным в текущих планово-программных документах различного хронологического периода действия7.
Помимо этого есть еще одно направление нормотворческой работы
муниципальных образований в сфере противодействия коррупции. Органы местного самоуправления оказывают муниципальные услуги.
Термин «муниципальная услуга» законодательно определен в Федеральном законе от 27 июля 2010 г . № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг»8, согласно которому под муниципальной услугой, предоставляемой органом местного самоуправления, понимается деятельность по реализации функций органа
местного самоуправления, которая осуществляется по запросам заявителей в пределах полномочий органа, предоставляющего муниципальные услуги, по решению вопросов местного значения, установленных в
соответствии с Федеральным законом от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ
«Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» и уставами муниципальных образований. Следует обратить внимание на то, что речь идет о публичной услуге, главным признаком которой является высокая социальная значимость, заинтересованность общества в ее оказании. При этом субъект оказания таких услуг для потребителя часто не столь важен. Этот вопрос возникает, как
правило, в случае неэффективного предоставления таких услуг. В свете
осуществления мер по противодействию коррупции органам местного
самоуправления необходимо провести работу по детальной разработке
6
http://www.anticorrupt-ul.ru/
Ромашина Е.В. Реализация органами местного самоуправления мер по противодействию коррупции: автореф. дис... канд. юрид. наук. Белгород, 2013. С. 23.
8
СЗ РФ. 2010 . № 31. Ст. 4179.
7
186
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
административных регламентов по оказанию муниципальных услуг. От
того, насколько процедура предоставления муниципальной услуги будет прозрачна, доступна для общественного контроля, во многом зависит успех муниципального образования в деле профилактики коррупции.
Важнейшим направлением правотворческой деятельности в сфере
противодействия коррупции в муниципальных образованиях должна
стать разработка антикоррупционных стандартов поведения муниципальных служащих. Антикоррупционный стандарт представляет собой
единую для определенной сферы деятельности органов местного самоуправления систему запретов, ограничений и дозволений, обеспечивающих предупреждение коррупции. Вводится антикоррупционный
стандарт в целях совершенствования деятельности органов местного
самоуправления и создания эффективной системы реализации и защиты
прав граждан и юридических лиц. Задачами введения антикоррупционного стандарта являются: создание системы противодействия коррупции в органах местного самоуправления; устранение факторов, способствующих созданию условий для проявления коррупции в органах местного самоуправления; формирование в органах местного самоуправления нетерпимости к коррупционному поведению; повышение эффективности деятельности органов местного самоуправления; повышение
ответственности муниципальных служащих и работников органов местного самоуправления при осуществлении ими своих прав и обязанностей; введение возможности мониторинга со стороны граждан, общественных объединений и средств массовой информации деятельности органов местного самоуправления.
Меры организационного характера по противодействию коррупции
на муниципальном уровне имеют одну особенность, вытекающую из
природы самого местного самоуправления. Институт самоуправления
предполагает деятельность населения по решению вопросов местного
значения в формах непосредственной и (или) представительной демократии. Следовательно, огромный потенциал в сфере борьбы с коррупцией – использование закрепленных в Федеральном законе № 131-ФЗ
форм участия населения в осуществлении местного самоуправления.
Особую роль должны сыграть в механизме противодействия коррупции
такие формы, как публичные слушания, опросы граждан, территориальное общественное самоуправление.
Важным является обеспечение учета мнения населения, выявленного на публичных слушаниях или при опросе граждан. Учет мнения как
юридический факт, по справедливому замечанию А.Н. Костюкова, не
только является одним из оснований возникновения соответствующих
187
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
муниципально-правовых отношений, но и выступает в качестве гарантии соблюдения законной процедуры в данных правоотношениях9.
Нормативные правовые акты, регулирующие порядок реализации
названных форм участия населения в осуществлении местного самоуправления, согласно Федеральному закону № 131-ФЗ давно приняты в
муниципальных образованиях. Следует обратить внимание на содержание таких актов с точки зрения возможного их применения как средства, предупреждающего коррупционные правонарушения в муниципальном образовании.
Однако развитие общественного контроля, появление его законодательной базы, развитие соответствующих отношений на муниципальном уровне свидетельствуют о возникновении особого института, который должен быть использован в механизме противодействия коррупции
в муниципальных образованиях. Речь идет об общественных палатах,
формируемых в муниципальных образованиях. Положения об общественных палатах (общественных советах) – также сфера правотворчества
муниципальных образований. В частности, такие организации могут
быть привлечены к проведению общественной антикоррупционной экспертизы муниципальных правовых актов, принимать участие в экспертизе программ по противодействию коррупции. Деятельность общественных палат (советов) муниципальных образований должна стать каналом обратной связи с жителями и общественными организациями, что
является непременным условием борьбы с коррупцией в государстве.
9
Костюков А.Н. Юридические факты в муниципальном праве // Журн. Росс. права.
2003. № 4. С. 53.
188
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4.
Список литературы
1. Антонова Н.А. Правотворчество органов местного самоуправления.
Дис. … д-ра. юрид. наук. М., 2009. 306 с.
2. Костюков А.Н. Юридические факты в муниципальном праве // Журн.
Росс. права. 2003. № 4. С. 52 - 54.
3. Ромашина Е.В. Реализация органами местного самоуправления мер
по противодействию коррупции: Автореф. дис. … канд. юрид. наук.
Белгород, 2013. С. 23.
CREATIVITY OF THE RIGHT OF LOCAL GOVERNMENT
IN SPHERE OF COUNTERACTION OF CORRUPTION
N.A. Antonova
Tver state university
Article is devoted to a question of acceptance of necessary legal acts and realization
appropriate actions by institutions of local government during counteraction of corruption
Keywords: local self-management, institutions of local government, questions of local
value, corruption, counteraction of corruption at a municipal level.
Об авторе:
Антонова Нана Алиевна – доктор юридических наук, зав. кафедрой
конституционного, административного и таможенного права Тверского
государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), email: antonova@tversu.ru
Антонова Н.А. Правотворчество органов местного самоуправления
в сфере противодействия коррупции // Вестник ТвГУ. Серия: Право.
2014. № 4. С. 183 – 189.
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
ВестникТвГУ.
ТвГУ.Серия
Серия"Право".
"Право".2014.
2014.№
№4.
4. С. 190 - 198.
Вестник
УДК 343.352 : 378
О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ КВАЛИФИКАЦИИ ПОЛУЧЕНИЯ
ВЗЯТКИ ПРЕПОДАВАТЕЛЯМИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ВУЗОВ
Ю.А. Дронова, В.В. Харитошкин
Тверской государственный университет
Рассматриваются проблемные вопросы квалификации получения взятки преподавателями государственных вузов в контексте установления признаков специального субъекта данного состава преступления.
Ключевые слова: получение взятки, преподаватели государственных вузов, государственные служащие, должностные лица.
В ноябре 2013 г. Конституционный суд РФ вынес определение «Об
отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина С. на нарушение
его конституционных прав пунктами 1 и 4 примечаний к статье 285 и
частью первой статьи 290 Уголовного кодекса Российской Федерации»1.
Данное лицо как преподаватель государственного вуза было осуждено
за получение взяток от студентов. Из текста определения следует, что
заявитель оспаривал конституционность норм о взятках в части, в которой они позволяют привлекать к ответственности за получение взятки
лиц, не являющихся государственными служащими. Конституционный
суд пришел к выводу о том, что указанные взаимосвязанные положения
уголовно-правовых норм не содержат неопределенности, поскольку законодатель разделяет понятия должностного лица и государственного
служащего. В связи с этим Конституционным судом отказано в принятии к рассмотрению жалобы как недопустимой.
Не ставя под сомнение важность и необходимость бескомпромиссной борьбы с коррупцией в сфере образования, представляется важным
при этом обратить внимание на ряд спорных моментов, касающихся определения субъекта получения взятки применительно к преподавателям
государственных вузов, которые обошел вниманием Конституционный
суд РФ в указанном Определении.
Так, в п. 4 примечаний к ст. 285 УК РФ дословно сказано следующее: «Государственные служащие, не относящиеся к числу должностных лиц, несут уголовную ответственность по статьям настоящей главы
в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями».
1
Определение Конституционного суда РФ от 21 ноября 2013 г. № 1816-О/2013 // СПС
«КонсультантПлюс».
190
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Приведенное положение закона, исходя из его буквального толкования, не дает оснований утверждать, что субъект получения взятки
может и не быть государственным служащим, а только должностным
лицом. Напротив, при этом оговаривается только исключение. Правилом же является квалификация деяний по статьям гл. 30 УК РФ, включая часть 1 ст. 290 УК РФ, субъектов, имеющих характеристики и как
государственных служащих, и как должностных лиц, выполняющих организационно-распорядительные функции.
Это следует из наименования гл. 30 УК РФ, объектом посягательства которой являются интересы государственной службы. Естественно,
что на интересы государственной службы могут посягать только государственные служащие, о чем с очевидностью свидетельствует содержание норм данной главы УК. При этом применительно к ст. 290 и ряду
других статей этой главы субъектами преступлений могут выступать
исключительно должностные лица. Таким образом, в этой части уголовный закон содержит два требования к признакам специального субъекта: это должны быть государственные служащие, одновременно являющиеся должностными лицами.
Если обратиться к истории развития уголовного законодательства и
практики его применения, можно отметить, что в период действия советских конституций и уголовных кодексов РСФСР были иные подходы
к данному вопросу. В тот период иных, кроме государственных, образовательных учреждений (вузов) быть не могло. В государственных образовательных учреждениях соответственно могли трудиться в качестве
преподавателей только государственные служащие, содержащиеся из
государственного бюджета. Платные образовательные услуги тогда не
оказывались, как не было и возможности формирования заработной
платы преподавателей из внебюджетных средств, за счет платы студентов за обучение.
Статус преподавателей как государственных служащих в то время
не вызывал сомнений. Это было связано со спецификой общественнополитических и экономических устройства советского государства. Как
справедливо отмечает О.В. Назаров, в то время практически все юридические лица приравнивались к функционирующим в сфере государственной службы, руководящие лица являлись должностными, а потому
могли быть субъектами получения взятки2.
О том, что преподаватели государственных вузов считались государственными служащими, свидетельствуют и разъяснения, данные в
постановлениях Пленумов Верховных Судов Союза ССР и РСФСР.
2
Назаров О.В. О нарушении Конституции РФ признанием преподавателей государственных вузов субъектами получения взятки // Законодательство и экономика. 2013. №
11 // СПС «КонсультантПлюс».
191
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Все вышезложенное является правильным относительно преподавателей государственных вузов в советский период, вплоть до окончания действия УК 1960 г. и Конституции 1977 г. Однако применительно
к преподавателям коммерческих вузов эта позиция уже и в 90-е гг. XX
в. была безосновательной.
Между тем в современных социально-экономических условиях и
при изменившемся конституционно-правовом регулировании соотношения государственной службы и преподавательской (научной) деятельности применительно к рассматриваемой проблеме уголовный закон остался на прежних позициях.
Вместе с тем следует отметить, что речь идет не столько о положениях самого уголовного закона, сколько о позициях, из которых исходит правоприменительная практика. В прим. 1 к ст. 285 УК РФ, где содержится понятие должностного лица, никакой конкретизации данного
понятия относительно преподавателей не приводится. Определенные
разъяснения по данному вопросу содержатся в Постановлении Пленума
Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о злоупотреблении
должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» от 16 октября 2009 г. № 19. Так, в абз. 2 п. 4 данного Постановления указано, что к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое
значение и влекущих определенные юридические последствия (например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности, установлению работником учреждения медикосоциальной экспертизы факта наличия у гражданина инвалидности,
приему экзаменов и выставлению оценок членом государственной экзаменационной (аттестационной) комиссии).
В другом Постановлении Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» от 09.07.2013г. № 24 данный вопрос не получил какихлибо дальнейших разъяснений. В п. 1 указывается лишь на то, что при
разрешении вопроса о том, совершено ли коррупционное преступление
должностным лицом, лицом, занимающим государственную должность
Российской Федерации либо государственную должность субъекта Российской Федерации, иностранным должностным лицом, должностным
лицом публичной международной организации (далее – должностное
лицо), а равно лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, судам следует руководствоваться
примечаниями 1, 2 и 3 к ст. 285, прим. 2 к ст. 290, прим. 1 к ст. 201 УК
РФ, учитывая при этом соответствующие разъяснения, содержащиеся в
постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 16
октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотребле192
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
нии должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий».
Между тем в юридической литературе отмечается, что из буквального смысла конституционной нормы следует, что лица, занимающиеся
оплачиваемой преподавательской и научной деятельностью, к числу государственных служащих не относятся. Этот вывод подтверждается и
последующим федеральным законодательством, которым преподаватели государственных образовательных учреждений высшего профессионального образования (вузов) фактически не признаны государственными служащими как лица, содержащиеся из внебюджетных средств. В
развитие конституционного положения федеральным законом не признаны функционирующими в сфере государственной службы и сами такие учреждения3.
В ст. 10 действующего Федерального закона от 27 мая 2003 г. № 58ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» (в ред.
Федеральных законов от 11 ноября 2003 г. № 141-ФЗ, от 6 июля 2006 г.
№ 105-ФЗ, от 1 декабря 2007 г. № 309-ФЗ) обязательный признак всех
государственных служащих – получение денежного содержания (вознаграждения) ими только за счет средств соответствующего бюджета. В
соответствии со ст. 13 действующего Федерального закона от 27 июля
2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе в Российской
Федерации» (с последующими изм. и доп.) гражданский служащий –
гражданин Российской Федерации, взявший на себя обязательства по
прохождению гражданской службы. Гражданский служащий осуществляет профессиональную служебную деятельность на должности гражданской службы в соответствии с актом о назначении на должность и со
служебным контрактом и получает денежное содержание за счет
средств федерального бюджета или бюджета субъекта Федерации.
В то же время в ч. 1 ст. 101 принятого Федерального закона от 29
декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»
указано, что доход от оказания платных образовательных услуг используется данными организациями в соответствии с уставными целями.
Это значит, что содержание преподавателей государственных вузов
может складываться не только из бюджетных, но и из внебюджетных
средств. Также данным законом установлено, что организация, осуществляющая образовательную деятельность, может иметь средства от
приносящей доход деятельности, добровольных пожертвований и целевых взносов физических и (или) юридических лиц. В Законе нет никаких ограничений на использование этих средств и на содержание пре3
Назаров О.В. О нарушении Конституции РФ признанием преподавателей государственных вузов субъектами получения взятки // Законодательство и экономика. 2013. №
11 // СПС «КонсультантПлюс».
193
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
подавателей государственных вузов (п. 5 ст. 54). Таким образом, нет оснований считать преподавателей государственных вузов государственными служащими в связи с отсутствием обязательного для последних
признака – содержания их за счет соответствующего бюджета.
То есть, если денежное содержание преподавателя даже частично
производится из внебюджетных средств, он не может быть признан государственным служащим.
Отсутствие адекватных конституционным положениям норм в уголовном законодательстве привело к неправомерному расширительному
толкованию уголовного закона. Следствием такого толкования стало
привлечение преподавателей государственных вузов к уголовной ответственности за получение взяток по ст. 290 УК РФ по аналогии с ранее
существовавшей ст. 173 УК РСФСР. Между тем аналогия не допускается ч. 2 ст. 3 УК РФ4.
В целом соглашаясь с позицией тех авторов, которые полагают, что
в этих ситуациях речь идет о применении уголовного закона по аналогии, следует отметить, что это скорее не применение действующего УК
РФ по аналогии с УК РСФСР, а применение понятия должностного лица, содержащегося в УК РФ, по аналогии к лицам, чей статус не в полной мере соответствует данному понятию.
Если сейчас на передний план поставить должностное положение
для субъекта получения взятки, это будет противоречить названию гл.
30 УК РФ, в которой объект посягательства – интересы государственной службы. Эти интересы могут быть нарушены только государственными служащими. Однако не все лица, работающие в государственных
учреждениях, в настоящее время могут считаться государственными
служащими. Если признать субъектами получения взятки и не государственных служащих, выполняющих организационно-распорядительные
функции в государственных учреждениях, это вступит в противоречие с
наименованием объекта посягательства в гл. 30 УК РФ. Тем более, если
не государственный служащий работает в государственном учреждении, которое не функционирует в сфере государственной службы. При
таких обстоятельствах не будет оснований для квалификации действий
по ст. 290 УК РФ, поскольку отсутствует один из признаков преступления, характеризующих объект посягательства. Основанием для уголовной ответственности по ст. 8 УК РФ, напомним, является совершение
деяния, содержащего все признаки преступления5.
4
Назаров О.В. О нарушении Конституции РФ признанием преподавателей государственных вузов субъектами получения взятки // Законодательство и экономика. 2013. №
11 // СПС «КонсультантПлюс».
5
Назаров О.В. Еще раз о субъектах получения взятки, или Слово в защиту медиков //
Адвокат. 2013. № 3 // СПС «КонсультантПлюс».
194
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Неопределенность как раз и обусловлена тем, что в п. 1 примечаний
к ст. 285 УК РФ во главу угла поставлено должностное положение и не
указано, что должностному лицу следует быть и государственным служащим в государственном учреждении, функционирующим в сфере государственной службы. Неопределенность была бы исключена при восприятии уголовным законом положений ч. 3 ст. 97 Конституции РФ, которой государственная служба противопоставлена иной оплачиваемой
деятельности. Если бы это произошло, то преподавателей, занимающихся иной оплачиваемой деятельностью вне государственной службы,
никогда бы не стали признавать субъектами получения взятки, поскольку они не являлись государственными служащими.
Следует отметить, что проблема с признанием субъектами получения взятки преподавателей государственных вузов во многом совпадает
с аналогичным вопросом относительно медицинских работников. Как и
преподаватели государственных вузов, медицинские работники государственных учреждений могут частично содержаться из внебюджетных средств, а потому не являются государственными служащими.
Конституционный суд в ранее указанном Определении от 21 ноября
2013 г. не принял во внимание, что получение взятки – преступление,
предусмотренное статьей 290 УК РФ, – посягает на интересы государственной службы. Однако лица, не являющиеся государственными служащими и работающие в государственных учреждениях, которые не
функционируют в сфере государственной службы, ущерб этим интересам причинить не могут, а потому их действия не могут быть квалифицированы по статьям, предусмотренным гл. 30 УК РФ.
Надо признать, что с точки зрения юридической техники привести
действующее уголовное законодательство в соответствие с положениями Конституции РФ в части возможности признания некоторых категорий работников субъектами получения взятки (преподавателей, медицинских работников) действительно непросто. Это требует пересмотра
многих положений действующего УК РФ, в котором и так уже практически не осталось норм, не подвергшихся изменениям и дополнениям
(некоторые многократно). В этой связи одним из возможных путей выхода из сложившейся ситуации могло бы стать уточнение видового объекта преступлений, включенных в гл. 30 УК РФ. В целях решения указанной проблемы название данной главы можно было бы скорректировать следующим образом: «Преступления против государственной власти, интересов государственной службы, службы в органах местного
самоуправления, а также государственных учреждений образования и
здравоохранения».
Вместе с тем, корректировка названия гл. 30 не решает рассматриваемой проблемы в полной мере. Как уже отмечалось, примечание к ст.
195
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
285 сконструировано таким образом, что субъектами большинства преступлений данной главы предполагаются должностные лица (при этом в
строгом соответствии с понятием, сформулированным в п. 1 примечаний), а должностные лица, в свою очередь, понимаются как одна из категорий государственных служащих (что следует из п. 4 примечаний).
Таким образом, применение статей данной главы к преподавателям и
медицинским работникам было бы обоснованным лишь при условии
специального указания на них как в диспозициях этих статей, так и в
тексте примечания.
В специальной литературе высказываются и принципиально другие
предложения. Так, О.В. Назаров пишет, что в целях перевода проблемы
в правовое поле видится необходимым изменить в уголовном законе
определение термина «должностное лицо» и отказаться при этом от
ссылки в УК РФ на то, что указанное определение используется только
«в статьях настоящей главы» (п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ). Напротив, как представляется, надо идти по пути унификации определения
понятия «должностное лицо» и в других нормативных актах, в том числе иной отраслевой принадлежности. Унифицированное понятие надлежит привести в соответствие с законодательными изменениями и обязательно связать понятия «должностное лицо» и «государственный
служащий», исключить употребление в нормативных актах термина
«должность» вне связи с этими служащими, выполняющими организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции6.
Как следует из смысла данного предложения, речь идет об окончательном утверждении узкого понимания термина «должностное лицо»
(в его трактовке в прим. 1 к ст. 285 УК РФ) и необходимости унификации этого термина во всех отраслях права. В таком случае лица, не являющиеся государственными служащими, по определению не будут относиться к должностным лицам, а значит, и признаваться субъектами
должностных преступлений.
Однако столь кардинальное решение, учитывая остроту и актуальность борьбы с коррупцией, вряд ли целесообразно. При таком подходе
две категории работников, которые наиболее часто выступают в качестве фигурантов в уголовных делах о коррупционных преступлениях 7,
фактически «выводятся из-под удара».
6
См.: Назаров О.В. Еще раз о субъектах получения взятки, или слово в защиту медиков // Адвокат. 2013. № 3 // СПС КонсультантПлюс.
7
Газета «КоммерсантЪ» (2013. 20 февр.) писала, что по данным Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева, в 2012 г. по всем составам коррупционной направленности осуждены 5,5 тыс. лиц. При этом, как следовало из доклада главы Верховного суда РФ, более 80 % подсудимых (в основном работники сферы здравоохранения и
196
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Поэтому представляется, что решение проблемы должно лежать в
другой плоскости. Необходимо помимо предложенного изменения названия гл. 30, также дополнить диспозиции статей этой главы и текст
примечания к ст. 285 УК РФ указанием на то, что субъектами данных
преступлений могут признаваться и работники государственных учреждений образования и здравоохранения. Это предложение, возможно, не
соответствует канонам юридической техники и несколько колеблет устоявшееся понимание составов должностных преступлений. Вместе с
тем это видится в качестве наиболее оптимального, на наш взгляд, варианта, при котором потребности правоприменительной практики (в
признании этих лиц субъектами получения взятки и ряда других преступлений гл. 30 УК РФ) не будут находиться в противоречии с буквой
уголовного закона.
Список литературы:
1. Определение Конституционного суда РФ от 21 ноября 2013 г. №
1816-О/2013 // СПС «КонсультантПлюс».
2. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о
превышении должностных полномочий» от 16 октября 2009 г. №
19 // СПС «КонсультантПлюс».
3. Постановление Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» от 09.07.2013 № 24 // СПС «КонсультантПлюс».
4. КоммерсантЪ. 2013. 20 февр.
5. Назаров О.В. О нарушении Конституции РФ признанием преподавателей государственных вузов субъектами получения взятки // Законодательство и экономика. 2013. № 11 // СПС «КонсультантПлюс».
6. Назаров О.В. Еще раз о субъектах получения взятки, или Слово в
защиту медиков // Адвокат. 2013. № 3 // СПС «КонсультантПлюс».
образования) обвинялись в получении взяток в размере от 5 тыс. до 50 тыс. рублей. В
интервью программе «Вести» от 23 февраля 2013 г., опубликованном на официальном
сайте Верховного Суда РФ, В.М. Лебедев пояснил, что в 2012 г. из числа осужденных
за взятки 22 % (т. е. каждый пятый) ─ работники здравоохранения).
197
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
ABOUT SOME PROBLEMS OF QUALIFICATION OF BRIBERY
BY STAFF IN STATE UNIVERSITIES
Yu.A. Dronova, V.V. Kharitoshkin
Tver State University
The article considers issues of qualification bribery by staff in state universities in the
context of establishing the characteristics of a special subject of this crime.
Keywords: bribery, teachers of public universities, public servants and officials.
Об авторах:
ДРОНОВА Юлия Анатольевна – канд. юр. наук, доцент кафедры уголовного права и процесса Тверского государственного университета (170100,
г.Тверь,ул.Желябова, 33), e-mail: dron_u75@mail.ru.
ХАРИТОШКИН Валерий Вячеславович – канд. юр. наук, заведующий
кафедрой уголовного права и процесса Тверского государственного университета (170100, г.Тверь,ул.Желябова, 33).
Дронова Ю.А.,
Харитошкин В.В.
О некоторых проблемах
квалификации получения взятки преподавателями государственных
вузов // Вестник ТвГУ. Серия Право. 2014. № 4. С. 190 – 198.
198
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 199 - 209.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
УДК 343.148 : 340.13
НЕКОТОРЫЕ ПРИЧИНЫ НЕЭФФЕКТИВНОСТИ РАБОТЫ
ИНСТИТУТА НЕЗАВИСИМЫХ ЭКСПЕРТОВ И ПРОБЛЕМЫ
ПРИМЕНЕНИЯ МЕТОДИКИ ПРОВЕДЕНИЯ
АНТИКОРРУПЦИОННОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ
А.И. Морозова
Тверской государственный университет
Статья посвящена анализу причин неэффективности работы института независимых экспертов, проводящих антикоррупционную экспертизу нормативноправовых актов и их проектов, а также исследованию проблем, связанных с
применением Методики проведения антикоррупционной экспертизы. Проанализированы причины неэффективной работы независимых экспертов, сформулированы предложения по изменению действующего в этой сфере законодательства, даны рекомендации по верному пониманию сути коррупционных факторов и способам их выявления.
Ключевые слова: антикоррупционная экспертиза, коррупционные факторы,
борьба с коррупцией, независимая экспертиза, правовой статус эксперта, методика проведения антикоррупционной экспертизы, гражданское общество,
предупреждение коррупции.
Само существование независимой антикоррупционной экспертизы
есть реализация одного из принципов, установленных Федеральным законом от 17 июля 2009 года. № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых
актов»1 (далее – ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе», а также Национальной стратегией противодействия коррупции2. Суть сформулированного принципа сводится к необходимости сотрудничества государства с институтами гражданского общества, а также международными организациями и физическими лицами в вопросах борьбы и предупреждения коррупции.
На сегодняшний день создана колоссальная нормативная и методическая база, позволяющая эффективно проводить антикоррупционную
экспертизу как разрабатываемых документов, так и уже действующих.
Ведётся и постоянная работа по совершенствованию нормативно – правовой основы, регламентирующей вопросы, связанные со всеми этапами проведения экспертизы. Так, в частности, в основной документ, ко1
Федеральный закон от 17 июля 2009 г. № 172-ФЗ «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов» // СЗ РФ.
2009. № 29. Ст. 3609.
2
Указ Президента РФ от 13 апреля 2010 г. № 460 «О Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане противодействия коррупции на 2010 2011 годы» // СЗ РФ. 2010. № 16. Ст. 1875.
199
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
торым руководствуется каждый эксперт при проведении антикоррупционной экспертизы (Постановление Правительства РФ от 26 февраля
2010 г. № 96 «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов»3), изменения вносились в декабре 2012 года4, а также в марте5 и ноябре 2013 года6. Кроме этого, в июле 2011 года увидело свет отдельное Постановление Правительства, нацеленное на изменение ситуации с коррупцией в инвестиционной и предпринимательской сферах 7. Осенью 2011 года был скорректирован порядок проведения антикоррупционной экспертизы нормативно-правовых актов и их проектов: соответствующие изменения были
сформулированы в ст. 22 Федерального закона от 21 ноября 2011 г.
№ 329-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного
управления в области противодействия коррупции»8. Наиболее значимые изменения коснулись порядка составления заключений при проведении антикоррупционной экспертизы, а также их характера. В октябре
2013 года из числа материалов, за антикоррупционную экспертизу которых отвечает федеральный орган исполнительной власти в области
юстиции, исключены проекты концепций и техзаданий на разработку
проектов федеральных законов9. Естественно, соответствующие изменения и дополнения были внесены в ФЗ «Об антикоррупционной экс3
Постановление Правительства РФ от 26 февраля 2010 г. № 96 «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов
// СЗ РФ. 2010. № 10. Ст. 1084.
4
Постановление Правительства РФ от 18 декабря 2012 г. № 1334 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» // СЗ РФ. 2012. № 52.
Ст. 7507.
5
Постановление Правительства РФ от 27 марта 2013 г. № 274 «О внесении изменений
в некоторые акты Правительства Российской Федерации» // СЗ РФ. 2013. № 13. Ст.
1575.
6
Постановление Правительства РФ от 27 ноября 2013 г. № 1075 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» // СЗ РФ. 2013. № 48.
Ст. 6278.
7
Постановление Правительства РФ от 29 июля 2011 г. № 633 «Об экспертизе нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти в целях выявления в них положений, необоснованно затрудняющих ведение предпринимательской и
инвестиционной деятельности, и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» // СЗ РФ. 2011. № 32. Ст. 4834.
8
Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 329-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия коррупции"// СЗ РФ. 2011. №
48. Ст. 6730.
9
Федеральный закон от 21 октября 2013 г. № 279-ФЗ «О внесении изменения в статью
3 Федерального закона «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых
актов и проектов нормативных правовых актов» // СЗ РФ. 2013. № 43. Ст. 5449.
200
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
пертизе». Кроме этого, некоторые аспекты проведения антикоррупционной экспертизы, затронуты и в подписанном 11 апреля 2014 г. Указе
Президента РФ «О национальном плане противодействия коррупции на
2014-2015 годы».
Всё это, безусловно, положительно характеризует власть и общество в их совместном стремление предупредить и, если не искоренить, то,
как минимум, создать максимально некомфортные условия для проявления коррупции в том или ином виде. Однако следует констатировать
тот факт, что по-прежнему на практике при проведении антикоррупционной экспертизы возникают вопросы и остаются нерешёнными некоторые проблемы.
1. Проблемы, связанные с применением Методики, утверждённой
Постановлением Правительства, при анализе нормативно-правовых актов.
Сама идея проверки законодательства на коррупциогенность зародилась в 2002 - 2003 гг. в экспертных кругах. Счетная палата РФ, Высшая школа экономики, Фонд «ИНДЕМ», Национальный антикоррупционный комитет ввели термин «коррупциогенность законодательства». В
2004 г. на площадке Центра стратегических разработок в результате
долгих и многократных дискуссий был разработан единый документ Памятка эксперту по первичному анализу коррупциогенности законодательного акта, на основе и в развитие которой была создана Методика
анализа коррупциогенности нормативных правовых актов органов исполнительной власти. В ней подробно раскрывалось содержание каждого фактора, были даны рекомендации по его обнаружению; имелись
конкретные примеры формулировок действующего законодательства,
которые наглядно иллюстрировали то, как проявляется каждый фактор.
Изначально, когда разрабатывалось антикоррупционное законодательство, предполагалось, что специалисты будут иметь возможность
проводить экспертизу всех правовых документов, которые издаются органами власти. Однако принятый Федеральный закон «Об антикоррупционной экспертизе» не предусматривает, в частности, проведения экспертизы документов индивидуального характера, к которым относятся
разного рода указы, постановления, распоряжения, приказы, инструкции. Среди самих юристов сегодня не существует единого мнения, что
из этого списка и в каком случае считать нормативным правовым актом,
а что – нет.
Кроме этого, исходя из принципов разделения властей (ст. 10) и
разграничения полномочий органов власти (ст. 11), закреплённых в
Конституции РФ и, учитывая, что Методика утверждена Постановлением Правительства, многие авторы полагают невозможным ее применение при антикоррупционной экспертизе действующих федеральных и
201
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
региональных законов, а также проектов законов и указов Президента
РФ, разработкой которых занимаются органы и должностные лица, не
входящие в систему исполнительных органов либо не подведомственные Правительству РФ (например, Президент, депутаты, законодательные органы субъектов Федерации и др.). Исполнительная власть не может определять требования, которым должны следовать законодатели
при разработке и принятии федеральных (региональных) законов, а
также требования, которым должны соответствовать акты Президента
РФ в законотворческой сфере. Подзаконный характер Методики фактически обусловливает необходимость для законодательных органов
субъектов Федерации самостоятельно утверждать базовые коррупциогенные факторы. Стоит учитывать при этом, что Верховный Суд РФ в
Определении от 2 марта 2011 г. № 33-Г11-4, обосновывая свою позицию
по конкретному делу, указал, что п. 3 и 4 Методики «установлен исчерпывающий перечень коррупциогенных факторов». С учетом отмеченной позиции Верховного Суда РФ такое регулирование не должно противоречить базовым факторам, отраженным в Методике (хотя это и
спорно).
Можно по-разному оценивать сложившееся положение, но всё же
видится логичным при разработке или анализе уже действующего документа, использовать знания о наличии утвержденных факторов (а
также тех, которые были сформулированы экспертным сообществом и
нашли своё отражение в Методике, разработанной экспертным сообществом), способствующих возникновению коррупции (без ссылки на источники, но с учётом их положений).
2. Проблема несоответствия содержания Методики проведения антикоррупционной экспертизы её названию (отсутствие единообразия её
применения).
Совершенно очевидно, признаётся всем научным сообществом, а
также сообществом практиков, занятых проведением антикоррупционной экспертизы, что сегодняшняя Методика требует доработки и конкретизации. Сейчас это простой перечень факторов. Необходимо продолжить работу по созданию надежной и научно обоснованной системы
коррупциогенных факторов. Важным является и то, что, несмотря на
заявленное название – «Методика», данный документ не раскрывает
особенности проведения антикоррупционной экспертизы, а также не
содержит указаний по выявлению названных в ней коррупциогенных
факторов. Нет никаких способов проведения исследования, принципов
и правил ее производства.
Здесь видятся два возможных варианта решения проблемы. Вопервых, учитывая отсутствие единообразия применения утверждённой
Правительством РФ Методики, целесообразно провести её официальное
202
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
толкование и принять соответствующий интерпретационный акт – Рекомендации по применению Методики проведения антикоррупционной
экспертизы. Второй вариант – принятие новой Методики, в которой будет дан последовательный алгоритм действий, предпринимаемых экспертом для проведения экспертизы; будут не просто перечислены, но и
подробно раскрыто содержание каждого фактора, будут даны рекомендации по их обнаружению; иметься конкретные примеры формулировок
действующего законодательства, которые наглядно будут иллюстрировать то, как проявляется каждый фактор. С точки зрения требуемых
трудозатрат оба варианта приблизительно равны, с точки зрения процедуры принятия – первый вариант видится более жизнеспособным.
3. Проблема отсутствия регламентации получения (в т.ч. пролонгации) статуса эксперта и его прекращения (существование достаточного
количества независимых экспертов при отсутствии должного качества
их деятельности).
Часть проблем, с которыми мы сталкиваемся сегодня в деятельности аккредитованных Минюстом независимых экспертов, во многом
обусловлены тем, что на этапе зарождения идеи о необходимости проведения антикоррупционной экспертизы нормативно-правовых актов и
их проектов (и, соответственно, отсутствия каких-либо серьёзных барьеров на пути к получению свидетельства), в числе экспертного сообщества оказались случайные организации и физические лица, совершенно
не готовые и не способные по целому ряду объективных и субъективных причин заниматься этой деятельностью. Этим во многом обусловлена та ситуация, с которой мы столкнулись сегодня: активность независимых экспертов очень низкая, качество проводимых ими экспертиз
оставляет желать лучшего.
Закон РФ «Об антикоррупционной экспертизе нормативноправовых актов и проектов нормативно-правовых актов» одним из
принципов организации экспертизы определяет компетентность лиц, её
проводящих (п.4 ст.2). В действительности же отсутствуют какие-либо
критерии отбора, а также, квалификационные требования к экспертам
(за исключением формальных: требуется копия трудовой книжки, диплом об образовании, одно экспертное заключение). Стоит сказать, что
утратившие силу Правила проведения антикоррупционной экспертизы,
утвержденные постановлением правительства 05.03.2009, содержали
более конкретизированные требования; в Постановлении от 26.02.2010
они закрепления не нашли.
С точки зрения действительного обеспечения качества нормативноправовых актов и их проектов и, соответственно, экспертных заключений, которые даются по ним, целесообразно установить конкретные
квалификационные требования к независимым экспертам (уровню обра203
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
зования и стажу работы по специальности, научной либо практической
специализации в проблемах анализа законодательства, наличие ученых
степеней и званий, прохождения специального обучения).
Важным моментом здесь является ещё и то, что из текста Положения «Об аккредитации юридических и физических лиц в качестве независимых экспертов, уполномоченных на проведение экспертизы проектов нормативных правовых актов и иных документов на коррупциогенность» (утверждённого приказом Минюста России от 31 марта 2009 г.
№ 92) не становится ясной процедура выявления независимых экспертов, не проводивших экспертизу (ни в течение двух лет, ни за ещё
больший срок), а само свидетельство, как известно, выдаётся на срок в 5
лет. Стоит сказать, что Положением не предусмотрен и механизм аккредитации независимых экспертов на новый срок после истечения пятилетнего (представляется, что для положительно зарекомендовавших
себя экспертов, эта процедура должна быть упрощённой; для ни разу не
проводивших экспертизу в установленные сроки – процедура должна
предполагать либо дополнительную аттестацию, либо невозможность
претендовать на это право в течение определённого времени).
4. Проблема правового статуса эксперта.
Статус, как известно, предполагает закрепление не только самого
права (в нашем случае проводить экспертизу), но и иных элементов –
обязанностей, ограничений, запретов, гарантий (правовых и социальных), а также, что особо важно, - ответственности.
Безусловно, следует расширять права независимых экспертов, которые должны иметь в т.ч. право получать информацию о планах нормотворческой деятельности органов власти; запрашивать материалы от
законодательных органов; участвовать в их заседаниях, иметь также
право на предоставление дополнительной информации по предмету регулирования нормативных правовых актов.
Кроме этого, следует нормативно закрепить и обязанности независимых экспертов. К ним, на наш взгляд, нужно отнести:
Во-первых, регулярное проведение антикоррупционной экспертизы
(сейчас, видимо, достаточным можно признать, если эксперт выполнит
свои функции один раз в два года – причем в рамках этой единственной
экспертизы он может ограничится формальным подходом: перечислить
в анализируемом документе факторы, которые им были обнаружены,
без конкретизации и предложений по устранению; может и просто заключить, что коррупциогенных факторов он не обнаружил, что также
будет считаться фактом проведения экспертизы).
Важным моментом здесь будет является не только обязанность эксперта регулярно проводить экспертизу и выявлять/не выявлять коррупциогенные факторы, но и в каждом случае обосновывать их коррупцио204
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
генность, а также давать рекомендации по их устранению (оценить, какие коррупционные практики/ситуации могут возникнуть вследствие
выявленного коррупциогенного фактора; предложить свой вариант
формулировки, исключающий возможность проявления злоупотреблений). Эксперт не просто должен указывать на несовершенства, а осуществлять работу, способствующую достижению абсолютного качества
нормативно-правового акта, а также повышению эффективности правового воздействия на общественные отношения и обеспечение законности.
Таким образом, следует нормативно закрепить обязанность эксперта регулярно, добросовестно и квалифицированно проводить антикоррупционную экспертизу, сформулировав следующим образом: «Независимый эксперт обязан проводить экспертизу не реже одного раза в год,
обосновывая в каждом случае необходимость изменения/исключения
формулировки текста закона, предлагая взамен вариант формулировки,
исключающей возможности злоупотребления».
Логичным, но не бесспорным, видится и необходимость нормативно закрепить обязанность эксперта нести ответственность: за дачу заведомо ложного заключения (по аналогии со ст. 17.9 КоАП РФ); злоупотребление правом при даче заключения; проведение антикоррупционной
экспертизы в случае лоббизма. Вероятно, наиболее приемлемо будет
предусмотреть в качестве наказания лишение права заниматься данным
видом деятельности путем отзыва свидетельства об аккредитации в качестве независимого эксперта (на определённый срок (до года) в случае
совершения такого действия впервые; и без права повторного получения статуса эксперта в случае повтора).
5. Проблема понимания антикоррупционной экспертизы через
призму правовой.
На сегодняшний день сложилась практика проведения (понимания)
антикоррупционной экспертизы в рамках правовой, что представляется
совершенно недопустимым. Зачастую формулировки, не противоречащие законодательству и формально не являющиеся коррупциогенными,
но не совершенные с точки зрения правил общепринятой стилистики,
могут приводить к ситуациям, когда для правоприменителя будут установлены широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил; закреплены положения,
содержащие трудновыполнимые или обременительные требования к
гражданам и тем самым создающие условия для проявления коррупции.
Именно поэтому привлечение к анализу нормативно-правового акта комиссии экспертов видится логичным и необходимым. Одновременно
это должен быть эксперт-юрист, лингвист, а также эксперт в той области, по которой принимается документ. Только в этом случае можно го205
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
ворить о соответствующем качестве и объективности проведенной экспертизы. Более того следует ограничивать круг нормативных актов, по
которым эксперт уполномочен проводить экспертизу, сферой его практической деятельности и (или) научных интересов (ни один блестящий
юрист никогда не сможет в одиночку провести качественную экспертизу нормативно-правового акта, регламентирующего, к примеру, сферу
медицинском обслуживания, равно как медик не справится с вопросами
регулирования оборонного машиностроения). Таким образом, следует
нормативно закрепить следующее положение: «Антикоррупционная
экспертиза проводится комиссионно экспертом-юристом, экспертомлингвистом, а также экспертом в области изучаемого нормативноправового акта».
6. Проблема отсутствия обязанности нормотворческих органов учитывать результаты экспертизы.
Необходимо изменить значение антикоррупционной экспертизы и
отношение к заключениям, поступающим в том числе от независимых
экспертов.
Экспертное заключение, подготовленное независимым экспертом,
носит рекомендательный характер и учитывается или не учитывается
органом-разработчиком нормативного акта по своему усмотрению.
Федеральным законом «Об антикоррупционной экспертизе» (ч.3 ст.
5) закреплена обязательность информирования гражданина или организации по результатам независимой антикоррупционной экспертизы, в
отношении тех экспертиз, которые содержат предложения о способе
устранения выявленных коррупциогенных факторов (без конкретизации
того, что именно будет считаться таковой ситуацией). Получается, что
эксперт, выявивший тот или иной коррупциогенный фактор, но не указавший способов его устранения (а, например, заключив о необходимости простого исключения из текса закона такой формулировки), не будет извещен о результатах рассмотрения своего экспертного заключения. Такая ситуация видится недопустимой. Законом должен быть предусмотрен обязательный ответ на любое заключение: информирование
эксперта о результатах рассмотрения его заключения с указанием статей
и пунктов нормативного акта, которые были изменены, а также мотивировкой причин, по которым рекомендации эксперта учтены не были.
Тем более что в соответствии с Федеральным законом «О порядке
рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» все обращения, поступившие в государственные органы, органы местного самоуправления или должностному лицу, подлежат обязательному рассмотрению с направлением письменного ответа заявителю. Получается, что
любой гражданин имеет возможность направить свои предложения по
совершенствованию законов и получить ответ об итогах его рассмотре206
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
ния в государственном органе или органе местного самоуправления, а
эксперт, подготовивший заключение – нет.
В этой связи сам факт существования института независимых экспертов видится бессмысленным: каждый гражданин имеет право проанализировать любой нормативно-правовой акт, составить заключение,
направив его в орган власти. Это заключение (в силу Федерального закона от 2 мая 2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений
граждан Российской Федерации») будет подлежать не только такому же
обязательному рассмотрению в тридцатидневный срок, но и письменному ответу (по существу поставленных вопросов). Результаты экспертизы точно также будут носить рекомендательный характер и, в зависимости от наличия у органа желания на то, могут быть учтены.
Таким образом, для того, чтобы институт независимой экспертизы
начал эффективно работать необходимо:
1. Усовершенствовать процедуру создания корпуса независимых
экспертов. На сегодняшний день в числе экспертного сообщества оказалось много случайных лиц, которые не готовы и не способны по целому
ряду как объективных, так и субъективных причин осуществлять такую
деятельности. Требуется установить четкие квалификационные требования к лицам, претендующим на право заниматься экспертной деятельностью, прописав не только механизм получения статуса, но и его
пролонгации, а также условия дисквалификации недобросовестных экспертов из числа аккредитованных Минюстом (переориентироваться с
количества на качество).
2. Методика, утвержденная Правительством, требует доработки и
конкретизации. Сейчас это простой перечень факторов. Необходимо
продолжить работу по созданию надежной и научно - обоснованной
системы коррупциогенных факторов (обязательно обратив внимание на
необоснованно забытую совместную разработку научного и практического сообщества экспертов: Методику анализа коррупциогенности
нормативных правовых актов органов исполнительной власти). Итогом
этой работы должно стать принятие новой Методики, в которой будет
дан последовательный алгоритм действий, предпринимаемых экспертом
для проведения экспертизы; будут не просто перечислены, но и подробно раскрыто содержание каждого фактора, будут даны рекомендации по их обнаружению; иметься конкретные примеры формулировок
действующего законодательства, которые наглядно будут иллюстрировать то, как может проявляется каждый фактор.
3. До того момента, как вышеописанное направление будет реализовано, необходимо унифицировать практику применения Методики
проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и их проектов. Сегодня, не смотря на тот факт, что законодательно
207
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
установлено требование для органов Прокуратуры, Минюста и независимых экспертов проводить анализ нормативно-правовых актов согласно Методике, определенной Правительством РФ, на практике отсутствует единство во взглядах на её применение. Необходимо провести её
официальное толкование и принять соответствующий интерпретационный акт – Рекомендации по применению Методики проведения антикоррупционной экспертизы.
4. Требует конкретизации правовой статус независимого эксперта.
В настоящее время каких-либо отличий (специальных возможностей
или обязанностей) между аккредитованным экспертом и обычным гражданином, который может в порядке, предусмотренном ФЗ от 2 мая
2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» обратится в государственные органы и органы местного самоуправления с просьбой рассмотреть его заключение о том или
ином нормативно-правовом акте. Это обращение в силу Закона будет
подлежать не только такому же обязательному рассмотрению в тридцатидневный срок, но и письменному ответу по существу поставленных
вопросов. Результаты экспертизы точно также будут носить рекомендательный характер и, в зависимости от наличия или отсутствия у органа
желания на то, могут/не могут быть учтены. Получается, что сегодня
сам факт существования института независимых экспертов есть простая
формальность; единственным отличием их от простых граждан является
наличие свидетельства, выданного Министерством юстиции.
5. В настоящее время в подавляющем большинстве органов власти
и управления существуют соответствующие структурные подразделения или отдельные должностные лица, в полномочия которых входит
обязанность проводить анализ нормативно-правовых актов и их проектов, а также мониторинг практики правоприменения на предмет наличия формулировок, способствующих проявлению коррупции. Органы
эти и их должностные лица действуют самостоятельно и, если и обмениваются имеющимся у них опытом, то только в форме отчётов, справок, аналитических записок, которые не всегда вдумчиво изучаются и
анализируются, информация, содержащаяся в таких документах зачастую не находит своего адресата. С точки зрения реализации возможности действительного обмена опытом и решения существующих проблем, целесообразным видится создание межведомственных советов с
обязательным включением в их состав зарекомендовавших себя независимых экспертов. Живое общение и формат дискуссии всегда будет более эффективен, нежели формальный документообмен.
208
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
SOME CAUSES OF INEFFICIENCY OF THE INSTITUTE
OF INDEPENDENT EXPERTS AND PROBLEMS OF USING
THE METHODOLOGY FOR CONDUCTING ANTI-CORRUPTION
EXPERTISE
A.I. Morozova
Tver State University
The article is devoted to analysis of the causes of inefficiency of the Institute of independent experts, conducting anti-corruption expertise of normative legal acts and their
projects, as well as research related to the application of the Methodology for the conduct of anti-corruption expertise. Analyzed the reasons for the inefficient work of independent experts, formulated proposals for changing the current in this area of law,
and recommendations regarding the correct understanding of the essence of corruption and ways of detecting them.
Keywords: anti-corruption expertise, corruption factors, the fight against corruption,
independent examination, the legal status of expert, methodology for conducting anticorruption expertise, civil society, the prevention of corruption.
Об авторе:
МОРОЗОВА Арина Игоревна – канд. филол. наук, доцент кафедры гражданского процесса и правоохранительной деятельности Тверского государственного университета (170100, г.Тверь, ул.Желябова, 33), e-mail:
ai.morozova@yandex.ru
Морозова А.И. Некоторые причины неэффективности работы института
независимых экспертов и проблемы применения Методики проведения
антикоррупционной экспертизы // Вестник ТвГУ. Серия: Право. 2014.
№ 4. С. 199 - 209.
209
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 210 - 213.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Организация учебного процесса
УДК 378+379.8
КОМПЕТЕНТНОСТНЫЙ ПОДХОД ПРИ ПРЕПОДАВАНИИ
УЧЕБНОЙ ДИСЦИПЛИНЫ «ОРГАНИЗАЦИИ ДОСУГОВОЙ
ДЕЯТЕЛЬНОСТИ»
Е.А. Рязанова
Тверской государственный университет
Статья посвящена новому подходу к результату освоения дисциплины «Организация досуговой деятельности» - формированию компетенций.
Ключевые слова: организация досуга, учебная дисциплина, компетенции.
Дисциплина «Организация досуговой деятельности» изучается студентами направления подготовки «Организация работы с молодежью»
на II курсе. Целью дисциплины является формирование навыков организации работы с молодыми людьми в молодежных сообществах по
месту жительства, учебы, работы, отдыха, временного пребывания молодежи. В процессе обучения студенты должны приобрести общекультурные компетенции (ОК): понимание социальной значимости своей
профессии, стремление к выполнению профессиональной деятельности,
к поиску решений и готовность нести за них ответственность (ОК-5);
готовность к повышению своего культурного уровня (ОК-10). Профессиональная компетенция (ПК-2) специалиста по работе с молодежью
предполагает способность участвовать в реализации социальнопсихологической адаптации молодых людей в организации; способность участвовать в регулировании конфликтов молодых людей; умение
использовать социально-технологические методы при осуществлении
профессиональной деятельности; умение использовать социальные технологии в выявлении проблем в политических и общественных движениях молодежи; способность участвовать в развитии инновационных
технологий в практике работы с молодежью (ПК-2). Проективная компетенция (ПК-3) включает умение организовывать и планировать работу с молодыми людьми в молодежных сообществах по месту жительства, учебы, работы, отдыха, временного пребывания молодежи; способность выявлять проблемы в молодежной среде и вырабатывать их организационные решения в области занятости, трудоустройства, предпринимательства, быта и досуга и взаимодействовать с объединениями и
организациями, представляющими интересы молодежи; умение организовать информационное обеспечение молодежи по реализации молодежной политики, взаимодействие с молодежными СМИ; способность
210
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
участвовать в организации деятельности детских и молодежных общественных организаций и объединений; готовность участвовать в организации гражданско-патриотического воспитания молодежи; владеть навыками содействия деятельности спортивно-оздоровительных организаций молодежи; владение навыками организации досуговой деятельности (ПК -3).
Стоящие задачи по формированию указанных общекультурных,
профессиональной и проективной компетенций предполагают использование прежде всего традиционных лекционных занятий и практических занятий в виде опроса по усвоенному материалу. Однако подобного рода занятия занимают незначительную часть времени, отведенного
на дисциплину, и используются в самом начале для ознакомления с
дисциплиной и ее объемом. Применяются интерактивная лекция, мозговой штурм и др. Дисциплина предполагает применение таких форм, которые для обучения используются не часто: беседа, информирование –
«культурный рапорт» (краткая информация о ярком событии, имеющем
культурное значение), демонстрационный показ, игра, танцкласс, речевая тренировка, музыкально-речитативный тренинг.
Студенты учатся организовывать такие формы досуга, как фестивали, конкурсы, кружки и клубы по интересам, выставки, флеш-мобы,
корпоративные мероприятия, гостиные (салоны), праздники, обряды,
разновидности танцевальных мероприятий – от уличных «баттлов» до
дискотек, клубных вечеринок и балов, карнавалы, турниры. Одним из
примеров может служить проведенный «Осенний бал» для воспитанников Некрасовского детского дома Тверской области. Несмотря на то,
что аудитория была не совсем молодежная (присутствующим в основном было от четырнадцати до семнадцати лет), тем не менее студенты
смогли учесть возрастные особенности, специфику аудитории, как не
раз участвующей в бальных представлениях, так и ни разу не принимавшей участие в подобных мероприятиях, современные танцевальные
стили, которые умело использовали в концепции бала. Бал был построен на традиционном понимании - представлял в своей основе танцевальное действо. Однако элементы креативного, новаторского подхода
помогли участвовать в балу тем, кто еще не владеет хорошо танцевальными навыками. Так, частью бала стало моделирование бального костюма из газетной бумаги, совместное разучивание основ вальса и фокстрота, обучение одной из современных моделей «клубного» танца.
Не последнее место в обучении занимает режиссерская составляющая: надо уметь написать сценарий, оформить сценарный план и суметь
скоординировать и направить деятельность участников.
Для обучающихся становится необходимым овладеть рядом навыков, чтобы потом успешно применять их на практике с неподготовлен211
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
ной аудиторией. Так, например, студенты составляют и решают шарады
и ребусы, облекают их в современную форму подачи, пишут анаграммы, буриме; играют в «балду» и «виселицу», «ручеек», «мафию», «крокодила»; рисуют пазлы, придумывают афиши и оформление мест проведения мероприятий для молодежи, прогнозируют возможные темы и
способы проведения флеш-мобов, публичных акций.
Умение быстро реагировать на неожиданно возникшую ситуацию,
проявилось например, в марте, когда неожиданно выпал снег, студенты
на занятии должны были представить один из мартовских праздников с
помощью «снежного проекта». В результате перед корпусом университета возникли снежные корзина цветов, ракета, планета Земля, защищаемая руками воина, руки матери, качающие ребенка, и др.
Организатор, сценарист, режиссер, ведущий, оформитель, координатор – все эти роли осваиваются студентами в рамках формирования
компетенции ПК-3. Такая деятельности предполагает активность, коммуникативность, толерантность, умение быстро реагировать на изменение ситуации, умение четко ставить задачи, сглаживать конфликты интересов присутствующих на мероприятиях. Надо знать социальную и
возрастную дифференциацию молодежи. Непросто найти формы вовлечения молодежи в общественно-полезную деятельность. Для этого
студенты анализируют социально-значимые проекты, находят положительные и отрицательные стороны их организации.
Студенты узнают специфику индивидуальных, групповых и массовых форм работы. Работа с незнакомой аудиторией и со сформированной группой, индивидуальное вовлечение в социокультурную среду,
устройство корпоративного мероприятия – все перечисленное возможно
при овладении компетенцией ПК-5.
Компетенции ОК-5 и ОК-10 формируются под воздействием необходимости предлагать новые формы, творчески подходить к заданиям,
вырабатывая нестандартные решения. Для этого необходимо повышение собственного культурного уровня студента, развитие творческого
потенциала. Создание типичных и нетипичных ситуаций через ролевые
игры вынуждает искать оптимальные способы воздействия на молодежную аудиторию. Так, посредством ролевой игры можно пытаться разрешить ситуацию «нежелания» участия в общественно-полезной деятельности представителей отдельных личностей, попытаться переориентировать свободное «бесцелевое» или асоциальное, иногда и девиантное времяпрепровождение на социально направленное, просоциальное, культурно-ценностное.
Итак, дисциплина «Организация досуговой деятельности» преподается второй год для студентов направления подготовки «Организация
212
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
работы с молодежью». Она вызывает большой интерес у студентов и
требует особой активности в овладении компетенциями.
«ORGANIZATION OF LEISURE ACTIVITIES» WITH
THE COMPETENCE-BASED APPROACH
E. A. Ryazanova
Tver State University
Article is devoted to a new approach to development outcome discipline «Organization of leisure activity» - the formation of competencies.
Keywords: leisure, academic discipline, competence.
Об авторе:
РЯЗАНОВА Елена Александровна – канд. юр. наук, доцент кафедры конституционного, административного и таможенного права Тверского государственного университета (170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33),
e-mail: lena_7765@mail.ru
Рязанова Е.А. Компетентностный подход при преподавании учебной
дисциплины «Организации досуговой деятельности» // Вестник ТвГУ.
Серия: Право. 2014. № 4. С. 210 – 213.
213
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 214 - 219.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
УДК 378.147
ОСОБЕННОСТИ РАБОТЫ ТЬЮТОРА СО СТУДЕНТАМИ
СПЕЦИАЛЬНОСТИ «ТАМОЖЕННОЕ ДЕЛО»
А.А. Сладкова
Тверской государственный университет
Рассматриваются общие положения деятельности тьютора в вузе, а также выделяются некоторые особенности работы тьютора со студентами специальности
«Таможенное дело».
Ключевые слова: тьютор, взаимодействие со студентами, индивидуальная
образовательная технология, учебная и внеучебная деятельность.
Тьюторство является сравнительно новой формой взаимодействия
преподавателя и студентов.
В Российской Федерации должность тьютора утверждена Приказом
Минздравсоцразвития России от 11 января 2011 г. № 1н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», раздел «Квалификационные характеристики должностей руководителей и специалистов высшего профессионального и дополнительного профессионального образования».
Тьютор отнесен к группе «Должности работников административно-хозяйственного и учебно-вспомогательного персонала» со следующими должностными обязанностями:
1. Способствует формированию у обучающихся (студентов, слушателей) способности к самостоятельному действию:
оказывает помощь в осознании неопределенности наличной ситуации, планировании шагов по достижению образа будущей профессиональной деятельности, ориентации в существующих информационном и
образовательном пространствах в контексте поставленной задачи, выстраивании партнерства и взаимодействия с другими обучающимися
(студентами, слушателями) и преподавателями, а также для решения
своих задач, анализа и переоценки значимости своих результатов и целей;
2. Помогает обучающимся (студентам, слушателям) в построении
индивидуальной образовательной траектории:
 выборе элективных курсов, тем учебно-научного исследования,
осуществляет консультации при подготовке к проведению групповых
занятий-практикумов (тьюториалов);
 оказывает помощь обучающимся (студентам, слушателям) в выполнении аттестационных работ разных типов, проводит их проверку и
оценку,
214
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
 помогает в решении академических или личных проблем, связанных с обучением; оказывает психологическую и педагогическую
поддержку обучающимся (студентам, слушателям), проводит профессиональную ориентацию и консультирование по вопросам карьеры, в
том числе самоопределения в случае выбора научной карьеры, поступления в аспирантуру и т. д.;
 оказывает поддержку в дистанционном образовании;
 способствует социализации, формированию общей культуры
личности, осознанному выбору и последующему освоению профессиональных образовательных программ, используя различные педагогические приемы и технические средства, фиксирует динамику познавательных интересов обучающихся (студентов, слушателей); участвует в деятельности методических объединений и других формах методической
работы1.
Таким образом, тьюторство как вид деятельности сводится к следующему: это поддержка (особый вид педагогической деятельности,
направленный на развитие автономности и самостоятельности субъекта
в решении проблем) и путь решения проблемы субъектности в образовании; сопровождение (сопровождение реализации индивидуальных
образовательных программ, учебно-исследовательских и проектных работ); фасилитация (путь культурного, профессионального и личностного самоопределения – сопровождение личностного развития)2.
Интересно заметить, что тьюторство – это продукт английской системы образования, направленный на индивидуализацию процесса обучения. Поэтому, главным принципом деятельности тьютора является то,
что тьютор работает с каждым обучающимся индивидуально, ориентируясь на его интерес.
При оценке повседневной деятельности современного тьютора
можно отметить, что функции тьютора совпадают по содержанию с
функциями куратора. Тьютор, как и ранее куратор, является одной из
форм воспитательной работы со студентами.
В современных условиях специфика работы тьюторов заключена в
том, что она направлена на обучение и выбор индивидуальной образовательной траектории.
1
Приказ Минздравсоцразвития РФ от 11.01.2011 г. № 1н «Об утверждении Единого
квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», раздел Квалификационные характеристики должностей руководителей и специалистов высшего профессионального и дополнительного профессионального образования» // РГ. 2011.13 мая
2
Адольф В.А., Пилипчевская Н.В. Тьюторское сопровождение студентов: практ.опыт
// Высшее образование в России. 2011. № 4. С. 144.
215
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Можно констатитровать тот факт, что тьюторство на данном этапе
развития образования в высшей школе представляет собой своеобразный синтез функций кураторства и преподавательской деятельности.
Говоря о кураторе академической группы, мы обычно имеем в виду
преподавателя, прикрепленного к конкретной учебной группе с целью
наблюдения и контроля за ходом учебной и внеучебной деятельности
курируемых студентов и оказания им в случае необходимости информационно-организационной и психолого-педагогической помощи в решении самых разнообразных проблем. Однако кураторство – всегда дополнительный вид деятельности, не освобождающий преподавателя от
аудиторной нагрузки. А тьютор предполагается как отдельная официальная штатная единица, это помощник, консультант, организатор
учебной деятельности3.
В настоящее время обычно должность тьютора совпадает с преподавательской деятельностью. Особо значимым становится тот момент,
когда преподаватель является тьютором одной группы или целого курса
и одновременно ведет ряд дисциплин в этой группе или на курсе, так
взаимодействие приобретает постоянный характер. Получается, тьютор
непрерывно отслеживает деятельность как отдельно каждого студента,
так и всех вместе при общении в рамках группы. Получается, что частота взаимодействия тьютора и студентов увеличивается, тем самым повышается и эффективность такого взаимодействия. Студенты привыкают к опредленному тьютору-преподавателю, им удобнее решать с одним преподавателем как учебные, так и личные вопросы. Тьютору необходимо выстроить со студентами такую модель общения, при которой они стали бы доверять ему. Поэтому важно установить со студентами отношения партнерства и обеспечить тем самым психологическую
поддержку в ходе обучения, организовывать их образовательную деятельность.
Также важным направлением в деятельности тьютора является
взаимодействие с кафедрами, с другими преподавателями, с администрацией факультета и с заместителями декана по учебной и воспитательной работе. В этой связи тьютор должен знать структурные подразделения учебного заведения, чтобы помочь студенту разрешить различные
проблемные ситуации. Например, студенту необходимо решить вопрос
с назначением социальной стипендии – тьютор может скоординировать
свои действия с отделом социальной поддержи, находящимся при вузе.
Также нередки случаи, когда студенту необходимо решить вопрос с
оплатой обучения (например, возникли сложности со своевременностью
3
Кокамбо Ю.Д., Скоробогатова О.В. Тьюторство как новая форма взаимодействия
участников
образовательного
процесса.
URL:
http://www.amursu.ru/attachments/article/9505/№60_20.pdf
216
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
оплаты), тогда тьютор может направить студента в бухгалтерию для получения отсрочки платежа за обучение.
По специальности «Таможенное дело» особо важна роль тьютора
при организации и проведении производственной и преддипломной
практик, когда необходимо учесть пожелания студентов и возможности
базы практики, и в результате направить студента в ту организацию, которая обеспечила бы качественное прохождение практики. Нередко
именно прохождение практики окончательно формирует у студента
представление о выбранной профессии.
Также характерным направлением деятельности со студентами по
специальности «Таможенное дело» является олимпиадное движение,
инициируемое Российской таможенной академией. Тьютор участвует в
подготовке соответствующих документов, необходимых для командирования группы студентов для участия во Всероссийской студенческой
олимпиаде по специальности «Таможенное дело»; также взаимодействует с преподавателями по подготовке студентов к выполнению олимпиадных заданий.
Как показывает практика, в учебной деятельности роль тьютора
особо важна, когда студентам необходимо разъяснять рейтинговую систему, оповестить о формах итогового контроля по той или иной дисциплине, разъяснить правила оформления курсовых и научных работ.
В большинстве случаев студенты стараются избегать ответственности и уклоняются от выполнения учебных и внеучебных заданий (например, проведение викторин, организация выставок научных работ,
конференций, концерта, экскурсии). Это происходит от неуверенности в
собственных силах и неразвитой гражданской позиции. В решении данных проблем также может помочь тьютор, который будет направлять
энергию студентов в позитивное русло. На первоначальном этапе тьютор может, например, организовать концерт, посвященный Дню таможенника, составит программу и разработает концепцию мероприятия,
распределит роли между студентами. Таким образом, тьютор своими
действиями подаст пример, а уже в следующий раз организаторские
функцию смогут выполнить и сами студенты.
К сожалению, в настоящее время далеко не все вузы могут себе позволить штат тьюторов-консультантов, существующих самостоятельно
и не имеющих аудиторной нагрузки. В этой связи на тьютора, который
еще осуществляет и преподавательскую деятельность, ложится колоссальная нагрузка. В то же время данное обстоятельно может явиться и
плюсом: если один человек является тьютором и на том же курсе ведет
аудиторные занятия, то степень и частота взаимодействия тьютора и
студентов значительно увеличивается.
217
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
При этом решение проблемы загруженности тьютора отчасти видится в привлечении к тьюторской деятельности студентов-волонтеров
старших курсов. Особенно это может быть полезным в отношении студентов первого курса, когда им необходимо адаптироваться в студенческой среде, и с этой задачей вполне успешно могут справиться старшекурсники, которые помогут усвоить нормы и правила жизни в коллективе, рассказать о творческой деятельности вуза и факультета, поведать
о правилах проживания в общежитии и др.
Список литературы
1. Приказ Минздравсоцразвития РФ от 11.01.2011 г. № 1н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих», раздел Квалификационные характеристики должностей руководителей и специалистов
высшего профессионального и дополнительного профессионального образования» // РГ. 2011.13 мая
2. Адольф, В.А., Пилипчевская, Н.В. Тьюторское сопровождение студентов: практический опыт // Высшее образование в России. 2011.
№ 4. С. 144
3. Кокамбо Ю.Д., Скоробогатова О.В. Тьюторство как новая форма
взаимодействия участников образовательного процесса. URL:
http://www.amursu.ru/attachments/article/9505/N60_20.pdf
THE SPECIAL FEATURES OF TUTOR`S WORK WITH STUDENTS
OF PROFESSION «CUSTOMS BUSINESS»
А.Sladkova
Tver State University
In this article the author researches the common conditions of tutor`s activity, also
distinguishes some special features of tutor`s work with students of profession «customs business».
Keywords: tutor, interaction with students, individual educational technology, educational and extra-curricular activity.
218
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Об авторе:
СЛАДКОВА Алена Александровна – ассистент кафедры экологического права и правового обеспечения профессиональной деятельности
юридического факультета Тверского государственного университета
(170100, г. Тверь, ул. Желябова, 33), e-mail: sladkova.alen@yandex.ru
Сладкова А.А.
Особенности работы тьютора со студентами
специальности «Таможенное дело» // Вестник ТвГУ. Серия: Право.
2014. № 4. С. 214 – 219.
219
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 220 - 223.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
УДК 378.4(470.331)
К ВОПРОСУ О ПРАВОВОЙ ОСНОВЕ И ОРГАНИЗАЦИОННЫХ
ФОРМАХ РЕАЛИЗАЦИИ В ТВЕРСКОМ ГОСУДАРСТВЕННОМ
УНИВЕРСИТЕТЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ПРОГРАММ
СОЦИАЛЬНОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ
С.Н. Смирнов
Тверской государственный университет
Статья посвящена проблеме правового и организационного оформления образовательных программ социальной направленности в Тверском государственном
университете.
Ключевые слова: социальная направленность, образовательные программы,
правовая основа.
Тверской государственный университет как крупнейший вуз региона является важным социальным центром. При узкой трактовке понятия
«социальный центр» значение университета определяется количеством
работников и обучающихся, прежде всего тех, которые получают те или
иные формы материальной поддержки. В этом направлении работает,
прежде всего, социальная служба университета, а также профессиональные организации студентов, преподавателей и сотрудников. Фактический материал представлен на сайте вуза, в информационных сборниках и других источниках. В качестве примера можно привести некоторые печатные материалы1.
Однако более важной является социальная роль университета при
широком понимании термина «социальный центр». В этом случае отмечается социальное значение наиболее массовой, образовательной
деятельности вуза. Действительно, образование как феномен общества
выполняет важную социальную функцию в отношении любого гражданина и любой категории граждан. Конституционные нормы дают достаточное основание для подобного утверждения. В федеральном законодательстве содержится положение об общественном значении обра-
1
Информационные материалы по социальной деятельности в Тверском государственном университете. Тверь: «Лилия Принт», 2005; Тверской государственный университет в 2010 году; информационный сборник / Под ред. А.В. Белоцерковского. Тверь:
изд. Тверь гос. ун-т, 2010. С. 105 – 113.
220
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
зования (см., например, ст.2 ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»)2.
Заявленная в данной статье проблематика еще не являлась еще
предметом научного исследования. Вместе с тем актуальность изучения
данной проблемы представляется очевидной.
В рамках настоящей работы рассматривается образовательная деятельность Тверского государственного университета в отношении тех
категорий граждан, которые наиболее нуждаются в доступе к образовательным услугам, либо в отношении которых принимаются специальные меры образовательной поддержки. В настоящее время система непрерывного образования университета реализует несколько проектов
такого рода.
В силу своих масштабов и своей роли в Тверской области университет призван своими средствами оказывать содействие региону в решении его задач, в том числе в социальной поддержке отдельных категорий граждан. Ещё в концепции развития ТвГУ 2004 г. отмечалось, что
региональный университет является интеллектуальным средством решения широкого спектра региональных проблем3.
Весной и летом 2012 г. на базе Института непрерывного образования ТвГУ (ИнНО ТвГУ) был реализован цикл образовательных и воспитательных мероприятий под общим наименованием «ИнНОлето –
2012». Данный проект реализовывался в процессе создания и развития
инновационного центра «Молодой университет» в рамках университетской программы «Университетский технопарк в инновационной среде
региона». Были проведены консультативные и развивающие занятия с
группой дошкольников по подготовке к поступлению в первый класс
общеобразовательных учреждений. Кроме того, с задействованием
спортзалов и столовой ТвГУ в пос. Соминка была организована работа с
детьми среднего школьного возраста. До начала занятий была проведена работа по подготовке соответствующей инфраструктуры: аудитории,
мебель, оборудование, литература, расписание и т. д. Организационно
проект обеспечивался сотрудниками организационно-методического
отдела ИнНО ТвГУ.
В рамках программы стратегического развития университета реализуется мероприятие «Развитие механизма целевой образовательной
поддержки отдельных категорий граждан». Программа прошла отбор на
федеральном уровне, закреплена госконтрактом, а индикаторы и пока-
2
Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации»: текст с изм. и доп.
на 2014 г. М.: Эксмо, 2014.
3
См.: Концепция развития Тверского государственного университета на 2004 – 2010
гг. Тверь: изд. Тверь гос. ун-т, 2004. С. 7.
221
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
затели названного мероприятия являются обязательными для нашего
вуза.
С 2013 г. ТвГУ участвует в эксперименте по обучению молодых
матерей на подготовительном отделении. На федеральном уровне правовой основой эксперимента являются положения Постановления Правительства Российской Федерации от 31.08.2013 г. № 756 «О проведении в 2013-2015 годах эксперимента по обучению молодых женщин в
возрасте до 23 лет, имеющих одного или более детей, на подготовительных отделениях федеральных государственных образовательных
организаций высшего образования».
В сентябре 2013 г. Министерством образования и науки РФ были
определены площадки для проведения эксперимента. Тверской государственный университет в числе других вузов стал площадкой для проведения эксперимента и представляет Тверскую область. Обучение по
данной образовательной программе проводится за счёт средств субсидии федерального бюджета.
При масштабировании эксперимента количество вузов-участников
было увеличено. ТвГУ стал одним из методических центров обучения
данной категории граждан.
В развитие Постановления Правительства России в университете
было разработано и утверждено на заседании учёного совета Положение о реализации в Тверском государственном университете эксперимента по обучению молодых женщин в возрасте до 23 лет, имеющих
одного или более детей, на подготовительном отделении. Были изданы
необходимые приказы ректора университета. Нам уже приходилось высказываться подробнее на тему конкретных действий о реализации указанного проекта4.
Организационную работу по формированию контингента слушателей, подготовке рабочих программ и методических материалов, отработке алгоритма взаимодействия преподавателей и слушателей провели
дирекция Института непрерывного образования и работники Подготовительного отделения.
Таким образом, реализация дополнительных образовательных программ социальной направленности является составной частью миссии
Тверского государственного университета и важной составляющей его
деятельности как субъекта государственной политики в области образо4
Малышева Ю.А., Смирнов С.Н. Эксперимент по обучению молодых женщин в возрасте до 23 лет, имеющих одного и более детей, на подготовительном отделении Тверского государственного университета: первые итоги // Реализация системнодеятельностного подхода на уроках русского языка и литературы в условиях введения
ФГОС второго поколения: сб. ст. и метод. материалов. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2014.
152 с.
222
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
вания. Модернизация образовательной инфраструктуры вуза, проведенная в ходе реализации программы стратегического развития, позволяет
решать данные задачи.
Список литературы:
1. Информационные материалы по социальной деятельности в Тверском государственном университете. Тверь: «Лилия Принт», 2005.
2. Концепция развития Тверского государственного университета на
2004 - 2010 гг. Тверь: Твер. гос. ун-т, 2004.
3. Малышева Ю.А., Смирнов С.Н., Эксперимент по обучению молодых женщин в возрасте до 23 лет, имеющих одного и более детей,
на подготовительном отделении Тверского государственного университета: первые итоги // Реализация системно-деятельностного
подхода на уроках русского языка и литературы в условиях введения ФГОС второго поколения: сб. ст. и метод. материалов. Тверь:
Твер. гос. ун-т, 2014. 152 с.
4. Тверской государственный университет в 2010 году. Информационный сборник / Под ред. А.В. Белоцерковского. Тверь: Твер. гос.
ун-т, 2010.
5. Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации»:
текст с изм. и доп. на 2014 г. Москва: Эксмо, 2014. 224 с.
ABOUT THE LEGAL BASIS AND ORGANIZATIONAL FORMS
OF IMPLEMENTATION OF EDUCATIONAL SOCIAL PROGRAMS
IN TVER STATE UNIVERSITY
S.N. Smirnov
Tver State University
The paper describes the problem of legal and organizational formalization of educational social programs in the Tver State University.
Keywords: social orientation, educational programs, legal basis.
Об авторе:
Смирнов Сергей Николаевич – канд. юр. наук, доцент кафедры теории права Тверского государственного университета (170100, г. Тверь,
ул. Желябова, 33), email: smirnov-sn@yandex.ru
Смирнов С.Н. К вопросу о правовой основе и организационных формах
реализации в Тверском государственном университете образовательных
программ социальной направленности // Вестник ТвГУ. Серия: Право.
2014. № 4. С. 220 - 223.
223
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 224 -228.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Вопросы публичного права
УДК 342.849.2
НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ
ПРЕДВЫБОРНОЙ АГИТАЦИИ В СРЕДСТВАХ МАССОВОЙ
ИНФОРМАЦИИ
Д. В. Галкин
Тверской государственный университет
Рассматриваются вопросы использования так называемых «серых» технологий
в печатных средствах массовой информации при проведении избирательных
кампаний.
Ключевые слова: предвыборная агитация, средства массовой информации, избирательное законодательство.
Одним из вопросов избирательного законодательства является правовое регулирование предвыборной агитации. Особая роль уделяется
агитации в периодических печатных изданиях.
Предвыборной агитацией, осуществляемой в период избирательной кампании, в соответствии с законодательством признаются: призывы голосовать за кандидата, кандидатов, список, списки кандидатов либо против него (них); выражение предпочтения какому-либо кандидату,
избирательному объединению, в частности указание на то, за какого
кандидата, за какой список кандидатов, за какое избирательное объединение будет голосовать избиратель (за исключением случая опубликования (обнародования) результатов опроса общественного мнения в соответствии с требованиями законодательства о выборах); описание возможных последствий в случае, если тот или иной кандидат будет избран
или не будет избран, тот или иной список кандидатов будет допущен
или не будет допущен к распределению депутатских мандатов; распространение информации, в которой явно преобладают сведения о какомлибо кандидате (каких-либо кандидатах), избирательном объединении в
сочетании с позитивными либо негативными комментариями; распространение информации о деятельности кандидата, не связанной с его
профессиональной деятельностью или исполнением им своих служебных (должностных) обязанностей; деятельность, способствующая созданию положительного или отрицательного отношения избирателей к
кандидату, избирательному объединению, выдвинувшему кандидата,
список кандидатов.
Кроме того, законодатель установил требования к печатным мате224
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
риалам, содержащим предвыборную агитацию, а именно: указание сведений, где изготовлен данный материал, сведения о заказчике, о тираже,
о дате выпуска и об оплате данного материала из избирательного фонда
конкретного кандидата или избирательного объединения.
На первый взгляд кажется, что законодатель предусмотрел все
возможности для отделения с помощью вышеуказанных требований
агитационных материалов от всех остальных, однако на практике некоторыми участниками выборов данные требования обходятся на протяжении всего периода проведения выборов в России. Речь идёт о размещении в печатных изданиях, зарегистрированных как СМИ, в период
избирательной кампании статей, заметок, заявленных издателем как
журналистские расследования, аналитические обзоры той или иной избирательной кампании материалов, явно содержащих признаки предвыборной агитации. Данные материалы содержат, как правило, информацию, показывающую тех или иных участников избирательного процесса
в негативном свете. Понятно, что ни о какой оплате этих изданий из избирательного фонда кандидата речь не идёт. Финансирование происходит из других источников заказчика и чаще всего − путём наличного
расчёта с разработчиком в лице редакции СМИ и изготовителем. Указанные издания в выборный период распространяются бесплатно на
территории, где проходит избирательная кампания. Учитывая небольшую численность населения большинства районов Тверской области, а
также высокую электоральную активность сельского населения, появление подобных материалов всегда имеет определённый эффект: люди
на селе имеют доступ к ограниченному перечню средств массовой информации (телевидение, радио), а материалы, размещаемые в данных
изданиях (как правило, подготовленные профессиональными журналистами), ссылаются на события и факты, известные каждому из жителей
района, с негативной (реже − позитивной) оценкой участия в этих событиях того или иного кандидата. В условиях малого тиража и слабой финансовой поддержки муниципальных СМИ очень часто подобные издания являются для граждан единственным источником информации о
ситуации в том или ином муниципальном образовании. Отсюда и вытекает их популярность среди избирателей.
Например, в период избирательной кампании в 2014 г. в одном муниципальном образовании Тверской области в одной из статей такого
издания упоминаний о кандидате от оппозиции на должность Главы
муниципального образования было 17, все с негативным подтекстом и
обвинениями в связях с криминалом и недобросовестным исполнением
обязательств перед гражданами бизнес-структурами, соучредителем или
руководителем которых является кандидат. В то же время в данной статье действующий Глава муниципального образования, тоже являющий225
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
ся кандидатом на этот пост, был упомянут всего один раз, без оценки
деятельности. Налицо явная ангажированность материала и наличие оснований для признания его агитационным. Однако статья при упоминании каждого негативного факта из деятельности кандидата от оппозиции содержит оговорки «по нашим сведениям», «как нам рассказали»,
«ходят слухи», «жители района поговаривают», т.е. отсутствует источник информирования о данных фактах. Более того, на последней полосе
издания, выпущенного в формате газеты, присутствует приписка:
«Мнение редакции может не соответствовать мнению авторов». В целом материал заявлен как аналитика текущей избирательной кампании.
Законодателем предусмотрен порядок признания материала агитационным. В избирательных комиссиях на период кампаний создаются
«рабочие группы» из числа членов комиссий и привлечённых специалистов, задачей которых является отслеживание всех публикаций в СМИ
на предмет содержания в них предвыборной агитации. «Рабочая группа», после изучения того или иного материала, может признать его содержащим признаки предвыборной агитации и определить, насколько
появление данного материала соответствует избирательному законодательству, насколько соблюдены требования, предусмотренные законом
к распространению указанного материала. После проведения этой работы вопрос выносится на заседание избирательной комиссии соответствующего уровня. Как правило, подобные материалы признаются агитационными, основываясь на количестве упоминаний в них тех или иных
кандидатов.
В ходе текущих кампаний законодатель требует от избирательных
комиссий принятия мер к пресечению распространения данных материалов, однако не указывает временные рамки принятия таких решений. Учитывая специфику работы избирательных комиссий в муниципальных образованиях – большая площадь района проведения кампании, отсутствие финансовых возможностей для привлечения специалистов на период проведения кампании, слабая теоретическая подготовка
большинства членов территориальных, участковых избирательных комиссий, рассмотрение таких материалов по фактам содержания в них
признаков предвыборной агитации не всегда является возможным в
кратчайшие сроки, даже в течение одного дня. Даже после признания
материала агитационным комиссия обязана проинформировать уполномоченных сотрудников органов внутренних дел и направить им Постановление комиссии с требованием изъять данные материалы. Однако,
на местах сотрудники полиции не всегда обладают необходимой материальной базой для проведения такой работы на территории всего муниципального района. В итоге получается примерно следующая ситуация: в один день материал оперативно распространяется среди избира226
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
телей, на другой день экземпляр попадает в избирком, на третий выносится Постановление о признании его агитационным и в полицию направляется требование о его изъятии из распространения. Разумеется,
что речь уже не может идти о пресечении распространения, а изъятие
распространённого материала у граждан действующим законодательством не предусмотрено.
Также очень сложным в указанной ситуации является пресечение
деятельности непосредственных распространителей данных материалов.
Разумеется, что эта работа оплачивается «вчёрную», не из средств избирательного фонда кандидата-заказчика. Во-первых, распространитель
при задержании не подтверждает факт распространения, а заявляет, что
обнаружил данный материал, скажем, лежащим на обочине, не знает его
содержания и просто нёс к себе домой. Во-вторых, распространитель
чаще всего и не знает, что данный материал признан агитационным и
запрещён к распространению. В-третьих, даже при безусловной доказательной базе распространитель, как правило, заявляет, что действовал
по своей инициативе и выражал свою гражданскую позицию по информированию избирателей.
Как можно на законодательном уровне оградить избирателей от появления подобных материалов? Наверное, речь может идти о введении
ответственности для данных изданий вне пределов одной проводимой
избирательной кампании. Например, редакция, виновная в распространении агитационных материалов, выпущенных с нарушением требования законодательства, в случае распространения подобных материалов
уже на других выборах должна подвергаться более суровой административной ответственности. Здесь речь уже должна идти не об однойдвух тысячах рублей. Суммы, получаемые авторами и издателями от
заказчиков подобных публикаций, исчисляются десятками и сотнями
тысяч рублей в зависимости от уровня выборов и тиража издания, и
уровень штрафа, как основного вида наказания для нарушителей избирательного законодательства в сфере распространения незаконных агитационно-печатных материалов, должен составлять более значимые
суммы.
227
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
SOME OF THE LEGAL REGULATION
OF ELECTION CAMPAIGN IN THE MEDIA
D.V. Galkin
Tver State University
This article deals with the use of so-called «gray» technology in the print media during election campaigns.
Keywords: election campaign, the media, the electoral legislation.
Об авторе:
ГАЛКИН Денис Викторович, руководитель юридической клиники
Тверского государственного университета (170100, г.Тверь, ул. Желябова, д. 33) , e-mail: dvgalkin@mail.ru
Галкин Д.В.
Некоторые вопросы правового регулирования
предвыборной агитации в средствах массовой информации // Вестник
ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 224 – 228.
228
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 229 - 239.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
УДК
342.9.02
СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА И КОНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИЯ
АДМИНИСТРАТИВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ
В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
В.И. Крусс
Тверской государственный университет
Поставлена проблема конституционализации административной ответственности в Российской Федерации в ее соотношении с проблемой позитивистских
стереотипов права российской судебной практики, не позволяющих полноценно
использовать в правосудии правоустанавливающие положения Конституционного суда РФ.
Ключевые слова: конституционализация, административная ответственность, судебная дискреция, судебное усмотрение.
Конституционализация российского права1 все более значимо проявляется в сфере публичной правовой ответственности (включая административную ответственность) и сопряженного с этим необходимого
публично-властного принуждения. Здесь, как и всегда в конституционализации, определяющее правоустанавливающее значение получают акты и правовые позиции Конституционного суда РФ (далее – Суд). Наряду с этим, принуждение правонарушителей к исполнению специальных
субъективных обязанностей, выражающих суть юридической ответственности, легитимируется актами судебной практики, и соответственно
без осмысленно-однородного – в формате правовой системы Российской Федерации – включения судов и судей в этот процесс конституционализация административной ответственности фактически невозможна. В этой связи большой научно-практический интерес представляют недавние решения Конституционного суда РФ, не только обогатившие конституционно-правовую материю института административной ответственности, но и в очередной раз обозначившие те значительные трудности – далеко не формального организационно-практического
порядка, – которые нужно преодолеть, для того чтобы реформа российской судебной системы привела к обусловившим ее проведение целям.
Речь идет об укорененных в правосознании большинства членов судейского корпуса позитивистских стереотипах, не позволяющих им «всерь
Статья подготовлена в рамках международного проекта РГНФ и НАН Украины.
Проект № 12-23-02002.
1
О сути феномена конституционализации см. подробнее: Крусс В.И. Понятие, актуальность и формы конституционализации права // Вест. ТвГУ. Серия «Право». 2012.
№ 19. С. 104 – 119.
229
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
ез» подходить к необходимости различения права и закона и побуждающих видеть в применяемом законодательстве, тем более в актах такого рода, как Кодекс Российской Федерации об административных
правонарушениях (далее – КоАП РФ и Кодекс), исключительно конгломерацию норм автономно-непререкаемого характера, что в корне противоречит идее нормативности современного (конституционного по
своей природе) права.
Конституционная нормативность обеспечивает возможность правосудия как актуального перехода от объективного права к субъективному
и, одновременно, идентификации (подтверждения наличия) права в индивидуальных актах судебной власти, которые уже недостаточно воспринимать как акты правоприменительные. Прогрессивная эволюция
традиционного суда в современный суд конституционно-правового государства обусловлена в России конституционной моделью судебной
власти, призванной обеспечивать верховенство права и непосредственно действующие неотчуждаемые права и свободы человека и гражданина (ст. 2 и 18 Конституции РФ). Это требует не только существенного
усиления роли и значения судебной практики, совершенствования всех
судопроизводств, но и признания конституционно-судебного правотворчества как особого функционального измерения судебной власти.
Суды должны научится на деле проявлять себя и как органы, руководствующиеся в своей правоприменительной практике исключительно
правом, воплощающим дух Конституции РФ и конкретизированным в
нормативных установлениях соответствующих ей (конституционных)
федеральных законов и иных правовых актов, и в качестве органов,
особым образом и в особых формах создающих (генерирующих) такое
право в актуально необходимых и конституционно обоснованных ситуациях2.
Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ
(ред. от 05.04.2013 г.) «О Конституционном суде Российской Федерации»3 утверждает за актами (решениями) высшего органа российской
конституционной юстиции свойства окончательности, непосредственности действия, общеобязательности, непреодолимости (ст. 79) как характерные именно для источников права, хотя бы и особого рода актов
нормоустановительного характера4. Юридическая сила таких решений
2
Крусс В.И., Малюшин А.А. Конституционное судебное правотворчество в федеративном государстве и фундаментальные коллизии права // Актуальные проблемы теории и практики конституционного судопроизводства: сб. науч. тр. Казань: ООО «Фолиант», 2014. Вып. 9. С. 206 – 211.
3
СЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447. Далее – ФКЗ О Конституционном суде РФ.
4
Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России в свете конституционного правосудия. М.: Норма; ИНФРА-М, 2011. С. 118 – 120 и др.
230
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
(актов) превосходит юридическую силу любого закона, а их отдельные
положения являются достоверными (легитимными) элементами системы права (а не законодательства). Именно благодаря уникальным свойствам актов Конституционного суда РФ акты законодательные или их
отдельные положения, признанные Судом неконституционными, утрачивают силу (ч. 6 ст. 125 Конституции РФ).
Весьма плодотворно проявляет себя Конституционный суд РФ и в
аспекте позитивного правотворчества, обеспечивая посредством разнообразных правоустанавливающих техник генерацию актуальнонеобходимых элементов правовой материи, последовательно «призывая» суды ординарные транслировать эти элементы на уровень субъективных прав и обязанностей, в том числе с учетом принципа индивидуализации публично-правовой ответственности.
Соответствующие доктринально-нормативные положения и «стратегические» для судов установки содержатся, в частности, в Постановлении Конституционного суда РФ, где проверялась конституционность
ряда статей КоАП РФ5 (далее – Постановление № 4-П). Не подвергая
сомнению конституционность диспозиций оспариваемых законоположений (пользование недрами без лицензии; нарушение требований промышленной безопасности или условий лицензии; нарушение требований технических регламентов; нераскрытие или нарушение установленных порядка и сроков раскрытия информации; нарушение порядка или
срока направления сообщения о проведении общего собрания акционеров; нарушение установленных формы, срока или места проведения
общих собраний акционеров; непредставление или нарушение порядка
либо сроков представления информации, необходимой для финансового
администрирования), заявители по данному делу усматривали нарушение Конституции РФ в том, что установленные значительные минимальные размеры административных штрафов в системе действующего
правового регулирования, не допускающего назначение административного наказания ниже низшего предела санкции, не позволяют обеспечить применение соразмерного и дифференцированного в зависимости от материального положения нарушителя административного нака5
Постановление Конституционного Суда РФ от 25 февраля 2014 г. № 4-П по делу о
проверке конституционности ряда положений статей 7.3, 9.1, 14.43, 15.19, 15.23.1 и
19.7.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи
с запросом Арбитражного суда Нижегородской области и жалобами обществ с ограниченной ответственностью «Барышский мясокомбинат» и «ВОЛМЕТ», открытых
акционерных обществ "Завод "Реконд"», «Эксплуатационно-технический узел связи»
и «Электронкомплекс», закрытых акционерных обществ «ГЕОТЕХНИКА П» и
«РАНГ» и бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики "Детская городская больница № 3 "Нейрон" Министерства здравоохранения Удмуртской
Республики» // СЗ РФ. 2014. № 10. Ст. 1087.
231
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
зания и тем самым создают предпосылки для необоснованного ограничения конституционных прав.
Разрешая данное дело, Конституционный суд РФ, с одной стороны,
показал, что оспоренная законодательная конструкция действительно
может быть признана неконституционной (и таков в целом его итоговый вердикт), поскольку ее формальная структура оказывается непреодолимым препятствием для справедливых решений российских судов,
разрешающих конкретные дела об административной ответственности и
«подчиненных» догматам формальной же (позитивистской) законности,
тогда как в действительности, с другой стороны, суды могли бы и в существующей нормативной ситуации обеспечивать подлинное – конституционное – правосудие, и даже утвердил новые позитивные положения, призванные помочь им в этом.
Прежде всего Конституционный суд РФ дал сводную характеристику общих принципов юридической ответственности, которые с учетом их универсального значения как основ конституционного правопорядка предопределяют стратегию применения правоохранительных законоположений. Особое внимание при этом Судом было обращено на
недопустимость избыточного государственного принуждения, как не
совместимого с конституционным принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения и обеспечивающим
адекватность административного принуждения всем обстоятельствам,
имеющим существенное значение для определения наказания.
Конституционный суд РФ отметил, что после принятия КоАП РФ
изначальные размеры штрафов подверглись корректировке в сторону
существенного увеличения, однако данное обстоятельство, само по себе, не предопределяет конституционной оценки эволюции института
административной ответственности. Законодатель тем самым преследовал цель формирования ответственного отношения к правовым предписаниям, основанного на осознании важности их безусловного исполнения, а также учитывал весомые объективные факторы и потенциальную
степень общественной опасности запрещенных деяний в их крайнем
выражении. (Могут существенно затрагивать интересы недропользования как одной из основ благосостояния страны, создавать реальную угрозу жизни и здоровью граждан вследствие грубого нарушения требований промышленной безопасности или технических регламентов, приводить к дестабилизации финансовой системы страны, деформированию корпоративных начал экономического развития и тем самым – к
заметному ухудшению социально-экономической ситуации.)
Наряду с этим, Конституционный суд РФ констатировал, что в части, касающейся дифференциации условий административной ответственности и индивидуализации административного наказания законода232
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
тельство об административных правонарушениях каких-либо принципиальных изменений не претерпело. В итоге сложившееся нормативное
соотношение, действительно, чревато угрозами конституционных деформаций (рисков), которые, однако, могут быть предупреждены (нейтрализованы) судебной практикой, но она ничего в этом отношении самостоятельно не предпринимала.
Еще раз подчеркнем, Конституционный суд РФ дал чрезвычайно
сдержанную и корректную оценку как характеру реагирования судей на
нормативные новации, так и ряду принятых ими в этом контексте судебных решений. Суд признал, что в условиях, когда нижняя граница
административных штрафов для юридических лиц за совершение административных правонарушений составляет как минимум сто тысяч рублей, обеспечение индивидуального подхода к наложению административного штрафа становится не только крайне затруднительным, но в
некоторых случаях и просто невозможным.
В «пользу» российских судей (как лиц, «поставленных в неконституционную ситуацию») говорит, казалось бы, и представленный Конституционным судом РФ анализ ряда институциональных ориентиров
определения меры юридической ответственности (видовой дифференциации субъектов правонарушений и характера (содержания) их вины;
учета степени общественной опасности и тяжести последствий противоправно содеянного; учета причин и условий совершения правонарушения; учета личности правонарушителя физического лица и конкретно-статусной спецификации лица юридического, включая характеристики их постделиктного поведения, а также специальных правил наложения административных наказаний), теоретически вооружающих судей дополнительными средствами выработки и принятия справедливых
и гуманных решений. Практически же все они оказываются «несостоятельными» ввиду того, что:
в КоАП РФ не проводится каких-либо различий между видами
юридических лиц (в зависимости от их места нахождения, организационно-правовых форм, подчиненности и других критериев);
закрепленное в ч. 2 ст. 4.2 КоАП РФ правомочие судов признавать
смягчающими обстоятельства, не указанные в Кодексе или законах
субъектов РФ об административных правонарушениях, не выходит за
границы нормативно предусмотренного наказания;
конституционно вполне оправданные альтернативные санкции в
Кодексе фактические не используются законодателем в качестве уместной парной категории для крупных административных штрафов;
возможные отсрочки или рассрочки уплаты (ч. 1 и 2 ст. 31.5, ч. 1 ст.
32.2 КоАП РФ) применительно к значительным по размерам административным штрафам, уплатить которые в установленные законом сроки
233
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
правонарушители оказываются не в состоянии по объективным причинам, могут оказаться недостаточными, притом что их продление либо
приостановление не предусмотрены, тогда как неуплата административного штрафа в установленные сроки, как следует из ч. 1 ст. 20.25
КоАП РФ, может повлечь наложение на юридическое лицо административного штрафа в двукратном размере;
Кодексом не предусмотрена возможность освобождения юридического лица от исполнения (полного или частичного) административного
наказания в виде административного штрафа, даже в случае устранения
нарушений, послуживших основанием для его назначения, – в отличие
от административного наказания в виде административного приостановления деятельности (ч. 3 ст. 32.12 КоАП РФ);
предусмотренная ст. 2.9 КоАП РФ возможность освобождения от
административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного административного правонарушения как деяния, не представляющего существенной угрозы охраняемым общественным отношениям, с диспозициями оспоренных законоположений, безусловно, не
соотносится: соответствующий институт, будучи ориентирован исключительно на правоприменительную оценку самого правонарушения, не
может служить целям конституционной индивидуализации наказания,
тем более способствовать формированию атмосферы безнаказанности,
несовместимой с конституционным принципом неотвратимости ответственности за нарушение закона.
Характеризуя проблему соответствующим образом, Конституционный суд РФ представил тем самым несовершенство нормативного выражения и закрепления в КоАП РФ названных юридических средств более значимым обстоятельством в сравнении с дефицитом конституционного правопонимания. На наш взгляд, это стратегически ошибочный
подход: российским судьям необходимы более определенные, отчетливые и неоднократные «послания», дабы они смогли отрешиться от генетически модулированных и пропедевтически укорененных стереотипов
относительно своей роли механизме реализации права как «системы
общеобязательных норм» и утвердиться внутренне в статусе экспертов
по праву, профессионально компетентных властных лиц, уполномоченных обеспечивать и правовую охрану конституционных ценностей, запретов и, одновременно, оптимальную обеспеченность основных прав и
свобод каждого человека и гражданина, юридического лица (в той мере,
в какой этой вытекает из существа соответствующего права или свободы), в том числе в ситуации индивидуального привлечения любого лица
к юридической ответственности.
Внимательное прочтение текста Постановления № 4-П порождает
немало вопросов применительно к сквозному лейтмотиву («тонально234
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
сти») выбранного обоснования. Неужели только КоАП РФ виноват в
том, что в результате применения оспоренных и признанных неконституционными законоположений для отдельных коммерческих организаций, относящихся к субъектам малого предпринимательства, а также
осуществляющих социальные, культурные, образовательные, научные и
другие функции некоммерческих организаций, привлечение к административной ответственности нередко сопровождалось такими существенными обременениями, которые были для них непосильными, непропорциональными ограничениями и вели к самым серьезным последствиям, вплоть до вынужденной ликвидации? Неужели законодатель действительно стремился к тому, чтобы административная кара безразлично «опускалась на голову» и того, кто полностью игнорировал требования законодательства, и того, кто лишь надеялся уклониться от исполнения отдельных правовых предписаний либо только не использовал
все доступные средства для соблюдения установленных правил (как
описывает виновные поведенческие установки Конституционный суд
РФ)? Неужели суды сами, непосредственно общаясь с участниками
процесса, внимая их доводам и разбираясь в конкретных сложившихся
обстоятельствах, не задумывались о том, какое правосудие и ради чего
они вершат? Неужели, наконец, судьям нужно объяснять, что с учетом
реальной тяжести таких правоприменительных ограничений права частной собственности и свободы предпринимательской деятельности,
как наложение крупного административного штрафа, их необходимо
соотносить с конституционным требованием разумной сдержанности,
исходя преимущественно из целей превентивного, а не карательного
характера?
Разумность в науке права справедливо причисляют к способам конкретизации правовой материи. «Речь идет о юридических средствах, позволяющих максимально точно рассчитать действие правового предписания», – подчеркивает Н.А. Власенко. Он же характеризует разумность
как один из базовых (конституционных) принципов права, обеспечивающих его (права) реальное действие, гибкость и в конечном счете
эффективность. «Содержанием такого принципа права, как разумность,
является баланс интересов и целесообразность действий субъектов в
правовом регулировании», – считает ученый. И продолжает: «…в праве
заложено здравомыслие, основанное на рациональности, профессиональном понимании и ответственности за систему собственных действий и поступков»6. Справедливая и емкая научная характеристика. Не
слишком ли далека она, однако, от того настроя, который присутсвует в
6
Власенко Н.А. Разумность и определенность в правовом регулировании: монография.
М.: ИНФРА–М, 2014. С. 46 – 48.
235
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
практике российских судов и судей, едва ли не «с радостью» воспринимающих далеко не всегда уместную исчерпывающую определенность
законодательных формулировок, применительно к ситуациям, где разумность должна «наполняться содержанием от реальности»? 7
Полагаем, не только Конституционный суд РФ, но и, в большинстве своем, «обычные» российские судьи всех уровней знают, как правильно отвечать на обозначенные выше (отнюдь не риторические) вопросы. К сожалению, однако, фактически на них были даны иные официальные ответы, которые, наряду с прочим, нельзя признать и последовательными.
Прибегнув к буквальному толкованию положения ч. 1 ст. 4.1 КоАП
РФ, Конституционный суд РФ указал, что административное наказание
за совершение административного правонарушения назначается в пределах, определенных законом, и исключений из этого общего правила
не предусмотрено. Поэтому, заключил орган конституционной юстиции, ни суд, ни иной субъект административной юрисдикции не вправе
ни при каких условиях назначить юридическому лицу, привлекаемому к
административной ответственности, наказание, не предусмотренное
санкцией соответствующей нормы, или выйти за установленные законом пределы административного наказания. И сразу же – вряд ли достаточно логично и убедительно – Конституционный суд РФ охарактеризовал названное нормативно установленное правило как могущее –
применительно к административным штрафам, минимальные размеры
которых сопряжены со значительными денежными затратами, и при определенных конкретных обстоятельствах – противоречить конституционным целям административной ответственности и приводить к чрезмерному ограничению конституционных прав и свобод8. Соответственно, «ни при каких условиях» невозможные исключения «удивительным
образом» оказываются-таки возможными для принимающего решение
об административной ответственности суда как «независимого и беспристрастного арбитра и вместе с тем наиболее компетентного в сфере
определения правовой справедливости органа государственной власти».
Более того, подобные исключения предполагаются конституционно
необходимыми, поскольку Конституционный Суд РФ установил, что
7
Там же. С. 48.
Ранее соответствующая правовая позиция была сформулирована Конституционным
судом РФ в его Постановлении от 14 февраля 2013 г. № 4-П по делу о проверке конституционности Федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской
Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях"» в связи с запросом группы депутатов Государственной думы и жалобой гражданина Э.В. Савенко // СЗ РФ.
2013. № 8. Ст. 868.
8
236
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
впредь до внесения в КоАП РФ надлежащих изменений размер административного штрафа, назначаемого юридическим лицам за совершение
административных правонарушений, предусмотренных оспоренными
законоположениями, а равно за совершение других административных
правонарушений, минимальный размер административного штрафа за
которые установлен в сумме ста тысяч рублей и более, может быть
снижен на основе требований Конституции РФ и с учетом правовых позиций Суда, если наложение административного штрафа в установленных соответствующей административной санкцией пределах не отвечает конституционным целям административной ответственности и с очевидностью влечет избыточное ограничение прав юридического лица.
«Другие» правонарушения должны быть однородны по своему характеру с рассмотренными составами, а минимальные размеры административных штрафов, предусмотренные за них законодателем, сопоставимы
с теми, что установлены законоположениями, признанными не соответствующими Конституции РФ, т. е. по крайней мере составлять сто тысяч рублей и более.
В контексте такого рода развернутого высказывания невозможно
отрицать, что решающая для выхода судов за пределы «непререкаемой»
нормативности закона «очевидность» остается оценочным понятием, и,
следовательно, Конституционный суд РФ фактически легитимировал
свободу судебного усмотрения в рамках конституционной дискреции
при применении определенного вида мер административной ответственности. Он, впрочем, и отдельно высказался ясно и недвусмысленно в
отношении судебного толкования норм, закрепленных в законодательстве, как необходимого – в ряде случаев – элемента правосудного обеспечения субъективных прав, никак не умаляющего требования непротиворечивого характера судебной практики и не имеющего ничего общего
с произвольным административно-юрисдикционным преследованием и
наказанием, игнорирующим конституционные требования (и критерии)
дифференцированности, соразмерности, справедливости. Отныне (поскольку Постановление № 4-П не имеет обратной силы) российские суды фактически получили в исключительных случаях возможность выработки индивидуальных норм об административной ответственности,
самостоятельно оценивая при этом необходимость прибегнуть к столь
нетрадиционному для российской правовой системы средству обеспечения конституционной законности.
Последующие решения Конституционного суда РФ9 подтвердили,
9
См., например: Постановление Конституционного суда РФ от 8 апреля 2014 г. № 10П по делу о проверке конституционности положений пункта 6 статьи 2 и пункта 7 статьи 32 Федерального закона «О некоммерческих организациях», части шестой статьи
29 Федерального закона «Об общественных объединениях» и части 1 статьи 19.34 Ко-
237
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
что речь идет не о «случайном» или спонтанном, а о продуманном и выверенном тренде конституционализации российской правовой системы.
Список литературы
1. Бондарь Н.С. Судебный конституционализм в России в свете
конституционного правосудия. М.: Норма; ИНФРА-М, 2011. 544
с.
2. Власенко Н.А. Разумность и определенность в правовом регулировании: монография. М.: ИНФРА–М, 2014. 157 с.
3. Крусс В.И. Понятие, актуальность и формы конституционализации права // Вестн. ТвГУ. Серия «Право». 2012. № 19. С. 104 –
119.
4. Крусс В.И., Малюшин А.А. Конституционное судебное правотворчество в федеративном государстве и фундаментальные коллизии права // Актуальные проблемы теории и практики конституционного судопроизводства: сб. науч. тр. Казань: ООО «Фолиант», 2014. 396 с.
JUDICIAL PRACTICE AND CONSTITUTIONALIZATION ADMINISTRATIVE RESPONSIBILITY IN THE RUSSIAN FEDERATION
V.I. Kruss
Tver state University
The article is devoted to problems of the constitutionalization of administrative responsibility in the Russian Federation and its correlation with the problem positivist
stereotypes law of the Russian judicial practice, not allowing full use of justice legal
position of the constitutional Court of the Russian Federation.
Ключевые слова: конституционализация, административная ответственность, судебная дискреция, судебное усмотрение.
декса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, фонда «Костромской центр поддержки общественных инициатив», граждан Л.Г. Кузьминой, С.М.
Смиренского и В.П. Юкечева // СЗ РФ. 2014. № 16. Ст. 1921.
238
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
Об авторе:
КРУСС Владимир Иванович – заведующий кафедрой теории права
юридического факультета Тверского государственного университета,
д.ю.н., проф; е-mail: t-prava@yandex.ru.
Крусс
В.И.
Судебная
практика
и
конституционализация
административной ответственности в Российской Федерации // Вестник
ТвГУ. Серия: Право. 2014. № 4. С. 229 – 239.
239
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4. С. 240 - 246.
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
УДК
341.3
К ПОНЯТИЮ ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ: ПРОБЛЕМЫ
ОПРЕДЕЛЕНИЯ
Т.В. Кувырченкова
Тверской государственный университет
Раскрывается понятие вооруженных конфликтов, их отличие от войн, уточняется понятие международного вооруженного конфликта и вооруженного конфликта немеждународного характера.
Ключевые слова: вооруженные конфликты, международные вооруженные
конфликты, вооруженные конфликты немеждународного характера, Военная
доктрина Российской Федерации.
В научной литературе достаточно длительное время идет дискуссия о том, что считать «вооруженным конфликтом», чем обозначение
«вооруженный конфликт» отличается от понятия «война», которое исторически появилось ранее, нежели понятие «вооруженный конфликт»,
и до второй половины ХХ в. применение этого термина было преобладающим. Во второй половине ХХ в.все существенно изменилось и категория «вооруженный конфликт» стала иметь преимущественное распространение. Фактически понятие «война», как считает А.П. Ладыненко, превратилась скорее не в правовую, а политико-правовую категорию1. Но есть иная точка зрения. Например, С.Е. Нахлик определял
вооруженные конфликты следующим образом: «вооруженный конфликт» охватывает любую ситуацию, независимо от ее правовой квалификации, в которой две стороны противостоят друг другу с оружием в
руках2, то есть термин «вооруженный конфликт» понимался шире по
содержанию, нежели термин «война». Такой же точки зрения придерживается и М.Г. Смирнов, который указывает, что любая война – это
прежде всего вооруженный социальный конфликт, но она имеет особенности, так как, например, ведет к качественному изменению состояния общества3. Согласно III Гаагской конвенции 1907 г. для войны характерен такой признак, как формальный акт ее объявления. После
1
Ладыненко А.П. Виды вооруженных конфликтов и применимое к ним право // Альманах международного права / редкол.: С.В. Кивалов гл. ред. и др. Одесса: Фенікс,
2009. С. 124.
2
Нахлик С.Е. Краткий очерк международного гуманитарного права. М., МККК. 1994 .
С. 7.
3
Смирнов М.Г. Вооруженный конфликт немеждународного характера: международноправовой аспект. М.: Норма, Инфра-М, 2014. С. 19.
240
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
объявления войны наступает, как правило, разрыв дипломатических отношений между воюющими государствами и прекращают действовать
большинство международных договоров. Однако история показала обратное, так как государства достаточно часто развязывали войны без их
объявления.
В словаре Ожегова дается следующее определение: война – это
вооруженная борьба между государствами. Гражданская война – вооруженная борьба между общественными классами одной страны во
время революции4. В Большом энциклопедическом словаре (БЭС) война
определяется как организованная вооруженная борьба между государствами, нациями (народами), социальными группами. При этом могут
использоваться вооруженные силы как главное и решающее средство, а
также экономические, политические, идеологические и другие средства
борьбы5. Аналогичное определение дает и Российский энциклопедический словарь6. В толковом словаре Даля дается следующее понятие:
война - это раздор и ратный бой между государствами, международная
брань7. При этом указывается, что наступательная война – это война,
когда ведут войско на чужое государство; оборонительная - когда
встречают это войско, для защиты своего отечества. Также различаются
следующие виды войн: «война междусобная, усобица, когда один и тот
же народ, раздвоившись в смутах, враждует между собою оружием;
партизанская война, действия отдельных, мелких частей войска, с
крыльев и с тыла неприятеля, для отрезки ему средств сообщения и
подвоза; народная война, в которой весь народ принимает, по сочувствию к поводу раздора, живое участие». Толковый словарь русского языка дает следующее определение: война – это вооруженная борьба между
государствами или общественными классами8. Большой юридический
словарь дает определение войны, как военные действия между государствами,
а
также
между
государствами
и
национально-
4
Ожегов С.И. Словарь русского языка / под общ. ред. проф. Л.И. Скворцова. М. ООО
«Издательский дом ОНИКС 21 век»; ООО «Издательство Мир и образование». 2004.
С.203.
5
Большой энциклопедический словарь. 2-е изд. перераб. и доп. М.: Большая Российская Энциклопедия; СПб.: Норинт. 1999. С. 453.
6
Российский энциклопедический словарь: в 2 т. / гл. ред. А.М. Прохоров. М.: Большая
Российская энциклопедия, 2001. Т. 1: А – Н. С. 328.
7
Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4 т. М.: ТЕРРА, 1995. Т. 1
: А – З. С. 234.
8
Толковый словарь русского языка: в 4 т. / сост. В.В. Виноградов, Т.О. Винокур, Б.А.
Ларин и др.; под ред. Д.Н. Ушакова. М.: Русские словари, 1994. Т. 1. С. 642.
241
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
освободительными движениями, сопровождающиеся полным разрывом
всех мирных отношений между ними9.
Таким образом, практически все словари по содержанию определяют войну достаточно широко, объединяя этим термином и международные войны, и войны внутри государств, под которыми понимаются
гражданские войны.
Очень часто войну связывают с возникшими политическими противоречиями между политическими образованиями — государствами,
племенами, политическими группировками и т. д., происходящими в
форме вооружённого противоборства, военных (боевых) действий между их вооружёнными силами. К. Клаузевиц определял войну как «продолжение политики иными, насильственными средствами»10. В основе
определения, таким образом, лежат именно политические противоречия.
В международно-правовых актах не дается понятия «вооруженного
конфликта», не определены его признаки. Военная доктрина Российской Федерации 2010 г. определяет «вооруженный конфликт» как «вооруженное столкновение ограниченного масштаба между государствами
(международный вооруженный конфликт) или противостоящими сторонами в пределах территории одного государства (внутренний вооруженный конфликт)»11. В этом документе дано также понятие военного
конфликта, под которым следует понимать «форму разрешения межгосударственных или внутригосударственных противоречий с применением военной силы (понятие охватывает все виды вооруженного противоборства, включая крупномасштабные, региональные, локальные войны
и вооруженные конфликты)»12.
Вышеуказанные два определения являются очень краткими, они не
раскрывают признаки ни вооруженного конфликта, ни военного конфликта, а только лишь классифицируют их, поэтому такие характеристики сложно назвать определениями. И фактически разделить два этих
понятия - «вооруженный конфликт» и «военный конфликт» - не представляется возможным.
В Военной доктрине РФ 2000 г. все вооруженные конфликты определялись классификационно как международные вооруженные конфликты (с участием двух или нескольких государств) или немеждународные (с ведением вооруженного противоборства в пределах террито9
Большой юридический словарь. / под ред. проф. А.Я. Сухарева. 3-е изд. доп. и перераб. М.: ИНФРА – М., 2006. С. 264.
10
Клаузевиц К. О войне. М.: Логос; Наука, 1997. С. 30.
11
Указ Президента РФ от 5 февраля 2010 г. « 146 «О Военной доктрине Российской
Федерации» // СЗ РФ. 2010. № 7. Ст. 724.
12
Там же.
242
Copyright ОАО «ЦКБ «БИБКОМ» & ООО «Aгентство Kнига-Cервис»
Вестник ТвГУ. Серия "Право". 2014. № 4
рии одного государства)13. Данная классификация строилась точно в соответствии с нормами международного права, Женевскими конвенциями 1949 г. и Дополнительными протоколами к ним 1977 г. В Военной
доктрине РФ 2010 года дается иная классификация вооруженных конфликтов, оснований для нее приводится несколько это и территория
действия, и масштаб действия, и цели, которые преследу